К вопросу о локализации исторически известных объектов нового времени (на примере «Чалнинского городка»)

Д.Г. Газизов, Г. Т. Салахатдинова

Археологическими исследованиями удалось локализовать места расположения исторически известных объектов на территории г. Набережные Челны - «Чалнинского городка» середины XVII в. на «Мысовой горе» и других. Авторы полагают, что доминирование роли естественно-географического фактора в древности, средневековье, Новое время обусловило преемственность в выборе населением мест для первоначальных поселений, особенно укрепленных. Площадка «Мысовой горы» -важный стратегический пункт и потенциальное место для расположения небольшого укрепленного пункта на периферии Волжской Булгарии. Подобные участки местности продолжали оставаться таковыми и в золотоордынское, и пост-золотоордынское время, в ногайский период.

Ключевые слова: археология Нового времени, XVII в., Республика Татарстан, Чаллы, Набережные Челны, «Чалнинский городок».

УДК 902/904 https://doi.Org/10.24852/pa2017.4.22.99.111

К ВОПРОСУ О ЛОКАЛИЗАЦИИ ИСТОРИЧЕСКИ ИЗВЕСТНЫХ ОБЪЕКТОВ НОВОГО ВРЕМЕНИ

© 2017 г. В.В. Ермаков , Н.Г. Набиуллин,

Среднее Поволжье является территорией, благоприятной во всех отношениях для жизнедеятельности человека, что обусловило и ее значительную насыщенность археологическими памятниками. Благодаря многолетним масштабным работам нескольких поколений исследователей на территории Республики Татарстан выявлены тысячи памятников археологии, основная часть которых датирована временем от эпохи камня до позднего средневековья включительно. Гораздо меньше зафиксировано памятников нового времени (Свод памятников, 2007), что объясняется в том числе и особенностями развития региональной науки, организации исследований - прежде всего необходимостью спасения и изучения много-

численных древних и средневековых памятников1.

Известное (и спорное) в историографии утверждение о том, что основная задача археологии заключается прежде всего в изучении эпох и периодов, не обеспеченных письменными источниками, в региональной науке приобрело некий своеобразный оттенок. Поскольку собственных письменных документов булга-ро-татарского средневековья вплоть до падения Казанского ханства практически не сохранилось, основным историческим источником в изучении

1 Возможно, это отчасти объясняет развитие «индустриальной археологии» в регионах, где нет такой концентрации древних и средневековых памятников.

этих периодов стали археологические материалы. Считается, что последующая историческая эпоха сохранила письменные документы, и поэтому археологические материалы часто рассматривались как дополнительный исторический источник. Культурные слои, объекты, материальные остатки нового и даже новейшего времени фиксировались и изучались, но обычно при охранных работах, в процессе исследования ранних объектов, перекрытых поздними напластованиями.

В то же время о разнообразии и информативности письменных документов по истории края, а значит, и возможностях полноценного использования этой категории исторических источников вплоть до XVIII-XIX вв., особенно колонизации «раннего нового времени», говорить не приходится.

Описания конкретных объектов исторической действительности нового времени присутствуют в исторических исследованиях, но, как правило, в качестве иллюстрирующего, статистического материала для решения общих вопросов, выявления и оценки тенденций, явлений, событий. При этом задача локализации исторических объектов обычно не ставится, хотя попытки провести натурные сопоставления исторически известных объектов с какими-либо руинированными остатками (и наоборот) иногда можно встретить в микрорегиональных исследованиях, в работах по истории градостроительства и архитектуры, а также в краеведческих работах (см., напр.: Амирханов, http: //www. tataroved.ru/ publication/ almet/ 7/ 6/; Фролов, 2002; Назарова, 2009; Губайдуллин, Измайлов, 2011). При этом информативный потенциал последних, как нам представляется,

«профессиональными» историками часто недооценивается.

Следует подчеркнуть, что исторические объекты нового времени являются не только потенциальными, но и полноценными объектами именно фундаментального научного изучения. Несмотря на отмеченную выше относительно слабую информативность письменных документов, как раз при изучении археологизирован-ных следов исторически известных объектов появляется возможность соотнести данные исторических источников разных категорий, совершенствовать методики получения и исследования заложенной в них информации с перспективой проведения работ, которые принято называть комплексными. Первоначальной задачей и условием проведения такой работы является максимально точная локализация объекта исторической действительности - идентификация исторически известного объекта с его археологическими остатками. Локализация исторических объектов2 является не только научной задачей, но и основным условием сохранения их остатков3.

