О находках так называемых стакановидных курильниц сарматского времени на Северном Кавказе

УДК 904(479) Фоменко Владимир Александрович

кандидат исторических наук, доцент, заведующий сектором археологии Кабардино-Балкарского института гуманитарных исследований

О НАХОДКАХ ТАК НАЗЫВАЕМЫХ СТАКАНОВИДНЫХ КУРИЛЬНИЦ САРМАТСКОГО ВРЕМЕНИ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ

Аннотация:

Настоящая работа посвящена предварительному обобщению находок на Северном Кавказе глиняных стакановидных курильниц сарматского времени. Эта особая форма культовых сосудов встречается на поселениях-городищах, в том числе в окрестностях Пятигорска, Георгиевска, Грозного, в Северной Осетии, Кабардино-Балкарии и на Средней Кубани. Данный тип керамики является хронологическим индикатором памятников первых веков н. э. Анализируется связь курильниц со святилищами и находками смоловидного вещества в катакомбных погребениях —VII вв. из района Пятигорья.

Ключевые слова:

Северный Кавказ, первые века н. э., поселения, городища, святилища, вопросы хронологии, культовая керамика, стакановидные курильницы, смо-ловидное вещество, раннеаланская культура.

Fomenko Vladimir Aleksandrovich

PhD in History, Assistant Professor, Head of Archeology Sector, Kabardino-Balkarian Institute for Liberal Arts Researches

THE FINDS OF SO-CALLED CYLINDER INCENSE BURNERS OF SARMATIAN PERIOD IN THE NORTH CAUCASUS

Summary:

The paper deals with the preliminary generalization of the finds of the clay cylinder incense burners of Sarma-tian period. This special form of the rite vessels have been found at the ancient settlements, including Pyatigorsk, Georgievsk, Grozny, North Osetia, Kabardino-Balkaria and in the central part of the Kuban river basin. The present type of ceramics is the chronological indicator of historical monuments of the first centuries AD. The author analyses the connection of the incense burners with the shrines and the tar-like substance finds in the catacomb tombs of the I-VII centuries in the vicinity of Pyatigorsk.

Keywords:

North Caucasus, first centuries AD, ancient settlements, chronology problems, rite ceramics, cylinder incense burners, tar-like substance, early Alan culture.

Так называемые стакановидные курильницы представляют собой довольно грубо изготовленные (вылепленные ленточным способом) цилиндрические обычно не орнаментированные глиняные сосуды разных размеров и пропорций (соотношения диаметра и высоты). Эта особая форма культовых сосудов встречается на поселениях-городищах в Предкавказье от Средней Кубани до Среднего Притеречья.

В археологической литературе с легкой руки В.Б. Виноградова и В.А. Кузнецова стакановидные курильницы, происходящие из раскопок крупных и давно известных памятников Предкавказья (Алхан-Калинское городище [1, с. 86-92; 2, с. 86-88; 3, с. 54-58], Юцкое святилище [4, с. 49-51; 5, с. 286], селище у станицы Змейской [б, с. 37-50; 7, с. 84-96], городище у селения Зилги [8; 9, с. 72-104]), датированы эпохой раннего средневековья и отнесены к так называемой аланской археологической культуре.

В 70-80-х гг. ХХ в. стакановидные курильницы были найдены на бытовых памятниках в Прикубанье [10, с. 57-64] и на территории Кабардино-Балкарии [11, с. 62-64, 139]. Авторы публикаций этих находок, следуя историографической традиции, датировали изделия эпохой раннего средневековья.

Приходится признать, что, несмотря на определенные успехи развития раннесредневеко-вой археологии на Северном Кавказе, бытовые памятники Центрального Предкавказья исследованы крайне слабо. В послевоенные десятилетия (1945-1985 гг.) стационарно более-менее долговременно изучались в основном могильники (Змейский, Мокрая балка, Рим-гора и др.).

Исследования Зилгинского городища в Северной Осетии дали основания для начала корректировки представлений о хронологии ряда городищ с земляными укреплениями, которые ранее считались средневековыми. Раскопки городища и его кладбища (Бесланского могильника), а также некрополя Брутского городища и других подобных памятников позволили датировать их II-IV вв. н. э. [12, с. 72-80].

