Эколого-гигиенические аспекты формирования врожденных пороков развития в Кузбассе

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

Статья поступила в редакцию 30.11.2014 г.

Бачина А.В., Коськина Е.В., Глебова Л.А., Попкова Л.В.

Центр гигиены и эпидемиологии в Кемеровской области, Кемеровская государственная медицинская академия,

г. Кемерово

ЭКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ВРОЖДЕННЫХ ПОРОКОВ РАЗВИТИЯ В КУЗБАССЕ

Результаты анализа свидетельствуют о взаимосвязи между факторами среды обитания и частотой выявления врожденных пороков развития у детей на территории Кемеровской области. Следовательно, ВПР у детей является одним из индикативных показателей внешнесредового влияния на здоровье населения Кемеровской области.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: врожденные пороки и аномалии развития у детей: факторы риска.

Bachina A.V., Koskina E.V., Glebova L.A., Popkova L.V.

Center of hygiene and epidemiology in the Kemerovo area,

Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo

ECOLOGICAL AND HYGIENIC ASPECTS OF CONGENITAL MALFORMATION'S FORMING IN KUZBASS

The results of the analysis show about the relationship between the factors of the environment and the frequency of detection of congenital malformations in children on the territory of Kemerovo region. Therefore, congenital malformations in children, is one of the indicative indicators of the appearance of environmental impact on the health of the population of the Kemerovo area.

KEY WORDS: congenital defects and abnormalities in children: risk factors.

Приоритетной проблемой крупных промышленных центров в современных условиях является загрязнение атмосферного воздуха и риски для здоровья и благополучия населения, связанные с воздействием окружающей среды. Опасность загрязненного воздуха обусловлена наличием разнообразных загрязняющих веществ, приводящих к многофакторному, круглосуточному воздействию на все группы населения.

По совокупности имеющихся природных ресурсов Кемеровская область занимает ведущее место в Западной Сибири. На территории области сконцентрированы крупные предприятия угольной, металлургической, химической, машиностроительной, энергетической, строительной и других отраслей промышленности. Эти предприятия, совместно с автотранспортом, являются источниками загрязнения окружающей среды — атмосферного воздуха, почвы, во-доисточноков. Все это на протяжении длительного времени создает в городах и прилегающих к ним районах неблагоприятную экологическую ситуацию, а также повышает риск возникновения заболеваний среди населения.

Врожденные пороки развития (далее — ВПР) занимают значительный удельный вес в структуре причин заболеваемости, младенческой смертности и детской инвалидности и относятся к числу наиболее серьезных отклонений в состоянии здоровья детей,

Корреспонденцию адресовать:

КОСЬКИНА Елена Владимировна,

650029, г. Кемерово, ул. Ворошилова, 22а, ГБОУ ВПО КемГМА Минздрава России. Тел.: 8 (3842) 62-58-78: 8 (3842) 73-49-19. E-mail: kemsma @kemsma.ru

обусловленных влиянием комплекса неблагоприятных факторов экзогенной и эндогенной природы. Многие авторы для комплексной оценки внешнесредово-го риска предлагают использовать ВПР в качестве индикатора мутагенных и тератогенных эффектов, особенно на территориях с высоким уровнем антропотехногенной нагрузки [1].

Цель работы — изучение частоты, структуры, динамики и тенденций формирования врожденных пороков и аномалий развития у детей Кемеровской области, определение территорий риска, установление причинно-следственных связей между факторами среды обитания и уровнями ВПР.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Для изучения уровня врожденных пороков и аномалий развития у новорожденных и детей использованы данные официальной медицинской статистики Департамента охраны здоровья населения Кемеровской области — форма № 31 «Сведения о медицинской помощи детям и подросткам-школьникам» за период 2005-2012 гг.; извещения на ребенка с врожденными пороками развития — форма № 025-11/у-98, полученные из медико-генетической консультации за период с 2005-2012 гг. (всего проанализировано 5593 извещений).

Изучение перечня и объема выбрасываемых загрязняющих веществ в атмосферу городов Кузбасса проведено по данным департамента природных ресурсов и экологии Кемеровской области — «Доклад о состоянии и охране окружающей среды Кемеровской области» за 2005-2012 гг.

