Осужденным предложили работу в госкомпаниях

Министерство юстиции РФ выступило с инициативой направлять осужденных к принудительным работам в госкорпорации и госкомпании, в том числе на объекты в отдаленных регионах России. Перечень таких объектов и квоту трудовых мест должно установить правительство РФ. Эксперты и правозащитники в связи с этим напоминают о негативном опыте использования дешевого труда заключенных в советские времена. В госкорпорациях же говорят, что нуждаются в высококвалифицированных кадрах, к тому же территория большинства объектов является режимной, куда спецконтингент не пустят.

Минюст РФ разработал законопроект, который призван ввести в практику принудительные работы как альтернативу лишению свободы. С соответствующими поправками к Уголовному кодексу (УК) можно ознакомиться на портале нормативных правовых актов, документ проходит этап общественных обсуждений.

Ст. 53.1 («Принудительные работы») появилась в УК РФ еще в 2011 году и должна была заработать в 2013 году, но ее введение отложили до 1 января 2017 года из-за отсутствия спеццентров, где могли бы трудиться осужденные. В начале 2017 года планируется открыть такие учреждения в Тюменской и Тамбовской областях, а также в Ставропольском и Приморском краях. Кроме того, при колониях начнут работу еще семь участков для осужденных к этому виду наказания. В общей сложности они смогут принять почти 900 заключенных.

Принудительный труд подразумевает, в частности, что осужденные обязаны выполнять предложенную работу с удержанием от 5% до 20% зарплаты. К принудительным работам нельзя привлекать несовершеннолетних, инвалидов I и II групп, беременных, женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, женщин 55 лет и старше, мужчин 60 лет и старше, а также военнослужащих. Речь идет о совершивших преступления небольшой и средней тяжести — в частности, за неуплату алиментов, фальсификацию итогов голосования, невыплату зарплаты, пенсий, нарушение авторских и смежных прав, нарушение права на свободу совести и вероисповедания, а также за хулиганство, кражу, мошенничество, грабеж, разбой, вымогательство, незаконное предпринимательство, отмывание денег, незаконное получение кредита и организацию занятий проституцией.

«Законопроект направлен на определение механизма установления квот для приема на работу осужденных к наказаниям, не связанным с лишением свободы, в организациях, в которых государственные корпорации или государственные компании имеют возможность влиять на принимаемые этими организациями решения»,— говорится в пояснительной записке Минюста.

Авторы не скрывают, что намерены использовать труд осужденных в отдаленных регионах России: «Принимая во внимание, что в соответствии с уголовным законодательством принудительные работы могут назначаться на срок от двух месяцев до пяти лет, положения законопроекта позволят выполнять работы в отдаленных регионах, в том числе с проживанием на объектах». Речь идет о «предприятиях любых организационно-правовых форм, расположенных за пределами исправительных центров», в том числе и на объектах госкорпораций с проживанием в общежитиях. Кроме того, поправки предлагают направлять на объекты госкорпораций и госкомпаний осужденных, которым назначены исправительные (удержание части зарплаты) и обязательные (общественно-полезный труд в свободное время) работы по месту жительства. Перечень объектов и квоту трудовых мест будет устанавливать правительство России.

Использовать труд заключенных на предприятиях вне учреждений ФСИН в мае 2015 года предлагал депутат Госдумы Александр Хинштейн, подготовивший поправки к Уголовно-исполнительному кодексу. Инициативу поддерживало руководство ФСИН. «Нужно, чтобы мы могли на объект осужденных доставлять и не каждый день возить назад, а создавать условия работы на конкретном предприятии»,— говорил “Ъ” первый заместитель директора ФСИН Анатолий Рудый (см. “Ъ” от 25 мая 2015 года). О планах привлечения заключенных к труду на главных стройках РФ в интервью “Ъ” (см. номер от 7 июля 2014 года) упоминал и глава экономического управления ФСИН Олег Коршунов. Тогда он не исключил, что зэки будут участвовать в постройке моста через Керченский пролив и убирать леса после проведения Олимпиады в Сочи.

«У нашей страны есть опыт использования труда заключенных, особенно в 30-х годах прошлого века,— напомнил “Ъ” профессор кафедры труда и социальной политики Института государственной службы и управления РАНХиГС Александр Щербаков.— Думаю, что раз уж использовать такой труд, то там, где меньше всего гражданских лиц, и на тех работах, которые требуют простого физического труда, а не интеллектуального. Это может быть прокладка траншей для газопроводных труб». Он отметил, что труд осужденных стоит дешево, поэтому государство сможет экономить. Господин Щербаков также выразил опасение, что привлечение осужденных может негативно сказаться на рынке труда, так как это лишит работы местных жителей, которые могли бы на нее претендовать.

Единственный вариант использования труда осужденных — замена мигрантов из среднеазиатских республик, уверена директор региональной программы Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич. «Тогда для госкорпораций это будет еще дешевле»,— уточнила она.

«Осужденные смогут работать, получать зарплату, обеспечивать себя всем необходимым и уплачивать штрафы,— прокомментировала инициативу координатор правозащитного проекта “Гулагу.нет”, член ОНК Москвы Елена Абдуллаева.— Это социально-реабилитационная функция». Руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков отметил, что есть много вопросов к механизму, как принудительные работы будут организованы и насколько это будет выгодно. Для властей, говорит он, легче привлечь к этому госкорпорации, а не коммерческие организации. «Госкорпорации более стабильные, на них можно вешать разные обязательства»,— отметил господин Чиков.

В Минтруде “Ъ” пояснили, что вопросы надзора за правами заключенных, выполняющих работы, находятся в ведении Роструда. Однако в Роструде сообщили, что не участвовали в подготовке и обсуждении данного законопроекта, и отказались от комментариев.

“Ъ” опросил об инициативе Минюста представителей ТЭКа, транспортной сферы и тяжелого машиностроения. В «Газпроме» не стали ее комментировать, в «Роснефти» (в правление компании входит бывший глава ФСИН Юрий Калинин) также отказались от комментариев. Источник в одной из компаний оборонно-промышленного комплекса (ОПК) пояснил, что предприятиям нужны высококвалифицированные кадры, «а на рынке низкоквалифицированного труда сильной конкуренции нет, и легче будет нанять обычных работников, чем связывать себя всякого рода обязательствами с трудоустройством осужденных». «Потом, практически все предприятия ОПК — режимные объекты, пропуск на территорию которых осуществляется после проверки данных посетителя»,— добавил собеседник. Источник “Ъ” в авиаотрасли также выразил сомнение, что спецконтигент допустят на объекты, так как речь идет о безопасности полетов.

Отметим, что в ряде случаев крупные российские компании, в том числе государственные, сталкиваются не с недостатком, а с избытком рабочей силы. Речь идет в первую очередь о моногородах и ЗАТО, созданных еще в СССР. Сейчас в рамках различных программ оптимизации (например, из-за падения заказов, устаревания мощностей или истощения месторождений) компании, остающиеся основными работодателями, не могут пропорционально сокращать штат — это грозит социальным взрывом. Подобная ситуация, в частности, сложилась в Краснокаменске (Забайкалье), где расположены крупнейшие урановые рудники «Росатома».