Проблемы защиты прав акционеров от недружественного поглощения

Дудченко Андрей Юрьевич

преподаватель кафедры гражданского права Кубанского государственного аграрного университета

Проблемы защиты прав акционеров от недружественного поглощения

С. начала 90-х гг. в России вновь появились акционерные общества, которые стали, пожалуй, самой популярной правовой формой юридического лица в сфере предпринимательской деятельности. Конечно, вопрос о целесообразности механического переноса в российский правопорядок конструкции акционерного общества, в частности, «закрытого», до сих пор является предметом дискуссий. Тем не менее, время показало жизнеспособность акционирования, особенно в ходе приватизации государственного имущества.

Несмотря на ряд преимуществ перед другими организационно-правовыми формами предпринимательской деятельности, акционерное общество, в силу определенных причин, оставляет возможность для недружественного проникновения в состав его участников и даже поглощения третьими лицами. Тактика внешних действий, направленных на захват юридических лиц и, в частности, акционерных обществ, широко и небезуспешно применяемая на Западе, получила название «рейдерство».

По своей юридической природе «рейдерство» представляет собой комплекс относительно законных сделок и явных уголовных и административных правонарушений, связанных единой целью и задачами. Примечательно, что «рей-дерские» действия часто основаны на подкупе должностных лиц, руководителей «атакуемых» юридических лиц, реестродержателей. По мнению специалистов, благоприятную среду для «рейдерства» в России создают пробелы в акционерном законодательстве и коррумпированность правоохранительных органов.

Несколько лет назад для поглощения широко использовался механизм банкротства. Механизм искусственного банкротства предусматривал создание денежного обязательства, пода-

чу в арбитражный суд заявления о банкротстве и введение внешнего управления с последующей продажей требуемых активов. Новая редакция Закона «О несостоятельности (банкротстве)»1, вступившая в силу в начале 2003 г., очень осложнила эту процедуру и фактически свела на нет практику искусственно создаваемых банкротств.

В настоящее время «рейдеры» в большей степени прибегают к захватам акционерных обществ посредством различных операций с реестром акционеров. Применяются различные противоправные действия: создание подложных реестров, уничтожение реестров, подкуп и угрозы в адрес реестродержателей. Проблема, на наш взгляд, лежит, помимо всего, в несовершенстве норм гражданского права. На сегодняшний день в Законе «О рынке ценных бумаг» реестр описан как вещь, а должен описываться как информация двух видов: реестр операций с акциями и структура капитала на текущий момент. Владельцем этой информации является эмитент, значит, он и должен контролировать ведение реестра.

Предлагается обязать эмитента отвечать за злоупотребления независимого регистратора, которому поручено ведение реестра. Ведь у акционеров нет договора с регистратором и нет возможности контролировать его действия. Поэтому логичным продолжением является еще одна норма: раз эмитент и акционеры являются обладателями исключительных прав на пользование информацией о размещенных акциях, то они должны с любой заданной периодичностью получать ее от регистратора. Одновременно следует усилить ответственность регистратора, поскольку информация, ушедшая от него «не по адресу», может привести к печальным последствиям для эмитента.

Подавляющее большинство акций российских эмитентов являются бездокументарными,

1 Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. Федеральных законов от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ, от 29 декабря 2004 г. № 192-ФЗ, от 31 декабря 2004 г. № 220-ФЗ, от 24 октября 2005 г. № 133-ФЗ, от 18 июля 2006 г. № 116-ФЗ и послед.).

