Функционально-содержательная роль модальных частиц в текстах газеты "Санкт-Петербургские ведомости" (конец XVIII - середина XIX века)

УДК 811.161.1:161.26

И. Ю. Кукса

ФУНКЦИОНАЛЬНО-СОДЕРЖАТЕЛЬНАЯ РОЛЬ МОДАЛЬНЫХ ЧАСТИЦ В ТЕКСТАХ ГАЗЕТЫ «САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЕ ВЕДОМОСТИ»

Рассматривается функционирование модальных частиц в текстах газеты «Санкт-Петербургские ведомости» как репрезентантов позиции автора газетного текста и, шире, субъективной модальности. В частности, анализируется актуализация частицами модально-текстовых смыслов в соотнесении с задачей трансляции адресату социально значимой, по мнению адресанта, информации. Демонстрируется роль модальных частиц в обогащении новостной информации модально-квали-фикативными оттенками: в акцентировании внимания читателя, актуализации коммуникативно значимого содержания, выражении оценочных значений, отделении фактов от предположений и др.

The author explores the function and role of modal particles in the texts of the St. Petersburg Vedomosti newspaper. Modal particles are describes as a means of representing the position of the author of newspaper texts, and speaking broadly, and a means of expressing subjective modality. Modal particles accentuate modal and textual meanings and bring socially significant information to the reader. The author analyses the role of modal particles in enriching news texts with modal and qualitative shades: drawing the reader's attention to relevant information, revealing communicatively meaningful content, expressing evaluation and separating facts from assumptions.

Ключевые слова: субъективная модальность, модальные частицы, субъективно-модальные значения, газетный текст, история журналистики, адресант, позиция автора газетного текста.

Key words: subjective modality, modal particles, subjective modal values, newspaper text, history of journalism, addressee, position of the author of the newspaper text.

В газетном тексте уже на этапе становления института журналистики все подчинено целям и задачам социально значимой коммуникации с аудиторией (см. об этом подробнее: [2; 7; 8]), и каждый компонент, соответствующий целям и задачам автора, становится информативно и коммуникативно ценным. Маркировка важной для адресанта информации происходит с помощью целого комплекса языковых средств, среди которых немаловажное место занимают частицы [4; 9; 10]. Характеризуясь отсутствием самостоятельного лексического значения и «размытой» эмоционально-экспрессивной оценочной семантикой [4, с. 135], частицы тем не менее обнаруживают при функционировании в тексте коммуникативно важные смыслы, качества и функции (см. подробнее: [1; 4; 6; 10; 12]).

35

© Кукса И. Ю., 2018

Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Сер.: Филология, педагогика, психология. 2018. № 1. С. 35 — 43.

Будучи включенными в семантическую структуру текста, частицы связаны и с его коммуникативно-прагматической направленностью, при этом ключевую роль играют отношения между языковыми единицами и используюшдми их авторами (адресантами), то есть субъективно-модальные отношения.

Согласно традиционному научному мнению, модальная окрашенность присуща классу частиц в целом [3; 11], поскольку элемент отношения, субъективной реакции в разной степени характерен не только для группы модальных частиц, но и для иных групп, например для отрицательных и формообразующих частиц. Модальные же частицы всегда являются репрезентантами разных оттенков значений с инвариантом, который в самом общем виде можно определить как выражение субъективного отношения к сообщаемому. Выступая репрезентантами разных субъективно-модальных значений, модальные частицы группируются главным образом на основе этих значений [11].

Рассмотрим функционирование модальных частиц в аспекте их коммуникативно-прагматической значимости при формировании модальных смыслов в текстах одной из первых отечественных газет — газеты «Санкт-Петербургские ведомости» в период с конца XVIII до середины XIX в.

К ключевым функциям модальных частиц в газетных текстах рассматриваемого периода принадлежат функции актуализации важной для автора информации и выражения его отношения к сообщаемому.

Приоритетное место в рассматриваемых текстах с точки зрения частотности употребления, разнообразия выражаемых смысловых оттенков и авторского отношения к сообщаемому занимает группа усилительных частиц, среди которых наиболее распространенными и функционально значимыми являются частицы даже, уже, же. Конструкции с такими частицами составляют около 41 % от всех зафиксированных случаев конструкций с модальными частицами.

