Русские переводы произведений г. Гейне в литературно-критическом осмыслении К. И. Чуковского

УДК 81

РУССКИЕ ПЕРЕВОДЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ Г. ГЕЙНЕ В ЛИТЕРАТУРНО-КРИТИЧЕСКОМ

ОСМЫСЛЕНИИ К.И. ЧУКОВСКОГО

© 2016

Морозова Светлана Николаевна, кандидат филологических наук, преподаватель кафедры русского языка Военная академия материально-технического обеспечения

Аннотация. В статье анализируется специфика восприятия К.И. Чуковским русских переводов произведений Г. Гейне. Обращение к феномену Г. Гейне в русской литературе начала XX в. связано с поисками нового поэтического языка. При переводе произведений Г. Гейне К.И. Чуковский считает важным не заслонять личность немецкого писателя и по возможности сохранять стиль подлинника, что позволяет достигать ощущения достоверности перевода, его близости оригинальному замыслу. Осмысливаются обстоятельства работы К.И. Чуковского над статьей «Гейне в Англии» для шестого тома «Избранных сочинений» немецкого писателя под редакцией А.А. Блока (том издан в 1922 г.), отмечены высокие оценки, данные К.И. Чуковским переводам Ю.Н. Тынянова («Германия» и др.), А.И. Куприна («Дворцовая легенда»), В.В. Левика («Завидовать жизни любимцев судьбы»). Для К.И. Чуковского было неприемлемым стремление отдельных современных критиков (в частности, В.П. Кранихфельда) проводить параллели между Г. Гейне и второстепенными современными русскими поэтами; также он отвергал попытки восприятия Г. Гейне как одностильного лирика, приводившие к утрате значимого для него оттенка пародийности. Вместе с тем К.И. Чуковский усматривал сильнейшую гейневскую составляющую в позднем творчестве А.А. Блока, в котором жизнь предстала «во всей своей скелетной обнаженности». Он характеризовал творчество Гейне как выдающееся явление не только немецкой, но и европейской литературы второй четверти XIX в.

Ключевые слова: К.И. Чуковский, Г. Гейне, русская переводная художественная литература, поэтический перевод, литературный стиль, поэтический язык, «гейневская» интонация, ирония, межкультурная коммуникация, романтические мотивы.

RUSSIAN TRANSLATIONS OF H.HEINE'S WORKS IN K.I.CHUKOVSKY'S LITERARY

AND CRITICAL CONSIDERATION

© 2016

Morozova Svetlana Nikolayevna, candidate of philological sciences,teacher of the Chair of the Russian Language

Military Academy of Logistics

Abstract. The article analyzes K.I. Chukovsky's specific reception of Russian translations of H. Heine's works. The address to H. Heine's phenomenon in the Russian literature at the beginning of the 20th century is connected with searches of the modern poetic language. While translating H. Heine's works, K.I. Chukovsky considers important not to hide the German writer's personality and, whenever possible, to preserve the style of the original what allows to get the feeling of the translation accuracy, its proximity to the original plan. The article comprehends the circumstances of K.I.Chukovsky's work on the article "Heine in England" for the sixth volume of "The Selected Works" by the German writer under A.A. Blok's edition (the volume was published in 1922), it notes the high appreciation, given by K.I.Chukovsky to the translations of Yu.N. Tynyanov ("Germany" and others), A.I. Kuprin ("A Palace Legend"), V.V.Levik ("To Envy the Life of Destiny's Favourites"). K.I. Chukovsky considered certain modern critics' (in particular, V.P. Kranikhfeld's) aspiration to draw parallels between H. Heine and minor modern Russian poets to be unacceptable; also, he rejected attempts of reception of H. Heine as one-stylish lyric poet, what led to the loss of a parody shade, significant for him. At the same time, K.I. Chukovsky saw the strongest Heine's component in A.A. Blok's last works, in which life appeared "in all its skeletal nakedness". He characterized Heine's creativity as the outstanding phenomenon not only of the German, but also of the European literature at the second quarter of the 19th century.

Keywords: K.I. Chukovsky, H. Heine, Russian translated fiction, poetic translation, literary style, poetic language, "Heine's" intonation, irony, cross-cultural communication, romantic motives.

