Банки образцового содержания

---

Банки образцового содержания

---

       Российские власти обнародовали свою программу преобразования госбанков. Из нынешних почти 500 банков с госучастием останется всего три-четыре, но очень крупных. Они станут основой широкомасштабной коррупции, чиновничьего произвола и экономического роста в России.

С мира по нитке
       Программа преобразования банков с государственным участием подготовлена первым замминистра финансов Сергеем Игнатьевым. Строго говоря, это не программа, а проект отчета правительства перед президентом по результатам инвентаризации имущества банков, инвестиционных, фондовых и финансовых компаний, в капитале которых имеются доли государства. Однако в документе содержатся конкретные предложения по оптимизации деятельности подобных структур, а премьер Михаил Касьянов уже поручил всем заинтересованным ведомствам представить свои поправки, после чего бумага поступит на утверждение Владимиру Путину. Так что начала реализации минфиновского плана, судя по всему, ждать придется недолго.
       Заключается он в следующем. В ходе проведенной по поручению президента инвентаризации государство подсчитало, что входит в состав акционеров 469 банковских и небанковских кредитных организаций, из которых к финансово стабильным относятся 393, а проблемными признаны 76. Еще 19 банков находятся под управлением государственного Агентства по реструктуризации кредитных организаций (АРКО).
       По мнению Минфина, управлять таким количеством кредитных организаций государство не в состоянии. "Доля участия государства в капитале большинства кредитных организаций не является экономически значимой для их деятельности и не предоставляет возможности государству определять политику банков по решению приоритетных государственных задач. О распыленности государственного участия свидетельствует тот факт, что в 80% банков доля государства не превышает 25%. Кроме того, управление политикой банков с государственным участием носит разрозненный ведомственный характер", утверждается в подготовленном министерством документе.
       
       По данным Минфина, доля государства превышает 50% в Сбербанке России, Внешэкономбанке (ВЭБ), Внешторгбанке (ВТБ), Российском банке развития (РБР), Российском экспортно-импортном банке (Росэксимбанке) и Всероссийском банке развития регионов. Среди остальных банков преобладают мелкие кредитные организации с уставным капиталом менее 1 млн евро и активами, не превышающими 100 млн рублей.
       
       Минфин предлагает российским властям выйти из капитала большинства коммерческих банков. О том, какие масштабы может принять этот процесс, свидетельствует заявление Михаила Касьянова, сделанное им на прошлой неделе. "В качестве переходной меры государство должно участвовать в двух-трех, максимум четырех банках",— сказал он.
       Таким образом, позиция государства ясна: создать на базе существующих госбанков несколько очень крупных кредитных организаций и через них финансировать экономику. Учитывая, что на данный момент в 36 банках государству принадлежат контрольные пакеты акций, а в 45-и — блокирующие, понятно, что принципиальные изменения в работе ждут едва ли не каждый десятый из работающих российских банков. Кроме того, в рамках данной программы планируется создание крупных финансово-промышленных холдингов с включением в их состав финансовых и инвестиционных компаний с госучастием — таких, как государственное предприятие "Российская финансовая корпорация", Государственная инвестиционная корпорация (Госинкор), Агентство по ипотечному жилищному кредитованию, Агентство по реструктуризации кредитных организаций, Федеральная фондовая корпорация, Интерагрофонд. Если подобный план будет реализован, модель функционирования российской экономики изменится кардинально.
       
