Проблемы применения уголовного законодательства при причинении вреда в состоянии необходимой обороны

ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПРИ ПРИЧИНЕНИИ ВРЕДА В СОСТОЯНИИ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ

ЕЛЕНА ВЛАДИМИРОВНА ЩЕЛКОНОГОВА

Кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры уголовного права Уральского государственного юридического университета, e-mail: shelkonogova-ele@mail.ru

Исследуется вопрос о причинах исключения преступности деяния при причинении вреда в состоянии необходимой обороны. Подчеркивается потребность в детальном и дифференцированном подходе правоприменителя к оценке деяния, нарушившего объект уголовно-правовой охраны, с точки зрения наличия или отсутствия преступности. Оцениваются недавние случаи причинения вреда, при квалификации которых ставился вопрос о том, имела ли место ситуация необходимой обороны.

The article explores the causes of exclusion of criminal acts while causing harm in conditions of necessary defense. The author emphasizes the need for detailed and differentiated approach to assessing the law act, the offending object of criminal law protection in terms of the presence or absence of crime. The recent cases of causing harm with the qualification that raises the question of whether there has been a situation of self-defense, are estimated.

Ключевые слова: обстоятельства, исключающие преступность деяния, необходимая оборона, правомерность причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны

Key words: criminal defenses, self-defense, legitimacy harm the object of criminal law protection

Отечественная история положений о необходимой обороне насчитывает 11 столетий. Однако несмотря на такой солидный возраст необходимая оборона остается актуальным предметом исследований и вызывает дискуссии как в доктрине, так и в правоприменительной деятельности.

Исходя из философских позиций, согласно которым каждое событие имеет свою причину, авторы, исследующие природу необходимой обороны, предлагают варианты ответа на вопросы о том, почему причиняется вред и почему он признается непреступным. В частности, известный дореволюционный правовед Н. С. Та-ганцев писал, что «право на самозащиту есть естественное, прирожденное право, в том смысле, что оно выступает одной из форм проявления борьбы за существование, охватывающей все мироздание»1. Указанную точку зрения исследователь основывал на том обстоятельстве, что «государство не в состоянии предвидеть и предотвратить каждое отдельное правонарушение. Оно не может даже и ставить своей задачей охранение каждого индивидуума в каждый момент его жизни»2. Дореволюционные авторы3

утверждали, что непреступность причинения вреда при необходимой обороне обусловлена реализацией гражданином своего права на жизнь. Данное мнение отстаивали и ученые советского периода. В частности, Э. Ф. Побегайло отмечал, что право на самозащиту вытекает из «присущего человеку от рождения права на жизнь»4.

Некоторые современные исследователи также утверждают, что причинение вреда при необходимой обороне является правом лица. Например, Н. В. Стус считает, что «если гражданин решил добиться пресечения посягательства путем причинения посягающему вреда, то его право должно быть ограничено определенными рамками, которые не стесняли бы без достаточных причин инициативу граждан в борьбе с антиобщественными явлениями и вместе с тем заключали бы такие действия в разумные пределы»5.

Представляется, что один из аргументов в защиту изложенной точки зрения - это пре-дусмотренность упомянутого права в нормах уголовного закона. Однако думается, что закрепление такого права в УК РФ - следствие вос-

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

приятия природы указанного института законодателем. Законное разрешение на причинение вреда не отвечает на вопрос о правовой природе, сущности рассматриваемого обстоятельства, исключающего преступность деяния.

Есть и иная позиция, согласно которой непреступность причинения вреда заключается в необходимости его причинения. Например, А. Ф. Кони писал: «Необходимая оборона будет существовать вечно, потому что она основана на законе необходимости, а этот закон по самому существу своему вечен. Поэтому понятие о необходимой обороне существует исстари и никогда не перестанет существовать, это закон, вытекающий непосредственно из человеческой природы»6.

В большинстве случаев доказываемое стороной защиты заявление о том, что

обвиняемый действовал в ситуации необходимой обороны, не принимаются во внимание судом при вынесении приговора

Мнение о необходимости причинения вреда в ситуации необходимой обороны разделяли некоторые советские авторы. В частности, Т. Г. Шавгулидзе отмечал, что «при решении вопроса о начальном моменте общественно опасного посягательства надо исходить из реальной опасности, которую создало посягательство, и необходимости немедленного принятия мер для его отражения»7. Так же полагают и многие современные исследователи. И. В. Стус «необходимость немедленного причинения вреда посягающему» называет фактическим основанием правомерности причинения вреда при необходимой обороне8, Д. С. Дядькин и А. А. Зимин обосновывают неизбежность причинения вреда необходимостью защиты от посягательства9. Думается, однако, что из-за абсолютизации постулата о праве на причинение вреда уголовно ненаказуемый вред выйдет за рамки допустимого, произойдет «размывание» границ обороны и преступления.

