Арктика — каким приоритетам отдать предпочтение?

Арктика — каким приоритетам отдать предпочтение?

В.А. Крюков

Приоритеты хозяйственной деятельности в Арктике — какие они?

В течение последних семи лет (с исторической даты установки российского триколора на дне Северного Ледовитого океана в точке Северного полюса) количество публикаций, заявлений, документов, официальных встреч по вопросам Арктики (в самом широком контексте — от политики до потепления климата и «частных» вопросов жизнеобеспечения населения северных территорий) не поддается оценке и растет лавинообразно.

Президент России В.В. Путин только в течение периода с июня по ноябрь 2014 г., как следует из анализа содержания его официальных встреч, не менее шести раз обсуждал (в различных контекстах) вопросы освоения Арктики1. Именно на совещании в Санкт-Петербурге Президентом России было отмечено, что сейчас «...когда Арктическая зона России переживает новый этап промышленного, социально-экономического, инфраструктурного возрождения, особенно важно предельно сконцентрироваться на теме природосбережения. Повторю, при вовлечении этого региона в хозяйственный оборот мы обязаны придерживаться тщательно выверенного, взвешенного подхода. В его основе, во-первых, точное знание ресурсного, природного потенциала Арктики и объективная оценка целесообразности тех или иных действий, развитие собственных научно-технологических возможностей по освоению Севера; во-вторых, четкое, обязательное следование самым строгим экологическим стандартам, безусловный приоритет природоохранных мероприятий; в-третьих, предельная прозрачность хозяйственной деятельности в Арктике, а это в том числе предполагает постоянный диалог с институтами гражданского общества, с природоохранными и экологическими организациями — естественно, прежде всего с теми, кто преследует искренне благородные цели, а не спекулирует на экологических проблемах, не превращает их в предмет торга, собственного пиара или бизнеса»1 2.

Из речи Президента РФ, в частности, следует, что развитие и расширение масштабов хозяйственной деятельности в Арктике — реальность. Поэтому основные приоритеты связаны с определением и оценкой собственных возможностей по изучению и освоению ресурсного потенциала и по организации природоохранной деятельности, а также с вовлечением в процесс выработки и реализации соответствующих решений институтов гражданского общества.

1 Пожалуй, наиболее полным и обширным по охвату арктической проблематики является Совещание по вопросу эффективного и безопасного освоения Арктики, состоявшееся 5 июня 2014 г. в Санкт-Петербурге // http://www.kremlin.ru/transcripts/45856 (дата обращения: 24.11.2014).

2 Там же.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

45

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

Не согласиться с данными приоритетами нельзя (и не только потому, что они высказаны Президентом страны) — они отвечают и современным тенденциям и в целом открывают путь к широкому спектру необходимых и желательных шагов и мер; но все они нуждаются в детальной и взвешенной проработке. Прежде всего это касается, по нашему мнению, таких моментов, как: 1) соотношение участия государства и бизнеса в реализации различных проектов в Арктике; 2) динамика и временные рамки реализации различных проектов и программ по освоению ресурсного потенциала территории (включая все виды ресурсов — как ископаемых, так и восполняемых); 3) активность на новых и ранее введенных объектах и на проектах, реализуемых уже длительное время; по многим из них наступила не только пора принципиальной модернизации и реконструкции (вследствие изношенности основных активов и хронического пренебрежения вопросами экологии), но и пора полной ликвидации с последующей рекультивацией значительных по площади территорий; 4) реализация широкой совокупности потенциальных социально-экономических эффектов в различных отраслях и сферах деятельности регионов, затронутых расширением масштабов и темпов хозяйственной деятельности, и регионов, которые могут принять участие в цепочках создания стоимости (как при производстве оборудования, так и при переработке продукции арктических проектов); 5) институционализация диалога с организациями и сообществами, представляющими коренных жителей Севера и старожильческое (пришлое, приезжее) население арктических территорий.

Вопросы, которые в конечном счете возникают при расширении хозяйственной деятельности, связаны прежде всего с тем, какой уровень риска человечество и отдельные страны готовы принять на себя, чтобы реализовать в полной мере те возможности, которые открываются в Арктике. Очевидно, что необходимо найти какой-то баланс между риском и потенциальными возможностями. Готовность той или иной страны, того или иного общества принять соответствующие риски одновременно означает и открытие доступа к получению (реализации) ожидаемых выгод в очень непростом для хозяйственной деятельности и очень уязвимом в экологическом отношении районе мира.

Принципиальная особенность современного этапа обсуждения направлений деятельности различных стран в Арктике, как нам представляется, должна состоять в смещении традиционного акцента на выгоды экономического развития в сторону того, как и каким образом снизить риски от увеличивающегося экономического присутствия в Арктике. Эта точка зрения разделяется не только многими экономистами, но и политологами, представителями естественно-научных направлений деятельности и тем более жителями арктических регионов.

В то же время на основе анализа изменений в правительственных документах разных стран на протяжении весьма длительного времени) по-прежнему отмечается, что происходит «постепенная смена мотивации деятельности Вашингтона на Крайнем Севере. Если в период холодной войны главным было военно-стратегическое противоборство с СССР, то сейчас основное значение имеют экономические интересы — доступ к нефтегазовым ресурсам Арктики»3.

3 Конышев В.Н., Сергунин А.А. Арктические стратегии стран Северной Америки и Россия // Россия и Америка в XXI веке. 2011. № 2 // http://www.rusus.ru/?act=read&id=270 (дата обращения: 24.11.2014).

46

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

Хозяйственная деятельность — не только нефть и газ

В числе основных причин расширения экономической активности в Арктике почти все авторы единодушно отмечают такие обстоятельства, как изменение климата на планете, уменьшение многолетнего устойчивого ледового покрова в акватории северных морей и Ледовитого океана и расширение возможностей судоходства и транспортной доступности ранее проблемных с этой точки зрения территорий. Основной же причиной называется возможность использования колоссальных энергоресурсов, которыми (согласно весьма предварительным оценкам) сказочно богата Арктика. Последнее приобретает в России роль значительно более масштабную, чем в других странах, при том что у человека, не знакомого с нюансами энергообеспечения экономики современной России, с наличием ресурсов углеводородного сырья в других регионах страны (Западная Сибирь, Республики Татарстан и Коми, акватория Каспийского моря, Восточная Сибирь и шельф о. Сахалин), может сложиться впечатление, что будущее добычи углеводородов связано только с Арктическим шельфом. Поэтому, как представляется автору настоящей статьи (это его давняя и устойчивая позиция), в современных условиях к числу ключевых (можно их назвать «операциональными» по отношению к тем, которые бесспорны и которые, в частности, сформулированы Президентом РФ В.В. Путиным) приоритетов следует отнести: 1) экономическую эффективность проектов (соотношение результатов и затрат в денежной форме) и направлений деятельности в Арктике; 2) эшелонирование деятельности во времени — как в прошлом, так и настоящем и тем более будущем и 3) достижение современных социальных и экологических параметров всех видов и всех направлений экономической деятельности в Арктике. Приоритеты «верхнего уровня» вкупе с соответствующими приоритетами «операционального уровня», а также процедурами и механизмами их реализации, по нашему мнению, и должны составлять определенную «страновую», «региональную» и, можно сказать, «проектную» модель экономической деятельности в современной Арктике.

В современной ситуации та страна, тот регион, тот сектор экономики или та или иная компания являются лидерами только в том случае, если демонстрируют наилучшую динамику показателей (результатов), характеризующих экономическую результативность (при непременном условии соответствия современному уровню социальных и экологических характеристик). Ни объемы добычи минерально-сырьевых ресурсов, ни объемы вылова рыбы или тоннаж морских перевозок по северным трассам не являются достаточными для позиционирования в роли лидера той или иной страны, того или иного экономического агента в современной Арктике.

