Заключение тарифных соглашений и коллективных договоров после Февральской революции 1917 года (к истории становления социального партнерства в России)

В. Б. Морозов

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ТАРИФНЫХ СОГЛАШЕНИЙ И КОЛЛЕКТИВНЫХ ДОГОВОРОВ ПОСЛЕ ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА

Формирование партнерских отношений в России, как и в других странах, началось с возникновением профсоюзов. Социальное партнерство как средство решения спорных вопросов не могло сложиться до появления рабочих организаций, т. к. оно предусматривает переговорный процесс между двумя сторонами, в котором может принимать участие и третья сторона в лице государства.

В России профсоюзы появились в ходе Первой русской революции 1905-1907 годов. И даже тогда, когда насущные экономические проблемы решались в ходе стачек, забастовок к рабочим приходит понимание, что отдельные, непринципиально важные вопросы могут быть решены путем переговоров с капиталистами. Для этого с учетом международного опыта стали создаваться специальные органы: примирительные камеры, третейские суды. Кроме того, между работодателями и профсоюзами стали заключаться коллективные договоры, тарифные соглашения, что способствовало предотвращению конфликтов.

После поражения революции правительством были предприняты жесткие меры по ограничению деятельности профсоюзов. Профсоюзное движение резко пошло на убыль. В этих условиях прекращается практика разрешения и предотвращения трудовых конфликтов.

После Февральской революции, с возрождением профсоюзов заключение коллективных договоров и, в особенности, тарифных соглашений становится заметным явлением в решении экономических вопросов. Весной 1917 г. практически не было ни одной отрасли в промышленности, рабочие которой не стремились бы к заключению тарифного соглашения.

В ведении переговоров и заключении соглашений, в особенности в первые послереволюционные месяцы, была заинтересована и другая сторона — промышленники и фабриканты. Об этом свидетельствуют многочисленные публикации и выступления представителей предпринимательских структур. В «редакционной» статье, опубликованной в первом номере «Вестника общества заводчиков и фабрикантов» выражалась уверенность в том, что «свободные граждане промышленники и свободные граждане рабочие найдут общий язык»1. В мартовском номере журнала «Промышленность и торговля» подчеркивалось: «Мы не сомневаемся в том, что при посредничестве примирительных учреждений организованному рабочему удастся сговориться с организованным предпринимателем и наладить мирное совместное существование»2.

Первые месяцы после революции идея социального партнерства поддерживалась работодателями по ряду причин.

© В. Б. Морозов, 2008

Во-первых, как рабочие, так и работодатели стремились к решению спорных вопросов мирным путем.

Во-вторых, фабриканты и заводчики пытались наладить отношения с рабочими.

В-третьих, решая острый для России рабочий вопрос, они рассчитывали установить контроль над рабочим движением. Как отмечалось в журнале «Промышленность и торговля», «необходимо будет рабочее движение направить по должному пути»3. Временное правительство также было не заинтересовано в забастовочной борьбе трудящихся и пыталось направить выступления рабочих в рамки мирного законного решения всех конфликтов. Это его стремление активно поддерживала партия меньшевиков, призывая рабочих к компромиссному разрешению конфликтов. В марте меньшевистская «Рабочая газета» писала: «Раньше, чем прибегнуть к такому крайнему средству, как забастовка, необходимо во что бы то ни стало добиться соглашения с предпринимателями. Примирительные камеры, давление профессионального союза, Совета рабочих депутатов, наконец, посредничество правительства и законодательное регулирование — вот те стадии, те ступени, которые должен теперь проходить всякий крупный экономический конфликт в производствах»4.

Партия большевиков призывала рабочих к борьбе за свои коренные классовые интересы, отвергая любые компромиссы.

