Метафизика и онтология русской литературы

МЕТАФИЗИКА И ОНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Николай Николаевич Кожевников,

доктор философских наук, профессор Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова.

Вера Софроновна Данилова,

доктор философских наук, профессор Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова.

В России литература почти во все времена, начиная с М. В. Ломоносова, выходила за свои традиционные границы, заменяя собой философию, идеологию, формируя мировоззрение и систему ценностей. Вся эта литература и, прежде всего, самая высокая её часть, была ориентирована на судьбоносные и смысложизненные вопросы, поэтому обращение к онтологии, метафизике, экзистенциальным проблемам происходило в ней совершенно естественно. Однако после «золотого» и «серебряного» веков российской культуры метафизическая ориентированность литературы стала иссякать, практически прекратившись в современных условиях. Методология настоящего исследования сводится к сопряжению идей и эпохи, концепций и контекста, поскольку основное звучание литературы XIX и XX веков выразило чаяния передовой части общества с необыкновенной отчетливостью. Второе важнейшее направление развития этой методологии - меж-дисциплинарность, предполагающая тесную взаимосвязь литературы с культурологией, историей, социологией и политологией.

Русская литература в этот период дала три великих ответа на вызовы ключевых этапов российской истории. Первый такой этап (1812 - 1825 гг.) связан с победой над Наполеоном, вызвавшей удивительный подъём духа всего народа и породившей множество светлых надежд, осуществлённых правительством Александра I лишь в незначительной степени. Ответом были А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, П. Я. Чаадаев, Н. В. Гоголь и плеяда окружавших их писателей и поэтов. Второй этап был вызван великими реформами Александра II в 60 - 70 годах XIX в., когда творили Н. А. Некрасов, Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, Н. Е. Салтыков-Щедрин, И. С. Тургенев, И. А. Гончаров и многие другие. Именно в этот период литература России достигла своих максимальных высот. Третий этап пришёлся на российский ренессанс (третий после итальянского XIV -XVI вв. и немецкого XVIII в.), имевший

Н. Н. Кожевников, В. С. Данилова

планетарную и даже общекосмическую направленность, но только начавший формироваться. Как отмечал П. Н. Милюков [1], основой культуры «серебряного века» (90-е г. XIX в. -самое начало ХХ в.) стали 80-е годы XIX в. с отсутствием в них, на первый взгляд, идеологических установок, позволившие сформироваться целому поколению культурных деятелей, таких как А. П. Чехов, И. А. Бунин, М. Горький, Н. А. Гумилёв, А. А. Ахматова, М. С. Цветаева, О. Э. Мандельштам, Л. Н. Андреев, Д. С. Мережковский, З. Н. Гиппиус и многие другие. Следует отметить, что на всех этих этапах огромную роль играли художники, композиторы, театральные режиссеры, философы, также достигшие мировых высот, но их деятельность выходит за пределы настоящей статьи.

Первые вызов и ответ

Освободительная война 1812 г. и заграничный поход русских войск в 1813 - 1814 годах породил в различных слоях общества большие надежды: крестьяне ждали освобождения от крепостной зависимости, образованная часть общества - гражданских свобод. Все эти надежды рухнули после плохо подготовленного восстания декабристов, и в России на тридцать пять лет установилось консервативно-реакционное правление. Это время молодости А. С. Пушкина, собиравшего материалы для оставшегося ненаписанным романа в прозе «Русский Пелам», о видных представителях петербургского большого света, политических и литературно-театральных салонов, революционных кружков и великосветской богемы 1810-1820 гг. (Пелам-молодой человек, через социальные связи которого описана эта эпоха). Неординарных людей в то время действительно появилось много (Н. В. Кочубей, М. Ф. Орлов, Е. И. Голицына и другие), чему способствовала устремлённость общественной жизни в различных европейских странах и в России, взбудораженных французской революцией и эпохой Наполеона, к новым ориенти-

Александр Сергеевич Пушкин (1799 -1837 гг.) - выдающийся русский поэт, драматург и прозаик, родоначальник новой русской литературы.

