Агглютинация и флективность в баскском языке и связанные с ними проблемы глоссирования полиперсональных форм

Н. М. Заика

Санкт-Петербург

АГГЛЮТИНАЦИЯ И ФЛЕКТИВНОСТЬ

В БАСКСКОМ ЯЗЫКЕ И СВЯЗАННЫЕ С НИМИ ПРОБЛЕМЫ ГЛОССИРОВАНИЯ ПОЛИПЕРСОНАЛЬНЫХ ФОРМ

Подавляющее большинство исследователей считают баскский язык1 агглютинативным2. Однако в баскском языке в значительной мере присутствуют элементы флективности.

Противопоставление агглютинативность / неагглютинативность. Если мы будем считать признаком неагглютинативности «отдельные, фонетически немотивированные аффиксы для разных корней (основ)», а признаком агглютинативности — соответствие одной грамматической категории одного аффикса (определение по [Касевич 1988: 152]), то мы обнаружим в баскском языке признаки и одного, и другого явления.

Так, например, агглютинативность проявляется в ряде глагольных субпарадигм, а неагглютинативность — в именном склонении: в показателях мн. ч. наблюдается омонимия, обусловленная морфологическим контекстом: в зависимости от падежа показатель множественного числа может выглядеть как -eta-, -e-, или как морфологический ноль.

Противопоставление флективность / нефлективность.

согласно определению, данному в [Касевич 1988: 153], «флективными являются аффиксы, благодаря которым форма входит по меньшей мере в две грамматические оппозиции, нефлектив-

1 Здесь и далее мы рассматриваем систему литературного баскского языка, за исключением особо оговоренных примеров.

2 Строго говоря, в баскском языке наблюдаются и некоторые черты изолирующих языков, такие как выражение грамматических значений последством служебных слов — вспомогательных глаголов. В нашей статье мы остановимся лишь на проявления агглютинации и флек-тивности в языке.

ные же обслуживают только одну оппозицию». В баскском языке встречаются случаи, когда одна морфема может содержать несколько граммем (например, персональные глагольные показатели).

В терминах противопоставлений по агглютинативности и флективности в баскском языке имеются все четыре вида аффиксов:

— нефлективные и агглютинативные (суффикс прошедшего времени -п);

— флективные и неагглютинативные (персональные показатели со значением абсолютива мн. ч. -tza-, первый из которых употребляется, например, в формах вспомогательного глагола и глагола ]акш 'знать', а второй — в формах глаголов екат 'приносить', егашап 'нести', егаЪШ 'употреблять');

— флективные и агглютинативные (суффикс эргативного показателя 1 лица ед. ч. ->, обслуживающий все глагольные лексемы);

— нефлективные и неагглютинативные (перфективные суффиксы 4, -п, -Ш и нулевой суффикс, распределение которых не обусловлено фонетически).

В связи с тем, что баскский язык не является ни последовательно агглютинативным, ни последовательно флективным и глагольные формы в нем отличаются высокой степенью нерегулярности, встает вопрос о том, сколько грамматических значений выражают морфемы, и об оптимальном способе их глоссирования. Естественным образом, чем больше показателей содержит глагол, тем труднее членение.

Мы коснемся проблем глоссирования полиперсональных форм вспомогательного глагола, связанных с префиксальными показателями в третьем лице.

Рассмотрим ряд форм вспомогательного глагола3.

3 В трехперсональных глагольных формах в баскском языке показатель абсолютива может стоять лишь в третьем лице. В этом случае мы говорим о согласовании по лицу (третьему) и числу, а не только по числу из системных соображений (те же префиксы с тем же грамматическим значением встречаются и в других субпарадигмах, например, у

71

Таблица 1. Настоящее время

Звё 1р1 2в§ 2р1 Зр1

^ й1о1 dizu1 dizue1 die1

Звё йИ й1о digu dizu dizue die

1р1 diogu dizugu dizuegu diegu

йюги diguzu diezu

2р1 й1йагие diozue diguzue diezue

3р1 й1йа1е dio1e digu1e dizu1e dizuete die1e

Таблица 2. Настоящее время

erg Звё 1р1 2р1 3р1

du1 га11и1 zaituztet ditut

Звё паи du gaitu га11и zaituzte ditu

1р1 dugu гак^и zaituztegu ditugu

паши duzu gaituzu dituzu

2р1 паигие duzue gaituzue dituzue

3р1 паи1е du1e gaituz1e zaituzte zaituztete dituzte

Из таблиц 1-4 видно, что в глагольных словоформах хорошо вычленяются суффиксальные показатели эргатива (-1-, -0-, ^и-, -ги-, -гие-, 4е-) и датива (-1>/-ёа-, -о-, ^и-, -ги-, -гие-, -е-) и ряд префиксальных показателей в прошедшем времени, а также показатели прошедшего времени -п и условного наклонения -ке-. Рассмотрим, какие грамматические значения можно приписать оставшимся после членения фрагментам (ё-, г-, 1-) и каким способом выражается в этих формах абсолютив (в настоящем времени) и эргатив (в прошедшем времени и в условном наклонении) третьего лица. Для этого проанализируем способы глоссирования в работах баскологов.

