Церковь, общество и власть при Святейшем Патриархе Московском и всея Руси Кирилле (Гундяеве) в 2013-2015 гг. (основные вехи развития взаимоотношений)

УДК 21

С. Л. Фирсов*

ЦЕРКОВЬ, ОБЩЕСТВО И ВЛАСТЬ ПРИ СВЯТЕЙШЕМ ПАТРИАРХЕ МОСКОВСКОМ И ВСЕЯ РУСИ КИРИЛЛЕ (ГУНДЯЕВЕ) В 2013-2015 гг. (ОСНОВНЫЕ ВЕХИ РАЗВИТИЯ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ).

Настоящая статья посвящена рассмотрению основных вех развития взаимоотношений Русской Православной Церкви и современного Российского государства. Анализируются действия священноначалия Московской Патриархии на Украине, его стремление к более тесному «соработничеству» со светскими властями, а также церковные ответы на общественно-политические вызовы современности и политика организационного укрепления церковных институтов, проводимая Патриархом Кириллом в последние годы.

Ключевые слова: Русская Православная Церковь, Украинская Православная Церковь Московского Патриархата, современная Россия, церковно-государственные отношения, «соработничество», Собор, Патриарх Кирилл, В. В. Путин.

S. L. Firsov Church, Society and Government at the time of Patriarch Kirill

The article is dedicated to the study of the main milestones in relations between Russian Orthodox Church and modern Russian state. Analyzed are activities of the hierarchy of Moscow Patriarchate in Ukraine and its aspiration for closer «coworking» with secular authorities, and also Church answers to social and political challenges of modern time, as well as the policy of organizational strengthening of Church institutions pursued by Patriarch Kirill in recent years.

Keywords: Russian Orthodox Church, Ukrainian Orthodox Church of the Moscow Patriarchate, modern Russia, Church-State Relations, «coworking», Council, Patriarch Kirill, V. V. Putin.

* Фирсов Сергей Львович — доктор исторических наук, профессор, Санкт-Петербургский государственный университет, Институт философии, кафедра философии религии и религиоведения; siirsoiff@mail.ru.

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2015. Том 16. Выпуск 4

263

Новейший период в истории Русской Православной Церкви — время служения Святейшего Патриарха Кирилла (Гундяева) — вполне может оцениваться как новая эпоха церковной жизни, время социально-политических вызовов и соблазнов, связанных в первую очередь со стремлением священноначалия всемерно укреплять отношения с государственной элитой страны и, одновременно, не допускать ее вмешательства во внутрицерковные дела.

Сказанное, впрочем, может вызвать некоторое недоумение: а разве в предшествующий период, в годы управления РПЦ Патриархом Алексием II (Ридигером), было по-иному?

Недоумение легко объяснить. Во-первых, Патриарх Алексий II начинал свое первосвятительское служение в совершенно иное время, воспринимаясь и в светском, и в церковном обществе как воссоздатель тотально разрушенной за советский период церковной жизни, как первый в России/СССР независимый от государственного давления православный первоиерарх. Во-вторых, в годы Патриарха Алексия II, особенно в последний период его жизни, все более и более очевидным становилась задача структурных изменений в самой Московской Патриархии, ощущалась насущность проведения реформ, которые могли бы помочь максимально мобилизовать церковные силы в условиях укреплявшегося год от года секуляризма. Укрепить влияние Церкви на социальную жизнь России, одновременно организационно укрепив и саму Церкви, я полагаю, было первостепенной задачей Патриарха Кирилла.

О том, что перемены в жизни Церкви произойдут, внимательные современники могли понять из выступления Кирилла (тогда еще митрополита и председателя ОВЦС), показанного российскому зрителю по центральному телевидению уже 9 декабря 2008 г. Владыка произнес свое слово в память почившего Патриарха, подчеркнув: «Бывает так, что иногда Господь некоторое время [Церкви] дает некое испытание, когда во главе ее стоит человек престарелый и практически уже неспособный к управлению. Это очень трудное время для Церкви. Святейший Патриарх ушел, оградив нашу Церковь от этого трудного времени» [23].

Как видим, было откровенно заявлено, что в последние годы Алексий II неудовлетворительно справлялся с решением задач церковного управления. Следовательно, указывалось на то, что упущенное следует наверстать и исправить. О том, как это происходило, и в чем новый предстоятель полагал ключ к успеху, как налаживал церковно-государственные отношения, показали первые годы его управления Церковью. Об этом мне уже приходилось говорить [См.: 38, 39]. В данном случае речь пойдет о церковном строительстве, церковной жизни и церковно-государственных отношениях, развивавшихся в течение последних двух — двух с половиной лет служения Патриарха Кирилла.

То было чрезвычайно непростое время — и для РПЦ, и для Российского государства, что во многом и обусловило специфику церковной политики 2013-2015 гг. Прежде всего, разумеется, необходимо вспомнить о так называемом «украинском вопросе», который не будет ошибкой назвать наиболее важным для Русской Церкви как крупнейшей православной Поместной Церкви.

