Лингвистический статус составных наименований русского языка

Т. П. Чепкова

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ СТАТУС СОСТАВНЫХ НАИМЕНОВАНИЙ РУССКОГО ЯЗЫКА

В статье на базе сравнения составных наименований со словами и неоднословными номинативными единицами (свободными словосочетаниями, идиоматическими выражениями) устанавливаются границы сферы составной субстантивной номинации и выявляются конститутивные признаки составных наименований, а также определяется место средств составной номинации в номинативной системе современного русского языка.

В последние десятилетия объектом изучения лингвистов не раз становились неоднословные номинативные единицы1. Тем не менее вопрос о составной субстантивной номинации, представленной единицами, которые, будучи семантически целостными, находятся на периферии лексической номинации, до сих пор не получил должного теоретического обоснования. Следствием этого является существование в означенной сфере ряда проблем, заслуживающих детального изучения. К их числу принадлежит вопрос о статусе средств составной номинации, или составных наименований2, в современном русском языке. При решении этой проблемы необходимо учитывать тот факт, что составные наименования (СН) характеризуются языковой асимметрией: с одной стороны, они обнаруживают семантико-функциональную близость слову, а с другой -расчлененность формы, синтагматическую структуру. Этот фактор требует внимания при определении места составных наименований в системе субстантивной номинации современного русского языка. В своей статье мы предлагаем рассматривать их с учетом лексико-грамматического синкретизма, то есть включать в область контаминированного способа номинацииъ, или, по терминологии проф. А. А. Бурова, в зону номинационного аналитизма4.

Первоочередной задачей в сфере изучения составной номинации является установление ее границ и определение оснований для включения в нее конкретных номинативных единиц. Поэтому цель данной статьи заключается в выявлении дифференциальных признаков, которые отличают СН от пограничных с ними номинаций: слов (в том числе и сложных), фразеологических единиц (ФЕ) и свободных словосочетаний, имеющих ту же синтаксическую структуру -субстантивную синтагму с различными видами связи.

Каждая из этих номинативных единиц имеет специфический набор признаков, характерных только для данного типа номинации. В работах известных лингвистов (Н. М. Шанского, А. В. Кунина, Л. И. Ройзензона, Ю. П. Солодуба и др.) предлагается различный перечень критериев разграничения перечисленных единиц. Например, в исследовании Т. В. Вяничевой, которая включила СН в состав синлексики, изучающей «пласт композитивных по структуре, устойчивых по составу и порядку следования лексических элементов номинативных единиц языка, образованных по определенным структурносемантическим моделям РЯ, экспрессивно-стилистически нейтральных и по выполняемой ничем не осложненной номинативной функции по отношению к одному отдельному природному или социокультурному факту эквивалентных одному слову»5, представлен наиболее подробный список дифференциальных признаков анализируемых номинативных единиц по 16 параметрам6.

Нам представляется, что степень значимости перечисленных признаков неодинакова, поэтому мы предлагаем ограничиться следующими основаниями классификации, учитывающими конститутивные признаки СН и потому позволяющими отличить их от смежных явлений:

1. В отношении структурно-грамматических свойств: а) структурная цельнооформленность / структурная раздельнооформленность (обычно: однословная структура / структура, состоящая из нескольких слов, соединенных, как правило, регулярными синтаксическими отношениями); б) грамматическая цельнооформленность / грамматическая раздельнооформленность.

2. В отношении семантических свойств: а) семантическая цельность /

семантический аналитизм; б) способ номинации предмета: прямой / переносный; в) степень мотивированности (внутренняя форма): идиоматичность /

мотивированность.

3. В отношении функциональных свойств: а) воспроизводимость (языковой факт) / возникновение в речевом процессе по существующим в языке моделям; б) устойчивость состава и структуры / изменяемость, варьирование состава и структуры (способность к преобразованиям - замене компонентов синонимами, структурной конденсации и т. п.); в) функциональная направленность: преобладание номинативной функции - преобладание коннотативной функции.

Данный набор параметров, безусловно, может быть расширен, но нам представляется, что он вполне достаточен для разграничения составных наименований и смежных единиц - слов, фразеологизмов и свободных словосочетаний.

