Кризис культуры в современной России

УДК 130.2 ББК 71(2)6

КРИЗИС КУЛЬТУРЫ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Алентьева Татьяна Викторовна,

доктор исторических наук, профессор Курский государственный университет

Аннотация. В статье дается анализ кризисного состояния российской культуры. Показано влияние на нее процесса глобализации. Рассматриваются проявления кризиса в таких сферах, как духовно-нравственная, этно-религиозная, экологическая, образование и художественное творчество. Доказывается, что кризис современной российской культуры обусловлен не только объективными социально-экономическими условиями жизни населения, но и сменой системой ценностей модернизирующегося общества.

Ключевые слова: кризис культуры, кризис морали, кризис образования, философская антропология, ценности, вестернизация, духовная жизнь общества, потребительство, экология, художественное творчество.

CULTURAL CRISIS IN THE MODERN RUSSIA

Alenteva T.V.,

dr. of historical sciences, professor Kursk State University

Abstract. The analysis of the crisis of the culture in modern Russia is given in this article. The manifestation of the crisis concerning spiritual and ethic values, ethnic and religious problem, ecology, education, art creativity is shown. The perception of the modern Russian culture is caused not only by objective socio-economic living conditions of the population, but by the replacement of the value system of the modernizing society as well.

Key words: culture crisis, ethics crisis, values, educational crisis, philosophical anthropology, values, westernization, spiritual life of a society, consumerism, ecology, art creativity.

Говорить о кризисе культуры в современной России стало модной традицией. О нем рассуждают представители самых разных гуманитарных профессий. Российское общество испытывает глубокий кризис, который охватывает все основные сферы бытия. В духовно-нравственной области происходит разрушение традиционных ценностных ориентаций, норм общественной жизни, ощущение огромным числом людей страха, бессмысленности и бесперспективности их деятельности, нарушение эмоциональной связи между людьми, рост отчужденности

изолированности человека в обществе, разгул преступности, наркомании, алкоголизма. В трудовой области мы видим падение престижа трудовой деятельности и профессионального образования, сужение сферы культурно-творческой деятельности, ориентацию на потребительство. В этнической области идут процессы дезинтеграции и размежевания в межнациональных отношениях, ведущие к межэтническим конфликтам, разрушение интернационалистских установок и оживление национализма, экстремизма, терроризма, религиозного фанатизма. Про-

215

исходит экспансия западных образцов массовой культуры, образа жизни и ориентаций на культуры других народов и подрыв национального культурного достояния. В экологической области нарастает опасность уничтожения биологических условий жизни, угроза физического самоуничтожения человека в результате экологической катастрофы и генетического вырождения [1].

Размышления о сегодняшней реальности приводят к констатации очевидного факта, что мир качественно изменяется. Наиболее общее понятие, с которым это изменение идентифицируется, - «глобализация». В обобщенной форме можно сказать, что, хотя основа этого процесса экономическая, он затрагивает все сферы общественной жизни, включая культуру и культурную идентичность. Поэтому было бы, видимо, не вполне правомерно говорить только о кризисе российской культуры, поскольку этот процесс явно носит общемировой планетарный характер. С одной стороны, международное сообщество нивелируется, гомогенизируется, воспринимая одни и те же культурные стандарты, главным образом, американские. Эта динамика приводит к сокращению различий между людьми, нациями, культурами, то есть к тому, что мы все превращаемся в нечто вроде граждан мира. Так что специалисты гуманитарных профессий всерьез заговорили о «вестернизации» стиля жизни, морали, культурных ценностей. Однако, если в начале XX века О. Шпенглер писал о «закате Европы», то теперь экономисты, философы, политологи, культурологи всерьез заговорили о конце эпохи Просвещения, «закате Америки», «сумерках глобализации» и даже о «смерти Запада» [2].

С другой стороны, существует мощная тенденция к укреплению культурно-религиозной идентичности, особенно в мусульманском мире. И это касается не только стран, традиционно исповедующих ислам, но и многих европейских стран, в которых наблюдается ускоренный рост мусульманских диаспор. В 1960 г. люди европейского происхождения составляли 1/4 мирового населения, в 2000 г. - 1/6, а в 2050 году, по прогнозам, составят лишь 1/10. С 1990-х годов население Европы увеличивается на 90% за счет исламской иммиграции. Сейчас в Европе 52 млн. мусульман, через 20 лет их численность удвоится и составит 104 млн. человек. Примерно такая же тенденция наблюдается и в США[3]. Другой стороной медали глобализации оказывается углубление процессов дифференциации, ведущее к конфликтам между государствами и общественными группами. Различные формы фундаментализма, национализма, расизма, регионализма, сепаратизма и даже трайбализма, все сильнее заявляющие о себе сегодня во многих частях мира, являются выражением этого феномена. Усиливается диверсификация культур и национальных идентичностей [4].

