Особенности образа я несовершеннолетних правонарушителей

6. Бонфельд М. Ш. Музыка: Язык. Речь. Мышление. Опыт системного исследования музыкального искусства. СПб.: Композитор, 2006. С. 36.

7. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии / сост., авт. коммент. и послесл. А. В. Брушлин-ский, К. А. Абульханова-Славская. СПб.: Питер Ком, 1998.

8. Рожина Л. Н., Марач А. В. Художественно-стилевое обобщение как условие смысловой интерпретации музыкальных произведений // Психология обучения / НОУ СГА. М., 2010. № 9. С. 54-69.

9. Коджаспирова Г. М., Коджаспиров А. Ю. Педагогический словарь: для студ. высш. и сред. пед. учеб. завед. М.: «Академия», 2000.

Notes

1. Danyluk, A.Y., Kondakov A.M., Tishkov V.A. Koncepciya duhovno nravstvennogo razvitiya i vospitaniya grazhdanina Rossii [Concept of spiritual and moral development and education of the citizen of Russia]. Moscow. Prosveshchenie. 2009. P. 12.

2. Dakhin A.N. Pedagogicheskoe modelirovanie kak sredstvo modernizacii obrazovaniya v otkrytom informacionnom soobshchestve [Pedagogical modeling as means of modernization of education in an open informational society] // Standarty i monitoring v obrazovanii - Standards and monitoring in education. Moscow. 2004, No. 4, pp. 46-69.

3. Sechenov I.M. EHlementy mysli [Elements of thought]. SPb. Piter. 2001.

4. Abramova N.T. YAvlyayutsya li neslovesnye akty myshleniem? : [K probleme yazyka i myshleniya] [Whether nonverbal acts are thinking?]: [To the problem of language and thought] // Voprosy flosofi -Questions of philosophy. 2001, No. 6, pp. 68-82.

5. Zhinkin N.I. O kodovyh perekhodah vo vnutrennej rechi [About code transitions in inner speech] // Voprosyyazykoznaniya - Problems of linguistics. 1964, No. 6, pp. 26-38; Kravets A.S. [Meanings and values] // Herald of Moscow University. Ser. 7. Philosophy. 2007, No. 6, pp. 3-27.

6. Bonfeld M.Sh. . Muzyka: YAzyk Rech'. Myshlenie. Opyt sistemnogo issledovaniya muzykal'nogo iskusstva [Music: The Language. Speech. The thinking. The systematic study of musical art]. SPb. Compositor. 2006. P. 36.

7. Rubinstein S.L. Osnovy obshchej psihologii [Fundamentals of general psychology] / ed., auth. comment and afterword A.V. Brushlinsky, K.A. Abulkhanova-Slavskaya. SPb. Piter Kom. 1998.

8. Rozhina L.N., Marach A.V. Hudozhestvenno stilevoe obobshchenie kak uslovie smyslovoj interpretacii muzykal'nyh proizvedenij [Artistic style generalization as a condition for the semantic interpretation of music works] // Psihologiya obucheniya - Psychology of teaching / NEE MHA. Moscow. 2010, No. 9, pp. 54-69.

9. Kadzhaspirova G.M., Kadzhaspirov A.Y. Pedagogicheskij slovar': dlya stud. vyssh. i sred. ped. ucheb. zaved. [Pedagigical dictionary: for students of high and higher educational institutions]. Moscow. "Academiya". 2000.

УДК 812

С. И. Смирнова

Особенности образа Я несовершеннолетних правонарушителей

В статье представлен анализ данных, отражающих специфику образа Я несовершеннолетних правонарушителей как важного регуляторного механизма личности. Образ Я в настоящем исследовании рассматривается как психологический механизм, гармоничное развитие которого у подростков позволяет эффективно интегрироваться в социум. В исследовании принимали участие подростки, которые состоят на учете в полиции в связи с совершенными правонарушениями, а также их сверстники, поведение которых не имеет отклонений от социальных норм. В рамках сравнительного эксперимента выявляются общевозрастные особенности образа Я подростков обеих изучаемых групп, а также качественные характеристики, соответствующие образу Я подростков-правонарушителей. На основании проведенного эксперимента формулируются выводы, которые позволяют прогнозировать адаптацию изучаемых подростков в социум.

