Социальная норма в традиционном и современном обществе

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

K.Yu. Dobrin

Social Norm in Traditional and Modern Society

The historical features of the understanding of social norm are considered. Contradictions and deviations of social norm in the modern period are revealed.

Key words and word-combinations: social norm, tradition, custom, ritual, deviation, traditional society, postindustrial society.

Рассматриваются исторические особенности понимания социальной нормы. Выявляются противоречия и девиации социальной нормы в современный период.

Ключевые слова и словосочетания: социальная норма, девиация, традиционное общество, постиндустриальное общество.

УДК 316.754.4 ББК 60.52:87.7

К.Ю. Добрин

СОЦИАЛЬНАЯ НОРМА В ТРАДИЦИОННОМ И СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

^Одним из важных вопросов при изучении норм является рассмотрение их функциональной значимости. Обращаясь к сущности и причинам возникновения социальной нормы, следует отметить, что она возникает с появлением человеческого общества. Огромное значение в развитии человека имеет его мышление и связанные с ним образы, нормы поведения,запреты,традиции - словом, все то, что резко отличает социальную среду от животных сообществ [1]. Важной характеристикой социальной нормы является ее полезность, поскольку традиционная культура направлена на сохранение социального порядка в соответствии с нормами и ценностями родового коллектива.

Объективной основой социальной нормы стало то, что поступки и действия людей характеризуют не только изменчивость, неповторимость и динамика, но и относительное постоянство и повторяемость [2]. Это дает возможность вывести некий «общий знаменатель» для индивидуальных поступков и действий. Таким образом, социальная норма

116

2011 • ВЕСТНИК ПАГС

складывается на практической базе совершения каждодневных действий в течение длительного промежутка времени - возможно, жизни нескольких поколений.

Функции социальных норм сводятся к утверждению и поддержанию верований и обычаев, а не к их объяснению. По мнению К. Леви-Стросса, необходимо изучать каждое общество, обладающее дуальной организацией, с целью выявить во множестве правил и обычаев общую схему, лежащую в основе всех местных и временных различий [3]. По мнению Т. Парсонса [4], социальным нормам приписываются два типа функций: во-первых, обеспечение членов общества эталонами, моделями, стандартами поведения; во-вторых, функция стабилизации отношений и интеграции индивидов в социум. По мнению же Э. Дюркгейма [5], функциональная важность нормативного порядка состоит в том, что интегрирующей основой общества является социальная солидарность, возникающая в результате общественного разделения труда и проявляющаяся в общих верованиях, чувствах, ценностях и нормах.

Ослабление норм влечет за собой потерю связей между людьми, что грозит обществу дезинтеграцией. Социальная норма регулирует только такое поведение, которое имеет общественный характер, то есть связано с взаимоотношениями между индивидами, коллективами, классами, обществом. Этим социальная норма отличается от технической, медицинской или биологической, устанавливающей правила взаимодействия с естественными или искусственными объектами. Исторически были выработаны самые различные способы существования социальных норм, среди которых в качестве основных можно назвать ритуалы, обычаи, традиции, нравы, культуру.

Ритуалы есть зародышевый потенциальный способ существования социальных норм, когда они еще не выделились в качестве социального института. Аборигену Австралии или индейцу не пришло бы в голову считать, что весь порядок его жизни может регулироваться с помощью каких-то специальных законов, данных извне, поскольку все, что было нужно для поддержания порядка, доставалось с помощью системы ритуалов, тотемов, плясок шаманов и прочих мифологизированных элементов - они и утверждали своей духовной властью весь строй жизни как нечто естественное, нормальное, а не чуждое или враждебное. Можно утверждать, что все мифическое сознание и связанные с ним разнообразные ритуалы были своеобразной социальной нормой - мононормой.

Обычай стал первым публичным способом существования социальных норм в их освобожденном от мифов виде. Субъектом этих норм становится не община в целом, а выделившиеся в виде сословий социальные группы. Таким образом, обычай - это способ воспроизводства социальных норм сословного характера. Его принцип таков: то, что допустимо в рамках норм одного сословия, не разрешается по нормам жизни другого. Анализ структуры и механизмов функционирования норм обнаруживает единство содержания и способов их действия всех сословий. К общим принципам действия обычаев в сословном обществе отнесены следующие: источником норм поведения полагается Бог и его пророки, и человек ничего не может изменить; люди от рождения обладают

2011 • ВЕСТНИК ПАГС

117

различным достоинством и поэтому не могут руководствоваться одними и теми же нормами; более высокие сословия вправе нарушать нормы жизни более низкого сословия; нарушение установленных властью норм есть тяжкий грех, который можно искупить жестоким наказанием, молитвами, самобичеванием или местью; нормы других народов, особенно иноверцев, воспринимаются не только как чужие, но и как враждебные [6, с. 174].

