Влияние профессиональной деятельности женщин-матерей на уровень их удовлетворенности жизнью

студента вуза на профессиональную мотивацию // Социологические методы в современной исследовательской практике: Сборник статей, посвящённый памяти первого декана факультета социологии НИУ ВШЭ А.О. Крыштановского. - М.: НИУ ВШЭ, 2011. - VIII. - C. 423-430 [Электронный ресурс]. -Режим доступа: http:soc.hse.ru/socinf/konf.

3. ЛукьяновА.С. Психологические условия развития мотивации профессиональной деятельности, связанной со становлением субъектно-деятельностной позиции будущих менеджеров на этапе обучения в вузе: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. -Ставрополь, 2005. - 19 с.

4. Петросов В.А. Психологические условия

формирования профессиональной мотивации у студентов - будущих менеджеров: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. - М., 2006. - 23 с.

5. Попова А.Ю. Психологические условия развития мотивации профессионального учения студентов психологов: Автореф. дис. . канд. психол. наук. - М., 2004. - 30 с.

6. Приставка Т.А. Формирование профессиональной мотивации учебной деятельности студентов (на материале колледжа культуры и искусств): Автореф. дис. ... канд. пед. наук. - Белгород, 2004. - 22 с.

7. Heider F. Attitudes and cognitive organization // Journal of Psychology. - 1946. - № 21. - P. 107-112.

УДК 159.923

Тимербулатова Эльвира Салаватовна

Новосибирский государственный педагогический университет

elvira1977@mail.ru

ВЛИЯНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖЕНЩИН-МАТЕРЕЙ НА УРОВЕНЬ ИХ УДОВЛЕТВОРЕННОСТИ ЖИЗНЬЮ

В статье представлен опыт изучения уровня удовлетворенности жизнью у женщин, реализующих биологическое актуальное материнство, ориентированных и неориентированных на высокие профессиональные достижения. Целью данной статьи является выявление наличия и характера взаимосвязей между ориентацией женщин-матерей на профессиональную деятельность и качеством удовлетворенности собственной жизнью.

Ключевые слова: материнство, профессиональная деятельность женщин, профессиональная успешность.

Современная социальная ситуация в России характеризуется феминизацией профессиональной деятельности и популярностью женского профессионального труда. Одновременно с этим в общественном сознании муссируется образ-эталон женской успешности, соединяющий в себе два важных социальных вида деятельности - реализацию в профессии и материнстве. Социально-экономические, научно-технические, культурно-исторические изменения, происходящие в современном мире, требуют от взрослого трудоспособного населения высокой степени активности, инициативности, включенности в профессиональную деятельность, что влечет увеличение рабочего времени за счет сокращения времени и количества родительского вклада в сфере семейных и детско-родительских отношений. С точки зрения исследователей, занимающихся проблемами психологии личности, важнейшим признаком зрелости и социальной компетентности на этапе взрослости является успешное овладение профессией (А.Г. Асмолов, В.А. Бодров, Е.А. Климов, Э.Ф. Зеер, А.Л. Сыркина и др.).

Однако эти же общественные изменения повышают требования к интеллектуальному, социально-психологическому уровню личности уже на самых ранних этапах ее развития, в связи с чем удлиняется период детства и увеличивается необходимость родительского сопровождения детства.

Возникающие противоречия могут являться стрес-сирующим фактором в жизнедеятельности современных женщин и поэтому влиять на качество осуществления ими родительских функций и уровень удовлетворенности жизнью в целом [1].

В связи с этим возникает вопрос: влияет ли профессиональная деятельность на степень удовлетворенности жизнью у женщин, осуществляющих актуальное биологическое материнство? Целью данной статьи является выявление наличия и характера взаимосвязей между ориентацией женщин-ма-терей на профессиональную деятельность и качеством удовлетворенности собственной жизнью.

В основе нашего исследования лежит гендерная методология, позволяющая изучать как специфику профессиональной деятельности женщин, так и проблемы материнства как части личности женщин. Исследованиям работающих женщин посвящены работы отечественных авторов О.А. Гаври-лицы, Г.Г. Силласте, А.Г. Харчева, С.И. Голод, И.О. Тюриной, Т.М. Карахановой и др. Проблемы профессиональной самореализации женщин изучаются в работах А.А. Чекалиной, Л.Н. Ожиговой, Л.В. Поповой, М.В. Сафоновой, П.Ф. Сусловой и др. Понятие «женская деловая активность» определяется в работах отечественных исследователей Г.В. Турецкой, А.Е. Чириковой, А.Е. Кричевс-кой, В.А. Хащенко, О.К. Самарцевой, Т.А. Фоминой, В.А. Суковатой, А.Г. Штейнберг и др. как

