ЯЗЫКОВАЯ СПОСОБНОСТЬ КАК ФАКТОР КОММУНИКАТИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ В ИНТЕРНЕТ-ПРОСТРАНСТВЕ: ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

АПФ&ПЛ

Тематический выпуск

ПРИКЛАДНАЯ ЛИНГВИСТИКА: СОВРЕМЕННЫЕ РАКУРСЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

CIP&PL

APPLIED LINGUISTICS: MODERN RESEARCH AREAS AND PERSPECTIVES

http://philjournal.ru 20022 No 2 1665-176

интернет-лингвистика

INTERNET language STuDIES

Оригинальная статья УДК 81

DOI: 10.29025/2079-6021-2022-2-166-176

Языковая способность как фактор коммуникативного поведения в интернет-пространстве:

экспериментальное исследование

Д.Р. Абдульмянова

Московский городской педагогический университет,

129226, Российская Федерация, Москва, 2-й Сельскохозяйственный проезд, 4; ORCID ГО: 0000-0001-8579-7343

Резюме: В статье рассматривается возможность описания языковой способности как одного из ключевых адаптационных механизмов участника коммуникативного взаимодействия в интернет-коммуникации. Теоретическую базу исследования сформировала аутопоэтическая теория, опора на которую позволяет моделировать интернет-коммуникацию как взаимодействие между участником коммуникативного взаимодействия и его средой. Как представляется, процесс адаптации, его направленность и характер во многом определяются адаптационными механизмами, которые задействует участник коммуникативного поведения, в частности, языковой способностью. Получая стимулы от среды, коммуникант выбирает стратегию ответной реакции в зависимости от выстроенной ею иерархии факторов, затем задействует один или несколько адаптационных механизмов для ее реализации. Языковая способность участника коммуникативного взаимодействия играет значимую роль как в процессе восприятия и понимания исходного сообщения, так и при формулировании ответного речевого действия, ввиду чего представляется релевантным изучить особенности поведения субъектов коммуникативного поведения с заданным уровнем языковой способности и выявить закономерности их коммуникативного поведения. В настоящей статье выдвигается рабочая гипотеза о влиянии языковой способности на восприятие и дальнейшее поведение участников интернет-общения, описывается проведенный эксперимент, направленный на выявление специфики влияния языковой способности на коммуникативное поведение. В экспериментальном исследовании приняли участие русскоязычные билингвы и носители английского языка. В ходе исследования были выявлены некоторые особенности влияния уровня языковой способности на восприятие и понимание исходного сообщения, а также на выбор стратегии для ответной реакции. Выявленные различия представляются культурно-обусловленными, что подтверждает выдвинутую гипотезу и выступает в качестве основания для дальнейшего изучения этого вопроса.

Ключевые слова: теория аутопоэза; коммуникант; коммуникативное поведение; интернет-коммуникация; адаптация; языковая способность; эксперимент.

Для цитирования: Абдульмянова Д.Р. Языковая способность как фактор коммуникативного поведения в интернет-пространстве: экспериментальное исследование. Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2022. № 2. С. 166-176.

* © Абдульмянова Д.Р., 2022.

Q I This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License https://creativecommons. org/licenses/by/4.0/

Original Paper

DOI: 10.29025/2079-6021-2022-2-166-176

Linguistic Capacity as a Factor of Communicative Behavior in the Internet Space: the Findings of Experimental Research

Diana R. Abdulmianova

Moscow City University,

4 2nd Sel'skokhozjajstvennyj Proezd, Moscow, Russian Federation, 129226;

ORCID ID: 0000-0001-8579-7343

Abstract: The paper focuses on the potential of linguistic capacity as one of the key adaptive mechanisms of a communicant in the Internet-mediated communication. The methodological platform of the research is the autopoiesis theory developed by Chilean scientists U. Maturana and Fr. Varela which allows to model communication as an interaction between a communicant and his/her niche. It seems that the process of adaptation, its orientation and nature are primarily determined by the adaptive mechanisms that a communicant employs such as linguistic capacity. Receiving stimuli from the niche, a communicant chooses a response strategy in terms of the hierarchy of factors, and then uses one or more adaptive mechanisms to implement it. Linguistic capacity of a communicant plays a significant role both in the process of perception and understanding of the original message, and in the formulation of a response. Within this format, it seems relevant to study the features of communicants' behavior with a certain level of linguistic capacity and identify plausible patterns of their communicative behavior. This paper puts forward a hypothesis about the influence of linguistic capacity on the perception and further communicants' behavior, dwells on an experimental research aimed at identifying the specifics of the influence of linguistic capacity on communicative behavior. The participants of this experimental study are Russian-speaking bilinguals and native English-speakers. The study has unveiled some features of the influence of the level of linguistic capacity on the perception and understanding of the original message as well as the choice of a strategy for a response. The revealed discrepancies appear to be culturally-based which confirms the hypothesis and acts as a basis for further investigation.

Keywords: theory of autopoiesis; communicant; communicative behavior; Internet-mediated communication; adaptation; linguistic capacity; experiment.

For citation: Abdulmianova D.R. Linguistic Capacity as a Factor of Communicative Behavior in the Internet Space: the Findings of Experimental Research. Current Issues in Philology and Pedagogical Linguistics. 2022, no 2, pp. 166-176. (In Russ.).

