О статусе диминутивов как этноконнотатов

УДК 811.11; 81:39; 81’367.622.22;81’373.23

РЕЗНИЧЕНКО Лариса Юрьевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры английского языка Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова, докторант кафедры английской филологии Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена. Автор 30 научных публикаций

О СТАТУСЕ ДИМИНУТИВОВ КАК ЭТНОКОННОТАТОВ

Статья посвящена исследованию этноконнотативного потенциала диминутивных дериватов. Этноконнотат в диминутивном деривате представляет многомерную структуру, вызывая в сознании носителя языка отнесенность к определенному культурному пространству лингвокультурной общности на основе образной составляющей и эмотивной оценочности, эксплицируемый диминутивностью.

Диминутив, этноконнотат, этноконнотации, лингвокультурный, эмотивный, экспрессивно-оценочный

Исследование диминутивности в когнитивно-прагматическом аспекте показало потенциальную возможность диминутивов выступать носителями определенной культурной специфики, что создало предпосылки для ее изучения в лингвокультурологическом ракурсе.

Различие в способах выражения и интенсивности экспликации семантики диминутивно-сти в различных языках дает возможность говорить о лингво-культурных особенностях рассматриваемой категории на каждой языковой почве, а ее развернутость в определенном языке свидетельствует о том, что эта категория обозначает приоритетный для данной лингво-культуры признак. Детализация фрагмента картины мира посредством диминутивности, соотнесенность с ценностной картиной мира линг-вокультуры позволяет возводить диминутив-ность в ранг специфической ментальности.

© Резниченко Л.Ю., 2011

Понятие «эмотивного индекса» этнической общности (этническая эмоциональность) может рассматриваться как национальный индекс культуры и черта национального характера. Эмотивный код, формируемый диминутивами в каждом языке, реализуется своим набором средств (от суффикса до словосочетания). Эмотивная коннотация в общем виде - это сопутствующие тому или иному звуковому комплексу или значению слова эмоции, благодаря которым оценка того, о чем (о ком) говорят, воспринимается как эмоциональное одобрение/ неодобрение (мелиорация\пейорация). Димину-тивы, благодаря своей амбивалентности могут выступать носителями как мелиоративных, так и пейоративных коннотаций.

Дифференцирующие и потенциальные семы, входящие в состав значения слова, уточняя ар-хисему, раскрывают и детализируют ее содер-

жание. Именно дифференциальные семы определяют индивидуальность слов. Семы, несущие эмоционально-оценочную информацию, - кон-нотативные элементы значения, отражают особенности представления о называемом предмете, фиксируя различные ассоциации, культурные традиции носителей языка. Дими-нутивы имеют возможность сигнализировать о наличии и специфике эмотивного индекса посредством дифференцирующих и потенциальных сем в структуре диминутива. Диминутивы, выступая в качестве трансляторов эмоций и представляя механизм косвенной оценочности, связаны с эмотивно-оценочными координатами, характерными для данной национально-культурной общности, поскольку как сами эмоции, так и их экспликация имеют национальную специфику. С одной стороны кластерность эмоций предопределена их природой, а значит, универсальна, с другой, объективация их определенного спектра (конкретный набор эмоциональных смыслов) в «диминутивном эмоциональном комплексе», может быть культурно обусловлена. Эмотивный код связан как с этнически-зна-чимыми, этнически выделяемыми эмоциями, так и особенностями их кодирования через национально-специфические образы-ассоциации (в данном случае речь идет о специфике восприятия малости). Таким образом, возможной представляется реализация диминутивов в эмо-тивной функции как этно-эмотивов, актуализу-ющих национальные эмотивные смыслы.

Доступ к ценностной картине мира обеспечивается путем исследования эмотивных концептов как составляющих концепта «димину-тивность» через анализ эмотивных коннотаций в структуре диминутива, имеющих статус культурных коннотаций. Национально-культурная коннотация представляет результат интерпретативной деятельности носителей языка, будучи соотнесенной с представлениями, эталонами, стереотипами, ценностями, отражающими менталитет народа.

