Инвестор разбился на взлете

В ночь на вторник в аэропорту Внуково разбился самолет Falcon-50EX, на борту которого находился президент одной из крупнейших мировых нефтегазовых компаний Total Кристоф де Маржери, возвращавшийся в Париж после заседания комиссии по содействию иностранным инвестициям у премьера Дмитрия Медведева. В лице погибшего в авиакатастрофе топ-менеджера Москва потеряла серьезного союзника. Его лояльность к России французские СМИ отмечали даже в некрологах. Кристоф де Маржери активно содействовал инвестициям в страну, публично выступал против санкций. По данным "Ъ", эти взгляды разделяли далеко не все в Total, и теперь отношение компании к бизнесу в России может стать более сдержанным.

1 / 2

В Москву господин де Маржери прилетел на 28-е заседание Консультативного совета по иностранным инвестициям под председательством премьера Дмитрия Медведева. Помимо чиновников правительства в нем приняли участие почти 30 руководителей и владельцев иностранных компаний. Как говорят источники "Ъ", знакомые с ходом заседания, тема нефтегазового сотрудничества отдельно не поднималась. Но Кристоф де Маржери выступил с жесткой речью против санкций, подчеркнув, что они усложняют работу европейских и американских компаний в стране. По неофициальной информации, также топ-менеджер присутствовал на встрече с первыми лицами правительства в узком кругу, в частности обсуждалась ситуация с ценами на нефть и партнерством Total с ЛУКОЙЛом. О создании СП между компаниями по разработке трудноизвлекаемой нефти на Баженовской свите было объявлено в мае, но из-за санкций работы так и не начались, и Total в сентябре сообщила о заморозке проекта.

Тем не менее на заседании комиссии Кристоф де Маржери заверил, что Total "привержена деятельности в России". "Мы хотим продолжать инвестировать в вашу страну, и мы все еще готовы привнести лучшее, что мы имеем",— пояснил он. По словам топ-менеджера, ограничения на ведение бизнеса с Россией "как не справедливы, так и не продуктивны", а Total их придерживается лишь потому, что "соблюдает требования закона".

Господин де Маржери признал, что пытается лоббировать свою точку зрения на политическом уровне: "Мы должны восстановить стабильное и мирное экономическое пространство между Россией и другими странами. И замечу, что я даю аналогичный совет своему правительству в твердой убежденности, что для полного согласия обе стороны должны внести свой вклад". Из-за своей позиции в отношении санкций, добавил Кристоф де Маржери, он сам "стал не очень популярным" во Франции. Зато в России его ценили: вчера свои соболезнования публично принесли и чиновники начиная с Владимира Путина и Дмитрия Медведева, и бизнесмены, включая главу "Газпрома" Алексея Миллера, президента ЛУКОЙЛа Вагита Алекперова и совладельца НОВАТЭКа Геннадия Тимченко.

Но и во Франции смерть господина де Маржери стала главной темой и для СМИ, и для политической и бизнес-элиты. Традиционно соперничающие правые и левые, от Никола Саркози до Франсуа Олланда, были едины во мнении: в лице Кристофа де Маржери они потеряли не только талантливого топ-менеджера, но и друга. СМИ говорили о топ-менеджере очень тепло, вспоминая прозвище Большой Ус. Кристоф де Маржери, пишут они, не боялся работы, любил Францию, здоровался с подчиненными, был великолепным переговорщиком и тонким дипломатом, весельчаком, любителем сигар и хорошего виски, общавшимся "на ты" со всеми, кроме своей матери. При этом какого-либо политического подтекста в обсуждении гибели топ-менеджера даже на фоне нынешней политической напряженности между Россией и Западом, по сути, не возникло. Большинство французских СМИ просто сообщили об "авиакрушении", в отношении которого "начато двойное расследование, во Франции и в России", некоторые же и вовсе не упомянули, что это произошло в Москве. Зато многие говорили об общей лояльности господина де Маржери России.

Кристоф Маржери был примером классического европейского топ-менеджера, который проработал в Total всю жизнь, придя в компанию в 1974 году. В 1995 году он возглавил ее ближневосточный блок, в 1999 году — подразделения разведки и добычи, в 2000 году стал старшим вице-президентом, а в 2007 году — председателем правления. Коллеги и знакомые господина де Маржери называют его уникальным менеджером. "Он был очень нестандартный, открытый, любящий пошутить. Это выделяло его на фоне англосаксонских закрытых и скучных топ-менеджеров. Именно этим брал де Маржери — удачной шуткой мог выиграть переговоры",— говорит знакомый Кристофа де Маржери. Его партнер по бизнесу добавляет, что топ-менеджер был "истинным бизнесменом", всегда готовым на риск.

