2006. 03. 032. Томсинский С. В. Углече Поле в IX-XIII веках / гос. Эрмитаж. - СПб. , 2004. - 319 с. - библиогр. : С. 240-254

характеризуется преобладанием присваивающих отраслей хозяйства (охота, рыболовство, собирательство). Из числа производящих отраслей присутствуют отгонное коневодство и мотыжное земледелие. Второй по величине АЭК погребенных по обряду ингумации с тушей или шкурой коня отмечен наличием тех же присваивающих форм хозяйственной деятельности. Производящее направление включало, предположительно, мотыжное земледелие, но главными, скорее всего, были различные формы кочевого хозяйства, основанного на коневодстве и разведении крупного и мелкого рогатого скота (с. 174).

А.Е. Медовичев

2006.03.032. ТОМСИНСКИЙ СВ. УГЛЕЧЕ ПОЛЕ В 1Х-Х111 ВЕКАХ / Гос. Эрмитаж. - СПб., 2004. - 319 с. - Библиогр.: с. 240254.

Ключевые слова: 1Х-ХШ вв., ранний период истории Углича.

Монография посвящена раннему периоду истории одного из древнейших русских городов Верхнего Поволжья - Углича. Впервые с максимальной полнотой вводятся в научный оборот материалы раскопок, проведенных в 1989-2000 гг. Угличской археологической экспедицией Государственного Эрмитажа, которые открывают перспективы новой интерпретации давно известных письменных источников.

В главе I определяются территориальные рамки исследования, обозначенные термином «Угличское Поволжье», под которым понимается средневековая волость - «Углече Поле» - территория площадью около 3,5 тыс. кв.км, ставшая в первой трети XIII в. одним из удельных княжеств Северо-Восточной Руси. Город -административный, торговый и религиозный центр этой волости - по крайней мере, до XIV в. также именовался «Углече Поле» (с. 11). В главе дается характеристика археологической карты Угличского Поволжья и краткий обзор истории исследования памятников данного региона начиная с 70-х годов XIX в.

В главе II рассматриваются письменные источники, в которых рассказывается о событиях, происходивших в Угличском Поволжье в эпоху раннего Средневековья. Это прежде всего летописные своды, содержащие упоминания об Углече Поле в связи с событиями 1149 г.

и династическими распрями потомков вел. кн. Владимирского Всеволода Большое Гнездо в XIII в. Один из эпизодов одного из таких конфликтов в 1280-х годов отражает, по мнению автора, также и новгородская берестяная грамота № 91 с упоминанием Углича. Безусловно, полагает С.В. Томсинский, подлежит пересмотру установившееся с конца XIX в. скептическое отношение к угличским Летописцам XVIII в. как к источникам по изучению ранних этапов истории города. Наибольший интерес представляет, в частности, повествование об основании Углича в сохранившихся списках Тороповского и Серебряниковского Летописцев, которое, как полагает автор, основано на каких-то фрагментах раннесредневековой летописной традиции (с.64).

Впрочем, заключает исследователь, определить степень достоверности содержащихся в письменных источниках сведений могут только археологические материалы. Соотнесение данных письменных и археологических источников позволяет в общих чертах реконструировать начальный этап процесса градообразования в Угличском Поволжье и определить предпосылки появления на политической карте Восточной Европы в первой трети XIII в. Угличского удельного княжества (с. 79).

В главе III рассматриваются археологические источники о становлении города и культуре его первых обитателей. Возникновение Углече Поля, как отмечает автор, тесно связано с первым этапом (IX - первая четверть XI в.) процесса формирования государственной территории Древней Руси в Волго-Окском междуречье. Древнейшие русские города этого региона - Ростов, Муром, по-видимому, Суздаль, Ярославль - возникают на месте финно-угорских поселений. К числу таких городов, ставших «узлами прочности» в системе расселения, которая формируется в результате древнерусской колонизации районов, где сосредоточено финно-угорское население, следует отнести и Углече Поле.