2 Кроме общей локализации, установление местоположения конкретных объектов. Так, исходя из имеющегося описания «Чалнинского городка», в известной степени его «типового» характера, в будущем можно попробовать установить местоположение башен и др.

3 До последнего времени памятники нового времени находились в более неблагоприятных условиях по сравнению с древними и средневековыми и с точки зрения их государственной охраны. Лишь совсем недавно законодательно был установлен «столетний рубеж» для культурного слоя.

Рис. 1. А - вид на Элеваторную (Мысовую) гору с юго-запада. 1980-е годы (Фонды Музея истории города Набережные Челны); Б - современный вид на Элеваторную

(Мысовую) гору с юга.

Fig. 1. A - View of the Elevatomaia

Hill from the South.

В свете сказанного, на наш взгляд, интерес представляют материалы и результаты пока небольших исследований на территории и в окрестностях современного города Набережные Челны. По истории города имеется достаточно много публикаций историков и краеведов (см., напр.: Лапоч-кин, Казань, 1972; Дубровский, 2007; Ермаков, 2008). Несмотря на территориальную отдаленность от археологических центров и относительно позднее начало археологических исследований, здесь выявлены памятники практически всех исторических эпох, что является свидетельством традиционной заселенности региона. Предварительное картографирование выявленных памятников позволяет обнаружить их неравномерную распределенность. Большинство памятников выявлено в зоне Нижнекамского водохранилища, что объективно объясняется естественным тяготени-

ем мест проживания человека к воде, а также целенаправленным охранно-спасательным характером проводившихся исследований (Казаков, Набиуллин, 2010).

Как историческое ядро будущего города Набережные Челны историки и краеведы традиционно рассматривают район «Мысовой (современной Элеваторной, или Элеваторской) горы», расположенной на высоком мысу, в месте слияния рр. Мелекеска и Челна (Челнинка) (рис. 1, 2). Еще в XIX в. краевед Р.Г. Игнатьев описал остатки небольшой крепости, находившейся на Мысовой горе, определив ее как «Ногайское» городище: «В Мензелинском уезде, при Челновской пристани, близ устья реки Челновки, на вершине горы «Мыс» или Мысовой... находится ногайское городище; оно состоит из круглого вала песчано-каменистого грунта с двумя выходами с в[осточной] и з[ападной] стороны:

этот вал в окружности 104, а в вышину неравномерно, что конечно произошло от времени, 11/2 и 2 саж. ... Ногайское городище иначе называется в народе «Ногайским валом»; очень может быть, что это городище было крепостцей, и, конечно, по крайне затруднительному и теперь еще входу на гору Мыс и при младенчестве в то время военного искусства, крепостца была неприступною; но, как увидим далее, по р. Каме был как бы целый ряд укреплений» (Игнатьев, 1883, с. 339).

Традиционно считается, что расположенная на «Мысовской горе» крепость была построена в середине XVII в., и ее строительство было непосредственно связано с процессом колонизации края. Массовая колонизация региона и образование здесь сети новых поселений приходится на середину XVII - начало XVIII в., хотя некоторые опорные пункты колонизации были возведены еще в XVI в. Одним из них была основанная в 15841586 гг. Мензелинская крепость, от которой на расстоянии нескольких десятков верст находился основанный в 1626 г. Чалнинский починок. На левом берегу Камы и по берегам небольших речек (Мелекески, Челнинки, Шильны) возник целый ряд починков и деревень.

Рис. 2. Условное современное обозначение «Мысовой горы» на фрагменте плана генерального межевания конца XVIII в. (РГАДА. Ф. 1356, оп. 1, ед. хр. 3542).

Fig. 2. Modern symbol of the "Mysovaia Hill" on fragment of the Scheme of General land surveying of the late 18 century. Russian State Archive of Ancient Documents, fund 1356, inv. 1, dossier 1205.

В 1650 г. уфимскому стольнику и воеводе Ф.Я. Милославскому были присланы указ Алексея Михайловича и его грамота с приказанием построить «на реке Чалне», при впадении ее в Каму, казацкий укрепленный городок «для оберегания от приходу калмыцких и нагайских и воинских людей». В короткое время крепость была построена. Она стала называться «Чалнинский городок».

