Oдонтологические данные к вопросу об этнических взаимоотношениях населения aрмянского нагорья и Eвразии в эпоху бронзы

УДК 941 (479.25):391/395=919.81:572 БББ 63.3(2Ар)+63.5(2Ap)+28.7

Худавердян Анаит Юрьевна

кандидат исторических наук, научный сотрудник Институтa археологии и этнографии НАН Республика Армения

г. Ереван

Khudaverdyan Anahit Yurievna

Candidate of History,

Research Officer

Institute of Archaeology and Ethnography of the National Academy of Sciences,

Republic of Armenia Yerevan

Oдонтологические данные к вопросу об этнических взаимоотношениях населения Aрмянского нагорья и Eвразии в эпоху бронзы

Odontologic Data to the Question of Ethnic Mutual Relations of the Armenian Uplands and Eurasia Population During the Bronze Epoch

Предпринят многомерный одонтологический анализ более 31 этнических групп эпох неолита и бронзы с территории Евразии. На основании полученной информации проведен кластерный анализ, который показал генетические сгущения этносов, векторы близких или, наоборот, различий между ними. Показан антропологический покров Евразии сформировавшийся в ходе исключительно сложных исторических событий. Продвижение средиземноморцев на территории Евразии сопровождалось не только взаимодействием различных культурных элементов, но и смешением, распространением иногда на значительные расстояния от их очага формирования. Подобные исследования дают новые аргументы для понимания этногенетических процессов в Евразии.

Multidimensional odontologic analysis of more than 31 ethnic groups of the Neolithic and the Bronze Ages from the territory of Eurasia has been carried out. On the basis of the information received, cluster analysis has been made, which shows -the genetic condensations of ethnos, and vectors of relatives or, conversely, distinctions between them. The anthropological cover of Eurasia generated during exclusively difficult historical events is shown. The migration of the Mediterranean inhabitants on Eurasia territory was accompanied not only by interaction of various cultural elements, but also by mixture, distribution from their formation centre -sometimes at long distances. Such kinds of researches give new arguments for the understanding of ethnogenetic processes in Eurasia.

Ключевые слова: Армянское нагорье, Восточная Европа, Сибирь,

бронзовый век.

Key words: Armenian Uplands, Eastern Europe, Siberia, the Bronze Age.

Сложение и развитие древних культур, безусловно, связано с общими закономерностями социально-экономического развития и природной среды. Природная среда, в которой обитало древнее население Армянского нагорья, имела ряд негативных и позитивных сторон. К первым относятся экстремальные климатические условия. Позитивная же сторона заключается в том, что природные факторы способствовали активным связям между различными регионами, в числе этих факторов следует указать распространение природных ресурсов (обсидиана, кремня и др.) на широких пространствах. Ни естественные и искусственные преграды, ни огромные расстояния не стали барьерами для налаживания тесных этнокультурных связей. Весьма значительным фактором были обширные открытые пространства Восточной Европы, с которыми связано возникновение подвижных форм скотоводства. Неравномерно развивающаяся металлургия, скотоводство и земледелие приводили к усилению обмена и межплеменных связей. Области, окружавшие Черное море на определенных этапах истории оказывались в “кратере” взаимосвязей различных культур. Циркумпонтийская металлургическая провинция явилась одним из основных центров культурных взаимодействий и взаимосвязей для западной половины Евразийского континента [15]. Здесь пролегали сухопутные линии контактов между Передней Азией через Анатолию, Армянское нагорье вплоть до Кавказа и на Балкан, а через Кавказ и Балканы - в Северное Причерноморье и в обратном направлении. На наш взгляд, следует говорить об установлении ареальных контактов между группами, далеко не всегда генетически родственными, но территориально сближавшимися вплоть до взаимопроникновения и взаимовлияния в течение продолжительного времени. Это приводило к их интеграции, к созданию ряда крупных этнокультурных группировок, а взаимодействие между последними - к формированию всей циркумпонтийской зоны, т.е. системы ареальных контактов, приведших к определенной интеграции на взаимосвязанных территориях и к значительным последствиям экономического, культурного, антропологического, общеисторического характера.