2013 год был для Русской Православной Церкви юбилейным — тогда отмечалось 1025-летие Крещения Руси, которое стало не только религиозным,

но и государственным праздником в трех славянских странах: России, Украине и Белоруссии. Торжества проходили в Москве, Киеве и Минске и носили официальный характер. На приеме, по случаю организованном Московской Патриархией 24 июля 2014 г., было оглашено и поздравление В. В. Путина [21, с. 9]. «Для российской государственности, для нашего национального самосознания, — отмечалось в поздравлении, — православие стало духовной опорой, повязало крепкими родственными узами Россию, Украину и Беларусь» [21, с. 18]. На следующий день Президент встретился с Патриархом Кириллом и его гостями; тогда же, вечером, на Красной площади состоялся концерт. Безусловно, торжество вышло за пределы Церкви и отмечалось как государственный праздник, призванный показать важность Крещения Руси в общей истории страны.

Празднование продолжилось 27 июля в столице Украины, где состоялось заседание Св. Синода РПЦ и встреча с Президентом Украины. 28 июля, в день памяти святого князя Владимира прошло торжественное богослужение в Успенской Киево-Печерской лавре, после чего гости, опять на поезде, отбыли в Минск. 29 июля, на Минском Замнище в присутствии 50 тысяч верующих состоялось торжественное богослужение. Президент Белоруссии встретился с высокими гостями. [21, с. 11-17].

С тех пор и до сего дня Патриарх Кирилл более не посещал Украину, и причиной тому стало кардинальное изменение политической ситуации в этой стране. Осенью 2013 г. в Киеве начались антиправительственные выступления, к концу декабря достигшие исключительного накала. Организовался Майдан, противостояние официальных органов правопорядка и протестующих привело к жертвам. Священноначалие РПЦ довольно быстро отреагировало на происходившие события: 25-26 декабря 2013 г. Св. Синод обнародовал свое заявление, в котором говорилось о молитве в пользу мира на земле Украины. [16, с. 19].

Два месяца спустя «к полноте Русской Православной Церкви в связи с событиями на Украине» обратился и лично Патриарх Кирилл, в своем послании указавший, что вся «наша многонациональная Церковь» молится о мире на Украине и о прекращении гражданской распри» [40, с. 18]. Ближайшее будущее показало, что призыв оказался не услышанным. Одной из причин этого было и то обстоятельство, что митрополит Киевский Владимир (Сабодан) тяжело болел и фактически не участвовал в церковном управлении. В один из самых переломных моментов новейшей украинской истории, 24 февраля 2014 г., Св. Синод УПЦ МП был вынужден провести внеочередное заседание, на котором избрал исполняющим обязанности предстоятеля Украинской Церкви — Местоблюстителем Киевской кафедры — митрополита Черновицкого и Буковинского Онуфрия (Березовского) [40, с. 19].

Помимо решения важного организационного вопроса, Св. Синод УПЦ МП составил ответ на обращение к нему УПЦ Киевского Патриархата. В обращении сторонников этой религиозной организации, возглавляемой так называемым «Патриархом Киевским и всея Руси-Украины» Филаретом (Денисенко), говорилось о необходимости безотлагательного преодоления разделения Православной Церкви на Украине [31]. В сложившихся условиях члены Св. Синода УПЦ МП приняли решение создать комиссию для диалога,

причем не только с представителями УПЦ КП, но и с УАПЦ — как и УПЦ КП канонически непризнанной Поместными Православными Церквями религиозной организацией, существующей на территории Украины и окормляющей украинскую диаспору Северной Америки и Западной Европы. Комиссию для диалога возглавил архиепископ (ныне митрополит) Митрофан (Юрчук) [35, 34].

В связи со сказанным не будет лишним отметить, что по состоянию на начало 2015 г. к УПЦ КП относят себя 44% украинцев, а 21% населения назвали себя верующими УПЦ МП. Согласно данным, обнародованным Государственным комитетом Украины по делам национальностей и религий, по состоянию на 1.01.2010 г. на Украине УПЦ КП имеет 4281 приход, а УПЦ МП — более 11000 приходов, объединенных в 32 епархии. При этом, согласно данным УАПЦ, на 2001 г. она имела 11 епархий, 561 приход и 404 священнослужителя. Более 80% прихожан приходились на три области Западной Украины — Львовскую, Ивано-Франковскую и Тернопольскую.

Не желая форсировать события, украинские иерархи, входящие в юрисдикцию Московской Патриархии, попытались ответить максимально обтекаемо, заострив внимание на том, что «лечение раны раскола требует взвешенных и продуманных решений, которые не могут приниматься в спешке во время общественного напряжения» [40, с. 19]. Последующие события продемонстрировали, впрочем, что до гражданского примирения на Украине чрезвычайно далеко, и Православная Церковь, к сожалению, не может играть роль авторитетного «примирителя». Кроме того, политические события, происходившие на Украине осенью-зимой 2013-2014 гг., оказали глобальное влияние на общество в целом.

