Научно-психологический анализ «я» (самости)

3. Азимов, А. История Франции: От Карла Великого до Жанны Д’Арк [Текст] / А. Азимов ; пер. с англ. Р. Л. Гукасова. - М., 2007.

4. Тойнби, А. Дж. Постижение истории [Текст] / А. Дж. Тойнби ; пер. с англ. - М., 1995.

5. Пивоваров, Ю. С. Русская история как «русская идея»: историко-философские предпосылки (ч. 2) [Текст] / Ю. С. Пивоваров // Россия и современный мир. - 2003. - № 3 (40).

И.В. Денисова,

ст. преподаватель

Новочеркасского политехнического института Южно-Российского государственного технического университета

НАУЧНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ «Я»

ЬЛагодаря психологическим исследованиям второй половины XIX в. в философской по своей природе проблеме самости было обнаружено множество новых аспектов. Сегодня сохраняет актуальность объяснение самости как целостного социального процесса, частью которого является индивид. В контексте принципов психологических теорий встает вопрос о такой стороне данного феномена, как социальная самость личности. В отличие от философских теорий, претендующих на раскрытие «истинной природы» и «сущности» «Я» в целом, психология пытается расчленить эту проблему на составные части, которые могли бы стать предметом экспериментальных исследований.

Первые шаги научно-психологического анализа человеческого «Я» были связаны с развитием естественнонаучного мышления и борьбой против идеализма. Большинство психологов XIX в. видели в «Я» чувственный образ, формирующийся на основе самоощущений и закрепленных памятью ассоциаций. Так, Дж.Ст. Милль связывал появление «Я» с памятью о совершенном действии. По мнению Ч. Пирса, «идея Я» возникает у ребенка в результате ассоциации факта перемещения вещей с движением собственного тела, которое осознается как причина перемещения. В. Вундт понимает «Я» в качестве чувства связи всех индивидуальных психических переживаний, придавая особое значение в его генезисе кинестетическим ощущениям. Эта тенденция имела материалистическую направленность, была ориентирована на эксперимент и способствовала развитию ряда важных исследований.

Психологи постепенно подходили к пониманию социальной природы «Я». Первым шагом в этом направлении было признание, что наряду с биологическим, телесным «Я», к осознанию которого индивид приходит «изнутри», благодаря развитию органического самочувствия, самость включает в себя социальные компоненты, источником которых является взаимодействие индивида с другими людьми. Наиболее известной в рамках этой модели была теория Уильяма Джеймса. Джеймс начинает с того, что разграничивает «познающее Я»,

«поток сознающей мысли», которое он обозначает английским словом «I», и «эмпирическое Я», обозначаемое словом «те» [1, с. 234].

При всей «буржуазности» этой модели, в которой текущий счет - такой же важный компонент «Я», как и тело, включение в нее социальных характеристик было, несомненно, шагом вперед. Однако социальные и индивидуальноприродные компоненты «Я» остаются в схеме Джеймса рядоположными. Вполне закономерно поэтому, что в последующем «социализация» проблемы «Я» была продолжена. Благодаря исследованиям американских социальных психологов Д.М. Болдуина, Ч. Кули, Д.Г. Мида, французского психолога и психопатолога П. Жанэ, советских ученых Л.С. Выгодского и С.Л. Рубинштейна в проблеме «самости» было раскрыто множество новых аспектов и ракурсов.

Теория «зеркального Я» Ч. Кули [2, с. 134-230] в ее первоначальном варианте акцентировала внимание на зависимости формирования «образа Я» от мнения «значимого другого»; человеческое «Я» выглядит в ней пассивно: оно только отражает и суммирует чужие мнения на свой счет, а взаимодействие людей в процессе их совместной деятельности сводится к обмену мнениями.

Родоначальник интеракционистской (от ШегасЫоп - взаимодействие) ориентации в социальной психологии Д.Г. Мид утверждал, что самосознание -это процесс, в основе которого лежит практическое взаимодействие индивида с другими людьми. «Индивид познает себя как такового не прямо, а только косвенно, с частных точек зрения других членов данной социальной группы или с обобщенной точки зрения всей группы, к которой он принадлежит, ибо он входит в свой собственный опыт как Я или как индивид не прямо и непосредственно, а только став для них таким же объектом, каким являются для него другие индивиды. Объектом же для себя он может стать, приняв отношения к себе других индивидов, в рамках той совместной общественной деятельности, в которую они вовлечены» [3, с. 252-255]. Следовательно, чтобы успешно взаимодействовать с другими людьми, необходимо предвидеть реакцию партнера на то или иное твое действие. Рефлексия на себя есть, по сути дела, не что иное, как способность поставить себя на место другого, усвоить отношение других к себе.