«женское предпринимательство», «женщина-руководитель», «женщина - топ-менджер», «деловая женщина», что предполагает осуществление женщиной профессиональной управленческой деятельности в социально-экономическом секторе. Отдельно рассматривается понятие «работающие матери» в исследованиях О.М. Здравомысловой, Т.А. Гурко, П. Босс, Е.Б Мезенцевой, О.А. Г аврилицы и др. Анализ настоящих исследований позволяет обнаружить, с одной стороны, важность профессиональной деятельности для личности женщин, с другой -недостаточность теоретических знаний о психологии влияния профессиональной деятельности разного уровня на степень удовлетворенности жизнью женщин-матерей.

В данном исследовании участвовали 2 группы женщин, являющихся биологическими матерями, условно обозначенные нами как «ориентированные на профессиональные достижения» (группа 1) -52 человека и «неориентированные на профессиональные достижения» (группа 2) - 70 человек. Возраст участниц от 28 до 40 лет, группы гомогенны между собой по ряду признаков: по характеру семейной организации - полная семья; наличие ребенка (детей); по образовательному статусу матери (высшее образование).

Критерием ориентированности на высокие профессиональные достижения А.Е. Чирикова называет высокий социальный статус, осуществляемый женщиной через деятельность в профессиональной сфере и выделяет следующие его признаки: пост руководителя; высокий профессиональный статус, сочетаемый с высокой социальной активностью; выраженный карьерный рост; полная временная занятость на оплачиваемой работе, когда высокий уровень профессионализма выступает источником дохода и экономической независимости [3, с. 306].

В 100% случаев респондентки 1 группы занимали руководящую должность в статусе «финансовый директор», «руководитель управления страхования», «генеральный директор аудиторской компании», «директор по розничной торговле» и т.д. Представленные должности позволяли рассматривать получаемый уровень заработной платы источником семейного дохода, также основанием для экономической самостоятельности женщин-мате-рей данной группы. В ходе свободного интервью в 100% случаев респондентки указывали на полную и сверхурочную занятость на работе.

Признаком «неориентированности» на высокие профессиональные достижения мы считаем отсутствие в настоящий момент реализации высокого социального статуса через деятельность в профессиональной сфере, а так же отсутствие указанных признаков ориентации на высокие профессиональные достижения. Так, в ходе свободного интервью во 2 группе была выявлена ориентация в настоящий момент на выполнение материнских функций

при отсутствии ориентации на высокие профессиональные достижения, карьеру: 70% респонденток занимаются домашним хозяйством, однако из них лишь 20% озвучивают свой социальный статус как «домохозяйка»; 30% занимают исполнительские должности - лаборант, офис-менеджер, ветеринарный аптекарь и т.д. 70% женщин имеют опыт частичной рабочей занятости, при этом у 100% отсутствует собственный источник дохода или экономическая независимость. Характерными признаками 2 группы стали в целом благополучный семейный,

и, в связи с этим, социально-экономический статус, а также декларируемая в настоящий момент сознательная установка на реализацию материнского функционала в условиях преимущественно домашнего хозяйствования.

Для изучения уровня удовлетворенности жизнью женщин нами были использованы проективная рисуночная методика «Мир женщины», авторский модифицированный вариант «Незаконченные предложения», методика «Семантический дифференциал». Для описания критерия удовлетворенности жизнью в рисунке «Мир женщины» интерпретации подвергались параметры «размер фигуры «Я», «формат рисунка». В «Незаконченных предложениях» были введены темы «удовлетворенность жизнью», «жизненные цели», «гендерные установки», «страхи и опасения». В методике «Семантический дифференциал» были подсчитаны факторы «оценка», «сила», «активность» при шкалировании понятия «Я».

Математическая обработка полученных эмпирических данных включала использование непараметрического критерия и - Манна-Уитни, предназначенного для оценки различий между двумя выборками, по уровню какого-либо признака, количественно измеренного, а также применение корреляционного анализа Спирмена для определения наличия и характера выявленных взаимосвязей [2].