В сложившихся условиях, 19 марта 2014 г. Св. Синод РПЦ опубликовал новое заявление, в котором, с горечью указав на увеличение беспорядков и кровопролитие, утверждалось, что Церковь не может отождествлять себя с какой-либо одной точкой зрения и возвышается над разногласиями. Иерархи акцентировали внимание на том, что на Украине существует лишь единственная сила, способная примирить конфронтирующих между собой людей [16, с. 2-3]. С формальной точки зрения, Св. Синод РПЦ лишь констатировал очевидный факт: канонической Церковью на Украине была только УПЦ МП. Всячески подчеркивая, что юрисдикция РПЦ не ограничивается территорией России, синодалы последовательно демонстрировали свою «аполитичность».

Примером этого стало неучастие Патриарха Кирилла в торжественном заседании, проходившем в Большом Кремлевском дворце 18 марта 2014 г. по случаю присоединения Крыма к России. Понятно, что сразу же появились версии, объясняющие отсутствие предстоятеля РПЦ в Кремле. Характерно, что тогда же протодиакон Андрей Кураев откровенно заявил: «В данном случае вся ситуация вокруг Крыма для РПЦ — это прямые потери. Приобретений никаких нет — потому что Крым и так епархия РПЦ, а вот потери могут быть очень серьезные. По всей Украине на волне антирусских настроений люди могут начать хлопать дверями и уходить в другие конфессии» [Цит по: 42]. Конечно, рассуждения о силе хлопающей двери и возможному уходу верующих в иные церковные юрисдикции не должны восприниматься излишне серьезно. И все же. Отец Андрей озвучил те страхи, которые одолевали руко-

водство Московской Патриархии, начиная с поздней осени 2013 г. Некоторые западные аналитики (например, французский политолог А. Тенк) писали даже о том, что Патриарх Московский не может быть посредником «на восточной границе» России [33]. Мнение А. Тенка интересно прежде всего с психологической точки зрения: он оценивает Святейшего не как архипастыря, а как российского политика. Мотивация предстоятеля РПЦ не принимается в расчет и не рассматривается. А между тем украинский вопрос для него — один из приоритетных. В своем докладе на епархиальном собрании Москвы в 2014 гг. Патриарх Кирилл даже изменил структуру собственного выступления, начав его с оценки событий на Украине [13].

Действительно, в жизни УПЦ МП в 2014 г. произошли серьезные изменения. В марте 2014 г., определением Св. Синода, в его состав был введен митрополит Онуфрий (Березовский), которому тогда же определили и первое, среди синодалов, место [20, с. 8]. Спустя три с половиной месяца, 5 июля 2014 г. скончался митрополит Владимир (Сабодан). Патриарх Кирилл, как известно, на его похоронах не присутствовал — его представлял председатель ОВЦС митрополит Иларион (Алфеев). Святейший вынужден был ограничиться соболезнованиями. Свои соболезнования направил Синоду УПЦ МП и Президент России В. В. Путин [2, с. 47].

Спустя месяц после похорон митрополита Владимира, 13 августа 2014 г., состоялся Собор епископов УПЦ МП, на котором, после двух туров голосования, Киевским митрополитом был избран вл. Онуфрий (Березовский). Интронизация нового предстоятеля УПЦ МП прошла 17 августа, которому митрополит Иларион (Алфеев) от имени Патриарха Кирилла тогда же вручил святительский жезл [36, с. 14-16]. Можно сказать, что митрополит Онуфрий, рассматривается руководством Московской Патриархии как верный сторонник единой РПЦ. Одним из доказательств лояльности нового предстоятеля УПЦ МП можно считать и то, что 8 мая 2015 г. он отказался встать во время речи П. А. Порошенко в Верховной Раде, протестуя против продолжения военной операции в Донбассе [11].

Подобным образом на происходящее реагировал и Патриарх Кирилл, воспринимающий происходящее на Украине как смуту. По его мнению, смута есть пример социальной болезни, поражающей души людей. Не случайно, он указал на это в послании, выпущенном ко Дню народного единства — 4 ноября 2014 г. Не упоминая Украину, а вспоминая прошлое России, Патриарх Кирилл отметил, что «общество и государство погибают, когда люди начинают искать личных или сословных выгод в ущерб личному благу, и спасается, когда находится достаточно людей, готовых на труды и жертвы ради страны». Предстоятель явно тревожился о том, чтобы «вирус смуты» не распространился в России [25, с. 14, 15]. Полагаю, что фраза о «вирусе смуты» могла восприниматься читателями и слушателями только в «украинском контексте». Патриарх в данном случае оказался безусловным союзником российских властей, патриотически смотрящим на то, что такое смута и как она разлагает «общее благо».

