Дума меняет суть присяжных

Государственная дума в пятницу планирует внести поправки в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), которые значительно ограничат применение суда присяжных. Дела людей, обвиняемых в совершении терактов, шпионаже, диверсиях, государственной измене и организации массовых беспорядков, будет рассматривать обычный суд, который выносит оправдательные приговоры намного реже, чем присяжные. Законопроект был включен в повестку дня Госдумы в тот же день, когда президент Дмитрий Медведев, выступая на съезде судей, призвал к гуманизации судебной системы.

Законопроект "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму" подготовлен и внесен главой думского комитета по безопасности Владимиром Васильевым и его заместителем Михаилом Гришанковым (оба — "Единая Россия"). В пояснительной записке авторы утверждают, что их инициатива должна всего лишь "повысить эффективность мер предупреждения терроризма". Депутаты предлагают ужесточить наказание за отдельные виды преступлений, совершаемых во время терактов (убийство, захват заложников), а также предусмотреть дополнительную ответственность за пособничество террористам (в частности, укрывательство). А все это, в свою очередь, требует "уточнений состава суда при разрешении отдельных категорий дел", то есть поправок в УПК.

Эти "уточнения" фактически полностью меняют состав суда, который правомочен рассматривать дела о терроризме. По действующей норме (п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК) террористов судят "судья федерального суда общей юрисдикции и коллегия из 12 присяжных заседателей". Господа Васильев и Гришанков решили, что террористы не должны рассчитывать на присяжных и их дела должны рассматривать коллегии из трех судий. Впрочем, депутаты предлагают избавить присяжных от участия и в других процессах.

По замыслу думских единороссов, коллегии присяжных заседателей не вправе рассматривать дела граждан, которые, согласно Уголовному кодексу, обвиняются по ст. 205 "Террористический акт", ст. 206 "Захват заложника", ст. 208 "Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем", ст. 212 "Массовые беспорядки", ст. 275 "Государственная измена", ст. 276 "Шпионаж", ст. 278 "Насильственный захват власти или насильственное удержание власти", ст. 279 "Вооруженный мятеж", ст. 281 "Диверсия".

Думский комитет по безопасности инициативу своих начальников поддержал. Главным аргументом, судя по официальному заключению комитета, стало то, что "в южных регионах России участились факты вынесения коллегиями присяжных заседателей оправдательных вердиктов или обвинительных вердиктов с указанием о снисхождении в отношении подсудимых — установленных следственными органами членов незаконных вооруженных формирований и организованных преступных сообществ, осуществлявших террористическую и иную преступную деятельность на территории России".

Словом, думцы, как стало очевидно вчера, решили ужесточить и закон, и судопроизводство, хотя президент Дмитрий Медведев вчера же на Всероссийском съезде судей, наоборот, вел речь о гуманизации судебной системы.

"Ужесточение может быть оправданным,— пояснил "Ъ" заместитель председателя думского комитета по безопасности Геннадий Гудков ("Справедливая Россия"),— но только в том случае, если оно сопровождается усилением гарантий прав человека". Он привел в пример Англию, которая в свое время в борьбе североирландскими экстремистами перестала судить их при участии присяжных. Но параллельно, по словам господина Гудкова, "в Ольстер был назначен уполномоченный по правам человека с чрезвычайными полномочиями, вплоть до права снимать с работы представителей силовых структур, превысивших должностные полномочия".

"История идет по кругу",— заявил "Ъ" член Общественной палаты адвокат Генри Резник. Он считает, что "Госдума делает то же, что было сделано в царской России после оправдания Веры Засулич (24 января 1878 года совершила покушение на жизнь петербургского градоначальника Трепова.— "Ъ"), когда из подсудности суда присяжных были изъяты все дела о государственных преступлениях". Если такая инициатива обретет сил закона, в чем господин Резник практически уверен, то она станет "позором нашего судопроизводства", так как "для этой категории дел будет утрачена объективность, беспристрастность и справедливость их рассмотрения".

Юрисдикцию "присяжных нужно расширять, а не урезать", считает сотрудник Института прав человека Лев Левинсон. "Концепцию судебной реформы еще никто не отменял",— подчеркивает он, напоминая, что в ее первоначальном замысле предполагалось, что присяжные в России должны участвовать в рассмотрении "всех дел, по которым предусмотрено наказание свыше одного года тюремного заключения". На практике же присяжным оставили только те дела, по которым возможен смертный приговор. Если депутаты начнут урезать и эти полномочия, то очень скоро, по прогнозу правозащитника, "за присяжными оставят единственную 105-ю статью УК — "Убийство"".

На самом деле "это урезание Конституции, это наступление на демократическое свободное независимое судопроизводство", заявил "Ъ" заместитель председателя думского комитета по конституционному законодательству, депутат фракции КПРФ Виктор Илюхин. То, что авторы проекта аргументируют свою инициативу оправдательными вердиктами присяжных в "южных регионах", господин Илюхин и вовсе назвал "оскорблением людей этих регионов, которые, выходит, непорядочны и недобросовестны". Южные регионы "специфичны", признает он, но не настолько, чтобы из-за этого "урезать Конституцию". Тенденция, по мнению коммуниста, такова, что "все правосудие сведется к тройкам в органах МВД", так как отмена суда присяжных "на руку в первую очередь оперативным работникам".