Правосознание юристов в контексте социологического исследования правовой социализации

УДК 316.3 ПРАВОСОЗНАНИЕ ЮРИСТОВ В КОНТЕКСТЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ПРАВОВОЙ СОЦИАЛИЗАЦИИ

Фурсов А.Л.

Эффективность реализации государственной политики в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан во многом зависит от состояния правосознания такой социально-профессиональной группы, как юристы. Цель данной статьи - сопоставить полученные в результате проведенного при участии автора общероссийского социологического исследования представления самих юристов и граждан с неюридическим образованием о состоянии общих и специальных качеств этой группы. На основе полученных знаний возможна выработка рекомендаций по совершенствованию конкретных мер государственной политики противодействия правовому нигилизм и развитию правовой культуры граждан и общества в целом.

Ключевые слова: правовая социализация, правовой нигилизм, правосознание, правовая культура, правовое воспитание.

SENSE OF JUSTICE OF LAWYERS IN THE CONTEXT OF SOCIOLOGICAL RESEARCH OF LEGAL SOCIALIZATION

Fursov A.L.

The effectiveness of the implementation of state policy in the sphere of development of legal literacy and legal awareness of citizens in many aspects depends on the sense of justice of such a socio-professional group like lawyers. The purpose of this article is to compare the obtained results of the nationwide survey's, made with

the author’s participation, concerning the representations of lawyers themselves and of non-legal educated citizens about the state of general and special qualities of this group. On the basis of the obtained knowledge it is possible to develop specific recommendations for improving the state policies to counter the legal nihilism and to develop of legal culture of the citizens and the society as a whole.

Keywords: legal socialization, legal nihilism, sense of justice, legal culture, legal education.

Определение понятий

Нормальное функционирование и поступательное развитие демократического правового социального государства объективно предполагает активное участие в этом процессе граждан. Эта истина для определенной части населения, к сожалению, не является самоочевидной: из многочисленных публикаций в массовых средствах информации можно услышать и о таком понимании места гражданина, как независимого и неподчиняющегося никаким авторитетам индивида - центра Вселенной, который никому ничего не должен, а ему, напротив, все обязаны всем. Разумеется, с таким отношением граждан ни о каком правовом государстве говорить не приходится.

Закрепление базовых стандартов социальной жизни, принятие права как потребности и условия социального взаимодействия принято называть правовой социализацией. Чаще всего этот термин употребляется в связке со словом «молодежь», что, по нашему мнению, создает ошибочное впечатление о социализации как процессе, ограниченном определенными временными рамками. В действительности правовая социализация, охватывая два взаимосвязанных между собой процесса: интериоризацию — восприятие личностью права (правового опыта) и экстериоризацию — трансформацию полученного опыта в социально-правовую среду, продолжается всю сознательную жизнь индивида. И.С. Кон утверждал, что «личность, как и вся история, всегда остается незаконченной, незавершенной, она есть проекция, творчество, поиск» [1]. Изменения,

происходящие с человеком, влекут за собой изменения общества. В связи с этим представляется актуальным изучение процесса правовой социализации в отношении всех страт общества, всех социальных, в том числе возрастных, групп.

Результатом правовой социализации является формирование у индивида правового сознания (правосознания) - отражения правовой действительности в сознании человека. Правосознание формируют юридические знания, значимые для жизненной практики, оценочные отношения индивида к праву (действующему законодательству и правореализации), правовые установки и ценностные позиции граждан, регулирующие их поведение в юридически значимых ситуациях, и, наконец, степень участия в определенных правоотношениях (семейные, финансовые, в сфере социального обеспечения).

