«Нафтогаз» рассчитывает на техасское правосудие

Как выяснил “Ъ”, НАК «Нафтогаз Украины» пытается привлечь американские суды к разбирательству с «Газпромом» о взыскании $2,6 млрд, которые присудил украинской компании Стокгольмский арбитраж. «Нафтогаз» хочет через суд обязать структуру «Газпрома» GM&T USA и его аудитора DeGolyer & MacNaughton предоставить сведения, которые позволят подать новый иск в Нидерландах. В нем «Нафтогаз» попробует оспорить сделку, по которой «Газпром» передал акции зарегистрированного в Нидерландах оператора газопровода «Турецкий поток» российской дочерней структуре, из-за чего украинская сторона не смогла эти акции арестовать.

«Нафтогаз Украины» 6 декабря подал иски в суды Северного и Южного округов Техаса в отношении американского подразделения Gazprom Marketing & Trading (GM&T USA, входит в группу «Газпром») и консалтинговой компании DeGolyer & MacNaughton (ведущий аудитор запасов нефти и газа). Оба ответчика зарегистрированы в Техасе. «Нафтогаз» просит обязать их предоставить информацию и доступ к документам, что должно помочь украинцам в процессе против «Газпрома» в Нидерландах. «Газпром» отказался от комментариев.

С начала лета «Нафтогаз» пытается принудительно взыскать с «Газпрома» $2,6 млрд во исполнение решения Стокгольмского арбитража — в Швейцарии, Великобритании и Нидерландах. В последнем случае, как следует из документов, «Нафтогаз» хотел арестовать принадлежащие «Газпрому» акции South Stream Transport B.V. (оператор строящегося «Турецкого потока»), Gazprom Achim B.V., Gazprom EP International B.V., Gazprom Finance B.V., Gazprom Sakhalin Holdings B.V., Blue Stream Pipeline Co. B.V. (оператор «Голубого потока») и Gazprom Holding Cooperatie U.A.

Андрей Коболев, глава «Нафтогаза Украины», о решении Стокгольмского арбитража, 26 октября
Они («Газпром».— “Ъ”) нам должны примерно $2,7 млрд, «накапало» больше $100 млн процентов

Суд Амстердама одобрил арест 30 мая, однако «Нафтогаз» преуспел лишь в случае Blue Stream Pipeline Co. И то лишь, по большому счету, благодаря случайности.

Как указано в иске украинской компании, сотрудник Blue Stream показал судебному приставу реестр акционеров компании, в котором фигурировал «Газпром», прежде чем «менеджер компании выхватил бумагу из рук пристава». Остальные шесть компаний отказались показывать реестр, а 1 июня пять из них (кроме South Stream Transport) дали показания в суде, согласно которым «Газпром» не является их акционером.

Что касается South Stream Transport, то 100% акций компании были переведены из прямого владения «Газпрома» на его дочернюю «Газпром трансгаз Краснодар». Как утверждают юристы «Нафтогаза», это произошло за день до того, как суд Амстердама вынес решение об аресте активов «Газпрома» в стране. В итоге «Нафтогазу» не удалось арестовать другие активы «Газпрома» в Нидерландах, помимо доли в «Голубом потоке», поскольку украинская компания достоверно не знает новых собственников прочих компаний, а владелец South Stream Transport находится в российской юрисдикции. Согласно отчетности «Газпрома» за третий квартал, владельцы прочих его структур в Нидерландах — компании группы «Газпром», зарегистрированные в РФ.

«Аресту имущества нидерландских компаний и обращению на него взыскания мешает то, что "Газпром" не владеет ими напрямую, решение Стокгольмского арбитража в пользу "Нафтогаза" вынесено против конкретного юрлица, и арестовать можно только его имущество»,— поясняет партнер адвокатского бюро ЕМПП Мерген Дораев. Он отмечает, что, если оператор «Турецкого потока» принадлежит российской структуре «Газпрома», для обращения взыскания на ее имущество нужно идти в российский суд, чего «Нафтогаз» делать не хочет. Это подтверждает и заявление юриста «Нафтогаза» в поданных в суд Техаса документах: «Учитывая тесную связь между "Газпромом" и РФ, "Нафтогаз" в рамках дела о взыскании своих потерь зависит от тех активов "Газпрома", которые остаются за пределами РФ».

Теперь «Нафтогаз» готовит новый иск к «Газпрому» в Нидерландах, требуя признать, что передача акций South Stream Transport российской структуре — попытка должника вывести активы из-под ареста. «Газпром», согласно материалам, поданным «Нафтогазом» в суды Техаса, утверждает, что передача акций была частью давно запланированной реструктуризации. «Нафтогаз» пытается оспорить это и хочет найти доказательства в документах GM&T USA и DeGolyer & MacNaughton. По мнению юристов «Нафтогаза», если реструктуризация готовилась давно, то эти две компании должны быть уведомлены о ней.

Арест акций South Stream Transport имеет как экономическое, так и символическое значение. Украинцы особенно усердно охотятся на бумаги проектных компаний «Турецкого потока» и «Северного потока-2», поскольку эти газопроводы позволят «Газпрому» минимизировать транзит газа через Украину. Пока «Нафтогазу» не удалось арестовать акции этих проектных компаний. Но «Газпром» дал суду Лондона обязательство не отчуждать акции проектной компании «Северного потока-2» Nord Stream 2 AG (они в британской юрисдикции, так как заложены у долгового агента Glas Trust в рамках проектного финансирования). А по решению суда Швейцарии «Газпром» не может получать выплаты от Nord Stream AG (оператор первого «Северного потока») и Nord Stream 2 AG.

Мерген Дораев отмечает, что «для каждого подобного иска должны быть серьезные основания, истцу нужно будет обосновать, в связи с чем запрашиваются сведения, и доказать, что он имеет право на такой иск и вправе получить информацию». Правильный ответчик для иска о раскрытии информации — сам «Газпром», но «Нафтогаз» не хочет обращаться в российские суды, добавляет юрист. По его мнению, DeGolyer & MacNaughton будет возражать против раскрытия информации, поскольку связана требованиями конфиденциальности. Более того, уточняет юрист, если раскрытие приведет к убыткам для «Газпрома», это создает риск иска от газовой компании к самому аудитору, поэтому «тот будет серьезно защищаться в суде.

В сентябре «Газпром» потерпел тактическое поражение в рамках продолжающегося спора с «Нафтогазом». Апелляционный суд Швеции, который в июне запретил «Нафтогазу» принудительно взыскивать с «Газпрома» $2,6 млрд в соответствии с решением Стокгольмского арбитража, отменил этот запрет.