Элитное образование

Элитное образование

Владимир Крымский

директор Первого Московского кадетского корпуса генерал-майор

Алена Миронова-Ходорович:

Здравствуйте, это программа «Образ времени», и сегодня мы хотим поговорить о кадетских корпусах, ведь это всегда было элитным образованием, и не всегда дети понимают, что такое кадетский корпус. Скажи, как ты себе представляешь кадетский корпус?

Учащийся:

Большое учебное военное заведение.

Алена Миронова-Ходорович:

Ты бы хотел учиться в кадетском корпусе?

Учащийся:

Конечно, потому что там можно получить хорошее образование, чтобы в дальнейшем была хорошая жизнь, честно служить Родине.

Алена Миронова-Ходорович:

Владимир Яковлевич, расскажите историю кадетского корпуса, сколько ему лет.

Владимир Крымский:

История кадетского корпуса началась почти 250 лет назад, когда был образован шляхетский кадетский корпус, и не хватит времени интервью и времени одного урока, чтобы рассказать весь достаточно сложный путь, по которому шел первый корпус, прежде чем он пришел в Москву и стал называться Первым московским кадетским корпусом. Это связано в том числе с войной 1812 года. Новейшая история корпуса началась в 1992 году, как и вся Россия заново выстраивалась, единственное, нам было легче, потому что были ориентиры, которые были расставлены предыдущими поколениями, которые работали в первом корпусе. Большое количество знаменитых выпускников обучалось в этом корпусе, это и генерал-губернатор Москвы Закревский, и великий художник Федотов, и автор, как все считают, народной песни «Калинка», это все выпускники Первого московского кадетского корпуса. Это малая толика знаменитых выпускников, и у первого директора корпуса Владимира Владимировича Кирсанова были ориентиры, хотя дорога, по которой они пошли почти 30 лет назад, была во многом неизведанная, ориентиры были, а дороги не было.

Алена Миронова-Ходорович:

Как удалось найти дорогу и чем сейчас отличается Первый кадетский корпус?

Владимир Крымский:

Дорогу удалось найти коллективу, который собрал вокруг себя Владимир Владимирович Кирсанов, первый директор корпуса, методом проб и ошибок, но с большим упором на историю самого корпуса.

Сегодня корпус — это государственное образовательное учреждение, в котором обучается более 2,5 тысяч кадетов. Подготовка идет по различным направлениям, и самое главное отличие от школы — круглосуточный режим полного дня, который обеспечивает адаптацию наших ребят к будущему обучению в высших военно-учебных заведениях: МВД, ФСБ, ФСО и т.д. Конечно, учиться ребятам намного тяжелее, чем в школе, поэтому мы всегда говорим, что каждый из них должен дать себе сам ответ — зачем он себе эти трудности назначил, когда мог бы учиться в соседней школе, пришел в 8.30, ушел в 14.30, сходил в кружок, потанцевал, попел, жизнь удалась. Но они выбирают не только сами, где-то с помощью родителей очень тяжелую дорогу, и те, которые проходят ее до конца, как правило, точно становятся незаурядными личностями. Как потом эту личность применит государство, это другая история, но то, что выходят личности, это бесспорно.

Алена Миронова-Ходорович:

Насколько тяжело к вам поступить и что для этого нужно, что дети должны сделать, чтобы к вам прийти?

Владимир Крымский:

Когда родители приводят детей, говорят: «Он 20 раз подтягивается, здорово бегает», — то есть нас постоянно с кем-то путают, хотя название у нас четкое — государственное образовательное учреждение. И для того, чтобы к нам поступить, нужно очень хорошо учиться, всему остальному мы здесь научим. Великие слова сказал когда-то Александр Григорьевич Лукашенко лет 15-20 назад, когда его российские журналисты спросили: «Для Вас, как для Президента Республики Беларусь, что первично, что вторично — здравоохранение или образование?» Он, не задумываясь, сказал: «Здоровые дураки Республике Беларусь не нужны». Нам необразованные спортсмены в кадетском корпусе точно не нужны, мы всех ребят по физической подготовке за эти годы выведем на очень приличный уровень, а вот знания, если он в школе не учился нормально, если он до прихода к нам считал, что учеба на последнем плане, то он не сможет у нас учиться, хоть десять раз поступит, учиться он не сможет. А для того чтобы поступить, нужно пройти независимые диагностики в Московском центре качества образования, получить по ним сертификат и сдать его в приемную комиссию.