Как показали дальнейшие события, промышленники очень недолго оставались верны партнерским идеям. Как точно отмечалось в начале июля в журнале «Печатное дело», «соотношение сил сейчас таково, что мы в состоянии диктовать хозяевам условия. Вопрос — насколько долговечно это благоприятное нам соотношение сил»5. Как раз в июле, когда политическая ситуация в стране изменилась (конец двоевластия), несговорчивость предпринимателей резко возросла. Кроме того, усилилась поддержка работодателей со стороны правительства, что облегчало их противостояние рабочим организациям. 19 июля правительство издало постановление, в соответствии с которым потребовалась регистрация профсоюзов в окружных судах6.

К лету заметно обострилась экономическая ситуация в стране, в промышленных центрах стало не хватать продуктов питания, в особенности хлеба, о чем говорят данные в таблице7.

Революционные идеи охватывали массы рабочих.

Поэтому, если первые коллективные договоры приводили к мирному разрешению конфликтов, и дело очень редко доходило до забастовки, то «осенние» тарифные соглашения заключались в ходе забастовок или под угрозой их объявления.

Одним из основных требований рабочих сразу же после революции было повышение заработной платы. По подсчетам академика С. Г. Струмилина реальный заработок рабочих в 1917 г. составлял 30 % от довоенного8. Созданные на большинстве предприятий в первые недели после падения царизма расценочные комиссии начали вырабатывать новые ставки оплаты труда. Тарифные договоры, главным образом, касались вопросов заработной платы, хотя в них существенное место занимали и другие проблемы: охрана труда, социальное страхование, продовольственное снабжение рабочих и др. Заключение

Обеспечение населения продуктами питания

Район Поступило хлебных вагонов, тыс. шт.

май июнь июль

Петроград 68,6 34,7 15,4

Москва 85,5 45,3 19,3

Донецкий район 42,0 34,0 18,6

договоров и соглашений осложнилось тем, что рабочие организации переживали процесс своего становления, их действия не были согласованны, и поэтому даже в одном городе тарифные соглашения одинаковых производств отличались друг от друга.

Одним из первых заключил тарифный договор профсоюз рабочих печатного дела столицы. В марте предпринимателями для переговоров с профсоюзом была создана специальная комиссия, работавшая в течение двух недель. Уже к концу марта тарифный договор был подготовлен. В основном он регулировал вопросы, связанные со ставками заработной платы. В нем, однако, не затрагивались многие существенные вопросы. Тарифные ставки, установленные этим соглашением, из-за стремительного роста цен на предметы первой необходимости оказались низкими для большинства рабочих. Поэтому в конце мая до окончания срока действия договора (1 августа 1917 г.) собрание уполномоченных поручило правлению профсоюза начать разработку нового тарифного соглашения. В проект были внесены положения, касающиеся и условий труда, и правовых норм. Однако подписания этого договора рабочим удалось добиться только путем стачечной борьбы. 15 сентября новое тарифное соглашение было подписано. Как отмечалось, между профсоюзом печатников и владельцами предприятий были выработаны «принципиально приемлемые условия»9.

Этот документ послужил причиной конфликта между типографской секцией Общества заводчиков и Советом общества, который выступил против подписания тарифного договора. 10 октября на заседании Общества, несмотря на то, что секция сама заявила о выходе из организации, она была исключена из Общества за превышение власти, т. к. 13 июня на общем собрании Общества принимается решение об обязательном исполнении членами Общества всех постановлений. Нарушители могли быть подвергнуты штрафу, вплоть до исключения10. В решении было записано «такое исключение должно носить демонстративный характер», т. к. оно вносит «дезорганизацию в нашу среду и может пагубно отражаться на дальнейшей борьбе за неотъемлемые права предпринимателей»11.

Аналогичная ситуация сложилась у московских печатников. Весенний договор, который также был подготовлен в спешке, не учитывал многих реалий действительности, был сразу подписан владельцами типографий. Новое тарифное соглашение тщательно готовилось правлением союза с 25 сентября по 21 октября и было принято только после начала забастовки12.

