Викарии Уфимской епархии 1920-х годов: священномученик Вениамин (Фролов), епископ Байкинский

Вестник ПСТГУ

II: История. История Русской Православной Церкви

2005. Вып. 1. С. 141-158

Викарии Уфимской епархии 1920-х годов:

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК ВЕНИАМИН (ФРОЛОВ), ЕПИСКОП Байкинский

Н.П. Зимина,

к. биол. наук, ст. научный сотрудник Института истории, языка и литературы Уфимского научного центра РАН

В статье публикуются результаты исследования жизни и деятельности викария Байкинского Вениамина (Фролова) — одного из так называемых «тайных», или «ночных», епископов, рукоположенных в Уфимской епархии Преосвященным Андреем (Ухтомским) и его ставленниками для противодействия обновленческому расколу в период заключения Святейшего Патриарха Тихона. Использование широкого круга источников впервые позволило составить достаточно полное жизнеописание Владыки.

В ряд важнейших документов, принятых Священным Собором Православной Российской Церкви 1917—1918 гг., следует поставить Определение о викарных епископах от 15 апреля 1918 г.1, в котором говорилось: «Существующие ныне епархии подлежат сокращению в своих пределах. Существующие викариатства, где к тому представляются возможности, постепенно преобразовываются в самостоятельные епархии»2. Это постановление, предложенный им подход к сохранению православной иерархии и церковной структуры через умножение числа викарных архиерейских кафедр и преобразование викарных кафедр в самостоятельные, сыграло поистине историческую роль в жизни Церкви в период гонений от богоборческой власти. Для осуществления соборного определения после детального изучения вопроса «о безотлагательном умножении числа викарных епископов и о коренном изменении епископской работы на местах» в особой комиссии, образованной 28 марта 1919 г. на заседании Священного Синода и Высшего Церковного Совета, 23 июня того же

1 Все даты до 1 февраля 1918 г. указаны по старому стилю, после — по новому стилю.

2 Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917—1918 гг. Вып. 1—4. М., 1994. Вып. 3. С. 42.

О

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

года Высшая Церковная Власть приняла постановление об увеличении числа епископов3.

Начало исполнению решений Собора в Уфимской епархии было положено уже в августе-сентябре 1918 г., когда на территории епархии силами чехословацкого корпуса и военных частей Комитета членов Учредительного собрания была ликвидирована власть большевиков. 31 августа в Уфе под председательством Преосвященного Андрея (Ухтомского) открылись заседания Уфимского епархиального собрания. На втором его заседании 2 сентября была организована особая Комиссия по епархиальному управлению, которая должна была в числе прочих рассмотреть вопрос о новых викариатствах (на тот момент в епархии имелось только одно викариатство — Златоустовское, учрежденное в 1917 году)4. 4 сентября в докладе Комиссии было признано необходимым увеличение числа викариатств «в виду территориальной обширности епархии, многочисленности населения и в целях миссионерских (в виду размножения сектантства)»5. После обсуждения вопроса Собрание постановило: «1) признать принципиально желательным открытие викариатства во всех уездах епархии; 2) признать необходимым открытие в первую очередь викариатства в Мензелинском уезде», а также «открыть викариатство в г. Белебее»6.

Эти решения, однако, не были осуществлены ввиду событий гражданской войны — боевых действий, которые не стихали на территории Уфимской губернии до середины 1919 года. Весной 1919 г. епископ Андрей со значительной частью духовенства ушел из епархии вместе с войсками адмирала Колчака; с 28 декабря 1919 г. он находился под арестом и следствием в Омской ГубЧК7. Управлявший епархией в отсутствие епархиального архиерея викарий Златоустовский Николай (Ипатов), очевидно, не имел полномочий на умножение числа викарных кафедр. Епископ Охтенский единоверческий Симон (Шлеев; на кафедре с мая 1920 г. по 18 августа 1921 г.) не видел необходимости в создании новых викариатств. Сменивший его на кафедре епископ Уфимский и Мензелинский Борис (Шипу-лин) также не счел необходимым упрочить положение Православия в епархии за счет новых викариев — даже в условиях начавшегося обновленческого раскола. Эта недальновидная политика привела

3 См.: Бовкало А.А. Постановление 1919 г. об увеличении числа епископов // Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского Богословского института. Материалы 1992—1996 гг. М., 1996. С. 339—341.

4 См.: Постановления Уфимского Епархиального Собрания августовской сессии

1918 гг. Уфа, 1918. С. 7. ’

5 Там же. С. 21.

6 Там же. С. 21, 24.

7 ЦГИА РБ. Ф. Р-1252. Оп. 1. Д. 527. Л. 187.

к тому, что к ноябрю 1922 г. Уфимская епархия оказалась во власти обновленцев. Однако ситуация резко изменилась с прибытием в ноябре 1922 г. в Уфу епископа Андрея (Ухтомского), по инициативе и благословению которого начались тайные хиротонии викарных епископов для Уфимской, а также Екатеринбургской и Томской епархий. Всего известно о десяти хиротониях, совершенных в период с ноября 1922-го по июль 1923 года. Их целью было сохранение Православной Церкви, ее высшего духовенства в условиях крайне агрессивной политики обновленцев, которые в союзе с большевистской властью пытались захватить все храмы епархии и вынудить к лояльности большую часть священнослужителей. Против непокорных руками карательных государственных органов применялись «крайние меры»; жестокие репрессии обрушились в первую очередь именно на архиереев, поскольку целью властей было обезглавить и тем самым уничтожить православную Церковь. Несмотря на гонения, викарии Уфимской епархии в большинстве сохранили верность Православию; они отстояли Церковь и защитили паству от расхищения. Таким образом, в Уфимской епархии полностью оправдалась тактика защиты Церкви, выработанная Священным Собором и проводимая в жизнь Высшей церковной властью.