С помощью этих частиц автор усиливает, акцентирует определенные значимые для него в соответствии с коммуникативной задачей фрагменты высказывания:

1) само действие, предикативную часть конструкции: Однако же уговорили Французсте военачальники салдать своихъ, разгорячивъ сперва мужество ихъ разными крепкими напитками, учинить 18 числа сего месяца на Императорстя войски всеобщее нападете (1793, 104, 6)1; Два Аглинсте военные об осмнадцати пушкахъ судна... не прежде какъ въ ночь уже могли при-ближиться к'ь берегамъ не подалеку отъ гавани (1795, 26, 6); Сегодня уже ожидаютъ Принца [Жуанвильского] въ Парижь (1847, 2, 2); Но пуля даже не проникла въ тело и только причинила контузт (1847, 157, 2);

1 Здесь и далее в круглых скобках указываются год выхода газеты «Санкт-Петербургские ведомости», ее номер и страница, на которой находится пример. В приводимых примерах сохраняется орфография и пунктуация источников, но используется упрощенная графика: буквы греческого алфавита кси, пси, фита, омега, ук, а также старославянские буквы ять, юс малый, юс большой передаются буквами современного русского алфавита.

2) временные характеристики описываемых событий: Генералъ же Бо-гариоа и друг1е мног1е настоятъ уже теперь о ихъ увольнети (1793, 78, 11); Неутомимо теперь трудятся о снабжены оныхъ судовъ сею же ночью высад-нымъ вошскомъ (1793, 104, 4); И сей же часъ разнесся слухъ, что Французы пробрались далее, заняли Цвейбрикенъ и Гомбургъ (1793, 104, 7); Мы на сихъ же дняхъ можетъ быть услышимъ о перемирии (1795, 1, 8); Вскоре после сего заключены были и здаточныя Утрехтской области услов1я, и въ оной же день все сидевш1е подъ стражею патрюты были освобождены (1795, 26, 6); Въ ночи того же числа прибыла сюда и Королева Вестфальская съ своею свитою и заняла приготовленные для нея во Дворце покои (1812, 44, 3); Король и Королева Бельайсте сегодня отправились по Северной железной дороге въ Брюссель, куда прибудутъ сегодня же вечеромъ (1847, 2, 2);

3) пространственные параметры сообщаемого: Вчера къ вечеру стояло передовое его войско уже у Валтраха, разстоятемъ на три четверти часа отсюда (1793, 1, 3); После сею поражетя, Императорстя войска напали на нихъ передъ Ахеномъ, потомъ въ самомъ даже городе и выгнали ихь оттуда съ вели-кимъ для нихъ уроном (1793, 26, 3); Собрате народное не преставало ругаться надъ особою сего нещастнаго Государя и преследовало его даже въ последнемъ его убежище (1793, 56, 5); И въ самомъ даже Неаполе по улицамъ лежалъ онъ [снег] очень высоко (1795, 26, 7);

4) иные аспекты сообщаемого читателю, например субъект действия: Онъ сталъ самъ даже въ дверяхъ съ чашею, говоря, чтобъ некто ничего не давалъ, кроме однихъ токмо истинныхъ Христ1анъ (1793, 104, 3); количественные характеристики: Три дни уже, какъ не получали мы ни какихъ изъ Остфрисландш известш (1795, 26, 2); Два дня уже поверхность залива покрывалась шатрообразно восходящими изъ воды парами (1847, 2, 2); Другхе насчитываютъ въ этомъ войске 40,000 конницы и 30,000 пехоты; некоторые даже до 100,000 (1847, 2, 3).

Чаще всего (около 77 % случаев употребления частиц данной группы) автором подчеркиваются пространственные и временные характеристики описываемых событий, фактов, явлений, а также акцентируется само действие.

При этом значение «собственно усиления» (функционально близкое к значениям выделения, подчеркивания) часто совмещается с выражением авторской реакции на сообщаемое, авторской оценки. Так, усиление предиката может сопровождаться дополнительными оценочными смыслами, которые формируются контекстуально, в том числе с помощью частиц, например значение негативной оценки, неодобрения: Они [французы]... станутъ даже обещать новое разделете чужихъ Областей и предлагать самые блистательные союзы (1812, 90, 4) или, наоброт, положительной оценки, одобрения, восхищения: Ты [русский народ] въ течете несколькихъ летъ ... тысячи изъ нихъ питалъ и даже обогатилъ въ недрахъ своихъ (1812, 90, 4).