Святейший вспомнил об Украине и в феврале 2015 г, открывая заседания Высшего Церковного Совета и подчеркивая, что Церковь стоит над политическими схватками [30]. Тезис об аполитичности Церкви предстоятель РПЦ

продолжает отстаивать несмотря ни на что, хотя убедить в его истинности украинскую политическую элиту ему вряд ли удастся: в истории, как и в жизни, психологические представления и стереотипы бывают не менее сильны, чем реальность.

* * *

Безусловно, события на Украине самым существенным образом отразились на деятельности РПЦ последних лет, однако за указанное время имели место и другие явления, игнорировать которые — значит игнорировать всю сложность церковной жизни Московской Патриархии. Многое уяснить можно с помощью статистических данных (тем более, что в 2014 год был юбилейным: тогда, 1 февраля, отмечалось пятилетие первосвятительского служения Патриарха Кирилла). Из 1825 календарных дней, обнимающих 2009-2014 гг., он совершил 1132 богослужения [27, с. 21]. Это специально было отмечено в статье ЖМП, посвященной этой дате. 1 февраля 2014 г. официальную резиденцию Святейшего в Москве посетил премьер-министр России Д. А. Медведев и мэр Москвы С. С. Собянин. В тот же день свои поздравления направил и Президент В. В. Путин. Патриарх понимает и ценит такое отношение властей. Не случайно, отвечая полпреду Президента в Центральном федеральном округе А. Д. Беглову, передавшему поздравления от имени В. В. Путина, он указал: «государство и Церковь сохраняют некую внутреннюю автономию друг от друга, что на языке юридическом именуется отделением Церкви от государства. Но при этом народ наш и Церковь не отделены друг от друга» [27, с. 22, 23]. Иными словами, Церковь и общество, включающее православных граждан, — едины.

В свою очередь, государство стремится и юридически поддержать права верующих. Так, 11 июня 2013 г. Государственная Дума приняла, а 26 июня 2013 г. Совет Федерации одобрил закон «О внесении изменений в статью 148 Уголовного кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях противодействия оскорблению религиозных убеждений и чувств граждан». 29 июня Президент подписал закон, и он вступил в силу. Изменения предусматривают ужесточение наказания [37].

Современные российские церковно-государственные отношения развиваются как на уровне официальных контактов, так и на уровне контактов личных: первые лица посещают патриаршие богослужения, не забывают вспоминать о церковных торжествах и о событиях, непосредственно связанных с жизнью предстоятеля РПЦ. Безусловно, все это нельзя считать случайностью: светские власти учитывают значительное доверие граждан к РПЦ. Обратимся к цифрам. Согласно данным «Левада-центра», опубликованным 13 ноября 2014 г. и посвященным рассмотрению вопроса о доверии светским и церковным властям, 54% респондентов, участвовавших в опросе, считали, что РПЦ и религиозные организации заслуживают доверия (в 2013 г. таковых было 48%), 20% считали, что «не вполне заслуживают» (в 2013 г. цифра была иная — 25%), 7% — что «совсем не заслуживают» (в 2013 г. — 10%). В то же время Президенту в конце 2014 г. доверяли 79% (в 2013 г. — только 55%), совсем не доверяли — 4% (в 2013 г. — 12%). Проводившие опрос социологи полагали, что приведенные

цифры не давали возможности говорить о существенном изменении степени доверия к РПЦ — «возросшее в 2013 году недоверие, вероятно, было связано со скандалами 2012 года (вокруг "Pussy Riot" и Патриарха Кирилла)» [28].

Не будем спешить с заключениями. Отметим только, что доверие Президенту намного превышает степень доверия к Церкви. Объяснить это можно лишь с учетом политической составляющей, актуализированной именно в указанное время. Теперь о статистических выкладках, позволяющих говорить о росте числа верующих. Суммируя приведенные аналитическим центром «СОВА» данным, на Рождество 2014 г. православные храмы посетили, участвуя в богослужениях, более 3,5 млн человек [8], а на Пасху 2014 г. — более 2,3 млн человек [6]. Не будем забывать, что данные представлены далеко не по всем епархиям РПЦ. Но даже произвольно увеличив указанные цифры вдвое, мы получим, прилагательно к Пасхальным торжествам, менее 5 млн участников главной церковной службы года. В 2015 г. число посетивших рождественские и пасхальные торжества несколько изменилось: на Рождество 2015 г., по данным МВД, в 8,5 тысячах храмах РПЦ молились более 2,6 млн человек [9], а на Пасху 2015 г. — около 7 млн жителей России [7]. Расхождение с приведенными выше цифрами, думаю, объясняется неполнотой представленных МВД данных и лишний раз свидетельствует о том, что «статистический» подход к анализу численности верующих имеет достаточно изъянов. Впрочем, как бы то ни было, но, повторимся: цифры свидетельствуют о разрушении традиций и норм, свойственных большинству православных людей еще сто лет назад.