Постановка проблемы в общем виде и ее связь с важными научными и практическими задачами.

Актуальность работы в широком плане обусловлена усилившимся вниманием к проблемам истории русской переводной художественной литературы, истории русского поэтического перевода, в частности, к изучению особенностей творческих манер ведущих русских переводчиков. В связи с этим особенный интерес вызывает тема восприятия К.И. Чуковским русских переводов Г. Гейне. Этот вопрос имеет тем более важное значение в контексте осмысления литературных взаимосвязей России и Германии.

Анализ последних исследований и публикаций, в которых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы.

Теоретическую основу статьи составили труды отечественных исследователей истории русской пере-

водной художественной литературы Ю.Д. Левина, Г.Р. Гачечиладзе, А.Н. Гиривенко, Е.Г. Эткинда [1-4]. Несмотря на достаточно широкую разработку проблемы рецепции Г. Гейне в России (работы П.И. Вейнберга, С.П. Гиджеу, Я.И. Гордона, А.И. Дейча, Л.З. Копелева, Ю.Н. Тынянова [5-10]), некоторые вопросы (в том числе и связанные с восприятием русских переводов из Гейне К.И.Чуковским) остаются неосвещенными.

Формирование целей статьи (постановка задания).

Целью исследования является анализ специфики литературно-критического восприятия К.И.Чуковским русских переводческих прочтений произведений Г. Гейне, осуществляемый в широком контексте литературного процесса XX в.

Изложение основного материала исследования с полным обоснованием полученных научных результатов.

Выдающийся филолог Вяч. Вс. Иванов в послесловии к книге Л.З. Копелева «Поэт с берегов Рейна: Жизнь

и страдания Генриха Гейне» писал: «Судьба Гейне в России необычайна. Наиболее крупные поэты, пришедшие после Пушкина, рано его оценили и на него равнялись в самых смелых своих опытах. Столетие от Тютчева и Лермонтова до Блока прошло под знаком Гейне» [11, с. 437]. Возникший в середине XIX в. феномен «русского Гейне» был во многом связан с поисками нового, более живого и просторечного поэтического языка. Современный писатель Тарас Бурмистров так иронизирует по этому поводу: «Среди европейских поэтов особым вниманием у нас пользовался Гейне, которому подражали все кому не лень. Русским писателям специфическая "гейневская" интонация, в которой в непринуждённой пропорции смешивались ирония и разочарование, горечь и насмешка, удавалась, пожалуй, лучше, чем самому автору. Хорошо звучали в нашем культурном пространстве и звенящие лирические ноты немецкого поэта» [12].

К творчеству Г. Гейне К.И. Чуковский обратился в связи с тем, что для шестого тома «Избранных сочинений» немецкого писателя под редакцией А.А.Блока (том издан в 1922 г.) [13, с. 72-107] потребовалась статья «Гейне в Англии». И спор в редакции издательства «Всемирная литература» о том, кому ее писать, решился просто: английский язык хорошо знал Чуковский - вот ему и пришлось, несмотря на загруженность другими делами, приняться за статью. Чуковский впоследствии так вспоминал эту историю: «...нашей коллегией было поручено мне написать статью "Гейне в Англии". За недосугом я не исполнил своего обещания» [14, с. 183]. Отчаявшись заполучить статью, А.А.Блок написал небольшую театральную пьеску, которую озаглавил «Сцена из исторической картины "Всемирная литература"». В ней поэт шутливо представил творческую атмосферу в издательстве и с удивительной точностью перечислил те до смешного разнообразные темы, над которыми Чуковскому приходилось в ту пору работать: Чуковский (с воплем) Мне некогда! Я «Принципы» пишу! Я гржебинские списки составляю! «Персея» инсценирую! Некрасов Еще не сдан! Введенский, Диккенс, Уитмен Еще загромождают стол. Шевченко, Воздухоплаванье...» [14, с. 183]. К тексту сценки А.А. Блок сделал пародийную приписку, согласно которой не попавшая в шестой том статья Чуковского якобы ждала своей очереди тридцать лет, после чего «вышла в свет 31 вентоза 1949 года, причем, по недосмотру 14-ти ответственных, квалифицированных, забронированных и коммунальных корректоров, заглавие ее было напечатано с ошибкой, именно: "Гей не в ангелы"» [15, с. 240].

