Зона комфорта, развитие и понимание себя

го контроля?» 3. «Часто ли вы чувствуете, что вам сопутствует успех?» [9].

Интерпретация получаемых результатов диагностического исследования построена на основе стандартизации (сравнение индивидуальных результатов респондента с 1Ш). По результатам диагностики из 70 респондентов у 40 (57%) преобладающими являются достаточно эффективные копинг-стратегии и прогнозируется повышение стрессоустойчивости, при этом 30 респондентов (43%) используют неэффективные копинги и находятся в состоянии стресса. Последние 30 респондентов были поделены на экспериментальную и контрольную группу по 15 человек в каждой. Их них 19 респондентов (65%) находились в состоянии

Библиографический список

стресса и 26 респондентов (88%) использовали неэффективные копинг-стратегии. Экспериментальная группа посещала тренин-говые занятия, на контрольной группе программа реализована не была.

Таким образом, установлено, что совладающее поведение (стрессорганизующее и коррегирующее) является многомерным конструктом. В этом и заключается сложность осуществления его измерения. Поэтому на вопросы операционального уровня исследования - что и каким образом измерять в настоящее время ответы еще не найдены, и само измерение или диагностика совладания как явление сравнительно достаточно появилось в науке.

1. Ануфриюк К.Ю. Защитно-совладающее поведение и его роль в социально-психологической адаптации врачей общей практики. Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12: Психология. Социология. Педагогика. 2011; 4: 147 - 153.

2. Дунай В.И. Особенности проявления стресса у военных врачей. Военная медицина: научно-практический рецензируемый журнал. 2012; 2: 44 - 47.

3. Баст Е.И. Стрессоустойчивость как фактор психологического благополучия личности врачей-хирургов. Санкт-Петербург, 2014.

4. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Избранные психологические труды: В 2-х т. Санкт-Петербург, 2017.

5. Божович Л.И. Проблемы формирования личности: Избранные труды. Под редакцией Д.И. Фельдштейна. Москва: Воронеж, 2014.

6. Дербин П.А. Социально-психологические технологии формирования стрессо-устойчивости у врачей. Успехи современного естествознания. 2016; 2.

7. Водопьянова Н.Е. Психодиагностика стресса. Санкт-Петербург, 2012.

8. Котенева А.В. Защитные механизмы личности и эмоциональная сфера. Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2014; 11: 270 - 276.

9. Белова Л.П. Социально-психологический тренинг как средство развития социальной активности личности. Москва, 2015. References

1. Anufriyuk K.Yu. Zaschitno-sovladayuschee povedenie i ego rol' v social'no-psihologicheskoj adaptacii vrachej obschej praktiki. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Seriya 12: Psihologiya. Sociologiya. Pedagogika. 2011; 4: 147 - 153.

2. Dunaj V.I. Osobennosti proyavleniya stressa u voennyh vrachej. Voennaya medicina: nauchno-prakticheskijrecenziruemyjzhurnal. 2012; 2: 44 - 47.

3. Bast E.I. Stressoustojchivost'kak faktor psihologicheskogo blagopoluchiya lichnosti vrachej-hirurgov. Sankt-Peterburg, 2014.

4. Anan'ev B.G. Chelovek kak predmet poznaniya. Izbrannye psihologicheskie trudy: V 2-h t. Sankt-Peterburg, 2017.

5. Bozhovich L.I. Problemy formirovaniya lichnosti: Izbrannye trudy. Pod redakciej D.I. Fel'dshtejna. Moskva: Voronezh, 2014.

6. Derbin P.A. Social'no-psihologicheskie tehnologii formirovaniya stresso-ustojchivosti u vrachej. Uspehi sovremennogo estestvoznaniya. 2016; 2.

7. Vodop'yanova N.E. Psihodiagnostika stressa. Sankt-Peterburg, 2012.

8. Koteneva A.V. Zaschitnye mehanizmy lichnosti i 'emocional'naya sfera. Vestnik Tambovskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye nauki. 2014; 11: 270 - 276.