Следует отметить, что чисто экономическая эффективность, основанная на колоссальном объеме ресурсной ренты, для подавляющего большинства проектов в Арктике — факт прошедшего времени. В экономическом сопоставлении лидирует тот, кто создает и применяет уникальные технические решения и имеет навыки создания адекватных организационных моделей и структур, обеспечивающих не только управление, но и раздел рисков, неизбежно возникающих в Арктике.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

47

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

Весьма отчетливо данные соображения видны на примере нефтегазовых ресурсов Арктики. Насколько значимы сейчас и в перспективе углеводороды Арктики? Какую роль играют и могут играть ресурсы углеводородного сырья Арктики в энергетике России? Сформулируем свое понимание проблемы исходя из анализа издержек и выгод. Здесь нужна аргументация не только с помощью количественных показателей, но и с использованием оценок (с учетом неполноты и неоднозначности имеющихся данных) различных направлений освоения нефтегазовых ресурсов Арктики. Принципиальная особенность анализа роли и места Арктики и в энергетике и в экономике (и в случае России и любой другой страны Арктической зоны) в том, что здесь необходим учет происходящих в мировой энергетике глобальных процессов и тенденций.

При рассмотрении целесообразности и возможности освоения нефтегазовых ресурсов мира аргументы черпают, как правило, из двух основных источников.

По оценке Геологической службы США, в Арктике сосредоточено примерно 30% всех неоткрытых мировых ресурсов природного газа и 13% — нефти, которые находятся главным образом в море, на глубине не менее 500 м. Неоткрытые ресурсы газа в основном сконцентрированы в России, и их втрое больше, чем нефти. При этом 93% нефти и газа Арктики содержится в десяти крупных месторождениях, причем 63% ресурсов сосредоточено в Евразии (88% арктического газа и 35% — нефти), а остальные находятся в Северной Америке. В Арктике уже открыто 61 крупное месторождение нефти и газа, из них 43 (в том числе два нефтяных) — в российском секторе, 6 — на Аляске, 11 — на севере Канады и только одно принадлежит Норвегии. Заметим, что нефтяные ресурсы Арктики, которые представляют наибольший интерес для многих стран, вероятно, недостаточны для кардинального изменения географии добычи нефти в мире4.

По прогнозу Международного энергетического агентства, который дает представление о сравнительном уровне издержек на добычу арктических нефтегазовых ресурсов, они находятся между затратами на добычу углеводородов на глубоководном шельфе и на добычу тяжелой нефти из битумов и нефтяных сланцев5. На качественном уровне эти оценки довольно точно отражают сравнительные издержки. Оценить востребованность нефтегазовых ресурсов Арктики мировой экономикой может сопоставление растущего спроса и меняющегося предложения нефтегазовых ресурсов. Отметим, что в мире с 1991 г. наблюдается устойчивое увеличение (не менее чем в 1,6 раза) обеспеченности добычи углеводородов запасами6.

Рост запасов происходит и в традиционных районах добычи, и в старых (зрелых) благодаря появлению новых технологий извлечения углеводородов и изменению институциональных условий функционирования и развития нефтегазового сектора. Доля Америки (Северной и Южной) в мировых доказанных запасах нефти с 1991 г. увеличилась в 1,5 раза, с 19,1% до 32,9% в 2012 г.7 Основной вывод — имеющийся и возникающий в обозримой перспективе спрос

4 Donald L.Gautier et al. Assessment of Undiscovered Oil and Gas in Arctic // Science. 2009. Р. 324. 1175.

5 Long Term Supply Curve — IEA World Energy Outlook. 2008.

6 OPEC // http://www.opec.org/opec_web/en/data_graphs/332.htm.

7 BP Statistical Review of Energy, June 2012 // bp.com/statisticalreview.

48

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

в достаточно полной мере удовлетворяется за счет как традиционных, так и новых источников углеводородов, составляющих устойчивую конкуренцию сырью из арктических регионов. «Левее» ресурсов Арктики на кривой предложения находятся и ресурсы шельфа акваторий более южных морей и океанов (например, бразильская компания «Петробраз» активно осваивает месторождения углеводородов в акватории Атлантического океана, в подсолевых отложениях на глубине свыше 7 км8). В целом шельф и акватория Мирового океана уже обеспечивают свыше 30% добычи углеводородов, и этот показатель имеет устойчивую тенденцию к росту9.

Нефтегазовые компании, которые стремятся освоить Арктику и Арктический шельф, должны быть универсалами — не только уметь работать на шельфе, но и обладать специфическими навыками и технологиями для работы в высоких широтах. Традиционные навыки — эффективная разведка запасов, управление издержками (не только оперативное бюджетирование, но и настраивание инженерно-технологических решений на снижение затрат в рамках проекта в целом), повышение степени извлечения запасов нефти, решение нестандартных инженерно-технологических проблем (таких как создание новых подводных и внутрискважинных систем добычи). Специфические навыки — умение работать в условиях экстремального климата с учетом особенностей поведения льда и вечной мерзлоты, значительной удаленности от основных баз и центров компании, повышенное внимание к вопросам экологической безопасности, а также умение выстраивать сложные логистические схемы для поставки оборудования и вывоза добытых углеводородов.

Потенциал ресурсов углеводородного сырья Арктики на энергетической карте мира весьма и весьма значителен. Но ускоренное освоение этих ресурсов не является критически острым с точки зрения обеспечения мировых потребностей в обозримой перспективе (до 2050 г.): в мире успешно осваиваются другие источники углеводородов, в других районах и в других условиях.

Разные страны — похожие приоритеты при различной их иерархии

Интерес к Арктике проявляют не только страны, имеющие к ней непосредственный выход, но и далеко от нее расположенные. Например, Китай не только активизирует научные исследования по проблемам Арктики, но и финансирует строительство собственного флота ледового класса — исследовательских, ледокольных и ориентированных на плавание в высоких широтах судов10. Основные арктические приоритеты Китая состоят в следующем: «...Китай является крупным потребителем энергетичеких ресурсов, сильно зависит от импорта нефти

8 Petrobras // http://www.petrobras.com/en/energy-and-technology/sources-of-energy/pre-salt/ (дата обращения: 24.11.2014).

9 OGJ // http://www.ogj.com/articles/print/volume-108/issue-41/exploration-development/deepwater-crude-oil-output-how-large.html (дата обращения: 24.11.2014).

10 Caitlin Campbell (USCC Policy Analyst, Foreign Affairs and Energy). China and the Arctic: Objectives and Obstacles // U.S. - China Economic and Security Review Commission Staff Research Report. April 13,

2012. 11 p.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

49

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

и газа, который в основном обеспечивают страны Ближнего Востока, Центральной Азии и других регионов... Ряд арктических стран, такие как Исландия и Россия, положительно смотрят на сотрудничество с Китаем, министр иностранных дел Норвегии также высказался положительно... Если рассматривать Арктический морской путь, то для Китая весьма благоприятными обстоятельствами являются: 1) сокращение издержек на доставку товаров для судоходных компаний; 2) усиление роли портов, расположенных на севере Китая; 3) использование туристической привлекательности Арктического морского пути; 4) изменение потоков международной торговли и направлений судоходства...»11.

Как видно, декларируются весьма широкие экономические цели и интересы. В течение 2014 г. в русле достижения данных целей Китай вошел (согласовано вхождение) в ряд арктических нефтегазовых проектов в России: Ямал-СПГ (НОВАТЭК) и Ванкорское нефтегазовое месторождение11 12 (Роснефть), а также совместно с норвежскими компаниями «Статойл» и «Петоро» приступил к поисково-разведочным работам в восточной части норвежского сектора Баренцева моря13 и на шельфе Исландии.

Постараемся понять и объяснить экономические причины усиления внимания других стран к Арктике. За последние 15-20 лет большинство стран Арктического региона приняли различные политические документы, определяющие и декларирующие цели присутствия в Арктике. Например, в арктической политике США они декларируются как 1) защита окружающей среды и животного мира Арктики; 2) обеспечение экологически устойчивого управления природными ресурсами и экономическим развитием в регионе; 3) соответствие реалиям периода после холодной войны с точки зрения национальной безопасности и нужд обороны; 4) укрепление институтов, обеспечивающих кооперацию между восемью арктическими государствами; 5) вовлечение коренных народов Арктики в процесс принятия решений, которые напрямую их затрагивают и 6) развитие научного мониторинга и исследований на местном, региональном и глобальном уровнях рассмотрения проблем экологии14.