Определенный уровень качественного состояния правовой системы, правосознания и правового поведения отдельной личности, социальной группы либо общества в целом принято называть «правовой культурой» [2]. Правовая культура общества является частью его общей культуры и характеризуется следующими факторами: реальной потребностью в праве; состоянием законности и правопорядка в стране; степенью развитости в обществе юридической науки и юридического образования; уровнем совершенства законодательства и состоянием правосознания населения и должностных лиц; деятельности правоприменительных органов и защищенностью прав личности. Правовая культура личности означает правовую образованность человека, включая правосознание, умение и навыки пользоваться правом, подчинение своего поведения требованиям юридических норм. Высший уровень правовой культуры индивида - это правовая активность, которая проявляется в готовности личности к активным сознательным, творческим действиям, как в сфере правового регулирования, так и в сфере реализации права. Это делает актуальным необходимость постоянного исследования генезиса правосознания граждан, что позволит вносить

своевременные коррективы в государственную политику в сфере развития правовой грамотности и формирования правовой культуры граждан.

Поскольку эффективность правотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности во многом зависит от состояния правосознания такой социально-профессиональной группы, как юристы, очевидна актуальность постоянного мониторинга состояния общих и специальных качеств этой группы, который включает в себя анализ практики юридического образования, системы повышения квалификации и профессиональной деятельности юристов. Такой мониторинг способствует формированию четких представлений о том, какими качествами должны быть наделены современные юристы и насколько они ими реально обладают, а также выработке на основе полученных знаний рекомендаций по корректировке существующей системы воспитания правовой культуры юристов в юридических вузах.

В рамках мониторинга общественного мнения о состоянии правовой грамотности населения и профессиональной культуры юристов, проведенного в марте 2012 года НИИ РПА Минюста России, опрошено 1418 граждан в 11 регионах РФ. Автором опрошена аудитория г. Саратова и области, а затем обобщены результаты общероссийского исследования.

Респондентам в зависимости от наличия у них юридического образования было предложено два варианта анкеты. В опросе участвовала группа респондентов, обозначаемая далее «неюристы», в количестве 716 человек и группа респондентов «юристы» в количестве 702 человека.

Правовая культура юристов: взгляд со стороны

Участники опроса из числа граждан, не имеющих юридического образования, главной ценностью и залогом успеха в жизни считают трудолюбие и добросовестность (65%), образование (57%), целеустремленность (47%). Около четверти (23%) отметили важность умения приспособиться, обладать связями с «нужными» людьми и иметь определенный запас денег для решения возни-

кающих проблем. Удивительно, но честность и принципиальность как ценность сознания отметила только пятая часть (19%) опрошенных. Возникает закономерный вопрос: разве добросовестность и честность - столь разные понятия? Быть добросовестным означает поступать, следуя собственным представлениям о совести. Однако в вопросе присутствовало слово «трудолюбие», в сочетании с ним «добросовестность» в представлении респондентов всего лишь означает «старательность». А вот соотносимые с понятием «совесть» представления о честности у всех одинаковые. Честность с жизненным успехом в сознании респондентов сочетается мало.

Низкий процент считающих залогом успеха и благополучия участие в политической и общественной жизни (14%) показывает низкий уровень значения такого индикатора правосознания как правовая активность. Это означает, что респонденты в массе своей инертны, не стремятся каким-то образом изменить свою жизнь и ждут активности извне (от начальника, правительства, других граждан или высших сил).

Не удивительно поэтому, что лишь пятая часть респондентов (21%) считает участие населения в охране общественного порядка эффективной мерой. Гораздо более эффективно, по мнению участников опроса, обеспечивать неотвратимость ответственности за правонарушение (52%), повышать требовательность к должностным лицам за законность принимаемых решений (37%) и уровень профессиональной подготовки юристов (36%). Примечательно, что, говоря о необходимости повышения правовой культуры, респонденты уделяют большее внимание на правовое воспитание граждан-неюристов (43%), чем граждан, имеющих юридическое образование и применяющих знания на практике (36%). Таким образом, они предполагают, что обучение в юридических вузах, практика в сфере правотворчества, правоприменения и правоохранительной деятельности повышает правовую культуру граждан.

Показательно, что респонденты из числа граждан с неюридическим образованием считают нецелесообразным увеличение числа работников юридиче-

ских органов и учреждений (в пользу такого решения выступает только 4.1% опрошенных) и повышение их заработной платы (22%). Это свидетельствует о принципиальном непонимании респондентами-неюристами важности грамотной кадровой политики как в юриспруденции, так и в других сферах.

