Оценка институциональной структуры корпорации по распределению её добавленной стоимости: кейс корпорации «Газпром»

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 8 (363). Экономика. Вып. 48. С. 154-164.

УДК 330.138 ББК 65.012

ОЦЕНКА ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ КОРПОРАЦИИ ПО РАСПРЕДЕЛЕНИЮ ЕЁ ДОБАВЛЕННОЙ СТОИМОСТИ: КЕЙС КОРПОРАЦИИ «ГАЗПРОМ»

Публикация подготовлена при поддержке гранта РГНФ № 14-02-00316

Д. А. Плетнёв, Е. В. Николаева

ФГБОУ ВПО «Челябинский государственный университет», Челябинск, Россия

Современные корпорации характеризуются существенными диспропорциями в своей институциональной структуре. В них доминирует институт принуждения, эксплуатация работников менеджментом и корпорации в целом её владельцами. Однако до настоящего времени не сформировано научных подходов к её практической оценке. В статье представлено развитие теории институциональной структуры корпорации, предложен новый подход к её оценке, основанный на использовании концепции добавленной стоимости и данных финансовой отчётности. Подход применён к данным корпорации «Газпром» за 2004-2013 гг. Особое внимание уделено распределению добавленной стоимости между субъектами корпорации и их динамике. Сделан вывод о диспропорциях в структуре добавленной стоимости корпорации «Газпром».

Ключевые слова: корпорация, институциональная структура корпорации, институт принуждения, добавленная стоимость, дивиденды.

Введение. В современной экономической науке продолжается дискуссия об оценке результатов экономической деятельности. Эта проблема рассматривается как одна из центральных экспертами Всемирной экономической ассоциации — WEA, в числе которых Дж. Стиглиц, А. Сен и Ж.-П. Фитусси [16]. С одной стороны, общим местом становится критика макроэкономических индикаторов, ВВП, других показателей системы национальных счетов. И им «в помощь» предлага -ются разнообразные методики измерения «благо -получия» и «счастья» (Р. Лэйард [4], Р. Инглехарт и коллеги [12]). На микроэкономическом же уровне критике подвергается существующая система оценки эффективности деятельности предприятий, основанная на одновременном использовании как данных бухгалтерского учёта, так и информации с фондового рынка. Бухгалтерской отчётности в вину ставится её «управляемость», а биржевым индикаторам — напротив, слабая связь с действительным положением дел. Однако ещё большей, на наш взгляд, проблемой является неадекватность главных показателей, которые аналитики, руководство и научное сообщество зачастую используют для оценки эффективности работы корпораций. В первую очередь речь идёт о прибыли. Не углубляясь в противоречия оценки прибыли как одной из основных экономических категорий, отметим, что по своей природе она несёт информацию лишь о результативности деятельности корпорации для своих вла-

дельцев. Все остальные заинтересованные группы — управляющие, работники, государство, инвесторы, поставщики и т.д., даже при высокой прибыли могут не суметь удовлетворить свои интересы и ожидания, связанные с корпорацией. А современная оценка эффективности корпорации должна учитывать интересы не только владельцев, но и иных стейкхолдеров.

Такой подход является развитием институциональной концепции корпорации, изложенной в работах Д. А. Плетнёва [8; 9]. Согласно этому подходу, корпорация представляет собой сложную систему, образованную множеством «слоёв» различной природы. Одним из таких слоёв является набор институтов и образующих их рутин. Гармоничность институциональной структуры корпорации влияет на возможности её развития, а сама, в свою очередь, зависит от соразмерности институтов разных типов в своей структуре. В настоящей работе используется вполне очевидное предположение, что действие тех или иных институтов можно наблюдать по распределению благ между различными связанными с корпорацией субъектами. Как соразмерность, так и диспропорции в таком распределении будут сигнализировать о проблемах в институциональной структуре.

Возникает актуальная задача поиска иных, более адекватных измерителей корпорации. На наш взгляд, хорошие перспективы есть у показателя «добавленная стоимость». Он отражает способ-

ность корпорации создавать новую стоимость, а его распределение между различными субъектами — способность удовлетворять их интересы. Цель настоящей работы — предложить методологию и проанализировать институциональную структуру корпорации по распределению её добавленной стоимости на примере корпорации «Газпром» за 2004-2013 гг.