Имеется относительно подробное описание «Чалнинского городка»: «Чалнинский городок новорублен в тарасы, намощен, покрыт драницами. На нем з загодя перила мерою в длину сто сажен, а поперег шездесят сажен. А в вышину городок и с перилы две сажени4. Поперег мосту сажень бес полу-аршина. Стоит на горе над Камою, около города з дву сторон ров копан невелик. А около рва надолбы». Крепость была защищена деревянными стенами. Имелось шесть деревянных башен, четыре из которых были глухие, а две в середине - проездные. Башни были закрыты шатрами. Размер башенной стены составлял четыре сажени, а в высоту - четыре сажени с аршином (без учета высоты шатра).

4 Ср. форму, размеры, «вышину» «Ногайского» городища.

Рис. 3. Фрагмент плана г. Набережные Челны. 1937 г. Фонды Музея истории города Набережные Челны. Fig. 3. Fragment of a plan of Naberezhnye Chelny. 1937. Funds of the History Museum of Naberezhnye Chelny.

В самом «Чалнинском городке» имелась «изба хлебная» да «погреб государев казенной дубовой с выходом». В крепости располагался амбар, имелись также изба тюремная, изба караульная у Спасских ворот, хоромная изба приказного чиновника, клеть, баня с предбанником.

По государеву указу 1650 г. было велено устроить в крепости сто человек конных белопашенных казаков. Поселены были казаки недалеко от крепостных стен двумя слободами по пятьдесят человек. Содержать себя и свое хозяйство казаки должны были

в основном своими собственными силами. Для этого им была выделена пашенная земля, сенокосы и участки леса.

Какие-либо сведения о военных столкновениях в районе «Чалнинско-го городка» неизвестны. Просуществовал он сравнительно недолго. В 1652-1656 гг. строится Закамская оборонительная черта по линии Белый Яр - Ерыклинск - Биляр - Новошеш-минск - Кичуй - Зай - Мензелинск, и «Чалнинский городок» лишается своего военного значения. Считается, что крепость было приказано разобрать

Рис. 4. Участок «Элеваторной горы» на

космическом снимке Google Earth с условным обозначением оборонительного рва «Чалнинского городка»

Fig. 4. Section of 'Elevatornaya Gora' on a Google Earth satellite image with a reference designation of the fortification moat of 'Chelninsky gorodok'.

и перевести в Заинск. В процессе колонизации и продвижения границ на восток Закамская черта также постепенно теряла свое военное значение (Ермаков, 2008, с. 88-96).

Прежде стратегически важная в военном отношении «гора Мыс» после окончания функционирования «Чалнинского городка» длительное время практически не осваивалась, видимо, по причине неблагоприятных условий для ведения хозяйства - высокой выдуваемой площадки, каменистого грунта и т. д. Принято считать, что данная территория начинает полноценно осваиваться только в новейшее время. В начале ХХ в. на «Мы-совской горе» был построен крупный элеватор, давший впоследствии новое название местности, а позже появился существующий и ныне поселок.

Несколько лет назад Институт археологии им. А.Х. Халикова Академии наук РТ проводил историко-археоло-гические исследования на территории и в окрестностях г. Набережные Челны5. Одна из задач этих работ заключалась в уточнении сведений о «Чалнинском городке» на территории

5 Работа проведена при поддержке Исполнительного комитета г. Набережные Челны, Фонда «Историко-культурное наследие» (Ж. С. Сафиуллин) в рамках проекта по историко-археологическим исследованиям города при активном участии Музея истории города Набережные Челны, исторического факультета На-бережночелнинского государственного педагогического университета, историков, архитекторов, краеведов (М.М. Басыров, Р.Ф. Валиуллин, Л.М. Галиев, А.Г. Дубровский, Б.А. Канеев, В.В. Морозов, Э. А. Хуснутдинов и др.). Пользуясь случаем, авторы выражают благодарность всем, кто принял участие в организации и проведении исследований.

«Элеваторной горы» и планировании мероприятий по его сохранению. Локализация исторически известного объекта на современной местности (идентификация археологического объекта с исторически известным объектом) проводилась с использованием документальных источников с последующими натурными работами.

На плане г. Набережные Челны 1937 г. (рис. 3) удалось обнаружить, что на территории «Элеваторной горы» явственно прослеживается «Г»-образная «канава» со сторонами 210^135 м соответственно по линиям запад - восток и север - юг, ограничивающая с напольной стороны подпрямоугольную по форме площадь ~3,5 га (с учетом эрозии больше). Размеры ограниченной площади вполне сопоставимы с известными по письменным источникам - 100^60 кв. саженей. В северо-восточной части «городка» фиксируется сохранившийся естественный (?) овраг. Сопоставив план 1937 г. с современной топосъем-кой, удалось предварительно локализовать оборонительный ров (рис. 4), а впоследствии, как представляется, достаточно точно (на площадке размерами 4x4 м) «поймать» его участок при натурных работах.