Большое значение в движении по заключению тарифных договоров имела борьба рабочих-металлистов Петрограда. Она продолжалась три месяца и завершилась подписанием 7 августа 1917 г. тарифного договора. Ход разрешения этого экономического конфликта наглядно показал, как менялись взгляды заводчиков и фабрикантов в зависимости от политической ситуации в стране. Он еще раз убедительно продемонстрировал, что только организованный, влиятельный профессиональный союз, готовый к борьбе, может оказать достойное сопротивление предпринимателям, защитить и отстоять интересы трудящихся.

Тарифный договор распространялся на рабочих более чем 300 специальностей, включая подсобных и чернорабочих. Он сокращал разрыв между размерами заработной платы этих категорий работников. При согласовании проекта договора с предпринимателями разногласия возникли из-за тарифных ставок. Против предложения об их повышении для высококвалифицированных рабочих Общество заводчиков и фабрикантов не возражало. Упорное сопротивление работодателей вызвало предложение союза металлистов поднять заработную плату чернорабочим. Профсоюз предлагал установить ставку

для мужчин 1 руб. в час, для женщин — 85 коп., а Общество — 75-80 коп. для мужчин и 65 копеек для женщин. Квалифицированные рабочие, видя, в каком бедственном положении находятся чернорабочие, старались им помочь. В этом отношении показательно решение общего собрания коллектива Металлического завода (присутствовало 8 тыс. человек) «о временном частичном переложении части зарплаты квалифицированных рабочих в пользу чернорабочих»13.

Заводчики и фабриканты понимали, что повышение тарифных ставок для чернорабочих металлообрабатывающей промышленности приведет к требованиям увеличения заработной платы и со стороны других категорий низкооплачиваемых рабочих. Только из-за угрозы всеобщей забастовки рабочих-металлистов договор был подписан.

Тарифная кампания профсоюза металлистов и сам договор имели большое значение для развития тарифного движения не только в Петрограде, но и по всей России. Договор дал толчок к разработке союзами единого тарифа. Он положил конец практике произвольной оценки труда на отдельных предприятиях. Еще когда тариф не был подписан с Обществом, в союз металлистов из многих городов поступали просьбы о высылке проекта договора. В журнале «Металлист» отмечалось, что «как только договор был заключен и опубликован, как будь-то вся рабочая Россия нашла те формы, которые она искала и не могла найти»14.

С первых дней образования профсоюза начали борьбу за тарифный договор рабочие кожевенного производства. В мае профсоюз кожевников через Всероссийское общество заводчиков кожевенного производства предложил проект коллективного договора, два пункта которого вызвали наибольшее сопротивление со стороны предпринимателей: о сокращении продолжительности рабочего дня по субботам и накануне праздничных дней и о найме и увольнении рабочих15. На совещании представителей союзов рабочих кожевенного производства Петроградского и Московского промышленных районов, проходившем в Петрограде 5-6 июня 1917 г., был утвержден общий тариф16. Однако, если в столице было достигнуто соглашение между профсоюзом и тремя организациями предпринимателей, то в Москве для достижения соглашения рабочие были вынуждены прибегнуть к забастовке. Она продолжалась 2,5 месяца и закончилась победой, во многом благодаря материальной и моральной поддержке со стороны других союзов. Показательно, что за время забастовки в профсоюз кожевников вступило более 200 человек17.

5 июня 1917 г. на общем собрании членов союза работников трактирного промысла было утверждено 31 требование тарифного договора, разработанного правлением союза и переданного предпринимателям, которые должны были дать ответ 10 июня18. Приступив к переговорам с работодателями, правление союза стремилось не усугублять положение и не доводить дело до забастовки, помня о неудачной забастовке московских официантов. Однако владельцы ресторанов, кафе и т. д. не спешили принимать условия договора. Основным разногласием, по которому предприниматели заняли непримиримую позицию, стал вопрос об отмене «чаевых». Взамен «чаевых» как формы зарплаты союз требовал процентных отчислений с выручки. 28 июня делегатское собрание союза ввиду отказа владельцев удовлетворить его требования единогласно постановило объявить забастовку. 30 июня 1917 г. состоялся митинг, после которого его участники организовали демонстрацию, в которой приняло участие около 30 тыс. человек. В этот же день союз владельцев крупных ресторанов и гостиниц согласился удовлетворить все требования рабочих. В небольших чайных и кафе владельцы еще почти месяц отказывались заключать соглашения, а затем частично удовлетворили требования служащих.