В середине и второй половине 80-х гг. ХХ в. автор этих строк также обратил внимание на то, что фрагменты стакановидных курильниц в подъемном материале с поселений района Пяти-горья поразительно часто встречаются совместно с фрагментами мисок с загнутым внутрь краем, сосудов с зооморфными ручками и другой керамикой первых веков н. э. В 90-х гг. ХХ в. мы опубликовали находки стакановидных курильниц из района Пятигорья [13, с. 44-45; 14, с. 3-9] и

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

окрестностей города Георгиевска [15, с. 31-33]. В этих работах совершенно очевидна связь данного типа культовой посуды с другими находками, датируемыми обычно первыми веками н. э. Таким образом, курильницы аналогичной формы можно считать хронологическим индикатором памятников первых веков н. э.

Вместе с тем следует отметить, что в работах Ю.А. Прокопенко предпринята попытка назвать стакановидными курильницами сосуды далеко не аналогичной формы и датируемые I тыс. до н. э. [16, с. 187-188]. Вряд ли эти изделия были прототипами курильниц I—IV вв., за исключением, пожалуй, фрагмента курильницы усеченно-конусовидной формы из катакомбы у реки Юцы (комплекса последних веков до н. э.) [17, с. 268, рис. 2—9].

Стакановидные курильницы небезосновательно относятся большинством исследователей к культовой керамике. В.А. Кузнецов считает данный тип курильниц одним из атрибутов культа огня и солнца [18, с. 286—288]. Этому прежде всего способствовали условия находок. Курильницы найдены на кострище Алхан-Калинского городища [19, с. 86—88], Юцком святилище [20, с. 49—51], в зольнике у станицы Старопавловской [21, с. 31—33], а также в слое поселений (у ст. Змейской [22, с. 37—50; 23, с. 84—96] и сел. Зилги [24, с. 72—104] в Северной Осетии; Провальской балке, Козьих скалах, ст. Бештау и Дубровка в Пятигорье [25, с. 3—9] и т. д.). В.А. Кузнецов полагает, что интересующие нас предметы использовались аланами для употребления некоторых природных наркотических средств в ритуальных целях [26, с. 286—288]. С таким применением согласен и Ю.А. Прокопенко [27, с. 187—188]. Однако М.М. Кобылина, изучавшая керамическое производство Фанагории, интерпретировала находки типичных стакановидных курильниц как подставки для обжига в печи [28, с. 176, рис. 6].

В конце 80-х и начале 90-х гг. XX в. мы писали о связи курильниц с находками смоловидного вещества в катакомбных погребениях I —VII вв. из района Пятигорья [29, с. 20; 30]. Округлые или лепешковидные комочки этого вещества встречались здесь археологу А.П. Руничу в погребальном инвентаре, иногда вместе с монетами Сасанадского Ирана. Данное вещество он обнаружил в катакомбных могильниках Железноводский I, Клин-Яр, Мокрая Балка, у пос. Мирный, Лермонтовская скала, Острый Мыс, у Аланской крепости, в Корсунском подземном склепе. В скальных захоронениях VII—IX вв. и катакомбах Х—ХП вв. это вещество не найдено.

Экспертиза ЭКО УВД установила, что смоловидное вещество, возможно, является разложившимся сырцом опия. Можно предположить, что последнй поступал по торговым путям из Ирана или Средней Азии. Очень вероятна связь этого вещества с глиняными курильницами (в том числе стакановидными), обнаруженными на поселениях и в погребениях племен сармато-аланского круга. Опий обладает сильным обезболивающим эффектом, что, надо полагать, использовалось в древней и средневековой медицине скорее всего для предотвращения болевого шока, часто оканчивающегося смертельным исходом. Шок возникает при тяжелых ранениях, а также при разного рода «хирургических вмешательствах», имевших место в древности и средневековье, — трепанации черепа, ампутации конечностей, удалении стрел и копий из глубоких ран и т. п. [31].

