Ценности современной России в контексте конкретно-исторического подхода

XIX ШИШКИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

ЦЕННОСТИ

СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ В КОНТЕКСТЕ КОНКРЕТНО-ИСТОРИЧЕСКОГО ПОДХОДА

Т.В. Панфилова

Как бы ни различались определения ценностей, общим для них является то, что с помощью этого понятия принято выражать человеческое, общественное или культурное значение некоего предмета или явления. Следовательно, ценности связаны как с определённым типом культуры (обычно их называют традиционными ценностями), так и с исторически определённым уровнем общественного развития. Трудно согласиться с мнением, будто для всех народов, какую бы культуру они ни представляли, характерны в конечном счёте одни и те же ценности. В то же время, хотя у каждого типа культуры есть свои ценности, нет оснований считать их абсолютно незыблемыми. По мере общественного развития они тоже претерпевают некоторые изменения. Поэтому только конкретно-исторический подход позволяет разобраться в том, какие ценности лежат в основе того или иного социокультурного образования на определённом этапе его существования.

От общих рассуждений о ценностях перейдём к проблемам современной России. Например, следует ли сегодня считать ценностью независимость страны? С одной стороны, вроде бы понятно, что в отсутствии суверенитета обрушится многовековая культура вместе со всеми своими ценностями. В этой связи независимость страны предстаёт как безусловная ценность. С другой стороны, мы живём в глобализирующемся мире, где суверенное государство утрачивает значение и на первый план выходят межгосударственные образования. Не получится ли в таком случае, что независимость страны - пережиток прошлого? Что из того, что за неё проливали кровь многие поколения наших соотечественников? Настали иные времена - и

ценности изменились. Вполне возможная позиция!

Видимо, разумнее всего использовать конкретно-исторический подход в осмыслении данной ценности. Ведь ценность недостаточно провозгласить, даже если она традиционная; её надо поддерживать совместной деятельностью всего социокультурного образования. А каково направление нашей совместной деятельности? Чтобы ответить на этот вопрос, нам придётся прибегнуть и к анализу существующего положения вещей, и к выработке целостного представления о желательных перспективах общественного развития. Только в рамках целостной картины настоящего и будущего страны выявляются ценности как ориентиры дальнейшей деятельности.

Сказанное в полной мере относится к образованию и науке. Можно ли считать их ценностями современного российского общества? Постановка вопроса не лишена оснований, но, на мой взгляд, слишком абстрактна.

Вряд ли кто-то возьмётся утверждать обратное, что ни образование, ни наука общественной ценности не представляют. Но давайте конкретизируем вопрос: образование для кого и для чего? Если речь идёт о всеобщем образовании граждан России, о чём написано в Конституции, то интересно бы узнать, какой уровень образования им реально нужен. Чтобы обслуживать «трубу» - основной источник доходов страны, достаточно элементарной грамотности. Правда, последнее время руководство страны заявляет, что такой источник пополнения бюджета, как экспорт нефти и газа, исчерпан. Надо искать иные. Где же предлагается их искать? На путях «инновационного развития», которое - увы! -

Панфилова Татьяна Васильевна - д.филос.н., профессор кафедры философии МГИМО(У) МИД России.

Т.В. Панфилова

будет обеспечиваться за счёт привлечения зарубежных специалистов и закупки зарубежных технологий.

Сколько бы дальше мы ни рассуждали об образовании и науке как о ценностях современного российского общества, поневоле получится, что направлены они отнюдь не на развитие России. Равно как и не на совершенствование её материальной и духовной культуры, а на обслуживание международной финансовой олигархии, заинтересованной в том, чтобы сохранить Россию в качестве сырьевого придатка более развитых стран. Что дают России нынешние реформы образования и науки? Достаточно посмотреть на то, по каким критериям проводится «оптимизация» научных и учебных заведений, чтобы убедиться, что реформы не имеют никакого отношения ни к развитию науки, ни к совершенствованию системы образования. Их назначение определяется политическим курсом руководства страны на сохранение за Россией статуса поставщика сырья на внешний рынок, но никак не на усовершенствование образовательной и научной деятельности самих по себе. Стало быть, образование и наука остаются ценностями лишь номинально. В содержательном плане они фактически перестали быть общественными ценностями.

Можно ли рассчитывать на то, что обращение к общечеловеческим ценностям сгладит возникающие проблемы? Тем более что по определению они вроде бы и не нуждаются в конкретно-историческом подходе. Раз они «общечеловеческие», они должны бы одинаково действовать у всех народов во все времена. Но как показывает практика, подлинное их содержание тоже раскрывается только в случае конкретно-исторического взгляда на них. Дело в том, что в Советском Союзе об общечеловеческих ценностях стали говорить в 70-х гг. ХХ в. А.Ф.Шишкин, которому мы посвящаем сегодняшнее заседание, был одним из инициаторов этого нововведения. Как же представляли себе наши коллеги несколько десятилетий назад, что такое общечеловеческие ценности и зачем на них ссылаться? Обращаюсь к книге А.Ф. Шишкина «Человеческая природа и нравственность» (вышедшей посмертно) и обнаруживаю, что тогда общечеловеческие ценности мыслились совсем не так, как принято их понимать сегодня. С точки зрения профессора Шишкина, общечеловеческие ценности - это всеобщие регуляторы человеческого поведения, обеспечивающие жизненную основу любого общества во все времена. Недаром в то время их обычно отождествляли с простыми нормами нравственности.

