К вопросу о башкирском происхождении титула «Кара-хан»

Ш.Н. Исянгулов

К ВОПРОСУ О БАШКИРСКОМ ПРОИСХОЖДЕНИИ ТИТУЛА «КАРА-ХАН»

В статье рассматриваются башкирские корни титула «Кара-хан», получившего наибольшее распространение в Караханидском каганате. Показывается эволюция других титулов, имеющих связи с указанным, анализируются сообщения Рашид ад-Дина и Идриси. Обосновывается мнение, что название города Гурхан означает «Великий хан». Делается вывод, что термин «Кара-хан» был известен древним башкирам и в докараханидский период.

Shamil N. Isyangulov

ON THE BASHKIR TITLE QARA KHAN AND ITS ORIGIN

The article discusses the Bashkir roots of the title Qara khan which was mostly spread in the Kara-Khanid Kaghanate. The author demonstrates the evolution of other titles associated with the said title and analyses Rashid-et-Din's and Idrisi's reports. Substantiation is given to the opinion that the name of Gurkhan town means "Great khan". The article ends up with the conclusion that the term Qara khan had been familiar to ancient Bashkirs in the preKara-khanid period, too.

Ключевые слова: башкиры, хан, Кара-хан, Гурхан, «Великий хан», Караханиды. Key words: Bashkirs, khan, Qara khan, Gurkhan, "Great khan", Karakhanids.

Титул «Кара-хан» встречается в анонимном сочинении XVII в. «Дафтар-и Чингиз-наме», пятая глава которого посвящена местопребываниям и местожительствам ханов. По мнению татарстан-ского ученого М.А. Усманова, данная глава — «небольшая по объему, но очень путаная по содержанию, в которой, кроме раздробления территории Золотой Орды на мелкие и несущество-вавшие «ханства», перенесены в Поволжье и При-уралье «царствования» таких древнетюркских легендарных правителей, как Кара-хан, Бугра-хан»1 [I, с. 116]. В «Дафтар-и Чингиз-наме» сообщает-

ся, что юрт Кара-хана и Бугра-хана находился в устье Ак Идели [2, с. 37]. Очевидно, что все сохранившиеся списки различных правителей, в которых упоминаются Кара-хан и Бугра-хан, восходят к данному сочинению [3, с. 167; 4, с. 42; 5, с. 253]. Имя Кара-хана, как предка табынцев, встречается в башкирских шежере [6, с. 165; 7, с. 392—399], а также упоминается в различных версиях эпоса «Идукай и Мурадым» («И^еукэй менэн Мора^ым»). В частности, столетний Хаб-рау говорит, что в своей жизни он наряду с остальными правителями видел и Кара-хана [8,

1 Автор здесь допускает ошибку, наверное, под впечатлением сочинений Рашид ад-Дина и Абульгази. Титулы «Кара-хан», «Бугра-хан» носили не древнетюркские легендарные правители, а реальные правители Караханидского каганата X — начала XIII вв. [15, с. 110]. Истории Караханидского каганата посвящены работы В.В. Григорьева, В.В. Бартольда, О. Прицака, Е.А. Давидович, М.Н. Федорова, О.К. Караева, Б.Д. Кочнева и др.

Исянгулов Шамиль Наилевич, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории, языка и литературы Уфимского научного центра РАН

с. 100; 9, с. 89; 10, с. 245]. Таким образом, у башкир и после монгольского завоевания сохранялись предания о каких-то Кара-ханах. Перечисляя различных ханов, Хабрау на самом деле дает сведения о периодах истории башкирского народа. Одним из таких периодов бышо правление Кара-ханов. Сохранилось также интересное предание «Бограхан (Карахан)» [11, с. 166, 167].

Следует отметить, что оба титула — Кара-хан и Богра-хан — являются караханидскими по происхождению. Об этнополитических связях древних башкир с Караханидами писал знаменитый этнолог Р.Г. Кузеев [12, с. 262, 263]. Бытование титула «Богра-хан» (букв. «верблюд-хан») в Башкортостане нами было рассмотрено в отдельной статье [13, с. 85—91]. Несмотря на существование у древнебашкирских племен культа верблюда, скорее всего, титул «Богра-хан» был иноземного, а именно караханидского происхождения.