Алена Миронова-Ходорович:

Где этот независимый центр?

Владимир Крымский:

В Москве, в системе департамента образования города Москвы есть Московский центр качества образования, достаточно зайти к ним на сайт, подать в электронном виде заявку на тот предмет, который хочет сдать ребенок, ему назначат время, он придет в аудиторию, на него направят камеры, он все сделает, работу проверят. Ни фамилии, ничего, просто как человек, который сдавал независимую диагностику, и выдадут сертификат. Приличность результата определяется количеством данных сертификатов. Если на 10 мест сдала тысяча, это будет запредельный уровень. На сегодняшний день менее 40 процентов выполнения заданий мы даже не рассматриваем.

Алена Миронова-Ходорович:

Это по какому-то одному предмету?

Владимир Крымский:

Нет, в зависимости от того, в какой класс поступает ребенок и в какую нашу кадетскую школу. Допустим, в дипломатическую кадетскую школу нашего корпуса должен быть очень сильный язык, на уровне 80-90 процентов выполнения задания. При поступлении в основную кадетскую школу — математика, физика очень важны. Сейчас департамент нам настоятельно рекомендует включить информатику и географию, то есть не один предмет, а сдать нужно будет целый комплекс предметов и представить это все в приемную комиссию.

Алена Миронова-Ходорович:

И когда начинается прием документов?

Владимир Крымский:

С 1 февраля.

Алена Миронова-Ходорович:

То есть до этого нужно все пройти?

Владимир Крымский:

С 1 февраля до 1 июля могут спокойно проходить диагностику, собирать документы, но сдать до 30 июня, потому что 30 июня у нас начинается заседание приемной комиссии.

Алена Миронова-Ходорович:

И тогда вы уже определяете, кто будет учиться у вас, а кто нет.

Владимир Крымский:

Да, причем приемная комиссия проходит онлайн, каждый желающий может по ссылке присоединиться и посмотреть, как проходит комиссия, там не называются фамилии в соответствии с законом о сохранении персональных данных, называются номера личных дел. Каждому, кто сдал сюда личное дело, выдается уведомление, где прописан номер, и в прямом эфире можно все увидеть. Прозрачно, открыто, и я очень надеюсь, что справедливо, по крайней мере не помню за последние пять лет хоть какой-то упрек в адрес корпуса, что что-то не так при поступлении.

Алена Миронова-Ходорович:

С какого возраста и после какого класса к вам идут?

Владимир Крымский:

Основной поток поступающих пока идет с 7 класса и 10-й. В прошлом году мы набрали 5-е классы, но надо точно понимать всем, для кого важен наш корпус как место, куда можно сдать кадета с кроватью, я их разочарую: у нас интернат начинается с 8-го класса, в будущем он будет с 10-го, до 10-го все будут без интерната. У нас сегодня 5, 6, 7 классы без интерната, каждое утро прибывают сюда к 8.00 и в 19.00 убывают.

Алена Миронова-Ходорович:

Ребенок может сразу в 8-й класс прийти?

Владимир Крымский:

Если есть места, но, как правило, их не будет.

Алена Миронова-Ходорович:

А бывает, что дети уходят и по каким причинам?

Владимир Крымский:

Бывает, вот только сегодня подписал, родители переехали в Коломну, 9 класс дипломатической школы.

Алена Миронова-Ходорович:

Они по разным адресам находятся?

Владимир Крымский:

По всей в Москве 7 кадетских школ, кадетский корпус один, он называется Первый московский кадетский корпус, в его состав входят 7 кадетских школ: основная кадетская школа, кадетская школа старшеклассников, Петровская кадетская школа крылатой гвардии, дипломатическая кадетская школа, кадетская школа государственных воспитанниц, навигацкая школа и таганская кадетская школа.

Алена Миронова-Ходорович:

Какое отличие?

Владимир Крымский:

У всех свой профиль, есть аэрокосмический профиль, в таганской школе очень интересный профиль выбрали в прошлом году — военный транспорт и логистика, востребованность на рынке труда сумасшедшая. Государство пока в эту сторону сильно не перестроилось, есть несколько вузов, которые готовят, но потребности у государства в сотни раз больше, чем сегодня выпускается. Я думаю, что это будет одно из самых перспективных направлений.

