Перспективы кластерного развития инновационной экономики регионов

ИННОВАЦИИ И ИНВЕСТИЦИИ

УДК 658.14/17

ПЕРСПЕКТИВЫ КЛАСТЕРНОГО РАЗВИТИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКИ РЕГИОНОВ

A. С. ВОРОНОВ, преподаватель кафедры

общего менеджмента и предпринимательства E-mail: avoronov@mesi.ru Московский государственный университет экономики, статистики и информатики

B.Н. КРУГЛОВ,

доктор экономических наук, доцент, профессор кафедры экономики E-mail: vladkaluga@yandex.ru Институт управления, бизнеса и технологий

Совершенствование инструментов инновационного развития экономики является в настоящее время одним из наиболее актуальных и востребованных направлений отечественной науки. Именно данному направлению - в части анализа перспектив кластерного развития инновационной деятельности регионов - и посвящено исследование. Анализируется эффективность деятельности инновационных кластерных образований различных регионов Российской Федерации. На базе системного, комплексного, ситуационного и процессного подходов рассматриваются и интерпретируются полученные результаты как в экономическом, так и в социальном аспектах. Изучаются формы и методы государственного регулирования инновационного развития территориальных кластеров в целях получения синергетического эффекта. Представлены прогнозные значения возможного экономического роста в данном направлении.

Ключевые слова: кластер, регион, оптимизация, конкурентоспособность, федеральные целевые программы, софинансирование, синергетический эффект, макроэкономика, НИОКР, интегратор

Феномен концентрации на ограниченной территории компаний одной отрасли (или образующих единую производственную цепочку) исследовал и впервые назвал «экономическим кластером» гарвардский профессор и экономист Майкл Портер еще в 1980-е гг. Кластеризацию он определил как один из важнейших способов повышения конкурентоспособности бизнеса за счет оптимизации производственных цепочек. При этом резиденты одного кластера находятся друг с другом в сложных отношениях: с одной стороны, налицо элементы симбиоза и разделения труда, с другой - конкуренция и соперничество [1, с. 294].

В советскую эпоху в нашей стране плановым образом было создано немало промышленных кластеров (так называемых «территориально-производственных комплексов» - ТИК). Однако к инновационным кластерам административный порядок формирования в корне неприменим. Должна присутствовать инициатива, прежде всего предпринимательских структур [3, с. 198].

В 2012 г. премьер-министр РФ утвердил перечень из 25 отобранных по конкурсу территорий, на которых при поддержке государства будут формироваться инновационные территориальные кластеры. Денег на это из федерального бюджета предполагалось отпускать по 5 млрд руб. в год на протяжении 5 лет. Однако впоследствии сумма уменьшилась до 1,3 млрд руб. [2, с. 344]. Но и эти деньги государство собиралось выделять с важной оговоркой: сам регион должен подтвердить значимость кластера для территории не только на словах, но и на деле -путем софинансирования из своего бюджета.

Деньги, если делить на всех, небольшие. Поэтому претендентов поделили на две группы: 13 кластеров могут претендовать напрямую на финансовую помощь, остальным достанется помощь опосредствованная. Минэкономразвития России рассчитывает, что свою лепту в поддержку развития кластеров внесут другие министерства, кроме того, какое-то финансирование можно привлечь в рамках федеральных целевых программ (например, ФЦП по развитию инновационной инфраструктуры). Все 25 территорий должны стать приоритетными в реализации непрограммной части федеральной адресной инвестиционной программы [5, с. 217]. Необходимо, чтобы проекты, значимые для развития регионов, получили синергетический эффект от работы всех программ поддержки, существующих в различных министерствах [6, с. 373]. Можно выделить некоторую группу эффективно действующих инновационных кластеров в регионах в настоящее время (см. таблицу) [13].

В то же время следует признать, что кластерная политика развития лежит в русле большого тренда -децентрализации экономики страны. Когда стало понятно, что экономические ресурсы «ровным слоем» на всю страну не распределить, возникла потребность определить точки роста, вокруг которых по отраслевому или же региональному признаку могли бы формироваться конкурентные компетенции [7, с. 378].