В современной экономической науке проблеме добавленной стоимости уделяется значительное внимание. В рамках развития марксистской политической экономии исследуется процесс создания добавленной и прибавочной стоимости, противоречия процесса их распределения и трудовой природы стоимости (П. Кришнамурти и коллеги [13], С. Маргинсон [14]). Отдельного внимания заслуживают работы Р. С. Дзарасова [3], а также А. В. Бузгалина и А. И. Колганова [1; 2], в которых указывается на существующие диспропорции в распределении добавленной стоимости между субъектами как мировой экономики, так и конкретных корпораций. Во втором подходе концентрируется внимание на так называемой экономической добавленной стоимости (И. Велес-Пареха [16], Ф. Вайсенридер [17], (Г. Биддл и коллеги [10], П. Фернандес [11]). Это уводит исследование от самой сути этого явления, переключает внимание на вопросы поиска инструментов роста доходов и прибыли. В таком виде проблема добавленной стоимости становится разделом маркетинга и стратегического менеджмента. В русле этого направления главным вопросом является «как создать» добавленную стоимость, в то время как для целей настоящего исследование больший интерес представляет ответ на другой вопрос — «как она распределяется».

Данные и методология исследования. Методология оценки институциональной структуры корпорации, основанная на анализе распределения её добавленной стоимости, исходит из предположения о тройственной природе институтов в корпорации. Они порождаются тремя различными мотивами человеческой деятельности (принуждением, частным интересом и следованию социальным нормам) и могут быть обозначены как институт принуждения, институт оппортунизма и институт содействия соответственно. Все три института в гармоничной корпорации являются соразмерными, а гипертрофия любого из институтов приводит к диспропорциям в институциональной структуре корпорации и дисфункциям самой корпорации [8].

В настоящей работе используется предположение о возможности оценки институциональной структуры корпорации по её внешним проявлениям, а именно — по распределению добавленной стоимости между основными субъектами. Возможности манипулирования долями добавленной стоимости будут свидетельствовать об активной роли института принуждения, присвоение добавленной стоимости обладающими властью «физическими» субъектами — о действии института оппортунизма. Институт содействия априори находится в современных корпорациях в подавленном состоянии, и потому иной вывод можно сделать только при наличии явных аргументов, говорящих о его существовании.

Предлагаемая методология оценки величины добавленной стоимости основана на марк-совой трактовке этого понятия как «вновь созданной стоимости» (подробнее см. в работе Д. А. Плетнёва [7]). Эта позиция отличается от набирающей популярность так называемой концепции экономической добавленной стоимости, в действительности имеющей мало общего с добавленной стоимостью в её классическом понимании и уводящей от действительной проблематики к производным и частным вещам, интересным только владельцам корпораций.

Понимаемая таким образом добавленная стоимость может быть вычислена довольно просто — как разница выручки от реализации и материальных затрат. Однако более корректно, на наш взгляд, рассчитывать её как сумму элементов, относящихся к различным заинтересованным субъектам. По данным отчётности (для ОАО «Газпром» речь идёт о консолидированной финансовой отчётности, подготовленной в соответствии с МСФО и ежеквартальном отчёте эмитента за I квартал следующего года [5] (I квартал 2013 г. доступен по адресу [6]) была проведена оценка элементов добавленной стоимости в распоряжении различных субъектов: владельцев (чистая прибыль, из отчёта о совокупном доходе в консолидированной отчётности по МСФО), работников (расходы на оплату труда, из примеч. 26 к консолидированной отчётности по МСФО), управляющих (вознаграждения членам совета директоров и правления, из п. 5.3 ежеквартального отчёта эмитента), государства (уплаченные налоги, в том числе и за счёт работников, из примеч. 30 к консолидированной отчётности по МСФО), инвесторов (уплаченные проценты из примеч. 27 к консолидированной отчётности

по МСФО). Сумма этих элементов и образует величину валовой добавленной стоимости корпорации «Газпром».