Автор также может дополнительно усилить предикат в конструкциях со значением побуждения: Трепещи же неблагодарный, нечестивый народъ; трепещи теперь за себя самого! (1793, 56, 6); Отмстимъ же за веру, за человечество, за Людовика и за Франщю! (1793, 56, 8); подчеркнуть новую информацию, полученную из недостоверных источников (слухи): И даже

37

38

говорятъ о томъ, что можетъ быть нынешнею зимою заключено будетъ въ та-мошнихъ местахъ между французскими и другими арм1ями перемир1е (1795, 1, 10); Поговаривали даже, что въ следств1е этой речи правительство хотело потребовать его къ суду (1847, 122, 3).

В случаях усиления иных обстоятельств, характеристик, условий совершения сообщаемого автор также формирует собственную оценку, отбирая для этого соответствующие языковые средства (например, существительные и прилагательные с оценочными компонентами значения, выполняющие синтаксические роли определений и дополнений), в том числе и частицы: Единая мысль вступить въ Политичестя связи съ Франщею, съ темъ единственно намеретемъ, чтобы принудить Англт къ оказатю намъ справедливости, возродила бы во всехъ величайшее негодовате и даже презрете (1812, 79, 4); Даже хитрыми и ложными обольщетями мнилъ потрясть верность къ Престолу (1812, 90, 13); Они сопротивлялись храбро, и не смотря на свои раны, ослабевшими уже руками стреляли по непрiятелямъ изъ ружей (1793, 1, 5). В первых двух примерах легко прочитывается неодобрение, возмущение, негативная оценка автором важных для него элементов сообщаемого, в последнем же — восхищение, одобрение.

Обращает на себя внимание функционально-содержательная «специализация» ряда частиц этой смысловой группы. Так, например, частица же, вкупе со стандартным значением усиления, способна формировать и значение сопоставления, установления связей с известным: Едва они оставили помянутой соседской домъ, какъ упала вдругъ другая такой же величины снеговая громада (1795, 13, 3); Въ той же самой статье между прочимъ содержится следующее (1812, 79, 4); Другая половина тогда же ретировалась чрезъ реку и при ретираде своей попортила мостъ (1812, 79, 19); частица уже — значение завершенности действия: Половина города Венло была уже раззорена отъ ихъ бомбъ и каленыхъ ядръ (1793, 26, 3); частица даже — значение несоответствия предполагаемому: Многiя тысячи онаго [неприятеля] истреблены и взяты въ пленъ крестьянами и даже руками женщинъ (1812, 90, 15).

Следующими по частотности употребления (около 36 % от всех конструкций с частицами) в рассматриваемых газетных текстах являются конструкции с выделительно-ограничительными частицами, с помощью которых подчеркиваются:

1) пространственные характеристики — место, где происходят описываемые события: Сего дня пришла сюда Голландская почта, но писма привезла токмо съ Голландской границы, изъ Своля, Лингена и изъ разныхъ другихъ по дороге оттуда лежащихъ местъ (1795, 26, 4); Одна токмо еще фрисландская область расположены своихъ не объявила (1795, 26, 6); Въ Тунисе и Триполи токмо имеютъ Французы еще некоторую силу и друзей (1795, 26, 7);

2) количественные параметры предъявляемой информации: „.и не-щастiя никакого не случилось, кроме, что токмо четыре гражданина наглыми некоторыми рейтарами были ранены (1795, 13, 6); На правомъ берегу Тага остались только две дивизш у Вильги-Виллы и Абрантеса, а Северныя про-винцш защищаются земскимъ войскомъ (1812, 44, 4); Со стороны нашей ранено только 1 Оберъ-Офицеръ и 23 человека нижнихъ чиновъ (1812, 79, 18);

3) временные характеристики описываемых событий, явлений, фактов: Когда сей Монархъ настоя объ отложенш исполнетя его приговора на три токмо дни, дабы приготовиться предстать предъ Всевышняго, не могъ получить и сего утешетя (1793, 56, 7); Корветта Гленеръ... доставила оныя [депеши] Г. Фостеру только тогда, какъ онъ уже находился на пути изъ Но-ваго 1орка въ Галифаксъ (1812, 73, 3); Это произведете классическаго резца превосходно сохранилось, и какъ бы накануне только вышло изъ мастерской художника (1847, 122, 2);

