Комплекс находок римского времени у деревни Удосолово Ленинградской области

О. В. Шаров, П. Е. Сорокин

КОМПЛЕКС НАХОДОК РИМСКОГО ВРЕМЕНИ У ДЕРЕВНИ УДОСОЛОВО ЛЕНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ

В последние годы в научных изданиях, посвященных археологии и истории Северо-Запада России, появился ряд публикаций о находках римского времени1 (рис. 1). Памятники римского времени были открыты у северо-западной окраины Ижорского плато, в деревнях Валговицы и Великино. Каменные вымостки с перегородками были раскопаны здесь в составе средневековых могильников2. В могильнике у деревни Великино (рис. 1-3) была расчищена каменная вымостка, где было обнаружено 5 мест с остатками человеческих кремаций. В них найдены две железные булавки с кольцевидной головкой и фрагмент косы-горбуши3. В Валговицком могильнике (рис. 1-4) была обнаружена вымостка, внутри которой выделялись отдельные оградки. Среди находок — фрагмент точильного камня, два железных браслета, бронзовый браслет, железный кельт. По хронологии эстонских каменных могильников4 погребальный комплекс в Валговицах был датирован I—II вв. н. э., а вымостка у Великино — Ш—ГУ вв. н. э.5

Комплекс находок, связанный с римским временем, был обнаружен в 2005 г. на северо-западной окраине Ижорского плато: в Кингисеппском районе Ленинградской области, в районе деревни Удосолово (рис. 1—6). Он был обнаружен на краю поля вблизи трассы Санкт-Петербург — Кингисепп. В составе комплекса находок представлены две глазчатые фибулы (рис. 2—4, 5) III группы по О. Альмгрену6, сильнопрофилированная фибула IV группы (рис. 2—1) и две прибалтийские фибулы с головным щитком (рис. 2—6)7. Подобное сочетание фибул очень характерно для эстонских каменных могильников начала II в. н. э. Отсюда же происходит фрагмент подковообразной фибулы с выемчатой эмалью красного цвета (рис. 2—3).

Осмотр места находок показал, что на склоне естественной возвышенности расположена искусственная каменная насыпь размерами 50x40 м, и, судя по всему, здесь располагается некрополь, принадлежащий к культуре эстонских каменных могильников.

В составе коллекции фибул, обнаруженных у деревни Удосолово, представлен целый ряд фибул8, но мы коснемся в данной статье только фибул одного типа.

Глазчатые фибулы III группы О. Альмгрена

Две фибулы, происходящие из этого комплекса, мы отнесли по схеме О. Альмгрена к «основной» серии глазчатых фибул (рис. 3)9.

Фибула № 1 (рис. 2—4) — бронзовая, с верхней тетивой и крючком для крепления тетивы. Спираль закручена в 8 витков вокруг железной оси. Дужка фибулы уплощена и сильно изогнута. На головке фибулы две достаточно глубоких ямочки с концентрическими кругами вокруг них. Верхняя часть дужки расширяется по величине спирали. На спинке прослеживается орнамент: по центру продольным гребешком, в месте перехода к ножке располагается невысокий двойной валик. Ножка расширяется книзу, на конце ножки прослежен орнамент в виде неправильного треугольника из двойных линий. Держатель

© О. В. Шаров, П. Е. Сорокин, 2008

Рис. 1. Карта археологических находок римского времени на территории Северо-Запада России 1 — Выбье; 2 — Куземкино; 3 — Великино; 4 — Валговицы; 5 — Доложское; 6 — Удосолово; 7 — Глумицы;

8 — Большой Сабск; 9 — Турово; 10 — Нижняя Шелонь; 11 — Георгий; 12 — Старая Ладога; 13 - Среднее

течение р. Желчь; 14 — Залахтовье.

