Тувинско-минусинско-западно-сибирская рифтогенная система: геология, морфотектоника, минерагения

ВЕСТНИК ТОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

№ 299(1) Июнь 2007

НАУКИ О ЗЕМЛЕ

УДК 552.33:553.492:553.491

О.М. Гринёв

ТУВИНСКО-МИНУСИНСКО-ЗАПАДНО-СИБИРСКАЯ РИФТОГЕННАЯ СИСТЕМА: ГЕОЛОГИЯ, МОРФОТЕКТОНИКА, МИНЕРАГЕНИЯ

Многолетние исследования девонских лагунно-континентальных толщ западного байкало-каледонского обрамления Сибирской платформы позволили воссоздать целостную картину их формирования, которое протекало в рамках автономной трансрегиональной рифтогенно-континентальной системы (РКС). Выделение и системное описание этой системы, получившей наименование Тувинско-Минусинско-Западно^ибирской, позволило разрешить многие традиционно дискуссионные вопросы, препятствовавшие восприятию и пониманию специфики и структурного единства проявления девонского тектогенеза АССО и смежных регионов. Получен ряд выводов, характеризующих ее геологию, морфотектонику и минерагению.

Девонский континентальный тектогенез в истории геологического развития западного и юго-западного обрамления Сибирской платформы явился рубежным этапом. В результате его проявления произошла существенная консолидация байкало-каледонских сооружений обрамления, и все последующие его преобразования носили уже заметно менее кардинальный характер. Важнейшей особенностью палеотектонической обстановки девонского периода в пределах рассматриваемого сегмента литосферы является тот факт, что континентальный тектоге-нез протекал на фоне еще более грандиозных и синхронных событий, связанных с развитием и замыканием гер-цинских морских бассейнов западной половины УралоМонгольского подвижного пояса. Крупные составные части восточных окраин этой половины пояса, ныне представленные погребенной Центрально-Западно-Сибирской (включая Колывань-Томскую область), а также Обь-Зайсанской и Южно-Монгольской складчатыми системами, почти правильным полукольцом опоясывали байкало-каледонские сооружения обрамления платформы, которые являлись для них структурами рамы. Масштабность этих событий столь значима, что постоянно привлекала и привлекает внимание исследователей, в результате чего по различным аспектам геологии девона имеется весьма обширная литература. Вместе с тем событийная синхронность, пространственная сопряженность и структурно-тектоническая недоизученность как континентального, так и морского тектогенезов породили целый ряд проблем, особенно в понимании специфики первого из них. Прежде всего, это касается структурнотектонического единства и степени автономности его проявления, выявления закономерностей хода процессов седиментации, магматизма, тектоники и как следствие -минерагении.

Наиболее существенные аспекты проблематики, подчеркивающие актуальность исследований, иллюстрируются следующими примерами.

Если в отношении герцинид Урало-Монгольского подвижного пояса с начала системного изучения утвердились и остаются неизменными представления о них, как о тесно связанных составных частях крупнейшей трансрегиональной складчатой системы, то смежные структуры континентального девона до настоящего времени воспринимаются многими как бесструктурная (рас-

сеянная) мозаика депрессий, без определенных связей, упорядоченности и соподчиненности. Лишь в немногих специальных работах для них констатируется полосовое или грубозональное поясное структурирование север-северо-западного структурного плана [1-4].

В отношении процессов седиментогенеза и стратификации отложений одни исследователи считают их отчетливо цикличными и необратимо направленными [5-10], другие доказывают гетерогенность девонских депрессий и невозможность применения к ним единой стратиграфической схемы [1].

Разнофациальный и многоуровневый по времени магматизм континентального девона рассматриваемой территории, в силу сложности проявления, отсутствия выверенной структурно-тектонической основы, а также по причине «мозаичного» проведения геологосъемочных работ во второй половине ХХ в., до настоящего времени не выведен на требуемый уровень межрегиональной корреляции, не до конца типизирован и не имеет четко определенной тектонической позиции.

Касаясь тектоники континентального девона необходимо напомнить, что в известной работе М.А. Усова [11], в которой он подводил итог 15-летним исследованиям и определял направления дальнейших работ в АССО, девонские события были выделены в особый тельбесский (сибиретипный) цикл тектогенеза, состоящий из ряда фаз, скоррелированных с синхронными событиями сходных (германотипных) структур Западной Европы. Значительно позднее на несравненно более полном и достоверном материале отмеченная М.А. Усовым специфика, общая направленность и многостадийность процессов этого тектогенеза была подтверждена другими исследователями [2, 9, 10 и др.]. Тем не менее в основополагающих сводках по региональной геологии последних лет в девонской истории развития АССО выделены только раннедевонско-эйфельская и среднедевонско-раннекарбоновая стадии развития [12], а не специфический полифазный текто-генез, заметно отличающийся от геосинклинальных и платформенных тектонотипов.

