Этнологическая экспертиза: к проблеме научно-технического обоснования перечня мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных этносов

Раздел 7 СОЦИОЛОГИЯ

Редактор раздела:

ЮРИЙ ЕФИМОВИЧ РАСТОВ - д-р социологических наук, профессор, действительный член Академии социальных наук, зам. председателя диссертационного совета по социологии при Алтайском Государственном университете

УДК 397.4

Poddubikov V.V. ETHNOLOGICAL EXPERTISE: TO THE PROBLEM OF SCIENTIFIC AND TECHNICAL FEASIBILITY OF THE LIST OF INDIGENOUS PEOPLES' TRADITIONAL RESIDENCE AND ECONOMIC ACTIVITIES.

Applied ethnology - the actual direction of current scientific research with a high degree of practical relevance of the results. A particularly important area of it's application is the examination of current state of indigenous peoples' traditional wild-life practices. This paper discusses legal, scientific and methodological aspects of ethnological expertise, directed to scientific and technical feasibility of the list of places of traditional residence and economic activities of indigenous peoples. On the example of ethnological examinations carried out in the Kemerovo region, author confirmes the contents of expert studies, the criterion of traditional residence and economic activities of indigenous peoples, as well as some used interrogation methods and instruments .

Key words: indigenous peoples, applied ethology, ethnological expertise, places of traditional residence and economic activities.

В.В. Поддубиков, канд. ист. наук, зав. лабораторией этносоциальной и этноэкологической

геоинформатики Кемеровского гос. университета, г. Кемерово, E-mail: poddub@gmail.com

ЭТНОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА: К ПРОБЛЕМЕ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ОБОСНОВАНИЯ ПЕРЕЧНЯ МЕСТ ТРАДИЦИОННОГО ПРОЖИВАНИЯ И ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОРЕННЫХ МАЛОЧИСЛЕННЫХ ЭТНОСОВ*

Прикладная этнология - актуальное направление современных научных исследований с высокой степенью практической востребованности результатов. Особенно важной сферой их приложения является экспертиза современного состояния традиционных практик хозяйствования коренных малочисленных народов. В статье обсуждаются правовые и научно-методические аспекты этнологической экспертизы, направленной на научнотехническое обоснование перечня мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. На примере этнологических экспертиз, осуществленных в Кемеровской области, уточняется содержание экспертных исследований, применяемые критерии мест традиционного проживания и хозяйственно деятельности коренных малочисленных народов, а также некоторые исследовательские методы и инструментарий.

Ключевые слова: коренные малочисленные народы, прикладная этология, этнологическая экспертиза, места традиционного проживания и хозяйственной деятельности.

В сфере государственной национальной политики России последних десятилетий постепенно расширяется и становится привычной практика предварительных научно-технических обоснований принимаемых властью управленческих решений. Происходит это на фоне растущих потребностей органов государственной власти располагать качественной научно обоснованной информацией по текущим этническим процессам, характеру межнациональных отношений и прогнозу их возможных обострений. С другой стороны, в настоящее время идет процесс формирования экспертного сообщества этнологов, готовых к осуществлению прикладных исследований. Сегодня в стране существует ряд научных коллективов, располагающих не только теоретическими разработками, но и реальным опытом исследований, сориентированных на получение практически значимых результатов. Под действием этих двух причин прикладная этнология в России стала динамично развивающейся областью научных исследований. Ее результаты находят применение в дос-

таточно широком проблемном поле: от уточнения реализуемых государством программ сохранения этнокультурного разнообразия народов России - до «тонкой» диагностики характера межэтнических отношений и прогноза их возможного в будущем развития. В попытке решить столь сложные научно-практические проблемы отечественная традиция прикладных этнологических исследований сформировалась в методологическом отношении, приобрела арсенал разнообразных методов, техник и аналитических инструментов [1; 2].

Однако по некоторым направлениям этнологической экспертизы в отечественной практике прикладной этнологии, до сих пор не сложилось ни общепринятых подходов, ни апробированных исследовательских методик. Вне всякого сомнения, именно к этой категории потенциальных объектов этнологической экспертизы следует относить проблему научного обоснования управленческих решений об отнесении отдельных населенных пунктов и территорий к перечню мест традиционного проживания и хозяйствен-

ной деятельности коренных малочисленных народов, утверждаемому Распоряжениями Правительства РФ [3].

В настоящей статье предпринимается попытка выделить наиболее важные правовые и научно-методические аспекты этнологической экспертизы по факту существующих проектов управленческих решений об отнесении населенных пунктов с присутствием локальных сообществ коренных малочисленных этносов к перечню мест их традиционного проживания и хозяйственной деятельности. Автор опирается, в основном, на опыт проведения этнологических экспертиз на территории Кемеровской области, в Таштагольском муниципальном районе и Между-реченском городском округе в 2012 -2013 гг. [4; 5], выполненных по заказу регионального департамента культуры и национальной политики.

