Междисциплинарный характер категории «Способ преступления»: проблема соотношения уголовно-правовых, уголовно-процессуальных и криминалистических аспектов

С.И. Коновалов,

О.В. Айвазова

Междисциплинарный характер категории «способ преступления»: проблема соотношения уголовно-правовых, уголовно-процессуальных

и криминалистических аспектов

В современных условиях, несмотря на достаточное количество научных исследований, изучение понятия и содержания криминалистической характеристики по-прежнему остается актуальным. Эта сложная и многогранная проблема освещается как в контексте формирования категориального аппарата криминалистической науки [1, с. 43-121; 2, с. 115-133; 3, с. 17-21; 4; 5; 6], так и в рамках частных криминалистических методик [7; 8, с. 95-98]. Дискуссионными являются вопросы о понятии данной дефиниции (вплоть до ее полного неприятия [9, с. 220-223; 10, с. 73]), а также структуре ее элементов. Между тем все без исключения криминалисты признают важность изучения данных о типичных способах того или иного преступления. Криминалистическое учение о способе совершения и сокрытия преступления доказало детерминированность и повторяемость способов преступления [11;

12, с. 41-57; 13, с. 16], что открыло возможность установления взаимосвязи способа преступления с другими элементами криминалистической характеристики.

Не случайно некоторые авторы, формулируя специальные задачи криминалистической методики, дифференцируют в различные задачи разработку криминалистических характеристик отдельных видов преступлений и изучение способов подготовки, совершения и сокрытия следов различных видов преступлений и тенденции их развития [14, с. 7]. Вместе с тем общеизвестно, что указанные понятия находятся в соотношении общего и частного. Кроме того, одной из конкретных задач криминалистики ученые называют классификацию способов совершения преступления [15, с. 53].

Как было убедительно доказано Г.Г. Зуйковым, установление способа совершения преступлений является ключом к выявлению доказательств, характерных именно для этого способа [16, с. 16].

Термин «способ преступления» носит междисциплинарный характер и изучается рядом наук, в частности, уголовным правом, уголовным процессом, криминалистикой. Несмотря на то, что активная разработка понятия и содержания термина «способ преступления» осуществлялась отечественными учеными в 70-80-х годах прошлого века, результатом которой должна была явиться непротиворечивая концепция, анализ современных источников показывает, что не всегда ученые придерживаются избранной точки зрения и пользуются однозначными понятиями. Особенно это становится заметно при оперировании понятиями «способ преступления», «способ совершения преступления», «способ совершения и сокрытия преступления» для характеристики однородных понятий, например, для обозначения его в качестве структурного элемента криминалистической характеристики безотносительно к категории преступлений.

В частности, понятие «способ совершения и сокрытия преступления» как элемент криминалистической характеристики используется в учебнике «Криминалистика», выполненном коллективом авторов под редакцией Р.С. Белкина [15, с. 682-688]. Понятие «способ совершения преступления» используют, например, В.П. Бахин [3, с. 20], Л.Л. Каневский, анализируя элементы криминалистической характеристики [17, с. 27]. И.Л. Николаева использует понятия «способ преступления» и «способ совершения преступления» в качестве синонимов [18, с. 275-277].

Таким образом, указанное понятие по-прежнему характеризуется многоаспектностью. В теории криминалистики неоднократно выражались предложения пользоваться понятием «способ преступления» для интегрального обозначения способов осуществления всех этапов преступной деятельности - приготовления, совершения и сокрытия преступления, а понятием «способ совершения преступления» - только само совершение [19, с. 14; 20, с. 232-233]. Поддерживая данное предложение, мы выражаем сожаление в связи с тем, что известный ученый, профессор Р.С. Белкин, лишь обозначил данную проблему в третьем томе «Курса советской криминалистики», однако он сразу же оговорил, что при дальнейшем изложении материала намеревается употреблять понятие «способ совершения преступления» «в его принятом сейчас большинством криминалистов значении и лишь в случаях выделения способа сокрытия преступления - для обозначения действий по приготовлению к преступлению и его совершению» [20, с. 233]. Не получила эта проблема разрешения и в его более поздних работах.

Вместе с тем Р.С. Белкин уделял существенное внимание языку криминалистики, называя в качестве его основного предназначения - придание большой точности и однозначности употребляемым специальным терминам [21, с. 273]. Таким образом, проблема формирования понятийного аппарата криминалистики по-прежнему не является исчерпанной, что обусловливает

увеличение числа понятий, используемых в различных смыслах. Множественность их толкования вносит помехи в уяснение сущности изучаемых явлений. Очевидно, что «показателем зрелости науки в какой-то мере может служить степень сформированности ее понятийного аппарата» [22, с. 132].

