Отношение к молчанию в различных лингвокультурах

Е.В. Тетерлева, Т.Д. Кузьмин Отношение к молчанию в различных лингвокультурах

Современная лингвистика трактует феномен молчания не как отсутствие речи, а как передачу информации несловесным способом. Молчацце отождествляется с «эквивалентом действия» или, так как оно являет^ противодействием речи, «антидействием» [Арутюнова 1994: 107].

Хотя внешне, по своему акустическому составу, молчание тождественно тишине и означает отсутствие звуков, структурно молчание гораздо ближе « разговору и делит с ним интенциональную обращенность сознания на что-то. у североамериканских индейцев, например, вполне обычен невербальный контакт: можно прийти к соседу, молча покурить полчаса и уйти; это тоже общение [Мечковская 2000: 60].

Коммуиикативно-значимое молчание неоднократно было предметом исследования лингвистов Г.Г. Почепцов [Почепцов 1999], В.В. Богданов [Богданов 1986, 1987, 1990], К.А. Богданов [Богданов 1997], C.B. Крестинский [Крестинский 1990], Н.Д. Формановская [Формановская 1989] и др. Исследователи указывают на три обязательных условия значимости молчания:

1. Осознанное или намеренное использование молчания со стороны отправителя;

2. Осведомленность получателя о намеренном характере молчания;

3. Обладание отправителем и получателем общим знанием относительно значения молчания.

Таким образом, коммуникативно-значимым молчанием является молчание, посредством которого был произведен процесс передачи-приема информации и ее адекватного декодирования в определенной речевой ситуации.

Следует отметить, что коммуникативно-значимое молчание может быть двух типов:

1. Молчание, для которого существует потенциальный вербальный заменитель (альтернативно-вербальное молчание);

2. Молчание, для которого нет адекватного вербального эквивалента [Корнилова: режим доступа: http//www.rsl.ru].

В различных культурах существует разное отношение к молчанию. Молчание в условиях диалогического или полилогического общения тесно сопряжено с этическими нормами, правилами поведения и с наличествуют6" религией [Там же]. Следовательно, представление о том, какое «количество» молчания приемлемо для адекватного общения и что такое «затянувшая^ пауза», имеет свою национальную специфику.

Лингвисты отмечают два противоположных мнения о роли молчания 8 русской коммуникативиой традиции:

1. Русские - это молчаливая культура, целомудренная, застенчив3"' берегущая свой сокровенный смысл, стыдящаяся его выговорить, вынеС1*1 наружу;

2. Русская культура необычайно говорлива, утомительно суесловна, и а в ней заменяют дела [Эпштейн 2005].

Два свойства русской культуры - молчаливость и многословность -ляцосвязаны. Отличительной чертой русской традиции является Зачеркивание своей глубинной бессловесности, при этом громко и упорно 11 дча, пряча это молчание за обилием слов. Такое противоречивое отношение сского народа к молчанию отразилось в паремиях. С одной стороны, мы виД^ одобрительную оценку акта молчания: Доброе молчание, чем не ответ; ¡{то молчит, тот двух научит; Молчание — золотое словечко; Слово - серебро, м0Лчание - золото. Народная фольклорная традиция отражает потребность в молчании, несмотря на высокий уровень коммуникативной активности русской надии. С другой стороны, можно найти примеры отрицательной оценки: Не та собака кусает, что лает, а та, что молчит да хвостом виляет; Крепкое молчание, чем не ответ; Молчанием прав не будешь; Молчать, так и дело не скончать. Наблюдения И.А. Стернина также подтверждают, что «общительность русских проявляется ...в нетерпимости к молчанию» [Леонтович 2007: 160-161].

Паскаль писал об ужасе человека, говорящего существа, перед лицом безмолвной вселенной. «Меня ужасает вечное безмолвие этих пространств. Нигде на земле нет такого пространства, как в России, и нигде оно не безмолвствует так громко, наводя ужас на говорящих и побуждая их говорить все быстрее и громче, заглушая свой страх слышимостью собственного словесного бытия. Но чем больше они говорят, тем более тяжелое молчание их окружает» [Эпштейн 2005].

Говоря об английской социокультуре, многие исследователи отмечают, что она характеризуется отличительным от других западных культур отношением к акту молчания. Но английская коммуникативная культура имеет мало общего и с восточным отношением к феномену молчания. Следовательно, заимствованные западные и восточные поведенческие модели ассимилировали и трансформировались под обоюдным взаимодействием [www.allbest.ru].

Прежде всего, заимствование восточных поведенческих моделей при акте молчания было обусловлено колониальной политикой Англии на рубеже XVIII -XX веков. Известно, что в Индии и африканских странах основной функцией молчания является выражение уважения по отношению к человеку старше по возрасту или имеющему более высокий социальный статус [www.bestreferat.ru].

