Некоторые аспекты деятельности органов внутренних дел Приморского края по борьбе с преступностью в 1941-1945 гг

УДК: 947.085 (09) (571.6) А.В. Жадан*

некоторые аспекты деятельности органов внутренних дел приморского края по борьбе с преступностью в 1941-1945 гг.

Статья посвящена деятельности органов внутренних дел Приморского края по борьбе с общеуголовной преступностью в чрезвычайных условиях военного времени. Автором отмечается, что несмотря на сложную криминогенную обстановку, расширение спектра выполняемых задач, текучесть личного состава, недостаток квалифицированных работников, работа всех отделов, особенно оперативных, шла нарастающими темпами. На основе анализа неопубликованных ранее архивных материалов делается вывод о том, что если в первые годы войны противодействие преступности осуществлялось преимущественно за счет массовых проверочных мероприятий, то к 1944-45 гг. была создана широкая агентурная сеть, позволившая работать на опережение и добиться серьезных успехов в борьбе с преступностью.

Ключевые слова: органы внутренних дел, Великая Отечественная война, преступность, Приморский край

Prevention of crime by law enforcement agencies of Primorsky krai in 1941-1945.

ALEXANDR V. ZHADAN

The article is devoted to crime prevention activities of law enforcement agencies in Primorsky krai under wartime conditions. The author notes that despite such factors as difficult criminogenic situation, expansion of the range of tasks, turnover of personnel, lack of skilled staff, the work of all departments developed at a good pace. Basing on analysis of previously unpublished archival material, the author concludes that by 1944-45 a wide intelligence network was created that allowed the agencies to be proactive and to achieve significant progress in prevention of crime.

Keywords: law-enforcement bodies, Great Patriotic War, crime, Primorsky krai

На современном историческом этапе развития российского государства и общества особый научно-практический интерес вызывают наполненные героизмом и одновременно трагические события 1941-1945 гг. Подлинный интерес в этом плане представляют собой исторические аспекты деятельности органов внутренних дел Приморского края, внесших неоценимый вклад в обеспечение общественной безопасности и поддержание общественного порядка в стратегически важном реги-

оне страны. Деятельность приморских милиционеров проходила в специфической, чрезвычайной обстановке, обусловленной не только особенностями военного времени, но и уникальным географическим положением региона. В годы войны Приморский край являлся важным логистическим узлом, связывавшим СССР и его союзников по антигитлеровской коалиции. Через порты и железнодорожные линии края прошли миллионы тонн стратегически важных грузов. Обеспечение их

* ЖАДАН Александр Владимирович, старший преподаватель кафедры тактико-специальной, огневой и физической подготовки Владивостокского филиала Дальневосточного юридического института МВД России. Е-mail: awzhadan252@mail.ru © Жадан А.В., 2016

сохранности от преступных посягательств можно рассматривать как непосредственный вклад приморских милиционеров в общее дело победы над врагом.

Деятельность отечественных органов внутренних дел в военный период достаточно полно исследована на общероссийском уровне [11; 12; 16; 19]. Начиная с 1960-х гг. появляются и исследования регионального характера [1; 3; 4; 5; 7; 9; 10; 14; 15; 17; 18; 20; 21; 22; 24; 25]. Однако деятельность милиции Приморского края по борьбе с преступностью в годы войны до сих пор остается не раскрытой на уровне монографического или диссертационного исследования, а публикации в научных журналах крайне редки и носят скорее обзорный характер [23]. Таким образом, деятельность органов внутренних дел Приморского края по борьбе с преступностью в годы Великой Отечественной и Второй мировой войны, безусловно, представляет интерес для отечественной исторической науки и требует дальнейшего исследования.

В силу целого ряда социально-экономических, психологических и иных факторов, неоднократно описанных в исторической литературе, в годы Великой Отечественной войны в стране в целом и в Приморском крае в частности объективно сложилась криминологически опасная обстановка. Исследователи единодушно отмечают рост преступности и нарушений общественного порядка в данный период по всей стране [4, с. 20-21; 6, с. 313-316; 8, с. 248-249; 15, с. 17; 21, с. 15-16].