Вопрос о титуле «Кара-хан» является более сложным. С одной стороны, то обстоятельство, что в источниках в большинстве случаев он фигурирует вместе с титулом «Богра-хан», дает повод для однозначного вывода о том, что оба титула являются караханидскими по происхождению [14, с. 26—31; 15, с. 108—113; 16, с. 63— 67]. В то же время титул «Кара-хан» мог быть известен древним башкирам и в докараханид-ский период — со времен Тюркских каганатов. Однако широкое распространение он получил лишь у Караханидов. В источниках сообщается, что Кара-хан правил в устье Агидели (Белой) [2, с. 37; 3, с. 167; 4, с. 42; 5, с. 253]. Однако в одном предании уточняется, что Бограхан правил в устье Караидели, т.е. на месте современного города Уфа. После переселения на гору Акташ он принял новый титул Карахана [11, с. 166, 167]. Очевидно, в источниках имеется в виду один город — Уфа. Кара-ханы («великие ханы») правили именно здесь, однако неоднократные набеги врагов вынудили их переменить свою ставку. Этими врагами, скорее всего, быши кипчаки и племена, входившие в кипчакскую конфедерацию (каи, куны, ураны и др.).

О возможности существования титула «Кара-хан» у древних башкир в докараханидский период свидетельствуют следующие обстоятельства. В частности, о титуле правителя башкир упоминает знаменитый персидский историк Фазлаллах Рашид ад-Дин Хамадани (1247—1318): после подчинения страны Гур (современный Афганистан) войска Огуз-

хана «... все вместе переселились в области север-ныгх стран и направились в сторону К.р.л. и Баш-гурда. Сначала они добрались до высокой крепости Улу Багур. Здешнего правителя звали Кара-шит Ягы. Огуз одержал верх над его войсками и подчинил тамошние края». Далее Рашид ад-Дин продолжает: «Что касается жителей страны К.р.л. и Башгурд, то они были весьма необузданными и коварными. Из-за своей гордости и надменности они не склоняли свои головы ни перед одним владыкой. Огуз захватил их падишаха по имени Кара-шит. К.р.л. и Башгурды стали илем и обязались выплачивать дань» [17, с. 31, 32]. После страны башкир войска Огуз-хана прошли через пустыню и добрались до реки Итиль. Исследователи давно обратили внимание на то, что походы легендарного Огуз-хана отражают реальные исторические события, происходившие в 1Х—Х11 вв. В.А. Иванов и Г.Н. Гарустович пишут, что «из текста неясно, где находилась «страна К.р.л. и Башгурда». Они полагают, что р. Атил (Итиль) — это Волга, «куда, как известно, огузы пришли в конце IX — нач[але] X в.» [18, с. 16]. Очевидно, страна К.р.л. и Баш-гурд находилась к востоку от Итиля (Волги). Таким образом, скорее всего, под башгурдами имеются в виду именно древние башкиры.

Нас, прежде всего, интересует титул падишаха К.р.л. и Башгурд. В комментариях издатели сочинения Рашид ад-Дина предположили, что «Кара-Шит Йагы» может быть «Кара-Шит Йавгы (Йав-гу)» [17, с. 103]. Не вызывает сомнения, что титул звучал как «Кара-шад ябгу», где слова «шад» и «ябгу» обозначают титулы. Об этом писал еще в своих комментариях к тексту «Огуз-наме» З. Ва-лиди Тоган [19, с. 87]. Слово же «Кара» определяло высший уровень в иерархии тюркских титулов.

Хивинский хан Абульгази также писал, что когда государем огузов стал Кукем-Бакуй, сын Арслан-хана, «у огузского иля быш враг по имени Карашыт». Воспользовавшись малолетством нового правителя, Карашыт однажды напал на огу-зов и взял в плен младшего брата хана Серенка [20, с. 69]. А.Н. Кононов предполагал, что под Арслан-ханом следует понимать Великого сельджука Алп-Арслана, правившего в 1063—1072 гг.

Как известно, титулы «шад» и «ябгу» получили широкое распространение в Древнетюрк-ском каганате. А.Н. Бернштам писал, что ябгу и шады, как еще отметил Э. Шаванн, «назначались только из ханского рода». По мнению А.Н. Бернштама, ябгу и шад являлись наместни-

ками кагана над определенными племенами и напоминали собой князей удельной Руси. Шадов было несколько, по-видимому, по числу покоренных племен, составлявших на случай войны определенную часть войска, т.к. последние, включаясь в состав тюркского народа, должны были нести военную службу [21, с. 112].