Наряду с нормами, действующими внутри сословий, существовали и общекультурные нормы, превращавшие общество в единый социальный организм. Так, одной из самых древних была норма честного отношения к доле каждого в общественном труде. На заре человечества можно было выжить, только придерживаясь данной нормы. Она появилась в результате закрепления повторяющихся необходимых совместных действий. Другим примером является обычай кровной мести, позволявший сохранить семью как важный социальный институт средневекового общества.

Так складывалась система традиционных социальных норм, передававшихся во времени в неизменном виде.

В классической трактовке функционализма содержание норм связывается с культурой. По справедливому мнению социологов-классиков, социальная норма регулирует поведение индивида и групп, задает ему ориентиры и модели действия, что способствует поддержанию порядка в обществе. Культура легализует нормы и постоянно воспроизводит их, придавая обществу определенный порядок. Тем самым общество отождествляется с культурой, а культура - с нормами.

Культура в виде освоенной и устоявшейся системы норм постоянно воспроизводит существующий порядок общества, становясь основанием его структурированности и интегрированности. Следовательно, понятие нормы в этом случае является центральным в понимании самой культуры. Культура трансформирует социальные нормы в систему ценностей, пронизывающих всю духовную жизнь общества.

С возникновением классовой структуры общества механизм регулирования социального поведения стал контролироваться господствующим классом со своей идеологией, ценностями и нормами. Полезность социальной нормы стала относительной, поскольку норма, выгодная одному классу (социальной группе), может быть нейтральной или даже вредной для другого.

По мнению Р. Дарендорфа, в настоящее время классовый характер социальной нормы не изменился: «Установление нормы идет не путем репрезентативных опросов и мнений, а путем выборочных, в которых участвуют прежде всего «власть имущие» - парламентарии, члены правительства, которые выступают от имени общества» [7, с. 87]. В связи с этим понятно, что установленная норма не всегда удовлетворяет потребности всех членов общества.

По нашему мнению, значительная часть основных социальных норм в настоящее время все же принимается обществом, поскольку человечество (в большинстве своем) во все времена стремилось к стабильности, устойчивости и порядку. При этом стереотипное мышление индивида или группы предполагает скорее ориентацию на имеющиеся в данный момент хоть какие-то ценности и нормы, чем на их отсутствие.

1 18 2011 • ВЕСТНИК ПАГС

С наступлением эпохи постиндустриализма и информационного общества (1960-1970-е годы) взгляды на нормы и их функции стали меняться. Так, теоретики постмодернизма полагают, что определяющим фактором поведения человека следует считать не норму, а социальную информацию.

Если в индустриальном обществе источником социальных норм является механизм легитимации, создаваемый властью, то в обществе «постмодерна» доминирующим источником легитимации становится информация. Связано это с тем, что знание и власть есть две стороны одного вопроса: кто решает, что есть знание, и кто знает, что нужно решать? В эпоху информатики вопрос о знании трансформируется в вопрос об управлении: например, в чьих руках СМИ - в тех руках и власть. Вот почему утрата нормативности обществом обозначается как «утрата легитимности», возникающая в результате преобладания спекулятивных дискурсов и кризиса знания в процессе внутренней эрозии основы его легитимности.

Ж.-Ф. Лиотар полагает, что современное общество перестает быть большой социальной системой с соответствующей всеобщей детерминацией, подчиняясь «прагматике языковых частиц». При этом локальная детерминация разрушает возможность создания эффективного функционирования классических систем управления в виде централизованного государства и вертикальных линий управления [8]. По нашему мнению, в этом случае критериями нормы является эффективность и производительность, а не справедливость и гуманность. Основным принципом, по сути, становится естественный отбор, борьба за существование.

На наш взгляд, информационное общество проповедует «индивидуальное» в противовес «групповому». Такая ситуация провоцирует аномию (безнор-мие), приводящую, в свою очередь, к беспорядкам и хаосу. Современное российское общество многими называется постмодернистским, в котором вместо регуляции посредством социальных норм осуществляется локальная детерминация в виде революционного насилия, криминального террора и политических технологий.

Можно утверждать, что западные ценности с их индивидуализмом прививались нашему обществу в течение последних двадцати лет. Реальная политика некоторых развитых стран направлена на создание однополярного мира в условиях значительного территориального, географического и социального неравенства различных стран и народов. Однако попытка создания однополярного мира и процесс глобализации противоречат друг другу, в этом ярко проявляется абсурд постмодернизма, вбирающего в себя несовместимое и по большей части негуманное.

Примерно в том же смысловом контексте с постмодернистами рассуждает и Ю. Эльстер, рассматривающий связи между нормой и рациональностью [9, с. 75-76]. По его мнению, существует конфликт между интересами и нормами. В социальной науке эта проблема обсуждается с точки зрения столкновения концепций рационального индивидуального выбора и обусловленности поведения социальными нормами. Социальные нормы объясняются посредством эмоциональных и поведенческих наклонностей индивидов. Вместе с тем

2011 • ВЕСТНИК ПАГС 119

они признаются механизмом мотивации и при этом не отрицают важности рационального выбора.

