Эстетическое восприятие фасадов жилых зданий в урбанизированной ландшафтной среде

Социально-гуманитарное обозрение

DOI 10.24411 /2346-8408-2018-10014

Esthetic Perception of Facades of Residential Buildings in the Urbanized Landscape Environment

Эстетическое восприятие фасадов жилых зданий в урбанизированной ландшафтной среде

Svetlana Anatolievna Serdyukova,

the post-graduate student of a direction «Architecture» of the State University of Land Use Planning E-mail: svet-aurora@yandex.ru

Светлана Анатольевна Сердюкова,

аспирант направления «Архитектура» Государственного университета по землеустройству E-mail: svet-aurora@yandex.ru

Научная специальность по публикуемому материалу: 07.06.01 — Архитектура зданий и сооружений. Творческие концепции архитектурной деятельности

Научный руководитель: С.В. Ильвицкая, доктор архитектуры, профессор, заведущая кафедрой архитектуры

Annotation. Landscape urbanism as new approach in design and planning of open spaces Is of interest the fact that the architecture fits into the existing landscape environment. The landscape urbanism differs from landscaping in variety of aspects. Ecologically balanced inhabited environment as actual value of the modern city is shown.

Key words: landscape urbanism, new approach in design, planning of open spaces, ecologically balanced inhabited environment, the modern city

Аннотация. Ландшафтный урбанизм как новый подход в проектировании и планирование открытых пространств представляет интерес тем, что архитектура вписывается в существующую ландшафтную среду. Ландшафтный урбанизм отличается от ландшафтного дизайна многообразием аспектов. Показана экологически сбалансированная жилая среда как реальная ценность современного города.

Ключевые слова: ландшафтный урбанизм, новый подход в проектировании, планирование открытых пространств, экологически сбалансированная жилая среда, современный город

Изобретения XX—XXI веков меняют антропологическую и социальную схему бытия. Человечество вступает в новый ЭОН существования, в следующую супермасштабную фазу. Сущность перемены трудно прочувствовать, и, видимо, долго еще будут применяться старые мерки к новым феноменам.

Если применить этот тезис к архитектуре, то встает вопрос: возможна ли символизация психологически внятных целостностей с помощью архитектурного творчества? Где границы таких целостностей? Возможно ли их культивировать при наблюдающейся тенденции дробления полноценных общественных структур на сообщества и при космополитизации сознания одной части человечества и склонности к автаркии другой? [1].

Как в условиях теоретической неопределенности в архитектуре начала XXI века сформулировать вопросы, касающиеся «диалога» прошлого и настоящего, прочертить мыслительные контуры прошедших эпох, сформировавших основную архитектурную стилистику и, тем

самым, раздвинуть рамки настоящего и «переработать прошлое в чистое знание»? (Ницше) Ландшафтный урбанизм является новым подходом в проектировании и планировании открытых пространств, где ландшафт структурирует городскую среду соответствующим функциональным зонированием, выявлением границ и основного ядра. Концепция ландшафтного проектирования представляет интерес тем, что архитектура вписывается в существующую ландшафтную среду, не разрушая ее , а создавая гармоничное сочетание природных структуру для того, что создано человеком [2]. «Выявляется эстетическая ценность ландшафта, архитектуры на фоне роста урбанизации. Ландшафт рассматривается как целостный феномен, обладающий общественной и эстетической ценностью... Важен тот факт, что эстетическая ценность ландшафта все чаще призвана учитываться при экономическом планировании обустройства территорий и использования природных ресурсов. В этом контексте энвайрон-

№3/2018

73

Social-humanitarian review

ментальная эстетика акцентирует внимание на проблеме эстетического восприятия ландшафта, придавая ему особую психологическую характеристику...» [8, с. 89].

Ландшафтный урбанизм является порождением англо-саксонской школы проектирования, в которой ландшафтная архитектура предстает как модель для градоустройства. Интересы проектировщиков смещаются от объектов к процессам, когда «ландшафт, а не архитектура выступает в качестве базового материала, из которого создается современный город» [3]

С точки зрения западных теоретиков архитектуры, ландшафтный урбанизм отличается от ландшафтного дизайна многообразием аспектов, которые объединяют знания и методы таких направлений, как инженерная экология, ландшафтный дизайн, стратегия развития городских населенных пунктов и др.

В советское время, утверждает Владимир Каганский, ландшафты страны рассматривались исключительно с точки зрения своего производственного потенциала. Советское пространство было монофункционально, подчинено узко направленному прагматизму — достижению таких целей, как, например, повышение урожайности зерна, разведка и добыча полезных ископаемых, создание системы гидроэнергетики и проч. Качество и разнообразие приносились в жертву соображениям размера и числа. Каганский отмечает, что СССР был ареной масштабных преобразований, огромной стройплощадкой, на развалинах которой мы сейчас живем [4]. Отечественные архитекторы и планировщики почему-то крайне редко задаются вопросом о потенциале этих «развалин», крайне редко нащупывают какие-то разумные формы работы с ними. Строительство обычно ведется «словно в чистом поле»; здания попросту водружаются на землю; пустоши вокруг никого не волнуют. Российские архитекторы выработали более-менее внятную повестку дня, касающуюся вопросов проектирования и строительства отдельных объектов, однако применительно к открытым пространствам этого не произошло.

В связи с этим следует отметить, что чем раньше те, кто проектирует и строит наши города, услышат тех, кому жить в них становится все дискомфортнее, тем раньше у нас может возникнуть уникальный шанс — шанс вернуть город людям [5].

