Становление и развитие документного текста: синергетический аспект (на материале англосаксонских грамот IX-XI вв. )

УДК 811.111'01

Т. Ю. Белоногова

Становление и развитие документного текста: синергетический аспект

Статья посвящена рассмотрению особенностей становления и развития документных текстов в английском языке с позиций синергетической лингвистики. При этом англосаксонские грамоты IX-XI вв. трактуются автором как прообраз документных текстов, проводится параллель с современными имущественными договорами. Выявляется языковая детерминанта англосаксонских грамот, которая понимается как фракталоподобное образование, конституируемое набором языковых доминант (семантической, лексической, морфологической, синтаксической и др.). Результаты исследования показывают, что семантическую доминанту англосаксонской грамоты составляет семантика долженствования и предписания; лексическая доминанта представлена общеупотребительной лексикой; морфологической доминантой выступает флек-тивность, доминирование имен существительных, личный характер подачи информации; синтаксической доминантой является паратаксическое соединение предикативных единиц со свободным порядком слов с помощью начинательного союза "and" по принципу цепочечного нанизывания.

The article is devoted to the analysis of peculiarities of formation and development of official texts in the English language from the perspective of synergetic linguistics. Anglo-Saxon charters of the IX-XI c. are treated as antecedents of official texts, namely as the prototype of modern property agreements. The author investigates the language determinant of Anglo-Saxon charters. The language determinant is intrepreted as a fractal entity constituted by a set of language dominants (semantic, lexical, morphological, syntactic, etc.). The results of the research show that the semantic dominant of Anglo-Saxon charters is the semantics of prescription and obligation; the lexical dominant is represented by common lexis; the morphological dominant comprises the inflectional character, domi-nancy of nouns, the personal nature of information submission; the syntactic dominant presents itself as a sequence of predicative units with relatively free word order, connected with the help of coordinating conjunction «and» basing on the principle of chain system.

Ключевые слова: диахроническая лингвосинергетика, аттрактор, репеллер, точка бифуркации, языковая детерминанта, доминанта, англосаксонские грамоты.

Keywords: diachronic linguosynergetics, attractor, repeller, bifurcation point, language determinant, dominant, Anglo-Saxon charters.

Статья написана в рамках диахронической (эволюционной) лингвосинергетики, перспективного научного направления, которое только начинает формироваться. Данное направление возникло в русле синергетической лингвистики, или лингвосинергетики, новой научной парадигмы, базирующейся на интеграции лингвистического знания и синергетической методологии исследования. С позиции синергетического подхода, применявшегося изначально по отношению к естественным наукам, язык рассматривается как сложная, «открытая, нелинейная, иерархически организованная эволюционирующая система» [1].

По словам Т. И. Домброван, «изучение языковой системы в диахронии с использованием методологии синергетики остается на... периферии исследовательских интересов» [2]. В то же время применение идей синергетики в диахронических исследованиях языка представляется актуальным и перспективным, поскольку позволит взглянуть под другим ракурсом на некоторые общепринятые трактовки явлений и дополнить новыми данными традиционную историю языка.

Начало диахронических исследований в лингвосинергетике было положено в работах отечественных и зарубежных ученых в первом десятилетии XXI в. В трудах ученых обосновывалась необходимость разработки нового научного направления - диахронической лингвосинергетики (Т. И. Домброван, Ж. Багана, Е. В. Бондаренко, А. А. Перкова), рассматривался вопрос о соотношении истории языка и диахронической лингвосинергетики (Т. И. Домброван), на основании данных об эволюции естественных языков в диахронии разрабатывались основы лингвопрогностических исследований (В. А. Мигачев, Е. В. Бондаренко). При этом неизученными до сих пор остаются многие частные вопросы, например вопросы становления и развития стилей нехудожественной коммуникации в разных языках. Данное исследование позволит прояснить процесс генезиса официально-делового стиля в английском языке с позиции лингвосинергетики. Цель статьи - представить становление и развитие документного текста в английском языке в терминах синергетической лингвистики.

© Белоногова Т. Ю., 2016 86

Материалом исследования послужил корпус англосаксонских дарственных грамот, а также грамот, выдаваемых арендаторам земли (1Х-Х1 вв.). Гипотеза данного исследования заключается в том, что тексты англосаксонских грамот 1Х-Х1 вв. являются прообразом ранних документных текстов, а именно прототипом современных имущественных договоров, направленных на получение или передачу имущества. Под договором мы понимаем документ, закрепляющий правовые отношения между контрагентами (физическими или юридическими лицами). Текст договора является его основным компонентом, речевым произведением, обладающим юридической силой, т. е. способностью порождать правовые последствия. В средневековой Англии грамоты также были призваны закреплять правовые отношения контрагентов, фиксировать сделки.

