К ВОПРОСУ О ТЕНДЕНЦИЯХ РАЗВИТИЯ ТАКТИКИ ОБЩЕВОЙСКОВОГО БОЯ

К вопросу о тенденциях развития тактики общевойскового боя

Полковник В.А. СУББОТИН, кандидат военных наук

Полковник А.М. ШАВЕЛКИН, кандидат военных наук

ВОПРОСЫ развития военного искусства и его составных частей неоднократно поднимались на страницах журнала «Военная Мысль». Статьи на эту тему не остаются без внимания военных читателей, более того, вызывают у них повышенный интерес. И это неудивительно. Современный скачок в развитии радиоэлектроники и средств автоматизации, появление на базе новых технологий более совершенного вооружения и военной техники, возрастание роли средств воздушного нападения (СВН) требуют критического осмысления существующих взглядов на тактику и оперативное искусство.

Многие авторы, анализируя опыт последних локальных войн и вооруженных конфликтов, а также возросшие возможности современных и перспективных видов оружия, отмечают отставание теории и практики ведения общевойскового боя и операции от требований времени и вносят ряд предложений по их совершенствованию. Так, в статье «Современная тактика: анализ состояния и тенденций развития»1 уважаемые авторы И.Н. Воробьев и В.А. Киселев, рассматривая условия ведения и характер общевойскового боя, предлагают свой взгляд на развитие тактики. По их мнению, современная тактика, в отличие от прежних взглядов на ее содержание, представляет собой более емкое понятие. Свою точку зрения они обосновывают тем, что на подготовку и ведение боя помимо возросшей эффективности и мощи средств поражения большое влияние оказывают виды (системы) боевого обеспечения: разведка, информационное противоборство, радиоэлектронная борьба (РЭБ) и защита войск, которые по своей роли и месту в системе тактических действий стали по существу составными элементами боя.

Не комментируя эти утверждения и оценивая положительный характер статьи в целом, хотелось бы все же отметить некоторую ее односторонность. Авторы рассматривают тактику только применительно к боевым действиям на земле, оставляя за рамками своего внимания противовоздушную составляющую общевойскового боя. Хотя они не отрицают и даже подчеркивают важность борьбы с воздушным противником (ВП), характеризуя бой как «масштабное вооруженное столкновение многородовых и многофункциональных боевых систем с охватом наземного (морского), воздушного, космического и эфирного про-странства»2, но дальше этого утверждения не идут.

Такая однобокость относится не только к указанной статье, она имеет место и в публикациях, посвященных оперативному искусству. В результате получается неопределенная ситуация. Признавая необходимость борьбы с воздушным противником, ее фактически выносят за скобки и не рассматривают. Естественно, у читателя сразу же возникает свое понимание такого подхода: авторы считают борьбу с воздушным противником недостаточно важной, чтобы о ней говорить подробно, или, например, борьба с противником в воздушной сфере не входит в

1 Военная Мысль. 2007. № 10. С. 2.

2 Там же. С. 5.

область тактики общевойсковых соединений и частей, так как это функция сил и средств противовоздушной обороны, а значит, ее не следует рассматривать и изучать досконально. Однако такие интерпретации вступают в противоречие с ранее приведенным утверждением об объемности и пространственности боя.

Что же больше всего влияет в настоящее время и будет влиять в обозримом будущем на развитие тактики и оперативного искусства? Прежде всего, на наш взгляд, растущие возможности СВН, а также наземных и морских управляемых средств поражения, большая часть которых является высокоточным оружием (ВТО).

Реалии времени свидетельствуют о том, что ведущие в военном отношении страны отводят СВН доминирующую роль в достижении целей войны. Все войны второй половины XX — начала XXI века, включая и Вторую мировую, начинались с вторжения агрессора в воздушное пространство страны-противника и проведения тщательно подготовленной воздушной операции (кампании). Характерно, что в последних военных конфликтах такие операции готовились скрытно и проводились в условиях незавершившегося отмобилизования и оперативного развертывания наземных группировок войск; тем самым в условиях информационно-психологического воздействия достигалась внезапность агрессии.

Господство в воздушно-космическом пространстве в настоящее время считается ключом к победе с наименьшими потерями, оно позволяет формировать обстановку на поле боя и обеспечивать свободу действий своим войскам. Поэтому борьба за достижение такого господства в ближайшей перспективе останется решающим фактором успешного выполнения задач группировками сухопутных войск. Об этом можно судить по войнам в Югославии (1999) и Ираке (1991, 2003), где агрессор, завоевав господство в воздухе, в короткие сроки достиг своих целей.