Вопросы освоения нефтегазовых ресурсов, энергетической безопасности и т. д. в данном документе напрямую не рассматриваются. Вместе с тем на национальном уровне уделяется значительное внимание вопросам освоения нефтегазовых ресурсов Северного склона Аляски и территории Арктического национального заказника (ANWR). Администрацией Буша-младшего и в начальный период президентского срока Обамы ускоренное освоение нефтегазовых ресурсов данной территории рассматривалось как важнейшее направление, позволяющее ослабить зависимость от экспорта нефти. Сейчас освоение нефтегазовых территорий данного района является приоритетом экономической политики

11 Pan XingMing. China’s Understanding and Position of Arctic and Peace Vision. Paper presented at the Bodo International Arctic Dialogue. Bodo. Norway. 2014. March 19. 14 p.

12 Мельников К. Китаю отольют «Роснефти». «КоммерсантЪ». 2 сентября. 2014 // http://www. kommersant.ru/doc/2557830 (дата обращения: 25.11.2014).

13 Norway welcomes China as partner in Arctic energy development. November 17, 2014 // http:// www.arcticgas.gov/2014/norway-welcomes-china-partner-arctic-energy-development (дата обращения: 25.11.2014).

14 U.S. Arctic Policy // http://2001-2009.state.gov/g/oes/ocns/arc/index.htm (дата обращения: 25.11.2014).

50

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

только на региональном уровне (штат Аляска)15. На национальном уровне интерес к нефтегазовым ресурсам как Аляски в целом, так и ANWR резко снизился из-за бурного развития добычи сланцевой нефти. Это отодвинуло на неопределенный срок не только освоение ресурсов ANWR, но и проведение на шельфе США активных работ по поиску, разведке и последующей добыче углеводородов. В настоящее время в США 87% федеральной акватории шельфа исключено из освоения16. Но большинство жителей штата Аляска поддерживают развитие добычи нефти в ANWR17, так как считают, что будущее экономики штата напрямую зависит от состояния дел в нефтяной отрасли. Они верят, что это будет безопасно и никак не отразится на значительной части залежных и нетронутых территорий штата. Выступающих против — явное меньшинство: это представители коренных народов и участники «зеленых» движений.

В то же время на Аляске меняется роль и степень участия в нефтегазовом бизнесе крупнейших компаний — таких как BP18 и «Шелл»19. Так, например, ВP продала активы четырех месторождений на Северном склоне Аляски независимой компании (местного происхождения) Hilcorp Energy. «Шелл» из-за сильно возросших издержек и низких объемов добычи нефти и газа приостановила добычу в Чукотском море к северо-западу от Аляски. Этот пример показывает идущий в Арктике США поиск новых подходов к обеспечению экономической эффективности ранее введенных объектов. Среди важнейших внешних причин снижения интереса крупнейших компаний к добыче углеводородов в Арктике — стремительное развитие новых источников добычи углеводородного сырья непосредственно на территории США ниже 48 градусов северной широты (так называемая сланцевая революция)20.

Северная стратегия Канады («Наш Север», «Наше наследие», «Наше будущее - 2009») декларирует приверженность историческим и общенациональным ценностям: Север находится «в самом сердце канадской идентичности»; это часть «нашего наследия, нашего будущего и нашей идентичности как страны»; «будущее Канады неразрывно связано с будущим Севера»; сохранение канадского арктического суверенитета является приоритетом «номер один арктической международной политики»21.

15 Potential National-Level Benefits of Alaska OCS Development // Prepared for Shell Exploration and Production. 2011. February.

16 2012 Energy in Charts // www.api.org/charts (дата обращения: 25.11.2014); MMS and Department of the Interior.

17 Knapp Gunnar. Alaska’s Experience with Arctic Oil and Gas Development: History, Policy Issues, and Lessons // Presented at Energies of the High North — Arctic Frontiers 2012, Tromse, Norway. 2012. January 25.

18 DeMarban Alex. BP closes deal with Hilcorp. November 19, 2014 // http://www.adn.com/article/20141119/ bp-closes-deal-hilcorp (дата обращения: 25.11.2014).

19 Невельский А. Shell приостанавливает проект по добыче нефти в Арктике. «Ведомости». 30 января. 2014 // http://www.vedomosti.ru/companies/news/22095661/shell-priostanavlivaet-proekt-po-dobyche-nefti-v-arktike#ixzz2sLL7QPyS (дата обращения: 25.11.2014).

20 Крюков В. Добыче углеводородов — современные знания и технологии // ЭКО. 2013. № 8. С. 4-15.

21 Canada’s Northern Strategy // http://www.northernstrategy.gc.ca/index-eng.asp (дата обращения: 25.11.2014).

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

51

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

Опыт Канады демонстрирует взвешенный и поступательный подход к реализации проектов освоения нефтегазовых ресурсов Арктики. Наибольшую известность получил проект строительства газопровода в долине реки Маккензи22. Первое предложение построить такой газопровод, который соединит шельфовые месторождения в море Бофорта и пройдет по северо-западным территориям Канады в направлении северной Альберты, датируется началом 70-х гг. прошлого столетия. Однако в конце 70-х гг. суд на осуществление проекта наложил мораторий, продлившийся до 2004 г. Причина — неурегулированность прав собственности на землю с сообществами коренных народов. Только в марте 2011 г. проект получил поддержку Национального энергетического совета. Но хотя решение о строительстве трубопровода не было принято, нефтегазовые компании вели активную разведку запасов и прирастили их до уровня почти 2 трлн куб м.

Опыт Канады, так же как и США, показывает тесную связь активности в освоении нефтегазовых ресурсов Арктики с состоянием дел в нефтегазовом секторе в более южных районах и доминирование вопросов экономической целесообразности реализации проектов. Зачем спешить с рискованными арктическими проектами, когда есть другие направления обеспечения потребности в нефтегазовом сырье? Другая общая особенность — доминанта экологической и социально ориентированной направленности развития Арктики.

Интересен 20-летний опыт Норвегии в освоении нефтегазовых ресурсов Арктики. Для решения возникающих в экстремальных арктических условиях проблем в стране проводились специализированные научно-технологические работы. Норвегия имеет почти 40-летнюю историю освоения шельфа в менее экстремальных широтах, и выход в Арктику связан со снижением добычи углеводородов в акватории Северного моря, а также с естественной динамикой развития нефтегазового сектора, накопившего значительный опыт. При этом не сбрасывается со счетов и район традиционной добычи — Северное море: предпринимаются серьезные усилия по повышению степени извлечения запасов нефти и газа23.

Норвегия стремится не столько к увеличению (или сдерживанию темпов снижения) добычи углеводородов, сколько к определенному высокому уровню «социальной ценности» извлекаемого сырья24. Под «социальной ценностью» понимается совокупность всех эффектов для общества от освоения нефтегазовых ресурсов — начиная с налоговых поступлений и заканчивая ростом квалификации рабочей силы и повышением научно-технического уровня промышленности. Для решения последней задачи в Норвегии значительное внимание уделялось и уделяется росту «норвежского контента» в товарах и услугах, потребляемых нефтегазовым сектором. При этом складывается парадоксальная ситуация — добыча нефти и газа не растет, а социальная ценность имеет тен-

22 Mackenzie Gas Project // http://www.mackenziegasproject.com/theProject/index.html (дата обращения: 25.11.2014).

23 The petroleum sector - Norway’s largest industry // http://www.npd.no/en/Publications/Facts/Facts-2012/Chapter-3 (дата обращения: 25.11.2014).

24 An industry for the future - Norway’s petroleum activities // Report to the Storting (white paper). Oslo, Norwegian Ministry of Petroleum and Energy. 2011. 173 р.

52

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

денцию к росту. «Норвежский контент» в 1970-е гг. находился в интервале от 40% до 50%. С 1980 г. норвежские подрядчики устойчиво обеспечивают почти 60% поставок на шельф Северного моря, причем добиваются этого результата в острейшей международной конкуренции.

Наилучшим путем достижения «социальной ценности» в Норвегии считают параллельное и последовательное движение в трех направлениях: 1) увеличение нефтеотдачи на разрабатываемых месторождениях и получение новых коммерчески значимых открытий; 2) продолжение разработки ранее начатых проектов в традиционных и новых районах и 3) открытие района Ян Майени — части ранее спорной территории к западу от разделительной линии на юге Баренцева моря, что может заложить основу для новой экономической активности в Северной Норвегии.