Принципиальное значение для исследования этого исповедни-ческого периода в истории Уфимской епархии имеет изучение жизни и служения каждого из викарных архиереев. Между тем, в силу тайного характера их хиротоний и в связи с малочисленностью церковных документов того периода, до сих пор жизнь и служение этих видных деятелей Церкви практически не изучены: далеко не всегда известны даже их мирские имена и фамилии, даты, места и имена участников хиротоний; существует значительная путаница в сведениях о возглавляемых ими кафедрах; практически нет данных о деятельности в епархии; более того, в литературе имеет место смешение фрагментов биографий разных викариев, носивших одинаковые монашеские имена: Серафима (Афанасьева) и Серафима (Трофимова), Вениамина (Фролова) и Вениамина (Троицкого)8.

Настоящее исследование посвящено викарному епископу Бай-кинскому Вениамину (Фролову). Использование широкого круга источников — материалов следственных дел Архива УФСБ РФ по Республике Башкортостан, данных Информационного центра МВД Республики Башкортостан, документов из государственных архивов, сообщений «Уфимских епархиальных ведомостей» за

8

8 См.: Зимина Н.П. Викарии Уфимской епархии 1920-х годов: священномученик епископ Вениамин (Троицкий; 1901—1937) // Ежегодная богословская конференция ПСТБИ: Материалы 2004 г. М., 2004. С. 323-349.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

1900—1917 гг. — впервые позволило составить достаточно полное жизнеописание Владыки, существенно уточнить или исправить краткие сведения, опубликованные в известных каталогах архиереев Русской Православной Церкви — митрополита Мануила (Лемешевско-го), М.Е. Губонина, работах Православного Свято-Тихоновского богословского института и др. изданиях9.

Мирское имя епископа Вениамина (Фролова [...] Федоровича) до сих пор не известно. Он родился в І864 г. в селе Ичкинское Шад-ринского уезда Пермской губернии в крестьянской семье10. По национальности был русский (согласно анкетным данным из следственного дела) или же чуваш (судя по его назначению в будущем настоятелем инородческого чувашского монастыря). Окончил сельскую школу. Рано потеряв родителей, 14-летним подростком вынужден был оставить родные места. В І886 г., по благословению Преосвященного Нафанаила (Леандрова), епископа Екатеринбургского и Ирбитского, поступил певчим в архиерейский хор. В І892 г. был переведен в г. Пермь, пострижен в монашество и рукоположен в сан иеродиакона, а позже — иеромонаха. В І904 г. отец Вениамин был переведен в Уфимскую епархию и назначен настоятелем Бого-родице-Одигитриевского чувашского мужского монастыря с возведением в сан игумена11. Монастырь располагался близ деревни Бу-габаш Белебеевского уезда и был учрежден незадолго до назначения о. Вениамина определением Святейшего Синода от 24 января — 22 февраля І90І года12.

9 Мануил (Лемешевский), митр. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 гг. (включительно): В 6 т. Erlangen, 1979—1989. Т. 2. С. 165; Зеленогорский М.Л.Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (князя Ухтомского). М.: Терра, 1991. С. 101, 129—130; Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917—1943: Сб. в 2 ч. / Сост. М.Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 912, 966; За Христа пострадавшие: Гонения на Русскую Православную Церковь, 1917—1956: Биографический справочник. Кн. 1. А—К. М.: Изд-во ПСТБИ, 1997. С. 241—242.

10 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-16319. Т. 1. Л. 13—14 об. Дата рождения установлена на основании следующих данных: 1). В протоколе допроса епископа Вениамина от 12 декабря 1929 г. и в обвинительном заключении, составленном в феврале 1930 г., указан его возраст — 66 лет; причем в последнем документе над строкой с указанием возраста Владыки от руки надписано: 1864 г. 2) В метрических книгах Сергиевской церкви с. Ичкинского, Шадринского уезда, за 1861—1863 гг. записи о рождении мальчика у крестьянина по имени Федор Фролов (или Флоров) не обнаружено (ответы на запросы Государственного архива Свердловской обл. и Государственного архива в г. Шадринске). Однако, к сожалению, метрическую книгу церкви с. Ичкинского за 1864 г. пока найти не удалось.

11 См.: Там же.

12 См.: РГИА. Ф. 796. Оп. 181. Д. 1980. Л. 8—8 об.

История обители, управлять которой Господь привел о. Вениамина, представляет собой замечательную, но почти не известную страницу в истории Уфимской епархии13. Начало ее относится ко 2-й половине XIX в., когда окончились военные действия (вероятно, русско-турецкой войны 1877—1878 годов). По одному из сохранившихся до наших дней преданий, возвращавшиеся в родные края солдаты, и среди них Тит Петрович Табаков, родом из деревни Бугабаш, Уфимской губернии, проходя через Смоленскую землю, пожелали поклониться Смоленской чудотворной иконе Божией Матери, дабы поблагодарить Одигитрию за победу и за возвращение домой в полном здравии. Помолившись у святого образа, солдаты решили взять на память из реки Смоленки по камешку. Поднятый Титом из воды камень оказался довольно увесистым, размером с толстую книгу, — его и принес солдат в родное село. По другому преданию, камень принес в Бугабаш не солдат, а благочестивый отрок Тит Табаков, который совершал паломничество по святым местам, побывал и в Смоленске, где на реке Смоленке взял на память камень. Как бы то ни было, в течение многих лет памятный камень находился в семье Тита Табакова и лежал на дне сундука. Но однажды на Николу Вешнего жители собрались пойти крестным ходом в село Николо-Березовку Бирского уезда Уфимской губернии, помолиться у древней чудотворной Березовской иконы св. Николая Чудотворца и набрать воды из целебного родника. Тит достал смоленский камень, думая освятить его на святом роднике, и обнаружил проявившийся рисунок: был виден лик Богородицы с Предвечным Младенцем на левой руке, как на Смоленском Ее образе; по обе стороны Пречистой Девы стояли каких-то два угодника. После крестного хода и освящения камня Титу было несколько видений во сне Божией Матери, повелевавшей идти к архиерею с явленным на камне образом и просить об основании на бугабашской земле женского монастыря. Тогда он действительно отправился в Уфу и рассказал обо всем Владыке (по-видимому, Дионисию (Хитрову), который находился на Уфимской кафедре в 1883—1896 годы). Владыка пригласил каменотеса, и тот высек по появившемуся чудесным образом рисунку объемную икону. Вместе со Смоленским образом Божией Матери и Богомладенца проявились предстоящие угодники Божии: со стороны Богоматери — св. Василий Великий, со стороны Спасителя — св. Николай Чудотворец. По преданию, Владыка благословил создание женского монастыря, и Тит