Современные взгляды на воздушное пространство, примыкающее к полю боя, в целом однозначны. Ни в одном развитом государстве, по-видимому, не станут отрицать необходимость его использования для достижения целей войны, так как оно является такой же сферой боевых действий, как и наземное пространство, и используется для ведения разведки, наблюдения за полем боя, огневого поражения, осуществления маневра, переброски войск, управления войсками и применения десантов. Завоевание и удержание контроля над воздушным пространством всегда будут влиять на результаты боевых действий. Поэтому стремление изолировать ведение борьбы в нем от наземного боя и операции и выделить ее в самостоятельную форму боевых действий ошибочно и неправомерно. Борьба с противником на земле и в воздухе — единая задача.

Некоторые авторы считают, что с началом войны во время проведения агрессором воздушных операций тактика войскам не нужна, так как они в это время находятся в пассивном состоянии или действуют в соответствии с планами мобилизационного развертывания. С такими утверждениями согласиться никак нельзя. Ведь среди основных объектов ударов СВН противника в ходе проведения им воздушных операций обязательно будут наземные группировки войск, поражение которым может наноситься везде: в местах дислокации, при выдвижении, в районах сосредоточения, на рубежах развертывания, оборонительных позициях и т. п. Исходя из этого каждый общевойсковой командир обязан организовать отражение ударов воздушного противника и прикрытие своих частей и подразделений независимо от того, будет эта задача решаться в общей системе ПВО или нет. Кроме того, он также должен принять меры по защите своих частей и подразделений путем их рас-

средоточения или маневра в безопасный район, укрытия, инженерного оборудования позиций, соблюдения мер маскировки и т. п. Как следует квалифицировать подобные действия командиров, штабов и подчиненных им войск? Мы думаем, что это тоже тактика, в основе которой лежит противовоздушная составляющая и защита войск с целью сохранения их боеспособности. Такие действия должны готовиться и отрабатываться заранее, еще в мирное время.

В настоящее время все общевойсковые соединения и части имеют в своем составе силы и средства ПВО, которые свои возможности в борьбе с воздушным противником реализуют в форме противовоздушных боев, отражая налеты на прикрываемые войска, находясь в их боевых порядках. Таких боев будет столько, сколько налетов противника.

Каждый противовоздушный бой представляет собой согласованные действия частей и подразделений ПВО по уничтожению ВП самостоятельно или во взаимодействии с истребительной авиацией. Его особенность заключается в том, что он ведется в ограниченном районе (на подступах к прикрываемым войскам или над ними) и в течение небольшого промежутка времени, определяемого продолжительностью налета ВП. В основе такого боя, как впрочем и любого другого, лежит огонь и маневр. Помимо скоротечности, характерными чертами противовоздушного боя являются внезапность (время от момента обнаружения ВП до открытия огня, как правило, измеряется минутами и даже секундами); сложность воздушной обстановки (одновременное нахождение в зоне боевых действий множества разных по типу, назначению и важности целей); необходимость радиоэлектронного противодействия противнику.

Несмотря на то что противовоздушный бой ведется в общей системе ПВО или автономно и является специфической задачей, общевойсковой командир при подготовке общевойскового боя непосредственно организует боевые действия подчиненных сил и средств ПВО. Он не только оценивает возможности и характер действий ВП, но также принимает решение на боевое применение частей и подразделений ПВО, ставит им задачи и организует взаимодействие с прикрываемыми войсками.

Таким образом, общевойсковой бой ведется на земле и в воздушном пространстве. Противовоздушный бой — важнейшая составная часть общевойскового боя, так как от его результатов напрямую зависит боеспособность войск и выполнение ими поставленных задач.

Однако на практике значение противовоздушного боя учитывается явно недостаточно даже применительно к современным условиям, не говоря уже о перспективе. Ведь при существенно возросшей мощи и высокой активности СВН применение в борьбе с ними только средств ПВО не обеспечивает достаточно высокую надежность прикрытия войск. Необходимо изыскивать другие меры и дополнительные возможности по противодействию ВП. Соответственно требуются новые, более реальные взгляды на тактику войск и ее содержание. В этом плане следует прежде всего избавиться от стереотипов в организации и ведении общевойскового боя, когда основное внимание уделяется действиям мотострелковых, танковых и артиллерийских частей и подразделений, ведущих бой на земле, и в меньшей степени — борьбе с воздушным противником.