«Нефтегазовые ресурсы Норвежского шельфа заложили основу высокотехнологичной и конкурентоспособной в мире нефтегазовой промышленности. Сегодня отрасли-смежники поставляют передовые технологии, продукты и услуги как для Норвежского шельфа, так и на мировой рынок. Они активно присутствуют во всех сегментах, от поисков и разведки, освоения новых месторождений — до разработки и эксплуатации, обслуживания, модернизации и ликвидации старых промыслов. Некоторые компании концентрируют свои усилия на одном из звеньев, в то время как другие присутствуют в нескольких звеньях цепочки. Норвежская сервисная и обеспечивающая промышленность увеличила свой оборот с 2007 г. по 2009 г. на 25%, с 195 млрд норв. крон (30-35 млрд долл.) до 248 млрд норв. крон (40-45 млрд долл.). Нефтегазовая промышленность также обеспечивает прочную основу для инноваций и технологического развития в других отраслях норвежской экономики»25.

Научно-технические вопросы, возникающие при освоении нефтегазовых ресурсов Арктики, входят в число первоочередных для Норвегии. Министр нефти и энергетики Ола Бортен Мое, выступая в Брукингском институте в ноябре 2012 г., так определил приоритеты: «Первое — арктические государства должны стремиться к увеличению нефтеотдачи. Норвегия имела только 20-процентную нефтеотдачу в 1970-е гг., в то время как сейчас данный показатель — 40-50%. Второе — рост нефтеотдачи может происходить за счет как инноваций, так и открытия новых уникальных месторождений. При этом инновации имеют первостепенное значение в нефтяной промышленности, так как они рождаются практически ежедневно...»26. Эти соображения имеют под собой весомую практическую основу и реальный опыт — в частности, освоения месторождения «Снегурочка» в норвежском секторе Баренцева моря в 1990-2000-е гг.27

Наибольшие ожидания от скорейшего освоения нефтегазовых ресурсов на шельфе своей территории присутствуют в Гренландии. Первостепенное значение здесь придается не энергетической безопасности и формированию совре-

25 The petroleum sector - Norway’s largest industry // http://www.npd.no/en/Publications/Facts/Facts-2012/Chapter-3/ (дата обращения: 25.11.2014).

26 Norway’s Oil and Gas Policy and the Arctic. The Brookings Institute. 2012. November 9.

27 Крюков В.А. Примерная «Снегурочка». Норвежцы не боятся считать нефть и газ основой своего благосостояния // Нефть России. 2003. № 4. С. 94-95.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

53

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

менной инновационной экономики, а ликвидации унизительной финансовой зависимости от трансфертов из Дании и Евросоюза. В исследовании Геологической службы США (2008 г.) отмечено, что три нефтегазовые провинции вдоль береговой линии Гренландии могут иметь ресурсный потенциал, близкий к 53 млрд барр. углеводородов (нефть и газ, измеренные в единицах нефтяного эквивалента), что сопоставимо с суммарными ресурсами Северного моря. Добыча углеводородов могла бы создать основу для экономического суверенитета Гренландии. Сейчас провинция ежегодно получает субсидию в размере около 500 млн евро, в то время как экспорт рыбы обеспечивает доходы территории лишь на уровне 300 млн евро28. Однако по состоянию на 2014 г. надеждам не суждено сбыться: «...к настоящему времени на шельфе Гренландии действуют 23 лицензии на разведку и разработку углеводородов, расположенных во всех частях западного и частично восточного шельфа. В них участвуют 14 иностранных компаний... Несмотря на бурение в общей сложности 15 скважин с зарегистрированными нефтепроявлениями, в некоторых из них промышленного месторождения углеводородов пока не обнаружено...»29.

В настоящее время ведущие арктические государства (США, Канада и Норвегия) напрямую не декларируют цели быстрого освоения нефтегазовых ресурсов. Акцент делается на успешности дальнейшей добычи на ранее введенных месторождениях и повышении уровня извлечения углеводородов из них (формировании новой благоприятной институциональной среды и развитии инноваций). Роль государства в этих странах — создать условия для эффективного освоения и выявления новых источников углеводородного сырья. Проекты в Арктике рассматриваются как поле совместной деятельности компаний из различных сфер и разных стран мира. Например, основные технологические процессы подводной разработки газоконденсатного месторождения «Снегурочка» в норвежском секторе Баренцева моря являются результатом объединенных усилий ученых разных стран (работы в центре SINTEF, разработка технологии добычи и разделения германской фирмой Linde AG, строительство ряда объектов на верфях в Испании и т.д.)30. При этом решение принципиальных научноинженерных вопросов реализации подобных проектов (прежде всего стабилизация многофазного потока углеводородов при подводной транспортировке на значительные расстояния) проводилось заблаговременно (более чем за 10 лет до начала проектирования освоения месторождения).

Финляндия не имеет выхода к арктическому бассейну, тем не менее страна также разработала стратегию для арктического региона31. Данный документ примечателен своей практичностью и конкретностью. Он, в частности, исходит из того, что «...Финляндия является активным участником процессов в Арктике

28 Pfeifer Sylvia,Thompson Christopher. The struggle for Greenland’s oil. 2011. August 26 // www.ft.com/intl/ cms/s/2/1440b166-cea1-11e0-a22c-00144feabdc0.html#axzz2IOe67tZN (дата обращения: 25.11.2014).

29 Виноградова О. По ту сторону Арктики: Гренландия // Нефтегазовая вертикаль. 2014. № 12.

С. 36-39.

30 Hydrocarbons Technology // www.hydrocarbons-technology.com/projects/snohvit-lng (дата обращения: 25.11.2014).

31 Finland’s Strategy for the Arctic Region 2013. Government resolution on 23 August 2013. Helsinki. Prime Minister’s Office Publication. 16/2013. 70 p.

54

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

и принимает на себя ответственность, которую накладывает при осуществлении хозяйственной деятельности природная среда, а также направленность на достижение устойчивости и необходимость международной кооперации...».

Вопросы освоения минерально-сырьевых ресурсов Арктики вообще (и нефтегазовых в частности) особенно остро ставят не государства, а отдельные территории, например штат Аляска (США) и Гренландия (подмандатная Дании). Для них ускоренное освоение новых месторождений на Арктическом шельфе — это вопрос формирования финансовых ресурсов для решения текущих и перспективных социально-экономических задач.

Опыт США, Канады, Норвегии, Финляндии показывает: 1) в реализации ресурсных проектов в Арктике участвует весьма широкий спектр компаний — транснациональных, средних, мелких и значительное число инновационных высокотехнологичных. Все компании могут быть эффективными партнерами при реализации проектов в Арктике, и всем есть место; 2) признается, что интересы ресурсных компаний могут не совпадать с интересами арктических регионов; 3) не существует универсальных рецептов и схем взаимодействия арктических стран и регионов с компаниями ресурсного сектора при определении условий освоения участков недр и 4) действенность схем взаимоотношений с ресурсным сектором зависит не только от точки зрения страны и территории, но и от того, как учитываются интересы компаний (критерии и процедуры принятия решений, альтернативы, (принимаемые во внимание, и т. д.). Но общей чертой является ориентация не столько на уровни добычи углеводородов, сколько на экономическую и социальную отдачу и для страны, и для арктических регионов. Общим является стремление к гармонизации норм и правил, определяющих деятельность ресурсных компаний в Арктике32.

Реализация проектов освоения ресурсных проектов в Арктике (по сравнению с более южными регионами) требует наличия более долгосрочных и скоординированных решений и мер с гораздо большим вниманием к учету мультипликативных (спиновых) региональных эффектов. Эта особенность требует и соответствующей институционализации — многоуровневых, многоаспектных систем взаимодействия с большим числом участников. Не только добыча углеводородов, но и обеспечение «социальной ценности», сохранение окружающей среды и среды обитания коренных народов, национальная идентичность и безопасность и т. д. — все это отражается в нормах, правилах и процедурах, направленных на решение вопросов освоения нефтегазовых ресурсов в Арктике.