Интерес к историческим проблемам у антропологов возрастает по мере того, как крепнет убеждение в перспективности применения одонтологического материала в краниологических исследованиях. О процессах метисации, происходивших в период широкомасштабных миграций, можно судить по характерным особенностям таких нейтральных и стабильных показателей, как одонтологические маркеры [8, 12]. В целом морфологическое строение зубных коронок является одним из важнейших источников исторической и биологической информации, так как черты зубного рельефа обладают высокой таксономической ценностью, ибо будучи генетически обусловленными, они не меняются на протяжении всей жизни человека. Для одонтологического анализа необходимо было отобрать такой набор признаков, который бы, с одной стороны, достаточно адекватно определял бы направление межгрупповой изменчивости на территории Евразии, а, с другой стороны, был бы доступен в публикациях ряда авторов, содержащих материал для сравнительного анализа. Для оценки сравнительно-одонтологического анализа были привлечены все известные в настоящее время серии (31) с территории Евразии (рис. 1). Анализ осуществлен с помощью следующих признаков: лопатообразная форма на I1

1 9

(Shov J ), редукция гипоконуса (ЯНу, М ), бугорок Карабелли (сага М1), 6-бугорковые и 4-бугорковые формы на М1, 4-бугорковые формы на М2. Данные подвергнуты каноническому анализу. Г руппы сопоставлены с помощью невзвешенного парно-группового метода. Нами была использована статистическая программа А.Г. Козинцева и Б.А. Козинцева (Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого, Санкт-Петербург).

Представители Армянского нагорья по своему одонтологическому статусу и по определяемым генетическим связям соответствует морфологически центральным популяциям южного грацильного одонтологического типа. Южный грацильный одонтологический тип характеризуется повышенным процентом дистального гребня тригонида, М14, М24, редуцированных I , пониженными частотами наличия бугорка Карабелли и 2 med II [12]. Широкое сопоставление одонтологических данных с территории Армянского нагорья и Грузии

позволяет выявить наличие морфологически близких групп в географических рамках всей этой обширной территории. Это сходство предполагает сопряженность этнокультуро-генетических процессов в этнических группах, которые они представляют. В эпоху бронзы южный грацильный одонтологический комплекс был распространен на достаточно большой территории, охватывающей Кавказ, Среднюю Азию и Восточную Европу. Древность этого пласта восходит к более раннему времени из районов Ближнего Востока (Нату-фи, Ярмо) [16]. По таким маркерам, как склонность к редукции гипоконуса, а у натуфийцев - и метаконуса, к редукции вторых нижних моляров и к низким частотам бугорка Карабелли эти группы имеют определенное сходство с представителями Армянского нагорья, Грузии и Средней Азии.

На дендрограмме кластеризации древних групп (рис. 2) сформировался большой подкластер, объединяющий представителей Армянского нагорья, Грузии, Туркмении (племена культур конца II - начала I тыс. до н.э. и крашеной керамики), Прибалтики, Поволжья, Украины и Сибири. Вероятно, его можно экстраполировать на большую антропологическую общность, в которой протекали процессы сложных этнокультурных взаимодействий. Так, племена Ку-ро-Араксса Армянского нагорья (Ланджик) демонстрируют генетические связи с носителями андроновской культуры. Следует отметить, что и по данным краниометрии андроновцы (федоровская мужская группа из Кузнецкой котловины и верхнеобская группа из Фирсова XIV) имеют параллели с представителями Армянского нагорья (Джарат /Куро-Аракс/ и Арцвакар) [14]. Андроновские аналогии находятся на первом месте близости и у представителей Г онур Депе. Итак, андроновцы входят в средиземноморский кластер, - что служит свидетельством того, что и в эпоху бронзы градиент средиземноморских черт ощутим в Северной Евразии. Целый ряд соответствий этим результатам можно найти в различных работах [11].

Нужно учитывать здесь близость племен трипольской культуры как к носителям культур куро-араксской, так и андроновской. Результаты межгруппового краниологического анализа на широком географическом и культурном фоне

выявили генетические связи представителей Куро-Аракса Армянского нагорья с племенами триполькой культуры из Украины и Поднестровья [13, 14]. Трипольские аналогии находятся на первом месте близости в мужских группах. Для групп с территории Иранского нагорья также отчетливы краниологические аналогии с трипольцами (Тепе-Гиссар II, Караташ) и Египта (Бадари, Нага ет-Дер, Акмант, Нагада) [14]. Можно уверенно сказать, что с неолита значительная часть Европы была заселена из Передней Азии. По В.Г. Збеновичу “трипольские племена ассимилировали энеолитическое население кавказского происхождения, продвинувшегося в Степь”, и небольшие группы ямников [7, с. 130]. О культурно-исторических контактах трипольского населения свидетельствуют как “импорты”, так и проявления сходных традиций в разных областях материальной культуры, свидетельствующие о многочисленных взаимовлияниях между различными культурами. Широко был распространен у племен Куро-Аракса Армянского нагорья культ быка в сочетании с подставкой, очагом, вечным огнем. Быки и бараны, игравшие столь важную роль в хозяйственной жизни, являлись также составляющим элементом обрядов, чем и объясняется их “наличие” у очага, огня. Подставки антропоморфны и связаны с фаллическим культом (Куль-Тепе II). Человек исполняет ритуалы оплодотворения: ритуалы, связанные с семейно-общинным ритуалом