Разумеется, невозможно в одной статье охватить всю глубину проблемы. Тем более что представленные рассуждения - плод раздумий не профессионального культуролога, а историка. Следовательно, и взгляд на проблемы будет несколько иным. Кризис охватил многие сферы российской жизни, и чаще говорят о финансовых или экономических проблемах, а говорить надо, в первую очередь, о кризисе духовности. Разумеется, за годы реформ произошли большие материальные потери в сфере культуры. На образование, науку, библиотеки, музеи, театры, издательства не хватает средств. Многие объекты культуры прекратили свою деятельность или влачат жалкое существование, фонды библиотек и музеев гибнут от отсутствия необходимых условий хранения или просто разворовываются. Проанализируем некоторые статистические данные. Социологические опросы свидетельствуют, что, наряду с опасениями и страхами, связанными с экономическими проблемами и порождаемыми ими социальными последствиями, беспокойство россиян по поводу кризиса морали, нравственности, культуры остается примерно в пределах одного показателя -28,8% в 1994 г. и 26% - в 2008 г. В России уменьшилась численность посетителей театров с 55,6 млн. человек в 1990 г. - до 29,3 млн. человек в 2007 г. Подобная ситуация наблюдалась и с посещаемостью музеев. С 1992 г. по 2007 г. сократилось как число библиотек с 57,2 тыс. до 47,5 тыс., так и библиотечный фонд с 1063 млн. экз. до 945 млн. экз. С 2003 г. по 2008 г. снизилось число россиян, постоянно читающих книги, с 26% до 16%, и в то же время возросло число тех, кто их никогда не читает, с 34% до 46%, увеличилось число россиян, вообще не покупающих книги, с 30% до 60%, более 80% никогда не посещает библиотеки. В структуре читательских предпочтений тройку жанров-лидеров в 2008 г. составили «женский» детектив (28%), российский боевик (24%) и историко-приключенческая литература (23%), в то время как русскую советскую классику читают 15% россиян, русскую дореволюционную и зарубежную классику - 9%, а поэзию - лишь 4%. В этом смысле весьма показательна ситуация с вещанием телеканала «Культура». Лишь 8% россиян ответили, что им нравится этот телеканал [5]. Все это неслучайно.

Россия за годы перестройки и реформ сменила свои цивилизационные парадигмы. Из страны советской и социалистической она последовательно превращается в страну капиталистическую, построенную по западным образцам. В культурном ядре российского общества происходят целенаправленные разрушения прежних архетипов сознания с целью «смены типа цивилизации». Подрываются прежние духовные основания российской цивилизации, что не может не привести к затяжному кризису культуры.

России сложно стать западной цивилизацией, потому что у нее свой уникальный исторический опыт и традиции, собственная, столетиями создаваемая национально-культурная идентичность.

В западной и российской культуре прямо противоположно понимание фундаментальной природы человеческой личности. Человек был создан, выделен из животного состояния миром культуры, которая дает нам знания, умения и мотивы, как жить в обществе себе подобных и непрерывно преобразовывать и совершенствовать его. Культура помещает нас в жесткие рамки дисциплины, налагая на каждого из нас множество табу и запретов, подчиняет цензуре. Культура дает нам знания и умения быть частицей народа[6]. В течение сотен лет культурное ядро России покоилось на идее соборной личности, на принципе, что «человек человеку брат!» Солидарность, коллективизм, товарищеские отношения между людьми подкреплялись долгим существованием крестьянской общины. Конечно, общество эволюционировало, усложнялось, эта идея изменялась, но ее главный смысл был очень устойчивым. В нем не было главной идеи мальтузианства, отвергающего право на жизнь бедным и обездоленным. Вспомните, как в повести Н.В. Гоголя «Тарас Бульба» главный герой говорил о смысле братских товарищеских отношений между людьми. И насколько современно звучат его слова сейчас: «Хочется мне вам сказать, панове, что такое есть наше товарищество. Вы слышали от отцов и дедов, в какой чести у всех была земля наша: и грекам дала знать себя, и с Царьграда брала червонцы, и города были пышные, и храмы, и князья, князья русского рода, свои князья, а не католические недоверки. Все взяли бусур-маны, все пропало. Только остались мы, сирые, да, как вдовица после крепкого мужа, сирая, так же как и мы, земля наша! Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство! Вот на чем стоит наше товарищество! Нет уз святее товарищества! Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это не то, братцы: любит и зверь свое дитя. Но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в Русской земле, не было таких товарищей. Вам случалось не одному помногу пропадать на чужбине; видишь - и там люди! также божий человек, и разговоришься с ним, как с своим; а как дойдет до того, чтобы поведать сердечное слово, - видишь: нет, умные люди, да не те; такие же люди, да не те! Нет, братцы, так любить, как русская душа, - любить не то чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал бог, что ни есть в тебе... Нет, так любить никто не может! Знаю, подлость завелась теперь на земле нашей; думают только, чтобы при них были хлебные стоги, скирды да конные табуны их, да были бы целы в

погребах запечатанные меды их. Перенимают черт знает какие басурманские обычаи; гнушаются языком своим; свой с своим не хочет говорить; свой своего продает, как продают бездушную тварь на торговом рынке. Милость чужого короля, да и не короля, а паскудная милость польского магната, который желтым чеботом своим бьет их в морду, дороже для них всякого братства. Но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и в поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства» [7].

