ЦИФРОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИИ: ПРЕДЕЛЫ И ПРОБЛЕМЫ ВНЕДРЕНИЯ

Уголовно-правовые науки

Criminal Law Sciences

Научная статья УДК 343.1

DOI: 10.37399/2686-9241.2022.1.71-86

ШШ1

Цифровые технологии в уголовном судопроизводстве России: пределы и проблемы внедрения

Татьяна Геннадьевна Бородинова

Северо-Кавказский филиал, Российский государственный университет правосудия, Краснодар, Российская Федерация tgborodinova@yandex.ru

Аннотация

Введение. Цифровизация стала одной из ключевых тенденций современного развития российского судопроизводства, обусловленной ситуацией пандемии и позволившей в условиях пандемии успешно решать проблемы доступности правосудия. Интенсивный процесс цифровизации судопроизводства в последнее время требует анализа как со стороны практиков, так и со стороны ученых-процессуалистов. Вопросы, связанные с качественно-технической характеристикой коммуникативно-цифровых технологий, фактически трансформируемых в новые процессуальные средства, нуждаются в повышенном внимании, поскольку их необходимо оценить с позиции гарантированности защиты прав лиц, вовлеченных в сферу судопроизводства.

Цифровые технологии выступают востребованными прогрессивными процессуальными средствами, представляемыми в виде различных блоков уголовно-процессуального регулирования. Обращается внимание на необходимость дифференцированного подхода к использованию цифровых технологий в различных видах судопроизводства, определяются критерии допустимости использования цифровых технологий судом при рассмотрении уголовных дел.

Теоретические основы. Методы. Современные научные труды отечественных и зарубежных правоведов, посвященные обсуждению проблем цифровизации судопроизводства, составили теоретическую основу данной статьи. Совокупность научных методов исследования, использованных в процессе работы, была определена исходя из цели исследования, заключающейся в уточнении места цифровых технологий в системе уголовно-процессуального регулирования. Исследование базируется на диалектическом, системном, логическом, структурно-функциональном фундаментальных общенаучных методах. Применялись также такие частнонаучные методы, как историко-правовой, формально-юридический, сравнительно-правовой и др.

Результаты исследования. Активное внедрение цифровых технологий в сферу судопроизводства Российской Федерации обусловлено не только значительно возросшим научно-техническим потенциалом современных инновационных средств, но и возможностями цифровых технологий как средства реализации целевых установок нашего государства, направленных на повышение качества осуществления правосудия. Процесс цифровизации судопроизводства должен выстраиваться с учетом сохранения гарантий прав граждан на полноценную судебную защиту, которую невозможно осуществлять исключительно «автоматическим» путем. Значимость нравственных основ и наличие неотъемлемых эмоционально-когнитивных и оценочных компонентов в содержании уголовно-процессуальной деятельности суда предо-

© Бородинова Т. Г., 2022

пределяют необходимость дифференцированного подхода к вопросу о рамках и возможностях использования цифровых технологий при осуществлении правосудия. Концептуальный подход к трансформации уголовного судопроизводства в условиях циф-ровизации базируется на традиционных принципиальных основах уголовного судопроизводства. Цифровые технологии, используемые судом в уголовном судопроизводстве, должны отвечать следующим критериям: 1) обладать направленностью на обеспечение назначения уголовного судопроизводства и конкретных законных прав и интересов участников уголовного процесса; 2) иметь завершенный механизм, национальное правовое регулирование, обладающее высокой степенью конкретизации; 3) иметь техническую способность реализоваться в определенной уголовно-процессуальным законом форме; 4) носить альтернативный характер, не исключающий возможности использования в необходимых случаях традиционных процессуальных средств.

Обсуждение и заключение. Процесс внедрения цифровых технологий в уголовное судопроизводство, автоматизация его отдельных этапов не могут быть безграничными. Они осуществляются с учетом его процессуально-правовой и нравственной природы, объективно присущих ему особенностей, влитых в устоявшуюся традиционную форму уголовного правосудия. Существующая фрагментарная регламентация инновационных технологий, внедряемых в современное уголовное судопроизводство, оставляет нерешенными ряд проблем правового регулирования. Требуется создание целостного нормативно-процессуального механизма реализации каждой цифровой технологии.

Ключевые слова: суд, уголовное судопроизводство, правосудие, цифровые технологии, доступ к правосудию, видеоконференц-связь

Для цитирования: Бородинова Т. Г. Цифровые технологии в уголовном судопроизводстве России: пределы и проблемы внедрения // ПравосудиеД^йсе. 2022. Т. 4, № 1. С. 7186. DOI: 10.37399/2686-9241.2022.1.71-86.

