К вопросу о построении финансовой модели устойчивого развития кластера домохозяйств

К ВОПРОСУ О ПОСТРОЕНИИ ФИНАНСОВОЙ МОДЕЛИ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ КЛАСТЕРА ДОМОХОЗЯЙСТВ

ДОНЧЕВСКИЙ Г.Н.,

доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой управления, директор Центра технологизации региональной и муниципальной деятельности Высшей школы бизнеса,

Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, e-mail: dongrin@yandex.ru;

ШАФИРОВ Л.А.,

кандидат социологических наук, магистр делового администрирования (MBA) в сфере финансовых услуг и страхования, степень присуждена университетами: Санкт-Галлен (Швейцария), HEC (Монреаль, Канада) и Vlerick Leuven Gent Management School (Гент, Бельгия), депутат Законодательного собрания Ростовской области,

e-mail: shafirov@mail.ru

В контексте решения проблемы повышения доходности домохозяйств и их роли в социально-экономическом развитий территории авторами статьи размариваются механизмы формирования кластеров домохозяйств и способы обеспечения их устойчивости за счет эффекта кластеризации. На основе кластерной теории и экономических концепций, изучающих экономическое поведение домохозяйств, в статье сформулированы особенности кластеров домохозяйств, имеющих в основе некоммерческую природу, показаны процессы формирования кластерной ренты и достижения кластерных эффектов. В рамках проблемы обеспечения устойчивости кластеров в статье проанализированы тенденции изменения структуры доходов домохозяйств и рассмотрены особенности их кредитования на основе реализации модели социально - ответственного кредита. В итоге был сделан вывод, о том, что смещение акцента кредитования с отдельно взятого домохозяйства на их кластер, позволяет преодолеть противоречие между коммерческой природой банковского кредита и некоммерческой природы домохозяйства.

Ключевые слова: домохозяйства; кластеры; поведение домохозяйств; структура доходов домохозяйств; кластерная рента; потребительский кредит.

CONSTRUCTING THE FINANCIAL MODEL OF SUSTAINABLE DEVELOPMENT OF THEHOUSEHOLD CLASTER

DONCHEVSKY G.N.,

Doctor of Economic Sciences (DSc), Professor, Southern Federal University, e-mail: dongrin@yandex.ru;

SHAFIROV L.A.,

Candidate of Sociological Sciences (PhD), Executive Master of Business Administration (MBA) in Financial Service and Insurance, degree is conferred by the Universities of St. Gallen (Switzerland), HEC (Montreal, Canada) and by the Vlerick Leuven Gent Management School (Gent, Belgium), Member of the Legislative Assembly of the Rostov region,

e-mail: shafirov@mail.ru

Within the context of increasing the households' profitability and their role in the socio-economic development of the territory, the authors of the article view the mechanisms for the household clusters

© Г.Н. Дончевский, Л.А. Шафиров, 2013

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

TERRA ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

formation and the ways to ensure their stability due to the clustering effect. Basing upon the cluster theory and economic concepts, studying the economic behavior of households, the article states the features of household clusters with a non-profit basis, shows the processes of cluster rent formation and achievement of cluster effects. Within the issues of providing the cluster sustainability, the article analyzes the trends of changing within the structure of household incomes, and views the peculiarities of their crediting practices based of the model of socially - responsible credit. As a result, it was concluded, that shifting the focus from lending to individual households towards lending to their cluster, can overcome the contradiction between the commercial nature of the bank loan, and the non-commercial nature of the household.

Keywords: households; clusters; households' behavior; the structure of household income; cluster rent; consumer credit.

JEL classification: D01, D1, G21.

Экономика домохозяйств - одно из динамично развивающихся направлений экономических исследований. Анализ различных процессов региональной и муниципальной экономики раскрыл новые сферы, где потенциал домохозяйства оказывается решающим фактором территориального развития. В частности, данные о постепенном росте доли домохозяйств в валовом региональном продукте (рис. 1), изучение проблемы депрессивных территорий и поиски источников преодоления этого состояния привели авторов статьи к пониманию особой роли домохозяйства как главного центра озабоченности состоянием депрессивности территории и движителя процессов социально- экономического развития города.

Рис. 1. Динамика роли домохозяйств в ВРП (% от ВРП)1

В то же время была поставлена проблема организации домохозяйств на основе принципов синкретизма, устойчивости и взаимодействия с заинтересованными сторонами.

В контексте обозначенных проблем и целей были сформулированы два контура исследования. Первый контур касается обоснования и исследования эффективных форм организации взаимодействия домохозяйств на основе кластерной теории. Второй контур исследования ставит и раскрывает проблему обеспечения домохозяйств финансовыми ресурсами и способов их преумножения за счет эффекта кластеризации.

1 Источник: Регионы России. Социально-экономические показатели // Федеральная служба государственной статистики. Доступно на: http://www.gks.ru/bgd/regl/b12_14p/IssWWW.exe/Stg/d01/05-14.htm

Концепция кластеров домохозяйств. Современные экономические исследования в области формирования и функционирования кластеров и практика регионального управления базируются на кластерной теории М. Портера, где кластер - это группа географически соседствующих взаимосвязанных компаний (поставщики, производители и др.) и связанных с ними организаций (образовательные заведения, органы гос. управления, инфраструктурные компании), действующих в определенной сфере и взаимодополняющих друг друга. В концепции М. Портера кластеры рассматривались, прежде всего, с точки зрения их способности эффективно использовать внутренние ресурсы и повышать уровень конкурентоспособности, входящих в него предприятий (Портер, 2001. С. 207).

Возможности применения кластерной теории относительно домохозяйств базируется на следующих теоретических подходах к пониманию сущности самого домохозяйства.

1. Определение домохозяйства как экономической категории, социально - экономической единицы воспроизводства и реализации человеческого капитала. Одним из первых, кто обратил внимание на домохозяйство как предмет интереса экономической науки и вывел домохозяйство из социологических рамок института семьи, был Г. Беккер (Беккер, 1994).

