Двуплановая экономика

       Экономика России переживает трудные времена. Рост идет вниз, инфляция — вверх. Правительство должно выбрать, за что бороться: за рост экономики или за снижение темпа инфляции. Министр экономического развития Герман Греф поднимает политическую планку: по проекту его программы правительства главное — выращивание институтов гражданского общества. Когда же министр возвращается в экономику, то лоббирует рост инфляции. В итоге правительство выбирает популизм. Значит, трудные времена надолго.

Всемирный банк за Германа Грефа
       Экономика России интересует не одних россиян. Поэтому всегда интересно увидеть, как внутреннее положение видится извне.
       Всемирный банк (ВБ) раз в полгода представляет свое видение положения дел в российской экономике. Последний "Доклад об экономике России" обнародован 4 апреля. Первое, что удивило главного экономиста российского представительства банка Джона Литвака,— "зарегистрированное ранее общее снижение темпов роста промышленности исчезло". Ведь всю вторую половину прошлого года официальная статистика отчитывалась о замедлении роста буквально во всех отраслях. Но в начале этого года Росстат исправил ситуацию, пересчитав промышленную статистику по новой классификации. Маневры статистиков в ВБ считают загадкой, так как получилось, что в машиностроении рост ускорялся, а в добывающих отраслях по-прежнему замедлялся. Загадку Росстата ВБ так и не разгадал: факторы, повлиявшие на снижение роста в остальных отраслях, "должны были в равной степени повлиять и на машиностроение". Зато в отличие от правительства в банке четко назвали причины замедления роста: опережающий рост издержек по сравнению с ростом производительности из-за повышения курса рубля; рост цен на энергоносители; превышение роста зарплаты над производительностью труда и нехватка производственных мощностей. Что же касается снижения темпов роста в нефтяной промышленности и "некоторых других секторах", то оно, считают в ВБ, связано с последствиями "затянувшегося дела ЮКОСа" и возросшего госвмешательства в экономику. При этом эксперты банка считают, что негативное влияние перечисленных факторов на рост промышленности существенно не уменьшится: замедление роста продолжится и в этом году.

Спасти рост, по мнению экономистов, может приток частных инвестиций. И российская власть способна, считают в ВБ, существенно улучшить инвестиционный климат "уже в ближайшее время". Для этого власти всего-то требуется "завоевать репутацию активного защитника прав собственности, сторонника стабильного режима регулирования и противника госвмешательства в экономику". ВБ призывает правительство скорее принять экономическую программу на 2006-2008 годы, подготовленную Министерством экономического развития и торговли (МЭРТ) и строго ей следовать. В банке не признают, что богатые природные ресурсы являются антистимулом для развития несырьевых секторов (такой точки зрения придерживаются многие западные и отечественные экономисты). Напротив, большие запасы сырья в России создают "заметный набор преимуществ" для несырьевых отраслей, прежде всего связанных с их дешевизной на внутреннем рынке. Особенно в ВБ отмечают дешевизну российского природного газа в сравнении со странами-конкурентами и предупреждают, что тарифы на газ для промышленности поднимать не стоит.
       Для потребителей у ВБ новости плохие: инфляцию будет победить очень сложно, так как она зависит не столько от цен на нефть и бензин, сколько "от потоков капитала". Другими словами, на удорожание рубля инвесторы отвечают ростом притока краткосрочного капитала, и эти деньги сразу отражаются на росте цен. У Центрального банка инструментов по стерилизации таких денег, по мнению ВБ, нет, поэтому особо подчеркивается роль стабилизационного фонда как антиинфляционного инструмента. Банк настойчиво призывает правительство не поддаваться соблазну увеличивать непроцентные расходы бюджета, а максимально "закачивать" нефтедоллары в стабфонд.

