Формы и методы юридической конвергенции в сфере внешнеэкономической деятельности: теоретический аспект

N 2 (3) Июнь 2016

Государство и право: теория и практика

УДК 340

Формы и методы юридической конвергенции в сфере внешнеэкономической деятельности: теоретический аспект

Гюльвердиев Раму Беюкханович, аспирант кафедры теории и истории государства и права Владимирского государственного университета имени А. Г. и Н. Г. Столетовых

gyulverdiev@npzhdialog.ru

Аннотация: Предметом исследования являются формы и методы юридической конвергенции в сфере внешнеэкономической деятельности, как основных составляющих данного сложного и многогранного процесса. Особое внимание уделяется дефиниции понятий «форма», «содержание», «метод», «методология» с философской и правовой точек зрения. В результате анализа, автор выделяет классифицирующие признаки указанных категорий, которые проецируются на процесс правовой конвергенции в сфере внешнеэкономической деятельности. Таким образом, автор приходит к выводу о том, что юридическая конвергенция (в общем, и в сфере внешнеэкономической деятельности в том числе) характеризуется как правовое явление, следовательно, все, что касается формы правовых явлений присуще и юридической конвергенции. Также юридическая конвергенция во многом основывается на общей методологии права, поэтому, можно говорить о тождественности методологии права и методологии юридической конвергенции, вместе с тем последней присущи и самостоятельные элементы (принципы, методы, средства). Ключевые слова: конвергенция, систематизация, аккультурация, внешнеэкономическая деятельность, форма, форма права, правовая форма, метод, методология, методология права.

Nauchno-prakticheskiy zhurnal

UDC 340

Forms and methods of legal convergence in the sphere of foreign economic activity: a theoretical aspect

Gyul'verdiev Ramu Beyukkhanovich, postgraduate of the department of theory and history of state and law of Vladimir State University named after A. G. and N. G. Stoletovs

gyulverdiev@npzhdialog.ru

Annotation: Subject of research are forms and methods of legal convergence in the sphere of foreign economic activities as the main components of this complex and multifaceted process. Special attention is given to definitions of concepts «form», «content», «method», «methodology» with the philosophical and legal points of view. As a result of analysis, the author identifies the classifying characteristics of these categories are projected onto the process of legal convergence in the sphere of foreign economic activity. Thus, the author concludes that the legal convergence (in General and in the sphere of foreign economic activity in particular) is characterized as a legal phenomenon, therefore, all that relates to the forms of legal phenomena is inherent and legal convergence. Legal convergence is largely based on the common methodology of law, therefore, it is possible to speak about the identity of the methodology of law and legal methodology convergence, however, the latter is inherent and independent elements (principles, methods, tools). Keywords: convergence, classification, acculturation, foreign economic activity, form, form of law, legal form, method, methodology, methodology of law.

Форма — одна из центральных категорий философии и одним из первых авторов, уделивших ей внимание, считается Аристотель (384-322 гг. до н. э.). Формой он называет суть бытия каждой вещи и первую сущность. Материя и форма, согласно философу, находятся в диалектическом единстве. Подобно материи сама форма никогда не возникает, но лишь реализуется на данном субстрате, и возникновению подлежит только индивидуальная вещь, слагающаяся из материи и формы [1, с. 121, 123].

Понятие «содержание» в качестве общей философской категории было введено Гегелем, который трактовал его в контексте взаимообусловленности с «формой». Содержание есть сама сущность, но форма также существенна, потому что сущность проявляется только в определенной форме. Содержание не бесформенно, а форма одновременно и содержится в самом содержании и представляет собою нечто внешнее ему. Поэтому, содержание есть не что иное, как переход формы в содержание, и форма есть не что иное, как переход содержания в форму [2, с. 224].

Сам по себе вопрос о содержании и форме — вопрос общий, относящийся к любому явлению действительности. Философско-пра-вовое понимание его является ключом, гносеологическим инструментом, посредством которого законодатель познает предмет правотворчества, его природу [3].

Философское понимание формы основано на выделении этой категории для отражения атрибутивной стороны явления, в которой находит свое выражение содержание пред-

мета, а через него и его сущность. Форма в аспекте взаимосвязи с другими категориями, отражающими атрибутивные стороны явления, выступает как дальнейшая конкретизация его сущности и содержания в процессе развертывания явления в действительность. В философской литературе форма явления обычно характеризуется в двояком смысле как внутренняя организация, структура содержания и как способ выражения содержания вовне, способ внешнего бытия содержания [4, с. 227-232].

Кроме того, в философскую категорию «форма» вкладывают еще один смысл — как разновидность чего-либо («формы диктатуры пролетариата»)[5,с. 109].