Концептуальный аппарат статьи включает понятия аттрактора, репеллера, точки бифуркации, языковой детерминанты и доминанты.

В синергетике аттрактор понимается как «некоторая точка в сложной самоорганизующейся системе, которая определяет динамику системы... направляет ее эволюцию» [3]. Таким образом, под влиянием аттрактора система самоорганизуется и упорядочивается. С точки зрения лингвосинергетики аттрактором выступает коммуникативная цель текста, так как именно она определяет выбор языковых средств различных уровней (лексического, синтаксического и т. д.), способствующих реализации заданной коммуникативной интенции. Необходимо также отметить, что процесс текстопорождения происходит под влиянием не только внутренних, связанных с устройством языка, факторов, но и внешних, так называемых «экстралингвистических», антропогенных факторов.

Понятию «аттрактор» в синергетике противостоит понятие «репеллер», определяемое как набор параметров, «отталкивающих при отборе и организации все, что не укладывается в нормы» [4]. Коммуникативная цель, а также внешние факторы, являясь в терминах синергетики своеобразными аттракторами и репеллерами, играют определяющую роль в текстообразовании.

Взаимодействие внутренних и внешних факторов в определенный период времени может нарушить устойчивость системы, вызвав флуктуации, тенденции к новообразованиям, которые могут привести систему в точку бифуркации, моменту выбора пути дальнейшего развития, при этом система переходит на качественно другой уровень организации. В течение англосаксонского периода можно выделить две точки бифуркации, первой из которых явилось возникновение письменности в VII в., ознаменовавшей переход от символической и вербальной формы (вручение горсти земли) к текстуальной форме передачи прав собственности (составление грамоты). Второй точкой бифуркации можно считать норманнское завоевание (1066 г.), которое привело к окончанию англосаксонского периода и положило «начало системной перестройки языковой детерминанты англосаксов» [5].

Отметим, что с положениями синергетики во многом перекликается лингводетерминоло-гическое направление лингвистических исследований, основной идеей которого является идея о наличии детерминационных отношений в языке. Детерминационные отношения возникают «при установлении зависимости свойств системы от влияния ее различных элементов друг на друга, а также от внешних и внутренних факторов» и обусловливают функционирование языка как сложной самоорганизующейся системы [6]. Таким образом, лингвосинергетический подход в сочетании с лингводетерминационным подходом позволяет представить язык как открытую сложноорганизованную систему, «характеризующуюся установлением широких функциональных связей внешних и внутренних детерминант» [7]. При этом под внешними детерминантами понимаются объектные детерминанты (условия коммуникативной ситуации) и субъектные детерминанты (индивидуальные и социальные характеристики участников коммуникативной ситуации), под внутренними - языковые детерминанты [8].

Г. П. Мельников, развивая идеи А. А. Реформатского, считает языковой детерминантой «ведущую грамматическую тенденцию языка», другими словами, морфологический тип языка [9]. Использование термина «детерминанта» по отношению к различным языковым уровням (грамматическая детерминанта, Г. П. Мельников, просодическая детерминанта, Н. А. Коваленко) привело к тому, что появилось понятие (обще)языковой (лингвистической) детерминанты, «по отношению к которому детерминанты, проявляющиеся на разных языковых уровнях, рассматриваются как доминирующие тенденции», т. е. доминанты [10]. Таким образом, языковая детерминанта представлена набором языковых доминант (семантической, лексической, морфологической, синтаксической и др.) и понимается нами как фракталоподобное образование.

Появление англосаксонских грамот осуществляется на фоне становления деловой коммуникации. При этом происходит стягивание разнообразных языковых средств к ключевому аттрактору - коммуникативной цели документного текста. Образуется ряд доминант (семантическая, структурная, лексическая, морфологическая, синтаксическая), которые образуют языковую детерминанту англосаксонской грамоты.

Семантическую доминанту англосаксонской грамоты составляет семантика долженствования и предписания, так как англосаксонская грамота, будучи прототипом современного договора, прописывает имущественные договоренности и обязанности, а также санкции, вытекающие вследствие нарушения договора. Семантика предписания и долженствования реализуется в англосаксонских грамотах при помощи сослагательного наклонения, а также инфинитивов: «on ôœt gerad ^et he gesylle œlce gere to hœrfestes emnihte öreo pund to gafole» [11] при условии, что он должен давать каждый год в день осеннего равноденствия три фунта в качестве арендной платы (здесь и далее перевод наш. - Т. Б.); «on öa gerad ôœt hine nage nan man of to aceapienne» [12] при условии, что никто не сможет выкупить ее.

