"Главная задача — поддерживать семью, а не хозяйство детского дома"

Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов, автор проекта федеральной целевой программы "Россия без сирот", считает, что проблемы "больничных детей" решаются одним способом — устройством сирот в приемные семьи и сокращением количества детских домов.

Почему все дети до четырех лет, лишившиеся родителей, обязательно попадают в больницу? Почему они там ждут распределения в детские учреждения?

Ребенок, выявленный как оставшийся без попечения родителей или изъятый из жизненно опасной ситуации, помещается в больницу для освидетельствования. Там он может находиться от нескольких часов до нескольких недель. Но только если это необходимо для его лечения. Практику содержания детей в больнице больше допустимого срока я считаю крайне порочной и опасной. Ребенок (а так происходит во всех цивилизованных странах) должен как можно скорее передаваться в семью. В родную или приемную. Отсутствие мест в доме ребенка или детдоме не является оправданием. Это грубое нарушение закона.

Сейчас происходит укрупнение интернатов, малокомплектные учреждения расформировывают, как в случае с Реутовским детским домом. Вы считаете это необходимой мерой?

Детских учреждений интернатного типа в стране чуть более 3,5 тыс. На сегодняшний день я лично посетил 1021 детский дом, а планируем мы посетить все. Это и специализированные, и коррекционные школы, и детские дома, дома ребенка, и дома-интернаты для умственно отсталых детей, для детей с поражением ЦНС. Все эти учреждения разной подведомственности. Если брать чисто детские дома, их около 1000. Цифры меняются постоянно. Увеличивается число детей, которые уходят в семьи. В связи с этим естественным образом в детских домах детей становится меньше, а персонал остается тот же. Вот проблема Реутовского детского дома, о которой вы говорите: в октябре решили их сократить, потому что в детском доме 12 детей и 56 воспитателей. Представьте себе, по четыре воспитателя на каждого ребенка. Рационально ли такой детский дом содержать?

Когда на одного ребенка столько работающих фактически от имени государства, а при этом результат непонятный, непрогнозируемый, я считаю, что надо больше работать над устройством детей в приемные семьи и сокращать интернаты. У нас на 1 января 2012 года в очереди стояло 12,5 тыс. кандидатов в приемные родители. Я думаю, что на 1 января следующего года будет еще больше... На начало 2012 года было 633 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, из них сейчас 522 тыс. уже живет в семьях.

Речь об усыновлении или о приемных семьях?

Скажем так, о желающих взять ребенка. Каждый сам решает, что ему ближе: усыновление, приемная семья, патронат, опека.

А почему очередь такая большая?

Люди хотят взять детей. Но вы не можете просто раздать имеющихся детей всем, кто в очереди. Все-таки родители должны ребенка увидеть, пообщаться. Решить, хотят или не хотят.

Выбирают здоровых?

Здоровых хотят все, и красивых хотят все, и помладше хотят все. Это пока еще наша российская особенность. Но есть исключения: например, Кировский коррекционный дошкольный детский дом. Там только особенные дети, и многих из них определяют в приемные семьи. Директор сама воспитанница этого детского дома. И за последние три года она отдала 92% детей-сирот в приемные семьи. Это высокий показатель, особенно для такого учреждения. Кстати, у нее нет возвратов детей. Я пытался понять, в чем феномен, оказалось, что у нее свой подход к людям, она убеждает, что взять особенного ребенка — это большое счастье. Это дети, которых в основном бросили в роддоме. А в роддоме матери бросают детей обычно из-за того, что ребенку диагностируют врожденный порок. Например, в Курской области ребенок рождается с серьезной патологией: порок сердца, нет левой ножки, заячья губа, и мамочка сразу же отказывается от него. Но дом ребенка не вычеркивает ее, продолжает поддерживать контакт. А это очень важно: ведь мать иногда находится в стрессе после родов, может бросить ребенка, а потом всю жизнь раскаиваться. Этого малыша, в Курске, пролечили, сделали ему все необходимые операции, убрали все патологии, и, когда ему исполнился годик, они ему сделали протез. И пришла мама, увидела своего ребенка, абсолютно здорового (в первый год жизни патологии устранить легче), и забрала его домой.

Если бы этот ребенок не попал в детский дом, а остался дома, мать не нашла бы деньги на его лечение.

Мое предложение простое, оно для региональной исполнительной власти. Чтобы мать не бросила такого ребенка, ей, когда уже стало ясно, что есть проблема со здоровьем малыша, надо сразу же назначить куратора. Это должен быть социальный работник или медик, которого она будет знать и который разработает программу реабилитации и необходимых процедур. И мама будет понимать, что она не осталась один на один со своим горем, что государство ее поддерживает.