Последовавшие за работой в архиве натурные исследования были начаты с общего осмотра «Элеваторной Горы», территория которой ныне представляет собой большой интенсивно застраиваемый поселок. Многие участки, отмеченные ранее как перспективные для археологического изучения, теперь находятся в частной собственности и практически недоступны для проведения разведки и раскопок. Культурный слой здесь практически не прослеживается, что

Рис. 5. Вид со стороны Набереж-ночелнинского элеватора на ул. Элеваторная, которая прошла по линии оборонительного рва

«Чалнинского городка» Fig. 5. View from the Naberezhnye Chelny elevator over Elevatoraya str. passing along the line of the fortification moat of 'Chelninsky gorodok'.

объясняется поздним началом полноценного хозяйственного использования территории, выветриванием слоя этой возвышенной площадки, переработкой при современной интенсивной строительной деятельности. На поверхности фиксируется очень немногочисленный подъемный материал позднейшего времени, в основном мелкие фрагменты глазурованной посуды.

Остатки оборонительного рва практически не прослеживаются (рис. 5). Опрос местных жителей дал приблизительную локализацию некоторых участков ныне сильно заплывшей ложбины («канавы») - возможных его остатков, - хорошо заметной еще в середине ХХ в. Полученная информация частично совпадает с данными упомянутого плана.

При проведении непосредственно раскопок археологические остатки «Чалнинского городка» локализованы в виде примитивного оборонительного рва с зафиксированной глубиной чуть более метра (от уровня выявления; от уровня современной дневной поверхности 2 м) и шириной на уровне выявления 2,5-3 м (рис. 6). Ров имеет относительно пологие, не-

ровные, слегка закругленные стенки и слегка закругленное неровное дно. Известный принцип возведения некоторых оборонительных рвов, при котором одна из стенок возводилась более пологой, другая более крутой, не выдержан; дренажный ровик на дне рва не выявлен. Ров находился с внешней стороны «городка»; с внутренней стороны выявлены предполагаемые остатки оборонительного вала с сохранившейся высотой не более полуметра.

Культурные напластования и остатки, соотносимые со временем функционирования «Чалнинского городка», на исследованных участках не выявлены. Оно было столь исторически коротким, что, видимо, культурные отложения этого времени здесь не сформировались и археологически не выявляются даже на дне рва (очевидно, даже не приходилось его подчищать)6.

6 Некоторые сомнения в полученные результаты внес открытый В.В. Ермаковым уже после окончания натурных исследований архивный документ с указанием на противопожарную канаву глубиной одну сажень недалеко от элеватора. Плана или указания на конкретный

Длительным «периодом

запустения» после окончания функционирования «Чалнинского городка» и поздним полноценным освоением этой территории объясняется и общие слабая интенсивность и насыщенность культурными остатками слоя в раскопе. Последние представлены в основном предметами хозяйственной деятельности и быта уже новейшего времени.

участок, где она была проложена, нет. Считаем уместным привести здесь часть письма, где говорится об этом документе»: «<...> В июне 1914 г., когда уже шло рытье котлованов под фундаменты элеватора, обозначилась одна проблема. Недалеко от строящегося объекта находился керосиновый бак емкостью 40 тыс. пудов, принадлежавший Черноморскому торгово-промышленному обществу. Для обеспечения противопожарной безопасности было предложение отодвинуть бак, но не договорились. Тогда из Симбирска пришло распоряжение - окопать строительную площадку. По границе всего участка была прорыта канава глубиной 1 сажень, с устройством со стороны элеватора вала (кавальера). Были устроены также водо-отбойные колодцы, во избежание размыва канавы. Вся эта работа была оплачена дополнительно, сверх сметы. <...> В. В.» [2 января 2015 г.].

Повторимся, что мы исходим прежде всего из того, что размеры ограниченной рвом площадки предполагаемого «Чал-нинского городка» удивительно соотносятся с данными письменных источников. Не исключено, что для уменьшения трудозатрат канава могла быть проложена в том числе и по заплывшему рву «Чал-нинского городка». Во всяком случае, при организации будущих исследований следовало бы учитывать данные этого документа, который представляет определенный интерес по крайней мере для истории Челнинского элеватора.