67

т.е. не имеющими своего отражения в материальном мире. Уже это, само по себе, создает условия для всевозможных злоупотреблений регистраторов. Кроме того, само понятие «бездокументарная ценная бумага» создает коллизию норм гражданского права. В Гражданском кодексе РФ (п. 2 ст. 130) ценные бумаги прямо отнесены к вещам, которые являются материальными объектами. Существование «бездокументарных» вещей абсурдно и противоречит основам гражданского права России, не допускающим существование «бестелесных» вещей, как это принято, например, во Франции и в странах англосаксонской системы права. Кроме того, норма п. 1 ст. 142 ГК называет ценную бумагу «документом», т.е. материальной вещью. В указанной статье содержится положение о том, что «для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказательств их закрепления в специальном реестре (обычном или компьютеризованном)». Из текста анализируемой нормы совершенно не следует возможность признания ценной бумагой той информации, которая содержится в компьютере регистратора. Правильнее будет признать объектом гражданского права бездокументарную информацию о правах собственников акций, которые, безусловно, должны быть эмитированы на бумажном или ином материальном носителе. Данному утверждению не противоречит и норма п. 1 ст. 44 Закона «Об акционерных обществах». В этой связи представляется обоснованным внесение изменений в ст. 16 Закона «О рынке ценных бумаг», исключающих эмиссию ценных бумаг в «бездокументарной форме».

Действующая редакция Закона «Об акционерных обществах» содержит ряд норм, направленных на защиту прав акционеров от недружественного проникновения и захвата акционерного общества1.

Прежде всего следует упомянуть норму ст. 75 Закона о выкупе акций обществом по требованию акционеров. Суть ее в том, что акционер вправе требовать выкупа обществом принадлежащих ему акций в случаях реорганизации общества или совершения крупной сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием акционеров, если они голосовали против принятия решения о его реорганизации или одобрении указанной сделки либо не принимали

участия в голосовании по этим вопросам, а также внесения изменений и дополнений в устав общества или утверждения устава общества в новой редакции, ограничивающих их права, если они голосовали против принятия соответствующего решения или не принимали участия в голосовании. Ясно, что основания требования выкупа акций могут быть связаны также и с «рейдерски-ми» действиями (реорганизация, внесение изменений в устав, совершение крупных сделок по отчуждению имущества акционерного общества). Характерно, что выкуп акций должен осуществляться по цене не ниже рыночной.

Данный в ст. 75 Закона перечень оснований выкупа обществом акций является исчерпывающим, что подтверждается также позицией ВАС РФ2. Другое дело - выкуп каких именно акций является предметом регулирования указанной нормы Закона. Пункт 1 ст. 75 Закона наделяет правом выкупа только владельцев голосующих акций, но дело в том, что в Законе содержится также ряд норм, допускающих участие в голосовании по тем или иным вопросам и владельцев привилегированных акций. На данное обстоятельство указывают и комментаторы Закона3. Думается, что следовало бы уточнить норму п. 1 ст. 75 Закона: право на выкуп должны иметь только владельцы простых голосующих акций.

Применение такого механизма защиты интересов акционеров как принудительный выкуп акций является крайней мерой, которая противоречит общему принципу, на котором строится вся конструкция акционерного общества - из акционерного общества можно выйти только продав свои акции третьему лицу. Именно поэтому законодатель усложняет процедуру выкупа акций (ст. 76 Закона), устанавливая императивно 45дневный срок на подачу требования о выкупе акций.

На практике может сложиться ситуация, когда многие миноритарные акционеры получат, в силу принятия общим собранием того или иного решения, право требовать выкупа обществом принадлежащих им акций. Однако общество связано требованиями п. 5 ст. 76 Закона, устанавливающим, что сумма средств, направляемых на выкуп акций, не может превышать 10% стоимости чистых активов общества. Этот порог весьма усложняет осуществление акционерами своего права требовать выкупа акций. Здесь, по-види-

1 Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208 - ФЗ «Об акционерных обществах» (ред. от 27 июля 2006 г., с изм. от 18 декабря 2006 г.) // Первоначальный текст документа опубликован в «Российской газете». 1995. № 248.

2 См.: п. 29 Постановления Пленума ВАС РФ № 19 от 18 ноября 2003 г. «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» // Вестник ВАС РФ. 2004. № 1.

3 Телюкина М.В. Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных обществах» (постатейный). М.: Вол-терс Клувер, 2005. С. 488.

___________________________________________________68

мому, не может быть однозначного решения. С одной стороны, законодатель учитывает интересы юридического лица, с другой - вынужден учитывать и возможную реакцию рядовых акционеров на принятие сложных и непопулярных решений общим собранием.