Возможно, корни проблемы содержания термина «способ преступления» находятся в его междисциплинарном характере. Уголовное право, уголовный процесс, криминалистика изучают понятие «способ преступления» («способ совершения преступления»), разумеется, в рамках их предметов и методов.

Некоторые ученые утверждают, что понятие «способ совершения преступления» заимствован криминалистикой из уголовного права [23, с. 32]. Вместе с тем признавая, что уголовное право во многих случаях определяет направления исследований других наук так называемого уголовноправового цикла, вряд ли можно полностью согласиться с данным утверждением. Безусловно, уголовно-правовое и криминалистическое понимание способа преступления оказывают взаимное влияние друг на друга. Тем не менее указанное понятие является традиционным и для криминалистики. Более того, традиционно, криминалистическое понимание способа совершения преступления отличается от уголовно-правового.

Уголовный закон не закрепляет данную дефиницию. Ученые, рассматривая способ совершения преступления в качестве факультативных признаков объективной стороны, определяют ее как «приемы и методы, которые использует виновный, совершая деяние» [24, с. 154].

С точки зрения науки уголовного права способ совершения преступления как факультативный признак объективной стороны имеет несколько значений. Если способ совершения преступления включен законодателем в диспозицию статьи Особенной части УК РФ, то он приобретает обязательный характер. Поэтому его отсутствие в деянии исключает уголовную ответственность.

Другое значение способа совершения преступления как факультативного признака объективной стороны заключается в том, что если эти признаки образуют квалифицированный состав преступления, то их отсутствие в деянии означает наличие признаков не квалифицированного, а простого состава преступления. Наконец, если признаки способа совершения преступления не указаны в норме уголовного закона, они не влияют на квалификацию деяния, но могут признаваться обстоятельствами, отягчающими ответственность.

Приготовление к преступлению рассматривается в уголовном праве в рамках института неоконченного преступления. Неоконченным преступлением признаются приготовление к преступлению и покушение на преступление. В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 30 УК РФ, «приготовлением к преступлению* признается приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. Ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению». Таким образом, уголовное право связывает приготовление к преступлению лишь со спецификой привлечения к уголовной ответственности за неоконченное преступление.

Что касается сокрытия преступления, в уголовном законе данное понятие используется в связи с характеристикой пособника, являющегося одним из соучастников деяния. В ч. 5 ст. 33 УК РФ пособником признается лицо, в частности, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы. Эти лица, как известно, подлежат уголовной ответственности за соучастие. Кроме того, ст. 316 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений.

Уголовно-правовое понимание способа преступления должно лежать в основе дальнейших научных разработок этого понятия, осуществляемых другими науками, в частности, уголовным процессом и криминалистикой.

Вместе с тем, поскольку указанные науки обладают собственными предметами и методами исследования, неправильным будет и полное заимствование, отождествление этого понятия по отношению к уголовному процессу и криминалистике. Следует согласиться с мнением Г.Г. Зуйкова, который, критикуя ученых, переносящих уголовно-правовое понимание способа совершения преступления в криминалистику, пишет, что если в науке уголовного права определение способа как порядка, методов, последовательности движений и приемов, применяемых лицом, совершающим преступление, может иметь значение в связи с решением некоторых вопросов квалификации преступлений, то способ совершения преступлений для криминалистики - это, прежде всего, реальное явление действительности, содержание которого подлежит выявлению [11, с. 70-71].

В уголовном процессе используется понятие «способ совершения преступления» как один из элементов события преступления, входящего, в свою очередь, в предмет доказывания (ст. 73 УПК РФ). Ст. 73 УПК РФ корреспондирует с требованиями, предъявляемыми к составлению обвинительного

заключения (ст. 220 УПК РФ), а также описательно-мотивировочной части обвинительного приговора (ст. 307 УПК РФ).

