О структуре диахронических синонимов лезгинского и английского языков

УДК 811.111

О СТРУКТУРЕ ДИАХРОНИЧЕСКИХ СИНОНИМОВ ЛЕЗГИНСКОГО И АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ

2011 Баранникова Т.Б., Магамдаров Р.Ш.

Дагестанский государственный педагогический университет

Статья посвящена определению общих и специфических структурных характеристик диахронических синонимов лезгинского и английского языков. Она также включает попытку авторов уточнить место диахронических синонимов в ряду синонимических типов.

The article deals with the distinguishing of common and specific structural characteristics of the Lezghin and English diachronical synonyms. It also includes the authors’ attempt to clarify the position of diachronical synonyms in the system of synonymic types.

Ключевые слова: диахронические синонимы, экстралингвистические

синонимы, лингвистические синонимы, структурно-связанные, структурносвободные, формально немотивированная структура.

Keywords: diachronical synonyms, extralinguistic synonyms, linguistic synonyms, structurally-bound, structurally-free, the formally unmotivated structure.

Анализ работ по синонимии свидетельствует о том, что данное явление рассматривается

преимущественно как синхронное, и синонимы, вышедшие из

употребления, как правило, выпадают из поля зрения лингвистов. Наряду с этим, имеют место и немногочисленные исследования, посвященные диахроническому

анализу синонимии и проводящие положение об ее историчности [5, 12, 15]. Отдельными авторами выделяется специальный тип

синонимов - «архаические» или

«диахронические» [4].

Подробное изучение настоящей разновидности синонимов

немаловажно как для раскрытия сущности синонимии, так и для понимания внутрилингвистических процессов неологизации и

архаизации, постоянно

присутствующих в языке и способствующих его развитию. Вместе с тем в большинстве

существующих публикаций по типологии синонимических единиц вопросы о месте диахронических синонимов в системе

синонимических типов и их дифференциальных признаках, как правило, обходятся молчанием. Типологически существенные

характеристики диахронических синонимов могут быть выявлены на фоне их сопоставительного анализа в различных языках, однако в существующей литературе данная разновидность синонимов

рассматривается преимущественно в одноязычном плане.

В конкретные задачи настоящей статьи входят следующие: 1)

попытка уточнения места диахронических синонимов в ряду синонимических типов, 2) проведение сопоставительного анализа структурно-

словообразовательных характеристик диахронических

синонимов двух разносистемных

языков: лезгинского и английского, 3) определение причин наблюдаемых сходств и различий.

Рассмотрение ряда известных классификаций синонимов [6, 7]

позволяет отметить, что в качестве самостоятельного типа

диахронические синонимы в них эксплицитно не представлены. Так, в классификации В. В. Виноградова разграничиваются синонимы

идеографические и стилистические [7] Составляемые исследователями иные типы синонимов:

семантические (идеографические), стилистические и семантикостилистические; абсолютные,

семантические и семантикостилистические; абсолютные,

стилистические, семантические и семантико-стилистические и тому подобные (см. [9]), расширяя объем понятия синонимии, не включают, тем не менее, всех разновидностей синонимов (диахронические,

диалектные, дистрибутивные и др.).

Как показал анализ,

диахронические синонимы

определенным образом

присутствуют в отдельных многоаспектных классификациях, составленных по ряду оснований. Например, Э. М. Береговская выделяет синонимы литературные / диалектные, современные /

архаичные, прямые / фигуральные и т.д. [2]. По мнению Фр. Хаусмана, синонимы могут различаться по степени обобщенности, по

принадлежности к устному, письменному, специальному языку, различия могут быть регионального или диахронического характера [18. С. 91-93]. А. Г. Гюльмагомедов дает определение синонимам как

языковым единицам, называющим один и тот же предмет, но

различающимся условиями

актуализации. Под последними

понимаются коннотативное

содержание, словообразовательные, синтаксические и хронологические

характеристики слова [8. С. 109-110].