Корень зла
       Прежде всего изменения коснутся схемы финансирования промышленности. До сих пор государство могло вкладывать деньги в экономику либо путем прямого бюджетного финансирования, либо через институт специально отобранных уполномоченных банков. В первом случае невозможно было финансировать инвестиционные проекты, предусматривающие возврат вложенных средств: бюджетные организации не занимаются коммерческой деятельностью, а просто живут за счет государства. Во втором контроль за расходованием средств осуществляли коммерческие банки. По сути, от них во многом зависело, на какие проекты пойдут средства правительства.
       Теперь по замыслу властей распределением этих ресурсов должны заняться госбанки. Это снимет довольно серьезную проблему — выбор уполномоченных банков по работе с бюджетными деньгами, как правило, сопровождался громкими скандалами. Что неудивительно: обделенные государственным вниманием банкиры всякий раз намекали, что их конкуренты получили заказ исключительно из-за хороших связей с чиновниками, поддерживаемых материальной заинтересованностью последних. Появление на сцене госбанков снимет подобные вопросы: правительство начнет распределять ресурсы именно через них. Это, конечно, не означает, что коррупция исчезнет. Она попросту расцветет на новом месте.
       Действительно, сотрудники новообразованных госбанков будут, по сути, на положении госслужащих и будут распоряжаться огромными средствами, им не принадлежащими. В таких условиях весьма вероятно, что нуждающиеся в кредитах предприятия начнут давать взятки банкирам за право получения доступа к госденьгам. Избежать такого развития событий вряд ли удастся. Достаточно вспомнить опыт Южной Кореи. Там реализация похожей программы господдержки экономики привела к невиданному расцвету коррупции, закончившемуся серией громких скандалов. А ведь местные чиновники в силу исторических причин не имели столь богатого опыта в данной сфере, как их российские коллеги. Однако, как это ни парадоксально, не исключено, что, несмотря на расцвет коррупции, новая схема распределения денег окажется выгодной государству.
       Логика здесь может быть следующая. Коррупция и злоупотребление служебным положением с экономической точки зрения вовсе не являются абсолютным злом. Это лишь некое явление, приводящее к увеличению издержек функционирования экономики. И совершенно неважно, где работает взяточник — в государственной структуре или в коммерческом банке. В последнем случае он, конечно, не несет уголовной ответственности, но неприятностей может доставить не меньше, чем чиновник. Простой пример. Как-то раз мне на глаза попалось аудиторское заключение одного крупного (ныне покойного) банка. В разделе, посвященном деятельности кредитного отдела, было отмечено, что формулировка "честное слово директора московского филиала" в графе "Основание для выдачи кредита" вряд ли является убедительной. Причем, по некотором сведениям, в данном случае коррупцией и не пахло, просто руководитель предприятия-заемщика был близким другом упомянутого банкира. Однако сути дела это не меняет: в нашей стране статус частного банка вовсе не гарантирует бескорыстную работу его сотрудников на благо родной организации. По данным "Денег", именно так и рассуждают в правительстве: коррупция — зло неизбежное, и в том, что из частных банков она переместится в государственные, ничего страшного нет.
       
Деньги на бочку
       Страшно другое. Новая система управления госресурсами дает властям возможность стимулировать вложения в промышленность исключительно согласно своим представлениям о том, куда следует направлять деньги. Законы экономического развития здесь оказываются абсолютно ни при чем.
       В самом деле, определяя, как потратить деньги, чиновники основное внимание будут уделять не эффективности вложений, а решению несколько других задач. Иногда они будут иметь отношение к макроэкономическим проблемам правительства. Так, например, один чиновник из Белого дома в беседе с корреспондентом "Денег" обосновал необходимость создания крупных госбанков следующим образом: "В экономике масса свободных денег, избыточная рублевая ликвидность отрицательно сказывается на рынке. Поэтому правительству нужен надежный канал инвестирования средств в производство".
       Но чаще всего, как показывает практика, решения будут приниматься исходя если и не из личных, то ведомственных интересов. Как это будет происходить, на прошлой неделе наглядно продемонстрировал Сбербанк. Он объявил о подписании соглашения о сотрудничестве с Министерством промышленности, науки и технологий. Банк и министерство договорились осуществлять "согласование подхода и критериев отбора претендентов на получение кредитных средств". Между тем не секрет, что деятельность этого министерства курирует вице-премьер Илья Клебанов и работает оно в основном на российский военно-промышленный комплекс.
       Таким образом, вероятнее всего, новая система госбанков будет работать в основном на секторы экономики, связанные либо с ВПК, либо с крупным промышленным производством, то есть по образу и подобию советской системы. Что более чем устраивает правительство: рост в этих областях обеспечит возможность с гордостью рапортовать о росте ВВП. Устроит это и президента — достаточно вспомнить, что не далее как две недели назад Владимир Путин ездил в Индию, где договаривался о поставках российского оружия на общую сумму более $5 млрд.
       ПЕТР РУШАЙЛО