Наиболее сложными для решения на протяжении целого ряда десятилетий оставались вопросы определения природы девонского континентального тектогенеза и его геодинамической интерпретации, что, помимо прочего,

свидетельствует о недостаточно разработанной концептуальной основе тектонических исследований. И здесь снова уместно вспомнить разработки академика М.А. Усова, который, в развитие представлений Г. Штилле (1924), выделившего альпинотипный (геосинклинальный) и гер-манотипный (платформенный) тектогенезы, обосновал необходимость выделения промежуточного между ними сибиретипного тектонотипа [11, 13, 14]. Несмотря на это, в последующих работах по тектонике АССО по данному вопросу завязалась острейшая дискуссия, не завершившаяся до настоящего времени.

Проведенные автором многолетние исследования девонских континентальных образований обозначенной территории позволили существенно продвинуться по большинству из дискуссионных вопросов и воссоздать достаточно целостную картину тектогенеза рассматриваемого периода, результатом которого явилось формирование крупной трансрегиональной рифтогенно-конти-нентальной системы (РКС). Данная структура развивалась параллельно и структурно-сопряженно с герцински-ми подвижными областями. Основные выводы, характеризующие геологию и полезные ископаемые выделенной и монографически описанной девонской РКС и краткие комментарии к ним, заключаются в следующем.

1. Совокупность наложенных разномасштабных девонских депрессий западного обрамления Сибирской платформы, выполненных континентальной вулкано-генно-терригенной молассой, представляет собой единую трансрегиональную рифтогенную структуру. Основу ее структурного парагенезиса, проявленного на уровне 1-4-го порядков, составляет система сопряженных продольных и поперечных разломов, приразломных депрессионных зон и разделяющих их обрамляющих поднятий. Заложение и развитие этой РКС предопределило главные особенности структуризации дорифтового субстрата, условия формирования и состав стратифицированных толщ депрессий, интрузивных комплексов обрамляющих поднятий и ассоциирующих с ними полезных ископаемых (рис. 1-2).

Практически с первых шагов изучения девонских отложений был установлен поясной характер их размещения, наличие морских и континентальных толщ в разрезах и субмеридиональная ориентировка этих (Енисейского, Томского и Змеевского) поясов (Эрман, 1838; Чихачев, 1845; Щуровский, 1845 и др.).

Но позднее появляется работа А.Н. Чуракова [15], в которой он утверждает, что девонские (силурийские) толщи имели площадное развитие, но потом были сэ-родированы и сохранились лишь в постдевонских тектонических впадинах и клиньях. Эти представления находят своих последователей в работах [16-18].

Данный вопрос является принципиальным, так как от ответа на него зависит понимание сути девонской тектономагматической активизации, ее механизма. Он касается выяснения характера формирования девонских депрессий - либо они были синтектоническими (конседиментационными), либо посттектоническими. Анализ литературы показал, что практически во всех специальных работах, посвященных изучению девонских депрессий, в том числе и направленных на решение именно данного вопроса, признается их конседи-ментационная природа [1, 2, 9, 11, 12, 19-27 и др.].

Следовательно, и пояса, в пределах которых располагаются девонские прогибы и впадины, также закладывались и развивались в ходе девонского тектогенеза.

В том или ином виде вопрос о наличии и особенностях структурно-тектонической позиции девонских поясов поднимался в работах [1, 2, 11, 9 и др.]. При этом рассматривались структуры приплатформенного (Рыбинская впадина, Минусинский, Тувинский и Кузнецкий прогибы), остаточ-но-геосинклинального (Горный Алтай) и типично геосинк-линального (Рудный Алтай) типов [1]. Примерно по той же схеме выделяла наиболее типичные разрезы в пределах АССО А.Л. Мат-виевская [2]: Алатауско-Саянский, Приса-лаирский; и Алтайский. В представлениях этих исследователей тот или иной характер развития структур девонских поясов предопределялся временем консолидации и строением вмещающего их геологического субстрата, закономерно изменяющегося в направлении от Сибирской платформы к Обь-Зайсанской геосинклинали.

В современном варианте, развивающем прежние представления, природа девонского тектогенеза также рассматривается в контексте процессов заложения среднепалеозойского трансевразийского палеоокеана (Тетис-П). Эти процессы обусловили глобальную активизацию подкорковых мантийных масс по обе стороны от формирующегося океанического (геосинклинально-го) трога и обусловили, в частности, проявление поперечной латеральной зональности от края континента в его глубь, в направлении к Сибирской платформе. К настоящему времени в этом поперечном профиле более-менее однозначно выделяются: краевой вулканический пояс ^ пояс развития дейтероорогенных структур ^ и квазиплатформенная область проявления рифто-генно-континентальных структур [28 и др.].

Иное геодинамическое толкование, но по сути та же поясная структура размещения девонских прогибов, получилось с внедрением плейттектонических воззрений на геологическое развитие АССО. В работах авторов, проводивших палеоплейттектонические реконструкции, в пределах АССО как континентальной окраины были выделены: периокеанический вулканоплутонический пояс; полоса наземного вулканизма; полоса щелочного бимодального вулканизма типа тыловой рифтовой зоны [24, 29, 30, 31 и др.].

В контексте развития представлений о поясном или зональном размещении продуктов девонского тектоге-неза в западном обрамлении Сибирской платформы важное значение имеет работа Л.А. Шарловской [3].