Анализ результатов после применения критерия Манна-Уитни показал, что у женщин-матерей, ориентированных на профессиональные достижения, обнаружена достоверно большая удовлетворенность собой (параметр «оценка «Я» иэмп=585). Достоверно чаще «образ «Я» переживается респондентами группы 1 как более сильный, способный к напряжению, по сравнению с «образом «Я» респондентов группы 2 (параметр «сила «Я» иэмп=585). Также достоверные различия обнаружены по критерию «удовлетворенность жизнью» («уровень отношения к удовлетворенности жизнью» и =562,5). В целом сравнительные характеристики показали, что на уровне вербализаций женщины-матери группы 1 более высоко ценят профессиональные достижения, чем женщины-матери группы 2. Также зафиксировано, что на уровне сознания женщины-матери группы 2 достоверно выше ценят материнство, чем женщины-матери группы 1. Однако удовлет-

Таблица 1

Иерархия параметров по критерию «Удовлетворенность жизнью»

Группа 1 Женщины-матери, ориентированные на профессиональные достижения Группа 2 Женщины-матери, не ориентированные на профессиональные достижения

Количество выявленных взаимосвязей 32 Количество выявленных взаимосвязей 14

1. Уровень отношения к жизненным целям 8 1. Уровень отношения к удовлетворенности жизнью 5

2. Уровень отношения к удовлетворенности жизнью 5 2. Сила «Я» 3

3. Отношение к страхам 5 3. Оценка «Я» 2

4. Формат рисунка 4 4. Отношение к жизненным целям 2

5. Активность Я 3 5. Уровень отношения к жизненным целям 2

6. Размер фигуры Я 2 6. Уровень отношения к страхам 1

7. Оценка «Я» 2

8. Сила «Я» 2

9. Уровень отношения к страхам 1

Примечание: жирным курсивом выделены дифференцирующие показатели между группами.

воренность жизнью и образ себя достоверно выше оценивается в группе женщин-матерей, ориентированных на профессиональные достижения. На наш взгляд, это обнаруживает глубокое внутрилич-ностное противоречие у женщин-матерей, неориентированных на профессиональные достижения, но ориентированных на реализацию своего личностного потенциала в материнстве.

Применение корреляционного анализа Спирмена позволило выявить наличие взаимосвязей между уровнем профессиональной деятельности жен-щин-матерей и характеристиками удовлетворенности жизнью, нами были рассмотрены взаимосвязи на высоком и среднем уровне значимости. Структура корреляционной плеяды группы 1 носит разветвленный характер, где широко представлены разнообразные взаимосвязи (всего 32 обнаруженных взаимосвязи). В группе 2 представлено значительно меньшее количество взаимосвязей - 14. Количество выявленных взаимосвязей позволило нам предположить степень значимости выявленных параметров и построить их иерархию по критерию «Удовлетворенность жизнью» (табл. 1).

В группе 1 преобладают взаимосвязи удовлетворенности жизнью с параметрами материнской сферы, причем семь из одиннадцати выделенных параметров материнской сферы носят обратно-пропорциональный характер, что демонстрирует, с одной стороны, значимость материнской сферы для оценки уровня удовлетворенности собственной жизнью, с другой - противопоставление удовлетворенности жизнью материнству; возможно, это является показателем синдрома «ролевой перегрузки». Тем выше уровень удовлетворенности жизнью, чем в меньшей степени прикладываются усилия в материнстве. Одним из показателей высокого уровня удовлетворенности жизнью стала низкая степень активности, вмешательства собственной матери в жизненный мир респонденток. Из шести взаимосвязей параметров профессиональной сфе-

ры с характеристиками удовлетворенности жизнью в четырех из них зафиксированы прямо-пропорциональные связи, что указывает на представление о связи профессиональной успешности и удовлетворенности жизнью у респонденток. Например, чем в большей степени работа представляет ценность, тем сильнее переживание удовлетворенности жизнью (г =0,693, р=0). Следует отметить статистически значимую связь параметров «оценка «работа» -«уровень отношения к страхам» (г8=-0,479, р=0,003), носящую обратно-пропорциональный характер. С одной стороны, это отражает наличие в сознании страхов и опасений, с другой - компенсаторную функцию профессиональной деятельности, позволяющую при увеличении усилий в профессиональной деятельности относиться к страхам более спокойно и тем ниже переживать уровень страхов, чем выше ценить свою работу.

В группе 2 обнаружено, что уровень отношения к удовлетворенности жизнью связан как с ценностью ребенка (г=0,613, р=0), так и с ценностью работы (г =0,585, р=0). На наш взгляд, учитывая сознательную установку женщин-матерей группы 2, в данном случае обнаруживается конфликтное переживание, снижающее ощущение удовлетворенности жизнью респонденток. Также чем выше ценность дома, семьи, тем ниже оценивается уровень удовлетворенности жизнью (г = -0,566, р=0). Уровень отношения к удовлетворенности жизнью связан с переживанием собственной матери как сильной личности, что позволяет предположить наличие тенденции к зависимой стратегии поведения.

