По разные стороны фильтра

1 июня вступает в силу решение о выборах губернаторов. Центризбирком уже предложил регионам модельный закон, который в общих чертах регламентирует избирательную процедуру. Как он начнет работать?

В принципе, каждый субъект Федерации вправе и должен самостоятельно выработать для себя правила, но практика такова, что спущенная с федеральных верхов "рыба" используется практически целиком, а мера самостоятельности регионов определяется изначально заложенным в модели люфтом. Например, местные законодатели могут определить необходимый процент поддержки самовыдвиженцев со стороны депутатов муниципальных собраний: не менее 5, но не более 10. Если решат понизить фильтр, допустим, до 3 процентов или повысить до 15,— это будет недопустимое самоуправство со всеми вытекающими последствиями для губернаторов и депутатов.

Так что с самого начала проблема расслаивается на две: технические правила процесса и то, как процесс сам по себе воспринимается властью внизу и наверху. Воспринимается, как видим, серьезно и даже болезненно: за 10 лет вертикаль отвыкла даже от тени непредсказуемости, которая так или иначе сопутствует самым зарегулированным выборам. Давно ли президент Медведев говорил, что губернаторских выборов в России не будет еще лет сто? Однако вот они. Вообще-то это хороший признак: федеральный центр способен реагировать на тревожные сигналы, поступающие от региональных элит. Именно от элит — не надо заблуждаться, что выборы есть уступка общественному мнению. Все проще: идея построить единую вертикальную систему управления уперлась в практическую необходимость решать огромное число текущих проблем на местах и выяснилось, что сверху видно далеко не все. Пришлось сдавать назад и делегировать местным начальникам чуть больше полномочий, чтобы они разруливали свои проблемы сами, в меру способностей нащупывая баланс интересов между региональными группами влияния и населением.

Смешным и горьким знаком ненужности вертикализма в такой огромной и разнообразной стране, как Россия, стала деградация института федеральных округов и полпредов, на которых возлагались надежды в начале нулевых. Предполагалось (видимо, по армейской аналогии), что между ставкой Верховного главнокомандующего в Кремле и командирами 89 армий (губернаторами) надо ввести промежуточное звено управления в виде "фронтов" или "военных округов". Общим числом в восемь штук. Не получилось: мирная жизнь, экономика и социальные процессы оказались слишком пестрыми, разными и противоречивыми, чтобы втиснуться в одно прямолинейное русло. Федеральные округа постепенно превращались в пятое колесо у телеги, а должность полпреда все очевидней напоминала синекуру для отставников. Пока процесс не вылился в назначение полпредом Уральского федерального округа Игоря Холманских, основной заслугой которого была смелая идея привезти в Москву "мужиков" с Уралвагонзавода и вправить мозги зажравшимся столичным умникам. Логика назначения прозрачна: с одной стороны, демонстрация поддержки начальника цеха за правильный образ мыслей; а с другой — местечко подобрали такое, где он даже с нулевым опытом государственного управления не наломает слишком много дров. То ли престиж г-на Холманских так высок, то ли престиж полпредства так низок — тут пусть каждый решает сам. Однако даже на должность местного мэра (что было бы логично) поставить его не решились.

Нечто похожее с губернаторами. И хотелось бы поставить везде верных и преданных людей, да у них не всегда получается выстроить отношения с землей и ее обитателями. Круг задач куда конкретней и вещественней, чем у полпреда. Верные люди не всегда с ними справляются, чему свидетельством сползание рейтинга партии власти на федеральных выборах. Хочешь не хочешь, а приходится выстраивать механизм более тесной взаимосвязи начальства с регионом. Что, конечно, создает дополнительные хлопоты.

После завершения декабрьских выборов в Госдуму в отставку отправились 20 глав регионов. Лишь трое (в Омской, Московской и Томской областях) — в плановом порядке, в связи с истечением срока полномочий. Все прочие или потому что не имеют шансов на переизбрание, или потому что показали на федеральных выборах недопустимо низкий результат. В конечном счете это почти одно и то же. Успеть надо было до 1 июня — переназначенным фигурам теперь пять лет о выборах можно не беспокоиться.

Изнанку процесса объясняет переброска Николая Меркушкина из кресла президента Мордовии в кресло губернатора Самарской области. Человек, безусловно, надежный и заслуженный, правил республикой 17 лет. Пять сроков! В декабре при явке в 94 процента обеспечил "Единой России" 92. А вот Владимир Артяков в Самаре оказался не столь успешен: за ЕР лишь 39,4 процента. И к тому же два члена областной избирательной комиссии — Николай Рогожин от КПРФ и Анна Сенникова от "Справедливой России" — отказались признать итоговый протокол, ссылаясь на массовые фальсификации. Теперь, стало быть, г-н Меркушкин будет полегоньку приучать добрых самаритян к мордовским методам политического менеджмента. Но и г-н Артяков с его связями в оборонно-промышленном комплексе тоже не пропадет. Ибо выборы выборами, но стабильность прежде всего. Самару на пять лет от избирательных стрессов обезопасили, а в Мордовии и так полный порядок...