4) единственность факта, события, действия, субъекта действия, что обеспечивается и поддерживается числительным один и прилагательным единый в соответствующих формах: ...единое токмо неблагопрiят-ство военнаго непостояннаго щаст1я привело у нихъ въ презрете (1793, 78, 11); Словомъ кажется, что Нампелона и Наварра могутъ быть спасены од-нимъ токмо щастливымъ сражетемъ (1795, 2, 12); Верный народъ, мещанство и крестьяне показали тате опыты верности и любви къ Отечеству, кате одному только Рускому народу свойственны (1812, 90, 14); Сынъ ея, которой у ней одинъ только и былъ, служилъ Офицеромъ въ пехотномъ полку и Адъютантомъ Претендента (1812, 44, 2);

5) исключительность, важность, значимость, с точки зрения автора, предъявляемой читателю информации: Граждане ввергаются въ темницы, осуждаются и предаются злодейскимъ образомъ смерти по прихотямъ токмо скопища разбойниковъ и злодеевъ (1793, 56, 6); Только громъ Русскихъ орудш на водахъ Черноморскихъ могъ смирить Крымъ и привести въ трепетъ самый Константинополь (1847, 2, 3); Изъ многоразлпчныхъ способовъ лечетя холеры, мы сообщаемь въ этихъ статьяхъ только те, которыя кажутся наиболее заслуживающими вниматя (1847, 210, 1); Съ техъ поръ... мы не высылали ни одного значительнаго отряда противъ непрiятеля, ограничиваясь единственно защитою Украины отъ набеговъ Татаръ (1847, 2, 3); Во первыхъ, обзоры такого рода требуютъ тщательнаго изучетя предметовъ и могутъ только выиграть отъ несколько поздняго ихъ появлетя (1847, 122, 3).

В основе употребления модальных частиц в функциональной роли «ограничительного выделения» лежит авторская интенция, связанная с его коммуникативными установками, результатом же такого выбора становится актуализация для читателя наиболее значимых смыслов с точки зрения их коммуникативной важности, по мнению автора.

Конструкции с частицей почти составляют около 9% от всех конструкций с частицами, при этом автором подчеркивается неточное владение фактическими деталями:

1) количественных характеристик фактического материала: Купече-скш флотъ... состоялъпочти изъ 300 кораблей, которыхъ грузъ ценятъ до 10мил-люновъ фунтовъ штерлинговъ (1793, 78, 9); Вь Кадиксъ прибыли на сихъ дняхъ изъ Вера-Круксы и Гаваны два линейные корабля съ десятью почти милюнами тастровъ (1795, 52, 4);

2) временных параметров описываемых событий (периодичность, постоянность, регулярность): Французы покушаются почти ежедневно, переходить чрезъ Ваалъ (1795, 1, 3);

3) пространственных характеристик сообщаемого: Непрiятель действуя изъ 130 орудш почти въ одинъ пунктъ, надеялся разбить войска наши и

39

отмстить первому корпусу за одержанныя надъ нимъ многократныя победы (1812, 73, 6); Мсааръ Дискуръ обходя неприятеля почти непроходимыми болотами, въ селенш Веясаницы... нашелъ оный защищаемымъ пехотою и конницею непр1ятельскою въ числе 100 человекъ (1812, 79, 20);

4) самого действия, обозначенного в предикативной части конструкции: Успехи союзниковъ надъ французами, съ перваго числа сего месяца были столь непрерывны, столь стремительны и быстротекущи, что всякое почти превосходятъ чаяте (1793, 26, 2); Правый флангъ нашъ... остался во время всего сражетя почти безъ действ1я (1812, 73, 3); И двои сутки [солдаты] были почти безъ пищи, по неимешю воды (1812, 79, 20); Старатя врачей,

- пользующихъ Г. Мартенъ дю-Нора, не имели почти никакого успеха (1847, 57,

40 1); Оно было бы легче и почти также удобно; по крайней мере, во всякомъ случае, несравненно удобнее и при томъ дешевле нашего Монгольскаго экипажа (1847, 122, 2).

В некоторых случаях с помощью этой частицы автором подчеркивается неполнота обобщения, маркируется информация, в отношении деталей которой у него нет достоверных конкретных данных, формируется похожее на оксюморонное значение «неполной полноты», что поддерживается сочетанием частицы и местоимения весь в разных формах: Главная цель сего выхода клонилась къ тому, чтобы удалить непри-ятельсте фрегаты и доставить двадцати пяти судамъ, которыя почти все были нагружены хлебомъ, удобность войти въ Тулонъ (1812, 44, 2); Москва уступлена неприятелямъ, сообразно тогдашнимъ обстоятельствамъ, оставленная отъ жителей и почти вся пустая (1812, 90, 4); Грузъ ихъ [кораблей] почти весь состоялъ изъ съестныхъ произведены этого края (1847, 2, 3).