Таким образом, самость предполагает социальный процесс: коммуникацию между людьми. Низшие животные самостью не обладают, равно как и человеческий младенец при рождении. Самость возникает с развитием и посредством социальной деятельности и социальных отношений. Для Д.Г. Мида невозможно представить возникновение самости в отсутствие социального опыта. Но как только самость в достаточной степени развилась, она может продолжить существовать и без социальных контактов. Так, Робинзон Крузо приобрел самость, находясь в условиях цивилизации, и продолжал обладать ею, живя в одиночестве на необитаемом, как он некоторое время считал, острове. Другими словами, он сохранял способность видеть себя в качестве объекта. Когда самость сформирована, люди обычно, хотя и не всегда, проявляют ее. Например, самость не участвует в привычных действиях или непосредственных физиологических переживаниях удовольствия или боли.

Самость диалектически связана с разумом. С одной стороны, Д.Г. Мид ут-

верждает, что тело не есть самость и становится самостью лишь с развитием разума. С другой стороны, самость и ее рефлективность существенны для развития разума. Конечно, невозможно разделять разум и самость, потому что она представляет собой мыслительный процесс. Однако даже несмотря на то, что мы можем рассматривать самость в качестве мыслительного процесса, она является процессом социальным.

Рассматривая самость, Д.Г. Мид, как видно по отношению к другим ментальным явлениям, отрицает представление, помещающее ее в сознание, и вместо этого располагает ее в социальном опыте и социальных процессах. Самость, таким образом, - просто другой аспект целостного социального процесса, частью которого становится индивид.

Общий механизм развития самости находится в плоскости рефлексивности, или способности бессознательно ставить себя на место других и действовать как они. В результате люди способны анализировать себя так, как рассматривали бы их другие. Д.Г. Мид пишет: «Именно с помощью рефлексивности -оборачиваемости опыта индивида на самого себя - целостный социальный процесс привносится в опыт участвующих в нем индивидов; именно таким образом, позволяющим индивиду примерять отношение другого к себе и на себя, индивид способен сознательно приспосабливаться к этому процессу и модифицировать проистекающий процесс в любом данном социальном действии с точки зрения своего приспособления к нему» [3, с. 253].

Самость также позволяет людям участвовать в разговорах с другими, то есть человек осознает, что говорит, и, как следствие, способен отслеживать, что произносится в данный момент, и определять, что будет сказано далее. Как формулирует Д.Г. Мид, «...только принимая роли других, мы способны возвращаться к себе». Вот как он описывает полное развитие самости: «Так, самость достигает своего полного развития через организацию индивидуальных установок других в структурированные социальные или групповые установки, и таким образом становясь индивидуальной рефлексией общесистематической модели социального или группового поведения, в котором участвует эта или другая самость, - модели, которая в целом присутствует в индивидуальном опыте в форме таких организованных групповых установок, которые через механизм центральной нервной системы этот индивид применяет к себе, точно так же, как применяет индивидуальные установки других» [3, с. 255].

Другими словами, чтобы обладать самостью, человек должен быть членом сообщества и руководствоваться общими для него установками. Ролевой игре достаточно только доли самости, коллективная же игра требует целостной самости.

Таким образом, актеры у Мида - не многим более чем конформисты и, поскольку каждый занят приспособлением к ожиданиям обобщенного другого, проявление индивидуальности имеет крайне низкий характер. Однако для Д.Г. Мида ясно, что каждая самость отличается от всех прочих. Самости обладают общей структурой, но каждая из них получает уникальную биографию. Кроме того, ясно, что существует не просто единый целостный обобщенный другой, но множество обобщенных других, поскольку в обществе много групп.

В связи с этим люди обладают многообразными обобщенными другими и, как следствие, многообразными самостями.

Каждый специально-научный подход предлагает специфический угол зрения, под которым рассматривается и конструируется объект. В зависимости от контекста, исследовательских задач и методологических ориентаций самость описывается следующим образом:

как субъект сознания и деятельности или как объект, продукт и отражение; как субстанциальная, онтологическая реальность или как мысленный конструкт, создаваемый исследователем;

как единое системное целое или как совокупность элементов, черт, измерений;

как структура или как процесс;

как интраиндивидуальное, имманентное личности или как интерсубъективное, возникающее в процессе взаимодействия субъектов образования и т.д.

Эти формально-методологические параметры тесно связаны с содержательными парадигмами соответствующих психологических теорий, причем за каждой парадигмой стоят не только разные ответы, но и разные вопросы.