введение

Коммуникация представляет собой один из наиболее сложных объектов научного анализа, поскольку обладает комплексной природой. Для полноценного описания коммуникативного взаимодействия необходимо учитывать то, что это и физическое, и биологическое, и лингвистическое, и психологическое, и социальное явление. Именно поэтому коммуникация всегда интересовала представителей разных наук: философии, лингвистики, психологии, социологии, физики и др.

Сегодня большая часть общения происходит в виртуальном пространстве, обладающим рядом особенностей и открывающим новые возможности выстраивания коммуникативного взаимодействия [1]. Как известно, коммуникация в интернет-пространстве представляет собой особый формат коммуникативного взаимодействия ввиду того, что коммуникация может выстраиваться нелинейно, вовлекать неограниченное количество коммуникантов, а также иметь отсроченный характер. Принимая во внимание гибкость и нелинейный характер данного процесса, представляется релевантным учитывать свойство континуальности при анализе интернет-коммуникации.

Особый интерес для исследователей представляет изучение особенностей компьютерного дискурса, в частности, реализуемого на форумах и в чатах, поскольку их анализ дает наиболее полное представление о характере взаимодействия коммуникантов в интернет-пространстве [2; 3; 4]. Языковая способ-

ность, представляющая собой владение языковыми и речевыми инструментами коммуникации [5: 143], играет важную роль в общении и детерминирует то, каким образом осуществляется коммуникативное взаимодействие на форуме. Она не только задает рамки восприятия исходного сообщения, но и определяет дальнейшее поведение коммуниканта: реакцию на внешние импульсы, выбор стратегии поведения и формулирование ответной реплики [6]. Ввиду многогранности виртуального пространства изучение зависимости поведения участника интернет- взаимодействия от уровня его языковой способности в реальных условиях (например, с опорой на метод наблюдения) представляется непродуктивным - ученый неизбежно столкнется с большим количеством иных факторов, оказывающих влияние на поведение коммуниканта.

Цель статьи

Целью настоящего исследования является изучение языковой способности как ключевого фактора, определяющего коммуникативное поведение участников интернет-форумов и требующего применения разного рода адаптационных механизмов, и выявление специфики ее влияния на коммуникативное поведение участников социального взаимодействия.

Изучение влияния степени сформированности языковой способности коммуникантов на понимание текста и выстраивание ответного комментария представляется целесообразным в формате эксперимента, в котором задействованы носители английского языка и носители русского языка, владеющие английским языком как иностранным на уровне не ниже С1 в соответствии с общеевропейской системой оценки знания иностранных языков.

обзор литературы

Языковая способность представляет собой одно из центральных понятий психолингвистики и неразрывно связана с коммуникацией. Отечественный психолингвист А.А. Леонтьев определяет ее как совокупность психологических и физиологических условий, обеспечивающих усвоение, производство и адекватное восприятие языковых знаков членами языкового коллектива [7]. Из этого следует, что уровень языковой способности напрямую связан со способностью человека вступать в коммуникативное взаимодействие с другими людьми и передавать, а также воспринимать информацию через речь, как устную, так и письменную. Существуют различные взгляды на природу языковой способности. С точки зрения зарубежных психолингвистических школ языковая способность заложена в человеке генетически и наследуется из поколения в поколение. На начальном этапе базовые языковые навыки и заложенные ресурсы довольно примитивны, но по мере развития индивида начинают развиваться по пути усложнения, что постепенно приводит к общему росту языковой способности [8; 9]. В отечественной психолингвистике принято полагать, что языковая способность имеет социальные корни и начинает формироваться в результате столкновения с необходимостью реализации социальных нужд, среди которых значительную роль играют коммуникативные интенции и коллективное общение [10; 11]. Так или иначе, языковая способность служит механизмом, необходимым для успешного взаимодействия с членами общества и находит отражение в повседневной действительности абсолютного большинства мирового населения. Вне зависимости от формы представления (устный диалог или письменный текст) коммуникант использует языковую способность для декодирования получаемых сообщений и дальнейшего кодирования ответных реакций. В рамках настоящего исследования акцент делается на языковую способность в условиях письменных текстов ввиду того, что форумы представляют собой среду, в которой превалирует общение именно через текстовый канал связи. Уровень сформированности языковой способности оказывает значительное влияние на характер восприятия текста. К.О. Мацкевич отмечает, что «подготовленный чтец, как правило, не фиксирует внимание на опечатках в словах; без затруднений читает и понимает недописанные или неразборчиво написанные слова; безошибочно узнает буквы в словах, расположенные на расстоянии, физически недоступные для четкого зрительного восприятия; при одномоментном предъявлении материала воспринимает в несколько раз больше, если материал представляет собой связное предложение, а не набор отдельных слов, слогов или букв» [12: 105]. Сюда же можно отнести и более низкую скорость восприятия текста на иностранном языке и при чтении стилистически сложных текстов. У коммуникантов с высоким уровнем сформированности языковой способности можно отметить скольжение, в ходе которого коммуникант не воспринимает каждую единицу текста как принципиально новый квант информации, но сопоставляет ее с уже заложенными в сознании образами. Вследствие этого, чтение представляет собой «узнавание» отдельных единиц, единство которых коммуникант впоследствии синтезирует в смысловое содержание исходного сообщения.