Решительно боролись за подписание тарифного договора рабочие химической промышленности. Его разработка началась летом 1917 г. В основу подготовленного проекта договора были положены тарифный договор металлистов и отдельные части соглашения деревообделочников. Проект состоял из двух отдельных частей: общей и табели часовых расценок. Разрабатывая проект договора, профсоюз старался охватить вопросы экономического и правового характера, учесть специфические особенности условий труда на предприятиях химической промышленности. Данный проект не один раз рассматривался в сентябре на совместных с фабрично-заводскими комитетами общеделегатских собраниях19. Тариф был вынесен на рассмотрение Общества заводчиков и фабрикантов 6 октября. Поскольку ответа не последовало, правление союза решило, прежде чем прибегнуть к забастовке, обратиться в Министерство труда как к посреднику. Это обращение было не напрасным. Технико-химический отдел Общества был вынужден выполнить пожелание Министерства труда и начать переговоры. Но события октября отодвинули принятие тарифного договора на 12 марта 1918 г., и заключен он был на других условиях20.

В первые месяцы тарифного движения начал подготовку к заключению тарифного договора профсоюз деревообделочников. Сложность этой работы заключалась в том, что союз был создан по профессиональному, цеховому принципу. Рабочие за небольшим исключением были распылены по мелким предприятиям, различным мастерским. Все это, как отмечало правление союза, «вызывает целый ряд недоразумений»21.

19 апреля совет делегатов союза принял решение о введении минимальной заработной платы для всех деревообделочных предприятий Петрограда. Были распространены опросные листы, анализ которых показал, что система оплаты не единообразна, и существует огромный разрыв в оплате между высококвалифицированными и низкоквалифицированными рабочими. Очень низкие ставки были у женщин22. В июне начались заседания согласительной комиссии, в состав которой входили представители профсоюза деревообделочников и владельцев предприятий. За основу подготовленного профсоюзом договора были взяты положения, разработанные союзом металлистов. Довольно быстро было достигнуто соглашение по большинству пунктов общих положений. Однако предприниматели никак не хотели соглашаться с расценками, предложенными союзом. Переговоры были остановлены. Примирению сторон не помогло и посредничество Министерства труда. Также не способствовала выработке единого тарифного договора соглашательская позиция профсоюзной секции лесопильных заводов, бирж и складов, подписавшей 22 августа отдельный тарифный договор с секцией Общества заводчиков и фабрикантов23. Понимая, что путем переговоров не удастся подписать договор, 12 октября было принято воззвание стачечного комитета к рабочим-деревообделочникам об объявлении стачки с 16 октября24. Она охватила более 25 тыс. рабочих-деревообделочников. В их числе были и рабочие лесопильных заводов25. Организованность и сплоченность бастующих при поддержке рабочих других отраслей промышленности заставили представителей крупных предприятий 22 октября согласиться с требованиями бастующих. Забастовка была прекращена по решению правления профсоюза 28 октября. 22 декабря 1917 г. тарифный договор был подписан26.

С апреля в работу по подготовке тарифного договора включились рабочие-бондари. 19 июня делегатское собрание союза постановило предъявить работодателям выработанный общий тариф, а в случае его непринятия объявить забастовку. В ходе переговоров с предпринимателями согласия достичь не удалось. 25 июня началась всеобщая стачка, которая в июле закончилась подписанием тарифного договора27.