Стакановидные курильницы, как отмечалось, связаны с памятниками I—IV вв. Относительно недавно они были объединены в самостоятельную археологическую культуру. Феномен этой яркой так называемой раннеаланской (или аланской) культуры II—IV вв. был охарактеризован благодаря исследованиям Зилгинского городища [32, с. 171—220; 33, с. 75—107; 34, с. 162—165; 35, с. 209—250], Бесланского и Брутского могильников, а также ряда других бытовых и погребальных памятников [36; 37, с. 234—276; 38, с. 72—80].

По данным В.Ю. Малашева, в пределах II в. на территории предгорий Центрального и Северо-Восточного Кавказа возникает множество крупных и средних по размерам городищ со сложной фортификацией и связанных с ними некрополей с подкурганными катакомбами. Начало формирования данной культуры можно отнести к концу I — началу II в. Во второй половине II в. комплекс аланской культуры выглядит полностью сложившимся. Слой памятников мощный и насыщен материалом, прослеживаются интенсивные контакты с Боспором, Закавказьем и степью. Высказано предположение, что в Ш—М вв. проходила экспансия носителей этой культуры, достигшая Прикубанья, Подонья, Нижней Волги и прикаспийского Дагестана [39, с. 72—80].

О происхождении этой археологической культуры высказан ряд предположений [40, с. 106— 164], хотя в общем данный вопрос остается невыясненным. В разной степени изучены только отдельные памятники (земляные городища и курганные могильники). Слабо исследованными остаются многочисленные впечатляющие своей фортификацией земляные городища, расположенные в среднем течении реки Баксан на территории современной Кабардино-Балкарии. Некоторые из укреплений, традиционно считающихся средневековыми, относятся к более раннему времени. В августе 2013 г. на одной из подобных земляных крепостей в среднем течении речки Кишпек в местности Махуэгъэпс нам удалось обнаружить фрагменты керамики, датируемые скифо-сарматской эпохой. Возможно, система городищ между реками Баксан и Кишпек была создана носителями так называемой раннеаланской культуры [41, с. 170—173].

Кроме того, в Центральном Предкавказье слабо изучены городища, функционировавшие в последних веках до н. э. и на рубеже н. э. Хотя такие памятники известны (например Татарское городище под Ставрополем [42], городище Длинный курган в пос. Иноземцево [43, с. 19], городище и склеповый могильник у горы Бык [44, с. 35] близ Железноводска и др.).

В целом пристальное исследование керамического комплекса бытовых памятников Предкавказья последних веков до н. э. и первой половины I тыс. н. э. позволило бы пролить свет на вопрос о происхождении так называемой раннеаланской культуры II—IV вв.

Ссылки:

1. Заметки о древней культовой керамике из памятников археологии Чечено-Ингушетии / В.Д. Байбик, В.Б. Виноградов, Т.М. Гантимурова, И.Д. Магомедов // Археолого-этнографический сборник. Грозный, 1969. Т. III.

2. Виноградов В.Б. Культовые места Алхан-Калинского городища // V Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Махачкала, 1975.

3. Мамаев Х.М. Алхан-Калинское кострище // Археология и вопросы атеизма. Грозный, 1977.

4. Egorov NM Gеfässe von Juck // Eurasia sерtentrionalis antique. Helsinki, 1930. Vol. V.

5. Кузнецов В.А. Очерки истории алан. Владикавказ, 1992.

6. Деопик В.Б. Змейское средневековое селище // Материалы по археологии и древней истории Северной Осетии. Орджоникидзе, 1961. Т. 1.

7. Кузнецов В.А. Раскопки Змейского поселения VIII-X вв. // Там же. Т. 2.

8. Кузнецов В.А. Зилгинское городище // Археологические открытия. М., 1981.

9. Кузнецов В.А. Зилгинское городище в Северной Осетии // Новые материалы по археологии Центрального Кавказа. Орджоникидзе, 1986.

10. Каминский В.Н., Кондрашов А.В. Находки аланских курильниц на Средней Кубани // Методика исследования и интерпретация археологических материалов Северного Кавказа. Орджоникидзе, 1988.

11. Чеченов И.М. Новые материалы и исследования по средневековой археологии Центрального Кавказа // Археологические исследования на новостройках Кабардино-Балкарии. Нальчик, 1987. Т. 3.

