Влияние Устава уголовного судопроизводства на развитие института негласных следственных (розыскных) действий по УПК Украины 2012 г

Д.Б. Сергеева*

Влияние Устава уголовного судопроизводства на развитие института негласных следственных (розыскных) действий по УПК Украины 2012 г.**

Аннотация. Представленная статья посвящена системному анализу положений Устава уголовного судопроизводства 1864 г. и действующего УПК Украины 2012 г. с целью выявления влияния идей Устава уголовного судопроизводства на развитие института негласных следственных (розыскных) действий согласно уголовному процессуальному законодательству Украины. Исследованы положения Устава, которые были основанием становления, развития и, в конечном итоге, нормативно-правового закрепления в современном уголовном процессуальном законодательстве Украины института негласных следственных (розыскных) действий. Методологически в представленной статье на основе системного подхода используются диалектический метод, историко-правовой и сравнительно-правовой методы. Научная новизна исследования определяется тем, что представленная в научной литературе разработка теоретических и правовых аспектов института негласных следственных (розыскных) действий, как правило, ограничена только исследованием нынешнего состояния проблемных вопросов реализации указанного института в правоприменительной сфере. К выводам исследования можно отнести следующее. Большинство идей, заложенных авторами Устава уголовного судопроизводства относительно правового регулирования розыскной деятельности, а также использования ее результатов в уголовном судопроизводстве нашли свое последовательное развитие в соответствующих положениях УПК Украины 2012 г., принятие которого стало важным шагом на пути реформирования украинской правовой системы, повышения эффективности противодействия преступности, укрепления гарантий обеспечения прав, свобод и законных интересов участников уголовного процесса.

Ключевые слова: Уголовный процессуальный кодекс, Устав уголовного судопроизводства, сыск, розыскные меры, негласные действия, досудебное (предварительное) следствие, оперативно-розыскная деятельность, следователь, прокурор, доказательство.

Устав уголовного судопроизводства Российской империи (далее — Устав), утвержденный 20 ноября 1864 г.1, оказал большое влияние на развитие института негласных следственных (розыскных) действий, закрепленного в гл. 21 Уголовного процессуального кодекса Украины (далее — УПК Украины), вступившего в законную силу 20 ноября 2012 г.2

В соответствии с нормами Устава, исследование обстоятельств совершенного преступле-

1 Судебные уставы 20 ноября 1864 г., с изложением рассуждений, на коих они основаны, изданные государственной канцелярией. Ч. 2: Устав уголовного судопроизводства. 2-е изд. СПб.: Тип. 2-го Отд. Собств. е. и. в. канцелярии, 1867.

2 Кримшальний процесуальний кодекс Украши : Закон Украши ввд 13.04.2012 № 4651-У1; Закон Украши "Про вне-сення змш до деяких законодавчих актш Украши у зв'язку з прийняттям Кримшального процесуального кодексу Украь ни" ввд 13.04.2012 № 4652-У1. Х: Право, 2012. 392 с.

ния делилось на три части: дознание, в которое включалось и тайное полицейское разведывание (сыск), предварительное следствие и следствие окончательное (судебное).

В ст. 254 Устава устанавливалось, что при производстве дознания полиция все нужные ей сведения собирает посредством розысков, словесными расспросами и негласным наблюдением, не производя ни обысков, ни выемок в домах. В дальнейшем прототипы негласных (розыскных) действий, проводимых полицией и жандармерией, были расширены в Уставе. Так, Уставом им предоставлялось право принимать меры для розыска обвиняемого, скрывающегося от преследования (ст. 103 521), проводить осмотр и выемку почтовой и телеграфной корреспонденции (ст. 3681, 103511).

При производстве предварительного следствия по делам о государственных преступлениях, которое проводилось по предложению

© Сергеева Д.Б., 2015

* Сергеева Диана Борисовна — кандидат юридических наук, доцент кафедры правосудия, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко. [diana0443@yandex.ru]

01033, Украина, г. Киев, ул. Владимирская, д. 60.

** Материалы международной научно-практической конференции «Уголовное судопроизводство: история и современность», посвященной 150-летию Устава уголовного судопроизводства Российской империи.

прокурора судебным следователем, в соответствии со ст. 1037, 10371 Устава (в ред. от 1 июня 1904 г.), последний имел право дать поручение как непосредственно, так и через прокурора, который осуществлял надзор за следствием, чинам корпуса жандармов осуществить осмотр и выемку почтовой или телеграфной корреспонденции, сбор справок и других данных.