С прагматической (экономической) точки зрения, освоение ресурсов в высоких широтах требует своевременного создания новых технологий, активного развития инновационных процессов (к этому подталкивают условия освоения месторождений), поощрения имеющихся и формирования новых поставщиков и подрядчиков (как продукции производственно-технического назначения, так и непроизводственных услуг). При этом все северные территории мира больше всего озабочены экологически безопасным ведением работ — от стадии поиска до транспортировки готовой углеводородной продукции.

32 Arctic Offshore Oil and Gas Guidelines // Arctic Council. Protection of the Arctic Marine Environment Group. 2009. 29 April. 98 p.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

55

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

Не только опыт, но и проблемы

Россия имеет длительную историю присутствия в Арктике — ведения хозяйственной деятельности не только на суше, но и на шельфе. На суше реализуются крупнейшие проекты в горнорудной (Кольский п-ов, Таймыр, северо-восток Якутии, Чукотка) и нефтегазовой отраслях (интенсивно ведется освоение п-ова Ямал, осваивается Гыданский п-ов). У нашей страны накоплен и определенный практический опыт реализации нефтегазовых проектов в прибрежных арктических водах.

К сожалению, при рассмотрении и анализе проектов и направлений деятельности в Арктике в России доминирует подход «чистого листа». В то же время имеется значительный «навес» нерешенных вопросов и проблем, связанных с ранее реализованными проектами. По большинству из этих проектов остро стоят экологические и социальные проблемы, в то время как пик добычи и притока доходов рентного характера по ним в значительной мере пройден (в истекшие двадцать лет чересчур много средств ушло на выплату дивидендов и финансовые инвестиции новых собственников). Поэтому компании - собственники активов обращаются с просьбами о предоставлении налоговых льгот и переносе части расходов на плечи государства. Ясно, что при таком подходе ни о каком содействии росту экономической эффективности или, в более широком контексте, современной передовой модели присутствия в Арктике говорить явно неуместно.

Вопиющим примером является ситуация в Норильском промышленном районе. ОАО «Норильский Никель» — один из крупнейших в мире производителей меди, никеля и редких металлов (платины и палладия). Основные горнодобывающие активы — рудники и плавильные комбинаты — расположены на территории Кольского полуострова и Таймырского полуострова. Причем данные территориальные объединения комбината работают в тесной технологической связи и представляют собой единую технологическую цепочку. Совместную работу данных территориальных объединений (филиалов — Кольского и Заполярного соответственно) обеспечивает Северный морской путь.

ОАО «Норильский Никель» в настоящее является основным и перевозчиком, и заказчиком грузов по трассе СМП — компания владеет судами ледового класса, портами (Дудинка и причалы в Мурманске и Кандалакше) и перевозит ежегодно свыше 1 млн т грузов (оборудования и концентрата для последующей переработки). Помимо этого компания является основным работодателем таких населенных пунктов, как город Норильск (крупнейший город за Полярным кругом с населением 178 тыс. человек в 2013 г.) и ряд монопоселений на Кольском полуострове. Ресурсный потенциал, которым располагает компания, весьма значителен. В начале 2014 г. компания переоценила запасы в Норильском районе — с 2008 по 2014 г. обеспеченность производства запасами в данном Заполярном филиале выросла до 30 лет. Запасы компании на Таймыре составили 6,7 млн т никеля и 12,2 млн т меди33. Основная проблема компании — устарев-

33 2014 Strategy Update Focus on Delivery. Norilsk Nickel. London/May 19, 2014 // http://www.nornik.ru/ investoram/vyistupleniya-i-presentaczii) (дата обращения: 24.11.2014).

56

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

шие (и физически, и безнадежно морально) — основные активы. Модернизация (реконфигурация по замыслу компании) требует привлечения значительных инвестиций. При этом компания рассчитывает на поддержку со стороны государства. Главная проблема — экология.

Как говорится в докладе о самых загрязненных местах на планете, составленном Швейцарским Зеленым Крестом (Green Cross Switzerland) в сотрудничестве с американским Институтом Блэксмита (Blacksmith Institute), ежегодно в Норильске в воздух выбрасывается почти 500 т оксидов меди и никеля, 2 млн т диоксида серы. Поэтому продолжительность жизни сотрудников завода — на 10 лет ниже средней по России. В стратегии компании от 2014 г. отмечается, что при производстве никеля и меди заполярный филиал «Норникеля» выбрасывает в воздух 425 000 т серного газа SO2 (или 213 000 т серы) ежегодно.

По данным Greenpeace, «Норникель» — основной источник загрязнения Арктики34. В то же время правительство идет навстречу компании не только в софинансировании части социальных разделов программы модернизации, но также в форме предоставления налоговых и таможенных льгот и преференций. В мае 2014 г. подкомиссия по таможенно-тарифному регулированию под председательством министра экономического развития России А. Улюкаева решила обнулить пошлины на нелегированный никель и медные катоды досрочно — не в 2016 г., как это предусмотрено правилами ВТО. «Норникель» в 2013 г. произвел 232 000 т никелевой продукции и 358 000 т — медной. Благодаря досрочному обнулению пошлин, исходя из консенсус-прогноза по ценам на металлы, «Норникель» за два года может сэкономить более 11 млрд руб. Такая же сумма нужна для закрытия никелевого завода в Норильске, в том числе для решения связанных с этим экологических и социальных задач35.

На данном фоне нерешенных (или ждущих длительное время решения) проблем в рамках ранее реализованных проектов, а также в условиях нарастающего интереса международного сообщества к расширению экономической деятельности в Арктике Россия стремится найти свой путь и выработать свои подходы.

От «Основ политики...» и «Стратегии развития...» к эффективным механизмам реализации

Основные направления деятельности России в Арктике (в том числе и при освоении нефтегазовых ресурсов) зафиксированы в следующих стратегических документах: «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (утверждена 18 сентября 2008 г.)36; «Энергетическая стратегия России на период до 2030 года» (ут-

34 Петлевой В. «Норникель» обновляет стратегию. Ведомости. 19 мая. 2014 // http://www.vedomosti. ru/companies/news/26647191/nornikel-obnovlyaet-strategiyu#ixzz34138Mwq0 (дата обращения:

24.11.2014) .

35 Терентьева А., Петлевой В. Никель и медь освободили от пошлин. Ведомости. 27 мая. 2014 // http://www.vedomosti.ru/companies/news/26998741/nikel-i-med-osvobodili-ot-poshlin#ixzz3411xZzF2 (дата обращения: 24.11.2014).

36 Совет безопасности РФ // http://www.scrf.gov.ru/documents/98.html (дата обращения:

25.11.2014) .

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

57

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

верждена 13 сентября 2009 г.)37, а также «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (утверждена Президентом РФ 13 февраля 2013 года)38. Вместе с тем необходимо отметить, что ряд положений начал разрабатываться и обретать свое содержание задолго до принятия данных документов39.

Первый документ основной акцент делает на освоении природных ресурсов Арктики: «...4. Основными национальными интересами Российской Федерации в Арктике являются: а) использование Арктической зоны Российской Федерации в качестве стратегической ресурсной базы Российской Федерации, обеспечивающей решение задач социально-экономического развития страны; ... 6. Главными целями государственной политики Российской Федерации в Арктике являются: а) в сфере социально-экономического развития — расширение ресурсной базы Арктической зоны Российской Федерации, способной в значительной степени обеспечить потребности России в углеводородных ресурсах, водных биологических ресурсах и других видах стратегического сырья».

Второй документ более взвешен и менее категоричен. Основной акцент сделан на: «...выполнении энергетическим сектором страны своей важнейшей роли в рамках предусмотренного Концепцией перехода на инновационный путь развития экономики...».

«Энергетическая стратегия» ясно определяет, что без решения проблемы перехода на инновационное развитие очень сложно будет перейти к крупномасштабной реализации нефтегазовых проектов в Арктике: «Второй этап — это этап перехода к инновационному развитию и формированию инфраструктуры новой экономики. В соответствии с этим доминантой второго этапа будет... реализация инновационных и новых капиталоемких энергетических проектов в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, на континентальном шельфе арктических морей и полуострове Ямал». Предполагаемые сроки начала второго этапа определены за пределами 2015 г.: «Освоение углеводородного потенциала континентального шельфа арктических морей и северных территорий России призвано сыграть стабилизирующую роль в динамике добычи нефти и газа, компенсируя возможный спад уровня добычи в традиционных нефтегазодобывающих районах Западной Сибири в период 2015-2030 годов».

