Ограничения экономического роста в России

ОГРАНИЧЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА В РОССИИ

В статье приводится анализ объективно обусловленных состоянием российской экономики ограничений экономического роста, учет которых имеет существенное значение при обосновании сценариев экономического развития. Обращается внимание на ограниченные возможности выбора альтернативных сценариев, предопределенные инерционностью экономики, ее скованностью наследием реформ 90-х годов. Рассматриваются основные структурные проблемы, в том числе отраслевой, воспроизводственной и региональной структур ВВП, экспорта, инвестиций и сбережений населения, государственных расходов и государственного долга под углом зрения глубины негативных процессов в экономике России, для преодоления которых требуется реалистическая стратегия роста.

В условиях глубокого трансформационного спада производства в России первые шаги по восстановлению ранее достигнутых объемов производства при благоприятной внешнеэкономической конъюнктуре послужили основанием для выводов о вступлении экономики страны в фазу подъема и роста. Критически оценивая качество официальных прогнозов развития экономики, нельзя не подчеркнуть, что практика разработки ряда сценариев создает иллюзию большой свободы выбора альтернативных вариантов. Неблагополучная стартовая ситуация диктует тщательное обоснование стратегии развития, реалистической оценки вариантности. По заданию властных структур России разработаны три сценария развития, с учетом которых принимались экономические решения при формировании экономической и бюджетной политики на ближайший период: инерционный, экспорториентиро-ванный, инвестиционно-активный (табл. 1) [1, с. 12-14].

Таблица 1

Динамика основных социально-экономических показателей (темпы роста) по вариантам развития, %

1998 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г. 2002-2005 гг. 2006-2010 гг.

Вариант в среднем за год за период в среднем за год за период в среднем за год 20002010 гг.

Инерционный ВВП 95,1 103,2 105,5 103,2 103,6 100,9 107,2 101,4 112,5

Продукция промышленности 94,8 108,1 108,0 101,0 110,0 102,4 116,0 103,0 132,7

Инвестиции 93,3 104,5 109,0 106,0 103,2 100,8 119,3 103,6 128,9

Экспорториен- тированный ВВП 95,1 103,2 105,5 104,0 110,4 102,5 108,3 101,6 122,9

Продукция промышленности 94,8 108,1 108,0 104,5 120,2 104,7 127,6 105,0 160,6

Инвестиции 93,3 104,5 109,0 106,5 126,2 106,0 131,9 105,7 176,4

Инвестиционно- активный ВВП 95,1 103,2 105,5 104,5 122,5 105,2 126,4 104,8 158,0

Продукция промышленности 94,8 108,1 108,0 105,5 126,2 106,0 133,8 106,0 178,1

Инвестиции 93,3 104,5 109,0 107,5 146,9 110,1 145,6 107,8 228,8

В инерционном сценарии очевидны невысокий, но растущий темп инвестиций, увеличение в 2002-2010 гг. на треть продукции промышленности, но в целом прирост ВВП составляет лишь 12,5%. Этот вариант не требует качественного обновления продукции, в связи с чем темпы явно занижены.

В экспорториентированном сценарии рост ВВП в 2002-2010 гг. предполагается обеспечить за счет существенного роста инвестиций, в том числе в добывающие отрасли. Известная емкость ниш мирового рынка ограничивает рост ВВП (за тот же период - на 22,9%). Но инвестирование могло быть более действенным в случае глубокой переработки ресурсов.

Инвестиционно-активный сценарий оказывается максимально результативным для роста ВВП (за тот же период - на 58%), но очень капиталоемким. Остается открытым вопрос «цены» прироста.

В приведенных сценариях не обнаруживается явных признаков качественного обновления, для которого характерен выпуск новых видов продукции, растущий, хотя и небольшими темпами, но имеющий в силу высокой наукоемкости повышенную рентабельность. При этом производится больше национального дохода относительно фонда возмещения.

Инерционный вариант развития означает стагнацию экономики, рост безработицы и обострение социальных проблем. Несмотря на силу инерции в экономике, прогноз должен содержать условия преодоления спонтанного проявления инерции. Аналогично в среднесрочной и долгосрочной перспективе должен быть постепенно трансформирован экспорториентированный вариант (продажа нефти и первичных сырьевых ресурсов), так как сразу от него отказаться нельзя. Фактически он тоже инерционный: по-прежнему предполагает существенную зависимость от колебания цен на сырье на мировом рынке и может вызвать кризис, сопоставимый с кризисом 1998 г. При этом нет гарантий, что инвестиции в экспортный сектор могут быть использованы в значительной части для закупок импортных оборудования и комплектующих. Наиболее реалистичен третий -инвестиционно-активный сценарий, для которого характерны черты второго и первого, поскольку чистота эксперимента, как и чистота модели, абсолютно невозможны в многофакторном экономическом процессе. Однако предполагаемое влияние на темпы роста ВВП увеличения инвестиций не учитывает ряда структурных ограничений экономического развития.

В каком бы состоянии ни была экономика, она всегда имеет инерционный характер, заданный ее сложившейся воспроизводственной структурой. Опыт исследования проблематики экономического роста, накопленный советской экономической школой (Г.А. Фельдман, Н.Д. Кондратьев, А.И. Ноткин, А.И. Анчишкин, В.В. Ивантер, Н.Н. Иноземцев, С.М. Меньшиков, Н.П. Федоренко, Ю.В. Яременко и др.), сохраняет свое значение и сегодня [2-7].

Невнимание к воспроизводственным взаимосвязям во многом объясняется представлениями о том, что с расширением мирохозяйственных связей исчезнут проблемы детерминации макропропорций экономики ее внутренним состоянием. Наиболее упрощенно эта позиция изложена экономистами, полагающими, что от продажи нефти, газа и других ресурсов можно будет получать без каких бы то ни было ограничений как средства производства, так и предметы потребления. В условиях жесточайшей конкурентной борьбы в мире остаются в силе положения теории воспроизводства, подчеркивающие взаимосвязь эффективности экономики с условиями ее дальнейшего роста. Невостребованность результатов исследований часто предопределяется неполным учетом условий и факторов роста. Анализ показывает, что структурные ограничения экономического

роста в постреформенной России остаются весьма существенными. Они проявляются по следующим направлениям.