С точки зрения государственного управления с кластером как макроэкономической единицей гораздо легче иметь дело, чем с разрозненными игроками (конкретными предприятиями, НИИ, вузами), требующими иногда точечной поддержки: можно сразу думать о развитии целых территорий, их жесткой и мягкой инфраструктуре (при единственном условии, что кластер - не полностью искусственное образование, которое придумано, чтобы получить бюджетные средства).

Кластерные территории роста на инновационной основе в РФ

Кластер Объем инновационной продукции, млрд руб. в год

Инновационный территориальный кластер ядерно-физических и нанотех-нологий в г. Дубне 37,3

Биотехнологический инновационный территориальный кластер Пущино 30,0

Кластер «Зеленоград» 7,1

Кластер фармацевтики, биотехнологий и биомедицины (г. Обнинск) 1,7

Саровский инновационный кластер 40,0

Кластер медицинской, фармацевтической промышленности, радиационных технологий (Санкт-Петербург) 3,6

Кластер энергоэффективной светотехники и интеллектуальных систем управления освещением (Республика Мордовия) 17,0

Камский инновационный территориально-производственный кластер Республики Татарстан 293,7

Инновационный территориальный аэрокосмический кластер Самарской области 48,6

Кластер «Физтех XXI» (г. Долгопрудный, г Химки) 130,9

Фармацевтика, медицинская техника и информационные технологии Томской области 9,8

Инновационный кластер информационных и биофармацевтических технологий Новосибирской области 10,5

Эксперты аналитического центра МСП Банка в конце 2012 г. проанализировали заявки, которые российские территории - кандидаты на поддержку государства - представили на конкурс Минэкономразвития России (всего их было 94). Большую часть образований (включая отобранные в итоге 25), по их мнению, в лучшем случае можно назвать «про-токластерами», а не «кластерами», если исходить из классической дефиниции [8, с. 60].

Да и сами участники «списка двадцати пяти» соглашаются с тем, что называть их кластерами можно пока с большой натяжкой. В основном в наличии лишь некоторое ядро, вокруг которого развивается какая-то инновационная активность по коммерциализации технологий. Таким ядром может выступать вуз, научный центр или крупное наукоемкое предприятие. Характерный пример

кластера, который образовывается вокруг большой науки, - это Биотехнологический инновационный территориальный кластер Пущино [9, с. 321].

Этот город - уже вполне сложившийся научный бренд, где компактно проживают примерно 30% ученых, специализирующихся в области биологических технологий. Потенциал такого ядра очевиден, однако у этой территории существуют ограничения: на ней нельзя развивать производственные компании, поскольку город расположен на территории заповедника. Свое развитие этот кластер видит в экстерриториальности, открывая филиалы в регионах. Самому же городу в этих планах отводится роль центра НИОКР для всего кластера.

При этом университет рассматривается только как один из важных элементов кластера, который обеспечивает территорию кадрами и добавляет ей конкурентоспособности. Хотя, конечно, бывают исключения, когда университет выступает самоценным ядром (например, Оксфорд, в котором сконцентрировано большое количество образовательных денег) [10, с. 386]. В любом случае кластер -это не только ядро, но и обширная «периферия», состоящая из множества компаний малого и среднего бизнеса.

По мнению экспертов, единственное, чего категорически нельзя делать, так это создавать кластеры на пустом месте - там, где инициатива предпринимателей подменяется инициативой чиновников. И в этом смысле показательны наблюдения участников конкурса Минэкономразвития России: на защиту заявок приезжали в основном чиновники, а многие проекты составлялись профессиональными консультантами, и это сразу бросалось в глаза.