Яркую картину состояния преступности в Приморье в 1944-1945 гг. рисуют выдержки из писем современников, содержащиеся в архивных материалах военной цензуры. Гражданка Бойкова-Глинкова (г. Владивосток) пишет: «Обворовывание квартир - это обычное явление, раздевают людей чуть не среди белого дня. Что твориться - это жутко. Вот почему после декрета и думаю не выходить на работу». Гражданка Кочеткова (г. Владивосток, Первая речка) пишет: «Наконец, прямо до нас дошли и всех подряд крадут все. Такое воровство, грабежи - белым днем приходят, берут что хочешь и ничего не говори...» (Текущий архив Управления внутренних дел Приморского края, далее - Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 49. Л. 35-36). Что касается статистических показателей преступности того периода времени, то, к сожалению, приходится констатировать невозможность установить более-менее точное количество совершенных преступлений.

С.М. Емелин отмечает по этому поводу, что цифры, характеризующие состояние преступности и количество совершенных преступлений, в разных архивных документах существенно отличаются. Характерно, что количественные показатели по итоговым позициям, указанные в годовых отчетах НКВД, ниже, чем в сводных материалах, предназначенных для внутреннего пользования. По мнению автора, это может свидетельствовать о разной методике подсчета количества преступлений, а также о том, что официальные сведения о борьбе с преступностью, направляемые в государственные и партийные органы, сознательно занижались [8, с. 248]. В этой связи не удивительно, что количественные данные, отражающие динамику уровня преступности в годы Великой Отечественной войны, в разных исследованиях отличаются.

В любом случае, содержащиеся в официальных отчетах данные не могут отражать точное количество совершенных преступлений. Помимо указанных выше манипуляций со статистикой, необходимо учитывать такой фактор, как латентная или скрытая преступность.

Кроме того, исследование архивных документов показало, что нередкой была порочная практика отказа работников территориальных органов внутренних дел от регистрации преступлений (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 60. Л. 103). Следует отметить, что краевое управление милиции неоднократно давало указания о строгом учете всех совершенных за сутки преступлений (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 82. Л. 34) и, тем не менее, подобные факты регулярно повторялись. Например, 27 октября 1943 г. участковый уполномоченный Будаков, будучи дежурным по 2 отделению милиции г. Владивостока, совместно со своим помощником Максименко из четырех возникших за сутки краж зарегистрировал только две. Остальные две кражи: хищение у гражданки Майоровой документов и денег и хищение у гражданина Гор-бар партбилета, хлебных карточек и денег остались не зарегистрированными. Таким образом, нерадивые сотрудники «сорвали своевременное принятие оперативных мер к задержанию преступников и занизили количество возникших за сутки преступлений» (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 82. Л. 34). Приведенный пример наглядно свидетельствует о том, что количество неучтенных преступлений могло достигать половины от совершенных.

Прямое подтверждение выдвинутому нами тезису удалось обнаружить в архивных материалах - в тексте доклада начальника УНКВД

Приморского края А.А. Закусило (июль 1943 г.): «Возьмем работу по линии Уголовного розыска. Если бы я вам привел здесь цифры зарегистрированных преступлений - кражи, грабежи и убийства, то вы бы ужаснулись. Причем нужно сказать, что такие более или менее подробные данные у нас имеются по городам Владивостоку, Ворошилову, ж/д и водному транспорту. По районам же эти данные далеко не соответствуют действительности. Как правило, население районных центров и особенно сельской местности к нам реже обращается с разными заявлениями, особенно если речь идет о краже» (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 47. Л. 72).

Таким образом, мы можем констатировать, что имеющиеся статистические данные позволяют нам составить лишь общее представление о состоянии преступности в Приморье в годы войны.

Что касается структуры преступности, то в 1941-1944 гг. в крае преобладали преступления против собственности. Убийств и иных посягательств на жизнь и здоровье было относительно немного, причем эта тенденция была характерна и для городов, и для сельских районов (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 50. Л. 82, 87). В отличие от ряда других регионов страны, не получил широкого распространения в крае и бандитизм.

В докладе А.А. Закусило (начало июля 1943 г.) в качестве бандитских проявлений в крае отмечены: 2 вооруженных дезертира, скрывающиеся в тайге и обстреливающие мирных граждан; еще один дезертир - начальник штаба некой танковой части, укрывавшийся во Владивостоке (по какой причине отнесен к бандитам из текста не ясно. Был задержан); бандит-повстанец Осадчий со своим сыном (скрывались более 10 лет, были убиты при задержании на момент доклада) (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 47. Л. 70).

