Америка-2017

       Президентские выборы в США продемонстрировали все лучшее, на что способна американская демократия, — и беспрецедентный для ХХ века раскол американского общества, считает корреспондент "Власти" Борис Волхонский.

       Лет пять тому назад в рабочем кабинете одного из профессоров Корнельского университета мое внимание привлекла висевшая на стене карта "США в 2017 году". На месте нынешних 50 штатов там было обозначено несколько государственных образований: Соединенные штаты Новой Англии, Республика Диксиленд, Королевство Техас, Теократическое государство Юта... "Шютка",— пояснил профессор. Я вежливо поулыбался.
       И вот теперь, когда президентский марафон близок к финишу, эта карта вспоминается мне все чаще и чаще.
       Вообще-то ничего экстраординарного на прошедших выборах не произошло. Рекорд 1876-1877 годов побить не удалось — тогда итоги выборов оспаривались не в одной Флориде, а еще в трех штатах, и президент Резерфорд Хейз был избран конгрессом лишь четыре месяца спустя после всенародного волеизъявления. А многочисленные судебные процессы, в течение пяти недель державшие в напряжении не только США, но и весь мир, лишь продемонстрировали силу демократических процедур.
       Тем не менее Джорджу Бушу, первому президенту нового тысячелетия, придется вступать в должность с перевесом голосов, невиданно малым за последние 124 года. К тому же — проиграв "всенародное голосование". А значит, нация оказалась расколотой, как не была никогда в XX веке, и, значит, всегда найдутся умники, которые не признают легитимности 43-го президента США.
       Один видный деятель американского истеблишмента — чернокожий проповедник Джесси Джексон — уже заявил, что до конца будет бороться против избрания Буша президентом, даже если вице-президент Эл Гор признает поражение. И Джексон не одинок — за ним целый спектр радикальных сил, составляющих левое крыло Демократической партии (по какому-то недоразумению в США их именуют либералами).
       И сколько бы мы ни говорили о том, что на самом деле и по наиболее принципиальным вопросам особой разницы между кандидатами от двух ведущих буржуазных партий нет, сами американцы никогда с этим не согласятся. Это нам непонятно, как можно строить предвыборную кампанию на проблеме права женщин на аборты, права "голубых" служить в армии, права расовых меньшинств на особые квоты при поступлении в университет или на службу. А для американцев именно в этом и заключаются самые насущные проблемы сегодняшнего дня, и страсти по ним разгораются не менее жаркие, чем у нас по проблеме гимна или захоронения Ленина.
       Одна ярая либералка и противница смертной казни в разговоре со мной заявила, что готова лично расстрелять недавно избранного губернатора-республиканца за то, что тот является сторонником смертной казни. И этим губернатором был отнюдь не Джордж Буш, подведомственный которому штат Техас побил все рекорды по исполнению смертных приговоров. Как же эти либералы должны ненавидеть новоизбранного президента!
       Так что едва ли призыв уходящего президента Билла Клинтона сплотиться вокруг нового лидера страны будет услышан всем обществом. А поскольку большинство СМИ находится в руках либералов, то Бушу в Белом доме скучать не придется.
       Есть еще одна вещь, которая напоминает о "шюточной" карте 2017 года. Расклад штатов, поддержавших Гора и Буша, почти в точности повторяет противостояние Севера и Юга в гражданской войне 1861-1865 годов (с поправкой на то, что территория страны тогда была намного меньше). За Гора проголосовал северо-восток страны ("Соединенные штаты Новой Англии", за исключением Нью-Гемпшира) и район Великих Озер. За Буша — традиционно консервативный юг ("Республика Диксиленд").
       В целом же на карте США по итогам нынешних выборов можно выделить как минимум три зоны: сплошной республиканский массив от крайнего юго-востока до района Скалистых гор включительно (за вычетом Нью-Мексико) и два демократических побережья — Атлантическое и Тихоокеанское.
       И не случайно первой реакцией американских юмористов на затянувшееся подведение итогов был сценарий новой гражданской войны: новое столкновение сил Севера и Юга, причем оплотом последних стал, естественно, штат ("Королевство") Техас.
       Кстати, если говорить серьезно, то этот штат, давший за последние 40 лет трех президентов США (Линдон Джонсон и оба Буша), до сих пор стремится подчеркнуть свою обособленность от федерации даже на уровне символики. Флаг штата — бело-красное полотнище с одной-единственной звездой на синем поле, а неофициальное прозвище — "штат одинокой звезды".
       Так что не все так просто с общеамериканским единством.
       Разумеется, пока потенциал федерации столь велик, что страна с честью выдержала испытание послевыборным марафоном. Как справедливо заметил президент Клинтон, в другой стране люди в подобной ситуации давно бы начали убивать друг друга. И действительно, ничто вроде бы в США не располагает к катаклизмам. Экономика на подъеме, какого не было за все послевоенные годы. С национальной идеей и чувством национальной гордости тоже все в порядке. И дай Бог, чтобы так было и дальше — любой намек на возможность распада последней сверхдержавы чреват такими последствиями, что мало не покажется.
       А с другой стороны, кто мог еще лет 25 назад предположить, что развалится Советский Союз — оплот мира и социализма? Не ввязались бы мы в афганскую авантюру, да не стало бы высшее руководство тупо дожидаться кончины кремлевского патриарха — глядишь, и проскочили бы в рамках какой-нибудь "китайской модели".
       Только диссидент Александр Амальрик в начале 70-х предрек, что распад СССР придется на конец 80-х. Все его сочли тогда сумасшедшим. Кроме КГБ.