13

13 См.: Сказание о явлении чудотворной иконы Смоленской Божией Матери на камне, находящейся в чувашском селе Бугабаш, Белебеевского уезда, Уфимской епархии // Мохов В.В., прот., Борисова Т.В. Слово жизни в акафистных песнопениях православной Церкви, с присовокуплением особых молитвословий, избранных для общенародного употребления. Вып. 2 // Акафисты в честь и славу чудотворных икон, прославившихся в Уфимской епархии. Уфа, 1994. С. 64—71.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

вернулся в деревню не только со святым образом, но и с десятью православными монахинями-чувашками. От святой иконы с первых дней после освящения камня на Николо-Березовском роднике начали происходить чудеса исцеления болящих и бесноватых; после молебнов во время крестных ходов со святыней прекращались засухи, эпидемии, пожары. Прославилась чудотворная Одигитрия далеко окрест с. Бугабаш, на поклонение ей шли и русские, и мордва, и чуваши, и марийцы, и татары. Скажем здесь же, что святыня сохранилась в годы гонений на Церковь благодаря благочестивым людям, потомкам Тита Табакова, и в настоящее время находится в Уфимском кафедральном соборе.

Архивные документы замечательным образом подтверждают и дополняют дошедшее до нас устное предание. Согласно прошению епископа Уфимского и Мензелинского Антония (Храповицкого) Святейшему Правительствующему Синоду от 9 ноября 1900 г.14, «в 1895 г. крестьянин деревни Бугабаш... Тит Петров15 просил Преосвященного Дионисия об открытии на его земле (10 дес.) мужского монастыря, говоря, что соседняя землевладелица Троицкая от себя жертвует также 10 дес., если монастырь откроется. В 1896 г. он подавал о том же прошение в Святейший Синод с приговорами о пожертвованиях крестьянами землей и деньгами, о их горячем желании открытия монастыря в честь Смоленской иконы Божией Матери. Это его прошение с прилагаемыми приговорами Святейшим Синодом было передано за № 4732 от 23 сентября 1896 г. в Уфимскую духовную консисторию и там задержалось.» — фактически до прибытия на кафедру в июле 1900 г. Владыки Антония, принявшего горячее участие в устроении новой обители. Ознакомиться с состоянием дела на месте Владыка благословил члена Уфимской консистории, затем ректора местной семинарии архимандрита Андроника (Никольского) (будущего архиепископа Пермского). Последний выяснил, что для обустройства монастыря часть своего поместья — 421 дес. — жертвует доктор Филипп Григорьевич Стельмахович, в том числе плодородную землю со всеми постройками и наличным хорошим хозяйством; кроме того часть земли покрыта лесом; от с. Бугабаш предполагаемое для обустройства монастыря место «отстоит в 25 верстах, от других соседних селений удалено не ближе пяти верст. Местность очень красива и здоровая. Тут же протекает речка. Тит Петров со своими друзьями перешел на это место и желал бы на нем основаться. При деревне Бу-габаш крестьянами пожертвовано и отмежевано их собственной

14 РГИА. Ф. 796. Оп. 181. Д. 1980. Л. 1—2 об.

15 Очевидно, тот самый крестьянин Тит Петрович Табаков, который в документах согласно дореволюционной традиции, должен был именоваться Тит Петров, т. е. Тит, Петров сын.

146

Зимина Н.П. Викарии Уфимской епархии 1920-х годов

земли 19 3/4 дес., да еще обещано одной крестьянкой 4 дес.; крестьяне жертвуют и деньгами, а равно и посторонние благодетели, так что теперь наобещано уже рублей до 2 У2 тысяч. Сочувствия открытию здесь монастыря у окружных жителей и доброхотов много.» [! — до революционного переворота и разрушения монастыря оставалось 17 лет]. Наконец, в пользу открытия обители говорило и то, что «желающих поселиться в предполагаемом чувашском монастыре и теперь уже живущих особой общиной монастырской вместе с инициатором этого дела Титом Петровым человек 10-15. Ажелающих поселиться в монастыре, когда он окончательно будет открыт, весьма много. Для окружающего чувашского населения епархии будущие монастыри явятся настоящим миссионерским станом, тем более что народившийся мужской монастырь с самого начала вступил в миссионерский путь по отношению к окружающим, обучая грамоте, устраивая вечерние богослужения и назидательные собрания по праздникам. Придавая весьма важное миссионерское значение всякому, а тем более инородческому для инородцев монастырю, - заканчивал свое прошение Владыка Антоний, — имею честь покорнейше просить Святейший Синод соизволить на открытие Чувашского мужского монастыря на жертвуемом. участке в честь Смоленской иконы Божией Матери с таким числом братии, каковую монастырь в состоянии будет содержать. При сем имею честь покорнейше просить о назначении монастырю настоятеля из чуваш, согласно желанию братии и населения».

Заметим здесь же, что предание не ошиблось, повествуя о благословении Божией Матерью создания женского монастыря в честь Ее чудотворного образа: в 1906 г. при деревне Бугабаш была официально учреждена и женская монашеская община в честь Смоленской иконы Пресвятой Богородицы (вероятно, неофициально существовавшая несколько раньше), а в 1913—1914 гг. община была преобразована в монастырь. О женском монастыре сохранилась большая память в народе, чем о мужском, поскольку он располагался при самом селе Бугабаш (тогда как мужская обитель находилась в значительном удалении от селения), и именно в женской обители хранилась святая икона.