В частности, в обвинительном заключении следователь указывает «существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела» (п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ). Описательномотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать: 1) описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; 2) доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Судебная практика свидетельствует о случаях, при которых неполное изложение в приговоре доказательств виновности в приобретении группой лиц наркотических средств в крупном размере в целях сбыта повлекло отмену приговора. Вместе с тем предварительное следствие, как следует из определения судебной коллегии Верховного суда РФ, было проведено достаточно полно, указанные обстоятельства, связанные со способом данного преступления, были доказаны следователем [25, с. 623-624]. Таким образом, установление точного способа преступлений для уголовно-процессуального доказывания имеет не менее существенное значение, чем для квалификации деяния.

Однако, как мы уже отмечали, уголовно-процессуальный закон использует термин «способ совершения преступления», не говоря прямо о необходимости доказывания приготовления и сокрытия преступления.

Отдельные авторы комментариев к УПК РФ фактически воспроизводят в данной ситуации уголовно-правовое понимание способа совершения преступления. «Способ совершения преступления представляет собой совокупность определенных приемов и методов, которые использует виновный, совершая определенное общественно-опасное деяние. В некоторых случаях в способ совершения преступления может входить применение виновным конкретных орудий и средств преступления», -сказано в одном из комментариев к УПК [26, с. 152].

В этом же комментарии профессор Г.И. Загорский, разъясняя содержание ст. 307 УПК РФ, указывает, что «при описании способа совершения преступления детализируются все действия каждого из подсудимых с таким расчетом, чтобы можно было точно определить, кто, с какой целью и какие конкретные деяния совершил и насколько общественно опасны их поступки» [27, с. 490]. Таким образом, снова прямо не говорится о необходимости доказывания способов подготовки и сокрытия преступления.

Вместе с тем необходимость доказывания способов подготовки и сокрытия преступлений носит очевидный характер. Например, доказывание совершения преступлений, совершенных группой лиц или организованной группой, отсылает правоприменителя к ст. 35 УК РФ, которая раскрывает понятие преступления, совершенного группой лиц, организованной группой или преступной организацией.

Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же случаях.

Таким образом, необходимым условием привлечения к уголовной ответственности по признакам всех преступлений, совершенных группой лиц любой степени организованности, является доказанность факта предварительного создания преступной группы.

Кроме того, по смыслу ст. 35 УК РФ создание преступных групп для совершения нескольких преступлений либо создание сплоченных преступных организаций для совершения тяжких или особо тяжких преступлений само по себе предопределяет деятельность этих преступных групп по сокрытию преступлений. Поскольку, как правило, участники подобных групп не только заинтересованы в длительном и систематическом совершении преступлений, но и, как показывает практика, нередко склонны отказаться от совершения преступлений в случае, если сокрытие его следов в данной ситуации сомнительно.

Изучение процессуальных документов по архивным уголовным делам свидетельствует о том, что в подавляющем большинстве случаев следователи, формулируя постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а также обвинительное заключение, при характеристике способов совершения преступления, указывают на признаки приготовления, совершения и сокрытия преступления. Таким образом, полагаем, что более корректным было бы указание в ст. 73, 220 и 307 УПК РФ не на «способ совершения преступления», а на «способ преступления», интегрально включающее подготовку, совершение и сокрытие преступления.

Позиция законодателя повлияла и на криминалистическое понимание способа совершения преступления, спровоцировав дискуссионность указанного понятия. Итогом данной дискуссии, как известно, явилось существование так называемого полноструктурного и неполноструктурного способа совершения преступления, употребление термина «способ совершения преступления» в узком и широком смысле и т.п.

Как известно, криминалистика, исходя из предмета и методов науки, изучает процессы совершения какого-либо преступления, и, как следствие, возможные методы его расследования. «Для криминалистов в способе совершения преступлений на первый план выступают те его информативные стороны (черты), которые являются результатом проявления во вне закономерностей отражения основных свойств избранного способа достижения преступных целей. В этой связи большую ценность представляют следы, указывающие на то, каким образом преступник осуществил следующее: попал на место преступления и ушел с него, преодолел различного рода преграды, выполнил намеченную преступную цель, пытался (или не пытался) скрыть следы совершенного деяния. Не менее существенны и следы, свидетельствующие о возрасте, привычках, профессии, физических и иных свойствах преступника, а также указывающие на определенную типичность поведения, свойственную определенным типам, категориям преступников» [28, с. 45].

На сегодняшний день криминалистика имеет следующие научные концепции способа совершения преступления. Согласно первой научной концепции, следует различать способ совершения и сокрытия преступлений. При этом в содержание первого должно включаться: деяние, направленное на достижение преступного результата; материальные предметы (орудия, средства), с помощью которых совершено преступление; избранные преступником место и время совершения преступления; примененные им уловки для проникновения на место преступления. Способ сокрытия же рассматривается как действия преступника, направленные на маскировку факта преступления и ликвидацию следов этого преступления [29, с. 18].