Результаты. Валовая добавленная стоимость ОАО «Газпром» имеет устойчивую положительную динамику: за весь рассмотренный период она возросла в 4,5 раза и в 2012 г. составила максимум (3 580,2 млрд р., или 75,2 % выручки от продаж). Столь высокая доля добавленной стоимости объясняется характером производственной деятельности корпорации «Газпром»: поскольку речь идёт о добывающей компании, то добавленная стоимость создаётся самим фактом производства (добычи) и продажи добытого сырья — природного газа. При этом резервы для увеличения доли добавленной стоимости ещё есть: на зарубежных рынках «Газпром» пока не допущен до реализации своего продукта в розницу, также существует потенциал роста добавленной стоимости в сфере глубокой переработки природного газа. Однако доля добавленной стоимости в выручке от реализации корпорации «Газпром» за рассмотренный период сократилась с максимальных 87,2 % в 2006 г. до 66,4 % в 2013 (рис. 1). Особенно резкий спад наблюдается в 2013 г. Можно предположить, что такие изменения связаны с различными организационными технологиями — например, переходом на аутсорсинг при выполнении ряда работ.

Для самой корпорации «Газпром» снижение доли добавленной стоимости должно стать тревожным сигналом — это означает, что место корпорации в цепочке создания добавленной стоимости становится более уязвимым, а сама

корпорация недополучает значительную часть дохода.

Детальный анализ структуры добавленной стоимости показал, что различным её субъектам (владельцам, государству, работникам, управляющим, инвесторам) достаётся различная часть этой добавленной стоимости. Это свидетельствует о диспропорциях в институциональной структуре, а отсутствие единого вектора изменения структуры — о действии на корпорацию множества разнонаправленных сил. Получено следующее распределение добавленной стоимости у корпорации «Газпром» в 2004-2013 гг. (рис. 2).

Основная часть добавленной стоимости корпорации «Газпром», принадлежащей (по большей части) государству, присваивается государством же посредством налоговой и таможенной системы (доля колеблется в районе 50 % от всей добавленной стоимости), а также страховых взносов в систему социального страхования (ранее — уплата единого социального налога). В основном это происходит за счёт таможенных платежей, налога на добычу полезных ископаемых и налога на добавленную стоимость (до 2/3 всей суммы налогов и таможенных платежей). В абсолютном выражении государство за 20042012 гг. получило от «Газпрома» 10,47 трлн р., около 38 % его совокупной выручки, около половины всей созданной добавленной стоимости. И в этом смысле «Газпром», безусловно, может называться национальным достоянием. В абсолютном выражении и общая сумма налогов, и сумма отдельных видов неуклонно растёт, ба-

Рис. 1. Динамика валовой добавленной стоимости и доли добавленной стоимости в выручке корпорации «Газпром» в 2004-2013 гг.

Здесь и далее рассчитано на основе [5; 6]

%

90 80 70 60 50 40 30 20 10 0

0,07 0,06 0,05 0,04 0,03 0,02 0,01 0,00

Рис. 2. Распределение добавленной стоимости корпорации «Газпром» между основными субъектами

зисный темп роста составляет 4,32, что соответствует примерно 20 %-му среднегодовому росту. В то же время выручка росла в среднем за год на 21,9 %, а добавленная стоимость — на 20,8 %. Поэтому в относительном выражении, и это подтверждает дальнейший анализ, доля государства незначительно, но сокращается. Вместе с тем в 2011-2012 гг. наблюдался рост доли государства, что может знаменовать собой начало новой тенденции.

%

Динамику структуры налоговой нагрузки корпорации «Газпром» можно видеть на рис. 3: основную часть добавленной стоимости государство получает через косвенное налогообложение, т. е. фактически эти налоги платят потребители. Речь идёт о таможенных платежах, налоге на добавленную стоимость и акцизах (до 35 % добавленной стоимости, до 70 % всей налоговой нагрузки). Также значительную часть составляет налог на добычу полезных ископаемых — свое-

Рис. 3. Динамика структуры доли добавленной стоимости корпорации «Газпром», распределённой в пользу государства в 2004-2013 гг.

