Особенности метрического стихосложения аруз в башкирской поэзии первой трети XX века

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 11 (226).

Филология. Искусствоведение. Вып. 53. С. 62-65.

С. А. Искандарова

ОСОБЕННОСТИ МЕТРИЧЕСКОГО СТИХОСЛОЖЕНИЯ АРУЗ В БАШКИРСКОЙ ПОЭЗИИ ПЕРВОЙ ТРЕТИ ХХ ВЕКА

В статье рассматриваются особенности метрического стихосложения аруз башкирской поэзии в первой трети ХХ века. Если веками господствовавший традиционный аруз в дореволюционный период подвергался некоторым изменениям под влиянием русского и народного стиха, то к концу 1920-х годов, постепенно заменяясь народным силлабическим стихосложением, исчезает из башкирской поэзии.

Ключевые слова: аруз, башкирское стихосложение, метрическое стихосложение, арабоперсидские формы стиха.

Как известно, тюркоязычная классическая поэзия с проникновением ислама в течение многих веков развивалась под сильным влиянием арабо-персидских литературных традиций. В поэзии большинства тюркоязычных литератур (в том числе и башкирской), которые имели письменность, разработанную на основе арабского алфавита, до начала ХХ века господствующее положение занимала арабо-персидская теория стиха - аруз (от араб. «аруд», перс. «аруз» - «просодия», «метрика»).

Теория аруза входила в комплекс обязательных наук образованного человека. На территории Урало-Поволжья были широко распространены медресе и мектебы - учебные заведения при мечетях, в которых кроме религиозных предметов, таких как право, догматика, логика, коранические дисциплины, изучались арабский и персидский языки, а также аруз - теория стихосложения. Поэзия, созданная метрами аруза. относилась к высокому стилю и предназначалась для образованных, осведомленных читателей, которые могли оценить мастерство пишущих.

Корни аруза уходят в глубокое прошлое арабской поэзии, за много веков до принятия ислама. Однако основателем, систематизатором учения об арузе считается арабский ученый VIII века Халил ибн Ахмад1. В процессе своего развития общая для многих мусульманских литератур поэтика аруза претерпела некоторые изменения в каждой из национальных литератур. В данной статье мы попытаемся рассмотреть особенности аруза в башкирской поэзии первой трети ХХ века.

Метрика аруз, согласно авторам трактатов, сторонникам графического принципа, основана «на различии между «подвижными», или огласованными, и «неподвижными», или нео-гласованными, согласными»2. Европейские же

ученые увидели в арузе привычную для них метрическую систему стихосложения, основанную на чередовании кратких и долгих слогов, подобно античным древнегреческому или латинскому языкам. Для обозначения долготы и краткости ими было принято применение знаков «и» - для краткого слога и «-» - для длинного слога. Кратким слогом принято считать открытый слог с кратким гласным. Долгим слогом является открытый слог с долгим гласным, и закрытый слог с кратким гласным. Если в закрытом слоге за краткой гласной следуют два согласных, или за долгой гласной одна или две согласных, то такой слог называется полу-торным3. В башкирской поэзии, в отличие от арабо-персидских и некоторых тюркоязычных литератур, например, турецкой4, полуторный слог принимался за один долгий. Отличием тюркского аруза от арабского является и то, что каждое полустишие бейта (двустишия) имеет всегда одинаковое число слогов (изосиллабиче-ское). В арабской же поэзии «размеры последних стоп двустишия почти всегда расходятся, и виды арабских метров определяются различиями последних стоп двустиший»5.

Башкирская письменная поэзия обладала своей спецификой и в употреблении размеров стиха. Анализ произведений поэтов первой трети ХХ века показал, что из всех размеров аруза продолжали использоваться только самые популярные размеры тюркского аруза -рамаль и хазадж в их разновидностях: рамал-и мусамман-и махзуф (схема: - и — |- и — |- и

— |- и -), рамал-и мусаддас-и махзуф (схема:

- и — |- и — |- и -), хазадж-и мусамман-и

салим (схема: и------|и-----|и------|и------),

хазадж-и мусаддас-и махзуф (схема: и - - -|и

----|и —). Из них наиболее употребительным

был метр рамал-и мусамман-и махзуф.

Основными жанровыми формами стиха в творчестве урало-поволжских поэтов к началу ХХ века являлись маснави (схема рифмовки: аа, бб, вв, гг...) и газель (схема: аа, ба, ва, га...).