Примечателен и такой показатель уровня правосознания граждан, как отношение к нарушению закона. Большинство респондентов (88%) полагает, что незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение. Остальные либо затруднились с оценкой (7,8%), либо сочли возможным учитывать степень правовой грамотности при определении наказания за правонарушение (4,2%).

Профессиональные качества юриста, воспитание которых, по мнению респондентов, наиболее необходимы, по результатам опроса делятся на три группы. Абсолютное большинство (65%) граждан считает, что главное для юриста - хорошее знание законодательства, половина полагает необходимым для юриста развивать владение словом (51%) и профессиональное мастерство (47%). Треть залогом профессионального успеха в юридической профессии считают любовь к своей работе (33%) и решительность (32%). От 20 до 28% респондентов называли такие качества как выдержанность, объективность, настойчивость, солидарность с законом, дисциплинированность. Однако на практике граждане с таким необходимым для любого профессионала качеством юристов как компетентность, сталкивались только 26%. В основном же, говоря о практике общения с юристами, респонденты обращали внимание на культурность (40%), ответственность (32%), принципиальность (29%). В ряду типичных качеств юристов такая моральная составляющая облика юриста как неподкупность стоит на самом последнем месте (12%), справедливость - на предпоследнем (13%), что свидетельствует о невысоком мнении граждан по поводу востребованности этих моральных качеств юристов, что подтверждается и ответом на другой вопрос анкеты об уровне доверия к юристам.

Граждан с неюридическим образованием спросили: «Представьте, что кто-то из близких Вам людей оказался ложно обвиненным в тяжком преступлении, связанным со сложными жизненными обстоятельствами. Правильное разрешение дела зависит от компетентности, опыта, справедливости и гражданского мужества юриста, которому предстоит его рассмотреть. Как много среди окружающих Вас людей, которым бы Вы полностью доверили рассмотреть это дело?». Более половины респондентов в случае конфликта с законом не смогут обратиться за юридической помощью: у десятой части (11%) вообще нет знакомых юристов, около половины респондентов (43%) отмечают, что таких мало. Только каждый двадцатый (4,9%) имеет необходимый для защиты своих прав круг знакомых юристов.

Идеальный юрист, с точки зрения более половины участников опроса граждан, обязан знать те отрасли права, с которыми связана его работа и ориентироваться в других отраслях (33%), в идеале - знать все действующее законодательство (24%), что соответствует представлениям граждан о главных качествах, необходимых для воспитания профессионального юриста. Главными мотивами профессионального поведения юристов, по мнению не-юристов, являются профессиональный интерес к работе (43%), профессиональное чувство ответственности (35%), осознание общественной потребности в их услугах по оказанию помощи гражданам в защите их прав и интересов (28%). Четверть опрошенных (27%) значимыми мотивами работы юриста называют возможность получения личной выгоды. При этом под личной выгодой явно подразумеваются интересы, не связанные с нарушением закона - о негативных мотивах выбора профессии юриста упомянули менее 10% опрошенных. Примечательно, что о «долге перед обществом» вспомнил только каждый шестой (16%), а о влиянии общественного мнения в профориентации - каждый пятнадцатый (6,4%).

Таким образом, в оценке гражданами профессионального юридического сообщества прослеживаются следующие тенденции:

Во-первых, «идеальный юрист» в представлении «экспертов из народа» должен обладать по возможности максимальным объемом знаний в области своей профессиональной деятельности, а в других сферах - достаточным для решения проблем обращающихся к нему граждан. Главным мотивом поведения должна быть ответственность и осознание важности своей социальной роли, наряду с материальными стимулами. Главным личным качеством - культурность и ответственность. Кстати, судя по результатам опроса, своих детей, желающих связать карьеру с правом, граждане хотят видеть преимущественно на высокооплачиваемых и престижных должностях нотариуса, судьи и адвоката.

