Потерянное сокровище? Заметки по истории сборников песнопений в евангелическо-лютеранской церкви

ПОТЕРЯННОЕ СОКРОВИЩЕ?

Заметки по истории сборников песнопений

«Песня, гимн стали единственной формой выражения и коммуникации, пригодной в новом эоне, который с Пришествием Господа ворвался в старый эон», — этими словами

О. Зенген говорит о богослужении раннехристианской общины1. Хотя и в весьма заостренной форме, они, тем не менее, верно передают суть явления: Евангелие стремится к своему выражению в музыкальной и поэтической форме; всякое догматическое высказывание является слишком косным и сухим для передачи христианской вести. Поэтому, несмотря на все имеющиеся опасения и возражения, пение сопровождало жизнь христианской общины с самого ее возникновения до сегодняшнего дня, играя порой при этом и протестную роль2. Не случайно именно Реформация дала новый импульс развитию богослужебного (и внебогослужебного) пения в христианских общинах. Песнопения заслуженно стали важным элементом лютеранского богослужения. Н. Гумилев так описывает свои впечатления от посещения лютеранской церкви:

А снизу шум взносился многий:

То пела за скамьей скамья,

И был пред ними некто строгий,

Читавший книгу Бытия3.

1 Sohngen О. Theologie der Musik. Kassel, 1967. S. 12.

2 Подробнее см.: Kirchenlied und Gesangbuch. Quellen zu ihrer Geschichte. Ein hymnologisches Arbeitsbuch / Hrsg. von C. Moller, P Bubmann. Tubingen, 2000. S. 8-12.

3 Гумилёв Н. С. Стихи. Письма о русской поэзии / Сост. Г. М. Фрид-лендер; Подгот. текста и коммент. Р. Д. Тименчика. М., 1990. С. 322.

Такое наполненное пением богослужение помогает поэту по-новому взглянуть на окружающий мир:

И в тот же самый миг безмерность Мне в грудь плеснула, как волна,

И понял я, что достоверность Теперь навек обретена.

Когда я вышел, увидали Мои глаза, что мир стал нем.

Предметы мира убегали,

Их будто не было совсем.

И только на заре слепящей,

Где небом кончилась земля,

Призывно реял уходящий Флаг неземного корабля4.

Естественно, особенно ярким и привлекающим внимание становился этот признак, когда лютеранская церковь находилась в чужом окружении, как это происходило с общинами в России. Если даже для человека, принадлежащего к иному вероисповеданию и иной религиозной культуре, такое богослужебное пение оказывалось столь впечатляющим, то для самих прихожан сборники песнопений становились важнейшими книгами и своего рода гарантами их евангелической идентичности. «Драгоценное сокровище» («Бег 8еИа1х») или «Духовное

сокровище песен». («Се181ИсИег Liedeгschatz») — типичные названия сборников церковных песнопений, которые немецкие колонисты использовали в России, свидетельствуют о значении гимнов. Заметим, что такие названия обрели совершенно новое звучание в период гонений, когда порой полностью переписанный от руки сборник песнопений становился поистине драгоценным для своего обладателя или для общины. В этот период вновь стало актуальным эсхатологическое измерение духовного

4 Гумилев Н. Стихи. С. 322.

ПОТЕРЯННОЕ СОКРОВИЩЕ?..

Религия. Церковь. Общество

пения. X. Калниньш, первый епископ ЕЛЦ, сопровождает вышедший после целой эпохи преследований сборник песнопений, изданный в 1989 г., выражением надежды на возрождение песенной традиции.

Таким образом, песнопения во многом стали связующим звеном между поколениями верующих. С другой стороны, именно в этой области наметился и определенный перелом, связанный с отказом от немецкого и перехода на русский богослужебный язык. Все острее проявлялась необходимость в русскоязычном (или, по крайней мере, двуязычном) сборнике гимнов, хотя число оригинальных песнопений на русском языке мало и сегодня. Большинство тех гимнов, что звучат в наших общинах, являются переводами с немецкого или с английского языка, или переняты из традиции евангельских церквей. Сокращение числа прихожан и кризис церковной жизни, к сожалению, практически не оставляет надежды на создание собственной песенной традиции. С другой стороны, на культуру заимствованных песнопений можно посмотреть и в другом свете — как на отражение диалога между национальными общинами5. В данной статье мы рассмотрим некоторые исторические аспекты этого взаимодействия.