The paper presents an analysis of the data reflecting the specifics of the image I have of juvenile offenders, as an important regulatory mechanism of personality. The image I have in this study is considered as a psychological mechanism, which is the harmonious development of adolescents, can effectively integrate into society. The study involved adolescents who are registered by the police in connection with the commission of offenses as well as their peers whose behavior has no deviation from social norms. As part of the comparative experiment revealed obschevozrastnymi particular image I adolescents of both groups studied, as well as

© Смирнова С. И., 2014 208

qualitative characteristics appropriately I juvenile offenders. Based on the findings of the experiment are formulated which allow to predict the adaptation of the studied adolescents in society.

Ключевые слова: Образ Я, несовершеннолетний правонарушитель, подросток, социальные нормы.

Keywords: Self-image, juvenile offender, a teenager, social norms.

Проблема поиска средств преодоления дисгармоничности в личностном развитии и поведении подростков, снижения их агрессивности, жестокости и склонности к правонарушениям является чрезвычайно актуальной и значимой для решения фундаментальных задач теории и практики психологии. Увеличение числа малолетних правонарушителей в современном обществе свидетельствует о необходимости их социально-психологической реабилитации и интеграции в общество, а также о важности профилактики девиантного поведения. В этом контексте особую актуальность приобретают вопросы изучения становления регуля-торных процессов, позволяющих подросткам с отклонением поведения успешно интегрироваться в социум.

За последние годы специалистами выполнен ряд исследований, посвященных изучению факторов, влияющих на формирование девиантного поведения подростков (Durkheim E., 1994; Ениколопов С. Н., 2008; Дозорцева Е. Г., 2000; Кондратьев М. Ю., 1999; Смирнова Н. С., 2009 и др.], разрабатывались методы диагностики данной проблемы (Беличева С. А., 1997; Личко А. Е., 1995; Змановская Е. В., 2003 и др.] и апробировались профилактические программы отклоняющегося поведения (Клейберг Ю. А., 2001; Андреюк В. Ю., Холмогорова А. Б., 2009; Шнейдер Л. Б., 2005; Осипова И. И., 2006; Семенюк Л. М., 1996 и др.]. В исследованиях было показано, что, будучи субъектом познания, общения и деятельности, личность соотносит свои намерения и цели с теми нравственными ориентирами, нормами и пределами допустимости, которые она сочла для себя приемлемыми в процессе своего личностного развития. Все это отражается в образе Я человека, в его поступках и действиях (Ю. М. Антонян, С. А. Беличева, Р. Бернс, У. Джеймс, Ч. Кули, Дж. Мид, К. Роджерс, Э. Эриксон и др.].

В то же время остается неясным, каким образом структурные компоненты образа Я (отношение к окружающим и ожидаемое от них отношение; самоотношение; индивидуально-личностная направленность развития] детерминируют нарушение поведения. Требует дополнительного исследования специфика образа Я у подростков с непатологическими и некриминальными формами нарушения поведения, при которых еще целесообразно использование профилактических мер, предупреждающих отклоняющееся поведение.

Науке известно, что наиболее важным отличительным признаком подросткового периода являются фундаментальные изменения в сфере его самосознания, которые имеют кардинальное значение для всего последующего развития и становления подростка как личности. Формирование, развитие и изменение образа Я обусловлены факторами внутреннего и внешнего распорядка. Многочисленные психологические исследования показывают:

1. Наличие положительного самоотношения, самоуважения является необходимым условием нормального развития личности.

