Судейскую этику подключили к интернету

Съезд судей в среду определился с этическими стандартами поведения в соцсетях. Их обсуждают уже не первый год, но в итоге решено ограничиться формулировкой самого общего характера: в Кодексе судейской этики появится строчка о том, что поведение судьи в медиапространстве, включая социальные сети, должно подчиняться требованиям судейской этики. Сами судьи признают, что после такого уточнения интернет не перестает быть для них «зоной риска», но более подробных разъяснений придется еще подождать.

После долгих дискуссий судьи решили, что должны вести себя в виртуальном пространстве так же, как в реальной жизни

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Проходящий в Москве Х Всероссийский съезд судей 30 ноября обсудил поправку к Кодексу судейской этики, которая обязывает представителей профессии подчиняться требованиям служебной этики при использовании информационно-коммуникационных технологий. Поначалу обсуждалась возможность более детального регулирования этого вопроса, но потом решено было от этого отказаться, рассказала председатель комиссии Совета судей по этике Елена Золотарева.

«Излишняя детализация в кодексе правил поведения судьи при использовании соцсетей, по общему мнению, не согласуется с кодификационной природой этого нормативного акта»,— пояснила госпожа Золотарева.

К тому же технологии развиваются стремительно, и правила их использования могут требовать регулярной правки. Поэтому более целесообразно, если детальные стандарты будут подготовлены в виде рекомендаций, которые не нужно будет утверждать на съезде (его созывают раз в четыре года, а нынешний из-за пандемии и вовсе состоялся после шестилетнего перерыва), отметила Елена Золотарева. В какие сроки судейское сообщество планирует подготовить такие рекомендации, она не уточнила.

Пока же интернет-пространство остается зоной риска, призналась председатель Арбитражного суда Уральского округа Ирина Решетникова: «Это связано прежде всего с тем, что мы не очень понимаем, что творится с той информацией, которая попадает в социальные сети. Как она тиражируется, как она распространяется, как долго сохраняется. Мы редко интересуемся политикой конфиденциальности и политикой безопасности тех или иных социальных сетей. И даже самые незначительные действия — поставить "лайк" или присоединиться в качестве друзей — могут оказаться не столь уж невинными и иметь совершенно другие последствия, чем мы думали». Поэтому важно знать границы допустимого поведения в соцсетях, подчеркнула судья. Она напомнила, что это проблема не только российских судей: неслучайно еще в 2018 году ООН приняла декларацию о честности и неподкупности судебных органов.

Некоторые ее положения подходят для любой страны — например, запрет размещать личную информацию или поддерживать общение со сторонами, чей спор судья рассматривает.

А вот вопрос о том, может ли он пользоваться псевдонимом, оказался дискутируемым даже на уровне мирового сообщества, сказала госпожа Решетникова.

Ревизии подверглась еще одна норма судейской этики: в будущем от судей не будут требовать изучения практики Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Сейчас, напомнила Елена Золотарева, кодекс обязывает судей знать об изменениях в законодательстве, нормах международного права, систематически изучать правоприменительную практику Конституционного, Верховного и Высшего арбитражного (ВАС) судов, а также ЕСПЧ. Но современная геополитическая ситуация привела к выходу России из-под юрисдикции ЕСПЧ, поэтому его решения уже необязательны к изучению, констатировала судья: «Представляется достаточным имеющееся указание на обязанность судьи знать нормы международного права». Также из перечня обязательной литературы исключат постановления ВАС, который прекратил существование в 2014 году после объединения с Верховным судом.

Между тем председатель Конституционного суда Валерий Зорькин, выступая накануне на съезде, говорил о необходимости использовать опыт взаимодействия с ЕСПЧ.

«Участие России в конвенции оказало определенное положительное влияние на развитие отечественной системы защиты прав человека,— признал он.— Этот опыт не должен быть забыт, его следует анализировать и рационально использовать».

В целом же, несмотря на шестилетний перерыв, проведенная съездом ревизия нормативных документов судейского сообщества оказалась минимальной. Съезд уточнил нормы представительства в Совете судей с учетом вновь образованных кассационных и апелляционных судов, а также внес поправки в собственный регламент: теперь открывать первое заседание Высшей квалификационной коллегии судей, которая переизбирается на съезде, будет не председатель Совета судей, а старейший или самый опытный ее представитель.