На основе разработанной геолого-геофизической модели структурно-вещественного строения фундамента АССО она выделила единую субмеридиональную зону консолидированной земной коры с проявленным в ее пределах характерным дейтероорогенным тектогенезом. Эта зона, как и следовало ожидать, субмеридионально простирается в западном обрамлении Сибирской платформы и включает в себя (с юга на север) Западную Монголию, АССО и юговосточную часть ЗСП, точнее - ее фундамента.

Таким образом, поясной субмеридиональный характер размещения продуктов девонского тектогенеза, и прежде всего депрессионных зон (поясов), в пределах которых сосредоточена основная масса синрифтовых вулканогенно-терригенных толщ, в настоящее время можно считать общепринятым.

Рис. 1. Схема тектонического строения фундамента восточной части Западно-Сибирской плиты. Северная часть РКС

Рис. 2. Структурно-тектоническая карта девонско-каменноугольного этапа развития Алтае-Саянской складчатой области и Монгольского Алтая. Центральная и южная части РКС

Важным доказательством структурно-тектонического единства продуктов континентального текто-генеза в пределах всего ареала их развития является устойчивый структурный парагенезис: разлом, депрессия, обрамляющие поднятия. Этот парагенезис характерен как для трех депрессионных зон системы, так и для двух разделяющих их поднятий (рис. 1-2).

2. Характерные для рифтов конседиментационные отложения депрессий формировались в ходе ранне-,

средне- и позднедевонского регрессивно-трансгрессивных циклов. Эволюция седиментогенеза первого из них заключалась в последовательном накоплении пара-генного ряда грабеновых молассовых формаций: крас-ноцветно-континентальной терригенно-вулканогенной, красноцветно-пестроцветной вулканогенно-терриген-ной озерно-аллювиальной и сероцветной эффузивно-терригенно-карбонатной лагунно-континентальной. Последующие циклы седиментации в надграбеновых

впадинах и прогибах повторялись с вырождением вулканогенных и лагунно-морских фаций и упрощением строения разрезов. С толщами девона связан закономерный набор стратиформного оруденения в составе медно-порфировой, медистопесчаниковой, свинцовоцинковой, колчеданно-полиметаллической, золото-сульфидно-углеродистой, эвапоритовой, урановорудной, эпитермальной серебряной, серебряно-сульфа-сольной формаций и сопутствующих им рудоносных образований.

И.К. Баженов (1924-1934 гг.) впервые установил в минусинском девоне самостоятельное стратиграфическое положение таштыпского известняка (граница нижнего и среднего девона). Использовав наличие еще одного регионального горизонта с морской фауной -бейского (средний девон), он расчленил минусинские красноцветные отложения на ряд толщ. По мнению А.Р. Ананьева [9], эта схема, вместе с несколько более детализированной литолого-стратиграфи-ческой схемой Д.Г. Сапожникова (1937), явилась необходимой предпосылкой для разработки всех последующих стратиграфических схем девона Минусинских впадин.

В работе М. А. Усова [11] на основе анализа разрезов своего рода эталонных участков развития девонских толщ ряда депрессий АССО был выделен Тель-бесский цикл тектогенеза, распадающийся на девять фаз. В основу выделения фаз и цикла были положены такие признаки, как угловые несогласия, базальные конгломераты, состав палеонтологических остатков, осадочных формаций и фаций, их литологические особенности, а также состав фаций и стратиграфическое (возрастное) положение магматитов. При этом в ключевой стратиграфо-тектонической схеме Западной Сибири, составленной на достаточно ограниченных данных тех лет, для девона была получена довольно закономерная картина распределения формаций в вертикальном разрезе. Для каждого из отделов девона в этой таблице намечается последовательное чередование морских и континентальных фаций.

Значительно позднее А.Р. Ананьев [9] на основе фитостратиграфического изучения обширных материалов по лагунно-континентальным отложениям всего АССО подтвердил и детализировал результаты исследований М.А. Усова. Он доказал, что каждому из отделов девона свойственна своя флора, смена которых происходит скачкообразно на рубежах отделов и па-раллелизируется с периодической аридизацией и гуми-дизацией климата, обусловленных отступлением и наступлением моря. Он выделил не менее пяти циклов смены климата с аридного на гумидный.

В том или ином виде данные выводы находят подтверждение в работах Л.Э. Алексеевой и др. [10], А.Л. Матвиевской [2] и других авторов и, как показывает обзор современных данных по стратиграфии континентального девона, должны восприниматься в ранге закономерностей, проявленных на уровне доминирующих тенденций, которые устанавливаются лишь специализированным анализом и с учетом зональнопоясного расположения девонских депрессий.

Тем не менее в более поздней работе [12] без учета намечаемой предшественниками цикличности и без объяснения причин на сей счет в ходе проявления де-

вонского тектогенеза были выделены только две стадии - раннедевонско-эйфельская и живетско-раннекар-боновая. Хотя следует отметить, что использованная в качестве рубежной региональная граница, наряду с другими, была установлена в предшествующих работах.

