Методологические подходы к определению сущности субъекта экономического действия

УДК 330.331

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ СУЩНОСТИ СУБЪЕКТА ЭКОНОМИЧЕСКОГО ДЕЙСТВИЯ

© Л.В. Логинова

В статье исследуются методологические подходы к объяснению сущности субъекта экономического действия. Дается авторская трактовка субъекта экономического действия как индивидуального или коллективного носителя социально-экономического интереса, действующего с целью его реализации. Рассматриваются вопросы, связанные с определением индивидуального и коллективного субъекта экономического действия.

Ключевые слова: субъект экономического действия; индивидуальный субъект экономического действия; коллективный субъект экономического действия.

Вопрос о субъектах экономического действия имеет центральное значение для экономической социологии, т. к. выделяет главное - того, кто проектирует и осуществляет экономическое действие, а также влияет на него. Тем не менее данную проблему нельзя признать достаточно разработанной.

Во-первых, требует доработки категория субъекта экономического действия, которая трактуется неоднозначно, противоречиво. Поскольку наряду с понятием «субъект» применяются термины «агент», «актор», то необходимо определить их соотношение и взаимосвязь.

Во-вторых, на первый взгляд субъектом экономического действия выступает человек (индивид), носитель определенных экономических интересов, осуществляющий хозяйственную деятельность. Но при более глубоком анализе выясняется, что в экономические отношения вступают как отдельные индивиды, так и группы, организации, регионы, государства. При этом сохраняются разногласия в вопросе об индивидуальном и коллективном субъекте экономического действия. Поэтому требуется дополнительная аргументация для обоснования их места и роли в структуре экономического действия.

В-третьих, проблема экономического субъекта исследуется в теориях экономического человека и рационального выбора, представители которых объясняют поведение субъектов экономики, абстрагируясь от их социокультурного своеобразия, а также тех обстоятельств, в которых они функционируют. В этих условиях роль социологического анализа заключается в наделении абстрактных субъектов экономического действия

конкретными свойствами, характеризующими их социально-экономический статус, мотивы и интересы поведения, определенную определяющую качественную специфику экономического поведения, социокультурную и институциональную среду.

Для поиска ответов на поставленные вопросы необходимо проанализировать имеющиеся методологические подходы к анализу субъектов экономических действий.

Сущность субъекта экономического действия. К определению категории «субъект» в современной научной литературе существует несколько подходов.

Первый подход - эгоцентрически-рацио-налистический. При таком подходе субъект представляется как действующее лицо, способное осуществлять сознательный выбор стратегии своего поведения, это «источник целенаправленной активности, носитель предметно-практической деятельности, оценки и познания» [1]. В данном случае подчеркивается рациональность поведения субъекта. Так, например, Н.Н. Козлова и Н.М. Смирнова отмечают: «Субъект мыслит и познает, он действует рационально... Он познает объекты, из которых состоит внешний мир. Этот замкнутый человек (homo clauses), статическое «Я», которое пребывает в центре концентрических кругов, было ничем иным, как Эго познающего или стремящегося переделать мир интеллектуала... Субъект мыслится хозяином истории, который берет на себя ответственность за прошлое, настоящее и будущее» [2].

Второй подход - агентско-функциональ-ный. В соответствии с ним считается, что действующий субъект, «который функцио-

нирует в условиях жесткой заданности как цели своей деятельности, так и факторов ее достижения» [3] представляет собой экономического агента. При таком рассмотрении субъект превращается в атрибут функции. Он находится в подчиненном положении от «хозяина» («принципала», «доверителя»).

Возникают агентские отношения, означающие, что «доверитель (принципал) делегирует некоторые права (например, право использования ресурса) некоему агенту, обязанному в соответствии с формальным или неформальным контрактом представлять интересы доверителя в обмен на вознаграждение того или иного рода» [4]. Субъект-агент (управляющий) может предпринять действия против интересов доверителя, но за это будет наказан. Действия субъекта-агента, не соответствующие установленным правилам, возможны, но иррациональны. Здесь возникает проблема согласования интереса доверителя с личным интересом агента. С таким поведением можно столкнуться в практике, но оно не является общим правилом.