Возникновение культурно маркированной коннотации связано, с одной стороны, с интерпретативной деятельностью человека, а с другой - с лингвокреативной деятельностью носи-

теля языка, которые имеют основание в соотнесении ассоциативно-образной составляющей для вторичной номинации в конкретном языке с культурно-значимыми и эмотивно окрашенными смыслами, ценностными ориентирами, единицами национальной культуры, эталонами, представлениями и стереотипами как выразителями менталитета данной лингво-культурной общности. Если принять коннотативность как способность языковой единицы к актуализации дополнительных смыслов вообще, в т.ч. и культурных, то представляется возможным рассматривать ее как свойства концепта культуры, вербализуемого культурно коннотатированной языковой единицей. Целый пласт диминутивной лексики каждого из исследуемых языков представляют диминутивы, образованные от основ во вторичных номинациях, что позволяет говорить о содержащемся в них определенном объеме культурно маркированного содержания. Они обладают ингерентной экспрессивностью (внутренне присущей данному слову как элементу языка), поскольку вторичная номинация экспрессивна по своей сути, а сочетание экспрессивно маркированной основы с экспрессивно маркированным суффиксом фиксирует ее. Этноконнотат в диминутивном деривате, - это многомерная структура, которая, с одной стороны, вызывает в сознании носителя языка отнесенность к определенному культурному пространству данной лингвокультурной общности на основе образной составляющей (содержит эмотивную оценочность, которая может запускаться механизмом оценки через малость/ди-минутивность). С другой стороны, экспрессивно-оценочный компонент, эксплицируемый ди-минутивностью может нанизываться, вступать во взаимодействие с образной составляющей, сливаясь в единстве этноконнотативного компонента. Диминутивная этноконнотация - специфический тип культурной коннотации, в структуру которой входит этноконнотат (ЭК), связанный с диминутивными эмотивно-оценочными и экспрессивными смыслами.

Маркирование знаков культуры осуществляется с помощью различных признаков-специфи-каторов. Согласно модели Х. Леффлера1 внут-

ри языка можно выделить такие пласты, как диалекты, функциолекты (как разновидности функционального стиля), медиолекты, идеолек-ты, ситуалекты (тип взаимодействия / интеракции), секслекты, языки разных возрастных групп и социолекты. Каждый из названных типов потенциально может выступать в качестве признака-спецификатора и маркера культурной коннотации, поскольку содержит информацию: 1) о социальной принадлежности денотата: социально-маркированный/субкультурный/гендер-ный/возрастной и др., 2) о ролевой структуре (коммуникативно-ситуативный фактор, актуали-зуемый стилистически маркированными пометами: бран., груб., неодобр., презр., пренебр., разг., фам., шутливо, фам. пренебр, разг. шутл., ироничн. и др., 3) о регистровой характеристике (сниженная, возвышенная, нейтральная). Кластерность эмоций частично отражена в кластерности стилистических словарных помет (например, фам.-пренебр-иронич., шутл.-ласкат.). К названным маркерам также следует добавить пространственно-временной маркер, актуализируемый как часть единого пространственно-временного континуума. Последний может иметь и раздельную актуализацию: в качестве временного маркера (временного признака классификатора), фиксирующего время историческое и пространственного маркера (территориально-про-странстенного маркера), как пространственный ориентир, связанный с географической/ареальной принадлежностью - общенациональное/ региональное, диалектное. В терминологии О.И. Быковой2 указанные маркеры именуются как локус и темпус.

От поочередной или совокупной актуализации признаков-спецификаторов зависит тип и ньюансировка оценки в диминутиве как этноэ-мотиве. Соответственно, анализ этнокультурной специфики диминутивных дериватов производится с учетом вышеуказанных маркеров.

Большую часть в диминутивной картине мира занимает фрагмент, связанный с димину-тивами антропонимов. Рассмотрим их этнокон-нотативную специфику на материале английского и немецкого языков. Диминутивы и усечен-

