Новая эстетика организации культурного пространства ленинградского конструктивизма 1920-30-х гг

УДК 7.038.11 (09) (470.23 - 25) «192/193»

Н. В. Филичева

Новая эстетика организации культурного пространства ленинградского конструктивизма 1920-30-х гг.

В статье дан анализ новой эстетики организации городского пространства ленинградского конструктивизма 1920-30-х гг. Рассматриваются новые градостроительные концепции и принципы решения городской среды как функциональной и комфортной среды жизнедеятельности на примере ансамбля Кировского района Санкт-Петербурга, который включает Тракторную улицу и ряд административных, образовательных, культурных и бытовых центров.

The article analyzes the new aesthetics of urban space in Leningrad constructivism of the 1920s - 1930s, the author discussing the new policy of city planning which should comply with the principles of creating some functional and comfortable urban environment using St Petersburg Kirov District, with its Tractornaya Street and some administrative, cultural and educational buildings as an example.

Ключевые слова: ленинградский конструктивизм, городская среда, Тракторная улица, современная архитектура.

Key words: Leningrad constructivism, urban environment, Tractornaya Street, modern architecture.

Русский авангард и конструктивизм ценили и ценят на Западе как единственно оригинальное и незаменимое из того, что было в русской архитектуре ХХ в. Формообразующие идеи конструктивизма до сих пор любимы в Европе и США, именно там они обрели разнообразное и широкое воплощение; у нас же они в большинстве случаев или остались проектами «бумажной архитектуры», или пребывают в плачевном виде и разваливаются на глазах. Но есть немногие памятники конструктивизма, которые востребованы, находятся в хорошем состоянии и обращают на себя взоры специалистов и всех, кто любит и чтит русский авангард.

В 1920-е гг. в Ленинграде произошел общий поворот к авангарду. Этот момент совпал с восстановлением строительной активности после нескольких лет разрухи. В первую очередь развернулось сооружение жилищных массивов для трудящихся, домов культуры, школ, учебных заведений, стадионов, бань, профилакториев, универмагов и фабрик-кухонь. Началась реконструкция рабочих

© Филичева Н. В., 2016

окраин города, которая в малой степени затронула исторический центр. Новые постройки органично включались в архитектурное пространство и этим придавали городу особые оттенки, подчёркивая ценность его исторической части. А в самих этих реконструированных окраинах творчеством архитекторов и градостроителей инициировался новый «дух», особая благоприятная атмосфера для их жителей. Один из первых таких опытов строительства не только жилых, но и культурных, административных и бытовых учреждений, рассчитанных на обслуживание всего прилегающего района, появился в те годы в Московско-Кировском районе Ленинграда, вблизи Тракторной улицы.

Здания и жилищные комплексы, спроектированные в середине 1920-х - 1930-е гг., относятся к переходной стадии развития нового стиля. Принципы новой архитектуры были последовательно реализованы в постройках архитекторов А. С. Никольского, Г. А. Симонова, А. И. Гегелло, Д. Л. Кричевского, А. А. Оля.

Появление идей нового стиля было не случайно. Концепции авангарда и конструктивизма в творчестве их лучших созидателей (В. Татлина, К. Малевича и др.) были ответом на «вызовы времени» начала XX в. Новые открытия в науке и культуре подготавливали цивилизацию к новым ощущениям, восприятиям и осознаниям времени, пространства, места и роли человека, - словом, менялась картина мира.

Сначала учёными, затем философами, а также художниками предлагалось новое видение мира, в котором предстояло жить и осваиваться цивилизации, человечеству XX века. Этот мир существенно отличался от привычного, классического, к которому привыкли. Мир теперь представлялся не столь упорядоченным, гармоничным. В нём почти «на-равных» сосуществовали и порядок, и хаос. В этом мире были не только закономерности, но и случайности, неожиданности, и с ними надо было считаться, их изучать, учитывать.