Не отрицая возможности различных подходов, в результате которых обнаруживаются те или иные особенности структуры и семантики синонимов, тем не менее подчеркнем, что данные

классификации не создают четкого представления о соотношении диахронических синонимов с различными синонимическими

типами. Причина, по всей вероятности, заключается в том, что выдвигаемые основания не являются типологически существенными, отличающими рассматриваемое явление от сходных с ним. Противоречивость существующих классификаций во многом объясняется и неоднозначностью

исходных трактовок синонимов. Так, «узкое» понимание синонимов, основанное на «жестких» критериях структурной общности и

тождественности значений,

исключает из состава синонимов их те или иные разряды. «Широкое» понимание, основанное на предметноденотативной общности лексических единиц, при которой синонимами оказываются любые

слова, способные заменять друг друга в контексте, а также определения синонимов как «близких» по значению слов приводят к субъективности

критериев их выделения и смешению с родственными понятиями. Не вполне «работает» и

сочетаемостный критерий

синонимичности, проявляющий, в случае диахронических, а также стилистических и других типов синонимов, значительные

ограничения в сочетаемости.

В связи с данными подходами также отметим, что если считать, что классификация является

распределением предметов рода на виды согласно наиболее

существенным признакам, то условием корректной классификации должно явиться не столько включение в нее как можно большего

количества признаков, сколько выбор наиболее существенных оснований деления синонимов, отличающих их как вид от других сходных или смежных явлений [13]. Исходя из такого признака синонимов, как внеязыковая / языковая

обусловленность межэлементных отношений, прежде всего отличающего данное явление от родственных [1, 14], приоритетным представляется распределение класса синонимов на два типа: экстралингвистические (или

«внешнеязыковые»), возникновение которых связано с познавательной деятельностью носителей языка и соответствующей номинацией

языковых объектов, и

лингвистические (или

«внутриязыковые»), создание

которых связано с процессами, происходящими в языковой системе. Экстралингвистические синонимы (ср.: русск. идти / в знач. 'двигаться, передвигаться, ступая ногами' / -шагать 'идти (обычно размеренным шагом, в хорошем темпе)'; лезг. вахт 'время' / в знач. 'отрезок, промежуток в последовательной смене часов, дней, лет и т.п.' / - вяде

'назначенный, установленный

момент исполнения, наступления чего-л.'; англ. pain 'физическая боль'

- ache 'продолжительная, большей частью тупая боль' и т.д.) в определенном отношении

соответствуют идеографическим или понятийным синонимам, однако не тождественны им, учитывая их двоякое понимание как 1) нестилистических и 2) стилистически однородных [1. С. 25-27 и далее].

Лингвистические синонимические отношения возникают, в частности, под воздействием таких разнообразных процессов, как функционально-стилисти-ческая дифференциация языка (русск. имущество - добро / разг., лезг. кард 'сокол' - лачин / поэт., англ. beauty 'красавица' - dish / сленг и т.д.), архаизация лексики (русск. каникулы - вакации; лезг. сурар

'кладбище' - къебристан; англ. chance 'случай’ - hap и т.д.), полисемия (русск. область - район, зона, область -сфера, круг, мир; лезг. паб 'женщина' -дишегьли, паб 'жена' - къари; англ. sweet 'сладкий’ - sugery, honeyed; sweet 'любимый, милый’ - affectionate,

beloved, charming и т.д.), в результате языковых контактов (русск.

языкознание - лингвистика, ввоз -импорт; лезг. самолет - аэроплан; англ. satellite - sputnik), тенденции к сокращению и экономии средств языка (русск. заместитель - зам; лезг.

телеграмма - тел; англ. deputy 'заместитель' - dep), особенностей словообразовательных процессов (русск. анекдотичный -

анекдотический; лезг. булдиз 'обильно'

- булдаказ - булвилелди; англ.

transmittable 'передающийся' -

transmissible), валентностных

характеристик и других.

В зависимости от того, с какой речевой сферой связано формирование синонимических отношений данного типа -функционально ограниченной или не ограниченной, - выделяются два их вида: стилистические и

нестилистические. Соответственно вышеприведенные примеры

лингвистических синонимов могут быть распределены на

стилистические: русск. имущество -добро; лезг. кард - лачин; англ. beauty - dish и нестилистические: русск.

анекдотический-анекдотичный; лезг. булдиз - булдаказ - булвилелди, къекъвераг - саил; англ. transmittable

- transmissible и т.д. Последняя

разновидность синонимов делится с точки зрения взаимозаменяемости на структурно-связанные и структурно-свободные. Диахронические синонимы, с точки зрения данной классификации, входят в разряд лингвистических, нестилистических, структурно-

связанных синонимов, что определено их обусловленностью

внутриязыковым процессом

архаизации лексики, стилистической нейтральностью и ограниченной взаимозаменяемостью.