эргативно-абсолютивных глаголов, где возможны показатели абсолю-тива либого лица). В формах абсолютива множественного числа после корневой гласной -ь появляется показатель -гкь, ср. ё1о1 уб. Шгкю1.

72

Таблица 3. Прошедшее время (трехперсональные формы)4

\dat erg 1sg 3sg 1pl 2sg 2pl 3pl

1sg nion nizun nizuen nien

3sg zidan zion zigun zizun zizuen zien

1pl genion genizun genizuen genien

2sg zenidan zenion zenigun zenien

2\pl zenidaten zenioten zeniguten zenieten

3pl zidaten zioten ziguten zizuten zizueten zieten

Таблица 4. Условное наклонение

^\dat erg\ 1sg 3sg 1pl 2sg 2pl 3pl

1sg nioke nizuke nizueke nieke

3sg lidake lioke liguke lizuke lizueke lieke

1pl genioke genizuke genizueke genieke

2sg zenidake zenioke zeniguke zenieke

2pl zenidakete zeniokete zenigukete zeniekete

3pl lidakete liokete ligukete lizukete lizuekete liekete

Вообще говоря, при глоссировании не обязательно указывать всю грамматическую информацию. Часто правила глоссирования лишь подразумеваются, не эксплицируются. При анализе вспомогательный глагол может не переводиться поморфемно, а обозначаться как AUX или переводиться с известной долей приблизительности, например, на английский (is, has). В ряде работ в глоссах присутствуют наиболее важные, по мнению авторов, грамматические категории, ср. [Etxepare 2003: 3, 24, 26, 34, 39,

4 В прошедшем времени баскского глагола и производных от него формах, в том числе и условного наклонения, у трехперсональных и эргативно-абсолютивных форм с показателем абсолютива третьего лица порядок морфем отличается от порядка морфем в настоящем времени. Так, если в настоящем времени префиксальную позицию занимает абсолютивный показатель, в прошедшем — эргативный. В плане выражения префиксальные эргативные показатели в прошедшем времени сходны с абсолютивными показателями у абсолютивных глаголов в прошедшем времени.

73

51] AUX-I, AUX-T, AUX-I(ABS-DAT), AUX(DAT-ABS), AUX-DAT-ABS, AUX-I-DAT-ABS, AUX-DT для обозначения абсолютивных, эргатив-но-абсолютивных, абсолютивно-дативных и трехперсональных глаголов.

В синтаксических работах авторы часто указывают категории, не производя морфологического членения, ср.

1. [Etxepare 2005: 303]: dio 'AUX(3SINGE-3SINGD-3SINGA)'.

2. [Oyharçabal 2003: 224]: dizut 'AUX:1SG.3SG.2SG' (падежи понятны из контекста предложения — глосс именных групп).

3. [Oyharçabal 1993: 103]: dut '3SGA.AUX.1SGE'.

4. [Rebuschi 2003: 457]: du 'AUX:HE-HAS-IT'.

При морфологическом анализе рассматриваемых нами фрагментов d-, z-, l- им можно приписать как значение согласовательного показателя, так и значение времени или наклонения. Логически рассуждая, можно отметить, что эти два значения могут комбинироваться друг с другом.

I. Значение показателя третьего лица

1. [Coyos 2005: 78, 80, 82]: d-u-zu '3AB+ être+AL.RESP)'; z-e-n '3ABS+ être+ passé'; d-u '3ABS+ avoir/3ERG (0)'.

2. [Rebuschi 2004: 846]: d.i.z.ki.zu.gu 'it-i-PL.DF.you.we'5.

В пользу этого традиционного членения говорит сравнение членов некоторых субпарадигм (например, приведенной нами эргативно-абсолютивной), а также желание приписать оставшейся в результате выделения морфеме грамматическое значение, которое явным образом присутствует в словоформе.

II. Значение показателя времени или наклонения

1. [Etxepare 2003: 4]: d-i-o-t '0(3SING.ABS)-PRESENT-(PRE)DATIVE-3sing(dat)-1sing(erg)'.

5 В дальнейшем, Ребюски указывает, несколько противоречиво, что рассматриваемые нами показатели не являются персональными.

74

2. [Ormazabal-Romero 2007: 326]: d-i-da-zu 'PRES-AUX-1DAT-2ERG'.

3. [Oyharzabal 1993: 96] 0-dei-tz-o-zü-gü6 '3A-AUX-A.PL-3SGD-ALLOvouv-lPLE'.

4. [Elordieta 2001: 116, 127] 0-d-i-zki-zu-t '3A-PRES-root-PL-2D-2E'; d-i-o '3A-PRES-root-3D' (число персональных показателей в глоссах не указывается, а выводится из контекста).