По состоянию на 1 декабря 1944 г. в Приморском крае на оперативном учете стоял один бандит-одиночка. Для сравнения в соседнем Хабаровском крае числились 4 бандгруппы, общей численностью 17 человек, 3 бандита-одиночки и 4 бандпособника. А всего по Сибири и Дальнему Востоку - 37 бандгрупп (118 человек), 41 бандит-одиночка, 62 бандпособника (Государственный архив РФ, далее - ГАРФ. Ф. Р-9478 О. 1. Д. 493. Л. 20).

Всего за период 1941-1944 гг. в Приморском крае было ликвидировано 22 бандгруппы, арестовано за бандитизм 524 человека, 29 бандитов было убито при задержании (ГАРФ. Ф. Р-9478 О. 1. Д. 493. Л. 1, 2, 3).

Условиями, препятствовавшими широкому распространению бандитизма в крае, являлись: административные ограничения на передвижение населения из других регионов страны в Приморье, отсутствие боевых действий, способствующих распространению оружия у населения и, конечно же, работа правоохранительных органов края, в том числе - в предшествующий войне период.

Н.А. Шабельникова отмечает, что пик роста преступности в Приморском крае пришелся на 1942-1943 гг. В 1944 г. рост уголовной преступности составил 8-10%, однако в этот период резко увеличилась и раскрываемость преступлений. В 1945 г. общее количество преступлений на территории края снизилось более чем на четверть, превысив общесоюзные показатели [23, с. 319-320]. Аналогичная динамика отмечается исследователями и в целом по стране [8, с. 249]. Традиционно в качестве основной причины данной тенденции в отечественной историографии называется массовая мобилизация работников милиции на фронт и приход на их место неопытных сотрудников [2, с. 109; 9, с. 17; 13, с. 18].

Безусловно, данное обстоятельство нельзя исключать, анализируя причины резкого роста преступности в 1942-1943 гг. Однако проведенное исследование показало, что в Приморском крае массовая мобилизация затронула только рядовой и младший начальствующий состав. Уже 30 сентября 1941 г. начальником УНКВД Приморского края был издан приказ № 229/а «О запрещении самовольного ухода в части Красной Армии сотрудников УНКВД», которым в частности строго запрещалось направление на фронт оперативных работников (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 60. Л. 159).

В качестве основной причины снижения раскрываемости преступлений и роста их числа, руководством УНКВД Приморского края указывалось ослабление работы с агентурой (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 47. Л. 13-14, 73, 78). Данное обстоятельство позволяет нам согласиться с мнением Ю.Б. Порфирьева о том, что к наиболее важным причинам, способствовавшим снижению раскрываемости преступлений в первые военные годы, следует отнести мобилизацию в действующую армию лиц, состоявших в агентурно-осведомительном аппарате [18, с. 103].

Таким образом, основной задачей в деле борьбы с преступностью для органов внутренних дел края стало, по сути, воссоздание агентурно-осве-

домительной сети. Данную задачу удалось решить к 1945 г., однако положительные сдвиги наметились уже в 1944 г., когда наряду с продолжающимся ростом преступности стала расти и раскрываемость преступлений (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 50. Л. 82).

Серьезным обстоятельством, существенно ухудшившим оперативную обстановку в Приморском крае в 1945 г., стала переброска в регион воинских формирований, освободившихся после победы над Германией и ее европейскими союзниками, в рамках подготовки войны с Японией.

В крае, в силу напряженных внешнеполитических отношений с Японией, и до 1945 г. находилось достаточно большое количество военнослужащих и факты совершения ими противоправных деяний также имели место. Например, летом 1943 г. фиксировались неоднократные случаи краж овощей с колхозных и индивидуальных огородов вблизи с. Романовка военнослужащими расквартированной там рабочей колоны (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 74. Л. 21).