Структура собственности. Соотношение форм собственности и прав оперативного управления имущественными комплексами в сфере материального и нематериального производств имеет решающее значение для создания институциональных основ макрорегулирования экономического роста. Структура собственности предопределяет формы регулирующих воздействий государства, возможности осуществления крупных финансово-ресурсных маневров. В результате приватизации доля госсектора в объеме ВВП промышленности составила 9,5%. В ресурсных отраслях ее значения равнялись: в электроэнергетике - 8,8% (130 предприятий); топливной промышленности - 3,9% (90); черной металлургии - 2,5% (26); цветной металлургии - 15,6% (59); машиностроении и металлообработке - 19,3% (1416) [8, с. 22-23].

Резкое сокращение доли государственного сектора в экономике негативно повлияло на возможности регулирования цен в самых ценообразующих ресурсных отраслях, создало основу для снижения эффективности производства по всей цепи взаимосвязанных отраслей, что связано с проблемой доходности отраслей, источниками их самофинансирования и модернизацией производства. Единственная сфера, где государство удерживает в своих руках контрольный пакет - НИОКР, но у этой сферы нет адекватного потребителя в государственном секторе промышленности, доля госзаказа остается ничтожно малой. Доля государственного сектора экономики в сфере НИОКР в 2001 г. (I кв.) составила [8, с. 22-23]:

Внутренние затраты на научные исследования и разработки

млн. руб. 8371,7

% 68,2

Количество предприятий (организаций), выполняющих исследования и разработки

ед. 2534

% 65,5

Численность работников, выполняющих научные исследования и разработки

тыс. чел. 633,8

% 72,5

По нашим представлениям, сложившаяся доля госсектора в науке должна быть сохранена. Это означает, что следует изменить структуру расходов бюджета. На сферу науки из бюджета должны выделяться не 1,5%, а не менее 3-4%, как в развитых странах.

В России различные формы собственности (секторы экономики) возникли на базе единого стандарта потребления, обусловленного единством технологической культуры, миграционными процессами, переменой труда и т. п. В результате оказалось, что люди, имеющие различия в потреблении в связи с особенностями условий жизни и быта (в северных регионах, в Москве и в южных регионах они сильно различаются), оказались «неравно» оплачиваемыми по результатам труда примерно одинакового качества. Нуждающиеся в потреблении услуг широкого спектра профессор МГУ и ученый РАН не могут числить себя по приватизированным ведомствам. В ситуации, когда их средняя заработная плата в 56 раз ниже, чем работников нефтедобывающей и газовой промышленности, первые относят себя к эксплуатируемым государством, вторые - в условиях социального комфорта становятся сторонниками «статус-кво» с утратой гражданского сознания и социальной активности. В пассивной человеческой среде трудно вступать на путь роста. Секторы экономики, в которых функционируют мало

различающиеся по уровню квалификации, но весьма по-разному оплачиваемые люди, имеют в своем развитии общую тенденцию - застоя и деградации. В одном случае это - результат политики государства, в другом - следствие получения незаработанной ренты.

В сложившихся условиях система взаимодействия государственного и негосударственного секторов обнаруживает неспособность одинаково эффективно использовать трансформированные экономические механизмы в качестве инструментов обеспечения роста. Слабый госсектор лишен возможности получать значительные доходы для реализации инвестиционных программ и мобилизовывать на эти цели доходы, оседающие в теневом секторе экономики; негосударственный сектор отличается крайними формами расточительства. Защищенные конституционно равным образом, эти секторы экономики в условиях бесконтрольности оказываются в неравном положении с точки зрения соблюдения действующих законов, что усугубляет изъяны механизма экономического роста: нет единой политики - амортизационной, инвестиционной, оплаты труда работников. Спонтанность формирования фондов возмещения, накопления и потребления оказывается основным условием спонтанности экономической динамики в целом.

С этой точки зрения представляет интерес анализируемое академиком Ю.В. Яременко взаимодействие двух секторов экономики Китая, где довольно значительная, хотя и «малоподвижная плановая экономика соседствует ... с бы-строразвивающейся рыночной экономикой в виде мелких и средних предприятий» [9, с. 241]. Двухсекторная экономика перспективна с точки зрения свободы «перелива капитала». Этот механизм способствует тому, что активность негосударственного сектора ставит государственный перед необходимостью быть конкурентоспособным. Степень этой свободы в негосударственном секторе выше, но государственный сектор имеет другое преимущество - он более устойчив и защищен. «Активизировать эти предприятия, сделать более жизнеспособными, заставить их руководство осуществлять экономический и технологический поиск - задача очень трудная». Но поскольку «рядом с этими предприятиями уже кипит жизнь второго сектора» [9, с. 241], то конкуренция «оживляет» и госсектор. В России получилось так, что ближайшая цель второго сектора, созданного в значительной степени на грабительской основе, - «вывести» капитал из страны. Однако есть пределы разрушения госсектора. Его критическая масса должна служить гарантом формирования необходимой воспроизводственной структуры продукта. Структура экономики с позиции соотношения форм собственности и социально-экономических укладов имеет существенное значение в создании своеобразных ниш (ячеек) роста. Если эти уклады действительно различные, а не прикрытые лишь разными титулами собственности вследствие криминальной приватизации, то им соответствует своя технологическая и потребительская культура, позволяющая лучше адаптироваться к структуре спроса, к его потребительским нишам. Это стимулирует рост во всех предпринимательских структурах при условии эффективной финансовой политики. В России именно финансовая политика его ограничивает.

Реальности экономики России таковы, что одной из непривлекательных «ниш» на фоне современного состояния стал государственный сектор. Его дискредитация, проявляющаяся в снижении доли госсектора в капитальных вложениях (табл. 2), равнозначна утрате рычагов воздействия на экономический рост.

Снижение роли госсектора в науке и в проведении НИОКР (табл. 3) непосредственно отразилось в динамике использованных в инновационном процессе изо

бретений (табл. 4) [1, с. 98, 99], в том числе особенно сильно - изобретений, защищенных авторскими свидетельствами СССР, переоформленными в патенты РФ.

Таблица 2

Структура капитальных вложений за счет всех источников финансирования по формам собственности, % к итогу*

Форма собственности 1992 г. 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г.

