Организационно-правовые начала деятельности хозяйственных и плановых органов (ВСНХ и сто) в Иркутской губернии в 1920-1927 годах

прежде всего как индивидуальную систему, находящуюся в состоянии промежуточной компетенции, локализующуюся между родным и изучаемым неродным языком. Таким образом, можно считать, что для лингвиста интерязык представляет интерес не потому, что он ошибочен или недостаточен, а потому, что он де-

монстрирует способность развиваться в соответствии с законами в некоторой степени специфическими, но и во многом сходными с законами развития естественных языков.

Статья поступила 18.02.2015 г.

Библиографический список

1. Блягоз З.У. Двуязычие: сущность явления, формы его существования. Интерференция и ее разновидности. Майкоп: РИО Адыгейского ГУ, 2006. 150 с.

2. Верещагин Е.М. Психологическая и методическая характеристика двуязычия (билингвизма). М.: Изд-во МГУ, 1973. 19 с.

3. Колыхалова О.А. Социокультурные и философские аспекты билингвизма: дис. ... докт. филос. наук: спец. 10.02.01 «русский язык». М., 1999. 44 с.

4. Маслова В.А. Введение в лингвокультурологию. М.: Академия, 2001. 208 с.

5. Рогозная Н.Н. Билингвизм. Интерязык. Интерференция :

монография. Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2012. 172 с.

6. Розенцвейг В.Ю. Языковые контакты: Лингвистическая проблематика. СПб.: Наука, 2002. 80 с.

7. Супрун А.Е. Два типа двуязычия, транспозиция и интерференция // Русский язык в национальной школе. 1974. № 5. С. 6.

8. Термины и понятия: Морфемика. Словообразование: словарь-справочник / составитель Т.В. Жеребило. Назрань: ООО «Пилигрим». 2011.

9. Щерба Л.В. К вопросу о двуязычии. Языковая система и речевая деятельность. Л.: Наука, 1974. 656 с.

УДК 34

ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ НАЧАЛА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ И ПЛАНОВЫХ ОРГАНОВ (ВСНХ И СТО) В ИРКУТСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1920-1927 ГОДАХ

© М.А. Сафонов1

Сибирская академия права, экономики и управления, 664025, Россия, г. Иркутск, ул. Сурикова, 21.

На основе материалов фондов Государственного архива Иркутской области, рассмотрена деятельность хозяйственных и плановых органов в Иркутской губернии в 20-е годы прошлого столетия. Отображена структура государственных органов, определяющих уклад экономической жизни губернии, а также раскрыты некоторые характерные черты работы плановых комиссий в местных условиях. Рассмотрен ряд нормативно-правовых актов, на основании которых функционировали структуры ВСНХ и СТО в Иркутской губернии. Отслежены соответствующие изменения в госаппарате на протяжении ряда лет, сделаны определенные выводы относительно эффективности и целесообразности тех или иных нововведений. Особое внимание уделено непосредственно работе губернской плановой комиссии, дана оценка ее вклада в развитие народного хозяйства, а также в становление плановой системы в губернских и всесоюзных масштабах.

Ключевые слова: история государства и права; советский государственный аппарат; госплан; НЭП; плановая комиссия; планирование; районирование; Иркутская губерния.

ORGANIZATIONAL AND LEGAL PRINCIPLES OF ECONOMIC AND PLANNING BODY ACTIVITIES (THE SUPREME ECONOMIC COUNCIL AND THE SOVIET OF LABOR AND DEFENCE) IN THE IRKUTSK PROVINCE IN 1920-1927ies M.A. Safonov

Siberian Academy of Law, Economics and Management, 21 Surikov St., Irkutsk, 664025, Russia.

On the basis of the Irkutsk region State Archives materials, the paper considers the activities of economic and planning bodies in the Irkutsk province in 1920s. It describes the structure of the government bodies that determined the economic life order in the province and discusses some characteristic features of Planning Commission operation in local conditions. Consideration is given to a number of legal acts regulating the activities of the Supreme Economic Council and the Soviet of Labor and Defence in the Irkutsk province. Having examined the changes occurred in the state apparatus over the years, the paper draws conclusions on the effectiveness and appropriateness of various innovations. It also focuses on the activities of the Provincial Planning Commission, evaluating its contribution to both the development of national economy and formation of the planning system in provinces and all over the Soviet Union.