То есть выборы губернаторов, они, конечно, полезны и необходимы. Только лучше бы их не было. Ну, или так, понарошку.

Члены Центризбиркома высказываются крайне осторожно, избегая имен и регионов. Сначала Владимир Чуров дал понять, что в единый день голосования, 14 октября, будут избирать глав минимум в двух субъектах Федерации. Позже Сергей Даниленко расширил список до четырех. Понятно, не бином Ньютона — речь об Амурской, Белгородской, Брянской и Новгородской областях, в которых срок полномочий у губернаторов истекает в ближайшие месяцы. Но вопрос полностью еще не закрыт. Кто-то из региональных начальников может вдруг решиться на досрочное переизбрание, и тогда список расширится (хотя сильно вряд ли — вода глубока, первым нащупывать брод никому не охота). Или, напротив, кого-то из четверки до 1 июня Кремль еще может попросить на выход, сочтя, что шансов у него маловато. Что вряд ли, там скорее намерены поставить расширенный эксперимент с участием как заведомо проходных, так и сомнительных кандидатов от власти.

Здесь тоже все довольно прозрачно. Сильнее всего позиции у белгородского губернатора Евгения Савченко, который, подобно Николаю Меркушкину, вот уже пять сроков твердой рукой держит и бизнес, и областное законодательное собрание вместе с избирательной комиссией, и прессу. И совершенно не прочь пойти на шестой цикл. Надежный человек: мышь не проскочит. Хотя опять же, вспоминается известное высказывание о том, что третий губернаторский срок — это только за особые выдающиеся заслуги, а уж четвертый вообще что-то запредельное... Ну да, вот так и живем: одно дело — общие демократические соображения и совсем другое — когда на кону конкретные управленческие ситуации. Тут от добра добра не ищут и "не буди лихо, пока спит тихо".

Хуже дела у брянского наместника Николая Денина. Да и в Новгороде позиции Сергея Митина не выглядят неприступными. Олег Кожемяко из Амурской области где-то посредине. Вот пусть они и покрутятся, а мы посмотрим, насколько инстинкт губернаторского самосохранения может быть полезен в деле укрепления державной вертикали.

Крутиться уже начали. В последних числах мая заксобрания в ударном порядке принимают законы о выборах — разделывают циковскую "рыбу". В Новгородской области на повестке максимальный фильтр для самовыдвиженцев — им необходимо заручиться поддержкой 10 процентов муниципальных депутатов при охвате не менее 3/4 городских собраний. Значит, как минимум лояльность регионального парламента С. Митин себе обеспечил: иначе там ему подложили бы свинью, облегчив дорожку конкурентам. Остается открытым вопрос о лояльности избирательных комиссий (как будут считать) и — как ни крути — о поддержке со стороны избирателей. Близкая картина в Брянской области. Насчет популярности Николая Денина в народе наблюдатели не обольщаются. Да сейчас пока и не до народа. В первую очередь надо протащить через законодателей максимально комфортный закон, а там видно будет. Пока дело идет трудно: губернатор молчит о своих электоральных планах; да и законодательное собрание тоже что-то не торопится. Может, ждут 1 июня или звонка из Кремля?

Амурскому губернатору Олегу Кожемяко проще. Во-первых, первый срок, а значит, он не успел еще надоесть. В лучшем политическом возрасте — 50 лет. Во-вторых, удачно истребил фронду раскольников в местной "Единой России" и заставил партийную структуру работать только на себя. В-третьих, заключил удачный союз с местным лидером "Справедливой России" Галиной Бусловой, которая от души назвала его "прекрасным управленцем" и, видимо, рассчитывает на хороший пост в будущей областной администрации. То есть человек действительно занимается региональной политикой и чувствует себя достаточно уверенно, чтобы даже не поднимать "муниципальный фильтр" выше 7,5 процента. Зачем? И так справится. Из реальных конкурентов пока видны лишь депутаты Госдумы Иван Абрамов (КПРФ) и Дмитрий Новиков (ЛДПР). Но и на них у него управа, кажется, найдется — они все больше в Москве, а он на месте...

Так или иначе, но и такие узенькие выборы заставляют встрепенуться местных начальников и — чем черт не шутит? — сделать что-то реальное для избирателей. Даже в СССР перед днем всенародного голосования, помнится, дорожки асфальтировали и чинили водопровод. А то, что до европейских выборов нам, как пешком до Амстердама, так иначе вряд ли и быть могло. Амстердам в самом деле далековато — естественно-научный факт. А Лондон еще дальше.

Главное — не плакать, а идти. То есть давить на вертикаль-матушку. Голосовать, а результаты контролировать. Потому как гром не грянет — мужик не перекрестится. Или (чтобы избежать обвинения в мужском шовинизме), дитя не плачет — мать не разумеет. А чтобы заодно и защитникам природы угодить: пока жареный петух не клюнет...

Ну и так далее. Например, еще из биологии: быстро только кошки плодятся. Не пренебрегайте выборами, граждане. Какие ни есть, а все инструмент влияния. Или у вас этих инструментов в избытке?