Отказ Суда в изменении меры пресечения как предмет самостоятельного кассационного (апелляционного) обжалования

УДК 343.116

ОТКАЗ СУДА В ИЗМЕНЕНИИ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ КАК ПРЕДМЕТ САМОСТОЯТЕЛЬНОГО КАССАЦИОННОГО (АПЕЛЛЯЦИОННОГО) ОБЖАЛОВАНИЯ

© Рукавишников П. П., 2012

Рассматривается вопрос о возможности самостоятельного обжалования в суде второй инстанции постановлений и определений суда об отказе в удовлетворении ходатайств об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую.

Ключевые слова: изменение меры пресечения; заключение под стражу; отказ в удовлетворении ходатайства; кассационное обжалование; апелляционное обжалование.

Одним из наиболее актуальных на сегодняшний день в теории и практике уголовного судопроизводства является вопрос о возможности самостоятельного обжалования отдельных промежуточных судебных решений в суде второй инстанции. В судебной практике по большинству уголовных дел, по которым подсудимым избрана (либо продлена) мера пресечения в виде заключения под стражу, суды, как правило, отказывают в удовлетворении ходатайств стороны защиты об изменении меры пресечения на более мягкую, мотивируя это тем, что основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились. На постановления и определения судов об отказе в удовлетворении таких ходатайств подсудимые и их защитники подают жалобы в вышестоящую инстанцию суда. В этой связи возникают два вопроса. Во-первых, допустимо ли обжалование отказа суда в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на более мягкую? И, во-вторых, если допустимо, то в каком порядке — самостоятельно либо только вместе с итоговым решением по делу? Указанные вопросы достаточно давно вызывают дискуссии и в судебной практике, и в научной литературе.

Так, судебная коллегия Верховного Суда РФ в кассационном определении от 25 марта 2009 г. по делу № 66-009-25 пришла к выводу, что постановление Иркутского областного суда об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу самостоятельному кассационному обжалованию не подлежит, сославшись на правовую позицию

Конституционного Суда РФ, изложенную в Постановлении от 2 июля 1998 г. № 20-П [1] и Постановлении от 22 марта 2005 г. № 4-П [2], согласно которым кассационному обжалованию подлежат только судебные решения об избрании или изменении меры пресечения, а судебная проверка законности и обоснованности решения суда об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу осуществляется после постановления приговора.

В другом кассационном определении Верховного Суда РФ от 14 июля 2011 г. по делу № 66-011-91 признается, что постановление Иркутского областного суда об отказе в удовлетворении ходатайства подсудимого Т. об изменении ему меры пресечения с заключения под стражу на не связанную с содержанием под стражей подлежит самостоятельному обжалованию, а «неправильное толкование судьей закона и возврат кассационной жалобы Т. связаны с нестабильной судебной практикой, сложившейся в судах России по указанному вопросу».

В научной литературе мнения ученых о возможности самостоятельного обжалования промежуточных судебных решений также неоднозначны.

Так, Н. А. Колоколов еще до принятия нового УПК РФ отмечал, что «пересмотр кассационной инстанцией всех подряд промежуточных процессуальных решений, даже если они и затрагивают конституционные права граждан, может создавать препятствия для нормального хода дела» [3].

Этой же позиции придерживается И. С. Дикарев, который полагает, что «ис-

ключение текущего контроля за ходом рассмотрения дела судом первой инстанции обусловлено необходимостью соблюдения конституционных положений о независимости судей и подчинении их только закону, а также о запрете какого бы то ни было вмешательства в деятельность судов при отправлении ими правосудия, в том числе со стороны вышестоящих судебных инстанций (ст. 120 Конституции РФ)» [4].

В то же время нельзя не согласиться с мнением О. А. Суховой, которая полагает, что «кассационная проверка некоторых определений и постановлений может быть наиболее своевременной и необходимой в плане восстановления нарушенных прав, нежели их пересмотр вместе с итоговым судебным решением по делу» [5].

Наконец, по мнению А. С. Червоткина, «к промежуточным судебным решениям, подлежащим самостоятельному кассационному обжалованию и рассмотрению, должны быть отнесены постановления, которые существенным образом затрагивают конституционные права и интересы человека и выходят за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений, препятствуют доступу граждан к правосудию, дальнейшему производству по делу либо рассмотрению дела в разумный срок» [6].

Правовая позиция Конституционного Суда РФ по исследуемому вопросу является достаточно устоявшейся, но процессуально, на наш взгляд, не определенной.