Освоение ресурсов Арктики рассматривается в контексте развертывания инновационных процессов и решения задач социально-экономического развития северных и восточных районов страны. Но достижения в освоении нефтегазовых ресурсов Арктики базируются на использовании зарубежного технологического и производственного опыта и не могут служить основой для перехода в активную стадию процесса освоения на других нефтегазовых месторождениях Арктического шельфа. Это говорит о том, что решения 1996 г. по созданию «промышленно-производственной базы...» так и остались решениями на бумаге.

37 Минэнерго РФ // http://minenergo.gov.ru/activity/energostrategy/ (дата обращения: 25.11.2014).

38 Сайт правительства Российской Федерации // http://правительство.рф/docs/22846/ (дата обращения: 25.11.2014).

39 Указ Президента РФ от 23 мая 1996 года № 765 (СЗРФ 96-22) «О создании промышленно-производственной базы по освоению углеводородных месторождений на континентальном шельфе Арктики».

58

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

Третий документ («Стратегия») характеризуется значительно большим прагматизмом; он ближе к упомянутым выше документам стратегического характера по Арктике ведущих стран региона. Его отличие — в нацеленности на «комплексное социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации», а также в более детально прописанных подходах к решению актуальных проблем Арктики. Не все из предлагаемых подходов (к решению экономических проблем освоения ресурсов Арктики) отличает прагматизм и понимание современных особенностей развития минерально-сырьевого сектора в мире. Например, в части нефтегазовых ресурсов (которые, кстати, упомянуты не в разделе целевых задач, а в разделе подходов к реализации Стратегии) отмечается необходимость формирования резервного фонда месторождений, гарантирующих «...устойчивое развитие ТЭКа в долгосрочной перспективе, в период замещения падающей добычи в районах традиционного освоения после 2020 года», а также развитие для освоения данных месторождений «наукоемкого сервисного комплекса». Если второе положение не вызывает возражений и вполне адекватно современным реалиям, особенно в связи с резким сокращением (из-за стремительного роста издержек) подлежащей распределению экономической ренты от освоения природных ресурсов, то второе явно не учитывает особенности динамики добычи углеводородов из новых источников (прежде всего сланцевой нефти и сланцевого газа)40. Именно последнее стало причиной очередной задержки проектов строительства газопровода из района дельты реки МакКензи (Канада) и газопровода в южном направлении (вместе со строительством мощностей по СПГ) с Северного склона штата Аляска (США).

К сожалению, и «Стратегия» носит декларативный характер и ориентирована на экономическое всесилие и всемогущество государства — программы, проекты на принципах частно-государственного партнерства составляют основу предлагаемого подхода. Для оценки успешности и результативности данного подхода в условиях современной России нельзя не вспомнить о муках рождения платформы (МЛСП) «Приразломная» для одноименного месторождения в Печорском море41.

Заметим, что вопросы управления недрами и формирования в арктическом нефтегазовом секторе привлекательной инновационно ориентированной среды полностью выпали из поля зрения авторов документа. 2020 год, когда должна начаться реализация проектов освоения шельфовых месторождений Арктической зоны Российской Федерации уже на пороге, а научно-технические и прочие заделы — практически на нулевом уровне. Одним вливанием государственных средств и подвижничеством руководства двух госкомпаний вряд ли можно сдвинуть дело с почти мертвой точки. Равно как и льготы сами по себе не являются стимулом и основанием для реализации долгосрочных и рискованных проектов. Увы, попытки конверсии, например, уникального про-

40 America's New Energy Future: The Unconventional Oil and Gas Revolution and the US Economy. Volume 1. National Economic Contribution// An IHS Report. 2012. October. 184 p.

41 Лунден Л., Фьортофт Д. Двадцать лет освоения, а нефти до сих пор нет: Приразломное — первый мучительный арктический шельфовый проект России // ЭКО. 2013. № 3. С. 57-77.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

59

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

изводственно-технологического комплекса «Севмаш» в целом так и не дали желаемых результатов (в силу принципиально иного профиля и иной направленности всей модели внутренней организации предприятия и подхода к выполнению заказов)42.

По ряду причин исторического и организационного характера в России приоритет отдается легко администрируемым процессам регулирования и управления. Поэтому и было принято решение о сокращении числа активных участников процесса освоения арктических нефтегазовых ресурсов. В 2008 г. приняты поправки в закон «О недрах», разрешающие добывать нефть и газ на шельфе только тем компаниям, в которых государству принадлежит более 50% акций и у которых есть не менее пяти лет опыта подобной добычи. Этим критериям соответствуют только ОАО «Роснефть» и ОАО «Газпром» (отдельным решением в порядке исключения для выполнения международного договора с Вьетнамом в список допущенных к шельфу включили ОАО «Зарубежнефть», которое занималось шельфовыми проектами за рубежом).

Декларированная необходимость ускоренного освоения ресурсов нефти и газа Арктического шельфа (их изучения и подготовки к следующей активной фазе — добыче) вошла в противоречие с закрепленным в законодательстве подходом. Ни финансовые, ни технологические, ни кадровые, ни организационные возможности российских компаний с государственным участием не позволяют сделать это в заявленные сроки (начиная с 2015 г., как отмечено в Энергетической стратегии) и с необходимым качеством. Неслучайно Минприроды РФ уже в конце 2012 г. стало «выражать обеспокоенность» аппетитами госкомпаний: «в случае удовлетворения заявок госкомпаний на лицензии (“Роснефть” претендует на 12 участков, “Газпром” — на 29) они получат до 80% перспективных участков шельфа сроком на 10 лет, а объемов геологоразведочных работ, на выполнении которых настаивает “Роснефть”, недостаточно для завершения регионального геологического изучения». Минприроды предложило госкомпаниям «сдавать в нераспределенный фонд для передачи частным инвесторам те участки, в которых они не заинтересованы»43. Увы, сдавать лицензии никто не стал. В результате ОАО «Роснефть» по состоянию на 1 января 2014 г. владело 46 лицензиями на поиск, разведку и добычу нефти и газа на шельфе РФ с суммарными извлекаемыми ресурсами более 45 млрд тонн нефтяного эквивалента.

Другое противоречие — отсутствие у компаний систематического опыта и практических навыков реализации крупных проектов на Арктическом шельфе. Поэтому компании с государственным участием пошли по пути заключения альянсов с ведущими зарубежными нефтегазовыми компаниями, имеющими и развитые технологические системы разработки месторождений в Арктике, и опыт работы в высоких широтах. Компания «Роснефть» подписала ряд соглаше-

42 Прохоров П. «Севмаш» подчинился Стокгольму // Эксперт. Северо-Запад. 2011. № 22 // http:// expertru/northwest/2011/22/sevmash-podchinilsya-stokgolmu/?n=87778 (дата обращения: 24.11.2014).

43 Кезик И. Шельф не отдадим // http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/375021/shelf_ne_ otdadim#ixzz2I9J9RiOl (дата обращения: 25.11.2014).

60

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

ний о стратегическом сотрудничестве на Арктическом шельфе — в 2011 г. с британской BP и с американской Exxon Mobil, а в 2012 г. — с норвежской «Статойл»44. Результатом сотрудничества с Exxon Mobil явилось то, что в уже в августе 2014 г. было начато бурение скважины «Университетская-1» в Карском море45.

Результаты подтвердили прогнозы нефтегазоносности восточной части Карского моря. Желание получить обнадеживающие известия было столь велико, что об открытии «уникального месторождения» (и ему было дано гордое и мно-гобещающее имя «Победа») объявили сразу же, как только был получен приток нефти46 (на практике это занимает несколько месяцев — данные проверяются и оцениваются различными группами экспертов, прежде чем делаются подобные заявления). По предварительным оценкам, ресурсная база выявленной первой ловушки составляет 338 млрд куб. м природного газа и 100 млн т нефти. Однако такая спешка и понятна, и обоснованна — слишком много усилий (прежде всего на межгосударственном уровне) было потрачено, чтобы запустить проект. Менее понятна спешка с реализацией проекта силами и при определяющем участии иностранных партнеров — и платформа West-Alpha, и команда специалистов были «зафрахтованы» за рубежом. К реализации проекта «Университетская-1» были привлечены многие иностранные компании: Exxon Mobil, Nord Atlantic Drilling, Schlumberger, Halliburton, Weatherford, Baker, Trendsetter, FMC.