Впрочем, цифры посещающих богослужения по важнейшим религиозным праздникам не дают еще представления о том, как развивалась церковная жизнь. Об этом могут свидетельствовать и деятельность Патриарха, и активность церковных институтов, и реакция на принципиальные моменты общественно-политической жизни. Наиболее полную картину можно составить, ознакомившись с традиционным ежегодным декабрьским докладом предстоятеля РПЦ на епархиальном собрании Москвы. Согласно приведенным Патриархом Кириллом данным, за период с 2009 по 2012 гг. число архиереев существенно возросло: на Архиерейском Соборе 2013 г. из 280 участвовавших в нем епископов 88 было хиротонисано в указанные годы. «Архиерейским Собором был поддержан курс на образование новых епархий и митрополий, — указал Патриарх, — в связи с чем в 2013 году было образовано 20 новых епархий и 11 новых митрополий. Всего сегодня в Русской Православной Церкви 44 митрополии, 269 епархий, из них 160 в России. Общее число епархий за истекшие пять лет возросло на 110, а в России — на 91 епархию» [14].

Разумеется, рост числа епархий потребовал и увеличения численности епископского корпуса. Как и ранее, Патриарх активно рукополагал новых ставленников — им и сослужившими ему архиереями было совершено 22 епископские хиротонии. В результате, к концу 2013 г. епископат РПЦ составил 312 человек, из которых 249 являлись правящими. В России число архиереев достигло 176, из которых 147 являлись управляющими епархиями, а 29 — викарными епископами [14]. В 2014 г. Патриарх также совершил 19 хиротоний [13], продолжив курс на увеличение епископата. Говоря о новых архиереях, митрополит Иларион (Алфеев) отмечал, что среди них встречаются и моло-

дых — тридцати с небольшим лет, и те, кому при рукоположении было за 60. «Но средняя возрастная категория для новопоставляемых архиереев — от 45 до 55 лет» [17, с. 24]. Новый епископат служит в условиях, когда официальная светская власть не отгораживается от Церкви институциями типа советского Совета по делам религий. Не вспомнить об этом было бы неправильно.

Следует также отметить, что в качестве предстоятеля РПЦ в 2013-2015 гг. Патриарх Кирилл регулярно встречался с руководителями различных государств, министрами, главами российских регионов, послами, религиозными, общественными и политическими деятелями, посещал страны дальнего и ближнего Зарубежья [См. подр.: 18, 19].

Важное значение придает современное священноначалие РПЦ и церковной деятельности, осуществляемой в рамках Всемирного русского народного собора, председателем которого по устоявшейся традиции является Патриарх Московский и всея Руси. За истекшие два года прошло два таких собора — ХУП-ый и ХУШ-ый. На ХУП-м, проходившем в Храме Христа Спасителя в конце октября — начале ноября 2013 г. и посвященном теме России как страны-цивилизации, солидарному обществу и будущему российского народа, с большой речью выступил Патриарх Кирилл.

В речи акцент делался на самобытности России, ее уникальности и способности «давать неповторимый национальный ответ на вызовы времени». Святейший утверждал, что наша страна есть цивилизация, «со своим набором ценностей, своими закономерностями общественного развития, своей моделью социума и государства, своей системой исторических и духовных координат». Предстоятель РПЦ утверждал, что мы «никогда не согласимся с теми, кто хочет видеть ее "Россией без русских", лишенной национального и религиозного лица, потерявшей чувство солидарности и единства» [4]. Славянофильские мотивы, которые невозможно было скрыть, пронизывали все его выступление.

XVIII Всемирный русский народный собор, опять же под председательством Патриарха Кирилла, состоялся в ноябре 2014 г., и был посвящен разработке темы единства истории, единства народа, единства России. На фоне событий, произошедших в 204 г. на Украине, участники собора и рассуждали о проблемах единства России и необходимости это единство сохранить. Собственно говоря, основная мысль, утверждаемая в решениях XVIII собора, была та же, что и годом ранее: всячески подчеркивать важность роли именно русского народа в государственном строительстве страны, его уникальность и единство. Соборяне посчитали полезным закрепить статус русского народа как государствообразующего [32]. ВРНС даже определил русскую идентичность, принял «Декларацию русской идентичности», сформулировав некую идеологическую модель: «вера — справедливость — достоинство — солидарность — державность». Об этой модели Патриарх Кирилл говорил и в своем выступлении в Государственной Думе 22 января 2015 г. [5].

Спросим себя, насколько серьезно можно воспринимать подобные заявления и определения, насколько они влияют на общественно-политический климат в стране?