Современные данные показывают, что в качестве основного ориентира в дальнейших исследованиях истории развития девонского тектогенеза следует считать достижения М.А. Усова [11], В.С. Мелещенко [5], А.Р. Ананьева [9], а также их сторонников и последователей. Суть установленной ими цикличности заключается в том, что накопление красноцветных и пестроцветных вулканоген-но-терригенных молассоидных толщ, обусловленное проявлением тектоно-магматической активности АССО, прерывалось и чередовалось с периодическими трансгрессиями моря вглубь Сибирского палеоконтинента. В этом плане совершенно очевидно, что следы этих кратковременных трансгрессий разного масштаба должны служить наиболее надежными рубежами для расшифровки девонской истории. Характерно при этом, что наиболее полные разрезы всех отделов девона накапливались в осевой де-прессионной зоне - Минусинском и Тувинском прогибах, а в структурах восточной (Агульский прогиб) и западной (прогибы Западной Монголии и Горного Алтая) зон эти разрезы сокращены за счет отложений части ярусов раннего и зачастую верхнего девона.

3. Обрамляющие поднятия с поясами интрузивно-субвулканических и дайковых пород и вулканоплутоническими постройками формировались согласованно с циклами седиментогенеза. В рамках цикличности для магматитов установлены: размещение в соответствии со структурой РКС и строением дорифтового субстрата; закономерный набор серий магматитов и направленная смена их фаций и формаций; приуроченность массовых внедрений интрузий к пику, а менее масштабных - к средине циклов, корреляция их с перерывами в осадконакоплении в депрессиях; индикаторный субщелочной и локально щелочной базитовый и салический профиль магматизма с проявлением типичных контрастных, реже непрерывных, рифтовых серий пород мантийной и корово-мантийной природы; пространственная и генетическая связь с ними син- и по-стмагматических рудоносных и рудных образований в составе Аи-Си-Мо-порфировой, Аи-Си-Ре-скарновой, жильных золотовольфрамовой, молибденвольфрамо-вой, золотокварцевой, золотосульфидно-кварцевой, золотометаморфогенной формаций.

Формирование «плеч рифтов» или обрамляющих поднятий в работах предшественников олицетворялось с девонским орогенезом. В свою очередь, классификация типа девонского континентального орогенеза и предполагаемые механизмы его проявления долгие годы представляли собой предмет оживленных дискуссий. По мнению одних исследователей, орогенез не сопровождал, а по мнению других - сопровождал формирование депрессионных структур. Первая точка зрения отражена в работах [15, 16 и др.], но постепенно, по мере углубления наших знаний по геологии девонского тектогенеза, начинает восприниматься как экзотическая. Вторая точка зрения в последние 15-20 лет начинает преобладать, в том или ином виде она была отражена в работах [1, 2, 11, 12 и др.].

В зависимости от этого одна группа исследователей подразделяет области проявления рассматриваемого тектогенеза на совокупность депрессий и обрамляющих их поднятий, в первых из которых накопление вулканогенно-молассоидных толщ шло синхронно с проявлением вертикальных движений, а сами толщи имели, соответственно, неповсеместное распространение. Другая группа исследователей, отрицая значительную роль дифференцированных вертикальных движений, придерживается представлений о почти непрерывном площадном распространении отложений и последующем (постдевонском) их уничтожении эрозией с сохранением только в пределах крупных депрессий и наложенных тектонических клиньев.

Но и среди сторонников структуризации додевон-ского субстрата на депрессии и обрамляющие поднятия также нет единства представлений о характере орогенеза. Одни считают его порождением геосинклиналь-ных циклов складчатости (каледонской или герцин-ской) и, таким образом, классифицируют как первичный [12], другие - как возрожденный, активизацион-ный, точнее, как дейтероорогенный [3, 32 и др.].

Вопрос классификации орогенеза, точнее воздымания и расчленения рельефа обрамляющих поднятий, с высоты накопленных на сегодняшний момент фактических материалов решается довольно просто. Наложенный характер подавляющего числа депрессионных структур девона АССО исключает первичное (геосинклинальное) происхождение этого орогенеза. По определению он может считаться только активизационным - дейтероорогенным. Широкое распространение молассоидного наполнения отрицательных структур девона однозначно свидетельствует в пользу того, что его накопление сопровождалось формированием поясного расчлененного горного рельефа. Если это так, то наличие этого рельефа служило бы явным препятствием для площадного накопления стратифицированных толщ, которое, как считает часть исследователей, первоначально имело место. В этом плане совершенно очевидно, что данный вопрос является краеугольным в выяснении природы девонского тектогенеза.

Вопрос о возможных механизмах формирования девонских депрессий и сопровождающего их заложения расчленения рельефа наиболее наглядно решается при анализе строения и развития небольших грабено-вых структур АССО в силу их сравнительно небольших размеров и маловариантности происхождения. Но, несмотря на остроту и длительность дискуссии по вопросу природы девонского орогенеза, работ на эту тему немного. В их числе следует назвать работу А.И. Родыгина [33] о грабенах Сайлюгемского хребта в Горном Алтае, а также работы В.З. Мустафина и др. [34] и В.Г. Крюкова и др. [35] по Талановскому грабену северной части Кузнецкого Алатау. Имеется ряд экспериментальных работ на эту тему [36, 37 и др.]. Специализированная работа по восстановлению механизма формирования грабеновых структур региона как индикатора девонского тектогенеза только одна [27].