Негативные тенденции наметились в конце 1944 г. В письме А.А. Закусило Секретарю Приморского крайкома ВКП(б) Н.М. Пегову от 3 февраля 1945 г. отмечается: «Наряду с общим снижением преступности в крае в 4 квартале 1944 г., преступления, совершаемые военнослужащими, резко возросли. Если в 3 квартале по краю зарегистрировано 1579 преступлений, из которых военнослужащие совершили 34 (2%), то в четвертом квартале зарегистрировано 995, из которых 130 (13%) совершено военнослужащими. В 4 квартале к уголовной ответственности привлечено 215 военнослужащих или 22,5% от общего числа». Далее в письме приводятся факты совершенных преступлений. Из них указаны: 5 ограблений и разбоев, в том числе групповых и с применением оружия; 9 случаев скотокрадства; 35 случаев краж (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 4-6).

Однако с прибытием частей, освободившихся с советско-германского фронта, характер преступлений стал гораздо более тяжким, а масштаб преступности военнослужащих - еще более широким, о чем свидетельствуют материалы переписки УНКВД Приморского края с Крайкомом партии за 1945 г., рассекреченные в 2000 г. Архивные документы содержат массу фактов совершения военнослужащими преступлений сексуального характера (в том числе в отношении заведомо несовершеннолетних) (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 77-77об), незаконного хранения и ношения оружия (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д.

52. Л. 90), беспричинной стрельбы в населенных пунктах (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 78, 91), оставления боевого оружия и боеприпасов в местах базирования и проведения учений (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 91-92), убийств и разбойных нападений с использованием оружия (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 121). Массовый характер носили кражи продуктов и иных товаров, работающими в Торговом порту военнослужащими (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 119 об).

Только за октябрь 1945 г. военнослужащими было совершено 34 преступления в г. Владивостоке, из них: 1 убийство, 2 грабежа, 3 хулиганства, 19 «аварий на почве лихачества и пьянок», в результате которых имелись погибшие и тяжело пострадавшие (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 119).

Военнослужащие чувствовали себя настолько самоуверенно и безнаказанно, что нападениям подвергались объекты НКВД и сами сотрудники. Так, 14 октября 1945 г. военнослужащие 158 стрелкового полка совершили нападение на животноводлаг (объект ГУЛАГа), проломили стену, украли 750 рублей и вещи. Бойцами этого же полка нанесен ущерб посевам и хранилищам на 46 тыс. рублей (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 121об-122).

Преступления военнослужащих, совершаемые в крае в период 1945 г., в целом характеризуются высокой степенью общественной опасности и дерзким характером. Часто они совершались в группе, с применением оружия и транспортных средств (т.е., по сути, речь идет о вооруженных бандах).

Изучение характера совершенных военнослужащими преступлений позволяет составить психологический портрет людей с девиантным повде-нием: жестоких, не ценящих человеческую жизнь, отрицающих общепринятые социальные нормы (права, морали и т.д.), т.е. опасных преступников.

Борьбе с преступлениями данной категории лиц препятствовали:

- покровительственная или безразличная позиция командования воинских частей и военной контрразведки;

- низкая дисциплина в отдельных частях РККА, дислоцированных в крае, порожденная безнаказанностью и отсутствием контроля со стороны командиров и политработников;

- наличие большого количества различных соединений, расположенных близко друг к другу, что позволяло командованию перекладывать вину на бойцов соседних частей;

- высокая степень анонимности преступников-военнослужащих. Как правило, это были незнакомые местным жителям люди. Естественно, в среде военнослужащих отсутствовал агентурный аппарат НКВД;

- наличие у преступников-военнослужащих, специальных навыков, приобретенных в ходе боевых действий;

- быстрые перемещения воинских частей. Сотрудники НКВД нередко просто не успевали установить и (или) задержать преступника.

Географической особенностью, придававшей Приморскому краю стратегическое значение в годы Великой Отечественной войны, является наличие незамерзающих портов, соединенных с центральной частью страны железнодорожной магистралью. Посредством этой логистической структуры Советский Союз получал от своих союзников миллионы тонн стратегически важных грузов. В этой связи перед органами внутренних дел края стояла важная задача обеспечения сохранности грузов в портах и на железной дороге. Преимущественно данная задача решалась силами Водного и Дорожного отделов милиции.

Следует отметить, что масштабы хищений на транспорте, в особенности во Владивостокском торговом порту, оставались высокими все годы войны. Общая сумма претензий Внешторга и других клиентов к Владторгпорту в период с 1 января 1942 г. по начало навигации 1945 г. составила 83 465 100 руб. Очевидно, что не вся эта сумма относится к похищенному, часть грузов приходила в негодность по естественным причинам и в силу халатности работников. Однако сама по себе эта сумма дает общее представление о масштабах хищений.