К сожалению, ясный ответ сформулировать не получается. Российский социолог религии Н. А. Митрохин, к примеру, по этому вопросу высказался

предельно жестко, назвав «Декларацию русской идентичности» «типичной для ВРНС пустышкой, документом, который обсуждается в течение нескольких дней после его приема в СМИ и забывается». Указывая, что соборяне определяют как русских всех, говорящих по-русски, поддерживающих русскую культуру и придерживающихся православной веры, исследователь задается вопросом: «насколько человек, еще в прошлом году посещавший православную церковь, а ныне перешедший в католическую или баптистскую, но отвечающий всем прочим критериям "русскости", может считаться русским? Как в этой ситуации быть со старообрядцами, которые, будучи православными, не придерживаются тех же взглядов на православие, что и структуры Московской Патриархии? И как быть людям неверующим или агностикам?».

Вопросы, понятно, гипотетические и не требуют ответа. Однако проблема остается: необходимо ли давать определение народа, неизбежно смешивая понятия «нация», «народ» и «национальность?

Очевидно, что определение национальной идентичности, рассматриваемой через призму религии, преследует в большей степени идеологические, нежели какие-либо иные цели. И это неудивительно. Отсутствие у государства четко оформленных идеологических принципов, заставляет светские власти обращаться к РПЦ, используя ее моральные ресурсы для укрепления основ существующего социального строя.

В этой связи вполне естественно смотрится участие государства в крупных церковных торжествах, например, — в торжествах, связанных с 700-летием преподобного Сергия Радонежского [19]. Также громко было отмечено Церковью и 400-летие избрания Михаила Романова на царство [41. С. 30-31]. Воцарение Дома Романовых оценивалось Патриархом Кириллом как преодоление Смуты и начало возрождения страны, а Романовы воспринимались как символ такого возрождения [22]. В декабре 2013 г., выступая на ежегодном епархиальном собрании духовенства Москвы, Патриарх специально подчеркнул, что «празднуя 400-летний юбилей Дома Романовых, мы призваны осмыслить наш уникальный исторический опыт и оценить вклад, который династия внесла в развитие российской государственности, в том числе в становление и развитие церковной миссии» [14]. Так историческая дата незаметно трансформировалась в важное идеологическое событие.

9 мая 2015 г. Патриарх Кирилл присутствовал на Параде Победы в качестве почетного гостя, принимал участие (вместе с другими церковными деятелями) и в торжественном приеме по случаю празднования 70-летия Победы, который состоялся от имени Президента России в Большом Кремлевском дворце [29]. 24 июня он выступил перед ветеранами в Храме Христа Спасителя, сравнив борьбу советского народа с фашистской Германией с борьбой Давида и Голиафа [3].

28 июля 2015 г. от имени Президента России в Кремле состоялся торжественный прием, посвященный 1000-летию со дня кончины св. князя Владимира. В условиях сложных взаимоотношений с современным украинским руководством и социально-психологическими коллизиями, связанными с восприятием истории Киевской Руси в современной Украине, проведение такого приема выглядит вполне оправданно. Показательно, что торжество началось

с речей В. В. Путина и Патриарха Кирилла, в которых отстаивался тезис о духовном единстве народов, а также имелись указания на формирование князем Владимиром контуров евразийского государства [1]. Прозвучавшее можно воспринимать как политическое стремление сконструировать новую общественно-политическую концепцию исторического развития России.

Подведем общие итоги. Как видим, Патриарх Кирилл не только предстоятель крупнейшей конфессии России, но и выдающийся общественно-политический деятель, неизменно выступающий с заявлениями по поводу важнейших событий, затрагивающих прошлое и настоящее России. По словам современного православного публициста А. Г. Жучковского, «Кирилл стал ярким примером "политического Патриарха" — политика на патриаршем престоле» [15]. Вряд ли это утверждение можно считать комплиментарным, однако игнорировать его также было бы неправильно. Уход от «политики» может означать для Церкви ослабление ее позиций в общественной жизни России и уменьшение степени влияния на государственные институты. А это влияние не в последнюю очередь необходимо Церкви и для решения собственных, внутрицерковных проблем (например, вопроса, связанного с признанием государством богословских ученых степеней).

В целом, в 2013-2015 гг. Церкви неоднократно приходилось отвечать на вызовы времени, в частности, давать взвешенный ответ по поводу трагедии, случившейся в редакции французского антиклерикального сатирического журнала «Charlie Hebdo» [24].

Существенное влияние на публичную жизнь православного сообщества России имели события, связанные с прибиванием в стране христианских святынь, привозимых из греческих монастырей. В январе 2014 г. РПЦ торжественно встречала Дары волхвов — за время нахождения их в России поклониться святыне пришло около 585 тысяч человек [10]. В конце апреля 2015 г. в Россию привезли новую святыню православного мира: ковчег с десницей Георгия Победоносца. Событие приурочили к празднованию 70-летия Победы, получив благословление Патриарха Кирилла и положительное решение Священного Кинота Св. годы Афон.