В целом по данному направлению исследований следует отметить, что разделение додевонского субстрата на депрессии, слагаемые ими депрессионные пояса (или зоны) и обрамляющие поднятия, в совокупности со стадийностью сопровождавших их процессов седи-

ментации и тектоно-магматической активности, составляют суть девонского тектогенеза и основу для структурно-тектонического районирования девонского этапа развития АССО. Более подробные разработки по геологии и минерагении депрессионных зон и обрамляющих поднятий изложены автором в работах [38-40 и др.].

4. Формирование автономной зонально-симметричной структуры РКС вызвано зарождением, пуль-сационным развитием и отмиранием мантийного плюма, обусловившего активный и пассивный этапы её развития на фоне геодинамического взаимодействия герцин-ского океана и континента. Активный девонский этап плюм-тектоники выразился в проявлении трёх эндогенных импульсов и соответствующих им регрессивнотрансгрессивных циклов - индикаторов взаимодействия сопряжённых мегаструктур, а пассивный карбоновопермский - в формировании пострифтовых седимента-ционных впадин. Регрессивная фаза циклов выражалась в резком всплеске эндогенной активности, воздымании континента, оживлении разломов и горного рельефа, проявлении спрединга, сдвигового коробления корового субстрата, заложении и последующем подновлении морфоструктур, флюидно-магматогенной и рудогенерирующей деятельности; а трансгрессивная - в постепенном спаде активности, нивелировке рельефа, опускании континента, аккреции, флюидно-гидротермальной рудогенерирующей деятельности и в приходе моря.

Идентификация геодинамической принадлежности девонского континентального тектогенеза в опубликованной литературе имеет десятки вариантов. Но на современном этапе большинством исследователей принимается, что девонский тектогенез явился результатом мощной эндогенной планетарной перестройки (распад Пангеи II или равные ей по масштабам процессы), новообразованные структуры которой наложились на все предшествующие ей гетерогенные структуры Земли, находящиеся в разных стадиях своего развития (платформы, метаплатформы, геосинклинальные зоны и т.д.). Этот процесс имел стадийное проявление и с разной степенью синхронности проявился практически на всех континентах, где развит древний красный песчаник [41].

Первая попытка идентифицировать этот процесс в пределах АССО принадлежит М.А. Усову [11, 13, 14]. В этих работах он обосновал необходимость выделения особого Тельбесского цикла, а затем и Сибиретипного тектогенеза, занимающего промежуточное положение между альпинотипными (геосинклинальными) и гер-манотипными (платформенными) структурами Земной коры, составляющими основу представлений классической геологии. По существу, речь шла о необходимости выделения третьего основного элемента строения Земной коры, который в последние 15-20 лет все прочнее ассоциируется с рифтогенно-континентальными системами. Однако в те годы это очевидное сейчас достижение не получило необходимого развития.

Автономный и зонально-симметричный характер девонской РКС подтверждается основными чертами ее морфотектонического строения, которые заключаются в следующем. Воображаемая продольная плоскость симметрии системы проходит через ее осевую депрес-сионную зону и пересекает (с севера на юг) Ажармин-ский и Алипский прогибы, Тегульдетскую и Назаров-

скую впадины, Минусинский и Тувинский прогибы. Для осевой депрессионной зоны характерно общее се-вер-северо-западное простирание наиболее крупных структур, тогда как составляющие их более мелкие впадины, типа минусинских, имеют восток-северо-восточное простирание удлиненных осей. Для прогибов осевой депрессионной зоны характерны наиболее крупные размеры и сложная конфигурация их внешних очертаний (см. рис. 1-2).

Прогибы и впадины восточной и западной депрес-сионных зон РКС заметно отличаются по размерам, конфигурации и пространственной ориентировке от впадин осевой зоны, но почти идентичны друг другу. Они представлены главным образом линейно вытянутыми в север-северо-западном направлении структурами типа Касской и Баихской впадин восточной и Кара-кокшинско-Уйменского и Делюно-Юстыдского прогибов западной депрессионных зон (см. рис. 1-2).

Автономно-симметричный характер системы подчеркивается также и тем, что в пределах самых крупных прогибов осевой зоны - Минусинского и Тувинского, располагаются наиболее мощные вулканогенно-терригенные толщи молассоидов, представленные всеми тремя отделами девона. Тогда как в структурах восточной и западной депрессионных зон, по сравнению с вышеназванными осевыми, разрезы заметно сокращены по мощности за счет отсутствия накоплений жедин-ских и зигенских слоев нижнего девона и верхних частей разреза верхнего девона. В сочетании с признаками латеральной возрастной миграции вулканизма и осад-конакопления к югу, а также к западу и востоку от Минусинского и Тувинского прогибов осевой депрессион-ной зоны приведенные выше факты говорят о том, что эта зона была главной ареной тектономагматической и седиментационной деятельности РКС, которая по мере развития разрасталась во всех направлениях от ее центральных частей.

