Когнитивная траектория дискурсивизации: дестинация, стратегия, технология

УДК 81’373,45 ББК 81.2

С.Н. Плотникова, Е.Ф. Серебренникова

КОГНИТИВНАЯ ТРАЕКТОРИЯ ДИСКУРСИВИЗАЦИИ: ДЕСТИНАЦИЯ, СТРАТЕГИЯ, ТЕХНОЛОГИЯ

В статье обосновывается необходимость введения понятия «дестинация» в терминологический аппарат современной лингвистики дискурса с целью развития парадигмы терминов, отражающих динамику дискурсообразования. Сущность дестинации отграничивается в соотношении с категориями интенциональности, целевых установок и финализации в процессе дискурсивизации; устанавливается алгоритм дестинаторной траектории в жестко финализованном дискурсе, отмечается вероятностная множественность точек прибытия дестинаций дискурса.

Ключевые слова: дискурс; когнитивная структура; дискурсивизация; концептуализация; дестинация; финализация; аттрактивность; технология

S.N. Plotnikova, E.F. Serebrennikova

THE COGNITIVE TRAJECTORY OF DISCURSIVIZATION: DESTINATION, STRATEGY, TECHNOLOGY

We argue that it is necessary to rethink the rigid nature of cognitive structures underlying discourse generation and to postulate a relation of supplementarity between stereotyped cognitive scenarios and the speakers’ creativity and interactional competence. We develop new operative notions of discursivization, destination, andfinalization, which are then applied to the analysis of a range of phenomena which are central to discourse analysis.

Key words: discourse; cognitive structure; discursivization; conceptualization; destination; finalization; attraction; strategy; technology

На настоящий момент развития когнитивно-дискурсивной парадигмы лингвистических исследований уже доказано и ни у кого не вызывает сомнений, что дискурс имеет когнитивную природу. Дискурс - в качестве когнитивного явления - определяется как использование языка для выражения особой ментальности и особой идеологии [Степанов, 1995, с. 38], для передачи знаний, оперирования знаниями и создания новых знаний [Оук, 1997, р. 8; Кубрякова, 2005, с. 30]. В рамках когнитивного подхода установлено, что говорящий / пишущий имеет в сознании определенные ментальные репрезентации, на основе которых создается когнитивная база дискурса: формируется его когнитивная структура.

В целом, когнитивная структура дискурса представляет собой сложное взаимодействие его концептуальной, пропозициональной и сценарной / фреймовой структуры.

Каждый дискурс концентрируется вокруг одного или нескольких центральных / базовых / опорных концептов и имеет свою особую

концептосферу [Лихачев, 1993; Демьянков, 1995]. Концепт является структурой знания, репрезентирующей номинативную мысль, которая вербализуется посредством номинативных языковых выражений [Гуссерль, 1999], поэтому с помощью концептуального анализа в контенте дискурса выделяются наиболее значимые предметные / референциальные / тематические домены - ряды «вещей», объектов, как конкретных, так и абстрактных, которые подвергаются концептуализации - процессу построения информации об этих объектах и их свойствах.

Наподобие того, как из дискурса выводится его центральный концепт, точно так же из него выводится его центральная пропозиция или набор таких пропозиций. Пропозиция, как когнитивная репрезентация предикативной мысли, на поверхностном языковом уровне вербализуется в виде предложения [Гуссерль, 1999]. Метод пропозиционального анализа заключается в переводе поверхностной структуры дискурса в его пропозициональ-

© Плотникова С.Н., Серебренникова Е.Ф., 2013

ную базу [Kintsch, 1972, p. 304-305], что позволяет обнаружить основной / релевантный контент дискурса. Пропозициональная обработка дискурса может идти по двум направлениям - в направлении сокращения числа пропозиций и в направлении их увеличения, расширения. Методика сокращения числа пропозиций основана на удалении тех из них, которые обозначают случайные или уже упомянутые характеристики дискурсивных референтов. Путем удаления, отбора и обобщения микропропозиций из дискурса выводятся его макропропозиции [Dijk, 1978], т. е. на основе подобной пропозициональной обработки дискурса интерпретатор составляет его дайджест (digest, summary), выражающий контент дискурса в наиболее концентрированном, обобщенном виде. Методика увеличения числа пропозиций заключается в выведении посредством процедуры инференции и формулировании невыраженных пропозиций - имплика-тур [Grice, 1980], при этом длина расширения указывает на то, насколько дискурс является непрямым. В непрямом дискурсе глубинные невыраженные пропозиции представляют собой его главный контент, который требуется понять, соответственно, необходимо вывести данные пропозиции из глубины на поверхностный уровень и сформулировать их. Если этого не сделать, дискурс останется пропози-ционально необработанным - непонятым.