Результаты проведенных

исследований при дальнейшей отработке используемых методик можно будет с известными корректировками попробовать

использовать в ретроспективном плане, при изучении периодов, не обеспеченных письменными источниками, по крайней

мере, позднесредневековых

древностей. Такое направление исследований представляется

актуальным, поскольку история «финального средневековья» -«раннего нового времени» - пока остается в значительной степени дискуссионной, в том числе в области вопросов, связанных с изучением преемственности освоения территорий, маркированных

археологическими памятниками средневековья - историческими поселениями нового времени (см., напр.: Зорин, 2001, с. 87; Хузин, 2006, с. 5-12; Насыров, 2007, с. 37, 38).

Материалы и результаты, полученные этими небольшими исследованиями, отличаются от данных с других, в том числе изученных более широкими раскопочными площадями участков «Элеваторной горы». Кроме слоя XVII-XVIII вв., другие авторы отмечают еще и «наслоение, связанное с функционированием болгаро-татарского поселения (XIII-XVI вв.)»; при этом «внутренняя территория поселения могла заселяться уже в позднедомонгольский период»; делается попытка

соотнести оборонительный ров со «средневековым поселением»; высказывается предположение, что памятник на территории « Элеваторной

Рис. 6. Участок оборонительного

рва «Чалнинского городка» Fig. 6. Section of the fortification moat of 'Chelninsky gorodok'.

горы» («Яр-Чаллынское городище») мог составлять единый комплекс с Усть-Челнинским селищем на противоположном берегу рч. Челна (Челнинка) и «являться центром данной округи» (Багавиева и др., 1999; Нигамаев, 2009). Подчеркнем, что, кроме ранее выявленного Е.П. Казаковым Усть-Челнинского селища (Казаков, Набиуллин, 2010), на территории и в окрестностях современного города известны и другие памятники булгаро-татарского времени - Орловское, Самоскаковское, Кзыл-Тауское

селища и др. (Фахрутдинов, 1975, №№ 1252, 1253; Каталог, 1980, № 731).

Доминирование роли естественно-географического фактора в древности, средневековье, новое время обусловило преемственность в выборе мест для проживания, в том числе первоначальных поселений, особенно укрепленных7. Известно

частичное или полное использование площадок городищ и остатков их оборонительных укреплений в раннем железном веке, раннем средневековье, в булгарское время.

Попытка соотнести

оборонительный ров со

«средневековым поселением» нам показалась пока преждевременной и однозначно археологически не убедительной. Однако площадка «Мысовой горы» - действительно, важный стратегический пункт и потенциальное место для расположения небольшого

укрепленного пункта на

периферии Волжской Булгарии8. Подобные участки местности продолжали оставаться

таковыми и в золотоордынское, и постзолотоордынское время и в ногайский период, что, возможно, отразилось в топонимике («Ногайский вал», «Ногайское городище» и др.) (Насыров, 2007, с. 34-38). В таком

7 В данном случае речь идет, прежде всего, о фактической преемственности в разные историко-культурные периоды и эпохи, что не всегда предполагает хронологическую непрерывность (в археологическом понимании - однослойность или многослойность памятника, наличие или

отсутствие стерильных прослоек в культурном слое).

8 Одним из ближайших подобных объектов мог являться расположенный в десяти километрах ниже по течению р. Кама при впадении в нее р. Биклянь (на правом ее берегу) возвышенный мыс у с. Бетьки.

свете упомянутые выше сообщения краеведов XIX в. (Игнатьев, 1883) начинают оцениваться более, чем историографическое прошлое, и приобретают новое видение, а точнее, возвращают нас, возможно, к заложенному в них первоначальному смыслу.

Если это так, то «Чалнинский городок» середины XVII в., построенный «для оберегания от приходу калмыцких и нагайских воинских людей», продолжил своеобразную «историческую эстафету» в очередном использовании созданной природой местности.

Несмотря на наличие широкого хронологического разрыва между «Чалнинским городком» и освоением этой территории в новейшее время, фактически сохраняется преемственность в планировке, по крайней мере, в направлении и расположении двух современных улиц поселка на «Элеваторной горе» (рис. 4)9.