Статистическую обработку проводили с помощью MS Excel: определение средней величины, ошибка

№1(60) 2015 сбИрь и^пя вс7|узбассе

ЭКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ______ВРОЖДЕННЫХ ПОРОКОВ РАЗВИТИЯ В КУЗБАССЕ

средней, темп прироста (снижения), расчет пер-сентилей [2]. С использованием пакета программ Statistica 6.0 проведено определение статистической значимости различий двух независимых групп по критерию Манна-Уитни, связь признаков — методом ранговой корреляции Спирмена.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Таблица 1

Частота врожденных пороков и аномалий развития у детей первого года жизни на административных территориях Кемеровской области

По данным Всероссийской Организации Здравоохранения, ежегодно врожденные пороки встречаются у 4-6 % новорожденных, а их доля в структуре младенческой смертности составляет 20-30 %.

В Кемеровской области доля встречаемости врожденных пороков и аномалий развития среди новорожденных составляет в среднем 5,3 %.

В структуре младенческой смертности на долю ВПР приходится 20,7 %, они занимают стабильно второе ранговое место после некоторых причин перинатальной смертности (33,4 %).

За изучаемый период наблюдалась тенденция к увеличению случаев врожденной патологии практически на всех территориях Кузбасса. Так, в среднем по Кемеровской области на 1000 новорожденных в 2005 г. приходилось 65,8 случаев ВПР, в 2007 г. - 116,6, в 2009 г. - 128,7, а в 2012 г. — 134,2 случаев (табл. 1). В среднем цепной темп прироста составил 12,1 % случаев ВПР в год.

В Кемеровской области по показателям ВПР детей первого года жизни в 2012 г. отмечался статистически значимый рост в 1,7 раза от уровня 2005 г. По административным территориям Кемеровской области значительный рост ВПР наблюдался в городах: Анжеро-Судженске — в

5,3 раза, Березовском — в 3,6, Кемерово — в 2,5, Киселевске — в 3, Ленинске-Кузнецком — в 7,1, Мысках — в 3,4, Осинниках — в 3,0, Юр-ге — в 7,5 раз; в районах: Беловском районе — в 28,2 раза, Гурьевском — в 5,4, Кемеровском — в 5,0, Ленинск-Кузнецком — в 5,8, Мариинском — в 6,9, Новокузнецком — в 4,7, Тисуль-ском — в 2,6, Тяжинском — в 10,4, Яшкинском — в 3,1 раза (табл. 1).

По результатам анализа средних многолетних показателей (2005-2012 гг.) регистрации детей первого года жизни с ВПР установлено, что к территориям высокого «риска», на которых уровни ВПР превышали 75-й персентиль вариационного ряда, относятся

Территория 2005 г. 2007 г. 2009 г. Отношение 2012 г. 2012/2005 гг.