Применение негласных мер в ходе решения задач уголовного судопроизводства регламентировалось также в ряде инструкций и циркуляров Департамента полиции по организации сыска, которыми дополнялись положения Устава, а также Закона Российской империи от 6 июля 1908 г. «Об организации сыскной части»3, который рассматривал сыскную работу как вспомогательные меры в решении задач уголовного судопроизводства.

Так, в Инструкции чинам сыскных отделений от 9 августа 1910 г. указывалось, что сыскные отделения имеют целью своей деятельности негласное расследование и производство дознания в виде предупреждения, пресечения и расследования преступных деяний общеуголовного характера. Для выполнения этих задач они осуществляли систематический надзор за преступными и «порочными элементами» путем привлечения негласной агентуры и наружного наблюдения (§ 1, 2, 7, 9).

Среди мер уголовного сыска указывались: осмотры лица и вещей, публикации в газетах, обходы ночлежных приютов; преследование преступника «по горячим следам» и использование данных криминалистических учетов, словесные расспросы (опрашивание) и негласное наблюдение4.

Перлюстрация корреспонденции предусматривалась как сыскное мероприятие и как следственное действие, которое подробно регламентировалось Уставом (ст. 3861, 103511, 1037, 10894). В ст. 103511 Устава указывалось, что в случае необходимости осмотра или выемки почтовой или телеграфной корреспонденции такие осмотры или выемка осуществляются по согласованию лица, производящего дознание, с лицом, осуществляющим прокурорский надзор. Подробно регулировали перлюстрацию нормы Циркуляра министра внутренних дел от 5 января 1893 г.5

Статьи Устава не предусматривали возможность использования результатов сыска в качестве доказательств в уголовном процессе. Прокурор не имел права ссылаться в суде на результаты полицейского дознания, но ему позволялось при-

3 Закон об организации сыскной части // Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате. 1908. Отд. 1-й. 2-е полугод. СПб., 1908. С. 1580-1584. № 730.

4 См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: в 2 т. Т. 1 СПб.: Альфа, 1996. Т. 1. С. 290.

5 См.: Жаров С.Н. Обеспечение законности оперативно-

розыскных мероприятий в Российской империи // Право-

ведение. 2001. № 5. С. 198.

влекать для судебного разбирательства уголовного дела протоколы проведенных судебным следователем действий, основаниями для проведения которых могли быть результаты сыска полиции, которая осуществляла сопровождение его деятельности. Анализ ряда норм Устава свидетельствует, что результаты сыска в доказывании по делам об общеуголовных преступлениях использовались только в организационно-тактических целях (для установления фактических данных и их источников, составлявших достаточные основания для проведения соответствующих следственных действий с целью получения конкретных видов доказательств). Исключением было лишь жандармское дознание, которое включало сыск и приравнивалось к предварительному следствию. В отдельных случаях его результаты использовались в качестве доказательств по уголовным делам.

Таким образом, положения Устава, на наш взгляд, создали основы законодательного закрепления института негласных следственных (розыскных) действий в уголовном процессуальном законодательстве.

Однако следует отметить, что в советский период розыскная деятельность уполномоченных органов не регламентировалась на законодательном уровне, а проводилась исключительно согласно ведомственным нормативным актам закрытого характера.

Только лишь новое законодательство об оперативно-розыскной деятельности (далее — ОРД), принятое в России, Украине, а также в других странах СНГ и Балтии в начале 90-х гг. ХХ в. поставило розыскную деятельность, осуществляемую в интересах уголовного судопроизводства, на правовую, цивилизованную основу.

Однако в действующем законодательстве Украины об ОРД6, в отличие от законодательства об ОРД других стран СНГ и Балтии, отсутствует отдельная норма, устанавливающая исчерпывающий перечень оперативно-розыскных мероприятий с раскрытием их содержания и порядка осуществления.

Исходя из анализа ст. 8 Закона об ОРД Украины, регламентирующей права подразделений, совершающих ОРД, можно выделить такие оперативно-розыскные мероприятия: опрос (п. 1); контрольная закупка (п. 2); собирание и исследование предметов и документов, помещений, сооружений, транспортных средств, земельных участков (п. 4, 6, 7); негласное проникновение в жилье или другое владение лица (п. 7); негласное проникновение в преступную группу (п. 8); снятие информации с каналов связи (п. 9); контроль за пере-

6 Про оперативно-розшукову дiяльнiсть: Закон Украши ввд 18.02.1992 р. // Ввдомосп Верховно! Ради Украши. 1992. № 22. Ст. 304 ф змшами й доповненями). иЯЬ: Ьйр:// zakon4.rada.gov.ua/laws/show/2135-12

пиской, телеграфной и другой корреспонденцией (п. 10); осуществление визуального наблюдения в общественных местах с применением фото-, кино- и видеосъемки, оптических и радиоприборов, других технических средств (п. 11).