Немецкие сборники гимнов получают наибольшее распространение в период эпохи Просвещения и под влиянием всплеска пиетизма. Поэтому наиболее признанными стали те сборники, которые привезли с собой пиетистски настроенные иммигранты так называемой «второй волны», осевшие в начале XIX в. в Южной России. С ростом числа немецких поселенцев стала ощущаться потребность в собственном сборнике песнопений, который мог стать объединяющим фактором общин. Первой из таких попыток стал так называемый «Астраханский» или «Волжский»

5 Tikhomirov A. Dialog vor Gott. Deutsche Kirchenlieder auf Russisch: theologische und sprachliche Wandlungen. Erlangen, 2005. — Режим доступа: http://www.opus.ub.uni-erlangen.de/opus/volltexte/2005/167/pdf/Anton%20 Tikhomirov%20Dialog%20vor%20Gott.pdfДата посещения: 11.10.2013.

песенник («Wolga-Gesangbuch»), изданный в 1816 г. гернгу-терской общиной в Сарепте6. В 1821 г. он был официально введен в употребление для волжских общин российских немцев суперинтендентом И. Фесслером7. Суперинтендент К.-А. Беттигер для своих общин в 1823 г. предложил использовать так называемый «Одесский песенник», который впоследствии будет использоваться в Москве8. На рубеже веков П. Вейнард в Саратове издал ставший широко известным сборник «Песни общины» («Gemeinschaftslieder»)9. Отдельно следует упомянуть госснеровский песенник, «Собрание избранных песен» («Sammlung auserlesener Lieder»)10. Это лишь важнейшие примеры сборников песнопений, создававшихся для немецких колонистов пиетисткого направления в XIX в., объединившихся в так называемые «братские общины»11. В советское и первое постсоветсткое время многие из уже упомянутых сборников переиздавались на территории Германии и до сих пор остаются в употреблении среди членов этих общин12.

Несколько иначе происходило развитие в городских лютеранских общинах Центральной и Северной России. Здесь можно говорить о давней традиции: еще в 1530 г.

6 Оригинальное название сборника — «Sammlung christlicher Lieder fur die offentliche und hausliche Andacht zum Gebrauch fur die evangelischen Kolonien an der Wolga».

7 О нем см.: Barton P. F. Ignatius Aurelius Fessler: Vom Barockkatholizismus zur Erweckungsbewegung. Wien; Koln; Graz, 1969. S. 487-551.

8 Полное название песенника — «Christliche Gesangbuch fur die evangelischen Gemeinden im sudlichen Russland».

9 Карл-Август Бёттигер занимал пост суперинтенданта Южного округа лютеранской Церкви России, см.: Barton P. F. Ignatius Aurelius Fefiler. S. 172; Stockl E. Musikgeschichte der Russlanddeutschen. Dulmen, 1993. S. 171-174.

10 Kahle W. Wege und Gestalt evangelisch-lutherischen Kirchentums in Ruffland. Vom Moskauer Reich bis zur Gegenwart. Erlangen, 2002. S. 223.

11 Об этом явлении см.: Kahle W. Wege und Gestalt... S. 154-155.

12 Последние издания: Gemeinschafts-Lieder / Hrsg. von P. Weinand. Kassel, 1993.; Der Kostliche Schatz. Kassel, 2005; Psalter und Harfe. Eine Sammlung christlicher Lieder zur hauslichen Erbauung / Hrsg. von K. J. P. Spitta. Kassel, 2013.

Потерянное сокровище?..

Религия. Церковь. Общество

в Риге был издан сборник песнопений, ставший одним из важнейших в северонемецком ареале13. Соответственно, первые сборники песнопений для российских немцев Северо-запада также издавались там. В 1664 г. пастор Бревиус публикует «Рижский песенник», в 1679 г. выходит сборник песнопений под названием «Христианские молитвы» («Christliche Andachtsflamme»)14. Оба эти песенника использовались затем в Санкт-Петербурге, прежде всего, немецкими реформатами. В Москве же наибольшим признанием пользовался «Рогальский (Кенигсбергский) песенник»15.

