Орден Винограда

С вершины одного из многочисленных холмов Шампань похожа на огромный спелый арбуз — виноградники уходят к горизонту ровными черно-зелеными полосами. Виноград этого лета уже убран, но тут и там виднеются синие грозди, которые поспели только сейчас. Вдалеке бродят виноградари, они педантично осматривают каждую лозу, подвязывают ее к деревянной ограде, обрубают засохшие побеги. Бесшумно кружатся крылья мельницы, нависающей над полями.

Такая дивная пасторальная картина сохраняется столетиями: в Шампани всего 324 виноградника и они редко меняют владельцев. Земля в самом прямом смысле дороже золота, особенно на 17 участках, которые называются Grand Cru. Солнце лучше всего освещает именно эти склоны, их почва богата известняком, придающим вкусу винограда тот особенный оттенок, который невозможно повторить где-то еще. Именно здесь получается лучшее игристое вино — об этом напоминают межевые камни, разделяющие границы участков. На серых валунах, возле которых фотографируются туристы, выбиты названия самых известных марок шампанского — среди них выделяется мальтийский крест дома Lanson.

Дом Lanson был основан в 1760 году судьей Франсуа Деламоттом из Реймса. В то время в регионе еще продолжали производить обычное вино, соревнуясь с Бургундией, однако месье Деламотт сразу же сосредоточился на производстве вина игристого. В 1798 году дом возглавил его сын Никола-Луи — он был рыцарем Мальтийского ордена и добавил на бутылочные этикетки самое святое, что у него было,— алый мальтийский крест.

Пока конкуренты завоевывали континентальную Европу, продукция Lanson становилась все более известной на другой стороне Ла-Манша. Именно это шампанское британская аристократия предпочитала пить на балах и в закрытых клубах; в 1990 году королева Елизавета II наградила дом Lanson орденом и присвоила звание "Поставщик королевского двора". Кроме того, этим шампанским отмечают голы футбольного клуба Manchester United и победы на Уимблдонском теннисном турнире.

Lanson входит в пятерку крупнейших винных домов Шампани, однако промышленные объемы производства не влияют на вкус шампанского. Lanson ежегодно производит 5 млн бутылок, но этим его запасы не ограничиваются — еще 20 млн всегда хранятся в 100-летних погребах. Их общая длина составляет 7 км — там, где раньше ходили рабочие с керосиновыми лампами, сейчас разъезжают электромобили.

Кроме лучшего винограда и яркой истории у Lanson есть еще одно сокровище: с 1972 года с маркой работает мастер-винодел Жан-Поль Гандо. Он контролирует весь процесс от начала и до конца: расхаживая по виноградникам, проверяет спелость ягод, затем дегустирует сок в лаборатории и, наконец, делает ассамбляж, добиваясь идеального вкуса. Только он может решить — подходит ли этот год для создания особого, винтажного вина, которое будут вспоминать десятилетия спустя.

Мастер Гандо разливает по бокалам Gold Label Brut Vintage урожая 2002 года и любуется золотистым вином. Потом легонько встряхивает напиток в бокале, чтобы раскрыть букет запахов: он говорит, что чувствует аромат цветов лайма и розового грейпфрута. Я признаюсь ему, что способен понять лишь, что запах у шампанского действительно насыщенный. "Если я вижу, что в ресторане за соседним столиком кто-то заказал мое шампанское, я не могу усидеть на месте: смотрю, как люди реагируют на мою работу,— признается мастер.— Их эмоции — лучшая награда для меня".

Я задаю мастеру Гандо вопрос, который мучает всех зрителей "Бриллиантовой руки": можно ли пить шампанское по утрам? Мастер недоуменно переспрашивает, потом пожимает плечами: такого вопроса для него просто не существует. "Всегда,— отвечает он, улыбаясь.— Настоящее шампанское нужно пить всегда, когда предоставляется такая возможность".