12. Малашев В.Ю. Аланская культура Северного Кавказа: проблема ранней государственности у населения региона во II—IV вв. н. э. // Краткие сообщения Института археологии, 2014. Вып. 234.

13. Илюшин А.М., Фоменко В.А. Поселение Провальская балка // XVIII Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Кисловодск, 1994.

14. Прокопенко Ю.А., Фоменко В.А. Памятники сарматского времени северо-восточной части Пятигорья (археологическая карта) // Страницы истории России. Ставрополь, 1996.

15. Дорофеев Г.Л., Фоменко В.А. Находки в окрестностях Георгиевска // Из истории народов Северного Кавказа. Ставрополь, 2000. Вып. 3.

16. Прокопенко Ю.А. Скифы, сарматы и племена кобанской культуры Центрального Предкавказья во второй половине I тыс. до н. э. Ставрополь, 2014. Ч. 2.

17. Рунич А.П. Сарматские катакомбы на берегу р. Юцы // Советская археология. 1961. № 1.

18. Кузнецов В.А. Очерки истории ...

19. Виноградов В.Б. Культовые места ...

20. Egorov Ы.М. Op. cit.

21. Дорофеев Г.Л., Фоменко В.А. Указ. соч.

22. Деопик В.Б. Указ. соч.

23. Кузнецов В.А. Раскопки Змейского поселения ...

24. Кузнецов В.А. Зилгинское городище в Северной Осетии ...

25. Прокопенко Ю.А., Фоменко В.А. Указ. соч.

26. Кузнецов В.А. Очерки истории ...

27. Прокопенко Ю.А. Скифы, сарматы ...

28. Кобылина М.М. Керамическое производство Фанагории в IV в. // Советская археология. 1966. № 3.

29. Фоменко В.А. О смоловидном веществе в погребениях I—VII вв. из района Пягигорья // Студенческие археологические открытия 1987—1989 гг. Грозный, 1989.

30. Илюшин А.М., Фоменко В.А. Указ. соч.

31. Фоменко В.А. О смоловидном веществе ...

32. Деопик Д.В. Керамика Центрального Предкавказья I—IV вв. н. э. по материалам городища Зилги // Материальная культура Востока. М., 1988. Ч. II.

33. Аржанцева И.А., Деопик Д.В. Зилги — городище начала I тыс. н. э. на стыке степи и предгорий в Северной Осетии // Ученые записки комиссии по изучению памятников цивилизации древнего и средневекового Востока. М., 1989.

34. Аржанцева И.А., Малашев В.Ю. Зильгинское городище и проблема аланского протогорода I тыс. н. э. на Северном Кавказе // 60 лет кафедре археологии МГУ. М., 1999.

35. Arzhantseva I.A., Deopik D.V., Malashev V.Yu. Zilgi — early Alan proto-city of the first millennium AD on the boundary between Steppe and Hill Country // Colloquia Pontica 5: Les Sites archéologiques en Crimée et au Caucasus durant l'Antiquité tardive et le haut Moyen-Age. Leiden ; Boston ; Köln, 2000.

36. Габуев Т.А., Малашев В.Ю. Памятники ранних алан центральных районов Северного Кавказа. М., 2009.

37. Малашев В.Ю., Мамаев Х.М. Алхан-Калинский могильник // Вопросы древней и средневековой археологии Кавказа. Грозный ; М., 2011.

38. Малашев В.Ю. Аланская культура Северного Кавказа: проблема ранней государственности у населения региона во II—IV вв. н. э. // Краткие сообщения Института археологии. 2014. Вып. 234.

39. Там же.

40. См., например: Габуев Т.А., Малашев В.Ю. Указ. соч.

41. Фоменко В.А. К вопросу о локализации средневекового Магаса // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение, 2014. № 11 (49). Ч. II.

42. Березин Я.Б., Каминский В.Н., Малашев В.Ю. Татарское городище и формирование памятников Татарка-Вербовка. М., 2012.

43. Данилов А.В., Фоменко В.А. Из истории поселка Иноземцево. Пятигорск, 2012.

44. Фоменко В.А. Археологические исследования в окрестностях гг. Пятигорска и Железноводска // Историческое реги-оноведение — вузу и школе. Армавир, 1995.