По мнению Ю. Эльстера, одни действия являются рациональными, а другие обусловлены нормами. Более точная и адекватная формулировка гласит, что обычно действия предпринимаются под влиянием интересов и норм. Иногда результат представляет собой компромисс между тем, что диктует норма, и тем, что диктует рациональность. Иногда рациональный выбор блокирует социальную норму: многие люди участвуют в выборах, выполняя гражданский долг, но не тогда, когда это становится невыгодно им. И наоборот, социальные нормы могут блокировать рациональный выбор: так, беспощадная конкуренция на рынке может сочетаться с убежденной приверженностью нормам честности.

Рассматриваемая проблема является сложной и дискуссионной. Камнем преткновения, на наш взгляд, здесь становится состояние базовых социальных институтов (политических, экономических, социокультурных), которые не могут или не ставят своей главной целью баланс интересов общества, социальных групп и индивидов. В связи с этим не удается избежать войн, вооруженных конфликтов, террористических актов, техногенных аварий, преступности, безработицы, бедности, правонарушений. Более того, как свидетельствует статистика, негативные явления и процессы нарастают.

Рассмотрев феномен социальной нормы с момента ее возникновения до настоящего времени, можно сформулировать ряд выводов.

В традиционном обществе социальная норма играла огромную роль в развитии человека. Она сохраняла ценность родового коллектива и была сравнима с нормами «абсолюта». В индустриальном обществе, когда усилились социальная дифференциация и социальное неравенство, норма становится относительной. Механизм регуляции социального поведения осуществляется уже правящим классом, устанавливающим свои нормы, ценности, идеологию, причем эти нормы не всегда удовлетворяет потребности всех членов общества. В постиндустриальном информационном обществе ситуация с полезностью нормы, справедливостью и легитимностью становится еще более сложной: вместо социальных норм, основанных на принципах культуры и гуманизма, наблюдается регуляция, построенная на финансовых и региональных интересах. Рациональность и эффективность становятся мерилом нормы. Представляется, что такая ситуация может привести к крушению «социального» в человеке.

На наш взгляд, индикатором в проведении демаркационной линии между нормой и девиацией может послужить соотношение категорий «добра» и «зла», «преступника» и «жертвы».

Библиографический список

1. Аванесова Г. А. Сервисная деятельность: историческая и современная практика, предпринимательство, менеджмент: учеб. пособие. М., 2004.

2. Пеньков Е.М. Социальные нормы: управление, воспитание, поведение. М., 1990.

3. Леви-Строс К. Структурная антропология / пер. с фр. В.В. Иванова. М., 2001.

4. Parsons T. The structure of Social Action. N.Y., 1937.

5. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда // Западноевропейская социология XIX-XX веков. М., 1996.

120 2011 • ВЕСТНИК ПАГС

6. Козырьков В.П. Природа девиации и структура социальных норм // Вестн. ННГУ. Сер.: Социальные науки. Н. Новгород, 2004. Вып. 1 (3).

7. Darendorf'R. «Homo-Sociologicus». Koln und Opladen, 1960.

8. Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. СПб., 1998.

9. Эльстер Ю. Социальные нормы и экономическая теория // THESIS. 1993. Вып. 3.

Yu.V. Zetkina

Youth Drug Prevention

in the Structure

of Anti-Drug Policy

in the Republic of Mordovia

The problem of social prophylaxis of narcotism in the youth environment of the region is raised. Recommendations for improvement of inter-institutional interaction in the sphere of social prophylaxis of narcotism are given.

Key words and word-combinations: narcotism, social prevention, youth.

Поднята проблема социальной профилактики наркотизма в молодежной среде региона. Сформулированы практические рекомендации по улучшению межведомственного взаимодействия в сфере социальной профилактики наркотизма.

Ключевые слова и словосочетания: наркотизм, социальная профилактика, молодежь.

УДК 316.32

Ю.В. Зеткина

ПРОФИЛАКТИКА

МОЛОДЕЖНОГО

НАРКОТИЗМА В СТРУКТУРЕ

АНТИНАРКОТИЧЕСКОЙ

ПОЛИТИКИ

(НА ПРИМЕРЕ

РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ)

I I аркотизация российского общества составляет глобальную угрозу здоровью населения страны и национальной безопасности. Потребление наркотических средств в России в последние годы неуклонно растет, охватывая все территории страны и категории населения. Масштабы и темпы роста уровня наркотизма ставят под вопрос физическое и моральное здоровье нации и само будущее значительной части российских граждан.

Как отмечают исследователи, процесс наркотизации в стране из года в год «омолаживается» [1; 2]. Об этом свидетельствуют и официальные статистические данные, где указывается, что проблема локализована в возрастном измерении до 30 лет [3, с. 273]; ее носителями являются не только больные наркоманией, но и те, кто имеет опыт разовых и эпизодических проб наркотических веществ. Зачастую первичная наркотизация непосредственно связана с алкоголизацией.

Специалистами обозначены основные тен-

2011 • ВЕСТНИК ПАГС

121