2. Низкое самоуважение предполагает устойчивое чувство неполноценности, ущербности, что оказывает крайне отрицательное воздействие на эмоциональное самочувствие и социальное поведение личности.

3. Подростковый возраст является уязвимым для формирования девиантного и делик-вентного развития личности. Низкое самоуважение и самоотношение способствует росту девиантного поведения: участвуя в антисоцальных группах и их действиях, подросток пытается тем самым повысить свой статус у сверстников, найти такие способы самоутверждения, которых у него не было в семье и школе.

Подростки, имеющие тенденцию к девиантной активности, характеризуются рядом особенностей в развитии самосознания: недифференцированностью и разынтегрированностью образа Я; расхождением внутренней и демонстрируемой самооценок; рассогласованием когнитивного, аффективного и поведенческого компонентов.

Эго-структура девиантных подростков перенапряжена, что отражается на более высоких показателях самоконтроля поведения, моральности, демонстративности и силе «Я». Возможно, что среди девиантных подростков имеет место искажение действительности, выражающееся в стремлении преподнести себя в более выгодном свете. Они говорят о себе больше хорошего, отрицая плохое поведение.

Говард Кэплан (1975, 1980, 1982], изучая взаимосвязь девиантного поведения и пониженного самоуважением, пришел к выводу, что каждый человек стремится к положительному образу Я, при этом низкое самоуважение переживается как неприятное состояние, принятие себя ассоциируется с освобождением от травмирующих. Это побуждает человека стремиться к уменьшению субъективной вероятности самоуничижения и повышению субъективной вероятности принятия себя. Пониженное самоуважение статистически связано у подростков практически со всеми видами девиантного поведения - нечестностью, принадлежностью к преступным группам, совершением правонарушений, употреблением наркотиков, пьянством, агрессивным поведением.

Исследования Ю. М. Антоняна, К. Е. Игошева, С. А. Татарухина, Л. М. Злобина, Т. И. Коротко-вой, Т. Н. Курбатовой, О. М. Мороз показали, что 40% несовершеннолетних правонарушителей характеризуются искаженными мотивами поведения, отрицательными чертами личности, извращенной мировоззренческой позицией, эмоциональной неустойчивостью, несформированно-стью образа Я.

Проведенный теоретический анализ показал, что образ Я, являясь важным ведущим личностным образованием, лежит в основе дальнейшего жизненного самоопределения и построения собственного поведения подростков. Некоторые исследования указывают, что в условиях деви-антного поведения специфический способ отражения собственного Я протекает путем дистанцирования от своего прежнего социального окружения. Характерными особенностями образа Я де-виантных подростков при этом являются низкая дифференцированность и интегрированность, расхождение внутренней и демонстрируемой самооценок, рассогласование когнитивного, аффективного и поведенческого компонентов. Однако специальных исследований, посвященных изучению специфики образа Я девиантных подростков, крайне недостаточно. Понимание особенностей становления такого внутреннего регулятора, как образ Я у подростков с нарушением поведения на переходном этапе их развития, позволит определить необходимые способы психологической помощи в развитии и коррекции этого важнейшего психического свойства у данной категории детей.

Наше исследование особенностей образа Я несовершеннолетних правонарушителей проводилось на базе общеобразовательной школы № 27 и объединения подростковых и молодежных клубов «Перекресток» МКУ г. Кирова. В исследовании приняли участие 65 школьников в возрасте 15-16 лет - учащихся 9-х классов, из них 45 подростков, поведение которых не имеет отклонений от социальных норм (далее НП], и 20 - с девиантным поведением (ДП]. Эти подростки состояли на учете в милиции в связи с совершенными правонарушениями.

Диагностический комплекс включал в себя тест установок личности на себя «Кто Я?» М. Куна и Т. Макпартлэнда (в адаптации И. А. Коневой], методику репертуарных ранговых решеток И. А. Коневой, методику диагностики межличностных отношений Лири. Для обоснования достоверности полученных результатов в ходе констатирующего эксперимента применялись методы математической статистики (компьютерная программа SPSS.10.00 for WINDOS] с использованием таких математических методов, как описательная статистика, U-тест Манна - Уитни для независимых выборок, корреляционный анализ по методу Пирсона.

