Спонтанный монолог: синтаксические характеристики текста и уровень речевой культуры говорящего

Сер. 9. Вып. 1.4.1 2007

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

ЯЗЫКОЗНАНИЕ

Н.В. Богданова, И. С. Бродт

СПОНТАННЫЙ МОНОЛОГ: СИНТАКСИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ТЕКСТА И УРОВЕНЬ РЕЧЕВОЙ КУЛЬТУРЫ ГОВОРЯЩЕГО

Существование синтаксических (так же как, вероятно, и многих других, связанных с различными уровнями анализа текста) коррелятов дифференциации уровней речевой культуры (УРК) говорящего установлено уже достаточно давно. Были, в частности, выделены сами эти признаки1, осуществлена их экспериментальная проверка, подтвердившая в ряде случаев диагностичность этих признаков для определения УРК2, выработана своего рода перспективная программа дальнейших исследований, целью которых должна стать дополнительная проверка действенности выделенных признаков3, и даже опубликованы первые результаты исследований в этом направлении4. В настоящей статье представлены более подробные данные, связанные с одним из аспектов такой дополнительной проверки, - результаты исследования корреляции ряда синтаксических признаков спонтанной речи (CP) с типом монолога (лингвистический план5), с одной стороны, и уровнем речевой культуры говорящего (социолингвистический план) - с другой.

Материалом для исследования послужили 150 устных бытовых рассказов-монологов разного типа, записанных от 30 информантов, представляющих собой весьма однородную в социальном отношении группу: это медицинские работники, женщины одной (средней) возрастной категории (30-49 лет), коренные и постоянные жители Санкт-Петербурга. Единственное, что их разводит, это как раз уровень речевой культуры. Выделение данного параметра в качестве единственного различителя социальной принадлежности информантов может, как представляется, «очистить» искомую корреляцию от всех других влияний (со стороны таких характеристик говорящих, как пол, возраст, место рождения и наиболее длительного проживания и т. п.)6.

Анализируемые тексты были получены от трех групп информантов, по 10 человек в каждой. Это: 1) врачи-преподаватели (предположительно высокий уровень речевой культуры - ВРК); 2) практикующие врачи (предположительно средний уровень - СРК); 3) медсестры (предположительно низкий уровень - HPK).

Основными критериями такого разделения на группы явились следующие социальные признаки говорящих: уровень их образования (высшее или среднее специальное), социальный статус и профессиональное или непрофессиональное отношение к речи (фактически - наличие опыта публичных выступлений).

Под типом устного бытового (в отличие от научного или публицистического) монолога в данном случае понимается разновидность звучащего текста той или иной степени спонтанности и мотивированности7. Мотивированность8 - это зависимость лингвисти-

© Н.В. Богданова, И.С. Бродт, 2006

ческих характеристик вторичного (порожденного) текста от характеристик некоторого первичного, ставшего причиной его появления, давшего языковой материал для порождения нового текста. Таким материалом может стать либо другой текст (предтекст), предназначенный для прочтения или пересказа, либо какое-то изображение, зрительный ряд, подлежащий описанию (визуальный стимул, текст в широком понимании), либо вопрос исследователя, обращенный к говорящему и задающий тему свободного монолога. На этом фоне спонтанность может рассматриваться как степень импровизации говорящего в процессе порождения речи, степень его свободы в выборе языковых средств и соответственно свободы вторичного текста от характеристик первичного. Соотношение мотивированности и спонтанности оказывает влияние на все лингвистические признаки спонтанного текста и является обратно пропорциональным: максимум мотивированности дает минимум спонтанности (ср. неподготовленное чтение), снижение мотивированности приводит к возрастанию степени спонтанности речевого произведения, вплоть до ее максимальных показателей в свободном рассказе на заданную тему.