рам и смыслам. Пушкиноведы выделяют несколько социальных групп этого периода, тесно связанных с именем Пушкина: преподаватели лицея, лицейские товарищи, члены литературного общества «Арзамас» (авторы устава - Д. Н. Блудов и В. А. Жуковский), члены литературно-театрального общества «Зелёная лампа» (основатели - Н. В. Всеволжский, Я. Н. Толстой). В своей фундаментальной работе «Спутники Пушкина» В. В. Вересаев охватывает приблизительно четыреста человек, представлявших ближайшее окружение поэта, включавшее его недоброжелателей и врагов [2]. Особенно интересовали А. С. Пушкина узловые события 1817- 1820 годов, например, дуэль 12.11.1817 г. между штаб-ротмистром В. В. Шереметьевым и графом А. П. Завадовским из-за А. И. Истоминой, где первый погиб и где секундантом был А. С. Грибоедов [3]. Весь пушкинский «золотой век», по оценке русского эмигранта культуролога Владимира Вейдле, занимает всего 20 лет, но им завершены и увенчаны её лучшие два столетия [4]. Этому пушкинскому веку соответствует фундаментальное равновесие в общественной и духовной жизни, сформировавшееся в России в первой половине XIX столетия и сплотившее все классы и сословия. Деятельность двух веков - XVII и Просвещения, причём не только российского, но и французского, немецкого, английского, увенчалась культурно-цивилизационной системой, хрупкой и уникально-изящной, развитие которой могло бы обеспечить России другую будущность, но оказавшейся разрушенной реакцией, последовавшей за восстанием декабристов. В этот пушкинский период русская литература ещё не обрела того надрыва, который присутствует даже в лучших, в целом необыкновенно равновесных произведениях И. С. Тургенева, не гово-

ря уже о романах Ф. М. Достоевского, где он проявил себя в полном объёме, затрудняя онтологическое исследование поставленных метафизических проблем.

В этот период происходит зарождение философии в России, но вследствие недостаточной проработанности исходных понятий и категорий по сравнению с Западной Европой, она ещё не была целостно-устойчивой и нуждалась в некоторой опоре. Эту роль и сыграла литература, искавшая правду жизни. «Великая русская литература, - отмечал Н. А. Бердяев, - стоит по ту сторону европейского классицизма и романтизма. Ей свойственен был реализм., .почти в религиозном смысле, а на вершинах в чисто религиозном смысле. Это есть реализм в смысле раскрытия правды и глубины жизни» [5, с. 64]. Ещё большее значение имел анализ зла и его генезиса. «Гоголя мучило, что Россия одержима духами зла и лжи, что она полна рож и харь и трудно в ней найти человека. Ошибочно видеть в Гоголе сатирика. Он видел метафизическую глубину зла, а не только социальное её проявление. Сейчас нет уже старой России времени Гоголя с её злыми и несправедливыми социальными формами... Но в более глубоком смысле гоголевская Россия осталась и в России советской, и советская, коммунистическая Россия полна рожами и харями, и в ней искажён человеческий образ» [Там же, с. 68]. Одна из самых глубоких метафизических концепций сформулирована в письме Ф. И. Тютчева В. А. Жуковскому от 18.10.1838 г.: «Не вы ли сказали где-то: в жизни много прекрасного и кроме счастья. В этих словах целая религия, целое откровение». Еще одно фундаментальное онтологическое

Михаил Юрьевич Лермонтов (1814 -1841 гг.) - русский поэт, прозаик, драматург, художник.

Пётр Яковлевич Чаадаев (1794 - 1856 гг.) -русский философ и публицист, объявленный правительством сумасшедшим за сочинения, в которых резко критиковал действительность русской жизни. Его труды были запрещены к публикации в императорской России.

дует упомянуть о судьбе П. П. Ершова, создавшего в девятнадцать лет поэму «Конёк-горбунок» (1834 г.). Полное издание вышло в 1856 г. Он имел намерение написать многотомные «похождения Ивана-царевича» и у него это, наверняка, получилось бы, но обстоятельства личной жизни, особенности среды помешали осущест-влениюэтих планов.

Таким образом онтология здесь формировалась посредством прояснения художественной реальности на основе лучших тенденций времени и устремлений людей, их воплощающих, а метафизика соответствовала идеалам, выходящим за пределы обыденной жизни и имеющим возможность укорениться именно через литературу, потому что через другие сферы российской действительности того времени сделать нечто подобное было невозможно.