Первая серия констатирующего эксперимента с использованием теста установок личности на себя «Кто Я?» М. Куна и Т. Макпартлэнда (в адаптации И. А. Коневой] была направлена на изучение таких модальностей образа Я у подростков 15-16 лет с НП и ДП, как физические самохарактеристики; социальные идентичности (характеристики своих действий и поступков; характеристики своих социальных статусов и ролей]; личностные диспозиции (самохарактеристики через характеристики других; характеристики своих предпочтений и желаний; характеристики собственных личностных качеств].

Были отмечены высокие значения по уровню «самопрезентация», полученные в группе правопослушных школьников, что свидетельствует о стремлении к открытости испытуемых и их желании сотрудничать (рис. 1]. Высокий уровень самопрезентации встречается у субъектов с достаточно высокой самооценкой и самоуважением, хорошо осознающих свои особенности. Проявляется самопрезентация в позитивной эмоциональной увлеченности образом Я, причинно-следственном обосновании и рациональной проработке своего поведения, подчеркивании собственной успешности. Мы рассматриваем самопрезентацию как один из важных аспектов образа Я. Самопрезентация предполагает следование подростком культурным образцам поведения как наиболее адекватным вариантам реагирования на те или иные обстоятельства общения.

При интерпретации полученных результатов учитывались не столько абсолютные значения по отдельным модальностям, сколько их соотношение в формирующемся образе Я подростков. Контент-анализ модальностей образа Я отражает соотношение физических самохарактеристик, социальных идентичностей и личностных диспозиций. Соотношение этих аспектов может 210

характеризовать субъективную активность подростка в плане самопознания и свидетельствовать об определенном уровне развития рефлексивности, так как объективные (социальные и физические] самохарактеристики констатируют очевидные, «внешние» особенности образа Я, а субъективные (личностные] раскрывают скрытые тенденции, «внутреннюю картину» образа Я, что предполагает собственную внутреннюю активность в процессе самоанализа.

Результаты школьников с девиантным поведением по модальности «самопрезентация» ниже (U = -5,8 при р < 0,001]. Это является, на наш взгляд, следствием закрытости личности, нежеланием сотрудничать и незаинтересованностью в исследовании. Такие подростки находятся в состоянии постоянного напряженного ожидания негативного отношения к себе. Они избирают тактику «самомаскировки» и в силу защитных механизмов не стремятся к доверительно-откровенному взаимодействию с окружающими.

Результаты, полученные по таким модальностям образа Я, как «социальный» и «физический аспект», значимых различий между двумя группами подростков не показали. Данные показатели находятся на достаточно низком уровне в обеих группах, что говорит о менее частом употреблении объективных самохарактеристик, чем субъективных.

100« •

80* •

Рис. 1. Результаты исследования девиантных подростков в сравнении с правопослушными сверстниками по базовым шкалам методики «Кто Я?»

Высокие показатели по такой модальности, как «личностный аспект», полученные в группе подростков с НП, раскрывают следующие объективные характеристики: собственных личностных качеств, своих предпочтений и желаний, а также самохарактеристики через характеристики других. Такая картина говорит о высокой собственной внутренней активности испытуемых в процессе самоанализа.

Данная модальность у девиантных подростков находится на более низком уровне (и = -5,01 р < 0,001]. Испытуемые данной группы предпочли описывать себя, в большинстве случаев, с позиции характеристик своих действий и социальных статусов. Такие самохарактеристики не отличаются высоким уровнем рефлексивности, поскольку являются как бы «внешними» особенностями образа Я подростков.

Вторая серия констатирующего эксперимента была направлена на выявление системы значимости тех или иных представлений о себе, влияющих на поведение подростков с использованием техники репертуарных ранговых решеток.