Важным событием в жизни РПЦ указанных лет стало Архиерейское совещание, имевшее место 2-3 февраля 2015 г. В ходе его работ было принято много предложений, направленных на решение целого ряда проблем, затрагивающих жизнь Церкви в современном обществе. Перед участниками совещания с большой программной речью выступил Патриарх Кирилл, вновь заявивший о бедственной ситуации на Украине. Далее он кратко охарактеризовал статистические данные, сравнив показатели февраля 2009 г. с цифрами февраля 2015 г. Так, на начало 2015 г. численность епископата РПЦ составила 330 человек, что было на 130 больше, чем в начале 2009 г. Численность епархий увеличилась с 159 в 2009 г. до 286. Число реальных приходов составила 35 496 (с учетом уточненных в епархиях данных, рост со времени Архиерейского Собора 2013 г. составил 4940 приходов). Существенно увеличилось и число клириков Московской Патриархии, составив 38344 человека (это было на 4139 человека больше, чем в начале 2013 г) [12]. Статистика, действительно, впечатляла, а процесс роста числа епископов и клириков, а также увеличение числа епархий и приходов вдохновлял.

Говорило ли это об успешности осуществляемых Патриархом Кириллом преобразований?

Смотря что понимать под словом «преобразования». Если ограничиться фразой о внутрицерковных изменениях, проводимых с целью приближения архиереев и духовенства к верующему народу, то тогда колоссальный рост епископата и увеличение численности духовенства, дробление епархий и организация новых кафедр будут иметь свое объяснение. Но, разумеется, начиная свои реформы, Патриарх Кирилл вовсе не хотел ограничиться увеличением цифровых показателей. Если это и осуществлялось, то, прежде всего, для усиления роли и значения РПЦ в жизни российского общества и церковного влияния на ход его развития. В своем докладе предстоятель РПЦ сумел осветить основные проблемы, без успешного решения которых Церковь не могла рассчитывать на успешность начатых реформ. Но, в контексте основной темы, рассматриваемой в настоящей работе, следует обратить внимание на то, что Патриарх Кирилл высоко оценил церковно-государственный диалог, имеющий место в России. Как позитивный факт, он отметил сотрудничество Церкви с Администрацией Президента и аппаратом Правительства, Федеральным Собранием, профильными министерствами и ведомствами, региональными органами власти [12].

Совершенно очевидно, что руководство РПЦ желает развития « плодотворного соработничества» с государством. Главными его целями декларативно провозглашаются «содействие спасительной миссии Церкви, обеспечение возможности жить по вере, утверждение среди людей богоданных нравственных ценностей, созидание мира, справедливости и благополучия для всех народов». «Народное благо» утверждается как главная цель, стоящая перед Церковью в ее взаимоотношениях с государственной властью [26]. Последняя, как известно, также всегда печется только о благе своих граждан: здесь высшее светское руководство современной России и священноначалие РПЦ едины. Кроме того, и по основным вопросам внешней и внутренней политики публичные суждения Патриарха Кирилла и Президента В. В. Путина совпадают — чем дальше, тем больше.

Не станем спешить с выводами, история продолжается, и Русская Церковь, решая одни вопросы и взамен получая другие, сталкиваясь с новыми вызовами, требованиями времени и необходимостью сохранить православную традицию в условиях меняющегося мира, пытается обозначить свое место в современном социуме. Не всегда эта попытка заканчивается успехом, не всегда чаемое удается претворить в реальность. Но и сами ошибки (или то, что таковыми считают как «левые» или «правые» церковные критики, так и противники Церкви из секулярного лагеря — от толерантных либералов до воинствующих атеистов) свидетельствуют об умении Церкви искать ответы на злободневные вопросы сегодняшнего дня, равно как и о ее желании эти ответы находить.

ЛИТЕРАТУРА

1. В Кремле состоялся торжественный прием по случаю 1000-летия преставления равноапостольного князя Владимира // http://vladimirfund.ru/v-kremle-sostoyalsya-torzhestvennyj-priem-po-sluchayu-1000-letiya-prestavleniya-ravnoapostolnogo-knyazya-vladimira/.

2. Вечная память // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 8.

3. Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на встрече с участниками парадов на Красной площади 7 ноября 1941 г., 24 июня 1945 г. и 9 мая 2015 г. // http:// www.patriarchia.ru/db/text/4133019.html.

4. Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на открытии XVII Всемирного русского народного собора // http://www.patriarchia.ru/db/text/3334783.html.

5. Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на открытии III Рождественских Парламентских встреч // http://www.patriarchia.ru/db/text/3960558.html.

6. Данные о посетивших пасхальные богослужения в 2014 году // http://www. sova-center.ru/religion/discussions/how-many/2014/04/d29380/.

7. Данные о посетивших пасхальные богослужения в 2015 году // http://www. sova-center.ru/religion/discussions/how-many/2015/04/d31776/.