Второй ответ

Реформы Александра II (1861 г.) затронули практически всё общество, поскольку помимо освобождения крестьян были существенно преобразованы судебная система, армия, возникло местное самоуправление, и опять появились ожидания и надежды, которые многие в среде интеллигенции стремились ускорить, приблизить: пошли в народ, в революцию.

Идеи демократизма, народности, нравственной проповеди получили на этом этапе особое развитие. Каждый роман И. С. Тургенева и, прежде всего, «Накануне» и «Отцы и дети» воспринимались как ориентиры общественного развития, также как и критические статьи Н. А. Добролюбова, развивавшего направление,

направление было обозначено П. Я. Чаадаевым, для которого главной темой исследований была «Судьба России». Метафизическое направление получит ещё более мощное развитие на последующих, отмеченных выше этапах русской литературы.

Однако нарастало и социальное, общественное её звучание. Очень сильное впечатление производит «Предсказание» М. Ю. Лермонтова, профетический пафос которого отмечается очень часто: Настанет год- России чёрный год, Когда царей корона упадёт, Забудет чернь к ним прежнюю любовь, И пища многих будет смерть и кровь; Когда детей, когда невинных жен Низвергнутый не защитит закон... В последующие десятилетия социальное звучание русской литературы многократно усилилось. С другой стороны метафизический и онтологический пафос русской литературы выглядел очень односторонне, поскольку в ней отсутствуют целые пласты разработанного фольклора, что вызывало недоуменные вопросы у многих выдающихся писателей, например у Томаса Манна. В русском фольклоре есть невероятно глубокие и колоритные фигуры: Кащей Бессмертный, Баба Яга, Иван-царевич и практически отсутствуют посвящённые им романы, поэмы, философские эссе. Имеющиеся стилизации поверхностны и тенденциозны. Здесь сле-

Иван Сергеевич Тургенев (1818 -1883 гг.) - русский писатель, поэт, переводчик, член-корреспондент Императорской Академии наук по разряду русского языка и словесности.

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

(1826 - 1889 гг.) - русский писатель, рязанский и тверской вице-губернатор.

заложенное В. Г. Белинским, выпуски журнала «Современник», стихи и поэмы Н. А. Некрасова. Герои И. С. Тургенева и, прежде всего, символ образованной молодёжи второй половины XIX в. Е. В. Базаров, характеризовали собой онтологические сдвиги, происходящие в обществе, и конкретные механизмы, позволявшие эти сдвиги осуществить: через овладение естественнонаучными и техническими знаниями, через разочарование в народе и опоре на собственные силы. Интересно, что сам Базаров не может толком объяснить эти сдвиги, но он их чувствует и сам является одним из этих механизмов. «Да зачем нам эта логика? Мы и без неё обходимся... Мы действуем в силу того, что мы признаём полезным, - промолвил Базаров. - В теперешнее время полезнее всего отрицание - мы отрицаем. - Всё? -Всё... - Мы ломаем потому, что мы сила, - заметил Аркадий» [6, с. 242]. В творчестве Н. А. Некрасова появился ещё один мотив - плач по своей собственной жизни оказался созвучным с плачем по судьбе народа.

Глубина же метафизического анализа достигла глубинных слоёв подсознания, где определяется сама сущность индивида, происходят экзистенциальные переживания добра и зла. Ф. М. Достоевский показал это метафизическое дно издалека, что дало повод отдельным писателям отметить схематичность его подхода - «писатель для подростков, формирующий молодое сознание. (В. В. Набоков)» [7]. Ф. М. Достоевский показал «широту человека», в котором может уживаться несовместимое: злодейство и нежность, подлость и доброта, однако сам литературный его метод отличается неравновесностью, излишней эмоциональностью, что было присуще и многим другим произведениям русской литературы XIX - XX вв. Однако Ф. М. Достоевский очень