Прежде всего, необходимо проанализировать имеющиеся в федеральном законодательстве правовые нормы, устанавливающие порядок и общие принципы формирования перечня, а также оценить их с точки зрения реальной управленческой практики на региональном уровне.

Как известно, места традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов как правовая категория присутствуют в Федеральном законодательстве достаточно давно. Они упоминаются в Федеральном законе «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» с 1999 года [6] и, в целом, считаются одной из эффективных мер содействия сохранению традиционных форм культуры, образа жизни и исконной среды обитания коренных малочисленных этносов. В соответствии с нормами упомянутого закона Правительством РФ утверждается и периодически изменяется перечень конкретных мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности КМН. В дальнейшем в этих правовых рамках осуществляются различного рода государственные программы по поддержке коренных малочисленных этносов на федеральном и региональном уровнях.

Следует отметить ряд особенностей нормативно-правовой базы, в соответствии с которой существует категория мест традиционного проживания коренных малочисленных народов. К ее сильным сторонам, безусловно, стоит отнести присутствие в законодательстве основополагающих определений, таких, как «коренные малочисленные народы», «традиционный образ жизни», «исконная среда обитания», «уполномоченные представители коренных малочисленных народов» [6, ст. 1]. В законодательстве также определены сферы ответственности, основные права и полномочия заинтересованных сторон, а именно: органов государственной власти федерального, регионального и местного уровня, представителей коренных малочисленных народов. В ряд законодательных норм введено понятие этнологической экспертизы как прикладного научного исследования, направленного на изучение влияния изменений исконной среды обитания малочисленных народов и социально-культурной ситуации на развитие этноса.

Однако у рассматриваемых документов прослеживаются и явно слабые стороны, к которым можно отнести два момента:

1) в ряде случаев в них допущена терминологическая неопределенность, затрудняющая правоприменительную практику;

2) законодатель практически не определяет четкие критерии для выделения мест традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. В целом следует признать, что ФЗ «О гарантиях прав ...» носит в этой части рамочный, т.е. в большей степени универсальный характер, требующий конкретизации на региональном и локальном уровнях при непосредственном рассмотрении вопросов выделения мест традиционного проживания.

Названная выше терминологическая неточность закона просматривается, прежде всего, в возможности неоднозначной трактовки самого понятия «Места традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов». В частности, не вполне ясно, должны ли в выделяемых особых территориальных единицах проявляться сразу оба признака. Должны ли они одновременно служить традиционным местом проживания малочисленного этноса и территорией хозяйственного использования, необходимой ему для поддержания исконной культуры жизнеобеспечения? Или же для этнической территории достаточно соответствовать лишь одному из этих признаков, чтобы быть она могла получить соответствующий правовой статус? Сам рассматриваемый ФЗ [6, ст. 5, ч. 2] отмеченный момент до конца не проясняет. Однако общая логика закона

и, в частности, то, как обозначена сфера его потенциального применения [6, ст. 3, ч.1], заставляет признать, что более корректен первый вариант трактовки понятия «Места традиционного проживания и хозяйственной деятельности КМН».

Пожалуй, еще более серьезным недостатком нормативной базы в рассматриваемой сфере правового регулирования является отсутствие четких механизмов определения мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных этносов. В законодательстве сказано лишь, что их перечень формируется Правительством РФ по представлению органов государственной власти Субъектов РФ, на территории которых проживают коренные малочисленные народы [6, с. 5, ч. 2]. Таким образом, большая часть ответственности за выбор конкретных территориальных единиц ложится на органы власти регионального уровня. В значительной степени это касается и вопроса о разработке критериев для отнесения отдельных административно-территориальных единиц и населенных пунктов к категории мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных этносов.

В реальной практике этнонациональной политики на уровне Субъектов РФ именно неясность критериев является одним из наиболее существенных затруднений при попытке составить перечень мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. Это иногда приводит к весьма необоснованным решениям об отнесении к перечню крупных городских поселений [7], в которых в принципе невозможна практика традиционного хозяйствования, или же всей территории отдельных муниципальных образований со сложной этнической структурой населения и незначительным численным представительством коренных малочисленных народов. В свете такого рода фактов неоспоримой является необходимость научного подхода к определению критериев для отнесения населенных пунктов, сельских и городских поселений к перечню мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных этносов.

Постараемся далее обозначить важнейшие из этих критериев, опираясь на опыт и научные данные прикладных этнологических исследований, выполненных на территории Кемеровской области в 2012-13 гг., а также логику, заложенную в федеральном законодательстве. В ФЗ «О гарантиях прав .» [6, с. 3, ч.1] законодатель приводит 4 существенных для нас признака субъекта права. В соответствии с ними, вероятно, и следует определять те территориальные единицы, которые могли бы быть признаны местами традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов.

Во-первых, закон распространяет свое действие на лиц, относящихся к коренным малочисленным народам. В потенциальных местах традиционного проживания и хозяйственной деятельности такие лица, конечно, должны присутствовать. Однако здесь проявляется существенная проблема. По ряду причин установить этническую принадлежность человека почти не возможно, не задав ему прямой вопрос на эту тему. Поэтому очевидно, что решению вопроса об отнесении территориальной единицы к числу мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов должно предшествовать исследование этнического состава населения, включая обработку материалов переписей населения и проведения специальных социологических опросов.

Во-вторых, от мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности ожидается, что в них будет присутствовать некий устойчивый контингент резидентов - т.е. постоянно проживающих здесь лиц. В этом отношении также не все однозначно. Наш опыт проведения прикладных этносоциальных исследований показывает, что иногда в национальных поселках (особенно расположенных в границах городских округов или в пригородной зоне крупных городов) значительная часть населения отнюдь не постоянна. Имея здесь постоянную регистрацию многие годами живут в городах, районных центрах и т.д. Таким образом, и этот критерий может быть адекватно учтен только посредством проведения специальных исследований на месте.

В-третьих, такие моменты, как реальная практика традиционного образа жизни и исконных форм хозяйствования также нуждается в специализированном и внимательном предварительном исследовании.

Региональная специфика также может создавать особые условиях существования традиционной практики хозяйствования коренных малочисленных народов, которую необходимо

учитывать в процессе формировании региональной сети мест традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов. Проиллюстрируем это на примере Кемеровской области. Здесь среди наиболее значительных моментов следует отметить следующее:

1. В ряде случаев территории традиционного хозяйственного использования, доступные коренному населению, не пригодны для устойчивой практики природопользования, либо нуждаются в восстановительных мерах. В качестве примера можно привести места традиционного проживания локальных групп бачатских телеутов [8]. Иногда же фактором, ограничивающем возможности для расширенного традиционного хозяйствования коренных малочисленных народов, являются особо охраняемые природные территории, расположенные в непосредственной близи от мест традиционного проживания [9].

2. На основе опыта полевой работы в среде коренных малочисленных народов Южной Сибири (в т.ч. и Кемеровской области) автор настоящей статьи имеет основания судить, что уровень мотивации на развитие традиционных форм экономики у коренного населения неодинаков и в целом постепенно снижается по мере замещения старшего поколения молодежью. Ее значительная часть сориентирована на совсем иной, далекий от традиционного образ жизни.

3. На территориях традиционного проживания коренных малочисленных народов встречаются земли с особым режимом

Библиографический список

землепользования (территория заповедников, национальных и природных парков, земли федерального резерва и т.д.). Таким образом, важно проследить, чтобы выделяемые места традиционного хозяйствования не рождали новых поземельных конфликтов с участием коренного населения и не обостряли старых конфликтных ситуаций.

Все сказанное выше означает, что решению о выделении мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов или изменению их действующего перечня должна предшествовать стадия предварительных исследований. Их основным результатом должно стать научно-техническое обоснование по каждой выделяемой территориальной единице в соответствии с отмеченными критериями, соответствующими нормам федерального законодательства и особенностями региональной ситуации. Иными словами, речь идет об этнологической экспертизе, которая, кстати, предусмотрена в ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов».

* Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ (проекты № 13-01-00170 «Геоинформационный мониторинг уязвимых компонентов этнокультурной среды в местах традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных этносов Алтае-Са-янского региона» и № 13-01-18066 «Этнологическая экспертиза: исследование факторов поземельных и этносоциальных конфликтов в местах традиционного природопользования шорцев».

1. Садовой, А.Н. Этносоциальный мониторинг: принципы, методы, практика / А.Н. Садовой, Н.А. Пруель. - Кемерово, 1996.

2. Поддубиков, В.В. Сельские группы коренных малочисленных этносов: методы экспертной оценки систем традиционного природопользования (на материале Южной Сибири) // Вестник Томского государственного университета. История. - 2012. - № 3(19).

3. Правительство Российской Федерации. Распоряжение от 8 мая 2009 г. N 631-р “Об утверждении перечня мест традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации и перечня видов традиционной хозяйственной деятельности”, 2009.

4. Поддубиков, В.В. Шорцы Кемеровской области: некоторые демографические и социальные проблемы (по данным этнологического мониторинга 2012 года) / В.В. Поддубиков, К.И. Осипов // Социогуманитарный вестник. - 2012. - № 2(9).