С наступлением эпохи Просвещения в России, как и в Европе, увеличивается количество «правильно» и «разумно» составленных песенников, часто отредактированных в рационалистическом духе. Популярностью в общинах Санкт-Петербурга и Москвы пользовалось «Собрание богослужебных песен» («Sammlung gottesdienstlicher Lieder»). С этим песенником связана характерная история. В 1818 г. пастор санкт-петербургской общины Св. Екатерины И. Г. Буссе выпустил переработанное издание данного сборника, вызвавшее резкую критику со стороны российского Библейского общества за ярко выраженные рационалистические черты. В итоге по повелению Александра I пастор был отстранен от должности16. Рационалистической обработке подвергались и другие сборники песнопений. Так, в 1810 г. появилась новая версия «Рижского песенника».

В 1857 г. в Санкт-Петербурге был издан первый официальный, предназначенный для использования на всей территории Империи, «Сборник гимнов для евангелических общин Россиийской Империи» («Gesangbuch fur evangelische Gemeinden in Russland / im Russischen Reiche»).

13 Amburger E. Geschichte des Protestantismus in Russland. Stuttgart, 1961. S. 172.

14 Stockl E. Musikgeschichte... S. 21.

15 Amburger E. Geschichte... S. 172.

16 Amburger E. Geschichte. S. 172. Ср.: Kahle W. Wege und Gestalt. S. 191; Barton P. F. Ignatius Aurelius Fefiler. S. 494.

Причем дополнением к основной книге было выпущено и издание для органистов с нотами, а сам песенник многократно переиздавался. В издании 1898 г. в его состав входило 552 песнопения, в числе которых были почти все базовые гимны стандартного немецкого сборника «Книги песен немецкой евангелической церкви» (1854 г.) («Deutsches Evangelisches Kirchengesangbuch»), а также большое число приложений. Данный песенник в разных изданиях использовался вплоть до закрытия лютеранских общин в 30-е гг. XX в., а также в постперестроечное время (прежде всего, в качестве агендарного материала).

В этот период в предисловии к изданному им песеннику, количество различных сборников гимнов, приходящихся на отдельную общину, было недостаточным, и поэтому приходилось построчно вслух говорить текст песни, что затрудняло м пение, и понимание. Новый сборник духовных песен был издан в Москве в 1989 г. под названием «Книга церковных песен для немецкий евангелическо-лютеранских общин в Советском союзе» («Kirchengesangbuch fur die deutschen evangelisch-lutherischen Gemeinden in der Sowjetunion»). Задачей сборника, содержавшего 1001 песнопений без нот на немецком языке и небольшое приложение, состоящее из текстов псалмом, а также «благо -словение» патриарха Московского и всея Руси Пимена, было объединения двух песенных и богослужебных традиций — городской и колонисткой. Издание должно было стать единым сборником песнопений возрождающейся Церкви. Однако сборник практически не получил признания: в братских общинах, которые не могли отказаться от уже привычных пиетистских сборников XIX в., тогда как городские приходы с большим энтузиазмом использовали официальные немецкие сборники песнопений, главным образом «Евангелическую книгу церковных песен» («Evangelisches Kirchengesangbuch») и «Евангелический песенник» («Evangelisches Gesangbuch»), которые до сих

Потерянное сокровище?..

Религия. Церковь. Общество

пор широко используются в целом ряде российских лютеранских общин.