Когнитивные сценарии / фреймы представляют собой концептуально-пропозициональные конструкты, репрезентирующие уже не отдельные объекты или положения вещей, но целые ситуации, и описывающие стереотипные ролевые отношения и последовательности событий по мере развития той или иной стандартной ситуации [Schank, 1977; Minsky, 1980].

Все три составляющие когнитивной структуры дискурса - концепты, пропозиции, сценарии - связаны с дискурсивными стратегиями и технологиями [Плотникова, 2006; 2008; 2009; 2011]. Когнитивные сценарии находятся, в своей массе, на уровне бессознательного, что связано с ограниченным объемом «экрана сознания» и рабочей памяти. Выдвигаясь в активную зону, неосознаваемый сценарий вызывает самоосуществление соответствующей стратегии - проекции сценария в цепочку определенных действий - речевых и нере-

чевых. Способы структурирования ситуации могут быть не только стратегическими - свободно избираемыми ее участниками в пределах возможного - но и технологическими -жестко детерминированными и довлеющими над участниками. Термин «стратегия» предпочтительнее, когда речь идет об отдельном человеке - отдельном «стратеге» как свободном субъекте действия, а не о группе людей, действующих в рамках жестко детерминированного сценария, как это происходит при использовании технологии. Например, осознанная реализация отдельным человеком сценария обмана является лишь его собственным стратегическим поведением [Плотникова, 2000], поскольку для того, чтобы такой сценарий превратился в технологию, необходимо значительно расширить его и интегрировать в него сценарии других людей, которые при их незадействованности в качестве соучастников обмана чаще всего имеют стратегию к его обнаружению и помощи обманываемому. Таким образом, и стратегия, и технология по своей глубинной сути одинаковы и представляют собой проекцию когнитивной структуры (концептов, пропозиций, сценария) в структуру действий и дискурса. Их различие в том, что стратегии чаще всего дорефлексив-ны и используются неосознанно, спонтанно и автоматически; технологии же рефлексивны, осознаны, обдуманы и спланированы.

На современном этапе начинает ощущаться потребность в дальнейшем развитии понятийно-терминологического аппарата когнитивных исследований дискурса. Акцентирование роли стандартных, «прототипических», сценариев в процессе дискурсообразования убирает из ракурса рассмотрения дискурсивную креативность участников и их интерактивную компетенцию, с помощью которой они стремятся самореализоваться в дискурсе. Несомненно, что имеет место заданность сценария для той или иной типизированной ситуации общения, институционального или частного, но при этом каждый конкретный дискурс все же получается особым и отличается от всех остальных дискурсов, образованных по этому же сценарию (например, по сценарию «интервью», «теледебаты», «допрос», «деловая беседа» и т. п.).

На наш взгляд, назрела необходимость поставить проблему дискурсивизации - дина-

мического креативного процесса порождения дискурса «здесь и сейчас», в реальном времени и пространстве - и рассмотреть параметры этого процесса.

Мы считаем, что главным, определяющим параметром дискурсивизации является де-стинация (от англ. destination - place to which person or thing is going or is being sent). Дис-курсивизация имеет особую когнитивную траекторию - направленность на дестинации - «пункты назначения», стремление к этим дестинациям, поскольку без их достижения дискурс не может «состояться» / завершиться. Дестинация - это конечная аксиологическая доминанта, завершающая, в мысленной перспективе говорящего / пишущего, траекторию реализации его дискурса.