8. Данные о посетивших рождественские богослужения в 2014 году // http:// www.sova-center.ru/religion/discussions/how-many/2014/01/d28755/.

9. Данные о посетивших рождественские богослужения в разных регионах, 2015 год // http://www.sova-center.ru/religion/discussions/how-many/2015/01/d30983/.

10. Дарам волхвов в России поклонились почти 600 тыс. человек // http://ria.ru/ spb/20140117/989798503.html#ixzz3fy2vpAX1.

11. Депутаты В [ерховной] Р [ады] преследуют митрополита УПЦ МП Онуфрия за антивоенный протест // http://ukraina.ru/news/20150513/1013055486.html.

12. Доклад Патриарха Московского и всея Руси на Архиерейском совещании // http://www.patriarchia.ru/db/text/3979067.html.

13. Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на епархиальном собрании города Москвы // http://www.patriarchia.ru/db/text/3889092.html.

14. Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на епархиальном собрании города Москвы 20 декабря 2013 года // http://www.patriarchia.ru/db/text/3453393. html.

15. Жучковский А. «Первая пятилетка» Патриарха Кирилла. Проблемы и вызовы Русской Православной Церкви // http://www.apn.ru/publications/article30999.htm.

16. Заявление Священного Синода Русской Православной Церкви в связи с событиями на Украине // Журнал Московской Патриархии. 2014. № 2.

17. Иларион, митр. Волоколамский. «Второе дыхание» церковного возрождения // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 2.

18. Летопись Патриаршего служения в 2013 году // http://www.patriarchia.ru/db/ text/2741724.html.

19. Летопись Патриаршего служения в 2014 году // http://www.patriarchia.ru/db/ text/3507728.html.

20. Определения Священного Синода // Журнал Московской Патриархии. 2014. —

№ 4.

21. Официальная хроника // Журнал Московской Патриархии.2013. — № 8.

22. Патриарх возглавил торжества в честь 400-летия Дома Романовых // http:// www.adenisov.ru/news/0/1294.

23. Патриарх Кирилл о смерти [Патриарха] Алексия // http://www.youtube.com/ watch?v=uHYx_kzw660.

24. Патриарх Кирилл осудил Charlie Hebdo за карикатуры на Христа // http:// tvzvezda.ru/news/vstrane_i_mire/content/201501251531-oudy.htm.

25. Послание Святейшего Патриарха Кирилла ко Дню народного единства // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 11.

26. Постановления Архиерейского Совещания Русской Православной Церкви (2-3 февраля 2015 года) // http://www.patriarchia.ru/db/text/3981135.html.

27. Пять лет первосвятительского служения // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 3.

28. Россияне больше доверяют Президенту, чем Церкви // http://www.sova-center. ru/religion/discussions/society/2014/11/d30645/.

29. Святейший Патриарх Кирилл присутствовал на военном параде в честь 70-летия Победы // http://www.patriarchia.ru/db/text/4074049.html.

30. Святейший Патриарх Кирилл: «Сегодня нет более важного вопроса, чем мир на украинской земле» // http://www.patriarchia.ru/db/text/3996170.html.

31. Синод УПЦ МП ответил на обращение Синода УПЦ Киевского патриархата // http://churchby.info/bel/940.

32. Соборное слово XVIII Всемирного русского народного собора // http://www. patriarchia.ru/db/text/3837990.html.

33. Тенк А. Патриарх Кирилл — религиозная опора путинского национализма // http://inosmi.ru/russia/20141209/224807247.html.

34. Украинская Автокефальная Православная Церковь // https://ru.wikipedia.org/ wiki/Украинская_автокефальная_православная_церковь.

35. Украинская Православная Церковь Киевского Патриархата // https://ru.wikipedia. org/wiki/Украинская_православная_церковь_Киевского_патриархата.

36. Украинская Церковь обрела нового Предстоятеля // Журнал Московской Патриархии. 2014. № 9.

37. Федеральный закон Российской Федерации от 29 июня 2013 № 136-ФЗ г. Москва // http://www.rg.ru/2013/06/30/zashita-site-dok.html.

38. Фирсов С. Л. Церковь и государство при Святейшем Патриархе Кирилле (Гун-дяеве): основные тенденции развития. (К постановке проблемы) // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2013. —Т. 14. —Вып. 3. —С. 351-360.

39. Фирсов С. Л. Церковь, общество и власть в 2009-2013 годах: проблема «симфоничных отношений» при Святейшем Патриархе Кирилле (Гундяеве) // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. Приложение к тому 14 (2013). — 54 С.

40. Церковь призывает к миру // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 3.

41. 400 лет Дому Романовых // Журнал Московской Патриархии. 2014. — № 4.

42. Шепелин И. Чаплин: «На послании Путина патриарха не было, это все, что могу сказать» // http://slon.ru/fast/russia/chaplin-na-poslanii-putina-patriarkha-ne-bylo-eto-vse-chto-mogu-skazat—1073000.xhtml.