К русским прочтениям Г. Гейне К.И. Чуковский обращается в книге «Высокое искусство», знаменитой «азбуке для переводчиков». Говоря о современных поэтах-переводчиках, Чуковский отмечает, что «современному читателю наиболее дорог лишь тот из них, кто в своих переводах старается не заслонять своей личностью <...> Гейне» [1б, с. 43]. При этом личность автора, по аналогии с театральным действом, «выразится <.. .> сама собой, помимо его желаний и усилий»: «Сознательно стремиться к такому выпячиванию своего я актер не должен ни при каких обстоятельствах» [16, с. 43].

Важным качеством хорошего перевода Чуковский считает сохранение стиля оригинала. Именно при наличии этого качества, даже без непосредственного соотнесения с подлинником, возникает ощущение достоверности. В этой связи одним из образцов Чуковский называет выполненный В.В. Левиком перевод стихотворения Гейне «Завидовать жизни любимцев судьбы», в котором интерпретатор, соблюдая все формальные признаки оригинального стихотворения (количество стихов, размер подлинника), верно передает художественное впечатление, погружает читателей в характерную гейнев-

скую эмоциональную атмосферу.

Следуя традициям русского восприятия творчества немецкого поэта в середине XIX в., когда оказался востребован Гейне-сатирик, мастер сарказма, глашатай освободительных идей, Чуковский критикует переводы многих стихотворений Гейне как лирических, лишенных оттенка пародийности, в реальности крайне значимого для немецких подлинников. Сложность следования данной тенденции заключалась в том, что для русских шестидесятников XIX в. Гейне всё-таки был не совсем «свой», но они или игнорировали это отличие, или довольно сурово расправлялись с тем Гейне, который был им не нужен и даже мешал. Так, Д.И. Писарев объяснял всё неприемлемое для него в творчестве Гейне отсутствием у того чёткой политической платформы. В статье «Генрих Гейне» (1867) он писал: «Предшественники <Гейне> верили в политический переворот; преемники верят в экономическое обновление, а посредине лежит темная трущоба, наполненная разочарованием, сомнением и смутно-беспокойными тревогами; и в самом центре этой темной трущобы сидит самый блестящий и самый несчастный ее представитель - Генрих Гейне, который весь составлен из внутренних разладов и непримиримых противоречий» [17, с. 411]. Именно на эту односторонность указывает Чуковский, когда пишет: «Сочетание нескольких стилей в одном стихотворении Гейне оказалось не под силу переводчикам, - и они долгое время представляли его русским читателям как самого тривиального одностильного лирика. Впрочем, в этом были виноваты не только переводчики, но и читатели, предпочитавшие именно такие переводы» [16, с. 121].

Чуковский сожалел в связи с постоянным стремлением критики противопоставить поэзию Гейне вошедшим в моду направлениям модернизма: «Я не был способен понять, почему нельзя в одно и то же время любить <и тех и других>, почему один исключает другого» [14, с. 30]. В упрек Гейне ставили то, что он лишил поэзию эмоциональности. На защиту немецкого автора встал А.А. Блок, который в статье «Гейне в России (О русских переводах стихотворений Гейне)» (1919) предложил свое понимание исторического значения поэта, основанное на противопоставлении искусства основам европейского гуманизма [18, с. 116-128]. Особо Чуковский отмечал перевод А.И.Куприным стихотворения Гейне «Дворцовая легенда», сделанный «сразу, в один присест», характерным купринским «тонким, легким, стремительным почерком» [14, с. 98].