Во-вторых, граждане с неюридическим образованием признают недостаточное количество профессиональных юристов, обращают внимание на необходимость совершенствования их профессиональной подготовки и материального стимулирования. В то же время граждане не видят общественной пользы для укрепления законности и порядка в увеличении численности работников юридических органов и учреждений, что связано с низким рейтингом доверия к данной социально-профессиональной группе.

В-третьих, уровень правовой активности граждан весьма низок. Только каждый пятый считает необходимым участие населения в укреплении законности и правопорядка, и только каждый седьмой связывает участие в политической и общественной жизни страны с возможностями достижения личного успеха и благополучия. Другими словами, граждане признают, что сами пока недостаточно готовы к активным сознательным, творческим действиям в сфере реализации своих прав.

И, в-четвертых, ценностными установками, регулирующими поведение граждан в юридически значимых ситуациях продолжают оставаться представления о необходимости быть трудолюбивым, исполнительным, образованным, иметь хорошее здоровье, деньги и связи с нужными людьми. При этом важность для жизненного успеха таких ценностей как честность и принципиаль-

ность для граждан стоит в одном ряду с привлекательной внешностью и везением.

Профессионализм и правосознание юристов: попытка самооценки

В целях выявления самооценки уровня правовой культуры представителями юридического сообщества им были заданы вопросы, часть которых совпадала с вопросами из анкеты для граждан-неюристов. Как и рядовые граждане, более половины юристов (54%) условием повышения эффективности мер по укреплению законности и правопорядка считают обеспечение неотвратимости наказания за правонарушения. Юристы придают более важное значение улучшению правового воспитания граждан (об этом говорят 59% экспертов-юристов и 43% граждан-неюристов), усилению требовательности к законности деятельности должностных лиц и хозяйственных руководителей (26%), повышению уровня профессиональной подготовки и правовой культуры юристов (40%). Полярны мнения части экспертов-юристов в отношении изменения характера юридической ответственности: каждый четвертый (26%) полагает необходимым ужесточение юридической ответственности, а каждый пятый (18%) говорит о потребности в смягчении законодательства и карательной практики.

Парадоксально, но, наряду с гражданами-неюристами, в представлении экспертов-юристов на уровень законности и правопорядка мало влияет увеличение числа работников юридических органов и учреждений (4,8%). Это, на наш взгляд, свидетельствует о глубоком кризисе в той части пропаганды государственной кадровой политики, которая должна содержать обоснование оптимального количества работников для каждой отрасли. Представления респондентов о том, что дополнительное стимулирование работников юридических органов и повышение их квалификации повысит эффективность их работы, на наш взгляд, сформированы существующим информационным полем, в котором одной из главных тем является «курс на сокращение аппарата». Общественнополитические СМИ всячески приветствуют «сокращения», однако речь должна

идти не о перетасовке штатных единиц, а о научно обоснованной численности юридических кадров в организациях и учреждениях, грамотном планировании потребности в кадрах органов власти и эффективной организации существующего кадрового состава.

Косвенным свидетельством невысокого уровня профессионализма существующих юридических кадров может служить ответ экспертов-юристов на вопрос, уже задававшийся гражданам: «Представим, что кто-то из близких Вам людей оказался ложно обвиненным в тяжком преступлении, связанным со сложными жизненными обстоятельствами. Правильное разрешение дела зависит от компетентности, опыта, справедливости и гражданского мужества юриста, которому предстоит его рассмотреть. Как много среди окружающих Вас людей, которым бы Вы полностью доверили рассмотреть это дело?». Две трети юристов (65%) считают, что среди их коллег мало профессионалов, которым они доверили бы рассмотрение дела, каждый одиннадцатый (7,4%) считает себя единственным квалифицированным юристом. Более оптимистично настроен каждый пятый (18%), считающий, что его окружают достаточно профессиональные коллеги.