Первое поселение выходцев с северо-запада, из зоны расселения новгородских словен, возникает на мысу при впадении в Волгу Каменного ручья и Шелковки не позднее третьей четверти IX в. на месте сгоревшего поселения финно-угров. Обитателей нового поселка автор отождествляет с «углянами» поздней угличской летописной традиции. Собственно Углече Поле возникает на месте этого поселения в середине X в. Согласно Тороповскому и

Серебряниковскому Летописцам его строит в 947-952 гг. княжеский данщик Ян Плесковитич, обосновавшийся здесь «со всем двором своим» (с. 95-96). Версии местной традиции о появлении в Угличском Поволжье в середине X в. выходцев из Приднепровья, по крайней мере, не противоречит состав коллекции фрагментов гончарной керамики горизонта 2 слоя 3, соответствующего начальному периоду существования древнерусского Углеча Поля в системе антропогенных отложений участков на территории кремля и посада, исследованных в 1985-1998 гг. (с. 136).

По своему социальному облику поселение середины - второй половины X в. на мысовой площадке представляло собой, как полагает автор, своего рода «коллективную усадьбу» некой пришлой группы представителей феодализирующейся знати, вокруг которой начинает формироваться этнически неоднородная община горожан. На немногочисленность обитателей Углеча Поля - славян, скандинавов, финно-угров - указывают и небольшие размеры разрушенного дружинного могильника в восточной части мысовой площадки, функционировавшего, по-видимому, меньше столетия (с. 153-154, 172).

Появление на Верхней Волге в середине X в. наместника дома Рюриковичей и основание на территории одной из восточнофинских группировок, входивших в мерянскую этносоциальную общность, Углеча Поля в качестве княжеского форпоста на севере страны автор склонен рассматривать в контексте мероприятий, предпринятых княгиней Ольгой во время ее поездки в Новгород в 947 г. (с. 172-173).

Реконструируемая планировочная структура древнерусского Углеча Поля в начальный период его существования не обнаруживает принципиальных отличий от планировочных структур так называемых городов старшего типа, развивавшихся в 1Х-Х1 вв. в различных регионах Восточной Европы. В качестве составных компонентов она включает топографически обособленный, но не всегда укрепленный центр; основной массив городской застройки; сакральную зону (могильники и языческие святилища) и зону хозяйственной деятельности (с. 154-155).

Не позднее первой трети XI в. сооружения горизонта 2 слоя 3 Углеча Поля были уничтожены большим пожаром, возможно связанным, как полагает автор, с вооруженным конфликтом между Ярославом и Борисом Владимировичами. С его точки зрения, этот

конфликт, по-видимому, являлся отражением не только чисто династических противоречий, но и соперничества двух набирающих силу центров древнерусской государственности - Новгорода и Ростова. Вероятно, после окончательного утверждения власти Ярослава Владимировича в Волго-Окском междуречье к 1024 г. поселение было восстановлено, но при этом подверглось радикальной перепланировке, в результате которой мысовая площадка была обнесена дерево-земляными укреплениями и превращена в детинец развивающегося города (с. 156-159).

Периоду XI-XIII вв. истории Углеча Поля соответствуют материалы горизонта 1 слоя 3 на всех участках кремля и посада, которые публикуются в главе IV. Они позволяют охарактеризовать город в начале рассматриваемого периода как одну из пограничных крепостей Ростовской земли на новгородском рубеже. В XI столетии Углече Поле становится и одним из центров распространения христианства в Волго-Окском междуречье. К этому времени, полагает автор, следует отнести строительство первого Спасского собора в Угличском кремле, вокруг которого вскоре начинает функционировать кладбище местной знати (с. 180-181). Формируется также сеть «подгородных сел», сама близость которых к городу, с точки зрения С.В. Томсинского, может служить косвенным доказательством их принадлежности местной феодализирующейся знати. Судя по находкам характерной керамики на территории города и селищах его округи, в первое десятилетие XIII в. в Угличское Поволжье направляются вынужденные переселенцы из Рязанской земли, вероятно, из числа тех, которых Всеволод Большое Гнездо расселял по своим владениям после разорения им Рязани в 1208 г. (с. 234).

К началу 30-х годов XIII в. несомненный рост демографического и экономического потенциала волости Углеча Поля предопределил становление его в качестве суверенного государственного образования - Угличского удельного княжества. Впрочем, очень скоро, в 1285 г., после пресечения династии угличских князей, город отошел к ростовской ветви потомков Всеволода III, а затем стал частью владений Великого княжества Московского (с. 238).

А.Е. Медовичев