Такой подход значительно снижает эффект от освоения месторождений Арктического шельфа с позиций преодоления имеющегося технологического отставания и формирования собственной наукоемкой и высокотехнологичной промышленности, ориентированной на реализацию сложных и уникальных проектов в высоких широтах. Увы, политическая ситуация — объявленные в отношении России санкции поставили под вопрос столь широкое сотрудничество с западными нефтяными и нефтесервисными компаниями. Поэтому «естественный ход событий» подтвердил необходимость научных исследований и создания и развития производственной базы для разработки, производства и эксплуатации уникальных технологических комплексов и систем47.

В 2014 г. было объявлено о создании, например, Арктического научно-проектного центра шельфовых разработок (в Санкт-Петербурге, под эгидой компании «Роснефть» и при участии Exxon Mobil), на Дальнем Востоке начата реализация проекта создания комплекса крупнотоннажного судостроения «Звезда». Однако, как отметил академик РАН В.М. Пашин (научный руководитель — директор ГНЦ РФ ФГУП «ЦНИИ имени академика

44 Соглашение о совместном участии в конкурсах на получение лицензий в норвежской части Баренцева моря и о совместной технической оценке трудноизвлекаемых запасов на территории России // http://www.rosneft.ru/news/pressrelease/21062012.html (дата обращения: 25.11.2014).

45 Путин дал старт разведочному бурению на платформе West Alpha в Карском море // Экономика и бизнес. 9 августа. 2014 г. // http://itar-tass.com/ekonomika/1370442 (дата обращения: 25.11.2014).

46 Арктическая победа: перспективы освоения шельфа северных морей. 16 октября 2014 г. // http:// glasru.ru/arkticheskaya-pobeda-perspektivyi-osvoeniya-shelfa-severnyih-morey/ (дата обращения:

25.11.2014).

47 Рогозин Д. Заглянем в бездну. Россия приступает к освоению гидрокосмоса на новом уровне // http://www.rg.ru/2014/03/14/rogozin.html (дата обращения: 25.11.2014).

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

61

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

А.Н. Крылова»)48: «Россия существенно отстает по общему уровню технологии и организации работ от мировых лидеров судостроения. В результате удельная трудоемкость производства в отрасли в 3-5 раз выше, а продолжительность постройки судов в 2-2,5 раза больше, чем у ведущих судостроителей. Такая ситуация сложилась практически еще в советское время и усугубилась из-за морально-физического износа основных фондов промышленности и длительного “режима выживания” без реальных действий по радикальной модернизации».

Это означает, что быстрых результатов с точки зрения развития специализированной отечественной промышленности (и следовательно, смежных отраслей и производств) ожидать не приходится. Увы, обсуждение проблем шельфа длится уже несколько десятков лет (начиная с создания компании «Росшельф» — см. выше), однако серьезных продвижений пока так и нет. Основным «движителем» является стремление компании «Роснефть» выявить крупные запасы углеводородов, чтобы продолжать делать то, что компания умеет делать, — осваивать крупные месторождения и использовать преимущества «экономии от масштаба». В России других неисследованных пространств, кроме шельфа, увы, не осталось. В то же время, например, в США и Канаде происходит стремительный разворот в сторону наукоемкой «модели» развития нефтегазового сектора в пределах ранее освоенных районов (в частности, в силу данного обстоятельства крупнейшие нефтегазовые компании США пошли на создание альянсов с «Роснефтью» — для них это шанс смягчить сложности «переходного периода»).

Из приведенных выше рассуждений и фактов следует, что по своему подходу Россия близка к маленькой (по численности населения) Гренландии. Россия ставит весьма остро и спешно вопросы освоения нефтегазовых ресурсов Арктического шельфа. Несомненно, при отсутствии серьезного практического опыта работы на шельфе вообще и в Арктике в частности скорой отдачи ждать не приходится. Под отдачей в данном случае следует понимать не столько объемы прироста запасов или добычи углеводородов, сколько получение системных социально-экономических эффектов (в виде развития машиностроения, роста квалификации и в целом уровня человеческого капитала, развития инфраструктуры и пр.). Если говорить о наличии сервисных и вспомогательных компаний, обеспечивающих реализацию сложных шельфовых проектов (и усиливающих мультипликативный эффект от их реализации), то о возможностях северных регионов европейской части России свидетельствуют следующие цифры (за 2006 г.):

- Архангельская и Мурманская области — население свыше 3 млн чел., число потенциальных поставщиков для участия в проектах по освоению шельфа арктических морей — менее 20 компаний;

- норвежская провинция Рогаланд (основной район обеспечения и сопровождения работ по нефти и газу на шельфе Северного моря) — население около 400 тыс. чел., число компаний-подрядчиков и поставщиков на шельф Северного моря — свыше 500.

48 Пашин В.М. Судостроение — базис морской деятельности // http://www.slaviza.ru/404-sudostroenie-bazis-morskoy-deyatelnosti.html (дата обращения: 24.11.2014).

62

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

Социально-экономическая отдача — сложно посчитать, еще сложнее получить

Любая хозяйственная деятельность, имеющая целью достижение политических, социальных и иных (не чисто экономических) результатов, в конечном счете оценивается системой финансово-экономических показателей, отражающих расход материальных, человеческих, природных, финансовых ресурсов в денежной форме. Только сопоставление целевых показателей с финансовоэкономическими позволяет оценить эффективность рассматриваемой хозяйственной деятельности. С экономической точки зрения освоение нефтегазовых ресурсов Арктики повлечет: а) повышенные издержки на учет особенностей поведения льдов и вечной мерзлоты в процессе сооружения и эксплуатации зданий и других объектов и б) удлинение научно-производственно-экономических циклов реализации проектов (необходимо заблаговременное изучение и создание специальной системы мониторинга).

В Институте экономики и организации промышленного производства СО РАН в течение длительного времени разрабатываются подходы к оценке крупномасштабных проектов с позиций их влияния на экономику отдельных регионов (для обоснования управленческих решений по развитию экономики регионов Сибири). В частности, в рамках проведенных пилотных исследований была поставлена задача определить роль каждого из нефтяных макрорегионов — шельф (включая Арктику), Западная Сибирь (освоение более глубоких горизонтов в районах традиционной добычи), Восточная Сибирь и Дальний Восток — в повышении эффективности использования денежных ресурсов страны.

Увы, по результатам расчетов в «план» решения задачи не вошел ни один вариант, ни по одному региону. То есть возможные направления увеличения добычи углеводородов в среднесрочной перспективе с учетом сроков строительства и освоения проектных мощностей, а также значительно более высоких удельных капиталовложений не приводят к увеличению эффективности использования финансовых ресурсов, измеряемой как маржа финансового сектора, образуемая за счет разницы в ценах их привлечения и размещения.

Расчетным путем был подтвержден вывод о том, что при существующих нормативных условиях (налогообложении, нормах возврата капитала, цене факторов производства и проч.), а также при действующей институциональной среде нефтегазовый сектор не приносит повышенной финансовой отдачи49. Результаты расчетов (по весьма сложной агрегированной модели анализа и прогнозирования денежных потоков в экономике) в целом показали, что для реализации полученного варианта развития необходимо привлечение «длинных денег». При этом важно рассматривать не только окупаемость конкретных проектов (она обеспечивается, как правило, за счет особых ценовых или налоговых условий), но и более широкую совокупность эффектов, которые порождают различные направления добычи углеводородов. Главное в реализации проектов в арктических регионах — не столько линейные, сколько синергети-

49 Кулешов В.В., Крюков В.А., Маршак В.Д. В какой системе координат оценивать альтернативы освоения углеводородных ресурсов Российской Арктики? // ЭКО. 2014. № 3. С. 5-26.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

63

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

ческие эффекты, обеспечивающие диверсификацию и создание условий устойчивого социально-эколого-экономического развития рассматриваемых регионов50. Решение данной задачи возможно только при условии: 1) развития форм прямого участия государства в проектах (широко используется в Норвегии); 2) формирования новой институциональной среды —«конфигурации» всей налоговой системы и ее переориентации на обложение экономических результатов деятельности компаний, в разрезе отдельных месторождений и объектов освоения и разработки; 3) привлечения иностранных партнеров и развития форм совместного осуществления проектов; 4) развития сервисного и наукоемкого поддерживающего сектора — начиная от науки и образования и заканчивая поддержкой малых и средних венчурных фирм и 5) преодоления препятствий для вхождения малых и средних инновационных и венчурных компаний в нефтегазовый бизнес (обратная сторона усиления вертикально интегрированных компаний — возрастание таких барьеров, крупные компании не заинтересованы в работе с мелкими венчурными подрядчиками из-за трудности администрирования и непредсказуемости результатов сотрудничества).