В непростой ситуации проходило подписание тарифного договора между предпринимателями и текстильщиков Петрограда. Ситуация усугубилась тем, что текстильщиками по всей стране работали в основном женщины, подростки и дети, они были очень разрозненны и не организованы. Разработка договора началась в начале лета. 11 июня на общегородском делегатском собрании была избрана комиссия по выработке договора. Причем, как отмечал руководитель союза Н. Лебедев, ей было поручено разработать не только нормы заработной платы, но и рассмотреть вопросы охраны труда, страхования рабочих, приема и увольнения рабочих, ежегодных отпусков28. Этот проект договора не только стал примером для выработки соглашений другими профсоюзами текстильщиков, но впоследствии стал основой Всероссийского тарифного соглашения текстильщиков.

28 июня состоялось первое совместное заседание представителей рабочих с фабрикантами. Предприниматели признали требования рабочих приемлемыми и «подлежащими удовлетворению со дня их предъявления»29. Однако впоследствии они стали саботировать переговоры, не соглашаясь с размером оплаты труда. Решение спора было перенесено в центральную примирительную камеру при Министерстве труда. Только после того как 3 сентября делегатское собрание союза под угрозой всеобщей забастовки в ультимативной форме потребовало разрешения конфликта, 6 сентября фабриканты согласились подписать тарифный договор30.

Работа по организации союза транспортных рабочих началась весной 1917 г., а окончательно он сформировался в единый производственный профсоюз только в середине января 1918 г. Тарифная работа в отдельных союзах велась самостоятельно: каждый союз устанавливал свои расценки, вырабатывал требования, организовывал примирительные камеры, при необходимости проводил стачки.

Союз работников легкового извоза через созданную по требованию общего собрания примирительную камеру добился 16 июня на заседании камеры принятия первого тарифа, в котором помимо специфических требований (ковка лошадей, деготь для экипажа и др.) затрагивались вопросы приема и найма на работу, жилищные, санитарные условия рабочих31. Союз ломовых извозчиков (они перевозили грузы) также через свою примирительную камеру, образованную в начале апреля, утвердил в июле тарифный договор. В нем содержались требования 8-часового рабочего дня, оплаты сверхурочных работ в полуторократном размере, уплаты полного жалованья во время болезни, приема и увольнения на работу только с ведома союза32.

Правление союза шоферов и автотехников выработало тарифное соглашение и предъявило его обществу заводчиков и фабрикантов в июне 1917 г. Представители обществ отказались выполнить требования союза. После рассмотрения конфликта в примирительной камере при Министерстве труда и под угрозой стачки в конце июля договор был принят33.

В мае началось тарифное движение среди рабочих пищевой промышленности, которая включала рабочих многих специальностей. 14 мая общее собрание членов петроградского союза рабочих по выработке мучных изделий поручило правлению разработать тарифный договор, который через две недели был утвержден. Кроме определенного уровня заработной платы предлагались меры по улучшению медицинской помощи, предоставлению отпусков рабочим34. 16 мая принимается соглашение между союзом рабочих и работниц хлебопекарного производства в Туле. Но через два месяца в условиях роста инфляции они обратились к петроградским пищевикам с просьбой прислать их образец договора. Принятый 25 мая коллективный договор на общем собрании рабочих мясного

производства столицы после двухнедельных переговоров был подписан работодателями. В сентябре принял коллективный договор самарский союз рабочих пищевых продуктов и предпринимателей35.

Профсоюзу писчебумажников Петрограда для заключения тарифного соглашения пришлось прибегнуть к стачечной борьбе, хотя ей предшествовали и переговоры, и примирительные разбирательства. На его подписание ушло несколько месяцев. Правление союза проект соглашения предложило еще в июле. Однако предприниматели, постоянно откладывая решение вопроса, в конце июля заявили, что требования рабочих будут рассматриваться не ранее 15 августа. 14 августа фабриканты предложили снизить расценки на 10-20 %. В образованных согласительных комиссиях вначале при писчебумажной секции, а затем при Министерстве труда вопрос не был решен. Поэтому 21 сентября писчебумажники начали всеобщую забастовку, прекратив вывоз готовой продукции, что угрожало сорвать подготовку созыва Учредительного собрания. Председатель Всероссийской избирательной комиссии Н. Н. Авинов обратился в министерство труда с просьбой добиться от союза разрешения на отпуск бумаги и конвертов для Учредительного собра-ния36. 3 октября состоялось межведомственное совещание, согласившееся с требованиями профсоюза, а 20 октября писчебумажная секция Общества заводчиков и фабрикантов подписала тарифный договор37.