В настоящей статье были исследованы три типа устных монологов: 1) пересказы двух прочитанных текстов - сюжетного, гипотетически более простого для повторения (фрагмент из рассказа К. Паустовского «Кот-ворюга»), и несюжетного, гипотетически более сложного для пересказа (фрагмент из повести того же автора «Мещорская сторона» - «Несколько слов о приметах»); 2) описания двух рисунков - также сюжетного (рассказ в картинках X. Бидструпа «Здоровый отдых») и несюжетного (репродукция с картины И. Шишкина «Старые липы») и 3) рассказ на заданную тему - развернутый ответ на вопрос исследователя о том, как информант проводит свободное время.

Во всех случаях анализировалась синтаксическая структура спонтанных текстов. Конкретной проверке подверглись следующие основные признаки, способные диагностировать УРК: степень членимости монолога на единицы, соотносимые с традиционным предложением, общий объем текстов в таких единицах и длина «предложений» в словах.

Необходимость получения материала для анализа (собственно «предложений») потребовала проведения специального лингвистического эксперимента по пунктирова-нию: каждый из полученных 150 текстов был расшифрован (расписан в орфографическом виде без интонационной разметки и знаков препинания) и предъявлен группе экспертов, включавшей 20 человек, с заданием расставить точки. Опираться при этом испытуемые могли только на синтаксическую структуру монолога, на связи между словами и предикативными центрами, насколько они явствуют из такого представления материала. Привлечение к эксперименту 20 испытуемых-филологов обеспечило относительную статистическую достоверность полученных результатов. За истинную границу «предложений» была принята точка, поставленная не менее чем 60% экспертов (совпадение в данном месте 12 и более точек из 20).

Такая методика уже довольно длительное время применяется в исследованиях спонтанных монологов9. Надо сказать, что использование этой методики выявило целый ряд вопросов, потребовавших своего решения. Так, особую сложность в рассматриваемом плане представляют ситуации, когда граница «предложений» маркирована каким-то словом, типа вот, ну вот и под., не несущим смысловой нагрузки и заполняющим, по сути, паузу хезитации10:

ну вот (б)" ну значит приметы (15) приметы (4) это дым (3) когда он стелется (б) когда это он поднимается (3) и когда это самое (9) ну вот (11) потом (2) значит примета (4) э-э значит (1) э-э роса (12) если роса затяжная это к ненастью (16) и (1) значит примета (2) м-м (1) это самое (1) горизонт (15) если горизонт (1) ну как бы в общем так это (1) сжимается то кхоро-

шей погоде

какое-то (1) вот чудо (3) даже можно сказать (2) когда первый раз видишь белый гриб (4) все трясется внутри (11) вот (1) что-то кажется (1) ах-ха вот ах (1) какое-то благоговение потому что деревянный мостик (1) тропинка ведущая к землянке (10) вот (7) ну видно что это давно уже покинуто людьми

Эксперты хорошо чувствуют эту границу и, как правило, отмечают ее точкой, но по-разному. Здесь возможны три варианта: 1) точка после вот (оно оказывается последним в выделенном «предложении»); 2) точка перед вот (оно «открывает» новое «предложение») и 3) две точки вокруг вот (оно выделяется в самостоятельную синтаксическую единицу). Испытуемые могут с одинаковой вероятностью выбрать любой из этих трех вариантов, но при этом может получиться, что ни одна точка в совокупности (по сумме ответов всех 20 экспертов) не встретится 12 раз (последний из указанных вариантов: см. примеры; соответствующие места выделены жирным шрифтом). Иными словами, очевидная граница «предложений», в соответствии с условиями эксперимента, остается необозначенной. По-видимому, разумным решением в такой ситуации было бы признание самого слова вот границей «предложений», независимо от места точек возле него, с учетом только общего их количества. Правда, такое решение уничтожает значительный массив однословных нечленимых предложений, к которым можно было бы отнести «предложение» вот и которые в принципе свойственны устной речи, поэтому в данной статье предпочтение отдано строго формальному признаку наличия или отсутствия точки в каждой конкретной позиции. К тому же подобные ситуации, как показало исследование, встречаются не слишком часто.