ные формы мужских и женских имен (с семантикой диминутивности), представляют аппеля-тивы, восходящие к именам, прототипами которых могут являться конкретные исторические личности или типичные представители этноса. Закрепленность определенных личностных качеств в языковом сознании происходит на основе внутренней мотивированности. Определенные имена собственные каждой лингвокультурной общности связаны со стереотипным представлением о совокупности черт людей, ассоциируемых с этими именами, и помимо лингвистической природы, имеют экстралингви-стическую природу, исследуемую, в частности, в мистическом разделе антропонимики. Процесс перехода частотных для данной лингво-культуры имен собственных в разряд апелляти-вов сопровождается их наполнением дополнительным культурным смыслом. Образная составляющая, кодируемая именами собственными во вторичной номинации, представляет ономастический код культуры. Кон-нотативный компонент таких производных имеет различные проявления: с опорой на ассоциации, в основе которых лежат традиционные, социально и исторически обусловленные осмысления национально-специфических реалий, представлений, присущих только носителям данного языка, национально-литературных ассоциаций, прецедентных феноменов данной лин-гвокультуры, культурных концептов. С другой стороны, с опорой на ассоциации литературного происхождения, связанные с общекультурными реалиями, как единицами мирового культурного наследия. Относительно прецедентных имен следует добавить, что имена всех известных личностей данной лингвокультуры потенциально прецеденты, являясь показателем принадлежности к эпохе и культуре. Помимо этого существует определенный набор аппелятивов, отражающих представления этноса о национальных стереотипах характера, свойствах личности, которые оказываются закрепленной ассоциацией в данной лингвокультуре. Некоторые из них маркируют принадлежность к этносу и имеют признаки этнорефлексии (этнокультурные коннотации имен Hans, Fritz, Jack, Tom и

т.д.). Некоторые из них пополняют список неофициальных этнонимов: Paddy; Micky; Taffy; Limey и т.д.

Сразу двум этноконнотатированным диминутивным номинациям обязан викторианский Лондон, в котором лишь немногие улицы освещались газом, на них стояли редкие масляные фонари, и поздних прохожих провожали домой наемные факельщики, а за порядком на улице следили «бобби» и «чарли». Номинации Bobby и Charli - соответственно диминутивы от имен Robert и Charles. В К1 (коннотате) Bobby означает полицейский (гендерно амбивалентная номинация). Этноконнотат маркирован временным признаком-спецификатором (1844), территориально-пространственным (Лондон), а также признаком прецедентности имени -Bobby < сэр Robert Peel, который ввел лондонскую организацию полицейских «London policeman». В К1 Charli - ночные сторожа. Этноконнотат маркирован временным спецификатором - 1693 год, пространственнотерриториальным - Лондон. В 1693 году был проведен закон Лондонского городского совета, который предусматривал, что с заката до восхода в Сити должны дежурить более 1 тыс. стражников городовой стражи. Этноконнотат также маркирован признаком прецедентнос-ти имени (номинация восходит к имени короля Карла II, в царствование которого появились «чарли»). Диминутивная семема добавляет экспрессивность и оценочность образной составляющей и служит интерпретантой изначально позитивного отношения (мелиоративная оценка) жителей города к своим согражданам, обеспечивающим безопасность. Получение доступа к дальнейшим коннотативным наслоениям требует информации, которая не всегда лежит на поверхности, для ее извлечения необходимо обращение к лингвокультурным текстам. Пародийная реклама 1821 года отражает представление о «чарли» в глазах сограждан и свидетельствует о появлении пейоративной коннотации и смене полюса аксиологической оценки: «Требуются сто тысяч человек для лондонских стражников. Не надо претендовать на эту доходную должность, если вам не ше-

стьдесят, семьдесят, восемьдесят или девяносто лет, если вы не слепы на один глаз и не видите плохо другим, если вы не хромы на одну или на обе ноги, если вы не глухи как столб, если астматический кашель не рвет вас на куски, если ваша скорость не сравнима со скоростью улитки, а сила рук не мала настолько, что не позволяет арестовать даже старуху-прачку, возвращающуюся после тяжелого трудового дня у лохани для стирки». Возможно, момент перехода коннотативного элемента из мелиоративного в пейоративный закрепляется в языковом сознании, обобщается и фиксируется в номинации Charlie в значении дурак, маркируемого признаком регистра (неформально) и этнорефе-ренциальным признаком.

На фоне динамики коннотаций диминутивный компонент выступает ведущим, представляя оценочность широкого спектра: от позитивной до негативной (добавляя оттенок иронии, скользящей по шкале пейорации от слабо негативного до сильно негативного благодаря амбивалентности, - возможности одной и той же формы выражать противоположенные значения). Следовательно, диминутивность играет важную роль в актуализации коннотативного элемента значения, в т.ч. и этноконнотатиро-ванного.