Новым важным шагом в направлении защиты прав акционеров стало введение в Закон Главы XI.!1, определяющей порядок приобретения более 30% акций открытого общества. Установленная Законом весьма сложная процедура приобретения крупных пакетов акций, а особенно норма п. 6 ст. 84.3 Закона в целом направлена на защиту интересов рядовых акционеров в случае попыток третьих лиц установить контроль над акционерным обществом. Вместе с тем, вызывает недоумение формулировка п. 1 ст. 84.1 Закона, в соответствии с которой лицо, намеревающееся скупить более 30% акций не обязано, а только вправе направить в общество публичную оферту, именуемую добровольным предложением.

При нарушении установленного порядка приобретения крупного пакета акций приобретатель несет ответственность в форме возмещения убытков (п. 6 ст. 84.3 Закона), что не всегда адекватно причиненному вреду, поскольку в результате недружественного проникновения могут наступить последствия, несоотносимые с понятием «убытки»: вред деловой репутации, разглашение коммерческой тайны, нарушение интеллектуальных прав и т.д. В подобных случаях более уместно было бы говорить об обязанности возмещения или компенсации вреда, учитывая, что размер убытков при недружественном проникновении и захвате сложно, а иногда и невозможно доказать документально.

Дополнительные разъяснения процедуры приобретения внешними инвесторами крупных пакетов акций содержатся и в письмах Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) от 8 августа 2006 г. и 31 августа 2006 г.2

Несмотря на очевидные позитивные изменения акционерного законодательства, практика «рейдерства» дает основания полагать, что за-

конодательные механизмы защиты прав и интересов акционеров (особенно мелких) еще предстоит усовершенствовать. Применяемые преступные схемы зачастую связаны со скупкой акций у рядовых, мелких акционеров. В пользу захватчиков акционерных обществ работает то обстоятельство, что сделки с мелкими пакетами акций сложнее отследить. При создании подложных передаточных распоряжений и подкупе реестродержателей акционеры долгое время могут и не знать о внесении изменений в реестр. Особенно это касается профессиональных участников рынка ценных бумаг, которые ежедневно заключают большое количество сделок с акциями отечественных эмитентов.

Для того чтобы противодействовать преступным посягательствам мошенников, необходимо ясно представлять себе порядок учета акционеров компании. Как известно, если в акционерном обществе больше 50 владельцев акций, оно обязано передать реестр акционеров специализированному участнику рынка ценных бумаг - регистратору. Именно это лицо призвано учитывать акционеров компании, регистрировать переход права собственности на ценные бумаги, готовить список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров и осуществлять иные действия, связанные с акциями. Лицензированием деятельности реестродержателей занимается Федеральная служба по финансовым рынкам.

Для перехода акций от одного лица к другому необходимо предоставить регистратору передаточное распоряжение, в котором собственник выражает свою волю по поводу принадлежащих ему ценных бумаг. При этом закон не требует предоставлять регистратору договор купли-продажи акций. Таким образом, мошеннику, желающему похитить акции, необходимо подделать всего лишь один документ - передаточное распоряжение. Указанное обстоятельство должно, как минимум, озадачить законодателя в направлении ужесточения порядка регистрации сделок с акциями. Одним из механизмов осуществления государственного контроля в сфере оборота эмис-

1 Введена Федеральным законом от 05 января 2006 г. № 7-ФЗ (в ред. от 27 июля 2006 г.) «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации» // Первоначальный текст документа опубликован в «Собрании законодательства РФ» от 09 января 2006. № 2. Ст. 172.

2 Письмо ФСФР РФ от 08 августа 2006 г. № 06-ОВ-03/12471 «О форме и содержании представляемых в федеральный орган исполнительной власти по рынку ценных бумаг добровольного и обязательного предложений, отчета по итогам принятия добровольного и обязательного предложений, уведомления о праве требовать выкупа эмиссионных ценных бумаг, требования о выкупе эмиссионных ценных бумаг» // Вестник ФСФР России. № 8. 31 августа 2006 г.; Письмо ФСФР РФ от 31 августа 2006 г. № 06-ОВ-03/14113-1 «Об уведомлении о праве требовать выкупа ценных бумаг и требования о выкупе ценных бумаг открытых акционерных обществ в соответствии со ст. 7 Федерального закона от 05 января 2006 г. № 7 - ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации» // Вестник ФСФР России. 2006. № 9.