Третий подход - социологический. Здесь субъектом признается рядовой человек-актор. Необходимость введения понятия «актор» была обусловлена тем, что большинство членов общества требованиям эгоцентриче-ски-рационалистической теории субъекта не соответствует. Поэтому в социологии А. Турена, П. Бурдье, М. де Сото вместо категории «субъект» было использовано понятие «актор» для обозначения тех людей, которые, находясь на более низких ступенях социальной иерархии, своей повседневной деятельностью влияют на результат изменений в обществе.

В настоящее время категория «актор» трактуется по-разному.

Одни исследователи считают, что акторами определенных действий могут быть только часть субъектов. Например, Г.Г. Ди-лигенский понятие социального актора определяет как «добровольное и относительно устойчивое объединение тех или иных групп людей ради защиты общих интересов и ценностей, достижения общих целей» [5]. Он при этом подчеркивает, что «необходимым условием появления социальных акторов является развитие культуры участия - нормативных представлений и установок, стимулирующих стремление людей так или иначе

влиять на происходящее в социуме» [5]. Недостатком такого подхода является то, что из состава акторов исключается большое количество людей, действия которых носят хотя и осознанный, но индивидуальный характер и только группы, коллективы признаются подлинными акторами.

Другие авторы придерживаются мнения, что «отдельный человек может быть или не быть субъектом, но в любом случае - он актор, деятель» [2], т. е. свойством субъектно-сти обладают лишь некоторые акторы. При таком подходе актор рассматривается как субъект в конкретных социально-экономических условиях, с конкретным социальноэкономическим действием, элементарная частица общественной массы.

Третьи доказывают, что «субъект становится экономическим актором только по отношению к какому-либо действию (деятельности), актор же может рассматриваться как субъект лишь при наличии соответствующих характеристик сознания» [6]. В данном случае в качестве социальных акторов рассматриваются не только индивиды, но и организации, общности, партии, движения, объединения, т. е. все те, кто осознанно, исходя из своих интересов, оказывает влияние на те или иные процессы. Считается, что субъекты могут не быть акторами, а акторы в определенной ситуации могут не быть субъектами. При этом в состав субъектов экономического действия не попадают те, кто неосознанно в ходе повседневной экономической практики влияет на социально-экономические процессы.

Различие трактовок субъекта связано с тем, что данную категорию различные авторы рассматривают с различных сторон, сужая либо, наоборот, расширяя смысл данной дефиниции. В то же время возникает необходимость в синтезирующем подходе. Если же обобщить вышеперечисленные теоретические подходы, можно сделать вывод, что и актор, и агент являются характеристиками субъекта в узком смысле этого слова для разных социально-экономических условий.

Атрибутивной характеристикой социального субъекта является социальное действие, а экономического субъекта - экономическое действие. В основе концепции экономического действия лежит теория М. Вебера, который под экономическим действием понимал «цивилизованный (мирный) способ

контроля над ресурсами со стороны субъекта, который, осуществляя его, субъективно и сознательно ориентируется на соображения выгоды» [7]. При этом ключевыми свойствами экономического действия признавались такие, как сознательное стремление субъекта к выгоде, свобода выбора и легальность (легитимность) средств достижения целей. Но практика экономических действий показала, что часто экономические субъекты в своем поведении выбирают неправовые способы достижения своих эгоистических интересов, нарушая институциональные рамки, не принимая во внимание этические нормы. То есть стремление к максимизации получаемой выгоды (интереса) не обязательно реализуется посредством легитимных хозяйственных практик.

В рамках утилитаристского позитивизма В. Парето расширил поле социологического исследования субъекта экономического действия за счет анализа тех действий человека, например, институционального, экспрессивного, которые не всегда можно рационально объяснить. Подход В. Парето к исследованию субъекта экономического действия получил название логико-эксперемен-тальный. С точки зрения экономической социологии представляет интерес сформулированное В. Парето правило разумной достаточности в экономических действиях субъектов. Согласно данному правилу каждый субъект экономического действия является единственным оценщиком правильности своего выбора, что детерминировано институциональной и социокультурной средой.