Сама репертуарная решетка представляет собой матрицу, которая заполняется в процессе беседы с испытуемым. Конструкты образуют строки матрицы, ее столбцы представляют интересующие исследователя элементы. В нашем исследовании элементами являются компоненты образа Я: наличное Я («Я-на самом деле»] и представляемое Я, заданное двумя элементами («Я-для друзей» и «Я-для взрослых»] - всего три элемента. Между каждой парой компонентов образа Я (переменных] вычисляется корреляционная связь.

По результатам данной методики было выявлено, что взаимосвязь между изучаемыми компонентами образа Я является достоверной (г = 0,6 при р < 0,01] лишь в выборке правопос-лушных школьников (46,6%], в то время как в группе испытуемых с девиантным поведением данной взаимосвязи обнаружено не было. При этом взаимосвязь между компонентами «Я-на са-

мом деле» и «Я-для друзей» (28,8%] в группе школьников с нормативным поведением превышает среднее количество взаимосвязей между компонентами «Я-на самом деле» и «Я-для взрослых» (17,8%). Данный факт объясняется тем, что в подростковом возрасте у детей складываются две разные по своему значению для психического развития системы взаимоотношений: одна - со взрослыми, другая - со сверстниками. Выполняя одну и ту же общую социальную роль, эти две системы взаимоотношений нередко входят в противоречие друг с другом по содержанию и по регулирующим их нормам.

Вовлечение подростка в орбиту уже не детских интересов побуждает его к инициативной перестройке взаимоотношений с окружающими людьми. Он сам начинает предъявлять повышенные требования к себе и взрослым, сопротивляется и протестует против обращения с ним как с маленьким. Подросток требует расширения своих прав соответственно подчеркиваемым взрослыми людьми его обязанностям. Как реакция на недопонимание со стороны взрослого человека у подростка нередко возникают разного вида протесты, неподчинения, непослушания, которые в крайне выраженной форме проявляются в открытом неповиновении, негативизме. Возникает серьезный внешний и внутренний конфликт, кризис подросткового возраста, в который обычно в равной степени оказываются вовлеченными и подросток, и взрослый.

В это же время на первом месте во взаимоотношениях подростков стоят товарищеские отношения. Сходство в интересах и делах является важнейшим фактором дружеского сближения подростков. Позднее, к концу подросткового возраста, появляется потребность в близком друге, возникают особые нравственные требования к дружеским взаимоотношениям.

Отсутствие взаимосвязей между компонентами образа Я в группе девиантных подростков может быть следствием закрытости, неготовности доверять и неумении себя презентовать как личность. Таким детям сложно строить межличностные отношения на доверии. В сфере общения подростков, склонных к девиантному поведению, отмечают такие особенности, как нестабильность отношений с окружающими, преимущественно однотипный способ реагирования на фрустрацию и трудности, склонность к обвинениям, эгоцентризм, агрессивное или неуверенное поведение, нетерпимость и нетерпеливость, не позволяющие отношениям личности обрести устойчивость.

Такие данные соответствуют общей картине результатов первой методики, подтверждая наши предположения относительно закрытости, существования защитных механизмов и трудности самопрезентации в обществе.

На третьем этапе данной части исследования выявлялялись представления субъекта о себе с помощью методики Т. Лири, направленной на диагностику межличностных отношений.

Данная методика используется для оценки наблюдаемого поведения людей, т. е. поведения в оценке окружающих («со стороны»], для самооценки, оценки близких людей, для описания идеального Я. Разные направления диагностики позволяют определить тип личности, а также сопоставлять данные по отдельным аспектам. Результаты анализируются по восьми шкалам: «авторитарность», «эгоистичность», «агрессивность», «подозрительность», «подчиняемость», «зависимость», «дружелюбие», «эгоизм».