В классической поэзии в форме маснави создавались в основном стихотворные произведения эпического, исторического характера, которые содержали несколько сот бейтов. Таковы средневековые тюркские поэмы «Кисек-баш» (ХШ-Х1У в.), Кутба «Хусрау и Ширин» (XIV в.), Хорезми «Мухаббатнама» (XIV в.), Х. Катиба «Джумджума султан» (XIV в.) и др. В начале ХХ века маснави, имеющие большой объем, были созданы и башкирскими авторами; среди них можно отметить произведения Ш. Бабича «Газазил» («Дьявол», 391 бейт), «Книга об избраннных» (321 бейт), М. Гафури «Адам и Иблис» («Адам и Сатана», 216 бейтов), «Исчезнувшее сокровище» (154 бейта). Однако самой распространенной формой стиха в башкирской поэзии начала ХХ века являлась короткая форма маснави. Этим башкирская поэзия отличалась от классической поэзии, в которой, как известно, ведущую роль играла газель. Короткая форма маснави применялась в лирических произведениях, большей частью романтического или дидактического содержания. Средний объем таких стихотворений составлял от 3 до 12 бейтов, иногда количество бейтов достигало 20.

Основным содержанием жанровой формы газель в классической поэзии была любовная тема, однако к началу ХХ века ее содержание было подвергнуто значительным изменениям6. Кроме любовных тем, в них отражались социальные, философские, этические и другие темы. Также появились сатирические газели, разоблачающие пороки общества и отдельных личностей.

Менее распространенными формами стиха в творчестве башкирских поэтов были касыда, кит’а, дубейти, фард, а также разновидности строфических форм мусаммат -мурабба, мухаммас, мусаддас, тарджиат и таркибанд и др.

В начале ХХ века в урало-поволжской культурной, общественно-политической, и литературной жизни происходили значительные изменения. С одной стороны, после знакомства с европейской и русской литературой поэзия обогащается переводными и подражательными произведениями. С другой стороны, оживляется интерес к национальному фольклору. В ре-

зультате этих изменений в башкирской поэзии начала ХХ века формируются два течения:

1) традиционная поэзия, в которой поэты, оставаясь верными канонизированным формам, начинают вносить новое содержание;

2) новая, новаторская поэзия, в которой поэты начинают видоизменять как форму, так и содержание.

Башкирские поэты начала ХХ века - М. Гафури, С. Якшигулов, Ш. Бабич, Х. Габитов, С. Кудаш, Д. Юлтый и др. наряду с арабоперсидскими формами поэзии пользовались одновременно народным силлабическим стихосложением. Силлабическое стихосложение в дореволюционной башкирской литературе обозначалось терминами «бармак хисабы» (от тюрк. «бармак» - «палец», «хисап» - «счет») или же «хеджа вэзене»,«хеджа хисабы» (араб. «хеджа» - «слог», «вэзн» - «размер») под влиянием арабо-персидской поэтики. Истоки обращения к народному творчеству обнаруживаются в последней четверти XIX века в творчестве поэтов-просветителей, которые были заинтересованы в том, чтобы их мысли стали достоянием широких масс, простого народа, а не только образованных людей. Это заставило их применять в своем творчестве более понятную для своих слушателей форму поэзии.

В первое десятилетие ХХ века среди башкирской и татарской интеллигенции оживляется интерес к национальному фольклору, особенно к старинным песням. В творчестве многих поэтов начинают появляться стихотворные произведения, созданные на размер народных песен (10-9 и 8-7-сложные), которые до этого времени были отлучены от книжной поэзии.

Передовые поэты сыграли большую роль и в процессе обновления литературного языка. Они выступали за сближение народного и литературного языка, отказавшись от чрезмерного употребления арабо-персидской лексики и грамматических форм.

В начале ХХ века под влиянием русской поэзии и народного силлабического стиха некоторые изменения начинают претерпевать и формы произведений, созданные метрами аруза. В творчестве поэтов-новаторов появляются строфические формы - четверостишия, которые в отличие от четырехстрочной строфы «мурабба», существовавшей в классической поэзии с устойчивой формой (аааа, ббба...), отличались новым порядком рифмовки - перекрестной (абаб, вгвг...) и опоясывающей (абба, вггв), принятыми из русской поэзии, а также

64

С. А. Искандарова

употребляется четверостишная строфа с рифмами ааба, свойственная народной поэзии.

Видоизменения коснулись и внешней формы бейта (двустишия) - основной единицы стиха арабо-персидской поэтики. Некоторые поэты начинают делить бейт посредством цезуры на две части, в результате чего форма двустишия превращалась в четырехстрочную строфу, характерную для народной поэзии. Например, размер аруза рамал-и мусамман-и мах-зуф (- и — |- и — |- и — |- и -), имеющий по 15 слогов в каждом полустишии, начинает записываться как четверостишие 8-7-8-7, в результате этого, своей внешней формой становится схож с народным песенным силлабическим 8-7-сложным размером.