Отдельной проблемой являлось использование в российских лютеранских общинах русского языка, обсуждавшейся уже с середины XIX в. все острее встает вопрос об использовании. Все большее число прихожан — порядка 10% всех прихожан городских общин — владело немецким языком на недостаточном уровне17. В связи с этим в 1852 г. было разрешено проводить на русском языке роки Закона Божьего для лиц лютеранского вероисповедания в военных учебных заведениях, а с 1870 г. русский язык было позволено использовать и на богослужениях. Так, с 1872 г. в общине Св. Михаила в Санкт-Петербурге начинают проводиться ежемесячные богослужения на русском языке. Тогда же появляется первый русскоязычный сборник песнопений «Гимны для христиан евангелическо-лютеранского вероисповедания», состоящий из 52 песнопений, без предисловия или приложений18. Среди этих песнопений есть одно, не имеющее немецкого оригинала. В последующих изданиях таких песен становится больше. Открывается песенник русским переводом песнопения « Allein Gott in der Hoh sei Ehr» и заканчивается переводом другого гимна периода Реформации — «Ich habe nun den Grund gefunden», что может быть понято как программное заявление. Четвертое и, насколько мне известно, последнее издание песенника появляется в 1915 г. и включает уже 106 песнопений и приложение, состоящее из порядка главного богослужения и списка перикоп. Как и в предыдущих изданиях, сборник не содержал информации об авторах и переводчиках. Немецкое соответствие здесь отсутствует уже для 11 песнопений: вероятнее всего, эти тексты возникли в среде российских лютеранских общин (первые собственные немецкоязычные песнопения упоминаются

17 Stricker G. Deutsche Geschichte im Osten Europas: Rufiland. Berlin, 1997. S. 333.

18 Существуют предположение, что первый русскоязычный песенник появился уже в 1869 г.

уже с XVII в.)19. После возрождения церкви в 1995 г. «Союз Мартина Лютера» (Эрланген) издает двуязычный сборник «Русско-немецкий сборник духовных песен для богослужений и официальных актов в евангелическо-лютеранских общинах и в семейном круг», включившими в него тексты из издания 1915 г. практически без изменений, однако дополненными немецкими оригиналами и нотами. В результате, оригинальные русскоязычные песнопения не были включены в издание. Известный как «Фиолетовый песенник» сборник на многие годы стал практически официальным песенником ЕЛЦ и до сих пор некоторые общины продолжают охотно его использовать. Определенную роль в такой популярности сыграло великолепное оформление издания. Однако крайне ограниченный набор песнопений, полное отсутствие современных песен и низкое качество архаичного и теологически некорректного языка были явными недостатками данного издания, оказавшего негативное влияние на становление лютеранских общин своим низким стандартом русского евангелического церковного языка.

В развитии песенной традиции наблюдалась и другая тенденция. Уже на рубеже XIX-XX вв. появляются другие русскоязычные сборники песнопений, среди которых изданный в 1892 г. в Севастополе «Сборник духовных стихотворений для христиан Ев. Лютеранского вероисповедания». Песенник содержал 416 текстов без сведений об авторах и переводчиках. Сами тексты — различного происхождения: «классические» переводы песнопений из сборника 1872 г. и иных известных немецких церковных песнопений ианглийских духовных песен, а также оригинальные русские тексты, перенятые из евангельской традиции, и религиозная русская поэзия. О той роли, которую сыграл этот сборник среди общин Юга России практически ничего не известно. Однако очевидно, что он стал важнейшей основой первого издания сборника песнопений Церкви Ингрии.

19 Kahle W. Wege und Gestalt. S. 290.

Потерянное сокровище?..

Религия. Церковь. Общество

Отметим, что переход на богослужебный русский язык оставалось на рубеже веков по многочисленным причинам довольно редким явлением, а в результате преследований со стороны советского режима процесс и вовсе был пре-рван20. Иначе происходило развитие в евангельских общинах, которые изначально позиционировали себя как русскоязычные и смогли развиваться даже в советское время. В этой среде активно делались и переводы с других языков (в том числе и немецкого) как классических, так и евангелических церковных песнопений. Во многих общинах братского толка «официальным» русскоязычным песенником до сих пор являются различные издания сборника «Песни Возрождения», впервые удившего свет в 1978 г. и преимущественно состоящего из текстов, написанных или собранных И. Прохановым21.

Итак, с возрождением церковной жизни важным становится и становление русского богослужебного языка. Даже в общинах, и сегодня использующих преимущественно немецкие песнопения, растет интерес к русскоязычным песням. Неудивительно, что сегодня появляются все новые сборники песнопений на русском языке.