В современной России, начиная с перестройки, культурная элита страны восприняла и стала пропагандировать самый крайний социал-дарвинизм, представив людей животными, ведущими внутривидовую борьбу за существование. Конкуренция между людьми, по их мнению, - это самое нормальное состояние общества! Внедрение в массовое сознание антропологической модели социал-дарвинизма велось целенаправленно и даже агрессивно. Целью ее и было вытеснение из мировоззренческой матрицы народа прежнего, идущего от Православия и стихийного общинного коммунизма, представления о человеке. В разных вариациях с телеэкранов и на страницах различных печатных изданий давались клише из Ницше, Спенсера, Мальтуса такого типа: «Бедность бездарных, несчастья, обрушивающиеся на неблагоразумных, голод, изнуряющий бездельников, и то, что сильные оттесняют слабых, оставляя многих «на мели и в нищете», - все это воля мудрого и всеблагого провидения» [8]. А вот что утверждал известный английский священнослужитель, экономист и философ Т.Р. Мальтус в своей книге «Опыт о законе народонаселения в связи с будущим совершенствованием общества»: «Человек, пришедший в занятый уже мир, если его не могут прокормить родители и если общество не нуждается в его труде, не имеет права на какое-либо пропитание; в сущности, он лишний на земле. Природа повелевает ему удалиться и не замедлит сама привести свой приговор в исполнение» [9]. Эта идея находится в непримиримом противоречии с другими устоями русской культуры, люди теряют ориентиры, путаются в представлениях о добре и зле. В то время как авторитетные деятели науки и культуры России продолжают убеждать общество, что «человек человеку волк», и проповедовать социальный расизм. Например, директор Института этнологии и антропологии РАН В.А. Тишков, который в 1992 г. был министром по делам национальностей в правительстве Ельцина, заявил в одном из своих интервью: «Общество -это часть живой природы. Как и во всей живой природе, в человеческих сообществах существует доминирование, неравенство, состязательность, и это есть жизнь общества. Социальное равенство - это утопия и социальная смерть общества» [10]. Кста-

217

ти, как специалист, он отверг идею существования русской нации и национального многообразия в России. В статье, опубликованной в журнале «Вопросы философии», он доказывал, что существует всего лишь одна российская нация, поэтому достаточно быть гражданином России, чтобы принадлежать к таковой [11]. Академик, известный кардиохирург и публицист Н.М. Амосов в статье «Мое мировоззрение» в самом престижном академическом журнале «Вопросы философии» утверждал: «Человек есть стадное животное с развитым разумом, способным к творчеству... За коллектив и равенство стоит слабое большинство людской популяции. За личность и свободу - ее сильное меньшинство. Но прогресс общества определяют сильные, эксплуатирующие слабых» [12].

Пройдя жесткую школу Реформации, западная культура прониклась «духом капитализма». Произошла атомизация общества, разрыв средневековых традиционных общинных связей. Вот как писал об этой тенденции американский философ XIX века Р.У. Эмерсон: «Другой особенностью нашей эпохи, на которой также лежит печать аналогичного политического движения, является новое понимание человека как личности... каждый человек ощущает мир принадлежащим ему, и общается с другим человеком как суверенная держава с суверенной державой, - все это ведет к подлинному союзу и к величию» [13].

Человек стал индивидом, свободной, самодостаточной личностью, стремящейся к собственному материальному благополучию в ущерб другим индивидам. Возникает по известной формуле Гоббса: «война всех против всех». У цивилизованного человека, который живет в правовом государстве, эта война принимает форму конкуренции. Единственным признаваемым правилом поведения индивидов остается: «разрешено все, что не запрещено законом». Именно поэтому в западной цивилизации самой сложной проблемой является различение добра и зла. Неслучайно одной из работ популярного и сейчас философа Ф. Ницше являлась книга «По ту сторону добра и зла. Прелюдия к философии будущего». «Сама жизнь по существу своему есть присваивание, нанесение вреда, преодолевание чуждого и более слабого, угнетение, суровость, насильственное навязывание собственных форм, аннексия и, по меньшей мере, по мягкой мере, эксплуатация», -утверждает Ф. Ницше. Для русского человека, воспитанного традиционной культурой, границей между добром является понятие справедливости и совести. Американский антрополог М. Салинс так пишет о понимании сущности человека в западной цивилизации: «Гоббсово видение человека в естественном состоянии является исходным мифом западного

капитализма... Насколько я знаю, мы - единствен-&

218

ное общество на Земле, которое считает, что возникло из дикости, ассоциирующейся с безжалостной природой. Все остальные общества верят, что произошли от богов... Судя по социальной практике, это вполне может рассматриваться как непредвзятое признание различий, которые существуют между нами и остальным человечеством» [14].

