Чекапы против диспансеризации. Новейшие методы быстрой диагностики социально значимых заболеваний

Чекапы против диспансеризации. Новейшие методы быстрой диагностики социально значимых заболеваний

Медицинские технологии

Юлия Федорова

Кардиолог. Главный врач ПАТЕРО КЛИНИК. К.м.н.

Олег Смирнов:

Добрый вечер! В эфире Mediametrics, программа «Медицинские гаджеты». В гостях у нас Юлия Федорова, главный врач ПАТЕРО КЛИНИК.

Юлия Федорова:

Добрый вечер!

Олег Смирнов:

Добрый вечер, очень приятно. Программу помогает вести Ксения Ульянова. Привет.

Ксения Ульянова:

Привет.

Олег Смирнов:

Итак, мы сегодня тему озвучили, как «Чекапы и диагностика». В чем принципиальное отличие – диагностика, чекап, что уже, что шире? Раньше была диспансеризация, опять же, обязательная. В принципе, ее и сейчас никто не отменял, по большому счету.

Юлия Федорова:

Она есть, она введена в программу госгарантий, обязательно каждые три года человек должен проходить диспансеризацию. Чекапы все-таки более широкое понятие, это возможность провести диагностическое обследование, которое ориентировано именно на комплексную оценку состояния организма. У каждого человека есть определенное состояние организма, есть наследственная предрасположенность, есть какие-то опасения, которые он может получить, общаясь со своими друзьями, коллегами. У каждого есть какие-то свои приоритеты. Есть работы, которые связаны с теми или иными рисками, вредными факторами. Даже наше проживание в условиях мегаполиса всегда чревато развитием тех или иных заболеваний. Поэтому наша клиника осуществляет комплексный подход. Мы можем провести полностью оценку всего организма в целом, потом сделать общее заключение и дать необходимые рекомендации для пациента для того, чтобы он получил хороший задел на будущее, чтобы он понимал, на какие основные риски нужно обращать внимание. Если требуется медикаментозное лечение, то мы тоже назначаем это с учетом коллегиального подхода. И пациент знает, что дальше делать и как дальше себя вести.

Олег Смирнов:

То есть план лечения Вы даете?

Юлия Федорова:

Лечение, безусловно, плюс ко всему и план наблюдения. Потому что одно дело, ты проходишь диспансеризацию или проходишь какое-то обследование в какой-то клинике, и дальше что? Получаешь результаты на руки.

Олег Смирнов:

Лист обследования.

Юлия Федорова:

Да, и начинаешь думать, что с ними делать. Понятно, что у нас есть референсные значения, у кого-то одни отклонения, другие отклонения, и мы не знаем, как быть. Наша клиника уникальна тем, что мы как раз систематизируем подход к пациенту, и не всегда отклонение в результатах анализов является показанием к тому, чтобы лечить. Мы не лечим результат измененных анализов. Мы делаем все возможное, чтобы пациенту помочь, оцениваем все риски, которые у него на сегодняшний день есть. Собственно, вот такая задача.

Олег Смирнов:

Задача прекрасная. Диагностических устройств за последние, скажем, 5-7 лет появилось много. Проникновение их в информационное поле, доступность диагностики, наверное, если брать платные программы, она вообще стопроцентная. То есть даже ночью тебе могут сделать МРТ. Повальное увлечение диагностикой, если человеку МРТ не сделали, считай, не диагностировали.

Юлия Федорова:

Есть такой подход.

Олег Смирнов:

Есть такой подход, он реально обсуждается. Что Вы думаете? То есть действительно ли нужно полностью включать всю программу и сканировать с ног до головы, выдавать лист, что с тобой было на протяжении всей жизни и вот что ты нажил к своему возрасту. Либо все-таки можно как-то по старинке: общий анализ крови, мочи, рентген, флюорография, и если все ничего, то жить дальше?

Юлия Федорова:

Нет, все-таки здесь я сторонница комплексного подхода к исследованию. Понятно, что есть скрининговые методики, которые помогут нам так или иначе нацелить на то, чтобы пациент определился с тем, что ему нужно дополнительно что-то делать и как себя вести в этой ситуации. Что касаемо комплексных методов обследования, их действительно много. Но я бы хотела все-таки сделать акцент на том, что я являюсь сторонником консервативной медицины, доказательной медицины, сейчас много есть и гаджетов, и программ дополнительных, которые не имеют определенной клинической доказательной базы.

Олег Смирнов:

Это одна сторона медали.

Юлия Федорова:

Да. И это страшно, на самом деле. Что касаемо подхода, например, стоит ли делать всем МРТ-исследование. Здесь сложно сказать – стоит, не стоит. Но я Вам хочу сказать, что есть некие программы, которые точно так же введены, и в нашей клинике в том числе, так называемые whole body. То есть это когда пациента действительно укладывают в МРТ-сканер, но лишь только с целью определиться, есть ли какие-то изменения в тех или иных органах и системах. Если они есть, вот здесь уже нацеливается определенный план, подбирается комплекс необходимых диагностических процедур, чтобы найти причину. Иногда заболевание легче лечить, предупредить на этапе все-таки функциональных нарушений.

