Кабардино-Балкарская Республика (мониторинг этнополитической ситуации)

МЕСТО И РОЛЬ ИСЛАМА В РЕГИОНАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЗАКАВКАЗЬЯ И ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

С. Аккиева,

политолог

КАБАРДИНО-БАЛКАРСКАЯ РЕСПУБЛИКА

Этнодемографическая ситуация. Кабардино-Балкария -полиэтническая и поликонфессиональная республика. Этнические отношения в Кабардино-Балкарии характеризуются лишь относительной стабильностью, имеются проблемы этнополитического и этноконфессионального характера.

Территория республики по своим природно-географическим характеристикам разделяется на три зоны: равнинную, предгорную и горную. Этому делению в определенной мере соответствует ареал расселения трех крупных этнических групп Кабардино-Балкарии.

Русские живут в двух районах - Майском и Прохладненском (исторические казачьи поселения), в которых численность и доля русского населения сегодня снижается и составляет в настоящее время соответственно 78,2 и 57,2%. Русские живут и в городах республики. Кабардинцы проживают в равнинной части республики (Баксанском районе они составляют 93%, Зольском - 90,8, Терском - 86,6, Урванском - 78,6, Лескенском - 91,2, Чегемском -73,6, Черекском - 35,3, Прохладненском - 27,2%). Балкарцы проживают преимущественно в предгорной и горной частях республики (в Черекском районе они составляют 61,6%, в Эльбрусском - 64,4 и 18% - в Чегемском районах). Армяне, корейцы, азербайджанцы, чеченцы, грузины, татары проживают в городах Нальчик, Майский, Прохладный.

По данным Всероссийской переписи населения 2010 г., численность населения КБР составила 859 939 человек. В составе населения наибольший удельный вес имеют кабардинцы - 490,4 тыс. человек (57,2%), русские - 193,2 тыс. (22,5%), балкарцы -

108,5 тыс. (12,7%), украинцы - 4,8 тыс. (0,6%), осетины - 9,1 тыс. человек (1,1%); представителей других национальностей (турок, татар, армян, азербайджанцев, грузин, белорусов, цыган) -43,2 тыс. человек (5,9%).

Прошедшая накануне переписи кампания адыгских общественно-политических организаций, призывавшая все народы адыгской группы записываться «черкесами», привела к тому, что с 725 человек (2002) до 2475 человек (2010) выросла численность «черкесов» в КБР. Однако надежды адыгских агитаторов на то, что доля тех, кто сменит идентификацию с кабардинца на черкеса, будет высокой, не оправдалась, так как кабардинская идентичность сложилась за многие десятилетия и люди не хотят ее менять.

Городское население составляет 58,5% от общего числа жителей республики, сельское - 41,5%. 280 тыс. жителей КБР - молодежь (31% от общей численности всего населения республики).

Серьезной проблемой, влияющей на демографическую ситуацию и социально-экономические развитие республики, как и на межэтнические отношения, являются миграционные процессы. В течение последних двух десятилетий в республике наблюдается отрицательное сальдо миграции.

В последние годы проведены опросы, целью которых было изучение миграционных установок населения республики. Опрос 2011 г. показал1, что каждый второй молодой человек до 30 лет хотел бы уехать из республики, при этом особых различий в миграционных установках в зависимости от национальности не выявлено. Однако в 2012 г. сотрудники КБГУ провели социологическое экспертное исследование молодежи в Прохладненском и Майском районах. Опрос выявил, что миграционные настроения на отъезд из республики в русскоязычных районах набирают силу. Основными причинами роста миграционных настроений являются социально-экономическая ситуация (отсутствие рабочих мест, невозможность молодежи самореализоваться), сложная криминогенная обстановка, распространение религиозного экстремизма и терроризма.

Структурные изменения в экономике республик Северного Кавказа и в КБР, начавшиеся в 1990-е годы, и миграционный отток русских сопровождались замещением сузившегося рынка труда представителями титульных этнических групп.

1 В КБР было опрошено 600 человек в возрасте от 18 до 35 лет.