Пульсационная плюмово-мантийная природа рассматриваемой РКС уверенно фиксируется по составу и характеру эволюции вулканизма и интрузивно-субвулканического магматизма. Так, вспышки вулканизма в депрессионных зонах практически всегда начинались с излияния базальтов, а в пределах поднятий - с внедрения габброидов, которые, как известно, являются продуктами мантийных выплавок. Пульсационный, или стадийный, характер проявления плюмово-мантийной активности доказывается отчетливой сменой фации и состава продуктов магматизма в пределах структур РКС. Так, если в раннем девоне повсеместно доминировал вулканизм, особенно интенсивный в пределах депрессионных зон, то в среднем - он сосредоточился в депрессион-ных зонах и сменился на эффузивно-туфогенные и, главным образом, туфогенные извержения, а в верхнем девоне в разрезах устанавливаются лишь следы маломасштабных пепловых извержений. На смену эффузивно-эксплозивным фациям в среднем девоне приходят интрузивно-субвулкани-ческие фации изверженных пород, сосредоточенные в основном в пределах обрамляющих поднятий, а в верхнем - доминируют уже серии силлов и даек, причем главным образом базитового состава.

Восстановленная посредством анализа девонских разрезов депрессионных зон, а также состава и возраста интрузивно-субвулканических образований обрамляющих поднятий, история формирования РКС свидетельствует о том, что девонский этап ее развития, наполненный бурной тектономагматической деятельностью, может быть охарактеризован как активный. В течение ряда последовательных фаз этого этапа сформировались основные морфоструктуры РКС - совокупность сопряженных продольных и поперечных разломов, депресси-онные зоны, включающие грабеновый комплекс и над-грабеновые впадины и прогибы, а также обрамляющие их поднятия. Активный этап сменился более продолжительным и спокойным пассивным этапом развития, продолжавшимся в течение карбона и перми. Характерные для раннего карбона вспышки эндогенной активности выразились, помимо формирования мульдообразных спокойных впадин, пепловым вулканизмом и накоплением известняково-терригенно-пирокластической пестроцветной формации, а затем угленосно-терригенного молассоидного комплекса среднего карбона - перми. В настоящее время пермские отложения, в отличие от карбоновых, широко развиты лишь в Кузнецком прогибе и локально - в Южно-Минусинской впадине. Хотя совершенно очевидно, что в пределах Минусинского прогиба в геологическом прошлом пермские отложения были развиты более широко, нежели сейчас, но впоследствии уничтожены эрозией.

Установленные в процессе анализа девонских разрезов три регрессивно-трансгрессивных цикла свидетельствуют о попеременной троекратной смене эндогенной активности континента, приводящей к регрессии моря и проявлению резко выраженной тектоно-магматической активизации, постепенно нарастающей трансгрессией со стороны океанического бассейна с одновременным «опрессовыванием» (сжатием) сформированных континентальных структур. Реальность и специфика проявления этих циклов или фаз тектогене-за уверенно восстанавливается по закономерной смене стратифицированных формаций в разрезах каждого из отделов девона.

5. Установленные закономерности строения и развития РКС являются основой для разработки схемы ее ми-нерагении. Известные ранее и выявленные в последние годы рудоносные, рудные, в том числе и нетрадиционные, формации уверенно коррелируются со структурнотектоническими параметрами системы. Они представляют собой парагенные ряды и содержат в своем составе индикаторные рудные формации, свойственные известным рифтовым системам мира. Изученная РКС специализирована на собственное и сопутствующее благороднометальное оруденение. Примером нетрадиционного типа оруденения является золотоплатиноносность пород ще-лочно-габброидной формации Кузнецкого Алатау. Разработанная схема минерагении, опирающаяся на закономерности строения, состава формаций и развития РКС, позволяет проводить научный прогноз рифтовых структур на широкий спектр полезных ископаемых.

Минерагенический анализ и соответствующее районирование девонских структур АССО, как и других регионов, традиционно осуществлялись в основном посредством обобщения региональных материалов в

рамках периодического издания томов «Геологическое строение и полезные ископаемые СССР», а в последние 10-15 лет - «Геология и полезные ископаемые России». В исследовании [12], которое на сегодня является наиболее полной (в фактурном отношении) сводкой материалов по АССО, минерагения девона представлена двумя этапами: раннедевонско-эйфе-

льским и среднедевонско-раннекарбоновым. Минера-генические таксоны в этой работе выделены в пределах наиболее крупных отрицательных структур АССО и обрамляющих их областей денудации.

В авторском варианте морфоструктура Алтае-Саянской части РКС и прилегающих регионов, представляющих северную и южную части девонской РКС, отрисована гораздо детальнее с выделением основного структурного парагенезиса. Детальнее расшифрована и тектоническая история системы на базе выделения ряда регрессивно-трансгрессивных циклов, о чем говорилось в предыдущих выводах. Проделанная работа, наряду с геодинамической идентификацией девонского тектоге-неза, послужила необходимой основой для разработки существенно более детальной схемы минерагении, чем у предшественников, изложенной в работе [12].