При установлении структурнословообразовательных особенностей диахронических синонимов

лезгинского и английского языков мы исходили из структурной

классификации лексических

архаизмов, в соответствии с которой выделяются три основных разряда архаизмов: а) лексико-фонетические, если формальное

противостояние сводится к различию отдельных конституентов звуковой оболочки при сохранении общего звукового сходства: зерцало /

зеркало; глад / голод и др.; б) лексико-словообразовательные, если противопоставляемыми

становятся составные

морфологические структуры при сохранении тождества корневой морфемы: свирепство / свирепость, воитель / воин и т.д.; в) собственно лексические архаизмы, если дополнительным

дифференциальным признаком выступают отличия во всем плане выражения соответствующих слов: вотще / напрасно, выя / шея и т.д. [16].

Непосредственному структурнословообразовательному анализу исследуемой лексики предшествовал отбор единиц с пометой «устар.» («устаревшее») из имеющихся лексикографических источников («Лезгинско-русский словарь» под ред. М. Гаджиева и Б. Талибова. Махачкала, 1966 и «Большой англорусский словарь» под ред. И. Р. Гальперина. М., 1972). Далее

следовал подбор современных синонимов к выделенному корпусу лексики, например, лезг. маариф «образование, просвещение» -

тагьсил, чирун, образование; англ. legate «посол» - ambassador; ср. с

устаревшими единицами, не

имеющими синонимов в

современном языке и отнесенными нами к разряду историзмов: лезг. шилик «оброк», телечи «носильщик

(занимающийся продажей дров вязанками)», туьмен «туман»

(денежная единица Ирана), «червонец», англ. hauberk

«кольчуга», mace «булава», phaeton «фаэтон» и т.д.

Распределение отобранных

диахронических синонимов

лезгинского языка (200 пар) показало, что в своем большинстве они принадлежат к третьей группе, то есть являются собственно архаизмами, не

характеризующимися фонетически или морфологически отмеченными способами образования. Например: вири «весь» - буьтуьн (устар.), деве «верблюд» - лавар (устар.), иви «кровь» - къан (устар.), лукі «раб» - къул (устар.), тфенг «ружье» - казна (устар.), къимет «цена» - мас (устар.), ц!ай «малярия» - къиздирма

(устар.),

къекъвераг «нищий» - саил (устар.), сурар «кладбище» - къебристан

(устар.),

буьгьтен «клевета» - мекир

(устар.),

к!вач «нога» - к!ур (устар.) и т.д.

Основным фактором архаизации определенной части лезгинской лексики является заимствование главным образом из арабского и русского языков. Ср. следующие примеры: азадвал «свобода» - гьуьрият, сагьиб «господин» - жанаби, ктаб «книга» - жуз, мажиб «зарплата» - дуллух, указ «указ» - фарман, кровут «кровать» - черпай, фарфур «фарфор» - фейшан, чернильница «чернильница» -

девит, духтур «врач» - гьаким, къазамат «тюрьма» - дустагъ, список «список» - сиягь, школа «школа» - мектеб, экзамен «экзамен» - иммигьан, каникулар «каникулы» - рухсатар и т.д.

Собственно лексическими

архаизмами выступают в своем

большинстве и отобранные диахронические синонимы

английского языка(200 пар).

Ср.: parrot «попугай» - popinjay, curse «проклятие» - malison, maid «служанка» - Abigail, fool «дурак» - lack-brain, clear «чистый» - mere, toast «тост» - rouse, chemist «аптекарь», «фармацевт» -apothecary, secret «тайный», «скрытый» -

arcane,

property «имущество»,

«собственность» - aught, dainty «лакомство» - knick-knack, portrait-painter «портретист» -

limner,

the accused «обвиняемый» - appellate и т.д.

Данная тенденция, тем не менее, не является преобладающей в английском языке в такой же мере, как в лезгинском. Определенная часть диахронических синонимов английского языка характеризуется фонетической отмеченностью: eaglet «орленок» - aiglette, estuary «устье реки» - aestuary, example «пример» - ensample, brocard «парча» - brocade, no «нет» - nay и др.