плодородия, с размножением скота или увеличением урожая и соответственно, оплодотворения земли (аналогичен культ Великой Матери плодородия и божества мужского пола - с изображением быка в трипольской культуре IV-Штыс. до н.э.) [9]. В жилых помещениях Куро-Аракса обнаружены глиняные возвышенности - алтари (позади культового очага), с изображением фаллоса. Аналогичная картина зафиксирована в синхронной Кукутени - трипольской культуре [9]. Следовательно, можно еще раз подчеркнуть о больших культурных и этнических связях в древности, об известной роли Кавказа как посредника между древней областью распространения трипольской культуры и странами Востока. Об этом же свидетельствуют и топоры-клевцы малоазийс-кого типа, прошедшие длительный путь в Поднепровье и Украину (Веремье,

Усатов) через Кавказ [10]. Мы не утверждаем, что Армянское нагорье (и Кавказ в целом) - единственный путь для таких связей. Была установлена роль Прикарпатья как связующего звена между областью трипольской культуры, Средиземноморьем и Малой Азии. Однако и Кавказ был одним из таких посредников.

Для суммарной группы из Грузии (Мцхети - Дигоск) наиболее отчетливы аналогии с представителями Прибалтики (Звейниеки, Кивуткалнск). Племена балановской культуры проявляют близость с группой из Туркмении (конец II -начало I тыс. до н.э.). Итак, уровень редукции зубной системы объединяет племена культур конца II - начало I тыс. до н.э. из Туркмении и Грузии с прибалтийскими группами и с носителями балановской культуры. В этой связи следует вспомнить, что все упомянутые группы объединяет наличием у них (в целом или в виде компонента) средиземноморского антропологического типа [1, 3, 4, 5], связанного с южноевропеоидным происхождением. К фатьяновцам из Поволжья очень близки племена культуры крашеной керамики из Туркмении. Отмечены и параллели с группами из Узбекистана (Сапаллитепе) и Поднепровья (Васильевка III).

Группы из Поволжья (Такталачукс) и Южной Сибири (карасукская культура) выделились в отдельный подкластер и демонстрируют сходство с представителями Армянского нагорья (Черная крепость). Об этом свидетельствуют и одонтологические данные, и краниоскопические, и результаты интеграции данных по обеим системам признаков [13, с. 346, 314, 352] . Еще 1961г. В.П. Алексеев выявил сходство карасукцев с представителями антропологического типа среднеазиатского междуречья [2]. А.В. Громов [6] считает родиной носителей карасукской культуры Казахстан.

Этот подкластер представляет очень хаотичную картину (группы из Русской равнины /неолит, Луговской/, Украины /днепро-донецкая культура/, Сибири /окуневская культура, Цыганкова-Сопка-2/), которую можно объяснить интенсивными этнокультурными взаимодействиями. Носители тагарской культуры

демонстрируют параллели с хронологически более ранним населением Туркмении (Алтындепе).

В результате проведенных исследований были выявлены как морфологические и типологические контрасты, так и сходство многих групп с территории Евразии. Расположение групп в корреляционном поле суммарных расодиагностических критериев показывает, что разделение по шкале градиента «запад-восток» очень условно. Отклонение частот фенов в ту или иную сторону не углубляет межгрупповой разницы до достоверного уровня, а приводит к трансгрессии данных одонтологических комплексов. Это свидетельствует об отсутствии резких этничесих границ и о контакте на большой территории. В ходе анализа одонтологической специфики и закономерностей взаимодействия у этнических групп с территории Евразии маркируются не только локальные варианты, но и основные типообразующие факторы: дифференциация и интеграция, генерализующее все многообразие тенденций расогенетического процесса. В контактных ареалах (Восточная Европа, Сибирь и др.), где велика степень межэтнического взаимодействия и метисации, фиксируется усиление типологической изменчивости и масштаба ее проявления. Изменения соотношения в сторону метисационных и миграционных процессов указывает на преобладание интегративных зависимостей, одним из эффектов проявления которых является смешение (промежуточная или мозаичная) типологии одонтологических комплексов. Одонтологические наблюдения в данном случае выявляют совпадение с линией генетических сопоставлений и направлением миграций древнего населения Евразии, реконструируемых с помощью краниологических, археологических, историко-культурных данных [13].