Мы не хотели бы, чтобы нас поняли превратно и обвинили в стремлении принизить важность боя на земле и роли в нем общевойсковых и других частей и подразделений. Существующие методы организации и принципы ведения общевойскового боя по-прежнему должны лежать в основе тактики войск, совершенствоваться и развиваться. Но они, на

наш взгляд, могут быть реализованы только тогда, когда войска надежно защищены от ударов с воздуха.

Условия ведения боя не всегда одинаковы. Они будут зависеть от масштабов войны или вооруженного конфликта, театра военных действий, боевых возможностей противника, равенства сил в воздушном пространстве или господства в нем одной из противоборствующих сторон. В любом случае в боевой подготовке войск необходимо ориентироваться на крупномасштабную войну с хорошо оснащенным противником, не уступающим нам или превосходящим нас по боевым возможностям. Как говорят, хочешь мира, готовься к войне, но к войне с сильным противником, особенно с его мощными СВН. В этом отношении общевойсковой бой будет разным по масштабу, содержанию и вестись не только в тактической зоне, но и в оперативной глубине, о чем свидетельствует опыт современных войн и вооруженных конфликтов.

В тактической зоне огневое поражения войск осуществляется средствами полевой артиллерии и ударами СВН. Для ударов с воздуха противник может применять большой арсенал огневых средств: самолеты тактической авиации; вертолеты армейской авиации; крылатые и баллистические ракеты; беспилотные летательные аппараты (БЛА); управляемое бортовое (высокоточное) оружие, к которому относятся управляемые ракеты (УР), управляемые авиационные бомбы и кассеты (УАБ, УАК), противорадиолокационные и противотанковые управляемые ракеты (ПРР, ПТУР). Как видим, перечень средств поражения у воздушного противника достаточно обширный, а его основу составляет высокоточное оружие, позволяющее выборочно поражать любые наземные цели.

Помимо ВТО из средств поражения особо следует выделить армейскую авиацию, действиям которой в тактической зоне противник отводит исключительно важную роль. Она применяется для решения широкого круга задач: непосредственная авиационная поддержка войск; разведка и наведение на цель боевых вертолетов и самолетов штурмовой авиации; ведение радиоэлектронной борьбы; минирование местности, высадка воздушных десантов, переброска войск и грузов; обеспечение управления и связи. В качестве бортового оружия вертолеты применяют ПТУР, НУР, авиационные бомбы, стрелково-пушечное вооружение. Вооружение вертолетов АН-64D «Апач Лонгбоу» (УР «Стингер» и «Сайдвиндер» класса «воздух — воздух», ПРР «Сайдарм») позволяет им выполнять даже задачи по борьбе с вертолетами, низколетящими самолетами и средствами ПВО.

Ведущие страны НАТО оснастили свои дивизии вертолетами, способными выполнять весь комплекс перечисленных задач. Так, механизированная дивизия США имеет в своем составе бригаду армейской авиации, в которой насчитывается около 70 вертолетов различного назначения, в том числе до 50 ударных и многоцелевых. Установленные на них ПТУР «Хеллфайр» новой модификации с лазерной системой наведения способны поражать малоразмерные цели (танки, БТР, БМП, САУ, зенитные комплексы и РЛС, автомобильную технику) на дальностях восемь-девять км с вероятностью 0,9—0,95. Только за один вылет рота ударных вертолетов (их в бригаде три) может уничтожить до 15 единиц бронетехники. При боевом напряжении до шести вертоле-товылетов в первые сутки боев потери бронеобъектов могут возрасти многократно.

Но не только боевые возможности СВН оказывают влияние на тактику войск. Немаловажное значение имеют и способы их боевого применения, совершенствованию и апробированию которых в последних

войнах уделяется большое внимание. Знание этих способов имеет исключительно важное значение для развития тактики соединений, частей и подразделений в борьбе с наземным и воздушным противником, поскольку позволяет выработать эффективные приемы противодействия и защиты. К числу новых способов действий авиации можно отнести:

применение высокоточного оружия для поражения наиболее важных и ключевых объектов с целью достижения тактической внезапности;

непрерывность воздействия авиации на противника за счет повышения интенсивности полетов ночью и в сложных метеоусловиях;

использование возросших возможностей пилотируемой авиации благодаря увеличению ее боевого радиуса и скорости полета на малых высотах;

массирование действий противника на решающих направлениях, а в перспективе — переход к нанесению ударов по всей территории ТВД;

комплексное применение бортового оружия (ПРР, обычных бомб и УАБ) и средств РЭБ для подавления сил и средств ПВО;

разнообразие приемов действий армейской авиации (применение смешанных групп боевых и разведывательных вертолетов, самолетно-вертолетных групп, самостоятельные разведывательно-ударные боевые действия специализированных ударных вертолетов и др.);

применение во все возрастающих масштабах БЛА для решения широкого круга задач (ведения воздушной разведки и целеуказания, постановки помех, провоцирования на включение радиоэлектронных средств, ведения информационного противоборства и др.).