А когда это уже манифестное заболевание, тут уже начинается другая сторона вопроса, экономическая в том числе. Поэтому я все-таки считаю, что это нужно делать, но ночью точно не надо ездить, делать МРТ только лишь потому, что тебе сосед порекомендовал.

Олег Смирнов:

Вход свободный, приезжай, сделаю.

Юлия Федорова:

Это доступность, но и потом, получив это исследование, нужно в любом случае хотя бы попасть на прием к врачу.

Олег Смирнов:

А там дальше интереснее начинается. Доступность устройств не означает качество диагностики.

Юлия Федорова:

И это тоже, безусловно.

Ксения Ульянова:

Скажите, пожалуйста, Юля, какие чекапы существуют, и можно ли самому пойти в поликлинику, сказать: «Я хочу пройти кардио-чекап». Вот просто прийти, без назначения врача.

Юлия Федорова:

Если мы говорим про нашу клинику, у нас действительно бывает, что пациенты сами выбирают себе какое-то обследование, вот решили пройти себе полный кардио-чекап. У нас на сайте представлен разный набор услуг, то есть пациент может выбрать и сказать: «Мне это 100 % надо». В любом случае, у нас сначала принимает пациента доктор первичного звена, это врач-терапевт. Он собирает у него жалобы, проводит осмотр, выявляет все необходимые анамнестические данные.

Олег Смирнов:

Факторы риска.

Юлия Федорова:

И с учетом того набора услуг, которые заложены в ту или иную программу по чекапу, все-таки мы делаем персонифицированный подход. Иногда она может видоизменяться. Если, например, в одну программу введен кальций-скоринг, а мы понимаем, что у пациента есть коронарный анамнез, что у пациента есть дополнительные данные, просто необходимо провести более углубленное обследование. Поэтому, безусловно, здесь доктор уже на себя принимает основную роль и начинает пациента направлять для того, чтобы дать ему правильные результаты диагностики, и потом уже сформировать рекомендации. Ведь очень важно получить рекомендации на руки, а потом уже составить индивидуальный план наблюдения, если это необходимо. Поэтому, конечно, здорово все посмотреть, прийти, купить, но мы все-таки являемся сторонниками того, что все необходимо делать исключительно по рекомендации врача.

Олег Смирнов:

Тут вопрос образования и проникновение информации, в том числе, и через интернет. Тут мы сталкиваемся с такими вещами, как чрезмерная информированность потенциальных пациентов. То есть он, может быть, еще и не пациент, но начитавшись, он себе уже 235 болезней нарисовал. В принципе, оно и раньше было.

Юлия Федорова:

Раньше по соседям спрашивали, лечились, безусловно.

Олег Смирнов:

По соседям, медицинские справочники, сейчас просто скорости немножко увеличились.

Юлия Федорова:

И возможностей стало больше.

Олег Смирнов:

По расшифровке диагностических листов, диагностических данных Вы используете только персонал?

Юлия Федорова:

Да.

Олег Смирнов:

То есть МРТ, вышел лист, пришел к доктору, то есть не автоматический отдаете результат?

Юлия Федорова:

Конечно, нет. Более того, когда у нас пациент находится в том же МРТ-аппарате, КТ-сканере, у нас всегда это под визуальным контролем врача. И бывает, например, если выявляются какие-то изменения, либо особенности даже функционального развития, функциональные особенности организма, доктор всегда сам смотрит и говорит, что нет, давайте здесь все-таки войдем на аксиальную позицию, выведем лучше с этой стороны. Считаю, что так мы более системно подходим, более уникально в данном случае.

Олег Смирнов:

Кадровый вопрос как решали, где Вы подбирали, как принимали решение, что именно вот этот товарищ, с этой квалификацией должен работать на этом аппарате?

Юлия Федорова:

Начнем с того, что кадры – это основная задача. Можно поставить сверхвысокое оборудование…

Олег Смирнов:

Оборудования очень много.

Юлия Федорова:

Самое главное – кадровый состав. В нашем случае, конечно, это была очень сложная работа. Мы к себе привлекали специалистов, заимевших определенные рекомендации. И наши доктора всегда проходят повышение квалификации. Они обязательно выезжают за границу. Наши все протоколы исследований по международным стандартам, и нам не стыдно за результаты наших заключений. То есть наши методики, которые выполняются, могут быть переданы в европейские клиники, в другие клиники, и мы всегда говорим на одном языке. Я не могу сказать, что это легко – найти достойные кадры, но как-то получается.

Олег Смирнов:

Круто, это замечательно.

Юлия Федорова:

С другой стороны, медицинский мир, на самом деле, очень тесен. Поэтому когда видишь тех людей, которых ты действительно понимаешь, есть система, и переманиваем.