Любопытным явлением стали «авторские» сборники, которые можно назвать, разработанные одним человеком или группой авторов и носящих на себе явный отпечаток их индивидуальности и богословских воззрений. Наиболее ярким примером таких сборников является так называемый «Московский сборник», изданный в 1993 г. и составленный из текстов самодеятельной поэтессы и переводчицы Н. Кан (Канищевой) на основе переводов гимнов из «Евангелической книги церковных песен» и песенника церкви Трансильвании 1974 г. Отсутствие каких-либо приложений, весьма произвольный выбор песен и, в первую очередь, крайне своеобразный язык повлиял

20 Tikhomirov A. Dialog vor Gott... S. 29.

21 Подробнее об истории песенников в российской евангельской традиции см.: Tikhomirov A. Dialog vor Gott... S. 30-33.

на то, что этот сборник, задуманный для использования в московской общине, оказался ею отклонен. Еще одним примером может послужить собрание переводов, сделанных профессором Ю. Голубкиным из Харькова, толчком к их созданию стала работа над переводом книги Г. Фаусселя о Мартине Лютере, включавшей тексты лютеровских песнопений22. Тем не менее, в это собрание были включены переводы и иных классических лютеранских хоралов. Однако, поскольку литературное качество текстов было весьма низкого уровня, сборник не получил распространения, и лишь отдельные тексты в сильно отредактированном виде вошли в современный сборник песнопений ЕЛЦ. Иначе сложилась судьба сборника песнопений, возникшего во Владивостоке по инициативе пастора и пробста М. Брокмана. Изначально речь шла о небольшом наборе переводов классических и современных песнопений, прежде всего, из немецкой, но также и из американской традиции, сделанных И. Барсе-говой и другими сотрудниками общины. Постепенно это собрание дополнялось заимствованиями из других песенников, в том числе и из официального сборника ЕЛЦ. Типографским способом готовое собрание не издавалось, однако оно широко используется на богослужениях общин Дальневосточного пробства и сегодня. Подобного рода собрания, носящие иногда компилятивный, иногда авторский, а иногда и смешанный характер появлялись и в целом ряде других общин ЕЛЦ.

Отдельные общины переняли и активно использовали сборники песнопений, созданные и официально принятые в Церкви Ингрии: «Сборник гимнов евангелическо-лютеранской Церкви» (1994 г.), «Евангелическо-лютеранский сборник гимнов» (2001 г.), а также второе издание «Молодежного песенника» (2001 г.). При всех своих недостатках данные сборники предлагали куда более широкую подборку церковных песнопений, ноты на четыре голоса,

22 Фауссель Г. Мартин Лютер: Жизнь и дело: 2 т. Харьков, 1995.

ПОТЕРЯННОЕ СОКРОВИЩЕ?..

РЕЛИГИЯ. ЦЕРКОВЬ. ОБЩЕСТВО

приличное литературное качество текстов, а также (пусть и содержащие ошибки и неточности) указания на авторов и время создания песнопений.

Уже с 1996 г. начала работать созданная по инициативе епископа ЕЛЦ Г. Кречмара комиссия по созданию единого сборника песнопений. Изначально эта была группа, состоявшая как представителей ЕЛЦ и Церкви Ингрии. Перед ней была поставлена задача создать трехтомный сборник на русском, немецком и финском языках, который мог бы объединить различные стили благочестия, существующие в наших церквях. Уже скоро эта идея была признана нереалистичной. Представители Церкви Ингрии постепенно вышли из проекта, однако в рамках ЕЛЦ — пусть и с огромным трудом — работа продолжалась. В итоге, был опубликован «Сборник песнопений Евангелическо-Лютеранской Церкви», известный как «Пробный песенник», тиражом 230 экземпляров, представленный на Генеральном Синоде ЕЛЦ 2005 г. В сборник входило около 500 песнопений и литургических элементов с нотами, а также обширное приложение: от порядка главного богослужения (несколько вариантов) до главных артикулов Аугсбургского вероисповедания и избранных биографий авторов песнопений. Основные тексты песнопений давались на русском языке, но для всех песнопений, у которых имелись немецкие соответствия (оригинал или перевод), эта версия приводилась после русского текста23. Целый ряд наиболее известных гимнов сопровождались текстами и на английском, а также на скандинавских и балтийских языках. Русские тексты

23 Крайне любопытно упомянуть тот факт, что значительное количество песнопений, изначально написанных в России и на русском языке, были переведены на немецкий для использования в евангельских общинах российских немцев в Германии. Примером такой тенденции является сборник песнопений «Ruhmet ишегп НеПап^», изданный в 2001 г. и целиком состоящий из переводов изначально русскоязычных песен на немецкий. Цель этого издания, изложенная в предисловии: помочь потомкам переселенцев, которые уже не знают русского языка, «сохранить память о прекрасных русских песнях».

