Выходной билет дорожает

Вслед за ужесточением условий для входа в процесс банкротства физических лиц власти задумались над соответствующими поправками для компаний. Дискуссия ведется вокруг трехкратного повышения планки долга, по достижении которой может быть возбуждено производство о банкротстве,— со 100 тыс. до 300 тыс. руб. Банкирам мало и миллиона.

О наличии обсуждения повышения планки задолженности юрлиц для инициирования их банкротства свидетельствует ответ Банка России на запрос Ассоциации региональных банков. На днях он был опубликован на ее сайте. В ответ на доводы банкиров о том, что установленная ст. 6 общего закона о банкротстве сумма 100 тыс. руб. "значительно отстала от жизни", "не соответствует экономической ситуации в стране", и о "необходимости увеличения суммы до 1 млн руб.", в ЦБ указали на дискуссию вокруг проекта поправок в закон о банкротстве. В ней речь зашла о повышении планки со 100 тыс. до 300 тыс. руб.

Идея, судя по письму, возникла в ходе одного из заседаний рабочей группы по развитию законодательства в банковской сфере при общественном совете Минфина. Триггером для ее возникновения, скорее всего, стало обострение дискуссии о пороге банкротства физических лиц летом 2013 года, указывают источники "Ъ", знакомые с ее ходом. Как сообщал "Ъ" 12 июля, в правительство был направлен доработанный депутатами проект соответствующих поправок, в котором пороговую сумму входа в банкротство для физлиц предлагалось увеличить с 50 тыс. до 300 тыс. руб. "Очевидно, что меньший порог для юрлиц как минимум нелогичен",— говорит один из собеседников "Ъ".

По результатам совещания рабочей группы в числе прочих была оформлена и направлена на согласование, в том числе в ЦБ, и поправка по увеличению порога входа в банкротство для юрлиц на уровне 300 тыс. руб. Как указано в ответе ЦБ банкирам, "предложения были в целом поддержаны" мегарегулятором. Повышение же до 1 млн руб., о котором просят банкиры, по мнению ЦБ, хоть и "заслуживает внимания", но "требует дополнительного обоснования". Пока рабочая версия нового порога долга для банкротства юрлиц — 300 тыс. руб.

По сведениям "Ъ", в случае согласования она может быть внесена ко второму чтению поправок в закон о банкротстве (ожидалось их принятие в осеннюю сессию). Впрочем, в последнее время законодательный процесс малопредсказуем — так, недавно совершенно неожиданно не были внесены в Госдуму уже согласованные Минфином и ЦБ поправки по ограничению ростовщических ставок банков по потребкредитам (см. "Ъ" от 14 ноября). "А учитывая, что нет окончательной определенности и с планкой по банкротству физлиц, активно обсуждать планку по юрлицам преждевременно,— говорит один из собеседников "Ъ".— Идея появилась, но я бы не сказал, что она в активной фазе".

Теоретически повышение порога призвано сократить возможности недобросовестных должников-юрлиц использовать банкротство как узаконенный способ не платить по долгам, в том числе создавая фиктивные задолженности. Впрочем, даже если планка 300 тыс. руб. и устоит, радикально ситуацию это не изменит, единогласны банкиры. "Изменение порога для инициирования банкротства компаний со 100 тыс. до 300 тыс. руб. не будет иметь принципиального значения для кредиторов",— считает советник первого зампреда Номос-банка Анатолий Предтеченский. "То, что власти задумались о проблеме недобросовестных должников,— момент положительный, но для собственника, которому есть что прятать, это довольно маленькая сумма, как, впрочем, и миллион рублей",— согласен глава департамента управления правовыми рисками Росбанка Александр Чугин. "На рынке известны случаи, когда компании в целях реализации преднамеренного банкротства, образовывали задолженность, исчисляемую сотнями миллионов долларов, например, используя вексельные схемы",— добавляет партнер компании "Яковлев и партнеры" Игорь Дубов.

Впрочем, у повышения планки есть и негативный для кредиторов момент. "В случае, например, с небольшими корпоративными заемщиками ждать до тех пор, пока объем задолженности составит 300 тыс. руб., и только потом обращаться в суд может быть рискованно, так как за это время собственности у заемщика может уже не оказаться",— отмечает глава юридического департамента Юникредит-банка Наталия Окунева.