Семантико-образная структура фразеологии литературного языка (на материале фразеологических корпусов русского, белорусского и немецкого языков)

Ф1ЛАЛАГ1ЧНЫЯ НАВУК1

141

УДК 81.37:81—116

СЕМАНТИКО-ОБРАЗНАЯ СТРУКТУРА ФРАЗЕОЛОГИИ ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА

Е. Г. Панфилова

кандидат филологических наук,

зав. кафедрой немецкого языка УО «ГГУ им. Ф. Скорины»

В статье рассмотрена семантико-образная структура русской, белорусской и немецкой фразеологии на основе моделирующего корпуса с высокочастотными существительными, прилагательными и глаголами. Показан удельный вес полных идиом, частичных идиом и неидиоматичных фразем и удельный вес образных и необразных фразем.

Введение

На сегодняшний день актуальной для фразеологии является проблема количественного представления грамматической и семантико-образной структуры фразеологических фондов языков. В лингвистической литературе достаточно полно рассмотрены структурные, морфологические, синтаксические и семантические свойства фразеологизмов, выделены классы фразем в аспектах уровневой принадлежности, структуры, частеречной принадлежности, а также классы фразем с точки зрения устойчивости, идиоматичности и образности. Однако в литературе трудно найти оценки количественных соотношений между теми или иными разрядами фразем, особенно это касается соотношений между идиомами и неидиоматичными фраземами, между устойчивыми и неустойчивыми фраземами, между идиомами образными и необразными.

Цель и методы исследования. В предлагаемой статье представлены результаты исследования, одна из задач которого заключалась выявлении семантико-образной структуры фразеологических фондов русского, белорусского и немецкого языков. Поскольку исследовать всю совокупность фразем того или иного языка не представляется возможным из-за огромного объема, количественные соотношения, значимые для трех языков, были выявлены при помощи метода лингвистического моделирования. Для каждого из языков был создан корпус фразем, в который вошли по 30 фразеологических гнезд с высокочастотными существительными, прилагательными и глаголами (для трех языков эти слова являются переводными соответствиями), взятыми случайным образом. Под «фразеологическим гнездом» в работе понимается вся совокупность фразем с той или иной лексемой, представленная во фразеологической («заромбовой») части словарных статей в нормативных толковых словарях трех языков. Объемы рассматриваемых корпусов следующие: в русском языке 952 фраземы, в белорусском - 1110, в немецком - 2020. Релевантность выявленных количественных различий определялась с использованием апробированных в вычислительной лингвистике приемов оценки

статистической надежности, содержащихся в книге И. А. Носенко (на основе вычисления коэффициентов статистической значимости различий по выборочному критерию) [1].

Результаты исследования и их обсуждение

Чтобы увидеть семантико-образную структуру фразеологии русского, белорусского и немецкого языков, было установлено количественное соотношение полных идиом, частичных (мотивированных) идиом и неидиом, а также образных и необразных фразем во всей рассматриваемой фразеологии путем суммирования количественных данных по распределению неидиоматичных и идиоматичных (немотивированных и мотивированных образно) оборотов в кругу разных типов фразем (номинативных и коммуникативных).

В настоящей работе идиоматичность фразем определялась по методике, предложенной И. А. Мельчуком [2]. По данным толковых словарей устанавливались значения лексем, входящих в состав оборотов, причем учитывались все приводимые словарем значения многозначных слов. Наличие у фраземы идиоматичности констатировалось в том случае, если хотя бы один компонент в ее составе выступает не в своем узуальном значении и при этом встречается за пределами данного сочетания в своих узуальных значениях. Например, в обороте цёмная вада ‘слепата,

142

ВЕСШК МДПУ імя I. П. ШАМЯК1НА

выкліканая атрафіяй зрокавага нерва’ (ТСБМ, I, 448) лексемы цёмная и вада выступают не в словарных значениях и могут употребляться за пределами фраземы: цёмная ноч, холодная вада и т.д., что дает основание отнести ФО к идиомам. Отсутствие прямой и образной мотивированности свидетельствует о том, что рассматриваемая фразема является сращением.

Фраземы могут быть идиоматичны по одному компоненту (рус. белые стихи ‘нерифмованные стихи’ (MAC, I, 78)) или нескольким (нем. bei Wasser und Brot sitzen (доел, ‘сидеть на хлебе и воде’) ‘быть в заключении’ (Dud, XI, 847)). Те фраземы, в которых есть компонент, выступающий в узуальном, но не прямом значении, относятся к полуидиомам или коллокациям, например, бел. мёртвая мова ‘старажытная мова, на якой ужо не гавораць’ (ТСБМ, III, 170). В данной фраземе лексема мёртвая выступает в переносном значении ‘4. перан. Пазбаўлены жыццёвасці; неактуальны’ (ТСБМ, III, 149).