Структурная доминанта англосаксонской грамоты складывается из таких компонентов, как инвокация («In nomine Domini» Во имя Господа - воззвание к высшим силам), номинация участников сделки, объекта сделки, описание местоположения объекта, изложение мотива сделки, фиксация условий договора и последствий его нарушения, удостоверение документа, дата и место совершения сделки, благопожелание («Valete in Domino» Прощайте / Оставайтесь с Богом). Перечисленные структурные элементы (за исключением инвокации и благопожелания) прототипичны - они сохраняются в современных англоязычных имущественных договорах, при этом религиозный контент перемещается на периферию стиля, становится архаичным.

Лексическая доминанта англосаксонской грамоты представлена общеупотребительной лексикой (92,5%), из неё предметная лексика составила 86%, книжная лексика (термины, устойчивые выражения, слова с обобщенным значением, вводные слова и союзы) составила 7,5%. Процессы терминологизации, связанные со специализацией коммуникативных сфер, и тенденции к обобщенности и абстрактности лексики делового языка еще только начинают проявляться в англосаксонских грамотах, но уже отличаются постоянным характером. В грамотах представлена терминология договорного и земельного права: ierfe наследуемая недвижимость, земельная собственность, erfeweard наследник, gewrit письменный документ, land-ceáp налог или сбор, уплачиваемый при покупке земли и др. Необходимо отметить, что термины древнеанглийского периода отличалась синкретизмом общебытового и терминологического значений, так, например, существительное bóc, имевшее первоначальное значение «книга», в языке права приобретало значение «документ, грамота, устанавливающая право собственности».

Морфологической доминантой англосаксонской грамоты выступает флективность (наличие словоизменительных аффиксов, передающих грамматические значения) как основная характеристика грамматического строя древнеанглийского языка, именной характер, выражающийся в доминировании имен существительных над глаголами, а также личный характер подачи информации, проявляющийся в использовании личных местоимений и форм глагола 1-го лица: «Ic Osuulf aldormonn mid Godes gœfe ond Beornöryö min gemecca... sellaö...» [13] Я, Освульф, Божиею милостью элдормен, и моя жена Беорнтрит... жалуем.... Что касается современных договоров, то необходимо отметить, что в них, как и в англосаксонских грамотах, сохраняется именной характер изложения, однако использующиеся существительные обладают большей степенью обобщенности и абстрактности. Личный характер подачи информации ушел на периферию официально-делового стиля, в связи с необходимостью акцентирования статусно-ролевых характеристик, нежели личностных, для успешной реализации коммуникативной цели текста.

В качестве синтаксической доминанты англосаксонской грамоты нами рассматривается паратаксическое соединение предикативных единиц со свободным порядком слов с помощью начинательного союза «and» (или его графического эквивалента 7) по принципу цепочечного нанизывания: «Ceolred abbas 7 öa higan on Medeshamstede sellaö Wulfrede öet land ... 7 he geselle eghwelce gere to Medeshamstede tua tunnan fulle luhtres aloö... 7 we him ^is sellaö mid felda 7 mid wuda ...» [14] Аббат Кеолред и община в Мидсхэмстеде жалуем Вульфреду ту землю... и он должен отдавать каждый год в Мидсхэмстед две бочки, полные светлого эля... и мы ему это жалуем с полями и с лесами. Специфической чертой грамот являлось также то, что они писались сплошным текстом, без промежутков между словами.

Несмотря на колоссальные отличия англосаксонских грамот и современных договоров с точки зрения синтаксиса, между ними можно найти черты сходства. Так же как и современным договорам, англосаксонским грамотам был присущ констатирующий способ изложения, синтаксический параллелизм, наличие сложноподчиненных предложений с придаточными условия, а также распространенных простых предложений, осложненных однородными членами. Сложноподчиненные предложения с придаточными условия использовались для выражения запрета на нарушение договора: «gif he ^onne to ^an gedyrstig wœre ^ he ^œt abrœce ^ he wiste hine scyldigne beforan Godes heahsetle œt ^am miclan dome» [15] если он будет настолько самоуверен, что нарушит это, то он должен будет признать свою вину перед Господом на Страшном суде. Однородные 88

члены присутствовали в предложениях, описывающих границы передаваемой в собственность земли: «^rest suQrichte fron 3an beod^rn to Sce Gregories cirican, Qonne from 3^re suQwesthyrnan Sce Gregories cirican ...» [16] Сначала в южном направлении от трапезной до церкви Святого Григория, затем от юго-западного угла церкви Святого Григория....