Возникает вопрос: зачем нужен новый термин, если в теории когнитивных сценариев есть термин «цель» (goal), как обозначение конечного этапа развития сценария, ради которого он и осуществляется [Schank, 1977]. Понятие «цели», в том числе и «коммуникативной цели», ради которой предпринимается коммуникация и реализация дискурса, тем не менее, не может быть приравнено к «дести-нации», поскольку наблюдаются случаи расхождения цели и дестинации дискурса. Так, по данным прессы, незадолго до последнего Рождества один из итальянских католических священников вывесил на дверях своей церкви призыв к женщинам не одеваться вызывающе и не провоцировать этим мужчин. Женщины, высказывая свое мнение, говорили, что они «смущены» и «возмущены», а со стороны церкви послышались призывы лишить священника сана. Негативная реакция последовала не на коммуникативную цель «призыва», а на дестинаторный смысл молодого мужчины-священника, который находится скорее в русле фрейдистского, чем богословского истолкования. Иллюстрацией расхождения заявленной цели и реальной дестинации дискурса является также известная сентенция «Хотели лучше, а получилось как всегда».

Еще один существующий термин, смежный с термином «дестинация», - перлокутив-ный эффект - является более узким, поскольку в теории речевых актов он определяется как достижение при помощи речи изменения в состоянии адресата, например, возникновение у него чувства страха.

Мы трактуем дестинацию дискурса как предельно широкое понятие - как реальный итог процесса дискурсивизации, как «пункт прибытия» дискурсивной личности, в котором она оказывается «после» дискурса. Дестина-ция дискурса может быть самой разной; ею может быть истина, согласие, решение, мнение, убеждение, власть, манипуляция, ложь, изменение положения вещей в мире, критика, развлечение, получение выгоды, т. е. любая интенциональность говорящего / пишущего может реализоваться в дестинации дискурсо-образования.

Возможно, термин «дестинация» не требуется - если имеется термин «интенциональ-ность», введенный Э. Гуссерлем, который определяет интенциональность cogito как направленность сознания на свой предмет? Однако такая направленность сознания может остаться невыраженной в дискурсе - человек может долго думать, размышлять о чем-то, желать чего-то - и не выразить это в дискурсе. Мы считаем интенциональность точкой роста дискурса, а дестинацию - точкой его завершения; эти точки связаны траекторией дискур-сивизации:

Дискурсивизация

Интенциональность Дестинация

Понятие дестинации хорошо согласуется с понятиями стратегичности и технологичности дискурса. Поскольку весь контент дискурса формируется в зависимости от дестинации, точка завершения дискурса определяет, путем обратной связи, точку его роста, весь ход его развития, всю его специфику. Дестинация, в когнитивном отношении, первична, и она может подбирать под себя не один, а сразу несколько когнитивных сценариев, несколько стратегий и технологий, может менять их в процессе дискурсивизации. Благодаря единой дестинации может происходить объединение смыслов и стратегий, которые кажутся несовместимыми. Неосознанная направленность на дестинацию автоматически запускает соответствующую стратегию, при этом дестина-торный стратегический смысл дискурса, как было отмечено выше, может остаться непонятым самим субъектом. Что касается техно-

логичного дискурса, то он создается в рамках жестких дестинаций, зачастую навязанных деперсонализированному участнику. Так, де-стинаторный концепт «Доброжелательность» определяет технологию «прибытия к дестинации» в общении с клиентами персонала банков и магазинов, алгоритмами которой являются вежливость, предупредительность, уступчивость.

Дестинация как порождение новых смыслов в их целевой и оценочной (восходящей к ценностной) предназначенности в процессе однажды начавшейся концептуализации, составляя динамическую ось дискурсивизации, подчинена довлеющему в коммуникации фактору времени и, значит, тесно связана с фина-лизованностью дискурса. Формулирование и употребление термина «финализованность» в анализе дискурса [Maingueneau, 1996] стало возможным на основе знака французского языка «la fin», который является полисемичным («la fin» одновременно толкуется как «la limite» (предел, конец), как «le terme»: а) конец, б) форма, конечное выражение, конечное воплощение смысла и «le but» - конец и цель одновременно) [Robert, 1979, р.444-445]. На его основе образуются дериваты, интегрирующие представленные раздельно смыслы (la finalité, finaliser, finalisé). Так, глагол finaliser (mettre au point) означает придание окончательного, точного, оптимального вида тексту проекта, послания, решения с точки зрения его смысловой предназначенности [Ibid]. Фи-нализованность, таким образом, означает качество дискурса, отражающее 1) конечность дискурса во времени и устремленность дис-курсообразования к окончанию и достижению предназначенности смыслообразования; 2) придание смыслообразованию аттрактив-ности, т. е. возможно наилучшего способа формулирования смысла [Серебренникова, 2012, с. 6-12].