К праву категория «форма» применяется в двух основных значениях: а) правовой формы; б) формы самого права. Правовая форма — вся правовая реальность. В этом случае речь идет о правовых явлениях, опосредующих экономические, политические, бытовые и иные фактические отношения, конкретные виды деятельности. Понятие правовой (юридической) формы применимо, когда раскрывается связь права (или любого правового явления) с иными социальными образованиями, процессами, состояниями и отношениями [6, с. 266].

Форма права — это форма именно права как отдельного, самобытного явления и соотносится она только с содержанием права. Ее значение — упорядочение содержания права, придание ему свойств государственно-властного характера [6, с. 266].

Соответственно, категория «форма» име-

Научно-практический журнал

ет различную познавательную, смысловую нагрузку применительно к различным проявлениям права. В строгом смысле общее понятие «форма» работает как на право в целом, так и на отдельные составляющие права: процедуру, формы реализации права, источники (формы) права [7].

Известно, что любая система, в том числе, и правовая, не может существовать в виде неоформленного содержания. Находясь в органической связи, содержание и форма являются противоположными сторонами единого целого. Следует считать, что содержанием права является определенная группа конкретного вида общественных отношений, воплощенных в элементы его системы: нормы, институты, подотрасли, отрасли права.

Именно они формируют внутреннее строение права, которое является абстрактным выражением его содержания, правового регулирования в целом. Поэтому оно наиболее тесно связано с нормативным содержанием права и в определенном смысле сливается с ним, поскольку именно содержание является внутренней структурой права, правовых норм и т. д. Внутренняя структура права носит объективный характер, поскольку отражает реально существующую систему общественных отношений, характеризуется устойчивостью правовых положений и, в то же время, не может быть лишена динамизма, который проявляется в изменении, дополнении системы права новыми нормами, правовыми институтами, отраслями права. Определенная степень динамизма права обеспечивается преемственностью в содержании

права (особенно по горизонтали) [8].

Внешняя форма права — это система законодательства, основным элементом которой является отрасль законодательства. Она содержит нормы, регулирующие определенную сферу общественных отношений. Первичным элементом системы законодательства является статья нормативно-правового акта как форма выражения, способ изложения правовой нормы. Норма права — это логически завершенное правило поведения, а статья закона — это форма его существования. Внутреннее построение (система с собственной структурой) права, особенно его элементарные части, является более устойчивой, чем внешняя форма, зависящая в значительной степени от субъективных факторов (намерений и целей законодателя, уровня законодательной техники). Назначение внешней формы права — упорядочить содержание права, придать ему черты государственно-властного характера [8].

Изучение форм права предполагает выделение ряда методологических посылок [9]:

— во-первых, следует не забывать взаимосвязь формы права как юридической категории с формой права как философской категорией. В последнем случае, опираясь на общефилософское понимание формы права, можно сформулировать следующее определение формы права как философской категории: форма права — это способ организации и взаимодействия элементов и процессов правовой системы между собой и окружающим миром;

— во-вторых, форма права всегда харак-

теризуется определенной социальной сущностью и содержанием;

— в-третьих, форма права и содержание права являются парными юридическими категориями, поскольку невозможно разорвать форму и содержание права, взаимопроникающих и дополняющих друг друга;

— в-четвертых, при изучении формы права следует помнить, что это динамически развивающееся правовое явление. Изменения в политике, экономике, социальной сфере находят свое адекватное отражение в правовых нормах, а, следовательно, и в формах права. Данный процесс может осуществляться путем наполнения старой формы новым содержанием либо путем возникновения новой формы права.

Анализируя форму права с философской точки зрения, в аспектах сущности и содержания права, А. В. Петров констатирует, что форма права — это способ существования, способ социального бытия завершенного цикла движения правовой воли к своим целям через необходимые элементы упорядоченного содержания права [10, с. 245-251].

Исходя из того, что юридическая конвергенция характеризуется как правовое явление, следовательно, все, что касается формы правовых явлений присуще и юридической конвергенции, в том числе и в сфере внешнеэкономической деятельности.

Выделяются три формы юридической конвергенции [11]: внешняя, внутренняя и медиальная (средняя). Внешняя форма выражает содержание в виде сближения правовых систем различных государств на глобальном

уровне. Внутренняя форма выражает содержание в виде сближения элементов внутри правовой системы. Медиальная (средняя) форма выражает содержание в виде сближения элементов правовой системы с системой социальных и некоторых несоциальных регуляторов. Медиальная форма юридической конвергенции обосновывается тем, что, с одной стороны, происходит сближение между двумя системами (правовой и социально-нормативно-ненормативной), а с другой стороны, это сближение происходит в рамках единой общественной системы, где правовая система и социально-нормативно-ненормативная системы выступают соответствующими подсистемами.