Олег Смирнов:

Это нормально.

Юлия Федорова:

Это нормально.

Олег Смирнов:

Просто печально, когда в качестве пациента приходишь с диском записи, тебе говорят: «Не на чем мне его посмотреть, вот автоматическую дай расшифровочку, посмотрю. Ну да, вроде бы ничего не изменилось». То есть такое присутствует, и неоднократно слышал, что не сняли параметры с пациента, а послали уже на УЗИ сердца.

Ксения Ульянова:

Я уже предвкушаю вопрос Олега. Как Вы считаете, Юля, сможет ли машина заменить врача в будущем? Расшифровка именно с помощью искусственного интеллекта, например, анализов.

Юлия Федорова:

Трудно себе это представляю, потому что все-таки помимо того, что доктор получает образование, постоянно, на протяжении пяти лет, проводит еще повышение квалификации. В процессе работы еще появляется такая профессиональная чуйка, как ее называют, когда мы уже начинаем четко понимать, что здесь может быть. Иногда пациент заходит, а ты уже можешь его просканировать взглядом и понять, что, скорее всего, у него может быть, и какие у него по цвету кожи, по цвету глаз, по тому, как он разговаривает, по тому, как он ведет, как он на тебя смотрит. Это же тоже имеет определенное значение. По большому счету, все врачи психологи, поэтому нельзя заменить работу врача искусственным интеллектом.

По большому счету, все врачи психологи, поэтому нельзя заменить работу врача искусственным интеллектом.

Олег Смирнов:

Что делать с массовой диагностикой?

Юлия Федорова:

Какой именно массовой диагностикой?

Олег Смирнов:

Элитная клиника, отличный подобранный персонал, качественное оборудование, здесь вопросов нет. То есть верю, все здорово. Но при этом все равно есть регионы, есть сетевые клиники, в которых тоже проблемы надо решать. И не все могут себе позволить переманить врачей. Бесконечно врачей переманивать сложно. Что здесь тогда делать при массовой диагностике? Все-таки, может быть, где-то машинку можно подпустить?

Ксения Ульянова:

Или, например, в качестве консультанта врача из Вашей клиники удаленно.

Юлия Федорова:

На самом деле, у нас есть такая функция второго мнения, и она у нас сейчас активно внедрена в нашей клинике. Все люди с регионов могут к нам обратиться, но есть определенные условия для предоставления материалов. Данных выписок из истории болезни, безусловно. То же самое нам могут предоставить диски в электронном виде. Потом выписки из первичной медицинской документации, я имею в виду амбулаторные карты, пациенты, получающие помощь в амбулаторных условиях. Анализы крови, те, которые были в динамике. И одно единственное условие, чтобы результаты анализов были свежие, не позднее, чем месячной давности. И тогда мы все изучаем.

Олег Смирнов:

То есть второе мнение Вы отрабатываете?

Юлия Федорова:

Мы отрабатываем второе мнение, и мы всегда готовы помочь. И не секрет, что за последнее время наша клиника себя рекомендовала, как клиника второго мнения, поэтому к нам действительно обращаются из регионов, из стран бывшего СНГ, то есть мы работаем с этим.

Олег Смирнов:

А телемедицина?

Юлия Федорова:

Мы сейчас активно внедряем ее. Но Вы же понимаете, что есть законодательство, поэтому это процесс трудоемкий.

Олег Смирнов:

Это пока красивая игрушка и мечта, или что для Вас?

Юлия Федорова:

Это сейчас тот проект, которым мы активно занимаемся, внедряем в работу, потому что иногда очень нужно пойти на помощь и сделать все возможное, чтобы помочь.

Олег Смирнов:

Из полезных свойств, на мой взгляд, то, что сейчас принято, все-таки контроль дозировок удаленно, это не самое худшее, что там может быть. И после первичного приема у врача и наблюдения на удалении.

Юлия Федорова:

Контроль датировок возможно, при одном единственном условии — если контроль дозировок всегда подтверждается данными лабораторных, инструментальных исследований.

Олег Смирнов:

Безусловно, конечно.

Юлия Федорова:

Тут можем помочь, тут можем посмотреть, но это вполне реально. Либо есть какие-то вопросы, которые возникают у пациента.

Олег Смирнов:

Корректировка лечения, еще что-то такое. Безусловно, если есть возможность удаленно быстро решить вопрос, это было бы замечательно.

Ксения Ульянова:

Кстати говорят, у Вас чекап в клинике проходит всего один день. Насколько это правда, что пришел и вышел весь обследованный полностью? Мне кажется, такое сейчас вряд ли возможно. В основном 2 дня, если тотальный чекап.

Юлия Федорова:

Ну, бывает у кого-то и до недели доходит. Нашим преимуществом является то, что комплексное обследование, чекап мы проводим действительно за один день.

Нашим преимуществом является то, что комплексное обследование, чекап мы проводим действительно за один день.