По образной характеристике Т. В. Макарской, в этом мире уже «господствовала не геометрия Эвклида, а геометрия Лобачевского-Гаусса. Пространство теперь нужно было воспринимать не как некую незыблемость, однородность, не как единое, простое, определяемое тремя прямыми. Оно теперь являлось искривлённым, лишённым правильности геометрических фигур. В новом мире по-другому проявляло себя не только пространство, но и время. Если в классике оно казалось олицетворением вечности, стабильности, регулярности, где господствует закономерность и отсутвуют случайности, то теперь надо было привыкать к мимолётности, "сиюминутности", нестабильности. Теперь картина мира представлялась

более близкой, похожей на естественный, природный мир, который значительно отличался от мира культуры.

Новые веяния не могли пройти мимо профессионального сознания архитекторов, не "переориентировать" их на новые пространственные решения, новые принципы организации среды. Настоящие Художники, Творцы всегда чутки к окружающему, они непостяжимым образом улавливают те изменения, которые происходят вокруг них. И эти новые «веяния» инициируют их творческие поиски и решения. Так и в архитектуре первой трети XX века постепенно уходит классическое прочтение принципов архитектурного формообразования. На место традиционным трактовкам архитектурных форм приходят новые их смысловые наполнения. Композиции теперь позволительно быть неправильной, не плоскостной, а объёмной, открытой, свободной, параболической и асимметричной. Причём неправильность, криволинейность композиции диктуется ещё и новой целесообразностью, новым пониманием комфортности. Гармония строится на сложных диссонансах, на обострённом чувстве противоборства её составляющих. Ритм теперь может быть "пульсирующим", "подвижным", "нерегулярным", "спотыкающимся", уподобляемым природным ритмам. Теперь не только пространство, но и время "лепит", организует архитектурную форму. А сама архитектурная форма, архитектурное пространство всё более уподобляются природной организации» [3, с. 28-29].

Блестящие образцы супрематической версии конструктивизма -«архсхемы» 1922-1923 гг. с сочетанием строгих геометрических объемов, с применением железобетонных конструкций, контраста стенных плоскостей и больших поверхностей остекления создавал в Петрограде - Ленинграде А. С. Никольский. Постройки архитекторов Е. А. Левинсона и И. И. Фомина отличались весомой монументальностью и тяготели к стилистике Ар Деко. Самой яркой фигурой позднего конструктивизма был Н. А. Троцкий, вносивший в функциональные структуры приемы экспрессионизма и наделявший их мощным эмоциональным звучанием. Самостоятельное значение образной стороны проектирования утверждал художник, архитектор и теоретик Я. Г. Чернихов, в «архитектурных фантазиях» которого всесторонне раскрыт огромный формообразующий потенциал широкого спектра течений авангарда.

В 1925-1927 гг. в Ленинграде появился первый жилой комплекс, новая улица с жилыми домами для рабочих с двух-четырехкомнатными квартирами на одну или две семьи. Эту улицу назвали Тракторной в память о выпуске первых тракторов на заводе «Красный путиловец». Застройка улицы была задумана А. С. Никольским, А. И. Гегелло и Г. А. Симоновым как единый ар-

хитектурный организм со своеобразным объемно-пространственным решением.

Устройство жилищных комплексов и формирование крупного общественного центра были в 1920-30-е гг. приоритетной задачей, связанной с поисками нового типа экономичного жилища и новыми принципами архитектурного пространства. Архитекторы нашли нетрадиционное решение актуальной темы, характерное для ленинградской архитектуры, когда композиционные и стилевые новации сопрягались с вечно ценным в архитектуре и переосмыслением классических традиций.

Тракторная улица, включающая 16 корпусов, образует целостный ансамбль, построенный по принципу варьирования форм. Здесь много творческих находок: длина улицы 320 м, она ориентирована перпендикулярно проспекту Стачек - главной магистрали Кировского района, ряды домов вытянуты по её сторонам. Архитекторы отказались от петербургского стиля сплошной застройки, расположив группы корпусов с промежутками.

