«Мы не конкурируем чеками и ставками, а берем скоростью»

Абсолют Банк давно известен на рынке ипотечного кредитования. Но после смены стратегии с 2018 года позиционирует себя как банк с экспертизой в разных направлениях бизнеса, в том числе в корпоративном сегменте. О том, на каких отраслях фокусируется Абсолют Банк сегодня, как сохранять умеренно консервативный подход при высоких темпах роста, а также о прогнозах стоимости денег для бизнеса и новых инструментах в интервью «Ъ-Банку» рассказал зампред правления Абсолют Банка Аслан Шогенов.

Зампред правления Абсолют Банка Аслан Шогенов

Фото: Предоставлено пресс-службой Абсолют Банка

— Какие направления приоритетны для вас сегодня в корпоративном бизнесе и почему?

— Начнем с небольшой предыстории. В корпоративном бизнесе Абсолют Банк долгое время концентрировался в основном на сопровождении проектов холдинга РЖД: мы активно работали с компанией, которая связана с нашим акционером — НПФ «Благосостояние». Нам такое сотрудничество принесло неоценимый практический опыт и преференции: все же каждый проект федеральной компании на виду. Большой спектр специализаций дочерних компаний в контуре холдинга помог расширить наши компетенции. Одним словом, РЖД для нас во всех смыслах был и остается опорным клиентом и партнером, а совместные проекты с ним дали возможность показать рынку уровень нашей работы.

Для примера могу сказать, что один из наиболее социально значимых проектов, которые «Абсолют» реализует совместно с РЖД,— программа развития центрального транспортного узла (ЦТУ). На реконструкцию, строительство новых станций и модернизацию инфраструктуры Московского железнодорожного узла будет направлено свыше 100 млрд руб. Абсолют Банк сопровождает финансирование строительства более 43 объектов ЦТУ.

А из числа последних и цифровых — совместный проект «РЖД Маркет», автоматизированная информационная система электронной торговли, позволяющая продавать и покупать товары с доставкой до конечного потребителя. «Абсолют» выступает в нем расчетным банком.

— То есть РЖД для вас — основной партнер?

— Сегодня на РЖД приходится порядка 30% нашего корпоративного бизнеса, который включает в себя кредитование, банковские гарантии, факторинг, лизинг. По ряду продуктов мы первые, например лидируем на рынке провозных гарантий. Также Абсолют Банк сопровождает большой объем строительства для РЖД и его подрядчиков, контролирует целевое использование авансов строительных компаний. Но понимая, что в транспортно-логистической сфере пока еще нет системно значимого банка с полной экспертизой для компаний, мы хотим им стать. Тем более что сейчас транспортно-логистическая отрасль в России, как и во всем мире, нуждается в цифровых сервисах и активно их внедряет. Как раз поэтому в новой стратегии решили сделать фокус на транспортно-логистическую отрасль в целом. Теперь это наша стратегическая линия в корпоративном бизнесе. Хотя каких-то отраслевых ограничений у нас, по сути, нет — консервативный уровень риска для нас сегодня ключевой критерий выбора заемщиков.

— Почему вы так уверены, что драйвером роста для вас может стать именно транспортная отрасль, если есть еще компании-лидеры в той же энергетике, строительной инфраструктуре?

— Повторюсь, внутренних ограничений мы не ставим. Например, в той же энергетике один из наиболее интересных проектов у Абсолют Банка — финансирование контракта «Означенное»—«Степная», в рамках него идет строительство подстанции по проекту «Электроснабжение новой ветки БАМ». А пример сотрудничества в строительстве инфраструктуры в нашем корпоративном портфеле — гарантии по контракту с АО ГК ЕКС по реконструкции Областной детской клинической больницы в Ростовской области и строительству Областного детского хирургического центра инновационных технологий. Кроме того, банк начал работать с группой Ant Yapi и выдал гарантии на 2,5 млрд руб. на строительство ряда корпусов ЖК «Символ», реализуемого ГК «Донстрой». Так что «Абсолют» не отказывается от интересных проектов в других сферах, но наша экспертиза в транспортно-логистической сфере вышла на новый уровень.

Во-первых, за годы работы в сфере железнодорожного транспорта мы уяснили детали, как функционирует отрасль, как именно банк может встроиться с финансовыми инструментами в бизнес-процессы, в полный производственный цикл перевозок: где-то мы обеспечиваем исполнение обязательств со стороны нового партнера, где-то дополняем авансы кредитами для поставок вагоноремонтного оборудования, где-то подключаем механизм факторинга для ускорения оборачиваемости дефицитных ресурсов. А сейчас мы уже прорабатываем возможные направления развития в рамках «Транспортной стратегии РФ до 2035 года».

— Но в этом статусе Абсолют Банк вступает в прямую конкуренцию с госбанками, которые задолго до 2018 года нарастили присутствие на этом рынке. Как вы отвоевываете себе место под солнцем?

— Мы не конкурируем чеками и ставками, а берем скоростью, удобством и гибкостью в части структурирования сделок. Как я уже говорил, у Абсолют Банка положительный опыт работы с РЖД, и он дал нам возможность постепенно сформировать команду с качественной отраслевой экспертизой. А конкурентная среда только еще больше мотивирует нас совершенствовать свою продуктовую линейку в корпоративном сегменте. Именно таким образом мы когда-то пришли к системному решению по финансированию на оплату провозного тарифа, а это мало кто на рынке делает.

— При этом транспортная отрасль оказалась среди наиболее пострадавших в пандемию коронавируса. Как это отразилось на вашей работе?