Продолжившиеся в прошлые годы экономические трудности, сопровождавшиеся сокращением рынка труда, архаизацией и усилением клановости, изменения в системе образования, сопровождающиеся, с одной стороны, коммерциализацией высшего образования, а с другой - его доступностью (при падении качества), привели к тому, что значительное количество молодежи с высшим образованием оказалось в ситуации, при которой найти работу затруднительно.

В КБР на протяжении длительного периода уровень безработицы остается высоким, при этом уровень регистрируемой безработицы сокращается. На конец 2012 г. численность зарегистрированных безработных граждан составила 8,9 тыс. человек и снизилась по сравнению с аналогичной численностью 2011 г. на 7,0%, уровень регистрируемой безработицы составил 2,2% (в 2011 г. - 2,4%).

По опросам, значительная часть молодежи выражает неудовлетворенность уровнем жизни в КБР, заявляет о недостаточности условий для самореализации (ограниченное трудоустройство, нулевая профессиональная карьера, низкие возможности достижения стандартов благополучия) и проявляет активное стремление к миграции. Типичной чертой последнего десятилетия для республик СКФО РФ, в том числе и Кабардино-Балкарии, стал постоянно идущий «отрицательный отбор» - часть молодежи, используя социальные сети - электронные и межличностные, -уезжает в крупные российские города и за пределы страны.

По данным Управления ФМС по Кабардино-Балкарской Республике, в 2012 г. миграционная убыль составила 6194 человека, что на 646 человек, или на 11,6%, больше, чем за 2011 г. Число выбывших за пределы республики увеличилось на 2480 человек, или на 26,1%, число прибывших в КБР возросло на 1834 человека, или на 46,4%.

Рост числа прибывших в 2012 г. в определенной мере связан с войной в Сирии, где есть зарубежная диаспора адыгов (черкесов) и карачаево-балкарцев. Количество прибывающих из этой страны выросло в 6 раз (с 108 в 2011 г. до 608 в 2012 г.). Количество оформляемых приглашений выросло в 8 раз (с 174 в 2011 г. до 1533 в 2012 г.).

В Кабардино-Балкарии отношение к массовому возвращению представителей зарубежной диаспоры из Сирии и других ближневосточных стран неоднозначно.

Открытие границ России после распада Советского Союза, сравнительно легкая процедура получения российского гражданства в 1990-е годы, подъем национальных чувств адыгов способствовали тому, что часть потомков мухаджиров стала возвращаться на Кавказ, в том числе и в КБР. В постсоветские годы в Кабардино-Балкарию переехали от 1500 до 1700 потомков мухаджиров. Затем процесс застопорился, но события в Сирии дали новый импульс адыгской репатриации. Насколько он будет успешным и массовым -зависит от позиции федеральной и республиканской властей.

Сторонники возвращения сирийских черкесов отмечают трудолюбие и законопослушность репатриантов, их готовность интегрироваться, их возможности принести в республику инвестиции. Противники говорят о том, что реэмиграция черкесов нарушит «баланс этнических» сил в регионе и «может привести к усилению и умножению геополитических рисков на Юге России».

Трудовая миграция в республику и миграция из республики -процессы взаимосвязанные, выезд из республики лиц трудоспособного возраста ведет к росту трудовой миграции в республику. Иностранные рабочие востребованы в строительстве, в оптовой и розничной торговле, на транспорте, на обрабатывающих предприятиях, на промышленных объектах и т.д. Прибывающие иностранные работники не оказывают в настоящее время существенного влияния на демографическую, экономическую, социально-политическую ситуацию, на рынок труда и степень безработицы в республике, так как они задействованы в малопривлекательных для местного населения сферах деятельности. Вместе с тем рост трудовой миграции при увеличении ее темпов может привести к нежелательным общественным реакциям и усилить конкуренцию на рынке труда, в социальной сфере и стать источником общественных конфликтов.

Внутренние миграционные процессы в КБР пролегают в направлении из села в город. Рост численности бывших сельских жителей в городах республики, особенно в г. Нальчике, по мнению ряда экспертов, является криминогенным и конфликтогенным фактором в молодежной среде и ведет к росту экстремистских настроений. Миграционные процессы в КБР последнего десятилетия (и постсоветского периода в целом) привели к изменению этнического состава, выступают как фактор увеличения негативных тенденций в межнациональной сфере и при определенном развитии событий могут выступить конфликтогенным фактором.