Незапрещенный в годы войны профсоюз фармацевтов работу по выработке тарифного соглашения начал в 1915 г., когда 25 ноября на общем собрании была избрана тарифная комиссия38. В мае — июне 1916 г. выработанные нормы, предусматривавшие увеличение заработной платы, были утверждены на собрании и согласованы с владельцами аптек39. Кроме питерского профсоюза, выработка тарифов в это время проводилась в Нижнем Новгороде, Москве, Одессе. В марте 1917 г. исполнительный комитет на первом заседании приступил к разработке нового соглашения, которое было утверждено на собрании. В нем, помимо вопросов оплаты труда и продолжительности рабочего времени, содержались пункты, касающиеся отпусков, в том числе отпусков по болезни, приема и увольнения обязательно с согласования профсоюза. 25 апреля колдоговор был подписан практически без изменений. Но когда летом встал вопрос о заключении нового договора, в первую очередь касающегося изменения ставок зарплаты, общество аптековладельцев в категорической форме отказалось его принимать. Новый договор был подписан только после полуторамесячной забастовки 11 ноября под угрозой проведения реквизиции аптек новой властью40.

Профессиональный союз строительных рабочих состоял из мелких цеховых союзов. В основном объединение в единый Всероссийский союз произошло к первой Всероссийской конференции в мае 1918 г. в Самаре41. Но, к примеру, союз рабочих цементного производства объединился с союзом строителей только в 1920 г. Поэтому в 1917 г. мы можем говорить о тарифной работе только отдельных союзов. Разрабатывая свои тарифы, союзы прежде всего стремились к отмене сдельщины, широко применявшейся в строительном деле, сверхурочных работ. Профсоюз мраморщиков и гранитчиков разработал свой тариф в апреле, и к 1 мая был подписан договор, в соответствии с которым заработная плата была повышена на 30 % и отменены сверхурочные работы. Союз водопроводчиков в августе разработал свой тариф и, ввиду отказа предпринимателей, объявил о начале забастовки. Конфликт рассматривался в примирительной камере и закончился подписанием соглаше-ния42. Тариф для строительных рабочих: маляров, каменщиков, бетонщиков и ряда других специальностей, — был разработан союзом в начале июля 1917 г. Помимо вышеназванных

условий, профсоюз требовал выдачи расчетных книжек, еженедельной расплаты с рабочими, предупреждения об увольнении за две недели, введения страхования рабочих. Дополненное в ноябре это тарифное соглашение стало основой для союзного договора 1918 г.43 В конце мая было заключено соглашение между профсоюзом рабочих табачного производства и предпринимателями.

В тарифном движении участвовали самые разные категории рабочих и служащих: моряки торгового флота, работники мыловаренных заводов, торгово-промышленные служащие и др.

Заключение тарифных соглашений получило широкое распространение по всей стране. Всего перед Октябрьской революцией действовало 70 тарифных договоров и 19 находились в стадии подготовки44. В ходе тарифной кампании начали заключаться и коллективные договоры. Практически все они были заключены в первой половине 1917 г. Всего в Петрограде было заключено 23 коллективных договора на различных предприятиях45.