Первым из синтаксических признаков, подвергшихся проверке, была степень чле-ннмости спонтанных монологов на «предложения». Диагностичность этого признака для дифференциации УРК говорящих была установлена ранее с достаточной степенью убедительности: с повышением УРК ощутимо увеличивается количество совпадений в пункти-ровании и сокращается средний разброс (разница между максимальным и минимальным количествами «предложений» в текстах) в ответах экспертов12. Иными словами, высокому УРК соответствует большая легкость членения монолога, а низкому уровню - затрудненность такого членения (при том что общая затрудненность членения неподготовленного текста на «предложения» в принципе отличает спонтанную речь от подготовленной). Тексты СРК занимают в этом отношении ожидаемое среднее положение. В настоящем исследовании для каждого из 150 текстов, с учетом типа монолога и УРК говорящего, был получен показатель (в %) отношения общего количества точек в тексте к количеству точек, признанных неслучайными13 (см. табл. 1).

„ Таблица 1

Показатели сложности членения монологов разного типа

Тип мпнпттпгя Уровень речевой культуры информантов

ВРК СРК HPK

Пересказ Сюжетный текст Несюжетный текст 90,8 89,7 88,6 84,0 84,2 81,1

Всего 90,2 86,3 82,6

Сюжетное изображение 86,6 83,3 79,3

Описание рисунка Несюжетное изображение 84,7 83,8 72,7

Всего 85,7 83,6 76,0

Свободный монолог 77,4 76,8 74,8

Из табл. 1 видно, что данный показатель одинаково хорошо коррелирует и с уровнем речевой культуры информанта, и с типом монолога: более легкое членение (т. е. более высокий показатель) маркирует не только тексты высокого УРК, но и монологи-пересказы как наиболее мотивированные предтекстом и наименее спонтанные в нашем материале (ср. цифры в таблице, выделенные жирным шрифтом).

В такой же степени маркированными в рассматриваемом отношении оказались и все сюжетные монологи (пересказы сюжетного текста и описания сюжетного изображения): показатель легкости членения для них выше, чем для соответствующих несюжетных монологов (см. табл. 1). Тот факт, что степень членимости на «предложения» описаний несюжетного изображения у информантов со средним УРК оказалась несколько выше (83,8%), чем в их же сюжетных описаниях (83,3%), можно отнести к артефактам, не влияющим на общую закономерность. Не исключено, что расширение круга материала или круга информантов позволит прояснить данную особенность. В целом можно считать, что в этой части исследования все же получил оправдание изначальный подбор предтекстов с учетом данного параметра - сюжетность/несюжетность первичного текста или изображения, предназначенного для описания.

Вывод о существовании корреляции между уровнем речевой культуры говорящего и легкостью или затрудненностью членения его речи на отдельные «предложения» получил дополнительное подтверждение с неожиданной стороны, на чем в рамках данной статьи хочется остановиться особо.

В американской лингвистике начиная с 20-х годов XX столетия предпринимались попытки выработать критерии оценки степени легкости (удобочитаемости) письменных текстов с целью дать рекомендации, как взрослому человеку научиться писать ясно и понятно. Один из таких подходов14 основывался на измерении длины предложения в словах и длины слова в слогах. Главный представитель этого направления - Рудольф Флеш (Rudolf Flesch) - предложил в качестве перспективного метода использование сложной формулы - индекса легкости чтения (Flesch Reading Ease). Чем выше значение показателя, полученного по этой формуле, тем легче воспринимается текст и тем большему числу читателей он будет понятен15. Формула достаточно сложна и включает несколько последовательных шагов выведения конечного результата. Это: 1) средняя длина предложений в словах х 1,015; 2) средняя длина слова в слогах х 84,6; 3) сумма этих двух результатов; 4) разность числа 206,835 и полученной суммы.

Результатом этих вычислений и является степень удобочитаемости текста, измеряемая в единицах от 0 до 100. «0» - это показатель нечитаемости; «100» - показатель очень простого текста. Показатель «60» свидетельствует о том, что перед нами ясный и понятный текст на английском языке, в котором каждое предложение содержит примерно 20 слов, а каждое слово - примерно 1,3 слога. В качестве рекомендации для рядового потребителя (consumer) и юриста (lawyer) предлагается показатель «80» по этой формуле - 15 слов в предложении и 1,3 слога в слове. По мнению автора, который работал над этой формулой много лет, она основана на очень сложных фактах человеческой психологии и на том механизме, который использует в процессе чтения человеческий ум16, что и обеспечивает ее действенность.