В уже упомянутом Постановлении от 2 июля 1998 г. Конституционный Суд РФ отметил, что «возможность проверки законности и обоснованности решений суда первой инстанции лишь после окончательного разрешения дела, а именно одновременно с рассмотрением кассационной жалобы на приговор, не восполняет указанный недостаток существующего уголовно-процессуального регулирования и не может быть признана эффективным средством защиты нарушенных прав, тем более если их уже нельзя восстановить в полном объеме после отмены приговора» (п. 4).

Вместе с тем в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П указано, что «не исключается установление в уголовно-процессуальном законе такого порядка кассационного обжалования промежуточных действий и решений суда первой инстанции, при котором судебная проверка их законности и обоснованно-

сти может осуществляться и после постановления приговора» (п. 1.2).

В Определении Конституционного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. № 804-0-0 сделан вывод о том, что «отсутствие возможности безотлагательно обжаловать в кассационном порядке вынесенные в ходе судебного разбирательства промежуточные определения и постановления суда первой инстанции и перенос такого обжалования на более поздний срок, одновременно с обжалованием итогового решения, являются допустимыми и не нарушают гарантируемые Конституцией РФ, в том числе ее статьями 45, 46 и 55 (часть 3), права граждан» (п. 2.2).

Такой же вывод сформулирован и в Определении Конституционного Суда РФ от 27 января 2011 г. № 31-0-0, согласно которому «приведенная правовая позиция, как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 22 марта 2005 г. № 4-П, применима при решении вопроса о возможности обжалования до постановления приговора или иного итогового решения определения (постановления) суда об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу, в силу чего ч. 5 ст. 355 УПК Российской Федерации не может расцениваться как нарушающая конституционные права и свободы» (п. 2).

В связи с рассматриваемой проблемой представляет интерес решение Европейского Суда по правам человека от 9 октября 2008 г. по делу «Моисеев (Moiseyev) против Российской Федерации» (жалоба № 62936/00) [7]. По данному делу В. И. Моисеев обжаловал в ЕСПЧ следующие нарушения: 11 сентября 2000 г. заявитель ходатайствовал перед судом об изменении примененной к нему меры пресечения. В тот же день суд отказал в удовлетворении ходатайства, постановив, что сама по себе опасность преступления является достаточным основанием для содержания его под стражей. 15 сентября 2000 г. заявитель обжаловал это определение в Верховном Суде. Жалоба не была рассмотрена. 1 декабря 2000 г. заявитель вновь ходатайствовал об освобождении из-под стражи, ссылаясь на свою невиновность. Городской суд отклонил ходатайство, определив, что мера пресечения была применена в соответствии с законом и оснований для ее изменения не имеется. Заявитель подал жалобу в Верховный Суд. Жалоба не была рассмотрена. По

результатам рассмотрения данного дела ЕСПЧ постановил: «Власти Российской Федерации не представили оправдания для уклонения Верховного Суда от рассмотрения жалоб. Соответственно, имело место нарушение п. 4 ст. 5 Конвенции в части уклонения Верховного Суда от рассмотрения жалоб на решения от 15 сентября и 1 декабря 2000 г.».

Основываясь на данном решении, некоторые авторы утверждают, что «допускается возможность самостоятельного обжалования судебных решений об отказе в изменении меры пресечения на менее строгую (отказе в освобождении из-под стражи)» [8].

Между тем сложно согласиться с таким мнением, так как оно основано на решении ЕСПЧ, рассматривавшего жалобу с позиций действовавшего в 2000—2001 гг. УПК РСФСР, который не предусматривал судебный порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Решение об избрании данной меры пресечения принималось следователем с санкции прокурора. Поэтому в описанной ситуации, действительно, В. И. Моисеев был лишен права, предусмотренного п. 4 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным. В условиях действия УПК РФ данное право обеспечивается еще на этапе избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

Спустя два месяца после вынесения ЕСПЧ решения по делу Моисеева Президиум Верховного Суда РФ принял Постановление от 17 декабря 2008 г. № 354П08ПР [9], в котором указал, что «выводы Судебной коллегии о невозможности обжалования постановления судьи об изменении меры пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде, вынесенного по ходатайству стороны защиты, являются необоснованными; запрет на обжалование судебных решений, установленный п. 2 ч. 5 ст. 355 УПК РФ, не может быть распространен на судебные решения о продлении, изменении или отмене меры пресечения. Ссылки суда кассационной инстанции на то, что в соответствии с ч. 4 ст. 255 УПК РФ могут быть обжалованы лишь решения суда о продлении срока содержания под стражей, а отказ в продлении срока содержания под стражей и решение об изменении

меры пресечения обжалованию не подлежат, необоснованны. Эту норму уголовнопроцессуального закона следует рассматривать как допускающую возможность обжалования не только решения суда о продлении срока содержания под стражей, но и решения, вынесенного в ходе судебного разбирательства уголовного дела, об изменении меры пресечения с заключения под стражей на другую, не связанную с изоляцией от общества».