В немногочисленных конструкциях с частицей именно подчеркивается преимущественно особенность предмета собщения, его отличие от других, выделение из ряда подобных: Онъ [Г. Шевалье] доказывалъ, что... именно рабоч1е классы получатъ отъ того наиболее выгодъ (1847, 2, 3); Несправедливость состоитъ именно въ томъ, что подобными объяснетями подрывается довер1е къ безопасности освещетя газомъ (1847, 57, 4); Авторъ именно эту тему исчерпалъ (1867, 360, 2). Реже уточняются количественные характеристики: Г. Пеллапра уменьшилъ половиною пожертвовате сделанное Кюбьеромъ, именно на 55,000 фр. (1847, 157, 2).

С помощью таких языковых средств автор не только акцентирует внимание читателя на важных аспектах новостной информации, но и демонстрирует собственную убежденность в ее истинности, подлинности, с его точки зрения. То есть в подобных случаях частицы выполняют не только актуализационно-выделительную функцию, но и функцию передачи отношения автора к сообщаемому.

Находят свое употребление в газетных текстах исследуемого периода и частицы, с помощью которых автор выражает собственное сомнение, неуверенность по поводу сообщаемого читателю, подчеркивая предположительность, неточность информации (конструкции с такими частицами составляют около 5% от зафиксированных в газетных текстах исследуемого периода). Эту функцию выполняют чаще всего частицы едва ли, вряд ли: Резервуаръ газа занималъ едва ли 25-ю часть внутренности театра (1847, 57, 2).

Похожую роль в текстах газет играют и вопросительные частицы, совмещающие значение собственно вопросительности с более или менее ярко выраженной модальной окрашенностью. Наиболее частотными среди таких частиц являются ли, неужели: Равнымъ образомъ страшились, что и земская казна будетъ можетъ быть увезена; но последовало ли ае самымъ деломъ, еще неизвестно (1795, 26, 7); Неужели во все ае время стояли они поджавши руки и никого не били! (1812, 90, 4); Состоитъ ли такая доброкачественность болъзни въ Харьковской губернии въ причинной связи съ неправильности ея хода, какъ эпидемш ?(1847, 210, 1).

Встречаются случаи употребления частиц, традиционно выражающих сомнение и неуверенность автора, напротив, в роли экспликато-ров его уверенности, например в риторических вопросительных конструкциях: Требуютъ ли подобныя фразы опровержетя? (1847, 122, 3).

Выбор конструкций с частицами, выражающими разные оттенки уверенности / неуверенности, сомнения, позволяет автору решить важные с точки зрения журналистики задачи: выразить собственное отношение к сообщаемому, передать сигнал о неясности, неопределенности информации, смягчить собственную позицию.

Немногочисленным рядом примеров зафиксировано в рассматриваемых текстах функционирование указательных частиц (около 4 % случаев), которые, как правило, употребляются в абсолютном начале высказывания по модели: частица + имя сущ. в им. п. (иногда с относящимся к нему прилагательным-определением) в роли подлежащего в именных конструкциях. То есть в таких случаях автор считает целесообразным акцентировать внимание читателя на предмете / субъекте: Вотъ собственное признате Бонапарте, которое ясно обнаруживается сквозь высокопарное его хвастовство (1812, 90, 4); Вотъ севооборотъ большею част1ю свойственный Северо-Западному краю, за исключетемъ хозяйствъ, лежащихъ близь столицъ (1847, 57, 2); Напримеръ, возьмемъ тарелку, напол-нимъ ее землею и постоянно будемъ подливать воды: вотъ подоб1е большей части нашихъ болотъ (1847, 57, 2).

Приведенные выше примеры демонстрируют и многозначность частиц, которые способны в разных контекстах выполнять разные функции, а также совмещать в себе различные смысловые оттенки.

Нередки примеры употребления комплекса частиц в пределах одного высказывания, что усложняет смысловой и модальный рисунок текста, позволяя автору решать нужные ему задачи, подчеркивая сразу несколько значимых деталей или многократно акцентируя одну:

— подчеркивание сразу временных и пространственных характеристик: Даже Энкгойзенъ, сей къ дому Наследнаго Штатгалтера весма приверженный городъ, находится уже въ числе оныхъ (1795, 26, 6);

— многократное усиление и выделение времени совершения действия: Почти въ то же время, какъ въ Изюме, именно: 271юля обнаружилась болезнь въ прилегающемъ къ Донской области Старобельскомъ уезде (1847, 122, 1);

— акцентирование завершенности и вместе с тем неполноты действия: Повсюду запасы пищи уже почти совершенно истощились (1847, 2, 3).