Государственная Муниципальная Смешанная** Частная * Аналогичные статистические сведения 1997 г. не публиковались. ** Включая предприятия с иностранными и 81 6 10 3 государс нвестиция 51 12 25 12 твенном и ми. 32 8 42 18 других сек 31 6 49 14 торах эконо 24 5 52 19 мики Росс 21 5 52 22 ии после

Таблица 3

Организации, выполняющие исследования и разработки, по принадлежности к формам собственности

Форма собственности 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г.

Российская 4267 3968 4034 4079 4094 3968 4031

Государственная Из нее: 3597 2999 2979 3005 3000 2896 2934

Федеральная 3385 2801 2783 2819 2821 2706 2746

Субъектов Федерации 212 198 196 186 179 190 188

Муниципальная 21 10 9 11 8 9 7

Общественных объединений 8 13 16 29 44 55 60

Частная 116 150 198 253 302 323 352

Смешанные предприятия 525 796 832 781 740 685 678

Иностранная и совместная 2 - 25 43 43 51 58

Всего 4269 3968 4059 4122 4137 4019 4089

Таблица 4

Использование изобретений

Изобретения 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г.

Защищенные авторскими свидетельствами СССР Защищенные авторскими свидетельствами СССР, переоформленными в патенты РФ Защищенные патентами РФ Всего 3203 1431 1399 6033 2252 1309 2295 5856 1228 6033 1762 9023 432 456 1822 2710 546 447 2596 3589 340 295 2867 3502

Отраслевая структура ВВП очень существенно влияет на возможности роста добавленной стоимости и чистого дохода, предопределяет фондо- или материалоемкость продукта. Это влияет на масштаб возмещения основных фондов и возможности накопления, и следовательно, роста в перспективе.

Структура промышленного производства, доля в оборудовании продукции машиностроения, его наукоемкой составляющей, а также доля экспорта в производстве важнейших отраслей экономики обусловливают возможности выгодного

экспорта и притока в страну валютной выручки для импорта продукции, производство которой развернуто в недостаточном масштабе или нецелесообразно ввиду существенного отставания по качеству от предлагаемой на внешних рынках. Динамика названных величин значительно влияет на условия роста. Так, низкая доля машиностроения (табл. 5) удерживает Россию в группе стран, зависимых от импорта, и сковывает возможности стратегического маневра в экономике.

Таблица 5

Отраслевая структура производства промышленной продукции в России, %

Отрасль 1990 г. 1995 г. 2001 г.

Электроэнергетика 15,0 9,9 9,8 14,5

Топливная 16,0 22,0 19,7 17,9

Черная металлургия 7,9 9,4 8,1 7,6

Цветная металлургия 9,5 8,5 8,7 7,2

Химическая и нефтехимическая промышленность 8,5 7,8 6,4 6,1

Машиностроение и металлообработка 20,1 15,6 19,4 18,8

Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная 4,6 3,6 4,4 4,9

Строительных материалов 3,1 2,6 3,0 2,5

Легкая 8,4 3,1 1,6 1,7

Пищевая 10,2 11,2 14,4 13,8

Мукомольно-крупяная и комбикормовая - - 1,5 1,5

Прочие - - 3,0 3,5

Доля промышленности в ВВП - 26 30,5 30,6

Отраслевая структура ВВП дает представление о перспективах ее быстрого изменения. Такая возможность в России ограниченна. Соотношение материального и нематериального производств, весьма существенно влияющее на качество интеллектуального потенциала общества и его реализацию в процессе создания общественных благ, является благоприятным. В наиболее развитых странах мира к началу XXI века доля нематериального производства составляет не менее 60% и к 2015 г. прогнозируется на уровне 2/3 ВВП. В России аналогичная доля, даже по завышенным оценкам, в 2000 г. достигла 48,4% ВВП и имеет тенденцию к снижению в связи с неблагоприятной демографической ситуацией.

Россия занимает очень значимые позиции на мировых рынках природного газа, никеля, руд и концентратов ниобия, тантала, ванадия, вольфрамовых руд, металлов платиновой группы, алюминия, нефти, удобрений, промышленных алмазов. Для обеспечения экономического роста структуру производства необходимо улучшать, снижая в экспорте долю сырья и материалов, первопередельных ресурсов (табл. 6) [10, с. 199].

С учетом спроса на мировом рынке производство во многих ресурсных отраслях сильно ориентировано на зарубежного потребителя (табл. 7) [10, с. 198], причем эта ориентация после кризиса 1998 г. заметно усилилась.

Остается дилемма - продолжать этот курс или в большей мере ориентироваться на потребление сырьевых ресурсов во внутреннем производстве. Страна не может отказаться от развития машиностроения и от собственного производства металлоконструкций, труб, железобетона для внутренних нужд. Позитивная тенденция в этом отношении наметилась в 2001 г. - темпы роста в металлопотребляющих отраслях были достаточно высокими: в машиностроении - около 8% (причем самый значительный рост - 120-135% - отмечался в таких наиболее металлоемких отраслях, как тракторное и сельскохозяйственное, подъемно-транспортное и железнодорожное машиностроение), в нефтедобыче - 7,5%, строительстве - 8%. Вследствие этого в 2001 г. продолжился рост внутреннего потребления металлов: поставки готового проката черных металлов выросли на 11%, основных цветных металлов - от 15 до 25%.

Таблица 6

Доля России в мировом экспорте отдельных видов ресурсов по натуральному объему, %

Ресурс 1996 г. 1998 г. 1999 г.