Таким образом, форма юридической конвергенции рассматривается как проявление и выражение во вне процессов сближения различных правовых объектов (явлений) на глобальном (мегасистемном), внутрисистемном и подсистемном уровнях.

В философии, методология (от метод и греч. Лоуос; — слово, понятие, учение) представляет собой систему принципов и способов организации и построения теоретической и практической деятельности, а также учение об этой системе [12, с. 364-365].

Значение методологии в познании государства и права трудно переоценить, ибо без нее невозможно познание сложной и противоречивой сущности государственно-правовых процессов и явлений [13, с. 5-12].

Д. А. Керимов справедливо отмечает, что каждый новый этап в прогрессивном развитии науки ознаменован дальнейшим возрас-

танием значения методологического порядка. Одним из многих свидетельств этого является поворот к интенсивной разработке проблем методологии, который характерен ныне почти для всех отраслей научного знания. Такая интенсивность объясняется в первую очередь потребностями более глубокого проникновения и всестороннего познания сложных процессов общественного бытия и перспектив его преобразования. И это обращение науки к познанию самой себя является характерной тенденцией ее современного поступательного развития [14, с. 12].

В научной литературе существует широкий диапазон взглядов относительно дефиниции методологии права и ее объема. Так, например, В. К. Бабаев связывает методологию права с диалектикой и дифференцирует общий (универсальный) метод и частные (частно-научные) методы [6, с. 17]. Под общим методом — он понимает метод материалистической диалектики. При изучении права метод материалистической диалектики проявляется в том, что государство и право рассматриваются как явления, которые, во-первых, определяются природой человека, социально-экономическими, политическими, духовными и иными условиями жизни общества.

Во-вторых, они самым тесным образом связаны с другими социальными явлениями. Соотнося государство и право с другими социальными явлениями, можно определить их характерные черты, роль и место в обществе.

В-третьих, государство и право постоянно развиваются. Каждый новый этап в поступа-

тельном движении общества — это и новая ступень в развитии государства и права.

Содержание метода материалистической диалектики образуют основные законы и категории диалектики. Используя их при анализе государственно-правовых явлений, можно проникнуть в сущность государства и права, выяснить их природу, особенности, механизм деятельности государства, правотворчества и правоприменения. Метод материалистической диалектики применяется в юридических науках в совокупности с частными (частно-научными) методами.

В. П. Кузьмин в своем исследовании говорит о существующем определенном неудобстве в параллельном употреблении понятий «методология» и «метод», так как понятие «метод» ранее философами употреблялось как тождественное понятию «методология». В современных условиях, когда «учение о методе» (т. е. методология) само дифференцируется и в нем появляется много конкретных представлений об отдельных, частных методах, подходах, методологических принципах, а соответственно приходится анализировать их отношения (общего и частного и другие), происходит столкновение прежних и новых представлений об этом. Однако, автор употребляет понятие «методология» в смысле прежнего «учения о методе», т. е. системы методологии, а понятия «метод», «подход», «методологический принцип» — в смысле от-дифференцировавшихся в современной науке частных методологических средств [15, с. 364-365].

А. И. Ракитов представляет методологию

как систему учений о методах познания [16, с. 22]. В своей совместной работе А. М. и Д. А. Новиковы определяют методологию как учение об организации деятельности, а средства и методы являются важнейшими составляющими компонентами логической структуры организации деятельности — поэтому они, по мнению автора, составляют крупный раздел методологии как учения об организации деятельности [17, с. 73].

В. М. Сырых отмечает, что не имеется каких-либо объективных оснований для отождествления терминов «метод» и «методология». Понимание способов, приемов научного познания в качестве метода наиболее точно отражает роль этих средств в структуре науки и научном познании. Методология в точном значении этого слова представляет собой учение о методах, особую науку, ставящую своей непосредственной задачей разработку и совершенствование системы приемов, способов научного познания [18, с. 361].