Очевидно, что финализованность дискурса имеет градуированный характер. Жестко финализованными являются типы и жанры дискурсов, которые изначально отграничены во времени коммуникации. К жестко финали-зованному жанру медийного дискурса следует отнести, в частности, медийный критический дискурс в жанре теледебатов по актуально важным для общества темам с участием экспертов. В течение жестко ограниченного

времени эксперты призваны раскрыть сущность проблемно формулируемого объекта дискуссии. В этих условиях дестинаторно смыслообразование направлено на предложение публичному адресату аттрактивного подхода к видению проблемы, который бы был аксиологически приемлем и представлял бы выход из ситуации неопределенности [Серебренникова, 2011, с. 7-26]. Анализ одного из теледебатов на итальянском телевидении (RAI 1, 19.11.2007) [URL : http://www. stranieriinitalia.it] по проблеме иммиграции позволяет выявить следующие закономерности. Дискурсивизация темы имеет аргумента-тивный и аксиологически ориентированный характер, позволяющий адресату проследить логику в открытии позиции эксперта и занять собственную позицию. Выводные структуры дебатов, аккумулируя высказываемые смыслы, финализируются в аттрактивных смыслах концептуального статуса, отражающих целостное и целевое, проспективное, связанное с будущностью, видение объекта дискуссии.

Алгоритмами прибытия к дестинации в теледебатах являются тематизация (представление темы в ее референциальной соотнесенности с ситуацией посредством фрейминга как экономного способа информирования); постановка вопросов (вопрошание, позволяющее профилировать наиболее значимые, девиантные аспекты феномена), проблемизация (введение в критическое рассмотрение выделенных девиантных аспектов), генерализация (формулирование концептуальных выводных структур - аттракторов).

Тематизация, основываясь, прежде всего, на эвалюации, т. е. оценке объекта по его проявляющимся и очевидным признакам, финализируется в квалификативных структурах, отражающих сложность и неоднозначность феномена (un fenomeno enorme e complesso, capace di cambiare il vol-to di una societa), валоризируя, тем самым, дестинарно значимый смысл объективности в концептуализации / оценивании феномена.

Вопрошание,выявляянаиболеесущностные аспекты представленной ситуации, ставит экспертов перед необходимостью поиска ответов в заданной, «канализованной» таким образом дискурсивизации (Immigrazione: problema o risorsa?). Смыслообразование, следуя

дестинации, приобретает конструктивный

характер, поскольку предложенная

альтернатива открывает путь к позитивному видению феномена иммиграции, предполагает возможность придания ценности для

итальянского общества присутствию в

нем иммигрантов, намечает перспективу к достижению консенсуса в обществе.

На этапе проблемизации смысло-образование приобретает действенно-целевой характер, касаясь поиска причин негативного видения феномена иммиграции, и приводит к установлению «диагноза», объяснению первопричины подобного отношения (La paura del diverso) и, как следствие, пути к его изменению.

Концептуализация валоризируется и капитализируется в выводных структурах, которые могут приобретать статус концепции - целостного и телеологически параметризованного объекта осмысления. Понятие «капитализация смысла» дополняет собой понимание дискурса как экономической категории, как продукта, производимого для рынка дискурсивными технологами и способного приносить реальную экономическую выгоду заказчикам технологически произведенного дискурса.

