Новые институты инновационной деятельности

Новые институты инновационной деятельности

Вячеслав щербин,

ведущий научный сотрудник Центра системного анализа и стратегических исследований НАН Беларуси, кандидат филологических наук

В последнее десятилетие для национальной экономики Беларуси, состоящей из нескольких десятков традиционных и новых типов хозяйственных систем, секторов, отраслей и укладов, первоочередным приоритетом стало ускоренное развитие такой хозяйственной системы, как инновационная экономика.

Ее отличительная черта - постоянное обновление существующих форм организации инновационной деятельности. Особенно заметным оно становится при проведении монографического исследования инфраструктуры нововведений [1], когда, наряду с уже давно существующими формами инновационной деятельности (технополисами, технопарками, инкубаторами разных типов, центрами трансфера технологий, инновационными банками, венчурными фондами и др.), описываются недавно появившиеся субъекты - научные системные интеграторы, технохабы, спин-офф-предприятия, стартапы, государственно-общественные инновационные корпорации, социально-предпринимательские инновационные корпорации, социально-научные сообщества, интеллектуальные самоуправляющиеся ассоциации, исследовательские ассоциации и др. Однако в рамках данной статьи, учитывая относительно небольшой ее объем, будут рассматриваться только новые институты инновационной экономики.

Прежде всего, к числу принципиально новых субъектов инфраструктуры, на наш взгляд, следует отнести научные системные интеграторы, технохабы, спин-офф-предприятия и стартапы. К примеру, перспективы первых в России президент группы «Онэксим» Михаил Прохоров определяет так: «На смену технопаркам приходит научный системный интегратор (НСИ), позволяющий глобально использовать те элементы научной и производственной инфраструктуры, которые наилучшим образом соответствуют целям проекта. Естественно, главным звеном НСИ продолжают оставаться люди, которые понимают рынок, осуществляют постановку и обоснование задач, проводят отбор исполнителей/поставщиков по всему миру, осуществляют контроль и «сборку» новой технологии на конечном этапе и обеспечивают ее внедрение в промышленное производство» [2].

При этом автор полностью отдает себе отчет в том, что научные системные интеграторы, хорошо себя зарекомендовавшие в странах с уже сформировавшейся государственно-корпоративной экономикой, могут не прижиться в России, где состояние рыночной, инновационной, корпоративной, финансовой и некоторых иных типов инфраструктур оставляет желать лучшего. Как справедливо заметила по этому поводу директор Центра инновационной экономики Института экономики РАН Елена Ленчук, в России многие элементы рыночных механизмов развиты слабо или вообще отсутствуют. В стране практически нет крупных высокотехнологичных компаний, медленными темпами формируется малый инновационный бизнес, слабо развита кредитно-банковская система, фондовые рынки и т.п. Все это требует выработки своих собственных подходов [3]. По указанным выше при-

чинам Прохоров предлагает использовать в российской экономике в качестве переходной инновационной структуры к научным системным интеграторам еще одну инфраструктурную новинку - технохаб: «Конечно, в России вряд ли представляется возможным немедленно перейти от технопарков к научному интегратору. Целесообразно рассмотреть возможность так называемого промежуточного этапа. Мы с коллегами назвали его технохабом. Основная задача технохаба - концентрировать интеллект. Каким образом это может происходить? Строится несколько современных научных центров с универсальными лабораториями, испытательными стендами, опытным производством и т.д. с целью создания целой сети «точек роста» интеллектуального потенциала. В условиях России именно такая сетевая структура может стать системой «мостов» и «мостиков» между наукой и бизнесом, обеспечивающей трансфер знаний и изобретений в технологии, а технологий - в коммерческие продукты и бизнес, а также создающей необходимую концентрацию венчурного капитала для начала инновационного бизнеса. Вот в этом и будет заключаться задача технохаба - обеспечить недостающее звено в нашем инновационном процессе» [2].