Олег Смирнов:

У Вас лаборатория своя?

Юлия Федорова:

У нас абсолютно своя лаборатория, лаборатория у нас не сетевая, она исключительно под визуальным контролем врача, аппаратура есть, анализатор есть, они работают исправно. Естественно, делаем все метрологические поверки, и оборудование у нас постоянно находится под контролем медицинских техников. Но в любом случае, есть доктор, который контролирует результаты проведенных исследований. Кроме того, пациенту, который приходит в клинику в 8 утра, например, или в 7:30 пациент пришел, мы тут же делаем ЭКГ, производим забор крови по всем параметрам, это уже то, что требует центрифугирования, отбора сыворотки, она центрифугируется и находится в режиме ожидания. После врач-терапевт осмотрит пациента, определится с объемом тех диагностик, которые есть и уже назначает.

В нашей клинике сосредоточена вся большая визуализирующая аппаратура, как то КТ, МРТ 1,5-3 тесловые, КТ наш аппарат, он 256 срезов, МРТ 3 Тл и 1,5 Тл работают в очень хорошей программе, стандартизованной по международным протоколам, европейским протоколам. И, опять же, в присутствии врача, только в присутствии визуального контроля. Да, есть рентген-лаборанты, они действительно осуществляют закладку пациента, делают все, но это все происходит под жестким контролем.

Более того, произведен забор крови, доктор посмотрел и тут же автоматом через информационную систему отправляет запрос, либо подтверждает тот объем чекапа. Время проведения анализов любой сложности максимум 2-3 часа. И дальше пациент у нас идет по всем врачам, которые необходимы, которые входят в тот или иной чекап. Если приходит к неврологу, невролог начинает смотреть пациента и определяется с объемом той локальной зоны, которую необходимо подвергнуть сканированию. И мы пациента тут же организуем на проведение того же МРТ. Но я самое главное не сказала. Перед тем, как пациенту вообще прийти к нам на чекап, в любом случае подается заявка, оставляется номер телефона. Накануне мы всегда с пациентом связываемся.

Перед тем, как пациенту вообще прийти к нам на чекап, в любом случае подается заявка, оставляется номер телефона. Накануне мы всегда с пациентом связываемся.

Олег Смирнов:

Анкетируете?

Юлия Федорова:

Да, безусловно, задаем определенные вопросы, чтобы определиться уже с объемом, со временем, также спрашиваем вплоть до того, какие есть предпочтения в еде, потому что это тоже важно, потому что есть определенные особенности. И пациент у нас начинает проходить обследование по тем врачам, специалистам, которые были заявлены. Уже ближе к обеду результаты анализов практически все готовы, за исключением тех, которые не требуют по методологии, где-то посев, например, в течение недели или еще какой-то. Но основное параметры и гормоны мы делаем сразу.

Всегда пациента сопровождает терапевт, на всех этапах обследования, на всех этапах диагностики, и на всех этапах посещения того или иного доктора. Если вдруг выявляются какие-то изменения, в режиме нон-стоп доктор, специалист, который выявил те или иные изменения, звонит терапевту, и происходит коллегиальный обмен информацией. Если необходимо что-то доназначить, у нас тоже есть возможность. Из сыворотки, которая хранится в Эппендорфе, мы дополнительно проводим еще определенный объем исследований. И пациент потом возвращается уже в районе 17:00 обратно к терапевту. Наша основная задача – все-таки делать еще коллегиальную систему консилиумов, то есть врачи не могут принять решение без учета тех или иных параметров. Как у нас бывает в обычной медицине, не имею права, конечно, говорить, что какая-то она у нас не такая. Ну, как правило, бывает.

Олег Смирнов:

По-разному бывает.

Юлия Федорова:

Пациент пришел к неврологу, пришел к терапевту, пришел к кардиологу, тут же зашел к гастроэнтерологу, например, и назначили определенный спектр лекарственных препаратов. И вот он, бедный, с горстями приходит и говорит: «Доктор, а есть когда? У меня их столько много, я уже не знаю, что, когда и с чего начать». Так вот, наша задача состоит именно в том, чтобы определиться с базовой терапией, определиться с этапностью принимаемых дополнительных лекарственных препаратов, которые если вдруг пациенту назначаются, обязательно обозначаем контрольные точки анализов либо инструментальных обследований. Если пациент не живет в Москве, находится за пределами Москвы и Московской области и вообще России, то мы говорим: «Будьте добры, через три месяца Вы должны сдать, например, липидный спектр и посмотреть печеночные ферменты. Вы нам присылаете на почту, мы определяемся с дозой, безопасностью, а также определяемся, достаточно ли Вам той дозировки, а может быть Вам нужно еще что-то комбинированное назначить». В течение всего полного дня мы получаем эти результаты анализов, и пациент действительно проходит это за один день. Кроме того, у нас есть небольшой промежуток времени для того, чтобы проводить коллегиальные консилиумы 3-4 дня, чтобы уже резюмировать все результаты обследования, и уже окончательный вердикт с рекомендациями. Кстати, мы сейчас еще, плюс ко всему, к результатам чекапа пациентам прописываем необходимую аптечку скорой помощи, если таковая нужна.