Навигацкая школы — это морское направление, это все, что связано с военно-морским флотом, с гражданским морским флотом. Петровская кадетская школа — это направление подготовки воздушно-десантных войск для рязанского воздушно-десантного командного училища. В кадетской школе государственных воспитанниц обучаются одни девочки, и там тоже подразделяется на разные направления: есть военная журналистика, новый педагогический

класс и так далее, то есть направлений подготовки очень много, это и физико-математическое, и естественно-научное, и технологическое.

Алена Миронова-Ходорович:

А в основной?

Владимир Крымский:

В основной кадетской школе обучаются кадеты второй ступени обучения с 7 по 9 классы.

Алена Миронова-Ходорович:

Старшие тоже отдельно?

Владимир Крымский:

Кадетская школа старшеклассников находится недалеко отсюда, буквально минут 10 езды на автомобиле, там обучаются 10-11 классы.

Алена Миронова-Ходорович:

Закончили ваш кадетский корпус, куда идут дальше и насколько тяжело им поступать?

Владимир Крымский:

Во-первых, мы не сами по себе, мы не частная лавочка, кто куда захотел, туда и пошел. У нас есть четкое государственное задание, мы его выполняем, наши дети должны идти в соответствии с выбранным профилем, почему мы с 9 в 10 класс детей не переводим, 9-й класс ребята заканчивают, мы их исключаем из списков корпуса как завершивших вторую ступень обучения. На следующий день они заново подают заявление в старшую школу, но уже выбирают конкретный профиль. Если выбрал навигацкую школу, значит мы точно понимаем, что этот ребенок пойдет либо в военно-морской флот, либо в гражданский флот. Наши ребята процентов на 80 идут служить Отечеству, это в силовой системе государства, как правило, и если один из тысячи станет художником, это тоже можно считать служением Отечеству, но когда это обобщают и считают, что отсюда может выйти 100 художников, это не соответствует действительности, приводит к обману детей и к самообману взрослых.

Алена Миронова-Ходорович:

Вы сказали о военной журналистике, мне, как специалисту в этой области, стало интересно.

Владимир Крымский:

Мы все делаем с особенностями на наш корпус. Сегодня город приступает к очень интересному проекту, это «Медиакласс в московской школе», Светлана Афанасьевна ведет этот проект, а я его изучаю со стороны. Я посетил несколько школ, пришел на занятие, спрашиваю: «У вас медиакласс, а кого готовите? — Блогеров». За государственные деньги готовят блогеров, которые потом что будут делать?

Алена Миронова-Ходорович:

Писать непонятно что в интернете.

Владимир Крымский:

Назовите мне блогеров, которые работают на государство. Пускай тогда блогерами занимаются частные школы, я не против блогеров, но почему этим должны заниматься государственные учреждения. Поэтому я для себя выбираю, что да, медиакласс, но это должна быть военная журналистика, вот это служение Отечеству. Вы посмотрите, сколько за последние годы погибло журналистов, которые занимаются военной тематикой, в том числе операторы, это служение Отечеству, а сидение у компьютера и навязывание всем своего личного мнения — это никакая не журналистика, просто человеку так нравится, он говорит, что все должно быть зеленым. А почему? Потому что. Мы выбираем для нас более понятный путь служения Отечеству, будем рассказывать, показывать, прекрасные журналист проводили целые выставки, например, по Афганистану. Мы стараемся ребятам показывать людей, которые служат своему государству в разных отраслях, в том числе в творческой. Василий Лановой, ушедший от нас, можно сказать, что он служил Отечеству? Безусловно. А Моргенштерн служит своему Отечеству? Нет, он служит себе лично и своему карману. Ничего против я не имею, только не понимаю, почему его много, а тех, кто служит Отечеству, практически нет, вот в чем проблема сегодня медийного поля. Поэтому департамент образования и заинтересовал проект «Медиакласс в московской школе».

Алена Миронова-Ходорович:

Потому что тот, кто служит Отечеству, делает это тихо.

Владимир Крымский:

Правильно, но надо понимать, что слушателями являются в том числе и молодые граждане страны, которые слышат одного и того же человека, он всех матом поливает, хочет выделиться, наверное, больше нечем. И они понимают, что это тренд, это так здорово, то я хочу быть таким. А того, кто делает свое дело тихо, они не видят и потом узнают об этом из книг, или про разведчиков, мы приглашали сюда Вартанян, о ней же никто не знал, узнали только последние лет 20. Конечно, есть профессии, где тишина обязательно должна быть, но есть публичные профессии, и надо, чтобы о них говорили, это люди труда, люди, которые служат Отечеству в разных ипостасях, которые совершили поступки, подвиги, их же много сегодня. Мы у себя это четко ведем и будем продолжать. В декабре День героя, мы всегда приглашаем большое количество Героев России, даже Герои Советского Союза к нам приходят, мы стараемся декларировать образ человека, жизнь свою положившего ради Отечества.

