Узбекистан хочет поставить транзит на рельсы

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев планирует укрепить транспортные связи с соседними странами, а также проложить несколько новых железных дорог, которые изменят логистическую карту Евразии. Об этом говорили на завершившейся в четверг в Ташкенте конференции «Центральная Азия в системе международных транспортных коридоров». Сейчас грузоперевозчикам в этом регионе приходится терять до 40% времени, простаивая на таможне, и делать наценку из-за связанных с этим расходов. Удается ли Узбекистану проводить политику «прагматичного миротворца», выяснял в Ташкенте корреспондент “Ъ” Кирилл Кривошеев.

В начале этого года, собираясь впервые посетить соседний Таджикистан, президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев охарактеризовал отношения между странами как «двадцатилетний лед», который нужно растопить. На конференции «Центральная Азия в системе международных транспортных коридоров», собравшей более 300 участников из 37 стран, президент Мирзиёев лично не присутствовал. Однако из его обращения к участникам, которое зачитал узбекский премьер Абдулла Арипов, следовало, что задача выполняется успешно — тает лед в отношениях не только с Таджикистаном, но и остальными странами Центральной Азии. «Благодаря общим усилиям за короткий срок в регионе создана новая политическая атмосфера»,— утверждал господин Арипов.

Это отмечают и представители международных организаций. «Мы общались с людьми, занимающимися грузоперевозками в соседних с Узбекистаном странах, и услышали, что здесь совсем исчезли, как мы их называем в отчетах, неофициальные платежи,— сказала “Ъ” аналитик базирующейся в Париже организации "Международный транспортный форум" Ольга Петрик.— Это говорили и экспедиторы, и консультанты, и чиновники». По оценкам госпожи Петрик, транзит товаров в регионе сейчас растет на 6% в год, и при такой динамике поиск новых решений в логистике просто необходим.

Улучшение ситуации в беседе с “Ъ” признал и посол Таджикистана в Узбекистане Имоми Содик Ашурбойзода. «С каждым днем возрастает объем автомобильных и железнодорожных перевозок,— сказал он.— Только за первую половину 2018 года торговля, по сравнению с 2017 годом, выросла в два раза». Господин Ашурбойзода также отметил, что улучшение отношений с Узбекистаном заставило Душанбе «отложить до лучших времен» идею железной дороги из Туркмении до Таджикистана через север Афганистана.

Однако Шавкат Мирзиёев признает, что в вопросе транспортного взаимодействия есть проблемы и они во многом тормозят экономическое и политического сотрудничество.

В речи президента Узбекистана упоминалось, что в странах Центральной Азии цена перевозки составляет 70–80% общей стоимости экспортируемых товаров, а до 40% времени доставки уходит на таможенные процедуры.

«Целесообразно создать региональный совет по транспортным коммуникациям стран Центральной Азии»,— говорилось в обращении Шавката Мирзиёева. Участники конференции попытались предложить свои решения этих проблем. Во многом они касались информатизации процесса перевозок, которая позволила бы точно оценивать время в пути и быстро узнавать о новых правилах на том или ином маршруте.

Ташкент планирует сделать ставку на железную дорогу. Развитие этого вида транспорта — наиболее дешевое решение для стран, не имеющих выхода к морю. В этой связи отметим, что самым высокопоставленным участником конференции из Москвы был генеральный директор «Российских железных дорог» (РЖД) Олег Белозеров. В своем выступлении он ссылался поручение президента РФ Владимира Путина увеличить объем контейнерных перевозок по железной дороге в четыре раза. «Чтобы достичь этой цели, России необходимо развивать направления север—юг и запад—восток»,— напоминал глава РЖД.

Чаще всего на конференции упоминали о проекте железной дороги Китай—Киргизия—Узбекистан, которая пройдет через города Кашгар, Ош, Андижан и Ташкент. Дальше грузы будут доставляться (в частности, по магистрали Баку-Тбилиси-Карс) в Европу. Отвечая на вопрос “Ъ”, не представляют ли такие планы угрозу российским интересам, глава РЖД Олег Белозеров заверил: проект, наоборот, будет интересен России с точки зрения создания разветвленной сети железных дорог. «Мы считаем, что все коридоры будут взаимодополнять друг друга,— сказал он.— Коридор Китай—Киргизия—Узбекистан даст дополнительную работу и РЖД».

Как пояснил “Ъ” еще один участник конференции, министр транспорта Киргизии Жамшитбек Калилов, перед реализацией проекта еще необходимо определить, где будет располагаться переход с узкой (китайской и европейской) на широкую «русскую» железнодорожную колею. Это собираются сделать на октябрьской встрече министров транспорта Узбекистана, Киргизии и Китая в Бишкеке. В качестве предположительной точки перехода министр назвал киргизскую Нарынскую область. Уже после этого будут обсуждаться вопросы привлечения инвестиций. «Благодаря этому проекту мы хотим получить большую выгоду,— сказал господин Калилов.— До финансирования еще вопрос не дошел, но разговор был о том, что его возьмет на себя Китай». Господин Калилов отметил, что вместе с маршрутом Китай—Киргизия—Узбекистан киргизские власти собираются также реализовать собственную инициативу — построить железную дорогу, соединяющую Бишкек и Ош. Это также должно облегчить перемещение грузов в регионе.

Вспоминали участники конференции и еще один масштабный проект — дорогу из Узбекистана до афганского Герата, которая позволит направлять грузы в порты Персидского залива и Оман. Основное препятствие в его реализации — это ситуация в Афганистане, которая в последнее время лишь усложняется. «Афганистан — очень интересное направление из тех, которыми занимается Узбекистан,— сказал “Ъ” сотрудник Центра изучения Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН Станислав Притчин.— Если посмотреть на внешнеторговую статистику, Афганистан — одно из немногих государств для Узбекистана, с которым у того есть положительное сальдо торговли. И для Ташкента строительство железной дороги — очень важный проект в плане торговых перспектив и стабилизации севера Афганистана. Можно сказать, что все зависящие от Узбекистана вопросы, касающиеся соседней страны, решаются успешно». Вот только от Ташкента на афганском направлении зависит далеко не все.