Сырая нефть* 8 9 9**

Нефтепродукты* 13 13 13**

Природный газ* 62 61 50**

Промышленные алмазы*** 16 19 14

Алмазы необработанные, несортированные*** 19 19 12

Прочие драгоценные и полудрагоценные камни обработанные*** 4 6 7

Фосфаты кальция 11 13 14

Калийные удобрения 14 17,5 19

Азотные удобрения 17 14 16

Смешанные удобрения 11 12 15

Сера 7 12 17

Алюминий необработанный 20 20 21

Алюминиевые отходы и лом 2 12 12

Кобальтовые руды и концентраты 2 53 16

Медь рафинированная, необработанная 9 8 9

Медные отходы и лом 9 15 8

Отходы и лом черных металлов 6 15 14,5

Молибденовые руды и концентраты 3 5 7

Молибден необработанный и отходы 15 17 15

Никель необработанный 32 34 33

Оловянные руды и концентраты 8 8 10

Руды и концентраты ниобия, тантала, ванадия 55 49 51,5

Вольфрамовые руды и концентраты 36 50 57

Серебряные руды и концентраты*** 0 10 8

Металлы платиновой группы, необработанные или полуфабрикаты*** 20 26 23

Платиновые отходы и лом 9 11 17

* Без учета торговых потоков внутри ЕС.

** 2000 г.

*** Доли приведены по стоимостным показателям.

Таблица 7

Доля экспорта в производстве важнейших товаров, %

Продукт 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г. 2000 г.

Нефть сырая 41,5 41,7 41,6 45,2 44,2 44,7

Нефтепродукты 25,8 32,4 34,7 32,9 33,6 36,0

Газ природный 32,6 33,1 35,1 34,4 34,7 33,2

Уголь 11,9 15,8 9,6 10,4 11,3 17,1

Минеральные удобрения 74,0 75,0 77,5 77,3 77,6 79,4

Лесоматериалы необработанные 22,3 23,2 29,3 34,1 40,1 39,3

Целлюлоза древесная 74,8 85,7 82,8 77,6 79,1 83,9

Бумага газетная 71,1 72,2 70,1 74,6 70,6 68,8

Фанера клееная 71,4 63,2 67,0 67,2 69,2 66,0

Прокат плоский 53,1 59,7 58,5 63,6 60,6 55,0

Важнейший фактор оживления внутреннего рынка металлов - обновление промышленно-производственных фондов. На конец 2001 г. требовали замены 30 млн. т. изношенных магистральных трубопроводов. Из 2,5 млн. ед. имеющегося в стране (на 95% отечественного) станочного оборудования более 60% (1,5 млн. ед.) выработали свой ресурс, износ основных фондов железных дорог превышает 57%. Очевидно, что потребление металлов в ближайшие годы будет расти. Следовательно, с учетом этого нужно вносить коррективы в политику экспорта, поддерживать темпы роста внутреннего потребления ресурсов.

Региональная структура ВВП раскрывает резервы использования производственных возможностей в экономическом пространстве страны. Такой подход,

как правило, недооценивается, но сильная дифференциация регионов страны по производству валового регионального продукта (ВРП) на душу населения (102 тыс. руб. в Москве и 18,8 тыс. руб. в Корякском автономном округе), по объему внешнеторгового оборота (в десятки и сотни раз) характеризует одновременно и резервы роста, и его провинциальные «тупики» (табл. 8). Их наличие

- самое серьезное ограничение качественного экономического роста, одно из условий стагнации, которое быстро устранить невозможно даже с помощью «амбициозных» сценариев.

Таблица 8

Дифференциация регионов России по социально-экономическому положению

Территория ВРП на душу населения, тыс. руб.* Объем инвестиций в основной капитал на душу населения, тыс. руб. Объем внешнеторгового оборота на душу населения, долл. Финансовая обеспеченность региона на душу населения, тыс. руб.* Доля занятых на малых предприятиях в общей численности занятых в экономике, % Уровень регистрируемой безработицы, % к эконом. активному населению Соотношение среднедушевых доходов и среднедушевого прожиточного минимума Доля населения с доходами ниже прожиточного минимума, % Общий объем розничного товарооборота и платных услуг на душу населения, тыс. руб. * Основные фонды экономики

Россия, в среднем 2000 г. 41,5 7,8 651 202 10,4 1,7 21 32,3 19,9 42,2 10,9 663 82,9 155 239

2002 г. 61,0 12,3 807 262 10,6 1,8 22 32,2 31,5 47,6 11,3 672 94,4 157 245

Относительно высокий (выше среднего) уровень развития Москва 2000 г. 76,5 17,5 1931 34,5 25,9 0,7 6,3 19,4 68,8 154,1 51,7 739 179,4 220 421

2002 г. 101,8 24,7 3518 39,8 26,3 0,8 5,8 20,8 99,5 188,2 52,6 741 204,1 223 424

Санкт-Петербург 2000 г. 34,9 7,5 1077 20,6 26,5 0,8 1,7 30,5 17,0 107,3 57,6 697 146,1 187 334

2002 г. 55,2 12,2 1321 31,6 27,2 0,9 1,9 26,0 30,9 126,5 58,2 685 168,8 189 335

Красноярский край 2000 г. 67,6 7,8 1242 45,1 9,6 3,2 2,3 23,1 16,2 66,7 8,2 545 84,6 173 238

2002 г. 82,9 13,1 1560 43,7 9,7 3,3 2,0 20,5 21,7 61,9 8,3 540 95,3 173 246

Крайне низкий уровень развития Усть-Ордынский Бурятский АО 2000 г. 22,8 1,2 0 9,3 0,9 2,7 0,6 59,4 3,9 12,8 32,3 838 13,9 110 171

2002 г. 41,1 1,5 0 17,1 0,6 2,9 0,6 61,0 6,0 13,8 33,9 843 14,0 110 171

Коми-Пермяцкий АО 2000 г. 20,3 1,6 0 14,9 3,1 3,2 1,0 58,9 5,0 11,4 18,4 795 46,1 141 113

2002 г. 31,2 2,5 0 19,7 4,0 3,4 0,9 52,0 8,5 15,4 19,5 800 47,3 141 113

Корякский АО 2000 г. 18,1 1,8 35 7,0 4,6 9,6 0,7 86,0 3,1 49,2 1,1 950 0,0 209 553

2002 г. 27,5 2,8 45 15,5 5,3 10,2 0,6 84,0 9,0 49,7 0,6 960 0,0 207 553

Средний уровень развития Республика Коми 2000 г. 46,0 13,6 758 21,1 5,9 4,0 1,9 29,5 12,3 90,9 7,7 901 57,3 171 284

2002 г. 67,9 26,5 704 29,9 5,8 4,2 2,0 28,5 22,0 99,6 8,1 930 67,7 173 285

Сахалинская обл. 2000 г. 48,1 13,6 1422 15,7 11,5 3,6 1,6 34,2 11,9 61,5 7,9 620 45,2 162 215

2002 г. 77,1 95,6 1589 22,8 11,9 3,7 1,8 28,0 21,8 87,4 8,1 775 51,8 164 220

Томская обл. 2000 г. 46,2 8,0 484 22,0 7,8 2,4 2,1 24,9 17,2 87,9 6,0 469 121,8 168 245

2002 г. 59,8 14,8 770 22,2 8,6 2,5 1,9 36,9 24,7 91,9 6,4 468 135,0 168 245

* С учетом уровня покупательной способности.