Алена Миронова-Ходорович:

Вернусь к журналистике, они заканчивают 9 классов, в 10-м тоже есть?

Владимир Крымский:

Проект медиакласса только начался, но он точно будет идти сквозь школу, он же и в обычных московских школах идет. Все будет зависеть от востребованности среди школьников и от творческого таланта и заинтересованности взрослых, если это не превратят в очередную галочку. Проект творческий, его тяжело заболтать, превратить в чиновничий, я думаю, что он будет очень интересен.

Алена Миронова-Ходорович:

Вы не пробовали договориться с каналами, чтобы делать какую-то программу, чтобы ваши дети ее вели? Помните, раньше была программа «До 16 и старше».

Владимир Крымский:

Предложение очень хорошее, мы точно участвуем в медийном пространстве, много сотрудничаем с Первым каналом, наши ребята постоянно у них в передачах, и когда провожали в космос известное трио. Но над тем, что Вы предлагаете, стоит подумать, это могло бы быть очень интересно, хотя сегодня для ребят есть несколько проектов: «Умники и умницы», «Морской бой», и в «Умниках и умницах» наши ребята в этом году победили. Не бегом и не силой единой, а умом прежде всего.

Алена Миронова-Ходорович:

Это игра, а делать это как журналисты.

Владимир Крымский:

Мы подумаем, взвесим свои возможности, было бы интересно вместе сделать интересный проект, который был бы подхвачен потом более массово. Интересное предложение, спасибо.

Алена Миронова-Ходорович:

А вы не делали медицинское направление?

Владимир Крымский:

Пытались, оно у нас оказалось невостребованным, не хотят быть военными врачами. Для того чтобы создать медицинское направление, нужно 25 человек, надо набрать класс, тогда стоит этим заниматься. Мы максимально набирали 15 человек. Я думаю, что здесь еще здоровая конкуренция, и в образовательной школе медицинские классы, особенно те, которые первыми зашли, очень удачно осваивают этот проект, и мы подумали — а смысл какой у них под ногами топтаться, когда есть выбор, ведь не одна школа занимается, их много.

Мы каждый год в сентябре проводим среди девятиклассников анкетирование — в каком профиле они хотели бы учиться в 10-м классе. Это не я в кабинете решаю, все девятиклассники, а их более 500 человек, анонимно отвечают, мы потом все это изучаем, анализируем и в соответствии с их запросами выбираем направление профессиональной подготовки на следующий год. Заявятся 25 человек на медицинский профиль — мы его откроем.

Не сказать, что нет проблем, я не могу, потому что чтобы открыть профиль, нужны очень сильные преподаватели именно по профильным предметам. У нас сегодня физико-математический, технологический профиль есть, у нас очень сильные учителя по информатике, математике, физике, поэтому профиль и идет с хорошими результатами. Будем ждать, когда проявится большое количество ребят, откроем медицинский, для нас нет невыполнимых задач.

Алена Миронова-Ходорович:

А в программирование дети идут?

Владимир Крымский:

Конечно, идут в академию ФСБ на IT-факультет, некоторые потом уходят, разочаровываются, тут тоже нужно, чтобы голова работала не только в формулах, а в жизни, немножко другой склад ума у людей. Мне кажется, это очень сложная профессия, она никогда, по крайней мере в ближайшие 10-20 лет, не будет массовой. Можно сколь угодно выпускать и поступать в программисты, но программистов высшего пилотажа всегда будешь штучное количество, но ребятам это очень интересно. У нас есть IT-полигон, в Москве таких всего три, и ребят оттуда не оттянуть, да и взрослых тоже, потому что там очень интересно, хотя технологии очень быстро стареют, мы не успели еще что-то развернуть, смотрим, уже новые появились, уже надо что-то новое приобретать. Может быть, в этом и есть прелесть этих технологий. Поэтому мы поддерживаем и будем поддерживать это направление.