Рис. 1. Распространение могильников, имеющих антропологические находки: 1 - Ланджик, 2 - Черная крепость, 3. Мцхети-Дигорск, 4. Такталачукс, 5 - Верхнее Поволжье (фатьяновкая культура), 6 - Нижнее Поволжье (балановская культура), 7 - Русская равнина (неолит), 8 -Луговская, 9 - Васильевка II, 10 - Маяк, 11 - Украина, 12 - Поднепровье (днепро-донецкая культура), 13 - Олений остров, 14 - Латвия (У-Ш тыс. до н.э.), 15 - Звейниеки, 16 - Кивуткал-нск, 17 - Туркмения (культура крашеной керамики), 18 - Туркмения (конец II - нач. I тыс. до н.э.), 19 - Алтынтепе, 20 - Гонур Депе, 21 - Сапаллитепе, 22 - Цыганкова, Сопка-2 (елунинская культура), 23 - Окуневская, 24 - Южная Сибирь (окуневская культура), 25 - Минусинская котловина (андроновская культура), 26 - Томское Приобье (андроновская культура), 27 -Приобье (андроновская культура), 28 - Кузнецкая котловина(андроновская культура), 29 -Бараба (андроновская культура), 30 - Южная Сибирь (карасукская культура), 31 - Южная Сибирь (тагарская культура).

Ланджик

Сибирь

(андроновская

культура)

Маяк

Олений остров

Звейниеки

Кивуткалнск

Мцхети - Дигоск їЇaЇёжйa

Туркмения

(конец II- нач. I oun. аЇ

i.y.)

Украина

Латвия

Поволжье

Сапаллитепе

Васильевка III

Такталачукс

Сибири

(карасукская

культура)

Черная крепость

Окуневская

Луговской

Сибири

Украина

(днепро-донецкая

культура)

Русская равнина

Цыганкова-Сопка-2

Алтындепе

Сибирь

Гонур Депе Приобье

(андроновская

культура)

Кузнецкая

котловина

(андроновская

культура)

Бараба

(андроновская

культура)

Томское Приобье

(андроновская

культура)

Рис. 2. Дендрограмма кластеризации краниологических серий (по сумме 6

признаков)

1. Акимова М.С. Палеоантропологические материалы из Балановского могильника // Балановский могильник. - М.: Наука, 1963. - С. 322-362.

2. Алексеев В.П. Антропологические типы Южной Сибири (Алтае-Саянское нагорье) в эпохи неолита и бронзы // Вопросы истории Сибири и Дальнего Востока. - Новосибирск: Наука, 1961. - С. 337-385.

3. Великанова М.С. Палеоантропология Прутско-Днестровского междуречья. - М.: Наука, 1975. - 283с.

4. Гравере Р.У. Одонтологический аспект этногенеза и этнической истории восточнославянских народов // Восточные славяне. Антропология и этническая история. - М.: Научный мир. 1999. - С. 205-218.

5. Граудонис Я.Я., Денисова Р.Я., Гравере Р.У. Кивуткалнский могильник эпохи бронзы. -Рига: Зинатне, 1985. - 165с.

6. Громов А.В. Палеоантропология населения Южной Сибири эпохи бронзы по данным краниоскопии // Вестник антропологии. - 1996. Вып. 2. - С. 147-155.

7. Збенович В.Г. Позднетрипольские племена Северного Причерноморья. - Киев: Наукаво думка, 1974. - 175с.

8. Зубов А.А. Одонтоглифика // Расогенетические процессы в этнической истории. -М.: Наука, 1974. - С. 11-42.

9. Мирцхулава Г. О культе плодородия в раннеземледельческой культуре // Археология, этнология и фольклористика Кавказа. Материалы международной конференции. Сборник кратких содержаний докладов. - Тбилиси: Некери, 2004. - С. 96-97.

10. Пассек Т.С. Периодизация трипольских поселений // 1аоабеаёи ё ёппёашашеу и аббаШаёё NNND. - 1949. N 10. - 245с.

