Видовое разнообразие эндопаразитофауны и формирование стойких очагов инвазий на территории Ульяновской области

ВИДОВОЕ РАЗНООБРАЗИЕ ЭНДОПАРАЗИТОФАУНЫ И ФОРМИРОВАНИЕ СТОЙКИХ ОЧАГОВ ИНВАЗИЙ НА ТЕРРИТОРИИ УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

И.В. Елин, Е.М. Романова

Факультет ветеринарной медицины,

Ульяновская государственная сельскохозяйственная академия, б-р Новый венец, д. 1, 432980, Ульяновск, Россия

Охарактеризовано видовое разнообразие и распространение гельминтофауны на территории Ульяновской области, представляющей опасность для животных и человека; исследована динамика и соотношение основных инвазий за последнее десятилетие.

Территория Ульяновской области включает четыре агроклиматические зоны: Заволжскую, Центральную, Западную и Южную. Каждая из зон исторически характеризуется развитым животноводством. Благоприятные экологические условия Средневолжского региона, смешение многонациональных культур ведения животноводства, традиции, передающиеся из поколения в поколение, — все это создало условия для формирования стойких очагов паразитофауны, поражающей животных и человека. В зоне крупных животноводческих комплексов, частных подворий, специализирующихся на откорме животных, циркуляция инвазионных заболеваний становится непрерывной [1-2, 4-5]. В этих условиях обеспечение биобезопасности среды обитания животных и человека приобретает особую актуальность.

В структуре животноводства Ульяновской области важная роль отводится скотоводству. Эндопаразитофауна, в частности гельминтозы, — наносят большой экономический ущерб отрасли, который выражается ежегодно в недополучении 20-30% продукции [1-2]. При этом уровень биологической опасности окружающей среды для животных и человека резко возрастает за счет высокого уровня зараженности животных и гельминтообсемененности производственных помещений и почв на прилегающих территориях [4-6, 7].

Целью нашей работы являлось исследование на территории Ульяновской области видового разнообразия и распространения гельминтофауны, представляющей опасность для человека и животных.

В задачи исследования входило: выявление видового разнообразия гельминтофауны; исследование динамики экстенсивности инвазий и их соотношение; распространенность гельминтофауны на территории Ульяновской области.

Материалы и методы. Объектом исследования являлась гельминтофауна популяций крупного рогатого скота. Исследование видового разнообразия паразитофауны крупного рогатого скота (КРС), экстенсивности инвазий проводилось во всех агроклиматических районах Ульяновской области с использованием традиционных методов гельминтокопрологических исследований, а также забоя и вскрытия животных. Собирались данные и анализировался патологический материал с мясокомбинатов и рынков всех районов области. Обработка биологического материала проводилась на кафедре биологии, генетики, паразитологии и экологии факультета ветеринарной медицины Ульяновской государственной сельскохозяйственной академии. Всего было обследовано 4600 коров. Для анализа динамики гельминтофауны за

последнее десятилетие, помимо собственных данных, использовались архивные данные Областной ветбаклаборатории. Первичные данные обрабатывались методами вариационной статистики.

Результаты и их обсуждение. По результам исследований, проводившихся нами в 2004-2006 годах, гельминтофаунистический комплекс КРС в Ульяновской области представлен одиннадцатью видами гельминтов. По структуре, он включал паразитофауну 3 классов: нематод, цестод и трематод.

Видовое разнообразие гельминтов класса нематод (Nematoda) у крупного рогатого скота на территории Ульяновской области было представлено 5 видами: Trichocephalus ovis (Abildgaard, 1715), Neoascaris vitulorum (Goeze, 1782), Thelasia rodhesi (Desmarest, 1827), Dictyocaulus viviparus (Bloch, 1762), Strongy-loides papillosus (Wodb, 1856).

Видовое разнообразие гельминтов класса Cestoda было представлено 3 видами: Moniezia expansa (Rud., 1810), Е. granulosus, Cysticercus bovis. Гельминтофау-на класса Trematoda у крупного рогатого скота на территории Ульяновской области включала следующие 3 вида: Fasciola hepatica (L., 1758), Dicrocoelium lanceatum (Stiles et Hassal, 1896), Paramphistomum cervi (Schrank, 1790).