Keywords: history of State and Law; Soviet state apparatus; National Planning Committee; NEP (New Economic Policy); Planning Commission; planning; zoning; Irkutsk province.

1Сафонов Михаил Александрович, аспирант, e-mail: leftfordeadmoe@mail.ru

Safonov Mikhail, Postgraduate, e-mail: leftfordeadmoe@mail.ru

Вооруженная борьба за советскую власть в 1921 г. была завершена на большей части подконтрольной ей территории [5, с. 12]. Государственные структуры, приспособленные к работе в чрезвычайных, военных по существу условиях, менялись в соответствии с задачами мирного времени. Новая экономическая политика, провозглашенная в марте 1921 г., обозначила общую стратегию развития государства и общества. В условиях допущения рыночной экономики и частного капитала правящий режим не намеревался отказываться от основополагающего, с точки зрения марксистской доктрины, принципа организации народного хозяйства - его плановости [6, с. 545]. Более того, именно реалии НЭП позволили организованному государством экономическому планированию выйти на небывалый доселе уровень [8, с. 128].

Свой вклад в построение экономики нового типа внесли и регионы Сибири, в том числе Иркутская губерния.

Отечественная практика экономического планирования зародилась в 1920 г. и на протяжении последующих лет была тесно связана с двумя важнейшими государственными структурами в области управления народным хозяйством страны - Советом труда и обороны (СТО) и Высшим Советом народного хозяйства (ВСНХ). Практическая организация и теоретические исследования в области планирования относились к компетенции СТО и ВСНХ, а также их профильных и местных подструктур [1, с. 28].

В Иркутской губернии система хозяйственных органов государства и порядок их работы имели ряд характерных особенностей, обусловленных спецификой региона. Соответствующим образом реализация государственной политики по внедрению плановых начал в экономику в Восточной Сибири также отличалась своеобразием.

Проявлением последнего может служить слабая вовлеченность в плановую работу местных органов ВСНХ.

Исполнительным органом ВСНХ в Иркутской губернии являлся Губернский Совет народного хозяйства (ИГСНХ), 21 января 1921 г. вышедший из состава Сибирского революционного комитета и переданный им под юрисдикцию Иркутского Губисполкома. Плановая работа, согласно вышеупомянутому приказу, частью компетенции ИГСНХ не являлась3.

В конце 1923 г. начался процесс преобразования ИГСНХ, обусловленный рядом причин, среди которых главное место занимал вопрос о целесообразности существования государственного органа по вопросам промышленности в регионе, где промышленность была относительно неразвита. Так, согласно архивным данным, в 1924 г. Сибирский Краевой Совет народного хозяйства эксплуатировал 74 крупных промышленных предприятия, из которых лишь 16 находились на территории Иркутской губернии4.

В итоге 12 декабря 1923 г. Постановлением ВЦИК

3 Государственный архив Иркутской Области (ГАИО). Ф. р-546. О. 1. Л. 2, 3.

и Сибревкома, а также Иркутского Губисполкома, на правах отдела последнего и исполнительного органа ВСНХ, в губернии был образован губернский отдел местного хозяйства (ОМХ). В состав ОМХ вошел Иркутский совнархоз, а также коммунотдел Губисполкома Советов. В обширной компетенции ОМХ функции экономического планирования отсутствовали.

Между тем Декрет СНК СССР «О государственных промышленных предприятиях, действующих на началах коммерческого расчета (трестах)...» от 17 июля 1923 г. прямо определял губернские совнархозы как структуры, призванные осуществлять первичную переработку составленных трестами планов.5

Подобное положение вещей существовало из-за специфического характера ОМХ как государственного органа. Являясь структурой ВСНХ, который считался наркоматом промышленности, отдел местного хозяйства при Иркутском Губисполкоме строил свою работу с явным преобладанием роли бывшего коммунотдела. Последний занимался вопросами обеспечения сохранности и эксплуатации государственного имущества - помещений общественного значения, предприятий, обеспечивающих жизнедеятельность городов и поселков губернии, жилых и нежилых помещений, находившихся в распоряжении Губисполкома. Вновь созданный ОМХ, таким образом, перенял эти функции и представлял собой орган с компетенцией по управлению обширным имущественным комплексом - от жилого фонда до промышленных предприятий, имевшихся в губернии.