69

сионных ценных бумаг, в том числе и акций, могла бы стать обязательная государственная регистрация сделок с ними, которую можно было бы возложить на органы ФСФР. Государственная регистрация отчуждения акций, во всяком случае, помогла бы искоренить практику ведения двойных реестров акционеров.

Подделка документов, как уголовно наказуемое деяние, не будет рассматриваться нами в рамках настоящей статьи, однако цивилисти-ческая наука в своем развитии не может игнорировать задачи выработки эффективных гражданско-правовых механизмов противодействия преступным посягательствам на право собственности или иные имущественные права. Простейшим механизмом охраны права собственности акционера на принадлежащие ему акции является запрет всякого рода «бездокументарных» ценных бумаг и введение нотариальной регистрации сделок купли-продажи или иного отчуждения акций.

Дискуссионным является также вопрос о природе прав акционеров на уставный капитал акционерного общества. Так, М.В. Телюкина справедливо замечает, что нельзя считать права акционеров только обязательственными1, указывая на неимущественную составляющую прав акционеров. К.И. Скловский усматривает у акционеров элементы вещного права на имущество акционерного общества2. Большинство авторов, следуя общепринятой доктрине, считают акционерное общество единственным собственником своего имущества. Правосубъектность юридических лиц всегда рассматривалась авторами в свете общих вопросов о природе юридического лица как субъекта права, либо в процессе изучения правового статуса отдельных видов юридических лиц3. Нельзя не согласиться с высказыванием О.С. Иоффе о том, что характер, содержание и признание правосубъектности за теми или иными лицами зависят от характера и содержания действующего законодательства4. Большин-

ство авторов считают, что право собственности и иные вещные права юридических лиц являются основой и непременным условием их уставной деятельности, в частности, предпринимательской деятельности. В.Ф. Попондопуло, характеризуя правовой режим имущества предпринимателей, замечает, что «предпринимательская деятельность осуществляется на определенной имущественной базе, позволяющей экономически обособить предпринимателя и создать условия для его участия в торговом обороте»5. По мнению Н.В. Козловой, правосубъектное юридическое лицо не только вправе, но и обязано обладать обособленным имуществом, которое может принадлежать ему на праве собственности, либо ином вещном праве (п. 1 ст. 48 и ст. 216 ГК РФ)6. Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ указал, что организация не может быть признана юридическим лицом без наличия у нее обособленного имущества7.

Момент обретения правосубъектности юридическим лицом законодатель и правовая доктрина связывают не только с реализацией публично-правового отношения регистрации нового субъекта права, но и с формированием у него обособленного имущества, которое, по мысли законодателя, является гарантией осуществления уставной деятельности и реализации прав кредиторов8.

Вместе с тем еще не так давно наукой и законодательством признавалось существование коллективной акционерной собственности. Принятым 19 июня 1990 г. Постановлением Совета Министров СССР «Об утверждении Положения об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью и Положения о ценных бумагах» предусматривалась возможность создания акционерных обществ и выпуска ими акций, которые могли распространяться как среди юридических, так и среди физических лиц. Появление этого документа создало предпосылки для

1 Телюкина М.В. Указ. соч. С. 11.

2 Скловский К.И. Собственность в гражданском праве: Учебно-практическое пособие. М.: Дело, 1999. С. 133135.

3 Венедиктов А.В. Правовая природа государственных предприятий. Ленинград, 1928; Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. М., 1947; Грибанов В.П. Юридические лица. М., 1961; Витрянский В.В. Правовое положение государственных и муниципальных предприятий // Журнал российского права. 1998. № 10; Суханов Е.А. Правовые формы предпринимательства. М., 1993; Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц: Дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2003.

4 Иоффе О.С. Избранные труды: В 4-х тт. Т 2. СПб.: «Юридический центр Пресс», 2004. С. 118.

5 Попондопуло В.Ф. Коммерческое (предпринимательское) право: Учебник. М.: «Юристъ», 2003.

