ГУФСИН пересчитал больных заключенных

Руководитель ГУФСИН по Свердловской области Александр Федоров на встрече с правозащитниками опроверг сообщения СМИ о массовых случаях заболевания коронавирусом в колониях региона и об отсутствии необходимого лечения заключенных. Достоверность его данных подтвердили свердловский омбудсмен и председатель общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в регионе. По их словам, в колониях принимаются серьезные антиковидные меры.

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

О встрече главы ГУФСИН по Свердловской области Александра Федорова с правозащитниками рассказали в пресс-службе ведомства. По ее данным, всего с начала пандемии в свердловских колониях был зафиксирован 631 случай COVID-19. В статистику попали как поселенцы, так и те, кто отбывают условное наказание. По данным на 18 декабря, в местах лишения свободы находятся 61 осужденный с подтвержденным коронавирусом, из них девять человек в стационаре. За все время пандемии скончался один 60-летний заключенный, страдающий хроническими заболеваниями. По данным ГУФСИН, в данный момент карантин по COVID-19 введен в 13 свердловских СИЗО и колониях.

Ранее сразу несколько уральских СМИ сообщили о массовых вспышках COVID-19 в колониях. В частности, сообщалось о том, что в исправительной колонии №10 с коронавирусом находились 400 заключенных (30% от общей численности) и также пять сотрудников колонии.

«В СМИ — ложь и провокация в 99% публикаций. Никаких 400 заболевших, как писали, у нас не было. У нас каждый осужденный больной находится на учете. Каждый больной в трех разных местах регистрируется, и это сфальсифицировать нельзя. Мы взяли на сегодняшний день 25 тыс. анализов, ни в одном регионе столько анализов не было сделано»,— заявил Александр Федоров.

Уполномоченный по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова назвала сообщения СМИ о вспышках коронавируса в колониях фейками. «В наших колониях введены очень серьезные, но при этом закономерные ограничения. Хочу отметить, что в первую волну я каждый день разговаривала с начальником ГУФСИН и следила за здоровьем заключенных. И уже тогда были приняты серьезные антиковидные меры. А когда умер один из заключенных, их ужесточили. Данные ГУФСИН точные, они не могут быть искажены. Очень боюсь, что за все эти фейки мы в перспективе получим очень жесткую цензуру»,— заявила омбудсмен в разговоре с корреспондентом “Ъ-Урал”.

Она отметила, что ей не поступало обращений от заключенных о том, что их плохо лечат или не лечат совсем. «Единственное, как заключенных коснулась пандемия, — их лишили свиданий с родственниками, которые они постоянно просят вернуть. Но мы не должны допустить случаи заноса, это очень опасно. Первые заболевшие во вторую волну — те, кто прошли через длительные свидания»,— подчеркнула госпожа Мерзлякова.

«Оснований, чтобы подвергать сомнению официальное публичное заявление ФСИН, нет. Помимо общественников, колонии и СИЗО проверяются различными медицинскими и госслужбами, тем же Роспотребнадзором. Кто бы им дал фальсифицировать данные?» — отметил председатель свердловской ОНК Владимир Попов. Он добавил, что в период пандемии он посещал несколько колоний и не увидел каких-либо нарушений эпидемиологических мер. По его словам, со стороны заключенных жалоб в ОНК о неполучении необходимой медицинской помощи зафиксировано не было. «Однако мы получали анонимные сообщение о вспышках коронавируса в колониях, которые в итоге не подтверждались»,— подчеркнул Владимир Попов.