Л.Н. Гумилев уверен, что «первым лицом в государстве после хана был ябгу. Собственно говоря, ябгу был вице-королем и на эту должность чаще всего назначались члены царствующего рода. Например, при Иль-хане Бумыне чин ябгу имел его родной брат Истеми. Но вместе с тем ябгу не был наследником престола...». Титул «шад» принадлежал принцам крови, имеющим в своем управлении уделы, т.е. представителям династии Ашина [22, с. 53].

Дальнейшие исследования показали, что титулы «ябгу» и «шад», возможно, были по происхождению ираноязычными. Однако данный вопрос остается до сих пор не до конца выясненным. В китайских источниках тюркскому слову «ябгу», «джабгу» соответствует, по мнению ученых, термин «йеху», «шеху» [23, с. 33; 24, с. 369].

По подсчетам японского исследователя М. Мори, из китайских источников известны 18 шадов в Древнетюркском каганате, из них 12 были из рода Ашина, 2 — легендарные лица, 3 — лицами, происхождение которых неясно, 1 шад был китайцем. Шады в Древнетюркском каганате являлись командующими войсками и администраторами над большими территориальными единицами государства, на которые оно подразделялось каганом. В расчет принималось не столько и не только территория, а то количество подданных, которыми управлял шад, что постоянно оговаривалось в источниках. Одной из обязанностей шада был сбор налогов с подвластных им людей.

Китайский исследователь Линь Гань предполагает, что титул и должность «ябгу» чаще относилась к правителям западной части Древнетюрк-ского каганата. Ябгу, по его мнению, считался наследником престола кагана. Современный исследователь Е.И. Кычанов затрудняется сказать, чем ябгу отличался от шада [25, с. 122—125].

Позже титулы «шад» и «ябгу» получили распространение в государствах — наследниках Тюркского каганата, в которых правили представители династии Ашина. В частности, титул «ябгу» носил карлукский правитель в VIII в., позже — правитель огузов (гузов) [26, с. 219; 27,

с. 128]. После падения Уйгурского каганата связь с родом Ашина, правящим родом Тюркского каганата, позволила карлукской династии облечь свою власть «в легитимное одеяние и, отбросив старый титул ябгу, принять новый — каган» [28, с. 135, 136].

Один из представителей рода Ашина в середине VII в. бежал в Нижнее Поволжье, где основал новое государство — Хазарский каганат [22, с. 237]. В Хазарии вторым лицом в государстве (после кагана) являлся шад (царь). У Гардизи титул хазарского царя читается как ишад, у Ибн Русте — иша [29, с. 57; 30, с. 16]. Данный титул легко восстанавливается как тюркский титул «шад». У хазар также имелся титул «ябгу» [31, с. 138, 139].

Титул «шад» первоначально (до принятия титула «каган»), возможно, носил и правитель Ки-макского государства [29, с. 43, 44]. Во всех этих государственных образованиях правящая династия происходила из рода Ашина (возможно, кроме Кимакского каганата. Данный вопрос в историографии не изучен).

Сведения Рашид ад-Дина дают повод предположить, что правитель древних башкир, носивший титулы «шад» и «ябгу», возможно, также принадлежал к династии Ашина. Пребывание древних тюрок в Башкортостане прослеживается и на археологических материалах. По мнению археологов, так называемые курганы «с усами», получившие распространение в евразийских степях (в т.ч. в Башкортостане) в ^—ГХ вв., принадлежат древним тюркам [32, с. 152—156]. Древние тюрки не могли быть на территории Башкортостана многочисленными. Прежде всего, это была высшая знать, элита. В этот период в древнебашкирском языке получают распространение огузские элементы [33, с. 13, 14]. Об этом же свидетельствуют и появление вышеуказанных титулов.