Сравнивая составное наименование и слово, отметим, что в обоих случаях номинация предмета или явления передает логическое представление о них, отражая общие и существенные признаки, но не соотнося содержания с признаком предикативности. Сближение СН и слова актуализирует прежде всего семантические и функциональные свойства анализируемых единиц. Подобно слову, СН обладает семантической цельностью, неразрывностью структуры, между его компонентами невозможно вставить другие лексические единицы, что свидетельствует о непроницаемости структуры СН. Составному наименованию и слову присуща воспроизводимость, обе единицы способны выполнять номинативную функцию. В то же время в составных наименованиях находит свое выражение «целостный, но лексически делимый смысл, мотивируемый значением объединяемых слов»7. Поэтому в отличие от слова, которому свойственна идиоматичность, т. е. полная или частичная невыводимость значения целого из совокупности значений входящих в него компонентов, для СН характерна мотивированность. При этом степень семантической устойчивости состава аналитической конструкции может быть различной. Так, максимальной степенью устойчивости обладают СН, которые не допускают вариативности компонентов, например: либерализация цен, генная терапия. Максимальная степень

устойчивости обусловлена, прежде всего, ограничениями, которые определяются семантикой главного компонента (Всеношное бдение, страховой полис). Минимальная степень устойчивости наблюдается у СН, которые допускают замену своего компонента двумя или более словами, например: посткоммунистические страны (государства, республики). В отличие от СН, степень спаянности морфем в составе лексемы, обозначающей то или иное явление, остается одинаковой, что обусловлено цельнооформленностью русского слова.

Семантическая целостность, мотивированная лексическими значениями, не препятствует модификации СН как раздельнооформленной структуры в цельноформленную единицу, например: внедорожный автомобиль -

внедорожник, государственная служба - госслужба, Всемирная торговая организация - ВТО и др.

Несмотря на сильное влияние грамматической раздельнооформленности составного наименования, семантическая цельность делает его эквивалентом слова в функциональном плане (СН, подобно слову, выступает в качестве одного члена предложения). Как и слово, СН только в полном своем составе включается в общую семантическую структуру языка, соотносится с отдельным предметом или фрагментом объективной действительности.

Итак, слова и СН противопоставляются друг другу по следующим признакам: 1) структурная цельнооформленность - структурная

раздельнооформленность; 2) грамматическая цельнооформленность -

грамматическая раздельнооформленность; 3) идиоматичность -

мотивированность; 4) устойчивость структуры - изменяемость структуры (способность к структурной конденсации).

Лексические единицы, сопоставимые с СН, характеризуются разнообразием, в том числе в словообразовательном аспекте. В последние десятилетия номинативный состав русского языка существенно обогатился значительным количеством номинативных единиц, образованных словосоставлением (типа бизнес-аналитик, бизнес-виза, бизнес-класс, бизнес-клуб, бизнес-круиз, бизнес-ланч, бизнес-план, бизнес-центр, бизнес-элита и др.), в состав которых входит несклоняемый компонент8. Академические Грамматики квалифицируют их как сложные слова, или композиты с нулевым интерфиксом. Наличие в составе композитов двух структурных элементов сближает их с СН в большей степени, чем с простым словом: сложносоставные лексемы выражают понятия и поэтому характеризуются единством значения компонентов; они сохраняют устойчивость в порядке расположения структурных элементов, имеют два ударения; в то же время компоненты композитов соединены как самостоятельные слова (интернет-адрес, интернет-библиотека, интернет-издание, интернет-магазин и т. п.), в силу чего уподобляются компонентам СН. Безусловно, связь между элементами композита морфологически не оформлена, хотя подтверждается посредством трансформации в словосочетание, и семантика композита сама подсказывает подобную возможность.

Таким образом, для разграничения СН и композитов наиболее продуктивным критерием является формальный показатель: грамматическая цельнооформленность - грамматическая раздельнооформленность. Этот же критерий эффективен при сопоставлении СН и сложных слов, возникших в результате интерфиксации, таких, как водоочиститель, пылеуловитель, наркомафия, нефтедоллары. В этом случае отличие СН еще очевиднее, так как связь их элементов передается лексико-грамматическим способом, в отличие от частей сложных слов, где используется лексико-деривационная связь.