Судебная практика последних лет свидетельствует о следующем: в большинстве случаев доказываемое стороной защиты заявление о том, что обвиняемый действовал в ситуации необходимой обороны, не принимаются во внимание судом при вынесении приговора. Иными словами, многообразие теоретических подходов к толкованию данной нормы (подчас прямо противоположных) не позволяет выработать единую практику ее применения.

Например, Волгоградский областной суд в апелляционном определении не учел аргументы стороны защиты в отношении осужденного С. и в мотивировочной части указал, что «поведение осужденного свидетельствовало о его прямом умысле на причинение смерти М. ... Поэтому доводы осужденного о восприятии им действий М. как общественно опасного посягательства на него, отвечающего критериям, предусмотренным ст. 37 УК РФ, обоснованно судом отвергнуты по мотивам отсутствия объективных данных, которые бы подтверждали вышеуказанную оценку осужденного»10.

Одним из самых «громких» дел по самообороне стала история студентки Александры Лотковой, открывшей стрельбу из травматического пистолета в столичном метро. По ее словам, она защищала своих товарищей, у которых вышел конфликт с группой посторонних лиц. В результате были ранены два человека. Видеозапись инцидента была выложена в Интернет и подверглась широкому общественному обсуждению. Суд признал Лоткову виновной и приговорил к трем годам лишения свободы. В конце прошлого года она была освобождена условно-досрочно.

Резонанс вызвал и приговор чемпионке по пауэрлифтингу Татьяне Андреевой. Она причинила смерть мужчине, который, по ее словам, пытался ее изнасиловать. Следствие не согласилось с такой версией. В итоге суд приговорил девушку к семи годам лишения свободы11.

Стремясь ликвидировать проблемы в применении нормы о необходимой обороне, Пленум Верховного Суда РФ в 2012 г. вынес постановление, в пп. 3 и 4 которого разъяснил, что «состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния»12.

Также Верховный Суд РФ отметил, что «при выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 21 ст. 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т. п.). В зависимости от конкретных

обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства»13.

Следовательно, неожиданность посягательства, влекущая заведомую неготовность к отражению нападения и неспособность в полной мере соотнести свое поведение с обстановкой и характером посягательств14, нахождение лица в состоянии выбора и невозможность всегда адекватно оценить происходящее15, изначально невыгодное положение обороняющегося по сравнению с посягающим16 считаются достаточными аргументами для признания причинения вреда в рамках состояния необходимой обороны.

Показателен случай, произошедший в Алтайском крае, когда человек, отбиваясь в драке, убил двух нападавших ножом. Верховный Суд РФ оправдал обвиняемого с мотивировкой: «Когда угроза реальна, перестараться в обороне невозможно»17. По материалам дела было установлено, что один из приятелей бил Ш. кулаком по голове, а другой ударил ножом. Раненый Ш. сумел забрать нож у нападавшего, в результате чего первый нападавший получил 23 удара ножом, второй - 29 ударов. Оба скончались на месте. Следствие сочло, что, пустив в ход чужой нож, Ш. превысил пределы самообороны. По мнению обвинения, в тот момент, когда холодное оружие оказалось у него в руках, опасность перестала существовать. Нижестоящие суды согласились с такой позицией, и Ш. был осужден. Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев кассационную жалобу, отменила приговор. Судьи обратили внимание на то, что факт нападения на подсудимого доказан, причем нападение было опасно для жизни.

При таких обстоятельствах, по мнению Верховного Суда РФ, Ш. имел право на причинение нападавшим любого вреда в целях защиты. «Переход оружия, то есть ножа, от посягавших лиц к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства. Именно такие обстоятельства были установлены судом первой инстанции, который в приговоре указал, что после того, как Ш. удалось вырвать нож, он понимал, что потерпевшие продолжают свое нападение, нанося ему удары руками по телу и голове. Вывод суда о том, что таким образом нападавшие перестали представлять угрозу его жизни, противоречит установленному судом способу и интенсивности посягательства (групповое нападение, нанесение ударов в область

жизненно важного органа - головы), а также иным обстоятельствам, характеризующим обстановку нападения, - ночное время, инициирование конфликта К. и С., которые препятствовали намерению Ш. покинуть квартиру, что следует из признанных судом достоверными показаний Ш. Таким образом, фактические обстоятельства происшедшего свидетельствуют о том, что Ш., причиняя вред нападавшим, не вышел за пределы необходимой обороны»18.