Итак, формирование языковой детерминанты англосаксонских грамот (IX-XI вв.) было связано с процессами аттракции разнообразных лексических и грамматических средств к единой семантике долженствования, специализации семантики общеупотребительной лексики, личным характером подачи информации, а также синкретизмом юридических и религиозных норм. В процессе эволюции документных текстов произошло полное вытеснение религиозно-регулятивных установок в сторону легитимно-институциональных, повлекшее за собой сдвиги в структурной доминанте. Предметно-объектные номинативные парадигмы трансформировались в сторону большей «абстрактивизации» и обобщенности. С точки зрения синтаксиса произошло закрепление прямого порядка слов, и осуществился переход к сегментированной презентации текста. Такие особенности, как осложнение однородными членами, синтаксический параллелизм и использование условных предложений, закрепились как прототипические в системе синтаксических признаков документных текстов. В целом, выявление языковой детерминанты англосаксонских грамот представляется актуальным, поскольку, как указывает О. П. Сологуб, «детерминанты, имевшие свое влияние на процессы становления делового языка в прошлом, сохраняют свое значение и для современных процессов текстопорождения» [17].

Примечания

1. Аршинов В. И. Синергетика текста // Философия науки. 1997. Вып. 3: Проблемы анализа знания. С. 218.

2. Домброван Т. И. Изучение истории языка с позиций постнеклассической научной парадигмы // Perspektywy rozwoju nauki. Gdansk, 2012. С. 50.

3. Федурко Ю. В. Идентификация незнакомого слова как синергетический процесс: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Тверь, 2008. С. 7.

4. Пихтовникова Л. С. Синергетический метод для исследования дискурса в прагмастилистическом аспекте // Вестник Хмельницкого национального университета. 2009. № 848. С. 49.

5. Дрожащих Н. В. Введение в динамическую синергетику языка. Тюмень: Изд-во Тюмен. гос. ун-та, 2012. С. 154.

6. Сологуб О. П. Русский деловой текст в функционально-генетическом аспекте. Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2008. С. 26.

7. Там же. С. 27.

8. Там же. С. 44.

9. Мельников Г. П. Детерминанта - ведущая грамматическая тенденция языка // Фонетика, фонология, грамматика (в честь 70-летия А. А. Реформатского). М.: Наука, 1971. С. 359.

10. Дрожащих Н. В. Указ. соч. С. 50.

11. Thorpe B. Diplomatarium Anglicum Aevi Saxonici: a collection of English charters, from the reign of King Aethelbert of Kent, A.D. DC.V. to that of William the Conqueror. Clark, New Jersey: The Lawbook Exchange, Ltd, 2008. P. 147.

12. Harmer F. E. Select English Historical Documents of the Ninth and Tenth Centuries. Cambridge: Cambridge University Press, 2011. P. 29.

13. Там же. С. 1.

14. Thorpe B. Op. cit. P. 104.

15. Там же. С. 166.

16. Harmer F. E. Op. cit. P. 28.

17. Сологуб О. П. Указ. соч. С. 36.

Notes

1. Arshinov V. I. Sinergetika teksta [Synergetics of the text] // Filosofija nauki. 1997. Vyp. 3: Problemy analiza znanija. P. 218.

2. Dombrovan T. I. Izuchenie istorii jazyka s pozicij postneklassicheskoj nauchnoj paradigmy [Study of the history of the language from the perspective of postneoclassical scientific paradigm] // Perspektywy rozwoju nauki. Gdansk, 2012. P. 50.

3. Fedurko Ju. V. Identifikacija neznakomogo slova kak sinergeticheskij process: avtoref. dis. . kand. filol. nauk [Identification of an unknown word as synergy process: abstract dis. ... Cand. of Philology]. Tver', 2008. P. 7.

4. Pihtovnikova L. S. Sinergeticheskij metod dlja issledovanija diskursa v pragmastilisticheskom aspekte [Synergetic method for studying discourse within pragmatic-stylistic aspect] // Vestnik Hmel'nickogo nacional'nogo universiteta. 2009. № 848. P. 49.