Original 8rticle

Digital Technologies in Russian Criminal Proceedings: Limits and Problems of Implementation

Tat'yana G. Borodinova

North Caucasian Branch, Russian State University of Justice,

Krasnodar, Russian Federation

For correspondence: tgborodinova@yandex.ru

Abstract

Introduction. Digitalisation is one of the important developments and trends in modern Russian legal proceedings. This has become especially relevant in the context of a modern pandemic. The digitalisation of the judicial system made it possible in the new conditions to successfully resolve the problems of accessibility to justice. The intensive process of digitalisation of legal proceedings requires analysis by scientists and law enforcement officers. Digitalisation refers to the quality of communication-digital technologies and their compliance with the necessary high standards of guaranteed protection of the rights of persons involved in the sphere of legal proceedings. Digital technologies are in demand for progressive procedural means. They can be combined into various stages of the regulation of criminal procedure. Attention is drawn to the need for a nuanced approach to the use of digital technologies in different types of legal proceedings. The uniqueness of the criminal process, which contains important moral principles, the implementation of which cannot be automated, is emphasised. The criteria for the admissibility of the use of digital technologies by the court when considering criminal cases are resolved. Theoretical Basis. Methods. The theoretical basis of this article was modern scientific works of domestic and foreign jurists, which are devoted to the discussion of the problems of digitalisation

of legal proceedings. The scientific research methods used in the process of work was determined based on the purpose of the study, namely the clarification of the place of digital technologies in the system of regulation of criminal procedures. The research is based on such fundamental general scientific methods as dialectical, systemic, logical, structural and functional. Also, such private scientific methods were used as historical-legal, formal-legal, comparative-legal, etc. Results. The active introduction of digital technologies in the sphere of legal proceedings in the Russian Federation is the result of a significantly increased value in the scientific and technical potential of modern innovations in the life of society and the goals of the state aimed at improving the quality of the administration of justice. The process of digitalisation of legal proceedings should be arranged taking into account the preservation of guarantees of the rights of citizens to fully-fledged judicial protection. This cannot be carried out exclusively in an "automatic" way. The importance of moral foundations and the presence of inalienable emotional and cognitive components in the content of the criminal procedural activity of the court require a nuanced approach to the issue of the scope and possibilities of using digital technologies in the process of justice. The conceptual approach to digitalisation of criminal proceedings must be based on its traditional fundamental basis. Digital technologies used by a court in criminal proceedings must meet the following four criteria: 1) a focus on ensuring the appointment of criminal proceedings and specific legal rights and interests of participants in criminal proceedings; 2) a completed regulatory mechanism; 3) a technical ability to be realised in the form specified by the criminal procedure law; 4) have an alternative nature, which does not exclude the possibility of using traditional procedural means.

Discussion and Conclusion. The process of introducing digital technologies into criminal proceedings, the automation of its individual stages cannot be without boundaries and be uncontrolled. It should proceed with due regard for its procedural, legal and moral nature, together with its objectively inherent features which constitute the traditional form of criminal justice. The existing fragmentary introduction and regulation of innovative technologies in modern criminal proceedings leaves a number of problems of normative regulation unresolved. The creation of an integral regulatory procedural mechanism for the implementation of each digital technology is required.

Keywords: court, criminal proceedings, justice, digital technologies, access to justice, video conferencing

For citation: Borodinova, T. G., 2022. Digital technologies in criminal proceedings in Russia: limits and problems of implementation. Pravosudie/Justice, 4(1), pp. 71-86. DOI: 10.37399/26869241.2022.1.71-86.

Введение

проблемы внедрения и реализации цифровых технологий в российское судопроизводство в последние годы стали предметом пристального внимания ученых-процессуалистов и правоприменителей. Это в полной мере отвечает насушрой потребности осмысления и анализа значения активного внедрения процесса цифровизации во все сферы жизнедеятельности человека, включая и деятельность по осуществлению правосудия. Процесс цифровизации судопроизводства не только вносит существенные коррективы в отдельные процессуальные действия, но и влияет на форму судопроизводства, его новые характеристики, позволяющие обсуждать потенциальную возможность формирования «онлайн-правосудия», «виртуальных судов», «онлайн-судейства» и т. п. Именно с развитием электронного правосудия судейский корпус страны связывает, по словам Председателя Совета судей России В. В. Момотова, дальнейшее развитие доступности судопроизводства [Момотов, В. В., 2018].

Активное проникновение цифровых технологий в судопроизводство наблюдается не только в России, этот процесс имеет место во всех мировых судебных системах. По прогнозам основателя онлайн-судов Ричарда Сас-

скинда, «онлайн-судопроизводство» должно в будущем вытеснить многие традиционные судебные разбирательства, искусственный интеллект и виртуальная реальность станут доминировать в судебной деятельности [Susskind, R., 2019]. Насколько верен этот прогноз, судить рано, но отрицать тот факт, что прогрессивные средства реализации процессуально-правовой деятельности широко войдут в судопроизводство, нельзя.