Олег Смирнов:

Персональную.

Юлия Федорова:

Персональную, безусловно. Составляем персональную диету для пациентов с определенным объемом пищи, рациона питания, хотя бы предварительное что-то, чтобы он понимал, где находится и что с этим дальше делать.

Олег Смирнов:

Юлия, пока все очень красиво выглядит, прямо замечательно. У Ксении желание к Вам попасть, я так смотрю, прямо выпрыгивает.

Ксения Ульянова:

Да, потому что с 7:00 до 17:00 полностью комплексное обследование. Скажите, пожалуйста, какие самые популярные на данный момент чекапы у Вас в клинике?

Юлия Федорова:

Есть общетерапевтические чекапы, которые ранжированы по уровням. Пятый уровень – это самый высокий уровень, который предлагают и клиники.

Ксения Ульянова:

Расскажите, пожалуйста, подробнее про уровни.

Юлия Федорова:

На самом деле, эти уровни зависят от набора инструментальных, лабораторных методов исследования. Но в любом случае они все подобраны с учетом статистических данных. На первом месте стоят сердечно-сосудистые заболевания, опорно-двигательный аппарат, дыхательная система и, естественно, онконастороженность. Вот сейчас очень активно стали пациентов интересовать именно онко-чекапы.

На первом месте стоят сердечно-сосудистые заболевания, опорно-двигательный аппарат, дыхательная система и, естественно, онконастороженность. Вот сейчас очень активно стали пациентов интересовать именно онко-чекапы.

Олег Смирнов:

Это пациентов начали интересовать или все-таки есть предрасположенность?

Юлия Федорова:

Скорее всего и то, и другое, и информированность плюс ко всему.

Олег Смирнов:

А есть массовые подтверждения о необходимости проведения, или все-таки это избыточные исследования?

Юлия Федорова:

Нет, все-таки необходимость имеется, к сожалению, потому что и экологию не будем исключать, стрессовая нагрузка, опять же манифестации вирусов различной этиологии, мы же тоже не исключаем вирусную природу возникновения онкологических заболеваний. Плюс ко всему сейчас действительно появилось такое мнение, что на ранних стадиях всегда можно помочь и добиться стойкой ремиссии, вплоть до излечения. Поэтому каждый пытается пройти это исследование для того, чтобы понять, где он находится.

Олег Смирнов:

Как к Вам попадают? Я так понимаю, что ОМС тут вряд ли работает. То есть у Вас либо только коммерческие условия, либо ДМС?

Юлия Федорова:

Коммерческие и ДМС.

Олег Смирнов:

Чтобы что-то получить похожее по ОМС, что нужно сделать? Даже уберем исключение в 1 день.

Юлия Федорова:

Вы имеете в виду в объеме?

Олег Смирнов:

В объеме услуг, то есть реально ли получить аналогичную диспансеризацию по ОМС?

Юлия Федорова:

Да.

Олег Смирнов:

То есть просто времени займет больше? Или качество будет несколько иное? Хотя качество протокола примерно одинаковое у всех.

Юлия Федорова:

Я готова с этим поспорить, по поводу качества и одинаковых протоколов у всех, это один момент. Второй момент, могут ли в рамках ОМС получить тот объем услуг, которые мы предлагаем. Вы знаете, у меня не стоит задача сейчас говорить, что лучше – ОМС медицина либо не ОМС, потому что везде есть финансирование в том числе. Но Вы же понимаете, что государство не может взять и гарантированно провести обследование пациента за один день, даже за две, за три недели.

Олег Смирнов:

Там даже такой задачи не стоит.

Юлия Федорова:

Безусловно, поэтому я не готова обсуждать то, что происходит в ОМС. Я могу сказать, что происходит вообще в медицинском рынке, который ушел за пределы ОМС, оказывают именно услуги ДМС пациентам и за наличный расчет, так называемым физ. лицам. Я могу сказать, что можно и в других клиниках получить тот же самый объем услуг, наверное.

Олег Смирнов:

Качество – это такая категория абсолютно относительная.

Юлия Федорова:

Я не являюсь экспертом качества тех услуг, которые предоставляют другие клиники, я могу сказать приоритет нашей. Мы это делаем за один день, мы это делаем быстро, у нас у пациентов всегда есть определенный тайминг. Как правило, к нам обращаются люди занятые, они не готовы в течение 3-4 дней...

Олег Смирнов:

Это очень утомительно, это даже и не занятость, а уж если пациент действительно болен...

Юлия Федорова:

Конечно, а тем более, когда обследование идет по замкнутому циклу в одном медицинском учреждении, и тебе дают все необходимое, что тебе нужно.

