«Мы стараемся минимизировать риски со всех сторон»

Как изменился венчурный рынок России за последние несколько лет? Какие стартапы заинтересованы вкладывать инвесторы? Куда и зачем приходят корпорации за инновациями? Об этом и многом другом в интервью обозревателю «Коммерсантъ FM» Юрию Митину рассказала заместитель генерального директора, директор по развитию «Российской венчурной компании» Гульнара Биккулова.

— «Российская венчурная компания» была создана в 2006 году. За прошедшие десять лет происходили как взлеты, так и падения венчурного рынка России. Как сейчас, в 2017 году, вы оцениваете потенциал рынка? Насколько инвесторы заинтересованы вкладывать в стартапы? И как «РВК» в этом помогает?

— С точки зрения количества сделок, на самом деле, ситуация более радужная. Мы видим, что в России стало появляться все больше синдицированных сделок, то есть средний чек, вкладываемый инвестором в одну сделку, уменьшается, при этом с точки зрения количества сделок происходит рост. Каждый год на рынок приходят новые инвесторы. Практически 80% сделок, осуществляемых на венчурном рынке, это сделки с участием новых инвесторов. При этом фокус внимания более опытных венчурных инвесторов меняется. Как мы знаем, многие российские венчурные инвесторы сегодня очень активны на международных рынках.

— Для инвесторов наиболее интересно, как «Российская венчурная компания» помогает участникам венчурного рынка разобраться, в какую компанию инвестировать, а в какую не стоит. Какие инструменты предлагает «РВК»?

— Мы понимаем, что, конечно же, ответственность за конкретную инвестицию лежит на конкретном венчурном инвесторе, тем не менее, мы действительно стараемся минимизировать эти риски со всех сторон. С одной стороны, мы запускаем достаточное количество образовательных программ для венчурных инвесторов, где рассказываем о том, как устроен рынок, какие игроки на нем присутствуют, что нужно учитывать при инвестировании в технологические проекты. С другой стороны, мы стараемся совместно с другими институтами развития активно работать над тем, чтобы в России появлялось как можно больше качественных стартапов. Мы это делаем на нескольких уровнях. У «РВК», например, есть большая система партнеров из региональных технопарков, инкубаторов, которым мы помогаем проводить стартап-школы, региональные акселерационные программы для того, чтобы появлялись проекты, на которые могли бы обратить внимание инвесторы.

На федеральном уровне мы делаем большой проект, который называется GenerationS. Мы его делаем под заказ российских корпораций. GenerationS представляет собой несколько корпоративных акселераторов — в прошлом году их было восемь — которые мы делаем совместно с крупными российскими компаниями, по сути, заказывающим нам те проекты и разработки, которые им было бы интересно применять в интересах собственного бизнеса. И под них выстраиваются такие акселерационные программы.

— Вы говорите «корпоративная акселерация», GenerationS — федеральный конкурс, целых восемь треков существует, а зачем приходят корпорации? Может быть, это принуждение сверху, им говорят, что нужно покупать инновации, стартапы, поддерживать спрос на инновации? Или есть какие-то конкретные задачи, проблемы, которые можно решить с помощью акселератора?

— Действительно, мы знаем, что существует большая проблема на российском венчурном рынке — проблема с выходами. Венчурные инвесторы надеются, что в какой-то момент российские корпорации будут настолько заинтересованы в российских технологиях, что составят большую долю стратегических инвестиций на рынке. Но это, к сожалению, происходит очень медленно. Мы, естественно, стимулируем, скажем так, компании более активно заниматься инновациями, делаем это абсолютно разными способами. GenerationS — один из них. В GenerationS мы помогает находить интересные проекты корпорациям, которым по каким-то причинам интересно заниматься инновациями, и пытаться интегрировать их в бизнес своих компаний. Они являются нашими инновационными послами внутри корпораций, мы формируем акселераторы. Мы видим, что количество таких корпораций каждый год растет. Если три года назад мы говорили о четырех отраслевых треках, сегодня их уже восемь. А в каждом треке у нас по несколько корпораций, которые вместе объединяются в пулы для того, чтобы сформировать пул требований к отбору проектов на входе и дальше вместе участвовать в акселерационной программе, создавая пилотные проекты с российскими стартапами.

— Сколько можно найти таких компаний, технологий в одном из треков?

— Естественно, каждая корпорация, которая заходит к нам в трек партнером, заинтересована в том, чтобы проектов были тысячи, чтобы была возможность что-то выбирать. Но мы понимаем, что по многим темам проекты, стартапы в России найти достаточно сложно. В таком треке, как металлургия, в других промышленных треках речь идет о нескольких сотнях проектов. В треках более легких, например, у нас есть трек Creative Technology, где мы ищем проекты в области образовательных, рекламных технологий, игровые проекты, количество проектов на входе достигает практически тысячи. Поэтому в разных треках ситуация разная. Но, тем не менее, мы стараемся добраться до каждого университета, до каждого НИИ, до каждого технопарка, где потенциально могут быть проекты, интересные нашим индустриальным партнерам.

— Вы уже сказали, что через акселератор GenerationS прошли уже сотни стартапов, есть проинвестированные компании, в которые вложились ваши корпоративные партнеры. Есть уже какие-то определенные критерии, по которым можно определить, будет ли стартап успешным? Поскольку все ищут не количество стартапов, а одну-две качественные технологии, которые можно внедрить. Есть ли уже секретная формула успеха, которую можно дать в качестве совета начинающим венчурным инвесторам?

— Мы же знаем, что не бывает идеальных людей или идеальных проектов для каждого человека. Это очень субъективный вопрос, поэтому мы в нашем выборе, конечно же, ориентируемся на интерес наших индустриальных партнеров, а индустриальные партнеры понимают, что им нужно. В связи с этим у нас часто бывают жалобы со стороны стартапов, приходит много писем по поводу того, почему их не выбрали в корпоративный акселератор. Единственный наш ответ — что это решение корпоративного партнера. Корпоративный партнер, глядя на ту или иную команду, понимает, готов ли он с ней работать дальше, делать совместный пилот, есть ли у него какие-то долгосрочные интересы по отношению к тому или иному стартапу. Мы в этом смысле целиком доверяемся интересам тех партнеров, с которыми мы работаем. Поэтому венчурным инвесторам я бы порекомендовала, в первую очередь, искать тех партнеров, которым можно доверять, потому что венчурный бизнес — это бизнес надолго, в нем действительно много рисков и на стороне стартапов, и на стороне инвесторов.