В группе 1 полученные результаты показывают, что жизненные цели как показатель удовлетворенности жизнью респонденток, мотивированы такими значимыми отношениями как отношение к ребенку как к ценности, к дому и семье, к работе, к себе как к активной личности: тем выше уровень жизненных целей, чем положительнее оцениваются перечисленные параметры. В группе 1 на высо-

кий уровень притязаний, жизненных целей респон-денток влияет образ собственной матери (г8=0,659, р=0), высокая ценность работы (г8=0,693, р=0) и ощущение силы собственного образа «Я» (г=0,523, р=0).

В группе 2 жизненные цели респонденток связаны исключительно с работой (г=0,479, р=0,003) и профессиональным успехом (г=0,435, р=0,007) что, учитывая реальную степень занятости женщин-матерей группы 2 в профессиональной деятельности, еще раз подтверждает невысокий уровень переживания в целом удовлетворенности собственным образом жизнью, может быть показателем ощущения «профессиональной нереализованности».

В группе 1 собственное «Я» респондентки данной группы оценивают тем выше, чем выше уровень отношения к собственной матери (г =0,659, р=0), что обнаруживает влияние благополучных отношений с матерью на становление образа «Я» у женщин-матерей, ориентированных на профессиональные достижения. Удовлетворенность жизнью в 1 группе женщин-матерей связана с переживанием собственной силы и активности, причем удовлетворенность жизнью имеет тенденцию повышаться при возможности реализовать себя за пределами отношений в семье и с детьми (г = -0,600, р=0).

В группе 2 зафиксировано оценочное отношение к собственному «образу Я», причем, чем выше оценка себя, тем выше уровень субъективного переживания удовлетворенности жизнью (г =0,533, р=0) и ниже уровень переживания страхов (г8=-0,453, р=0,005). Важным выступает фактор «силы «Я»: чем в большей степени респондентки данной группы переживают себя как сильную, способную к напряжению, усилиям личность, тем выше их уровень отношении к семье (г8=0,553, р=0). На наш взгляд, такая позиция характерна в случае переживания зависимости от собственной семьи, которая оценивается как позволяющая или не позволяющая проявлять себя и свои способности.

Дифференцирующие показатели в параметрах удовлетворенности жизнью в 1 группе по сравнению с группой 2 являются «отношение к страхам», «активность «Я», «формат рисунка» и размер фигуры «Я» в рисунке. Чем в большей степени работа переживается как ценность (г8=-0,479, р=0,003), ребенок - как «сильный» (г= -0,587, р=0), тем меньше страхов переживает респондент. Одновременно с этим, чем больше респондент готов к значительному усилию для обретения профессионального успеха, тем больше страхов и опасений может испытывать (г= 0,497, р=0,002). В данном случае необходимость высокой ценности работы и потребность в переживании собственного ребенка как сильного, способного может быть рассмотрена защитным механизмом, способствующим компенсировать возникающие страхи и опасения у жен-щин-матерей 1 группы. На уровне тенденций су-

ществует представление о том, что высокая личная активность позволяет ставить и реализовывать высокий уровень жизненных целей. Анализ форматов рисунка позволяет сделать вывод о стремлении выйти за привычные границы, заполнить и освоить как можно большее пространство, увеличить комфортную территорию, неудовлетворенность «привычным форматом» у женщин группы 2. Женщины-матери группы 1 в настоящий момент чувствуют себя комфортно в своем жизненном мире, не стремятся изменить его, что говорит о комфортных отношениях с реальностью, удовлетворенности своей профессиональной деятельностью и отношениями с ребенком.

В группе 2 отличительным показателем стала характеристика «отношение к жизненным целям». Зафиксирована тенденция положительно относиться к жизненным целям при условии представления о себе как сильной, способной к усилиям личности и представления о работе как требующей личной активности.

Таким образов, мы обнаружили наличие взаимосвязи между показателями удовлетворенности жизнью и ориентацией женщины-матери на профессиональные достижения. В нашей работе мы выявили, что у женщин-матерей, с ценностной ориентацией на профессиональные достижения удовлетворенность жизнью выше, чем у женщин-мате-рей, сознательно выбравших для реализации своей личностной и социальной активности материнскую деятельность. Образ «Я» матерей, ориентированных на профессиональные достижения, обретает ценность в собственном восприятии при условии реализации личной активности, самостоятельности, способности к усилиям и достижениям. В целом в данной группе более благополучное самоотношение. Образ «Я» женщин-матерей, неориентированных на профессиональные достижения, зависит от отношения к семье, отношения к матери, выполнения своих материнских функций, нагружен избыточным самоцениванием с наличием негативной оценки себя и результатов своей деятельности.