Номинация Tommy < Tom от усеченной формы британского национального имени Thomas > Tom во вторичной номинации имеет значение - дурак. Этноконнотат маркирован временным спецификатором (1829), ролевым спецификатором (пейоративно), а также маркирован признаком этнореференциаль-ности. Диминутивная семема смягчает пейо-рацию. В коннотате Tommy в значении британский солдат ЭК маркирован временным спецификатором (начиная с 1884, особенно в период Первой мировой войны, а потом и во время Второй мировой войны). Подтверждением может служить часто употребляемое немцами при захвате британских солдат выражение: «for you Tommy, the War is over!» («для тебя, Томми, война окончена»); признаком прецедентности (с именем собирательного бри-

танского национального образа Thomas Atkins), является показателем принадлежности к культуре на протяжении нескольких эпох. ЭК маркирован признаком этноэмотивности - сложившегося шутливо-ласкательного отношения сограждан к своим солдатам (актуализуется за счет диминутивности).

В немецком языке в модель образования диминутивных номинаций лица включаются основы, также образованные от национальных имен собственных: -hans, -fritze (Fritz, Hans -фриц, ганс), -maxe, -michel, -peter, -liese и т.д. Некоторые из них используются в функции эт-нореференции для обозначения стереотипных представителей этноса, попутно маркируя социальный статус. Наибольшее количество коннотаций дает имя Hans: Hans Guckindieluft -разиня, die großen Hansen - важные особы, Hans Hasenfuß - трусишка, Hans im GlUck -счастливчик, Hans Liederlich - безалаберный человек, неряха, Hans Taps - медведь, недотёпа. Об этом также свидетельствуют вовлеченность имени в ФЕ: Blanker Hans - белопенный Ганс (Северное море во время шторма). Среди наиболее частотных значений аппелятива Hans - глупец, дурак, увалень (ich will Hans heiß en, wenn - назови меня дураком, если...). В этом значении часто смешивается с Heinz > Heini -дурак, номинации, дающей много этнокультурных коннотаций lahmer Heini - мямля и т.д.

Вовлеченность имени в номинативный процесс свидетельствует об отождествлении имени в этническом сознании со средним представителем этноса. Коннтат Hänschen имеет значение черт. ЭК маркирован признаками спецификаторами: региолект (диалектное), ролевым призна-ком-спецификатором (шутливо-фамильярное), которое актуализуется диминутивной семемой. ЭК возможно образован по ассоциации с народными представлениями о возможности черта облекаться в любого среднего обывателя, отождествляемого с именем Hans.

Целый ряд диминутивов-аппелятивов среди прочих маркеров имеют выраженный социальный маркер. Восходя к мужским и женским именам собственным, аппелятивы соответственно маркируют гендерный индекс. Статус-

маркированные аппелятивы как в женских, так и в мужских номинациях связаны с экспликацией пейоративных коннотаций, фиксируют низкий социальный статус: Jokel / Jackel — мужик, деревенщина, дурак (маркировано признаком региолект (диалектное)); Stoffel < Christoph -«деревня»; неотесанный, невежа; Schani < Johann - официант, младший служащий бара, кафе, подручный рабочий, мальчик на побегушках (маркирован территориальным признаком -Австрия); Heinzelmannchen - студент, зарабатывающий себе на жизнь, также ученик начальных классов. Имя Matthias дает два производных с различным типом оценки и противоположенной коннотацией: Hiesel - деревенщина < Hias < Matthias (утилитарно-прагматическая оценка) и Matz < Matthias - симпатичный мальчик, молодой человек, малыш; дурак (представлен смешанный тип оценки: эстетическая/утилитарно-прагматическая). Следует отметить, что в женских номинациях практически любая оценка преломляется через эстетическую оценку - оценку внешности, к которой примешивается возрастной индекс: Trutschel < Gertruda -старая дева, толстуха; Tussi < Thusnelda (недалекая женщина) молодая женщина, сладенькая/ глупенькая, «деваха», «телка».

Имя Elizabeth входит в список типичных немецких женских имен, употребляющихся во вторичной номинации, а следовательно, имеющих возможность транслировать этноконнота-цию. Об этом свидетельствует коннотативный диапазон различных производных имени: конно-тат Else - глупая женщина («дура деревенская»), некрасивая девушка, Lieschen - типичный немецкий обыватель женского пола. ЭК маркирован временным и территориальным признаками-спецификаторами (Германия, XIX век).