Структура ВРП дает исчерпывающее представление о реципиентах и донорах федерального бюджета, который ежегодно в рамках межбюджетных отношений перераспределяет огромные средства на выравнивание уровней минимальной бюджетной обеспеченности. Такая структура свидетельствует о несостоятельности концепций «самовоспроизводства» регионов в связи с их природно-климатическими и иными особенностями. Дифференциация социально-экономического развития регионов России подчеркивает острую необходимость в централизованно направляемых потоках инвестиционных ресурсов, расширения государственного предпринимательства.

Существенный фактор активизации экономического роста - развитие муниципального сектора. На него приходится лишь 7,88% инвестиций, 2,19% объема промышленной продукции, 4,68% оборота розничной торговли, 22,16% объема платных услуг населению при доле занятых в организациях муниципального сектора экономики около 19% общего числа занятых в экономике России. Диспропорции очевидны по всем позициям нижеприводимой табл. 9. Мобилизовать потенциал этого сектора невозможно при отсечении его от государственной вертикали власти и при совершенно несостоятельной схеме бюджетных потоков сверху вниз, для которой характерна абсолютная нерешенность вопроса о порядке централизованного выделения средств на инвестиции с учетом интересов и потенциала муниципального сектора экономики.

Таблица 9

Доля муниципального сектора в экономике России

Показатель 1999 г.

Доля муниципального сектора, % в объеме промышленной продукции

(работ, услуг) без НДС и акциза в выпуске продукции сельского хозяйства 2,29 2,13 2,17 2,19

сельскохозяйственными организациями 14,0 14,85 12,73 12,77

в объеме инвестиций в основной капитал 8,99 7,68 8,17 7,88

в обороте розничной торговли 4,64 4,52 4,48 4,68

в объеме платных услуг населению Численность работников организаций муници- 22,24 22,0 22,0 22,16

пального сектора экономики, млн. чел. Доля занятых в общей численности работников, 12,3 11,8 11,8 12,4

занятых в экономике, % 19,2 18,3 18,3 19,0

Спор о вертикали государственной власти, перспективу которой отодвигает действующая конституция, должен быть решен в пользу доведения ее сверху вниз до уровеня муниципалитетов. При нынешнем состоянии межбюджетных отношений муниципалитеты будут влачить жалкое существование и не смогут реализовать ресурсные возможности экономического роста.

Воспроизводственная структура продукта в настоящее время крайне деформирована с точки зрения соотношения элементов стоимости общественного продукта. В свое время были выявлены закономерные зависимости между приростом основных фондов, динамикой фонда возмещения и накопления, с одной стороны, и потребностью в средствах производства и в увеличении фонда потребления с другой, причем эти зависимости прослежены в условиях как частичной, так и всесторонней интенсификации производства [5, с. 171, 177].

А.И. Ноткин сделал значимые и для экономики современной России выводы [5].

Во-первых, «при огромных масштабах накопленных производственных фондов и необходимости в условиях научно-технической революции ускорения их обновления усиливается тенденция к возрастанию нормы возмещения выбытия основных фондов».

Во-вторых, «соотношение роста I и II подразделений все больше зависит не только от пропорции между накоплением и потреблением, но и от пропорции между накоплением и возмещением средств

производства. Эти последние параметры совместно определяют экономически возможные масштабы технического прогресса и его влияние на пропорциональность экономического развития».

В-третьих, «динамика нормы производственного накопления в разных ситуациях различна» и зависит от эффективности накопления и избранных схем возмещения выбытия основных фондов - на новой или старой технической основе.

В-четвертых, «снижение темпов роста национального дохода «съедает» результаты повышения удельного веса фонда потребления. Снижаются темпы роста не только I, но после короткого подъема и II подразделения. Повышение удельного веса II подразделения происходит при одновременном снижении темпов роста и I и II подразделений. Этот вариант невыгоден с точки зрения как технического прогресса, так и длительных интересов роста потребления».

В 80-е годы уже для реформируемой экономики СССР автором также была исследована взаимосвязь динамики роста возмещения и национального дохода и темпов роста общественного продукта, а позднее- «связанность» процесса воспроизводства одновременной деформацией воспроизводственных циклов различной продолжительности [11, 12].

Было выявлено влияние на рост благосостояния соотношения эффективности накопления и потребления. Если высокая норма накопления сохраняется при расширении поля производства, не встречающего ограничений на трудовые ресурсы, рост нормы накопления ведет к росту национального дохода, фонда потребления и реальных доходов населения. Однако увеличение накопления вызывает рост производительности труда, общественного продукта и реальных доходов населения лишь до определенного предела, за которым начинается снижение этих показателей. Одна из причин этого состоит в том, что рост накопления вызывает (с определенным лагом) расширение масштабов возмещения выбывающих средств труда, в связи с чем в структуре общественного продукта возрастает относительная доля фонда возмещения и уменьшается доля национального дохода. При этом важно, чтобы возмещение было осуществлено на новой технологической основе, открывающей возможность снижения ресурсопотребления.

В России сегодня нет стратегии ресурсопотребления, переход к современным технологическим укладам централизованно регулируется слабо. Нет и государственных стратегий повышения на этой основе производительности труда и соответствующей инвестиционной политики. Сокращение в 1991-1999 гг. производственных мощностей на 27% (а почти во всех отраслях перерабатывающей промышленности - на треть), рост степени износа оборудования в промышленности - до 70% и среднего возраста его - до 16 лет требуют перестройки экономики на их качественное обновление. Растущая потребность возмещения выбытия основных фондов ограничивает возможности «чистого» накопления. Сегодня норма накопления предельно низка, поэтому замена оборудования и накопление должны быть направлены на создание предпосылок резкого повышения производительности труда на основе перехода к ресурсосберегающим технологиям. Это крайне затруднено ограниченностью выделяемых средств. Доля капитальных затрат в структуре расходов федерального бюджета составляет лишь 8%. Эту величину необходимо постепенно довести как минимум до 15-20%, направив ограниченные потоки финансовых ресурсов на развитие инвестиционного комплекса, прежде всего машиностроения, на преодоление несбалансированности между имеющимися мощностями и производством предметов труда.