По просьбе Преосвященного Антония первым настоятелем Бого-родице-Одигитриевского монастыря Указом Святейшего Синода от 27 февраля 1901 г. за № 1454, был назначен иеромонах Антоний, насельник Михаило-Архангельского черемисского монастыря Казанской епархии, природный чуваш и любимый, по словам уфимского епископа, духовник окружающего чувашского населения16. Однако через два года игумен Антоний вернулся в Казанскую епархию: указом Святейшего Синода от 13 марта 1903 г. за № 2142 он был

16 См.: РГИА. Ф. 796. Оп. 181. Д. 1980. Л. 2 об., 8—8 об.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

перемещен на должность настоятеля новооткрытого Александро-Невского чувашского монастыря в Козьмодемьянском уезде17. После этого Одигитриевским монастырем несколько месяцев управляли старшие из братии, состоящие в должности заведующего монастырем: сначала иеромонах Артемий, ас 18 августа 1903 г. иеромонах Нил18, — пока в 1904 г. не прибыл новый настоятель19.

Игумен Вениамин бессменно управлял обителью в течение 13 лет. За заслуги по духовному ведомству — успешные труды по устроению монастыря и просветительную деятельность, в 1907 г. ко дню рождения Его Императорского Величества отец-настоятель был награжден наперсным крестом, от Святейшего Синода выдаваемым20. В июле 1910 г. он участвовал в торжественной встрече великой княгини Елизаветы Федоровны, прибывшей в северные пределы Уфимской губернии на поклонение чудотворному образу святителя Николы Березовского и ко времени освящения в строящемся храме Камско-Березовского миссионерского монастыря придела преподобного Сергия Радонежского, в память о покойном великом князе Сергее Александровиче21. В 1915 г. отец Вениамин был назначен благочинным монастырей 2-го округа епархии22. В том же году за заслуги он был удостоен от Святейшего Синода награждения саном архимандрита и 30 августа 1915 г. возведен в сан Преосвященным Уфимским Андреем (Ухтомским), при служении последнего в Бого-родице-Одигитриевской обители23.

О конкретных деяниях о. Вениамина как настоятеля монастыря известно не много. Отметим лишь, что к 1917 г. в обители по официальным данным проживали 18 монахов и восемь послушников24; имелось два храма, из которых по меньшей мере один (или оба?) был построен при о. Вениамине. Как и другие монастыри епархии, Бого-родице-Одигитриевский в годы Первой мировой войны по мере сил принимал участие в облегчении участи семейств запасных и ратни-

17

См.: Уфимские епархиальные ведомости. 1903. № 8. С. 514.

18 См.: Там же. № 3. С. 162; № 17. С. 1130; Адрес-календарь и справочная книжка Уфимской губернии на 1904 год. Уфа, 1904. С. 98.

19 См.: Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-16319. Т. 1. Л. 13—14 об.

20

20 См.: Уфимские епархиальные ведомости. 1907. № 11. С. 590.

21 См.: Под молитвенным покровом Святителя Николая: Ея Императорское Высочество Благоверная Государыня и Великая Княгиня Елисавета Феодоровна у черемис-язычников 8, 9, 10 и 11 июля 1910 г. в Николо-Березовке Уфимской епархии. М., 1910. С. 11.

22 См.: Адрес-календарь Уфимской губернии на 1916 год. Уфа, 1916. С. 100; То

же. на 1917 год. Уфа, 1917. С. 99.

23

23 См.: Уфимские епархиальные ведомости. 1915. № 19. С. 772.

24 См.: Зыбковец В.Ф. Национализация монастырских имуществ в Советской России (1917—1921 гг.). М., 1975. С. 158.

ков, призванных на действительную военную службу; насельники помогали семействам этих лиц, без различия вероисповеданий, в уборке и обработке полей; оказывали помощь выдачей хлеба, муки, овощей, сена, соломы, дров для отопления и проч.25; только за ноябрь 1914 г. этот монастырь отпустил нуждающимся 238 возов дров26. С середины 1915 г. монастыри епархии, в их числе и Богородице-Одигит-риевский, приняли в свои стены до 2000 беженцев, главным образом монашествующих, из западных районов России27.

По-видимому, архимандрит Вениамин был от природы слаб здоровьем, к тому же имел склонность не столько к административной деятельности, сколько к молитвенному деланию и пастырскому окормлению верующих. Поэтому Указом Святейшего Синода от 10 апреля 1917 г. за № 2970 он был уволен, по прошению, от должности настоятеля28. Проживать на покое о. Вениамин остался в своем же монастыре.

Покой, однако, оказался недолгим. Революционные события не обошли Богородице-Одигитриевский монастырь стороной. 9 ноября 1917 г. начался погром обители русскими крестьянами деревень Но-во-Николаевки и Останково. Как сообщал епархиальному начальству новый настоятель игумен Адриан, был «уведен весь скот — лошади и коровы, растащены земледельческие орудия, сбруя, экипажи, 1300 пудов зернового хлеба и все братское имущество. Разгром монастыря продолжался несколько дней; первое время храмы оставались в целости, но 11 ноября были разгромлены все братские корпуса. Из них было утащено все имущество; даже косяки, рамы, двери и простенки пола и потолки были увезены. Старый деревянный храм был подвергнут страшному разгрому и кощунству. Все иконы на стенах и в иконостасе были разбиты и истоптаны ногами, крест с предстоящими был изрублен и осквернен нечистотами, св. Престол увезен и теперь его употребляют вместо стола. Новый храм остался цел благодаря одному солдату татарину, который из тысячной толпы подбежал к наружным дверям церкви и закричал: “Что вы делаете? Бога хотите грабить! Я никого не пущу в церковь, а кто первый полезет, тот смерть получит!” Так сей добрый мусульманин с распростертыми руками все время стоял у дверей храма. У нового храма успели оторвать медную скобку у двери и разбили одно окно в алтаре.

Братия, оставшись без приюта, — продолжал игумен Адриан, — поместилась у крестьян в деревне Папановке, где и пребывают все до настоящего времени. Богослужение в храме продолжается ежеднев-

25

25 См.: Уфимские епархиальные ведомости. 1914. № 21. С. 434—435.

26 См.: Там же. 1915. № 2. С. 61.

27 См.: Там же. № 18. С. 745.

1.