Все вышесказанное об инфраструктурной неготовности российской инновационной экономики к использованию научных системных интеграторов в полной мере касается и белорусской хозяйственной системы указанного типа. Поэтому в условиях нашей страны значительно более широкое применение получили такие новейшие инфраструктурные субъекты, как спин-офф-предприятия и фирмы, стартапы. В частности, история формирования исследовательских спин-офф-предприятий в Республике Беларусь достаточно под-

ш,

НАУКОКЕДЕНИЕ

робно изложена в статье Анны Поболь: «С 1987 г. после легализации кооперативной формы собственности из существовавших еще в советской практике временных научных коллективов стали образовываться центры научно-технического творчества молодежи, научно-производственные кооперативы, а в последующем и научные (инновационные) предприятия (как правило, малые). Вначале они «отпочковывались» от отраслевых исследовательских институтов и конструкторских бюро, ИР которых были наиболее близки к фазе применения и, следовательно, к рынку. Затем процесс распространился на академические институты. За годы трансформаций в структуре Академии наук Беларуси и входящих в ее состав исследовательских организаций было создано около 130 предпринимательских структур, из которых выжила только часть. С 1991 г. инновационное предпринимательство в Беларуси осуществляется в форме акционерных и обществ с ограниченной ответственностью. Так возникли малые научно-исследовательские предприятия, основанные бывшими сотрудниками государственных НИИ и университетов и занимающиеся разработкой технологических решений на базе своего прежнего исследовательского опыта, которые в мире получили название «исследовательских спин-офф-предприятий» (от англ. spin-off - создание путем отделения) (ИСОП)... То, что ИСОП развиваются в Беларуси уже 14 лет, доказывает, что они являются элементом инновационной инфраструктуры, выполняющей определенные функции» [4].

Позднее автор описала и такую форму спин-офф-предпринимательства, как научно-технические спин-офф-предприятия (НТСП). По ее мнению, они образуются путем ответвления (отпочкования) от научных организаций и вузов для трансфера результатов исследований и разработок в промышленность. Отпочкование происходит не обязательно с сохранением юридической связи между родительской и выделившейся организациями, но обязательно с переходом в последнюю специалистов, несущих знания и компетенции, которые становятся ключевыми ресурсами и областью специализации научно-технического спин-офф-предприятия [5]. Другие белорусские ис-

следователи считают, что большая часть малых инновационных предприятий в инновационно-технологических центрах - это спин-офф-фирмы, которые учреждены учеными или группами ученых, выделившимися из состава научно-исследовательских институтов для коммерциализации результатов НИОКР [6].

В работах российских и белорусских исследователей представлен также широкий спектр подходов к описанию и таких субъектов инновационной инфраструктуры, как стартапы, что косвенно свидетельствует об их реальном использовании в практике двух стран. В частности, отдельными российскими учеными стартапы относятся к числу недавно созданных инновационных структур: «Компании, у которых еще нет рыночной истории и крупных активов, но которые уже в состоянии продемонстрировать образцы готового продукта, предназначенные для рынка, называют «только возникшими» инновационными компаниями («start-up» companies). Финансирование таким компаниям нередко предоставляют бизнес-ангелы» [7].

В свою очередь, член-корреспондент НАН Беларуси М.В. Мясникович определяет данный субъект инновационной деятельности следующим образом: «...стартапы (от англ. start-up - запускать), то есть только что созданные небольшие компании, ориентирующие свой бизнес на сферу инновационных технологий, но вначале скорее исследующие перспективные рынки и обладающие ограниченными собственными ресурсами. Часто стартапы создаются руководителями научных подразделений с целью скорейшей коммерциализации результатов своих научных исследований» [8]. Стартапом также называют предприятие, которое характеризуется отсутствием длительной рыночной истории и требует инвестиций для проведения научно-исследовательских работ и начала продаж [9].

Само отнесение стартапов к числу недавно образованных инновационных предприятий, на наш взгляд, отнюдь не свидетельствует о том, что они играют в настоящее время весьма скромную роль в рамках производственно-технологической составляющей инфраструктуры нововведений. Из обширной инновационной

практики стран экономического авангарда хорошо известен тот факт, что нередко за весьма короткое время успешные стартапы, начинавшие свою деятельность за счет высокорискового венчурного капитала, превращаются в огромные компании, обладающие значительной капитализацией [10].

Целый ряд новых инновационных субъектов сформировался также в рамках корпоративной составляющей инфраструктуры нововведений. Ее основу, как известно, образуют активно работающие на протяжении уже многих десятилетий корпоративные инновационные структуры следующих двух типов:

а) высокотехнологичные транснациональные и национальные корпорации, создавшие для своих нужд обширные международные инновационные сети. К числу структур этого типа можно отнести американские компании Microsoft, General Motors, Pfizer, Johnson & Johnson, Ford, IBM, Intel, Cisco Systems; японские Toyota, Honda, Panasonic, финскую Nokia; немецкие Siemens, Volkswagen; южнокорейскую Samsung; швейцарские Roche Holding, Novartis; французскую Sanofi-Aventis; британские GlaxoSmithKline, AstraZeneca и др. [11];

б) инновационные госкорпорации, к которым причисляются американские компании Tennessee Valley Authority, United States Synthetic Fuels Corporation, Fannie Mae [12]; Union Pacific, Fanni Mae, Freddie Mae [13]; российские компании «Роснанотех», «Ро-стехнологии», «Росатом» [14].