Слово «кара» (букв. «черный») тюркского происхождения. Оно подробно рассмотрено в работах О. Прицака, А.Н. Кононова и др. Как пишет О. Прицак, черный цвет у древних тюрок обозначал север, основу ориентирования. Поэтому по древнетюркской правовой символике слово «кара» олицетворяет великое и верховное. Следовательно титул «Кара-хан» означал «Великий хан» или «Верховный хан» [34, с. 239—263]. А.Н. Кононов здесь солидарен с Прицаком. В значении «главный, великий, могучий, сильный» слово «кара», по его мнению, широко использо-

валось в личной ономастике у тюрков, в т.ч. в качестве титула [35, с. 162]. Вторым верховным правителем Первого Тюркского каганата был сын Бумына (Тумена), носивший, согласно китайским источникам, титул «Коло Исиги-хан». Предположение С.Е. Яхонтова, что «Коло» это, скорее всего, «Кара», приняли С.Г. Кляшторный и В.А. Лившиц [36, с. 129, 130]. Титул «Коло Иси-ги-хан» Л.Н. Гумилев понимает как «Кара Ис-сык-хан» и переводит как «Черный горячий хан» [22, с. 28, 464]. Покорителем Семиречья и Согда был один из представителей династии Ашина, сын Истеми Кара-Чурин. По мнению Л.Н. Гумилева, «Кара-Чурин» — это прозвище, означающее «гнилой, калечный, неполноценный» [22, с. 58]. Как установил О. Прицак, в енисейских надписях слово «Кара кан» употребляется два раза, по византийским источникам, у гуннов был правитель Кара тон. Согласно Константину VII Багрянородному, один из мадьярских предводителей имел титул «Кар хан» [34, с. 244]. Некоторые ученые выступили против идеи О. Прицака, что пер-воносителями титулов или имен «Кара-хан» («Кара-хакан») были правители Древнетюркских каганатов [37, с. 87]. Однако вывод О. Прицака, что слово «Кара-хан» тождественно «Великому хану», в целом получил признание. Это доказывается и современными исследованиями башкирских лингвистов [38, с. 109].

Отсюда можно сделать вывод, что титул правителя древних башкир «Кара-шад ябгу» означал «Великий шад ябгу». С течением времени правитель мог повысить свой статус. Судя по сообщению Гардизи, древние башкиры находились в определенной зависимости от Хазарского каганата [29, с. 46, 47]. Ослабление и гибель данного государства могли стать поводом для принятия правителем башкир нового титула — «хан» или «Великий хан». Ал-Идриси в середине XII в. писал, что в стране внешних басджиртов имеется город Гурхан: «Это большой, населенный город тюрок из земли Аскутийа. Он стоит к северу от реки Исил, впадающей в море Табари-стан. Город хорошо обустроен, с возделанной округой, туда по указанной реке иногда приезжают купцы и путешественники. Там живет правитель тюрок Аскутийи, в распоряжении кото-

рого многочисленные воины, снаряжение и оружие, множество крепостей, протяженные возделанные земли. В этой стране из ремесленных изделий и предметов искусства делают [не только] то, что требуется для повседневных нужд, но также производят седла и оружие — такие великолепные и совершенные, какие не делают ни в одной [другой] стране тюрок» [39, с. 123]. На необычное название города Гурхан обратили внимание Н.А. Мажитов и А.Н. Султанова, оно «состоит из двух слов: гур (могила, гробница) и хан (хан, правитель)». Отсюда они сделали вывод, что город мог быть назван по могиле знаменитого хана, имеющего прямое отношение к возникновению самого города [32, с. 211, 212].

С точки зрения современного башкирского языжа, казалось бы, данная схема безупречна. Слово «гур» ныне означает могилу [40, с. 87]. Однако в средние века слово «гурхан» имело совсем другое значение — титул тюркоязычных и мон-голоязычных народов. В частности, титул «гур-хан» принял основатель государства каракитаев (киданей) в Семиречье Елюй Даши в 1130-е гг. По мнению ан-Насави, титул «гурхан» означал «хан ханов», по Рашид ад-Дину — «великий государь» [41, с. 45; 42, с. 79]. Арабский историк Ибн ал-Асир данный титул каракитайского правителя объяснял следующим образом: «А это [слово], т.е. «гур», на китайском языке [означало] прозвище величайшего из их царей, а [слово] «хан» — прозвище тюркских царей, означающее «величайший из царей» [43, с. 244]. Абульгази пишет, что на китайском языке слово «гур» означало «великий падишах» [44, с. 41]. Титул ка-ракитайского правителя был известен также западным авторам Г. Рубруку и Р. Бэкону. Бар-тольд предполагал, что слово «гур», возможно, передает родовое имя императоров династии Ляо— Елюй [45, с. 544]. В китайском источнике «Ляо ши» говорится, что гурхан — это почетный титул правителей монгольских племен. Корень «гур» в монгольском языже имеет два значения: первое — большой, всеобщий, второе — народ (собрание племен) [46, с. 127]. Как известно, знаменитый противник Чингис-хана Джамуха в 1201 г. враждебными Темучину силами также был провозглашен гур-ханом2 [47, с. 116]. В 1206 г. Чин-