Методы исследования

В связи с тем, что коммуникация представляет собой сложный для анализа феномен, необходимо привлекать более сложные инструменты, применение которых требует и привлечения другой методологической основы. Данной основой может выступать теория аутопоэза как теория, описывающая динамическое взаимодействие между коммуникантом и выстраиваемой им средой.

Фундаментальные положения теории аутопоэза впервые были сформулированы в 70-х годах ХХ века чилийскими нейробиологами У Матураной и Фр. Варелой. Основным понятием теории аутопоэза является живая система, или «сеть процессов производства, трансформации и деструкции компонентов, которые необходимы для непрерывного поддержания самих этих процессов и которые в совокупности предстают в качестве отдельного локализованного в среде объекта, в рамках которого эти процессы реализуются» [13: 79]. Живая система характеризуется адаптивностью, гибкостью, самоорганизацией, а также структурной пластичностью. Следует учитывать тот факт, что с позиций аутопоэтической концепции свойство самоорганизации субъекта социального взаимодействия позволяет ему «сохранять себя, компенсируя внешние воздействия и внутренние сбои в системе» [14: 30].

Как представляется, данная теория открывает новые возможности изучения коммуникации ввиду того, что в центре внимания исследователя оказывается субъект социального взаимодействия, который владеет совокупностью адаптационных свойств, обусловливающих характер коммуникативного взаимодействия. Ситуация общения, в которой оказываются субъекты коммуникативного взаимодействия, а также набор адаптационных свойств во многом определяют поведение коммуникантов. С учетом разного адаптационного потенциала в однотипных ситуациях общения субъекты коммуникативного взаимодействия выделяют не совпадающий с другими коммуникантами набор значимых средовых факторов и по-разному выстраивают их иерархию. Основная идея аутопоэтической теории заключается в том, что живыми системами движет стремление к сохранению существующей организации и поддержанию баланса со средой. При таком подходе коммуникация начинается тогда, когда происходит нарушение баланса между системой и средой. С целью сохранения собственной организации система прибегает к адаптационным механизмам. В связи с тем, что живая система направлена на достижение и поддержание равновесных отношений со средой, наблюдается частое нарушение баланса. Это, в свою очередь, приводит к появлению нового этапа взаимодействия, ориентированного на повторное достижение баланса между системой и средой. Ввиду повторного нарушения баланса взаимодействие в очередной раз возобновляется. Такое взаимодействие называют рекурсивным. Необходимо отметить то, что, взаимодействуя со средой, система эволюционирует на каждом новом этапе рекурсивного взаимодействия в силу того, что она регулярно взаимодействует с конструируемой ею средой. В связи с постоянным стремлением к равновесию структурные изменения, происходящие и в системе, и в среде, неизбежно приводят к эволюции и того, и другого.

Процесс адаптации, его направленность и характер во многом определяются адаптационными механизмами, которые задействует система. К таким механизмам относятся, прежде всего, активность, структурность и языковая способность. Получая стимулы от среды, система выбирает стратегию ответной реакции в зависимости от выстроенной ею иерархии факторов, затем задействует один или несколько адаптационных механизмов для ее реализации. В рамках исследования основной фокус направлен на языковую способность коммуникантов.

Предполагается, что уровень языковой способности задает особенности восприятия исходного сообщения. В зависимости от степени владения языком, на котором осуществляется коммуникация, фокус восприятия участника общения будет меняться: высокий уровень владения языком будет позволять коммуниканту «скользить взглядом» по тексту, воспринимая его как сумму неких квантов информации, тогда как коммуникант с низким уровнем языка будет вынужден читать и анализировать текст более тщательно, что зачастую приводит к смещению фокуса с общего на более точечный и, как следствие, упущению ключевой идеи сообщения и основных выводов.

Таким образом, языковая способность коммуниканта играет важную роль в процессе восприятия и понимания исходного сообщения, а также при формулировании ответного речевого действия, ввиду чего представляется релевантным изучить особенности поведения коммуникантов с заданным уровнем языковой способности и выявить закономерности их коммуникативного поведения. Для того чтобы проверить, влияет ли языковая способность на восприятие и дальнейшее поведение участников интернет-общения, представляется целесообразным провести экспериментальное исследование и проанализировать полученные данные.

результаты и дискуссия

Несмотря на статус языка международного значения, английский язык по-прежнему остается родным лишь для ограниченного круга людей, тогда как для всех остальных пользователей (пусть даже владеющих им на высоком уровне) он остается иностранным языком, знание которого приобреталось искусственным путем в процессе целенаправленного изучения. Носителям английского языка также свойственно владение культурно-обусловленными моделями коммуникативного поведения, которое довольно сложно сформировать при изучении языка как иностранного.

В связи с этим в процессе коммуникации на английском языке (в случае, если коммуникант не является носителем английского языка) неизбежно возникает ряд ошибок. Коммуникант с высокой языковой способностью может корректно воспринимать лексическую составляющую исходного текста, но может при этом не распознать или неверно интерпретировать прагматическую установку получаемого сообщения. Это может быть связано с нехваткой понимания культурных особенностей взаимодействия на английском языке, незнанием традиционных схем «сообщение - ответная реакция», недостаточной осведомленностью о принципах поведения в заданных условиях и пр. [15].