2. Рассмотрение роли домохозяйства в экономическом пространстве через реализуемые функции: снабженческую, производственную, сберегательную и потребительскую. В рамках данной концепции особого внимания заслуживает позиция Р. Барра, в понимании которого «домохозяйство» есть, прежде всего, «домопроизводство». Тем самым французский экономист акцентирует внимание на производственной функции домохозяйства (Барр, 2005), в отличие от позиции более ранних исследователей, уделяющих неоправданно большее внимание их потребительской сущности.

3. Экономический анализ домохозяйства в контексте его функционирования на микро- и макро- уровнях. На микроуровне домохозяйство рассматривается как отдельная экономическая единица. Предметом исследования выступают функции домохозяйств и особенности их поведения. На макроуровне изучается совокупность домохозяйств как сектора экономики. Предметом изучения функционирования домохозяйства на макроуровне являются процессы взаимодействия между домохозяйствами, государственными структурами, производственными предприятиями, финансовыми организациями и другими участниками социально - экономических отношений. Данный подход к изучению домохозяйства продемонстрирован, в частности, в работе Н.В. Можайкиной (Можайкина, 2001).

Кластеры домохозяйств являются особыми видами кластеров. Их определение в системе терминов и понятий современной кластерной теории позволяет разработать уникальные модели их создания и функционирования. В современных исследованиях традиционно кластеры классифицируются по следующим типам:

• географические кластеры, объединяющие предприятия по территориальному признаку;

• горизонтальные кластеры, объединяющие несколько отраслей в более крупный кластер;

• вертикальные кластеры, объединяющие предприятия единого производственного процесса;

• латеральные кластеры, объединяющие предприятий различных отраслей, которые могут обеспечить экономию за счет эффекта масштаба;

• технологические кластеры, объединяющие предприятия, пользующиеся одной и той же технологией (Ци-хан, 2003. С. 76).

В соответствии с приведенной классификацией кластеры домохозяйств относятся к разряду территориальных кластеров, одним из важных признаков которых (в отличие от кластеров, образуемых по видам экономической деятельности) является географическая близость участников. Данная концепция о географической территориальной привязанности хозяйств в рамках кластера представлена, в частности, работами американского ученого М. Энрайта, в которых был обоснован особый тип кластера - региональный. Главной отличительной особенностью регионального кластера является географическая близость его членов друг к другу (Enright, 1992).

По отношению к домохозяйствам географическая близость проявляется в виде соседской близости. Соседская близость, по каналам которой образуется и перемещается кластерная рента домохозяйств, существует в следующих разновидностях: географическая соседская близость и социальная соседская близость. Географическая близость предполагает расположенность домохозяйств рядом, в непосредственной близи друг с другом. Такая близость является необходимым, однако, недостаточным условием для возникновения и трафика кластерных эффектов. Повесть

Н.В. Гоголя «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» - хорошее тому доказательство. Социальная соседская близость формирует добрососедства, т. е. добрые отношения между домохозяйствами, близкими друг другу социально - в смысле наличия добрых отношений - хотя и расположенных как в непосредственной близи, так и в некотором отдалении друг от друга. Оба этих классифицирующих признака можно объединить в единый, составной признак - признак геосоциальной соседской близости.

Для понимания природы кластеров домохозяйств имеет так же значение классификация кластеров по способу их образования. В зависимости от истории своего возникновения кластеры домохозяйств, как и все другие виды кластерных образований, подразделяются на кластеры, возникшие стихийным путем и кластеры, возникшие вследствие целенаправленной деятельности. В современной России следует классифицировать кластеры еще по одному, генетическому основанию:

• кластеры, которые возникли (стихийно либо сознательно) на базе советских форм организации деятельности (для кластеров в крупной промышленности такими предшественниками были территориальнопроизводственные комплексы, для кластеров домохозяйств в качестве таких предшественников могут выступать искусственно созданные поселения: центральные усадьбы совхозов и колхозов, наукограды, рабочие поселения и т. п.);

• кластеры, которые не имеют своих генетических предшественников.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

С точки зрения формирования и функционирования современных кластеров домохозяйств быстрее идет процесс становления кластеров на базе уже сложившихся исторически форм организации деятельности, например, ЖСК и ТСЖ. В силу особенностей развития гражданского общества данные формы организации хозяйств носят искусственный характер. Среди стихийных, естественных форм организации домохозяйств выделяются соседские сообщества (многоквартирные дома со случайной схемой заселения семей, не имеющих изначально установленных связей, чьи связи формируются именно в процессе взаимодействия по поводу соседского проживания и необходимости решать общие проблемы). Определенный толчок к формированию кластеров домохозяйств был дан движением населения за выбор способа управления многоквартирным домом.

Уровень развития в городах различных форм организации жильцов многоквартирных домов может выступать одним из показателей, позволяющих судить об открытости домохозяйств процессам кластеризации2. Такая оценка была проведена нами по трем регионам РФ: Ростовской, Самарской областям и Краснодарскому краю. По данным статистики можно сказать, что доля домохозяйств, объединенных в ТСЖ, выше в Краснодарском крае и составляет в среднем 19,9 % от всех домохозяйств. В Самарской области данный показатель равен 12,6%, в Ростовской - 16,74%. На фоне средних показателей выделяются города Армавир (Краснодарский край), Ростов-на-Дону, Азов (Ростовская область), где доля жителей, объединенных в ТСЖ, составляет около 25 %. С другой стороны выделяются города, где ТСЖ либо вообще отсутствуют, либо объединяют незначительный процент жителей города: город Зверево Ростовской области, города Октябрьск и Сызрань Самарской области3.

Различные темпы формирования ТСЖ в регионах выводят на проблему условий и механизмов поддержки процессов кластеризации домохозяйств в процессе их совместной деятельности.

Главным отличительным признаком кластера домохозяйств является особый тип поведения домохозяйств, основу которого составляет некапиталистический тип поведения. Эта особенность домохозяйств была выявлена еще выдающимся русским экономистом А.В. Чаяновым на примере крестьянских хозяйств в России в нач. ХХ в., что позволило ему сформулировать известную «теорию трудового семейного предприятия, несколько отличающегося по природе своей мотивации от предприятия, основанного на наемном труде» (Чаянов, 1925. С. 8). Основной целью семейного трудового хозяйства, по мнению А.В. Чаянова, является обеспечение благополучия семьи, а не получение прибыли.

