Минтимер Шаймиев активно расстроился

Вчера председатель правительства Владимир Путин встретился с президентом Татарии Минтимером Шаймиевым и выделил республике четыре дополнительных миллиарда рублей в рамках подготовки к Всемирной универсиаде, хотя господин Шаймиев его об этом и не просил. Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ выяснил, как это произошло.

Президент Татарии приехал в Ново-Огарево за три часа до начала встречи, то есть вовремя, как и договаривались.

При этом Минтимер Шаймиев не уединился на втором этаже резиденции в ожидании премьера, а мог бы — там к этому моменту уже собрались участники совещания по машиностроению, и среди них были министр промышленности Виктор Христенко и министр экономического развития Эльвира Набиуллина. То есть Минтимер Шаймиев потратил бы время с толком: региональному лидеру всегда есть о чем с глазу на глаз поговорить с федеральными министрами.

И им некуда было бы деться от него, разве что на балкон, но и там бы он при желании мог настичь их и говорил бы с ними о вечном: о налогах, о субсидиях и дотациях, о регистрации нефтегазовых компаний в регионе, а не в Москве и Петербурге... И пришлось бы им слушать и соглашаться, потому что спорить с Минтимером Шаймиевым трудно, так как для этого надо быть для начала татарином, а скорее всего не только татарином, а Минтимером Шаймиевым.

Впрочем, президент Татарии не искал легких путей. Он вышел на свежий воздух, выбрал себе асфальтовую дорожку, ведущую к беседке на горке, и начал к ней быстрое восхождение. Потом он так же стремительно совершал спуск и начинал новый подъем.

Было совершенно очевидно, что Минтимер Шаймиев решил не тратить ни секунды драгоценного времени и решил потренироваться. Его ходьбу можно было смело назвать спортивной. Он поразительно быстро достигал пика, возвращался обратно, разворачивался, скрываемый быстрорастущим кустарником, и делал очередной марш-бросок наверх. Оторваться от созерцания этой демонстрации силы и здоровья было невозможно. Я уж не говорю о том, что так до него никто в Ново-Огарево себя не вел.

— Минтимер Шарипович, привет! — воскликнул Владимир Путин, вернувшийся из Горок с совещания у Дмитрия Медведева (о нем — см. стр. 2), когда оба они наконец оказались в рабочем кабинете премьера.

Так Владимир Путин обычно не здоровается на публике с публичными людьми. Было очевидно, что президент Татарии если и не совсем близкий премьеру человек, то по крайней мере не такой уж и далекий.

Президент Татарии рассказал, как "республика год провела в условиях мирового кризиса".

Он очень правильно употреблял слова: "год", "условия", "мировой кризис". Могло, правда, показаться, что речь идет о какой-то отдельной республике, которой руководит этот человек. Но никакого противоречия не было: Минтимер Шаймиев уловил самую суть сложного политического момента: да, кризис разразился внутри России и внутри каждого отдельно взятого субъекта федерации, но и правительство страны, и главы регионов борются при этом с ликвидацией последствий мирового финансово-экономического кризиса. Минтимер Шаймиев прекрасно усвоил первый же урок, который на эту тему дал Владимир Путин еще несколько месяцев назад.

— Вышли с меньшими финансовыми издержками,— продолжил президент Татарии.— Я ожидал большего... в сторону уменьшения производства. К концу года выйдем с минусом в 8-9% (падения ВВП по сравнению с прошлым годом.— А. К.).

Только теперь президент Татарии мог позволить себе признаться в своей слабости: да, он ожидал чего-то, видимо, и в самом деле страшного, но виду ведь даже не показал.

Эта фраза и сама по себе демонстрировала, что худшее и в самом деле уже позади, раз в нем можно с таким облегчением, как на исповеди, признаться председателю правительства.

— Слишком бурно развивались,— заметил господин Шаймиев,— отсюда большие заимствования были...

То есть в этом неприлично глубоком падении республиканского ВВП он нашел еще и дополнительные плюсы. Не исключено, что интенсивная ходьба для президента Татарии — возможность собраться с мыслями и выйти на пик не только спортивной, но и интеллектуальной формы. Может, с пробежки он начинает любую свою встречу такого уровня, я не знаю.

Между тем президент Татарии доложил о снижении уровня безработицы. Видимо, это было уже слишком, потому что Владимир Путин заметил, что тут, наверное, играет роль сезонный фактор.

Но выяснилось, что сезонный фактор здесь совершенно ни при чем.

— Это работает тот механизм, который был предложен вами, Владимир Владимирович, еще несколько лет назад,— категорически не согласился с ним президент Татарии.— И деньги федерального центра, которые мы взяли под общественные работы...

— Как у вас строительный сектор? — поинтересовался Владимир Путин.

— Получше! — обрадовано сказал Минтимер Шаймиев.— Лет пять назад вы очень настоятельно рекомендовали заняться нефтепереработкой и нефтехимией. Сегодня строим, идет освоение средств, вот фотографии...

— С вертолета снимали? — с теплотой переспросил Владимир Путин, вглядываясь в карточки, на которых были изображены нарождающиеся из глубин котлованов нефтеперабатывающие мощности.

— Конечно,— подтвердил Минтимер Шаймиев, и это лишний раз свидетельствовало о том, что и республиканский вертолетный завод чувствует себя удовлетворительно или даже хорошо.

— У меня для вас приятная новость,— сообщил Владимир Путин.— Решено выделить вам дополнительно четыре миллиарда рублей в рамках подготовки к Всемирной универсиаде.

— Спасибо, строим, и очень активно. Эх, приехали бы посмотрели...— мечтательно произнес президент Татарии, вглядываясь во Владимира Путина.— И главное, никаких посредников, никаких...

Владимир Путин медленно кивал. Сеанс гипноза состоялся.