2 Титул «гур-хан», согласно Рашид ад-Дину, носил и вождь кераитов, дядя Тогрула (Ван-хана). Именно против этого гур-хана, имя которого неизвестно, объединили свои силы в 1170-е гг. названные братья Тогрул и Есугей, отец Темучина.

гис-хан отказался от этого титула, заявив, что в своей жизни истребил многих государей, носивших титулы «гурхан», поэтому ему неприлично принимать его.

Ныне доказано, что слово «гурхан» является тюркоязычным произношением киданьского титула, восходящего к тюркскому титулу «каган». В Центральной Азии слова «гур» и «каган» означали одно и то же [48, с. 22]. Государство кара-китаев было уничтожено войсками Чингис-хана. Еще до этого власть в нем захватил сын найман-ского правителя Кучлук. В дальнейшем титул «гурхан» не встречается в источниках [49, с. 528]. Хотя он оставался известным и желанным для многих правителей. В частности, этот титул хотел иметь и знаменитый завоеватель Тимур [46, с. 128]. Таким образом, титул «гурхан» существовал в Средней Азии с 30-х гг. XII в. по 20-е гг. XIII в. (Кучлук — последний каракитай-ский гурхан — погиб, скорее всего, в 1218 г.).

Ал-Идриси создавал свой географический труд в 1140—1150-е гг. при дворе норманнского короля Сицилии Роджера II. Его источниками являются произведения арабо-персидских ученых К—Х! вв. Однако, как известно, только у Идриси имеются оригинальные сведения о городе Гурхан. Несмотря на то, что государство каракитаев было создано лишь в 1130-е гг., вероятно, слово «гурхан» («великий хан») и раньше было известно тюркам, в т.ч. и древним башкирам. По нашему мнению, название города Гурхан следует понимать как «Великий хан», т.е. как ставку верховного правителя башкир. Такой ставкой в силу своего географического, геополитического положения, несомненно, был город, находившийся на месте современной Уфы. К подобному же выводу, в т.ч. на основе археологических материалов, приходят НА Ма-житов и А.Н. Султанова [32, с. 212, 213].

Таким образом, по Рашид ад-Дину, правитель древних башкир имел титул «Кара-шад ябгу», в их стране был город по названию «Гурхан», что означает «Великий хан». Такое же значение имел и титул «Кара-хан». Нельзя исключать и того, что название «Гурхан» могло иметь отношение к титулу «Кара-хан». Однако следует иметь в виду, что титул «Кара-хан» наряду с титулом «Богра-хан» получил чрезвычайно широкое распространение прежде всего в Караханидском государстве, существовавшем в X — начале XIII вв. в Средней Азии. Если даже титул «Кара-хан» не бытовал у древних башкир до прихода в При-

уралье племен, связанных с Караханидами, он был, по крайней мере, известен им. Возможно, именно приход возглавляемых Караханидами племен и родов стал поводом для принятия правителем древних башкир нового и более высокого по статусу титула «Кара-хан».

ЛИТЕРАТУРА

1. Усманов М.А. Татарские исторические источники XVII—XVni вв. — Казань: Казан. ун-т, 1972. — 224 с.

2. Дэфтэре Чьщгыз-намэ. — Казан: «Иман» нэшриэте, 2000. — 44 б.

3. Назаров П.К. К этнографии башкир // Этнографическое обозрение. — 1890. — № 1.

4. Буканова Р.Г. Города-крепости на территории Башкортостана в XVI—XVII вв. — Уфа: Китап, 2010. — 264 с.