К.И. Чуковского привлекла деятельность Ю.Н. Тынянова, который в 1920-е гг. вплотную занялся переводами Гейне, в 1933 г. издал первый полный перевод поэмы «Германия» на русский язык, вслед за которым появились переводы С.Я. Рубановича под редакцией А.И. Дейча, Л.М. Пеньковского, В.В. Левика. Современники осуждали Ю.Н. Тынянова за «деконкретизацию» Гейне. Стихотворения для перевода Тынянов выбирал по простейшему принципу: он переводил за редким исключением то, что прежде не было пропущено царской цензурой, притом щедро обогащал лексику своих переводов немецкими канцеляризмами. Чуковский писал, что у Ю.Н. Тынянова «наиболее удачны те <произведения>, где Гейне жесток, сух, колюч» и «лирика Гейне меньше давалась ему, чем сатира, да он и не покушался на лирику <...>, больше всего тяготел к саркастическим "зоили-адам и занозам". Оттого-то он и казался таким силачом в переводе гейневской "Германии"» [14, с. 374]. Чаще всего Чуковский характеризовал переводы Тынянова как виртуозные [19, с. 213] и отличные [19, с. 245]. В заслугу Тынянову ставилось то, что для поэтического перевода он избрал путь максимального приближения своего героя к себе и своим современникам, дал ему язык нового времени и, вместе с тем, полное доверие читателей. Он мог позволить себе подобную модернизацию, потому что она опиралась на историзм его художественного мышления. Уходить в другую эпоху, оставаясь со-

временником своей, - таков принцип Тынянова. «В нем нет "влаги", нет "лирики", нет той песни, которая дается лишь глупому» [19, с. 333], - писал Чуковский в своем дневнике 11 октября 1927 г.

Тынянову было свойственно чувство истории, он постоянно находился в поиске эволюции современного стиля и характерных новейших устремлений литературы. Перевод соединяет в себе искусство и науку, причем наука чтения, осмысления, исторического интерпретирования оригинала, если он относится к другой эпохе, сопрягается в художественном переводе с искусством, иначе говоря, с созданием современных, нынешних художественных ценностей. В этом смысле тыняновский Гейне феноменален: оставаясь самим собой - поэтом XIX века, представителем германской культуры, он оказывался современником русских поэтов. В его стихотворениях присутствовали черты, свойственные тому новому стиху, который так привлекал к себе Тынянова. Смешение стилей и языков, словесные и фразеологические неологизмы способствовали перенесению Германии Гейне в новую эпоху и другое пространство. Тыняновым были созданы стилистические условия для восприятия гейневских текстов русским читателем как произведений отечественной литературы.

Чуковский трепетно относился к сближениям отдельными критиками творческих манер Гейне и новых русских поэтов. Так, в очерке «Максим Горький», вошедшем в книгу «литературных портретов и характеристик» «От Чехова до наших дней» (1908), он упоминал «поэта-звонаря» А.А. Лукьянова, вызывавшего в памяти современного критика В.П. Кранихфельда «образ другого поэта, поэта-барабанщика, того "лихого барабанщика" в войне за освобождение человечества, который писал когда-то: "Стучи в барабаны и не бойся. / Целуй маркитантку под стук, / Вся мудрость житейская в этом, / Весь смысл глубочайших наук"» [20, с. 92]. Размышляя о том, что барабан немецкого поэта гремит для полноты жизни, будит призывными ударами жажду жизни и поэтому дает богатое выражение гамме человеческих настроений, В.П. Кранихфельд не мог не отметить, что «колокол русского поэта <.> звучит монотонно», рождает в душе «своими размеренными ударами» отнюдь «не радость жизни, а смутную тревогу»: «Это - вечерние звоны собора Парижской Богоматери, которые входят в сознание вместе с темными силуэтами насторожившихся и чем-то угрожающих химер» [20, с. 92]. Казалось бы, такой вывод не должен вызвать возражений, но Чуковского возмущает сам факт сравнения «безнадежного стихослагателя» [20, с. 92] с Г. Гейне - очевидное свидетельство отсутствия у критика В.П. Кранихфельда необходимого литературного вкуса.