В последние годы состав корпоративных структур активно пополняется также за счет новых типов - государственно-общественных инновационных корпораций, социально-предпринимательских инновационных корпораций,социально-научных сообществ, интеллектуальных самоуправляющихся ассоциаций, исследовательских ассоциаций и др. Так, отдельные наиболее развитые страны мира (например, Финляндия, Канада и др.) пытаются создать модель государственно-общественной (общенациональной) инновационной корпорации, лучше соответствующей духу нашего времени, чем традиционные частные и государственные. В Финляндии в качестве такой структуры нового типа выступает Sitra - Финский

№6(100) Июнь 2011 НЕУКИ Е ЕААОВИЦЕЕ 51

национальный фонд исследований и развития. Это небольшая сетевая организация (с персоналом в 60 человек), которая действует как крупнейший венчурный капиталист страны, финансирующий новые компании на начальных стадиях их деятельности.

Формирование венчурной индустрии в Финляндии начиналось исключительно за счет государственных средств. Они были использованы в качестве «посевного капитала» (seed capital). Главным учреждением, поддерживающим начальный бизнес в высокотехнологичной сфере, стал фонд Sitra, который имеет статус независимого государственного фонда под эгидой парламента и управляется как фонд, а не как правительственное агентство [7].

Зарубежные ученые Пекка Химанен и Мануэль Кастеллс сообщают о деятельности указанной финской государственно-общественной корпорации следующее: «Помимо своей роли крупнейшего венчурного капиталиста в Финляндии, Sitra является и мозговым центром, генерирующим новые идеи... и финансирующим смелые, будоражащие ум исследования, которые не ориентированы на создание продуктов, и образование в тех сферах, которые представляются важными для Финляндии (Sitra может также финансировать эксперименты в этих областях). Стратегическая деятельность Sitra, наряду с прочим, включает стратегическое образование в области новых вызовов - такое образование предназначается для малых групп или высших руководителей организаций различного типа (в настоящее время так называемые «группы Финляндия-2015», отличающиеся тем, что могут собрать для обсуждения высших руководителей из правительства, бизнеса и исследовательских кругов и для поездок в целях сбора информации и уточнения фактов в такие центры, как Вашингтон, округ Колумбия, Силиконовую долину, Брюссель и Москву). В 1998 г. в результате процесса, в котором участвовали сотни экспертов из исследовательских кругов, промышленности и государственного сектора, было совершено обновление финской стратегии информационного общества. Sitra специализируется на выполнении ролей «государственного капиталиста» и «государственного мозгового центра». По-

скольку Sitra несет ответственность перед финским парламентом, ее можно считать агентом общенационального проекта. Однако эти отношения с парламентом не означают прямого контроля со стороны последнего: .Sitra фактически обладает автономным статусом» [15].

Определенный опыт создания государственно-общественных инновационных корпораций накоплен также в Канаде, где «еще в 1997 г. правительством страны был создан Канадский фонд инноваций (Canada Foundation for Innovation) -независимая корпорация, основная задача которой состоит в финансовой поддержке научной деятельности университетов, колледжей, медицинских учреждений и других, главным образом неправительственных, организаций. Федеральное правительство Канады инвестировало более 3 млрд долл. в деятельность этого фонда. Наряду с этим Канадский фонд инноваций призван обеспечить привлечение в сферу науки наиболее перспективных кадров, их подготовку и повышение квалификации, а также создать условия для их сотрудничества и вневедомственной кооперации» [16]. Кстати сказать, и Белорусский республиканский фонд фундаментальных исследований (БрфФИ) в соответствии с постановлением Совета Министров БССР от 08.05.1991 г. №176 создавался «в качестве государственно-общественной организации» [17] и вполне мог бы выполнять в нашей стране те функции, которые так успешно реализуют в своих странах Финский национальный фонд исследований и развития и Канадский фонд инноваций. Однако последнее станет возможным только в случае многократного увеличения объемов грантового финансирования, распределяемого БРФФИ через систему проводимых им конкурсов проектов.