Кемеровская область 65,8 116,6 128,7 134,2 2,0

г. Анжеро-Судженск 11,3 89,9 8,9 59,5 5,3

г. Белово 39,3 37,9 52,0 48,9 1,2

г. Березовский 25,3 65,7 58,5 91,0 3,6

г. Калтан 42,4 7,6 44,8 7,7 0,2

г. Кемерово 75,0 99,6 283,9 185,1 2,5

г. Киселевск 87,3 125,1 221,3 280,8 3,2

г. Ленинск-Кузнецкий 21,8 20,8 64,6 154,9 7,1

г. Междуреченск 56,2 41,7 43,0 48,8 0,9

г. Мыски 7,9 79,0 20,7 27,3 3,4

г. Новокузнецк 140,1 291,0 155,6 150,5 1,1

г. Осинники 16,8 51,2 28,9 50,8 3,0

г. Полысаево 51,0 56,3 52,3 71,4 1,4

г. Прокопьевск 77,1 194,1 195,3 80,3 1,0

г. Тайга 18,0 33,2 24,3 14,0 0,8

г. Юрга 111,8 96,5 141,3 835,0 7,5

п.г.т. Краснобродский 40,7 72,5 5,3

Беловский район 2,6 16,3 16,8 74,7 28,2

Гурьевский район 8,6 14,1 30,2 46,8 5,4

Ижморский район 27,1 12,8 29,6 13,9 0,5

Кемеровский район 19,3 95,5 161,7 95,8 5,0

Крапивинский район 52,8 61,6 234,6 25,0 0,5

Л-Кузнецкий район 5,3 со со 193,2 30,7 5,8

Мариинский район 14,7 35,6 110,0 101,8 6,9

Новокузнецкий район 1,8 10,0 11,5 8,4 4,7

Прокопьевский район 0,0 0,0 24,8 25,8

Промышленновский район 21,3 28,2 11,5 15,7 0,7

Таштагольский район 52,2 85,0 114,6 85,5 1,6

Тисульский район 23,1 32,0 40,6 59,5 2,6

Топкинский район 20,6 53,4 32,1 0,0 0,0

Тяжинский район 11,9 36,9 43,9 123,9 10,4

Чебулинский район 73,5 51,4 27,7 10,2 0,1

Юргинский район 35,0 37,0 23,6 59,1 1,7

Яйский район 18,8 32,2 27,0 38,0 2,0

Яшкинский район 10,8 21,1 14,4 33,7 3,1

города: Кемерово, Киселевск, Новокузнецк, Прокопьевск, Юрга, районы: Кемеровский, Крапивинский, Мариинский, Таштагольский. К неблагополучным территориям, занимающим третий квартиль (Р50-Р75), относятся города: Белово, Березовский, Ленинск-Куз-

Сведения об авторах:

БАЧИНА Анна Владимировна, зам. главного врача по санитарно-гигиеническим и эпидемиологическим вопросам и экспертизе, ФБУЗ «ЦГЭ Кемеровской области», г. Кемерово, Россия. E-mail: bachinaa@mail.ru

КОСЬКИНА Елена Владимировна, доктор мед. наук, профессор, зав. кафедрой коммунальной гигиены, гигиены детей и подростков, ГБОУ ВПО КемГМА Минздрава России, г. Кемерово, Россия.

ГЛЕБОВА Людмила Александровна, зав. отделом социально-гигиенического мониторинга, ФБУЗ «ЦГЭ Кемеровской области», г. Кемерово, Россия. E-mail: sgm.kemerovo@mail.ru

ПОПКОВА Лилия Владимировна, канд. мед. наук, доцент, кафедра коммунальной гигиены, гигиены детей и подростков, ГБОУ ВПО КемГМА Минздрава России, г. Кемерово, Россия.

с/$(ръ и^ггя в^^узбассе

№1(60) 2015

ЭКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ВРОЖДЕННЫХ ПОРОКОВ РАЗВИТИЯ В КУЗБАССЕ_____

нецкий, Междуреченск, Мыски, Полысаево и районы: Ленинск-Кузнецкий, Топкинский (табл. 2).

Ведущим пороком у детей в Кузбассе (по блокам согласно МКБ Х) являются врожденные аномалии системы кровообращения (40,2 %). Далее, в порядке убывания ранга, следуют врожденные аномалии и деформации костно-мышечной системы (26,2 %), врожденные аномалии половых органов (10,9 %), врожденные аномалии мочевыделительной системы (4,9 %), расщелина губы и неба — заячья губа и волчья пасть (3,8 %), другие врожденные аномалии (3,5 %), другие врожденные аномалии органов пищеварения (2,9 %), врожденные аномалии развития нервной системы (2,5 %), хромосомные нарушения (2,4 %), врожденные аномалии глаза, уха, лица и шеи (2,3 %), врожденные аномалии органов дыхания (0,4 %).

По административным территориям Кемеровской области распространенность ведущих пороков у детей отличалась. Так, на 26-ти территориях первое ранговое место занимали врожденные аномалии системы кровообращения, на 8-ми территориях — врожденные аномалии и деформации костно-мышечной системы (города: Калтан, Киселевск, Новокузнецк, Прокопьевск; районы: Новокузнецкий, Прокопьевский, Таш-тагольский, Яйский).

Анализ ВПР по 20 нозологическим формам согласно приказу Минздрава России от 10.09.1998 г. № 268 «О мониторинге врожденных пороков развития у детей» показал, что доминирующими являлись врожденные пороки сердца (далее — ВПС) — 39,98 %, на втором месте — редукционные пороки конечности (далее — РПК) — 27,54 %, на третьем месте — гипоспадии — 9,19 % (рис.).

По административным территориям Кемеровской области в структуре нозологических форм ВПР у новорожденных установлены некоторые сходства и различия: так, на 26 территориях первое ранговое место занимали врожденные пороки сердца, на 6 территориях — РПК (города Калтан, Киселевск, Новокузнецк, Прокопьевск и районы Новокузнецкий, Таштаголь-ский), на 1 территории — синдром Дауна (п.г.т. Крас-нобродский) и 1 территории — гипоспадия (Яшкин-ский район). Вторые и третьи ранговые места имели большой разброс нозологических форм ВПР по территориям.