149

28 См.: Там же. 1917. № 11. С. 1.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

но, как было раньше. Для очередных служителей приступили исправлять один домик. До сих пор помощи никакой никем оказано не было, хотя уже много эшелонов прошло мимо монастыря, но в монастырь не заходил ни один солдат. Перед разгромом братия монастыря вышла навстречу погромщикам со св. крестом и иконами, но православные крестьяне, не снимая даже шапок, кричали: “Мы не признаем ничего, а пришли грабить монастырь”»29.

Архимандрит Вениамин в числе прочей монастырской братии прожил несколько месяцев в деревне Папановке. В 1918 г. он перешел в Георгиевский женский монастырь (называемый также «Святые кустики»), близ села Усы-Степановки, Бирского уезда, где проживал до 1923 г., помогая священнику монастырского храма.

Тем временем в Русской Церкви набирал силу обновленческий раскол. Еще в мае 1922 г. Святейший Патриарх Тихон был помещен под домашний арест и тем самым удален от дел церковного управления. Вскоре обновленцами было образовано незаконное Высшее церковное управление. Началась церковная смута. В РГИА были обнаружены интереснейшие документы — письма Патриарху Тихону, датированные июлем 1923 г. и описывающие положение дел в Уфимской епархии30. «После ареста Вашего Святейшества намеченный ход церковной жизни был нарушен, — писал Первосвятителю представитель мирян Уфимской епархии Иван Рождественский. — Появилось ВЦУ. Среди духовенства обозначилось разномыслие. Разрешения ожидали от очередного Епархиального Собрания в сентябре [1922 г.], но это собрание не привело к единению. Прибывший из Златоуста священник Лобанов, как уполномоченный ВЦУ, и допущенный на Еп[архиальное] Собрание, сразу стал на непримиримую позицию. Все же сторонников ВЦУ явилось немного, и те немногие были из духовенства. Епископ Борис колебался и стал за условное признание ВЦУ лишь после того, как большинство собрания принципиально высказалось за такое признание»31.

На колебания Владыки немедленно отреагировали власти. Вскоре после епархиального собрания, 18-го или 19 октября, он был арестован и увезен, чтобы не вызвать волнений среди активной и сплоченной уфимской паствы, в Пермь. Там состоялся открытый судебный процесс по обвинению епископа Бориса в контрреволюци-

29 Епархиальная хроника. Разгром монастыря // Там же. № 23—24. С. 622—623.

30 РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 209. Л. 3—4 об. Доклад епископа Давлекановского Иоанна (Пояркова) Его Святейшеству, Святейшему Тихону Патриарху, от 2/15 июля 1923 г.; Там же. Л. 7—8 об. Письмо Святейшему Патриарху Тихону от представителя мирян Уфимской епархии Ивана Рождественского, датируемое июлем 1923 г.

31 Там же. Л. 7 об.

онной деятельности по нескольким статьям Уголовного кодекса. Он был приговорен к семи годам принудительных работ с заключением в Пермском исправдоме, со строгой изоляцией; в результате применения амнистии наказание было сокращено до двух лет с зачетом предварительного заключения.

Действия обновленцев были хорошо согласованы с акциями властей. Немедленно после ареста епископа Бориса «по телеграмме священника Лобанова из Златоуста, образовывается обновленческое епархиальное управление, которое насилием захватывает дела епархии. В церковную жизнь вносится смута: значительная часть духовенства из страха или из-за отсутствия мужества и пастырского долга примыкает в большинстве к движению ВЦУ, народ остался в стороне. Стойкими остались лишь многие сельские батюшки и крестьяне.

Сорганизовавшееся обновленческое еп[архиальное] управление встретило надлежащий отпор со стороны избранников — мирян Союзного Совета32 и законного епархиального управления, но Совет Союза приходов по проискам обновленцев был закрыт, и все члены его, как и законного епархиального управления, были устранены»33.

Временно вступивший в управление епархией викарный епископ Златоустовский Николай (Ипатов) признал ВЦУ. Фактически Уфимская епархия перешла во власть обновленцев, которые праздновали победу. Но именно в это время, 4 ноября 1922 г, . в епархию после заключения прибыл Владыка Андрей, назначенный Патриархом Тихоном на Томскую кафедру. Как пастырь добрый, который полагает жизнь свою за овец, а не наемник, «которому овцы не свои, видит приходящего волка и оставляет овец и бежит, и волк расхищает овец и разгоняет их» (Ин 10:12), — Владыка Андрей решительно вмешивается в церковную жизнь Уфимской епархии. «Появление среди паствы Епископа Андрея сразу же повернуло русло течения церковной жизни, вызвав в народе значительный подъем. Его открытая проповедь и обличение обновленцев обезоруживало их в корне. Положение обновленцев делалось щекотливым. Епископ Андрей объявляет обновленческое епархиальное управление несуществующим, приглашает для управления епархией Совет Союза приходов»34.

Понимая неизбежность своего нового ареста, стремясь защитить Православие и сохранить православных архипастырей, епископ Андрей предпринял ряд важных шагов по управлению Уфимской

32

32 Союз Приходских Советов (Союз приходов) — детище епископа Андрея (Ухтомского) и его церковной политики по привлечению мирян к делам церковного управления для возрождения и оживления приходской жизни; в условиях гонений на Церковь Союз сыграл серьезную роль в защите Православия. Совет Союза — руководящий орган Союза Приходских Советов.

33 РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 209. Л. 7 об.—8.

34 Там же. Л. 8.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

епархией. Он основывался, с одной стороны, на вышеупомянутых Определении Собора о викарных епископах и постановлении высшего священноначалия от 23 июня 1919 г. об увеличении числа епископов, с другой — на постановлении Святейшего Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего церковного совета от 20 ноября 1920 г. (№ 362) и послании Патриаршего Заместителя митрополита Ярославского Агафангела от 18 июня 1922 г. — о временном автокефальном управлении епархиями в случае отсутствия канонического центра или невозможности связи с ним впредь до восстановления законной Высшей церковной власти.