5. Drozhashhih N. V. Vvedenie v dinamicheskuju sinergetiku jazyka [Introduction to the dynamic synergy of language]. Tjumen': Izdatel'stvo Tjumenskogo gosudarstvennogo universiteta, 2012. P. 154.

6. Sologub O. P. Russkij delovoj tekst v funkcional'no-geneticheskom aspekte [Official text in functional-genetic aspect]. Novosibirsk: Izd-vo NGTU, 2008. P. 26.

7. Ibid. P. 27.

8. Ibid. P. 44.

9. Mel'nikov G. P. Determinanta - vedushhaja grammaticheskaja tendencija jazyka [Determinant - Leading grammatical language trend] // Fonetika, fonologija, grammatika (v chest' 70-letija A. A. Reformatskogo). M.: Nauka, 1971. P. 359.

10. Drozhashhih N. V. Vvedenie v dinamicheskuju sinergetiku jazyka [Introduction to the dynamic synergy of language]. Tjumen': Izdatel'stvo Tjumenskogo gosudarstvennogo universiteta, 2012. P. 50.

11. Thorpe B. Diplomatarium Anglicum Aevi Saxonici: a collection of English charters, from the reign of King Aethel-bert of Kent, A.D. DC.V. to that of William the Conqueror. Clark, New Jersey: The Lawbook Exchange, Ltd, 2008. P. 147.

12. Harmer F. E. Select English Historical Documents of the Ninth and Tenth Centuries. Cambridge: Cambridge University Press, 2011. P. 29.

13. Ibid. P. 1.

14. Thorpe B. Diplomatarium Anglicum Aevi Saxonici: a collection of English charters, from the reign of King Aethelbert of Kent, A.D. DC.V. to that of William the Conqueror. Clark, New Jersey: The Lawbook Exchange, Ltd, 2008. P. 104.

15. Ibid. P. 166.

16. Harmer F. E. Select English Historical Documents of the Ninth and Tenth Centuries. Cambridge: Cambridge University Press, 2011. P. 28.

17. Sologub O. P. Russkij delovoj tekst v funkcional'no-geneticheskom aspekte [Official text in functional-genetic aspect]. Novosibirsk: Izd-vo NGTU, 2008. P. 36.

УДК 802/ 809.1-52

Л. О. Тимошенко

Отражение жизненной концепции А. С. Пушкина в заимствованной лексике романа «Евгений Онегин»

В статье представлена наиболее часто встречающаяся заимствованная лексика романа в стихах А. С. Пушкина «Евгений Онегин» как отражение образа жизни аристократии той поры и выражение авторской позиции. Автор статьи проводит параллели между «обиходом жизни» (повседневными занятиями) светской молодежи эпохи классики и нашей современности, что делает роман популярным и актуальным и в наши дни. Составлена тематическая классификация заимствованной лексики в романе «Евгений Онегин», благодаря которой можно сделать вывод о сфере занятий аристократии времен поэта. Литературные пристрастия великого классика также нашли отражение в данной тематической классификации, сам главный герой романа не чужд литературных занятий. Обилие заимствованной лексики в романе не помешало признать великого классика родоначальником русского литературного языка.

In this article the author represents the most frequent borrowed lexics of A. S. Pushkin's novel in verse "Eugene Onegin" as a reflection of aristocracy's way of life (everyday actions) of that period and expression of the author's position. The author of the article draws parallels between the elite way of life in the classic's times and modernity that makes the novel popular and topical nowadays. The thematic classification of the borrowed lexics in the novel "Eugene Onegin" is represented in the article, and due to it, it is possible to make conclusions about the aristocracy's sphere of occupations in the poet's times. The literary taste of the great classic also found reflection in the given thematic classification, and the protagonist himself is not a stranger to literary occupations. The profusion of the borrowed lexics in the novel could not prevent the recognition of the key part of the great classic in the formation of the Russian literary language.

Ключевые слова: жизненная концепция, заимствованная лексика, частотная лексика подразделов, писатель-классик.

Keywords: life conception, borrowed lexics, frequent lexics of sections, the classic author.

И так мой бедный слог Пестреть гораздо б меньше мог Иноплеменными словами.

А. С. Пушкин

О великом классике А. С. Пушкине написано немало, в том числе и о его романе «Евгений Онегин». Новизна данной статьи определяется рассмотрением русскоязычного романа А. С. Пушкина с точки зрения мировоззрения аристократов XIX в., мало и неохотно говоривших по-русски

© Тимошенко Л. О., 2016 90