В современной экономической науке особенности поведения домохозяйств составляют предмет исследования теоретиков институционального направления (Сэмюэлс, 2002). В исследовании Е.В. Плоских показано, что в «рамках институциональной теории домашнего хозяйства исследуется его внутренняя структура, мотивы его образования, цели деятельности, которые различаются в разных типах экономических систем, т. е. в разных типах институциональной среды - в плановой, рыночной и трансформационной экономиках» (Плоских, 2012. С. 175). Для построения кластерной модели домохозяйств, на наш взгляд имеют значение следующие выявленные сторонниками институционального направления поведенческие особенности домохозяйств: Во-первых, Дж. Ходжсон отмечал ограниченность возможностей домохозяйств в том, что касается сбора и обработки информации. По его мнению, в условиях масштабности информации домашнее хозяйство не в состоянии ее обработать. Несмотря на доступность информации, ее усвоение "... требует значительных затрат времени и других ресурсов" (Ходжсон, 2000. С. 40). Растущие объемы информации усложняют ее обработку домашними хозяйствами, не имеющими соответствующей "квалификации". Выявленная проблема поведения домохозяйств может быть решена, например, путем формирования специализированных каналов информационного обмена между его участниками.

Во-вторых, исследователи отмечают в поведении домохозяйств подверженность влиянию социальной и институциональной сред в целом и других групп домашних хозяйств, в частности, что создает благоприятные условия для реализации одного из преимуществ кластера, связанного с созданием новых сетей сотрудничества его участников. В целом данная особенность поведения домохозяйства может компенсировать их недостаточную компетентность в сборе и обработке информации.

В-третьих, модель экономического взаимодействия домохозяйств структурируется неформальными нормами и правилами. Частные трансферты большей частью носят добровольный и инициативный характер и создают условия для кооперации (Экономические субъекты постсоветской России, 2010. С. 50).

В-четвертых, важнейшей характеристикой поведения домохозяйств в экономической среде является неопределенность. Один из источников этой неопределенности - отсутствие у домохозяйств отчетливых представлений о структуре своих доходов и расходов, активов и пассивов, а также их величине. Некоммерческая, некапиталистическая, как об этом мы писали выше, природа домохозяйства служит объяснением данного обстоятельства. Эта неопределенность, с одной стороны, обусловливает низкую инвестиционную активность домохозяйств в виду затрудненности доступа к инвестиционным ресурсам (в том числе - ввиду затрудненности доступа к инвестиционным ресурсам для домохозяйств как для менее транспаретных и финансово грамотных участников финансового рынка), но с другой, она служит важной причиной их инновационной активности и креативности, которые не сковываются строгими рамками деловых расчетов.

2 Другими показателями для оценки открытости домохозяйств могут служить: количество и текущее состояние коллективного садоводства и огородничества; развитие потребкооперации, в том числе - кредитной, сельскохозяйственной; развитие направления совместных покупок в сети интернет, и т.п.

3 Источник: Доклады глав муниципальных образований «О выполнении показателей для оценки эффективности деятельности органов местного самоуправления» за 2012 год.

Выявленные особенности поведения домохозяйств определяют механизмы образования и функционирования кластера, в котором каждый участник оказывается в ситуации выигрыша. Выигрыш, в отличие от более привычной в экономике категории выгоды, не предполагает ни победителей, ни побежденных. При взаимодействии домохозяйств по созданию совместных благ - все взаимодействующие домохозяйства оказываются выигравшими. Но выигравшими «и по-разному и в разной степени: в зависимости от того, какую именно ответственность и в какой именно степени каждый возложил на себя» (Дончевский, 2011. С. 48). Органы местного самоуправления, объективно располагая координирующей функцией, могут играть особую роль в обеспечении справедливого распределения этого выигрыша между домохозяйствами, чтобы основными благополучателями от деятельности кластера домохозяйств не оказались «самоназначенные» руководители, как это часто бывает в садовых товариществах, в коллективах владельцев жилых помещений в многоквартирных домах и т. п.

Специфическим основанием для идентификации/верификации кластера и выделения его из других формально сходных с ним видов организации деятельности является КЛАСТЕРНАЯ РЕНТА. Кластерная рента представляет собой разновидность ИННОВАЦИОННОЙ ренты. Она образуется в результате взаимодействия всех участников данного кластера домохозяйств и усваивается (а не «присваивается») всеми участниками данного кластера домохозяйств.

Механизм образования кластерной ренты домохозяйств таков: актив создается одним домохозяйством, но в силу соседской близости выступает благом (а значит, и особой, КЛАСТЕРНОЙ формой активов) для других домохозяйств. Например, семья, живущая в многоквартирном доме, произвела шумоизоляцию своей квартиры. В итоге такое благо, как снижение уровня шумности, получили все семьи, проживающие в смежных с этой первой семьей квартирах. Другой пример: семья, проживающая в частном доме, произвела электрическое освещение своего придомового участка. В результате благо освещенности получили все те, кто проходит по этому придомовому участку. Приведенные примеры хорошо демонстрируют тот факт, что кластерные эффекты от наращивания активов одного домохозяйства (в указанных примерах возросла рыночная стоимость как бесшумной квартиры, так и дома с благоустроенным придомовым участком) другими домохозяйствами не присваиваются (нет процесса отчуждения-присвоения), а именно усваиваются (есть налицо процесс отсвоения - благоприобретения). Именно кластерные эффекты формируют в населенном пункте среду благополучия.