Анализ полученных результатов (рис. 2] позволяет говорить о наличии статистически значимых различий в группе подростков с НП и ДП по такому показателю, как «дружелюбие» (и = -1,9 р < 0,05]. Высокие значения по шкале «дружелюбный тип», полученные в группе подростков с правомерным поведением, свидетельствуют о том, что данная группа имеет склонность к сотрудничеству, кооперации, гибкости и компромиссности при решении проблем и в конфликтных ситуациях. Имеется также тенденция и к социально ожидаемому поведению, чтобы следовать условностям, правилам «хорошего тона» в отношениях с людьми, быть общительным, проявлять теплоту и дружелюбие в отношениях.

Подростки с девиантным поведением склонны к более низким показателям по данной шкале. Они склонны проявлять агрессивно-конкурентную позицию, препятствующую сотрудничеству и успешной совместной деятельности. Часто предпочитают держаться в стороне и сохранять психологическую дистанцию с другими людьми.

Также качественный анализ позволил нам выделить различия по таким шкалам, как «агрессивный тип», «подозрительный тип».

Шкала «агрессивный тип» выступает в качестве ведущей в профиле представлений о себе подростков с девиантным поведением. Данные проявления характеризуются враждебностью по отношению к окружающим, резкостью, агрессивностью, которая может доходить до асоциального поведения. Также проявляются такие черты, как требовательность к окружающим, строгость и резкость в оценке других, непримиримость, склонность во всем обвинять окружающих, раздражительность. Девиантных подростков отличает от законопослушных повышенная конфликтность с окружающими, жесткость поведенческих стереотипов. Неправильный учет ситуа-212

ции, слабые прогностические способности, а также нарушения эмоционально-волевого регулирования поведения приводят к противоречию со средой. Как следствие, возникают сложности в адаптации таких детей, а способы их взаимодействия с окружающей средой еще более ограничиваются. Они отличаются значимо более высоким уровнем легитимизации агрессии в различных сферах культуры и слаборазвитыми представлениями о нормах поведения, принятых в обществе.

Подростки с правомерным поведением обнаруживают более низкие показатели по данной шкале. Это означает более низкий уровень агрессивности в целом, что соответствует более конструктивному разрешению конфликтных ситуаций, некоторые проявления уступчивости, эмоциональной сдержанности. В данном случае подросткам проще дается взаимодействие в коллективе.

Тенденция к различиям данных по результатам качественного анализа между группами испытуемых по шкале «подозрительный тип» можно интерпретировать следующим образом. Выявляются такие проявления поведения девиантных подростков, как отчужденность по отношению к миру, подозрительность, обидчивость, склонность к сомнению во всем, злопамятность, постоянное недовольство. Также наблюдаются необщительность, трудности в интерперсональных контактах из-за неуверенности в себе, замкнутость, разочарованность в людях, скрытность.

Рис. 2. Сопоставление результатов по методике межличностных отношений Т. Лири подростков с девиантным поведением и подростков, не имеющих отклонений в поведении

Полученные по данной методике результаты полностью соотносятся с результатами, полученными по методике «Кто Я?» и технике репертуарных ранговых решеток, и не противоречат теоретическим положениям по данной проблеме.

Таким образом, результаты констатирующей части исследования, направленной на выявление особенностей образа Я несовершеннолетних правонарушителей, позволили выявить наряду с общевозрастными особенностями, такими как эмоциональная лабильность, неустойчивость, полярность чувств и эмоций, склонность к импульсивным и иногда агрессивным поступкам, следующие качественные характеристики.

1. Для девиантных подростков характерна выраженная социальная дезадаптация с антисоциальной направленностью интересов и поведения, некритичностью в оценке своих действии. Наглядно выступает несоответствие поведения нормам и требованиям, предъявляемым к подросткам.

2. Признаки школьной и общей социальной дезадаптации выражаются, прежде всего, в непоследовательности поведения, аффективной неустойчивости, проявлениях агрессивности и импульсивности, упрямства и лживости, легкомыслия и безответственности, в нарушениях взаимоотношений, эмоциональных связей с окружающими.