Новые корпоративные формы организации инновационной деятельности появляются не только в странах-лидерах. К примеру, в последние годы одна из таких новых форм - социально-предпринимательские корпорации - используется в Республике Казахстан. Однако руководство таких корпораций «дает больше возможностей для удовлетворения личных материальных запросов при на порядок меньших ответственности, уровне общественного и государственного

надзора» [18]. На наш взгляд, отмеченных выше недостатков лишены такие новые корпоративные формы инновационной деятельности, как социально-научные сообщества, интеллектуальные самоуправляющиеся ассоциации и исследовательские ассоциации.

Первая из названных выше форм описывается следующим образом: «Говоря о характере воздействия научно-технического прогресса на развитие наших социумов, следует учитывать и обратное влияние. Переход экономик наших стран к постиндустриальному технологическому этапу не может не сопровождаться становлением новой формы социальной организации общества - социально-научного сообщества (инновационной социально-классовой структуры)» [19]. Белорусские исследователи твердо убеждены в исключительной перспективности описываемой ими новой корпоративной формы: «В случае, если будет осуществляться последовательное и широкое внедрение новейших достижений научно-технической революции, то в конце десятилетнего периода в республике сложится социально-профессиональная структура постиндустриального технологического уклада, что послужит основой формирования современного социально-научного сообщества. Для названной профессиональной структуры будут характерны следующие особенности: высокий удельный вес занятых научным, инженерным и педагогическим трудом; значительная доля лиц (не менее 40%) среди рабочих, обладающих высшей квалификацией (соответствующей уровню 5-6-го разряда), что отвечает требованиям постиндустриального технико-технологического уклада: дальнейшее сокращение удельного веса занятых в промышленном производстве и увеличение числа занятых в сфере услуг; следует также ожидать возрастания доли лиц, занятых в информационно-вычислительном обслуживании, и значительное сокращение доли лиц, занятых в нелегальном секторе экономики. При этом будет продолжаться рост уровня образования всех слоев экономически активного населения» [19].

На наш взгляд, подобные социально-научные сообщества являются расшире-

НАУКОВЕДЕНИЕ

нием до национальных масштабов такой более частной корпоративной формы, как интеллектуальные самоуправляющиеся ассоциации. Как свидетельствует профессор Л.Н. Оголева, «к концу 1990-х гг. на Западе предпринимаются значительные усилия по созданию особой формы организации инновационной и творческой активности - так называемой интеллектуальной самоуправляющейся ассоциации, основанной на принципах организационного проектирования и «модульной специализации». Она и позволяет достичь высокой инновационной активности самостоятельных подразделений в рамках ассоциированной деятельности. В инновационной организации XXI в. революционные преобразования должны охватить линейные, функциональные, маркетинговые и другие структуры, которые станут самостоятельными внутренними предприятиями, обслуживаемыми едиными информационными и финансовыми системами, самостоятельно производящими товары и услуги. В рамках «интеллектуальной самоуправляющейся ассоциации» эти внутренние предприятия станут участниками внутренних или так называемых организационных рынков внутри ассоциации» [20].

К интеллектуальным самоуправляющимся ассоциациям, которые активно работают в инновационной экономике США, тесно примыкают по принципам своей организации исследовательские ассоциации, получившие распространение в Японии. Они имеют в своем составе подразделения по фундаментальным исследованиям проблемно-поискового характера, а также внедренческие, аналитические, экономические группы. Исследовательские ассоциации предназначены для установления тесного взаимодействия между академическо-вузовским сектором и промышленным производством. Анализ японской практики выявляет важную особенность в механизме внедрения инноваций: сочетание принципов кооперации, плановой организации научных исследований, координации сложного многоступенчатого процесса внедрения и освоения инноваций из одного центра с острой конкуренцией между участниками на стадии рыночного внедрения нового продукта [21].

Если учесть, что за последние 2 десятилетия общее количество зарегистрированных в Министерстве юстиции Республики Беларусь общественных объединений научной, профессиональной, обществоведческой и просветительской направленности увеличилось в десятки раз, можно смело прогнозировать широкое распространение новых корпоративных форм инновационной деятельности (интеллектуальных самоуправляющихся ассоциаций и исследовательских ассоциаций) и в нашей стране. Есть и иные «точки роста» инновационного корпоративизма. Так, по мнению белорусского экономиста Н.Л. Грибановой, мы уже сегодня располагаем наработками, во многом идентичными сетевым структурам корпоративной экономики, это - государственные научно-технические программы (ГНТП) [22].