С целью завоевания превосходства в воздухе особое внимание обращается на уничтожение средств ПВО противника, а наличие дальнобойного высокоточного оружия дает возможность авиации наносить удары, не входя в их зоны поражения.

Анализ возможностей группировок сил и средств ПВО тактического звена показывает, что в борьбе с сильным ВП своими силами они не в состоянии с достаточной эффективностью прикрыть войска в ходе боевых действий. В современном общевойсковом бою и операции успешно решать эту важнейшую задачу можно только комплексно, совместными усилиями всех сил и средств, способных вести с ними борьбу как в воздухе, так и на земле, а также путем противодействия его намерениям. В результате бой общевойсковых соединений и частей приобретает черты наземно-воздушного боя.

Для уничтожения (подавления) СВН в воздухе к таким силам и средствам, помимо штатных, следует отнести соединения, части и подразделения ПВО армии (корпуса), РЭБ, радиотехнической разведки, истребительной авиации и ПВО ВВС и ВМФ при размещении последних в границах полосы боевых действий группировок СВ. В воздухе в первую очередь уничтожаются самолеты разведки и наведения, дальнего радиолокационного обнаружения, постановщики помех, носители и атакующие элементы ВТО (баллистические и крылатые ракеты, УР, ПРР, УАБ, УАК и др.). Радиоэлектронному подавлению подвергаются бортовые РЛС разведки и бокового обзора, многофункциональные РЛС, РЛС обеспечения полетов на малых высотах, радиометрические головки атакующих элементов ВТО, радиовзрыватели артиллерийских боеприпасов, а оптико-электронному подавлению — бортовые оптико-электронные средства разведки и управления оружием, инфракрасные, телевизионные, тепловизионные и лазерные головки самонаведения.

Принято считать, что наилучший способ защиты — нападение. Поэтому упреждение противника, уничтожение и подавление его средств воздушного нападения, пунктов управления ими и помеховых средств

до их применения является основным содержанием борьбы с ВП на земле. Для выполнения этой задачи могут применяться ракетные войска и артиллерия, авиация, разведывательно-огневые комплексы, тактические воздушные десанты и аэромобильные подразделения, диверсионно-разведывательные группы, части и подразделения РЭБ.

Большое значение имеют противодействие ВП и собственная защита войск при нанесении по ним ударов. И хотя им всегда уделялось внимание, это были, скорее, попутные, второстепенные меры. На современном этапе этого уже явно недостаточно. Защита должна представлять собой более широкий спектр мероприятий, превратиться по сути в комплексную общевойсковую задачу, цель которой — не допустить или максимально ослабить удары противника.

Думается, что важным условием повышения эффективности противовоздушной обороны в тактическом звене является создание комплексной системы противодействия ударам средств воздушного нападения, включающей следующие взаимосвязанные подсистемы: разведывательно-информационную; управления; поражения; противодействия воздушному противнику и защиты войск от него. При этом, безусловно, потребуется четкое согласование действий частей и подразделений ПВО, разведки, РЭБ, ракетных войск и артиллерии, инженерных подразделений и войск РХБ защиты по выявлению и поражению СВН противника на земле и в воздухе, подавлению его систем навигации и управления, маскировке реальных и имитации ложных объектов, фортификационному оборудованию и др.

Таким образом, тактика общевойсковых соединений и частей, помимо традиционных способов ведения боя, должна включать комплекс мер и способов борьбы и защиты, осуществляемых разнородными силами и средствами с целью нанесения воздушному противнику поражения и недопущения или максимального ослабления его ударов по войскам, сохранения их боеспособности и обеспечения успешного выполнения ими поставленных задач.

Реализация всего комплекса действий, которые должны входить в состав современной тактики, — дело сложное и как любое новшество требует дополнительных исследований, а главное другого, более системного подхода к подготовке и ведению боя. Это в свою очередь вызывает необходимость совершенствования существующих и разработки новых методов работы командиров и штабов по организации боя, которые в наибольшей степени отвечали бы современным условиям.