Концепция регулирования выбросов изменилась

Минэкономики направило на согласование в ведомства проект концепции федерального закона о регулировании выбросов парниковых газов. Ее суть — в создании механизма поддержки проектов в области сокращения выбросов (прежде всего программ энергоэффективности) через налоговые льготы и кредиты. Более радикальные меры — как введение в какой-либо форме «цены на углерод», против чего ранее выступал, в частности, РСПП,— из проекта исчезли.

Концепцию проекта федерального закона «О регулировании объема выбросов парниковых газов» (есть у “Ъ”) Минэкономики разрабатывает по «Плану обеспечения к 2020 году сокращения объема выбросов парниковых газов (ПГ) до уровня не более 75% от 1990 года» (утвержден еще в апреле 2014 года). Доклад о концепции Минэкономики должно представить в Белый дом к лету — а через год по плану подготовки ратификации Парижского соглашения должен быть готов проект самого закона.

Первый вариант концепции был разработан еще в ноябре 2017 года (см. «Ъ-Онлайн» от 14 декабря 2017 года). Тогда же РСПП направил к нему ряд замечаний, усомнившись в необходимости концепции в целом. В частности, в письме РСПП говорилось, что уровень выбросов в настоящее время уже составляет около 70% от уровня 1990 года (без учета поглощения лесами), а «необходимость дополнительного регулирования выбросов ПГ для достижения указанной цели вызывает сомнения» — но приведет к росту издержек бизнеса и расходов бюджета.

То, что цели по снижению выбросов (и «внутренняя», по снижению выбросов к 2020 году, и «международная», минус 25–30% от уровня 1990 года к 2030 году) будут достигнуты, признает и Минэкономики. «Уровень взятых на себя РФ обязательств позволяет не вводить жестких ограничений на выбросы ПГ, в том числе в энергоемких отраслях»,— говорится в концепции. «Странно, что мы планируем регулировать выбросы ради достижения столь малоамбициозной цели,— разумнее говорить о модернизации и "озеленении" экономики, в том числе ради следования мировому низкоуглеродному тренду и поддержания конкурентоспособности»,— говорит директор программы «Климат и энергетика» WWF России Алексей Кокорин. В РСПП настаивают на «неснятом противоречии» в выполнении уже выполненных обязательств, предлагая как цель не «сокращение» выбросов, а «сдерживание их роста или сокращение удельных выбросов».

Концепция предполагает прежде всего поддержку проектов по сокращению выбросов, а также инициатив в лесном секторе (увеличивающих поглощение парниковых газов) — через снижение налогов, налоговые кредиты и понижающие коэффициенты для амортизации оборудования. Основным инструментом предполагается энергоэффективность. По данным “Ъ”, новый комплекс мер, нацеленный на перезапуск программ энергоэффективности (см. “Ъ” от 22 мая 2017 года), также отправлен в правительство, но пока не утвержден. На днях Минэкономики предложило изменить и требования к программам энергосбережения, включив в них отчетность по снижению выбросов CO2 для регулируемых отраслей.

Формулировки же о возможных «переходах к другим механизмам с ценой на углерод при выявлении такой необходимости» из последней версии концепции исчезли — создавать рынок квот на выбросы или вводить «углеродный» налог Минэкономики пока не хочет. Вместе с тем, по данным Всемирного банка, сейчас в мире уже более 40 стран используют такие механизмы «цены на углерод».

Наконец, концепция Минэкономики предполагает запуск системы мониторинга, отчетности и верификации выбросов для крупных эмитентов ПГ. Законопроект об обязательной углеродной отчетности ранее вызвал критику РСПП и был снят с повестки заседания правительства в середине января. Сейчас источники в РСПП говорят, что эта мера даст «дополнительную финансовую и административную нагрузку». Директор Центра экологических инициатив Михаил Юлкин также выступает против обязательной верификации отчетов о выбросах ПГ при отсутствии системы квот — это даст дополнительные расходы, а перераспределения средств в область низкоуглеродного развития не обеспечит. Также он полагает, что разумнее было бы поддерживать не проекты (что поставит их в зависимость от решений чиновников), а виды деятельности — «зеленую» энергетику (даже в домохозяйствах) и энергосбережение.

Разработанная Минэкономики концепция — «шаг в правильном направлении, но сильно запаздывающий», считает Олег Плужников, возглавляющий климатическое направление в «Деловой России». «С учетом опережающего развития жестких требований международного углеродного регулирования (в отдельных секторах, например в авиации, уже с 2019 года) принятие этого закона только во второй половине 2019 года усиливает риски дополнительных дискриминационных мер против энергоемких предприятий РФ и их продукции»,— полагает эксперт.