Даже в начале 1945 г., когда в целом по краю органам внутренних дел удалось добиться заметных успехов в борьбе с преступностью, хищения в порту достигали громадных размеров. Так, в 4 квартале 1944 г. по хищениям в Торговом порту было возбуждено 227 дел, привлечено к ответственности 302 человека. В 1 квартале 1945 г. было возбуждено 173 дела и привлечено по ним 246 человек. Однако такое снижение по оценке самих работников НКВД объяснялось поздней навигацией и, как следствие, относительно низким грузооборотом в начале 1945 г. В апреле, с наступлением навигации 1945 г., факты краж резко возросли, в особенности за счет квалифицированных деяний (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 18).

Причем, если в 1944 г. подавляющее большинство хищений было совершено грузчиками, то

в 1 квартале 1945 г. хищения крупных размеров (всего было зарегистрировано 23 крупные кражи) совершались главным образом материально-ответственными лицами, механизаторами и военнослужащими. К уголовной ответственности за этот период было привлечено: 1 заведующий причалом, 6 помощников завпричалом, 4 заведующих складами, 1 механик, 14 механизаторов, 8 шоферов, 13 приемосдатчиков, 4 тальмана, 4 бойца ВОХР, 50 военнослужащих (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 43).

Основные причины, которыми были обусловлены хищения грузов во Владивостокском торговом порту, могут быть определены благодаря содержанию докладной записки А.А. Закусило Н.М. Пегову от 4 мая 1945 г. «О хищениях народно-хозяйственных грузов по Владивостокскому торговому порту и пароходам загранплавания» (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 52. Л. 42-46об):

1. Неналаженность учета. О неналаженности учета свидетельствовало расхождение данных, имевшихся у администрации порта и НКВД. Так, по официальным данным порта за 1944 г. было похищено грузов на сумму 358 075 руб., тогда как в рамках следственных дел сотрудниками Водного отдела милиции было изъято у преступников похищенных товарно-материальных ценностей больше чем на миллион рублей.

2. Из США и других союзных стран определенная часть грузов поступала в качестве подарков. Эти подарочные материалы поставлялись без описи, просто количеством мест. Закусило указывает, что большое количество этих подарков разворовывается, но по вышеназванной причине отсутствует возможность установить размер краж путем ревизии.

3. Наливной флот Дальневосточного государственного морского пароходства (ДВГМП), доставляемые в порт жидкие грузы (спирт, растительное масло и т.п.) полностью не сгружал. Руководство порта объясняло это неприспособленностью насосных механизмов. Таким образом, танкер после разгрузки имел в наличии еще 2-5 тонн «остатка», который расхищался и сбывался на рынке.

Предупредить такого рода хищения Водный отдел милиции был не в состоянии, поскольку похищенное вывозилось на берег шлюпками, минуя охрану порта. В свою очередь Водный отдел не располагал плавсредствами.

4. Инспекторский состав Владивостокской таможни (70 человек) борьбы с хищениями фактически не вел, отсутствуя большую часть времени

на складах и причалах. Инспекторы таможни занимались лишь фиксацией размеров похищенного, поскольку результаты их работы оценивались по количеству актов о совершенных хищениях. Таким образом, сотрудники таможни были не заинтересованы работать на предотвращение преступлений.

5. Привлечение к работам в портах военнослужащих, воровство со стороны которых имело массовый характер, не смотря на обращения в Военную Прокуратуру ТОФ и Владивостокского гарнизона.

Вместе с тем, большое количество преступлений, выявляемых милицией в портах края, по нашему мнению, свидетельствует скорее не о недостатках в борьбе с преступностью, а наоборот, говорит об активной работе ее сотрудников. Высокий уровень криминальных посягательств на импортные товары был объективно обусловлен их высокой стоимостью, тотальным дефицитом продуктов питания и предметов первой необходимости, тяжелым материальным положением жителей края, в том числе работников порта. Тот факт, что основную массу похищенного составляли продукты питания, является одним из подтверждений недостаточной обеспеченности продуктами жителей края. Таким образом, рост преступных посягательств на импортные грузы был неизбежен. Однако, не смотря на сложную криминогенную ситуацию, приморским милиционерам удавалось ежегодно привлекать к ответственности сотни преступников и возвращать государству миллионы рублей.