образная форма присвоения земельной ренты. На рисунке он «сидит» в прочих налогах, составляя до 80 % этой группы и до 23 % всей налоговой нагрузки. Также наряду с ним в эту группу вошёл налог на имущество, но его доля во всех уплаченных налогах незначительна — около 3,5 %. Также незначительна доля налогов, уплаченных «за работников»,— речь идёт о налоге на доходы физических лиц и социальных взносах (эта часть к концу рассматриваемого периода приближается к 3 % от величины добавленной стоимости, или чуть более 6 % от доли, уплачиваемой государству). Налог на прибыль, вопреки расхожему мнению, в общей сумме добавленной стоимости занимает незначительную долю (7,9 % в 2012 г.). Вместе с тем общая сумма уплаченного налога на прибыль значительна — 301 млрд р. Можно отметить, что финансовая отчётность раскрывает только явные отчисления в пользу государства, вместе с тем сама корпорация неоднократно использовалась в политических целях, когда периодически различным странам предоставляются скидки на газ, мотивированные «большой политикой». Недополученный доход от таких действий также может считаться долей «виртуальной» добавленной стоимости, которую государство получает в виде политического капитала. Однако оценки такого рода дохода — предмет отдельного исследования. Также считаем важным подчеркнуть, что для большинства исследо -вателей значительная доля налоговых платежей корпорации «Газпром» может оказаться невидимой — в традиционных формах отражается только налог на прибыль.

Более подробно структура добавленной стоимости в распоряжении государства по видам на-

Акцизы, 7 %

Налог на имущество, 3 %

Другое, 12 % ) ЕСн, 5 %

НДФЛ, 4 %

логов и платежей представлена на рис. 4 (2004 г.) и 5 (2013 г.). Основную долю занимают таможенные платежи (в 2004 и 2013 гг.— 42 %), суммарная доля НДС и НДПИ тоже практически не изменилась — 27 % в 2004 г. и 29 % — в 2013 г., как не изменилась и доля налога на прибыль, а вот доля НДПИ существенно возросла. Последнее изменение связано с увеличением ставки налога, в то время как ставка налога на прибыль, напротив, уменьшилась с 24 до 20 %, поэтому рост доли этого налога (одновременно выросла и абсолютная сумма налога) объясняется существенным ростом его базы, т. е. прибыли. Изменения доли остальных выплат добавленной стоимости в пользу государства не выглядят значительными. Таким образом, доля государства в структуре добавленной стоимости, если говорить только о налогах и таможенных платежах, сохраняет устойчивые позиции, стабильно уровень в 48 %.

Интересным представляется тот факт, что доля некоторых элементов осталась без изменений (таможенные платежи, акцизы и налог на прибыль занимают одинаковую долю и в 2004, и в 2013 г. с точностью до 1 %). Главное изменение произошло в 2013 г.— из-за изменений в законодательстве доля НДС существенно уменьшилась, в то время как доля НДПИ столь же существенно возросла. В абсолютном выражении изменения оказались не такими равноценными — уменьшение НДС более чем на 200 млрд р. не компенсировал рост НДПИ на 90 млрд р. В целом структурные сдвиги в доле добавленной стоимости, достающейся государству, выглядят значительными, это говорит о частых изменениях в законодательстве и о том, что институт принуждения, образуемый в том числе и законодательной базой, неустойчив

Акцизы, 7 %

Налог на прибыль, 11 %

Налог на имущество, 4 % ругое, 11 % | ЕСН, 4 % НДФЛ, 3 %

Налог на прибыль, 11 %

Рис. 4. Структура добавленной стоимости корпорации «Газпром», распределённой в пользу государства в 2004 г.

Рис. 5. Структура добавленной стоимости корпорации «Газпром», распределённой в пользу государства в 2013 г.

и находится в состоянии непрерывной трансформации (рис. 6).

Вторым по значимости «получателем» добавленной стоимости выступают владельцы корпорации, среди которых центральное место, опять же, занимает государство. В настоящем исследовании предлагается абстрагироваться от персонификации собственников и рассматривать их как абстрактного субъекта с известным интересом в виде максимизации своей доли добавленной стоимости — прибыли. За весь рассматриваемый период, несмотря на присутствие некоторой волатильности, можно заметить устой-

%

-•-Налог на прибыль НДПИ -*-НДС

—Таможенные платежи —Акцизы Налог на имущество

—(-Единый социальный налог НДФЛ

Рис. 6. Динамика структурных элементов добавленной стоимости корпорации, достающейся государству

Рис. 7. Динамика доли добавленной стоимости корпорации «Газпром», распределённой в пользу владельцев в 2004-2013 гг.