Новосибирский кластер - один из немногих в стране, сложившийся самопроизвольно, исходя из потребностей самих рыночных игроков ИТ-сектора. Управляет кластером некоммерческое партнерство, которое появилось еще в 2001 г. Но только практически через два года руководители ИТ-компаний осознали, что сообща они могут получать и выполнять проекты, с которыми по отдельности не справилась бы ни одна из компаний [11, с. 127].

Проблема отрасли, которая также объединила игроков, заключается в том, что чуть ли не 70% ИТ-рынка сконцентрировано в Москве, там же работают и крупные системные интеграторы. Эти компании не занимаются разработкой продуктов: проект дробится на части и отдается на аутсорсинг

в регионы. Поэтому в Новосибирске создали своего интегратора, который будет добывать крупные заказы для всего кластера. С одной стороны, созданная компания позволит зарабатывать средства участникам кластера, с другой - до половины полученной прибыли, согласно договоренности, будет идти на развитие кластера.

Интегратор пока делает самые первые шаги, и на первом же проекте столкнулся с целым пластом организационных проблем: внутренняя конкуренция, необходимость определения правил игры, сроки выполнения работ и т. д. Однако главным является то, что у резидентов кластера есть прекрасный коммерческий стимул для решения всех этих проблем.

Для привлечения зарубежных инвесторов региональные власти зачастую снижают для них налоги, тарифы и т.п., а это, в свою очередь, снижает бюджетную эффективность инновационных проектов. На глобальном уровне такая конкуренция между странами напоминает ценовые войны по Бертрану, в результате чего выгода от размещения производства в данной стране или регионе становится неочевидной.

Поэтому представляется, что при создании кластеров следует руководствоваться прежде всего социальными соображениями. И в первую очередь следует обеспечить высокую оплату занятости высококвалифицированных работников. Получая высокие доходы, характерные для успешно работающей высокотехнологичной промышленности, они могут сами вносить существенный вклад в налоговые сборы, а не требовать дотаций на свое обеспечение. Успешно работающая высокотехнологичная и наукоемкая промышленность, с одной стороны, нуждается в высоком качестве поселенческой среды в регионе для удержания высококвалифицированных работников, с другой - сама способствует повышению качества жизни.

Создание в России высокотехнологичных производств целесообразно лишь при условии обеспечения их глобальной конкурентоспособности и достижения значимой доли мирового рынка. Только в этом случае обеспечивается высокая средняя производительность труда и, следовательно, уровень доходов, достаточный для устойчивого воспроизводства физического капитала и кадрового потенциала [12, с. 65].

Впрямую копировать удачные примеры невозможно, ведь все зависит от особенностей террито-

рии. Поэтому потребности кластеров даже одной и той же специализации могут заметно разниться. Например, если взять биофармацевтическую отрасль и посмотреть на различные региональные кластеры, то можно увидеть совершенно разные модели. Так, в Калуге основной целью кластера является привлечение профильных инвесторов, поэтому там значительную роль играют региональные власти, а основной функцией кластера является девелопмент [5, с. 216].

В Москве значимой точкой роста кластера является зона НИОКР, поэтому там фокусируются на управлении научными проектами, на взаимодействии с малыми научными группами. Санкт-Петербургский кластер свою роль видит в формировании партнерских отношений между отечественными инвесторами и городскими властями для реализации конкретных проектов.

В 2008 г. на территории Санкт-Петербурга фармацевтические производства нуждались в сопровождении инвестиционных проектов. Для этого они сначала объединились на неформальном уровне, а в дальнейшем организовали некоммерческое партнерство, которое должно было стать посредником между ними и городом, также заинтересованным в подобной площадке.

Несмотря на большую разнородность кластеров, общих проблем у них довольно много. Прежде всего - кадровая проблема (в самом широком смысле), начиная с дефицита людей, которые могли бы профессионально управлять развитием самого кластера, и кончая специалистами, нужными для компаний-резидентов.

Как видно на примере Оксфордского кластера, очень важно, кто выступает неформальным или формальным «вожаком» на территории: формальный чиновник или неформальный бизнесмен. Проблема самоорганизации в настоящее время стоит на первом месте, необходимо, чтобы появлялись команды, драйверы процесса, люди, которые действительно болеют за свой регион.

