Мусульмане-иммигранты в Европе: периодизация и методологические проблемы исследования социальных изменений

М.Н. Красильникова

МУСУЛЬМАНЕ-ИММИГРАНТЫ В ЕВРОПЕ: ПЕРИОДИЗАЦИЯ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ

Статья посвящена исследованию массовой инокультурной иммиграции мусульман в Европу после Второй мировой войны и проблемам, возникшим у принимающих обществ. Автор дает периодизацию иммиграционного процесса и анализирует перспективу натурализации мусульман в европейском обществе.

Ключевые слова: мусульмане в Европе, периодизация иммиграции, натурализация, интеграция, гетто.

Иммиграция мусульман в Европу после Второй мировой войны поставила перед дилеммой как мусульман-иммигрантов, так и европейцев, которая в итоге не решена и по сей день. Проблема мусульман встала особо остро в связи с массовостью иммиграционного потока, начавшегося в послевоенные годы и продолжающегося до сих пор преимущественно из стран, где исповедуют ислам. В настоящее время в Западной Европе проживает, по разным данным, от 15 до 24 млн мусульман.

Существуют различные подходы к периодизации иммиграционных процессов. Заслуживают внимания периодизации Ж. Кепе-ля1, Дж. Паолуччи2, И. Молодикова3, А. Игнатьева4.

На наш взгляд, в развитии иммиграции можно выделить четыре цикла.

Первый цикл иммиграции связан с послевоенной реконструкцией и стремительным, ускоренным подъемом в экономике в 1960-е годы. Дж. Паолуччи пишет:

© Красильникова М.Н., 2012

Сотни тысяч человек, в большинстве своем мужчины, переселились в Европу, чтобы удовлетворить острую потребность крупных промышленных и горнодобывающих предприятий в рабочей силе. В основном (даже если на самом деле распределение потоков имело более разветвленный и более сложный характер) можно утверждать, что во Францию иммигранты изначально прибывали из Алжира, Марокко и Западной Африки, в Германию - из Турции, в Англию - из Индии, Пакистана, Западной Африки, в Бельгию и Люксембург - из Турции и стран Магриба, в Голландию - с Малуккских островов и из Суринама5.

Таким образом, часто возобновляются или продолжаются, но уже в другом ключе отношения, сложившиеся в колониальный период. В большинстве случаев наплыв рабочих-мусульман в Европу - это результат двусторонних соглашений, заключенных при участии соответствующих государственных структур, и это говорит о том, что переселение мусульман из колоний в метрополии для последних было весьма выгодно. В то время появляются первые академические попытки определить место мусульман в Европе.

Нефтяной кризис 1973 г. привел к экономическому спаду и вызвал рост безработицы и среди местного населения, и среди иностранцев. Страны Северной Европы прекращают политику поощрения иммиграции. Однако иммигранты продолжают прибывать в Европу. Начинается второй цикл иммиграции, когда приезжают жены и дети и происходит воссоединение семей. В этот период сдерживания иммиграционных потоков с постепенной переориентацией вектора направления с Юг-Север на Восток-Запад, как отмечает Молодикова, для иностранной рабочей силы создаются условия маргинального статуса с соответствующим уровнем оплаты труда. Итогом данного этапа явилось несоответствие проводимой европейскими странами государственной политики в области трудовой миграции реальным миграционным процессам.

Данный цикл характеризуется выдвижением требований признания специфических элит и лидерств приезжих, т. е. признание их интеграции в национальные структуры (элиты и лидерства)6. Формируется парадигма социального признания мусульман в Европе. Появляется первая критика данной парадигмы как самими мусульманами-иммигрантами, так и европейцами.

В это же время возникает проблема натурализации и ассимиляции иммигрантов и их семей в европейском обществе. И впервые начинается артикуляция процесса натурализации, который, по

своей сути, представляет собой превращение иностранца из чужака в своего для граждан данного государства. Изначально же все проблемы пытались решить через натурализацию приезжих, т. е. по их заявлению о принятии в гражданство данного государства. Гражданство же понимается как устойчивая правовая связь лица с конкретным государством. Время показало, что такое решение не было эффективным. Понимание натурализации не отвечало адекватно современным тенденциям, поскольку оно выходило за пределы юридического вопроса. За этим последовало переосмысление натурализации. Она стала рассматриваться не только как политическое принятие гражданских прав, но и как социокультурное принятие мусульман-иммигрантов в порядке процесса взаимного признания.