Ксения Ульянова:

А в рамках первого уровня что за услуги Вы оказываете, самые базовые?

Юлия Федорова:

Кардиолог, невролог, терапевт, исследования в кадио-респираторной системе, стандартно ЭКГ, тредмил, эхо, ультразвуковые исследования, частично входят визуализирующие методики на базе лучевых методов исследования. Маммолога мы тоже включаем обязательно.

Ксения Ульянова:

Анализы.

Юлия Федорова:

Анализы, да, определенный спектр, в рамках общей терапевтической биохимии, коагулограмма в сжатом объеме. Естественно, клинический анализ крови, клинический анализ мочи. И в зависимости до 40, после 40, мужчина, женщина есть определенный объем и онкомаркеров.

Олег Смирнов:

Урология, наверное.

Юлия Федорова:

Урология, гинекология.

Олег Смирнов:

Скажите, пожалуйста, на дом пациентам диагностические устройства ставите?

Юлия Федорова:

Суточное мониторирование ЭКГ, АД в обязательно порядке. И, собственно говоря, проблем с этим нет. Пациенты не всегда любят, конечно, установку монитора АД...

Олег Смирнов:

Увы, пока это все еще громоздкие вещи.

Юлия Федорова:

Нет, у нас не громоздкие вещи, на самом деле, я не буду называть фирму, у нас аппараты очень маленькие.

Олег Смирнов:

Но все равно же с манжетой, накачивает же.

Юлия Федорова:

Да, безусловно, мы никуда не денемся, потому что на сегодняшний день измерения никто не исключал, есть акустически, осциллометрически подтверждающие, поэтому ничего другого быть не может. Тона Короткова существуют, и мы должны их в любом случае исследовать, описывать.

Ксения Ульянова:

Юля, а как часто Вы вообще советуете проходить чекапы? Раз в год, раз в 2 года?

Юлия Федорова:

Базовый я вообще бы рекомендовала проходить раз в год всем, для того чтобы понимать, какие есть риски развития основных заболеваний. А что касаемо большого комплекса, я бы рекомендовала, если уж человек решил, что с сегодняшнего дня я буду заниматься своим здоровьем, я кардинально меняю свое отношение к жизни, я хочу жить долго и хочу жить качественно, я хочу работать и как можно дольше быть в трудоспособном возрасте, в здравом уме и светлой памяти. Поэтому, конечно, надо начать с максимального уровня, а дальше уже в зависимости от того, что мы определяем, мы и сами рекомендуем, какие чекапы выбирать, и также систему динамического контроля тех или иных параметров.

Вообще, в идеале, особенно если лица после 40 лет, я просто бы рекомендовала, потому что, к сожалению, гастро-, колоноскопию не всегда пациенты готовы и смотивированны провести. У нас это под медикаментозным сном, пациент не ощущает, засыпает, просыпается и непонятно, что с ним было.

Ксения Ульянова:

И тоже за один день?

Юлия Федорова:

В этот же день, когда мы проводим чекап, конечно. Единственное, если в объем обследования входит и гастро-, и колоноскопия под медикаментозным сном, мы всегда высылаем необходимую подготовку к исследованию, и пациент приходит на исследование.

Олег Смирнов:

Это все-таки запланированная процедура должна быть?

Юлия Федорова:

Да, безусловно.

Олег Смирнов:

Многие анализы крови, включая на гормоны и прочее, тоже запланированная процедура?

Юлия Федорова:

У нас пациенты всегда информированы, потому что есть гаджеты, есть средства мобильной связи, электронные адреса, поэтому мы абсолютно всегда высылаем, как надо пройти подготовку к анализам, к обследованиям, как это должно все происходить, и некие рекомендации даем. И также получаем обратную связь, если есть какие-то особенности по питанию.

Олег Смирнов:

ЭЭГ снимаете?

Юлия Федорова:

Мы как-то ушли от ЭЭГ, потому что получить результат электрической активности головного мозга, получить комплексы, которые могли бы косвенно указывать на наличие эпилепсии…

Олег Смирнов:

Я больше ко сну, к апноэ, я в эту сторону.

Юлия Федорова:

Мы сейчас апноэ не занимаемся в нашей клинике. А что касаемо ЭЭГ, у нас есть исследования головного мозга, МРТ головного мозга, у нас есть программы эпилепсии, и пациентов к нам направляют из клиник федерального уровня, потому что наша программа достаточно качественно показывает очаг, где, в каком месте находится, и мы являемся клиникой, которая диагностирует эти заболевания, и мы помогаем пациентам, у кого есть какие-то непонятные...

У нас есть программы эпилепсии, и пациентов к нам направляют из клиник федерального уровня, потому что наша программа достаточно качественно показывает очаг, где, в каком месте находится, и мы являемся клиникой, которая диагностирует эти заболевания.

Олег Смирнов:

И Вы лечение назначаете, проводите?