Интересна позиция Д. А. Керимова, который оперирует категорией «методология», основываясь на ряде основных положений [14, с. 48]:

— во-первых, методология вовсе не является самостоятельной (общей или частной) наукой, локальной отраслью научного знания, существующей изолированно от всей системы наук. Она возникла исторически и развивалась отнюдь не усилиями какой-либо одной науки, а всем комплексом научного знания; функциональное же назначение методологии состоит в обслуживании любого научного поиска. Таким образом, автор рас-

сматривает методологию как общенаучный феномен, внутренне имманентный науке в целом и каждой ее отдельной отрасли в частности. Он образуется в результате синтеза всеобщего познания и призван обслуживать его вне зависимости от того, в рамках какой конкретной отрасли знания это познание осуществляется;

— во-вторых, будучи познавательным базисом всей системы научного знания, методология имеет в качестве своих составляющих ряд компонентов. Это не только система методов, но и учение о них, не только определенная мировоззренческая позиция исследования, но и всеобщие теоретические принципы, не только общенаучные, но и частнонаучные методы познания;

— в-третьих, объединяя познавательные возможности всех наук, методология умножает и обогащает исследовательский потенциал каждой из них. Эти интегративные качества методология обретает благодаря тому, что ее ядром является философия — единство диалектики, гносеологии и логики, где каждая из них несет на себе совершенно определенную методологическую нагрузку. Обобщенно говоря, одна и та же система законов и категорий в диалектике выступает в качестве мировоззрения и принципов познания объективного мира, в гносеологии — как средство решения конкретных познавательных задач и в логике — как форма научного мышления;

— в-четвертых, структурно методология имеет несколько уровней, основными из которых являются: диалектико-мировоззренче-ский, определяющий главные направления

Научно-практический журнал

и общие принципы познания в целом (высший уровень); общенаучный (междисциплинарный), используемый при познании особой группы однотипных объектов (средний); частно-научный, применяемый в процессе познания специфики отдельного объекта (низший уровень), и, наконец, переходный от познавательно-теоретической к практически-преобразовательной деятельности, вскрывающей общие пути и формы внедрения результатов научных исследований в практику.

Общенаучная методология и методология права, равно как и другие отраслевые методологии, представляют собой в известном смысле метанаучные знания. Они не существуют изолированно друг от друга, а взаимодействуют, взаимопроникают и — что особенно важно подчеркнуть — интегрированы в онтологические теории соответствующих наук, выполняют в каждой из них гносеологические функции [14, с. 96].

Так, методология права, по мнению исследователя, представляет собой «общенаучный феномен, объединяющий в себе всю совокупность принципов, средств и методов познания (мировоззрение и фундаментальные общетеоретические концепции, всеобщие философские законы и категории, общенаучные и частно-научные методы), выработанных всеми общественными науками, в том числе и комплексом юридических наук, и применяемых в процессе познания специфики правовой действительности, ее практического преобразования» [14, с. 52].

Таким образом, исходя из анализа существующих концепций методологии, выделим

ее основные классифицирующие признаки:

Во-первых, понятие метода близко по содержанию, но несколько шире по объему — понятие методологии. Их соотношение может быть представлено как диалектическое единство целого и части.

Во-вторых, методология внутренне имманентна науке в целом и каждой ее отдельной отрасли в частности. При этом ее не следует смешивать и отождествлять с самой наукой.

В-третьих, методология является базисом научного исследования.

В-четвертых, методология включает в себя ряд компонентов и не исчерпывается только системой методов познания, но и включает учения о них, средствах их реализации, мировоззрение, принципы, понятия и категории. Все эти элементы образуют единое, цельное строение методологии. В данном случае, методология права, детализируется еще и способами правового воздействия и взаимодействия.

Юридическая конвергенция — это процесс, который происходит в результате реализации теоретической и практической юридической деятельности [19], следовательно, юридическая конвергенция во многом основывается на общей методологии права (в плане учения о методах, всеобщих и общенаучных методах и т. д.). Поэтому, по большому счету, можно ставить знак тождества между методологией права и методологией юридической конвергенции, вместе с тем последней присущи и самостоятельные элементы (принципы, методы, средства) [20, с. 63].

Большинство методов юридической кон-

вергенции зависят от направлений конвергенции [21, с. 143-150]. Вместе с тем есть и общие методы, например, метод интерференции регулятивных предписаний. В рамках данного метода правовые предписания различных правовых систем, а также внутри одной правовой системы «накладываются» друг на друга в виде унификации законодательства разных стран, систематизации внутреннего законодательства, в виде обобщения требований права и иных социальных норм в сознании субъектов правоотношений.

Для внешней юридической конвергенции характерны методы правовой аккультурации (добровольной, вынужденной и принудительной). Добровольная аккультурация происходит в виде рецепции, заимствования, взаимное сближение на основе общих международных стандартов, а также на образцах, выработанных взаимодействующими государствами и правовыми системами.