Поскольку в процессе строительства и развития г. Набережные Челны планомерного исследования его территории на предмет выявления здесь памятников археологии не проводилось, многие из них вошли в черту города, были частично или полностью уничтожены застройкой, потеряли свою топографическую привязку. Среди них и культурный слой исторических населенных пунктов (рис. 2). Кроме Чалнинского починка и Бережной слободы10, на современной карте города до сих пор сохранились названия и некоторых других населенных пунктов - Орловка (Космодемьянское), Боровецкое, Сидоровка (Развилы), Мироновка и др. Были и такие населенные пункты, о которых сегодня уже почти ничего неизвестно - Марков Починок, деревни Савина, Шишкина, Ключ, Новая и др. Необходима локализация и других объектов нового времени - Шильнинского (Шильвинского) медеплавильного завода XVIII-XIX вв. и др., а также исследование таких сложных комплексов, как «Челнинский элеватор» начала ХХ в. и др., «археологизация» которых наступила.

ЛИТЕРАТУРА

1. Амирханов Р.А. Закамские засечные линии - восточные границы России (Аль-метьевский регион во 2-й половине XVII - 1-й половине XVIII веков). Доступно по URL: http ://www.tataroved. ru/publication/almet/7/6/

9 Точнее говорить в первую очередь об оборонительном вале, расплывшиеся остатки которого, видимо, послужили основанием участков поселковой дороги. По южной линии оборонительных укреплений прошла современная ул. Элеваторская, по восточной - пер. Красногорский. Северная часть современной ул. Пролетная (между ул. Красногорская и Элеваторская), возможно, прошла по линии бывшей дороги между предполагаемыми проездными башнями, располагавшимися приблизительно на углу современных ул. Элеваторская и Пролетная. Современная «красная линия» улиц в некоторых местах проходит по поверхности оборонительных сооружений (рис. 4-6).

10 С основанием в 1650 г. «Чалнинского городка» название «Чалнинский починок» исчезает из документов, и самое крупное поселение челнинских жителей стало именоваться «село Мыс» (Мысовые Челны). Бережная слобода (1630) с основанием крепости стала называться Бережными Челнами. Позднее Мысовые Челны стали волостным селом, оставив за Бережными Челнами роль торговой слободы.

2. Багавиева А.А., Нигамаев А.З., Хузин Ф.Ш. Отчет об археологических исследованиях в Набережных Челнах в 1997 году. Елабуга, 1999. Лаборатория археологии и этнологии ЕГПУ

3. Губайдуллин А.М., Измайлов И.Л. «Длинные валы» в Волго-Камье: археологические исследования и историческая интерпретация // Урало -Поволжье в древности и средневековье. Материалы Международной научной конференции V Халиковские чтения «Урало-Поволжье в древности и средневековье», посвященной 80-летию со дня рождения А.Х. Халикова (27-30 мая 2009 г., Казань) / Археология евразийских степей. Вып. 11 / Отв. ред. Ф.Ш. Хузин. Казань: Фолиант, 2011. С. 56-65.

4. Дубровский А.Г. Наш край: Нижнее Прикамье. Иллюстрированные краеведческие очерки. Казань: ОАО «ПИК «Идел-Пресс», 2007. 864 с.

5. Ермаков В.В. Обращение к истокам: История Набережных Челнов и региона Восточного Закамья: ч. I. Казань: Казан. гос. ун-т, 2008. 468 с.

6. Зорин А.Н. Города и посады дореволюционного Поволжья. Казань: Издательство Казанского университета, 2001. 704 с.

7. Игнатьев Р.Г. Памятники доисторических древностей Уфимской губернии // Справочная книжка Уфимской губернии. Отдел второй. Уфа, 1883.

8. Казаков Е., Набиуллин Н. Яр Чаллы - Набережные Челны // Достояние поколений. 2010. № 2 (8). С. 26-31.

9. Каталог археологических коллекций Государственного музея ТАССР. Вып. II. Эпоха железа. Волжская Болгария. Золотоордынские города. Казанское ханство. Коллекции XVI-XVII вв. / Сост. А.М. Ефимова Казань, 1980. 228 с.

10. Лапочкин В., Почелина В. Страницы челнинской истории. Казань: Татар. кн. изд-во, 1972. 72 с.

11. Назарова И.В. Архитектурно-пространственная организация оборонительно-крепостных комплексов Волго-Камья середины XVI-XVII вв. Дисс... канд. архитектуры. Казань, 2009. 170 с.

12. Насыров Р.Г. Сельское расселение в Западном Закамье (вторая половина XVI - начало XVIII вв.). Казань: Институт истории АН РТ, 2007. 240 с.