Еще более значительное количество диахронических

синонимов английского языка отличается морфологически. Ср. нижеследующие пары современных / устаревших синонимов: abstract «абстрактный» - abstracted, acrid «острый», «едкий» -

acrimonious, aid «помощь» - abidance, ailment «болезнь» - ail, aggrandizement «увеличение», «усиление» - aggrandization, agriculturist «агроном», «фермер» -agriculturer, beforehand «заранее» - aforehand, between «между» - atween, empoisonment «отравление» -

poisoning, revenge «месть», «расплата» -

avenge,

protest «протестовать» - obtest, horseback «верхом» - a-horseback, hungry «голодный» - a-hungered, climate «климат» - clime и др.

Причина подобной специфики может усматриваться в том факте, что в английском языке «массовые заимствования французских слов, возникшие в результате завоевания Англии норманнами, привели к тому, что слова заимствовались не отдельными единицами, а целыми этимологическими гнездами, целыми структурными

словообразовательными рядами. Это помогло морфологическому расчленению заимствованных слов и выделению аффиксов, которые стали продуктивными в английском языке, что не могло не сказаться на качестве языка, поскольку система современного английского

аффиксального словообразования в значительной мере определена функционированием романских по происхождению элементов» [17. С. 122].

В истории лезгинского языка, по всей вероятности, аналогичные процессы морфологического

расчленения заимствованных слов, приобретения выделенными

аффиксами продуктивности и

вытеснения прежних форм из

употребления не были столь активными и значимыми, как в английском.

Выявлению словообразовательной специфики диахронических синонимов

различных языков может также способствовать сопоставление в них

причин архаизации слов. В

соответствии с традиционной точкой зрения, появление историзмов вызвано экстралингвистическими факторами, в то время как основные причины, ведущие к архаизации слов, коренятся внутри языка. Но, как подчеркивает Е. В. Ковалева, вопрос о процессе архаизации лексики гораздо сложнее: архаизмы могут возникнуть не только в связи с

интралингвистическими, но и

экстралингвистическими

обстоятельствами.

Первые представлены такими явлениями, как

1. Абсолютная синонимия. Язык стремится избавиться от дублетов, поэтому один из них либо изменяет значение (оттенок значения), либо уходит из активного употребления.

2. Близкозначные синонимы, приводящие к затруднениям в общении.

3. Нежелательный экспрессивный оттенок значения.

4. Затемненная или утраченная внутренняя форма.

5. Фонетическое неблагозвучие.

6. Изменение лексического значения по аналогии с созвучным словом.

Т. Потеря связей с родственными словами.

B. Устаревшие или устаревающие словообразовательные аффиксы.

Экстралингвистические причины включают:

1. Табуирование слов.

2. Омонимия к запрещенному

выражению: «Вызвав насмешку или замешательство, говорящий

начинает в дальнейшем избегать употребления ни в чем не повинного омонима. Примечателен тот факт, что само слово-табу оказывается более «живучим», чем его безвредный омоним» [3. С. 432].

3. Изменение сферы

употребления.

4. Тенденция к пуризму, которая

вызвана стремлением избежать чрезмерного использования

заимствований, чтобы сохранить национально-языковую специфику [11. С. 233-234].

Полагая, что глубокие и обоснованные выводы относительно особенностей архаизации лексики в лезгинском и английском языках могут быть получены при соответствующем этимологическом анализе, предварительно выскажем мнение о приоритетности в

лезгинском языке такого фактора, как стремление языка избавиться от

дублетности, и укажем на такие

причины архаизации части

английской лексики, как устаревшие или устаревающие

словообразовательные аффиксы, а также на тенденцию к пуризму, отмечавшуюся в истории английского языка [10].

Определенные структурно-словообразовательные особенности

сопоставляемых диахронических синонимов могут быть выделены также на фоне анализа их

функционально-стилисти-ческого использования. Так, в случае применения архаической единицы в качестве средства функциональностилистической номинации, как отмечалось нами ранее [1. С. 60-61], эта единица вступает в иной тип оппозиции со стилистически нейтральным словом, переходит в класс абсолютно специфической лексики этой функциональноречевой сферы и становится, таким образом, стилистическим синонимом. Например, устаревшие

церковнославянские слова (очи, вежды, ланиты, чело и т.д.), нашедшие применение в языке русской поэзии, приобретают характеристики стилистических синонимов, в отличие от архаизмов, не употребляющихся в данной сфере. В аналогичной роли архаичная лексика русского языка может выступать в официальноделовой (канцелярской) речи. Ср.: брать / взимать, свободный / вакантный, проситель / податель сего, потребовать / истребовать и др.