5. вмвтбаев М. Иэдкэр: шигырзар, публицистик, тарихи этнографик я^малар, тэржемэлэр, халык ижа-ды олголэре. — Вфо: Китап, 2011. — 344 б.

6. Башкирские шежере / сост., пер. текстов, введ. и коммент. Р.Г. Кузеева. — Уфа: Башк. кн. изд-во, 1960. — 304 с.

7. Башкирские родословные / сост., предисл., по-ясн. к пер., пер. на рус. яз., послесл. и указ. Р.М. Булгакова, М.Х. Надергулова; науч. рук. Р.Г. Кузеев. — Уфа: Китап, 2002. — Вып. 1. — 480 с.

8. Башкирское народное творчество. Т. 10. Исторический эпос. — Уфа: Башк. изд-во «Китап»,

1999. — 392 с.

9. Башкорт халык ижады: 5-се том. Тарихи коба-йыр?ар, хикэйэттэр (иртэктэр). — Вфо: Китап,

2000. — 392 б.

10. Башкорт халык ижады. 8-се том. Эпос: иртэктэр Ьэм эпик кобайыр^ар. — Вфо: Китап, 2006. — 492 б.

11. Башкорт халык ижады: Риуэйэттэр, легенда-лар. Икенсе том. — Вфо: Китап, 1997. — 440 б.

12. Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа: этнический состав, история расселения. — М.: Наука, 1974. — 572 с.

13. Исянгулов Ш.Н. К вопросу о титуле «Богра-хан» в Башкортостане или пережитки культа верблюда у башкир // Этносы и культуры Урало-Повол-жья: история и современность: материалы V Всерос. науч.-практ. конф. молодых ученых. — Уфа: ИЭИ УНЦ РАН, 2011.

14. Исянгулов Ш.Н. К проблеме башкиро-караха-нидских этнополитических связей // Диалог городской и степной культур на евразийском пространстве. Материалы V Междунар. конф. «Диалог город-

ской и степной культур на евразийском пространстве», посвященной памяти Г.А. Федорова-Давыдова (г. Астрахань, 2—6 октября 2011 г.). — Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2011.

15. Исянгулов Ш.Н. Кара-ханы и Богра-ханы в Башкортостане // Этногенез. История. Культура: I Юсуповские чтения. Материалы Междунар. конф., посвященной памяти Р.М. Юсупова, г. Уфа, 17— 19 ноября 2011 г. — Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН, 2011.

16. Исянгулов Ш.Н. К проблеме башкиро-караха-нидских связей // Вестник АН РБ. — 2011. — Т. 16, № 4.

17. Фазлаллах Рашид ад-Дин. Огуз-наме. — Баку: Элм, 1987. — 128 с.

18. Гарустович Т.Н., Иванов В.А. Огузы и печенеги в евразийских степях. — Уфа: Гилем, 2001. — 212 с.

19. Velidi Togan A.Z. Oguz destani: Re§ideddin Oguznamesi, tercüme ve tahlili. — Istanbul, 1972. -164 s.

20. Кононов А.Н. Родословная туркмен. Сочинение Абу-л-гази, хана хивинского. — М.; Л.: АН СССР, 1958. — 192 с.

21. Бернштам А.Н. Социально-экономический строй орхоно-енисейских тюрок VI—VIII веков. Восточно-Тюркский каганат и кыргызы. — М.; Л.: АН СССР, 1946. — 208 с.

22. Гумилев Л.Н. Древние тюрки. — М.: Товарищество «Клышников — Комаров и К°», 1993. — 526 с.

23. Кюнер Н.В. Китайские известия о народах Южной Сибири, Центральной Азии и Дальнего Востока. — М.: Изд-во вост. лит-ры, 1961. — 392 с.

24. Максуди Арсал С. Тюркская история и право / пер. с тур. яз. Р. Мухаметдинова. — Казань: Фэн, 2002. — 412 с.

25. Кычанов Е.И. История приграничных с Китаем древних и средневековых государств (от гуннов до маньчжуров). — 2-е изд., испр. и доп. — СПб.: Петербургское лингвистическое общество, 2010. — 364 с.

26. Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. 1. VII—XV вв. Арабские и персидские источники / под ред. С.Л. Волина, А.А. Ромаскевича и А.Ю. Якубовского. — М.; Л.: АН СССР, 1939. — 612 с.