Проблема нехватки специалистов острейшим образом стоит почти перед всеми кластерами. В Новосибирске сейчас около двух тысяч вакансий в области ИТ. Поэтому кластер активно взаимодействует с вузами, а в средних общеобразовательных учебных заведениях даже инициировали программу подготовки специалистов, которые могли бы работать в ИТ-сфере без высшего образования: кодеров, системных администраторов, тестеров, технических

писателей т.д. Однако «закрепление на территории» молодых людей весьма проблематично, и хорошие кадры уезжают. Причем не в Москву, а за границу. Совершенно очевидно, что никакая кластерная политика не позволит развиваться территориям, если людям не предложить здесь высокого качества жизни. Поэтому в уже существующей программе развития существует проект кластерного городка.

В своей кластерной политике государство идет по проторенной дороге: субсидии на программы развития, поддержка со стороны институтов развития и федеральных целевых программ, которые предполагают в основном строительство инфраструктуры, а также налоговые льготы для резидентов «Сколково».

Однако больше всего вовлеченных в процесс интересует, каким образом государство намерено стимулировать участие крупных госкомпаний в деятельности территориальных кластеров. По мнению их резидентов, слабый внутренний спрос на инновационную продукцию - одна из основных проблем развития малых и средних инновационных компаний. Необходимо создать адекватную систему мониторинга кластерных инициатив. И в идеале - отслеживать в режиме реального времени динамику роста кластерных образований, а также анализировать ситуации, препятствующие их развитию [6, с. 372].

Такая практика уже существует в Европе, где в 2007 г. была образована Европейская система наблюдения за развитием кластеров (The European Cluster Observatory). Это онлайн-платформа, которая обеспечивает единый доступ к информации о кластерах и кластерной политике в европейских государствах. В рамках этой системы создан инструмент картографирования кластеров, позволяющий отслеживать статистику занятости и результативность деятельности около двух тысяч кластеров в 32 странах Европы.

Отслеживать же эффективность кластерной политики намного сложнее из-за отложенного эффекта. В ближайшем будущем, по мнению ряда экспертов, основным критерием оценки эффективности кластеров будет служить степень их самоорганизации [4, с. 29].

Кластеры должны показать свою внутреннюю конгруэнтность, внутри них должны восстановиться гармония и спокойствие, чтобы чужеродные друг другу элементы почувствовали синергию от своего объединения.

В этом случае у компаний - участников кластеров возникает множество точек пересечения. Это можно наблюдать на примере Поволжского автомобильного кластера, являющегося по-своему преемником советского территориально-промышленного комплекса, выросшего вокруг Волжского автозавода. Перед предприятиями кластера стоит ряд во многом близких задач: повышение качества, снижение затрат, развитие инжиниринга.

Все эти факторы определяют конкурентоспособность как отдельных предприятий, так и кластера в целом. Тем не менее предприятия, в отличие от плановой экономики СССР, работают в условиях рынка и в ряде случаев жестко конкурируют за заказы (к примеру, того же ОАО «АвтоВАЗ»). В рамках кластерной инициативы эти предприятия зачастую выступают как конкуренты, но почти всегда имеют широкие сферы партнерства.

Необходимо отметить, что ни в одной из стран постсоветского пространства реализовать теорию кластеров в полной мере пока что не удалось. Да и существующие европейские кластеры далеко не всегда успешны. В России же ожидать положительного эффекта еще сложнее. Хотя бы потому, что обычно отрасли, для которых формируется кластерная политика, не обладают конкурентными преимуществами. Поэтому попытка с помощью политического решения создать эти преимущества выглядит довольно нелепо. Ведь бизнес зарождается и развивается там, где создаются для этого надлежащие условия.

Список литературы

1. Васильева Н.А., Круглое В.Н. Инвестиционное обеспечение инновационного развития региона // Аудит и финансовый анализ. 2013. № 1. С.292-297.