Другой знакомый Кристофа де Маржери именно этим объясняет развитие Total в России. Французская компания в 1995 году стала оператором разработки Харьягинского месторождения (разрабатывается в рамках соглашения о разделе продукции), получив 50%. Еще 40% было у норвежской Statoil, а 10% — у Ненецкой нефтяной компании. В такой конфигурации проект просуществовал до 2009 года, когда иностранцы уступили в рамках опциона по 10% государственной "Зарубежнефти". Источники "Ъ" объясняли это усилением роли государства (в 2007 году поменялся и состав акционеров другого СРП-проекта — "Сахалин-2"). Но иностранцам удалось договориться о продаже акций за $65 млн, хотя "Зарубежнефть" была готова заплатить лишь $18 млн. "Трудностей в переговорах с Маржери не было, именно он их вел, понял все сигналы, но и свои условия смог защитить",— говорит источник "Ъ", близкий к проекту. Total пыталась бороться и за более крупные активы. В 2003 году компания договорилась об опционе в Anglo Siberian Oil Company, владевшей лицензиями на Ванкорское и Северо-Ванкорское месторождения. Но борьбу за них выиграла государственная "Роснефть", которой, по неофициальный информации, помогали структуры Геннадия Тимченко.

После того как Кристоф де Маржери возглавил Total, она стала активно интересоваться не только нефтяными, но и газовыми месторождениями в России. Крупнейшим проектом Total могла стать разработка вместе с "Газпромом" Штокмановского месторождения в Баренцевом море — господин Маржери подписал рамочное соглашение по проекту спустя четыре месяца после назначения на пост главы Total. Компания должна была стать основным партнером "Газпрома", в том числе с точки зрения технических решений, но именно здесь возникли основные проблемы. "Газпром" и Total несколько лет не могли согласовать схему разработки месторождения, а кризис 2008 года и сланцевая революция в США поставили под сомнение и коммерческую целесообразность проекта.

В этот момент Total решила сделать неожиданную, но дальновидную ставку на другого российского производителя газа. В середине 2009 года компания стала партнером НОВАТЭКа по разработке Термокарстового месторождения, одновременно начав переговоры о гораздо более масштабном проекте — производстве СПГ на Ямале. Весной 2011 года Total и НОВАТЭК в присутствии Владимира Путина договорились о стратегическом партнерстве. Total получила 20% в проекте "Ямал СПГ", а также 12% акций самого НОВАТЭКа с опционом на увеличение доли (сейчас 18,2%).

Вчера Геннадий Тимченко, основной акционер НОВАТЭКа, пообещал, что все совместные проекты, начатые с Кристофом де Маржери, будут продолжены. "И все, что нам удастся здесь сделать, мы будем связывать с его именем",— заверил бизнесмен, которого, говорят источники "Ъ", с главой Total связывала дружба. "Кристоф видел огромный потенциал российско-французских проектов,— добавил Вагит Алекперов.— ЛУКОЙЛ и Total связывают давние деловые отношения. В непростые последние месяцы Кристоф оставался образцом благородства, неизменно отстаивая принципы честного партнерства с Россией. Он был другом нашей компании, нашей страны".

Однако на самом деле перспективы бизнеса Total в России могут оказаться под вопросом из-за позиции самой компании. "В последнее время Кристоф де Маржери оставался едва ли не единственным в Total, кто выступал за развитие бизнеса в России",— говорит источник "Ъ", близкий к Total. Французская Le Monde вчера в качестве потенциальных преемников господина Маржери на посту главы компании назвала директора отдела маркетинга Филиппа Буассо и главу отдела нефтепереработки и нефтехимии Патрика Пуйянне. The Financial Times добавляет в списоку директора по разведке и добыче Арно Брильяка и главу Total Upstream Ива-Луи Даррикарера. Об их отношении к России ничего не известно, но последний топ-менеджер входит в совет директоров НОВАТЭКа и, по неофициальным данным, может стать и.о. руководителя Total.