Центральный зачищающий

Расчистка банковского рынка от сомнительных и неустойчивых игроков, начавшаяся осенью после назначения Эльвиры Набиуллиной на пост председателя ЦБ, может обернуться неожиданными последствиями. Главной интригой наступающего года становится уже не то, у кого отзовут лицензию и сколько банков в черных списках, которых нет. Вопрос — насколько белым из этой черной полосы сможет выйти сам надзорный блок регулятора.

1 / 2

Последствия смены руководства Банка России участники рынка весьма точно прогнозировали еще в момент объявления кандидатуры нового главы ЦБ в марте — похоже, не слишком понимая всю серьезность вопроса. Тогда банкиры говорили, что основные изменения должны произойти в банковском надзоре, а не в денежно-кредитной политике. "Некоторые реформы предстоят в первую очередь в надзоре, а также в сфере расчистки банковской системы от квазибанков",— утверждал глава Сбербанка Герман Греф и оказался прав. Уже в начале осени так называемым квазибанкам — увлекающимся сомнительными операциями и финансово неустойчивым игрокам — публично объявили войну. Все основные слова были произнесены на ежегодной банковской конференции в Сочи. ЦБ пригрозил быстрым отзывом лицензий за отмывание доходов, отвел проблемным, но не сомнительным игрокам два месяца на исправление ситуации и пообещал назначить кураторов в 50 крупнейших банков. Критерии зачистки обнародовали в письме N172-Т от 4 сентября "О приоритетных мерах при осуществлении банковского надзора".

Почему тогда банкиры не восприняли ситуацию всерьез, о чем свидетельствует шок после первых крупных отзывов лицензий (у банка "Пушкино" и Мастер-банка с выплатами вкладчикам в целом около 50 млрд руб.),— вопрос. Тем более что признаки нового курса начали прослеживаться даже в выступлениях прежнего, крайне аккуратного в действиях и словах главы ЦБ Сергея Игнатьева. Именно масштабу сомнительных операций, приближающихся по официальным оценкам к 1 трлн руб., посвятил он значительную часть заключительного выступления перед депутатами Госдумы. Названы были и цели сомнительных операций — уклонение от уплаты налогов и таможенных платежей; хищение бюджетных средств; "откаты" и взятки чиновникам; легализация преступных доходов; финансирование терроризма и операции с наркотиками.

Видимо, все это так прочно вросло в банковскую систему, что мысль о радикальных изменениях была чужда банкирам. Более того, даже после серии крупных отзывов лицензий (вслед за "Пушкино" и Мастер-банком лицензий лишились еще Инвестбанк, БПФ и Смоленский банк с выплатами вкладчикам еще на 50 млрд руб.) аналитики до сих пор задаются вопросом: расчистка рынка — это временный акт устрашения или новая реальность? В пользу первой версии обычно приводится аргумент, что деньги в Фонде страхования вкладов для выплат вкладчикам банков, лишившихся лицензий, небесконечны. Вторая, более жесткая, прослеживается из риторики самого ЦБ. "Регулятор намерен очищать систему от банков, которые активно и в значительных объемах проводят незаконные финансовые операции, операции по отмыванию денежных средств, обслуживают теневой сектор экономики и не хотят менять свое поведение",— заявила 18 декабря Эльвира Набиуллина. А в минувший вторник ЦБ объявил о новых отзывах и о второй санации с начала курса на расчистку (нижегородский Эллипс-банк). Под вопросом оказалась судьба еще ряда игроков.

Впрочем, мысль о том, что ничего особенного не происходит, также имеет право на существование. В конце концов, жесткий надзор за банками — нормальная деятельность регулятора. Другой вопрос — где он был раньше, когда риски в банковской системе быстро росли. Причем не исключено, что мы видим лишь вершину айсберга и открывшаяся новой главе ЦБ реальная ситуация как раз и заставляет регулятора перемежать кнут с пряником, отзывы с санацией, даже в тех случаях, когда последняя — как, например, в случае с Эллипс-банком — вызывает вопросы. По сведениям "Ъ", из активов этого банка одна часть — земли в ЗПИФах, переоцененные в разы. Другая — кредиты сельхозпроизводителям, качество которых кажется сомнительным. Даже портфель кредитов физических лиц примерно на 200 млн руб. оказался по большей части тщательно завуалированным кредитованием неких ресторанных проектов собственников. Неудивительно, что искать рыночного оздоровителя для санации второго по размеру банка Нижегородской области просто не стали, повесив его на государство.

Впрочем, как указывают источники "Ъ", это еще не худший вариант. Есть и вовсе выдающиеся ситуации. Например, случаи, когда банки, которые предварительно решено санировать, активно препятствуют проведению традиционно предшествующей проверке. Но не получают сразу от ворот поворот. Есть такие игроки, которые, несмотря на бедственное положение, продолжают заниматься схемотворчеством.

До какой степени готово это терпеть новое руководство ЦБ — вопрос. Равно как и то, подлежит ли в принципе исправлению то, что, похоже, является нормой для многих игроков в банковской системе. Но главное — решится ли ЦБ на чистку не только банковской, но и неразрывно с ней связанной надзорной системы, что будет гораздо сложнее. И если нет, то существуют ли основания говорить о действительно новой реальности?