По Парето субъект экономического действия в своем поведении индивидуализирует, приспосабливает под свои интересы известные традиционные модели поведения, сам оценивает степень их правильности и не всегда действует рационально. Но выбор субъекта экономического поведения, его интересы не поддаются научному объяснению. Этот недостаток был устранен Н.Д. Кондратьевым, который в рамках вероятностностохастического подхода дал социологическое обоснование субъекту экономического действия посредством выделения и объяснения слагаемых, в т. ч. неэкономических, из которых складывается экономическое действие [8]. Такое толкование субъекта экономического действия, на наш взгляд, является

наиболее продуктивным с точки зрения экономической социологии, поскольку позволяет расширить чисто экономический подход введением в анализ различных комбинаций поведенческих актов субъектов.

Оригинальный миросистемный подход к пониманию субъекта экономического действия представлен в работе Ф. Броделя «Время мира». Согласно этой теории субъекты экономического действия - это «множество людей и популяций, реализующих свои собственные жизненные и экономические интересы в рамках укоренившихся традиций и практик поведения, связанных с различными видами экономического обмена» [9]. При этом субъекты экономического действия (индивиды, группы, общины, профессиональные и сословные корпорации) дифференцированы и стратифицированы по этническим, религиозным, региональным, профессиональным и другим признакам, на основе которых реализуют свои интересы. Таким образом, этот подход позволяет стратифицировать субъектов экономического действия, показать их роль в социально-экономической системе в зависимости от статуса, выяснить способы согласования их интересов.

Широкое распространение в работах многих социологов получил деятельностный подход (Дж. Александер, М. Арчер, А. Гид-денс, П. Бурдье, Т. Заславская, П. Штомпка,

В. Ядов). В основе данного методологического подхода лежат следующие положения: 1) субъекты социального (экономического) действия осознанно либо неосознанно определяют логику социальных (экономических) изменений; 2) задача социолога заключается в выявлении и анализе реальных субъектов социальных (экономических) действий, в виде которых выступают социальные группы и общности, объединяющиеся с целью реализации интересов, в выявлении имеющихся у них для этого ресурсов, в раскрытии взаимодействия с институциональными структурами.

В рамках данного подхода считается необходимым знать социально-экономическую природу, количественный и качественный состав, механизмы функционирования непосредственных субъектов экономического действия. «Причем не только сознательно стремящихся к изменению общественного устройства, но и тех, которые, преследуя прагматический интерес, неосознанно содей-

ствуют изменению социальных практик, а через них и общественных институтов» [6]. Это будет способствовать выработке более эффективной социально-экономической стратегии развития, успешного внедрения инновационных институциональных замыслов в жизнь.

Обобщая подходы ученых к проблеме определения сущности субъекта экономического действия, на наш взгляд, можно дать следующую расширительную трактовку данной категории.

Субъект экономического действия - это индивидуальный или коллективный носитель социально-экономического интереса, действующий с целью его реализации, прямо или косвенно, осознанно или неосознанно оказывающий влияние на социально-экономические процессы в зависимости от своего статуса, институциональной и социокультурной среды.

Признаками субъекта экономического действия являются его ориентация на выгоду (интерес), непосредственное осуществление им экономического действия либо воздействие на него, детерминация институциональной и социокультурной средой, статусом.

Заметим, что в одних концепциях рассматривается индивидуальный субъект экономического действия (человек), а в других -коллективный (группа, общность, государство, общество в целом). Так, М. Вебер считал, что предметом исследования социологии выступают только индивидуальные субъекты, а не коллективные. Государство, хозяйственная организация с его точки зрения должны исследоваться лишь для того, чтобы объяснить действия отдельных людей, их составляющих. А в рамках структурного функционализма Т. Парсонса, напротив, индивид в качестве субъекта действия представлен «как элемент более общих структур, или систем действия, среди которых решающая роль отводится нормативным структурам» [10]. Н. Смелзер, развивая это направление, предметом исследования экономической социологии определил «отношения между экономическими и неэкономическими аспектами социальной жизни» [11]. В результате в теоретических конструкциях структурного функционализма человек исчезает. Поэтому следующая задача нашего анализа - уточнение сущности инди-

видуального и коллективного субъекта экономического действия.