27. Ковалевский А.П. Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Статьи, переводы и комментарии. — Харьков: Харьков. ун-т, 1956. — 348 с.

28. Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Государства и народы Евразийских степей: от древности к новому времени. — СПб.: Петербургское востоковедение, 2009. — 432 с.

29. Бартольд В.В. Извлечение из сочинения Гардизи Зайн ал-ахбар // Сочинения. — М.: Наука, 1973. — Т. 8.

30. Хвольсон Д.А. Известия о хозарах, буртасах, болгарах, мадьярах, славянах и руссах Абу-Али Ахмеда бен Омар Ибн-Даста, неизвестного доселе арабского писателя начала X века, по рукописи британского музея. — СПб., 1869. — 199 с.

31. Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. — М.: Наука, 1990. — 264 с.

32. Мажитов Н.А., Султанова А.Н. История Башкортостана. Древность. Средневековье. — Уфа: Ки-тап, 2009. — 496 с.

33. Очерки истории башкирского литературного языка. — М.: Наука, 1989. — 256 с.

34. Pritsak О. Qara. Studie zur türkischen Rechtssymbolik // Zeki Velidi Togan'a Armagan. Symbolae in honorem Z.V. Togan: 60. dogum yili münasebetiyle. — Istanbul, 1955.

35. Кононов А.Н. Семантика цветообозначений в тюркских языках // Тюркологический сборник. 1975. — М.: Наука, гл. ред. Вост. лит-ры, 1978.

36. Кляшторный С.Г., Лившиц В.А. Согдийская надпись из Бугута // Страны и народы Востока. — М.: Наука, гл. ред. Вост. лит-ры, 1971. — Вып. 10: Средняя и Центральная Азия. География, этнография, история.

37. Караев О. История Караханидского каганата (X — начало XIII вв.). — Фрунзе: Илим, 1983. — 302 с.

38. Хадыева Р.Н. Башкирская этнокультура и язык: Опыт воссоздания языковой картины мира. — М.: Наука, 2005. — 248 с.

39. Коновалова И.Г. Ал-Идриси о странах и народах Восточной Европы: текст, перевод, комментарий. — М.: Вост. лит., 2006. — 328 с.

40. Хэ^ерге башкорт э?эби теленец андатмалы Ьузлеге / Рэсэй Фэндэр академияЪы Офо фэнни узэгенец Тарих, тел Иэм э^эбиэт институты. — Офо, 2004. — 528 б.

41. Шихаб ад-Дин Мухаммад ибн Ахмад ан-Наса-ви. Сират ас-султан Джалал ад-Дин Манкбурны: Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны / пер. З.М. Буниятова. — М.: Наука, 1996. — 798 с.

42. Рашид ад-Дин. Сборник летописей / пер. с перс. О.И. Смирновой, прим. Б.И. Панкратова и О.И. Смирновой; ред. проф. А.А. Семенова. — М.: АН СССР, 1952. — Т. 1, Кн. 2. — 316 с.

43. Ибн ал-Асир. «Ал-Камил фи-т-тарих» «Полный свод истории». Избранные отрывки / пер. с араб. яз., прим. и коммент. П.Г. Булгакова; доп. к пер., прим. и коммент., введ. и указ. Ш.С. Камолиддина; отв. ред. М. Исхоков — Ташкент: Узбекистан, 2006. — 560 с.

44. Эбелгазый Бакадир хан. Шэжэрэи торек. — Казан: Татар. кит. нэшриэте, 2007. — 271 б.

45. Бартольд В.В. Кара-китаи // Сочинения. — М.: Наука, 1968. — Т. 5.

46. Пиков Г.Г. Западные кидани. — Новосибирск: Новосибир. ун-т, 1989. — 196 с.

47. Козин С.А. Сокровенное сказание. Монгольская хроника 1240 г. Юань чао би ши. Монгольский обыденный изборник. — М.; Л.: АН СССР, 1941. — Т. 1. — 620 с.

48. Дутураева Д.Ш. Центральная Азия в период правления каракитаев (вторая четверть XII — начало XIII вв.): автореф. дис... канд. ист. наук. — Ташкент, 2010. — 31 с.

49. Бартольд В.В. Гурхан // Сочинения. Т. 5.