Если классифицировать описанные примеры при помощи кластерной типологии, то их следует отнести к числу примеров, характеризующих функционирование потребительских кластеров домохозяйств. К этой категории кластеров могут быть также отнесены устойчивые группы домохозяйств, коллективно приобретающих по оптовым, а не по розничным ценам товары, работы, услуги (в малых городах и сельской местности наблюдается коллективное приобретение твердого топлива, молодняка скота и птицы, кормов, коллективный заказ транспортных услуг). Кластерная рента, одним из источников которой является оптовая скидка, предоставляемая поставщиком (подрядчиком) коллективно заказанных (приобретенных) работ, услуг (товаров) распределяется между домохозяйствами - участниками кластера. Без достижения договоренности между большинством соседских домохозяйств становится практически невозможной газификация зон индивидуальной жилой застройки населенных пунктов. Примером неэффективного использования потенциала кластеров домохозяйств, вследствие не реализации координирующей функции органами местного самоуправления может служить низкий процент домовладений, подключающихся к вновь построенным разводящим газовым сетям низкого давления. Об актуальности координации органами власти деятельности сообществ граждан по газификации их домовладений, в том числе - в целях облегчения доступа домохозяйств к кредитным ресурсам на эти цели - свидетельствует коллективное обращение граждан к депутату Законодательного Собрания Ростовской области и переписка депутата с органами власти 4.

В качестве конкретного примера кластера домохозяйств, относящихся к разряду производственных кластеров, можно привести сообщество личных подсобных и фермерских хозяйств, выращивающих овощи на территории Ба-гаевского района Ростовской области (Шевцов, 2012).

В деятельности производственного кластера экономический интерес является определяющим для поведения домохозяйств. Получение финансовых выгод обеспечивает долгосрочность характера производственного кластера домохозяйств. По своему типу эффекты кластеров домохозяйств могут подразделяться:

а) на эффекты, которые формируются целенаправленно, и те эффекты, которые возникают спонтанно. Например, изолируя от шума свою квартиру, семья либо с самого начала предвидит порождение ею кластерного эффекта шумоизоляции других квартир либо, наоборот, никак не воспринимает данный эффект. Оба эти разные подтипа предполагают и разное поведение домохозяйств. В первом случае возникает основа для активного взаимодействия между соседями, обсуждения между ними проекта шумоизоляции. Хотя бы в такой самой простой форме, как «я недолго в своей квартире пошумлю, зато в последствии вы не будете слышать из нее ни одного звука». Во втором случае все происходит по умолчанию.

б) на эффекты, которые для своего извлечения в качестве блага требуют дополнительных вложений (денег, материалов, труда и т. д.) со стороны домохозяйств, и те эффекты, которые таких вложений не требуют. Например, одно домохозяйство, расположенное в конце деревенского переулка, отсыпало гравием участок грунтовой дороги, ведущей к нему от асфальтированной улицы. У других домохозяйств переулка есть два варианта: либо, проехав по

4 Источник: Материалы по работе инициативами граждан депутата Законодательного собрания Ростовской области Л. А. Шифирова. Доступно на: http://www.shafirov.ru/zakonodatelnie-initsiativi-/initsiativa-o-razrabotke-i-prinyatiyu-oblastnoy-programmi-sodeystviya-gragdanam-v-gazifikatsii-gilya.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

отсыпанному участку, продолжать движение к своему дому по грязи (это - второй вариант эффектов), либо вложиться в отсыпку подъезда к своему дому.

Кстати, этот достаточно распространенный в практической жизни пример может отчетливо показать кластерную выгоду от модели целенаправленного кластерного поведения, если бы её применило домохозяйство, инициировавшее отсыпку участка дороги. В результате применения этой модели поведения само домохозяйство-инициатор могло бы получить существенное удлинение срока службы отсыпанного участка (ведь на него не заносилась бы грязь с неотсыпанных грунтовых подъездов к домам соседей). Все остальные домохозяйства могли бы, в свой черед, существенно уменьшить свои усилия на отсыпку своих подъездов (во-первых, им не нужно было бы тратить время на поиск и переговоры с гравийными карьерами и транспортными компаниями, во-вторых, можно было бы сэкономить время на ожидании прибытия самосвалов, организовав поочередное дежурство; наконец, увеличив объем приобретаемого гравия и перевозок, можно было бы добиться финансовых скидок). К тому же все они, вместе взятые, а не только домохозяйство-инициатор, получили бы эффект от удлинения срока службы отсыпанного участка дороги.

Расчет кластерного эффекта.

Поскольку кластеры домохозяйств в структуре своей сущности имеют, наряду с прочими, и экономический элемент сущности, постольку они могут и должны служить объектом конкретных экономических расчетов. Главной (хотя, возможно, и не единственной) целью таких расчетов должен быть расчет кластерного эффекта. На деле расчет этого эффекта означает выявление размера кластерной ренты.

Кластерная рента, как и подавляющее большинство других объектов экономического расчета, имеет в своем составе:

• структуру источников;

• стоимостной объем;

• временные характеристики;

• распределительные характеристики.

Для пояснения обратимся к нашему примеру с отсыпкой участка дороги.

Структура источников в этом примере:

• финансовый выигрыш от удлинения срока эксплуатации отсыпанного участка дороги;

• финансовый выигрыш от масштаба проекта;

• финансовый выигрыш от экономии общего времени домохозяйств на устройство подъезда к домам за счет организации дежурств.

Стоимостной объем каждого из указанных выигрышей и суммарного выигрыша в данном примере не может быть подсчитан из-за отсутствия в нем конкретных параметров участков дороги и подъездов к домам. Введение этих параметров тут же дает возможность произвести достаточно простые подсчеты этого объема. Временные характеристики также легко уточняются по мере конкретизации примера.

Что касается распределительных характеристик, то они состоят в определении того, какие из источников обеспечивают консолидированный выигрыш участников кластера (нераспределенный выигрыш), а какие распределяются между участниками. В нашем примере выигрыш от увеличения срока эксплуатации участка дороги является нераспределяемым выигрышем, а выигрыши от экономии от масштаба проекта, а также от времени затрат на проект должны быть разнесены по каждому из домохозяйств.

Особенности финансового механизма обеспечения деятельности кластера домохозяйств.