Структура инвестиций. Монопольное положение ресурсных отраслей и энергетики в России позволяет им получать относительно высокие доходы и переключать потоки перераспределенных с помощью цен финансовых ресурсов на удовлетворение собственных инвестиционных потребностей. В 1990-1999 гг. сокращение объема инвестиций в промышленность касалось, прежде всего, машиностроения и других отраслей, от которых в очень сильной степени зависит экономический рост в перспективе. Приоритетными были ресурсные отрасли. Но даже в этих отраслях коэффициент выбытия основных фондов с 1994 по 1999 г. снизился с 2 до 1,4%, в том числе в нефтеперерабатывающей - с 3 до 1,5%, что свидетельствует о недостаточной массе инвестиций для замены устаревших основных фондов. В условиях быстрого старения основных фондов отраслевая структура инвестиций должна быть подчинена задачам их более равномерного обновления в связи с явным замедлением выбытия и необходимостью ускорения замены.

В инвестиционной политике придется считаться с тем, что ожидание притока иностранных инвестиций не подтверждается. Объем накопленных инвестиций иностранного капитала в экономике России за годы реформ составляет всего лишь 35,6 млрд. долл. - тысячную часть иностранных инвестиций в экономику стран мира. При этом доля прямых инвестиций равна лишь примерно половине, а в 2001 г. - около 30%. Иностранные инвесторы предпочитают портфельные инвестиции в спекулятивные финансовые операции, в сферу обращения и производство первопередельных и сырьевых ресурсов, в поставках которых они остро нуждаются. В 2000-2001 гг. лишь 11% объема инвестиций иностранного капитала в промышленность приходилось на машиностроение и металлообработку. Другая половина прямых инвестиций используется на приобретение пакетов акций в расчете на диверсификацию производства в своих интересах.

Бюджетная политика не преследует цель создания предпосылок для активизации инвестиционного процесса. Капитальные расходы в структуре федерального бюджета не превышают 8%. Утвержденные бюджетом средства выделяются не в полном объеме. В 2000 г. промышленность, энергетика и строительство профинансированы относительно утвержденных законом о бюджете назначений на 91%, сельское хозяйство и рыболовство - на 79%.

Федеральные целевые программы фактически являются способом демобилизации потоков финансовых ресурсов, отвлечения их от реализации действительно значимых целей на второстепенные. Это подтверждается тем, что по большинству программ в структуре расходов преобладают «прочие» расходы, но при этом недооцениваются затраты капитальные и на НИОКР - это стало явно выраженной тенденцией, в материально-финансовой форме отражающей сложившиеся условия бюрократизации и криминализации экономики. Несмотря на декларации проведения «инвентаризации» программ, их общее количество остается значительным, что ведет к распылению средств, противоречащему задачам и интересам повышения эффективности государственного регулирования экономики.

В инвестиционной политике важно учитывать логику динамики структуры капитала. С учетом роста наукоемкости основного капитала закономерен рост его органического строения, диктующий пропорции использования фонда накопления. Однако сегодня имеются серьезные проблемы адекватного отражения этой динамики. С одной стороны, вследствие процессов приватизации и разрушения технологического единства многих хозяйственных комплексов оценка основных фондов снижалась, с другой - сокращение объемов производства вызвало снижение численности занятых. Одновременно в расчете на одного занятого стоимость основных фондов росла даже в условиях их интенсивного выбытия без замены. В связи с этим имел место фиктивный рост органического строения капитала, который должен был вызвать изменение соотношения частей накапливаемой массы национального дохода. Однако очень часто накопление было символическим - при использовании бюджетных потоков на бюрократизацию экономики. Неконтролируемый рост цен естественных монополий искусственно завышал издержки производства и сопровождался ростом заработной платы в этом секторе. Деформировалась и основа цен. Инфляционный процесс привел к перераспределению доходов, возрастающая доля которых используется на социально престижное потребление, а не накопление. В итоге статистические измерения динамики органического строения капитала затруднены, что вносит сложности в расчеты структуры инвестиций и в прогнозирование реальной структуры фонда накопления.

Структура сбережений населения. Анализ этой структуры позволяет не только определить дополнительные источники пополнения кредитных ресурсов банков,

финансирующих инвестиционный процесс, но и реалистически оценить действия государства в области денежно-кредитной политики и на этой основе выработать более перспективные ее направления.

В период рыночных преобразований в России отчетливо проявились тенденции денежного рынка. Одна из них - формирование структуры сбережений населения на случай непредвиденных обстоятельств. Домашние хозяйства, как и другие экономические агенты, не могут прогнозировать экономическую ситуацию. Поскольку в силу нестабильности экономики им не гарантирована социальная защита, они, как правило, не могут рассчитывать на иные доходы, кроме собственных накоплений (сбережений). Но если формы сбережений заключаются в «выводе» наличных денег из оборота, то это ограничивает спрос, порождает потребность в увеличении денег в обращении, что оказывает дестимулирующее влияние на экономический рост. Более того, если часть сбережений хранится в иностранной валюте, то это увеличивает спрос на нее, усиливая инфляционный процесс.

Основными тенденциями в последние годы являются:

- интенсивный перевод сбережений в доллары, не поступающие на депозиты;

- рост вложений в ценные бумаги и депозиты, по объему составляющие около половины вложений в резервную инвалюту;

- рост и сохранение на высоком уровне сбережений населения на руках.