Вопрос о земле как источник межобщинных разногласий. Одним из сложнейших вопросов в Кабардино-Балкарии является вопрос о земле, который в последние годы стал основным фактором межэтнической и этнополитической напряженности. В республике с 2005 г. идет полемика об определении границ муниципальных образований в рамках выполнения ФЗ-131 «О местном самоуправлении».

По принятому Парламентом КБР в 2005 г. закону о границах муниципальных образований были выделены межпоселенные территории в основном в горной и предгорной частях республики, находящиеся под контролем не муниципальных администраций, а региональных властей. Это вызвало протесты жителей поселений с компактным проживанием балкарцев, которые жаловались на то, что их территории были значительно урезаны. По мнению граждан, это привело к нарушению традиционного уклада жизни местного населения, утратившего возможности заниматься различными формами сельского хозяйства на своей территории, а также лишило муниципалитеты ряда доходных статей в бюджетах поселений. В ситуации по данному вопросу разбирались Конституционный суд, признавший выделение межпоселенных территорий незаконным, и Администрация Президента Российской Федерации.

В 2008 г. Парламент КБР во исполнение решения Конституционного суда РФ принял поправки в республиканское законодательство, отменяющее так называемые межпоселенные территории в ряде поселений с компактным проживанием балкарцев. Решение парламента вызвало мобилизацию кабардинских общественно-политических организаций, которые провели в 2009 г. митинг с требованием приостановить изменения границ муниципальных образований в КБР до принятия закона о землях отгонного животноводства. В июле 2011 г. Парламент КБР принял Закон «О порядке определения территорий и использования земель отгонного животноводства», закрепивший за ними статус республиканской собственности. Предполагается, что отгонные пастбища отойдут в собственность республики и будут предоставляться юридическим и физическим лицам только на правах аренды. По мнению экспертов, это компромиссный вариант, хотя он не устраивает полностью ни кабардинскую, ни балкарскую стороны.

Этническое представительство во власти и гражданском обществе. Одним из основных факторов, определяющих состояние этнополитической ситуации и характер межнациональных отношений в Кабардино-Балкарии, является этническое представи-

тельство во власти. Практика многих государств дает примеры этнического представительства.

В целом кадровая политика государственных органов власти КБР направлена на обеспечение необходимого представительства в высших органах власти представителей трех основных национальностей в республике. Глава республики (1991-2011 гг. - Президент КБР) - кабардинец, Председатель Правительства - кабардинец (в 2005-2011 гг. - русские). Председатель Парламента -балкарец, его первый заместитель - кабардинец, два зама - соответственно кабардинец и русский. При формировании кабинета министров этнический фактор также учитывается. При выборах в Государственную думу РФ и Парламент КБР списки политических партий составляются так, чтобы при ожидаемом уровне голосов за ту или иную партию представители трех этнических групп имели бы шансы быть избранными. В Государственной думе VI созыва от КБР представлены четыре депутата (два кабардинца, один русский и один балкарец), при этом три депутата выдвинуты от «Единой России» и один от КПРФ. В Совете Федерации от КБР работают два сенатора: балкарец и кабардинец.

В составе Парламента КБР представлены депутаты не только от кабардинцев, балкарцев и русских, но также осетин, украинец и немец. В Кабардино-Балкарии особое внимание уделяется национальной политике, и в данной сфере в последние годы ведется целенаправленная работа, реализуются целевые программы «Гармонизация межэтнических отношений и укрепление толерантности в Кабардино-Балкарской Республике на 2011-2015 годы», проводятся мероприятия в соответствии с постановлениями Правительства Кабардино-Балкарской Республики «О мерах по сохранению и развитию связей с соотечественниками, проживающими за рубежом, и репатриантами на 2012-2015 годы» и «О Концепции общественно-государственного партнерства на период до 2015 года».