Весьма характерен тот факт, что как состав рудных формаций, так и их возрастные датировки и пространственное положение, установленные предшественниками, прекрасно вписались в разработанную автором табличную

конструкцию, отражающую схему структурно-тектонического развития исследуемой РКС. Это, с одной стороны, подтверждает надежный уровень рудно-формационного анализа предшественников, а с другой - верность построений автора. Для дополнительной проверки полученных результатов подобную работу автор проделал для Хатангско-Западно-Сибирской (Т) и Хэнтейско-Забай-кальско-Алданской (Т-К) РКС, для которых также была разработана идентичная структурно-тектоническая основа. Результаты работы полностью подтвердили правомочность этих построений. Кроме того, данные по минерагении соответствующих регионов были существенно дополнены целым рядом новых рудных формаций, установленных в них в последние 10-12 лет, а также теми формациями, которые в силу ряда причин не входили в орбиту анализа предшественников [38-40 и др.].

Дополнительно автором была проведена оценка зо-лотоплатиноносности рудных и рудоносных формаций АССО по литературным данным, а также были проведены специальные исследования благороднометально-носности пород Кузнецко-Алатауской щелочной провинции - индикатора проявления девонского рифтинга. Результаты исследований показали, что рудноформационное выполнение РКС специализировано на благородные металлы, в том числе на их нетрадиционные типы, к которым можно отнести золото-платиноносность нефелиновых пород [42-44 и др.].

ЛИТЕРАТУРА

1. АнатольеваА.И. Сравнительная характеристика девонских отложений Саяно-Алтайской складчатой области. М.: Наука, 1964. 124 с.

2. Матвиевская А.Л. Герцинские прогибы Обь-Зайсанской геосинклинальной системы и ее обрамления. М.: Наука, 1969. 285 с.

3. Шарловская Л.А. Дейтероорогенные прогибы Алтае-Саянской области и методики интерпретации физических полей. Новосибирск: Наука,

1985. 128 с.

4. Девонские рифтогенные формации юга Сибири / Под. ред. В.П. Парначева и И.А. Вылцана. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1996. 239 с.

5. Мелещенко В. С. Некоторые вопросы геологии межгорных впадин Саяно-Алтайской складчатой области // Информ. сб. ВСЕГЕИ. 1956. Вып. 3.

6. Предтеченский Н.Н. Основные черты стратиграфии девонских отложений Тувы // Информ. сб. ВСЕГЕИ. 1958. Вып. 5.

7. Маймин Ю.С. О некоторых общих чертах в стратиграфии девона Уйменской депрессии и Минусинской котловины // Информ. сб. ВСЕГЕИ,

1959. № 6.

8. Янов Э.Н., Предтеченский Н.Н. Методика составления литолого-палеогеографических карт на примере девона Саяно-Алтайской складчатой

области // Труды ВСЕГЕИ. Новая серия. 1962. 72 с.

9. Ананьев А.Р. Ископаемая флора и стратиграфия лагунно-континентального девона Алтае-Саянской горной области: Автореф. дис. ... д-ра

геол. наук. Томск, 1962. 37 с.

10. Алексеева Л.Э., Маймин Ю.С., Маймин Л.Г. и др. Стратиграфия и палеогеография девона Саяно-Алтайской складчатой области. Л.: Недра,

1968. 160 с.

11. Усов М.А. Фазы и циклы тектогенеза Западно-Сибирского края. Томск: Издание Западно-Сибирского геологического треста, 1936. 209 с.

12. Геологическое строение СССР и закономерности размещения полезных ископаемых. Т. 7: Алтае-Саянский и Забайкало-Верхнеамурский регионы // Кн. 1. Алтай, Саяны, Енисейский кряж / Под ред. П.С. Матросова, Г.Н. Шапошникова. Л.: Недра, 1988. 300 с.

13. Усов М.А. Структурная геология. М.; Л.: Госгеолиздат, 1940. 136 с.

14. Усов М.А. Вертикальные зоны складчатости // Вопросы геологии Сибири. Т. 1. М.: Изд-во АН СССР, 1945. С. 340-344.

15. Чураков А.Н. Кузнецкий Алатау, история его геологического развития и его геохимические эпохи. Очерки по геологии Сибири. Изд-во АН СССР, 1932.

16. Ковалев В.П. Герцинский магматизм Предсаянья (радиогеохимия, петрология, реконструкция). Новосибирск: Наука, 1980. 424 с.

17. Иванкин Г.А. К вопросу о строении и развитии Минусинского межгорного прогиба // Вопросы структурной геологии. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1987. С. 114-125.

18. Рихванов Л.П., Домаренко В.А., Комарницкий Г.М. и др. Магматизм сводово-глыбового этапа развития и тектоно-магматической активизации Алтае-Саянской складчатой области // Геология и геофизика. 1985. № 11. С. 96-100.

19. Кузнецов В.А. Геотектоническое районирование Алтае-Саянской складчатой области // Вопросы геологии Азии. Т. 1. М.: Изд-во АН СССР,

1954. С. 202-227.

20. Лучицкий И.В. Вулканизм и тектоника девонских впадин Минусинского межгорного прогиба. М.: Наука, 1960. 275 с.

21. Крюков В.Г., Мустафин В.З., Лыкина В.С. История формирования Талановского грабена (северные отроги Кузнецкого Алатау) // Изв. ТПИ.