Если все компоненты фраземы выступают в своих прямых словарных значениях, фразема не является идиомой. Так, например, в фразеологическом выражении белая гвардия ‘общее название контрреволюционных войск в период гражданской войны в Советской России в 1918-1920 гг.’ (MAC, I, 302) все компоненты употреблены в своих прямых узуальных значениях: белый ‘5. В первые годы Советской власти: контрреволюционный, действующий против Советской власти или направленный против нее’ (MAC, I, 78), гвардия ‘Лучшие, отборные части войск’ (MAC, I, 302). Не обладают свойством идиоматичности и фраземы, в которых один из компонентов имеет фразеологически связанное значение, а остальные употреблены в прямых словарных значениях, например, нем. Buhei machen ‘делать BuheV ‘разг. делать много шума, суеты вокруг чего-л.’ (Dud, XI, 149). Такие обороты относятся к классу фразеологических сочетаний.

Таким образом, на основании таких свойств сочетаний лексем как идиоматичность (полная или частичная (образная)) и устойчивость, среди номинативных фразем со структурой словосочетания и предложения в материале трех языков были выделены фразеологические сращения, единства, сочетания и выражения.

Фразеологические сравнения и коммуникативные фраземы (речевые формулы) из-за своей специфики не могут быть отнесены к тому или иному из перечисленных выше классов фразем. Специфика фразеологических сравнений по отношению к другим типам фразем заключается в том, что это обороты, состоящие из двух частей (тематической и рематической); в компаративных фраземах происходит не переименование референта, названного или подразумеваемого в тематической части, а его уподобление тому явлению или предмету, который представлен в эталонной (рематической) части сравнения. Среди фразеологических сравнений были выделены мотивированные и немотивированные обороты. В случае, если не понятно, на каком основании одно явление сравнивается с другим, то фразеологическое сравнение относится к идиомам, например, нем. wie ein Schluck Wasser in der Kurve (доел, ‘как глоток воды на повороте’) ‘разг. бессильный, без поддержки, кривой’ (Dud, XI, 673). Если сравнение воспроизводит понятные и наглядные уподобления одних явлений другим, то оно лишено идиоматичности, однако обладает свойством образности (бел. як вады ў рот набраць'яічота не гаварыць, маўчаць’ (ТСБМ, III, 209)).

Специфика коммуникативных фразем по отношению к номинативным ФО связана с наличием у них более сильного прагматического компонента - иллокуции, а также с их принадлежностью к уровню коммуникативных единиц языка. В исследуемом корпусе коммуникативных фразем нами были выделены четыре класса ФО по степени идиоматичности: 1) коммуникативные фраземы с максимальной степенью идиоматичности (нем. der wird Soldat (доел, ‘этот становится солдатом’) ‘комментарий, когда карта бита’(Dud, XI, 711)); 2) коммуникативные фраземы со средней степенью идиоматичности (рус. держи карман шире ‘прост, не 5цди, не рассчитывай, не надейся (говорят в насмешку ожидающему чего-л.)’ (MAC, I, 390)); 3) коммуникативные фраземы с низкой степенью идиоматичности (нем. weiJ3 der Teufel! (доел, ‘знает черт!’) ‘разг. я этого не знаю’ (Dud, XI, 767)); 4) коммуникативные фраземы с нулевой или минимальной степенью идиоматичности (бел. шчаслівай дарогі! ‘добрае пажаданне ў дарогу’ (ТСБМ, I, 141)).

В группу полных (немотивированных) идиом были включены фразеологические сращения и немотивированные фразеологические сравнения из числа номинативных фразем, а из числа коммуникативных фразем - коммуникативные клише с высокой степенью идиоматичности. В группу частично мотивированных идиом вошли фразеологические единства и коммуникативные клише со средней и низкой степенью идиоматичности. К группе неидиом относятся такие классы

ФІЛАЛАГІЧНЫЯ НАВУКІ

143

номинативных фразем, как фразеологические выражения и сочетания, а также мотивированные фразеологические сравнения и коммуникативные клише нулевой степени идиоматичности.

Образную часть рассматриваемой фразеологии составляют фразеологические единства, коммуникативные клише средней степени идиоматичности и мотивированные компаративные фраземы. Не обладают свойством образности фразеологические сращения, сочетания и выражения, коммуникативные клише максимальной, низкой и нулевой степени идиоматичности и немотивированные фразеологические сравнения.

Количественное соотношение полностью идиоматичных, частично идиоматичных и неидиоматичных фразем в корпусах фразеологии рассматриваемых языков представлено в таблице 1. Количественное соотношение образных и необразных ФО в составе всей фразеологии трех языков представлено в таблице 2.