Почти каждый второй (41%) эксперт-юрист вполне удовлетворен работой. Примерно столько же (42%) - частично, а каждый четырнадцатый - полностью неудовлетворен (7%). Среди главных причин неудовлетворенности каждый третий называет низкий уровень зарплаты (35%), каждый пятый (20%) -слабое материально-техническое обеспечение и большую загруженность. Существенным фактором «вредности» работы юриста часть экспертов считает ситуации, когда приходится применять закон, будучи внутренне несогласным с его положениями. С такой ситуацией «довольно часто» сталкивается треть экспертов (34%), «редко» - более трети (40%).

Оценивая действующее законодательство, с которым приходиться работать, более половины экспертов (59%) характеризуют его качество как среднее, каждый пятый (18%) как низкое, каждый двадцатый (5%) как очень низкое, и

только каждый шестой (15%) полон оптимизма в оценке законодательства, считая его качество высоким. Для чего же юристы выбрали такой неблагодарный, казалось бы, труд? В первую очередь - из-за возможности постоять за себя в конфликтных ситуациях (42%), творческого характера работы (40%), престижности профессии юриста по сравнению с другими (31%). Почти каждый третий видит ценность своей профессии в возможности лично бороться с правонарушениями (29%) и вообще служить на благо общества (28%). На более низкие ступени в иерархии ценностей своей профессии эксперты-юристы ставят независимость и хороший заработок (17%), только каждый восьмой (12%) ценит в профессии наличие властных полномочий.

Оценивая социально-профессиональные качества «идеального юриста», большинство экспертов выделяют компетентность (88%) и ответственность (65%). Около половины связывают представление об идеальном юристе с такими качествами, как честность (50%), справедливость (49%), добросовестность (47%), неподкупность (43%). Обращает на себя внимание тот факт, что «культурность» считает необходимой в профессиональной деятельности юриста лишь треть экспертов (29%), в то время как граждане выделяли эту черту как наиболее часто присущую знакомым юристам. Из этого можно сделать вывод об успешности усвоения в образовательных учреждениях, которые закончили эксперты, задач дисциплин гуманитарного цикла, в первую очередь - профессиональной этики. Тем не менее, только треть «культурных» юристов считают характерными качествами представителя своей профессии принципиальность (31%), профессиональное достоинство (33%), гуманность (16%).

В самооценке требований к профессиональной компетентности эксперты-юристы солидарны с участниками опроса среди граждан-неюристов. Более половины экспертов (54%) считают необходимым знать досконально отрасли права, с которыми связана его работа и ориентироваться в других отраслях, каждый пятый считает своей обязанностью знать все действующее законодательство (23%). Только незначительная часть респондентов считает, что юристу

достаточно знать нормы, с которыми связана его непосредственная деятельность, конкретные служебные права и обязанности.

Отдельного внимания заслуживает соотношение оценки экспертами-юристами презумпций права и конкретных норм. Отвечая на вопрос «Освобождает ли действующее законодательство от ответственности за его нарушение в случае незнания закона?» отрицательно ответили 98% юристов. В то же время на вопрос «Содержит ли действующее законодательство требование знания его предписаний?» правильный ответ «нет, не содержит» дали 45% опрошенных, треть (33%) решили, что содержит, а каждый пятый вообще затруднился с ответом. По мнению экспертов-юристов, главным мотивом законопослушного поведения граждан является страх перед наказанием (69%), вторым по значимости - осознание того, что соблюдение законов есть необходимое условие правового порядка в обществе (47%). Лишь каждый пятый гражданин (16%), по мнению юристов, боится, что его противоправное поведение вызовет осуждение окружающих, и у каждого двенадцатого (8%) соблюдение законов вошло в привычку. Таким образом, большинство экспертов-юристов невысоко оценивает уровень правосознания граждан и полагает, что главным сдерживающим от правонарушения фактором является страх, а не убеждение.