При сопоставлении СН и фразеологизмов следует учитывать, что последние в современной лингвистике допускают узкое и широкое их понимание. Разграничение этих подходов обусловлено сосуществованием двух конкурирующих точек зрения: концепции воспроизводимости и семантической концепции. Сторонники широкого подхода, т. е. концепции воспроизводимости (В. Л. Архангельский, Н. М. Шанский, А. В. Кунин и др.), признают

фразеологизмами все устойчивые в языке и воспроизводимые в речи сочетания слов. Сторонники узкого подхода - семантической концепции (В. П. и А. В. Жуковы, Ю. П. Солодуб, В. М. Мокиенко, В. Н. Телия и др.) - при выделении фразеологизмов руководствуются критериями семантической целостности, образности, экспрессивности. Мы разделяем семантическую концепцию фразеологизма, и для нас принципиально важными являются следующие конститутивные признаки фразеологизма: 1) грамматическая

раздельнооформленность; 2) устойчивость состава; 3) семантическая цельность; 4) идиоматичность; 5) воспроизводимость; 5) образность; 6) преобладание коннотативной функции над номинативной.

Составные наименования сближает с ФЕ устойчивость состава и порядка следования компонентов, целостность значения при грамматической раздельнооформленности. Кроме того, и СН, и фразеологизмы, будучи языковыми единицами, воспроизводятся в речи в готовом виде.

Сходство рассматриваемых единиц обусловлено тем, что составные наименования и фразеологизмы генетически восходят к свободному сочетанию слов, а различия определяются тем, что значение ФЕ в сравнении с СН является результатом образного (обычно метафорического) переосмысления словесного комплекса-прототипа9. Образность может быть присуща и составным наименованиям, но она лишь усиливает понятийную основу СН и носит непостоянный характер: со временем связь означающего с актом номинации способна ослабевать, в результате чего СН становится терминологическим или разговорным обозначением явления действительности со стертой, лексикализованной метафорой (потребительская корзина, порог бедности, высшие эшелоны власти, картофель в мундире). «Толковый словарь русского языка начала XXI века» под редакцией Г. Н. Скляревской10 содержит немало примеров СН, в которых грамматически главный или зависимый компоненты употребляются в переносном значении: европейский дом, магнитная буря, бюрократические игры; грязные / быстрые / горячие / живые деньги и др. Поскольку эти номинации появились не так давно, ощущение их образности еще сохраняется, хотя и они так же со временем лишатся существующих экспрессивных оттенков, перестав осознаваться носителями языка как образные. В большинстве своем составные наименования являются безобразными, например: валютная биржа, вотум доверия, биологическая рамка.

Различие в характере и степени образности СН и фразеологизмов обусловлено теми функциями, которые они выполняют в языке. Для СН, как и для слов, в качестве основной выступает номинативная функция: СН являются средством называния, выделения и классификации обозначаемого. Коннотативный компонент, играющий существенную роль в семантической структуре фразеологизма, представляется факультативным для СН с точки зрения структурно-системных отношений, хотя и способствует устойчивости СН, а также придает ему стилистическое единство.

В отличие от фразеологизма, СН, как правило, является основным и часто единственным обозначением какого-либо факта действительности и не имеет однословного эквивалента. Фразеологизмы создаются не столько для называния каких-либо явлений, сколько для их характеристики, а также образноэмоциональной оценки предметов, качеств и действий, уже названных в языке. ФЕ всегда вступают в синонимические отношения со словами, поскольку сами выступают в роли вторичного, экспрессивного средства номинации понятия, для

которого в языке уже есть однословный стилистически нейтральный синоним. Поэтому номинативная функция у фразеологизмов отнесена на периферию, а основной для них является функция коннотативная, которая связана с выражением отношения говорящего к именуемым фактам действительности, приданием речи повышенной выразительности. В связи с этим, основным свойством ФЕ является наличие в них живой, нестертой образности.