Для целей обеспечения программ и проектов развития кластеров домохозяйств в денежных средствах существует два традиционных крупных источника: собственные средства домохозяйств - участников кластерных программ и проектов; внешние источники денежных средств (бюджетные, грантовые, кредитные, иные). Достаточное разнообразие указанных источников заставляет поставить вопрос о наибольшей адекватности того либо иного из них самой сущности кластера домохозяйств. Соблюдение уровня адекватности источника существенным характеристикам заемщика всегда является теоретически значимым предметом рассмотрения, поскольку расхождение в сущностях всегда формирует угрозу для соприкасающихся (взаимодействующих) сущностей, и сфера финансирования не может составить исключения из этого общеметодологического правила. Однако, поскольку кластеры домохозяйств являются еще и особо чувствительными, особо ранимыми сущностями, значение указанного правила для них следует возвести в степень.

Незначительный масштаб объектов финансирования, практически полное (а зачастую - и полное) отсутствие процессов образования прибыли, тесная срощенность процессов улучшения благосостояния домохозяйств с процессами развития благополучия среды их жизнедеятельности, - таковы наиболее важные отличительные черты кластера домохозяйств как субъекта привлечения финансовых ресурсов.

Внутренние источники развития домохозяйств - их собственные доходы. На рис. 2 отражена динамика использования денежных доходов населения в 2000-2011 гг. по регионам Южного федерального округа.

Графики наглядно демонстрируют, насколько различными (вплоть до противоположных) являются экономические модели поведения домохозяйств, расположенных в соседних регионах. Вместе с тем, сквозь эти различия пробиваются две тенденции в поведении домохозяйств. В одном случае (там, где происходит сдвиг расходов в сторону приобретения недвижимости и - отчасти - товаров и услуг) домохозяйства демонстрируют готовность к отсвоению собственности для создания собственного пространства благополучия. В другом случае (там, где наблюдается на-

ращивание финансовых активов) - стремление к элементарному накоплению приватной собственности. Развитие домохозяйств в современных условиях напрямую зависит от их способности к взаимодействию в среде отсвоения собственности и - на этом фундаментальном основании - к кластеризации.

Рис. 2. Структура использования денежных доходов населения (в процентах от общего объема денежных доходов)5

Дополнительные аргументы к сделанному выводу содержатся в табл. 1.

Таблица 1

Экономический портрет поведения домохозяйств в регионах ЮФО6

Регион Использование доходов на прирост финансовых активов (% к общему объему использования доходов домохозяйства) Прирост (уменьшение) финансовых средств у домохозяйств

Ростовская область 4,5 -7,3

Волгоградская область 10,6 0,9

Астраханская область 14,3 2,4

Краснодарский край 4,8 -6,8

Республика Калмыкия 32,5 30,8

Республика Адыгея 20,6 19,3

5 Источник: Регионы России. Социально-экономические показатели // Федеральная служба государственной статистики. Доступно на: http://www.gks.ru/bgd/regl/b12_14p/IssWWW.exe/Stg/d01/05-14.htm.

6 Там же.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

Из табл. видно, что в регионах ЮФО с наиболее благоустроенными поселениями (Краснодарский край и Ростовская область) наблюдается наименьшие в процентном отношении объемы тех доходов, которые домохозяйства направляют на финансовые активы, а в регионах с наименее благоустроенными поселениями (Республика Калмыкия), наоборот - наибольшие процентные объемы указанных доходов. Кроме того, можно предположить, что в Ростовской области и в Краснодарском крае имеется большая возможность формирования приносящих доходы активов посредством инвестирования в недвижимость, в развитие личных подсобных хозяйств, в малый бизнес: климатические особенности данных регионов, уровень развития инженерной и социальной инфраструктуры значительно лучше, чем в соседних регионах.

В целом, динамика изменений в структуре доходов домохозяйств за последнее десятилетие демонстрирует устойчивое снижение доли внутренних источников развития домохозяйств и значительное увеличение внешних финансовых источников, к которым в частности относятся различные социальные выплаты, денежные поступления в виде кредитов, переводов, перечислений. В материалах официальной статистики они указаны в разделе «Скрытые доходы» (рис. 3). Эти тенденции с одной стороны, ставят проблему разработки механизмов повышения роли внутренних источников в укреплении домохозяйств. С другой стороны, делают актуальным внедрение адекватных моделей внешней поддержки домохозяйств, обеспечивающих их развитие. Внешние источники финансирования деятельности домохозяйств представлены следующими группами:

• средства бюджетов всех уровней, получаемые домохозяйствами в виде субсидий, финансовой помощи, льгот;

• средства благотворителей, в том числе и общественных организаций;

• заемные средства, получаемые от кредитных организаций;

• коммерческие кредиты поставщиков товаров, работ услуг (отсрочка платежа);

• средства работодателей, получаемые от них в виде авансов;

• средства от предпринимательской деятельности и самозанятости;

• средства, предоставляемые на возвратной или безвозвратной основе иными индивидами.

Субъекты - носители этих источников являются в той или иной мере либо потребителями продуктов деятельности домохозяйств, либо поставщиками товаров и услуг, в связи с чем представляют собой круг лиц, так или иначе заинтересованных в развитии домохозяйств.

В экономической социологии достаточно хорошо представлены исследования по проблемам взаимодействия индивидуальных домохозяйств, с одной стороны, и государственных, коммерческих и иных институтов социальноэкономической сферы общества, с другой (Мамедова, 2011. С. 209; Жеребин, 1998). В то же время проблема механизмов взаимодействия с кластерами домохозяйств в направлении их финансовой поддержки имеет самостоятельное значение и практически не изучена.

Рассмотрим каждый из предложенных источников в отдельности с точки зрения их места в развитии домохозяйств и поддержания сетевого внутрикластерного взаимодействия.