Путем заключения тарифных соглашений и коллективных договоров рабочие, помимо установления 8-часового рабочего дня и увеличения оплаты труда, стремились и к решению других насущных социально-экономических и трудовых вопросов: страхования, отпусков, условий труда и др., т. е. практически всех вопросов, которые должно было решать на законодательном уровне государство, причем в спешном порядке, не откладывая и не затягивая. Таким образом, соглашения восполняли пробел в правовой базе трудовых отношений работников с предпринимателями и придавали им статус законности. В ходе тарифной кампании профсоюзы значительно укрепили свое влияние и выросли численно. Показателен тот факт, что они в полной мере старались использовать «мирные» средства решения конфликтов, предотвратить забастовки. Это признавали и представители предпринимательских структур. «Число разрешенных каждым союзом конфликтов между рабочими и предпринимателями огромно и исчисляется сотнями»46.

Во второй половине 1917 г. ситуация кардинально изменилась. Рост цен, нехватка продовольствия, хозяйственная разруха, затягивание правительством социальных, экономических и политических преобразований исключили возможность установления гражданского мира. В стране как снежный ком нарастал общенациональный кризис, происходил рост забастовочного движения. Если весной в России стачки составляли всего 4 % по отношению к другим формам рабочего движения, то в сентябре — октябре их удельный вес вырос до 66 %47. Осенние стачки отличались от предыдущих большей сплоченностью рабочих, исключительной массовостью. В октябрьской стачке рабочих-текстиль-щиков Иваново-Кинешемского района участвовало 300 тыс. человек, во Всероссийской забастовке железнодорожников — 600 тыс. человек48. Происходила резкая политизация и революционизация широких народных масс. Как отмечает западный исследователь Зива Галили, партия меньшевиков — сторонница выработки взаимоприемлемых решений с буржуазией, теряла влияние, а люди уходили из таких партий49. Так, число членов Московской губернской организации с начала августа до середины ноября уменьшилось с 3 тыс. до 134350. Еще хуже обстояли дела в Петрограде. Газета «Новая жизнь» писала: «Кто знаком с положением дел петроградской крупнейшей организации меньшевиков, еще недавно насчитывающий около 10 тыс. членов, тот знает, что она перестала фактически существовать. Районные собрания происходят при ничтожном количестве 20-25 человек, членские взносы не поступают. Последняя общегородская партийная конференция не смогла собраться из-за отсутствия кворума»51.

Напротив, партия большевиков, призывая к политической борьбе и смене власти, обещая мир, землю крестьянам, установление рабочего контроля на предприятиях и др., усиливала свое влияние. Численность партии быстро росла. Если в феврале 1917 г. она насчитывала 24 тыс. членов, то к августу — 240 тыс. Призывы к политической борьбе находят все больше и больше сторонников. Так, в резолюции, принятой 27 сентября на Петроградской областной конференции металлистов, отмечалось: «...экономическая борьба рабочего класса в настоящий момент более чем когда-либо приобретает характер политической борьбы за власть»52.

В первые месяцы после революции заключаемые соглашения, помимо своей основной функции — защиты социально-экономических, трудовых интересов наемных работников, могли бы стать необходимым элементом становления социального партнерства. Однако после июльских событий ситуация кардинально изменилась: правительство ограничивало деятельность профессиональных союзов, предприниматели отказывались удовлетворять требования рабочих в ходе переговоров, что приводило к усилению забастовочного движения. В ходе экономической борьбы рабочих все чаще и чаще выдвигались политические требования. В условиях постоянного роста цен, безработицы, нехватки основных продуктов питания, неспособности правительства разрешить основные экономические и политические вопросы, происходила не только к радикализация профсоюзного движения, но и революционизация широких народных масс.

1 Вестник Петроградского Общества заводчиков и фабрикантов. 1917. № 1.

2 Промышленность и торговля. 1917. № 8-9. С. 187.

3 Там же. № 12-13. С. 254.

4 Рабочая газета. 1917. 26 марта.

5 Печатное дело. № 4. 1917. С. 6.

6 Собрание узаконений и распоряжений правительства. 1917. № 165. Ст. 907. С. 1568.