Подобный тип ошибок может быть воспринят как намеренное стремление нарушить нормы коммуникативного взаимодействия на английском языке и спровоцировать конфликт. Таким образом, в ситуации, когда общение протекает между носителем языка и билингвом, ошибка в выборе ответной стратегии может привести к конфликту между коммуникантами: ответное сообщение будет неверно декодировано носителем языка и повлечет за собой цепочку ответных действий, потенциально наносящих вред коммуникации. Из этого следует гипотеза, в соответствии с которой предполагается, что при недостаточном уровне сформированности языковой способности, заключающейся в незнании культурно-обусловленных стратегий поведения, коммуникант будет некорректно подбирать ответную коммуникативную стратегию.

В связи с этим был спланирован и проведен эксперимент, направленный на выявление специфики влияния языковой способности на коммуникативное поведение [16]. В качестве экспериментального материала настоящего исследования был взят аутентичный комментарий с англоязычного форума, где обсуждаются тонкости изучения космического пространства (www.scienceforums.com). Текст содержит большое количество профессиональных терминов и требует для понимания специализированных знаний, которыми среднестатистический участник интернет-общения вряд ли обладает. При этом текст написан в разговорном стиле и является типичным примером комментария на форуме в Интернете. Испытуемым предлагалось прочитать данный текст и составить ответный комментарий, как если бы они общались с реальным человеком на форуме. В ходе эксперимента была предпринята попытка сопоставить ответы носителей английского языка и билингвов, показавших высокий уровень сформированно-сти языковой способности, с целью выявления потенциальных культурно-обусловленных расхождений.

Для проведения эксперимента были отобраны 50 испытуемых: 25 билингвов и 25 носителей английского языка. Высокий уровень языковой способности выступил в качестве ключевого критерия отбора испытуемых с целью сделать две группы максимально равнозначными с точки зрения владения языком и, таким образом, расценивать потенциальные различия в ответах как культурно-обусловленные. Испытуемым было предложено оставить ответный комментарий к предъявленному им стимуль-ному сообщению: "So why hyperbolic? Redshift itself, with its spacetime dilation interpretation is arguably due to hyperbolic curvature from the perspective of an observer, but the departure from linearity suggested by the recent supernovae data. These SN observations show that spacetime is hyperbolic in the sense that the spatial increments and time-like variations become increasingly larger with distance and volume. Before 1998, redshift was thought to be increasing linearly with distance. Now, it has been shown that distant SN are further away than their redshift would otherwise suggest. That is more than a hyperbolic signature, it's definitive proof of hyperbolicity. (In passing, it is also proof of evolution in the look-back time. I can elaborate if anyone is interested)." Данное сообщение было отобрано на англоязычном форуме, посвященном авиастроению, что позволяет допустить, что основная аудитория форума хорошо разбирается в терминологии, связанной с освоением воздушного пространства. Сообщение характеризуется обилием научных и технических терминов, связанных с астрономией. Среди них можно отметить термины узкой специализации "redshifts", "space dilation", "curvature", "spatial increments". Крайне интересной представляется нехарактерная для англоязычной коммуникации длина предложений в сообщении и их полипредикативность.

Обилие узкоспециализированной терминологии при этом сочетается с разговорным стилем письма. Автор начинает предложения со слов, выполняющих связующую функцию в предложении, ("so", "now"), при этом предложения, с которым осуществляется связь, в тексте нет. Подобное явление характерно для разговорной речи и общения на интернет-форумах и в чатах, где каждое последующее высказывание коммуникант стремится связать с предыдущим высказыванием другого участника общения, таким образом, выстраивая сложные предложения, части которых воспроизводятся разными коммуникантами. Кроме того, автор мотивирует других коммуникантов продуцировать ответное речевое действие с помощью фразы "I can elaborate if anyone is interested". Автор употребляет оценочную лексику, а именно прибегает к использованию качественных наречий с наличием оценочного компонента, обладающих способностью сочетать в своей семантике субъективность оценки, например, "arguably", "increasingly", а также качественных наречий меры, степени и количества "more than", "so", а также образа действия "also". Разговорность текста подчеркивается и аббревиатурами ("SN"), и возвратными местоимениями ("itself") и сокращенными формами вспомогательных глаголов ("it's"). Таким образом, предложенный для комментирования текст сочетает в себе разговорный стиль, с одной стороны, и достаточно большое количество профессиональных понятий и терминов, с другой.

В результате анализа ответов испытуемых, входящих в две экспериментальные группы, были получены следующие типы комментариев:

1) вуалирование нехватки языковой способности посредством иронии, сарказма, юмористических комментариев - "Hmm, I must ask you today about hyperbolism", "You'd better not mess up with redshifts whatever it is)))";

2) вуалирование нехватки языковой способности через обобщенные, «размытые» в смысловом плане комментарии - "Thankyou a lot. It's really interesting to learn about it", "Yes, that's great! I also think that it is very interesting to find something new!";

3) уточнение отдельных элементов текста в связи с незнанием ключевых понятий - "Sorry, I haven't got it what redshift is", "Curvation? What are you about?";

4) адаптация за счет высокой языковой способности и фоновых знаний - "I've heard about the theory of redshift! That is very interesting indeed that you can find out the size of an object by its colour!".

Из четырех типов ответных реакций лишь последний свидетельствует об адаптации без выхода из комфортной зоны, тогда как первые три отражают необходимость коммуникантов подстраиваться под заданные условия. Остановимся подробнее на каждой стратегии.