6 Козлова Н.В. Правосубъектность юридических лиц. М., 2005. С. 44.

7 Вестник ВАС РФ. 1993. № 10. С. 35.

8

О юридической природе уставного капитала юридических лиц см.: Кононов В.С. Корпоративные правоотношения: понятие, признаки, сущность / Актуальные проблемы гражданского права: Сборник статей. Вып. 9 / Под ред. О.Ю. Шилохвоста. М.: Норма, 2005. С. 64.

___________________________________________________и_

активного развития акционерной формы собственности.

Возникновение отдельного «Положения об акционерных обществах», утвержденного Постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г., которое впоследствии (с изменениями, внесенными в апреле 1992 г.) вплоть до 1 января 1995 г. (вступлением в силу ч. 1 ГК РФ) и 1 января 1996 г. (вступлением в силу ФЗ «Об акционерных обществах») и стало основополагающим нормативным документом, регламентирующим основные принципы правового положения акционерных обществ в России.

Тезис о возможности существования наряду с частной и акционерной (коллективной) собственности вполне укладывался в господствующую в начале 90-х гг. гражданско-правовую док-трину1.

Признание за акционером права общей долевой собственности (коллективной или акционерной) на имущество акционерного общества давало, по сравнению с нынешним статусом акционера, ряд преимуществ.

Во-первых, право на вещные иски в связи с незаконным завладением принадлежащими ему акциями. Отсюда возможность истребования ценных бумаг из чужого незаконного владения.

Во-вторых, возможность купли-продажи и залога акций, основанная на праве собственности. Сейчас, как известно, используется надуманная конструкция «уступки прав» и «залога прав».

В-третьих, право требовать в натуре выдела доли в имуществе акционерного общества. В настоящее время акционер практически лишен права требовать у общества выкупа принадлежащих ему акций.

Следовательно, развитие акционерного законодательства принесло не только позитивные результаты, но и привело к реальному ухудшению правового положения отдельного акционера за счет укрепления позиций юридических лиц в качестве единственных собственников закрепленного за ними обособленного имущества.

В последнее время «рейдерами» все чаще используется схема, получившая условное название «двойной стандарт». В основе этой схемы лежит создание «параллельных» реестров и органов управления. Как видим, с точки зрения

1 Власова М.В. Право собственности в России: М., 2002. С. 106-111.

гражданского права, все подобные действия ничтожны и не должны порождать юридически значимых последствий, более того, их следует квалифицировать как мошенничество и изготовление поддельных документов. Очевидной представляется ключевая негативная роль реестродержателей при создании двойных реестров в ходе захвата акционерных обществ. Смена реестродержателя также может спровоцировать создание двойного реестра.

В связи с этим очевидной представляется передача функции регистрации прав акционеров специализированным государственным учреждениям, которые должны работать в режиме ограничения доступа к хранимой информации о личности акционеров и количестве принадлежащих им акций. Необходимо совершенствовать и акционерное законодательство в направлении предупреждения создания вторых, параллельных органов управления акционерными обществами. Здесь весьма пригодился бы опыт как стран СНГ, так и стран с более давней историей борьбы с рейдерством.

Думается, что проблему, связанную с добросовестным приобретателем акций, следует решать путем внесения изменений в Гражданский кодекс, позволяющих истребовать имущество у добросовестного приобретателя, если оно попало к нему в результате ничтожной сделки.

Изучение печатных и электронных СМИ позволяет сделать вывод о том, что проблемы защиты прав акционеров при недружественном поглощении находятся в центре внимания общественности, однако поступающие предложения по регулированию проблем недружественных поглощений не носят системного характера. За последние годы в этой сфере было предпринято всего несколько изменений. Между тем, настоятельной потребностью является подготовка проекта закона, устанавливающего особый порядок разрешения арбитражными судами корпоративных споров.

Не менее важной является задача реформирования законодательства об обороте ценных бумаг и той части корпоративного законодательства, которая регулирует создание органов управления хозяйственными обществами, реорганизацию и ликвидацию юридических лиц.

возникновение, юридическое содержание, пути развития.

71