чивый рост доли владельцев. Начиная с 27 % в 2004-2005 гг., доля владельцев лишь немного не дотянула до 40 % в 2010 и 2011 гг. а в 2013 г. составила 33,4 % (рис. 7). Одновременно следует отметить незначительный рост доли потребляемой владельцами части добавленной стоимости, почти в рамках статистической погрешности. Однако в абсолютном выражении сумма дивидендных выплат увеличилась в 5 раз — с 28,2 до 141,8 млрд р. Кроме того, в 2013 г. нарушилось многолетнее «правило» — уменьшение доли чистой прибыли в структуре добавленной стоимости сопровождалось уменьшением и доли дивиден-

дов. В 2013 г. доля владельцев вообще сократилась на 0,8 процентных пункта и одновременно доля дивидендов увеличилась на 0,9 процентных пункта, или почти на 20 %. Последняя тенденция может свидетельствовать о проявлении института оппортунизма со стороны владельцев — ожидание макроэкономической нестабильности в будущем предопределило выбор акционеров в пользу текущего дохода по итогам 2013 г. По всей видимости, по итогам 2014 г. доля дивидендов будет меньше, чем в 2013 г.

Дополнительно следует заметить, что учёт доли, получаемой государством как собственником корпорации «Газпром» (50 %), позволяет скорректировать данную выше оценку доли добавленной стоимости, присваиваемой государством. В совокупности налоги, таможенные платежи и прибыль корпорации позволяют извлекать корпорации до 70 % совокупной добавленной стоимости. И эта доля практически неизменна.

Третьим по значимости субъектом с точки зрения присвоения добавленной стоимости являются работники корпорации. Их доля устойчиво сокращается с 2004 (13,8 %) по 2012 г. (10,4 %). При этом доля управляющих столь же устойчиво возрастает с 0,028 % (2004 г.) до 0,040 % (2012 г.) (рис. 8). Одновременно наблюдающийся рост средней заработной платы — следствие как со-

%

16 14 12 10 8 6 4 2

кращения численности занятых, так и роста добавленной стоимости в абсолютном выражении. Обнаруженное сокращение доли работников в валовой добавленной стоимости корпорации «Газпром» свидетельствует об отчуждении работников от самой корпорации. И даже некоторый рост этого показателя в 2013 г. и рост среднемесячной заработной платы за рассматриваемый период более чем в 2 раза (рис. 9) не меняют общей тенденции — доля работников незначительно, но сокращается. Соответственно, можно сделать вывод о том, что механизмы внутрикорпоративной эксплуатации работников усиливаются, приобретают новые формы.

Для наглядности на рис. 8 были построены линии тренда для обоих рядов, по которым можно проследить отмеченное различие.

В абсолютном выражении за весь рассмотренный период вознаграждение управляющих также растёт — с 0,22 до 1,43 млрд р. в год (т. е. почти в 7 раз). При этом ни в одном из рассмотренных периодов не наблюдалось снижения суммы вознаграждения, а в кризисный 2009 г.— рост на 20 %. Заработная плата выросла в среднем в 2 раза, а вознаграждение топ-менеджмента — в 7 раз. Следует отметить, что различия в динамике долей вознаграждения работников и управляющих позволяет сформулировать гипотезу об усилении дифференциации в оплате труда.

%

0,07 0,06 0,05 0,04 0,03 0,02 0,01 0,00

2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013 -♦-Доля работников -о-Доля управляющих

0

Рис. 8. Динамика доли работников в структуре добавленной стоимости корпорации «Газпром» в 2004-2013 гг.

Тыс. р./мес. 100

90 80 70 60 50 40 30 20 10 0

2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013

Рис. 9. Динамика среднемесячной заработной платы в корпорации «Газпром» в 2004-2013 гг.