А.А. Блок был единственным русским поэтом, которого Чуковский без малейших сомнений соотносил с Г. Гейне. Причем Блок, в понимании Чуковского, прошел сложную эволюцию: в начале творческого пути он сопоставим с Новалисом, создает лирику, проникнутую чарующей нежностью, озаряет «лучами нездешнего мира» «обманы и приманки жизни», однако впоследствии, на закате дней, превращается в Гейне, перед которым жизнь предстала «во всей своей скелетной обнаженности», вследствие чего «все показалось смешным» [21, с. 160-161]. Типологически сопоставляя творчество русского и немецкого поэтов, Чуковский шел по пути выявления черт несходства их художественных миров.

Блок нашел подступы к внутреннему миру Гейне и одновременно - свидетельство «болезни», которой пропитана современная жизнь; об этом в 1908 г. он написал в статье «Ирония» (1908). О Гейне как вечном спутнике Блока так писали А.В.Лавров и В.Л.Топоров: «Болезнь "иронии" - болезнь личности - болезнь "индивидуализма" - таково, по Блоку, разрушающее наследие гуманистической цивилизации XIX в., такова его оборотная сторона, которую разгадал и воплотил Гейне в своей "провокаторской иронии"» [22, c. 658]. Именно поэтому

фраза Гейне «Я не могу понять, где оканчивается ирония и начинается небо» звучит для Блока как крик о спасении. «Если в 1908 г. Гейне был интересен Блоку прежде всего своей "провокаторской иронией", столь поразившей его в "Путешествии по Гарцу", то в послереволюционные годы в его восприятии немецкого поэта на первый план выдвинулись иные аспекты. Представая ранее прежде всего как разоблачитель и разрушитель идейных и культурных мифов XIX в., Гейне теперь укрупняется в сознании Блока и обретает ореол пророка нового, грядущего мира, открывающегося за горизонтом свершившейся революции. <...> Своей внутренней раскованностью и мятежностью, свободой от догм и предрассудков, причастностью "духу музыки" - движущей силе жизненного обновления - Гейне нес в себе черты будущего цельного человека, "человека-артиста", который, как считал Блок, должен прийти на смену "гуманному" человеку внутренне исчерпавшей себя современной цивилизации» [22, с. 658]. Многие из этих положений Блок сформулировал в программной статье «Крушение гуманизма» (1919, опубл. в 1921 г.) [18, с. 93-115].

В 1919 г. Чуковский солидаризируется с мнением Блока, который, читая доклад о переводах Гейне на собрании в издательстве «Всемирная литература», причислил его к антигуманистам и убежденно заявил, что теперь, когда «гуманистическая цивилизация XIX в. закончилась, когда колокол антигуманизма слышен звучнее всего, Гейне будет понят по-новому» (дневниковая запись К.И.Чуковского от 26 марта 1919 г.; [23, с. 244]). Отметим, что в раннем творчестве, в частности, в корреспонденции из Лондона «О буржуазности» (1903) Гейне, напротив, был для Чуковского символом неизменного интереса к вечным вопросам бытия, поиск ответов на которые позволяет людям сохранять в себе человеческое начало. Об этом - строки из стихотворения Гейне «Вопросы» цикла «Северное море»:

- В чем состоит существо человека?

Кто он? Откуда? Куда он идет?

Кто там вверху, над звездами живет? [23, с. 464].

Комментируя вопросы Гейне, Чуковский писал, что забыть про них - «это значит забыть своего Бога живого, опустошить свою душу, презреть высшую красоту, высшее величие, высшее мучительнейшее счастье человеческое» [23, с. 464].

Выводы исследования и перспективы дальнейших изысканий данного направления.

В письме М.О.Гершензону, датируемом концом января 1908 г., Чуковский так определял роль Гейне в современной литературе: «Но кто знает, если бы у Гейне был свой язык, он, может быть, затмил бы самого Давида. А теперь он minor poet of Germany второстепенный поэт Германии (англ.)> - не Гете, не Шекспир, не Данте, не Толстой, а - Гейне» [24, с. 154]. Чуковский указывает на творчество Гейне как на выдающееся явление не только немецкой, но и европейской литературы второй четверти XIX в. Противоречия его мировоззрения, неоднозначность его отношения к романтизму, парадоксальное сочетание «вольной песни», отвергающей всякую тенденцию, с бичующей сатирой - все это отражает не только его индивидуальные особенности, но и сложный процесс развития западноевропейского общества. Боевой пафос «новой, лучшей песни» и непримиримость к любым формам гнета - социального и духовного - обеспечили огромную популярность Г. Гейне в России.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Левин Ю.Д. Русские переводчики XIX века и развитие художественного перевода. Л., Наука, 1985. 300 с.

2. Гачечиладзе Г.Р. Художественный перевод и литературные взаимосвязи. М.: Сов. писатель, 1980. 255 с.

3. Гиривенко А.Н. Русский поэтический перевод в культурном контексте эпохи романтизма. М.: Изд-во Университета РАО, 2000. 234, [2] с.

4. Эткинд Е.Г. Поэзия и перевод. М.-Л.: Сов писа-

тель, 1963. 431с.

5. Вейнберг П.И. Генрих Гейне, его жизнь и литературная деятельность. СПб.: Общественная польза, 1891. 112 с.

6. Гиждеу С.П. Лирика Генриха Гейне. М.: Художественная литература, 1983. 159 с.

7. Гордон Я.И. Гейне в России. XX век. Душанбе: Дониш, 1983. 432 с.

8. Дейч А.И. Поэтический мир Генриха Гейне. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1963. 446 с.

9. Копелев Л.З. Поэт с берегов Рейна: Жизнь и страдания Генриха Гейне. М.: Прогресс-Плеяда, 2003. 512 с.

10. Тынянов Ю.Н. Поэтика. История литературы. Кино. М.: Наука, 1977. 576 с.

11. Иванов Вяч.Вс. Гейне в России // Копелев Л.З. Поэт с берегов Рейна: Жизнь и страдания Генриха Гейне. М.: Прогресс-Плеяда, 2003. С. 431-451.

12. Бурмистров Т. Вольный перевод // http://tbv.spb. ru/wca/38.php

13. Ланда Е.В. Блок - редактор Гейне // Редактор и перевод: Сб. статей. М.: Книга, 1965. С. 72-107.

14. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 5: Современники / Сост., коммент. Е. Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2001. 480 с.

15. Чукоккала: Рукописный альманах Корнея Чуковского / Предисловие И.Л.Андроникова, комментарии К.И.Чуковского, сост., подг. текста и примечания Е.Ц.Чуковской. М.: Русский путь, 2008. 584 с.

16. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 3: Высокое искусство; Из англо-американских тетрадей / Сост. и коммент. Е. Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2001. 608 с.

17. Писарев Д.И. Полное собрание сочинений и писем: В 12 т. Т. 9: Статьи (1867) / Подготовка тома Е.Ю.Буртиной, Г.Г.Елизаветиной, И.Б.Павловой, В.С.Семенова, В.И.Щербакова. М.: Наука, 2005. 552 с.

18. Блок А.А. Собрание сочинений: В 8 т. Т. 6: Проза (1918-1921) / Подг. текста Д.Максимова и Г.Шабельской, примечания Г.Шабельской. М.-Л.: Государственное издательство художественной литературы, 1962. 556 с.

19. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 12: Дневник (1922-1935) / Составление и подг. текста Е.Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2006. 656 с.

20. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 6: Литературная критика (1901-1907): От Чехова до наших дней; Леонид Андреев большой и маленький; Несобранные статьи (1901-1907) / Составление и подг. текста Е. Ивановой и Е.Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2002. 624 с.

21. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 8: Литературная критика. 1918-1921 / Составление и подг. текста Е. Ивановой и Е.Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2004. 664 с.

22. Лавров А.В., Топоров В.Л. Блок переводит прозу Гейне // Литературное наследство. Т. 92: Александр Блок. Новые материалы и исследования: В 5 кн. Кн. 4. М.: Наука, 1987. С. 658-665.

23. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 11: Дневник (1901-1921) / Предисл. В. Каверина; составление и подг. текста Е. Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2006. 592 с.

24. Чуковский К.И. Собрание сочинений: В 15 т. Т. 14: Письма (1903-1925) / Вступ. ст. Е. Ивановой; Сост. Е. Иванова, Л. Спиридонова, Е. Чуковская; общая ред., подг. текстов и коммент. Е. Ивановой и Е. Чуковской. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2008. 688 с.