В ходе проведенных исследований нами было установлено, что наиболее часто у крупного рогатого скота на территории Ульяновской области при обследовании выявлялись следующие виды гельминтов: Strongyloides papilllo-sus (класс нематод), Е. Granulosus (класс цестод), Т. Ovis, Fasciola hepatica, Dicrocoelium lanceatum (класс трематод), — результаты представлены ниже. Полученные результаты во многом согласуются с результатами исследований, проведенных в других регионах РФ [1-2].

По результатам наших исследований в 2005 г. экстенсивность инвазии желудочно-кишечными стронгилятами (Strongyloides papilllosus) в популяциях крупного рогатого скота на территории Ульяновской области составляла 68,51±11,32%. Анализ архивных данных за последнее десятилетие также показал, что наиболее распространенной инвазией во всех агроклиматических зонах Ульяновской области являлся стронгилоидоз. Стронгиляты, паразитирующие в пищеварительном тракте сельскохозяйственных животных разных видов, из года в год регистрировались у крупного рогатого скота на территории Ульяновской области. Стронгилоидная инвазия является предметом отдельного исследования [7], поэтому в нашей работе далее не рассматривалась и исключена из обсуждения.

Значительно реже у крупного рогатого скота Ульяновской области регистрировалась зараженность: D. Viviparous, М. Expansa, С. Bovis, N. vitulorum Т. Rodhesi, P. Cervi [7].

По результатам наших исследований экстенсивность инвазии, вызванной возбудителем Т. ovis в 2005 г. в популяциях крупного рогатого скота, составила 8,6+1,6%.

Среднемноголетний показатель экстенсивности эхинококкозной инвазии КРС (за период с 1995 по 2005 гг.) составил 15,69+2,60%. Однако, в данном случает, среднемноголетний показатель не отражает реальной картины, поскольку скрывает периоды падений и всплесков. На территории области с 1995 по 1998 гг. отмечался рост инвазии: за этот период заболеваемость эхинококко-зом в популяциях крупного рогатого скота Ульяновской области выросла более чем в 2,5 раза (рис.1). Максимальный уровень инвазии, по данным убоя, пришелся на 2001 г. и составил 31,01 ±4,10%, затем следовал выраженный спад. С 2002 г. и по настоящее время экстенсивность инвазии оставалась высокой и имела тенденцию к росту, превысив 30 % уровень к 2006 году.

Инвазия, вызванная представителями вида БаБсюк Ьерайса, получила широкое распространение на территории Ульяновской области. Фасциолез ежегодно регистрировался в каждом втором хозяйстве области, а точнее, свыше 51,4±4,06% стад крупного рогатого скота были поражены этим видом эндопаразитов.

За последнее десятилетие уровень зараженности животных фасциолезом претерпевал выраженные колебания (рис 1). Он достигал максимума в 1998 году, а минимальный уровень был зарегистрирован через 2 года — в 2002 году. Эти особенности нуждаются в объяснении, которое будет приведено ниже. Последующие 1999-2005 годы характеризовались стабилизацией инвазии, уровень которой не превышал 6,39±1,23%.

По данным убоя за 1995-2005 гг., дикроцелиоз, т.е. пораженность животных О. ¡апсеагат, был обнаружен у 5,6211,36% поголовья. После пика инвазии в 1995 г., когда было выявлено 15,9+1,9% животных больных дикроце-лиозом, после проведения массовых эффективных лечебно-

профилактических мероприятий, начиная с 1997 года, вплоть до 2000 года была четко выражена тенденция снижения зараженности поголовья до минимума, который пришелся на 2000 год (рис. 1).

35

Год

Рис. 1. Динамика экстенсивности основных инвазий в популяциях крупного рогатого скота:

1 - Dictyocaulus viviparous; 2 - Fasciola hepatica; 3 - Dicrocoelium lanceatum;

4-Е. Granulosus; 5 - Cysticercus bovis

За последнее пятилетие ежегодно на территории области отмечалось в среднем 27,1+3,9% неблагополучных в отношении дикроцелиоза хозяйств.