Рассмотрение сфер

функционально-стилистического использования архаизмов в лезгинском и английском языках показывает, что исследуемые единицы в английском языке имеют специфику в целом, сходную с вышеупомянутыми свойствами

архаической лексики в русском языке. Например, в английской

поэзии распространены синонимы типа you «ты» - thou (устар., поэт.), yours «твой» - thine (устар., поэт.), в официально-деловой сфере -immediately «мгновенно» - therewith, therewithal (устар., офиц.) и т.д.

В лезгинском языке,

отличающемся своими литературнописьменными традициями, подобной тенденции не наблюдается. Часть устаревших слов под воздействием русскоязычных заимствований

переходит в разряд книжных,

способствуя, таким образом,

формированию литературно-книжного лексического слоя. Ср.: гостиница

- мугьманхана (книж.), мана «идея»

- метлеб (книж.), печать - муьгьуьр

(книж.), политика - сиясат (книж., возв.), культура - меденият (книж., возв.) и т.д. Другие же единицы

вытесняются из обращения и входят, таким образом, в фонд

нестилистических, диахронических синонимов. Ср.: больница -

духтурхана (устар.), каникулы -

рухсатар (устар.), школа - мектеб (устар.), экзамен - имтигьан (устар.) и т.д.

Проведенный сопоставительный анализ структурно-

словообразователь-ных характеристик диахронических

синонимов лезгинского и английского языков позволяет, таким образом, выделить в них общее и специфическое. Первое заключается в преобладании в данном типе синонимов формально

немотивированной структуры.

Второе проявляется в степени их формальной маркированности -незначительной в лезгинском языке, достаточно развитой - в английском. В результате проведенного анализа в сопоставляемых языках в общем плане определяются и различные причины архаизации лексики, а также особенности функционально-

стилистического использования в них архаических единиц.

Примечания

1. Баранникова Т. Б. Стилистические синонимы: принципы и методы

исследования. Махачкала, 2005. 2. Береговская Э. М. Об определении синонимов // Вопросы теории и методики преподавания английского и немецкого языков. Сборник научных трудов Киевского инженерно-строительного института. Вып. 19. Киев, 1962. 3. Блумфилд Л. Язык. М., 1968 . 4. Борисов Е. Н., Добродомов И. Г. Исторический словарь русского языка (к вопросу о принципах составления словаря) // Теория и практика русской исторической лексикографии. М., 1984. 5. Быкова А. В. Диахронический анализ однокоренных синонимов английского языка: Подъязыковое расслоение: Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. Н. Новгород, 2002. 6. Васильев Л. М. Проблема лексического значения и вопросы синонимии // Лексическая синонимия. Сборник статей. Л., 1967. 7. Виноградов В. В. Основные типы лексических значений // Вопросы языкознания. 1953. № 5. 8. Гюльмагомедов А. Г. Краткий словарь синонимов лезгинского языка. Махачкала, 1982. 9. Задорожный М. И. К основаниям системной типологии синонимов // НДВШ. 2001. № 2. 10. Ильиш Б. А. История английского языка. Л., 1968. 11. Ковалева Е. В. Причины архаизации слов // Лингвистика ХХ в.: Итоги и перспективы. Тезисы международной конференции. Т. 1. М., 1995. 12. Колесов В. В. Синонимия как разрушение многозначности слов в древнерусском языке // Вопросы языкознания. 1985. № 2. 13. Кондаков Н. И. Логический словарь. М., 1971. 14. Левицкий В. В. Типы лексических микросистем и критерии их различия // НДВШ. 1988. № 5. 15. Стручкова Е. М. Синонимические ряды имен существительных в русском и английском языках в историко-этимологическом аспекте: Автореф. дисс. . канд. филол. наук. М., 1989. 16. Шпотова И. В. Стилистическая функция - новый смысл существования лексических архаизмов: Автореф. дисс. . канд. филол. наук.

Махачкала, 2003. 17. Ярцева В. Н. О методах анализа языка // Теоретические проблемы современного советского языкознания. М., 1964. 18. Hausmann Fr.J. Einführung in die Benutzung der neufranzösischen Wörterbücher (Romanische Arbeitshefte 19). Tübingen, 1977.

Статья поступила в редакцию 14.10.2011 г.