Чтобы не возникала необходимость взрывать наспех возведе иные бессмысленные гетто на периферии города как безнадежно устарев-

шую модель безликой и социально ущербной застройки, городу необходима жилая среда без признаков многоэтажного гетто, которая способствует общению людей, живущих рядом, в том числе, для общения с природой. Людям требуется полноценная жилая среда, в которой группы, состоящие из зданий не выше 5-7 этажей, будут представлять собой архитектурное пространство, создаваемое для комфортного проживания и отдыха. Современный градостроитель должен осознавать как профессиональную ответственность перед заказчиком, так и морально-нравственную, и помнить, что строить для людей необходимо не только ради обеспечения населения метрами квадратными жилья, но и для создания благоприятных жизненных условий.

Экологически сбалансированная жилая среда как реальная ценность современного города будет непременно включать в себя обязательное интегрирование природной инфраструктуры. Согласно мнению Валерия Нефедова, ведущего российского эксперта в сфере дизайна городской среды, ключевыми индикаторами формирующегося эко-сознания современных городов становится развитие городских парков, прибрежных территорий, общественного транспорта и «зеленых» технологий в строительстве [6]. Такое бережное и трепетное отношение к окружающему природному пространству с целью творческого его преобразования для нужд и интересов комфортного бытия человека позволяет радикально пересмотреть представления об архитектурно-ландшафтном конституировании городской среды. Вместо многоэтажных многосекционных гетто нужна архитектура, открытая к природе и интегрированная с природой. Тогда в ней появляется жизнь — пространство с функцией социализации.

Чтобы избежать многоэтажной депрессивной среды спальных районов, зодчие во всем мире работают над созданием разнообразных архитектурно-проективных концепций, позволяющих убедительно опровергнуть устоявшиеся градостроительные стереотипы о том, что на периферии могут появляться только многоэтажные многосекционные гетто. Интересным свидетельством тому могут послужить новые жилые районы Парижа.

Строить с природой, включать природу в архитектуру, общаться с природой — это очевидные преимущества опережающего формирования зеленой инфраструктуры в жилой среде. Для реализации подобных новаторских идей

74

№3/2018

Социально-гуманитарное обозрение

в сфере строительства городов необходимо применять новые строительные технологии, а это значит, что должно сформироваться современное творческое мышление, лежащее в основе смелого и открытого менталитета застройщиков, способных реализовывать массу разных проектов без погони за безликой унификацией.

Зарубежные города смогли продемонстрировать реальные шаги по изменению окружающей среды в пользу человека. При этом вектор развития всерьез сместился в сторону ландшафтного урбанизма: альтернативная энергетика, зеленые стены, сбор дождевой воды...[5]. В своей новой книге «Ландшафт как урбанизм» Чарльз Вальдхайм, профессор и заведующий кафедрой ландшафтной архитектуры Высшей школы дизайна Гарвардского университета, пишет, что «влияние преобладающих сил и течений сделало неуместным использование традиционного восприятия города как экстраполяции архитектурных моделей и метафор» для понимания мегаполиса XXI века, что, несомненно, вносит коррективы и порой самым крутым образом изменяет архитектоническую логику традиционализма городской формы [3]. Безусловно, подобные сдвиги в градостроительном мышлении влекут за собой коренные метаморфозы в таких областях, как экология и экономика.

В архитектурно-пространственной среде российских городов в настоящее время происходит конфликт между традиционными и инновационными взглядами на урбанистический ландшафт. Это противостояние сегодня приняло форму противодействия локального глобальному. Проявления будущего в социальнопространственной сфере не отменяют необходимости градостроительных построений, свойственных индустриальной эпохе. Особенно это касается России, утратившей в последние десятилетия свою индустрию и пытающейся восстановить ее в рамках новых технологий. Технологическое будущее жилья для массового потребителя становится более ясным. Симптоматичным примером может послужить в этом

случае реновация жилья. «Учитывая тот факт, что реновация это, прежде всего, кардинальное изменение жизни как отдельного индивида, так и целых сообществ, она сама по себе, являясь весьма противоречивым процессом, болезненно затрагивает и субъекта, и сообщество в целом» [7, с. 375]. Большинство горожан проводит основную часть времени в «городских джунглях», а не в настоящих природных условиях. Именно городское пространство фактически становится для нас основной окружающей средой, своего рода «второй природой», поэтому логично становится использование некоторых инструментов, исторически выработанных для изучения настоящего природного окружения и задействование современных экологичных технологий при планировании новых микрорайонов.

Список литературы

1. Архитектура и социальный мир // Отв. ред. И.А. Добрицына. М.: Прогресс-Традиция, 2012.

2. Селимова С.С. Формирование понятия «ландшафтный урбанизм» в градостроительстве. М., 2014.

3. Waldheim С. A Reference Manifesto, in The Landscape Urbanism Reader. N-Y. Princeton Architectural Press, 2005.

4. Казанский В.Л. Культурный ландшафт и советское обитаемое пространство. М.: Новое литературное обозрение, 2001.

5. Илъвицкая С.В., Охлябинин СД, Даниленко ИА. Глоссарий архитектурно-строительных терминов и научных дефиниций в области истории архитектуры и реставрации памятников архитектуры: Учебник. М.:ГУЗ, 2015.

6. Нефедов В.А. Как вернуть город людям. М.: Искусство — XXI век, 2015.

7. Молодкина Л.В. К вопросу о феноменологии творчества в архитектуре. Статья вторая // Философия творчества. Творчество и жизненный мир человека. Ежегод. 3. М.: ИИнтеЛЛ, 2017.

8. Молодкина Л. В. К вопросу о феноменологии памяти (на примере архитектурно-природного памятника) // Вестник Московского университета. Сер. 7. Философия. 2007. № 6.

№3/2018

75