В таких условиях все функции экономического планирования в Иркутской губернии сосредоточивались в системе органов Совета труда и обороны. Стоит отметить, что СТО РСФСР уже с 1920 г. занимался подготовкой единых народнохозяйственных планов, вносил их на утверждение ВЦИК. СТО также координировал деятельность наркоматов по выполнению планов, а также руководил и своими местными органами [4, с. 56]. В качестве таковых выступали областные, губернские уездные, районные, фабрично-заводские, волостные и сельские экономические совещания (Экосо). Постановление VIII Всероссийского съезда Советов от 23 декабря 1920 г. предусматривало повсеместное создание сети Экосо, действующих на правах комиссии местных исполкомов. Решения, принятые Экосо, являлись обязательными для всех учреждений и ведомств, подчиненных этому исполкому или совету. В частности, губернские экономические совещания имели право согласовывать и руководить деятельностью всех местных хозяйственных органов на территории губернии, утверждать губернские хозяйственные планы, рассматривать хозяйственные договоры с кооперативами, артелями, наблюдать за

5 Совет народных комиссаров СССР. Декрет от 17 июля 1923 г. «О государственных промышленных предприятиях, действующих на началах коммерческого расчета (трестах), находящихся в управлении местных органов» [Электронный ресурс].URL:

http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU; п=18572

правильным и целесообразным использованием всех материальных ресурсов губернии, регулировать использование рабочей силы и др.6

На основании вышеуказанного постановления действовало Иркутское губернское экономическое совещание (Губэкосо), созданное в конце 1920 -начале 1921 г. Судя по сохранившимся архивным документам, Иркутское Губэкосо за период существования развило бурную деятельность в рамках своей компетенции. Основной упор в работе структуры был сделан на указания руководящего характера предприятиям и учреждениям губернии, а также на бюджетно-сметный контроль: Губэкосо утверждал сметы губернских и местных расходов, разрабатывал и вносил на утверждение Губисполкома проект налогов и сборов.7

Непосредственно вопросами планирования занималась Иркутская губернская плановая комиссия (Губплан) образованная при Губэкосо в июне 1921 г. в составе 3 человек.8

До октября 1923 г. компетенция Губплана определялась «Положением об областных плановых комиссиях», изданным Постановлением ВЦИК и СНК от 17 июня 1922 г. В соответствии с данным актом, основываясь на руководящих указаниях Госплана и областных экономических совещаний, плановые комиссии обязаны были вести разработку перспективного и текущего плана хозяйства области. Созданные комиссиями планы рассматривались в областных экосо, затем отправлялись в Госплан. В своей работе облпланы опирались на работу ведомственных областных органов, корректируя их плановые предположения и сводя их в областной хозяйственный план. Для осуществления своих обязанностей облпланам предоставлялось право непосредственного сношения со всеми областными государственными учреждениями, с другими областными плановыми комиссиями и Госпланом. Все государственные и советские органы, с которыми обл-планы вступали в рабочий контакт, обязаны были предоставлять в комиссии все требуемые сведения и материалы. Контролирующей инстанцией для областных и губернских плановых комиссий являлись, соответственно, областные и губернские экономические совещания.9

Организационно работа Губплана строилась в соответствии с распространенным в то время принципом двойного подчинения. Это означало, что как террито-

6 VIII Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов. Постановление от 23 декабря 1920 года «О местных органах экономического управления [Электронный ресурс]. URL: //base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=9 170;dst=0;ts=153BA9AABAB228B900981 AE9802AEF62;rnd=0.5274528805166483

7 ГАИО. Ф. р.43. О. 1. Д. ОЦ 1. Л. 36 об.; Ф. р. 43. О. 1. Д. ОЦ 9. Л. 3, 3 об.

8 ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Л. 2.

9 Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет,

Совет народных комиссаров РСФСР. Постановление от 17

июня 1922 г. «Положение об областных плановых комисси-

ях» // Известия Всероссийского центрального исполнитель-

ного комитета Советов. № 133 от 17.06.1922 г.