Следует отметить, что только Законом Украины от 21.07.2001 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Украины» ч. 2 ст. 65 КПК была дополнена еще одним видом доказательств — протоколами с соответствующими дополнениями, составленными уполномоченными органами по результатам оперативно-розыскных мероприятий.

В связи с принятием нового УПК Украины и закреплением в нем института негласных следственных (розыскных) действий, новая редакция Закона Украины «Об оперативно-розыскной деятельности» (ст. 2, 6, 91) не содержит функции оперативно-розыскного сопровождения уголовного судопроизводства. Реализация функций оперативно-розыскной деятельности в интересах уголовного судопроизводства осуществляется до начала досудебного (предварительного) расследования с целью выявления признаков преступления, а в уголовном процессе — с целью выявления лиц, скрывающихся от органов досудебного расследования, следственного судьи, суда или уклоняющихся от отбывания уголовного наказания.

В соответствии с ч. 1 ст. 146 УПК Украины, негласные следственные (розыскные) действия являются разновидностью следственных (розыскных) действий, данные о факте и методах проведения которых не подлежат разглашению, за исключением случаев, предусмотренных УПК Украины.

УПК Украины устанавливает исчерпывающий перечень негласных следственных (розыскных) действий: аудио-, видеоконтроль лица (ст. 260); наложение ареста на корреспонденцию (ст. 261, 262); снятие информации с транспортных телекоммуникационных сетей (ст. 263); снятие информации с электронных информационных систем (ст. 264); обследование: публично недоступных мест, жилья или другого владения лица (ст. 267); установление местонахождения радиоэлектронного средства (ст. 268); наблюдение: за лицом, вещью или местом (ст. 269); аудио-, видеоконтроль места (ст. 270); контроль за совершением преступления в формах: 1) контролируемой поставки, 2) контролируемой и оперативной закупки, 3) специального следственного эксперимента, 4) имитирования обстановки преступления (ст. 271); выполнения специального задания по раскрытию преступной деятельности или преступной организации (ст. 272).

Негласные следственные (розыскные) действия проводятся в случаях, если сведения о преступлении и лице, его совершившем, невозможно получить другим способом. Негласные следствен-

ные (розыскные) действия, предусмотренные ст. 260—264 (в части действий, которые проводятся на основании постановления следственного судьи), 267, 269—272, 274 УПК Украины, проводятся исключительно в уголовном производстве по тяжким или особо тяжким преступлениям.

Организация проведения негласных следственных (розыскных) действий и использования их результатов в уголовном производстве регламентирована одноименной Инструкцией, утвержденной Приказом Генеральной прокуратуры Украины, МВД Украины, Службы безопасности Украины, Администрации государственной пограничной службы Украины, Министерства финансов и Министерства юстиции Украины № 114/1042/516/1199/936/1687/5 от 16.11.2012 г.7

Субъектами проведения негласных следственных (розыскных) действий являются следователь или, по его поручению, уполномоченное оперативное подразделение (ч. 6 ст. 246 УПК Украины). При этом во время выполнения поручений следователя или прокурора о проведении соответствующего негласного следственного (розыскного) действия оперативный работник пользуется полномочиями следователя.

Годичная практика правоохранительных органов показала, что субъектом проведения соответствующего негласного следственного (розыскного) действия в подавляющем большинстве был оперативный работник.

В ст. 256 УПК Украины закреплено положение о том, что протоколы проведения негласных следственных (розыскных) действий, аудио- или видеозаписи, фотоснимки, иные результаты, полученные с помощью использования технических средств, изъятые во время их проведения вещи и документы и их копии могут использоваться в доказывании на тех же самых основаниях, что и результаты проведения других следственных (розыскных) действий во время досудебного расследования.

В ч. 1 ст. 84 УПК Украины дано нормативно-правовое понятие доказательств в уголовном производстве, где указано, что ими являются фактические данные, полученные в предусмотренном УПК Украины порядке (то есть в установленной законодательством процессуальной форме. — Д.С.).

