Две книги по нравственной философии Фетисов В. П. Солнце не заходит. Труды по нравственной философии. — Воронеж, 2011. — 518 с. ; философия морали. Тоска по русскому аристократизму (к 70-летию со дня рождения В. П. Фетисова). — М. , 2012. — 480 с

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ

две книги по нравственной философии

Фетисов В. П. Солнце не заходит. труды по нравственной философии. — Воронеж, 2011. — 518 с.;

Философия морали. тоска по русскому аристократизму (к 70-летию со дня рождения В. П. Фетисова). — м., 2012. — 480 с.

Философская продукция российской провинции не часто попадает в руки читателя, живущего в Москве или Санкт-Петербурге. Но мне повезло. Волею случая передо мной два объемистых тома. Один из них издан в Воронеже и является собранием работ русского философа Владимира Петровича Фетисова (1941-2009) — создателя Воронежской школы философской этики. Другой том издан в Москве и представляет собой материалы состоявшегося в Воронеже в мае 2011 г. Международного этикофилософского семинара им. Андрея Платонова, приуроченного к 70-летию со дня рождения В. П. Фетисова. В качестве названия конференции взят заголовок одной из книг В. П. Фетисова. Тиражи и того и другого издания небольшие. Причем материалы семинара изданы и вовсе крошечным тиражом (200 экз.). А ведь одних участников семинара свыше 60 человек.

Следует заметить, что Владимир Петрович Фетисов, автор ряда работ, посвященных моральной философии, является одним из главных создателей Этико-философского семинара им. Андрея Платонова на базе Воронежского государственного университета.

Начнем со сборника работ создателя Воронежской школы этики.

Название сборника «Солнце не заходит», данное книге по названию одной из последних работ мыслителя, призвано подчеркнуть убеждение автора в абсолютном характере духовных ценностей. Большую часть сборника занимает работа «Философия морали (Тоска по русскому аристократизму)» и работа «Возвращение в мир (Книга обо всем и ни о чем)». Затем следует пять небольших эссе: «Трактат о вере». «Земля и небо». «Оправдание жизни». «Солнце не заходит». «Маленький человек и большие люди». Завершают сборник созданные в разное время статьи. Причем последняя работа «Жить за умерших» написана незадолго до смерти философа.

Работы, составляющие сборник, написаны ясным, литературным русским языком. Их литературная форма напоминает нам неторопливую дружескую беседу. Это беседа о глубоко пережитом и глубоко продуманном. Просто и доходчиво автор касается сложных философских проблем.

Демонстрируя (всегда уместно!) незаурядную историко-философскую эрудицию, автор ссылается и на древнекитайских мудрецов, и на древнегреческих мыслителей,

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2012. Том 13. Выпуск 4

285

и на христианских, и на западноевропейских философов и на русских. На страницах книги мы встречаем имена: Конфуция, Лао-цзы, Ян Чжу, Гераклита, Эмпедокла, Платона, Аристотеля, Эпикура, Бэкона, Канта, Гегеля, Фейербаха, Шопенгауэра, Ницше, Фрейда, Швейцера, Сковороды, Бердяева, Соловьева и др.

Однако широкое знание автором истории мировой философии не затемняет главного: это глубоко русская книга. Это итоговые размышления мыслителя над русской философией, над ее своеобразием. Для него основная задача русской философии состоит в том, «чтобы разглядеть во временном вечное, а у абсолютного найти связь с относительным» (С. 508). Главную же особенность русской философии В. П. Фетисов видит в том, что, по его мнению, «лучше всего назвать сердечностью» (С. 510). По его убеждению в качестве главного символа для русской философии берется сердце. Разумеется, он в данном случае говорит не об анатомическом органе.

Одной из центральных тем сборника является анализ понятия «русский аристократизм». Анализируя это понятие, В. П. Фетисов указывает важнейший признак русского аристократизма — «нравственно-философское отношение к жизни и миру» (С. 21). Мыслитель пишет: «Для русского аристократа нравственное благородство — высшая цель, а нравственность — единственная подруга, которой хранит он рыцарскую верность» (С. 22). Размышляя о подлинном и ложном аристократизме в русском человеке и подчеркивая, что нравственное благородство — высшая цель русского аристократа, В. П. Фетисов указывает главный признак благородства — «способность поставить совесть, нравственность, порядочность выше всего в жизни и даже дороже самой жизни» (С. 7).

Здесь очень важно подчеркнуть следующую позицию автора. Говоря о русском человеке, он разъясняет: «Под “русским” я понимаю человека любой национальности, связавшего (вольно или невольно) свою жизнь с исторической судьбой России, с ее языком, литературой, культурой» (С. 9).