Таким образом, на административных территориях области установлены сходства и различия ведущих нозологических форм ВПР, что позволило предположить влияние разных факторов на формирование ВПР.

По современным данным, из общего числа аномалий развития примерно 20 % имеют наследственную

Таблица 2

Распределение уровней ВПР у детей первого года жизни на границы четырех интервалов (квартилей) методом персентилей и определение территорий «риска»

г. Калтан 29,0

г. Тайга 24,6

Беловский район 23,5

Низкие значения Ижморский район 29,7

Р0-Р25 Новокузнецкий район 7,9

(от 7,9 до 35,4) Прокопьевский район 12,1

Промышленновский район 26,2

Юргинский район 35,4

Яйский район 24,1

г. Анжеро-Судженск 49,1

г. Осинники 36,2

Значения ниже средних Р25-Р50 (от 36,2 до 51,5) п.г.т. Краснобродский 43,9

Гурьевский район 38,0

Тисульский район 42,5

Тяжинский район 43,8

Чебулинский район 45,1

Яшкинский район 51,5

г. Белово 58,1

г. Березовский 63,8

Значения выше средних Р50-Р75 (от 54,3 до 76,3) г. Ленинск-Кузнецкий 76,3

г. Междуреченск 60,6

г. Мыски 57,0

г. Полысаево 67,9

Л-Кузнецкий район 58,8

Топкинский район 54,3

г. Кемерово 156,2

г. Киселевск 215,6

г. Новокузнецк 222,9

Высокие значения г. Прокопьевск 190,8

Р75-Р100 г. Юрга 147,5

(от 88,4 до 222,9) Кемеровский район 118,8

Крапивинский район 88,4

Мариинский район 96,5

Таштагольский район 114,3

Примечание: территориями риска ВПР следует считать, территории, вошедшие в верхний и третий квартили ряда (персентили Р50-Р75 и Р75-Р100).

природу — генные, хромосомные или геномные нарушения; 10 % обусловлены внешними факторами — алкоголем, лекарствами, вирусами, химическими веществами и другими; в 70 % случаев происхождение

Information about authors:

BACHINA Anna Vladimirovna, deputy chief doctor of the sanitary and epidemiological advisers and expertise, Center of Hygiene and Epidemiology of the Kemerovo Area, Kemerovo, Russia. E-mail: bachinaa@mail.ru

KOSKINA Elena Vladimirovna, doctor of medical sciences, professor, head of department of communal hygiene, hygiene of children and adolescents, Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo, Russia.

GLEBOVA Ludmila Alexsandrovna, manager of department for socio-hygienic monitoring, Center of Hygiene and Epidemiology of the Kemerovo Area, Kemerovo, Russia. E-mail: sgm.kemerovo@mail.ru

POPKOVA Liliya Vladimirovna, candidate of medical sciences, docent, department of communal hygiene, hygiene of children and teenagers, Kemerovo State Medical Academy, Kemerovo, Russia.

№1(60) 2015 с/Н?гь и^пя вс7|узбассе

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

впс

39,98

Рисунок 1

Структура нозологических форм ВПР

Гипоспадия 9,12

Полидактилия 4,59 Синдром Дауна 3,36 L Синдактилия 2,99 L Расщелина неба 2,4

аномалий остается невыясненным. Невыясненность не означает отсутствие каких-либо факторов [3].

Развитие угольной, металлургической, химической, машиностроительной, энергетической и других отраслей промышленности в Кемеровской области обуславливает качественный и количественный состав промышленных выбросов, поступающих в атмосферу. По видам экономической деятельности, наибольший вклад техногенного воздействия на окружающую среду в Кемеровской области вносят предприятия по добыче полезных ископаемых — 60,0 %, обрабатывающие производства — 20,9 %, производство и распределение электроэнергии, газа и воды — 16,7 %.

Установлена корреляционная зависимость между уровнями ВПР и массой выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух от предприятий по добыче полезных ископаемых, в том числе топливноэнергетических (г = 0,89; р = 0,0068 и г = 0,964; р = 0,00045).