Наименьшая доля (около 3 %) приходится на долю инвесторов (в первую очередь банков), причём в «кризисные» 2008-2009 гг. их доля возросла более чем в 2 раза, а затем — вновь уменьшилась до 2,6 %. Корпорация «Газпром» не столь остро нуждается в использовании заёмного капитала (на его долю в 2012 г. приходилось около 12,5 % всего капитала корпорации, и по сравнению с 2011 г. происходит снижение этой доли).

Заключение и перспективы. Представленные выводы являются общим взглядом на структуру и распределение добавленной стоимости в корпорации «Газпром». Более детальный анализ позволит выявить глубинные противоречия интересов различных групп субъектов корпорации, понять скрытые механизмы распределения добавленной стоимости как объективной характеристики такого многогранного явления в современном хозяйстве, как корпорация «Газпром». Более того, доля добавленной стоимости в распоряжении того или иного субъекта лучше других индикаторов может показать реальное распределение прав собственности. Исходя из этого утверждения, «Газпром» на 70,05 % принадлежит государству, на 16,90 % — частным владельцам и институциональным инвесторам, на 10,39 % — работникам, на 2,61 % — банкам и прочим инвесторам и на оставшиеся 0,05 % — топ-менеджерам (управляющим). На первый взгляд, вывод, что у работников прав собственности на корпорацию в 200 раз больше, чем у её руководства, абсурден, но не стоит за-

бывать, что а) власть работников распыляется между ними, и на одного работника в среднем приходится гораздо меньше прав, чем на одного топ-менеджера; б) теоретически, если предположить наличие единого «разума» работников и их единую волю, то, безусловно, такой разум и такая воля будут обладать гораздо большими правами на корпорацию, чем её топ-менеджмент.

Важным достоинством добавленной стоимости для научного исследования является то, что этот показатель находится «в тени»: инвесторы, владельцы и аудиторы не проявляют к нему особого внимания. По этой причине его вычисление в процессе самостоятельного исследования даёт максимально объективную картину, не завуалированную стремлением добиться нужного результата. На наш взгляд, этот показатель должен занять достойное место в научных исследованиях и в экспертных оценках эффективности деятельности хозяйствующих субъектов.

Институциональная структура корпорации «Газпром» нестабильна, в ней доминирует институт принуждения, который является комбинацией нормативно-правового регулирования со стороны государства и внутрикорпоративной системы менеджмента. Кроме того, существенно развит институт оппортунизма. Инициатива в его развитии принадлежит топ-менеджменту, который под различными предлогами усиливает свою власть в корпорации, что позволяет отчуждать ему всё большую и большую часть добавленной стоимости в свою пользу.

Список литературы

1. Бузгалин, А. В. Глобальный капитал 2014 : в 2 т. Т. 1 : Методология: по ту сторону позитивизма, постмодернизма и экономического империализма (Маркс re-loaded) / А. В. Бузгалин, А. И. Колганов. -3-е изд., испр. и сущ. доп. - М. : Ленанд, 2015. - 640 с.

2. Бузгалин, А. В. Глобальный капитал 2014 : в 2 т. Т. 2 : Теория. Глобальная гегемония капитала и её пределы (Капитал re-loaded) / А. В. Бузгалин, А. И. Колганов. - 3-е изд., испр. и сущ. доп. - М. : Ленанд, 2015. - 904 с.

3. Дзарасов, Р. С. Развитие в современном мире: возможен ли национально ориентированный капитализм? / Р. С. Дзасаров // Экономика мегаполисов и регионов. - 2013. - № 1 (48). - С. 8-35.

4. Лэйард, Р. Счастье: уроки новой науки / Р. Лэйард. - М. : Изд. Ин-та Гайдара, 2012. - 416 с.

5. Консолидированная финансовая отчётность ОАО «Газпром», подготовленная в соответствии с международными стандартами финансовой отчётности (МСФО), и ежеквартальная отчётность за 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013 гг. - URL: http://www.gazprom.ru/investors/reports

6. Ежеквартальный отчёт ОАО «Газпром» за I квартал 2013 г. - URL: http://www.gazprom.ru/f/ posts/52/479048/gazprom-emitent-report-1q-2013.pdf

7. Плетнёв, Д. А. Добавленная стоимость корпорации: теория и российская практика / Д. А. Плетнёв // Журн. экон. теории. - 2013. - № 1. - С. 131-147.