и преемник сохранились полностью, игла сохранилась только у спирали. Длина фибулы — 8 см, ширина головного выступа — 2,6 см, ширина спинки вверху — 1,2 см, ширина окончания ножки — 2 см. Ряд морфологических признаков говорит о местной имитации типа А51-52 фибул «основной» серии (рис. 3), которые были широко распространены в прибалтийском регионе. К таким признакам можно отнести большие размеры фибулы — 8 см, длинную спираль в 8 витков, отсутствие у фибулы четкого деления головного выступа и спинки; вместо высокого гребня в месте перехода спинки в ножку прослежен уплощенный валик, орнамент на окончании ножки напоминает неправильный ромб.

Фибула № 2 (рис. 2-5) — бронзовая, с верхней тетивой и крючком для крепления тетивы. Спираль закручена в 8 витков, но сохранились только 4 витка. Дужка фибулы

Рис. 2. Комплекс находок римского времени из района д. Удосолово Кингисеппского района

Ленинградской области

сильно уплощена и не изогнута в центральной части. На расширенной головке фибулы два сквозных отверстия, концентрических кругов не прослеживается. Верхняя часть дужки расширена по размеру с пирали, нет четкого отделения выступа от дужки. Ножка имеет овальное окончание. Преемник сохранился полностью, держатель и игла не сохранились. Длина фибулы — 6,7 см, ширина головного выступа — 2,2 см, ширина спинки вверху — 1,3 см, внизу — 1,15 см. Эту фибулу мы предварительно отнесли к типу А50 «основной» серии глазчатых фибул (рис. 3), но ряд морфологических признаков говорит также о местной имитации данного типа фибул. К таким признакам можно отнести достаточно длинную спираль в 8 витков, отсутствие четкого отделения головного выступа от спинки, вместо высокого гребня в месте перехода спинки в ножку прослежен круглый валик. У фибулы отсутствует орнамент на дужке. Окончание ножки у данной фибулы овальной формы, что не характерно для классических фибул «основной» серии. Таким образом, обе фибулы являются дериватами глазчатых фибул «основной» серии О. Альмгрена и изготовлены в Барбарикуме. Фибулы «основной» серии были широко распространены на территории Римской империи. Тип фибул А50 начинает использоваться как деталь одежды со времени правления императора Тиберия (14-37) и продолжает бытовать во времена Нерона (54-68). В эпоху Тиберия становятся модными и фибулы типов А51-52. По мнению Е. Риттерлинга, фибулы с отверстиями вместо глазок, соответствующие типу А50, относятся к горизонту Хофхайм 11Ь, а фибулы с ямочками или штампованными кружками на головке, соответствующие типам А51-52, — уже к горизонту Хофхайм 11с10. Фибулы типов А51-52 представлены еще в лагерях, построенных в начале правления Домициана (81-96). Позднее этого времени они уже не изготавливались и вышли в Империи из моды11. Рудольф Ямка, создавший свою типологию глазчатых фибул, датировал фибулы «основной» серии тем же временем, но фибулы типов А50-52 или типов 1ашка 1У-У1 могли бытовать и позднее, вплоть до начала II в. н. э.12 Он отметил, что дериваты, которые подражали фибулам «основной» серии, датируются не так узко, как внутри Империи.

Рис. 3. Фибулы группы III по О.Альмгрену

^ Основные места находок: № 44, 54 — Средняя Германия; № 45-53 — Римские рейнские провинции; № 55-56 — Латвия, Эстония; № 57-63 — Западная и

(л Восточная Пруссия; № 64 — о. Борнхольм, Дания

Рис. 4. Глазчатые фибулы из эстонских могильников с каменными оградками (TarandgraЬerkultur) № 1-8 по: М. Шмидехельм, 1955, рис. 13-14; № 9-13 по: С. Лаул, 2001, ]ооп. 33.