Восточное отношение к молчанию женщин также хорошо прослеживается во многих заимствованных англичанами поговорках: Silence garnishes a woman; "ence is a fine jewel for a woman; Silence is the best ornament of a woman; A silent Vornan is better than a double-tongued man.

В то же время многие английские поговорки отражают западное °тношение к феномену молчания, при котором молчание оценивается как ревенное доказательство скрытности и хитрости человека [Носова 2008: 546]. доказательством этому являются следующие паремии: Beware of a silent dog still water; Dumb dogs are dangerous; Great talkers are great liars; A tatter is ie than a thief.

Принимая во внимание тот факт, что английская нация считается одной из самых сдержанных в отношении эмоциональной оценки предметов и событий в окружающей действительности, логично предположить, что данное мнение не возникло необоснованно. Данная черта английской социокультуры проявляется следующим образом: No wisdom like silence; A word spoken is past recalling; Keep your mouth shut and your ears open; He knows much who knows how to hold his tongue; Speech is silver but silence is golden.

В американской лингвокультуое, например, отмечается асимметрия молчания мужчин и женщин: «мужчины меньше говорят и используют молчание как инструмент власти; женское многословие - это нередко свидетельство бессилия» [Леонтович 2007 : 200].

В отличие от английской лингвокультуры, немецкое коммуникативное поведение отражает абсолютно западную точку зрения на феномен молчания. Немецкая лингвокультура характеризуется «фоновым» молчанием, т.е. молчанием, которое выражает атмосферу солидарности в общении и согласие между коммуникантами. Такое молчание хорошо прослеживается в ситуациях, при которых люди должны объединить усилия для достижения определенной цели. Указание на данное молчание встречается в таких немецких паремиях, как: Großer Prahler, schlechter Zahler; Viel Geschrei und wenig Wolle.

Одной из отличительных черт немецкого отношения к акту молчанию является тот факт, что, в отличие от русской и английской лингвокультур, немецкая коммуникативная культура отражает в большинстве своем отрицательный взгляд на молчание. Существует совсем небольшое количество паремий отражающих положительное отношение к акту молчания.

Ср.: Rede wenig, höre viel. Молчание - золото.

Schweigen und denken kann niemand kränken. Молчанкой никого не обидишь.

Wer lange droht, macht dich nicht tot. Не бойся собаки брехливой, бойся молчаливой.

Ein Wort, das dir entflogen, fingst du nicht mehr ein. Молвишь - не воротишь.

Lass die Zunge nicht schneller als die Gedanken sein. Болтуна язык до добра не доведет.

Großer Prahler, schlechter Zahler. Большой говорун - плохой работун.

Одной из самых специфических лингвокультур является японская лингвокультура. Молчание (тиммоку) в Японии имеет не только коммуникативную специфику, но и ритуальную значимость, т.е. феномен молчания рассматривается в Японии как искусство общения, а не только как пауза между произносимыми словами, и как результат молчание становится более коммуникативно-значимым и приобретает большую сигнификативную окраску, что выражается в большей длительности акта молчания [Misuzu Shobo. режим доступа: http://5ka.su].

Иследователи указывают на тот факт, что имеется ряд причй11 экстралингвистического характера, детерминирующих роль молчания е общении японцев: исторические факторы и доминирование групповой сознания в образе жизни. Прежде всего, следует отметить, что на японскУ10 лингвокультуру огромное влияние оказала философия дзен-будцизма, соглас*10

т0рой только при отказе от суетности мира слов можно достигнуть К°оСВещения духа [М1зиги ЗИоЬо: режим доступа: http://5ka.su].

Другая причина, почему японцы часто становятся молчаливыми, находясь 0еди других людей, кроется в групповом сознании, которое символизируется вЬ1 сказы ванием: «Выступающий гвоздь забивает». В японском обществе, где дюди обычно идентифицируют себя в первую очередь как членов определенных социальных групп, а не как индивидуальных личностей, ^олчание играет очень важную роль в исключении прямых конфликтов. Кроме того» следует учитывать тот факт, что японская культура отличается высокой степенью иерархичности, которая четко определяет рамки дозволенного в отношении собеседника, имеющего более высокий социальный статус, незнакомца или иностранца. Обычно молчание указывает на раздумья в попытке найти подходящий способ высказаться соответственно статусу собеседника. Поэтому даже когда у людей есть что сказать, они могут оставить свои истинные намерения невысказанными. Подобная разновидность молчания известна как энрё-сасси (букв, «воздержание от высказывания догадки, сдержанность»). Этот феномен в общении можно проиллюстрировать на примере коммерческого телевидения Японии, где к рекламе лекарственных средств привлекаются известные актеры и телеведущие, т.к. это способствует росту продаж медикаментов лучше, чем простые и ясные объяснения их эффективности, потому что они воспринимаются потенциальными покупателями как «многословные» или «назойливые» [Там же].