Указанные процессы, особенно сохранение на высоком уровне вложений

средств в иностранную валюту (свыше 50%), после некоторого снижения этой доли в 1996-1998 гг. (в 1997 г. 84,5%) явно не соответствуют ситуации экономического роста. Из этого следует вывод о необходимости мер по обеспечению гарантий вкладчиков, об актуальности дедолларизации денежного оборота, ориентированной на сокращение масштаба теневого рублевого оборота и «отмывания» этих денег через обменные операции и «вывода» их значительной части за пределы страны.

Анализ структуры сбережений показывает, что их роль явно недооценивается в активизации частных инвестиций. Совершенствование управления формированием и использованием частных инвестиций может стать фактором создания условий экономического роста. Необходимы также государственные гарантии возврата каждому вкладчику вложенных им денежных средств в установленном размере (при наступлении ситуации риска) и реальная возможность направлять потоки временно свободных сбережений населения в частные инвестиции.

В странах, где риски вкладчиков и банков значительно ниже, чем в России, большая часть валовых сбережений (почти 90%) направляется в инвестиции, что стимулирует развитие экономики. В России отношение валовых сбережений к ВВП за последние 5 лет составило [13, с. 2]: 1997 г. - 21,6%; 1998 г. - 19,0; 1999 г. - 26,9; 2000 г. - 33,6; 2001 г. - 32,5%. Отношение инвестиций к ВВП в 2001 г. - всего 17,4%, т. е. около половины валового сбережения. Разрыв в 15,1% слишком велик, до кризиса 1998 г. он был около 5%. Очевидно, что в России имеются ресурсы для инвестирования, но они лишь частично трансформируются в реальные капиталовложения.

Обоснованно отмечаются такие причины, ограничивающие реальные инвестиционные возможности, как «бегство» капитала из страны, значительные выплаты по внешнему долгу, проведение ЦБ России жесткой политики увеличения золотовалютных резервов. Вследствие действия этих факторов «выведение» средств из источников накопления остается на уровне 11,6-16% ВВП.

Следует заметить, что в СССР рост валовых сбережений был сопряжен с очень высокой нормой накопления, которая даже в «застойный» период не опускалась ниже 31%, а в 1991 г. достигла 36,3%.

Структура населения. В экономике любой страны самое существенное значение имеет структура населения по возрасту, социальным группам, образованию и т. д. Для перспективы экономического роста основной вопрос - доля экономически активного населения, а в его составе - доля работающих; в составе неработающих - доля пенсионеров и детей. В настоящее время ситуация в области занятости населения в России характеризуется следующими данными (табл. 10) [14, с. 15].

Возможности экономического роста связаны, разумеется, с общей динамикой населения по возрасту и переходом его в группу экономически неактивного населения. Этой динамике присущ рост числа пенсионеров (38,5 млн. чел.) и сохранение высокой доли в структуре населения детей в семьях, нуждающихся в социальной помощи (свыше 23 млн. чел.).

В условиях абсолютной несопоставимости размера средней пенсии с величиной прожиточного минимума и низкой перспективности перехода социально обездоленных детей в полноценный трудовой резерв необходима радикальная модернизация всей демографической политики во взаимосвязи с перспективами и возможностями экономического роста. Эти задачи декларируются, но реально значимые меры не осуществляются. Следовательно, в перспективе экономический рост будет сдерживаться возрастанием «социальной» доли фонда потребления, ограничивающей накопление; «старение» населения станет фактором консервации структуры потребления и системы стимулов к труду; обострится проблема качества рабочей силы; усилится упадок социальной инфраструктуры мелких поселений, превращая в самый архаичный и неперспективный для вовлечения в современное производство слой проживающих в них 8,5% населения страны.

Таблица 10

Структура экономически активного населения России

Показатель 1997 г. 1998 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г. 2002г.

Трудовые ресурсы, млн. чел. 84,5 84,9 85,5 86,2 86,7 87,2

Занято в экономике, млн. чел. В том числе: в материальном производстве 64,6 63,7 63 62,8 62,9 63,3

млн. чел. 42,9 42,2 41,4 40,8 40,5 40,6

% в непроизводственной сфере 66,4 66,2 65,7 65 64,4 64,1

млн. чел. 21,7 21,5 21,6 22 22,4 22,7

% Учащиеся, обучающиеся с отрывом 33,6 33,8 34,3 35 33,6 35,9

от производства, млн. чел. 5,7 5,9 6,1 6,3 6,5 6,6

Занято в домашнем хозяйстве, млн. чел. 6,7 6,9 6,8 6,9 7,3 7,5

Незанято в экономике и на учебе, млн. чел. Экономически активное население (занятые в экономике и общая численность 7,5 8,4 9,6 10,2 10 9,8

безработных по МОТ), млн. чел. 72,5 72,3 73,5 73,5 73,4 73,6

С учетом изложенного выше эффективная структурная политика возможна лишь при органичном внимании к демографическим процессам.

Структура государственны расходов и доходов, их обеспечивающих. Структура государственных расходов является определяющей характеристикой страны. Россия по конституции - социальное государство, однако расширенный бюджет правительства (консолидированный бюджет и бюджеты государственных внебюджетных фондов) в 1999-2001 гг. охватывали лишь 32,21-32,97% средств ВВП, тогда как в развитых странах - около 60%. Доходы составляли соответственно 33,64-39,17% ВВП. При таком их уровне для полноценного финансирования государственного сектора экономики не хватает средств, хотя отток капитала за границу достигает все еще око

ло 18 млрд. долл. в год. В этой ситуации микроскопически малым оказывается финансирование фундаментальных исследований (около 1,6% расходов бюджета). В бюджете на 2002 г. доля промышленности, строительства, транспорта, связи, информатики и сельского хозяйства вместе взятых составляет лишь 5,2%. В проекте бюджета на 2003 г. она еще меньше - 4,9%. При нынешнем уровне расходов государства на систему жизнеобеспечения экономики рассчитывать на экономический рост нельзя, поскольку возможности безинвестиционного роста практически исчерпаны: рынок не приемлет продукции, произведенной на основе применения морально устаревших технологий, терпимой лишь в условиях «выживания».