Такое истолкование общечеловеческих ценностей объясняется стремлением значительной части советской интеллигенции найти общий язык с представителями других культур и иных общественных систем. Сегодня, по прошествии 20 с лишним лет утверждения в нашем обществе приоритета «общечеловеческих» ценно-

стей в американской интерпретации, становится понятно, что тогдашнее их восприятие нашими соотечественниками оказалось внеисториче-ским, а потому и некритичным. Лучшие представители советской интеллигенции, включая А.Ф. Шишкина, видели в общечеловеческих ценностях не отвлечённый идеал, а, наоборот, реально существующую основу дальнейшего сотрудничества с другими народами и их культурами, основу, которую ещё предстояло развивать и укреплять. В таком контексте утверждавшиеся западными идеологами ценности демократии и прав человека казались естественными составляющими этой основы.

Ныне, когда идеология либерализма приобретает всеобщий характер, становится очевидным, что так называемые общечеловеческие ценности в западной интерпретации представляют собой часть идеологии либерализма. Либерализм возник в качестве идеологического подкрепления развивающегося капитализма, и первоначально общечеловеческие ценности действительно содействовали общественному развитию, высвобождая человека из пут феодального общества, разрушая сословные перегородки, сковывавшие человеческую деятельность. С тех пор прошло немало времени, и капитализм вступил в фазу глобализации. Сегодня либеральная идея работает уже не на развитие отдельных обществ, а на их глобализацию со всеми вытекающими отсюда проблемами и противоречиями. Соответственно и общечеловеческие ценности превратились в ценности глобализации.

Важной стороной глобализации является создание потребительского общества и распространение по всему миру ориентации на потребление в противовес производству. Благодаря идеологии потребительства большинство населения мира примиряется с процессами глобализации, рассчитывая если уж не попасть в «золотой миллиард», то хотя бы приблизиться к нему по уровню потребления. В результате общечеловеческие ценности приобретают «потребительскую» окраску. Так, свобода утратила свой некогда революционный дух и превратилась в «свободу потребителя», по выражению Э. Фромма. Права человека в значительной мере толкуются ныне как права каждого человека на потребительские блага на уровне жителей наиболее развитых в экономическом отношении государств. В данном случае важно то, что изначально провозглашавшиеся ценности прав и свобод человека практически утратили своё содержание. Причём это наблюдается не только на обывательском уровне, но и в сфере государственной политики. Так, идеологи либерализма продолжают настаивать на том, что демократия - безусловная ценность для любого государства. Уместно в этой связи напомнить, что А.Тойнби более полувека назад указывал на необходимость конкретно-исторической оценки демократии. По его словам, демократия обессмысливается, если её внедрить в страну, для ко-

XIX Шишкинские чтения

торой она чужда. Несмотря на предостережение британского учёного, демократию, как, впрочем, и права человека, продолжают насильственно внедрять любой ценой, включая бомбардировки, не говоря уж о политическом давлении. И всё это под знаком «общечеловеческих ценностей»!

Надо ли принимать такие ценности? С одной стороны, нельзя не считаться с фактом: Россия уже втянута в глобализационные процессы, и ценности глобализации волей-неволей разделяются значительной частью российского населения. С другой стороны, при нынешнем положении вещей Россия рискует раствориться в глобализирующемся мире, утратив сначала суверенитет, а вслед за тем и культурное своеобразие. Если независимость страны и связанная с нею самобытность представляют для нас ценность, значит, обезличивающим ценностям глобализации надо всё-таки что-то противопоставить, хотя и с учётом реального положения вещей. Простой возврат к ценностям прошлого невозможен. Традиционные ценности российской цивилизации должны развиваться вместе с развитием страны, которое, в свою очередь, должно согласовываться с общемировыми процессами, не растворяясь в них.

Получается, что надо вырабатывать новые ценности, в которых бы учитывалось желательное направление общемирового развития и наше специфическое место в нём. Тогда общечеловеческими ценностями станут такие, благодаря

которым все народы мира включаются в совместную деятельность по обустройству нашей планеты. Иначе говоря, «общечеловеческими» следовало бы назвать ценности обобществившегося человечества, которое, правда, пока не сложилось. Важнейшим шагом на пути его формирования должно стать изменение отношения к природе - с потребительского на гармоничное взаимодействие. С учётом этого обстоятельства России надо бы планировать не экономическое развитие ради создания потребительского общества, а общественное развитие в единстве с природой. Поскольку такой переход невозможен в рамках отдельно взятой страны, следует поддержать уже существующую, хотя и далеко не господствующую тенденцию общемирового развития, направленную на создание новой системы отношений «человек - природа». Такое отношение и станет подлинной общечеловеческой ценностью, ибо будет выражать и человеческую, и социокультурную значимость выработанного идеала.

Впрочем, осуществимость изложенной перспективы остаётся под большим вопросом. Пока в России предпочтение отдаётся прибылям олигархов, надеющимся войти в мировую финансовую элиту, серьёзных подвижек в переосмыслении ценностей ожидать не приходится.

Panfilova T. V. Values of Modern Russia: Specifically Historical Point of View.