Баррель проблем

Новые протесты нефтяников в Казахстане напомнили не такое уж давнее «назарбаевское» прошлое, когда недовольство рабочих жестко гасили превосходящими силами спецназа. Несмотря на прошлый кровавый опыт, люди опять идут на улицу. И это показывает: в стране так и не найден рецепт того, как решать и предотвращать экономические неурядицы, уже не раз приводившие к человеческим жертвам.

Фото: Елена Вах, Коммерсантъ

Разгон безработных

Акция протеста рабочих нефтесервисной компании «БерАли Мангистау Company», расположенной в городе Жанаозен Мангистауской области, началась 10 апреля около 21:00 по астанинскому времени. Она была немноголюдной: от 100 до 200 человек. Люди появились на площади перед главным входом в расположенное в самом центре Астаны здание, где находятся офисы министерства энергетики и госкомпании «Казмунайгаз». Рабочие оставались на улице всю ночь и 11 апреля никуда не ушли.

Причина протеста — проигрыш «БерАли Мангистау Company» тендера на проведение сервисных работ по ремонту скважин «Озенмунайгаза» («дочки» «Казмунайгаза»). Из-за этого около 200 сотрудников компании остались без работы. Изначально суть их требований была в пересмотре итогов тендера, который выиграла другая компания. Затем рабочие стали настаивать на их трудоустройстве в «Озенмунайгаз».

Участники протеста рассказывали журналистам, что устали от неопределенности и хотели бы, чтобы вместо договоров аутсорсинга с ними заключили долгосрочные трудовые контракты.

«Казмунайгаз» сообщил в пресс-релизе, что уволенным предложили трудоустройство в другую компанию, с сохранением зарплаты, которая в среднем составляет 700 тыс. тенге (около $1,5 тыс.). Радио «Азаттык» (местная редакция «Радио Свобода»; весь холдинг признан в России СМИ-иноагентом), впрочем, сообщило, ссылаясь на участников протеста: им были предложены зарплаты на 70% ниже тех, что выплачиваются в «Озенмунайгазе». Кроме того, отмечается в публикации, рабочие отвергли предложение присоединиться к другим подрядным организациям, поскольку это предполагает временное, а не постоянное трудоустройство.

В официальном сообщении «Казмунайгаза» отмечалось, что в процессе переговоров с протестующими последние ультимативно потребовали трудоустройства именно в штат «Озенмунайгаза». «Однако это противоречит правилам найма на работу в данную организацию, предусматривающую трудоустройство безработных Жанаозена в порядке очереди»,— отметили в компании. Там также уточнили, что для переговоров с рабочими была сформирована специальная контактная группа.

Переговоры, однако, ни к чему не привели. В итоге власти приняли решение применить силу. ОМОН, прибывший во вторник вечером к месту сбора рабочих, в течение получаса задержал всех участников протеста. Позже силовики сообщили, что были задержаны 126 человек, которых, впрочем, вскоре отпустили. Департамент полиции Астаны сообщил, что акцию пресекли, а ее участников задержали из-за нарушения закона «О мирных собраниях»: на проведение митинга не подавалась заявка, а место проведения акции не было согласовано с властями.

Кадры силового разгона акции разлетелись по соцсетям. В Жанаозене, откуда в столицу прибыли протестующие, и в Актау в поддержку коллег на улицы вышли уже тысячи человек. О солидарности с теми, кто протестовал в столице, заявили сотрудники нефтесервисных и нефтяных компаний Мангистау.

Минное поле

Хотя акции 10 и 11 апреля были немноголюдными, они продемонстрировали, что западный нефтеносный регион Казахстана по-прежнему остается зоной нестабильности. С Жанаозеном прочно ассоциируются события конца 2011 года (см. “Ъ” от 18 декабря 2011 года). На протесты нефтяников в моногороде, длившиеся несколько месяцев, власть тогда ответила силой — жесткими задержаниями и стрельбой. Погибли по меньшей мере полтора десятка человек.

После событий января 2022 года в Алматы и других городах Казахстана, когда в результате беспорядков погибли несколько сотен человек, любое волнение в стране привлекает повышенное внимание.

При этом западный — нефтеносный — регион Казахстана достаточно давно имеет устоявшуюся репутацию минного поля, где ситуация может взорваться в любой момент.

За год, прошедший с трагических алматинских событий, президент Касым Жомарт-Токаев обрел всю полноту власти и перестроил под себя госинституты, зачистив их от приближенных своего предшественника Нурсултана Назарбаева. Он провозгласил государство для человека и осуществил ряд реформ. Но, судя по недавним протестам, обезвредить все мины пока не сумел.

По словам главы казахстанской «Группы оценки рисков» Досыма Сатпаева, протесты провоцирует «наслоение проблем», начиная от диспропорции в региональном развитии. «В Казахстане несколько доноров бюджета, и среди них нефтегазовый запад. И именно запад всегда характеризовался большим количеством проблем: плохая экология, низкий уровень жизни, дефицит воды.

Там и экстремальные климатические условия: туда все завозят и уровень цен высокий. Поэтому зарплаты позволяют многим только выживать»,— обрисовал ситуацию эксперт в разговоре с “Ъ”.

По словам господина Сатпаева, на западе страны многие считают несправедливым, что там качают нефть, государство получает от этого доходы, а регион не развивают ни экономически, ни инфраструктурно, ни культурно. «Это наслоение проблем постоянно приводит к взрывам. По разным причинам: от роста цен до увольнений. Там много подрядных организаций, и рабочие работают при нестабильных условиях — нет уверенности в будущем. Не знают, будет ли завтра существовать компания, нет социальных пакетов. Еще один важный момент — истощение ресурсов тех месторождений, где работает "Казмунайгаз" и его "дочки". Прибыльность падает, а проблема диверсификации развития региона и снижения зависимости от нефти и газа не решается»,— заявил Досым Сатпаев.

Политический обозреватель Газиз Абишев также назвал системной проблемой исчерпание месторождений в Мангистауской области, бурный демографический рост там и отсутствие экономических альтернатив для имеющейся рабочей силы. «Сокращается экономически обоснованное количество хорошо оплачиваемых рабочих мест»,— сказал господин Абишев “Ъ”.

Власть, продолжает эксперт, находится в частичном цугцванге. «Идти на обострение плохо с точки зрения посткантарских ("кантар" по-казахски — январь.— “Ъ”) сантиментов и общего напряжения в обществе. Идти на уступки — значит подбрасывать дров в костер забастовочного движения, показывать, что таким способом можно продавливать правительство. И не только по экономике»,— полагает Газиз Абишев.

Досым Сатпаев указал на еще одну унаследованную нынешней властью проблему — отсутствие механизма коммуникации и решения проблем: «Когда Назарбаев создавал олигархическую систему экономики, было ясно, что надо сделать так, чтобы не существовало сильных профсоюзов. Уничтожали профсоюзное движение, и уничтожили. Теперь, когда возникают трудовые конфликты, у рабочих нет представителей и посредников, которые бы отстаивали их права в переговорах с властями и бизнесом. И они идут на улицу, чтобы там заявить о своих правах».

Перемены, которые произошли в стране за последнее время, как отметил господин Сатпаев, не привели к изменению подхода власти к решению наслоившихся проблем и выработке общей стратегии на этот счет. Госаппарат, по словам эксперта, остался во многом прежним. Местные власти — акимы (губернаторы) областей — все так же назначаются, а значит, не обладают мандатом народного доверия. «Корабль старый, а штормит сильнее. Команда к штормам не готова. Когда начнется идеальный шторм — а он произойдет, ибо число проблем растет,— решений под рукой не окажется»,— предостерег собеседник “Ъ”.