На страницах сборника мы встречаем философское осмысление основных этических проблем: смысла жизни и смерти, любви, добра и зла, долга и пользы. Автор затрагивает темы взаимодействия экономики и нравственности, взаимосвязи морали и политики. Касается проблемы соотношения науки, философии и религии.

Разумеется, что далеко не все согласятся с его пониманием этих проблем. Но нельзя не отметить очевидное. Подкупающая доверительность тона, располагающая к себе простота изложения, уважительное отношение к читателю, неподдельная искренность — все это несомненные достоинства сборника.

Стоит указать на еще один момент. В аннотации к одной из книг, входящих в сборник, автор указал, что «книга предназначена для любого интеллигентного человека, но, прежде всего, для преподавателей, учителей и воспитателей всех уровней» (С. 7). Эти слова можно отнести ко всему сборнику.

Теперь несколько слов о мелких недочетах. Есть (хотя и немного) и опечатки, и недопечатки. Например, досадная опечатка на странице 9. Напечатано «кульутрой» вместо «культурой». Или менее заметная недопечатка. На странице 226 напечатано «он», а надо «оно» («народное и государственное добро»).

К недостаткам издания можно отнести отсутствие библиографии работ автора и отсутствие именного указателя. Неплохо было бы, не ограничиваясь изображениями, помещенными на обложке книги, разместить в тексте или в приложении те или иные фотографии, запечатлевшие философа.

Автор предисловия, известный философ Владимир Варавва, ученик Владимира Петровича, пишет: «Надеемся, что данное собрание философских работ В. П. Фетисова

будет способствовать подъему нравственной философии в России и духовному росту современного человека» (С. 5). Нельзя не присоединиться к этим словам. Более того, можно выразить не надежду, а глубокую уверенность в том, что так оно и будет.

Когда-то Герцен, говоря о самобытном русском поэте, сыне воронежского прасола, заметил: «Из самых глубин нации зазвучал такой голос, как голос Кольцова». Вот и сейчас из самых глубин национальной жизни звучат голоса тех, кто подобно воронежскому философу В. П. Фетисову стремятся вернуть нравственной философии то положение в сфере духа, которое она по праву заслуживает.

А таких мыслителей не мало, если судить по материалам Этико-философского семинара им. Андрея Платонова, посвященного юбилейной дате В. П. Фетисова. Статьи и выступления участников семинара не могут не заинтересовать любого, интересующегося судьбами отечественной философской мысли. Среди участников семинара известные исследователи и творческие продолжатели лучших традиций русской философии: А. А. Корольков, В. В. Варавва, И. О. Надточий, В. А. Бачинин, А. В. Усачев и множество других.

Темы многих докладов семинара, естественно, были посвящены идеям, которые разрабатывал В. П. Фетисов. Это философичность русского человека, сердечность русской философии, богословие и русская философия, феномен русского аристократизма и философия морали, парадоксы «русского псевдоаристократизма» и парадоксы русской религиозно-философской этики. Ряд выступлений был посвящен проблемам, связанным с нравственной философией в творчестве Л. Н. Толстого, Ф. М. Достоевского, Н. А. Бердяева, Б. Р. Чичерина, М. А. Бакунина, Н. Ф. Федорова, Г. Д. Гурвича. Руководителем семинара (он же и один из редакторов сборника) выступал В. В. Варавва, ученик В. П. Фетисова.

На мой взгляд, стоит отметить (как положительный момент) размещение в материалах семинара ряда фотографий, запечатлевших некоторые проведенные конференции, работу этико-философского семинара, работу философского кружка, сотрудников кафедры философии ВГЛТА. К сожалению, не всегда даны фамилии изображенных на фотографии лиц. Вызывает также сожаление отсутствие раздела «наши участники» с краткими сведениями об участниках семинара. Есть и опечатки. Например. На странице 21 вместо «помыслить» напечатано «помылиться». Нельзя также не заметить следующего. Изучение своеобразия русской философии требует компаративного анализа. Например, подчеркивая этикоцентризм русской философии как ее характерную черту, в значительной степени сводя ее к нравственной философии, нельзя не упоминать близкую в этом отношении философскую традицию Китая, неразрывно связанную с этикой. Ведь этическая составляющая китайской философской мысли началась даже не с Конфуция, а намного раньше, и ее следует учитывать.

Как сборник работ Владимира Петровича Фетисова, так и материалы семинара, демонстрируют широту и размах бытования отечественной философской мысли, не сводящейся к столичным академическим кругам, и позволяют говорить о философской мысли провинции как о ярком феномене, заслуживающем пристального внимания как читателей, так и исследователей.

Р. Н. Дёмин