Добровольная аккультурация осуществляется поэтапно: признание (уважение к правовым различиям), сотрудничество, адаптация (плюрализм) и интеграция (единое правовое пространство). Процесс взаимодействия начинается с простого осознания факта реально существующих различий. Главными целями этого этапа становятся преодоление правовых различий и осуществление сотрудничества. На этапе сотрудничества генерируются различные формы правовой коммуникации, вырабатываются единые правовые принципы, идеи, ценности [22, с. 25-34].

Под вынужденной аккультурацией следует понимать восприятие чужеродных юри-

дических элементов без непосредственного внешнего принуждения, но в силу внутренней необходимости (ускорения экономического развития, модернизации общественной жизни и т. п.) [23, с. 14].

Принудительная юридическая конвергенция на уровне правовых систем — это юридическая экспансия, а на уровне норм — это принудительная ассимиляция (поглощение) одних регуляторов другими.

Для внутренней юридической конвергенции наиболее характерны методы правотворчества (сближение права и закона, сближение поведения и норм, сближение права и иных социальных регуляторов); методы систематизации законодательства (инкорпорация, кодификация, консолидация). Методы реализации права (соблюдение, исполнение, использование и применение).

Таким образом, методология юридической конвергенции в сфере внешнеэкономической деятельности (на основе общей методологии права) может быть определена как совокупность принципов, средств и методов организации деятельности, опосредованной внешнеэкономическими отношениями, различных субъектов по сближению национальных правовых систем, универсализации и систематизации права, применяемых в процессе реализации международного коммерческого взаимодействия.

Примечания

1. Аристотель. Метафизика / пер. и примеч. А. В. Кубицкого. М.-Л., 1934.

2. Гегель. Сочинения / под ред. А. Деборина, Д. Рязанова. М.-Л., 1929. Т. 1.

3. Атарщикова Е. Н., Некрасов Е. Е. Форма, содержание и язык права // Общество и право. 2012. N 5 (42).

4. Петров А. В. Форма права и ее разновидности // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. 2012. N 6 (1).

5. Протасов В. Н. Теория государства и права: учебник для СПО / В. Н. Протасов М.: Юрайт, 2015.

6. Теория государства и права: учебник / под ред. В. К. Бабаева. М.: Юристъ, 2001.

7. Батурина Ю. Б. Правовая форма и правовое средство в системе понятий: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001.

8. Авраменко Л. В. Значение категорий «сущность», «содержание» и «форма» в формулировании понятия права // Проблемы законности. 2014. N 125.

9. Мирошник С. В. Источник права и форма права: соотношение понятий // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнал. 2013. N 5.

10. Петров А. В. О категории формы права // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. 2012. N 5 (1).

11. См.: Третьякова О. Д. Юридическая конвергенция: теория, технология, практика. М.,

2011.

12. Философский энциклопедический словарь / гл. редакция: Л. Ф. Ильичев, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалев, В. Г. Панов. М.: Советская энциклопедия.

13. Кожевников В. В. Проблемы методологии теории государства и права в современной российской юридической науке: критический анализ // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2009. N 3 (20).

14. Керимов Д. А. Методология права. Предмет, функции, проблемы философии права. 2-е изд. М.: Аванта+, 2001.

15. Кузьмин В. П. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса. 3-е изд., доп. М.: Политиздат, 1986.

16. Философия. Основные идеи и принципы: попул. очерк / под общ. ред. А. И. Ракитова. 2-е изд., переработ, и доп. М.: Политиздат, 1990.

17. Новиков А. М., Новиков Д. А. Методология научного исследования. М.: Либроком, 2010.

18. Сырых В. М. Логические основания общей теории права: В 2 т. Т. 1: Элементный состав. 2-е изд., испр. и доп. М.: Юридический Дом «Юстицинформ», 2001.

19. См.: Третьякова О. Д. Онтология конвергенции права. Владимир, 2008.

20. Третьякова О. Д. Эпистемология методологии конвергенции права // Вестник Нижегородской академии МВД России. 2010. N 1 (12).

21. Третьякова О. Д. Методология конвергенции права // Вестник Владимирского юридичес-

кого института. 2009. N 4 (13).

22. Сокольская Л. В. Механизм правовой аккультурации // Журнал российского права. 2015. N 2.

23. Тверякова Е. А. Юридическая экспансия: теоретико-историческое исследование: авто-реф. дис. ... канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2002.

24. Шестакова Е. В. Модельное законодательство (теоретико-правовые аспекты и практика применения): дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006.

25. Подробнее об этом: Третьякова О. Д., Гюльвердиев Р. Б. Юридическая аккультурация правовой системы России в правовом регулировании франчайзинга // Вестник Владимирского государственного университета имени А. Г. и Н. Г. Столетовых. Серия «Юридические науки». 2015. N 4.