В связи с этим актуализируются вопросы относительно пределов цифрови-зации судопроизводства и тех критериев, которым она должна отвечать, чтобы сохранить накопленный веками ценный опыт осуществления правосудия по канонам законности и справедливости. Необходима оценка качественно-технических характеристик коммуникативно-цифровых технологий, фактически трансформируемых в новые процессуальные средства, с позиции га-рантированности защиты прав лиц, вовлеченных в сферу судопроизводства.

Требуется особый подход к решению вопроса о включении цифровых технологий в систему уголовно-процессуального регулирования, обладающего, помимо правовой, серьезной моральной составляющей.

Теоретические основы. Методы

Совокупность научных методов исследования, использованных в процессе работы, была определена исходя из цели исследования, заключающейся в уточнении места и границ проникновения цифровых технологий в систему уголовно-процессуального регулирования. Исследование базируется на таких фундаментальных общенаучных методах, как диалектический, системный, логический, структурно-функциональный. Применялись также частнонаучные методы исследования - историко-правовой, формально-юридический, сравнительно-правовой. Частично был использован метод статистического анализа, подтвердивший динамику использования цифровых технологий в судопроизводственной деятельности. Использованные методы позволили рассмотреть значение, место, пределы и некоторые проблемы внедрения цифровых технологий в уголовное судопроизводство.

Результаты исследования

О назначении и активизации процесса цифровизации судопроизводства

Современные шаги по активному внедрению инновационных технологий в сферу судопроизводства Российской Федерации носят целенаправленный характер, следующий из государственных целевых установок на повышение качества осуществления правосудия, эффективности рассмотрения судебных дел, обеспечение доступности и открытости правосудия. Об этом свидетельствует последовательно проводимая государством стратегия развития и совершенствования судебной системы России, отраженная в федеральных целевых программах1, которые ориентированы на

1 Постановление Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2001 г.

№ 805 «О федеральной целевой программе "Развитие судебной системы России" на 2002-2006 годы» ; Постановление Правительства Российской Федера-

разрешение проблем, связанных с недостаточно высоким качеством правосудия, выражающимся в несоблюдении сроков судопроизводства, недостаточном уровне информированности населения о судебной деятельности, неудовлетворительной работе судов и др.

В качестве одного из важных средств разрешения названных проблем на государственном уровне предлагается скорейшее внедрение в организацию функционирования судебной системы современных цифровых технологий. Как можно видеть, по отношению к цели - повышению качества правосудия - цифровые технологии выступают одним из прогрессивных средств ее достижения.

Следует заметить, что в сфере судопроизводства в последние два года наблюдается «прорыв» цифровизации. Вынужденным катализатором этого явления стала чрезвычайная ситуация, связанная с мерами профилактики распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Наглядно это можно увидеть на представленном ниже рисунке, демонстрирующем существенно возросшее количество обращений граждан в суды общей юрисдикции в электронном формате.

Число электронных обращений в суды общей юрисдикции России / Number of electronic appeals to courts of general jurisdiction

2,5

1,5

0,5

I

2019 год

2020 год

Рис. 1. Сравнение числа обращений в суды общей юрисдикции в электронной форме за последние два года / Fig. 1. Comparison of the number of applications to the courts of general jurisdiction in electronic form over the past two years2

3

2

0

млн

ции от 21 сентября 2006 г. № 583 «Развитие судебной системы России на 20072012 годы» ; Постановление Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2012 г. № 1406 (ред. от 14 сентября 2021 г.) «О федеральной целевой программе "Развитие судебной системы России на 2013-2024 годы"». Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс» (дата обращения: 21.10.2021).

Источник: Интервью Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации Гусева А. В. информационному агентству

Все большую популярность у населения приобретают специализированный интернет-портал государственной автоматизированной системы «Правосудие» (далее - ГАС «Правосудие) и официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации. Это подтверждает графическое изображение (рис. 2).

Количество обращений к порталу ГАС «Правосудие» и к сайтам домена sudrf.ru / The number of hits to the portal State automated system "Pravosudie" and to domain sites

3,2 3,0 2,8 2,6 2,4

млрд

1

2019 год

2020 год

Рис. 2. Сравнение количества обращений к интернет-порталу ГАС «Правосудие» и к сайтам домена sudrf.ru за два года / Fig. 2. Comparison of the number of hits to the Internet portal of the GAS "Pravosudie" and to the sites of the sudrf.ru domain over two years3

В 2021 году в суды в электронном формате было подано более трех миллионов процессуальных документов, количество обращений пользователей к ГАС «Правосудие» превысило 2,5 млрд. Было проведено около 300 тыс. судебных заседаний с использованием видеоконференц-связи. Активизировалось смс-оповещение участников процесса: их число превысило 23 млн [Лебедев, В. М., 2021, с. 3-4]. Приведенная статистика свидетельствует о повышении востребованности в процессе судопроизводства цифровых технологий. И, полагаем, этот высокий уровень не будет снижаться в силу очевидных преимуществ их применения, во всяком случае с точки зрения расширения открытости правосудия, ускорения и удешевления процедур рассмотрения судебных дел.