Несмотря на то, что эта формула была выведена для английского языка в его письменной форме, она в несколько переработанном и адаптированном к русскому языку виде была использована создателями модуля грамматической коррекции русского текста для программы Microsoft Word - как индекс Флеша-Киндсайда для проверки легкости (понятности) письменного текста. Применение этого индекса к материалу

нашего исследования дало достаточно интересные результаты: «проиндексированные» тексты идеально разошлись по тем самым трем группам, которые были изначально выделены на основе УРК говорящих. Такое совпадение вполне объяснимо.

Чтение и аудирование текста - процессы в достаточной степени различные. Но разница между ними находится на уровне психо- и экстралингвистики, а одна из главных составляющих этих процессов - восприятие текста (написанного или звучащего), получение из него информации. На первый план в обоих случаях выступают чисто лингвистические проблемы: фонетика, лексика, синтаксис текста. Последние две присутствуют как в случае чтения текста, так и в случае его восприятия на слух (аудирования). Поскольку в исследовании синтаксических особенностей устной монологической речи обработке подвергались тексты, получившие вид письменных, то попытка проверить уровень легкости их чтения с помощью индекса Флеша-Киндсайда не выглядит противоречивой. Результаты такой проверки представлены в табл. 2 и 3.

Таблица 2

Показатели удобочитаемости спонтанного текста

Уровень речевой культуры информантов Общий показатель по всем типам монологов Тип монолога

Пересказ Описание рисунка Свободный монолог

сюжетный текст несюжетный текст сюжетное изображение несюжетное изображение

ВРК 5,9 3,5 6,1 6,4 6,5 7,1

СРК 5,3 2,9 6,4 4,8 6,8 5,5

НРК 3,2 1,9 3,4 3,2 3,8 3,9

Данные табл. 2 демонстрируют последовательное снижение уровня образования, необходимого для успешного восприятия текста: от 5,9 до 3,2 (см. графу с общими показателями). Это происходит как в целом по группам информантов, так и отдельно по типам монологов. Некоторый сбой в цифрах наблюдается только в несюжетных текстах (пересказах и описаниях рисунков): для информантов со средним УРК этот показатель -более высокий, чем для информантов с ВРК (6,4 - 6,1 в пересказах и 6,8 - 6,5 в описаниях). Можно предположить, во-первых, что эта разница не слишком существенна на общем фоне, а во-вторых, расширение круга материала или круга информантов, как и в предыдущем случае (см. выше), может, по всей видимости, уточнить полученные результаты.

Таблица 3

Показатели удобочитаемости спонтанного текста

Уровень речевой культуры информантов Общий показатель по всем типам монологов Тип монолога

Пересказ Всего по пересказам Описание рисунка Всего по описаниям Свободный монолог

сюжетный текст несюжетный текст сюжетное изображение несюжетное изображение

ВРК 81,1 89,3 79,8 84,6 79,2 80,8 80,0 76,2

СРК 82,8 90,9 77,5 84,2 85,1 79,9 82,5 80,5

НРК 92,6 96,2 91,1 93,7 92,7 90,6 81,7 92,4

Из табл. 3 видно, что индекс «легкости чтения» текста тем выше, чем больше данный текст мотивирован и менее спонтанен (ср. цифры, выделенные жирным шрифтом: они последовательно повышаются при переходе от свободного монолога к пересказу). Кроме того, тексты информантов с низким УРК являются более легкими для чтения, чем тексты в группе среднего и высокого УРК (см. графу с общим показателем). Более легкими для чтения оказались, за единственным исключением (см. показатели данного индекса для текстов-описаний на ВРК), и все сюжетные тексты по сравнению с несюжетными, что еще раз оправдывает предпринятое разделение материала.