3. Склонность к асоциальному поведению возрастает за счет сочетания пренебрежения морально-этическими нормами, обычаями, правилами, запретами со способностью к стойкой реализации этой тенденции.

4. Страдает произвольная регуляция поведения и деятельности. Обнаруживается слабость самоконтроля и использования негативного опыта взаимоотношений для коррекции собственного поведения.

5. Подросток находится в состоянии постоянного наряженного ожидания негативного отношения к себе. Преобладание в поведении защитных механизмов.

6. Общение девиантных подростков с окружающими носит мимолетный, поверхностный характер. Неустойчивость и отсутствие глубины контактов тесно связаны с общей эмоциональной поверхностностью и незрелостью: слабо развитой способностью к сопереживанию и сочувствию, игнорированием интересов других людей, импульсивностью аффективных реакций, неадекватностью выхода из конфликтных ситуаций.

7. Для подростков характерны недостаточная адекватность понимания себя и других людей, непредсказуемость поступков, склонность к конфликтам, неосмотрительность, упрямство, нарушение общепринятых норм и правил поведения, замкнутость и недоверие.

8. С трудом сдерживают проявление своих импульсов, характерными являются периодические вспышки раздражения, враждебности и агрессии. Могут возникать периодические приступы депрессии.

9. Недостаточность самопознания проявляется в необоснованных завышенных притязаниях, носящих эгоцентрическую направленность.

10. Часто чувствуют себя изолированными, отчужденными, непонятыми и непринятыми. В большой степени испытывают сильную генерализованную тревожность, чувство неполноценности, некомпетентности и неудовлетворенности.

11. Испытывают стресс в ситуациях ожидания, очень нетерпеливы и неустойчивы к фрустрации. На стресс реагируют агрессией, направленной на других людей, обвинением других (экст-рапунитивные реакции], игнорированием общепринятых правил и норм поведения.

12. Неправильный учет ситуации, слабые прогностические способности, а также нарушения эмоционально-волевого регулирования поведения приводят к противоречию со средой.

Описанные результаты прогнозируют неудовлетворительную адаптацию девиантных подростков к разного рода взаимоотношениям между людьми, свидетельствуют о слабой диффе-ренцированности их «Я-концепции», недостаточно глубокой рефлексии, о безразличии к социальным проблемам. Полученные данные указывают на неблагополучие в становлени образа Я у несовершеннолетних правонарушителей, что в свою очередь указывает на острую необходимость построения эффективных психолого-педагогических программ по сопровождению изучаемой категории детей и профилактике девиантного поведения на более раннем этапе онтогенеза.

УДК 316.6

С. Б. Башмакова

Современное состояние проблемы модернизации специального образования в России

Настоящая статья посвящена актуальной проблеме современного общества - реализации новой парадигмы образования. Раскрывается взаимосвязь инновационных процессов общего и специального образования. Осуществляется анализ социокультурных условий, определяющих глобальные изменения в специальном образовании России. Вскрываются кризисные явления, связанные с переосмыслением традиционных оснований специального образования, отставанием модернизации специально-образовательного пространства от изменений социальных потребностей и государственной политики в целом. Определяются противоречия, которые наблюдаются в рамках самой системы. Объективируются основные идеи построения современной концепции помощи лицам с особыми образовательными потребностями. Характеризуются важные достижения по каждому направлению развития коррекционной практики, на основе которых проводится оценка современного состояния процессов модернизации и становления нового типа системы специального образования.

This article is devoted to the actual problem of modern society - the implementation of a new paradigm of education. Reveals the relationship of innovative processes for general and special education. Performed analysis of sociocultural conditions determining global changes in special education in Russia. Reveals the crisis associated with the rethinking of the traditional bases of special education, especially behind the modernization and educational space on the changes of social needs and public policy in general. Determined by

© Башмакова С. Б., 2014 214