Аналогии фибулам с Ижорского плато представлены среди материалов культуры эстонских каменных могильников и рядом авторов называются фибулами «эстонской» серии13. Но существует терминологическая путаница, т. к. у О. Альмгрена в его работе14 среди глазчатых фибул группы III была выделена «лифляндско-эстонская» серия фибул, распространенных только в Эстонии и Северной Латвии. Новые находки глазчатых фибул, происходящие из Эстонии и Латвии и рассмотренные позднее в работах Х. Моора и М. Шмидехельм, по своей морфологии достаточно сильно отличаются от А55—56 этой серии О. Альмгрена. Важными признаками этой серии являются двучленная конструкция и величина фибул. Древнейшей местной формой является, по О. Альмгрену, тип А55, у него на головке имеются, как и у прототипа А49, два маленьких круглых отверстия с концентрическими кругами вокруг15. К важным чертам фибул этой серии О. Альмгрен также относил широкий крючок для тетивы, две маленькие кнопки на концах головки и орнамент в виде треугольника на ножке (рис. 3)16. Он предложил самые ранние фибулы «лифляндско-эстонской» серии датировать концом I в. н. э., а остальные — II в. н. э.

Харри Моора в ранней работе, посвященной местной группе глазчатых фибул17 внес исправления в описание фибул «лифляндско-эстонской» серии О. Альмгрена. Оказалось, что среди самых ранних местных фибул есть и одночленные18. Также автором были определены ведущие признаки местных фибул: длина фибул — 8,5—9 см, величина спирали — до 10 витков и железная ось вместо бронзовой.

В работе 1938 г. о железном веке Латвии Х. Моора вновь коснулся вопросов типологии и датировки глазчатых фибул19. Поскольку большинство находок происходит из материалов эстонских каменных могильников, он назвал эту группу фибул «эстонской» серией. По его мнению, фибулы этой серии бытовали дольше, чем фибулы «основной» и «прусской» серий. Он привел в качестве примера комплекс с большой глазчатой фибулой из Біогк^е в Швеции, который датировал IV в. н. э., и находку большой фибулы из клада в Пийлси, которую он отнес к V в. н. э.20 Идея о длительном бытовании фибул эстонской серии получила развитие в работах Марты Шмидехельм21.

Она разделила глазчатые фибулы по морфологии на три серии: 1) «основную»; 2) «эстонскую»; 3) «южнобалтийскую», или «прусскую».

Типичной особенностью глазчатых фибул «основной» серии22 является то, что их спираль выходит из головки фибулы, а у фибул «эстонской» серии она сделана отдельно. В могильнике «С» в Ябара найдено три экземпляра «основной» серии глазчатых фибул. Типологически более ранней из них является фибула23, имеющая «открытые» глазки и высокий гребень на дужке

представлено 13 глазчатых, из них фибулы «основной» серии Сильвия Лаул датирует началом II в. н. э.27, 10 балтийской серии — второй половиной II в.28, а фрагмент фибулы «эстонской» серии (рис. 4-11) она относит к III—IV вв.29 Войцех Новаковский недавно рассмотрел хронологию фибул А55-56, которые происходят почти исключительно из погребений Tarandgraberkultur. Автор пишет, что «ввиду захоронения в прямоугольных каменных оградках многочисленных, перемешанных между собой погребений различных поколений, определение и выделение закрытых комплексов невозможно»30. Датировка глазчатых фибул «лифляндско-эстонской» серии, по его мнению, возможна только на основании хронологии других групп фибул, также встреченных в каменных оградках, но присутствующих и в закрытых комплексах других культур римской эпохи. Фибулы «лифляндско-эстонской» серии развивались одновременно с глазчатыми фибулами «прусской» серии, хронология которых, благодаря закрытым комплексам Самбии, хорошо разработана31, и поэтому их можно датировать всем периодом В2 (70/80-150/160)32.

Вместо заключения

Как отмечалось, ареал распространения глазчатых фибул «эстонской» серии совпадает с ареалом распространения эстонских каменных могильников с оградками33. О комплексах на Северо-Западе, которые можно связать с этим импульсом из региона Эстонии,

34

писали неоднократно .