Подводя итог данному этапу исследования, можно сказать, что наиболее легкими для членения на «предложения» и наиболее удобочитаемыми являются минимально спонтанные сюжетные монологи, порожденные информантами с низким уровнем речевой культуры.

Поиск показателей «легкости чтения» и легкости членения на «предложения» спонтанных монологов с неизбежностью вынуждает обратиться к наиболее значимому в рассматриваемом плане синтаксическому признаку, способному диагностировать УРК говорящего, - средней длине «предложений» в словах. Этот признак также был подвергнут дополнительной проверке на нашем материале. Полученные результаты представлены в табл. 4.

Таблица 4

Средняя длина «предложений» в словах в монологах разного типа в соотношении с УРК говорящих, %

Тип монолога Уровень речевой культуры информантов

HPK СРК ВРК

Пересказ Сюжетный текст Несюжетный текст Всего 11,5 13,5 12,4 13,1 17,4 14,6 13,6 16,9 14,8

Описание рисунка Сюжетное изображение Несюжетное изображение Всего 11,5 13,0 12,2 14.0 15.1 14,5 16,2 17,1 16,6

Свободный монолог 15,9 19,6 20,1

По всем текстам 13,2 15,7 16,8

Из табл. 4 следует, что данный признак очень убедительно коррелирует с уровнем речевой культуры информантов: чем выше УРК, тем длиннее «предложения» в речевом произведении. В текстах информантов с низким УРК насчитывается в среднем 13,2 слова на «предложение»; в СРК - 15,7, в ВРК - 16,8. Это вполне соответствует и ожиданиям, и данным, полученным ранее17. Тот факт, что длина «предложений» в пересказах несюжетного текста в группе информантов со средним УРК (17,4) оказалась несколько выше, чем у информантов с высоким уровнем (16,9), можно попытаться объяснить следующим образом. Еще первые наблюдения над спонтанным материалом в связи с социальными характеристиками говорящих привели к выводу, что синтаксические признаки позволяют «достаточно отчетливо дифференцировать тексты по крайней мере полярных групп - HPK и ВРК. СРК в ряде случае занимает промежуточное между полярными группами положение, в ряде же случаев отчетливому выделению на основе предложенных признаков не поддается»18. По-видимому, образование (высшее или среднее) следует признать наиболее значимой составляющей уровня речевой культуры говорящего. В соответствии с исходными установками настоящего исследования (см. выше) уровень образования у информантов со средним и высоким УРК был практически одинаков, что и

обусловило более четкое различие между их общими синтаксическими характеристиками, с одной стороны, и характеристиками текстов HPK - с другой.

Однако при такой выраженной зависимости длины «предложений» в текстах от уровня речевой культуры информантов на нашем материале не удалось обнаружить какой бы то ни было корреляции между этим признаком и типом текста, за исключением того факта, что в свободном монологе всех информантов «предложения» оказались несколько длиннее, чем в других типах текстов (см. табл. 4).

Любопытными оказались данные по сравнению средней длины «предложений» в текстах пересказов и описаний изображения, различающихся сюжетностью/ несюжетностью: независимо от типа монолога во всех сюжетных рассказах «предложения» были в целом короче, чем в несюжетных. По-видимому, наличие динамичного сюжета, имеющего определенное начало и определенный конец, позволило информантам описывать это развивающееся действие с использованием более коротких «предложений», чем в случаях статичных описаний, когда говорящий вынужден одновременно выстраивать текст структурно и подбирать для него те или иные языковые средства.

Однако материал дал возможность выявить еще один синтаксический признак, хорошо коррелирующий с У PK говорящих - это длина текста в «предложениях»: с повышением УРК увеличивается общий объем спонтанных монологов (от 511 «предложений» в целом по группе информантов с HPK до 894 в группе с ВРК; см. табл. 5).