Алена Миронова-Ходорович:

У вас такое красивое здание, когда оно построено и с помощью кого?

Владимир Крымский:

Построила Москва, это первое здание в Российской Федерации, которое было построено для кадетов, архитектор Кувинов Борис. Последнюю очередь этих зданий мы сдали в 2014 году, 5 июля, на открытии был мэр Москвы Сергей Семенович Собянин, это было построено для детей столицы, которые желают заниматься в кадетском корпусе.

Алена Миронова-Ходорович:

Какие-то трудности возникают, может быть, с детьми, проживанием детей, которые говорят, что я не хочу здесь жить, я хочу жить дома, а сюда приходить?

Владимир Крымский:

Если сказать, что нет трудностей, народ смеяться будет. Сказать, что у нас тут трудности — скажут, а у кого их нет. Расплываться по поводу трудностей мне неинтересно, это рабочие моменты, они всегда есть, и мы их преодолеваем. Трудности с детьми... Нет, дети выдающиеся, прекрасные, каждый ребенок уникальный, и нет плохих детей, есть плохие взрослые, поэтому здесь тоже нет. Другой вопрос, что назрело немножко развернуть кадетское образование в сторону главного результата, а главный результат кадетского образования — это поступление в вузы, которые готовят защитников Отечества. Сейчас такая работа идет, департамент об этом на перспективу очень серьезно думает, я ничего предварять не буду, будут интересные изменения, и все эти изменения будут в пользу детей сто процентов.

Алена Миронова-Ходорович:

Детям тяжело, когда они оторваны от семьи? С 8-го класса они полностью отрываются, учатся 5 дней и 5 дней здесь живут?

Владимир Крымский:

Всегда тяжело, мы все когда-то уезжали из дома, кто-то в институт, кто-то в армию, и это всегда тяжело. Чем ты моложе, тем тяжелее, хотя уже в 14-15 лет детям хочется попробовать самостоятельность. Другой вопрос, что у нас огромное количество детей льготных категорий, это многодетные, социально незащищенные, опекаемые, и для них наш корпус становится домом. Я бы не сказал, что им тяжело, потому что здесь они приобретают дом. Чем меньше ребенок, тем сложнее его переход из семьи в кадетский корпус.

Алена Миронова-Ходорович:

Какой у них распорядок, есть свободное время?

Владимир Крымский:

В 6.30 они встают, зарядка вне зависимости от погоды под руководством офицеров.

Алена Миронова-Ходорович:

На улице?

Владимир Крымский:

Конечно, в спортивном зале проводятся занятия и то только по определенным темам. Одеваются ребята по погоде, никто их раздетыми не гонит, зарядка на улице, затем они умываются, приводят себя в порядок, заправляют постели, наводят порядок в своих помещения, где спят, и под руководством офицеров отбывают в столовую на завтрак. Дальше подготовка к занятиям и развод на занятия. В понедельник общий развод проводится на плацу с подъемом государственного флага, кстати, мы начали поднимать государственный флаг, когда в стране об этом даже еще никто не думал, и исполнением гимна России. Наши кадеты не являются слушателями гимна России, где бы он не заиграл, они поют.

В обычные рабочие дни развод проводится с составе подразделения и исполняется гимн нашего первого московского кадетского корпуса. С 8.30 начинаются плановые занятия, как в любой школе, они прерываются только переменами и большой переменой для второго завтрака. После обеда два часа для младшей и средней школы, до трех часов для старшей школы самостоятельная подготовка под руководством офицера-воспитателя. И после самостоятельной подготовки это дополнительное образование, творческие, физкультурные, профильные проекты, есть чем заняться, и это все идет до ужина. Затем час личного времени, но личное время — это в основном ребята общаются по телефону с родственниками, зимой очень многие используют его в парке, на лыжах бегают.

Алена Миронова-Ходорович:

То есть они не выходят за территорию в течение дня.

Владимир Крымский:

А что делать за территорией, у них здесь все есть, кроме того, все здания связаны внутренними переходами. После того, как закончилось личное время, проводится вечерняя прогулка и вечерняя поверка, умывание и отбой. Простой распорядок, но очень насыщенный и очень тяжелый.

Алена Миронова-Ходорович:

И это 5 дней в неделю, на субботу и воскресенье уезжают к родителям.