8. Плетнёв, Д. А. Концепция корпорации: опыт системно-институционального исследования : монография : в 2 ч. / Д. А. Плетнёв. - Челябинск : Изд-во Челяб. гос. ун-та, 2013. - Ч. 1. - 260 с.

9. Плетнёв, Д. А. Системно-институциональная теория корпорации: к разработке новой концепции. / Д. А. Плетнёв // Экон. наука соврем. России. - 2013. - № 4 (63). - С. 7-18.

10. Biddle, G. Evidence on EVA / G. Biddle, R. M. Bowen, J. C. Wallace // J. of Applied Corporate Finance. -1999. - № 12 (2). - URL: http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.178168

11. Fernandez, P. Three Residual Income Valuation Methods and Discounted Cash Flow Valuation / P. Fernandez // SSRN Electronic J. - 2013. - № 1.

12. Inglehart, R. Development, Freedom, and Rising Happiness: A Global Perspective (1981-2007) / R. Inglehart, R. Foa, C. Peterson, C. Welzel // Perspectives on Psychological Science. - 2008.- Vol. 3, № 4. -Р. 264-285.

13. Krishnamurthy, P.Marxism with Ethics and Values of Sustainability Coexisting with Capitalism: Lal Salam to Governance of Dayakar Reddy / P. Krishnamurthy, S. Deenadayalan, P. Srilatha Gandhian // International Conference on Entrepreneurship and New Venture Creation: International Models and Benchmarks Proceedings. - 2011. - № 12. - URL: http://ssrn.com/abstract=1958829

14. Marginson, S. Value creation in the production of services: a note on Marx / S. Marginson // Cambridge J. of Economics. - 1998. - № 22 (5). - P. 573-585.

15. Stiglitz, J. The Measurement of Economic Performance and Social Progress Revisited — Reflections and Overview / J. Stiglitz, A. Sen, J.-P. Fitoussi. 2009. - URL: http://www.stiglitz-sen-fitoussi.fr/documents/ overview-eng.pdf

16. Velez-Pareja, I. Value Creation and its Measurement: A Critical Look at EVA / I. Velez-Pareja // Cuadernos de Administración. - 2001. - № 22. - Р. 7-31.

17. Weissenrieder, F. Value Based Management: Economic Value Added or Cash Value Added? / F. Weissen-rieder // FWC AB Study. - 1997. - Vol. 3. - URL: http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.156288

Сведения об авторах

Плетнёв Дмитрий Александрович — кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики отраслей и рынков Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. pletnev@csu.ru

Николаева Екатерина Владимировна — кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики отраслей и рынков Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. nikolaeva@csu.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2015. No. 8 (363). Economy. Issue 48. Pp. 154-164.

ASSESSMENT OF INSTITUTIONAL STRUCTURE OF CORPORATION BY ITS VALUE ADDED DISTRIBUTION: CASE CORPORATION "GAZPROM"

D. A. Pletnev

Candidate of Economics, Associate Professor of Department of Economics of Industries and Markets of Chelyabinsk State University, Chelyabinsk, Russia. pletnev@csu.ru

E. V. Nikolaeva

Candidate of Economics, Associate Professor of Department of Economics of Industries and Markets of Chelyabinsk State University, Chelyabinsk, Russia. nikolaeva@csu.ru

Modern corporations are characterized by significant imbalances in its institutional structure. They are dominated by Institute of coercion, exploitation of workers and the management of the corporation as a whole by its owners. However, to date not been formed scientific approaches to its practical assessment. The article presents the development of the theory of the institutional structure of the corporation, a new approach to its assessment, based on the use of the concept of added value and the financial statements. The approach is tested on data corporation "Gazprom" for the years 2004-2013. Particular attention is paid to the distribution of value added between subjects corporations and their dynamics. It is concluded that disparities in the structure of the added value of the corporation "Gazprom".

Keywords: corporation, institutional structure of the corporation, the institution of coercion, the added value of dividends.

References

1. Buzgalin A.V. and Kolganov A.I. Global'nyy capital 2014. T. 1. Metodologiya: Po tu storonu pozitiv-izma, postmodernizma i ekonomicheskogo imperializma [Global Capital 2014. Vol. 1: Methodology: On the other side of positivism, postmodernism and economic imperialism]. Moscow, Lenand Publ., 2015. 640 p.