Важно сопоставить это высказывание с представлениями о человеке у русских писателей и философов XIX столетия. Вот что писал, например, В. Соловьев о понимании сущности человека у Ф.М. Достоевского: «любил он, прежде всего, живую человеческую душу во всем и везде, и верил он, что мы все род Божий, верил в бесконечную силу человеческой души, торжествующую над всяким внешним насилием и над всяким внутренним падением... Изведав божественную силу в душе, пробивающуюся через всякую человеческую немощь, Достоевский пришел к познанию Бога и Богочеловека... Будучи религиозным человеком, он был вместе с тем вполне свободным мыслителем и могучим художником... Истина есть добро, мыслимое человеческим умом; красота есть то же добро и та же истина, телесно воплощенная в живой конкретной форме. И полное ее воплощение - уже во всем есть конец, и цель, и совершенство, и вот почему Достоевский говорил, что красота спасет мир» [15].

В 1995 г. было проведено социологическое исследование «базовых ценностей россиян». Первое, что обнаружили ученые - устойчивость отношения людей к главным ценностям, например наличие в человеке доброты и справедливости. Эта особенность культурного ядра российского народа, соединившегося вокруг русских, заключается в том соединении ума и сердца, которое наблюдается у человека, обладающего, как говорят, естественным религиозным органом - способностью видеть священный смысл в том, что западному «человеку массы» кажется обыденным, профанным, технологическим. Для западного «человека массы» ни в чем нет святости, он все потребляет, не чувствуя благодарности к тем, кто это создал. Он живет за счет того, что он отрицает, а другие создавали и копили. Поставив политическую задачу воспитать в России такого человека как опору власти «новых русских», реформаторы направили средства культуры на подрыв авторитета священных символов: Родина, Земля, Государство, Армия, Труд. Ничего священного, все покупается и продается! Ценности заменены ценой! [16]. Об этой особенности западной цивилизации писал еще в XIX веке Р.У. Эмерсон: «...Любую способность всякого человека, которая может в любом отношении оказаться полезной всякому другому человеку, она выставляет на продажу. Систему правления, занятую раньше содержанием огромной армии и флота, а также исполнительных органов, она

заменяет Товарным Рынком, где всякий может найти то, что желает купить, и выставить то, что желает продать, - не только промышленные изделия и предметы жизненной необходимости, но и искусство, талант, духовные и нравственные ценности. В том и состоит как благо, так и зло торговли, что она все выносит на рынок - талант, красоту, добродетель, самого человека» [17].

В XXI веке в России видные представители интеллигенции заговорили о «революции интеллектуалов», о неизбежности расслоения российского общества не просто по имущественному признаку, а именно на две расы: богатых и бедных. Вот рассуждения видного петербургского писателя А.М. Столярова: «Современное образование становится достаточно дорогим... В результате только высшие имущественные группы, только семьи, обладающие высоким и очень высоким доходом, могут предоставить своим детям соответствующую подготовку... А это, в свою очередь, означает, что «когнитивное расслоение» будет закреплено не только социально, но и биологически, в предельном случае разделив все человечество на две самостоятельные расы: расу «генетически богатую», представляющую собой сообщество «управляющих миром», и расу «генетически бедную», обеспечивающую в основном добычу сырья и промышленное производство» [18].

Подобные заявления - лишь отголоски проектов, всерьез обсуждаемых на Западе. В книге Ганса-Петера Мартина и Харальда Шумана «Западня глобализации» приводится информация о конференции, состоявшейся в 1995 г. в Сан-Франциско, где представители мировой элиты решали вопросы о будущем земной цивилизации. Вывод был однозначен. Если современное западное общество все еще остается обществом 2/3, то цивилизация будущего будет обществом 2/8. В следующем столетии для функционирования мировой экономики будет достаточно 20% населения. «Большей рабочей силы не потребуется», - считают западные политики. «Эти 20% в какой бы то ни было стране будут активно участвовать в жизни общества, зарабатывать и потреблять, и к ним, пожалуй, можно добавить еще примерно один процент тех, кто, например, унаследует большие деньги». А что же остальные? Останутся ли без работы 80% тех, кто хочет работать? «Конечно, - говорит американский писатель Дж. Рифкин, автор книги «Конец занятости». - У тех 80 %, которые останутся не у дел, будут колоссальные проблемы». Американский бизнесмен С. Мак-нили вообще считает, что дилемма будущего состоит в том, что «либо ты ешь ленч, либо на ленч едят тебя» [19]. Российское телевидение крутит лицензионные игровые шоу типа: «Слабое звено», «За стеклом», «Последний герой», «Дом», «Голод». Каков идейный стержень этих программ? Утвержде-

ние социал-дарвинистских принципов борьбы за существование как закона жизни общества. Неспособные уничтожаются, а приспособленные выживают в «естественном отборе».