В начале улицы - два дома, соединенные полуарками. Они отодвинуты от красной линии. В перспективе виден торец одного из четырех зданий, образующих небольшую площадь. Чрезвычайно интересен прием объединения домов в единый комплекс с помощью арок и полуарок. Броские полуарки сообщают оттенок торжественной репрезентативности проходам во дворы. Авторитетные исследователи ленинградского авангарда Б. М. Кириков и М. С. Штиглиц, анализируя новые тенденции в советской архитектуре 1920-30-х гг., обращают внимание на то, что эти «нефункциональные элементы» воспринимаются, с одной стороны, как «дань классическим мотивам», с другой - «как опровержение традиционной тектоники», «...легкие и упругие, полные силы и движения, полуарки словно вонзаются на лету в стены корпусов, внося в композицию напряженный динамизм» [1, с. 79].

Вряд ли кому-нибудь сегодня приходит в голову мысль о необходимости каких-либо декоративных украшений - они здесь совершенно не нужны, настолько хороши эти трех- и четырехэтажные строгие дома с закругленными в плане лестничными клетками, балконами, тягами и козырьками. Простых, но точно найденных элементов было вполне достаточно для придания домам новой образности.

Форма и группировка балконов крайне разнообразны: они могут быть «вкомпонованы в углы», совмещены с лоджиями или состыкованы с выступающими объемами. Все лестничные клетки выходят на север (чтобы не отнимать свет у жилых комнат), поэтому на северной

стороне они выходят во двор, а на южной - на улицу. Весомые пластичные объемы лестниц крупным ритмом организуют линию улицы. Эти выступы несимметрично скруглены, в криволинейные поверхности врезаны клинья консольных козырьков. Все подсобные помещения имеют естественное освещение - на фасадах им соответствуют мелкие окна. Облику зданий свойственны строгая лаконичность и обобщенность форм, четкость объемов и чистота глади стен. Пространственная среда улицы уютна, сомасштабна человеку, здесь налицо композиционные и стилевые новации.

Тракторная улица - образец переходного стиля. Черты «трансформированной неоклассики» соединены здесь с особенностями нового архитектурного языка и переосмыслением «неугасших традиций» [1, с. 79-81]. Важно подчеркнуть, что профессиональные и интересные решения этого комплекса возникли под влиянием немецкой архитектурной и строительной школы, в том числе и «школы Ба-ухауса» В. Гроппиуса. Отечественные зодчие сумели не только «впитать в себя» всё ценное в этой школе, но и придать этому опыту русский, петербургский «дух».

Перспектива Тракторной улицы замыкается стоящей на противоположной стороне проспекта школой им. 10-летия Октября (ныне школа-лицей № 384), построенной в это же время лидером ленинградского архитектурного авангарда А. С. Никольским. Школа, рассчитанная на 1200 учащихся, отличавшаяся удобством, продуманностью планировки и высоким уровнем технического оснащения, воспринималась в конце 20-х гг. ХХ в. как образец, ориентир для перспективного развития архитектуры учебных заведений. В динамичной асимметрии объема, остром столкновении друг с другом геометризированных форм уже гораздо явственнее, чем в облике расположенных по соседству жилых домов Тракторной улицы, проступают черты конструктивизма.

Одновременно с возведением жилого комплекса на Тракторной улице, в 1925-1927 гг. архитекторы А. И. Гегелло и Д. Л. Кричевский на проспекте Стачек возвели Дворец культуры им. М. Горького. Это также значительное произведение раннего авангарда в Ленинграде, полное «суровой экспрессии и монументальной силы» [2, с. 365].