О дифференцированном подходе к границам проникновения цифрованных технологий в процессуальные отрасли

Как и любой процесс, процесс цифровизации судопроизводства не может быть безграничным. В данном случае он должен выстраиваться с уче-

ТАСС от 18 июня 2021 г. // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=227&item=5741.

Источник: Интервью Генерального директора Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации Гусева А. В. информационному агентству ТАСС от 18 июня 2021 г.

том сохранения гарантий прав граждан на полноценную судебную защиту, которую невозможно осуществлять исключительно автоматическим путем. Категорично это утверждение относится к уголовному судопроизводству, которое «на протяжении тысячелетий... было традиционной сферой человеческой деятельности» [Воскобитова, Л. А., 2019, с. 93] и сегодня продолжает оставаться таковой в силу природы уголовно-процессуальных отношений, включающих весомую нравственную составляющую, которую учесть и воплотить в судопроизводстве под силу лишь человеку.

Как известно, в основу уголовно-процессуальной деятельности помимо правовых заложены базовые нравственные ориентиры: гуманизм, справедливость, равенство, которые не поддаются алгоритмизации и «оцифровыванию». Кроме того, наличие в содержании уголовно-процессуального регулирования существенно значимых эмоционально-моральных и оценочных компонентов («внутреннее убеждение» «судейское усмотрение», «совесть судьи») не позволяет допускать такого уровня цифровиза-ции уголовного судопроизводства, который оправдан в рамках иных видов судопроизводства. Это указывает на необходимость дифференцированного подхода к определению границ использования цифровизации в правосудии. Унификация процессуальных отраслей в данном случае неприемлема.

Эта позиция ясно демонстрируется Правительством России в представленном Государственной Думе Российской Федерации в апреле 2021 г. проекте федерального закона о регулировании дистанционного участия в судебном процессе, который касается арбитражного, гражданско-процессуального и административного судопроизводства и не затрагивает вопросы функционирования электронного правосудия в уголовном про-цессе4.

В науке уголовного процесса также обращается внимание на необходимость особого подхода к введению инновационных технологий в уголовное судопроизводство, требующее тщательного обсуждения рисков циф-ровизации и определяющих критериев, «которыми стоит руководствоваться при принятии решения о возможности и необходимости разработки и внедрения таких технологий в уголовное судопроизводство.» [Воскобитова, Л. А., 2019, с. 97].

Восприятие правосудия в сознании россиян исторически нераздельно связано не только с правом, но и с совестью [Панкова, О. В., 2018, с. 171]. В настоящее время закрепленный в ст. 17 УПК РФ5 принцип свободы оценки доказательств включает положение о том, что судья, присяж-

Законопроект № 1144921-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования дистанционного участия в судебном процессе». URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/1144921-7.

Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ «Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (ред. от 19 февраля 2018 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

4

ные заседатели в ходе судебного разбирательства уголовного дела должны оценивать предлагаемую совокупность доказательств по их внутреннему убеждению, основывающемуся не только на законе, но и на совести. Под совестью в науке уголовного процесса предлагается понимать индивидуальную «способность судьи к самоконтролю в рамках уголовно-процессуального закона и к справедливости в праве» [Якушева, Т. В. и Стародубцева, М. А., 2019 ].

И совесть, и внутреннее убеждение, и справедливость - сугубо субъективные категории, верно применить которые к «нешаблонным» обстоятельствам конкретного уголовного дела способен только человек. Формально постановить приговор «по шаблону» для судьи, возможно, значительно проще, но это прямой путь к выхолащиванию самой идеи справедливого, гуманного правосудия по уголовным делам. Очевидно, что внедрение «электронного правосудия» в уголовное судопроизводство нуждается в дополнительном осмыслении и в отдельном регулировании с учетом его специфики.

Как показывает мировой опыт, процесс информатизации судебной системы ведется в двух основных направлениях: 1) оптимизации (автоматизации) процедур; 2) трансформации процедур [Susskind, R., 2019]. И если первое направление выглядит вполне приемлемым, поскольку оно, предположительно, направлено на оптимизацию существующих, преимущественно организационных и статично-информационных аспектов уголовно-процессуальной деятельности, то второе направление по «трансформации» процедур вызывает определенную настороженность. Это связано с тем, что далеко не все процессуальные инструменты уголовного судопроизводства способны трансформироваться посредством автоматизации.