прошли серьезную литературную и богословскую правку. Многие из них по-прежнему оставались весьма несовершенными, но в целом язык и стиль песнопений значительно улучшились. Песни, взятые в сборник, относились действительно к разным стилям благочестия. Значительное их количество, в том числе, было взято из русской евангельской традиции. Часть песнопений были созданы на стихи русских классических поэтов.

В целом, сборник был принят положительно. Главными объектами критики стали: порядок богослужения (предполагавший определенные новшества по сравнению с официальной агендой и еще меньше соответствовавший богослужениям, проводимым на местах), чрезмерное количество литургических элементов, слишком большое число григорианских песнопений, отсутствие списка песнопений на оригинальных языках, а также мелодические версии хоралов эпохи Реформации и более позднего времени, которые представляли собой компромисс между стремлением к аутентичности и традициями XIX в. Экземпляры сборника были разосланы по общинам, однако, в качестве основного он использовался практически лишь на богослужениях и в молитвах в Теологической Семинарии ЕЛЦ.

Создание окончательной редакции «Пробного песенника» планировалось в 2006 г., однако по разным причинам издание было осуществлено лишь к Генеральному Синоду 2009 г. Его издание было профинансировано «Союзом Мартина Лютера», а тираж составил 3000 экземпляров. В общем и целом была сохранена концепция первой редакции, что выразилось, в том числе, и в сохранении названия. Однако была внесена дополнительная правка в тексты и в справочный аппарат, количество песнопений сокращено до 358, исключен ряд приложений и урезано число немецких текстов, песнопения Тэзе были вынесены в отдельный раздел. К сожалению, сохранился целый ряд опечаток технических огрехов и ошибок. Создатели сборника вынуждены были балансировать между отражением несформированной,

ПОТЕРЯННОЕ СОКРОВиЩЕ?..

Религия. Церковь. Общество

разнородной и незрелой идентичности существующих общин и необходимостью создавать «правильную» идентичность «сверху». Итогом стал взвешенный компромисс, который оказался бы вполне адекватным в нормальной, стабильной ситуации.

Тираж разошелся очень быстро. Ряд общин ЕЛЦ перешел к использованию этого песенника. Кроме того, издание стало поводом для того, чтобы в некоторых церквях и общинах задумались об издании своих региональных версий сборника. Так, в Москве полученные песенники были дополнены порядком богослужения и некоторыми иными текстами, а потом заново переплетены. Свое издание (очевидно, с дополнениями на национальном языке) готовится на Украине. О региональном издании говорят и на Дальнем Востоке. Однако пиетистские общины, как и церкви на Дальнем Востоке, продолжают уже сложившуюся песенную практику. Финансовые и организационные ресурсы для подготовки нового, исправленного, издания официального песенника тем более большим тиражом на сегодня отсутствуют. Однако о прошествии нескольких лет можно констатировать, что официальному песеннику не удалось стать единым сборником ЕЛЦ: прежде всего из-за относительно небольшого тиража и наличия довольно сильных местных традиций. Ему также не удалось задать стандарты в использовании песнопений, служащим укреплению церковной идентичности: слишком высока доля в нем песнопений перенятых из евангельской традиции. Вопреки изначальной задумке, сборник фактически «санкционировал» использование евангельских песнопений, в том числе, и во вполне традиционных общинах. Данное снижение литературной, музыкальной и теологической нормы следует отнести к безусловным неудачам данного издания.

Все это повлияло на уменьшение интереса к общинному пению в целом. Можно увидеть снижение значимости этого богослужебного элемента везде, за исключением братских

общин. Сокращение количества прихожан, постепенная смена их состава, упомянутая «разноголосица» в использовании песенников и языков; слишком долгое ожидание официального песенника (фактически с 1996 г.), приведшее к ощутимому «перегоранию» во многом завышенных надежд; малый тираж; предпочтение «простых решений» (в частности, повсеместное использование песнопений Тэзе); недостаточное понимание того, что введение нового песенника в общинную практику есть большая работа, отсутствие традиции пения в обществе и семье — лишь некоторые факторы, приведшие к такому положению дел24.