точно предугадал онтологические корни основных болезней современного общества. Он предостерегал против «полунауки», названной затем А. И. Солженицыным образованщиной, приобретшей в настоящее время характер пандемии симулякров. Также как и при отходе людей от Бога возникают эпидемии, воздвигающие довольно скоро «старые, древнейшие, всем известные и поганейшие идолы». У Л. Н. Толстого подход к этим онтологическим слоям системный, целостный, хотя, по мнению Э. Золя, - «наивный». «Розовое христианство Достоевского, Толстого, почти полностью лишённого метафизической сути» (К. Леонтьев) [7]. Однако персонажи произведений Л. Н. Толстого онтоло-гично связаны со средой, так что для людей российской культуры с раннего их детства война 1812 г. воспринимается глазами Толстого, а действия его героев, их нравственные ориентиры становятся важнее исторических событий и персонажей, поэтому «Война и мир» и поход Наполеона в Россию оказываются сплетёнными в фундаментальную реальность.

Зато М. Е. Салтыков-Щедрин показал метафизическое дно российского человека до самого конца. Этого автора долго воспринимали как критика буржуазных отношений в обществе через его повесть «История одного города», сказки, «Губернские очерки». Но совсем другой индивид вырисовывается во многих его публицистических произведениях, романах «Господа Головлёвы», «Пошехонская старина». Такая мера подлости, лицемерия, извращённого сознания, этической инверсии не может быть сформирована только социальными условиями. Нужны особые антидуховные катализаторы (рабство в индустриальной стране и пресмыкательство, неискоренённое язычество, открывающее путь самому дикому мифотворчеству), чтобы Иудушка Головлёв и весь этот сонм салтыково-щедринских персонажей могли не просто жить, но и уверенно укоренять своё ущербное мировоззрение. Особенно развернулись описанные М. Е. Салтыковым-Щедриным люди во времена Гулага.

Большое значение имеет социально-религиозное измерение онтологии, нашедшее свое наиболее яркое воплощение в творчестве Н. С. Лескова. Его праведники из повестей и рассказов «Кадетский монастырь», «Несмертельный Голован», «Очарованный странник», «Инженеры-бессеребренники» выражают собой духовное основание российской культуры и цивилизации. Эта же линия затем получает своё развитие у многих выдающихся русских писателей. Многие чудаки А. П. Платонова или чудики В. М. Шукшина - преемники этих праведников, просто проблемы их выглядят мельче, представляясь иногда в комическом виде, что вызвано резким усложнением жизни, неравновесностью и нелинейностью окружающей среды, резким отличием темпоритмов в различных социальных подсистемах. Таким образом, несмотря на усиление общественного звучания русской литературы, на этом этапе ещё большее значение приобретают исследования метафизического пласта российской действительности. Именно благодаря последнему обстоятельству русская литература во второй половине XIX столетия внесла наиболее глубокий вклад в мировую литературу.

Антон Павлович Чехов (1860 - 1904) -выдающийся русский писатель, драматург, почётный академик Императорской Академии наук по разряду изящной словесности.

Третий вызов

В «золотом» веке российской культуры, под которым обычно понимают большую часть XIX в. от «раннего» Пушкина до, приблизительно, 1890 г., начался синтез всех элементов российской духовной культуры. Затем в 80-е гг. XIX столетия усилиями Ф. И. Достоевского, Л. Н. Толстого, К. Н. Леонтьева, В. С. Соловьёва завершился подготовительный этап следующего великого века - «серебряного». Объединительные духовные тенденции «золотого» века российской культуры трансформировались на этом новом этапе в общецивилиза-ционный синтез отечественной и мировой культуры (платонизм, кантианство, французский декаденс, индийский буддизм, философские концепции Кьеркегора, Ницше, богословские идеи русского средневековья). Наиболее полно эту связь осознавал П. А. Флоренский [7]. Эпоха «серебряного века» породила много универсалистских философских концепций, среди которых применительно к литературе необходимо отметить космизм, всеединство, психоанализ, экзистенциализм, новую метафизику и онтологию. Мышление этого века активно взаимодействовало с мифологичностью, существовал культ античности, но переосмысленный с точки зрения реалий современности, глобальных кризисов, разломов, катастроф. Эта эпоха довела до философских обобщений идеи универсализма и метафизического значения

русского языка, которые активно развивались и на предшествующих, упомянутых выше этапах. «Русский язык - язык эллинистический. В силу целого ряда исторических условий, живые силы эллинской культуры, уступив запад латинским влияниям и ненадолго загашива-ясь в бездетной Византии, устремились в лоно русской речи, сообщив ей самобытную тайну эллинистического мировоззрения, тайну свободного воплощения, и поэтому русский язык стал именно звучащей и говорящей плотью» [8, с. 122].