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что архитектура национальной

Литература

инновационной системы и ее инфраструктурных составляющих будет усложняться и далее, в том числе и за счет использования новейших форм инновационной деятельности. Поэтому для организации самого тесного взаимодействия разнотипных субъектов инновационной инфраструктуры и инновационно активных предприятий и фирм в самое ближайшее время должен быть разработан детализированный, учитывающий особенности работы и функции каждого субъекта технико-финансово-правовой регламент. Его неукоснительное исполнение должно контролироваться соответствующим органом государственного управления (например, ГКНТ Республики Беларусь). Без подобного регламента обеспечить стопроцентную надежность «стыков» инновационной цепочки и высокую скорость перехода от одного этапа жизненного цикла инновации к другому, на наш взгляд, практически невозможно.

1. Щербин В.К. Инфраструктурные составляющие инновационной экономики: монография / Науч. ред. С.М. Дедков. - Мн., 2010.

2. Прохоров М. Русская инновационная головоломка // Новости науки и технологий. №2, 2008. С. 54.

3. Ленчук Е.Б. Россия в условиях глобальных технологических вызовов // Россия и современный мир. №4, 2009. С. 123.

4. Поболь А.И. Роль частного бизнеса в формировании национальной инновационной системы // Наука и инновации. №2, 2007. С. 43-44.

5. Поболь А.И. Закономерности функционирования и развития научно-технического спин-офф предпринимательства //Белорусский экономический журнал. №2, 2010. С. 109.

6. Стимулирование коммерциализации инноваций / В.И. Кудашов, И.И. Сержинский, В.А. Колотухин, Т.И. Таранова; Под науч. ред. П.Г. Никитенко. - Мн., 2006. С. 151.

7. Дежина И.Г., Салтыков Б.Г. Механизмы стимулирования коммерциализации исследований и разработок. - М., 2004. С. 17, 31.

8. Мясникович М.В. Глобальные тренды финансирования науки и инноваций // Наука - инновационному развитию общества: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. - Мн., 2009. С. 6.

9. Малашенкова О.Ф. Теоретические подходы к венчурным инвестициям в инновационной экономике // Экономический бюллетень НИЭИ Министерства экономики Республики Беларусь. №10, 2010. С. 26.

10. Богатуров А.Д. Предисловие // Инновационное развитие: международный опыт и стратегия России: Сб. ст. - М., 2009. С. 7.

11. Межов И.С., Межов С.И. Кто станет локомотивом инноваций - государство или корпорации? // ЭКО. №1, 2011. С. 78.

12. Монкс Р. Корпократия: Как генеральные директора прибирают к рукам миллионы долларов / Пер. с англ. - М., 2010. С. 56.

13. Кочетков Г.Б. Роль и место предпринимательства в инновационной экономике // США и Канада: экономика -политика - культура. №2, 2006. С. 37.

14. Кузык М., Симачев Ю. Государственные корпорации: основные направления и тенденции развития в 2007-2008 гг. // Кризисная экономика современной России: тенденции и перспективы. - М., 2010. С. 468.

15. Химанен П., Кастелс М. Информационное общество и государство благосостояния: Финская модель / Пер. с англ. - М., 2002. С. 64-65.

16. Соколов В.И. Канада: на путях построения инновационного общества // США и Канада: экономика - политика - культура. №6, 2005. С. 28.

17. Щербин В.К. Комплексный науковедческий анализ деятельности Белорусского республиканского фонда фундаментальных исследований в 1991-2006 гг. / Науч. ред. С.М. Дедков. - Мн., 2008. С. 76.

18. Грозин А.В. Особенности политического режима Республики Казахстан: внутриэлитная ситуация накануне предстоящей смены лидера страны // Постсоветское пространство: реалии и перспективы / Под общ. ред. Б.А. Шмелева. - М., 2009. С. 317.

19. Никитенко П.Г., Солодовников С.Ю. Социально-экономические системы Беларуси и России: эволюция и перспективы. - Мн., 2008. С. 441, 449.

20. Оголева Л.Н. Организационные формы инновационного развития // Инновационный менеджмент: Учеб. пособие / Под ред. Л.Н. Ого-левой. - М., 2003. С. 84.

21. Оголева Л.Н. Новые организационные формы инновационной деятельности // Инновационный менеджмент: Учеб. пособие / Под ред. Л.Н. Оголевой. - М., 2003. С. 94.

22. Грибанова Н.Л. Транснациональные корпорации: роль и место в экономических процессах Республики Беларусь // Проблемы управления. №1, 2006. С. 154.

№6(100) Июнь 2011 НАУКА И ИННОВАЦИИ 53