К городам с наибольшей массой выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух относятся Новокузнецк, Междуреченск, Белово, Осинники, Ле-нинск-Кузнецкий, Мыски, Полысаево, Прокопьевск, Кемерово. На одного жителя области в среднем приходится 495 кг/год выбросов загрязняющих веществ от стационарных источников. Удельная нагрузка по выбросам загрязняющих веществ в атмосферный воздух стационарными источниками на единицу площади области составляет 14,2 тонн на квадратный километр [4].

Наиболее высокие уровни суммарного загрязнения атмосферного воздуха по совокупности показателей зарегистрированы в городах Новокузнецк, Ле-нинск-Кузнецк, Гурьевск, Березовский, Киселевск, Междуреченск, Прокопьевск и характеризуются как «очень сильный». Самый низкий уровень загрязнения воздушного бассейна установлен в городе Юр-ге и оценивался как «слабый» [4].

Приоритетными загрязнителями атмосферного воздуха в городах Кемеровской области по данным мар-

шрутных постов являлись: формальдегид — от 3,3 до 10 ПДК; сажа — до 4 ПДК; взвешенные вещества — от 2 до 5,3 ПДК. По данным стационарных постов городов Кемерово, Новокузнецка и Прокопьевска бенз(а)пирен стабильно регистрировался на высоком уровне и составлял от 2,3 до 6,7 ПДК [5].

Практически во всех населенных пунктах Кемеровской области наблюдалась тенденция к незначительному снижению уровня загрязнения атмосферного воздуха, за исключением г. Новокузнецка, где уровень загрязнения атмосферного воздуха имел тенденцию к росту [6].

При проведении анализа взаимосвязи между степенью антропогенного загрязнения атмосферного воздуха индустриальными поллютантами и частотой выявления врожденных пороков развития у детей получены достоверные корреляционные зависимости с прямой сильной связью между уровнем ВПР и суммарным объемом выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух от стационарных источников (г = 0,89; р = 0,00681), в том числе с выбросами газообразными и жидкими веществами (г = 0,89; р = 0,0068), с выбросами углеводородов (г = 0,96; р = 0,0005), с выбросами метана (г = 0,96; р = 0,00045).

ВЫВОДЫ:

Приведенные результаты свидетельствуют о взаимосвязи между факторами среды обитания и частотой формирования врожденных пороков развития у детей на территории Кемеровской области. Следовательно, необходимо продолжить ведение ежегодного мониторинга за частотой ВПР у детей, особенно в крупных промышленных центрах, как индикативного показателя внешнесредового влияния на здоровье населения Кемеровской области. Эти индикаторные биомаркеры позволят судить о популяционной адаптации или дезадаптации человека к изменяющимся антропогенным нагрузкам.

с/$(ръ и^ггя в^^узбассе

№1(60) 2015

ЭКОЛОГО-ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ФОРМИРОВАНИЯ ВРОЖДЕННЫХ ПОРОКОВ РАЗВИТИЯ В КУЗБАССЕ_____

ЛИТЕРАТУРА:

1. Мониторинг врожденных пороков развития у новорожденных в крупном промышленном городе /Лещенко Я.А., Мыльникова И.В., Маркелова Л.Г. и др. //Педиатрия. - 2001. - № 3. - С. 77-81.

2. Социально-гигиенический мониторинг. Анализ медико-демографических и социально-экономических показателей на региональном уровне: Метод. реком. (утв. приказом Роспотребнадзора от 20.09.2010 № 341).

3. Балахонов, А.В. Ошибки развития / Балахонов А.В. - Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1990. - 280 с.

4. Коськина, Е.В. Комплексная гигиеническая оценка медико-экологической ситуации в Кемеровской области /Коськина Е.В., Глебова Л.А., Попкова Л.В. //Здоровье населения и среда обитания. - 2014. - № 7(244). - С. 10-13.

5. Оценка влияния факторов среды обитания на здоровье населения Кемеровской области: Информационно-аналитический обзор /отв. за выпуск Ю.С. Чухров. - Кемерово: Кузбассвузиздат, 2012. - 163 с.

6. О санитарно-эпидемиологической обстановке в Кемеровской области в 2012 году: Государственный доклад /отв. за вып. Е.А. Лод-за. - Кемерово: Кузбассвузиздат, 2013. - 235 с.

ър ър

Статья поступила в редакцию 15.07.2014 г.