С учетом сегодняшнего технологического уровня отечественной промышленности и скорости реализации проектов по созданию собственных разработок и производств, локализация эффектов от освоения нефтегазовых проектов в Арктике и получение комплексного эффекта для всей отечественной промышленности вряд ли произойдут сами собой под влиянием «невидимых» рыночных сил. Опыт Норвегии и Канады, совершивших за последние десятилетия рывок в технологическом развитии и нефтегазовой отрасли и минерально-сырьевого сектора в целом (особенно при реализации проектов в высоких широтах), показывают необходимость последовательной научно-технической политики; ясной роли государства как регулятора технологического развития и как заказчика разработки новых технологических решений и инновационной наукоемкой продукции; прагматичного протекционизма в отношении местных промышленных, сервисных и инновационных компаний; разумной лицензионной политики, связанной с предоставлением прав пользования участками недр; эффективного антимонопольного регулирования и жесткого контроля со стороны государства за проектно-технологической сферой деятельности компаний, реализующих новые проекты в рамках процедур совместного участия.

В целом реализация новых проектов в минерально-сырьевом секторе в арктических широтах требует использования новых принципов разведки, добычи, эксплуатации и транспортировки полезных ископаемых. При этом должны быть воплощены в жизнь принципы и идеи устойчивого развития, что позволит не нарушать уникального биоразнообразия северных территорий, будет способствовать сохранению историко-культурного наследия и традиционного природопользования для коренных малочисленных народов Севера, а также обеспечит оптимизацию использования природных ресурсов при рациональном размещении объектов хозяйственной деятельности.

50 Крюков В., Севастьянова А., Шмат В. Нефтегазовые территории: как распорядиться богатством? Текущие проблемы и формирование условий долговременного устойчивого социально-экономического развития. Новосибирск. Тюмень, 1995. 370 с.

64

Выпуск 6 2014

В.А. Крюков

Система приоритетов развития Арктики многомерна и динамична. Безусловным приоритетом является сохранение уникальной природной среды и уникального биоразнообразия; обеспечение достойного уровня и качества жизни народам Севера и тем, кто связал с Арктикой свою судьбу. Не только реализация новых проектов, но и приведение в соответствие с требованиями времени ранее в спешке «освоенных и отвоеванных у Природы/Арктики территорий» (Норильский и Кольский горнопромышленные районы — пожалуй, самые неблагополучные в экологическом отношении во всей Арктике); аккуратное и вдумчивое отношение к разработке и реализации всех проектов — от инфраструктурных и до ресурсных. Принциальное условие всех проектов — соучастие и соуправление. Это условие касается не только местных сообществ, но также и региональных органов власти. Конкретные рамки реализации данных принципов — развитие системы широкомасштабных форм локализации эффектов от реализации всех проектов — как сухопутных, так и шельфовых, как стратегически важных, так и локально значимых. Лидером в Арктике является тот, кто обеспечивает растущую отдачу для общества и страны от того потенциала, которым располагает Арктика. Объемы и темпы к числу целевых приоритетов не относятся и служить мерилом успешности предлагаемой и реализуемой модели присутствия в Арктике в современном мире не могут.

Список используемых источников

1. Арктическая победа: перспективы освоения шельфа северных морей. 16 октября 2014 г. // http://glasru.ru/arkticheskaya-pobeda-perspektivyi-osvoeniya-shelfa-severnyih-morey/ (дата обращения: 25.11.2014).

2. Виноградова О. По ту сторону Арктики: Гренландия // Нефтегазовая вертикаль. 2014. № 12.

3. Кезик И. Шельф не отдадим // http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/375021/ shelf_ne_otdadim#ixzz2I9J9RiOl (дата обращения: 25.11.2014).

4. Прохоров П. «Севмаш» подчинился Стокгольму // «Эксперт Северо-Запад». 2011. № 22 // http://expert.ru/northwest/2011/22/sevmash-podchinilsya-stokgolmu/?n=87778 (дата обращения: 24.11.2014).

5. Конышев В.Н., Сергунин А.А. Арктические стратегии стран Северной Америки и Россия // Россия и Америка в XXI веке. 2011. № 2 // http://www.rusus.ru/?act=read&id=270 (дата обращения: 24.11.2014).

6. Крюков В. Добыче углеводородов — современные знания и технологии // ЭКО. 2013. № 8.

7. Крюков В.А. Примерная «Снегурочка». Норвежцы не боятся считать нефть и газ основой своего благосостояния // Нефть России. 2003. № 4.

8. Крюков В., Севастьянова А., Шмат В. Нефтегазовые территории: как распорядиться богатством? Текущие проблемы и формирование условий долговременного устойчивого социально-экономического развития. Новосибирск. Тюмень, 1995. 370 с.

9. Кулешов В.В., Крюков В.А., Маршак В.Д. В какой системе координат оценивать альтернативы освоения углеводородных ресурсов Российской Арктики? // ЭКО. 2014. № 3.

10. Лунден Л., Фьортофт Д. Двадцать лет освоения, а нефти до сих пор нет: Приразломное — первый мучительный арктический шельфовый проект России // ЭКО. 2013. № 3.

ПРОБЛЕМНЫЙ АНАЛИЗ И ГОСУДАРСТВЕННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЕ ПРОЕКТИРОВАНИЕ

65

Тема номера: «Российская Арктика: средоточие планов и проблем»

11. Мельников К. Китаю отольют «Роснефти». «КоммерсантЪ». 2 сентября. 2014 // http://www.kommersant.ru/doc/2557830 (дата обращения: 25.11.2014).

12. Минэнерго РФ // http://minenergo.gov.ru/activity/energostrategy/ (дата обращения:

25.11.2014) .

13. Невельский А. Shell приостанавливает проект по добыче нефти в Арктике. «Ведомости». 30 января. 2014 // http://www.vedomosti.ru/companies/news/22095661/shell-priostanavlivaet-proekt-po-dobyche-nefti-v-arktike#ixzz2sLL7QPyS (дата обращения:

25.11.2014) .

14. Пашин В.М. Судостроение — базис морской деятельности // http://www.slaviza. ru/404-sudostroenie-bazis-morskoy-deyatelnosti.html (дата обращения: 24.11.2014).

15. Петлевой В. «Норникель» обновляет стратегию. Ведомости. 19 мая.

2014 // http://www.vedomosti.ru/companies/news/26647191/nornikel-obnovlyaet-

strategiyu#ixzz34138Mwq0 (дата обращения: 24.11.2014).

16. Рогозин Д. Заглянем в бездну. Россия приступает к освоению гидрокосмоса на новом уровне // http://www.rg.ru/2014/03/14/rogozin.html (дата обращения: 25.11.2014).

17. Совет безопасности РФ // http://www.scrf.gov.ru/documents/98.html (дата обращения: 25.11.2014).

18. Терентьева А., Петлевой В. Никель и медь освободили от пошлин. Ведомости. 27 мая. 2014 // http://www.vedomosti.ru/companies/news/26998741/nikel-i-med-osvobodili-ot-poshlin#ixzz3411xZzF2 (дата обращения: 24.11.2014).

19. Указ Президента РФ от 23 мая 1996 года № 765 (СЗРФ 96-22) «О создании промышленно-производственной базы по освоению углеводородных месторождений на континентальном шельфе Арктики».

66

Выпуск 6 2014