Общемировой проблемой стало падение качества образования в развитых странах, особенно в США. Происходит подрыв культуры мышления, отказ от рационализма. То же самое мы наблюдаем и в России. Целенаправленное воздействие по разрушению рационального сознания и механизмов его воспроизводства оказывается на все каналы со-циодинамики культуры - на школу и вузы, на науку и СМИ. Невежество стало действенным. Оно узаконено, подкреплено потоком алогичных, антирациональных утверждений, противоречащих и знанию, и мере, и здравому смыслу. Даже религиозное сознание вытесняют оккультизм и суеверия. К кампании оболванивания людей подсоединились крупнейшие телеканалы («Первый канал» и «Россия»). В утренние часы мы можем наблюдать за беседами телеведущих с астрологами, экстрасенсами, сомнительными целителями и узнать много полезного о вампирах, бесах, инопланетянах, о полтергейстах и т.п. Время от времени эти же каналы выпускают хорошо выполненные с профессиональной точки зрения, но обильно начиненные ложью телефильмы. В нескольких фильмах последнего времени плетутся небылицы о сербском ученом и изобретателе Николе Тесле. То, что сделано этим человеком, науке известно. Он вошел в историю, его именем названа единица магнитной индукции. Но ему приписывают создание автомобиля, не потребляющего горючее, передачу энергии без потерь на большие расстояния, изобретение оружия огромной разрушительной силы. В частности, в упоминаемых фильмах нам дают понять, что Тунгусский метеорит - это следствие экспериментов Н. Теслы с ионосферой, откуда он изымал огромную избыточную энергию[20]. Довольно большой резонанс получило дело «академика» Петрика, якобы изобретшего чудо-фильтр, способный очищать воду от всех видов примесей, в том числе и от радиоактивных. Изобретение получило самую энергичную поддержку одного из лидеров партии «Единая Россия» Б. Грызлова, и под его реализацию было решено выделить 15 триллионов рублей на программу «Чистая вода». Независимая экспертиза доказала, что это было самой настоящей аферой, и никакого научного и практического значения изобретение Петрика не имело [21].

Невежество стало явной болезнью современной науки и общества в целом. Оно внедряется в школе при помощи бездарных и невежественных учебников, особенно по истории. В сборнике научных статей «Россия и Запад в начале нового тысячелетия» утверждается, например: «В действительности монголы опережали русские племена - и не

219 -

только в военных технологиях, но и в области администрации и финансов. Монгольское владычество способствовало становлению на Руси новой (монархической) государственности. В принципе, нет кардинального различия между империей Батыя и его потомков... и, скажем, империей Карла Великого» [22]. Хотя для любого образованного человека ясна разница между цивилизацией кочевников и средневековой городской.

Анализ современных школьных учебников производит самое удручающее впечатление. Например, учебник С.В. Алексеева, Д.М. Володихина и Г.А. Елисеева пишут, что еще в 3 тыс. до н.э. славяне были известны древним грекам. Очень далек от науки рассказ о становлении «русской цивилизации», в котором поношению подвергаются Петр I («выломавший одну из стен русского дома»), Новиков, Радищев, декабристы, и, разумеется, еретик Лев Толстой. События 9 января 1905 г. изображаются как «столкновение с войсками и полицией», а не расстрел мирной демонстрации. А весь советский период назван «межцивилизационным промежутком», «Красной империей, безбожной и лишенной здоровых корней» [23]. И, разумеется, этот учебник имеет соответствующий гриф Министерства образования. Степень идеологизированности современных учебников истории по сравнению с советскими осталась как минимум прежней. При этом, если советский подход к образованию в целом и советские учебники в частности формировали системное, а значит - критическое мышление, основанное на детерминизме, то нынешняя модель для этого не предназначена в принципе, достаточно только упомянуть пресловутую «концентрическую систему», модули, кластеры и ЕГЭ, в огромной степени обесценивающие и образовательное, и воспитательное значение школьного изучения гуманитарных предметов. Именно вследствие этой антисистемности идеологические мифы способны гораздо легче укореняться в сознании школьников [24]. По существу же теряются традиции, преемственность поколений, связь времен. Не случайно в российской публицистике заговорили о «боях за историю».