Так, за 1944 г. Водным отделом милиции было возбуждено 1625 уголовных дел, по которым к ответственности было привлечено 1874 человека. Ликвидировано 136 преступных групп, в состав которых входило 424 человека. 55,8% этих дел было вскрыто по агентурным данным, что также позволяет дать высокую оценку работе отдела. Отдел обеспечил, за указанный период, возмещение нанесенного государству ущерба на сумму более чем в 3 миллиона рублей (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 49. Л. 46).

Успешную работу к 1944 г. наладил и Дорожный отдел милиции. По 733 возбужденным уголовным делам в 1944 г. к ответственности было привлечено 1223 человека. Общий процент раскрываемости составил 96,7%. За год было успешно реализовано 149 агентурных разработок и 14 учетных дел (Архив УВД ПК. Ф. 12. Оп. 1. Д. 49. Л. 46).

Таким образом, работа приморских милиционеров в деле защиты государственного иму-

щества вносила свой вклад в обеспечение экономической безопасности страны, обеспечивая материальную основу победы в Великой Отечественной войне.

Подводя итоги, мы можем сделать вывод о том, что органы внутренних дел Приморского края в условиях военного времени провели большую работу по борьбе с общеуголовной преступностью. Несмотря на сложную криминогенную обстановку, расширение спектра выполняемых задач, текучесть личного состава, недостаток квалифицированных работников, работа всех отделов, особенно оперативных, шла нарастающими темпами. В первые годы войны противодействие преступности осуществлялось преимущественно за счет массовых проверочных мероприятий. Однако, к 1944-45 гг. была создана широкая агентурная сеть, позволившая работать на опережение и добиться серьезных успехов в борьбе с преступностью.

В годы Великой Отечественной войны Приморская милиция сумела не допустить вспышки бандитизма, характерной для страны в целом. Основная масса преступлений 1941-1944 гг. была связана с посягательствами на собственность, что объяснимо тяжелым социально-экономическим положением населения. Для конца 1944-1945 г. характерным оказался рост насильственных преступлений, совершенных военнослужащими, в том числе, с применением оружия, что было связано с высокой концентрацией войск в регионе и низкой дисциплиной в некоторых воинских частях.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Базаров Ф.Е. Советская милиция Западной Сибири в годы Великой Отечественной войны: дисс. ... канд. ист. наук. Томск, 1971.

2. Белитченко Н. Партийное руководство деятельностью милиции в годы Великой Отечественной войны (июнь 1941-1945 гг.) // Партийно-политическая работа. 1987.№ 2.

3. Белоозеров Б.П. Войска и органы НКВД в обороне Ленинграда, июль 1941-январь 1944 г.. Историко-правовой аспект: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб, 1996.

4. Блинова В.В. Деятельность органов НКВД Южного Урала в годы Великой Отечественной войны: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Оренбург, 2008.

5. Вольхин А.И. Деятельность органов государственной безопасности Урала и Западной Сибири в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.: автореф. дис. ... докт. ист. наук. Екатеринбург, 2001.

6. Гусак В.А. Деятельность советской милиции по обеспечению функционирования тыла в годы Великой Отечественной войны (июнь 19411945 гг.): историко-правовое исследование: дисс. ... докт. юрид. наук. М., 2010.

7. Дворникова Т.А. Органы внутренних дел РСФСР в борьбе с уголовной преступностью (1941-1945 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 2006.

8. Емелин С.М. Органы внутренних дел в 1939-1953 годы: эволюция статуса, правовых основ, организации и деятельности (по материалам Южного Урала): дисс. ... докт. юрид. наук. М., 2009.

9. Иванов Н.В. Милиция Чувашии накануне и в годы Великой Отечественной войны: исторический опыт и уроки: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Чебоксары, 2010.

10. История милиции Белорусской ССР. (19171967 гг.): Краткий очерк. / сост. А.Ф. Антрощенко. Минск, 1967.

11. История органов внутренних дел: учебник / Под ред. Р.С. Мулукаева. М.: Акад. упр. МВД России, 2015.