Распространенной стратегией ответной реакции при неполном понимании исходного сообщения является вуалирование, суть которого заключается в попытке тем или иным способом скрыть от собеседника факт нехватки языковой способности и/или фоновых знаний. Среди полученных ответов можно выявить два типа вуалирования: вуалирование через сарказм/иронию/самоиронию и вуалирование через использование обобщающих лексико-грамматических конструкций. В первом случае коммуникант, не поняв, в чем заключается смысл исходного сообщения, предпринимает попытку свести дискуссию к шутке: "Yeah, sounds good. Just like me sitting for final exams"; "Wow. Tell me something I don't know"; "There are only single thoughts in my head that sometimes sound in different languages". Таким образом, он не признает нехватку языковой способности открыто, а пытается обыграть ее, показав себя в выгодном свете через стратегию самопрезентации. Данная стратегия нацелена на представление автора высказывания перед собеседниками в выгодном для него свете (как положительном, так и отрицательном). Внимание других участников взаимодействия переводится с предмета дискуссии на личность коммуниканта, тем самым отвлекая их от того факта, что коммуникант, вероятно, не очень хорошо разбирается в заданной теме. Стоит оговориться, что стратегия самопрезентации не позволяет однозначно судить об уровне языковой способности, ввиду того, что может быть использована как для вуалирования, так и сугубо для привлечения внимания к своей личности и создания определенного имиджа.

Вуалирование через обобщающие конструкции несколько отличается от вуалирования при помощи самопрезентации. Здесь коммуникант не стремится привлечь к себе внимание, а, напротив, пытается оставаться максимально непримечательным в среде форума. Отказ от комментирования будет свидетельствовать об отказе адаптироваться и дальнейшем крахе коммуникации, поэтому чтобы восстановить баланс со средой, коммуникант дает ответный комментарий. Тем не менее непонимание ключевых слов исходного текста не позволяет ему дать полноценный ответ, смысловое наполнение которого будет столь же насыщенным, как и предыдущий комментарий, в связи с чем коммуникант предпринимает по-

пытку скрыть данный факт через вуалирование. Он прибегает к обобщенным клишированным фразам, которые помогают ему успешно поддерживать дискуссию, при этом не внося никаких изменений в план содержания: продуцируемые высказывания не свидетельствуют ни о признании, ни об отрицании их автором информации, содержащейся в исходном сообщении, равно как и не меняют направление дискуссии: "Great!"; "Really a definite proof ofhyperbolicity can make wholesale changes to our lives"; "Right you are, indeed"; "Good))". Несмотря на свое участие в общении, коммуниканты не привносят ничего нового в дискуссию, таким образом, степень сформированности их языковой способности остается незамеченной (или во всяком случае не привлекает к себе особого внимания) и никак не влияет на ход обсуждения.

Третий тип комментариев показывает готовность коммуниканта признать нехватку языковой способности с целью в дальнейшем ее восполнить. Испытуемые, прибегнувшие к данной стратегии, не стремились скрыть от других участников дискуссии свое незнание ключевых понятий исходного сообщения, а, напротив, открыто спрашивали об их значении, таким образом, проявляя свое стремление к адаптации. Стратегия реализуется в два этапа: признание недостаточной для данной дискуссии степени сформированности языковой способности и последующая ликвидация пробела; при этом стоит отметить, что отдельные предложения могут выполнять функцию как одного, так и сразу двух этапов: "How about linearity?"; "What's a redshift?"; "Could you explain what curvature is?"; "I haven't understood anything you mentioned here". Таким образом, коммуниканты жертвуют своим имиджем на форуме ради успешной адаптации, что отличает их от коммуникантов, прибегнувших к стратегии самопрезентации, сделавших выбор в пользу своего образа в глазах других.

Наконец, четвертый тип комментариев представляет собой ответные речевые действия, показавшие степень развитости языковой способности как достаточную для успешной адаптации без необходимости реорганизации. В данном случае коммуниканты не стремились завуалировать свое непонимание исходного сообщения или перевести разговор в новое русло. Наоборот, они предпринимали попытки развернуть дискуссию на заданную тему путем перефразирования ключевой информации исходного сообщения, а также добавления новых деталей из своего запаса фоновых знаний [17]. Как видно из примеров, испытуемые легко оперируют ключевыми терминами дискуссии, а также вносят новую информацию: "This is really true that redshifts were thought to be increasing linearly with distance some years ago"; "Yeah, the theory of redshift is an amasing thing. It's hard to believe that a colour can actually tell us about the distance! Beautiful and beneficial at the same time!"; "Well it is kind of amasing, but I wouldn't call this breakthrough spectacular. I think science is more about calculating the odds rather than enjoying the visuals. Then there are people who see the beauty of the phenomenon don't understand what it means. So everyone loses at some point". Среди ответных комментариев есть как положительные, так и отрицательные ответы, тем не менее, и первые, и вторые ориентированы на развитие дискуссии. В этом данный тип ответов отличается от вуалирования через обобщенные высказывания, где коммуникант стремится поддержать разговор через клишированные обороты, при этом избегая дополнений или изменений в плане содержания.

Теперь остановимся подробнее на различиях в ответных комментариях билингвов и носителей английского языка. В целом, можно говорить о том, что участники эксперимента из обеих групп выбирают одинаковые стратегии адаптации, тем не менее, были выявлены небольшие расхождения, причина которых может быть культурно обусловлена.