Герман Греф и Михаил Фрадков озабочены ценой отсечения,нокаждый своей

Герман Греф за рост цен
       В российском кабинете министров в отличие от ВБ в программу Германа Грефа не верят. Премьеру Михаилу Фрадкову нужна другая программа: без упоминания реформ, за которые правительство не отвечает (таких, как судебная или реформа правоохранительных органов), зато четко показывающая, какой вклад внесет каждая отрасль в целевое удвоение ВВП. В недрах кабинета министров зреет если не программа, то собственный план удвоения ВВП. Даже два плана.
       Любопытно, что с идеологической точки зрения эти планы противоположны. Первый можно назвать либеральным — снижение в 2006 году НДС с 18 до 13% при использовании средств стабфонда для компенсации потерь бюджета. В бизнесе его приняли на ура, но министры-либералы — Алексей Кудрин и Герман Греф сочли его угрожающим финансовой стабильности. Они насчитали потери бюджета, превышающие 360 млрд рублей, и вообще дали понять, что стабфонд задумывался вовсе не ради страховки при налоговых экспериментах. Премьер отступил.
       Второй план не имеет ничего общего с либерализмом. Его автор Герман Греф поделился им с корреспондентом "Денег". Оказывается, основная проблема, препятствующая росту,— ограниченная инфраструктура. И, как считает министр, частными инвестициями ее не решить — необходимы госвложения. А так как единственным их источником может быть стабилизационный фонд, в министерстве предлагают увеличить цену отсечения (если цена барреля нефти на рынке превышает такую цену, то все нефтедоллары от разницы между фактической ценой и ценой отсечения поступают не в бюджет, а в стабфонд) с сегодняшних $20 за баррель до $27 в 2006 году.
       В правительстве такой идее рады далеко не все. Министр финансов Алексей Кудрин отвечает не только за бюджет, но и за инфляцию, поэтому рад бы оставить нынешнюю цену отсечения, чтобы стабфонд оставался неприкосновенным, но вынужден считаться с требованием президента удвоить зарплаты бюджетникам и пенсии к 2008 году. А для этого бюджету нужны деньги, которые и будут перекачены из стабфонда, для чего цена отсечения, по подсчетам Минфина, должна составить $25.

Глава представительства ВБ в Россиии Кристалина Георгиева считает, что правительству, чтобы страна развивалась, необходимо слушаться министра экономического развития

Когда экономические цели приносятся в жертву социальным, при том что всем понятно, что и социальные из-за инфляции не будут достигнуты, налицо популизм. Кудрин пытается сгладить картину, настаивая, что больше денег из стабфонда брать нельзя и, значит, нельзя выше $25 поднимать цену отсечения.
       Однако к инфраструктурным госинвестициям из стабфонда склоняется не один Герман Греф, его поддерживает министр промышленности и энергетики Виктор Христенко, склоняется в эту сторону и Михаил Фрадков. Если восторжествует этот план, то разгон инфляции будет наверняка, а вот увеличение роста случится вряд ли. И не только из-за инфляции: инфраструктурные проекты по определению долгосрочные и, мягко говоря, не всегда эффективные.
       Итог красноречив. Когда правительство отказалось от стимулирования роста снижением налогов, его усилия по логике должны были бы направиться на борьбу с инфляцией. Во-первых, потому что покорение инфляции само по себе подтолкнуло бы экономический рост. Во-вторых, потому что первоначальные планы по ее укрощению в правительстве были более чем амбициозные. Уже к 2008 году правительство обещало снизить ее до 3,5-5%. Но не тут-то было.

Инфляционный план на этот год уже провален. Изначально рост цен планировали в 8,5-10%. О нижней планке забыли уже в феврале. В первом квартале 2005 года цены выросли на 5,3%. И чиновники заговорили о том, что удержать рост цен в рамках 10% — задача крайне сложная. При этом единственным действующим инструментом сдерживания инфляции остается стабфонд. Это признают и глава Центробанка Сергей Игнатьев, и Герман Греф, и Алексей Кудрин. Но у стабфонда теперь появилась как минимум одна новая задача: удвоение пенсий и зарплат госслужащих к 2008 году, а это полностью противоречит обещанию снизить инфляцию к тому же сроку до 5%.
Впрочем, в беседе с корреспондентом "Денег" Герман Греф обнаружил еще один инструмент по укрощению цен — силу убеждения. Министр считает, что одна из основных движущих сил роста цен в России — инфляция ожиданий. Другими словами, если потребителю говорить о росте инфляции, он своим поведением обязательно спровоцирует больший по сравнению с расчетным рост цен. Министр подводил к тому, что за рост цен ответственны не власти, а журналисты.