В КБР зарегистрировано 776 общественных организаций: региональных отделений политических партий - 6; общественных объединений - 461, в их числе 16 молодежных общественных организаций, созданных под эгидой федеральных и республиканских органов власти и управления, а также иных некоммерческих. Многие из этих организаций находятся в «спящем состоянии». Общественных организаций этнической направленности несколько десятков. В их числе адыгские: «Адыгэ хасэ», МЧА (Международная черкесская ассамблея), «Хасэ», «Кабардинский конгресс» и др.;

балкарские: «Алан», ССБН (Совет старейшин балкарского народа); русские: «Вече» и др.

На территории Кабардино-Балкарии действует Терско-Малкинское окружное казачье общество с 13 общинами в основном в Прохладненском и Майском районах. В Кабардино-Балкарии проблема казачества занимает видное место, и фундамент правового поля для решения проблем казачества опирается на Закон РСФСР от 26.04.1991 № 1107-1 «О реабилитации репрессированных народов»; Федеральный закон от 05.12.2005 № 154-ФЗ «О государственной службе российского казачества»; Концепцию государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества, утвержденную Распоряжением Президента Российской Федерации от 02.07.2008 № Пр-1355. В 2012 г. в Майском муниципальном районе КБР принята и утверждена специальная программа о поддержке казачьих обществ Майского муниципального района на 2012-2014 гг. (постановление местной администрации Майского муниципального района КБР № 76 от 11.03.2013 «Об утверждении районной целевой программы "Муниципальная поддержка казачьих обществ Майского муниципального района на 2012-2014 годы"»).

Программа предполагает подготовку казаков Майского районного казачьего общества для несения государственной и иной службы в соответствии с Федеральным законом «О государственной службе российского казачества», прохождения военной и правоохранительной службы, участия в ликвидации последствий стихийных бедствий на территории Майского муниципального района, участия в охране общественного порядка и оказания содействия органам, осуществляющим борьбу с терроризмом; для сохранения культурного наследия казачества, обеспечения преемственности казачьей культуры, приобщения населения Майского муниципального района к казачьей культуре, воспитания духовности у подрастающего поколения и др. мероприятия.

В КБР в станице Котляревской на базе клуба «Центр казачьей культуры» создан народный краеведческий музей, ставший одним из самых лучших музеев во всей республике.

В республике действуют одна национально-культурная автономия (еврейская) и 16 национальных культурных центров меньшинств, в их числе армянская, азербайджанская, осетинская, грузинская и др. Этнокультурные организации играют позитивную роль для местного сообщества. В конце 2012 г. в КБР было принято решение об открытии в республике Дома дружбы народов, ко-

торое «поднимет значимость диаспор и укрепит межэтническую общность народов республики».

Активные миграционные процессы (в том числе трудовая миграция) способствуют формированию новых НКО и НКЦ. Национальные и культурные центры в основном находятся в столице КБР, но их деятельность не замыкается границами Нальчика.

Деятельность национальных и этнических обществ КБР по степени активности, идеологической и политической направленности следует разделить на две группы:

- национально-культурные организации и центры нетитульных народов КБР, которые отличаются направленностью на мирное сосуществование, сотрудничество, культурную интеграцию и некоторой отстраненностью от решения актуальных межнациональных вопросов;

- национальные общества и объединения титульных народов, которые отличаются большей активностью, нетерпимостью по отношению друг к другу, наличием радикальных взглядов и сепаратистских настроений.

В Кабардино-Балкарии созданы различные советы и иные консультационные и совещательные органы, в работе которых принимают участие представители общественных объединений и НКО. Это Общественно-консультативный совет при Президенте КБР, Общественная палата КБР, Молодежное правительство КБР, Молодежная палата Парламента КБР, Ассоциация «Совет муниципальных образований КБР», Совет Кабардино-Балкарского регионального отделения Всероссийского совета местного самоуправления, общественные советы при министерствах, ведомствах, учреждениях, местных администрациях муниципальных образований. Деятельность этих организаций направлена на сохранение и упрочение межнациональной стабильности и развитие гражданского общества в КБР.

