«Надо шевелиться»

В феврале этого года на первом этаже московского ЦУМа открылся бутик британской ювелирной марки Stephen Webster. Концепцию оформления пространства партнеры обсуждали все два года пандемии, согласовывая каждую деталь интерьера — от фактуры обоев и зеркального потолка до оформления барной стойки. Убедиться, насколько хорошо все получилось, Стивен Вебстер приехал лично и поделился со «Стиль. Украшения» радостью: теперь в Москве можно увидеть, потрогать и приобрести не только ювелирные украшения марки, но и фирменные барные принадлежности.

1 / 2

—Вам нравится новое пространство Stephen Webster?

—Удивительно, но бренд Stephen Webster в России уже почти 20 лет. И все это время мы здесь прекрасно себя чувствуем. Первый магазин мы открыли в отеле Ararat Park Hyatt, и сразу стало очевидно, что русским нравится мой стиль. Мы в некотором роде ветераны этого рынка. И когда я зашел в наш новый бутик в ЦУМе, ощущения были похожи на те, прежние: радостный азарт. Mercury и ЦУМ — замечательные партнеры. За два года ковида мы имели возможность сосредоточиться на внешнем виде бутика. Даже обои здесь сделаны с использованием эскизов украшений Stephen Webster. Несколько лет назад в линейку продуктов мы включили коллекцию предметов домашнего обихода, а их не так-то просто выставить на прилавок вместе с ювелирными украшениями.

—Здорово, что эти предметы наконец-то стали доступны в Москве!

—Им нужен был дом. Размещать их в отделе посуды было бы неточно, ведь мы не интерьерная компания. У нас есть вещи, которые в общем пространстве работают как единое целое, так что сейчас все именно так, как должно быть.

—Почему стало популярным открытие поп-ап-бутиков и магазинов-в-магазине?

1 / 2

Думаю, что сегодня понятие роскоши строится на силе бренда. Поэтому крупные компании так много внимания уделяют максимальному расширению ассортимента, выпуская одежду, аксессуары, ювелирные украшения, парфюм, посуду, мебель и многое другое. Общность этих предметов, принадлежность их одному бренду невозможно передать посредством выставочного стенда, нужен или поп-ап, или магазин-в-магазине. Более того, мне кажется такой формат иногда предпочтительнее, чем несколько отдельных монобрендовых бутиков. Во-первых, они очень дороги. Во-вторых, нужно приложить много сил к тому, чтобы люди туда заходили. А магазин-в-магазине люди, делающие рядом покупки, замечают и так — у него нет дверей.

—Будете наливать в бутике коктейли?

—Непременно! Нам, конечно, не разрешили открыть здесь полноценный бар, для этого нужна лицензия. В Америке в Нэшвилле у меня настоящий бар, мы специально строили под него помещение. А здесь мы можем налить вам прохладительный напиток, шампанское или даже мартини.

1 / 2

—Почему бар в Нэшвилле, а не в вашем родном Лондоне?

—В Лондоне есть пространство для приема гостей, назовем это так, оно очень небольшое, зато функционирует уже шесть лет. Я открыл его, когда выпустил первую коллекцию барных принадлежностей, и быстро понял: чтобы использовать их, нужно пространство побольше. Так что мы собираемся его увеличить. А для бара в Нэшвилле все предметы внутреннего убранства мы сделали сами.

—Значит, Москва стала первым местом с новой концепцией пространства?

—Да. Больше всего мне нравится, что никто не ожидает увидеть здесь бар. Я же ювелир, обычно ко мне приходят за украшениями.

—Вам не кажется странным, что за время пандемии интерес к ювелирным украшениям очень вырос?

1 / 2

—Просто сумасшедше вырос, это абсолютная правда! И люди находят объяснения того, зачем им нужны украшения. Понятно, если дело в чувствах: как только все смогли снова общаться, то стали делать друг другу предложения, началась гонка за помолвочными и обручальными кольцами. Окей. Но есть и огромный интерес не только к свадебным украшениям, вот что удивительно! Может быть, люди чувствуют, что украшения — это большой праздник. Возможно, в этом причина. Мы ведь никогда не испытывали такого — словно весь мир положили на лопатки. И теперь люди хотят праздника и веселья и ожидают, что украшения принесут их. Знаете, я каждый год с 1983 года езжу на большую выставку драгоценных камней Tucson Gem Show в Аризону, но в этом году было что-то фантастическое. Обычно я приезжаю туда так, чтобы первым попасть к поставщикам. Но в этот раз, когда я пришел, оказалось, что там уже два дня ходят закупщики крупных групп и концернов. Такого раньше не бывало. На этой выставке в основном цветные камни, но на бриллиантовом рынке ситуация похожая.

—Оттого, что на рынке все больше ювелирных брендов?

—Все больше брендов начинают заниматься ювелирным делом. Все модные бренды делают свои украшения: Dior, Dolce & Gabbana, Chanel, Gucci. И теперь получается, что есть они и есть все остальные. Предположим, я лоялен к бренду Balenciaga, значит, я априори лоялен и к их ювелирным украшениям. И если вы независимая марка, вроде нас, вам нужно бороться за свое место.

Самое важное — стиль и уникальность того, что вы делаете.

На этом строится клиентская база. Но когда ты играешь против больших групп, все становится сложнее. Надо шевелиться.

—И открыть свой бар!

—Смешно, но это и правда часть общего процесса. Сейчас огромное внимание к ювелирной индустрии. Взять хотя бы кольцо, которое я изготовил для Machine Gun Kelly (американский музыкант Колсон Бейкер.— «Стиль. Украшения»), чтобы он сделал предложение Меган Фокс. Его обсуждал весь мир. Повсюду, куда бы я ни приходил. Как будто это какой-то тренд. Окей, они сладкая парочка. Но мы даже представить себе не могли масштаба того, что произошло. О кольце знали даже те, кто никак не связан с индустрией.

—Может, потому, что это кольцо toi & moi?

—Думаю, потому, что оно уникально: два кольца в одном с магнитом внутри, авангардный стиль Stephen Webster, она изумруд, он бриллиант… Совокупность факторов заставила людей говорить о нем. Когда Колсон пришел ко мне, он попросил кольцо, о котором будут говорить. Я ответил, что он пришел по нужному адресу. Все его друзья, Джастин Бибер например, покупают одинаковые помолвочные кольца с одним большим бриллиантом. Так что это было классно с его стороны — прийти ко мне и попросить что-то креативное.

1 / 2

—Интересно, что американский музыкант обратился к британскому ювелиру…

—Он сказал, что узнал о моих украшениях 12 лет назад, когда ему было 20. Они ему очень понравились, но он не мог их себе позволить. Но вообще, весь этот восторг вокруг ювелирных украшений очень новое явление. Я сделал помолвочные кольца для Мадонны, для Пинк, для Кристины Агилеры, у всех был хороший пиар, но ничего похожего на эту последнюю историю. Думаю, отчасти это из-за соцсетей, а отчасти потому, что сейчас время, когда ювелирные украшения имеют значение.

—А какие новости в московском бутике?

—Мы готовим выпуск новой коллекции из семи колец Warrior Women, на которую нас вдохновили знаменитые женщины прошлого и настоящего. Все они из профессий, в которых женщинам сложнее пробиться, чем мужчинам. Надеюсь, очень скоро эта коллекция появится и в ЦУМе.