риальный хозяйственный орган Губплан был подотчетен Губэкосо, а через него Губисполкому. При этом руководство Губпланом, как местным органом планирования, осуществлялись также Сибирской областной плановой комиссией (Сибпланом). Таким образом, Иркутский Губплан в ходе реализации задач по планированию на территории губернии в большей степени взаимодействовал с губернскими и областными (Сибирскими) органами власти. Прямые контакты с центральным аппаратом планирования - Госпланом -носили весьма ограниченный характер. Госплан определял общие направления и методику работы местных плановых комиссий, обрабатывал предоставленные ему народнохозяйственные планы губерний и областей, проводил ревизию отчетности, периодически устраивал совещания с участием местных, в том числе и иркутских, работников планирования, в отдельных случаях давал руководству местных плановых организаций конкретные указания. Непосредственным руководящим органом по линии Госплана для местных плановых комиссий являлись плановые комиссии областного масштаба. По отношению к Иркутской губернской плановой комиссии таковой являлся Сибплан, находившийся в прямом контакте со всеми хозяйственными органами сибирских губерний10.

Губплану суждено было сыграть выдающуюся роль в организации государственного управления экономикой в Восточно-Сибирском регионе, после того как 5 октября 1923 г. Губэкосо было ликвидировано. Упразднение экономического совещания губернского масштаба - явление, типичное для того времени [3, с. 50]. Для того чтобы понять его причины, необходимо помнить о специфике экономики Восточной Сибири, о ее низком на тот момент уровне промышленного развития, о существовавшем в то время дефиците кадров. Наконец, необходимо учитывать, что наряду с Губэкосо продолжал существовать ИГСНХ, который во многом являлся дублирующим органом.

Стоит отметить, что упразднению экономических совещаний способствовала и сама специфика «новой экономической политики», проводимой государством. В условиях ослабления административного контроля над субъектами хозяйственной деятельности, допущения предпринимательской инициативы и введения хозрасчета Экосо со свойственными им методами работы оказались неэффективны. В целом, переход к новой экономической политике в первой половине 1920-х гг. являлся ключевым фактором в определении оптимальной конструкции государственных органов народно-хозяйственного профиля [10, с. 241], что четко прослеживается на изменении структуры и функций хозорганов Иркутской губернии.

После упразднения Иркутского губернского экономического совещания его функции были поделены между образованным в декабре 1923 г. ОМХ и Губ-планом, ставшим непосредственным органом по экономическим вопросам Губисполкома Советов.11 В этот период Губплан имел максимальное количество пол-

10 ГАИО. Ф.р-2244. О. 1. Д. ОЦ 12. Л. 4.

номочий в области регулирования хозяйственной жизни губернии. Он занимался, помимо непосредственно плановой деятельности, бюджетно-сметным контролем над предприятиями и учреждениями, решал вопросы снабжения государственных предприятий, утверждал и корректировал их производственные программы, обеспечивал им техническую помощь, по согласованию с другими структурами утверждал штаты сотрудников и т.д.12

Компетенция Губплана, таким образом, была существенным образом расширена и выходила за рамки функций плановых комиссий, обозначенных в Постановлении ВЦИК и СНК от 17 июня 1922 г.

Новым этапом в правовом оформлении статуса губернской плановой комиссии стало принятие «Временного положения о Губернской Плановой Комиссии» Президиумом Иркутского Губисполкома 19 марта 1924 г. Документ определял в составе Губплана ряд функциональных секций: промышленную, торговую, районирования, транспортную, сельскохозяйственную, финансово-экономическую. Во главе комиссии стоял Пленум из представителей государственных и советских хозяйственных структур.

Ни Губплан, ни его секции не образовывали никакого самостоятельного аппарата и для решения поставленных перед ними задач должны были пользоваться соответствующими структурами в Губисполко-ме и его подкомиссиях.

Иркутский Губплан в соответствии с «Временного положением...» от 19 марта 1924 г. имел обширный перечень обязанностей, среди которых теперь отсутствовали полномочия по контролю и управлению местными трестами и предприятиями. Между тем на протяжении всего 1923 г., особенно после упразднения в октябре Губэкосо, Губплан активно реализовы-вал данные направления своей деятельности. Теперь компетенция Губплана была существенным образом скорректирована - отныне комиссия концентрировалась на плановой работе непосредственно, оставляя все функции хозяйственного управления в губернии отделу местного хозяйства при Губисполкоме.13

Исходя из архивных данных, можно сделать вывод о том, что процесс внедрения плановых начал в экономику Восточной Сибири на протяжении первой половины 20-х годов XX в. протекал медленно, натыкаясь на большое количество трудностей объективного и субъективного характера.