Молчание японцев присутствует не только в общении с чужими людьми, возможно оно и между близкими, особенно в супружеских отношениях, когда «(двое) любят друг друга, но стесняются выражать свои чувства словами». Супружеские пары в Японии предпочитают не прибегать к ясному словесному общению и стараются понимать друг друга без слов, особенно когда они пытаются выразить свои чувства [ЬеЬга 1987].

Японская лингвокультура отличается тем, что молчание может быть использовано в своей дисконтактной функции. Когда люди испытывают чувство гнева или не соглашаются с другими, они могут не выражать эти чувства прямо, а просто замолкают и игнорируют партнеров [М1зиги БЬоЬо: Режим доступа: http://5ka.su].

Коммуникативная семантика молчания в японском общении может привести в замешательство иностранцев, так как обычно у них отсутствует схожее культурно-историческое прошлое (морально-этические ценности, обычаи и т. п.), которое помогло бы истолковать смысл молчания собеседника, западных традициях - довольно негативное отношение к практике молчания скрытности, особенно в общественных и государственных отношениях. Люди Редко отдают себе отчет, что молчание также несет связующие, осуждающие и Ивные коммуникативные функции [1яш иВгипеаи 1994: 247]. Итак, подобно тому как в синтаксисе существует понятие нулевой связки так 8 слово°бРазовании понятие нулевого суффикса или нулевого окончания, Же можно говорить и о «нулевом речевом акте», чем и является молчание.

При анализе русской, английской, немецкой и японской коммуникативных культур было выяснено, что, несмотря на их кажущуюся схожесть, существует во многом различное отношение к феномену молчания. Во многом это отношение определяется историей того или иного социума, его культурными связями.

Список литературы

Арутюнова, Н.Д. Молчание: контексты употребления. Логический анализ языка: Язык речевых действий/Н.Д. Арутюнова. M.: Наука, 1994. С 107.

Богданов, К. А. Очерки по антропологии молчания. Homo Taccns /К.А. Богданов. СПб-РХГИ, 1997.

Богданов, В. В. Речевое общение. Прагматические и семантические аспекты /В.В, Богданов. Спб: РИО ЛГУ, 1990.

Богданов, В.В. Молчание как нулевой речевой акт и его роль в вербальной коммуникации /В.В. Богданов. Калинин, 1986.

Богданов, В.В. Функции вербальных и невербальных компонентов в речевом общении /В.В. Богданов. Языковое общение: Единицы и регулятивы: сб. науч. трудов. Калинин, 1987.

Заимствование традиции английской культурой: восточные типы кул bTyp//www. allbcst.ru

Запад и восток как два культурных ареала// bestreferat.ru

Корнилова, Н.Б. Слово и молчание: аспекты взаимодействия [Электронный ресурс]. Режим доступа: http//www.rsl.ru.

Крестинский, C.B. Интерпретация актов молчания в дискурсе /C.B. Крестинский // Язык, дискурс и личность. Тверь, 1990.

Леонтович, O.A. Введение в межкультурную коммуникацию: учебное пособие / О.А.Леонтович. М.: Гносиз, 2007. С. 160 - 161.

Мечковская, Н. Б. Социальная лингвистика /Н.Б. Мечковская . М.: Аспект-Пресс, 2000. С. 60.

Носова, O.E. Пословицы о роли и месте молчания: лингвокульторологический анализ/ O.E. Носова // Вестник БГУ. Серия 13. 2008. № 3. С. 543 -5 46.

Ночепцов, Г.Г. Теория коммуникации. 2-е изд. /Г.Г. Почепцов. Киев, 1999.

Формановская, Н.И. Речевой этикет и культура общения /Н.И. Формановская. М., 1989.

Эпштейн, М. Слово и молчание в русской культуре /М. Эпштейн. Звезда, 2005. №10.

Lebra, S. The cultural significance of silence in Japanese communication /S. Lebra II Multiligua, 1987. C. 343-357.

ishii, S. Silence in cross-cultural perspective: Japanese and United States /S. Ishii, T. Bruneau-Belmont. Wadsworth, 1994. С. 246 - 251.

© Тетерпева E.B., Кузьминых Т.Д., 2009

Е В. Тетерлева, Ю.К. Поп»в°

Типы переводческих ошибок

В современной лингвистике и переводоведении не

существуй

общепринятой точки зрения на предмет типологии переводческих оши& «Существуют классификации ошибок в устном и письменном перер0^