В представлениях экспертов о социальной ценности права доминирует представление о праве как способе выражения и защиты личных прав и интересов граждан (52%), средстве контроля за поведением членов общества и обеспечения в нем необходимого порядка (41%), условии становления правового государства (33%). Далеко не на первых местах в системе ценностей права для экспертов-юристов находится функций права как выразителя и защитника интересов всего общества, государства (29%), гаранта свободы личности (23%). Только каждый пятый вспомнил о праве как факторе нравственного воспитания граждан (19%) и способе устранения из жизни общества негативных явлений (15%). Неожиданным явилось игнорирование экспертами-юристами роли права в становлении рыночных отношений, развитии прогрессивных идей и принци-

пов - об этом вспомнил только каждый двадцатый эксперт. Такое отношение юристов к праву прямо свидетельствует о том, какого рода правового поведения от них ожидать. Если вспомнить, что в процессе законотворчества по отношению к субъектам предпринимательской деятельности законодатель, как правило, исходит из принципа «презумпции виновности предпринимателя», то не удивительно, что проблема коррупции во взаимоотношении бизнеса и власти не теряет своей остроты.

Общий анализ итогов опроса экспертов-юристов позволяет сделать следующие выводы.

Среди профессиональных юристов распространено представление о себе как о высокоморальных служителях закона, профессионалах в области теории права и практики его применения, что ставится под сомнение ответами экспертов на вопрос о презумпции римского права, первоначально звучавшей как «Imperitia pro culpa habetur» - незнание вменяется в вину. Затруднившись с ответом о реализации этого принципа в существующих нормах, эксперты показали, что в образовательных учреждениях, которые они закончили, недостаточна связь преподавания теории права с практикой его применения. Высказывая невысокое мнение о профессиональных качествах своих коллег, эксперты демонстрируют неуверенность и в качестве собственных знаний. В то же время эксперты-юристы поддерживают курс на совершенствование юридического образования в направлении подготовки «универсальных юристов», которые разбираются во всех отраслях права на «хорошо», а в сфере, в которой непосредственно осуществляют профессиональную деятельность - на «отлично».

Оценивая условия своей работы, эксперты-юристы солидарны в оценке условий труда как недостаточно комфортных, а качества законодательства, с которым приходиться работать - как посредственного. При этом, говоря о необходимости повышения зарплаты, квалификации и правовой культуры (своей и своих коллег), эксперты не выступают против политики необоснованного сокращения штатов в юридических организациях и учреждениях. Создается впе-

чатление, что они игнорируют значимость организации эффективной кадровой политики в первую очередь из-за сложившего в обществе мнения о том, что управлять государством, обеспечивать законность и порядок следует не числом, а умением.

Эксперты-юристы оценивают уровень правовой культуры населения как низкий, правовое послушание связывают со страхом перед наказанием за нарушение закона, и поэтому мало рассчитывают на участие населения в укреплении законности и правопорядка. Кроме того, юристы расходятся во мнениях по поводу жесткости мер, принимаемых к нарушителям, склоняясь к усилению юридической ответственности граждан, должностных лиц и хозяйственных руководителей.

В целом, сопоставляя результаты исследования с установками «Основ государственной политики Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан», можно сделать вывод, что пока рано говорить об эффективности намеченных в этом направлении мер. Однако исследование позволило получить представление о состоянии правосознания граждан и правовой культуры юристов на старте реализации этой масштабной программы.

Список литературы

1. Кон И.С. Социология личности. М., 1967.С. 184.

2. Байниязов Р.С. Теоретические вопросы правосознания: Монография. Саратов, 2001

References

1. Kon I.S. Sotsiologiya lichnosti [Sociology of the individual]. M. 1967. p.

184.

2. Bayniyazov R.S. Teoreticheskie voprosy pravosoznaniya [Theoretical questions of justice]. Saratov, 2001.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Фурсов Андрей Львович, старший научный сотрудник

Поволжский (г. Саратов) юридический институт (филиал) РПА Минюста России

ул. Радищева, 55. г. Саратов, Саратовская область, 410003, Россия e-mail: fursov@bk. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR Fursov Andrey Lvovich, Research assistant

Volga (Saratov) Law School (Branch), Russian Academy of Law 55, Radishcheva str., Saratov, Saratov region, 410003, Russia e-mail: fursov@bk. ru

Рецензент:

Косыхин В.Г., доктор философских наук, профессор кафедры философии и методологии науки Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского