Защищенные дышлом

8 мая российскому парламентскому иммунитету исполнилось 15 лет. Как показали прошедшие годы, российские парламентарии относятся к своему иммунитету так же трепетно, как и большинство зарубежных.

Принято считать, что истоки современной концепции парламентского иммунитета восходят к 1397 году, когда английский парламент принял билль, осуждающий расточительность короля Ричарда II. Инициатор принятия билля Томас Хэкси был арестован по приказу короля, предстал перед судом по обвинению в государственной измене и был приговорен к смертной казни. Лишь под давлением парламента смертный приговор не был приведен в исполнение, а король был вынужден простить Хэкси. Тогда же палата общин приняла особый билль, гарантировавший членам палаты свободу слова в ее стенах.

Позже, в 1689 году, этот принцип был закреплен в Билле о правах, который особо защищал любые дискуссии и выступления, а также действия членов парламента от какого бы то ни было вмешательства извне. Так сложился распространившийся позже на все бывшие британские колонии (включая США) принцип "парламентской привилегии", в соответствии с которым парламентарий не может быть привлечен к ответственности за сказанное в стенах парламента. Эту привилегию широко использовали британские и американские парламентарии в XIX веке: сводя счеты со своими врагами-непарламентариями, они использовали стены парламента для распространения слухов и обвинений, которые, будь они высказаны вне парламентских стен, стали бы поводом для уголовного преследования за клевету. "Парламентская привилегия", тем не менее, не распространяется на прочие действия парламентария. Он, как и любой другой человек, может быть арестован, подвергнут обыску и предан суду.

В 1789 году во Франции была принята иная модель парламентского иммунитета, совместившая принцип "парламентской привилегии" с принципом личной неприкосновенности депутата. Именно французская система и получила наибольшее распространение сначала в Европе, а потом и во всем мире. Чаще всего речь идет о том, что депутат не может быть арестован, подвергнут обыску, против него не может быть выдвинуто обвинение в совершении какого бы то ни было преступления, и любые действия в отношении депутата могут производиться лишь после получения согласия парламента.

Конечно, в каждой стране депутатский иммунитет имеет свои особенности. Так, в Ирландии отсутствует само понятие "лишение иммунитета": неприкосновенность парламентариев не может быть снята даже парламентом. Правда, действует эта неприкосновенность лишь в то время, когда парламентарий направляется в парламент, заседает в нем и возвращается из него. А итальянские парламентарии неприкосновенны во всех случаях, за исключением тех, когда они пойманы с поличным при совершении тяжкого преступления. Иммунитет, однако, может быть снят по представлению прокурора в ходе тайного голосования соответствующей палаты парламента.

Наиболее ограниченный иммунитет у парламентариев Бельгии. Здесь депутатская неприкосновенность касается лишь ареста и суда. Обыски, допросы и иные следственные действия могут производиться без предварительного разрешения парламента. Кроме того, даже такой ограниченный иммунитет действует лишь во время парламентских сессий (в большинстве стран иммунитет действует и во время каникул парламентариев).

Что же до практики, то самыми неприкасаемыми оказываются парламентарии Греции и Италии. К примеру, в Греции в период с 1993 по 1999 годы было подано 124 заявки на лишение неприкосновенности, и лишь две из них были удовлетворены парламентом. А в Италии за последние несколько лет ни одна подобная заявка не была удовлетворена. А в Германии, напротив, принципиальная позиция бундестага состоит в удовлетворении всех заявок на лишение депутатской неприкосновенности. Предполагается, что полиция и следствие не станут зря возбуждать производство, а сам депутат, как и любой другой человек, вполне может доказать свою невиновность в суде. Именно поэтому на Германию приходится наибольшее число громких случаев лишения неприкосновенности. К примеру, в июне 2003 года бундестаг лишил депутатской неприкосновенности бывшего вице-канцлера Германии Юргена Меллемана, обвиненного в коррупции (через пару дней Меллеман покончил жизнь самоубийством). А в марте 2009 года бундестаг лишил иммунитета одного из ключевых парламентариев Германии Йорга Таусса, которого уличили в передаче детской порнографии по мобильному телефону.

В России по принятому 15 лет назад закону "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы" депутаты и сенаторы не могут быть привлечены к уголовной и административной ответственности, а также задержаны, арестованы, подвергнуты обыску, допросу или личному досмотру без предварительного согласия соответствующей палаты Федерального собрания. Решение о лишении неприкосновенности выносится по представлению генерального прокурора РФ.

Как показала практика, российские парламентарии, как и западные, крайне редко "сдают" своих коллег правоохранительным органам. Совет федерации вообще предпочитает действовать другими методами, и представление генпрокурора о лишении иммунитета рассматривалось верхней палатой парламента только один раз. А после проведенной в 2000 году реформы государственной власти, в результате которой губернаторов и спикеров законодательных собраний в Совете федерации сменили их назначаемые представители, описанная в законе процедура лишения иммунитета там не использовалась ни разу. Сенаторов, уже не являющихся "политическими тяжеловесами", стало проще лишить мандата через процедуру отзыва или "по собственному желанию".