Приведенная нами далеко не полная функционально-содержательная характеристика модальных частиц в текстах газет конца XVIII — середины XIX в. тем не менее позволяет сделать некоторые обобщения.

41

42

Во-первых, с помощью частиц адресанты главным образом акцентируют внимание читателя на существенных для структуры новостной информации элементах: самом действии (предикат и предикативные части конструкций), месте и времени описываемых событий, явлений и пр. (что-где-когда). Во-вторых, достигается конкретизация новостной информации, вычленяются важные для автора детали и подробности, внимание читателя привлекается именно к ним. Таким образом, кроме намеренной актуализации адресантом предиката, в котором заключается наиболее коммуникативно значимая информация, происходит и «конкретизация модально-квалификативными смыслами» [9, с. 32] других важных аспектов сообщаемого читателю. В-третьих, посредством целого арсенала модальных частиц выражается комплекс оценочных значений, общая оценка автором того, что сообщается читателю. В-четвертых, адресант, соблюдая каноны журналистики, с помощью ряда частиц маркирует информацию, в отношении которой у него нет достаточных, достоверных сведений. С одной стороны, акцентируя, подтверждая значимые детали (например, время и место), а с другой — указывая на недостоверный, неточный характер данных, автор пытается отделить факт от слуха.

В итоге происходит комплексное обогащение новостной информации модально-квалификативными оттенками, что в совокупности позволяет подчеркнуть особо ценную для автора газетного текста информацию и отразить его мнение по отношению к представляемым читателям событиям, фактам, явлениям. При этом модальные частицы, играя роль «интенсификаторов» авторской позиции, становятся коммуникативно важными текстовыми маркерами, которые способны продуктивно доносить до разрозненного, пространственно рассредоточенного, неперсонифицированного адресата позицию адресанта, квалифицировать событие в нужном для автора ключе, то есть в целом усилить прагматический эффект газетного текста.

Список литературы

1. Башинский В. Н. Эмоционально-экспрессивные частицы в современном немецком языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Пятигорск, 1985.

2. Ваулина С. С., Кукса И. Ю. Соотношение объективной и субъективной модальности в текстах первых отечественных газет // Известия Уральского федерального университета. Екатеринбург. Сер. 2: Гуманитарные науки. 2012. № 4. С. 97—103.

3. Виноградов В. В. Русский язык. М., 1986.

4. Кокорина С. В. Модальные частицы как прагмемы в системе речи : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Барнаул, 2002.

5. Крашенинникова Е. А. Модальные глаголы и частицы в немецком языке. М., 1958.

6. Кривоносов А. Т. О семантической природе модальных частиц // Филологические науки. 1982. № 5. С. 50—58.

7. Кукса И. Ю. Синтаксические экспликаторы авторской модальности в газетном тексте (на материале «Санкт-Петербургских» и «Московских ведомостей» XVIII в.) // Политическая лингвистика. 2012. № 1. С. 190 — 194.

8. Кукса И. Ю. Модальная специфика русской рукописной газеты «Вести-Куранты» // Известия Саратовского университета. Новая серия. Сер.: Филология. Журналистика. 2011. Т. 11, № 4. С. 23-29.

9. Нагорный И. А. Актуализационно-прагматическая функция модальных частиц в публицистических текстах // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Сер.: Гуманитарные науки. 2015. № 24. С. 30 — 35.

10. Ошанова Е. С. Роль модальных частиц в формировании когнитивно-прагматических аспектов высказывания // Вестник Чувашского государственного университета. 2012. № 2. С. 312 — 317.

11. Русская грамматика : в 2 т. М., 1980. Т. 1.

12. Фефилов А. И. Модально-прагматическая интерпретация чужого высказывания // Филологические науки. 1991. № 1. С. 64 — 73.

Об авторе

Ирина Юрьевна Кукса — канд. филол. наук, доц., Балтийский федеральный университет им. И. Канта, Россия.

E-mail: ikuksa@kantiana.ru

The author

43

Dr Irina Yu. Kuksa, Associate Professor, Immanuel Kant Baltic Federal University, Russia.

E-mail: ikuksa@kantiana.ru