Юлия Федорова:

И лечение, у нас доктор-невролог проводит диагностические необходимые процедуры, назначает. И если уже понимает, что это выходит за рамки компетенции, у нас есть и доктора, которые приходят, консультируют, эпилептологи, нейрохирурги.

Олег Смирнов:

Реабилитация как поставлена, занимаетесь?

Юлия Федорова:

Реабилитацией в том объеме, в классическом, нет. Но мы сотрудничаем с клиниками-партнерами, мы можем пациента сориентировать либо выбрать несколько клиник, куда мы можем его рекомендовать. А там уже он сам для себя решает. Если у кого-то предприятие оплачивает, либо еще что-то, но это уже не наши вопросы, а рекомендации мы, безусловно, даем. Мы работаем с клиниками, мы можем рекомендовать и госпитализацию за границей, проведение оперативных вмешательств за границей, и реабилитация в том числе.

Олег Смирнов:

Спрос есть на реабилитацию за рубежом?

Юлия Федорова:

С учетом того, что активно стал развиваться бизнес в России, курортология и все остальное, стали пользоваться уже и нашими здравницами.

Ксения Ульянова:

Кстати, чем чекапы за рубежом отличаются от Ваших?

Юлия Федорова:

Я считаю, что прежде всего территориальной доступностью, это во-первых, а во-вторых, ценой. Не будем забывать о том, что для того, чтобы уехать за границу, нужно совершить определенный авиаперелет.

Ксения Ульянова:

А сколько у Вас стоит минимальный чекап в клинике?

Юлия Федорова:

Самый минимальный, с оптимальным набором услуг от 30.000 руб.

Ксения Ульянова:

А чтобы все тело проверить?

Юлия Федорова:

Секундочку, что значит проверить все тело? У нас есть такая программа, так называемая whole body, когда проводят МРТ всего тела с последующей консультации врача-терапевта.

Есть такая программа, так называемая whole body, когда проводят МРТ всего тела с последующей консультации врача-терапевта.

Ксения Ульянова:

Кстати, популярно, я не первый раз слышу про это обследование.

Юлия Федорова:

Whole body?

Ксения Ульянова:

Да. Во многих клиниках.

Юлия Федорова:

У нас это проводится за 40 минут, а в некоторых клиниках поэтапно считываются определенные части тела, а это бывает, что лежишь в аппарате МРТ до 3 часов, потом это все суммируется, выдается. А мы просто проводим сканирование на протяжении 40 минут, пациент находится в хороших, комфортных условиях, наши МРТ с достаточно большой апертурой, поэтому пациентам с клаустрофобией на уши надеваем наушники, там подается музыка очень приятная, и в комфортных условиях пациент находится.

Олег Смирнов:

Все равно же гремит.

Юлия Федорова:

В наушниках нет. Фирма, видимо, хорошая у наушников.

Олег Смирнов:

Да, значит, подобрали хорошо.

Ксения Ульянова:

Какое обследование Вы рекомендуете провести спортсменам? Вот сейчас как раз сезон марафонов начинается, очень горячая тема.

Юлия Федорова:

Во-первых, тем спортсменам, которые занимаются марафоном, я бы в любом случае рекомендовала.

Ксения Ульянова:

Нет, любителям.

Юлия Федорова:

Любителям?

Ксения Ульянова:

Да, которые марафоны бегают.

Олег Смирнов:

Я думаю, там беда с этими любителями, особенно с теми, кто начал бегать после 35, лет 20 не занимавшись. Там, я думаю, надо с психолога начинать.

Юлия Федорова:

Как вариант, в любом случае, мне кажется, нужно хотя бы свои основные параметры оценить. Это как минимум клинический анализ крови, чтобы посмотреть, есть у тебя анемия или нет. А то ты побежишь, бедный, и завалишься через 200 м, а уж тем более марафонские дистанции. Естественно, ЭКГ, посмотреть проводимость, ритм сердца и оценить свою функциональную возможность. Либо с использование тредмил-тестов, либо велоэргометров, чтобы посмотреть, какова толерантность к физической нагрузке, каков коронарный резерв и можешь ли ты быть человеком, который длительно, на продолжительное время будет бегать.

Ксения Ульянова:

Тредмил-тест – что это такое? Я первый раз у Вас услышала.

Олег Смирнов:

Под нагрузкой.

Юлия Федорова:

Совершенно верно. Это беговая дорожка, пациенту накладываются электроды, производится контроль ЭКГ при выполнении им дозированной физической нагрузки. Тредмил-тест делается не на велосипеде, делается на беговой дорожке, каждые 3 минуты меняется угол наклона и скорость вращения самой дорожки. Согласно протоколу контролируется уровень артериального давления, в режиме реального времени всегда записывается ЭКГ, есть визуальный контроль врача для того, чтобы определить, есть ли какие-то изменения.

Тредмил-тест делается не на велосипеде, делается на беговой дорожке, каждые 3 минуты меняется угол наклона и скорость вращения самой дорожки.