Сращенность процессов улучшения благосостояния домохозяйств с процессами развития благополучия среды их жизнедеятельности делает адекватным привлечение бюджетных источников для финансирования кластерных проектов и программ домохозяйств. Ведь развитие среды жизнедеятельности населения выступает предметом заботы органов публичной власти всех уровней. Кластерный подход способен принципиальным образом изменить содержание деятельности органов власти по поддержке домохозяйств. Современная практика органов местного самоуправления и государственной власти в отношении домохозяйств, в том числе по линии их поддержки, носит вертикально интегрированный характер. Содержанием данной политики является поддержка отдельных производителей или домохозяйств, которые по каким-либо причинам выделяются из общей массы. В этом случае работает либо механизм различных конкурсов, где выигрывает сильнейший, либо механизм льготного фиксирования, поддерживающий отстающих. Причем эта тенденция, как замечают исследователи, характерна и в отношении к промышленным кластерам. В частности, Н. Смородинская в своем докладе о перспективах развития инновационных кластеров в России отмечает, что государственные программы поддержки кластеров представляют собой «поток субсидий, ассигнований и преференций под селективно отобранные заявки», что «фактически выливается в образование очередной межведомственной мини-вертикали, а сетевое партнерство государства, бизнеса и науки сведено к софинасированию затрат» (Смородинская, 2013). Такая модель не способствует поддержанию горизонтальных процессов (и, прежде всего, кластерообразующего процесса отсвоения) внутри самого кластера. Усилия органов местного самоуправления должны быть направлены не на поддержку отдельных хозяйств, а на развитие взаимоотношений: между самими домохозяйствами на горизонтальном уровне, а так же между домохозяйствами и органами власти, финансовыми и другими хозяйственными учреждениями по совместному созданию общественно-значимых ценностей.

Незначительный масштаб объектов финансирования - черта, которая позволяет затребовать для реализации кластерных проектов и программ домохозяйств средств от краудсорсинга, тем более что во всех этих проектах и программах сильнее всего проступают черты конкретных человеческих лиц, облики конкретных человеческих судеб, рассказы о конкретных человеческих историях.

Вполне понятно, что и работа над бюджетными источниками, и деятельность по привлечению средств краудсорсинга для целей реализации кластерных программ/проектов домохозяйств нуждаются в особых, нетривиальных технологиях. Однако свой взгляд на существо данных технологий мы изложим в других своих статьях. Здесь же,

ограничившись лишь указанием на эти источники, как наиболее адекватные соответствующим элементам сущности кластеров домохозяйств, подробнее остановимся на том источнике, который более-менее отвечает такому свойству этих кластеров, как практически полное, а зачастую - и полное отсутствие в них процессов образования прибыли.

Динамика доходов от предпринимательской деятельности (% к общему объему доходов

Динамика доходов от собственности (% к

Динамика "скрытых" доходов

2000

2005

2010

2011

1. Республика Адыгея

2. Краснодарский 3 Волгоградская

4. Республика

5 Астраханская

6 Ростовская область

Рис. 3. Структура доходов домохозяйств в 2000-2011 гг.7 Кредитование кластеров домохозяйств.

Домохозяйства по своей как экономической, так и юридической природе могут выступать только как некая некоммерческая организованность. Наблюдаемая ныне активная загрузка домохозяйств средствами коммерческого кредитования явно и открыто противоречит этой их природе. Впервые это очевидное противоречие двух различных, но активно взаимодействующих природ дало о себе знать мощным запуском сейсмики финансового кризиса 20082010 гг. Именно тогда, в горниле названного кризиса отчетливо проявилось понимание необходимости привести в

7 Регионы России. Социально-экономические показатели // Федеральная служба государственной статистики. Доступно на: http:// www.gks.ru/bgd/regl/b12_14p/IssWWW.exe/Stg/d01/05-14.htm.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

TERRA ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

соответствие природу домохозяйства с природой источников его финансирования. Значимым шагом на этом пути стало возникновение явления социального банкинга.

За период с 2006 по 2012 гг. более тысячи институциональных инвесторов из 50 стран, присоединившиеся к подписантам «Принципов Ответственного Инвестирования8, обязались оказывать влияние на владельцев объектов инвестирования в целях учета в их деятельности экологических, социальных проблем, а также проблем, связанных с корпоративным управлением (Environmental, Social, corporate Governance, ESG). Социально-ответственное инвестирование (SRI, socially responsible investmenting) предполагает получение в результате такого инвестирования как положительных финансовых результатов инвесторами, так и социальных результатов обществом. Поддержанные Организацией Объединенных Наций шесть «Принципов Ответственного Инвестирования» способствуют, в частности, и увеличению количества социально-эффективных финансовых услуг, предлагаемых финансовыми организациями гражданам. Одно из направлений деятельности по реализации инициативы «Принципы Ответственного Инвестирования» связано с реализацией семи «Принципов для Инвесторов в Инклюзивные Финансы».

В качестве одного из возможных результатов деятельности по реализации инициативы по внедрению PIIF может быть увеличение объемов финансовых ресурсов, направляемых финансово-кредитными организациями для кредитования малого бизнеса и домохозяйств с низким уровнем доходов. Данное предположение основано на том, что под инклюзивными финансовыми услугами авторы международной инициативы понимают те финансовые услуги, которые направлены на обеспечение доступности финансовых услуг, соответствующих финансовым и имущественным возможностям бедных домохозяйств, домохозяйств с низким уровнем доходов и малого бизнеса. К финансовым услугам, на обеспечение доступности которых направлена реализация Принципов инклюзивных финансов, относятся кредитование (в том числе кредитование самозанятых граждан), депозитные услуги, страхование, услуги по приему платежей. Социальные банки, объединившиеся в Глобальный Альянс за Ценностно-ориентированный Банкинг9 и в Европейскую Федерацию Этических и Альтернативных Банков10, стали первыми подписантами «Принципов Ответственного Инвестирования» (PRI) и «Принципов Инклюзивных Финансов» (PIIF).

Результаты изучения опубликованных миссий этих социальных банков свидетельствуют, что социальные банки, в большей части, относят себя к категории банков «с совестью и сознательностью». Они инвестируют в экологические проекты, а также в проекты, направленные на развитие общества - в целом, местных сообществ - в частности, в проекты, способствующих адаптации и социализации лиц с ограниченными финансовыми, физическими возможностями, а также проживающих в депрессивных территориях. Кроме того, социальные банки активно содействуют развитию общественной дискуссии и научных исследований в отношении ESG проблем.