5. [Ormazabal-Romero 2001: 231]: d-0-i-o-te 'PRES-3ABS-AUX-3DAT-PLERG'.

Одним их первых баскологов, приписавших этим морфемам значение времени / наклонения был Р. Траск. Согласно этой точке зрения, в формах прошедшего времени и условного наклонения появляется по два соответствующих категориальных показателя (z- и -n, l- и -ke- соответственно). Показатель абсолютива или эргатива третьего лица является нулевым, что встречается в полиперсональных языках, причем исследователи приписывают ему как крайнее левое положение (как и в других членах парадигмы), так и положение после показателя времени / наклонения.

III. Отсутствие значения

1. [Fernández 2001: 153]: d-o-s-t7 'ESPL-ERROA8-DM9-1D(3E)'.

В такой интерпретации в форме имеется нулевой показатель абсолютива третьего лица и нулевой показатель настоящего времени (и первое, и второе типологически вполне закономерно). Прошедшее время и условное наклонение маркируются один раз. Однако вряд ли можно считать достоинством морфологического членения наличие в словоформе двух нулевых морфем и одного сегмента без грамматического значения.

6 Диалектная форма.

7 Диалектная форма.

8 Корень.

9 Дативный маркер.

75

Мы предлагаем приписать рассматриваемым морфемам одновременно значения показателя абсолютива или эргатива 3 лица и времени / наклонения, что соотносится с тем, что баскский язык непоследовательно агглютинативен.

Итак, морфема d- выражает синкретично 3 лицо и настоящее время (d-i-zki-e-t 'A3PRS-3PERS-A.PL-D3PL-E1SG'), морфема z- — 3 лицо и прошедшее время (z-i-o-n 'E3PST-3PERS3[A.SG]-

D3SG[E.SG]-PST'), морфема -l--3 лицо и условное наклонение (l-

u-ke COND-E3SG.PST3[A.SG]-E/A-COND).

Список условных сокращений

1 — первое лицо, 2 — второе лицо, 3 — третье лицо, 3peps — трехперсональный тип спряжения, а, abs — абсолютив, allo — алло-кутивная форма, allovouv — аллокутивная форма высокого регистра, aux — вспомогательный глагол, cond — условное наклонение, d, dat — датив, e, erg — эргатив, e/a — эргативно-абсолютивный тип спряжения, pl — множественное число, pres, prs — настоящее время, pst — прошедшее время, resp — высокий регистр, sg, sing — единственное число.

Литература

Касевич В. Б. Семантика. Синтаксис. Морфология. М., 1988. Coyos J.-B. En basque // Typologie de la syntaxe connective. Rennes, 2005. Elordieta A. The Role of Verbal Agreement in Licensing Null Arguments // P. Albizu eta B. Fernández (arg.). Kasu eta komunztaduraren gainean. Bilbo, EHU. 2001.

Etxepare R. Number long distance agreement in (substandard) Basque // Lakarra J., Hualde J. I. (eds.). International Journal of Basque Linguistics and Philology (ASJU). Special volume in honor of Larry Trask. San Sebastián, 2005. Etxepare R. Valency and Argument Structure in the Basque Verb. Ms., 2003. http://artxiker.ccsd.cnrs.fr/docs/00/06/19/33/PDF/Valency-argument _structure.pdf.

Fernández B. Absolutibo komunstaduradun ergatiboak, absolutibo komun-staduradun datiboak: ergatiboaren lekualdatzetik datiboaren lekualdat-zera // P. Albizu eta B. Fernández (arg.). Kasu eta komunztaduraren gainean. Bilbo, EHU, 2001.

76

Ormazabal J., Romero J. A brief description of some agreement restrictions // P. Albizu eta B. Fernández (arg.). Kasu eta komunztaduraren gainean. Bilbo, EHU, 2001.

Ormazabal J., Romero J. The Object Agreement Constraint // Natural Language and Linguistic Theory, 2007. Vol. 25. № 2.

Oyhargabal B. Lexical causatives and causative alternation in Basque // Oy-hargabal B. (ed.). Inquiries into the lexicon-syntax relation in Basque. Universidad del País Vasco, 2003.

Oyhargabal B. Verb Agreement with Nonarguments: On Allocutive Agreement // Hualde J. I., Ortiz de Urbina J. (édt.). Generative Studies in Basque Linguistics. 1993.

Rebuschi G. Basque from a typological, dialectological and diacronic point of view // Roelke Th. (ed.). Variation Typology. Variationstypologie, Berlin—New York, 2004.

Rebuschi G. Basque Semi-Free Relative Clauses and the Structure of DPs // Lapurdum. Vol. VIII. Bayonne, 2003.

Trask R. L. Basque verbal morphology // Iker-I. Euskaltzaindia, Bilbo, 1981.

77