Партии становятся паромщиками для кандидатов

Руководитель аналитического отдела ассоциации "В защиту прав избирателей ГОЛОС" АЛЕКСАНДР КЫНЕВ рассказал корреспонденту "Ъ" МАКСИМУ ИВАНОВУ о том, почему новые поправки в избирательное законодательство не помогут развитию партийной системы, но будут выгодны руководству партий.

— Насколько глубоко нововведение Дмитрия Медведева позволит внедрить выборы по партспискам?

— В предложенном формате применять эту систему будут только на уровне городских округов и советов муниципальных образований, где депутатов не меньше 20. Этот рубеж, если исходить из закона о местном самоуправлении,— городские округа с населением не менее 30 тыс. жителей. Непонятно, почему 30 тыс., почему не 100? К тому же для городских округов число депутатов увязано с количеством населения, а для сельских и муниципальных районов нет. Так что партсписки могут внедряться даже в малонаселенных удаленных районах, если там устав предусматривает 20 депутатов. По-моему, было бы логично учитывать количество населения и на территории районов.

— Российские партии способны участвовать в выборах на уровне сельских поселений?

— Политические партии представлены худо-бедно в крупных городах. В сельской местности внедрение партсписков ни к какому развитию партий не ведет, а, наоборот, усложняет участие в выборах беспартийным. А их, даже если мы возьмем официальные данные по численности политических партий, 98% населения страны. В сельской местности процент беспартийных выше. Выборы по партспискам на муниципальном уровне ведут к нарушению права быть избранным для множества граждан в условиях, когда создать новую партию практически невозможно, и партийное законодательство является репрессивным. К счастью, хотя бы сельские поселения законопроект не затрагивает.

— То есть граждане не заинтересованы в выборах по партспискам на таком уровне?

— Непонятно, зачем нужны партийные выборы на низовом уровне: местное самоуправление заключается в том, что граждане решают свои проблемы путем самоорганизации, это локальный уровень, который решает локальные проблемы. Здесь нет вопросов глобального уровня, связанных с политическими партиями.

— Кому же тогда это будет выгодно?

— Руководству политических партий, потому что позволит принуждать большой массив кандидатов обращаться к ним в качестве посредников. Отчасти выгоден чиновникам разного уровня, которые через контроль над партиями могут отсечь "нежелательных" кандидатов еще при выдвижении. Фактически партии становятся монополистами: дополнительное принуждение позволит им привлечь дополнительных спонсоров, ресурсы и так далее. Это даже не партии — это "ноевы ковчеги". Вот один берег, на котором кандидаты, вот другой берег, на котором мандаты. Партии — это суда, которые доставляют одних на другой берег, и все. Или паромщики.

— То есть к созданию работающей партийной системы это не приведет?

— Искусственно она формироваться не может. Устойчивые реальные партии могут появиться только в результате свободного, добровольного объединения в них граждан. У нас строят потемкинские деревни: есть некая местная бизнес-группа или просто элитная группа, и надо участвовать в выборах, и есть некая партия. У одних есть желание и деньги, у других — печать. Это приведет к тому, что кандидаты просто повесят на себя какие-то ярлыки перед выборами, но не сделает борьбу между элитными группами вопросом межпартийной борьбы. Будет нужно — быстро повесят другие ярлыки. У нас и сейчас каждый избирательный цикл происходит миграция кандидатов из партии в партию, но в ней минимум идеологических причин.