Наша работа — помогать людям мечтать

Бывший глава Bvlgari Франческо Трапани возглавляет производство часов и украшений в рамках всего холдинга LVMH, который приобрел знаменитый итальянский дом в марте 2011 года. На перестроенном Базельском салоне бренды LVMH заняли новое и очень почетное место. Ювелирно-часовому подразделению LVMH предстоят перемены: глава TAG Heuer Жан-Кристоф Бабен с 1 июня возглавит дом Bvlgari. Новым же президентом TAG Heuer станет Стефан Линдер, работающий в марке с 1993 года.

— Марки LVMH теперь стоят в самом начале "аллеи славы" BaselWorld — раньше павильонов Rolex и Patek Philippe. Это ваша работа?

— Ну да. Как только я возглавил ювелирный и часовой отдел LVMH, мы начали переговоры о том, чтобы сменить место на Базельской выставке. Я считал, что мы должны получить самую престижную позицию, и мы ее получили. Я рад, что все удалось. Рад в целом, но и в частностях тоже, потому что я доволен тем, как марки спроектировали свои новые павильоны.

— Новый стенд и у дома Bvlgari, где мы с вами встречаемся и где по-прежнему находится ваш кабинет...

— У нас были особые заботы с Bvlgari. Как вы помните, стенд Bvlgari тех времен, когда я возглавлял марку, находился в другом здании. Тогда наш стенд был огромным и красивым. И мы могли поменять его только на что-то еще более прекрасное. Нынешнее пространство поменьше, но оно не хуже спроектировано. Стенд решен в форме змеи, потому что мы гордимся нашими ювелирными часами Serpenti, они имеют сумасшедший успех. Новое пространство, места для презентаций, рабочие комнаты — все очень удобно.

— Архитекторы, создававшие выставочные павильоны для других марок LVMH в рамках BaselWorld, также советовались с вами?

— Нет, каждый из входящих в группу LVMH часовых домов занимался этим сам. Это сфера ответственности главы марки. Каждый старался выразить свои особенности и представить в новой архитектуре стиль дома. У каждой из марок группы он может быть разным. И, как вы видите, он разный.

— А участвовал ли в разработке стенда Bvlgari Жан-Кристоф Бабен? Он же вот-вот перейдет улицу, которая разделяет павильон Bvlgari и павильон TAG Heuer, и буквально займет вот это самое кресло. И если не сейчас, то уж на следующем Базеле точно.

— Не сейчас, не сейчас. Господин Бабен придет работать в июне — я уж досижу. Господина Бабена я знаю давно: он целое десятилетие руководил такой заметной маркой LVMH, как TAG Heuer. Он делал замечательные вещи, при нем марка TAG Heuer многого добилась, и я возлагаю на него большие надежды в качестве шефа Bvlgari — дома, который мне не чужой.

— Да, нет сомнений, что приход господина Бабена будет хорошим делом для дома Bvlgari, ну а как же часовой дом TAG Heuer? Не будет ли он лишен чего-то? Все-таки господин Бабен был ключевой фигурой для этой марки.

— Я думаю, что его преемник будет стараться сделать то же самое. Конечно, перемены тревожны — их ждут, на них надеются, их опасаются, но они очень важны. И для самого Бабена после десятка лет работы в TAG Heuer в Bvlgari будет возможность сделать что-то новое. Я не думаю, что он огорчен.

— А как вообще происходят назначения в группе LVMH? Вызывают в большой кабинет и выдают комсомольскую путевку в Bvlgari? И человек берет под козырек и говорит "Так точно. Служу LVMH!"?

— Не утрируйте. У нас работают большие энтузиасты своего и нашего общего дела. Они подчиняются приказам — не может быть иначе в большой компании, и все же всегда и везде посты предлагают людям, которые себя проявили и имеют к этому посту склонность, других нам не надо. Желающих много.

— Почему здесь нет часов Louis Vuitton? Часовщики Louis Vuitton по-прежнему выставляются в Базеле, но все так же вне самой ярмарки. И почему к вашей великолепной четверке не присоединен стенд Dior?

— Часы Louis Vuitton и часы Dior остаются несколько в стороне и полностью отделены от моей группы, у них свое руководство.

— А внутри вашей группы кроме нового территориального объединения есть ли технические, научные и производственные связи?

— Я не стану особенно углубляться в детали, потому что у нас свои секреты, но верно то, что мы работаем над вертикализацией производства и унификацией деталей. Мы уже производим собственные механизмы, корпуса, браслеты, мы делаем почти все стратегические элементы часов. Благодаря Bvlgari у нас есть великолепные ювелирные мастерские, и мы развиваем дальше "внутреннее" производство и сокращаем внешние закупки.

— То есть кооперация внутри группы развивается? Например, среди хронографов Bvlgari есть замечательная модель, сделанная на базе фирменного механизма El Primero от родственной марки Zenith.

— Чтобы сделать наше дело прибыльным, мы контролируем и производство, и продажи, и все чаще прибегаем к сотрудничеству и обмену. Если кто-то хорошо производит механизмы, то мы вкладываемся в его производство, чтобы увеличить объемы и подпитать другие наши марки.

— Вам приходится заниматься всеми марками. Вы знаете их сильные и слабые стороны. Какая из них сильнее и в чем именно?

— Если хотите, главное — образ, имидж и каждая марка будет иметь успех, если она точно определит свое направление, найдет то, в чем она сильнее всего. Все для этого у нас есть. Одна марка лучше в одном, другая — лучше в другом. Но это в теории. На практике вы почти никогда не покупаете изолированный предмет, вы покупаете бренд. Bvlgari — это имя, которое само продает вещи. Это имя заставляет мечтать. Наша работа — помогать людям мечтать. Это то, что покупатель ищет. Все остальное прилагается. Важны и сам продукт, и сервис, и техническое обслуживание — это те самые колонны, на которых зиждется слава бренда. Одно связано с другим.

— Как вы тогда добиваетесь того, чтобы марки не конкурировали друг с другом в рамках группы? У ваших соседей, других больших финансовых групп, бывает так, что одна марка угнетает другую.

— Наши марки свободны в выборе тактики и даже в выборе стратегии. Это принцип LVMH — не стричь марки на одно лицо, а давать им возможность выражать индивидуальность. Если мы говорим о часах, то под моим началом четыре марки — Bvlgari, Zenith, Hublot, TAG Heuer — и по счастливой случайности эти марки ориентированы на разных клиентов, имеют ярко выраженную индивидуальность и не могут войти в конфликт. Для ревности здесь нет места.