Объемно-пространственная композиция Дворца культуры определяется его внутренней структурой, а внешний облик (как и в произведениях модерна) позволяет прочитать эту структуру. Новым веянием стал большой зрительный и митинговый зал, рассчитанный на 2200 человек; композиция зала выполнена в виде сектора, места для зрителей устроены в виде амфитеатра, что позволило улучшить

обзор сцены и обеспечить фактически всем зрителям равные условия с точки зрения удобства: этим подчеркивался демократический характер нового зрелищного сооружения. Перед залом на каждом этаже расположены хорошо освещенные фойе. Здание отличают особая цельность и ясность облика. Крупные формы определяют убедительный и сильный образ пролетарского дворца культуры. На главном фасаде выделено центральное звено - «огромный стеклянный экран, разделенный пилонами треугольного сечения, которые поддерживают перекрытие зрительного зала. Дугообразному витражу противопоставлены массивные параллелепипеды - резко выдвинутые вперед по радиусам башни лестничных клеток. Эти вертикальные акценты и фланги фасада отличаются четкими геометрическими формами и гладкими плоскостями стен» [1, с. 98].

Крупные формы здания определяют убедительный и сильный образ пролетарского Дворца культуры. Умелый учет всего многообразия функций нового по содержанию советского клуба стал выражением нового социально-эстетического идеала. Дворец культуры им. М. Горького оказал значительное влияние на последующее строительство домов культуры в Ленинграде и в СССР, а на Всемирной выставке 1937 г. в Париже архитектор А. И. Гегелло был удостоен за это сооружение Гран-при [2, с. 365].

Одним из направлений работы Дворца культуры было повышение профессиональной квалификации рабочих, для этой цели было решено рядом построить учебное заведение - Дом технической учебы, которое предполагалась связать переходом с Дворцом культуры на уровне верхних этажей. Проектирование и строительство было поручено в 1930 г. авторам и создателям Дворца культуры им. М. Горького (А. Гегелло, Д. Кричевскому, В. Райляну). Узким, вытянутым участком была предопределена линейная конфигурация протяженного пятиэтажного здания Дома технической учебы, также выдержанное в конструктивистских формах. Модулем плана служили стандартные классные кабинеты. В сторону площади здание обращено параболическим выступом, прорезанным наклонными ленточными окнами, освещавшими аудитории-амфитеатры. Это здание более других из ансамбля Кировского района претерпело изменения внутренней структуры и реконструкции, но оно стало одним из стереотипов при строительстве учебных задний, а «параболический объем в полный голос напоминает о культивировании в ленинградском конструктивизме пластичных и экспрессивных криволинейных форм» [1, с. 103].

Напротив Дворца культуры им. М. Горького расположено динамичное здание универмага и фабрики-кухни Кировского района

(1929-1931, архитекторы А. К. Барутчев, И. А. Гильтер, И. А. Меерзон, Я. О. Рубанчик, инженер А. Г. Джорогов), которое также принадлежит к образцам состоявшегося конструктивизма. Конструктивную основу здания универмага составляет монолитный железобетонный каркас. В смелой композиции воплощена бурная динамика обновленной жизни тех лет и раскрыт богатый спектр выразительных средств конструктивизма: свободные сочетания крупных форм, резкая асимметрия частей, ритм горизонтальных вертикалей, контрасты глухих бетонных и прозрачных стеклянных поверхностей, разнообразие типов окон. Протяженный горизонтальный объем здания противопоставлен вертикалям фасада Дворца культуры им. М. Горького.

Работа над проектами фабрик-кухонь велась совместно со специалистами пищевой промышленности. Такие фабрики должны были обеспечивать производство готовых обедов и полуфабрикатов. Здесь все было продумано: функциональная программа механизированного процесса приготовления пищи позволяла избежать пересечений производственного цикла и потоков людей.

Центр всего конструктивистского ансамбля Кировского района -внушительное здание Кировского райсовета, шедевр архитектора Н. А. Троцкого. В этом произведении ленинградского авангарда ярко проявилась творческая индивидуальность блестящего зодчего. Строительство завершили в 1935 г., а через три года рядом возвели памятник С. М. Кирову (скул. Н. В. Томский, арх. Н. А. Троцкий, 1938), который приветствует проезжающих по проспекту Стачек.

