На что жить будем, когда газ кончится?

Игорь Слюняев, губернатор Костромской области:

— Я думаю, за счет реального сектора экономики, технологии и интеллекта. Нефтегазовый дождь только препятствует модернизации страны. В XIX веке экономика Российской империи не знала, что такое экспорт газа, и при этом оставалась одной из ведущих в мире.

Николай Харитонов, депутат Госдумы:

— А на что живет Япония? В мире много стран, которые не имеют такого богатства, как мы, но живут гораздо лучше нас. Например, Норвегия добывает всего лишь 1% от мировой добычи нефти. Мы уже давно обираем будущие поколения. Ладно бы на свои внутренние нужды, так нет же — торгуем сырьем, не задумываясь о развитии собственной экономики. Вот когда все это закончится, нам придется вспомнить, что Россия богата не только нефтью и газом, но и мозгами.

Юрий Липатов, председатель комитета Госдумы по энергетике:

— А кто сказал, что газ кончится? Его запасов хватит еще надолго. Прогнозы о переходе на другое топливо ничем не обоснованы. "Зеленая" энергетика пока не грозит не только нам, но и Европе. Солнечная, ветряная, приливная и прочая энергетика дает лишь мизерную долю энергии. Не надо строить иллюзий, будто что-то кардинально изменится. А без газа и нефти мы можем остаться, только если допустить, что Сибирь перейдет к другой стране или отделится от России.

Евгений Новожилов, заместитель председателя исполнительного комитета СНГ:

— Будем жить за счет наукоемких производств. Оценки по запасам углеводородов сильно расходятся, но в любом случае они еще очень большие. Я уверен, что задача будет решена, в свое время уголь начали заменять нефтью и газом, а потом заработал атом. Серьезнее проблема безобразного использования энергоресурсов во вред природе.

Олег Сысуев, первый зампред совета директоров Альфа-банка, в 1997-1998 годах вице-премьер:

— На доходы от нефти. А если и она кончится, то жить, похоже, будет не на что. Получается, не выживем. В модернизацию, видя, как это реализуется, я пока не верю.

Светлана Орлова, зампред Совета федерации, представитель от Кемеровской области:

— На уголь перейдем. Его запасов хватит на 14 веков. Да и нефти тоже прилично. В нашей области разрабатывается проект четырех новейших гидроэлектростанций, связанных с углем. Все наши энергоресурсы конкурентоспособны, нужно их использовать, применяя новейшие технологии. Внедряя их, мы сможем энергией полмира обеспечить.

Борис Немцов, политик, в 1997 году министр топлива и энергетики:

— Начнем работать. Сырье, нефть и газ — это разврат. Кроме лени, воровства и коррупции, эта халява ни к чему хорошему привести не может. Я не знаю ни одной нефтегазовой страны, кроме Австралии и Канады, которая бы успешно развивалась, обладая запасами углеводородов. И чем быстрее все эти запасы закончатся, тем будет лучше для нас.

Николай Журавлев, председатель правления Совкомбанка:

— Уверен, что к этому времени в стране появятся новые конкурентные технологии и направления. Уже сейчас вектор развития страны перемещается от нефтяных полей в Сколково.

Кирилл Янков, заместитель руководителя Госналогслужбы:

— Когда кончится газ и нефть, у нас должны заработать мозги и появится трудолюбие. И тогда жить будем за счет промышленности, нормального сельского хозяйства и международного разделения труда. Нам надо найти свое место в мире. Если Китай развивается за счет своей дешевой рабочей силы, то мы должны жить за счет мозгов.

Константин Симонов, гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности:

— Газ в обозримом будущем не кончится. На сегодняшний день по России запас производства равен 72 годам, и постоянно осуществляется прирост запасов. Более того, газ не закончится никогда, уголь ведь тоже еще добывается, хотя это самое старое топливо. Проблема скорее в том, сколько мы будем его добывать и сколько это будет стоить. А если на это денег не хватит, тогда страну можно закрывать, страна, а не газ кончится.