11. Рыкушина Г.В., Дубова Н.А., Суворова Н.А. Одонтологическая характеристика древнего населения Туркменистана (по материалам могильника эпохи бронзы Гонур-депе) // Наука человеке и общество: итоги, проблемы, перспективы. - М., 2003. - С. 130-140.

12. Халдеева Н.И. Вариации строения зубов: теоретические и практические аспекты одонтологии // Новое в методике и методологии антропологических исследований. Кн. 2. Народы и культуры. - 1992. Вып. Х. - С. 147-182.

13. Худавердян А.Ю. Население Армянского нагорья в эпоху бронзы. Этногенез и этническая история. - Ереван: Ван Арьян, 2009. - 440c.

14. Худавердян А.Ю. Индоевропейские миграции // Ширакский центр арменоведческих исследований. Научные труды. Выпуск ХХV. - Гюмри, 2010. - С. 5 -14.

15. Черных Е.Н. Циркумпонтийская провинция и древнейшие индоевропейцы // Древний Восток этнокультурные связи, LXXX. - М.: Наука, 1988. - С. 37-57.

16. Dahlberg A.A. The Dentition of the First Agriculturists (Jarmo, Iraq) // American Journal of Physical Anthropology. - 1960. Vol. 18. N 4. - Р. 243-256.

Bibliography

1. Akimova, M.S. Paleoanthropological Materials from the Balanovsky Burial Ground//

Balanovsky Burial Ground. - М: Science, 1963. - P. 322-362.

2. Alexeev, V.P. Anthropological Types of Southern Siberia (Altai-Sayansk Uplands) During Neolithic and Bronze Ages // Questions of Siberia and the Far East History. - Novosibirsk: Science, 1961. - P. 337-385.

3. Chernykh, E.N. Tsirkumpontiisky Province and Primordial Indo-European People // The

Ancient East and Ethnocultural Contacts, LXXX. - М: Science, 1988. - P. 37-57.

4. Dahlberg A.A. The Dentition of the First Agriculturists (Jarmo, Iraq) // American Journal of

Physical Anthropology. - 1960. Vol. 18. N 4. - Р. 243-256.

5. Graudonis, Ya.Ya., Denisova, R.Ya., Gravere, R.U. Kivutkalnsky Burial Ground of the Bronze Epoch. - Riga: Zinatne, 1985. - 165 p.

6. Gravere, R.U. Odontologic Aspect of Ethnogenesis and Ethnic History of Easteru Slavic People // East Slavs. Anthropology and Ethnic History. - M.: Scientific World. 1999. - P. 205218.

7. Gromov, A.B. Paleoanthropology of Southern Siberia Population in the Bronze Epoch by Cranioscopy Data // Anthropology Bulletin. - 1996. - № 2. - P. 147-155.

8. Khaldeeva, N.I. Variations of Teeth Structure: Theoretical and Practical Aspects of Odontology // New in Techniques and Methodology of Anthropological Researches. Book 2. People and Cultures. - 1992. - Iss. X. - P. 147-182.

9. Khudaverdyan, A.Yu. The Bronze Population of Armenian Uplands. Ethnogenesis and Ethnic History. - E.: Van Aryan, 2009. - 436 p.

10. Khudaverdyan, A.Yu Indo-European Migrations // Centre de Recherches Armeniennes de Chirak. Scientific Works. Iss. XXV. - G., 2010. - P. 5 -14.

11. Mirtskhulava, G. About Fertility Cult in the Early Agricultural Period // Archeology, Ethnology and Folklore Study of Caucasus. Materials of the International Conference: Summaries Collection. - Tbilisi: Nekeri, 2004. - P. 96-97.

12. Passek, T.S. Periodization of Tripol Settlements // Materials and Researches of the USSR Archeology. - 1949. - № 10. - 245 p.

13. Rykushina, G.V., Dubova, N.A., Suvorova, N.A. The Odontologic Characteristics of the Ancient Population of Turkmenistan (On the Materials of the Burial Ground of the Bronze Epoch Gonur-depe) // Science of a Person and Society: Results, Problems, Prospects. - M., 2003. - P. 130-140.

14. Velikanova, M.S. Paleoanthropology of Prutsko-Dnestrovsky Interfluve. - M: Science, 1975. - 283 p.

15. Zbenovich, V.G. Late Tripol Tribes of the Northern Black Sea Coast. - Kiev: Naukavo Dumka, 1974. - 175 p.

16. Zubov, A.A. Odontoglyphics // Racegenetic Processes in Ethnic History. - M: Science, 1974. - P. 11-42.