Верховный Суд РФ оправдал обвиняемого с мотивировкой: «Когда угроза реальна, перестараться в обороне невозможно»

Приведенный пример свидетельствует об отсутствии единообразного понимания природы необходимой обороны. Хочется верить, что прецедент, созданный Верховным Судом РФ, и высказанная им позиция относительно правомерности причинения вреда в условиях необходимой обороны побудят суды нижестоящих инстанций более тщательно относиться к решению вопроса о возможности применения нормы ст. 37 УК РФ. Не случайно современные исследователи необходимой обороны высказывают мысль о том, что «право на причинение вреда в состоянии необходимой обороны носит производный характер, является ответом на преступное посягательство»19.

Представляется, что при выявлении юридической природы исследуемых обстоятельств надо оценивать не столько причиненный вред, результат деятельности, сколько ее истоки, т. е. психическое состояние лица и предпосылки, которые повлияли на формирование его субъективного отношения к объекту уголовно-правовой охраны.

Итак, несмотря на то что законодательные положения о необходимой обороне являются одними из самых древних в уголовном законодательстве, они до сих пор вызывают немало споров в теории и на практике. Исследование вынесенных судами приговоров свидетельствует о том, что норма ст. 37 УК РФ применяется крайне редко. Думается, что последние прецеденты будут благотворно воздействовать на позицию судов при решении подобных вопросов. Вместе с тем мы не призываем использовать указанную норму повсеместно, поскольку в таком случае будет нарушен постулат о неотвратимости ответственности лица за совершенное деяние. Мы лишь надеемся на то, что при установлении правомерности причинения вреда

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

в состоянии необходимой обороны суды будут более эффективно использовать принцип индивидуализации и дифференциации уголовной ответственности.

1 Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая: в 2 т. М., 1994. Т. 1. С. 194.

2 Там же.

3 См., например: Познышев С. В. Основныя начала науки уголовнаго права. Общая часть уголовнаго права. 2-е изд., испр. и доп. М., 1912. С. 136.

4 Комментарий к УК РФ. Общая часть / под ред. Ю. Ф. Скуратова, В. М. Лебедева. М., 1996. С. 97.

5 Стус Н. В. Юридическая природа нормы о необходимой обороне // Общество и право. 2011. № 4. С. 178-179.

6 Кони А. Ф. О праве необходимой обороны. М., 1996. С. 1.

7 Шавгулидзе Т. Г. Необходимая оборона. Тбилиси, 1966. С. 46. Цит. по: Стус Н. В. Указ. соч. С. 178.

8 Стус Н. В. Указ. соч. С. 178; см. также: Нев-рев А. В. Необходимая оборона: проблемы квалификации и правоприменения: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 65.

9 Дядькин Д. С., Зимин А. А. Понятие «необходимость» в необходимой обороне // Рос. юрид. журн. 2008. № 6. С. 182.

10 Определение Волгоградского областного суда от 21 октября 2013 г. № 22-4582/13 // URL: http://su-dact.ru.

11 URL: http://www.rg.ru/2015/09/01/samozashita. html.

12 О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 // Рос. газ. 2012. 3 окт.

13 Там же.

14 Сидоренко Э. Л. Право личности на защиту и его логико-структурный анализ // Вестн. Адыгейского гос. ун-та. Сер. 1. 2011. № 1. С. 172.

15 Ромашов Р. А. Юридическая конфликтология: учеб. пособие. М., 2008. С. 48-49. Цит. по: Сидоренко Э. Л. Указ. соч.

16 Воскресов Б. Н. Актуальные проблемы по делам о необходимой обороне в судебно-следственной практике // Вестн. Академии права и управления. 2012. № 28. С. 160; Перцев Д. В. Уголовно-правовые и криминологические проблемы необходимой обороны: моногр. Калининград, 2009. С. 99-100.

17 URL: http://www.rg.ru/2015/09/01/samozashita. html.

18 Там же.

19 Атабаева Т. Ш. Необходимая оборона: теория, законодательство, практика применения: дис. ... канд. юрид. наук. Барнаул, 2004. С. 15.