Например, это касается автоматизированных механизмов принятия решений в процессе правосудия по уголовному делу. На это обращается внимание зарубежными исследователями цифровизации права. По их мнению, включение автоматизированных инструментов принятия решений в судопроизводство несет риск нарушения надлежащей правовой процедуры, гарантированной конституциями и уголовно-процессуальными кодексами, конституционных прав участников процесса, подрыва гарантии надлежащей правовой процедуры, встроенной в традиционную модель уголовного правосудия [Marks, A., Bowling, B. and Keenan, C., 2015]. Не исключаются риски непредвиденных последствий применения компьютерных технологий в вопросах, касающихся конфиденциальности, остаются нерешенными проблемы соотнесенности алгоритмов со справедливостью, этикой [Hannah-Moffat, K., 2019].

В качестве аргумента в пользу необходимости внедрения в судопроизводство инструментов искусственного интеллекта часто можно слышать утверждение о том, что они устранят предубеждения и субъективность, свойственные человеческим суждениям и выводам. Этому можно противопоставить суждение о том, что именно и только свойства человеческого разума позволяют на основе синтезированного подхода к праву и нравственности выносить разумные, объективные и справедливые решения

по уголовным делам. И в настоящее время у нас нет весомых оснований утверждать, что решения наших судей носят субъективный и «пристрастный» характер. Наоборот: вся система организации судебной деятельности выстроена в границах принципов объективности и беспристрастности, в случае выхода за которые предусмотрены правовые гарантии в виде отмены судебных решений, не отвечающих таким требованиям.

О необходимости сохранения традиционной формы уголовного судопроизводства

Автоматизация уголовного процесса ведет не только к его «сжиманию» во времени, но и к изменению некоторых процедур, что неизбежно повлечет изменение традиционной формы уголовного судопроизводства.

Полагаем, что в основу концептуального подхода к цифровизации уголовного судопроизводства должно быть заложено положение о том, что «при любых новых явлениях, основанных на современных информационных технологиях, в сфере уголовного судопроизводства следует не разрушать принципиальную основу уголовного судопроизводства.» [Масленникова, Л. Н., 2020, с. 311].

Исключительное содержание уголовного судопроизводства требует особого подхода к выбору его формы, в том числе и «трансформированной» с помощью цифровых технологий. Процессуальная форма уголовного судопроизводства складывалась не одну сотню лет, она сформирована с учетом правовой культуры нашего общества, которая должна оставаться в своей основе неизменной. Какой бы прогрессивной ни представлялась новая процессуальная форма, она не должна искажать базовое содержание уголовного процесса.

Цифровые технологии как процессуальные средства

По своей природе цифровые технологии представляют собой разновидность процессуальных технологий, под которыми понимается система «.объективированных в процессуально-правовых актах (нормативных, правореализационных и правоприменительных) способов, приемов и механизмов, позволяющих гарантированно достигать цели и задачи процессуально-правового регулирования, реализовывать права и законные интересы участников процессуально-правовых отношений» [Шрамкова, М. Н., 2011, с. 12-13]. Иными словами, процессуально-правовые средства представляют собой законодательно предлагаемые правовые инструменты, оптимальный подбор и использование которых позволяет эффективно достигать целей судебного процесса [Беляева, Г. С., 2015, с. 26].

Достижению целей как всего правосудия, так и его отдельных этапов призваны служить и процессуально-цифровые технологии. Правовое регулирование должно охватывать способы, приемы и получение, обработку, передачу и сохранение информации, представляющей интерес для судопроизводства, с помощью современных компьютерных методик (айти-разработок).

Множество цифровых технологий, используемых в судебных стадиях уголовного процесса, позволяет их квалифицировать по различным признакам. Например, в зависимости от предназначения и направленности воздействия их подразделяют: «...1) на те, что отражают открытость правосудия и судебной системы в целом; 2) направленные на взаимодействие с отдельными лицами, участвующими в судопроизводстве, по отдельным делам; 3) направленные на обеспечение деятельности суда и его взаимодействие с другими государственными органами» [Шарифуллин, Р. А., Бурганов, Р. С. и Бикмиев, Р. Г., 2018, с. 58]. В данном случае классификация выстраивается по функциональному признаку и совпадает с основными направлениями судебной деятельности в уголовном судопроизводстве.

По нашему мнению, цифровые технологии, доступные суду при производстве по уголовным делам, условно могут быть объединены в зависимости от этапов судебного разбирательства условно по хронологическому признаку:

1) цифровые технологии, связанные с первоначальной организацией процесса судебного разбирательства (например, автоматизированное распределение уголовных дел, смс-оповещение о необходимости явки в суд; компьютерная выборка кандидатов в присяжные заседатели и др.);

2) цифровые технологии получения информации и фиксации процессуальных действий, используемые непосредственно в процедуре судебного разбирательства (фото-, аудио- и видеопротоколирование, видеоконфе-ренц-связь и др.);

3) цифровые технологии сохранения, пополнения и анализа результатов судебного разбирательства (пополнение базы судебных решений, статистика).