Индивидуальный субъект экономического действия. Теория индивидуального субъекта экономического действия (человека) представлена в базовых моделях экономического и социологического человека. Мы не будем останавливаться на подробностях этих теорий, т. к. они детально описаны в ряде работ. Остановимся лишь на наиболее важных моментах, представляющих интерес с точки зрения нашего исследования.

Социологический человек - это индивид, следующий, подчиняющийся определенным нормам, иногда проявляющий в своих действиях непоследовательность, нерациональность, альтруизм или оппортунизм. Здесь придается преимущественное значение социальным факторам и недоучитываются экономические факторы. А экономический человек, наоборот, - это рациональный, изобретательный, оценивающий и максимизирующий индивид, «который эгоцентрически без каких либо чувств ненависти, любви, реализует свои представления о выгоде и поддерживает с себе подобными лишь эквивалентно-ценностные отношения» [12].

В. Автономов выделил шесть компонентов модели экономического человека: выбор, предпочтения и ограничения, оценивание, принятие решения на основе собственных предпочтений, ограниченность информации и рациональность [13], которые являются взаимодополняемыми. Субъект экономического действия признается разумным (рациональным), если максимизирует удовлетворение от присвоения потребительских благ. При этом рациональность определяется с позиций методологического индивидуализма, суть которого заключается в том, что все общественные явления выводятся из анализа решений и действий отдельных индивидов. Но при этом возникает проблема установления соотношения между принципом методологического индивидуализма и анализом репрезентативного экономического субъекта.

На наш взгляд, ограниченность концепции экономического человека заключается в том, что здесь не учитывается сложность и многогранность внутренней природы человека, его зависимость от морально-этических норм. В реальности человек в своем поведе-

нии проявляет в сочетании рациональные и иррациональные начала.

На основе модели экономического человека была построена теория «человеческого капитала» (Г. Беккер, Э. Денисон, Т. Шульц, Дж. Минцер, Л. Хансен), доказывающая, что в условиях информационного общества человек становится носителем «человеческого капитала». Г. Беккер, оставаясь на рыночноцентрических позициях, отмечал, что «экономический подход является всеобъемлющим, он применим ко всякому человеческому поведению» [14]. Эта парадигма признает, что человек - это субъект некоторых экономических отношений, различающихся исторически, но не принимает во внимание то обстоятельство, что человек может быть участником не только репродуктивного, но и творческого труда.

Чисто экономический подход к анализу человека и его роли в экономических отношениях был расширен в рамках институционально-психологического подхода в трудах Т. Веблена, В. Парето, Й. Шумпетера,

В. Зомбарта, Дж.М. Кейнса. Так, Т. Веблен отстаивал точку зрения, что капиталистическая деятельность, обусловлена «хищническим инстинктом» представителей господствующего класса. По теории В. Парето «комбинационный инстинкт» обеспечивает успех всех преуспевающих людей, которых он отнес к «элите» общества. Й. Шумпетер делил предпринимателей по степени готовности идти на риск на новаторов и рутинеров. Ю. Ольсевич, развивая данный подход, отстаивает точку зрения, что, в зависимости от изменений природных, технологических и общественно-исторических явлений, «ме-

няться способны не только привычки, но и отдельные устойчивые характеристики «внутренней» психики людей. В зависимости от условий, в которых протекают генезис и эволюция конкретной нации, в психике ее членов могут усиливаться одни черты и ослабевать другие, появляются некоторые специфические характеристики. Но эти изменения происходят крайне медленно и требуют смены ряда поколений» [15]. Ю. Ольсевич обосновывает, что тип психики человека зависит от структуры других врожденных и воспитанных потребностей и предопределяет различные типы предпринимателей, и делает вывод, что в современном обществе на смену

«капиталиста хищника», открыто не подчиняющегося государству, приходит «капиталист-оппортунист», формирующий прибыль, например, за счет теневого оборота, недооценки труда.