Таблица 5

Средняя длина спонтанных монологов в «предложениях» в соотношении с УРК говорящих, %

Тип мпнпггпгя Уровень речевой культуры информантов

HPK СРК ВРК

Сюжетный текст 138 193 243

Пересказ Несюжетный текст 101 99 148

Всего 239 292 391

Сюжетное изображение 78 114 139

Описание рисунка Несюжетное изображение 65 90 117

Всего 143 204 256

Свободный монолог 129 150 247

По всем текстам 511 646 894

Что касается корреляции данного параметра с типом текста, то, в отличие от средней длины «предложений» в словах, максимальные показатели длины текста обнаружились не в свободных монологах, а в пересказах, отличающихся максимальной степенью мотивированности и минимальной спонтанностью. По всей видимости, большая обусловленность вторичного текста конкретным языковым материалом предтекста облегчает задачу говорящему и позволяет ему порождать тексты большего объема. Все сюжетные тексты (и описания изображения, и пересказы) оказались при этом последовательно длиннее, чем несюжетные. Иными словами, динамичность событий в сюжетных первичных текстах (изображениях) позволяет информантам создавать более объемные речевые произведения с использованием более коротких «предложений» (см. выше).

Особого внимания заслуживает длина монологов-пересказов, которую можно сравнить с длиной исходного текста (предтекста), а также корреляция этого параметра с уровнем речевой культуры информантов (см. табл. 6).

Таблица б

Длина монологов-пересказов в соотношении с уровнем речевой культуры говорящих и длиной текста-оригинала, %

Уровень речевой культуры информантов Длина текста в предложениях

HPK сюжетный несюжетный 138

СРК сюжетный несюжетный 193

ВРК сюжетный несюжетный 243

Исходные тексты сюжетный несюжетный 372

Из табл. 6 следует, что даже информанты с высоким УРК значительно сократили в своих пересказах общий объем исходных текстов, сохранив только 65,3 % сюжетного текста и 56,7% - несюжетного. В группах со средним и низким УРК эти данные еще ниже. Некоторой иллюстрацией этих данных может послужить начало исходного сюжетного текста (предтекста) и его пересказы в устах информантов с разным уровнем речевой культуры, приводимые ниже. Исходный текст:

Мы не знали, как поймать рыжего кота, который обворовывал нас каждую ночь. Он так ловко прятался, что никто из нас толком не видел его. Только через неделю удалось, наконец, установить, что у кота разорвано ухо и отрублен кусок грязного хвоста. Он воровал все: рыбу, мясо, сметану и хлеб. Однажды он даже разрыл в чулане жестяную банку с червями. Их он не съел, но на разрытую банку сбежались куры и склевали весь наш запас червей.

Пересказ данного фрагмента информантом из группы с ВРК (границы предложений здесь и далее установлены в соответствии с данными эксперимента по пунктированию; прочие знаки препинания не расставлены):

Это очень занятная история про одного маленького воришку. Воришкой этим оказался не кто иной как кот. Никто его никогда не видел, только знали, что у него оборвано ухо и был обрубок грязного хвоста. Он воровал все: сметану, молоко, сырники, жареную рыбу - все, что попадалось ему под руку.

Пересказ информанта из группы с СРК:

Ну что я поняла? Жил-был рыжий кот, вечно голодный, вечно все воровал, пытался все делать исподтишка.

Пересказ информанта из группы с HPK:

Ой я чего-то запомнила, только конец, как они кота накормили.

Данный пример хорошо демонстрирует, каким образом происходит, в частности, «сжатие» объема предтекста.

Таким образом, в настоящей статье были описаны три важные синтаксические характеристики спонтанных монологов в их соотношении с уровнем речевой культуры говорящего и типом самого текста. Думается, что в аналогичной зависимости находятся и

другие, не затронутые в данной статье синтаксические характеристики устного спонтанного текста, что может представлять интерес и в социолингвистическом и собственно в лингвистическом отношениях.

' См., напр.: Исследование отражения в речи некоторых социальных характеристик говорящего. Отчеты ЛЭФ. Л., 1987, 1988, 1990 (машинопись); Богданова Н.В. О синтаксических коррелятах дифференциации уровней речевой культуры // Живое слово в русской речи Прикамья. Пермь, 1993. С. 92-100.