9. Belova L.P. Social'no-psihologicheskij trening kak sredstvo razvitiya social'noj aktivnosti lichnosti. Moskva, 2015.

Статья поступила в редакцию 08.07.18

УДК 159.923

Kajgorodov B.V., Doctor of Sciences (Psychology), Professor, Astrakhan State University (Astrakhan, Russia),

E-mail: kai_bor@mail.ru

Eremitskaya I.A., Cand. of Sciences (Psychology), senior lecturer, Astrakhan State University (Astrakhan, Russia),

E-mail: irer@inbox.ru

COMFORT ZONE, DEVELOPMENT AND SELF-UNDERSTANDING. The article presents one of the self-understanding mechanisms - an exit from a comfortable state. The exit from a comfort zone creates pre-conditions for a person's self-understanding. In a comfort zone a person has no need for self-understanding. In this zone a person acts in the same way due to the fixed habitual behavioral and reaction patterns. In a comfort zone, on the one hand, a person feels habitual and comfortable, and on the other be feels bored. He doesn't feel freedom and ease, he has satiety of everyday routine, he isn't comfortable where everything is good, and there is a wish for something new. For most people everything new, as a rule, deals with a possibility of mistakes and failures. So it's very dreadful for a person to leave the comfort zone, as outside of this zone there is a zone of risk, experiences, tension and possible danger. The aspiration to overcome the fear and uncertainty, caused by the exit from the comfort zone, includes self-understanding as the aspiration to understand one's opportunities in the face of a new situation.

Key words: comfort zone, exit from comfort zone, need of self-understanding, task of self-understanding, understanding context.

Б.В. Кайгородов, д-р психол. наук, проф., ФГБОУ ВО «Астраханский государственный университет», г. Астрахань,

E-mail: kai_bor@mail.ru

И.А. Еремицкая, канд. психол. наук, доц., ФГБОУ ВО «(Астраханский государственный университет», г. Астрахань,

E-mail: irer@inbox.ru

ЗОНА КОМФОРТА, РАЗВИТИЕ И ПОНИМАНИЕ СЕБЯ

В статье рассматривается один из механизмов понимания себя - выход из комфортного состояния. Выход из зоны комфорта создает предпосылки для понимания себя человеком. В зоне комфорта человеку нет необходимости понимать себя. В этой зоне человек действует стереотипно за счет закрепленных привычных паттернов поведения и реагирования. В зоне комфорта человеку, с одной стороны, привычно и комфортно, а с другой - скучно. Он не ощущает свободы и легкости, у него присутствует пресыщенность обыденности, ему не комфортно там, где все хорошо, и хочется чего-то нового. Но все новое для большинства людей, как правило, связано с возможностью ошибок и неудач. Поэтому выйти из зоны комфорта человеку

бывает очень страшно, так как за пределами этой зоны находится зона риска, испытаний, напряжения и возможной опасности. Стремление преодолеть страх и неопределенность, вызванные выходом из зоны комфорта, «включает» понимание себя как стремление понять свои возможности перед новой ситуацией.

Ключевые слова: зона комфорта, выход из зоны комфорта, потребность в понимании себя, задача на понимание себя, контекст понимания.

В настоящее время понятие зоны комфорта становится предметом интереса как самого человека, так и людей, которые сопровождают его по долгу профессии. В современном мире человек все чаще сталкивается с ситуациями неопределенности, со стертыми, размытыми смысловыми ориентирами, которые требуют от него выхода из комфортного, стабильного состояния. Более того, сама стабильность претерпевает изменения, ведь чтобы быть в стабильности, надо постоянно находиться в движении.

Термин «зона комфорта» является достаточно известным и часто используемым в психологических практиках. Зона комфорта - это область жизненного пространства, дающая ощущение комфорта, уюта и безопасности [1]. При этом очень часто речь идёт не о внешних обстоятельствах, создающих человеку комфорт, а о внутренних рамках жизни, внутри которых человек ощущает комфорт и безопасность. Как правило, зона комфорта определяется привычными шаблонами поведения, тем, к чему человек привык. Она состоит из привычек, шаблонов мышления и стереотипов поведения человека, которые были отработаны ранее. Это тот устоявшийся мир человека, где все для него знакомо, стабильно и предсказуемо.

С одной стороны, такое поведение - благо для человека. В процессе своего развития он стремится к стандартизации своих действий и самой деятельности, что способствует формированию автоматизированных действий. Следовательно, стандартизация технологизирует процессы как составные части деятельности и дает место к появлению новых устремлений и желаний, так как раскрываются новые горизонты осознания действительности. С другой стороны, с каждым годом появляются все новые сферы, которые представляются или делаются человеком комфортными. Это является следствием нарастания неопределенности, низкой прогнозируемости будущего. Для того чтобы существовать в таких условиях, человек меняет полюс отношения к этим новшествам. Неопределенность, трудность бытия, негативизм, агрессия и агрессивность, страдания начинают рассматриваться многими людьми как комфортные состояния.