В бихевиоризме самость рассматривается как поведенческая категория, которую можно уловить только в действиях, поступках. Когнитивная психология считает самость познавательной схемой, благодаря которой индивид перерабатывает информацию о себе, организуя ее в особые понятия и образы. Психоанализ и эгопсихология видят в самости мотивационный феномен, основу которого составляют влечения и потребности. Для интеракционизма (от interaction -взаимодействие) самость - продукт межличностного взаимодействия и коммуникации. Экзистенциальная психология усматривает сущность самости в процессах самоактуализации, актах творчества [4].

С этими различиями в понимании самости связана и специальная терминология. Например, хотя в психоанализе 3. Фрейда категории «Я», «сверх-Я» и «Я-идеал» занимают очень важное место, они не рассматриваются как структурные элементы личности. Понятие «самость», с одной стороны, «Я», «сверх-Я» и «Оно» - с другой, «личность» и «идентичность» - с третьей, относятся к разным уровням абстракций.

«Самость» же обозначает содержание психики. Фрейд вообще редко употреблял слова «личность» и «самость», за отношениями «Я» и «Оно» у него стоят не все личностные процессы, а только взаимосвязи сознания и бессознательного [5, с. 34-50].

Наряду с «Я» (эго) как субъектом сознания Юнг выделяет самость как субъект «тотальной психики», включающей и сознательное и бессознательное. Термина «личность» Юнг, как и Фрейд, старался избегать; зато ввел несколько новых категорий, подчеркивающих многоликость и многоуровневость самости. «Тень» характеризует ее негативную сторону - вне низменное, животное, примитивное, что дремлет на дне души. «Лицо» - маска, которую индивид выставляет напоказ, - чисто объективное отношение, за которым скрыта подлинная индивидуальность. «Душа» - внутренняя сторона личности, а не внешняя. «Персоне» соответствует женское начало - «Душа» (Anima), а как мужское

начало - «Дух» (Animus), причем в первом сильнее выражен Эрос, а во втором - Логос [6, с. 38-42].

Неоднородна и терминология неофрейдистов. Так, основатель «межличностной теории психиатрии» Г.С. Салливэн различает «личность», то есть относительно устойчивый образец повторяющихся межличностных ситуаций, которые характеризуют человеческую жизнь, и динамическую «систему самости», участвующую в поддержании чувства межличностной безопасности. При этом он не считает самость особой структурой, наподобие «Я» или «Оно». Э. Эриксон различает в составлении «идентичности» или «эгоидентичности» глубинные моменты, связанные с формированием синтезирующей функции «Я», и моменты, связанные с интеграцией различных «образов самости» [7, с. 202, 257].

С учетом всего этого можно говорить о разных уровнях, срезах анализа самости. Идея ее постоянства, тождественности лучше всего выражается термином идентичность, который имеет в науке о человеке три главные модальности: 1) психофизиологическая идентичность обозначает единство и преемственность физиологических и психических процессов и структуры организма; 2) социальная идентичность обозначает систему свойств, благодаря которым особь становится социальным индивидом, членом определенного общества или группы; она предполагает разделение (категоризацию) индивидов по их социально-классовой принадлежности, социальным статусам и усвоенным ими социальным нормам; когда такое разделение производится извне, исходит от общества, его называют объективным, когда же его осуществляет сам субъект, в терминах «мы» и «они» - субъективным; 3) личная идентичность (или эгоидентичность) обозначает единство и преемственность жизнедеятельности, целей, мотивов, смысложизненных установок личности, обозначающей себя «самость». Психофизиологическая и социальная идентичности могут быть описаны объективно, как нечто данное или заданное. Применительно к личной идентичности это уже невозможно, потому что данный феномен относится скорее к субъективной реальности.

На этом пути эволюции «Я» как научной проблемы имеются значительные достижения. Психология не только подтвердила и конкретизировала философскую идею относительно социальной природы самосознания и его вторичности по отношению к предметной деятельности и общению, но и выделила ряд автономных направлений эмпирического исследования «Я». Психологические исследования проблемы «Я» затрагивают область взаимоотношений индивида и социального целого.

Библиографический список

1. Джеймс, У. Введение в философию [Текст] / У. Джеймс ; пер. с англ. - М., 2000.

2. Кули, Ч. X. Человеческая природа и социальный порядок [Текст] / Ч. X. Кули ; пер. с англ. -М., 2000.

3. Ритцер, Дж. Современные социологические теории [Текст] / Дж. Ритцер. - 5-е изд. -СПб., 2002.

4. История социологии в Западной Европе и США [Текст] / под ред. Г. В. Осипова. - М., 2001.

5. Фрейд, 3. Психоанализ [Текст] / З. Фрейд. - Донецк, 2000.

6. Юнг, К. Г. Аналитическая психология [Текст] / К. Г. Юнг ; пер. с англ. - СПб., 1994.

7. Самосознание и защитные механизмы личности [Текст] : хрестоматия. - Самара, 2000.