Образность ФЕ и безобразность СН обусловливают степень устойчивости / вариативности анализируемых единиц. Ранее было отмечено, что СН и фразеологизмы объединяет устойчивость их состава, однако природа устойчивости ФЕ объясняется экспрессивно-семантическими причинами, у составного наименования она основана на понятийной общности. Компоненты в структуре ФЕ не связаны непосредственно с означаемым, а СН опираются на предметную отнесенность своих компонентов. Семантика составного наименования, в отличие от ФЕ, обусловлена значением слов-компонентов, а слова, в свою очередь, включены в системные отношения, определяемые отнесенностью к понятию.

При большей (в сравнении с ФЕ) лексической вариативности составных наименований следует обратить внимание на то, что в СН невозможна перестановка его компонентов, состав же фразеологизма может быть как постоянным, так и допускать перемещение компонентов, например: - Мы вам кровь пустили, сударыня, теперь извольте почивать, а дня эдак через два мы вас, даст бог, на ноги поставим (Тургенев, «Уездный лекарь»). - Лечите меня, как хотите, что угодно делайте со мной, я все исполню, - только поставьте на ноги! (Вересаев, «Два конца»).

Существенное отличие сопоставляемых единиц заключается в том, что раздельнооформленная структура составных наименований не является устойчивой, в то время как фразеологизмам несвойственна структурная конденсация. СН, в отличие от ФЕ, способны превращаться в цельнооформленную единицу и служить базой для образования аббревиатур (наличные деньги - наличка, налог на добавленную стоимость - НДС).

После того как мы обнаружили определенные различия между составными наименованиями и словами и ФЕ, мы предлагаем обратиться к сопоставлению СН и составного термина.

В своих ранних работах11 мы использовали термин «составные наименования» в качестве родового по отношению к видовым терминам «составные термины», «составные терминологические наименования»,

«нетерминологические составные наименования», включая при этом в выделяемую парадигму как прямые, так и косвенные (метафоризованные), объединяемые качествами раздельнооформленности и соотнесенности с единым денотатом. В данной статье мы сочли необходимым разграничить понятия «составное наименование» и «составной термин», поскольку в процессе изучения СН пришли к выводу, что составные термины и СН обнаруживают сходство структуры (обе единицы восходят к свободному словосочетанию), выступают в качестве наименований предметов и явлений действительности, однако существенно отличаются друг от друга сферой функционирования в языке: составные термины ограничены областью научного (реже официально-делового) функционального стиля, составные наименования в экспрессивно-

стилистическом отношении, как правило, нейтральны. Отсутствие стилистической маркированности обусловливает стабильность

функционирования СН в разных сферах употребления представителями различных социальных группировок, т. е. в отличие от составных терминов СН являются единицами общеупотребительными и межстилевыми (ремень безопасности, визитная карточка, контактные линзы, магнитный браслет, биржа труда).

В последние десятилетия границы сферы употребления терминов расширились, чему способствовала интеллектуализация носителей языка, усилившаяся в условиях всемирной компьютеризации. Речевой портрет современного человека характеризуется включением в речь экономических, общественно-политических, медицинских, спортивных наименований, терминов законотворчества, информатики. Термины становятся достоянием общества и пополняют номинативный фонд русского языка. Если термины стали принадлежностью общелитературного языка, мы рассматриваем их в кругу составных наименований. В «Толковом словаре русского языка начала XXI века» зафиксировано много СН, восходящих к терминам из разных областей знаний, например: атипичная пневмония (мед.; ср.: атипичка), неопознанный летающий объект (ср.: НЛО), летающая тарелка (уфол.), акцизная марка (ср: акцизка), фондовая биржа (фин.), электронный адрес, глобальная сеть (информ.) и т. д.

Все сказанное свидетельствует о том, что СН обладают рядом существенных отличий от других единиц докоммуникативного уровня, что позволяет выделить СН в самостоятельную группу. В то же время составные наименования входят в зону синкретизма, связывающую лексическую номинацию с синтаксической. Очевидно, что у СН есть сходство и с единицами синтаксического уровня: сближение видится в номинационном аналитизме средств, ведь при синтаксическом способе номинации, по мнению проф. А. А. Бурова, знаки могут быть представлены синтагмой или номинативным предложением, заголовками и т. п.12 В данной работе мы не сопоставляем СН с предложением, служащим средством коммуникации, а ограничиваемся анализом сферы непредикативных сочетаний; мы сравним СН с синтаксическим наименованием - свободным сочетанием слов, которое также является синтаксической единицей.