Представители второй концепции полагают, что о способе совершения преступления следует говорить в двух смыслах: широком, включая в это понятие как подготовку (приготовление) и совершение преступления, так и его сокрытие, и в узком, имея в виду лишь непосредственное совершение преступления. Если сокрытие произведено после совершения преступления и не являлось необходимым условием его совершения, способ сокрытия является самостоятельным комплексом действий, не входящим в содержание понятия способа совершения преступления [30, с. 66; 31, с. 123].

Третья научная концепция констатирует, что способ приготовления и сокрытия преступления -часть (элемент) способа совершения преступления. Так, Г.Г. Зуйков приходит к выводу, что «структуру способа совершения преступления образуют действия по подготовке, совершению и сокрытию преступления, представляющие собой взаимосвязанный комплекс действий» [32, с. 74]. Аналогичные идеи содержатся в работах Э.Д. Курановой, Г.А. Густова, Н.П. Яблокова и др.

Завершая исследование содержательной стороны указанного понятия, Г.Г. Зуйков приводит следующее так называемое итоговое определение. Способ совершения преступления -детерминированная условиями внешней среды и психофизическими свойствами личности система взаимосвязанных действий (деятельность) по подготовке, совершению и сокрытию преступления, связанных с использованием орудий и средств, условий, места и времени, соответствующих цели совершаемых действий.

Р.С. Белкин, называя концепцию Г.Г. Зуйкова вполне приемлемой, обоснованно рекомендовал дополнить определение способа совершения преступления указанием на то, что называемая им система действий объединяется единым преступным замыслом [20, с. 231]. Кроме того, Р.С. Белкин выразил согласие с учеными, допускающими при некоторых обстоятельствах, обусловленных отсутствием единого преступного замысла, охватывающего все стадии преступной деятельности, самостоятельное существование способа сокрытия преступления.

И.М. Лузгин обоснованно заметил, что способ совершения преступления, неотъемлемой частью которого является способ сокрытия, присущ только умышленным преступлениям [33, с. 8]. Безусловно, действия по сокрытию совершенного неосторожного преступления представляют собой самостоятельный волевой элемент в поведении преступника. Полагаем, что приготовление к преступлению также не может быть при совершении неосторожных преступлений, а также умышленных преступлений, имеющих ситуативный характер.

В подобных ситуациях Р.С. Белкин, закономерно предсказывая терминологическую путаницу, обусловленную двойственным пониманием содержания понятия «способ совершения преступления», считал целесообразным употребление термина «способ преступления» для интегрального обозначения способов осуществления всех этапов преступной деятельности. Термином «способ совершения преступления» ученый предлагал обозначать действия по приготовлению и осуществлению преступления (при необходимости допуская употребление термина «способ приготовления к преступлению», если действия субъекта исчерпываются приготовлением), а термином «способ

сокрытия преступления» - действия, не связанные единым преступным замыслом с первыми двумя этапами преступной деятельности [20, с. 232-233].

Вместе с тем, признавая вклад данного ученого в формирование криминалистической науки, отметим, что допускаемая им неоднозначность, ситуативность и незавершенность в определении анализируемых терминов вряд ли способствует созданию непротиворечивого учения.

Употребление термина «способ преступления» оправданно не только по отношению к преступлениям, сокрытие которых не входило в общий преступный замысел. Большинство преступлений характеризуются обстоятельным приготовлением и сокрытием, как правило, входящими в общий преступный умысел. Именно наличие основательного приготовления, а также проработка преступниками способов сокрытия таких преступлений требует их тщательного изучения.

Одними из функциональных методов научного познания является анализ и синтез. В результате метода анализа в указанной системе действий преступника могут быть выделены в относительно самостоятельные вопросы действия по приготовлению, непосредственно совершению и непосредственно сокрытию преступления. Подчеркнем, что мы выделяем эти элементы исключительно в научных и учебных целях, помня о наличии полноструктурного способа преступления. Использование в данном случае термина «способ совершения преступления» в двойственном смысле неизбежно приведет к терминологической путанице. Кроме того, в формуле «способ совершения преступления», употребляемой в так называемом широком смысле, слово «совершение» не несет особой смысловой нагрузки, и без особого ущерба может быть исключено. Соответственно, целесообразным является исключение данного слова и из ряда статей УПК РФ, в частности ст. 73, 220, 307.