Выбор и применение определенного цифрового средства (технологии) зависят от разновидности процессуальной деятельности. При этом каждое такое средство (технология) не только должно иметь принципы и нормы права, содержащиеся в уголовно-процессуальном праве, но они должны отвечать назначению уголовного судопроизводства в целом и работать на реализацию определенных целей и задач правосудия, гарантировать достаточный уровень защищенности прав и правовых интересов участников уголовного судопроизводства.

Например, автоматизированное распределение уголовных дел, строящееся на принципах случайного распределения дел, призвано обеспечить транспарентность в организации судебной деятельности, исключив фактор заинтересованности при формировании состава суда и неравномерность нагрузки судей [Капустин, О. А., 2019, с. 132].

В число основных инновационных технологий, призванных обеспечить право на непосредственное участие в судебном разбирательстве, входит видеоконференц-связь, под которой в техническом аспекте понимается телекоммуникационная технология взаимодействия двух и более удаленных абонентов, при которой между ними происходит обмен аудио- и ви-

деоинформацией в режиме реального времени [Решетняк, В. И., 2013, с. 154]. В процессуально-правовом аспекте под видеоконференц-связью понимается телекоммуникационная технология реализации права участников уголовного процесса на непосредственность и устность судопроизводства в режиме удаленного участия осужденных, свидетелей и иных лиц. Цель применения видеоконференц-связи заключается в обеспечении участия в судебном заседании лиц, которые территориально удалены от места проведения судопроизводства. Особую актуальность это имеет в отношении лиц, имеющих ограниченные физические возможности; для осужденных, находящихся в местах лишения свободы; для подсудимых, содержащихся под стражей. Эти же факторы можно расценивать и в качестве оснований применения видеоконференц-связи [Бородинова, Т. Г., 2020, с. 88].

Безусловно, полноценно заменить непосредственное участие подсудимого (осужденного) и иных заинтересованных лиц в судебном заседании видеоконференц-связь не способна. Только в условиях «живого общения» судья на основе эмоциональной компетенции и жизненного опыта способен уловить искренность показаний, свободу волеизъявления, невербальные сигналы, отличить истинные интересы от мнимых и т. п.

Невозможно представить и дистанционное рассмотрение дел с участием присяжных заседателей, призванных ответить на главный вопрос уголовного судопроизводства, опираясь на свой жизненный опыт и совесть. Нельзя не учитывать и возможные технические сбои, низкое качество осуществления сеанса видеоконференц-связи, которые негативно влияют на гарантии качества непосредственного участия в судебном разбирательстве.

Поэтому важно по возможности сохранять очность и непосредственность участия в процессе в их традиционном понимании, а форма участия в судебном заседании с применением видеоконференц-связи должна предлагаться альтернативно.

Кроме того, общие проблемы российского правового регулирования, состоящие в недостаточности полноты внутренней согласованности и четкой последовательности в закреплении норм [Borodinova, Т. G., et а1., 2020, р. 49], прослеживаются и при закреплении нормативного порядка использования цифровых технологий. Например, существует ряд нерешенных проблем в аспекте процессуально-правовой регламентации «удаленного» параллельного судебного заседания, проводимого с другой стороны от основного судебного заседания; отсутствует нормативно урегулированный порядок участия адвоката в процессе с использованием систем видеокон-ференц-связи. Недочеты в нормативном регулировании способны повлечь судебные ошибки.

Так, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации было отменено определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 9 апреля 2020 г. по основаниям нарушения права на защиту, выразившегося в том, что адвокатам осужденных было необоснованно

отказано в их участии в судебном заседании кассационной инстанции путем использования видеоконференц-связи6.

Подытоживая изложенное, можно прийти к выводу о том, что цифровые технологии, используемые в уголовном судопроизводстве в качестве процессуальных средств, должны отвечать следующим основным критериям:

1) быть направленными на обеспечение назначения уголовного судопроизводства и конкретных прав и правовых интересов участников уголовного судопроизводства;

2) содержать завершенные правовые регуляторы, обладающие высокой степенью детализации в уголовно-процессуальном праве;

3) иметь техническую способность реализоваться в определенной уголовно-процессуальным законом форме;

4) носить альтернативный характер, не исключающий возможности использования в необходимых случаях традиционных процессуальных средств.

Обсуждение и заключение

Внедрение коммуникационных и информационных технологий является одним из перспективных направлений совершенствования уголовно-процессуальной деятельности судов. Процессуально-цифровые технологии призваны служить достижению целей как всего правосудия, так и его отдельных этапов. Выбор и применение определенного цифрового средства (технологии) обусловлен задачами конкретного вида процессуальной деятельности.