Stina (от Christine) - глупая, неловкая женщина; ЭК маркирован признаками-специ-фикаторами (Германия, XX век). Семантика женской глупости также реализуется диминутивной номинацией Lorchen - глупая девушка. ЭК маркирован признаком пейорации, дополнительная коннотация актуализуются благодаря ассоциации с опереттой Р. Штольца

Поздеева Н.С. Место концепта «одиночество» в русской языковой картине мира

«Прекрасная Лорхен» («Schon Lorchen») и маркирована признаком мелиоративной утилитарно-прагматической оценки, временным при-знаком-спецификатором (3 марта 1903 года) и пространственно-территориальным спецификатором (Зальцбург, Австрия). Семантика невинности и наивности актуализуется номинацией Gretchen - по ассоциации с героиней «Фауста» Гете, сопровождается маркерами прецедент-ности, временной и пространственной соотнесенности (Германия, 1840). Эмотивные коннотации любви, нежности, ласки актуали-зуются в ласкательной номинации Annchen, имеющей национально-культурную коннотацию, маркированную спецификатором этноэмо-тивности (мелиоративная оценка), восходит к имени героини народной песенки «Annchen von Tharau» («Аннсхен из Тарау»). В основе создания стихотворения, написанного в 1637 году Симоном Дахом (Simon Dach), ставшего черз 100 лет (в переложении Гердера на литературный немецкий язык) основой для до ныне популярной народной песни, лежат реальные события, происходившие в деревне Tharau. Вся песня пронизана любовью, нежностью, лаской, реализуемой диминутивами: Du bist mein Taubchen, mein Schäfchen, mein Huhn. Поэтому этноэмотив Annchen сливается в этноконнота-те со значением любимый, близкий, дорогой. Дополнительные коннотации могут быть связаны с одноименным фильмом (и маркированы временным и территориальным признаком спецификатором (Германия, 1935), а также названием ресторана в Берлине на улице Rolandufer, 6.

Подводя итог, следует сказать, что димину-тивы, маркированные этноконнотацией, представляют элементы речевой деятельности лин-гво-культурной общности, которые на общих

основаниях, как все этноконнотатированные единицы, являют собой особую форму репрезентации знаний, стереотипов, представлений данной этнокультуры. Этноконнотации как отражение культурных и исторических смыслов лингвокультурной общности в диминутивном деривате являются показателем специфической ментальности, преломленной через диминутив-ность как эмотивную и экспрессивно-оценочную константу данной лингвокультурной общности. Диминутивы с этноконнотативным элементом в структуре могут обозначать культурные реалии (Fähnlein, Bobby, Charlie), другие могут содержать этот элемент в структуре значения и маркировать этноконнотативное содержание, т.е. проявлять этноконнотативность опосредованно. И этот факт не зависит от способа образования диминутива. Таким образом, статус диминутива как этноконнотата определяется двумя показателями: 1) наличие образной составляющей и 2) взаимодействие диминутивных коннотативных семем с этноконнота-тивными элементами производящей основы. Специфика диминутивов как этноконнотатов заключается в сложном переплетении сем эт-ноконнотаированной номинативной единицы, имеющей этнокультурное своеобразие, и национально-специфической экспликацией диминутивной семантики в соответствии со спецификой и законами данной лингвокультуры. Кодирование этнокультурных смыслов в диминутиве, имеющем статус этноконнотата, происходит на уровне когнитивных процессов. Диминутив-этнокон-нотат содержит скрытые этнокультурные смыслы, имплицитные по способу выражения (не всегда лежащие на поверхности даже для представителя конкретной лингвокультуры), поиск которых требует специального подхода в исследовании.

Примечания

1 LofflerH. Germanistische Soziolinguistik. Berlin, 1985. С. 86.

2 Быкова О.И. Этноконнотация как вид культурной коннотации. Воронеж, 2005.

Reznichenko Larissa

ON THE STATUS OF DIMINUTIVES AS ETHNO-CONNOTATIONS

The article is devoted to studying ethno-connotative potential of diminutive derivatives. Ethno-connotative element in the diminutive represents multivariate structure causing in the consciousness of the native speaker reference to a certain cultural space of the lingo-cultural community on the basis of the figurative component and emotive evaluation expressed by diminutiveness.

Контактная информация: e-mail: seagull888@yandex.ru

Рецензент - Елепова М.Ю, доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой литературы Поморского государственно университета имени М.В. Ломоносова