Политика расходов государства должна быть перестроена на новых принципах. Согласно первому средства следует расходовать, не на поддержку, а на развитие. Однако непродуманное закрытие 150 шахт вызвало немалые расходы именно на поддержку - выплату выходных пособий уволенным работникам и т. п. Второй - выделение государственных капитальных вложений под конкурсные инвестиционные проекты. Третий - возвратное финансирование за счет средств бюджета развития, который был сформирован именно для этого, но фактически стал лишь предлогом для создания банка развития, решающего задачи, далекие от развития реального сектора экономики. Четвертый - реорганизация системы мобилизации доходов в бюджет для стимулирования экономического роста. Сегодня эта система содержит многократно повторный счет и оказывает дестимулирующее воздействие. Более всего сдерживают экономический рост налог на добавленную стоимость (НДС) и налог на прибыль. НДС в теоретическом плане является стоимостным выражением валового дохода на уровне предприятия и части национального дохода - на макроуровне. Ограничивающая роль НДС проявляется в высокой доле его в доходах как консолидированного, так и федерального бюджета. Соответственно дестимулирующая роль налога на прибыль также проявляется в его высокой ставке. Несмотря на ее снижение с 35 до 24% с начала 2002 г., при отмене большого количества льгот по этому налогу его доля в доходах как федерального, так и консолидированного бюджета не только не снизилась, но даже возросла. Но самый существенный изъян - в параллельном взимании того и другого налога, что практически означает двойное налогообложение, или повторный счет, так как в одном случае облагается валовый доход, а в другом прибыль (табл. 11).

Таблица 11

Доля основных налогов предприятий в структуре доходов федерального и консолидированного бюджетов РФ*

Вид налога 2001 г.

в условиях действующих законов в случае внесения изменений в налоговое законодательство

ФБ КБ ФБ КБ ФБ КБ

На прибыль 16,0 25,5 17,6 32,1 15,7 28,1

НДС 42,1 26,2 48,6 26,2 47,8 28,1

Пошлина

вывозная 14,7 9,1 9,0 3,5 8,9 5,2

ввозная 5,9 3,6 6,2 5,1 6,1 3,6

Акциз 15,5 11,3 14,0 9,5 13,8 9,9

* ФБ — Федеральный бюджет, КБ — консолидир ованный бюджет.

Одним из основных условий обеспечения адекватности двух названных выше налогов, уплачиваемых предприятиями в бюджет, потребностям стимулирования роста объема производства и качественного обновления структуры выпус

каемой продукции (оказываемых услуг) является не отмена льгот по налогу на прибыль, а их расширение при снижении ставки. Что касается НДС, то с учетом повторного счета он должен быть снижен - в целях стимулирования роста вновь созданной стоимости. Разумеется, пора поставить вопрос об «отдаче» в бюджет государственного имущества. Речь идет о дивидендах акционерных обществ с государственным участием, система контроля за которыми так и не создана.

Структура государственного внутреннего и внешнего долга. Их соотношение в динамике и отношение к объему ВВП свидетельствует не только о бремени, возложенном на экономику, но и о связанности государственных расходов обязательствами по их погашению и обслуживанию. Эта связанность тем значительнее, чем неэффективнее проекты, под которые предоставляются внешние займы. А в процессе расходования валютных заимствований реализовались в основном неэффективные проекты, среди которых нет ни одного проекта национальной значимости. (В основном это проекты канцелярий и содействий реформам.) В то же время внешний долг России на начало 2002 г. составил 146 млрд. долл. - больше тысячи долларов на человека и к концу 2002 г. предположительно будет равен 142 млрд. долл. Предусматриваемые ежегодные выплаты по основному долгу и процентов в размере от 14 до 20 млрд. долл. отодвигают возможности удовлетворения инвестиционных потребностей на второй план - тем более, что государственный внутренний долг в текущем году превысит 600 млрд. руб. Увеличение внутреннего долга ведет к росту нагрузки на федеральный бюджет в виде процентов по обслуживанию долга. В 2003 г. процентные расходы по внутреннему долгу достигнут 56 млрд. руб. (по внешнему - свыше 220 млрд. руб.). В последующие годы процентные расходы по внутреннему долгу будут возрастать более чем на 10% в год. Это очень сильно ограничит возможности роста инвестиций. В целом динамика государственного внутреннего и внешнего долга по отношению к ВВП составляла: в 1993 г. - 71,3%; 1998 г. - 148,7; 2001 г. - 58,6%. Накопленная величина долга очень велика, поэтому особенно актуален пересмотр структуры государственных расходов. В федеральном бюджете необходимо резко увеличить инвестиционную составляющую расходов путем сокращения расточительных текущих расходов.

Из всего сказанного следует, что в российской экономике пока не созданы глу-бокоэшелонированные условия для активизации экономического роста. В намерениях по разработке «амбициозных» сценариев ускорения экономического роста не принимаются во внимание глубина и инерционность негативных процессов в экономике. Вместе с тем, безусловно, необходимы разработка и реализация качественно новой структурной научно-технической политики, адекватно отражающей реалии социально-экономических процессов.

Литература

1. Наука и технологии в России. Прогноз до 2010 года. М.: ЦИСН. 2000.

2. Фельдман Г.А. Аналитический метод построения перспективных планов //Плановое хозяйство. 1929. № 12.

3. Фельдман Г.А. К теории темпов народного дохода (под углом зрения народного хозяйства СССР) // Плановое хозяйство. 1928. № 11.

4. Кондратьев Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика. 1989.

5. Ноткин А.И. Проблемы социалистического воспроизводства. М.: Наука, 1984.

6. Анчишкин А.И. Наука, техника, экономика. М.: Экономика. 1986.

7. Яременко Ю.В. Структурные изменения в социалистической экономике. М.: Мысль. 1981.

8. О развитии государственного сектора экономики Российской Федерации в 1 квартале 2000 г. М.: Госкомстат России, 2000.

9. Яременко Ю.В. Экономические беседы. М.: Центр исследований и статистики науки. 1999.

10. Федеральный справочник. Вып. 10. М.: Родина-ПРО. 2002.

11. Селезнев А.З. Фактор времени в стратегии ускорения. М.: Мысль, 1989.

12. Селезнев А.З. Конкурентные позиции и инфраструктура рынка России. М.: «ЮристЪ», 1999.

13. Экономика и жизнь. 2002. №16.

14. Основные показатели прогноза социально-экономического развития Российской Федерации до 2002 г. Материалы к проекту бюджета РФ на 2000 г.