Существующая фрагментарная регламентация инновационных технологий не решает проблем целостного нормативного регулирования применения цифровых технологий. Требуется создание целостных процессуальных правовых регуляторов каждого блока цифровой технологии с детальной его конкретизацией.

Процесс внедрения цифровых технологий в уголовное судопроизводство, автоматизация его отдельных этапов не могут быть безграничными, они должны осуществляться с учетом его природы, объективно присущих ему особенностей, влитых в устоявшуюся традиционную форму уголовного правосудия. Учитывая практически не воссоздаваемую уникальность человеческого разума, которому только и подвластно объективное осмысление всех обстоятельств конкретного уголовного дела, представляется невозможным использование «искусственного разума» в процессе разрешения уголовного дела по существу с вынесением индивидуального итогового акта.

Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 августа 2020 г. по делу № 57-УД20-4 (п. 36 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации). URL: https:// www.vsrf.ru/press_center/mass_media/29534/ ; Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 6 сентября 2016 г. по делу № 33-4096/2016. Доступ из справочно-правовой системы «Гарант».

ь

Направляющим вектором расширения информатизации уголовного судопроизводства и его границами должно стать требование сохранения наибольшей степени гарантированности защищаемых прав лиц, вовлеченных в уголовный процесс.

Список источников

Беляева Г. С. Процессуально-правовые средства: понятие, признаки и виды // Lex Russica (Русский закон). 2015. № 3. С. 19-27. Бородинова Т. Г. Видео-конференц-связь как телекоммуникационная технология обеспечения судебного разбирательства // Теоретические и прикладные аспекты формирования информационного и правового пространства в современном мире / отв. ред. Г. Ф. Гара-ева, М. Е. Бегларян, С. А. Сарина. Краснодар : Изд. Дом - Юг, 2020. С. 87-90. ISBN: 978-5-91718-592-7.

Воскобитова Л. А. Уголовное судопроизводство и цифровые технологии: проблемы совместимости // Lex Russica (Русский закон). 2019. № 5. С. 91-104. DOI: 10.17803/1729-5920.2019.150.5.091-104. Капустин О. А. Организация автоматизированного распределения дел в федеральном суде общей юрисдикции // Закон и право. 2019. № 1. С. 129-134. DOI: 10.24411/2073-3313-2019-10027. Лебедев В. М. Выступление на Совещании председателей Верховных Судов государств - членов ШОС // Судья. 2021. № 10. С. 3-5. Масленникова Л. Н. К вопросу о правовом регулировании использования электронных документов в уголовном судопроизводстве // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Юридические науки. 2020. № 1. С. 309-312. Момотов В. В. Качество, оперативность, доступность. О критериях социальной эффективности судебной власти. Выступление на парламентских слушаниях Совета Федерации 21 ноября 2018 // Адвокатская газета. 2018. 16-31 дек.

Панкова О. В. Развитие доктринальных основ правосудия в дореволюционной России // Вестник ВГУ. Сер.: Право. 2018. № 3. С. 170-189. Решетняк В. И. Применение видеоконференцсвязи в арбитражном судопроизводстве // Российский юридический журнал. 2013. № 1. С. 154-159.

Сбоева Е. Н. К вопросу обеспечения доступа к информации о деятельности судов // Интеграция наук. 2018. № 8. С. 357-359. Шарифуллин Р. А., Бурганов Р. С., Бикмиев Р. Г. Элементы электронного правосудия // Российский судья. 2018. № 6. С. 57-62. Шрамкова М. Н. Понятие и закономерные свойства процессуально-правовых средств // Современное право. 2011. № 5. С. 11-14.

Якушева Т. В., Стародубцева М. А. Совесть судьи при оценке доказательств для постановления приговора как конституционная гарантия государственной защиты прав подсудимого // Концепт: науч.-метод. электрон. журн. 2019. № 1. С. 144-149. DOI: 10.24411/2304-120X-2019-13008.

Borodinova T. G., Petrikina A. A., Borodinov V. V., Gubko I. V. Topical issues of interpretation of criminal procedural norms, based on judicial practice, taking into account world and Russian components // Scientific Journal of Interdisciplinary Research. 2020. Vol. 9, no. 3. P. 46-58. DOI: 10.36941/ajis-2020-0041.

Hannah-Moffat K. Algorithmic risk governance: Big data analytics, race and information activism in criminal justice debates // Theoretical Criminology. 2019. Vol. 23, no. 4. P. 453-470. DOI: 10.1177/13624806187 63582.

Marks A., Bowling B., Keenan C. Automatic Justice? Technology, Crime and Social Control / eds. R. Brownsword, E. Scotford, K. Yeung. The Oxford Handbook of the Law and Regulation of Technology, OUP, Forthcoming, Queen Mary School of Law Legal Studies Research Paper No. 211/2015, TLI Think! Paper 01/2015. URL: https://ssrn.com/ab-stract=2676154.