Одинаковое количество как носителей английского языка, так и билингвов продемонстрировали успешную адаптацию без необходимости реорганизации и выхода из комфортной зоны (38%). Тем не менее, были отмечены незначительные расхождения в структуре подобных ответов: так большая часть носителей (62% от 100% испытуемых, предложивших данный тип комментариев), составляя ответный комментарий, высказывали свое мнение относительно обсуждаемой темы, а затем приводили аргументы в поддержку своего высказывания, тогда как билингвы ограничивались лишь озвучиванием своей позиции (55% - просто мнение; 45% - аргументированное мнение). Частотной стратегией как у группы носителей, так и группы билингвов было вуалирование (34% и 46% соответственно), что позволяет говорить о потенциальной нехватке языковой способности вне зависимости от того, является ли язык коммуникации родным или нет. Вуалирование указывает на стремление коммуниканта скрыть непонимание исходного сообщения, незнание обсуждаемой темы, недостаточное владение языком для участия в дискуссии. Форумы узкоспециализированной тематики могут вызывать трудности восприятия

и понимания не только у людей, изучавших язык общения как иностранный, но и у носителей языка. Полученные данные подтверждают данное наблюдение.

Тем не менее незначительные различия между ответами носителей и билингвов все же присутствуют и заключаются в выборе типа вуалирования. Так, многие носители предпочли вуалирование через самопрезентацию вуалированию через обобщенные фразы (65% против 35% от 100% испытуемых, использовавших вуалирование), тогда как билингвы, напротив, старались в большинстве случаев нейтрально комментировать предложенный текст (самопрезентация - 37%, вуалирование через обобщение - 63%). Подобное расхождение, вероятно, культурно обусловлено: различия в комментариях, возможно, проистекают от различия двух культур. В соответствии с теорией коллективизма-индивидуализма [18; 19] в русской культуре присутствуют черты коллективизма, подразумевающего стремление отдельного человека придерживаться общего тренда и формировать собственное мнение, исходя из коллективного, тогда как в англоязычной культуре сильно развит индивидуализм, подчеркивающий важность иметь свое собственное уникальное мнение и стремиться его открыто высказывать и отстаивать. Эти постулаты находят свое подтверждение и в полученных данных. Носители английского языка, следуя установкам своей культуры, активно практикуют стратегию самопрезентации, тем самым привлекая внимание других коммуникантов к своей личности. Билингвы же, будучи представителями русской коллективистской культуры, стремятся сделать свое мнение менее категоричным, а то и вовсе не выражать его, ограничиваясь клишированными фразами для поддержания разговора.

Отсюда же и более низкий процент открытого признания непонимания текста у билингвов по сравнению с носителями (17% и 27% соответственно). Представители русскоязычной культуры с опаской относятся к открытому высказыванию своего мнения и предпочитают завуалировать его, тогда как носители английского языка находят признание факта непонимания вполне приемлемой стратегией для коммуникации.

Таким образом, несмотря на общую схожесть ответных реакций у двух групп испытуемых, незначительные различия все же присутствуют, и, вероятно, их причина кроется в различиях культур. Стоит отметить, что полученные данные не дают возможность делать однозначные выводы относительно различий в коммуникативном поведении представителей разных культур, но скорее являются отправной точкой для дальнейшего более детального исследования.

В ходе исследования были выявлены некоторые особенности влияния уровня языковой способности на восприятие и понимание исходного сообщения, а также на выбор стратегии для ответной реакции.

Заключение

Полученные данные выявили незначительные расхождения в ответных реакциях двух групп испытуемых - русскоязычных билингвов и носителей английского языка. Обе группы продемонстрировали одинаковый набор ответных стратегий: вуалирование через самопрезентацию, вуалирование через обобщающие фразы, открытое признание непонимания и адаптация, не требовавшая реорганизации системы. Различия же проявились в процентном соотношении ответных высказываний, вошедших в каждую из групп. Так, например, прибегая к вуалированию, носители отдавали предпочтение стратегии самопрезентации, тогда как билингвы стремились продуцировать максимально нейтральные высказывания, потенциально не влиявшие на дальнейший ход дискуссии. При составлении ответного комментария четвертого типа (адаптация без реорганизации) носители старались приводить аргументы, подкрепляющие свои утверждения, тогда как билингвы ограничивались лишь высказыванием своей позиции. Наконец, открытое признание непонимания исходного текста чаще встречалось в анкетах носителей языка, а не билингвов. Выявленные различия - пусть статистически незначительные - вероятно, культурно обусловлены, что подтверждает выдвинутую гипотезу и выступает в качестве основания для дальнейшего изучения этого вопроса.

Список литературы

1. Щепилова А.В., Сулейманова О.А., Фомина М.А., Водяницкая А.А. Учет фактора адресата в современном образовательном дискурсе. Вестник Московского городского педагогического университета. Серия: Филология. Теория языка. Языковое образование. 2017; 3 (27): 68-82. Доступно по: https:// vestnik-filologiya-lingvodidaktika.mgpu.ru/wp-content/uploads/sites/6/2021/09/557.pdf. Ссылка активна на 07.05.2022.