12. История советской милиции: В 2 т. / Под ред. Н А. Щелокова. М., 1977.

13. Карпова Л.М. Деятельность милиции Удмуртии в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2010.

14. Кечайкина Е.М. Милиция Мордовии в годы Великой Отечественной войны: 1941-1945 гг.: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Саранск, 2003.

15. Мартианов В.Е. Органы НКВД Краснодарского края накануне и в годы Великой Отечественной войны (1937-1945 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Краснодар, 1998.

16. Министерство внутренних дел, 1902-2002: Исторический очерк. / Под общей ред. Р.Г. Нурга-лиева. М.: Объед. ред. МВД России, 2004.

17. Панфилец А.В. Ленинградская милиция в годы блокады (сентябрь 1941-январь 1944 г): автореф. дис. ... канд. ист. наук. СПб, 2000.

18. Порфирьев Ю.Б. Органы внутренних дел Кировской области в годы Великой Отечественной войны: дис. ... канд. ист. наук. СПб, 2000.

19. Скилягин А.Т., Мулукаев Р.С. История советской милиции. Л.: НИиРИО ВПУ МВД СССР, 1976.

20. Стяжкин С.В. Органы государственной безопасности и внутренних дел в Великой Отечественной войне 1941-1943 гг.: На материалах Верхнего Поволжья: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Ярославль, 1999.

21. Тумаков Д.В. Уголовная преступность и борьба с ней в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Ярославль, 2010.

22. Хамисов Б.Г. Деятельность органов внутренних дел Бурят-Монгольской АССР в 19411953 гг.: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Улан-Удэ, 2008.

23. Шабельникова Н.А., Бакшутов С.Н. Деятельность милиции Приморья в годы Великой Отечественной войны // Великая Отечественная и Вторая мировая войны: дальневосточное измерение: материалы Международного форума, Владивосток, 19-21 октября 2015 г. Владивосток: Изд-во Дальневост. федерал. ун-та, 2015.

24. Шатилова О.А. Милиция Западной Сибири в годы Великой Отечественной войны (19411945 гг.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Барнаул, 2004.

25. Янгол Н.Г. Органы внутренних дел Ленинграда в годы Великой Отечественной войны и войска МВД России (Историко-правовой аспект). СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т аэрокосм. приборостроения, 1998.

REFERENCES

1. Bazarov, F.E., 1971. Sovetskaya militsiya Zapadnoy Sibiri v gody Velikoy Otechestvennoy voyny [Soviet militia of Western Siberia during Great Patriotic War], dissertatsiya kandidata istoricheskikh nauk. Tomsk.

2. Belitchenko, N., 1987. Partiynoe rukovodstvo deyatel'nost'yu militsii v gody Velikoy Otechestvennoy voyny

3. Beloozerov, B.P., 1996. Voyska i organy NKVD v oborone Leningrada, iyul' 1941-yanvar' 1944 g.. Istoriko-pravovoy aspect [Troops and departments of People's Commissariat for Internal Affairs in defense of Leningrad, July 1941 - January 1944. Historical and legal aspect], avtoreferat dissertatsii kandidata yuridicheskikh nauk. Sankt-Peterburg.

4. Blinova, V.V., 2008. Deyatel'nost' organov NKVD Yuzhnogo Urala v gody Velikoy Otechestvennoy voyny [Activity of the departments of People's Commissariat for Internal Affairs of South Ural during Great Patriotic War], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Orenburg.

5. Vol'khin, A.I., 2001. Deyatel'nost' organov gosudarstvennoy bezopasnosti Urala i Zapadnoy

Sibiri v gody Velikoy Otechestvennoy voyny 19411945 gg. [Activity of the state security agencies of the Ural region and Western Siberia during Great Patriotic War, 1941-1945], avtoreferat dissertatsii doktora istoricheskikh nauk. Ekaterinburg.

6. Gusak, V.A., 2010. Deyatel'nost' sovetskoy militsii po obespecheniyu funktsionirovaniya tyla v gody Velikoy Otechestvennoy voyny

7. Dvornikova, T.A., 2006. Organy vnutrennikh del RSFSR v bor'be s ugolovnoy prestupnost'yu

8. Emelin, S.M., 2009. Organy vnutrennikh del v 1939-1953 gody: evolyutsiya statusa, pravovykh osnov, organizatsii i deyatel'nosti

9. Ivanov, N.V., 2010. Militsiya Chuvashii nakanune i v gody Velikoy Otechestvennoy voyny: istoricheskiy opyt i uroki [Militia of Chuvashia on the eve and during Great Patriotic War: historical experience and lessons], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Cheboksary.