На наш взгляд, обнаруженные противоречивые переживания имеют в своей основе гендерные сте-реотипизированные представления и являются основной причиной того, что удовлетворенность жизнью находится не на самом высоком уровне у женщин обеих групп. Перспективой исследования может стать дальнейшее изучение путей преодоления обнаруженных внутриличностных противоречий, мероприятий на социальном и индивидуальном уровне, способствующих снятию стрессогенности и повышения ощущения высокого качества жизни, что является условием как психологического здоровья личности женщины, так и условием благополучного родительства. Перспективным представляется также изучение влияния профессиональной

деятельности матери на стратегии родительского поведения с целью оптимизации условий для развития детей в современном российском обществе.

Библиографический список

1. Матвеева О.М. Становление нравственности будущих предпринимателей в системе высшего

профессионального образования как педагогическая проблема // Сибирский педагогический журнал. - 2012. - № 1. - С. 267-273.

2. Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. - СПб.: ООО «Речь», 2002. - 350 с.

3. Чирикова А.Е. Женщина во главе фирмы. -М.: Ин-т социологии РАН, 1998.

УДК 159.923

Шемет Ирина Сергеевна

доктор психологических наук, профессор Российский государственный университет физической культуры, спорта, молодёжи и туризма, г. Москва irashemet@yandex.ru

Густова Людмила Владимировна

Костромской государственный университет им. Н.А. Некрасова

ludagustova@yandex.ru

РЕЛИГИОЗНОЕ ВЛИЯНИЕ НА ЛИЧНОСТЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СПОРТСМЕНА

В настоящей статье осуществляется постановка проблемы религиозного влияния на личность и деятельность спортсмена. Приведены авторские подходы к феномену религиозности, а также результаты серии эмпирических исследований по выявлению взаимосвязи индивидуального уровня религиозности с результатами спортивной деятельности, личностными качествами спортсменов.

Ключевые слова: религиозность, духовность, личностные качества, религиозная система, интеграция психики.

Спортивная психология направлена на формирование определённого идеала личности спортсмена, который можно обобщённо обозначить как здоровая, самоорганизующаяся, саморазвивающаяся личность, обладающая высоким уровнем субъектности. Как отмечает профессор С.Д. Неверкович, - «Физкультурная и спортивная деятельность развивает такие черты личности, как настойчивость, упорство, инициативность, стремление «постоять за себя» [1]. Эти черты практически не зависят от вида спорта. Данные идеалы и ценности присущие спорту как системе социального воспитания и восходят к древнегреческому идеалу совершенствования человека, развитие его духовных и физических качеств, то есть стремления к богоподобию. Данная традиция была продолжена советской педагогикой в концепции гармонично развитой личности, и продолжается в настоящее время А.А. Передельским в концепции формирования нравственного и духовного здоровья личности средствами физической и спортивной культуры.

Социализация в современной России представляет собой интенсивную христианизацию общества, вектор которой противоположен ценностям спорта. Если мы возьмём и сравним по любому параметру вектор развития психики, который закладывается спортом и закладывается христианством, то увидим, что они противоположны. Возвышение духа - унижение духа, активность - пассивность, вызов - смирение, доминирование - подчинение, бесстрашие - страх.

Проблема влияния религиозности спортсменов на эффективность спортивной деятельности не изу-

чена. Для исследования религиозного влияния нами проведён теоретический анализ понятий религиозности и духовности с позиции интегративного подхода к психике. Духовность рассматривается нами как способность психики человека управлять жизнью и поведением. Религиозность рассматривается нами как включённость (адаптированность) к требованиям религиозной системы. Большинство религий постулирует собственные исключительные права на духовное совершенствование, отрицают путь духовного развития вне религии. Это приводит к зависимости человека от религиозной системы, отказу от собственных духовных исканий. Высокая субъектность предполагает повышение независимости человека от внешних влияний, к какому бы уровню психики они не прикладывались. В этой связи религиозная адаптация является неким этапом развития духовности, за которым должна последовать рефлексия этого влияния, диалектическое отрицание и выход духа за пределы конфессиональной границы, с целью поиска собственных духовных ориентиров. С точки зрения концепции интеграции психики, религиозная адаптация не является необходимым условием развития духовности, а является реальным современным фактором психологического влияния, последствия которого нелинейны и нуждаются в системном анализе.

Мы обозначаем религии как системы духовного воспитания, которым присущи свои эталоны личности - модели идеального человека, которым приписываются конкретные личностные характеристики, особенности поведения и мышления. Набор личностных характеристик религиозного эталона зависит от того, какая идеология фундирует