Результаты системного анализа соответствующих норм УПК Украины, свидетельствуют о том, что не все негласные следственные (розыскные) действия имеют установленную процессуальную форму проведения (например, ст. 267, 271, 274 и др.). В связи с этим использование их результатов в качестве доказательств, как

7 Про оргашзацш проведення негласних слвдчих (роз-шукових) дш та використання ix результапв у кримь нальному провадженш: 1нструкщя, затв. Наказом № 114/1042/516/1199/936/1687/5/ ввд 16.11.2012 р. URL:: http://www.minjust.gov.ua/42544.

свидетельствуют результаты изучения материалов практики, имеет определенные трудности, а в некоторых случаях является невозможным.

Результаты изучения нами годичной практики применения нового уголовного процессуального законодательства Украины оперативными работниками, следователями и прокурорами дают возможность сделать вывод о том, что правоприменители сталкиваются с некоторыми трудностями в ходе реализации на практике положений гл. 21, регламентирующей проведение негласных следственных (розыскных) действий, а также при использовании их результатов в доказывании. В связи с этим предлагаются следующие изменения и дополнения в соответствующие нормы УПК Украины.

Так, выполнение требования п. 4 ч. 2 ст. 248 УПК Украины о том, что в ходатайстве о разрешении проведения негласного следственного (розыскного) действия необходимо указывать сведения о лице (лицах), месте или вещи, относительно которых необходимо провести негласное следственное (розыскное) действие, усложняется тем, что, во-первых, такая подготовка ходатайства и постановлення следственным судьей о проведении негласных следственных (розыскных) действий относительно группы лиц, с учетом того, что в этих документах должны быть также указаны виды конкретных действий относительно каждого лица, является достаточно трудоемкой.

Во-вторых, во время проверки версий события и установления возможных лиц, совершивших преступление, личности которых на момент вынесения ходатайства являются неизвестными, необходимость указывать в ходатайстве данные о лице делает невозможным применение арсенала негласных следственных (розыскных) действий на начальной стадии уголовного производства.

В связи с вышеизложенным, предлагается в случае отсутствия персональных данных о лице, но наличия достаточных оснований подозревать его в совершении преступления, в соответствующем ходатайстве, а также в постановлении о разрешении на проведение негласного следственного (розыскного) действия указывать лицо как «неизвестное».

Предлагается также дополнить ст. 250 УПК Украины положением о том, что проведение следственного (розыскного) действия до постановления определения следственного судьи возможно также в случае непосредственного преследования лица, совершившего тяжкое или особо тяжкое преступление. Данное предложение аргументируется тем, что при совершении тяжкого или особо тяжкого преступления с целью оперативного его выявления и установления лица, его совершившего, возникает необходимость в получении информации, предусмотренной п. 7, 8 ст. 162 УПК Украины, то есть информации, которая находится

у операторов и провайдеров телекоммуникаций, о связи абонента, предоставлении ему телекоммуникационных услуг, в том числе получении услуг, их длительности, содержании, маршрутов передачи и т.п., о персональных данных лица, которые находятся в личном владении или базе персональных данных владельца персональных данных. Однако, в соответствии с положениями ст. 159 УПК Украины, получение такой информации возможно лишь после вынесения следственным судьей постановления о временном доступе к вещам и документам. Решением проблемы может стать предоставление прокурору, следователю (по согласованию с прокурором) права в исключительных безотлагательных случаях осуществлять временный доступ к определенной в п. 7, 8 ч. 1 ст. 162 УПК Украины информации.

Предлагается разрешить проведение таких негласных следственных (розыскных) действий, как снятие информации с транспортных телекоммуникационных сетей (ст. 263 УПК), снятие информации с электронных информационных систем (ст. 264 УПК) не только в уголовных производствах относительно тяжких и особо тяжких преступлений, но и преступлений меньшей степени тяжести.

С целью недопущения раскрытия форм и методов проведения негласного следственного (розыскного) действия, исключения возможности влияния со стороны подозреваемого или других лиц — участников досудебного следствия на процесс расследования — предлагается внести изменения в положения ст. 253 УПК Украины, регламентирующей уведомление лиц, относительно которых проводились негласные следственные (розыскные) действия. А именно: предлагается письменно уведомлять лиц, конституционные права которых были временно ограничены в период проведения негласных (следственных) розыскных действий, а также их защитника только лишь в случае использования материалов негласных (следственных) розыскных действий в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве.