Силуэт райсовета экспрессивен: основной корпус низкий и вытянутый, его пересекает вертикаль пятидесятиметровой прямоугольной башни, на вершине которой помещена советская символика - серп и молот. Переходы из одного блока райсовета в другой выполнены в виде галерей на столбах. Здесь банки, почта, зал собраний, кинотеатр. Впечатляющий образ конструктивистского сооружения проникнут динамизмом, экспрессией, монументальным звучанием.

Эти качества творческой индивидуальности Троцкого «отмечены печатью влияния Э. Мендельсона. Асимметричная композиция и форсированный силуэт построены на сочетании горизонталей и вертикалей, прямоугольных, цилиндрических и дугообразных объемов, и все это придает комплексу особую пространственную активность и многообразие ракурсов восприятия» [1, с. 121].

Пространственная система двух площадей - Стачек и Кировской, связанных прямым отрезком проспекта Стачек, - позволила создать уникальный конструктивистский ансамбль этого района Ленинграда.

Кроме того, именно здесь рождалась принципиально новая эстетика, не поняв которую невозможно разобраться во многих явлениях архитектуры прошлого и нашего столетия.

Сегодня этот уникальный ансамбль Кировского района выглядит не так «респектабельно» как в те, уже далекие, времена: агрессивная реклама, от которой в наш век уже никуда не деться, малоэстетичные постройки - ларьки, киоски и другие сооружения, расположенные совсем рядом с фасадами легендарных зданий той совершенно уникальной и особенной эпохи.

Важно отметить, что конструктивизм вновь возвращается в архитектуру. Это происходит от того, что конструктивизму изначально была свойственна эстетика целесообразности и рациональности строго утилитарных форм, столь созвучная нашему динамичному и стремительному времени. Ритмичность линий и подчеркнутая сдержанность геометрии придают домам, выполненным в стиле конструктивизма, неповторимый облик, а простота и естественность обеспечивают притягательность их архитектурного решения. Этот стиль делает архитектуру выразительной, уникальной, запоминающейся, выходящей за рамки стандарта и стереотипа. Мы можем найти в современной мировой архитектуре много «аллюзий» с русским конструктивизмом начала ХХ в. Но, на наш взгляд, не всегда хватает индивидуального начала, а оно рождается в творчестве и проявляется в архитектурной форме только в том случае, если архитектор профессионален, глубоко и личностно владеет классической традицией, отвечает вызовам своего времени и устремлен в своих решениях в будущее. Эта важная основа любого творчества, особенно архитектурного, была замечательно представлена мастерами русского конструктивизма.

Архитектура в наши дни более всего «нуждается и в мастере, и в мастерстве», как и в эпоху классиков архитектуры. Можно сказать определённее: в нашу эпоху - острее, чем в эпоху классической архитектуры. Именно поэтому «барьер, за который нельзя перешагнуть, отрицая "мастера и мастерство", в архитектуре непреодолим» [4, с. 213].

Увлечение цитатами из идей сторонников конструктивизма продолжается, поскольку конструктивизм состоялся в профессиональном отношении, но еще и потому, что он «строил новый мир с чистого листа», что целое поколение зодчих выросло, среди всего, что окружало их в молодости.

Современное архитектурное творчество в лице архитекторов, градостроителей - Личностей, Художников, Мастеров - способно выйти на уровень не только цитирования идей и находок конструктивизма, но и на творческое развитие их в условиях окрыляющих возможностей XXI в.

Список литературы

1. Кириков Б. М., Штиглиц М. С. Архитектура Ленинградского авангарда. -СПб., 2008.

2. Лисовский В. Г. Санкт-Петербург: очерки архитектурной истории города: в 2 т. Т. 2: От классики к современности. - СПб., 2009.

3. Макарская Т. В. Вариации «порядка сборки» архитектурной системы // Тр. МАРХИ. Материалы науч.-практ. конф. «Наука, образование и экспериментальное проектирование». 11-15 апр. 2011 г. - М., 2011.

4. Мухин А. С. Архитектура и архетип. - СПб., 2013.