Мы считаем, что социальное и экономическое являются неотделимыми и взаимообусловленными. Поэтому современное понимание индивидуального субъекта деятельности, логики его поведения в экономике должно быть основано на междисциплинарном подходе, обобщающем результаты исследований в этой области философии, социологии, экономической теории, психологии и представлено в модели социальноэкономического человека. На этой основе уже строят свои модели человека многие исследователи. Например, С. Линденберг - модель 8Я8М, то есть «человека социализированного, исполняющего роль, подвергаемого санкциям», а У. Меклинг предложил модель КИЕЕММ, т. е. «человека, обладающего ресурсами, действующего в условиях ограничений, изобретательного, оценивающего, максимизирующего» [16].

Синтезирующую роль в построении модели социально-экономического человека как индивидуального субъекта экономического действия должна выполнять философская модель, согласно которой человек рассматривается в единстве внутренней природы и внешних характеристик, когда определение человека дается через призму сущности и существования. «Индивидуальная и общественная жизнь человека не являются чем-то абсолютно различным, хотя и имеют различные, относительно самостоятельные формы развития и проявления. Вопрос об индивидуальности человека можно научно решить только исходя из неразрывного единства общего, особенного и единичного» [17], «в единстве его индивидуальных свойств (единичное) и его социальных ролей (общее)» [18].

Индивидуальный субъект всегда двойственное существо. С одной стороны, человек -духовное существо и не является пассивным рефлексом природного и социального кругооборота, а с другой стороны, он погружен в природный мир, сам - часть этого мира, т. е. разделяет его судьбы, смертен [19]. Но человек не должен забывать свое предназначение как разумного существа. Разумность - сущ-

ностная характеристика человека. Инстинктивное изменяется в человеке под влиянием разумного, становится рационально объяснимым. В свою очередь, сознательное органично продолжает структуры инстинктивного в своей сфере, способствует развитию духовного в таком направлении, в котором бы человек и человечество в целом не теряли бы инстинкта самосохранения.

Рассматривая модель индивидуального субъекта действия в общекультурном контексте, следует подчеркнуть, что его духовная сторона проявляется в разумном, моральном и эстетическом поведении и при рациональном выборе предполагает движение к таким высшим человеческим ценностям, как истина, добро и красота, которые «живут только своим союзом» [20]. При этом истина в социальной жизни выступает, во-первых, в разумности смысла жизни и, во-вторых, в разумности путей и средств реализации своих интересов. Для человека в социокультурном смысле «жизнь имеет смысл, когда, направленная на достижение высшего блага, она в то же время утверждает интересы каждого отдельного человека. ... Это проявляется в бережном отношении к природе, осознании человеком себя как ее части и тем самым внесении в нее смысла, установлении отношений сотрудничества, кооперации и здоровой конкуренции меду людьми, ориентации на подлинно культурные ценности, понимании бытия каждого человека как органической части Универсума» [21].

В сравнении с таким подходом модель экономического человека выглядит как «изолирующая абстракция».

Итак, индивидуальный субъект экономического действия - это отдельный человек в единстве его индивидуальных свойств (единичное) и его социальных ролей (общее), осуществляющий экономическую деятельность с учетом субъективных и объективных социально-экономических интересов, а также представлений, которые он имеет о своих интересах и интересах других людей в определенных условиях социокультурной и институциональной среды. Это может быть и предприниматель, и наемный работник.

В современной экономике индивидуальный субъект экономического действия выступает как субъект деятельности, в т. ч. и творческой; субъект экономических отноше-

ний, которые различаются исторически; носитель «человеческого капитала», различающийся по социально-экономическому статусу разных социальных групп; создатель институтов; личность с особой культурой, нравственностью, действующий в особой национальной, культурной, исторической среде [22]. При этом индивидуальные субъекты экономических действий, реализуя свои интересы, способствуют как индивидуальным, так и коллективным изменениям.

Коллективный субъект экономического действия. Коллективистский подход в понимании субъектов экономического действия показывает необходимость и возможность исследования социально-экономических действий в системе хозяйственной жизни общества и тех хозяйствующих субъектов, которые их реализуют.

При определении коллективной субъ-ектности разными исследователями существует несколько подходов [23].