Приходится признать, что для российского лютеранства немецкой традиции утверждение Э. Амбургера «Помимо Библии важнейшей книгой для протестанта в России был его песенник» утратило свою актуальность25. Сборник песнопений как элемент церковной идентичности теряет свои позиции. Безусловно, последнее издание официального песенника было ярким и сильным ходом в процессе возрождения собственной российской традиции. Однако создание собственной русскоязычной песенной традиции оказалось невыполнимой задачей на фоне тяжелой и имеющей негативную динамику ситуации в церкви. Каким бы признанием не пользовался в отдельных общинах и церквях официальный песенник, каким бы великолепным ни оказалось его переиздание, сегодня и в ближайшем будущем он не станет, как в былые времена, «Драгоценным сокровищем» и важным элементом лютеранской идентичности.

24 По мнению бывшего ректора Теологической Семинарии Г. фон Бремена, высказанного им в частной беседе, песнопения Тэзе являются едва ли не единственным элементом, объединяющим практическое благочестие в разных общинах ЕЛЦ.

25 АшЬи^ег Е. Се8сЫсЫе... Б. 171.

ПОТЕРЯННОЕ СОКРОВиЩЕ?..

Религия. Церковь. Общество

Источники и ЛИТЕРАТУРА

1. Amburger E. Geschichte des Protestantismus in Russland. — Stuttgart: Evangelisches Verlagswerk, 1961. — 210 s.

2. Barton P. F. Ignatius Aurelius Fessler: Vom

Barockkatholizismus zur Erweckungsbewegung. — Wien; Koln; Graz: Hermann Boehlaus, 1969. — 634 s.

3. Der kostliche Schatz. — Kassel: Verlag der Luth. Buchh., 2005. — 873 s.

4. Gemeinschafts-Lieder / Hrsg. von P. Weinand. — Kassel: Missionswerk Brucke zur Heimat, 1993. — 384 s.

5. Kahle W. Wege und Gestalt evangelisch-lutherischen Kirchentums in Rufiland. Vom Moskauer Reich bis zur Gegenwart. — Erlangen: Martin-Luther-Verlag, 2002. — 359 s.

6. Kirchenlied und Gesangbuch. Quellen zu ihrer Geschichte. Ein hymnologisches Arbeitsbuch / Hrsg. von C. Moller, P. Bubmann. — Tubingen: Francke, 2000. — 420 s.

7. Psalter und Harfe. Eine Sammlung christlicher Lieder zur hauslichen Erbauung / Hrsg. von K. J. P. Spitta. — Kassel: Salzwasser-Verlag, 2013. — 288 s.

8. Sohngen О. Theologie der Musik. — Kassel: Johannes Stauda Verlag, 1967. — 358 s.

9. Stockl E. Musikgeschichte der Russlanddeutschen. — Dulmen: Laumann-Verlag, 1993. — 247 s.

10. Stricker G. Deutsche Geschichte im Osten Europas: Rufiland. — Berlin: Siedler Verlag, 1997. — 669 s.

11. Tikhomirov A. Dialog vor Gott. Deutsche Kirchenlieder auf Russisch: theologische und sprachliche Wandlungen. Erlangen, 2005. — Режим доступа: http://www.opus.ub.uni-erlangen.de/ opus/volltexte/2005/167/pdf/Anton%20Tikhomirov%20Dialog%20 vor%20Gott.pdf Дата посещения: 11.10.2013.

12. Гумилёв Н. С. Стихи. Письма о русской поэзии / Сост. Г. М. Фридлендер; Подгот. текста и коммент. Р. Д. Тименчи-ка. — М.: Современник, 1990. — 383 с.

13. Фаусель Г. Мартин Лютер. Жизнь и дело (биограф. очерк и источники к биографии): В 2 т. / Пер. с нем. Ю. Голубкина. Т. 1. — Харьков: Майдан, 1995. — 240 с.; Т. 2. — Харьков: Майдан, 1996. — 400 с.