Фундаментальный элемент культуры любого народа - язык. В нем записываются, воспроизводятся и развиваются все смыслы мировоззрения и коды культуры. Поэтому та деформация языка, которую мы наблюдаем в последние двадцать лет, ведет к деградации всего общества. Деформируется не только словарь языка, но и строение фразы, ритм. Речь многих политиков, журналистов, телеведущих изобилует словами-паразитами, заимствованиями из иностранных языков, неправильными ударениями и построением фраз. Они говорят как будто уже не по-русски. Внедрение в язык «ненормативной лексики»

(мата) стало повсеместным. Его стали узаконивать &

220

в литературе и прессе, на эстраде и телевидении. Опросы 2004 г. показали, что 80% граждан считали использование мата на широкой аудитории недопустимым, а 62% граждан одобрило бы введение цензуры на телевидении[25]. И.С. Тургенев сказал о русском языке: «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!»[26]. Эту опору, данную нам культурой, можно утратить, угроза этого вполне реальна. Значит, нам надо защищать культуру языка.

На наших глазах происходит криминализация сознания общества. Особенностью российского кризиса культуры стало включение в этическую базу элиты элементов преступной морали в прямом смысле. Преступник стал положительным лирическим героем в поэзии. Немало этому способствует художественная интеллигенция, возвышая вора, грабителя, убийцу, героизируя и поэтизируя преступный мир. Книжный рынок наводнен самыми низкопробными детективами, реклама которых дается на ведущих каналах телевидения. Многочисленные телесериалы, включая отечественные, переполнены сценами насилия, жестокости, садизма. Убийство показывается как обычное дело, не требующее возмездия, наказания, раскаяния. Современный молодой человек, скорее всего, не поймет, из-за чего мучился Раскольников. Наша либеральная интеллигенция отказалась от признания права на жизнь высшей ценностью. Один из последних примеров - сериал «Сонька - Золотая Ручка», который снял Виктор Иванович Мережко. Он восхищается ею - «талантливая воровка», «легенда»: «Ее таланту и авторитету в уголовном мире не было равных» [27].

Еще одним проявлением культурного кризиса России является преобразование системы потребностей. Стремление к духовным ценностям все больше подменяется простым потребительством. За последние двадцать лет произошел сдвиг к принятию российскими гражданами постулатов и стереотипов западного общества потребления. Масса людей стала стремиться к западным стандартам потребления и считать их невыполнение в России невыносимым нарушением «прав человека». Так жить нельзя! - таково мироощущение людей, страдающих от невыполнимых притязаний. А то, что они действительно эфемерны, доказывают объективные данные статистики: 5% американцев потребляют 40% природных ресурсов Земли. Значит, остальной мир, исключая так называемый «золотой миллиард», никогда не сможет жить западными стандартами потребления [28]. Однако, чтобы получить шанс, пусть эфемерный, на обладание вещами «как на

Западе», надо было сломать многие устои российской цивилизации, отбросить многие заданные ею нравственные ограничения. Человек создан культурой, и его потребности - также продукт культуры. Биологические потребности человека как живого существа сравнительно невелики. Здесь интересно вспомнить знаменитый «Уолденский эксперимент» американского философа Г.Д. Торо.

Капитализм (рыночная экономика) - первая цивилизация, которая не может существовать без экспансии, как акула не может дышать, не двигаясь, не создавая искусственно созданных и завышенных потребностей. Возникла технология рекламы, позволяющая внушить людям страстное желание иметь ту или иную вещь (был обнаружен парадокс: «ненужные вещи нужнее людям, чем нужные»). По данным комиссии экспертов Ассоциации коммуникационных агентств России (АКАР), в 2008 году российский рынок рекламы собрал 267 млрд. руб. (рост 18% в сравнении с 2007 годом). Наибольшие объемы на ТВ -137,6 млрд. руб. (рост на 22%) [29]. Капитализм нуждается в непрерывном расширении и обновлении потребностей, чтобы жажда потребления становилась все более жгучей и ненасытной. У себя дома Запад создал тупиковую ветвь культуры - «общество потребления», которое ведет человечество к катастрофе. Около 40 проблем имеют глобальное общепланетарное значение. К ним, в частности, относятся: загрязнение атмосферы, парниковый эффект, угроза озоновому слою, кислотные дожди, загрязнение океанов и дефицит пресной воды, нехватка продовольствия, нехватка энергоносителей, уменьшение природных ресурсов в целом... Можно говорить о системном экологическом кризисе. Но он ведь тоже является следствием общего кризиса культуры. Разве засорение среды обитания, превращение ее в мусорные свалки не зависит от каждого человека и его завышенных потребностей? Можно привести такой простой и очевидный пример. В настоящее время планета Земля столкнулось с проблемой пластиковых бутылок и полиэтиленовых пакетов. 178 млн. тонн нефти необходимо, чтобы произвести 144 млрд. пластиковых бутылок, потребляемых ежегодно жителями земли. 1500 бутылок из-под воды выбрасывается каждую секунду в мусор, а для разрушения одной бутылки необходимо 450 лет. В Тихом океане появились необозначенные на картах острова из пластиковых бутылок, что же касается полиэтиленовых пакетов, выбрасываемых людьми, то они убивают ок. 1 млн. птиц и животных ежегодно. Следовательно, экологический кризис напрямую связан с ростом потребительства и бездуховности в мире.