Наиболее фундаментальным писателем этого периода можно считать А. П. Чехова, а его пьесы - символом эпохи, который тесно переплёлся с МХАТом (Московским художественным академическим театром), ставшим символом в более широком понимании. Чехов писал о лучших представителях среднего класса (врачах, купцах - людях, устремлённых к полезной практической деятельности), воспевал их и резко отрицательно относился к пустым мечтателям, истерично-сентиментальным представителям дворян и аристократов. Во всех его пьесах есть человек реального дела, преобразователь жизни, но который ещё беззащитен против пошлости окружающей жизни, также как и соответствующий ему средний класс. Этому человеку ещё не хватает образованности или твёрдости в достижении целей. Если сравнить пьесы А. П. Чехова с пьесами А. Н. Островского, то последние вроде бы более реалистичны, все характеры укоренены в жизни, персонажей можно

Марина Ивановна Цветаева (1892 -1941 гг.) - одна из крупнейших русских поэтов ХХ века, прозаик, переводчик.

«потрогать руками», ноу А. П. Чехова несоизмеримо увеличены объёмы художественного пространства. У Островского оно ограничено менталитетом купеческой среды, исследованной с позиций общечеловеческой нравственности, тогда как «пространства» Чехова выходят далеко за пределы материальной жизни, включая в себя пласты воспоминаний, мечтаний, ценностей, устремлённыхкидеалам будущего.

Поэзия серебряного века приобрела общепланетарное звучание. Она нашла совершенную форму и онтологические основания практически во всех сферах культуры (различные исторические эпохи и культурные коды, художественные стили), которые привлекаются к исследованиям жизни начала ХХ столетия. Н. А. Гумилёв,

A. А. Ахматова, М. И. Цветаева, О. Э. Мандельштам,

B. И. Иванов и многие другие передали, прежде всего, ценность и вкус жизни, которая чуть не хрустит на зубах в стихотворении В. Ходасевича:

Горит звезда, дрожит эфир, Таится ночь в пролёте арок. Как не любить весь этот мир, Невероятный твой подарок.

Также постоянно подчеркивалась связь человека с всесильными космическими и историческими законами у Н. А. Гумилёва [9]:

В оный день, когда над миром новым Бог склонял лицо Своё, тогда Солнце останавливали словом, Словом разрушали города. И орёл не взмахивал крылами, Звёзды жались в ужасе клуне, Если точно розовое пламя, Слово проплывало в вышине. Ряд поэтов советского периода и русского зарубежья (Н. А. Заболотский, Н. А. Рубцов, Г. В. Иванов) сохранили и углубили эти традиции. Какая укоренённость в природе, в душе, в бытии, какая оптимальность и самодостаточность мысли и чувства выражаются, например, в поэзии Н. А. Рубцова [10]:

Звезда полей горит не угасая, Для всех тревожных жителей земли, Своим лучом приветливым касаясь Всех городов, поднявшихся вдали. Но только здесь, во мгле заледенелой, Она восходит ярче и полней, И счастлив я, пока на свете белом Горит, горит звезда моих полей. На онтологических основаниях «серебряного века» сформировались совершенно разные направления. Так, творчество А. С. Грина - виртуальная реальность, опирающаяся на скрупулезное знание приморской (черноморской) жизни и самые высокие человеческие идеалы, сплетённые в фантастическую российскую действительность. Творчество А. П. Платонова может быть рассмотрено в рамках сразу нескольких фундаментальных философских направлений. Ограничимся его главным произведением - романом «Чевенгур», в котором есть, прежде всего, язык коллективного бессознательного, получившего на короткий промежуток времени (конец десятых - начало двадцатых годов прошлого столетия) возможность проявить свое естество. Простой человек получил возможность строить мир в соответствии со своим менталитетом. Его осмысление фундаментальных философских, социальных, культурологических проблем,