Первый подход развивает маржиналист-скую теорию распределения. Так, О. Уильямсон указывает на несимметричность распределения информации между акционерами и менеджерами, которые в этих условиях могут отстаивать интересы не только акционеров, но и свои собственные (оппортунистическое экономическое действие). В результате целевая функция организации существенно отклоняется от максимизации прибыли, включая в себя в той или иной форме параметры благосостояния самих управляющих. На этом пути заинтересованные стороны (акционеры, менеджеры, рядовые работники, государство, поставщики и потребители) выступают как группы давления, а интерес фирмы - как взвешенная сумма интересов групп давления.

В такой концепции коллективная субъ-ектность выступает как сумма индивидуальных (групповых) субъектностей, индивидуальные субъектности рассматриваются как качественно однородные (суммируемые), а веса определяются на основе предельного соотношения сил групп давления (у Уильямсона - на владении информацией).

Этот подход просматривается и в рамках поведенческой теории (теория ограниченной рациональности Г. Саймона). Здесь с сильным нормативным уклоном в анализе коллективная субъектность ставится в полную

зависимость от интересов участников группы, которая действует по определенным правилам. На основе эмпирических исследований Г. Саймон разработал алгоритмы принятия «правильных» решений разными фирмами. То есть данный подход требует внешнего заданного критерия - «правильность (эффективность) решения» и носителя этого «правильного» интереса внутри фирмы. «Критерий эффективности, - пишет Г. Саймон, -это приближенное выражение критерия рациональности при принятии решений. Суждение о том, какой выбор эффективен, как и суждение о том, какой выбор рационален, всегда делается относительно проводимых в жизнь ценностей. Поэтому, когда измеряется и оценивается эффективность, надо знать, какие и чьи ценности максимизируются. Определив их, мы можем определить, как измерить степень достижения этих ценностей» [24]. Таким образом, в данной концепции проблема рациональности экономических действий группы ставится в зависимость от реальных экономических действий индивидуальных субъектов.

Второй подход представлен в модели «путешественники в одной лодке» Н. Моисеева и теореме Коуза. Субъекты совместных экономических действий имеют наряду с индивидуальными интересами общий интерес («доплыть до берега»). При определенных условиях участники коллективного экономического действия способны достичь совместного решения, при котором участник - нарушитель общественного соглашения («безбилетник») несет потери в первую очередь, что гарантирует соблюдение коллективного соглашения. Новым в этой теории является аксиоматическое полагание общего интереса, хотя присущего каждому участнику коллектива. Тем не менее «договор коллективной безопасности» на основе теоремы Коуза о перераспределении внешних издержек и выгод между участниками коллектива модифицирует индивидуальные интересы, и в этой ситуации коллективная целевая функция не может рассматриваться как сумма индивидуальных интересов.

Третий подход развивается в рамках концепции «философия фирмы» (Р. Акофф, Д. Поспелов, П. Анохин, И. Шмальгаузен). В соответствии с данным подходом наиболее преуспевающими фирмами становятся те,

которые используют не денежные, а моральные стимулы, воспитывают у сотрудников преданность общему делу. В данном случае индивидуальное экономическое поведение сотрудников формируется в зависимости от явно выраженных целей всего коллективного субъекта экономического действия. Поведение фирмы становится действительно целенаправленным: существует явно выраженная цель субъекта и управление осуществляется «по рассогласованию», с учетом отклонений от «модели потребного будущего».

В социологии данная проблема решается в теории усредненного субъекта действия Г.В. Осипова. «Социальные действия, - пишет Г.В. Осипов, - специфика которых обусловлена индивидуальными особенностями и жизненными обстоятельствами совершающих их людей, характеризуется случайной величиной. Эти случайные величины в совокупности образуют некую среднюю равнодействующую величину. Она определяется суммой случайных величин - индивидуальных социальных действий личностей, имеющих общие основные признаки, и выражает определенную степень их отношений совпадения (рассогласования) между индивидуальными и социальными целями общества, выступая как форма проявления социального закона. Каждая «индивидуальная величина» входит в среднюю равнодействующую и как таковая оказывает на нее влияние. В то же время она «отклоняется» от средней равнодействующей, а та в свою очередь отклоняется от абсолютных требований данного социального закона» [25].