Преимущественная сфера действия третьего миграционного цикла (1985-1992) - это Италия, Испания и Греция, т. е. страны, ранее лишь косвенно затронутые въездом иностранцев. Главные причины имеют политический характер (беженцы, лица, просящие убежище). Данный этап характеризуется появлением интеллектуальных мусульманских лидеров, говорящих с европейской «сцены» о признании равных с европейцами прав (Э. Саид, Б. Тиби, Таха Джабир аль-Альвани, Муххамад Аркун, др.) и «месте» мусульман в Европе. Появляются альтернативные стратегии борьбы за признание в европейском обществе, такие как радикальный ислам, евроислам (Т. Рамадан) и др.

Четвертый цикл (1997-2005) определен появлением различного рода концепций, направленных на вытеснение мусульман из европейского контекста. Здесь следует отметить концепцию этнокультурного разделения цивилизаций С. Хантингтона, декларацию (15 сентября 2000 г.) претендовавшего на папский престол кардинала Джакомо Биффи, в которой он заявил, что «христианская Европа» находится под угрозой «мусульманского вторжения». В ряде публицистических работ высказывается идея о «Еврабии», - появившемся политическом клише для описания реального или мнимого негативного политического и культурного сближения Европы и арабского мира (О. Фаллачи7, Р. Спенсер8, Айаан Хирси9, Д. Пайпс10).

В настоящий момент существует несколько терминов, используемых для определения финального итога взаимоотношений мусульман-иммигрантов и европейцев. Натурализация, интеграция, адаптация, инкультурация - все эти термины ученые и политические лидеры используют приблизительно в одном и том же зна-

чении или с незначительными отличиями друг от друга. Одна из задач данной статьи и есть исследование терминологии. Мы вводим термин «натурализация», под которым понимается примерно некий процесс перехода от «полностью чужого» к «своему», т. е. то, что европейцы хотят от иммигрантов.

Как уже было сказано, натурализация - это не только принятие гражданства, но и обретение положительного социального статуса. Традиционно механизм приобретения гражданства отчасти подразумевал ассимиляцию, был одним из способов натурализации. Время показало, что такое решение не было эффективным, так как данный механизм не работал при массовой инокультурной иммиграции и специфике ислама как религии.

На деле действует другой механизм натурализации, а именно межконфессиональное сожительство, т. е. «этническое гетто» ввиду плохой совместимости на бытовой почве. Г. Нойвирт пишет:

Различия включают в себя в основном привычки в одежде, еде, домашнем хозяйстве и обычное разделение труда между полами. Так как субъективные значения «иностранных» образов жизни и традиций не являются общепринятыми, то эти различия в образах жизни и традициях также мешают пониманию между членами различных этнических сообществ... Также расовые и этнические стереотипы могут укрепляться11.

Ж. Кепель в свою очередь ввел термин «говорить по-исламски» («parler islamique»), который обозначает возможность европейца понять повседневность мусульман. Он свидетельствует о том, что исламский дискурс несовместим с европейским. Им показано, насколько языковые и бытовые символы важны во взаимопонимании между мусульманами-иммигрантами и европейцами12. «Гетто» прежде всего появляется на почве идентичности. Для мусульман-иммигрантов - это способ сохранить свое религиозное самосознание. Историческими прецедентами являются еврейские гетто в Европе и «черные гетто» в США. «Гетто» - неэффективный метод натурализации, так как становится неприемлемым и для тех, кто в нем, и для всего остального общества.

Таким образом, в исторически сложившихся европейских обществах мусульмане приобретают статус ксена (гостя). Следовательно, проблема натурализации мусульман связана, прежде всего, с трансформацией самих европейских обществ, т. е. с изменением их социальной структуры.

В европейских академических кругах пытались решить проблему через интеграцию (адаптацию) как одного из форматов натурализации. И политика стран ЕС направлена на интеграцию мусульман в Европе как основное направление натурализации.

Попытка натурализовать приезжих была предпринята и в рамках мультикультурализма. Он стал доминирующим дискурсом конца 60 - начала 70-х годов. Но к 90-м годам случился поворот от мультикультурализма к «управлению разнообразием». Таким образом, встал вопрос об идентичности коренного населения европейских стран.