Анализ принципов деятельности, опубликованных зарубежными социальными банками, свидетельствует о том, что эти банки объединяет приверженность следующим принципам:

• социальная ответственность (социальные банки не проводят спекулятивных операций, учитывают интересы своих клиентов, требуют от клиентов этичного использования заемных средств);

• транспарентность (социальные банки демонстрируют открытость результатов своей деятельности, структуры органов управления, а главное - политики по управлению кредитными ресурсами, что позволяет им привлекать средства вкладчиков на более выгодных условиях, находя поддержку у вкладчиков, которые получают не только процентный доход, но и удовлетворение от участия в финансировании проектов, приносящих пользу обществу, многие социальные банки присоединились к Всемирной Инициативе по Отчетности (Global Reporting Initiative) (GRI). Попутно заметим, что в той процентной уступке, которую вкладчики преподносят проектоустроителям, как и в ее целевом результате (в повышении уровня благоприятности общественной среды) легко усматриваются признаки отсвоения;

• устойчивость (социальные банки в качестве своей стратегической задачи рассматривают долгосрочный положительный эффект от использования заемщиками предоставленных социальными банками средств, при том, что положительный эффект должен быть получен как самими заемщиками, так и обществом в целом, не нанося ущерб интересам будущих поколений).

Важным инструментом деятельности социальных банков являются депозиты и депозитные сертификаты устойчивого развития. Депозиты и депозитные сертификаты устойчивого развития являются источником предоставления социально-эффективных кредитов и других инвестиций. Такие депозиты и сертификаты обеспечивают связь между социально-ориентированными гражданами и организациями и теми, кто нуждается в финансовом капитале, чтобы в результате его использования принести пользу обществу - в первую очередь, самому заемщику (реципиенту финансовых средств) - во вторую. Процентные ставки по таким депозитам и депозитным сертификатам устанавливаются несколько ниже рыночных, так как вкладчики принимают решения о размещении депозитов в социальные банки не только для получения процентных (купонных, дисконтных) доходов, но и для обеспечения положительного социального воздействия от использования принадлежащих им средств, для обеспечения источниками финансирования активных операций социальных банков. В некоторых из социальных банков вкладчики даже имеют возможность выбрать из списка предлагаемых банками социально и экологически эффективных видов деятельности заемщиков (рецепиентов инвестиций) те, которые наиболее соответствуют их представлениям как наиболее социально и экологически эффективные, способствующие целям устойчивого развития. Таким образом, депозитный сертификат устойчивого развития играет роль одного из конкретных инструментов организации

8 Principles for Investors in Inclusive Finance. Доступно на: http://www.unpri.org/principles/ .

9 The Global Alliance for Banking on Values. Доступно на: http://www.gabv.org/ .

10 European Federation of Ethical and Alternative Banks. Доступно на: http://www.febea.org/.

процесса отсвоения/благоприбретения, теснящего (пусть даже слегка) стандартный капиталистический процесс присвоения/отчуждения.

Особую актуальность развитию социально-эффективного кредитования населения придает все усиливающаяся дискуссии о необходимости изменения структуры и порядка потребления товаров, работ, услуг домохозяйствами для сокращения негативного влияния потребительского бума на устойчивое развитие общества. По нашему мнению, услуги по кредитованию граждан могут быть социально-эффективными, если только в результате использования полученных гражданами в кредит заемных средств не только не наносится ущерб домохозяйствам и обществу в целом, но и оказывается положительное воздействие, способствующее устойчивому развитию общества и домохозяйств. При этом наиболее важным является характер воздействия кредитования домохозяйств на развитие местного сообщества, так как результаты такого воздействия могут быть в короткой перспективе оценены самими заемщиками, их земляками. Выразимся более принципиально. Только смещение акцента кредитования с отдельно взятого домохозяйства на «сообщество домохозяйств», т. е. на их кластер, позволяет преодолеть описанное выше противоречие между коммерческой природой банковского кредита и некоммерческой природы домохозяйства. Преодолеть именно потому, что в кластере домохозяйств, как нами уже отмечалось, образуется кластерная рента, которая и служит источником погашения кредита. Но кластер домохозяйств, в отличие, например, от их кооператива или некоммерческого партнерства, не является, не может и должен быть юридическим лицом. Он - живая сеть пульсирующих взаимоотношений, которые тут же умирают (разрушаются) от любой их формализации. Как формальная процедура регистрации брака и брачный контракт зачастую убивают пульсирующее чувство любви, доверия и верности между двумя человеческими сердцами. Поэтому предстоит еще осмыслить и описать технологию кредитования кластеров домохозяйств, что мы непременно должны будем сделать в одной из следующих своих статей.

Социальные банки специализируются на предоставлении следующих кредитов населению:

• ипотечные кредиты гражданам, в том числе тем, для которых ипотечные кредиты обычных банков являются недоступными по причине несоответствия предъявляемым к потенциальным заемщикам требованиям, приоритетно - для строительства и приобретения энергоэффективных объектов недвижимости по доступной цене в проблемных (в том числе депрессивных) районах,

• микрофинансовые кредиты - наиболее известная «социально-эффективная» финансовая услуга, в результате которой осуществляется кредитование граждан в целях их самозанятости,

• образовательные кредиты, предоставляемые гражданам для оплаты услуг образовательных учреждений.

В качестве механизма стимулирования банков к кредитованию кластерных проектов домохозяйств могут

выступать различные государственные мероприятия в виде поправок в действующее законодательство и разработки целевых программ. Конкретные инициативы в этом вопросе уже нашли свое движение, в частности, в совместной инициативе участников форума фермеров, садоводов, огородников, владельцев личных подсобных хозяйств и депутата законодательного собрания Ростовской области о создании федеральной Программы поддержки, создании развития жителями моногородов (малых городов) ЛПХ, КФК, садоводческих товариществ11.

Доля социальных банков в общей сумме активов европейской банковской системы составляет всего 0,06%. Вместе с тем, деятельность ряда социальных банков, в контексте происходящих в мире изменений, привлекает большое внимание общества. И можно с уверенностью полагать, что сознательное и целенаправленное движение в направлении повышения уровня адекватности существа продуктов социальных банков природе и существу домохозяйств и их кластеров, увенчается тем, что социальный банкинг из некоторой кредитно-финансовой экзотики и очередной находки маркетологи превратится в развитый и авторитетный институт будущего мироустройства.