Марушко Ю.В., Иовица Т.В.

Национальный медицинский университет имени А.А. Богомольца,

г. Киев, Украина

ВОДОРОДНЫЙ ДЫХАТЕЛЬНЫЙ ТЕСТ С НАГРУЗКОЙ ПИЩЕВОЙ ЛАКТОЗОЙ ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ТРАНЗИТОРНОЙ ЛАКТАЗНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ У ДЕТЕЙ ПЕРВОГО ПОЛУГОДИЯ ЖИЗНИ

Цель работы - изучить показатели водородного дыхательного теста с нагрузкой пищевой лактозой у детей первого полугодия жизни с функциональными гастроинтестинальными расстройствами.

Материалы и методы. Под наблюдением находились 210 детей в возрасте от 1 до 6 месяцев жизни, у которых отмечались функциональные гастроинтестинальные расстройства (ФГР), клинически транзиторная лактазная недостаточность (ТЛН). Все дети находились на грудном вскармливании. С диагностической целью всем пациентам был проведен водородный дыхательный тест с нагрузкой пищевой лактозой.

Результаты. Клинические проявления у детей с ФГР и ТЛН характеризовались наличием кишечной колики, метеоризма и общего беспокойства у 100 % детей, срыгивания реже - у 60,5 % обследованных, жидкий стул у 83,3 % детей, кислый запах стула был у 81,4 % детей, наличие слизи в кале у 74,8 % обследованных, запоры наблюдались только у

16,7 % обследованных. Транзиторная лактазная недостаточность по данным водородного дыхательного теста с нагрузкой пищевой лактозой была выявлена у 179 детей (85,2 %), когда отмечалось увеличение уровня водорода в воздухе, который выдыхается, <20 ppm по сравнению с базальным уровнем. У 28 детей (13,3 %) нами выявлен избыточный лактозо-зависимый бактериальный рост в кишечнике (увеличение уровня водорода в пределах >10<20 ppm по сравнению с базальным уровнем). Только у 3 детей (1,4 %) уровень водорода не превышал 10 ppm по сравнению с базальным уровнем - отрицательный результат водородного дыхательного теста. Положительный водородный дыхательный тест с нагрузкой пищевой лактозой у детей с функциональными гастроинтестинальными расстройствами был у 60 детей (33,5 %) от 1-го до 2-х месяцев жизни.

Выводы. У 85,2 % детей грудного возраста с функциональными гастроинтестинальными расстройствами и с клиническими проявлениями транзиторной лактазной недостаточности отмечался положительный водородный дыхательный тест с нагрузкой пищевой лактозой. У 13,3 % обследованных детей диагностирован избыточный лактозо-зависимый бактериальный рост в кишечнике, у 1,4 % детей водородный дыхательный тест был отрицательным. Водородный дыхательный тест с нагрузкой пищевой лактозой дает возможность достоверно диагностировать транзиторную лактазную недостаточность и избыточный лактозо-зависимый бактериальный рост в кишечнике у детей грудного возраста.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: функциональные гастроинтестинальные расстройства; кишечная колика; дети грудного возраста; транзиторная лактазная недостаточность; водородный дыхательный тест.

Marushko Yu.V., lovitsa T.V.

A.A. Bogomolets National Medical University, Kiev, Ukraine

HYDROGEN RESPIRATORY TEST WITH LOADING OF FOOD LACTOSE FOR DETERMINATION OF TRANSIENT LACTASE INSUFFICIENCY FOR CHILDREN OF THE FIRST HALF-YEAR OF LIFE Purpose of work: to study the indexes of hydrogen respiratory test with loading of food lactose for the children of the first half-year of life with functional gastrointestinal disorders.

Materials and methods. There were 210 children under the supervision in age from 1 to 6 month with functional gastrointestinal disorders (FGD), clinically transient lactase insufficiency (TLI). All children were on the breast feeding. With a diagnostic purpose to all patients was conducted hydrogen respiratory test with loading of food lactose.

Results. Clinical manifestations of children with FGD and TLI characterized the presence of enterodynia, flatulence and general anxiety for all children, vomitings were rarer - in 60,5 % of inspected, liquid stools in 83,3 % of children, 81,4 % of children had sour smell of stools, presence of mucus in an excrement in 74,8 % of inspected, constipations were observed only

№1(60) 2015 сйН?гь и^пя вс7|узбассе