Эффекты и процессы, которые определяются нами как натурализация, целесообразно рассматривать в трех плоскостях: культурной, социальной и правовой. Законодательство европейских стран и ЕС создает некий контекст для натурализации, но при этом лишь стимулирует, а не порождает процессы. В действительности же проблема натурализации решается на бытовом уровне повседневной жизни, так как риски, появляющиеся в процессе натурализации, развиваются так, что на практике проблемы повседневной жизни опережают принятие законов. Таким образом, идентификация проблемы как исключительно юридической не позволяет решить ее. Натурализация - это средний путь между крайними альтернативами развития событий, которые в последние несколько лет обозначили себя в европейской политической жизни.

Важно исследовать концептуальную модель динамики процесса социальной идентификации в европейском обществе, дающую возможность проследить то, что во взаимоотношениях «мы-они» (скорее, различия «чужих») позволяет найти «своих» и наоборот13. Изменение европейской идентичности, в частности, было связано с образованием ЕС и его новых границ. При этом проблемы иммиграции стали общеевропейскими, и решения принимаются уже не только на уровне государств, но и на уровне ЕС. Лабильное состояние социальной идентичности стало нормой в современных обществах, поэтому в настоящий момент очень остро поставлен вопрос о европейской идентичности, решение которого является практической целью, а не неким политическим идеалом, так как проблемы повседневной жизни несут в себе достаточно мощный конфликтный потенциал.

Решение проблемы видится в определенных переходных социальных практиках, где будет получена новая положительная идентичность, которая позволит преодолеть первый барьер непризнания. Необходимо показать, что те формы натурализации, которые

мы встречаем в истории и поэтому называем традиционными, не только не решают проблем в новой ситуации, а наоборот усугубляют их в большинстве случаев; поэтому в центре нашего внимания должен быть альтернативный вариант - субкультура как механизм трансформации идентичности. Субкультуры, по сути, выполняют одни и те же функции и борются за решение одной и той же задачи - выработке положительной идентичности.

Осуществленные исследования свидетельствуют, что ассимиляция, интеграция, мультикультурализм как стратегии адаптации мусульман в европейском обществе оказались неработающими из-за специфики ислама как религии и массовости процесса эмиграции. Именно поэтому единственной работающей формой натурализации (превращение «чужаков» в «своих») оказались межэтнические сообщества, так называемые «гетто». Таким образом, для успешной натурализации мусульман необходимо двустороннее изменение идентичности, взаимное социальное признание мусульман и европейцев, т. е. изменение не только идентичности мусульман-иммигрантов, но и общей европейской идентичности. Возможно, что в перспективе станет возможным более успешное сосуществование этих идентичностей.

Примечания

5

Kepel G. Les banlieues de l'Islam. P.: Editions du Seuil, 1991.

Паолуччи Дж. Ислам и мусульмане в Европе // Новая Европа. Христианская

Россия. 2000. № 13. C. 51-66.

Молодикова И. Основные этапы и методы регулирования трудовой миграции в западноевропейских странах [Электронный ресурс] // Сетевой проект «Русский архипелаг». [М., 2003]. URL: http://www.archipelag.ru/agenda/povestka/povest-ka-immigration/trud/molodikova-etap-and-metod (дата обращения: 01.02.2012). Игнатьев А.А. Хроноскоп, или Топография социального признания. М.: Три квадрата, 2008.

Паолуччи Дж. Указ. соч. C. 51-52.

6 Игнатьев А.А. Указ. соч. С. 113.

7

Фаллачи О. Ярость и гордость [Электронный ресурс] // Электронная библиотека Максима Мошкова. [М., 2004]. URL: http://lib.ru/INPROZ/FALLACHI/ gordost.txt (дата обращения: 01.02.2012).

Spencer R. The Truth About Muhammad. N. Y.: Regnery Publishing, Inc., 2007.

3

4

8

10 11

12 13

Нидерландский политик, бывший депутат нижней палаты парламента страны и член Народной партии за свободу и демократию (VVD). Известна своей антиисламистской позицией; вместе с Тео ван Гогом сняла фильм «Покорность» (2004), сценарий которого был отчасти сделан по ее книге «Фабрика сыновей» (2002).

PipesD. Militant Islam Reaches America. N. Y.: W.W. Norton, 2003. Neuwirth G. A Weberian outline of a theory of community: its application to the «Dark Ghetto» // British Journal of Sociology. 1969. № 2. P. 149-150. Kepel G. Op. cit. P. 25-27.

Ядов В.А. Социальные процессы. Постсоветское общество: идентичность и солидарность (тезисы) [Электронный ресурс] // Сайт Центра социологического и политологического образования. [М., 1999]. URL: http://www.sociology.ru/ centr/arch-iadov.html (дата обращения: 01.02.2012).