В отличие от СН, синтаксическое наименование, состоящее из нескольких компонентов, не является готовой единицей языка: оно каждый раз создается в речи по определенным моделям в соответствии с коммуникативной потребностью, выступает результатом индивидуального комбинирования в процессе речевого акта и, следовательно, принадлежит речи, а не узусу.

Появляясь в речи, свободное сочетание слов отражает единичный факт объективной действительности, а не класс фактов; признак, лежащий в основе выделения данного факта, актуален только для конкретной речевой ситуации. Составное наименование, как уже было отмечено, воспроизводится в речи как неделимая номинативная единица, обладающая целостным смыслом. Значение СН закрепляется за самостоятельными средствами, которые не функционируют друг без друга, а при синтаксической номинации предмет или явление действительности и их признаки выражаются свободной синтаксической конструкцией. Таким образом, устойчивость - существенный признак СН, отличающий его от синтаксического наименования.

Обобщая выявленные конститутивные признаки составного наименования, можно предложить следующее его определение: составное наименование - это воспроизводимая в речи, грамматически раздельнооформленная, устойчивая по

составу и порядку следования компонентов, обладающая семантической цельностью номинативная единица, способная к структурным преобразованиям.

Таким образом, в системе субстантивной номинации, сформировавшейся в современном русском языке, составные наименования, обладая синкретизмом, занимают промежуточное положение между средствами лексической и синтаксической номинации.

Примечания

I См., например: Буров, А. А. Синтаксические аспекты субстантивной номинации в современном русском языке : в 2 ч. / А. А. Буров. - Пятигорск, 1999; Вяничева, Т. В. Субстантив-субстантивная синлексика современного русского языка : дис. ... канд. филол. наук / Т. В. Вяничева. - Томск, 2000.

Термин А. Н. Кожина; см.: Кожин, А. Н. Составные наименования в русском языке (на материале военно-деловой лексики) / А. Н. Кожин // Мысли о современном русском языке. - М., 1969. - С. 31-46.

3 Чепкова, Т. П. Субстантивная номинация русского языка в аспекте его аналитических возможностей / Т. П. Чепкова // Номинативная единица в семантическом, грамматическом и диахроническом аспектах : сб. науч. ст. к 80-летию А. М. Чепасовой. - Челябинск, 2006. - С. 120-126.

4 Буров, А. А. Синтаксические аспекты... С. 191.

5 Вяничева, Т. В. Субстантив-субстантивная синлексика... С. 18.

6 Там же. С. 48-49.

Кожин, А. Н. Составные наименования. С. 44.

8 О причинах активизации этих новообразований см.: Чепкова, Т. П. Композиты с

несклоняемым компонентом в современном русском языке: проблемы и

перспективы изучения / Т. П. Чепкова // Проблемы семантики языковых единиц в контексте культуры (лингвистический и лингвометодический аспекты) :

междунар. науч.-практ. конф. (Москва, 17-19 марта 2006 г.) - М., 2006. - С. 149152.

9 Солодуб, Ю. П. Теоретические проблемы фразеологии. Русская фразеология как объект сопоставительного структурно-типологического исследования / Ю. П. Солодуб // Солодуб Ю. П., Альбрехт Ф. Б. Современный русский язык. Лексика и фразеология (сопоставительный аспект). - М., 2002. - С. 186.

10 Толковый словарь русского языка начала XXI века. Актуальная лексика / под ред. Г. Н. Скляревской. - М., 2006.

II См., например: Чепкова, Т. П. Особенности функционирования составных наименований в современном русском языке / Т. П. Чепкова // Культура и коммуникация : сб. матер. междунар. заоч. науч.-практ. конф. - Челябинск, 2006. - С. 240-244; Чепкова, Т. П. Составные наименования в русском языке : история и современное состояние / Т. П. Чепкова // Проблемы семантики языковых

единиц. С. 144-148.

12

Буров, А. А. Синтаксические аспекты. Ч. II. - С. 51.