Susskind R. Online Courts and the Future of Justice // Oxford University Press. 2019. December 14. 368 p. URL: https://www.researchgate.net/.

References

Belyaeva, G. S., 2015. [Procedural and legal means: concept, signs and types]. Lex Russica

Borodinova, T. G., 2020. [Video conferencing as a telecommunication technology to ensure judicial proceedings]. In: G. F. Garaeva, M. E. Beglary-an, S. A. Sarina, eds. Teoreticheskie i prikladnye aspekty formirovaniya informacionnogo i pravovogo prostranstva v sovremennom mire = [Theoretical and applied aspects of the formation of information and legal space in the modern world]. Krasnodar: Publishing House - Yug. Pp. 87-90. ISBN: 978-5-91718-592-7.

Borodinova, T. G., Petrikina, A. A., Borodinov, V. V. and Gubko, I. V., 2020. Topical issues of interpretation of criminal procedural norms, based on judicial practice, taking into account world and Russian components. Scientific Journal of Interdisciplinary Research, 9(3), pp. 46-58. DOI: 10.36941/ajis-2020-0041.

Sboeva, E. N., 2018. [On the issue of providing access to information about the activities of courts]. Integraciya nauk = [Integration of Sciences], 8, pp. 357-359.

T. r. EopoguHOBa

85

Hannah-Moffat, K., 2019. Algorithmic risk governance: Big data analytics, race and information activism in criminal justice debates. Theoretical Criminology, 23

Marks, A., Bowling, B. and Keenan, C., 2015. Automatic Justice? Technology, Crime and Social Control. In: R. Brownsword, E. Scotford, K. Yeung, eds. The Oxford Handbook of the Law and Regulation of Technology, OUP, Forthcoming. Queen Mary School of Law Legal Studies Research Paper No. 211/2015, TLI Think! Paper 01/2015. Available at: SSRN: https://ssrn.com/abstract=2676154.

Maslennikova, L. N., 2020. [On the issue of legal regulation of the use of electronic documents in criminal proceedings]. Uchenye zapiski Krym-skogo federal'nogo universiteta imeni V. I. Vernadskogo. Yuridicheskie nauki = [Scientific Notes of the V. I. Vernadsky Crimean Federal University. Legal Sciences], 1, pp. 309-312.

Momotov, V. V., 2018. [Quality, efficiency, accessibility. On the criteria of social efficiency of the judiciary. Speech at the parliamentary hearings of the Federation Council on November 21, 2018]. Advokatskaya gazeta = [Advocate Newspaper], December 16-31.

Pankova, O. V., 2018. [Development of the doctrinal foundations of justice in pre-revolutionary Russia]. Vestnik VGU. Ser.: Pravo = [Bulletin of the Voronezh State University. Series: Law], 3, pp. 170-189.

Sharifullin, R. A., Burganov, R. S. and Bikmiev, R. G., 2018. [Elements of electronic justice]. Rossijskij sud'ya = [Russian Judge], 6, pp. 57-62.

Shramkova, M. N., 2011. [The concept and natural properties of procedural and legal means]. Sovremennoe pravo = [Modern Law], 5, pp. 1114.

Susskind, R., 2019. Online Courts and the Future of Justice. Oxford University Press. December 14. Available at: <https://www.researchgate.net/>. Voskobitova, L. A., 2019. [Criminal proceedings and digital technologies: compatibility problems]. LexRussica

Yakusheva, T. V. and Starodubtseva, M. A., 2019. [The conscience of a judge when evaluating evidence for sentencing as a constitutional guarantee of state protection of the rights of the defendant]. Koncept = [Concept]. Scientific and Methodological Electronic Journal, 1, pp. 144-149. DOI: 10.24411/2304-120X-2019-13008.

Информация об авторе / Information about the author

Татьяна Геннадьевна Бородинова, доктор юридических наук, доцент, заведующий кафедрой уголовно-процессуального права Северо-Кавказского филиала Российского государственного университета правосудия (Российская Федерация, 350020, Краснодар, ул. Красных Партизан, д. 234). Tat'yana G. Borodinova, Dr. Sci. (Law), Accociate Professor, Head of the Criminal Procedure Law Department, North Caucasian Branch, Russian State University of Justice (234 Krasnykh Partizan St., Krasnodar, 350020, Russian Federation).

E-mail: tgborodinova@yandex.ru

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов. The author declares no conflict of interests.

Дата поступления рукописи в редакцию издания: 09.11.2021; дата одобрения после рецензирования: 16.01.2022; дата принятия статьи к опубликованию: 02.02.2022.

Submitted: 09.11.2021; reviewed: 16.01.2022; revised: 02.02.2022.