Спецификой обжалования промежуточных судебных решений на сегодняшний день является то, что оно может осуществляться как в кассационном, так и в апелляционном порядке (что сохранится вплоть до

1 января 2012 г.).

В кассационном порядке подлежат обжалованию судебные решения районных судов и судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ (глава 45 УПК РФ).

В апелляционном порядке в соответствии с федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433-Ф3 подлежат обжалованию:

1) в «старом» апелляционном порядке — решения мировых судей (глава 44 УПК РФ);

2) в «новом» апелляционном порядке — промежуточные решения судов субъектов Российской Федерации (глава 45.1 УПК РФ).

При этом подход законодателя к нормативному регулированию «нового» апелляционного порядка обжалования отличается большей детальностью именно в части обжалования промежуточных судебных решений.

Так, в кассационном порядке в соответствии с ч. 5 ст. 355 УПК РФ не подлежат обжалованию определения или постановления, вынесенные в ходе судебного разбирательства:

1) о порядке исследования доказательств;

2) об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства;

3) о мерах обеспечения порядка в зале судебного заседания, за исключением определений или постановлений о наложении денежного взыскания.

Например, А. С. Червоткин среди промежуточных судебных решений по уголовным делам, которые в судебной практике Верховного Суда РФ отнесены к категории не подлежащих самостоятельному обжалованию, называет решение «об отказе в изменении меры пресечения: как адвокату — об

освобождении из-под стражи, так и прокурору — о заключении под стражу» [10]. Данное утверждение содержится и в более поздней монографической работе, где автор справедливо отмечает, что «установить исчерпывающий перечень промежуточных судебных решений, не подлежащих самостоятельному обжалованию, невозможно ввиду множественности их видов» [11].

«Новый» порядок апелляционного обжалования, между тем, предусматривает в ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ перечень промежуточных судебных решений, которые подлежат самостоятельному обжалованию до вынесения итогового решения по делу: постановления мирового судьи о возвращении заявления лицу, его подавшему, либо об отказе в принятии заявления к производству; судебные постановления или определения об избрании меры пресечения или о продлении сроков ее действия, о помещении лица в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы, о приостановлении уголовного дела, о передаче уголовного дела по подсудности или об изменении подсудности уголовного дела, о возвращении уголовного дела прокурору; другие судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела, а также частные определения или постановления.

Таким образом, в «новом» порядке апелляционного производства возможность обжалования прямо предусмотрена только для решения об избрании меры пресечения. Очевидно, что отказ суда в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на более мягкую едва ли можно отнести к категории «других судебных решений», затрагивающих права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующих дальнейшему движению дела. По сути, в результате такого отказа у подсудимого процессуальное положение не ухудшается, оно не изменяется вообще, более того, сохранение меры пресечения в виде заключения под стражу даже в большей степени соответствует принципу разумного срока судебного разбирательства и предотвращает возможные препятствия дальнейшему движения дела в форме, например, уклонения подсудимого от явки в суд или исполнения наказания.

Как представляется, активность подсудимого и его защитника для оказания процессуального воздействия на строгость меры пресечения должна проявляться на этапе избрания или продления меры пресечения в виде заключения под стражу. А именно для суда в качестве альтернативы избранию данной меры пресечения законом предусмотрена возможность по ходатайству сторон или по собственной инициативе избрать более мягкую меру в виде залога или домашнего ареста (ч. 7.1 ст. 108 УПК РФ). Поэтому, думается, именно на данном, первичном, этапе сторона защиты, в том числе сам подсудимый, должна представить суду все имеющиеся аргументы против необходимости применения стражи как самой строгой меры пресечения. В качестве контрольного процессуального средства для данного этапа законом прямо предусмотрена возможность кассационного (апелляционного) обжалования принятого решения.