Зараженность животных D. Viviparous на территории Ульяновской области регистрировалась ежегодно, но доля хозяйств, в которых крупный рогатый скот был заражен диктикаулезом, в среднем, составляла 15,40±2,87%. При этом экстенсивность инвазии D. viviparus в популяциях крупного рогатого скота была невысокой: среднемноголетний показатель экстенсивности инвазии не превышал 1,05±0,32%.

За последнее десятилетие на территории Ульяновской области мониезиоз в популяциях крупного рогатого скота регистрировался в 3,12±0,35 % хозяйств. Экстенсивность инвазии не превышала 0,18±0,07%. В целом ситуация в отношении мониезиоза в Ульяновской области достаточно стабильна, хотя за период с 1997 по 2005 годы уровень экстенсивности инвазии вырос до 0,6±0,08%, т.е. более чем в три раза.

Заболеваемость крупного рогатого скота цистицеркозом (возбудитель С. bovis) за период 1995-2005 гг. в среднем составляла 0,06+0,01% (см. рис. 1). Исследование динамики процесса показало, что с 1995 по 1997 гг. отмечалась тенденция незначительного нарастания экстенсивности инвазии с

0,06+0,01% в начале периода до 0,08±0,01% в его конце. Последующий двухлетний период с 1998-2000 гг. характеризовался тенденцией снижения инва-зированности коров C. bovis, ситуация изменилась в 2003 г., когда был зарегистрирован максимальный уровень экстенсивности инвазии — 0,17±0,03%.

Экстенсивность диктикаулеза (D. viviparus) в популяциях крупного рогатого скота была невысокой, инвазия проявлялась отдельными незначительными вспышками, основная была зарегистрирована в 2000 году. В этот период доля диктикаулезной инвазии составляла 7% в общем количестве инвазий, а в остальные годы, выявлялась в следовых количествах.

Ряд паразитарных видов: М. expansa, C. bovis, N. vitulorum, Т. rodhesi, Р. Cervi, выявленных в популяциях крупного рогатого скота, имели незначительное распространение на территории Ульяновской области, не образовывая стойких очагов инвазий [3,4], их можно вполне обоснованно назвать транзиторными.

Инвазии крупного рогатого скота N. vitulorum, Т. rodhesi, Р. cervi регистрировались областной и районными ветбаклабораториями в единичных случаях.

Итоговый анализ полученных результатов позволил нам заключить, что помимо доминантной инвазии — стронгилоидоза, который является объектом отдельного исследования и в данной работе не рассматривается, основными инвазиями в популяциях крупного рогатого скота на территории Ульяновской области являлись: эхинококкоз, фасциолез и дикроцелиоз.

На следующем этапе исследований перед нами стояла задача выяснить, насколько совпадают во времени динамические всплески и падения уровня инвазий в зависимости от видовой принадлежности возбудителя и от его принадлежности к определенной систематической категории. Кривые, представленные на рис. 1, убедительно свидетельствуют, что колебания уровня зараженности популяций крупного рогатого скота синхронны и совпадают во времени. В частности, в 1996 уровень зхинококкоза, дикроцелиоза и фасцио-леза снижался, а пик их инвазий приходился на 1997-1998 годы, к 2000 году отмечалась четкая тенденция одновременного снижения экстенсивности инвазий, а затем отчетливо проявлялся всплеск. Начиная с 2002 года, отмечался спад экстенсивности фасциолеза и дикроцелиоза на фоне прогрессивного нарастания уровня зараженности эхинококкозом.

Учитывая синхронность динамики экстенсивности трех основных инвазий, можно было предположить, что ярко выраженный ломаный характер кривых их распределения во времени зависел от условий окружающей среды, и, прежде всего, определялся климатическими особенностями. Анализ климатограмм за последнее десятилетие показал, что пики инвазий совпадали с наиболее теплыми зимами в Средневолжском регионе, наиболее благоприятными для выживаниия пропагативных стадий гельминтов.

На заключительном этапе исследований перед нами стояла задача выявить насколько стабильно во времени долевое соотношение основных инвазий,

формирующих стойкие очаги [3,4,7] на территории Ульяновской области. С этой целью строились ежегодные диаграммы соотношения экстенсивности основных инвазий, которые представлены на рис. 2.