— Транспортная отрасль по-разному пережила пандемию. Да, пандемия резко обрушила рынок пассажирских авиаперевозок, но в этом сегменте мы не работали. Зато у нас в портфеле есть немало транспортно-логистических компаний, которые динамично развиваются благодаря новым «цифровым» реалиям. Мы активно финансируем железнодорожные и автомобильные перевозки, которые за счет роста интернет-торговли, наоборот, заметно выросли.

Если говорить шире о тех изменениях, которые пандемия привнесла во взаимодействие банков и заемщиков, то главное, что я вижу,— вопрос скорости. У компаний вырос запрос на быстрые решения. Почему? Приведу пример: второй год растет стоимость строительных материалов, и это ставит под удар выполнение компаниями взятых на себя обязательств. Например, строительная компания строит железную дорогу и стоимость контракта через полгода вырастает на 20–30%. Поэтому компания заинтересована в максимально оперативном решении вопроса с банком, быстром привлечении финансирования. А мы как раз умеем принимать решения быстро — в этом мы обгоняем гигантов рынка.

— Продолжая тему серьезного роста цен в строительстве, не могу не спросить: не спровоцирует ли такой резкий рост стоимости контрактов риск неплатежей, а значит, рост просрочки в корпоративном портфеле?

— Соглашусь с вами, что это очень актуальная тема сегодня, тем более в новой парадигме банк старается избегать избыточного уровня рисков. Это и есть вызов для нас как для экспертов — как не допустить потерь при таких сценариях. Мы изначально приняли решение работать с финансово устойчивыми компаниями, которые даже в стрессовых ситуациях сохраняют бизнес. У них есть запас прочности, он позволяет им пережить волатильность.

— А менялась ли шкала оценки заемщиков в связи с пандемией, чтобы сохранять этот консервативный подход?

— Да, в 2020 году мы, как и многие банки, ввели такую шкалу оценок — «светофор», стали больше времени тратить на анализ клиентов, оценивали их риски как в части влияния пандемии, так и других аспектов на их платежеспособность. Благодаря этому более глубокому подходу в оценке качества в 2021 году у нас не случилось ни одного дефолта. При этом мы продолжаем наращивать портфель темпами выше рынка.

— Мы обсудили ситуацию в приоритетной для вас транспортной отрасли. А как вы смотрите на те направления, которые получили мощный заряд роста из-за пандемии — я имею в виду онлайн-торговлю, фармацевтику, IT? Стал ли Абсолют Банк активнее смотреть в эту сторону?

— Мы не пересматривали наши приоритетные направления в связи с пандемией. С компаниями из перечисленных отраслей всегда активно работали. Из IT-компаний и до 2020 года у нас было много клиентов. То же могу сказать и про фармацевтику. Продолжаем сотрудничать в этих сегментах и сегодня, но внимательно мониторим рынок. Например, сейчас набирает обороты «зеленое» финансирование. В частности, банк выдал банковские гарантии самарской компании «Экостройресурс» — региональному оператору по обращению с твердыми коммунальными отходами, а уже упомянутой ранее Группе ЕКС выдали гарантию под контракт по ликвидации (рекультивации) свалки твердых бытовых отходов в Тверской области.

— Какие альтернативные продукты помимо классического кредитования вам интересны сейчас?

— Мы активно развиваем факторинг, в том числе на цифровой платформе. Для нас это один из ключевых продуктов на ближайшее время. В этом году мы пригласили новую команду на это направление. И считаем, что факторинг — один из самых актуальных продуктов для бизнеса в нынешних условиях рынка. Также мы продолжаем развивать технологии по выпуску банковских гарантий и банковского сопровождения, где отслеживаем целевое использование средств заказчика, в том числе при строительстве инфраструктурных проектов.

— Какую стройку вы финансируете — жилую или промышленную?

— Инфраструктурную — дорожное строительство. К жилой у нас пока нет аппетита. Хотя мы активно обсуждаем тему проектного финансирования, потому что на этом рынке сегодня удалось минимизировать риски и, кроме того, есть хорошая связка с ипотекой.

— Где вы видите точки роста корпоративного бизнеса в 2022 году?

— В первую очередь большой спрос на факторинг, потому что банки более охотно его одобряют. Потенциал роста рынка факторинга нам видится значительным: каждый год этот сегмент прибавляет по 20–25% в объеме, а с учетом экономической ситуации отсрочки во взаиморасчетах будут только прибавлять свой счет в днях.

Еще один тренд: увеличивается объем выпуска банковских гарантий по госконтрактам, а значит, в этом направлении есть хороший потенциал для развития контрактного финансирования.

— В связи текущей ситуацией интересно ваш мнение о том, что будет со стоимостью денег для бизнеса? Ведь после разворота тренда по ключевой ставке уже выросла доходность вкладов и начали расти ставки по розничным кредитам.

— За этот год ключевая ставка выросла на 3,25 п. п. Поэтому для банков деньги стали дороже, и по законам рынка ставки неизбежно поднимутся и для корпоративных клиентов тоже. Думаю, бизнес, наученный опытом прошлых лет, эти риски уже заложил. Но важно понимать: и банки, и компании прошли не один кризис вместе и научились договариваться. Кризисы проходят, а отношения либо остаются, либо доверие подрывается навсегда.

— Какой, на ваш взгляд, сегодня запас прочности у бизнеса? Готов ли он обслуживать кредиты по более высоким ставкам в условиях, когда экономический рост пока отсутствует?

— Я думаю, что запас прочности есть. Понятно, что пандемия вносит свои коррективы: и в нашу работу, и в деятельность наших клиентов. Всех нас пандемия заставила поменяться, ускориться, сконцентрироваться и актуализировать бизнес-модели. Но мы умеем работать в нестандартных условиях, «Абсолют» этим отличается.