10. Antroshchenko, A.F. ed., 1967. Istoriya militsii Belorusskoy SSR.

11. Mulukaev, R.S. ed., 2015. Istoriya organov vnutrennikh del [History of law-enforcement bodies]. Moskva: Akad. upr. MVD Rossii.

12. Shchelokov, N.A. ed., 1977. Istoriya sovetskoy militsii: V 2 t. [History of Soviet militia: in 2 volumes]. Moskva.

13. Karpova, L.M., 2010. Deyatel'nost' militsii Udmurtii v gody Velikoy Otechestvennoy voyny 1941-1945 gg. [Activity of militia of Udmurtia during Great Patriotic War, 1941-1945], avtoreferat dissertatsii kandidata yuridicheskikh nauk. Nizhniy Novgorod.

14. Kechaykina, E.M., 2003. Militsiya Mordovii v gody Velikoy Otechestvennoy voyny: 1941-

1945 gg. [Militia of Mordovia during Great Patriotic War, 1941-1945], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Saransk.

15. Martianov, V.E., 1998. Organy NKVD Krasnodarskogo kraya nakanune i v gody Velikoy Otechestvennoy voyny

16. Nurgaliev, R.G. ed., 2004. Ministerstvo vnutrennikh del, 1902-2002: Istoricheskiy ocherk [Ministry of Internal Affairs, 1902-2002: historical sketch]. Moskva: Ob'ed. red. MVD Rossii.

17. Panfilets, A.V., 2000. Leningradskaya militsiya v gody blokady

18. Porfir'ev, Yu.B., 2000. Organy vnutrennikh del Kirovskoy oblasti v gody Velikoy Otechestvennoy voyny [Law enforcement bodies of the Kirov region during Great Patriotic War], dissertatsiya kandidata istoricheskikh nauk. Sankt-Peterburg.

19. Skilyagin, AT. and Mulukaev, R.S., 1976. Istoriya sovetskoy militsii [History of Soviet militia]. Leningrad: NIiRIO VPU MVD SSSR.

20. Styazhkin, S.V., 1999. Organy gosudarstvennoy bezopasnosti i vnutrennikh del v Velikoy Otechestvennoy voyne 1941-1943 gg.: Na materialakh Verkhnego Povolzh'ya [Agencies of state security and internal affairs in the Great Patriotic War, 1941-1943: on materials of Upper Volga area], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Yaroslavl'.

21. Tumakov, D.V., 2010. Ugolovnaya prestupnost' i bor'ba s ney v gody Velikoy Otechestvennoy voyny 1941-1945 gg. [Crime and crime prevention during Great Patriotic War of 1941-1945], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Yaroslavl'.

22. Khamisov, B.G., 2008. Deyatel'nost' organov vnutrennikh del Buryat-Mongol'skoy ASSR v 19411953 gg. [Activity of law enforcement bodies of Buryat Mongolsky ASSR in 1941-1953], avtoreferat dissertatsii kandidata istoricheskikh nauk. Ulan-Ude.

23. Shabel'nikova, N.A. and Bakshutov, S.N., 2015. Deyatel'nost' militsii Primor'ya v gody Velikoy Otechestvennoy voyny [Activity of militia of Primorye during Great Patriotic War]. In: Velikaya Otechestvennaya i Vtoraya mirovaya

2016 • № 4 • ГУМАНИТАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ И НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

73

voyny: dal'nevostochnoe izmerenie: materialy Mezhdunarodnogo foruma, Vladivostok, 19-21 oktyabrya 2015 g. Vladivostok: Izd-vo Dal'nevost. federal. un-ta.

24. Shatilova, O.A., 2004. Militsiya Zapadnoy Sibiri v gody Velikoy Otechestvennoy voyny

25. Yangol, N.G., 1998. Organy vnutrennikh del Leningrada v gody Velikoy Otechestvennoy voyny i voyska MVD Rossii