На протяжении 1921-1922 гг. Губплан занимался в основном анализом смет расходов предприятий и учреждений. Лишь в 1923 г. Сибпланом была разработана общая инструкция по составлению перспективных планов развития, обозначались некоторые

«14 л

направления деятельности плановых комиссий. Однако если проводить общую оценку работы Губплана, необходимо признать, что вклад его в реорганизацию экономики Восточносибирского региона существенен.

12 ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Д. 32. Л. 18; Ф. р-2244. О. 1. Д. 25. Л. 36 об; Там же. Л. 117, 117 об.

13 ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Д. ОЦ 12. Л. 4.

Губплан провел основательную работу по изучению народного хозяйства губернии, ее ресурсов, естественных богатств, промышленности, торговли, сельского и лесного хозяйства. На протяжении ряда лет Губплан успешно реализовывал полномочия по бюджетно-финансовому контролю и постепенно, таким образом, осваивал и совершенствовал методику экономического планирования. Не стоит забывать и об огромном объеме работ, выполненных Губпланом в рамках проведения мероприятий экономического районирования в Восточной Сибири, начиная с марта 1923 г.15

Экономическое районирование, законченное Губ-планом в октябре 1926 г., - это уже непосредственный вклад в построение основ экономики планового типа. Наряду с документами других плановых комиссий, материалы, подготовленные Иркутским Губпланом в ходе работ по районированию, были использованы Госпланом СССР при составлении первого генерального плана развития народного хозяйства Сибири, принятого в ноябре 1927 г. [7, с. 22]. Данные, собранные Иркутским Губпланом, также стали частью исходного материала для создания первого пятилетнего общегосударственного народнохозяйственного плана. Кроме того, результаты работ плановых комиссий по районированию являлись первым шагом на пути теоретического обоснования и практической реализации идеи территориально-производственных комплексов [3, с. 76], ставшей концептуальной основой организации народного хозяйства СССР в последующие десятилетия.

Проведение мероприятий по районированию в губернии - последняя веха в истории Иркутского Губ-плана. После решения данной задачи, в начале 1927 г. Губплан был упразднен, и на его базе были сформированы 3 самостоятельные окружные плановые комиссии: Иркутская, Тулунская, Киренская16.

Таким образом, рассматривая систему хозяйственных и плановых органов Иркутской губернии периода НЭП, можно отметить следующее: государственная политика усиления плановых начал в организации народного хозяйства в Иркутской отличалась определенным своеобразием, которое особенно отчетливо проявилось при формировании системы государственных органов, их практической деятельности. Можно утверждать, что на протяжении первых мирных лет государственная власть искала адекватные формы для организации решения поставленных задач -восстановления эффективности народного хозяйства, перевода его на качественно иной уровень. Компетенция хозорганов постоянно трансформировалась, приспосабливалась к сибирским реалиям. Совершенствовалась и правовая база деятельности государственных структур: более четко определялась компетенция, усиливалось разграничение предметов ведения.

В Сибири и в других регионах Советской России непрерывно протекал процесс совершенствования государственного аппарата, повышения эффективно-

15 ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Д. 14. Л. 85.

16 ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Д. 82. Л. 33.

сти его действий. Внедрению плановых начал в экономику сопутствовало не только изучение иностранного опыта, но и кропотливая работа плановых органов по контролю и учету народного хозяйства во всех уголках страны [9, с. 67]. Безусловно, ошибки и просчеты не обошли стороной хозяйственников того времени. Однако, принимая к сведению характер их деятельности, отсутствие серьезного управленческого опыта у госслужащих и дефицит кадров, нужно признать, что в существовавших условиях работа таких структур, как Губплан, должна быть оценена в целом как эффективная. Об этом, в частности, свидетельствует следующий факт: значительные объемы управленческой и плановой работы Иркутские хозор-ганы выполняли, имея в своем составе минимально необходимое количество сотрудников. Так, согласно