Памятники римского времени концентрируются в трех районах. Один из них — юговосточное Причудье на Лужской возвышенности, в бассейнах рек Черная, Желчь и Плюсса, впадающих в Псковское и Чудское озера. Вторая концентрация памятников этого времени прослеживается в районе нижней Шелони — восточного Приильменья (рис. 1). Третий регион концентрации намечается у северо-западной окраины Ижорского плато: у деревень Великино, Валговицы и Удосолово, что может говорить либо о включении этого региона в ареал культуры эстонских каменных могильников, либо о существовании здесь родственной и синхронной ей культуры.

1 Каргопольцев С. Ю., Седых В. Н. Комплекс находок на Кургальском полуострове // Ладога и Северная Евразия от Байкала до Ла-Манша. 6 чтения памяти Анны Мачинской: Сб. статей. СПб., 2002. С. 111-116; Каргопольцев С. Ю., Щукин М. Б. Новая находка оружия позднеримского времени на западе Ленинградской области // Старая Ладога и проблемы археологии Северной Руси. СПб., 2002. С. 76-90; Кулешов В. С. Памятники культуры Tarandgraber на северо-западе Европейской части России //Альманах молодых археологов. 2005. СПб., 2005. С. 183-198; НосовЕ. Н. О находке позднеримской фибулы в Ильменском Поозерье // Старая Ладога и проблемы археологии Северной Руси. СПб., 2002. С. 74-76; Носов Е. Н., Горюнова В. М., Плохов А. В. Городище под Новгородом и поселения Северного Приильменья. СПб., 2005; Платонова Н. И., Щукин М. Б. Странная случайная находка из окрестностей Луги Ленинградской области // АВ. СПб., 2000. Вып. 7. С. 178-188; Шаров О. В. О находке перекладчатой фибулы в Старой Ладоге // Славяне и финны. Контактные зоны и взаимодействие культур. СПб., 2006. С. 176-211.

2 Рябинин Е. А. Об исследовании средневековых могильников води в Ленинградской области // Известия АН Эстонской ССР. Таллин, 1987. № 36/4. С. 408-410.

3 Рябинин Е. А. Об исследовании средневековых могильников води в Ленинградской области // Известия АН Эстонской ССР. Таллин, 1987. № 36/4. С. 409; Рябинин Е. А. К проблеме этногенеза води // Проблемы этнической истории и межэтнических контактов прибалтийско-финских народов. СПб., 1994. С. 24.

4 Шмидехельм М. Х. Археологические памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, 1955, Рис. 55.

5 Рябинин Е. А. К проблеме этногенеза води // Проблемы этнической истории и межэтнических контактов прибалтийско-финских народов. СПб., 1994. С. 24; Рябинин Е. А. Об исследовании средневековых могильников води в Ленинградской области // Известия АН Эстонской ССР. Таллин, 1987. № 36/4. С. 410.

6Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, 1897.

7 Friedenthal. Sudostbalticum. C. Nachchristlische Eisenzeit // Reallexicon der Vorgeschichte. Berlin, І928. Bd. XIII. S. 7-9. Taf. 7: h, I.

8 Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, 1897.Taf. III, 50-52, Taf. IV, 8Q, Taf. V, iQ9.

9 Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, І897. Taf. III.

1QRitterlingE. Das fruhromische Lager bei Hofheim im Taunus. Wiesbaden, І9І3. S. ІІ3.

11 Kunow J. Die Hauptserie der Augenfibeln: Gruppe III, Fig. 4З-З4 // iQQ Jahre Fibelformen nach Oskar Almgren // For-schungen zur Archaologie im Land Brandenburg, З. Wunsdorf, І998. S. І0З-І06, Abb. 4.

12 Jamka R. Fibule typu oczkowatego w Europe srodkowej ze szegolnym uwzgledneniem ziem poskich // Materialy starozytne. Warszawa, І964. T. X; Щукин М. Б. На рубеже эр. СПб., І994, С. З7, Рис. 9Q.