Как сообщил позже Святейшему Патриарху Тихону в докладе о ходе событий в Уфимской епархии в период автокефалии викарий Давлекановский Иоанн (Поярков)35, Владыка Андрей совместно с епископом Златоустовским Николаем, отказавшимся от подчинения ВЦУ, совершил в Златоусте две первые епископские хиротонии викариев Уфимской епархии: 17 ноября рукоположил архимандрита мужского монастыря Трофима (Якобчука) во епископа Бирского, а 18 ноября священника Николая Боголюбова, постриженного в монашество с именем Марк, во епископа Стерлитамакского. На многолюднейшем пастырско-мирянском собрании в соборном храме г. Уфы епископ Андрей единогласно избирается временно управляющим Уфимской епархией и в конце ноября принимает дела от епископа Николая, викариатство которого выделяет в самостоятельную кафедру. В начале декабря Преосвященный Андрей заявил о ликвидации дел самочинного обновленческого епархиального управления и передал его функции Совету Союза приходских советов. 9 декабря Владыка был арестован и в тот же день увезен в Москву. Однако избранную линию по защите Православия, с благословения Владыки Андрея, продолжили викарные епископы и Совет Союза приходов. «На предмет охранения в неприкосновенности догматов и канонической дисциплины, равно и преемства благодатной хиротонии», остававшиеся на свободе викарии с соизволения правящих архиереев совершали последующие епископские хиротонии для Уфимской, а также Томской и Екатеринбургской епархий (так называемые «тайные» или «ночные» хиротонии, впоследствии признанные Святейшим Патриархом Тихоном). 11 декабря епископы Марк и Трофим рукоположили во епископа Староуфимского (Старая Уфа — слобода на уфимской окраине) игумена Аввакума (Боровкова), а 12 декабря — в город Дав-леканов иеромонаха Иоанна (Пояркова), выдвинутых Советом Союза приходов. Однако вскоре Совет обновленцами был ликвидирован, а 27 декабря 1922 г. власти арестовали епископа Аввакума и вскоре выслали в Усть-Сысольск. Как бы в ответ 3 января во епископа Ни-

35 РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 209. Л. 3—4 об.

Зимина Н.П. Викарии Уфимской епархии 1920-х годов

жегородского (Нижегородка — слобода на южной окраине Уфы) епископами Иоанном и Трофимом рукополагается иеромонах Петр (Гасилов). В январе 1923 г. под давлением властей прекратила существование канцелярия, бывшая в распоряжении автокефальных архиереев, однако деятельность викариев не остановилась. Епископами Иоанном и Петром по соизволению архиепископа Екатеринбургского Григория (Яцковского) 8 февраля рукополагается иеромонах Лев (Черепанов) во епископа Нижнетагильского и 9 февраля архимандрит Ириней (Шульмин) в с. Кушву Екатеринбургской епархии. Вскоре после этого епископ Петр был арестован (не ранее 28 марта) и выслан за пределы Башреспублики.

Тем временем епископы Бирский Трофим (Якобчук) и Куш-винский Ириней (Шульмин) «в целях поддержания течения староцерковников» совершили еще две тайные епископские хиротонии для Уфимской епархии к сельским церквам Бирского кантона: архимандрита Серафима (Афанасьева) в с. Аскино и «старца-архимандри-та» Вениамина (Фролова) в село Байки36.

По-видимому, эти хиротонии были совершены по очереди в течение двух дней (как и предыдущие тайные хиротонии), причем епископ Вениамин — как следует из доклада епископа Иоанна — был рукоположен вторым. Последний вывод подтверждается еще одним независимым свидетельством — Высокопреосвященного Андрея (Ухтомского), который на вопрос собрания благочинных Уфимской епархии от 3 июля 1926 г.: «На каком основании каких полномочий поставлены во епископы Климент, Антоний, Руфин, Питирим и др.», ответил: «Епископы Антоний, Руфин и Питирим были рукоположены совершенно на тех же основаниях в 1925 г., на каких в 1922 г. были рукоположены епископы Трофим, Марк, Аввакум, Иоанн, Петр, Серафим, Вениамин. В 1922 г. не оставалось в Уфе епископа православного, а в 1925 г. положение Уфимской епархии было еще хуже.»37 Таким образом, Владыка Андрей называет все семь хиротоний, совершенных для Уфимской епархии им лично или его ставленниками в период автокефалии 1922-1923 гг. (не считая еще трех хиротоний для других епархий), причем перечисляет их в правильном порядке совершения, в полном соответствии с докладом епископа Иоанна.

Когда же состоялась хиротония Преосвященного Вениамина? Для ответа на этот вопрос мы имеем как минимум три косвенных указания. Первое: она не могла произойти ранее 9 февраля — даты хиротонии епископа Кушвинского Иринея. Второе: она не могла произойти позже «выбытия» епископов Трофима и Серафима за пределы

36 См.: РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 209. Л. 4.

37

Зеленогорский М. Указ. соч. С. 192.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

епархии «ввиду стеснений от обновленцев», как осторожно выразился епископ Иоанн (Поярков) в докладе Святейшему Патриарху Тихону. Установлено, что Преосвященный Серафим (Афанасьев) 26 июня 1923 г. был впервые вызван на допрос уполномоченным ГПУ по Бирс-кому кантону, с 30 июня находился под арестом в Башцентрисправдо-ме, в августе-сентябре по приговору Комиссии НКВД по административным высылкам был этапным порядком направлен в Нарымский край38. Третье: в архивных делах обнаружен документ, датированный 20 июня 1923 г., в котором Владыка Вениамин упоминается среди других епископов как автор распространяемых по епархии воззваний против обновленцев. Таким образом, Вениамин (Фролов) был поставлен во епископа между 10 февраля и 20 июня 1923 г., а указания митрополита Мануила (Лемешевского) и каталога М.Е. Губонина на 15 ноября 1923 г. как дату его хиротонии39 не верны.

С приведенными косвенными данными полностью согласуется свидетельство самого епископа Серафима (Афанасьева) на допросе от 30 ноября 1927 г.: «16 февраля 1923 г. был посвящен во епископа с титулом “Аскинский”, в таковом положении я пробыл до 1923 г. июня месяца»40. Анализ текста позволил прийти к заключению, что Преосвященный Серафим все даты на данном допросе указал по старому стилю: например, назвал срок окончания своей ссылки 11 августа, а не 24-е, как должно быть по новому стилю; более того, в одном случае он прямо оговорил это обстоятельство: «.в 1925 г. в конце августа ст[арого] ст[иля] возвратился в г. Уфу»41. Исходя из этого, с достаточным основанием следует считать датой хиротонии епископа Серафима 16 февраля (1 марта) 1923 г., а следовательно, датой хиротонии епископа Вениамина — 17 февраля (2 марта) 1923 года.

Так для старца Вениамина (ему в это время было около 59 лет) началось время сугубого подвига исповедания Православия. Кафедральной для Байкинского викария являлась Михаило-Архангельская церковь села — семиглавый каменный храм, построенный в 1822 году Возможно, что его попечению была вверена паства не только этого храма, но и еще нескольких близлежащих. При хиротонии предполагалось, что епископ Вениамин будет управлять церквами Бирского викариатства в случае ареста епископа Бирского Трофима, о чем Владыка Вениамин показал позже на следствии (в записи рукой следователя, с чем, вероятно, связаны особенности стиля): «В 1923 г. в целях поддержания староцерковнического течения Уфимской Епархией

38 См.: Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-20193.

39 См.: Мануил (Лемешевский), митр. Указ. соч. Т. 2. С. 165; Акты. С. 966.

40 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-4179. Л. 25 об.

41 Там же. Л. 25 об., 26.

был назначен вторым архиереем Уфимской епархии по управлению церквами в Бирском кантоне и получил титул “Архиерей Байкинс-кий”»42. Однако он был скорее титулярным епископом; во всяком случае к июлю 1923 г., после отбытия за пределы епархии епископа Трофима «ввиду стеснений от обновленцев», церковными делами Бирского кантона, а также Уфимского и Белебеевского, ведал епископ Иоанн (Поярков) — согласно его утверждению в докладе Святейшему Патриарху Тихону, а Вениамин находился в своем кантоне «без дел управления»43. Однако, по имеющимся данным, Байкинс-кий викарий сыграл большую роль в организации сопротивления обновленчеству в епархии в целом.

К весне 1923 г. Уфимская епархия окончательно раскололась на две части. 24 марта в Москве была совершена хиротония во епископа обновленческого протоиерея Николая Орлова, выдвинутого частью обновленческого духовенства; он был назначен от ВЦУ епископом Уфимским и Мензелинским. «Народ его не признает, — писал в письме Святейшему Патриарху мирянин Иван Рождественский, — но большинство духовенства [в Уфе] ему подчиняются. Отделилось две церкви — Никольская и Кресто-Воздвиженская, во главе с епископом Иоанном. Епископ Иоанн все же отсидел в заключении около месяца и выпущен был 1 мая. Действия Уполномоченного ВЦУ священника Севастьянова простираются не только на город Уфу, но и на всю епархию. Епископ Николай ни уважением, ни популярностью среди верующих не пользуется, тогда как имя епископа Иоанна окружено любовью и церковь Никольская не вмещает молящихся. (При службах епископа Николая собор буквально пустует, и из него ушел даже хор»44.) Еще больший отпор обновленцы получили в других городах и особенно сельской местности.

Из информационной сводки VI отделения Секретного отдела ОГПУ «О состоянии православных церковников по СССР на 1 января 1924 года»:

«УФИМСКАЯ ГУБЕРНИЯ. Обновленческое движение развивается слабо. Деятельность реакционного духовенства исключительно направлена на борьбу с обновленцами. Тихон[овский] Еписк[оп] Вениамин и игуменья Христиния, которая находится в монастыре “Кустики” ведут упорную борьбу с обновленцами, для выполнения этого дела Вениамин посвящал в священники богатых мужиков. В настоящее время в г. Уфе собралось 4 Тихонов [ских] епископа: Иоан[н], Марк, Вениамин и Борис, которые среди верующих в общей сложности пользуются значительным авторитетом и которые из себя представ-

42 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-16319. Л. 13—14 об.

43 РГИА. Ф. 831. Оп. 1. Д. 209. Л. 4 об.

44 Там же. Л. 8 об.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

ляют ядро фанатиков, с яростью защищающих старую церковь. Что же касается остального духовенства, которое идет за Тихоновцами, оно себя ни в чем не проявило и идет за Тихоновцами только потому, что боится оторваться от верующей массы.»45

Последние слова не вполне соответствовали действительности. Судя по документам, борьба с обновленцами велась по двум основным направлениям: совершению иерейских хиротоний верных Православию мирян («богатых мужиков») и разъяснению верующему народу сути обновленчества и положения Церкви — через особые воззвания. Эти воззвания писали епископ Вениамин и другие православные викарии, а затем распространяли по епархии через верное духовенство и мирян. Об этом стало известно из докладной записки в Башкирский СО ОГПУ, датированной 20 июня 1923 г., в которой перечисляются имена священников, распространяющих «воззвания Пояркова, Трофима, Вениамина и дру-

гих»46.

За стойкое исповедание Православия в 1924 г. Владыка Вениамин был арестован и препровожден в Уфу. Он находился под следствием в Уфимском ГПУ, но был освобожден по старости.

В 1926 г. епископ-старец Вениамин — неизвестно, по своей воле или под давлением епископа Иоанна (Пояркова), к тому времени управлявшего всей Уфимской епархией, — принял участие в кампании против Владыки Андрея (Ухтомского) в связи с обвинениями последнего в предательстве Православной Церкви и переходе в старообрядческий раскол. Вероятнее всего, его участие ограничилось подписанием постановления епископов епархии от 16 марта 1926 г. «О поставлениях, совершенных епископом Андреем после смерти Патриарха, для Уфимской и Златоустовской епархий». Постановление заявляло о неканоничности хиротоний архиепископом Андреем в викарных епископов Уфимской епархии архимандритов Питирима (Ладыгина), Антония (Миловидова) и иеромонаха Руфина (Брехова), совершенных им в ссылке в г. Теджен (Туркмения) совместно с епископом Нижнетагильским Львом (Черепановым), а также о пресечении деятельности упомянутых викариев с запрещением их в священнослужении; оно было подписано Иоанном (Поярковым), епископом Давлекановским, управляющим Уфимской епархией; Серафимом, епископом Саткинским — Уфимской епархии; Вениамином, епископом Байкинс-

45 ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 4. Д. 372. Л. 252—286. Информационная сводка VI отделения Секретного отдела ОГПУ «О состоянии православных церковников по СССР на 1 января 1924 г.». Цит. по: Архивы Кремля: В 2 кн. Кн. 2. Политбюро и Церковь: 1922—1925 гг. Новосибирск; М., 1998. С. 384—385.