Интересной в связи с этим является точка зрения И.В. Ар-цимович, которая рассматривает страдание как зону комфорта [1]. Человек страдает, потому что он хочет страдать. В большинстве случаев страдание субъективно, объективных причин для страдания нет. И если зоной комфорта для человека является страдание, то он всегда найдет способ пострадать и будет целенаправленно искать зону комфорта, где присутствуют страдания.

В зоне комфорта человек понят для самого себя, ему нет необходимости «заглядывать» внутрь себя для проведения анализа, осмысления и понимания себя. Стремление человека понять себя приведет к тому, что вызовет у него беспокойство, сомнение в себе и т. д. В зоне комфорта человек действует стереотипно за счет закрепленных привычных паттернов поведения и реагирования. Другими словами, он «забывает» о себе и спокойно реализует себя в деятельности.

В зоне комфорта человеку, с одной стороны, привычно и комфортно, а с другой - скучно. Он не ощущает свободы и легкости, у него присутствует пресыщенность обыденности, ему не комфортно там, где все хорошо, и хочется чего-то нового (ощущений, эмоций, достижений, впечатлений и т. д.). Но все новое для большинства людей, как правило, связано с возможностью ошибок и неудач. Поэтому выйти из зоны комфорта человеку бывает очень страшно, так как за пределами этой зоны находится зона риска, испытаний, напряжения и возможной опасности. И гарантий, что там будет лучше, чем здесь, нет. Именно страх, как отмечает В.Р Ушакова, является сильным мотиватором в сохранении привычного комфортного состояния [2]. По мнению К. Хорни, «застревание» в зоне комфорта, отсутствие личностного роста и развития, неудовлетворение внутренних потребностей, конфликты между чувствами, логикой и действиями могут привести человека к личностному диссонансу и невротическим расстройствам [2].

Человек обращается к пониманию себя, когда попадает в ситуацию, которая «выбивает» его из комфортного состояния, или когда собственными волевыми усилиями он останавливает себя

в ходе постоянной стереотипной «гонки» по жизни. Поэтому рассматривать самопонимание вне конкретной ситуации бессмысленно. Любая ситуация создает контекст понимания. При этом контексты, как отмечает И.Т. Касавин, как картинки в калейдоскопе, меняют свои конфигурации в зависимости от точки зрения и сами становятся производными от текстов - культурных архетипов, задающих способы мышления, восприятия и переживания человека [3]. С одной стороны, контекст понимания определяется той ролью или статусом человека, которые реализуются в этой ситуации (учитель, друг, мать/отец и т. д.), с другой - степенью новизны данной ситуации.

Вслед за И.Т. Касавиным, ситуационный контекст мы будем рассматривать как набор конкретных условий, характеризующий ту или иную познавательную ситуацию [3]. Это пространственно-временные координаты чтения, письма, диалога, понимания, убеждения, объяснения, постановки задачи или проблемы и т.д. Каждый тип языковой коммуникации связан с особой познавательной ситуацией, и выявление этой связи также обнаруживает ее специфический характер.

Одним из первых психологов, осознавшим значение контекста в познании, был К. Бюлер, сформулировавший «теорию окрестности», или языкового окружения. Согласно этой теории, важнейшее и наиболее значимое окружение языкового знака представлено его контекстом; единичное являет себя в связи с другими себе подобными, и эта связь выступает в качестве окружения, наполненного динамикой и влиянием [3].

Сходную позицию отстаивал примерно в то же время Л.С. Выготский, который считал, что «...обогащение слова смыслом, который оно вбирает в себя из всего контекста, и составляет основной закон динамики значений. Слово вбирает в себя, впитывает из всего контекста, в который оно вплетено, интеллектуальные и аффективные содержания и начинает значить больше и меньше, чем содержится в его значении, когда мы его рассматриваем изолированно и вне контекста: больше - потому что круг его значений расширяется, приобретая еще целый ряд зон, наполненных новым содержанием; меньше - потому что абстрактное значение слова ограничивается и сужается тем, что слово означает только в данном контексте. ... В этом отношении смысл слова неисчерпаем. Слово приобретает свой смысл только во фразе, но сама фраза приобретает смысл только в контексте абзаца, абзац - в контексте книги, книга - в тексте всего творчества автора» [4, с. 531].