Литература

1. Коновалов С.И. Теоретико-методологические проблемы криминалистики. Ростов-на-Дону, 2001.

2. Головин А.Ю. Криминалистическая систематика. М., 2002.

3. Бахин В.П. Криминалистическая характеристика преступлений как элемент расследования // Вестник криминалистики / Отв. ред. А.Г. Филиппов. Вып. 1. М.: Спарк, 2000.

4. Колесниченко А.Н. Научные и правовые основы расследования отдельных видов преступлений: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Харьков, 1967.

5. Колесниченко А.Н., Коновалова В.Е. Криминалистическая характеристика преступлений. Харьков, 1985.

6. Салтевский М.В. Криминалистическая характеристика: структура, элементы //

Специализированный курс криминалистики. Киев, 1987.

7. Сергеев Л.А. Расследование и предупреждение хищений, совершенных при производстве строительных работ: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1966.

8. Рожков В.Д. Криминалистическая характеристика преступных групп, совершающих серийные грабежи и разбои // Известия Тульского государственного университета. Серия: Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности. Тула, 2003.

9. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. Злободневные вопросы российской криминалистики. М., 2001.

10. Дулов А.В. Основы исследования объектов криминалистики // Криминалистика / Под ред. А.В. Ду-лова. Минск, 1996.

11. Зуйков Г.Г. Поиск преступников по признакам способов совершения преступления. М.,1979.

12. Зуйков Г.Г. Основы криминалистического учения о способе совершения и сокрытия преступления // Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина, В.П. Лаврова, И.М. Лузгина. М., 1987. Том 1.

13. Зуйков Г.Г. Криминалистическое учение о способе совершения преступлений //

Социалистическая законность. 1971. № 1.

14. Криминалистическая методика расследования отдельных видов преступлений: Учебник. Часть 1 / Под ред. А.П. Резвана, М.В. Субботиной. М., 2002.

15. Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник для вузов / Под ред. Р.С. Белкина. М., 2001.

16. Зуйков Г.Г. Криминалистическое учение о способе совершения преступлений //

Социалистическая законность. 1971. № 1.

17. Каневский Л.Л. Дискуссионные проблемы сущности типовой криминалистической

характеристики преступлений и ее использования в процессе расследования // Вестник криминалистики / Отв. ред. А.Г. Филиппов. Вып. 1 (3). М., 2002.

18. Николаева И.Л. Методика расследования незаконного оборота наркотических веществ // Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования / Под ред. Т.В. Аверьяновой, Р.С. Белкина. М., 1997.

19. Коврижных Б.Н. Деятельность органов прокуратуры по делам о нераскрытых убийствах: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1969.

20. Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М., 1979. Т. 3.

21. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997.

22. Бердичевский Ф.Ю. О предмете и понятийном аппарате криминалистики // Вопросы борьбы с преступностью. 1976. № 24.

23. Фирсов Е.П. Типовая структура методик расследования отдельных видов преступлений // Вестник криминалистики / Отв. ред. А.Г. Филиппов. Вып. 1(5). М., 2003.

24. Мельникова В.Е. Объективная сторона преступления // Уголовное право. Общая часть: Учебник / Под ред. Б.В. Здравомыслова, Ю.А. Красикова, А.И. Рарога. М., 1994.

25. Определение судебной коллегии Верховного суда РФ от 10 мая 1995 г. // Судебная практика по уголовным делам. Разъяснения по вопросам Общей и Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. М., 2002.

26. Качалов В.И. Комментарий к ст. 73 УПК РФ // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2002.

27. Загорский Г.И. Комментарий к ст. 307 УПК РФ // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2002.

28. Яблоков Н.П. Криминалистическая методика расследования. М., 1985.

29. Колесниченко А.Н. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений. Харьков, 1965.

30. Васильев А.Н., Мудьюгин Г.Н., Якубович Н.А. Планирование расследования преступлений.М., 1957.

31. Танасевич В.Г. Проблемы борьбы с хищениями государственного и общественного имущества: Дис. ... докт. юрид. наук. М., 1967.

32. Зуйков Г.Г. Поиск по признакам способов совершения преступлений. М., 1970.

33. Лузгин И.М. Сущность и основные черты способов сокрытия преступления // Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия преступлений. М., 1987.