неизбежно сопутствующих этому строительству, приобретает уродливо-гротескный, часто сатирический характер. И это несмотря на то, что автор писал свой роман с огромной симпатией кего героям, будучи сам в этот период времени одним из строителей светлого будущего. Просто «хищный глазомер» (О. Мандельштам) большого таланта или даже гения не мог не отобразить философских оснований и причин происходящего. Мир А. П. Платонова возникает из ничего, как бы из небытия. Все эти люди, собравшиеся строить социализм к лету и коммунизм к завтрашнему утру, были неукоренены в этом мире и считали главным условием успеха своих начинаний физическое уничтожение всех укоренённых,

Андрей Платонович Платонов (1899 -1951 гг.) - русский советский писатель и драматург, один из наиболее самобытных по стилю и языку русских литераторов первой половины ХХ века.

то есть имевших, например, свой дом или состоявших ранее на государственной службе. Несмотря на всю карикатурность его персонажей, они ближе кжизни, чем выдуманные представители социалистического реализма или чем «оргия гуманизма». Эту же философскую нацеленность на самые главные (экзистенциальные) проблемы жизни в последующие десятилетия продолжает творчество В. М. Шукшина, в рассказах которого «нет и тени сентиментальности» (К. Федин). Всё просто по форме, содержанию, и именно взгляд на жизнь его «чудиков» позволяет увидеть основания жизни во всей его метафизической простоте. Такая же онтологическая простота присуща и «Архипелагу ГУЛАГ» А. И. Солженицына, где метафизика заключённых сведена к нескольким экзис-

тенциальным параметрам, а помыслы представителей «тюремной промышленности» в отличие от мечтаний чудиков и чудаков предельно конкретны, поскольку они подчинены общей воле, единым «понятиям» - это та же самая «зона», но несколько иная, более вольготная, реализовавшая этическую инверсию в отношении всех основных фундаментальных норм и ценностей человеческого бытия.

Список литературы

1. Милюков, П. Д. Очерки истории русской культуры. В 3 т. / П. Д. Милюков. - М. : Прогресс-Культура, 1994.-Т.2.-Ч. 1.

2. Вересаев, В. В. Спутники Пушкина. В 2 т. / В. В. Вересаев. - М.: Советский писатель, 1937.-Т. 1.402 с.

3. Путеводитель по Пушкину. - СПб. : Академический проект, 1997.- 432 с.

4. Новиков, А. И. История русской философии / А. И. Новиков. - СПб.: Лань, 1998. - 320 с.

5. Бердяев, Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма/Н. А. Бердяев. - М.: Наука, 1990. - 224 с.

6. Тургенев, И. С. Отцы и дети. Собрание соч. в 15 т. / И. С. Тургенев. - М.-Л. : Наука, 1964. - Т. 8. -С. 193-402.

7. Русские цветы зла / Сост. В. Ерофеев. - М.: Изд-воАСТ, 2004. - 544 с.

8. Топоров, В. Н. Петербургский текст русской литературы: избранные труды / В. Н. Топоров. - СПб. : Искусство-СПб., 2003. -616 с.

9. Гумилёв, Н. С. Сочинения в 3 т. / Н. С. Гумилёв. -М.: Художественная литература, 1991.-Т. 1.- 590 с.

10. Рубцов, Н. А. Стихотворения / Н. А. Рубцов. -М.: Детская литература, 1978. -192 с.

Однажды известные французские учёные, лауреаты Нобелевской премии по физике, супруги Пьер и Мария Кюри были приглашены в Лондон. В их честь был дан светский банкет. Мария Кюри с большим интересом рассматривала драгоценности, украшавшие светских женщин. Втайне от жены тем же занимался и Пьер Кюри. Возвращаясь с банкета, Мария спросила мужа:

- Чем объяснить несколько странное твоё поведение на банкете?

- Не зная, чем заняться, я придумал себе развлечение -ответил Пьер.

-И что же ты придумал?

- Я стал высчитывать, сколько научных физических лабораторий можно создать за камни, обвивающие шею каждой из присутствующих на банкете дам.