Религиозная ситуация. В Кабардино-Балкарии на протяжении многих веков мирно сосуществуют ислам, христианство и иудаизм. В настоящее время религиозные общины в республике, с одной стороны, остаются закрытыми и сосредоточенными на своих проблемах, с другой стороны, они готовы и идут на диалог. Межконфессиональные встречи проходят на уровне контактов между мусульманским духовенством, православной церковью и раввином КБР, а обмен мнениями о содержании каждой из вер сводится к признанию другой религии как проводника мира и терпимости.

Православие, ислам и иудаизм стремятся к диалогу, не вмешиваясь, не критикуя друг друга. Объектом критики являются протестанты в христианстве и исламские экстремисты. Если в отношении христианских протестантов в 1990-е годы критика была более жесткая, то в настоящее время она осторожная и либеральная. Иная ситуация сложилась в мусульманской общине, где идет противостояние по линии традиционалисты - экстремисты.

В Кабардино-Балкарии зарегистрировано 178 религиозных организаций, в том числе 125 мусульманских, которые объединяет Духовное управление мусульман. Кроме того, здесь создан Северо-Кавказский исламский университет, где учатся 147 студентов. Программа вуза включает 23 религиозных и 12 светских предметов. Кроме того, при университете действует медресе и проводятся курсы повышения квалификации для имамов. В Нальчике строится Северо-Кавказский исламский центр, отношение к которому в обществе не однозначно.

Проявления неэффективности деятельности органов республиканской власти в сочетании с коррупционной составляющей, а также клановостью, основанной на близкородственных и экономических отношениях, вызывают недовольство жителей республики и формируют основу различных противоречий, накапливая взрывоопасный протестный потенциал, который проявляется и в форме исламистского экстремизма.

В молодежной среде происходит культивирование экстремистских настроений и формирование оппозиционной к действующей власти прослойки молодых людей. Именно эта часть молодежи выступает в качестве идейной и ресурсной подпитки экстремистских структур и бандподполья. В подавляющем большинстве это лица от 17 до 35 лет, большая часть из которых не трудоустроены, из малообеспеченных семей, без четкой гражданской позиции. Так называемый чистый ислам для них выступает наиболее понятной и доступной формой интерпретации внешнего мира, позволяет адаптироваться к изменяющимся условиям жизни. Согласно опросам, определенная часть молодежи не рассматривает участников бандподполья как политических преступников, а видит в мотивации их деятельности борьбу за социальную справедливость и финансовый интерес (41% респондентов - участники социологического опроса молодежи, проведенного по заказу Общественной палаты при Президенте КБР).

В последнее десятилетие в условиях деидеологизации российского общества в культуре и духовно-нравственном разви-

тии жителей КБР произошла переоценка значения религии в общественной жизни. На религиозные идентификаторы населения воздействуют нарастающая тенденция мусульманизации республиканского общества и широкое распространение радикально-экстремистской идеологии.

Религиозность стала одним из социально значимых факторов в молодежной среде. Растет количество школьников и студентов, исповедующих так называемый «чистый ислам», оказывающих пособническую помощь бандподполью.

Молодые приверженцы «чистого» ислама активно заимствуют компоненты, так называемой восточной мировой культурной системы (более жесткие исламские нормы, паломничество в Мекку и Медину, арабоязычная литература и др.). Возросло количество жителей, для которых формой самовыражения и внешнего проявления исламизации является ношение религиозно обусловленной одежды.

На фоне процесса реисламизации населения наблюдается устойчивая тенденция падения авторитета традиционного ислама среди молодежи. Этому способствуют слабое теологическое образование основного состава имамов, использование устаревших форм и методов работы официального мусульманского духовенства с молодежью, нехватка квалифицированных служителей мусульманского культа, способных идейно противостоять сторонникам радикальных религиозных течений.

Пропаганда исламского призыва привела к увеличению числа сторонников ислама радикального толка безотносительно этнической принадлежности. При этом молодые неофиты - лица славянской национальности очень активны и являются успешными проповедниками экстремистской идеологии.