положению о статусе Губплана, утвержденному Президиумом Иркутского Губисполкома от 19 марта 1924 г., в штате плановой комиссии числилось 10 работников; а Иркутское Губэкосо в феврале 1922 г. и вовсе состояло из 6 человек - председателя, юрисконсульта и 4 секретарей.17,18

Реализация хозяйственной политики государства иркутскими подразделениями ВСНХ и СТО, их деятельность по организации экономического планирования в Иркутской губернии в 1920-е гг. являют собой пример того, как гибкость и мобильность в работе государственных органов способны подготовить их для решения задач высокой сложности, используя ограниченные материальные и организационные ресурсы.

Статья поступила 6.02.2015 г.

ГАИО. Ф. р-2244. О. 1. Д. ОЦ 12. Л. 4 об. ! ГАИО. Ф. р-43. Оп 1. Д. 10. Л. 34.

Библиографический список

1. Венедиктов А.В. Организация государственной промышленности в СССР. Т. 2, 1921-1934 гг. Л., 1961. 863 с.

2. Воронин Д.В. Становление и деятельность губернских экономических совещаний и арбитражных комиссий в Западной Сибири в начале 1920-х гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2014. № 7-2. С. 47-50.

3. Долголюк А.А., Цыкунов Г.А. Территориально-производственные комплексы: прошлое и настоящее // Гуманитарные науки в Сибири. 2010. № 2. С. 76-80.

4. Кульчицкий С.В. Внутренние ресурсы социалистической индустриализации СССР (1926-1937). Киев, 1979. 256 с.

5. Курицын В.М. Переход к нэпу и революционная законность. М., 1972. 216 с.

6. Ленин В.И. Избранные произведения в трех томах. М., 1960. Т 3. 856 с.

7. Орлов Б.П. Сибирь: шаги индустрии. М., 1988. 256 с.

8. Поляков Ю.А. Новая экономическая политика: Разработка и осуществление. М., 1982. 246 с.

9. Сафонов М.А. Мероприятия Советского государства в области подготовки индустриализации страны в 1921-1925 гг. // Пролог: журнал о праве. 2014. № 2. С. 65-69.

10. Хазагаева И.Ц. Формирование экономических институтов в период НЭПа // Вестник ИрГТУ. 2013. № 7. С. 240-245.

УДК 614.2

ЗДРАВООХРАНЕНИЕ ЗАБАЙКАЛЬЯ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ (ЧАСТЬ 2) © В.А. Шаламов1

Евразийский лингвистический институт Московского государственного лингвистического университета, 664025, Россия, г. Иркутск, ул. Ленина, 8.

Рассматривается деятельность органов здравоохранения на территории Забайкальской области в завершающий период Первой мировой войны. На основе богатого фактического материала раскрываются такие темы, как оказание помощи гражданскому населению в годы войны, фронтовая работа медработников Забайкалья, организация военных лазаретов для раненых, состояние лечебной сети, проведение санитарной, а также научно-исследовательской работы. Значительное внимание уделено реформированию врачебно-санитарной организации, последовавшей после Февральской революции в России.

Ключевые слова: Первая мировая война; здравоохранение Забайкалья; земство в Забайкалье; последствия Февральской революции в Забайкалье; медицинская организация Забайкальской области

HEALTH CARE IN THE TRANSBAIKAL REGION DURING THE FIRST WORLD WAR (PART 2) V.A. Shalamov

Eurasian Linguistic Institute of Moscow State Linguistic University, 8 Lenin St., Irkutsk, 664025, Russia.

The article deals with the activities of health care authorities in the TransBaikal region in the final period of the First World War. On the basis of rich factual material, the author discusses the following topics: assistance to the civilian population during the war, the work of TransBaikal medical staff at the front, organization of military sick-quarters for the wounded, state of the health care system, sanitary and research work. Considerable attention is paid to the reformation of the med-

1Шаламов Владимир Александрович, кандидат исторических наук, доцент кафедры истории, философии и социальных наук, тел.: 89501398079, e-mail: Wladimir13x@ya.ru

Shalamov Vladimir, Candidate of History, Associate Professor of the Department of History, Philosophy and Social Sciences, tel.: 89501398079, e-mail: Wladimir13x@ya.ru