И такой работой должны заниматься как раз те самые освободившиеся работники детских домов, где по четверо взрослых на одного ребенка. Интернаты надо перепрофилировать, нужно создавать центры психолого-медико-социально-педагогической помощи семье. Такие центры есть в Москве, в Тюмени, Краснодаре, Кирове, Белгороде. Главная задача государства — поддерживать семью, а не коммунальное хозяйство детского дома. Детские учреждения — это временные места содержания детей, попавших в тяжелую ситуацию. Они необходимы, когда надо забрать детей с улицы или помочь пострадавшим от чрезвычайных ситуаций и насилия. Таких ребят нужно помещать в социальные учреждения, но только на время. Больше года ребенок вообще не должен находиться в детском доме. А уж тем более в доме ребенка. Если ребенок родился, и от него отказались, его в первый год жизни надо устроить в семью.

А дети с тяжелыми патологиями, на зондовом питании? Родители объясняют, что не справятся с такими детьми дома. Но и в интернатах они живут в кошмарных условиях.

Конечно, неизбежно останутся специализированные учреждения для детей, которых тяжело или невозможно просто лечить или хотя бы даже ухаживать за ними дома. В Нижнетуринском детском доме-интернате, из 300 ребят 105 абсолютно лежачие, на принудительном питании. И в таких учреждениях необходимо улучшать качество ухода за детьми увеличивать персонал. Да, такие интернаты не сократишь, они нужны, но и там необходимо менять подход.

Вы в своей программе говорите о перепрофилировании детских домов на центры реабилитации семей. А сотрудники детских домов готовы к этому?

Если они хотят работать, им надо перестраиваться. Есть пример Пермского края — это не самый успешный в социальном плане регион, но все детские учреждения они называют центрами подготовки детей-сирот и детей, оставшихся без обеспечения родителей, к семейному устройству. Отвечают за эти центры сразу три ведомства: Минсоцразвития, Минздрав и Министерство образования и науки РФ. Основная цель этих заведений — семейное устройство детей. До сих пор никто нигде не повторил эту уникальную модель. Сколько они семинаров у себя ни проводили — никто не может скопировать. У нас есть северные регионы, где очень сложно вообще решать этот вопрос. В Ненецком автономном округе есть единственный интернат, в котором живет более 300 детей: дети-сироты, дети оленеводов и вахтовиков. Там просто ничего другого не придумаешь. На Чукотке такая же ситуация.

А есть регионы, где просто не занимаются семейным устройством детей, где нет школ приемных родителей. Например, в Амурской области или в Забайкальском крае ситуация почти катастрофическая, там не хватает детских домов. Если везде по стране идет сокращение, то там они переполнены. Мы нашли, например, 50 с лишним детей в больницах, которые ждут очереди в дом ребенка. В таких регионах нужно улучшать работу школ приемных семей и служб сопровождения приемных семей, а органам опеки и попечительства необходимо плотнее работать с людьми.

В вашей программе упоминаются "профессиональные родители". Это кто?

Краснодар в свое время предложил всем педагогам, которые не работают по специальности, стать приемными родителями. Замечательная идея. Представьте себе: вы педагог, вам хочется работать с детьми, у вас есть призвание. Но вы не можете, семья просто не выдерживает. В этой ситуации вам государство предлагает быть профессиональным родителем, и платить вам будут не 10 тыс. руб., а 25 тыс. руб., да еще и за каждого ребенка. У вас возникает еще и материальная мотивация. Но деньги не основной элемент. Если только деньги ставить во главу угла, мы создадим очень нехорошую ситуацию. Есть несколько громких случаев, когда просто брали детей ради денег, эксплуатировали, заставляли работать со скотиной, на грядках. Однако надо помнить, что и без денег детей не вырастить, не воспитать — ни родных, ни приемных (а приемных сложнее воспитывать). В Краснодаре на содержание ребенка в замещающей семье платят 20 тыс. руб., в Ханты-Мансийске — 24 тыс., в Москве — 19 тыс. А в детском доме на ребенка тратят минимум $1 тыс. в месяц. Есть детские дома, где тратят до €5 тыс. в месяц, вот такая диспропорция в средствах.

Распределить бы их между приемными семьями.

Перераспределить. И еще поддержать родные семьи. Когда мы начнем поддерживать родную семью, приемную семью, мы увидим, что на это требуется меньше денег, чем содержать детские дома.

мысли

"У нас на 1 января 2012 года в очереди стояло 12,5 тыс. кандидатов в приемные родители. Я думаю, что на 1 января следующего года будет еще больше..."

"Больше года ребенок вообще не должен находиться в детском доме. А уж тем более в доме ребенка. Если ребенок родился, и от него отказались, его в первый год жизни надо устроить в семью"

"В Ненецком автономном округе есть единственный интернат, в котором живет более 300 детей: дети-сироты, дети оленеводов и вахтовиков. Там просто ничего другого не придумаешь"