Действительно, индивидуальный субъект экономического действия по своим социально-экономическим характеристикам отличается от модели усредненного субъекта. Но эти индивидуальные особенности нивелируются при анализе конкретного коллективного субъекта экономического действия. И если, например, представить действие социального закона графически в виде прямой, то мы увидим набор разных средних равнодействующих «индивидуальных величин», отклоняющихся от основной линии. Г.В. Осипов предложил алгоритм определения средней равнодействующей и степени ее отклонения от требований того или иного социального закона, который включает: 1) установление направленности действий сходных

групп людей в одинаковых условиях; 2) выявление системы социальных связей, рамками которых эта деятельность обусловливается; 3) определение степени повторяемости и устойчивости социальных действий и взаимодействий групп личностей в условиях данной социальной системы функционирования [26]. Таким образом, репрезентативность субъекта экономического действия оценивается на основе выявления общих черт поведения людей, формирования усредненной модели агрегированных субъектов при условии разнообразия объектов отбора.

Итак, одни исследователи субъектов экономического действия, являясь приверженцами методологического индивидуализма, объясняют экономическое поведение исключительно на уровне индивидов, другие свои исследования строят, основываясь на принципе методологического коллективизма, включая в субъектную структуру экономического действия различные общности людей.

На наш взгляд, рассмотренные подходы к построению модели субъектов экономического действия не взаимоисключают друг друга, они составляют единство, которое необходимо учитывать в социологической теории субъектов экономического действия. По данному поводу Ю.М. Резник пишет: «Человек во многом ушел из содержания социальной науки, и в этом есть косвенная вина социальной теории. Как известно, некоторые ее представители (Т. Парсонс, Н. Луман и др.) вынесли человека и личность за рамки социальной системы. Теперь же, когда многими учеными осознается неразрывная связь общества с природой, а общество трактуется также как социоприродный феномен, пора, наконец, признать, что человек и общество находятся в одном ряду эволюции и на одном уровне развития» [27].

Как известно, социальная природа человека проявляется в том, что он «является не просто разумным, но и еще общественным существом, живущем не изолированно, а в обществе себе подобных. Наличие общественной стороны человеческой сущности наряду с индивидуальной доказывается самим фактом объединения людей в разные социумы... начиная с семьи и объединений по интересам и заканчивая государством и мировым сообществом» [28]. При этом, как справедливо указывал Г. Зиммель, «добровольно

или недобровольно, но член малой группы сплавляет свои интересы с интересами совокупности, и, таким образом, не только они делаются его интересами, но и его интересы становятся ее интересами» [29].

Субъектов экономического действия следует выделять в более целостном виде. Мы считаем, что суть вопроса состоит в том, что человека и коллектив невозможно отделить друг от друга. Так, Л. фон Мизес в построении своей теории человеческой деятельности основывался на том, что «коллектив не существует вне деятельности отдельных членов» [30]. В тоже время он признавал, что «в области человеческой деятельности реально существуют общественные образования», «нации, государства, муниципалитеты, партии являются реальными факторами, определяющими ход человеческих событий» [30].

Универсальным коллективным субъектом является общество «в том смысле, что в нем объединены субъекты всех других уровней, люди всех поколений, что вне общества нет и не может быть никакого познания и практики» [1]. Общество «есть форма совместного существования людей» [27]. В то же время оно как субъект реализует свои возможности лишь через деятельность индивидуальных субъектов, т. к. «все действия производятся индивидами. Коллектив не существует вне деятельности отдельных членов» [30].

Таким образом, коллективный субъект экономического действия - это социальная группа, общность, осуществляющая целенаправленные экономические действия с целью реализации коллективного интереса через совместные действия индивидуальных субъектов.

Наряду с индивидуальными субъектами, активными субъектами экономической деятельности становятся корпорации со своими корпоративными интересами, корпоративной этикой, организационной культурой, мини-институциональной средой, региональные (местные) сообщества со своими региональными (местными) интересами, местной культурой, особенностями институциональной среды.

Итак, в качестве субъектов экономического действия выступают самые разнообразные социальные образования, носители

интересов: отдельные индивиды, социальные группы, сообщества-фирмы, местные и региональные сообщества, сообщества-нации. Современная экономика не может функционировать без коллективов и организаций, в которых действия осуществляются индивидами.

1. Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М., 1996. С. 187.

2. Козлова Н.Н., Смирнова И.М. Кризис классических методологий и современная познавательная ситуация // Социологические исследования. 1995. № 11. С. 18-19.

3. Кузьминов Я., Бендукидзе К., Юдкевич М. Как наука о рынках становится наукой об обществе // Вопр. экономики. 2005. № 12. С. 67.

4. Эгертсон Т. Экономическое поведение и институты. М., 2001. С. 55.

5. Дилигенский Г.Г. К проблеме социального актора в России // Куда идет Россия? Власть, общество, личность / под общ. ред. Т.И. Заславской. М., 2000. С. 410-411.

6. Заславская Т.И. Современное российское общество: социальный механизм трансформации. М., 2004. С. 277-278; 267.

7. Weber M. Economy and Society: An Online of Interpretive Sociology. Berkeley, 1978. V. 1. P. 63.

8. Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. М., 1991. С. 113.

9. Верховин В.И., Зубков В.И. Экономическая социология. М., 2002. С. 23-28.

10. Радаев В.В. Экономическая социология. М., 2000. С. 43.

11. Smelser N. The Sociology of Economic Life. Englewoord Cliffs; Prentice-Hall, 1963. P. 2.

12. Вайзе П. Homo economicus и homo logicus: монстры социальных наук // Thesis. 1993. Вып. 3. С. 117.

13. Автономов В. Модель человека в экономической науке СПб., 1997. С. 10-11.

14. Беккер Г. Экономический анализ и экономическое поведение // Thesis. 1993. Вып. 1, т. 1.

С. 29.

15. Ольсевич Ю. Экономическая теория и природа человека: становится ли тайное явным // Вопр. экономики. 2007. № 12. С. 28.

16. Meckling W. Values and the Choice of the Model of the Individual in the Social Sciences. Schweeizerische Ztschr, 1976. Bd. 112. S. 545555.

17. Спасибенко С.Г. Общее и индивидуальное в социальной структуре человека // Соц.-гум. знания. 2001. № 3. С. 96.

18. КонИ.С. Социология личности. М., 1967. С. 7.

19. Бердяев Н. Философия неравенства. М., 1990.

С. 49; 56-57.

20. Соловьев В. Соч.: в 2 т. М., 1988. Т. 2. С. 305.

21. Тутов Л., Шаститко А. Экономический подход к проблемам организации знаний о человеке // Вопр. экономики. 2002. № 9. С. 50.

22. Бузгалин А., Колганов А. Человек, рынок и капитал в экономике XXI века // Вопр. экономики. 2006. №3. С. 127.

23. Песчерских Н. Проблема субъекта эволюционной экономики // Вопр. экономики. 2002. № 2. С. 123-125.

24. Саймон Г. Менеджмент в организациях. М., 1995. С. 263-264.

25. Социология / руковод. авт. кол. Г.В. Осипов. М., 1990. С. 41.

26. Осипов Г.В. Теория и практика социологических исследований в СССР. М., 1979. С. 205.

27. Резник Ю. М. Социальная теория и теоретическая социология на пути интеграции. URL: http://2008.isras.ru/files/File/Socis/2007-9/reznik. pdf. Загл. с экрана.

28. Князев Ю. Индивидуализм и коллективизм -противоречивые начала личности и общества // Экономист. 2008. № 6. С. 40.

29. Зиммель Г. Социальная дифференциация: социологические и психологические исследования // Западно-европейская социология XIX - начала XX в. М., 1996. С. 327.

30. Мизес Л. фон. Человеческая деятельность: трактат по экономической теории. М., 2003.

С. 43, 93.

Поступила в редакцию 12.01.1009 г.

Loginova L.V. Methodological approaches to defining of the essence of the subject of economical action. Methodological approaches to explanation of the essence of the subject of economical action. Author’s interpretation of the subject of economical action as an individual or collective bearer of social and economic interest operating for the purpose of its realization is given. Some issues related with definition of an individual and collective subject of social and economic action are considered in the article.

Key words: a subject economic action; individual subject of economic action; a collective subject of economic action.