Прогрессивные поэты начала ХХ века пытаются также привнести нововведения и в традиционную рифму (кафия). Согласно арабоперсидской поэтике, рифма основывается на графическом повторении букв (харф). Основная буква рифмы - рави - должна была обязательно входить в корень или основу слова рифмующихся слов. Созвучия только грамматических окончаний за рифму не принимались7. В творчестве поэтов-новаторов (например, Ш. Бабича) появляются акустические рифмы, а также поэты стараются освободиться от засилья грамматических рифм.

Вторым этапом в преобразовании башкирского стихосложения явились революционные события 1917 года, которые оставили глубокий след в литературной жизни страны. В результате изменившейся идеологии в творчестве поэтов появляется новая проблематика. Передовые поэты начинают переходить от высокого стиля, преобладавшего в их творчестве, к более низкому, так как теперь произведения предназначались другой читательской аудитории, для которой стало необходимо обращаться простым, общедоступным языком, освобожденным от арабо-персидской лексики. Вторая половина 1920-х годов совпадает и с переходом башкирской письменности с арабского алфавита на латинизированную графику.

Серьезные изменения претерпела и форма стихотворений. В этот период многие поэты начинают отдавать предпочтение народному силлабическому стихосложению. Отметим, что переход от традиционных поэтических форм к силлабическому стихосложению был характерен для всех тюркоязычных литератур, использовавших аруз, однако процесс перехода в каждой из национальных литератур проходил по-разному8.

Академик Г.Б. Хусаинов отмечает, что в башкирском стихе 1920-х годов наблюдаются две тенденции. В первой, основанной на народном стихе, проявляется стремление к полной ритмической точности, строфико-структурной стройности. К этой же тенденции относится разновидность обновляющегося книжного стиха. Ко второй относится новый стих, приспособленный к разговорной интонации, с более свободной ритмико-интонационной формой9.

Анализ стихотворений, опубликованных в журналах, которые выходили на территории Урало-Поволжья, показал, что если в начале ХХ века аруз занимал господствующее положение, например, в журнале «Шура» («Совет»), издававшемся с 1908 по 1917 годы, метрами аруза было написано около 85%, то во второй половине 1920-х годов мы видим резкое уменьшение количества стихов, созданных арузом. Так, в журнале «Белем» («Знание») за 1926-27 годы число арузных стихов снижается до 19,4%. За эти же годы в журнале «Безнен юл» («Наш путь») мы не находим ни одного произведения, написанного классическим стихосложением. В журнале «Сэсэн», который начал издаваться с 1927 года, нами также не было обнаружено арузных стихотворений. Одними из последних периодических изданий, в которых применялся аруз являются религиозные журналы «Ислам» и «Дианат» («Религия»), просуществовавшие до конца 1928 года, а также несколько стихотворений были опубликованы в журнале «Яна-лиф» («Новый алфавит») за 1928-1931 годы.

Таким образом, в башкирской литературе система стихосложения аруз, которая столетиями занимала господствующее положение, постепенно заменяясь народным силлабическим стихосложением, к концу 1920-х годов выходит из употребления.

Примечания

1 См.: Фролов, Д. В. Классический арабский стих. История и теория аруда. М. : Наука, 1991. 359 с.

2 Бомбачи, А. Тюркские литературы. Введение в историю и стиль // Зарубежная тюркология. Вып. I. М. : Наука. 1986. С. 242-243.

3 См.: Бертельс, Е. Э. Грамматика персидского языка. Л., 1926. С. 97.

4 Джафар, А. Тевфик Фикрет о метрике стихосложения и метры его поэзии // Теоретические проблемы восточных литератур. М. : Наука, 1969. С. 47.

5 Джафар, А. Теоретические основы аруза и азербайджанский аруз : автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Баку, 1968. С. 83.

6 Кунафин, Г. Газель в башкирской поэзии // Система жанров в башкирской литературе. Уфа, 1980. С.26-34.

7 См.: Стеблева, И. В. Арабо-персидская теория рифмы и тюркоязычная поэзия // Тюркологический сборник. М. : Наука, 1966. С. 246-254.

8 См.: Бомбачи, А. Тюркские литературы. С. 242-243; Хамраев, М. К. Основы тюркского стихосложения. Алма-Ата, 1963. С. 126-127; Туйчиев, У. Система аруз в узбекской поэзии. Ташкент : Фан, 1976. С. 102 и др.

9 Хусаинов, Г. Б. Башкирское стихосложение : поэтический словарь. Уфа : Гилем, 2003. С. 220.