Таблица 1 - Количественное соотношение полных идиом, частичных идиом и неидиом в рассматриваемой фразеологии русского, белорусского и немецкого языков

ФО Русский материал Белорусский материал Немецкий материал

Полные идиомы 80 (8,4%) белые стихи 67 (6%) чырвоны радок 151 (7,5%) am grtinen Holz

Частичные идиомы 711 (74,7%) вешать голову 849 (76,5%) біцца галаеой аб сцяну 1570 (77,7%) totes Kapital

Неидиомы 161 (16,9%) дело делать 194 (17,5) шчасліеай дарогі! 299 (14,8%) ein Beispiel geben

Всего 952

Таблица 2 - Количественное соотношение образных и необразных фразем в рассматриваемой фразеологии русского, белорусского и немецкого языков

ФО Русский материал Белорусский материал Немецкий материал

Образные 712 (74,8%) дырявая голова 870 (78,4%) воны на патыліцы 1594 (78,9%) auf den Hmden sitzen

Необразные 240 (25,2%) знать меру 240 (21,6%) вялікая скорасць 426 (21,1%) Aufenthalt nehmen

Всего 952

Как показывают количественные данные таблицы 1, основную часть фразеологических корпусов трех языков составляют идиоматичные фраземы. Фразеология русского, белорусского и немецкого языков на 75-78% состоит из частично мотивированных (как правило, образных) идиом; удельный вес полных идиом колеблется от 6% (в белорусском материале) до 8,4% (в русском материале). Неидиоматичные фраземы составляют от 15% до 17% рассматриваемой фразеологии. Процент образной фразеологии в материале трех языков почти в четыре раза превышает удельный вес необразных оборотов (см. данные таблицы 2).

Оценка статистической значимости межъязыковых различий в представленности полных идиом, частичных идиом и неидиом в исследуемых корпусах трех языков показала, что статистически значимым является только различие в количественном соотношении полных идиом в русской и в белорусской фразеологии. В остальных случаях значение коэффициентов надежности межъязыковых различий ниже, чем пороговое значение 1,96, что свидетельствует о фактически одинаковой семантико-образной структуре фразеологии русского, белорусского и немецкого языков (подробно см. [3, 348-349, Т. 2]).

Более высокий удельный вес полных (немотивированных) идиом в рассматриваемом русском и немецком материале, чем в белорусском, объясняется более поздним периодом формирования современного белорусского литературного языка по сравнению с немецким и русским. Так, нормы современного немецкого литературного языка восходят к переводам Библии М. Лютера (XVI в.), нормы современного русского литературного языка представлены в текстах XVIII - начала XIX вв., в то время как основным периодом формирования современного белорусского литературного языка считается вторая половина XIX в. [4, 387-388]. Чем старше

144

ВЕСШК МДПУ імя I. П. ШАМЯК1НА

язык, тем больше в его фразеологическом фонде оборотов, утративших образную мотивированность значения, а также больше фразем, содержащих лексические и грамматические архаизмы. Необходимо отметить, что более ранними периодами формирования современных литературных русского и немецкого языков, чем белорусского, объясняется и то, что в русской и немецкой фразеологии больше удельный вес неидиоматичных фразем, содержащих слова с фразеологически связанным значением (фразеологических сочетаний), чем в белорусской.

Выводы

В исследованных корпусах фразем русского, белорусского и немецкого языков образные идиомы составляют примерно 75%, необразные идиомы - около 6-8%, неидиоматические фраземы - примерно 15-17%. Таким образом, фразеология рассматриваемых языков в аспекте идиоматичности и образности не имеет каких-либо значительных различий, о чем свидетельствует приблизительно равное количественное соотношение идиоматичных и неидиоматичных фразем, а также образных и необразных оборотов. Кроме того, как среди номинативных клише, так и среди речевых формул ранги фразем по степени идиоматичности в трех языках совпадают, также приблизительно равен удельный вес образных и необразных фразем. Это свидетельствует о том, что процессы фразеологизации свободных сочетаний лексем носят общелингвистический характер.

Перечень принятых сокращений

MAC - Словарь русского языка : в 4 т. / под ред. А. П. Евгеньевой. - М., 1985.

ТСБМ -Тлумачальны слоўнік беларускай мовы: у 5 т. (6 кн.) / пад агульн. рэд. К. К. Крапівы. -Мінск, 1977-1984.

ФО - фразеологический оборот.

Dud. -Duden in 12 Banden. Bd. 11. Redewendungen und sprichwortliche Redensarten: 3. Auflage. Mannheim; Leipzig; Wien; Zurich, 2008.

Литература

1. Носенко, И. А. Начала статистики для лингвистов / И. А. Носенко. - М. : Высшая школа, 1981. -

157 с.

2. Мельчук, И. А. О терминах «устойчивость» и «идиоматичность» / И. А. Мельчук // Вопр. языкознания. - 1960. - № 4. - С. 73-80.

3. Панфилова, Е. Г. Семантико-грамматическая структура корпуса фразем с высокочастотными существительными, прилагательными и глаголами (на материале русского, белорусского и немецкого языков): дисс. ... канд. филол. наук : 10.02.19 /Е. Е. Панфилова. - Минск, 2012. - Т. 1. - 332 л., Т. 2.-351 л.

4. Мечковская, Н. Б. Безличность, неопределенность и обобщенность лица в структуре категории персональности / Н. Б. Мечковская // Personality und Person / Red. H. Jachnow. - Wiesbaden, 1999. - S. 97-124.

Summary

The article considers semantic-figmative structures of phraseology of Russian, Belarusian and German languages based on modeling corpus with high-frequency nouns, adjectives and verbs. It also shows the proportion of idiomatic/nonidiomatic and figurative/nonfigurative phrasemes.

Поступила e редакцию 21.10.13