5. Поддубиков, В.В. Этнологическая экспертиза: анализ факторов земельных конфликтов в местах традиционного природопользования // Социогуманитарный вестник. - 2012. - № 2(9).

6. Российская Федерация. Федеральный Закон № 82-ФЗ от 30.04.1999 г. «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации». Принят Гос. Думой 16.04.1999 г. Одобрен Советом Федер. 22.04.1999 г.

7. Поддубиков, В.В. Этнокультурное пространство российского города: некоторые проблемы этнологического исследования // Антропологический форум. - 2010. - № 12.

8. Поддубиков, В.В. Проблемы традиционной хозяйственной специализации телеутов / В.В. Поддубиков, А.М. Лебедев // Труды Кузбасской комплексной экспедиции. Беловский, Яшкинский, Таштагольский районы Кемеровской области. - Кемерово, 2004.

9. Поддубиков, В.В. Традиционные формы природопользования коренного населения в контексте проблем управления особо охраняемыми природными территориями Алтае-Саянского экорегиона // Проблемы сохранения, использования и охраны культурного и природного наследия при реализации программ и проектов развития Сибири и Дальнего Востока. - Томск, 2008. - Вып. 2.

Bibliography

1. Sadovoyj, A.N. Ehtnosocialjnihyj monitoring: principih, metodih, praktika / A.N. Sadovoyj, N.A. Pruelj. - Kemerovo, 1996.

2. Poddubikov, V.V. Seljskie gruppih korennihkh malochislennihkh ehtnosov: metodih ehkspertnoyj ocenki sistem tradicionnogo prirodopoljzovaniya (na materiale Yuzhnoyj Sibiri) // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Istoriya. - 2012. - № 3(19).

3. Praviteljstvo Rossiyjskoyj Federacii. Rasporyazhenie ot 8 maya 2009 g. N 631-r “Ob utverzhdenii perechnya mest tradicionnogo prozhivaniya i tradicionnoyj khozyayjstvennoyj deyateljnosti korennihkh malochislennihkh narodov Rossiyjskoyj Federacii i perechnya vidov tradicionnoyj khozyayjstvennoyj deyateljnosti” , 2009.

4. Poddubikov, V.V. Shorcih Kemerovskoyj oblasti: nekotorihe demograficheskie i socialjnihe problemih (po dannihm ehtnologicheskogo monitoringa

2012 goda) / V.V. Poddubikov, K.I. Osipov // Sociogumanitarnihyj vestnik. - 2012. - № 2(9).

5. Poddubikov, V.V. Ehtnologicheskaya ehkspertiza: analiz faktorov zemeljnihkh konfliktov v mestakh tradicionnogo prirodopoljzovaniya // Sociogumanitarnihyj vestnik. - 2012. - № 2(9).

6. Rossiyjskaya Federaciya. Federaljnihyj Zakon № 82-FZ ot 30.04.1999 g. «O garantiyakh prav korennihkh malochislennihkh narodov Rossiyjskoyj Federacii». Prinyat Gos. Dumoyj 16.04.1999 g. Odobren Sovetom Feder. 22.04.1999 g.

7. Poddubikov, V.V. Ehtnokuljturnoe prostranstvo rossiyjskogo goroda: nekotorihe problemih ehtnologicheskogo issledovaniya // Antropologicheskiyj forum. - 2010. - № 12.

8. Poddubikov, V.V. Problemih tradicionnoyj khozyayjstvennoyj specializacii teleutov / V.V. Poddubikov, A.M. Lebedev // Trudih Kuzbasskoyj kompleksnoyj ehkspedicii. Belovskiyj, Yashkinskiyj, Tashtagoljskiyj rayjonih Kemerovskoyj oblasti. - Kemerovo, 2004.

9. Poddubikov, V.V. Tradicionnihe formih prirodopoljzovaniya korennogo naseleniya v kontekste problem upravleniya osobo okhranyaemihmi

prirodnihmi territoriyami Altae-Sayanskogo ehkoregiona // Problemih sokhraneniya, ispoljzovaniya i okhranih kuljturnogo i prirodnogo naslediya

pri realizacii programm i proektov razvitiya Sibiri i Daljnego Vostoka. - Tomsk, 2008. - Vihp. 2.

Статья поступила в редакцию 29.11.13

УДК 316

Kulish V.V THE INFORMING THE SCHOOL-LEAVERS OF THE ALTAI ABOUT THE HISTORICAL PAST OF THEIR COUNTRY (ON THE MATERIALS OF SOCIOLOGICAL INVESTIGATION). The sources of informing the school-leavers of the Altai about the historical past of their country are given and described in the work, dominating sources are exposed and features of influencing the sources of information on forming the historical memory of the youth are marked out.

Key words: informing, sources, school-leavers, historical past, historical memory, forming the historical memory.