Кризис духовных ценностей резче всего проявляется в самом массовом виде искусства - кино. Отечественный кинематограф превратили в чистый

масскульт, он вбивает в мозги зрителям эстетический примитивизм, потребительство, антиинтеллектуализм, индивидуализм, культ силы, вульгарный гедонизм и т.п., одновременно он способствует и привитию либеральной западной идеологии. В одном из интервью К. Эрнста он прямо заявляет: «Люди ходят в кино, думая, что ходят развлекаться, - на самом деле они ходят за квинтэссенциями опыта. Под видом развлечения картина продает людям определенные коды поведения, которые позволяют им точнее позиционировать себя в реальности». Философы Хорхмайер и Адорно констатировали: «Культуриндустрии чужда сублимация, ей свойственна репрессия... фильмы... вколачивают во все без исключения мозги ту старую истину, что непрерывная взбучка, подавление всякого индивидуального сопротивления есть условие существования в этом обществе. Мультипликационный Дональд Дак. получает свою порцию побоев для того, чтобы зрители могли свыкнуться с теми побоями, которые ожидают их самих» [30].

В результате, как фиксировал во «Властвующей элите» Чарльз Райт Миллс, «само представление рядового человека о себе внушается ему массовыми средствами общения, они дают ему образцы и мерила, с помощью которых он судит о себе... они подсказывают ему, каким он хотел бы быть, т.е. формируют его стремления. они подсказывают ему, как этого достигнуть, т.е. внушают ему пути и способы осуществления желаний. они подсказывают ему, как он может чувствовать себя таким, каким хотел бы быть, даже не будучи им, т.е. дают ему забвение в иллюзии. Разрыв между действительным положением личности и ее устремлениями ведет к развитию узкопрактической жизненной сноровки и (или) к бегству от действительности в область иллюзий. Такова . основная формула, выражающая психологическое воздействие современных массовых средств общения. Но, как программная формула, она не созвучна истинным требованиям развития человеческой личности. Это формула ложного мира, созданного и поддерживаемого массовыми средствами общения» [31].

Хоркхаймер и Адорно объясняют, откуда возникает кризис, явная деградация культуры: «Вся массовая культура в условиях господства монополий является идентичной, а ее скелет, сфабрикованный последними понятийный костяк, становится отчетливо очерченным. В его маскировке правители уже более не столь уж и заинтересованы, их власть упрочивается по мере того, как все более и более брутальной она себя выказывает. Кино и радио уже более не требуется выдавать себя за искусство. Та истина, что они являются не чем иным, как бизнесом, используется ими в качестве идеологии, долженствующей легитимировать тот хлам, который они

221

умышленно производят. Они сами себя называют индустриями, и публикуемые цифры доходов их генеральных директоров устраняют всякое сомнение в общественной необходимости подобного рода готовых продуктов» [32]. Поэтому для нас сегодня особенно актуальным является положение, высказанное Маркузе сорок с лишним лет назад: «Духовное освобождение - это освобождение от «массовой культуры» и от массового потребления продуктов этой "культуры"» [33].

Этих целей можно достичь лишь с помощью подлинного искусства: подлинное искусство неизбежно порождает катарсис, то есть просветление, очищение (в том числе и от иллюзий), позволяет познать истину (о себе самом и об окружающем социальном мироустройстве). Главные устои культуры быстро не исчезают, а лишь уходят вглубь, становятся сокровенными и теряют качества активных социальных факторов. Нужны общие усилия российской интеллигенции, оставшейся верной собственной культуре и ее народу, чтобы их «оживить».

«Одно из важнейших условий преодоления кризиса - это изменение культурно-образовательной сферы, - считает советник Министра культуры РФ Л. Дзугаев, - и изменения эти должны быть основаны на российских традициях, а не на западных идеалах. Именно культурно-духовный ресурс, его верное и активное использование - залог успешного посткризисного общества. Кроме того, необходимо использовать культуру для формирования образа России на мировом пространстве» [34].

Примечания

1. См.: Алейникова О.С. Человек постсоветсткого пространства: Сб. мат-лов конф. Вып. 3. СПб.: Санкт-Петербургское философ. об-во, 2005. С. 69-75.