Следует отметить, что позиции Русской православной церкви (РПЦ) среди славянского населения республики слабы. Подавляющая часть священнослужителей РПЦ КБР в силу преклонного возраста, а также по личностным качествам не в состоянии заниматься активной миссионерской деятельностью. Одним из факторов борьбы с религиозным экстремизмом власти республики, ДУМ КБР и РПЦ видят религиозное просвещение населения, особенно подрастающего поколения, в связи с этим в учебный план некоторых средних общеобразовательных учебных заведений вводится специальный предмет «История и культура мировых религий».

Резюме и рекомендации. Позитивно настроенная часть населения КБР, в том числе молодежь, в условиях идеологического вакуума характеризуется инертностью и отсутствием желания активно участвовать в противодействии экстремистским проявлениям.

Населением ощущается определенная дистанцированность республиканских отделений общероссийских партий от происходящих событий, тревожащих общество. Научная и творческая интеллигенция минимизировала свое участие в общественной жизни КБР.

Остается малоактивной работа 16 молодежных общественных организаций, созданных под эгидой федеральных и республиканских органов власти и управления. Отсутствие массовых молодежных организаций, особенно на местном уровне, способных представлять интересы молодого поколения в различных структурах власти КБР, ограничивает возможности молодежи в социальной самореализации и ведет к росту агрессивности и протестного потенциала. Для молодых людей требуется обоснование социальной активности: молодежь более привлекает локализация общественных мероприятий до территории их проживания, чем апеллирование к идеологическим схемам.

Незрелость гражданского общества КБР во многом предопределяет дальнейшее нарастание негативных тенденций в конфессиональной и межконфессиональной, межэтнической сферах.

Повышению эффективности государственной политики в области сохранения и развития культурных и нравственных ценностей, укрепления духовного единства российского народа, локализации обозначенных угроз безопасности, в том числе в духовно-нравственной сфере, способствовали бы следующие меры:

- создание объединяющей идеологии, которая позволит направить процесс социокультурной динамики российского общества в консолидирующее русло и преодолеть кризис духовной культуры и отчуждение молодого поколения от культурного наследия России;

- усиление роли государственного регулирования социальных процессов, и в частности в молодежной сфере, что предполагает формирование эффективной и адекватной современности молодежной политики в рамках обеспечения духовной и в целом национальной безопасности России;

- организация общегосударственной системы мониторинга этнополитической и религиозной ситуации, демографического и экономического положения народов РФ (регионов), содержания

гуманитарного образования на предмет соответствия задачам консолидации народов КБР, воспитания гражданина и патриота России;

- создание эффективной системы социальной мобильности молодых россиян, которая позволила бы ликвидировать расхождение между декларируемым равенством прав и возможностей жизненной и профессиональной самореализации молодежи.

«Этнополитическая ситуация в России и сопредельных государствах в 2013 году», М., 2014 г., с. 496-502.

Д. Алиева,

соискатель (РЦЭИ ДНЦ РАН, г. Махачкала) ОСОБЕННОСТИ ПОЛИТИЗАЦИИ ИСЛАМА В СОВРЕМЕННОМ ДАГЕСТАНЕ

Процесс политизации ислама в России совпал по времени с мусульманским возрождением в мире. Об этом напоминает Д. А. Пузырев: «На изменение роли религии в жизни человека, а именно на ее переход из сферы частной жизни в сферу общественной, на ее подверженность значительной политизации оказало влияние пробуждение политической активности, проходящее в мире» [Пузырев, 2008]. Но при этом политизация религии свидетельствует не о том, что население становится религиозным, а о том, что религия энергичнее, чем раньше, проникает в политику, идеологию, правительственные сферы [Малышева, 1986: 4].

В России последователи ислама проживают во многих уголках страны. Численность их с каждым годом увеличивается, что отражается в экспертных оценках. Как отмечают эксперты, в России проживает 12-20 млн мусульман (8-12% всего населения страны). Их численность в 2030 г. может превысить 30 млн человек. Как указывают многие исследователи (А.В. Митрофанова, З.И. Левин, Д. Экспозито, М.З. Хусейн и др.), причины политизации ислама в России те же, что и в остальном мире, но этот процесс имеет свои особенности.

Реисламизация в Республике Дагестан начинается с 90-х годов прошлого столетия. Исламское возрождение выразилось в том, что возросло число мечетей, которые являются материальной основой процесса распространения ислама.