2. Buzgalin A.V. and Kolganov A.I. Global'nyy kapital 2014. T. 2. Teoriya. Global'naya gegemoniya kapi-tala i yeye predely [Global Capital 2014. T. 2. Theory.The global hegemony of the capital and its limits]. Moscow, Lenand Publ., 2015. 904 p.

3. Dzarasov R. S. Razvitiye v sovremennom mire: vozmozhen li natsional'no oriyentirovannyy kapitalizm? [The development of the modern world: is a nationally-oriented capitalism?]. Ekonomika megapolisov i re-gionov [Economy metropolises and regions]. 2013. No. 1

4. Leyard R. Schast'ye: uroki novoy nauki [Happiness: Lessons from a new science]. Moscow, Gaydar's Institute Publ., 2012. 416 p.

5. Konsolidirovannajafinansovaja otchjotnost' OAO «Gazprom», podgotovlennaja v sootvetstvii s mezh-dunarodnymi standartami finansovoj otchjotnosti (MSFO) za 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013 gg. [JSC «Gazprom». Consolidated financial statements prepared in accordance with International Financial Reporting Standards (IFRS) for 2004, 2005, 2006, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011, 2012]. URL: http: //www. gazprom.ru/investors/reports

6. Ezhekvartal 'nyj otchjot OAO «Gazprom» za I kvartal 2013 g. [Quarterly report of the issuer for the 1st quarter of 2013 JSC «Gazprom»]. http://www.gazprom.ru/fZposts/52/479048/gazprom-emitent-report-1q-2013.pdf

7. Pletnev D.A. Dobavlennaya stoimost' korporatsii: teoriya i rossiyskaya praktika [The added value of the corporation theory and practice]. Zhurnal ekonomicheskoy teorii [Russian J. of Economic Theory]. 2013. No. 1. Pp. 131-147.

8. Pletnov D.A. Kontseptsiya korporatsii: opyt sistemno-institutsional'nogo issledovaniya [The concept of the corporation: the experience of systemic institutional research]. Chelyabinsk, Chelyabinsk State University Publ., 2013. 260 p.

9. Pletnov D.A. Sistemno-institutsional'naya teoriya korporatsii: k razrabotke novoy kontseptsii [System-institutional theory of the corporation: to develop a new concept]. Ekonomicheskaya nauka sovremennoy Rossii [Economic science of modern Russia]. 2013. No. 4

10. Biddle G., Bowen R. M. and Wallace J. C. Evidence on EVA. J. of Applied Corporate Finance. 1999. No. 12 (2). URL: http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.178168

11. Fernandez P. Three Residual Income Valuation Methods and Discounted Cash Flow Valuation. SSRN Electronic J. 2013. No. 1

12. Inglehart R., Foa R., Peterson C. and Welzel C. Development, Freedom, and Rising Happiness: A Global Perspective (1981-2007). Perspectives on Psychological Science. 2008. Vol. 3, no. 4. Pp. 264-285.

13. Krishnamurthy P., Deenadayalan S. and Gandhian P. Srilatha. Marxism with Ethics and Values of Sus-tainability Coexisting with Capitalism: Lal Salam to Governance of Dayakar Reddy. International Conference on Entrepreneurship and New Venture Creation: International Models and Benchmarks Proceedings. 2011. No. 12. URL: http://ssrn.com/abstract=1958829

14. Marginson S. Value creation in the production of services: a note on Marx. Cambridge J. of Economics. 1998. No. 22 (5). Pp. 573-585.

15. Stiglitz J., Sen A. and Fitoussi J.-P. The Measurement of Economic Performance and Social Progress Revisited — Reflections and Overview. 2009. URL: http://www.stiglitz-sen-fitoussi.fr/documents/overview-eng.pdf

16. Velez-Pareja I. Value Creation and its Measurement: A Critical Look at EVA. Cuadernos de Administración. 2001. No. 22. Pp. 7-31.

17. Weissenrieder F. Value Based Management: Economic Value Added or Cash Value Added? FWC AB Study. 1997. Vol. 3. URL: http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.156288