46 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-20193. Л. 17—17 об.

Зимина Н.П. Викарии Уфимской епархии 1920-х годов

ким — Уфимской епархии; Николаем (Ипатовым), епископом Зла-тоустовским47.

Возможно, именно эти события привели епископа Вениамина в 1926 г. к решению уйти на покой. Местом проживания на покое он вновь избрал бывший монастырь «Святые кустики», который к тому времени был преобразован в монашескую «сельхозартель». В сентябре 1928 г. «артель» решением властей была расформирована. Бездомный и неимущий Владыка, по приглашению верующих, вернулся в село Байки, где проживал на покое до нового ареста. Позже на допросе о своей жизни этого периода он сказал, что «периодически, по просьбе священников, исполнял в церкви богослужение. Я уже стар и слепой. и живу в Байках на милостыню верующих. Дохода никакого не имею и только жду конца своей жизни»48.

Епископ Вениамин был арестован 14 ноября 1929 г. и заключен в Бирский кантонный исправдом по I категории. Поводом для ареста Владыки и священника Михаило-Архангельского храма Александра Яковлева послужила «неделя необычного говения», якобы объявленная духовенством в период активизации кампании по коллективизации. Действительно ли была объявлена такая «неделя» — неизвестно. В связи с насильственным образованием колхозов среди верующих ходили слухи, что скоро они могут лишиться церкви; «неделя коллективизации» была воспринята ими как тот срок, после которого произойдет закрытие храма. Потому люди во множестве начали говеть и причащаться, не дожидаясь начала Рождественского поста, до которого оставалось еще три недели. Вероятно, что к этому призывали верующих и священники. Власти придали событиям политическую окраску, изолировали духовенство, а в 1930-е гг. закрыли храм.

Владыка обвинялся по статье 58 п. 10 УК РСФСР в том, что по приезде в с. Байки «усердно занялся восстановлением религиозных чувств среди крестьянства», что привело к срыву коллективизации, то есть в том, что он: «1). Вел систематическую антисоветскую агитацию, разжигая религиозные чувства населения, и всеми мерами противодействовал мероприятиям Соввласти. 2). В целях борьбы с мероприятиями Соввласти использовал монашек, кои по его наущению вели разлагающую антисоветскую агитацию среди верующих крестьян. 3). Задавшись целью сорвать в селе колхозное строительство, всячески провоцировал идею коллективизации и в этих же целях во время “недели коллективизации” в противовес ей объявил для верующих “неделю необычного говения”. 4). В тех же целях срыва колхозного строительства во время “недели необычного говения” в церкви с амвона произнес контрреволюционную проповедь, при-

47 См.: Зеленогорский М.Указ. соч. С. 129—130.

48 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-16319. Л. 13—14 об.

Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви

зывая верующих противиться коммунистам и не вступать в колхозы. 5). Всеми этими мерами основательно затормозил ход коллективизации и вызвал ряд выходов из колхоза»49.

Владыка Вениамин виновным себя не признал. 26 февраля 1930 г «тройкой» при ГПУ БАССР по внесудебному рассмотрению дел он был приговорен к заключению в концлагерь сроком на 5 лет, с заменой лагеря высылкой в Северный Край на тот же срок50.

Пока не удалось установить, в какой из четырех областей Севкрая — Архангельской, Вологодской, Карелии или Коми — епископу Вениамину суждено было прожить более четырех лет. Однако известно точно, что 7 апреля 1934 г. он досрочно был освобожден по инвалидности51. Сведений о возвращении Владыки в Уфимскую епархию не имеется. По всей вероятности, он умер вскоре после освобождения, возможно на месте ссылки, ведь именно так досрочно освобождали иногда «доходяг» — умереть на воле. Совершенно невероятным представляется сообщение митрополита Мануила (Лемешевского) о том, что в 1956 г. Владыка Вениамин был еще жив и находился в Якутской АССР 31 июля 1989 г. Вениамин Федорович Фролов был реабилитирован государственной властью — по ст. 1 указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 г. «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 1930-х — 40-х и начале 1950-х годов».

Автор благодарит за помощь в проведении исследования: руководство УФСБ РФ по Республике Башкортостан (РБ), а также лично начальника Архива УФСБ РФ по РБЯхина Зуфара Миркасимовича и сотрудника Архива Любимову Ольгу Ивановну; руководство МВД РБ и Информационного центра МВД РБ, а также лично зам. начальника Информационного центра Головина Владимира Борисовича и сотрудника центра Агадуллину Флиду Маснавиевну; за помощь в проведении в середине 1990-х гг. архивныхработ — бывших сотрудников Богородского церковно-краеведческого музея Уфимской епархии Ен-тальцеву Ирину Николаевну.

Vicars of Ufa Diocese in 1920s.: Saint priest and martyr Veniamin (Frolov), Bishop of Baykin.

N.P. Zymina

The article describes life and work of Veniamin (Frolov), Vicar of Baykin. He was one of the so-called "secret" or "night-time" bishops, ordained in Ufa Diocese by Right Reverend Andrey (Ukhtomsky) to oppose Renovationism dissent in the period of Holy Patriarch Tikhon's imprisonment. A wide range of sources allow to give a complete description of Vladyka's life.

49 Архив УФСБ РФ по Республике Башкортостан. Д. ВФ-16319. Л. 32—33.

50 Там же. Л. 34.

51 См.: Справка Отдела ОГПУ Севкрая от 7 апреля1934 г.