Генерализация как конечный этап дестинации смысла финализируется в виде аттракторов - структур, которые отвечают требованию приемлемости в аксиологическом плане, представляются привлекательными как по содержанию, так и по форме выражения. В данном случае такими аттракторами являются структуры, апеллирующие к бесспорным, «вечным» истинам и ценностям, принятым в цивилизованном обществе. К ним относятся идеи единства природы человека, практического здравого смысла, идеи ответственности. Аттрактивные концептуальные структуры вбирают в себя высказанные смыслы, валоризируя дестинацию смыслообразования в виде некоторой программы действий: необходимо объединить общество на иных основаниях, нежели национальные чувства, что предусматривает ответственные решения в процессах управления (gestire un fenom-eno complesso); придать «человеческое лицо» самому феномену иммиграции: 1) вывести его восприятие и оценку на самое глубинное

по своей онтологии измерение: la dimen-sione humana «человеческое измерение»; и, как следствие, 2) гуманизировать отношение к иммигрантам, объективно к ним относиться, т. е. воспринимать их не только и исключительно в их социальной роли «immigrate», но, прежде всего, видеть в них живых людей в их «плоти и крови»: Non bisogna mai dimenticare che il “fenomeno” immigrazione è fatto dagli... immigrati: uomini in carne edossa.

Рассмотренный пример жестко финализо-ваннного дискурса теледебатов иллюстрирует случай ясного прочтения дестинации смысло-образования. Ясность дестинаторной траектории детерминируется институциональным и экспертным кадром данного, социального по сути, дискурса, отвечающего ожиданиям публичного адресата, полагающего его в концептах социальной ответственности и профессиональной компетенции говорящих. Очевидно, однако, что в большинстве случаев на вопрос о том, «Что собственно хотел сказать Х, в чем интерес данного текста У, как понимать смысл сказанного (написанного)? Зачем это говорится?», возникает множество ответов - интерпретаций. Достаточно привести в качестве примера недавнее медиа-событие «Конец света», чтобы констатировать гетерогенность и противоречивость дестинаторных траекторий вокруг базового аттрактивного смысла.

Цель медиатизации указанной в календаре майя даты как предсказанного «конца света» предельно понятна с точки зрения пиар-менеджмента. Дестинаторные же траектории дискурсивизации «конца света», располагаясь в зонах ментальных пространств ценностных ориентиров, приоритетов, веры, верований, знания, осведомленности, мнения, опасений, неопределенности и т. д., зависят от «точки завершения», варьируясь от послания о бренности человеческого существования и необходимости при этом срочно найти верный способ спастись от надвигающейся катастрофы, изолируясь от мира; до суицидального призыва или, напротив, призыва жить одним днем. Разброс дестинаторных траекторий свидетельствует о возможной дополнительности или конфликте дестинаций, возникающих в процессах осмысления / оценивания. Конфликт дестинаций особенно характерен для объектов дискурсивизации, референт которых отличается фантомностью, как в случае фраг-

мента календаря майя, ставшего объектом интенсивной медиатизации.

Референциальный фрейм, структурируемый при тематизации фрагмента календаря как объекта медийного дискурса, финализи-руется не посредством эвалюации, развивающейся по вектору «от мира к себе», но ап-прециации, реализуемой по вектору «от себя к миру», т. е. не на основе наблюдения объективно проявляющихся внешних признаков, но с опорой на «внутренний», личностный оценочный опыт, включающий доксастиче-ские и стереотипизированные структуры. В этом случае структурирование референциального фрейма опирается на домысливание, воображение, фантазию. Реальные последствия достижения точек дестинации не могут быть просчитаны однозначно в большинстве случаев, что еще раз обращает внимание на непреодолимую важность «человеческого фактора» и нравственную позицию говорящего, особенно в случае, если дискурс развивается в публичном социальном коммуникативном пространстве.

В любом случае, вводя термин «дестинация» в терминологический аппарат лингвистики дискурса и в парадигму близких дискурсивных категорий, полагаем справедливым утверждать, что эффективность коммуникации зависит от эффективности в достижении дестинаций в процессе дискурсивизации.

Библиографический список

1. Гуссерль, Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии [Текст] / Э. Гуссерль.

- М. : Дом интеллектуальной книги, І999. - 336 с.

2. Демьянков, В.З. Доминирующие лингвистические теории в конце XX века [Текст] / В.З. Демьянков // Язык и наука XX века. - М. : Ин-т языкознания РАН, І995. - С. 239-320.

3. Кубрякова, E.C. О термине «дискурс» и стоящей за ним структуре знания [Текст] / Е.С Кубрякова // Язык. Личность. Текст : c6. ст. к 70-летию Т.М. Николаевой / отв. ред. В.Н. Топоров. - М. : Языки славянских культур, 2005. - С. 23-33.

