Полиция заинтересовалась «зелеными жилетами»

Полиция заинтересовалась «зелеными жилетами»

Силовики пришли к журналистам, освещавшим акции протеста

Во вторник полицейские пришли домой к журналистам «Дождя», «Эха Москвы», «Медузы» (внесена в реестр так называемых СМИ-иноагентов) и «Комсомольской правды»; днем ранее силовики посетили фотографа канала RTVI Ивана Краснова. Все корреспонденты освещали несогласованную акцию протеста в поддержку политика Алексея Навального 21 апреля. Каждый раз полиция утверждала, что журналисты участвовали в протестах; при этом все корреспонденты находились на акции в специальных зеленых жилетах с надписью «Пресса» и имели редакционные задания. Правозащитники и руководители СМИ называют происходящее «давлением на журналистов» и попыткой «усложнить их работу».

Журналист телеканала «Дождь» Алексей Коростелев рассказал, что в семь утра к нему стали стучаться в дверь участковый и сотрудник уголовного розыска. Они отвезли корреспондента в ОВД «Левобережный». Причиной стала его работа на несогласованной акции в поддержку политика Алексея Навального 21 апреля. По словам Алексея Коростелева, полицейские сначала хотели составить на него протокол по ст. 20.2 КоАП РФ (участие в несогласованной акции). Инспектор полиции показала ему видеозапись с человеком в черной одежде на акции. «Это был не я»,— пояснил журналист. После ему показали еще одну видеозапись — уже с ним, но в зеленом жилете с надписью «пресса».

«Спустя пару часов они выяснили, что я сотрудник телеканала и работал на митинге с редакционным заданием и в зеленом жилете»,— сказал господин Коростелев. Визит сотрудников полиции он назвал «довольно неприятным» и считает «давлением на журналистов».

Практически в то же время силовики нанесли визит корреспонденту радиостанции «Эхо Москвы» Олегу Овчаренко, который также освещал акцию сторонников господина Навального. Но от него в итоге потребовали самостоятельно прийти в отделение — с пресс-картой и редакционным заданием. В руководстве «Дождя» и «Эха Москвы» утверждают, что оба корреспондента находились на акции исключительно как сотрудники СМИ.

Днем 27 апреля домой к спецкору «Медузы» Кристине Сафоновой также пришел участковый. По ее словам, он сам не смог объяснить, зачем его отправили к журналистке. Позже с госпожой Сафоновой связались из ОВД по Молжаниновскому району Москвы и попросили прислать документы, подтверждающие, что она была на акции 21 апреля как журналист, а также явиться для «разговора» по поводу митинга.

Сотрудник «Комсомольской правды» Александр Коц рассказал в соцсетях, что во вторник утром к его напарнику Александру Рогозе также пришли участковые и увезли в отдел.

«В отделе очень удивились, что он журналист, взяли объяснения, редакционное задание и прочие подтверждающие профдеятельность бумажки и отпустили с богом»,— написал господин Коц.

Напомним, 30 декабря 2020 года депутаты Госдумы утвердили поправки в закон о митингах. Они обязали журналистов, освещающих публичные мероприятия, иметь при себе паспорт, документ, подтверждающий статус журналиста, а также «явно видимый отличимый специальный знак» (п. 5 ст. 6). Этот знак разработали МВД, Роскомнадзор (РКН) и Союз журналистов (СЖР) — это зеленый жилет с надписью «пресса» и специальный бедж. Впрочем, депутаты до сих пор не приняли поправки в КоАП, предусматривающие наказание для журналистов, чей внешний вид на протестных акциях не соответствует новым правилам.

«Всем этим требованиям, к сожалению, мы следуем. Несмотря на то, что делать это — носить жилет такого, а не другого цвета, и бедж такого, а не другого формата — довольно сложно и абсурдно»,— заявил “Ъ” главный редактор телеканала «Дождь» Тихон Дзядко. Визиты полицейских к журналистам он назвал «давлением на СМИ». «После 21 апреля полиция ходит домой к людям, чьи лица она видит на камерах наблюдения. И под эту гребенку попадают и СМИ,— пояснил господин Дзядко.— С другой стороны, когда на камерах они видят человека в жилете, то абсолютно очевидно, что это журналист. Поэтому приход сотрудников полиции к нему домой с обвинением в участии в несанкционированной акции — попытка его запугать. Третья задача полиции — создать в обществе атмосферу страха, чтобы люди не выходили на протесты, а журналисты — их освещать».

По мнению Тихона Дзядко, единственная возможность защитить журналистов, «если даже специальные жилеты и беджи их не защищают»,— это «максимальная огласка». «Сначала пришли к журналисту ''Дождя'', через полчаса — ''Эха Москвы'', нельзя исключать, что это продолжится»,— считает он.

Главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов уверил “Ъ”, что ему доподлинно известно: визиты полицейских к журналистам независимых СМИ — «намеренное действие».