2. Абдульмянова (Газиева) Д.Р. Анализ восприятия целостного коммуникативного события носителями английского и русского языков. Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2014; 12 (2): 21-26. Доступно по: https://cyberleninka.ru/ article/n/analiz-vospriyatiya-tselostnogo-kommunikativnogo-sobytiya-nositelyami-angliyskogo-i-russkogo-yazykov. Ссылка активна на 07.05.2022.

3. Zheltukhina MR, Biryukova EV, Gerasimova SA. Modern media advertising: effective directions of influence in business and political communication / Man in India. 2017; 97 (14): 207-215. Available at: https:// serialsjournals.com/abstract/11584_18.pdf. Accessed May 07, 2022.

4. Pluzhnikova NN, Korableva EV, Bokova TN. Intelligence and technology: The problem of interaction / Inteligencia y tecnología: Un problema de interacción. 2018; 39 (38): 20-27. Available at: http://www.revis-taespacios.com/a18v39n38/a18v39n38p20.pdf. Accessed May 07, 2022.

5. Абдульмянова (Газиева) Д.Р. Исследование динамических параметров интернет-коммуникации: языковая способность (по результатам эксперимента). Вестник КемГУ. 2015; 3 (63): 146-151. Доступно по: https://cyberleninka.ru/article/n/issledovanie-dinamicheskih-parametrov-internet-kommunikatsii-yazykovaya-sposobnost-po-rezultatam-eksperimenta. Ссылка активна на 07.05.2022.

6. Дискурс как универсальная матрица вербального взаимодействия: монография / Д.Д. Холодова, Г.Н. Манаенко, С.Н. Плотникова [и др.]; отв. ред. О.А. Сулейманова. М.: Ленанд; 2018: 320. Доступно по: https://search.rsl.ru/ru/record/01009495555. Ссылка активна на 07.05.2022.

7. Леонтьев А.А. Основы психолингвистики. М.: Смысл; 1997: 287. Доступно по: https://search.rsl.ru/ ru/record/01002598431. Ссылка активна на 07.05.2022.

8. Chomsky N. Aspects of the theory of syntax. Cambridge, Mass.: M.I.T. Press; 1985: 251. DOI: https:// doi.org/10.21236/ad0616323.

9. Lenneberg EH. The biological foundations of language. New York: Wiley; 1967: 489. DOI: https://doi. org/10.1080/21548331.1967.11707799.

10. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат; 1975: 304. Доступно по: https://search.rsl.ru/ru/record/01007661707. Ссылка активна на 07.05.2022.

11. Лурия А.Р. Язык и сознание. М: Изд-во Моск. ун-та; 1979: 320. DOI: https://doi.org/10.1017/ cbo9780511606366.004.

12. Мацкевич К.О. Восприятие и понимание текста на иностранном языке в процессе обучения чтению. Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2013; 5-1(23): 104-106. Доступно по: https:// www.gramota.net/articles/issn_1997-2911_2013_5-1_25.pdf. Ссылка активна на 07.05.2022.

13. Maturana HR. Autopoiesis and Cognition. Dordrecht, Holland: D. Reidel; 1980: 13-90. DOI: https:// doi.org/10.1007/978-94-009-8947-4.

14. Современные парадигмы языкознания: монография / В.А. Пищальникова, А.Г. Сонин, М.К. Тимофеева. М.: АСОУ ИНИОН РАН; 2010: 69. Доступно по: https://search.rsl.ru/ru/record/01004834251. Ссылка активна на 07.05.2022.

15. Ivanova V, Tivyaeva I. Teaching foreign languages in Soviet and present-day Russia: A comparison of two systems. Zbornik Instituta za Pedagoska Istrazivanja. 2015; 47 (2): 305-324. DOI: https://doi.org/10.2298/ zipi1502305i.

16. Сулейманова О.А., Фомина М.А., Тивьяева И.В. Принципы и методы лингвистических исследований. М.: Языки Народов Мира; 2020: 352. Доступно по: https://search.rsl.ru/ru/record/01005427655. Ссылка активна на 07.05.2022.

17. Абдульмянова И.Р. Формирование профессионального тезауруса личности как цель профессионального образования. Вестник Томского государственного педагогического университета. 2010; 2 (92): 36-39. Доступно по: https://cyberleninka.ru/articleMformirovanie-professionalnogo-tezaurusa-lichnosti-kak-tsel-professionalnogo-obrazovaniya. Ссылка активна на 07.05.2022.

18. Parsons T. Theories of society. Foundations of Modern Sociological Theory. New York: Academic Press; 1961: 682. Available at: https://archive.org/details/theoriesofsociet01pars/page/n9/mode/2up. Accessed May 07, 2022.

19. Schwartz SH. Individualism-collectivism: Critique and proposed refinements. Journal of Cross-Cultural Psychology. 1990; 21 (2): 139-157. DOI: https://doi.org/10.1177/0022022190212001.