4. Лихачев, Д..C. Концептосфера русского языка [Текст] / Д.С. Лихачев // Известия РАН. Сер. литературы и языка. - І993. - Т. 52. - № І. - С. 3-І0.

5. Плотникова, C.H. Неискренний дискурс (в когнитивном и структурно-функциональном аспектах) [Текст] / С.Н. Плотникова. - Иркутск : ИГЛУ, 2000.

- 244 с.

6. Плотникова, C.H. Стратегичность и технологичность дискурса [Текст] / С.Н. Плотникова // Лингвистика дискурса - 2 і Вестник ИГЛУ. Сер. і Лингвистика и межкультурная коммуникация. - Иркутск і ИГЛУ, 2006. - С. 87-98.

7. Плотникова, С.Н. Дискурсивные стратегии и технологии [Текст] / С.Н. Плотникова // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах: сб. ст. участников IV Меж-дунар. науч. конф. (25-26 апреля 2008 г., Челябинск).

- Челябинск : РЕКПОЛ, 2008. - Т. 1. - С. 485-491.

8. Плотникова, С.Н. Технологизация дискурса : процесс и результат [Текст] / С.Н. Плотникова // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Серия Филология. - 2009. - №4.

- С. 138-147.

9. Плотникова, С.Н. Дискурсивные технологии и дискурсивное оружие как реалии современной информационной эпохи [Текст] / С.Н. Плотникова // Технологизация дискурса в современном обществе: коллективная монография / под ред. С.Н. Плотниковой. - Иркутск : ИГЛУ, 2011. - С. 6-39.

10. Серебренникова, Е.Ф. Аспекты аксиологического лингвистического анализа [Текст] / Е.Ф.Серебренникова // Лингвистика и аксиология: эт-носемиометрия ценностных смыслов: кол. Монография. - М. : Тезаурус, 2011. - С. 7-26.

11. Серебренникова, Е.Ф. В поисках «глубинного уровня»: некоторые аспекты лингвистической аксиологической диагностики // Вестник ИГЛУ. Сер. : Филология. - 2012. - №2 (19) - С. 6-11.

12. Степанов, Ю.С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип Причинности [Текст] / Ю.С. Степанов // Язык и наука конца XX века. - М. : Ин-т языкознания РАН, 1995. - С. 35-73.

13. Dijk, T.A., Kintch, W. Cognitive Psychology and Discourse: Recalling and Summarizing Stories [Text] / T.A. van Dijk, W. Kintsch // Current Trends in Textlinguis-tics / Ed. by W.U. Dressler. - Berlin : Walter de Gruyter, 1978. - P. 61-80.

14. Dijk, T.A. The Study of Discourse [Text] / T.A. van Dijk // Discourse as Structure and Process : Discourse Studies : A Multidisciplinary Introduction / Ed. by T.A. van Dijk. - Trowbridge : Cromwell Press, 1997. - 356 p.

15. Grice H.P. Studies in the Way of Words [Text] / H.P. Grice. - Cambridge : Harvard University Press, 1989.

- 394 p.

16. Kintsch, W. Notes of the Structure of Semantic Memory [Text] / W. Kintsch // Organization of Memory / Ed. by E. Tulving, W. Donaldson. - N.Y. : Academic Press, 1972. - P. 247-308.

17. Maingueneau, D. Les termes clés de l’analyse du discours [Text] / D. Maingueneau. - P. : Seuil, 1996. - 94 p.

18. Minsky, M.A. Framework for Representing Knowledge [Text] / M.A. Minsky // Frame Conceptions and Text Understanding / Ed. by D. Metzing. - Berlin : Walter de Gruyter, 1980. - P. 1-25.

19. Le Robert. Dictionnaire du français primordial [Text] / sous la direction de P . Robert. - P. : Dictionnaire LE ROBERT-S.N.L., 1979. - 1208 p.

20. Schank, R., Abelson R. Scripts, Goals and Understanding. An Inquiry into Human Knowledge Structures [Text] / R. Schank, R. Abelson. - Hillsdale, NJ. : Lawrence Erlbaum Associates, 1977. - 248 p.