1969. Т. 166. С. 80-85.

22. Моссаковский А.А. Тектоническое развитие Минусинских впадин и их горного обрамления в докембрии и палеозое. М.: Госгеолтехиздат,

1963. 216 с.

23. Турченко Г.П. Геология и петрография девонских вулканических комплексов северной части Кузнецкого Алатау: Автореф. дис. ... канд. геол.-минерал. наук. Томск, 1975. 20 с.

24. Ярмолюк В.В. Особенности структурной позиции континентальных рифтогенных структур Монголии // Известия АН СССР. Сер. геол.

1986. № 9. С. 3-16.

25. Гринев О.М. Эволюция щелочно-габброидного магматизма Кузнецкого Алатау: Автореф. дис. ... канд. геол.-минерал. наук. Томск, 1990.

18 с.

26. Гринев О.М. Индикаторные признаки проявления и закономерности эволюции рифтогенно-континентальных зон обрамления Сибирской платформы // Проблемы геологии Сибири: Тез. докл. юбилейной конф. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1994. С. 168-171.

27. Гринев О.М. О механизме формирования грабеновых структур северной части Кузнецкого Алатау // Вопросы геологии Сибири. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1994. С. 237-259.

28. Атлас палеотектонических и геолого-ландшафтных карт нефтегазоносных провинций Сибири / Под ред. академика РАН В.С. Суркова. Новосибирск-Женева, 1995. 221 с.

29. Моссаковский А.А. Палеозойский орогенный вулканизм Евразии // Геотектоника. 1972. № 1. С. 6-28.

30. Зоненшайн Л.П., Кузьмин М.И., Моралёв В.М. Глобальная тектоника, магматизм и металлогения. М.: Недра, 1976. 231 с.

31. Ярмолюк В.В., Коваленко В.И. Рифтогенный магматизм активных континентальных окраин и его рудоносность. М.: Наука, 1991. 263 с.

32. Боголепов К.В. Области повторного горообразования (дейтероорогенеза) и принципы их тектонического и металлогенического районирования // Геология и геофизика. 1969. № 12. С. 78-88.

33. Родыгин А.И. О стратиграфии девонских красноцветных отложений Сайлюгемского хребта (Горный Алтай) // Материалы по геологии Западной Сибири. Вып. 63. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1962.

34. Мустафин В.З., Крюков В.Г., Лыкина Н.С. Основные черты геологического строения Талановского грабена (Северо-Западные отроги Кузнецкого Алатау) // Известия ТПИ. Томск, 1966. Т. 151.

35. Крюков В.Г., Мустафин В.З. Расчленение вулканогенных образований Тебельсской серии на площади Талановского грабена (северозападный склон Кузнецкого Алатау) // Известия ТПИ. Томск, 1969. Т. 165. С. 67-74.

36. Лучицкий И.В., Бондаренко П.М. Некоторые общие черты тектоники и вулканизма Байкальского свода и его аналогов // Тектоника Сибири и Дальнего Востока. М.: Наука, 1970. Т. 4. С. 169-176.

37. Лучицкий И.В., Бондаренко П.М. Поля напряжений флексуры разломов // Основные структурные элементы земной коры на территории Сибири и их эволюция в докембрии и фанерозое. Новосибирск, 1981. С. 86-97.

38. Гринев О.М. Особенности морфотектоники, магморудогенезиса и золотоплатиноносности рифтогенных систем обрамления Сибирской платформы // Структурный анализ в геологических исследованиях // Материалы I Международного научного семинара. Томск: Изд-во ЦНТИ, 1999. С. 77-88.

39. Гринев О.М. Морфотектоника рифтогенных систем обрамления Сибирской платформы и рудоносность их формаций // Щелочные комплек-

сы Центральной Сибири: Сб. науч. тр. Красноярск: КНИИГиМС, 2003. С. 36-54.

40. Гринев О.М. Морфотектоника рифтогенных систем и рудоносность формаций обрамления Сибирской платформы // Платина России. Т. 5. Сб. науч. тр.: Проблемы развития, оценки, воспроизводства и комплексного использования минерально-сырьевой базы платиновых металлов. М.: Геоинформмарк, 2004. С. 380-401.

41. Леонов Ю.Г. Тектоническая природа девонского орогенеза. М.: Недра, 1976. 192 с.

42. Гринев О.М., Сазонов А.М. Тектоника и золотоплатиноносность пород щелочных провинций рифтогенных зон обрамления Сибирской платформы // Международный геологический конгресс: Тез. докл. Китай: Пекин, 1996. V. 2, 4.3. С. 394.

43. Сазонов А.М., Гринев О.М., Шведов Г.И., Сотников В.Н. Нетрадиционная платиноидная минерализация Средней Сибири. Томск: Изд-во ТПУ, 1997. 148 с.

44. Сазонов А.М., Леонтьев С.И., Гринев О.М. и др. Геология и золотоплатиноносность нефелиновых пород Западной Сибири. Томск: Изд-во ТПУ, 2000. 248 с.

Статья поступила в редакцию журнала 11 декабря 2006 г., принята к печати 18 декабря 2006 г.