References

1. Shchepilova AV, Suleimanova OA, Fomina MA, Vodyanickaya AA. Target Audience in Contemporary Educational Discourse.MCU JournalofPhilology. Theory ofLinguistics. Linguistic education. 2017; 3 (27): 6882. Available at: https://vestnik-filologiya-lingvodidaktika.mgpu.ru/wp-content/uploads/sites/6/2021/09/557. pdf. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

2. Abdulmianova (Gazieva) DR. Comprehension of Communicative Event by English and Russian Native Speakers. Bulletin of Novosibirsk State University. Linguistics and Cross-cultural Communication. 2014; 12 (2): 21-26. Available at: https://cyberleninka.ru/article/n7analiz-vospriyatiya-tselostnogo-kommunikativno-go-sobytiya-nositelyami-angliyskogo-i-russkogo-yazykov. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

3. Zheltukhina MR, Biryukova EV, Gerasimova SA. Modern media advertising: effective directions of influence in business and political communication / Man in India. 2017; 97 (14): 207-215. Available at: https:// serialsjournals.com/abstract/11584_18.pdf. Accessed May 07, 2022.

4. Pluzhnikova NN, Korableva EV, Bokova TN. Intelligence and technology: The problem of interaction / Inteligencia y tecnología: Un problema de interacción. 2018; 39 (38): 20-27. Available at: http://www.revis-taespacios.com/a18v39n38/a18v39n38p20.pdf. Accessed May 07, 2022.

5. Abdulmianova (Gazieva) DR. Analysis of dynamic parameters of Internet-communication: linguistic capacity (experimental data). Bulletin of Kemerovo State University. 2015; 3-1 (63): 142-147. Available at: https://cyberleninka.ru/article/n/issledovanie-dinamicheskih-parametrov-internet-kommunikatsii-yazykova-ya-sposobnost-po-rezultatam-eksperimenta. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

6. Discourse as a Universal Matrix of Verbal Interaction: monography / Kholodova DD., Manaenko GN., Plotnikova SN. General eds. of Suleimanova OA. M.: Lenand; 2018: 320. Available at: https://search.rsl.ru/ru/ record/01009495555. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

7. Leontiev AA. Fundamentals of Psycholinguistics. M.: Smysl; 1997: 287. Available at: https://search.rsl. ru/ru/record/01002598431. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

8. Chomsky N. Aspects of the theory of syntax. Cambridge, Mass.: M.I.T. Press; 1985: 251. DOI: https:// doi.org/10.21236/ad0616323.

9. Lenneberg EH. The biological foundations of language. New York: Wiley; 1967: 489. DOI: https://doi. org/10.1080/21548331.1967.11707799.

10. Leontiev AN. Activity. Consciousness. Personality. M.: Politizdat; 1975: 304. Available at: https:// search.rsl.ru/ru/record/01007661707. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

11. Luria AR. Language and consciousness. M: Moscow Publishing House University; 1979: 320. DOI: https://doi.org/10.1017/cbo9780511606366.004. (In Russ.).

12. Matskevich KO. Perception and understanding of foreign language text in process of learning to read. Philology. Theory & Practice. 2013; 5-1(23): 104-106. Available at: https://www.gramota.net/articles/ issn_1997-2911_2013_5-1_25.pdf. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

13. Maturana HR. Autopoiesis and Cognition. Dordrecht, Holland: D. Reidel; 1980: 13-90. DOI: https:// doi.org/10.1007/978-94-009-8947-4.

14. Modern paradigms of linguistics: monography / Pishchalnikova VA., Sonin AG., Timofeeva MK. M.: ASOU, INION Russian Academy of Science; 2010: 69. Available at: https://search.rsl.ru/ru/re-cord/01004834251. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

15. Ivanova V, Tivyaeva I. Teaching foreign languages in Soviet and present-day Russia: A comparison of two systems. Zbornik Instituta za Pedagoska Istrazivanja. 2015; 47 (2): 305-324. DOI: https://doi.org/10.2298/ zipi1502305i.

16. Suleimanova OA, Fomina MA, Tivyaeva IV. Principles and Methods of Linguistic Studies. M.: Yazyki Narodov Mira; 2020: 352. Available at: https://search.rsl.ru/ru/record/01005427655. Accessed May 07, 2022. (In Russ.).

17. Abdulmianova IR. Formation of a Professional Thesaurus of Personality as The Objective of Professional Education. Bulletin of Tomsk State Pedagogical University. 2010; 2 (92): 36-39. Available at: https:// cyberleninka.ru/article/n/formirovanie-professionalnogo-tezaurusa-lichnosti-kak-tsel-professionalnogo-obra-zovaniya. Accessed May 07, 2022.

18. Parsons T. Theories of society. Foundations of Modern Sociological Theory. New York: Academic Press; 1961: 682. Available at: https://archive.org/details/theoriesofsociet01pars/page/n9/mode/2up. Accessed May 07, 2022.

19. Schwartz SH. Individualism-collectivism: Critique and proposed refinements. Journal of Cross-Cultural Psychology. 1990; 21 (2): 139-157. DOI: https://doi.org/10.1177/0022022190212001.

История статьи:

Получена: 26.04.22 Принята: 12.05.22 Опубликована онлайн: 25.06.22

Article history:

Received: 26.04.22 Accepted: 12.05.22 Published online: 25.06.22

Сведения об авторе:

Абдульмянова Диана Рустамовна, кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры языкознания и переводоведения института иностранных языков, Московский городской педагогический университет, Москва, Российская Федерация; e-mail: diana-gazieva@mail.ru.

Bionote:

Diana R. Abdulmianova, PhD, Assistant Professor of the Department of Linguistics and Translation Studies, Institute of Foreign Languages, Moscow City University, Moscow, Russian Federation; e-mail: diana-gazieva@mail.ru.