2 Богданова Н.В. О синтаксических коррелятах...

3 Богданова Н.В. Синтаксические признаки устной монологической речи и степень их диагностичности для дифференциации социальных характеристик говорящего (к постановке проблемы) // Материалы XXVII Межвузовской научно-методической конференции преподавателей и аспирантов. Вып. 2. Секция грамматики (русско-славянский цикл). 16-22 марта 1998 г. Тезисы докладов. СПб., 1998. С. 62-68.

4 Панарина И.С. Устойчивость синтаксических характеристик разных видов устной речи //Там же. С. 28-31; Ильичева О.В. Синтаксические признаки спонтанной речи в соотношении с социальными характеристиками говорящего // Там же. С. 32-35; Филиппова Н. С. Опыт анализа синтаксической структуры устного спонтанного монолога-описания //IX Межвузовская научная конференция студентов-филологов. Тезисы. 10-14 апреля 2006 г. СПб., 2006. С. 51-52; Конюхова A.A. Лингвистические особенности свободного монолога на заданную тему (в печати).

s Это направление исследования в настоящей статье предложено впервые: см. первое упоминание о разных типах монолога в кн.: Богданова Н.В., Панарина И. С. Влияние мотивированности и спонтанности на синтаксические признаки разных видов неподготовленной монологической речи // Герценовские чтения, посвященные 200-летию Российского гос. пед. ун-та им. А.И. Герцена. СПб., 1997. С. 74-76.

6 Подробнее о социальных характеристиках говорящего, способных оказать влияние на лингвистические признаки его речи, см.: Богданова Н.В. Живые фонетические процессы русской речи. СПб., 2001. С. 55-56.

7 Строго говоря, спонтанным в таком понимании может быть не только устный, но и письменный монолог. Таковыми можно считать, например, дружеские письма, блиц-сочинения или изложения, которые пишутся с ограничением времени и без возможности проверки и правки, дневниковые записи, пометки на полях книг и т. п. (подробнее об этом см.: Богданова Н.В. Типология спонтанных монологов в устной и письменной формах речи // Фонетические чтения. К 100-летию Л. Р. Зиндера. СПб., 2004. С. 214-217).

8 Имеется в виду не психологическая мотивация говорящего собственно к осуществлению речевого акта, а именно лингвистическая мотивированность в указанном смысле.

9 См., напр.: Богданова Н.В. О синтаксических коррелятах...; Панарина И.С. Указ. соч.; Ильичева О.В. Указ. соч.; Степихов A.A. Соотношение синтаксического и интонационного членения в спонтанном монологе: Автореф. канд. дис. СПб., 2005.

10 Подробнее об этом см.: Богданова Н.В. О единице описания синтаксической структуры устного спонтанного монолога: проблемы, методики, гипотезы (в печати).

" Цифра в скобках указывает на количество экспертов, поставивших точку в данном месте.

12 Богданова Н.В. О синтаксических коррелятах... С. 96-97.

13 Подробнее об этом см.: Богданова Н.В., Бродт И. С. (Панарина). Членимость на предложения устных монологов разного типа // Вопросы русского языкознания. Вып. XI. Аспекты изучения звучащей речи. Сб. научных статей к юбилею Е.А. Брызгуновой. М., 2004. С. 95-97.

14 Подробнее об этом см.: Панарина И.С. Понятность письма и понятность речи (на материале устных спонтанных монологов) // Русский язык как иностранный: Теория. Исследования. Практика. Межвузовский сб. Вып. V. Материалы IV Международной научно-практической конференции «Русистика и современность», 28-29 июня 2001 г. СПб., 2002. С. 162-168.

15 Flesch R. Marks of readable style. A study in adult education. New York. 1943.

16 Flesh R. How to write plain English. A book for lawyers and consumers. New York, e.a. 1979.

17 Подробнее см.: Богданова Н.В. О синтаксических коррелятах... С. 93-96.

18 Там же. С. 93.

Статья принята к печати 18 сентября 2006 г.