По результатам мы определяем реакцию сердечно-сосудистой системы на нагрузку, снижена, не снижена толерантность к физической нагрузке, каково количество метаболических единиц у пациента при выполнении, есть ли склонность, если скрыта коронарная недостаточность у пациента, как он это выполняет, насколько он вынослив, какой объем нагрузки он может выполнить.

Ксения Ульянова:

На этом этапе у многих сразу желание бежать полумарафон или марафон отпадает по результатам.

Олег Смирнов:

Многим это просто противопоказано, особенно когда я смотрю на этих бегунов несчастных…

Юлия Федорова:

На самом деле, бывает такое, что внезапная коронарная смерть на нагрузках. Конечно, это всегда печально.

Олег Смирнов:

У нас было достаточно много эфиров с представителями фитнес-клубов, когда рассказывают о смертельных случаях в фитнесе.

Юлия Федорова:

Это уже страшно, конечно. Поэтому я говорю, что нужно, прежде всего, оценить себя, состояние своей кардио-респираторной системы, и насколько ты вообще готов выполнять нагрузку.

Олег Смирнов:

Да, потом под штангу уже залазить.

Юлия Федорова:

То же самое и спирометрия, если у тебя снижена жизненная емкость легких, то зачем вообще устраивать такие нагрузки, которые, в принципе, могут тебя привести к фатальному исходу.

Олег Смирнов:

Но, кстати, спирометрия последнее время стала не очень популярная услуга и мало, где есть. А уж с расшифровкой, с хорошей консультацией пульмонолога достаточно проблемно получить. С чем это связано? Слышал версию, что по ОМС это дешево оценивается, врачи исчезают. У Вас в каком объеме предоставляется?

Юлия Федорова:

У нас спирометрия проводится практически всем пациентам.

Олег Смирнов:

Электронное устройство?

Юлия Федорова:

Аппараты, спирографы. Перед тем, как провести исследование, всегда проводится метрологическая калибровка.

Олег Смирнов:

Я уже просто видел пикфлоуметры, которые механические.

Юлия Федорова:

Там пиковая скорость оценивается, а все-таки спирометрия – это более комплексное понятие, это жизненная емкость легких, насколько легкое у нас может быть жестким, либо растянутым, проходимость дыхательных путей. И сопоставляя параметры, объемы жизненной емкости легких, скоростные показатели, мы можем предположить, есть ли у пациента склонность к формированию эмфиземы, есть ли бронхообструкция, обратимая она, необратимая, чтобы определиться с обратимостью бронхообструкции, проводятся определенные пробы с бронходилататорами, где-то назначают бета-2-агонисты, где-то препараты другой группы. При хронических бронхитах одни препараты, при бронхиальной астме другие. Если уже это смешанная форма нарушения, значит комбинированные препараты из двух основных групп. Это всегда отправная точка для того, чтобы пациента направить уже на комплексное обследование функции их легких.

Олег Смирнов:

То есть у Вас это в исследование заложено?

Юлия Федорова:

Да, обязательно.

Олег Смирнов:

Просто я помню по школьному периоду нашего возраста, пульс и спирометрия – это было практически чуть ли не на уроках физкультуры, в спортшколе это вообще было обязательно.

Юлия Федорова:

Ну, это вентилометры раньше были.

Олег Смирнов:

Да, просто сейчас они куда-то исчезли.

Юлия Федорова:

Спирографию назначают и делают, и всегда имеет смысл ее проводить.

Олег Смирнов:

Здорово.

Юлия Федорова:

Потому что мы должны понимать, где мы находимся. Если не совсем все хорошо с обменными процессами, с газообменом, то страдает потом все.

Олег Смирнов:

Дыхание – одна из основных функций организма.

Юлия Федорова:

Я Вам больше могу сказать, что в процессе перекисного окисления липидов, когда расщепляются жиры, в идеале, если говорить обывательский языком, нужно две молекулы кислорода, а для других процессов достаточно одной молекулы кислорода. Поэтому если страдает дыхательная система, то здесь тоже будет повышаться уровень и атрогенной фракции холестерина, как триглицериды, липопротеины низкой плотности. Поэтому, безусловно, как не оценивать дыхательную систему. А потом уже мы направляем в центры для комплексного исследования функции легких.

Олег Смирнов:

То есть не статины сразу назначать, а может все-таки поглубже...

Юлия Федорова:

Но тут есть все-таки определенные критерии, при которых назначаются те или иные препараты. Я думаю, что формат передачи все-таки посвящен чекапам. Я готова сколько угодно обсуждать, я кардиолог.

Олег Смирнов:

Спасибо огромное, было очень интересно, всех благ Вашей клинике.

Юлия Федорова:

Спасибо Вам, что пригласили, очень приятно было с Вами познакомиться.

Ксения Ульянова:

Спасибо.

Олег Смирнов:

Взаимно. Спасибо зрителям, до свидания.

Юлия Федорова:

До свидания, здоровья всем.