7 Вестник Петроградского Общества заводчиков и фабрикантов. 1917. № 38.

8 Струмилин С. Г. Заработная плата и производительность труда в русской промышленности за 1913-1922 гг. М., 1923. С. 28.

9 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 12184. Оп. 177. Д. 108. Л. 23.

10 Вестник Петроградского Общества заводчиков и фабрикантов. 1917. № 4.

11 РГИА. Ф. 150. Оп. 2. Д. 7. Л. 78.

12 Кайрович В. С. Обзор деятельности московского союза рабочих печатного труда (с 28 февраля 1916 г. по 1 января 1918 г.). М., 1918. С. 24.

13 Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга (ЦГАИПД СПб). Ф. 19. Оп. 1. Д. 1. Л.70 об. — 71.

14 Металлист. 1918. № 3-4. С. 4.

15 Вестник Петроградского Общества заводчиков и фабрикантов. 1917. № 7.

16 Голос кожевника. 1917. № 1. С. 6-7.

17 Там же. № 2-3. С. 4, 17.

18 Дороватовский П. Союз рабочих народного питания и общежитий. Ленинград, 1927. С. 51-52.

19 Туберозов Н., Менделеева С. Первый тариф Петроградского союза рабочих-химиков // Профессиональное движение в Петрограде в 1917 году. Очерки и материалы. Л., 1928. С. 152.

20 Шатилова Т. Очерк истории Ленинградского союза химиков, 1905-1918 гг. Л., 1927. С. 77.

21 Центральный государственный архив Санкт-Петербурга (ЦГА СПб). Ф. 5937. Оп. 1. Д. 27. Л. 3.

22 Эхо деревообделочника. 1917. № 2. С. 15.

23 РГИА. Ф. 150. Оп. 1. Д. 568. Л. 17-18.

24 Известия ЦИК и Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917. 19 октября.

25 РГИА. Ф. 150. Оп. 2. Д. 39. Л. 69-73.

26 Там же. Ф. 150. Оп. 2. Д. 95. Л. 82.

27 Социально-экономический справочник. 1917. № 1. С. 20.

28 Ткач. 1917. № 1. С. 20.

29 Там же. № 1. С. 21.

30 Там же. С. 22.

31 Дороватовский П. Из истории союза транспортных рабочих. Л., 1927. С. 99.

32 Дороватовский П. Союз транспортных рабочих. Л., 1927. С. 79.

33 Там же. С. 81.

34 Зерно правды. 1917. № 1-2. С. 12.

35 Набат. 1917. № 1. С. 15-16.

36 Шатилова Т. Указ. соч. С. 112.

37 РГИА. Ф. 150. Оп. 1. Д. 568. Л. 19-21.

38 Жизнь фармацевта. 1916. № 1-2. С. 9.

39 Там же. № 5-6. С. 16-17.

40 Профессиональное движение в Петрограде в 1917 г. Л., 1928. С. 265.

41 Строитель. 1918. № 3. С. 2-3.

42 Профессиональное движение в Петрограде в 1917 г. Л., 1928. С. 179.

43 Там же. С. 185-186.

44 Рабочее движение в 1917 году. М.; Л., 1926. С. 94.

45 Бакланова И. А. Рабочие Петрограда в период мирного развития революции (март — июнь 1917 г.) Л., 1978. С. 187.

46 Вестник Петроградского Общества заводчиков и фабрикантов. 1917. № 44.

47 Минц И. И. История Великого Октября: В 3 т. М., 1968. Т. 2. С. 823-824.

48 Профсоюзы СССР: Документы и материалы: В 4 т. М., 1963. Т. 1. С. 464.

49 Галили З. Меньшевики в 1917 году. М., 1994.

50 Астрахан Х. М. Большевики и их политические противники в 1917 году. Л., 1973. С. 297.

51 Новая жизнь. 1017. 28 сентября.

52 ЦГА СПб. Ф. 4591. Оп. 1. Д. 1. Л. 24.