2. Капхен, Ч. Закат Америки. Уже скоро. М.: АСТ, Люкс, 2004; Джекобс Д. Закат Америки. Впереди Средневековье. М.: Издательство Европа, 2006; Бьюкенен П. Дж. Смерть Запада. М.: Изд-во АСТ, 2003; Сумерки глобализации. Настольная книга антиглобалиста. Изд-во «АСТ, Ермак», 2004; Грей Дж. Поминки по Просвещению: Политика и культура на закате современности. М.: Праксис, 2003.

3. В 1970 г. в США было 10 тыс. мусульман, в 2008 г. их насчитывалось уже 9 млн. // http://www.fondiv.ru/articles/2.

4. Вальдес, Х.К. Заметки о глобализации, экономике и культурной идентичности // http://scepsis.ru/library/id_2301.html.

5. Бариное, Д.Н. Кризис культуры в России: тревоги и оценки населения // Обсерватория культуры. 2010. №4. С. 3135 // http://www.smolsoc.ru/index.php/home/2009.

6. Кара-Мурза, С.Г. Россия под ударом. Угрозы русской цивилизации. М., 2010. С. 195.

7. Гоголь, Н.В. Тарас Бульба. М., 1842. С. 18 // http:// www.klassika.ru/proza.

8. См.: Кара-Мурза, С.Г. Кто такие русские. М.: Алгоритм, 2010. С. 163-164.

9. http://unbelievable. su/articles.php?id=224.

10. http://newsreaders.ru/showthread.php?t= 1377.

11. Тишкое, В.А. Забыть о нации. Пост-националистическое понимание национализма // Вопросы философии. 1998. № 9. С. 3-26.

12. Амосое, Н.М. Мое мировоззрение // Вопросы философии. 1992. №6.

13. Эмерсон, Р. Эссе. Торо Г.Д. Уолден, или Жизнь в лесу. М.: Худ. Лит., 1986. С. 86-87.

14. http://lib.ru/NICSHE/dobro_i_zlo.txt; Кара-Мурза С.Г. Россия под ударом. С. 198.

15. Солоеьее, B.C. Три речи в память Достоевского // http:// www.vehi.net/soloviev/trirechi.html.

16. Кара-Мурза, С.Г. Россия и Запад. Парадигмы цивилизаций. М., 2011. С. 32-37.

17. Эмерсон, Р. Эссе. С. 87, 97, 103.

18. Столярое, А.М. Розовое и голубое. «Постчеловек» М.: Алгоритм, 2007. С. 26, 31.

19. Мартин, Г.-П., Шуманн,X. Западня глобализации: атака на процветание и демократию. М.: Альпина, 2001 // http:// scepsis.ru/library/id_3006.html#_ftnref7.

20. Круглякое, Э. Одичание. http://scepsis.ru/library/ id_2503.html.

21. Русакоеа, B. Чистое дело // http://scepsis.ru/library/ id_2821.html.

22. Россия и Запад в начале нового тысячелетия / Сост. и ред. А.Ю. Большакова. М.: Наука, 2007. С. 281.

23. Алексеее, C.B., Володихин, Д.М., Елисеее, Г.А. Отечественная история. М.: Форум, 2006. С. 264.

24. Солоеьее, С. Идеологические мифы в современных учебниках истории // Отражение событий современной истории в общественном сознании и отечественной литературе (19852000): Мат-лы науч.-практ. конф. М.: Изд-во МГУ, 2009. С. 227-245.

25. Как мы думали в 2004 году: Россия на перепутье. М.: Ал-горитм-Эксмо, 2005. С. 80, 258.

26. Тургенее, И.С. Полное собрание сочинений и писем: в 30 т. М.: Наука, 1982. Т. 10. С. 172.

27. Кара-Мурза, С.Г. Кремль. Отчет перед народом. М.: Алгоритм, 2011. С. 36.

28. См.: Лисичкин, В.А., Шелепин, Л.А. Третья мировая информационно-психологическая война. М.: Эксмо-Алгоритм, 2003. С. 26-29.

29. http://ru.wikipedia.org/wiki/Реклама#.

30. Хоркхаймер, М., Адорно, Т.В. Диалектика просвещения. Философские фрагменты. М.-Спб., 1997. http:// culturca.narod.ru/adorno.htm.

31. Цит. по: Тарасов А. Анти-«Матрица», или «Борьба» бабла с ослом // http://www.polit.ru/analytics/2008/01/18/ cinema.html.

32. Хоркхаймер, М., Адорно, Т.В. Диалектика просвещения. Философские фрагменты. М.-Спб., 1997. http:// culturca.narod.ru/adorno.htm.

33. Тарасое, А. Указ соч.

34. http://www.sakhalife.ru.

222