Поэтому перенос вопроса об определении строгости меры пресечения на более поздние этапы судебного разбирательства в форме заявления ходатайства об изменении меры пресечения на более мягкую представляется и процессуально, и тактически ошибочным вариантом, имеющим в большинстве случаев единственную цель — затянуть производство по делу. При этом, учитывая, что участники судебного разбирательства не ограничены в количестве заявляемых ходатайств, они могли бы злоупотреблять своим правом на это, подавая многочисленные ходатайства об изменении меры пресечения и обжалуя судебные решения об отказе в удовлетворении данных ходатайств в кассационном (апелляционном) порядке, что существенно перегружало бы судебную систему на уровне второй инстанции.

Если бы апелляционное обжалование отказа в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую допускалось до вынесения итогового решения по делу, это бы означало, что процедура апелляционного пересмотра вынесенного промежуточного решения превращалась бы в повторное самостоятельное судебное рассмотрение заявленного ранее ходатайства по существу. Так, сторона, обжалующая отказ суда в удовлетворении ранее заявленного ходатайства, тактически могла бы перенести процесс доказывания обоснованности своего ходатайства с основного судебного разбира-

тельства на апелляционное производство по данному отказу, которое в соответствии с ч. 1 ст. 389.12 УПК РФ должно проводиться с обязательным участием государственного обвинителя и (или) прокурора, самого подсудимого, его защитника. При этом процедура апелляционного пересмотра судебного решения предусматривает проведение всех этапов судебного разбирательства, включая судебное следствие и прения сторон. Таким образом, очевидно, что процедура апелляционного пересмотра промежуточного судебного решения об отказе в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на более мягкую как самостоятельная, до принятия итогового решения по делу, была бы существенно сложней и продолжительней, чем процедура принятия самого судебного решения, которое бы являлось предметом апелляционного обжалования, что противоречило бы негласному требованию процессуальной экономии, которое детерминировано принципом разумного срока уголовного судопроизводства. А это, в свою очередь, свидетельствовало бы о дисбалансе процессуальной нагрузки на судебную систему в части принятия судебных решений и их пересмотра, что также является одним из аспектов эффективности уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовных дел по существу.

Подводя итог всему вышеизложенному, полагаем, что предложенный в главе 45.1 УПК РФ подход к «новому» порядку апелляционного пересмотра промежуточных судебных решений не является бесспорным. Вместе с тем он носит компромиссно-сбалансированный характер: с одной стороны, не ограничивая право участников уголовного судопроизводства на обжалование судебного решения об отказе в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую, с другой стороны, данный подход допускает реализацию указанного права только одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу. Такой механизм, как представляется, минимизирует процессуальную нагрузку на судебную систему второй инстанции по апелляционному пересмотру тех судебных решений, которые, не затрагивая права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки, могут снизить эффективность уголовного судопроизводства при рассмотрении судом уголовного дела по существу. И

1. По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан : постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 г. № 20-П // Собр. законодательства РФ. 1998. № 28. Ст. 3393.

2. По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан : постановление Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П // Собр. законодательства РФ. 2005. № 14. Ст. 1271.

3. Колоколов Н. А. Судебная реформа: некоторые проблемы судоустройства, уголовного права и процесса. Курск, 1999. С. 136.

4. Дикарев И. С. Особенности обжалования промежуточных судебных решений в уголовном процессе // Рос. юстиция. 2011. № 8. С. 32.

5. Сухова О. А. Кассационное обжалование судебных решений в российском уголовном процессе. М.,

2007. С. 114.

6. Червоткин А. С. Право на апелляционное и кассационное обжалование промежуточных судебных решений по уголовным делам // Рос. правосудие.

2008. № 8(28). С. 71.

7. Бюл. Европейского Суда по правам человека. Спец. выпуск. 2009. № 3.

8. Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации : практ. пособие / под ред. В. М. Лебедева. М., 2011. С. 241.

9. Бюл. Верховного Суда РФ. 2009. № 5.

10. Червоткин А. С. Порядок кассационного обжалования промежуточных судебных решений // Уголовное право. 2008. № 3. С. 89.

11. Червоткин А. С. Апелляция и кассация: кассация : пособие для судей. М., 2010. С. 213.

Denial of Justice to Change a Preventive Punishment as an Object of Independent Cassation (Appeallate) Procedure

© Rukavishnikov P., 2012

In the article is considered the question on possibility of the independent procedure in court of the second instance of decisions and definitions about refusal in satisfaction of petitions for change of a preventive punishment in the form of secure placement on softer.

Key words', change of preventive punishment; secure placement; refusal in satisfaction of petitions; cassation procedure; appellate procedure.