Понимание себя есть осмысление себя в контексте социальной ситуации. Человек первоначально пытается понять эту ситуацию (безопасна ли она, какие правила и ценности в ней культивируются, что за люди окружают его и т. д.) и только потом обращается к себе и проводит работу над пониманием себя. В этом случае происходит формирование нового знания о себе. Обратное также возможно: когда понимание себя способствует пониманию ситуации, но только тогда, когда выработан опыт понимания себя, накоплены знания о собственной личности. Другими словами, знания о себе проверяются практикой. Это способствует пониманию окружающих людей и мира через призму личностных характеристик. К таким характеристикам можно отнести широкий круг проявлений личности: направленность, установки, ценности, мотивы и т. д.

Человек сам вряд ли ставит перед собой задачу на понимание себя. Такую задачу ставит перед ним социум. Задача на понимание себя сводится к определению согласования между социумом и собственным «Я» человека. Конечно, можно понять себя или социум, но человек будет оторван от себя и от социума, если не будет стремиться понять себя в социуме. Субъект понимания выстраивает процесс понимания себя в социуме. Понимание себя вне социума, понимание ради понимания - повод к самокопанию и, как следствие, самобичевание. Понимание социума вне понимания себя предполагает отрыв, как от себя, так и от социума. Человек может хорошо разбираться в нормах морали общества, но без понимания себя в обществе он чаще всего не будет им следовать. Например, взрослый человек знает, что курить вредно, но при этом курит. Он понимает вред, нанесенный курением, понимает отрицательное отношение к этой привычке

со стороны общества, но продолжает курить. Он не пытается понять себя как курильщика в контексте общества. Он закрывается от этого тем, что считает себя слабым человеком или, наоборот, крутым.

Следовательно, понять себя вне контекста невозможно. Попытка понять себя как вещь в самой себе часто приводит к неудовлетворительному результату. Это превращается в гонку по пути самокопания и самобичевания. Постоянные размышления человека о самом себе вне социума приводят к стремлению сохранить комфортное состояние. Зачем человеку осуществлять действия в том или ином направлении, когда лучше сесть и сделать видимость занятости - «покопаться» в себе. Человек привыкает копаться в себе, но при этом не пытается изменить себя. Понять себя вне контекста - абстракция. Тоже происходит, если человек решает задачу на нахождение смысла своей жизни. Решая эту задачу, он рассматривает себя в контексте тех функций, которые он выполняет: функций родителя, супруга или супруги и т. д.

Активное взаимодействие человека с социумом увеличивает шанс выхода из зоны комфорта, что усиливает напряженность, актуализирует стремление что-то сделать и изменить и, следовательно, «включает» самопонимание, которое рассматривается нами как процесс когнитивного и эмоционального согласования продуктов самосознания и реальности [5; 6].

Как мы уже отметили выше, снижение или отсутствие комфорта воспроизводит потребность в понимании себя. Субъект понимания себя ставит перед собой следующие вопросы: «Что я могу сделать в этой ситуации и с этой ситуацией?», «Есть ли у меня возможности для выхода из этой ситуации?». Ставя эти вопросы, субъект активизирует себя на поиск ответов. Он становится деятельным. Он не только разбирается в себе, но стремится примерить выделенные в ходе понимания свойства своей личности и индивидуальности к контексту ситуации. Для этого ему надо знать условия и другие параметры ситуации, уметь их анализировать, соотносить свои свойства с этими параметрами и действовать. Например, человеку надо срочно попасть из пункта А в пункт Б. Он привык каждый день ездить на своем автомобиле. Но придя в гараж, он обнаруживает, что автомобиль не заводится. Тогда человек ставит перед собой задачу: «Как добраться

Библиографический список

до пункта Б?». Он ищет варианты решения задачи. Можно обратиться за помощью к другу, вызвать такси, а можно добраться на маршрутке. Все три варианта требуют понимания себя как друга, пользователя такси, пассажира маршрутки с целью расширения возможности эффективного и оптимизированного решения данной задачи. Решение данной задачи также будет зависеть от опыта обращения к этим вариантам. Если человек часто обращается за помощью к другу или пользуется услугами такси, то он также действует в ситуации, требующей решения «транспортной» задачи.

Есть убеждённость в том, что у человека схема понимания одна и не зависит от ситуации и личностных особенностей субъекта понимания. Она разворачивается следующим образом. Если есть потребность понять, значит, есть способы удовлетворения потребности с учетом контекста, в котором разворачивается ситуация. Умение выделять контекст является основой понимания себя в конкретной ситуации.