2. ВасильеваН.А., Круглое В.Н. Экономические и социальные аспекты реализации приоритетных национальных проектов в регионе (на примере Калужской области) // Аудит и финансовый анализ. 2013. № 3. С. 336-351.

3. Воронов А.С. Выявление факторов, отрицательно влияющих на формирование региональной инновационной устойчивости: материалы кон-

ференции: Международная научно-практическая конференция «Ценности и интересы современного общества». Ч. 1 / Московский государственный университет экономики, статистики и информатики. М., 2013. 308 с.

4. Воронов А.С. Социально-экономические факторы инновационного развития регионов // Экономика, статистика и информатика. Вестник УМО.

2012. № 6-2. С. 29, 30.

5. Кластеры / Российская кластерная обсерватория. URL: http://cluster.hse.ru/clusters/ (дата обращения: 26.04.2014).

6. Критская С.С., МолчановаЕ.В., КлочковВ.В. Моделирование инновационных процессов в регионах. Региональные инновационные системы: анализ и прогнозирование динамики: материалы Шестнадцатых Друкеровских чтений / под ред. P.M. Нижегородцева / Южно-российский государственный технический университет. Новочеркасск,

2013. С.214-218.

7. Круглое В.Н. Создание и деятельность аграрных и индустриальных парков как основа инновационного развития регионов РФ // Аудит и финансовый анализ. 2011. № 2. С. 369-375.

8. Круглое В.Н., Леонтьева Л.С. Проблемы инновационного развития малого бизнеса в Российской Федерации // Аудит и финансовый анализ. 2013. № 3. С. 374-379.

9. Круглов В.Н. Модель открытых инноваций как инструмент развития российской экономики // Региональная экономика: теория и практика. 2011. № 41. С. 59-62.

10. Круглов В.Н. Приоритетные национальные проекты: динамика развития и опыт внедрения //Аудит и финансовый анализ. 2012. № 1. С. 319-337.

11. Круглов В.Н. Инновационное развитие сектора АПК РФ как залог обеспечения продовольственной национальной безопасности // Аудит и финансовый анализ. 2011. № 6. С. 382-389.

12. Петухов Н.А. Региональный аспект инновационной активности предприятий // Исследования и инновации. 2013. № 2. С. 120-131.

13. Ульянова Н. Все по местам! // Калужский бизнес-журнал. 2013. № 10. С. 64-69.

Regional economics: theory and practice Innovation and investment

ISSN 2311-8733

PROSPECTS OF CLUSTER DEVELOPMENT OF REGIONS' INNOVATION ECONOMY

Aleksandr S. VORONOV, Vladimir N. KRUGLOV

Abstract

Improvement of instruments for innovation development of the economy is one of the most actual and required directions of the domestic science nowadays. The prospects of cluster development of innovation activity of regions are studied in the research work. The authors analyze the activity efficiency of innovation cluster formations of various regions of the Russian Federation. On the basis of system, complex, situational and process approaches, the authors consider and interpret the received results both in economic and social aspects. The paper deals with forms and methods of government regulation of innovation development of territorial clusters to receive synergetic effect. The article presents some expected values of possible economic growth in a required direction.

Keywords: cluster, region, optimization, competitiveness, federal target programs, joint financing, synergetic effect, macroeconomics, research and development, integrator

References

1. Vasil'eva N.A., Kruglov V.N. Investitsion-noe obespechenie innovatsionnogo razvitiya regiona [Investment ensuring of innovation development of a region]. Audit i fmansovyi analiz - Audit andfinancial analysis, 2013, no. 1, pp. 292-297.

2. Vasil'eva N.A., Kruglov V.N. Ekonom-icheskie i sotsial'nye aspekty realizatsii prioritetnykh natsional'nykh proektov v regione (na primere Ka-luzhskoi oblasti) [Economic and social aspects of implementation of priority national projects in the region (the case of the Kaluga region)]. Audit i fmansovyi analiz - Audit andfinancial analysis, 2013, no. 3, pp. 336-351.