1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005

В Dictyocaulus viviparus  Fasciola hepatica о Dicrocoelium lanceatum D E granulosus  Cysticercus bovis

Рис. 2. Соотношение основных инвазий в популяциях крупного рогатого скота

Анализ соотношения основных инвазий за последнее десятилетие позволил установить, что изменения во времени были незначительны, вплоть до 2001 года, после чего сложившееся равновесие нарушилось и произошло перераспределение, которое выразилось в прогрессивном увеличении экстенсивности эхинококкозной инвазии, по сравнению со стабилизацией на достаточно низком уровне фасциолеза и дикроцелиоза.

При проведении сравнительных исследований экстенсивности инвазий в 4 агроклиматических зонах достоверных отличий не было выявлено.

Заключение. Гельминтозы, в отличие от остальных паразитарных видов, формируют стойкие очаги инвазии по всей территории Ульяновской области, поэтому все поголовье популяций крупного рогатого скота на животноводческих комплексах, частных подворьях, а также лица, с ними контактирующие, входят в группу риска и сами могут являться источником загрязнения окружающей среды. Высокая плотность населения и концентрация животных, наряду с высокой экстенсивностью инвазий, приводят к стабильно высокому уровню биологического загрязнения окружающей среды и повышают уровень биологической опасности до критических значений [4—6].

Исследования, проведенные в популяциях крупного рогатого скота на территории Ульяновской области, свидетельствуют о наличии паразитарной экспансии [3-4], что выразилось в высоком уровне экстенсивности основных инвазий: стронгилоидоза, эфинококкоза, фасциолеза, дикроцелиоза. В структуре гельминтофауны крупного рогатого скота доминирующая роль принадлежит нематодам, в частности, стронгилоидам, с недопустимо высоким уровнем экстенсивности инвазии, превышающим последние годы — 70%. Среди цестод ведущая роль принадлежит эхинококкам. Ларвальная форма Е. Granulosus встречалась повсеместно, а экстенсивность инвазии составляла в последние годы более 30%.

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА

Среди трематод Fasciola hepatica, Dicrocoelium lanceatum были основными видами, получившими повсеместное распространение в популяциях крупного рогатого скота Ульяновской области. В итоге следует отметить, что эхино-коккоз, фасциолез, дикроцелиоз образуют стойкие очаги инвазии (4-6), а их возбудители характеризуются непрерывной циркуляцией в популяциях крупного рогатого скота на территории Ульяновской области.

ЛИТЕРАТУРА

1. Архипов И.А., Горохов В.В., Еременко H.A., Яковлев С. С. Состояние по основным гельминтозам животных в России и перспективы их профилактики./Теория и практика борьбы с паразитарными болезнями. Мат. докл. науч. конф. - Москва, 2004. -С. 42-44.

2. Асадов С.М. Гельминтофауна жвачных животных СССР и ее экологогеографический анализ. Баку, 1960. - 511 с.

3. Балашов Ю.С. Термины и понятия, используемые при изучении популяций и сообществ паразитов./ Паразитология, 2000. - № 5. - С. 361-369.

4. Кеннеди К. Экологическая паразитология. М.: Мир, 1978. - 230 с.

5. Беэр С.А. Паразитологический мониторинг в России. / Мед. пар. и пар. болезни. - 1996. - N° 1. -С. 3-8.

6. Беэр С.А. Подходы к проблеме устойчивости паразитарных систем. / Теоретические и прикладные проблемы паразитологии. - М.: Наука, 1998. - С. 97-107.

7. Романова Е.М., Индирякова Т.А., Камалетдинова Г.М., Романов В.В., Индирякова О.А., Губейдуллина З.М. Региональный экологический мониторинг биобезопасности среды в зоне Среднего Поволжья. - Ульяновск, УГСХА, 2006. - 159 с.

A SPECIES VARIETY OF ENDOPARASITES AND FORMATION OF THE CONSTANTS INVASIONS CENTERS OF THE ULIYANOVSK REGION

I.V. Elin, E.M. Romanova

Faculty of veterinary medicine, Uliyanovsk State Agricultural Academy, b/r New Venec, 1, 432980, Uliyanovsk, Russia

A specific variety and distribution of helminthofauna which represents danger for animals and the person has been characterized. Long-term dynamics and a relations of the widespread infection investigated.