13. Нигамаев А.З. Отчет об археологических исследованиях на территории Элеваторной Горы в Набережных Челнах в 2008 году. Елабуга, 2009 / Лаборатория археологии и этнологии ЕГПУ

14. Свод памятников археологии Республики Татарстан: в 3 т. / Отв. ред. А.Г. Сит-диков, Ф.Ш. Хузин. Т. 3. Казань: ИИ АН РТ, 2007. 529 с.

15. Фахрутдинов Р.Г. Археологические памятники Волжско-Камской Булгарии и ее территория. Казань: Татар. кн. изд-во, 1975. 220 с.

16. Фролов Н.С. Село Черемшанская крепость (XVIII-XIX вв.). Очерки истории. Казань: ТаРИх, 2002. 208 с.

17. Хузин Ф.Ш. О некоторых проблемах определения времени возникновения бул-гаро-татарских городов // Казань в средние века и раннее новое время. Материалы Всероссийской научной конференции (Казань, 24-25 мая 2005 г.) / Отв. ред. Ф.Ш. Хузин, И.К. Загидуллин). Казань: ИИ АН РТ, 2006. С. 5-12.

Информация об авторах:

Ермаков Владимир Васильевич , доктор исторических наук

Набиуллин Наиль Гатиатуллович, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Институт археологии им. А. Х. Халикова Академии наук РТ (г. Казань, Россия); ncai@mail.ru

Газизов Джалиль Гасимович, педагог дополнительного образования, «Центр детского (юношеского) технического творчества» (г. Нижнекамск, Россия); jalil_66@list.ru

Салахатдинова Гузель Тимерзяновна, и.о. директора. Историко-краеведческий музей, (г. Набережные Челны, Россия); guzel-salah@yandex.ru

QUESTION ON LOCALIZATION OF HISTORICALLY KNOWN SITES OF THE MODERN PERIOD

V.V. Ermakov , N.G. Nabiullin, D.G. Gazizov, G.T. Salakhatdinova

Archaeological studies have allowed to localize the locations of historically studied sites in the territory of Naberezhnye Chelny - Chalninsky gorodok of the mid-17th century located on 'Mysovaya Gora', and other sites. According to the authors, domination of the natural-geographical factor in antiquity, the Middle Ages and the Modern period has determined the continuity in the selection of locations for original, particularly fortified, settlements by the population. The area of Mysovaya Gora is an important strategic point and a potential location for a small fortified outpost on the periphery of Volga Bolgaria. Similar areas of the terrain have preserved in the Golden Horde, Post-Golden Horde and Nogai periods.

Keywords: archaeology of the Modern period, 17th century, Republic of Tatarstan, Chally, Naberezhnye Chelny, 'Chelninsky gorodok'.

REFERENCES

1. Amirkhanov, R. A. Zakamskie zasechnye linii - vostochnye granitsy Rossii (Al'met'evskii region vo 2-ipolovine XVII - 1-ipolovine XVIII vekov) (Trans-Kama Abatis Lines - the Eastern Borders of Russia (Almetyevsky Region in the second halfof17th - first halfof18th centuries). Available at: http:// www.tataroved.ru/publication/almet/7/6/ (in Russian).

2. Bagavieva, A. A., Nigamaev, A. Z., Khuzin, F. Sh. 1999. Otchet ob arkheologicheskikh issledovaniiakh v Naberezhnykh Chelnakh v 1997 godu (Report on Archaeological Studies in Naberezhnye Chelny in 1997). Elabuga. Laboratory of archaeology and etnology Elabuga State Pedagogical University (in Russian).

3. Gubaidullin A. M., Izmailov, I. L. 2011. In Khuzin, F. Sh. (ed.). Uralo-Povolzh'e v drevnosti i srednevekov'e. V Khalikovskie chteniia (Ural and Volga Area in Antiquity and Middle Ages: 5th Khalikov Readings). Kazan: "Foliant" Publ., 56-65 (in Russian).

4. Dubrovskii, A. G. 2007. Nash krai: Nizhnee Prikam'e. Illiustrirovannye kraevedcheskie ocherki (Our Land: The Lower Kama Region. Illustrated Essays on Local History). Kazan: "Idel-Press" Publ. (in Russian).

5. Ermakov, V. V. 2008. Obrashchenie k istokam: Istoriia Naberezhnykh Chelnov i regiona Vostochnogo Zakam'ia (Going Back to the Roots: History of Naberezhnye Chelny and the Eastern Trans-Kama Region) I. Kazan: Kazan State University (in Russian).

6. Zorin, A. N. 2001. Goroda iposady dorevoliutsionnogo Povolzh'ia (Towns and Townships of the Pre-Revolutionary Volga Region). Kazan: Kazan University (in Russian).