Процесс понимания - это многоаспектный акт. С одной стороны, социум устроен так, чтобы он был максимально понимаемым для субъекта деятельности. Если что-то нарушается, то это приводит к непониманию со всеми вытекающими последствиями. С другой стороны, сам человек должен быть понимаемым для социума. Только в этом случае понимаемый социум и понимаемый человек создают основу для продуктивного взаимодействия. Следовательно, если человек понимает самого себя, то он будет «легок» для понимания его окружающими людьми.

Таким образом, для понимания себя необходимы волевые усилия, которые актуализируются выходом человека из зоны комфортного состояния. Выход из зоны комфорта будет способствовать осознанию человеком собственных желаний, принятию их, выстраиванию эффективных контактов с окружающим миром, принятию в этом мире себя и ответственности за свою жизнь, дальнейшей реализации своего потенциала.

Развитие самопонимания идёт от понимания социума к пониманию самого себя. Обратное возможно только тогда, когда накоплен опыт понимания себя, благодаря которому человек разбирается в свойствах своей личности. Понимание себя зависит от контекста ситуации и тех задач, которые выполняет человек.

1. Арцимович И.В. К вопросу о страдании как свойстве человеческой ситуации или зоне комфорта. Психология и педагогика XXI века: теория, практика и перспективы: материалы IV Международной научно-практической конференции, 22 января, Чебоксары: Интерактив плюс, 2016: 405 - 408.

2. Ушакова В.Р Психологические детерминанты невротической личности. Ученые записки Крымского инженерно-педагогического университета. Серия: Педагогика. Психология. 2016; № 3 (5): 128 - 135.

3. Касавин И.Т. Текст. Дискурс. Контекст. Введение в социальную эпистемологию языка. Москва: Канон+, 2008.

4. Выготский Л.С. Мышление и речь. Москва: Директ-Медиа, 2014.

5. Кайгородов Б.В., Еремицкая И.А. Концептуальные основы психологии самопонимания. Мир науки, культуры, образования. 2012; 6 (37): 163 - 166.

6. Кайгородов Б.В., Еремицкая И.А. Самопонимание как процесс согласования человеком представлений о себе и окружающем мире. Вестник Челябинского государственного педагогического университета. 2014; 4:_80 - 88.

References

1. Arcimovich I.V. K voprosu o stradanii kak svojstve chelovecheskoj situacii ili zone komforta. Psihologiya i pedagogika XXI veka: teoriya, praktika i perspektivy: materialy IV Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii, 22 yanvarya, Cheboksary: Interaktiv plyus, 2016: 405 - 408.

2. Ushakova V.R. Psihologicheskie determinanty nevroticheskoj lichnosti. Uchenye zapiski Krymskogo inzhenerno-pedagogicheskogo universiteta. Seriya: Pedagogika. Psihologiya. 2016; № 3 (5): 128 - 135.

3. Kasavin I.T. Tekst. Diskurs. Kontekst. Vvedenie vsocial'nuyu 'epistemologiyuyazyka. Moskva: Kanon+, 2008.

4. Vygotskij L.S. Myshlenie irech'. Moskva: Direkt-Media, 2014.

5. Kajgorodov B.V., Eremickaya I.A. Konceptual'nye osnovy psihologii samoponimaniya. Mirnauki, kul'tury, obrazovaniya. 2012; 6 (37): 163 - 166.

6. Kajgorodov B.V., Eremickaya I.A. Samoponimanie kak process soglasovaniya chelovekom predstavlenij o sebe i okruzhayuschem mire. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. 2014; 4: 80 - 88.

Статья поступила в редакцию 16.07.18

УДК 159.922.2

Kozlova E.A., junior research associate, Institute of Physiology and Basic Medicine (Novosibirsk, Russia),

E-mail: kozlova_ea@physiol.ru

HOW ARE SOCIO-ECONOMIC CHARACTERISTICS LINKED TO THE CHILD'S WELL-BEING? The article examines the contribution of socio-economic characteristics to the child's well-being. Family structure and social-economic status, including parental education, occupation and income, are the key characteristics. The analysis of empirical researches leads to the conclusion that protective factors for child well-being are a high-level social-economic status and living with two biological parents; whereas risk factors are a low-level social-economic status, single-parent family and informal marriage. The issue of the mechanisms underlying these effects is still unresolved.

Key words: socio-economic characteristics, family, children, well-being.