Он считает, что таким образом представители власти «хотят затруднить работу журналистов». «Ведь никто не обязан сохранять редакционные задания, да и корреспондентов ВГТРК не вызывают»,— добавил господин Венедиктов. По словам главреда радиостанции, он обратился с письмом к начальнику ГУ МВД Москвы Олегу Баранову с просьбой направлять все запросы относительно журналистов «именно в редакцию», а не к конкретным корреспондентам, так как они «выполняют свой долг по заданию редакции». Также Алексей Венедиктов заявил о намерении обратить на ситуацию внимание общественного совета при МВД и Союзе журналистов.

Директор Центра защиты прав СМИ (внесен Минюстом в реестр иноагентов) Галина Арапова указала “Ъ”, что с точки зрения закона у полиции не было оснований приходить в семь утра к журналистам для опроса. «Даже по уголовным делам далеко не всегда есть такая оперативная необходимость, тем более по административным,— пояснила медиаюрист.— Такие действия можно расценить как сигнал СМИ, что каждый, кто освещает митинги, находится под пристальным вниманием силовиков». «Нам говорили, что бедж, жилет и редзадание — которое не обязательно при наличии журналистского удостоверения — предписываются для дополнительной безопасности журналистов и спокойной работы. Но на практике мы видим, что это не так»,— заключила госпожа Арапова.

Глава Совета по правам человека (СПЧ) при президенте Валерий Фадеев заявил “Ъ”, что к журналистам, работающим на митинге в соответствии с правилами, «никаких претензий быть не должно», и по каждому конкретному случаю преследования журналистов СПЧ намерен разбираться, «если будут жалобы».

«Но здесь надо четко разделять работу журналиста и участника акции: если журналист выкрикивает лозунги, несет транспаранты, то претензии могут быть»,— подчеркнул господин Фадеев.

Заместитель председателя СЖР Алексей Вишневецкий сообщил “Ъ”, что в факте «опроса» журналистов «не видит ничего трагичного». Тем не менее он уже сегодня поднял вопрос о визитах к корреспондентам «Дождя» и «Эха Москвы» на очередном совещании по обеспечению прав журналистов, которое прошло в полпредстве президента РФ. Более того, сегодня он разговаривал по телефону с руководителем пресс-службы ГУ МВД Москвы Владимиром Васениным. Тот заверил господина Вишневецкого, что у полиции к обоим журналистам претензий не было, так как протоколы не составлялись. Таким образом, сотрудники полиции, по мнению зампреда СЖР, проводят «обычную оперативную работу по выявлению участников несанкционированных митингов».

Алексей Вишневецкий рассказал, что и ранее поднимал эту тему перед полицейскими: «Обязателен ли визит по месту жительства ранним утром к человеку, который не подозревается в совершении тяжкого преступления, не находится в федеральном розыске? Сотрудники силовых структур говорят, что по регламенту оперативные группы должны прибывать на место в шесть-семь утра, чтобы гарантированно застать человека дома. Но тогда, может быть, есть смысл подредактировать регламенты, чтобы такие визиты не казались нам формой психологического давления на наших коллег?» Господин Вишневецкий не понимает, почему, «если журналист мог оказаться свидетелем правонарушения», с ним нельзя связаться «с помощью обычного человеческого общения — позвонить по телефону и пригласить дать показания? Пока ответа на эти вопросы мы не получили».

В ГУ МВД Москвы не смогли оперативно ответить на вопросы “Ъ”.

Отметим, что во вторник Пресненский суд Москвы назначил 200 тыс. руб. штрафа журналистке ИА «Вольница» Елизавете Лошак. Она освещала акцию в поддержку либертарианца, председателя «Гражданского общества» Михаила Светова — его обвинили в «организации» протестов 21 апреля и арестовали на девять суток.

Журналистку признали виновной в повторном нарушении правил проведения акций (ч. 8 ст. 20.2 КоАП РФ), хотя при себе у нее были пресс-карта и редакционное задание.

Днем ранее столичные полицейские приходили к фотографу канала RTVI Ивану Краснову и потребовали от него написать объяснительную из-за работы на митинге 21 апреля. Журналист показал им фото с митинга, на которых видно, что он был в жилете прессы, а также свои пресс-карту и редакционное задание, после чего полицейские уехали.

Во время самих акций журналистов задерживали в Кемерове, Казани и Махачкале. В Воронеже силовики унесли корреспондента Sota.Vision с площади на руках. Перед митингом в Петербурге квартиру журналистки «Фонтанки» Ксении Клочковой обыскали в поисках сотрудника штаба Навального.

Напомним, акции в поддержку Алексея Навального прошли 21 апреля в десятках городов России. Протестующие требовали предоставить отбывающему срок в колонии во Владимирской области политику медицинскую помощь. На тот момент оппозиционер несколько недель держал голодовку, сейчас он выходит из нее. По данным «ОВД-Инфо», на акциях 21 апреля были задержаны более 2 тыс. человек. Большая часть из них пришлась на Санкт-Петербург — там задержали по меньшей мере 840 человек.

Фотогалерея

1 / 80