ЛИТЕРАТУРА

Барр Р. (1995). Политическая экономия. В 2 т. Т. 1. М.: Международные отношения. 608 с.

Беккер Г. (1994). Экономика семьи и макроповедение // США: экономика, политика, идеология. № 2. С. 99-107. № 3. С. 10.

ДончевскийГ.Н. (2011). Поссибилитика, или искусство овладения невозможным (очерки технологии эры индиго). М.: Вузовская книга. 376 с.

Жеребин В.М. (1998). Экономика домашних хозяйств. М.: ЮНИТИ. 231 с.

Мамедова А. М. (2011). Воспроизводственная функция домашних хозяйств // Молодой ученый. № 5. Т. 1. С. 209-212. Портер М. (1993). Международная конкуренция: Конкурентные преимущества стран. М.: Международные отношения. 896 с.

Можайкина Н.В. (2001). Социально-экономическая сущность категории домохозяйства Доступно на: http:// www.nbuv.gov.ua /portal/Soc_Gum/VMSU/2008-01/08mnvyaia.htm.

ПлоскихЕ.В. (2012). Сравнительный анализ теоретических концепций поведения домашних хозяйств // Вестник КРСУ. Т. 12. № 6. С. 172-176.

Смородинская Н. (2012). Территориальные инновационные кластеры: мировые ориентиры и российские реалии // Материалы XIV апрельской международной конференции НИУ ВШЭ. Секция: Наука и инновации. Доступно на: http://ecpol.ru/index.php/2012-04-05-13-41-25/2012-04-05-13-41-42/756-innovatsionnye-klastery-mirovye-orientiry-i-rossijskie-realii.

11 Источник: Инициатива депутата Законодательного собрания Ростовской области Л.А. Шафирова. Доступно на: http://www.sha-firov.ru/zakonodatelnie-initsiativi-/initsiativa-o-sozdanii-federalnoy-programmi-poddergki-sozdaniya-i-razvitiya-gitelyami-monogorodov-malih-gorodov-lph-kfh-sadovodcheskih-tovarishchestv.

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 2 Часть 2

Сэмюэлс У.Дж. (2002). Институциональная экономическая теория // Панорама экономической мысли конца ХХ столетия / Под ред. Д. Гринуэя. Т. 1. М. СПб.: Экономическая мысль. С. 125-141.

Ходжсон Дж. (2000). Привычки, правила и экономическое поведение // Вопросы экономики. № 1. С. 39-55. Цихан Т.В. (2003). Кластерная теория экономического развития // Теория и практика управления. № 5. С. 74-81. Чаянов А.В. (1925). Организация крестьянского хозяйства. М.: Центральное товарищество «Кооперативное издательство». 214 с.

Шевцов А. (2012) «Приток инвестиций в экономику района за несколько лет вырос почти в 20 раз» // Доступно на: http://www.interfax-russia.ru/South/exclusives.asp?id=353910.

Экономические субъекты постсоветской России (институциональный анализ). Часть 1. Российские домохозяйства (2010) / Под ред. д.э.н., проф. Р.М. Нуреева. Серия «Научные доклады: независимый экономический анализ», № 212. Часть 1. М.: Московский общественный научный фонд. 196 с.

Enright M J. (1992). Why Clusters are the Way to Win the Game? // Word Link, No. 5, July/August. Рр. 24-25.

REFERENCES

BarrR. (1995). The Political Economy. In 2 vols 1. Moscow: International Relations, 608 p.

Becker G. (1994). Economics Family and macrobehavior. USA: economics, politics, ideology. No. 2. Pр. 99-107, № 3. P. 101.

Donchevsky G.N. (2011). Possibilitika, or the art of mastering the impossible. (Essays of technology of era Indigo). M.: Vuzivska kniga. 376 p.

Zherebin V.M. (1998). Economy of households. Moscow: UNITY. 231 р.

Mamedova A.M. (2011). The reproductive function of households // Molodoy ucheniy. № 5. V.1. Pр. 209-212.

Porter M. (1993). International Competition Competitive Advantage of Nations. М. Mezhdunarodnye otnosheniya. 896 p.

Mozhaikina N.V. (2001). Socio-economic essence of the category of the household. Available at: http://www.nbuv. gov.ua /portal/Soc_Gum/VMSU/2008-01/08mnvyaia.htm.

Ploskih E.V. (2012). Comparative analysis of the theoretical concepts of household behavior. Vestnik KRSU, Vol. 12. No. 6. Pр. 172-176.

Smorodinskaya N. (2012). Territorial innovation clusters: global orientation and the realities of Russia // Materials of the XIV International SRU HSE. Section: Science and Innovation. Available at: http://ecpol.ru/index.php/2012-04-05-13-41-25/2012-04-05-13-41-42/756-innovatsionnye-klastery-mirovye-orientiry-i-rossijskie-realii.

Semyuels U.J. (2002). Istitutsionalnaya economic theory. Panorama of economic thought in the late twentieth century / Under edition Green's nueya. T. 1. M. St. Petersburg: Ekonomicheskaya mysl, P. 125-141.

Hodgson J. (2000). Habits rules and economic behavior. Voprosy economiki, No. 1. Pр. 39-55.

Tsikhan T.V. (2003). Cluster theory of economic development. Teoriya ipraktika upravleniya, No. 5. Pp. 74-81. ChayanovA. V. (1925). The organization of the farm. M.: Central'noe tovarishestvo «Kooperativnoe izdatel'stvo». 214 р. Shevtsov A. (2012). "The inflow of investments into the economy of the region for several years has grown almost 20 times". Available at: http://www.interfax-russia.ru/South/exclusives.asp?id=353910.

Economic actors in post-Soviet Russia (institutional analysis). Part 1. Russian households (2010). Edited by PhD prof. RM Nureyev. M: Moskovskii obshestvennyi nauchnyi fond. 196 р.

Enright M.J. (1992). Why Clusters are the Way to Win the Game? Word Link, No. 5, July/August. Рр. 24-25.