3. Voronov A.S. [Identification of factors which are negatively influencing formation of regional innovation stability]. Vyyavlenie faktorov, otritsatel'no vliyayush-chikh naformirovanie regional'noi innovatsionnoi us-

toichivosti: materialy konferentsii: Mezhdunarodnaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya "Tsennosti i interesy sovremennogo obshchestva", Chast' 1 [Proc. Int. Sci. and Practical Conf. "Values and Interests of Modern Society", Part 1]. Moscow, Moscow State University of Economics, Statistics and Informatics, 2013,308 p.

4. Voronov A.S. Sotsial'no-ekonomicheskie fak-tory innovatsionnogo razvitiya regionov [Socio-economic factors of innovation development of regions]. Ekonomika, statistika i informatika. Vestnik UMO -Economy, statistics and informatics.. UMO bulletin, 2012, no. 6-2, pp. 29, 30.

5. Klastery [Clusters]. Available at: http://cluster. hse.ru/clusters.

6. Kritskaya S.S., Molchanova E.V., Klochkov V.V. [Modeling of innovation processes in regions. Regional innovation systems: analysis and dynamics forecasting]. Modelirovanie innovatsionnykh protsessov v re-gionakh. Regional'nye innovatsionnye sistemy: analiz iprognozirovanie dinamiki: materialy Shestnadtsatykh Drukerovskikh chtenii [Proc. 16th Drukerovsky readings]. Novocherkassk, Southern Russian State Technical University Publ., 2013, pp. 214-218.

7. Kruglov V.N. Sozdanie i deiatel'nost' agrarnykh i industrial'nykh parkov kak osnova innovatsionnogo razvitiia regionov RF [Formation and activity of agrarian and industrial parks as the basis of innovation development of the regions of the Russian Federation]. Audit i finansovyi analiz - Audit and financial analysis, 2011, no. 2, pp. 369-375.

8. Kruglov V.N., Leont'eva L.S. Problemy in-novatsionnogo razvitiia malogo biznesa v Rossiiskoi Federatsii [Problems of innovation development of small business in the Russian Federation]. Audit i fi-nansovyi analiz - Audit and financial analysis, 2013, no. 3, pp. 374-379.

9. Kruglov V.N. Model' otkrytykh innovatsii kak instrument razvitiya rossiiskoi ekonomiki [A model of open innovation as an instrument for development of the

Russian economy]. Regional 'naya ekonomika: teoriya i praktika - Regional economics: theory and practice, 2011, no. 41, pp. 59-62.

10. Kruglov V.N. Prioritetnye natsional'nye proekty: dinamika razvitiya i opyt vnedreniya [Priority national projects: dynamics of development and experience of introduction]. Audit i fmansovyi analiz - Audit and financial analysis, 2012, no. 1, pp. 319-337.

11. Kruglov V.N. Innovatsionnoe razvitie sektora APK RF kak zalog obespecheniya prodovol'stvennoi natsional'noi bezopasnosti [Innovation development of a sector of the agrarian and industrial complex of the Russian Federation as a pledge of ensuring of food national security]. Audit i finansovyi analiz - Audit and financial analysis, 2011, no. 6, pp. 382-389.

12. Petukhov N.A. Regional'nyi aspekt inno-vatsionnoi aktivnosti predpriyatii [A regional aspect

of innovation activity of enterprises]. Issledovaniya i innovatsii - Research and innovation, 2013, no. 2, pp.120-131.

13. Ul'yanova N. Vse po mestam! [All hands to quarters ! ]. Kaluzhskii biznes-zhurnal - Kaluga business journal, 2013, no. 10, pp. 64-69.

Aleksandr S. VORONOV

Moscow State University of Economics, Statistics and Informatics, Moscow, Russian Federation avoronov@mesi.ru

Vladimir N. KRUGLOV

Institute of Management, Business and Technology, Kaluga, Russian Federation vladkaluga@yandex.ru