7. Ignat'ev, R. G. 1883. In Spravochnaia knizhka Ufimskoi gubernii. Otdel vtoroi (Reference Book of Ufa Governorate. Second Section). Ufa (in Russian).

8. Kazakov, E., Nabiullin, N. 2010. In Dostoianie pokolenii (Wealth of Generations) 8(2), 2631 (in Russian).

9. Efimova, A. M. (comp.). 1980. Katalog arkheologicheskikh kollektsii Gosudarstvennogo muzeia TASSR. Vyp. II. Epokha zheleza. Volzhskaia Bolgariia. Zolotoordynskie goroda. Kazanskoe khanstvo. Kollektsii XVI-XVII vv. (Catalogue of Archaeological Collections of the State Museum of the Tatar SSR. Issue 2. The Iron Age. Volga Bolgaria. Towns of the Golden Horde. Kazan Khanate. Collections of the 16th -17th cc.). Kazan (in Russian).

10. Lapochkin, V., Pochelina, V. 1972. Stranitsy chelninskoi istorii. (Pages of Chelny History). Kazan: "Tatarskoe knizhnoe izdatel'stvo" Publ. (in Russian).

11. Nazarova, I. V. Arkhitekturno-prostranstvennaia organizatsiia oboronitel'no-krepostnykh kompleksov Volgo-Kam'ia serediny XVI-XVII vv. (Architectural and Spatial Organization of the Defensive and Fortification Complexes of the Volga-Kama Region in the mid-16'h - 17th cc.). Cand. Thesis. Kazan, 2009. (in Russian).

12. Nasyrov, R. G. 2007. Sel'skoe rasselenie v Zapadnom Zakam'e (vtoraia polovina XVI -nachalo XVIII vv.) (Rural Resettlement in the Western Trans-Kama Region (second half of 16th - early 18th cc.)). Kazan: Institute of History named after Sh. Mardzhani, Tatarstan Academy of Sciences (in Russian).

13. Nigamaev, A. Z. 2009. Otchetob arkheologicheskikh issledovaniiakh na territoriiElevatornoi Gory v Naberezhnykh Chelnakh v 2008 godu (Report on Archaeological Studies at Elevatornaya Gora, Naberezhnye Chelny in 2008). Elabuga. Laboratory of archaeology and etnology of the Elabuga State Pedagogical University (in Russian).

14. Sitdikov, A. G., Khuzin F. Sh. (eds.). 2007. Svod pamiatnikov arkheologii Respubliki Tatarstan (Corpus of Archaeological Sites in the Republic of Tatarstan) 3. Kazan: Institute for History named after Shigabuddin Mardzhani, Tatarstan Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan (in Russian).

15. Fakhrutdinov, R. G. 1975. Arkheologicheskie pamiatniki Volzhsko-Kamskoi Bulgarii i ee territoriia (Archaeological Sites of Volga-Kama Bulgaria and its Territory). Kazan: "Tatarskoe knizhnoe izdatel'stvo" Publ. (in Russian).

16. Frolov, N. S. 2002. Selo Cheremshanskaia krepost' (XVIII-XIX vv.). Ocherki istorii (The village of Cheremshan Fortress (18th -19th centuries. Essays on History). Kazan: "TaRIkh" Publ. (in Russian).

17. Khuzin, F. Sh. 2006. In Khuzin, F. Sh., Zagidullin, I. K. (eds.). Kazan' v srednie veka i rannee novoe vremia (Kazan in the Middle Ages and Early Modern Times). Kazan: Institute of History named after Shigabuddin Mardzhani, Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan, 5-12 (in Russian).

About the Authors:

Ermakov Vladimir V . Doctor of Historical Sciences, Naberezhnye Chelny, Russian Federation

Nabiullin Nail G. Candidate of Historical Sciences. Institute of Archaeology named after A. Kh. Khalikov, Tatarstan Academy of Sciences. Butlerov St., 30, Kazan, 420012, the Republic of Tatarstan, Russian Federation; ncai@mail.ru

Gazizov Jalil G. Center of Children's (Youth) Technical Creativity of the Nizhnekamsk municipal district of the Republic of Tatarstan, Nizhnekamsk, Russian Federation, jalil_66@list.ru

Salakhatdinova Guzel T. History and Local History Museum, Naberezhnye Chelny, Gidrostroitelei str., 16. 423800, Russia; guzel-salah@yandex.ru

Статья поступила в номер 02.10.2017 г.