Владимир Крымский:

В пятницу они убывают домой. Я сам переводил наш корпус с шестидневки на пятидневку, и мы тогда родителям объясняли (они очень не хотели на пятидневку), что суббота — это шестой учебный день, только с использованием ресурсов самого города. Вы посмотрите, какое сегодня огромное количество выдающихся проектов проходит в рамках университетской субботы, в рамках гражданско-патриотического воспитания, военного воспитания, просто изобилие, и мы стараемся, изучаем, пользуемся этим обязательно. Поэтому сказать, что суббота выходной — нет, огромная часть кадетов в субботу самостоятельно приходит сюда, потому что здесь в это время работает клуб «Авиатор», здесь у нас бассейн, у нас проходит медиакласс. Если мы придем в кадетские школы в субботу, то увидим огромное количество ребят, которые вчера уехали домой, но сегодня пришли заниматься любимым делом. И мы создаем условия для таких занятий, при этом я всегда настаивал, чтобы ребята могли попробовать себя в городских проектах, сходили в вуз, посмотрели какую-то кафедру, предприятия, то есть объем возможностей город представляет просто неограниченный. А воскресенье уже чистый выходной, подготовка к рабочей неделе.

Алена Миронова-Ходорович:

Отношение к семье ваших воспитанников меняется, не становятся ли они равнодушны к родителям?

Владимир Крымский:

Корпус не может повлиять на отношение ребенка к семье, главным центром воспитания ребенка является семья. Мы способствуем, помогаем. То, что все взрослые в корпусе уважительно относятся к семье, это так, то, что мы уважительно относимся к родителям наших кадетов, это так. Бывают ситуации, когда конфликт в семье, тогда мы как-то пытаемся вмешаться, помочь ему, помочь семье, но опять же, только семья может нас попросить, мы сами не можем лезть в чужую семью и пытаться установить там свои порядки. Поэтому любое удаление от дома только укрепляет любовь к своей семье, больше дорожить начинают. Мы же с вами прошли все это, нам тоже казалось в 15 лет, что мы самые великие, что нам мама с папой могут рассказать, а сейчас вернуть бы только с одной целью, чтобы поклониться маме и папе, но увы, у многих из нас их нет. Так что главное — все-таки семья, а не корпус.

Алена Миронова-Ходорович:

Ваше пожелание для поступающих.

Владимир Крымский:

Желание у меня одно для всех нас — мы должны создать такую систему, поступая в которую главное слово должно быть ребенка, не родителя, который по каким-то его личным причинам привел его в корпус, а ребенок не хочет. Я всегда говорю, что мы насильно кадета сделать не можем, мы не хотим этого делать, и если у ребенка есть желание, мы сделаем из него блестящего кадета, прекрасного гражданина. Я бы хотел всем нам пожелать, чтобы мы могли слышать наших детей, и если ребенок почему-то сказал нет, надо просто прислушаться, не ломать ему сразу своим волевым решением, что я сказал пойдешь — значит пойдешь. Нужно нам всем научиться уважать наших детей, и только тогда мы можем требовать, чтобы они уважали нас.

Алена Миронова-Ходорович:

Бывают такие случаи, что приходит олигарх и говорит: «Плачу любые деньги, только заберите ребенка учиться»?

Владимир Крымский:

Это невозможно, мы государственное учреждение, у меня в кабинете не может быть олигарха, депутата, чиновника, у меня в кабинете может быть только родитель. Если он пришел как родитель, я с ним разговариваю, если пришел депутат по каким-то депутатским делам, он не может мне рассказывать, кого я должен взять, да это никто не приемлет и никто себя так не ведет, никакой олигарх тут оказаться не может никак, ни с деньгами, ни без денег, потому что нам важен не олигарх или статус этого родителя, нам важен ребенок, а в каком статусе его родители — это совершенно третьестепенное дело, нам это неинтересно.

Алена Миронова-Ходорович:

Главное — это дети.

Владимир Крымский:

Так и есть, а если бы их не было здесь, где бы мы работали. Мы же здесь не потому, что мы великие, а потому что дети есть, они дают нам работу, и мы должны к этому так относиться.

Алена Миронова-Ходорович:

Какое впечатление у тебя от кадетского корпуса?

Учащийся:

Когда я увидел, оказалось, что эта школа во много раз лучше, чем простые.

Алена Миронова-Ходорович:

И очень хочется здесь учиться?

Учащийся:

Да, сейчас уже хочу пойти.

Алена Миронова-Ходорович:

Это была программа «Образ времени», до свидания.