На наш взгляд, вышеизложенные и другие проблемные аспекты применения института негласных следственных (розыскных) действий в практической деятельности правоохранительных органов носят в большей степени субъективный характер. Необходимо констатировать, что недостаточная профессиональная подготовка оперативных работников, следователей и прокуроров негативно сказывается на оперативности принятия решений, составлении необходимых ходатайств и других документов, необходимых для проведения негласных следственных (розыскных) действий, что приводит к потере времени и, как следствие, потере доказательств в уголовном производстве.

Внесение указанных выше и других изменений в действующий УПК Украины, по нашему мнению, является преждевременным, поскольку за столь короткий срок действия закона объективно определить его недостатки не представляется возможным. Вместе с тем учитывая, что УПК Украины содержит множество новелл, в том числе институт негласных следственных (розыскных) действий, а также то, что на практике их применение является проблематичным, возникает необходимость комплексного изучения этих проблем и их научного осмысления.

Библиография:

Таким образом, можно сделать вывод о том, что большинство идей, заложенных авторами Устава 1864 г. относительно правового регулирования розыскной деятельности, нашли свое последовательное развитие в соответствующих положениях УПК Украины 2012 г., принятие которого стало важным шагом на пути реформирования украинской правовой системы, повышения эффективности противодействия преступности, укрепления гарантий обеспечения прав, свобод и законных интересов участников уголовного процесса.

1. Жаров С.Н. Обеспечение законности оперативно-розыскных мероприятий в Российской империи // Правоведение. 2001. № 5. С. 189-200.

2. Перегудова З.И. Политический сыск России (1880-1917 гг.). М.: РОССПЭН, 2000. 432 с.

3. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: в 2 т. Т 1.СП6.: Альфа, 1996. 552 с.

References (transliteration):

1. Zharov S.N. Obespechenie zakonnosti operativno-rozysknykh meropriyatii v Rossiiskoi imperii // Pravovedenie. 2001. № 5. S. 189-200.

2. Peregudova Z.I. Politicheskii sysk Rossii (1880-1917 gg.). M.: ROSSPEN, 2000. 432 s.

3. Foinitskii I.Ya. Kurs ugolovnogo sudoproizvodstva: v 2 t. T 1. SPb.: Al'fa, 1996. 552 s.

Материал поступил в редакцию 4 марта 2014 г.

Influence of the Charter of the Criminal Judicial Proceedings upon the development of the institution of undetectable investigation (inquiry) activities according to the Criminal Procedural Code of Ukraine of 2012

SERGEEVA, Diana Borisovna — PhD in Law, Associate Professor of the Department of Justice, Kyiv National University named after T.G. Schevchenko. [diana0443@yandex.ru] 01033, Ukraine, Kyiv, ul. Vladimirskaya, 60.

Review. The said article is devoted to the systemic analysis of the provisions of the Charter of the Criminal Judicial Proceedings of 186 4 and the current Criminal Procedural Code of Ukraine of 2012 in order to reveal the influence of the ideas of the Charter of the Criminal Judicial Proceedings upon the development of the institution of undetectable investigation (inquiry) according to the Ukrainian criminal procedural legislation. The author has studied the provisions of the Charter, which formed the foundation for the formation, development and normative legal enshrinement of the institution of undetectable investigation (inquiry) in the modern criminal procedural legislation of Ukraine. From the methodological standpoint, in this article based upon the systemic approach the author applies dialectic, historical legal and comparative legal methods. The scientific novelty of the study is due to the fact that the studies of theoretical and practical aspects of the institution of the undetectable investigation (inquiry) activities in the scientific literature are mostly limited to the studies of the current situation and topical issues in the sphere of implementation of this institution in legal practice. The conclusions of the study are as follows: most of the ideas provided for by the authors of the Charter of the Criminal Judicial Proceedings of 1864 regarding legal regulation of inquiry and its use in criminal judicial proceedings were further developed in the provisions of the Criminal Procedural Code of Ukraine of 2012. Its adoption has became an important step in the sphere of reforms of the Ukrainian legal system, improved efficiency in the sphere of fighting crime, support of guarantees of basic human rights and freedoms of the participants of the criminal procedure.

Keywords: Criminal Procedural Code, the Charter of the Criminal Judicial Proceedings, detection, inquiry measures, undetectable measures, pretrial (preliminary) investigation, criminal investigation, investigator, prosecutor, evidence.