13Moora H. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa 500. n. Chr. II. Theil. Analyse. Tartu, І938. S. З9; Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. С. 2Q6.

І4 Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, І897. Taf. III, ЗЗ-З6.

13 Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, І897. S. 28.

16 Almgren O. Studien uber nordeuropaische Fibelformen der ersten nachchristlichen Jahrhunderte mit Berucksichtigung der provinziaromischen und sudrussischen Formen. Stockholm, І897. S. 28, Taf. III, ЗЗ-З6 a, b.

17 Moora H. Uber de Augenfibeln in Est- und Lettland // Sitzungsberichte der Gelehrten estnischen Gesellschaft. Dorpat, І923. S. iiQ.

18Nowakowski W. Die Fibeln Almgren ЗЗ und З6 aus heutigen Sicht // iQQ Jahre Fibelformen nach Oskar Almgren // For-schungen zur Archaologie im Land Brandenburg, З. Wunsdorf, І998. S. i2Q, Abb. І-2.

19MooraH. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa 500. n. Chr. II. Theil. Analyse. Tartu, І938. S.

2QMooraH. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa З00. n. Chr. II. Theil. Analyse. Tartu, І938. S. 60;

21 Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. С. 64-6З;

22 Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. Рис. ІЗ: 4; І4: З;

23 Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. Рис. І4: 8;

24 Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. Рис. ІЗ: 4;

2З Шмидехельм М. Х. Aрхeологичeскиe памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии. (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. С. 70-71.

26 Шаров О. В. О находке перекладчатой фибулы в Старой Ладоге // Славяне и финны. Контактные зоны и взаимодействие культур. СПб., 2006. С. І87-І9І.

27Laul S. Rauaaja kultuuri kujunemine eesti kaguosas (З00 e. Kr. — З00 p. Kr.). Tallin, 2001, Joon. 33: 2, З;

28Laul S. Rauaaja kultuuri kujunemine eesti kaguosas (З00 e. Kr. — З00 p. Kr.). Tallin, 2001, Joon. 33: І, 4;

29Laul S. Rauaaja kultuuri kujunemine eesti kaguosas (З00 e. Kr. — З00 p. Kr.). Tallin, 2001, Joon. 33: 3;

30Nowakowski W. Die Fibeln Almgren ЗЗ und З6 aus heutigen Sicht // 100 Jahre Fibelformen nach Oskar Almgren // For-

schungen zur Archaologie im Land Brandenburg, З. Wunsdorf, І998. S. І2І.

31 Nowakowski W. Das Samland in der romischen Kaiserzeit. Marburg-Warszawa, І996. S. 48-З0.

32Nowakowski W. Die Fibeln Almgren ЗЗ und З6 aus heutigen Sicht // 100 Jahre Fibelformen nach Oskar Almgren // For-schungen zur Archaologie im Land Brandenburg, З. Wunsdorf, І998. S. І22.

33Moora H. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa З00. n. Chr. II. Theil. Analyse. Tartu, І938. Beil. VII; Nowakowski W. Die Fibeln Almgren ЗЗ und З6 aus heutigen Sicht // 100 Jahre Fibelformen nach Oskar Almgren // Forschungen zur Archaologie im Land Brandenburg, З. Wunsdorf, І998. Abb. 3.

34Moora H. Die Eisenzeit in Lettland bis etwa З00. n. Chr. II. Theil. Analyse. Tartu, І938. S. І8; Шмидехельм М. Х. Aрхeо-логические памятники периода разложения родового строя на Северо-востоке Эстонии (V в до н. э. — V в. н. э.). Таллин, І9ЗЗ. C. 220; Кулешов В. С. Памятники культуры Tarandgraber на северо-западе Европейской части России // Aльманах молодых археологов. 200З. СПб., 200З. Рис. І.