АЛЕКСЕЙ ШАПОВАЛОВ
       

Всемирный банк обороны
Неделю назад президентом Всемирного банка был избран Пол Вулфовиц, который до этого занимал пост заместителя министра обороны США и которого западная пресса называет главным архитектором войны в Ираке. Это событие не выглядит таким уж странным, если вспомнить историю этой организации.
Всемирный банк, как и МВФ, плод идей английского экономиста и аристократа Джона Кейнса. Он был настолько впечатлен тем, что перед второй мировой войной все страны фактически перестали торговать друг с другом и доверять чужим валютам, что предложил вовсе отменить национальные деньги и заодно центральные банки. В мире должна быть одна валюта и один банк — всемирный. Однако в 1944 году, когда союзники обсуждали послевоенное финансовое устройство мира (естественно, без участия Германии и Японии), эта идея не нашла полной поддержки США, которые вовсе не горели желанием отказаться от ФРС и доллара в пользу какого-то Всемирного банка и загадочной единой валюты. В итоге, по сути, было решено сделать единой мировой валютой как раз американский доллар, привязав к нему все остальные валюты по фиксированному курсу. А для поддержания этого курса создать некую кассу взаимопомощи — Международный валютный фонд. Так как спасать от обесценения предстояло европейские валюты, США согласились с тем, что МВФ должен возглавлять европеец. Что касается Всемирного банка, то он все-таки был создан — но не как эмиссионный центр, а как кредитный институт, выдающий деньги на возвратной основе для реконструкции и развития экономики разных стран, а также повышения уровня жизни их граждан. Так как выдавать кредиты предстояло в эмитированных ФРС долларах, было решено, что банк возглавит американец.
СССР и Китай, которые в качестве видных членов антигерманской и антияпонской коалиции должны были играть большую роль в послевоенном устройстве мира, в деятельности международных финансовых институтов участвовать не стали, потому что СССР был и оставался коммунистическим, а Китай стал коммунистическим. Между тем все международные институты (не только МВФ и Всемирный банк, но и ООН) были задуманы для поддержания во всем мире западных стандартов демократии, которые вроде бы были должны восторжествовать после окончания страшной войны и поражения антидемократических и милитаристских сил. ООН должна была поддерживать их с помощью военной силы, международные финансовые организации — с помощью долларов. СССР демократия была не нужна. В ООН СССР остался — потому, что по уставу этой организации являлся одним из пяти мировых полицейских, применяющих силу против поджигателей войны. В МВФ и Мировом банке на ключевые позиции он претендовать не мог в связи c отсутствием долларов. Но и с ООН получилось как-то странно, потому что в 1950 году во время корейской войны агрессора по мандату этой организации наказывали американские войска, а советские летчики наносили по ним удары.
В 1960-е годы, поддерживая демократию и борясь с коммунизмом, США вели военную операцию уже во Вьетнаме. И в связи с этим вновь на повестку дня встала идея, что демократию можно поддерживать не только силой оружия, но и долларами, которые тогда по-прежнему являлись единой мировой валютой. Возглавляющий боевые действия министр обороны США Роберт Макнамара в 1966 году заявил, что с помощью борьбы с бедностью можно сделать больше, чем с помощью военной силы. А в 1968 году из министров перешел в президенты Всемирного банка, который возглавлял до 1981 года.
Сейчас вопрос борьбы с коммунизмом стоит не так остро. А доллар уже не является единственной твердой валютой в мире. Но о необходимости поддерживать демократию в мире снова ведется речь. По сообщениям западной прессы, именно Пол Вулфовиц после терактов 11 сентября 2001 года предложил немедленно устранить тиранический режим Саддама Хусейна как спонсора терроризма. И, возглавив Всемирный банк после иракской войны, снова напомнил о тех послевоенных временах, когда этот банк только появился.

СЕРГЕЙ МИНАЕВ, обозреватель