В деле Ивана Сафронова попросили не материться

Оглашению письменных материалов было посвящено очередное, третье по счету заседание тройки судей Мосгорсуда по уголовному делу о госизмене, в которой обвиняется бывший специальный корреспондент “Ъ” и «Ведомостей», советник главы «Роскосмоса» Иван Сафронов. Защита заявила, что ее поставил в тупик «хаотичный» и выборочный порядок предоставления документов, предоставленный прокурорами. Еще большую сумятицу в ход процесса внесло решение гособвинителя опускать нецензурные выражения, которые фигурируют в оперативных материалах дела.

Иван Сафронов

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Третий день слушаний по существу дела Ивана Сафронова совпал с его профессиональным праздником — Днем космонавтики, поскольку бывший журналист до сих пор числится действующим советником главы «Роскосмоса». Впрочем, никаких преференций по этому поводу ни сам обвиняемый, ни его адвокаты не получили.

Как пояснил “Ъ” один из его защитников Дмитрий Талантов, вход в зал заседания, как и прежде, был огорожен четырехугольником из кресел, чтобы никто даже одним глазком не мог случайно заглянуть в дверную щель или замочную скважину. Кроме того, перед началом слушаний над входной дверью специальный динамик постоянно издавал шипящий звук, чтобы из зала, где слушается закрытое грифами секретности и гостайны уголовное дело об измене в форме шпионажа (ст. 275 УК РФ) не донеслось ни единого звука.

Сам Иван Сафронов, как уточнили представители его защиты, приехал на слушание не в ставших уже привычными джинсах и свитере, а в спортивном костюме. «Правда, очень стильном и красивом, черного цвета»,— поделились своим мнением адвокаты. Они отметили, что само заседание было посвящено рутинному зачитыванию письменных материалов расследования. «Но прокуроры подошли к этой привычной всем нам процедуре нестандартно, став зачитывать по своему выбору только лишь небольшую часть документов, относящихся в основном к разговорам разных людей»,— рассказал господин Талантов. По его словам, логики в этом хаотичном нагромождении фраз было крайне мало, о чем он незамедлительно и сообщил суду.

Защите, в частности, было непонятно, что же именно обстоятельства доказывают или какой эпизод описывают оглашенные фразы. Однако в каких-либо пояснениях ему было отказано, так как тройка судей посчитала, что это дело стороны обвинения, как подавать материал.

Впрочем, после нескольких недоуменных вопросов защитников гособвинитель Борис Локтионов, как отметил господин Талантов, стал спрашивать сторону защиты, согласна ли она с выборочным оглашением материала. «Я каждый раз говорил: "Конечно, нет!", после чего оглашение продолжалось в прежнем режиме»,— рассказал защитник, отметив, что после третьего обращения к нему не выдержал и поинтересовался, зачем же ему задают такие вопросы, если ответ на них никого не интересует. В ответ на это он получил объяснение: чтобы у суда не было претензий, что вызвало улыбки даже у коллег председательствующего.

Поводы улыбаться, как считают представители защиты, были и позже. Особенно когда сменившая при оглашении материалов Бориса Локтионова его коллега-девушка в форме прокурора оповестила присутствующих, что нецензурные слова из оглашаемых бесед она будет опускать.

«После этого в отрывочных документах и фразах пропали все остатки логики: без общеизвестных российских связок понять это нереально»,— сообщил Дмитрий Талантов. Он также рассказал, что сам Иван Сафронов вел себя во время чтения прокурорами бумаг, как всегда, живо и эмоционально.

Перед окончанием заседания адвокаты попытались еще раз уточнить, будут ли гособвинители заранее предупреждать, какие материалы они собираются оглашать или какого свидетеля допрашивать в очередных судебных заседаниях. «Мы получили сразу два категоричных "нет"»,— заявили представители защиты, отметив, что, по их убеждению, это «форма злоупотребления правом. Он также отметил, что конвой не мешает общению с доверителем во время технических перерывов, а манера общения суда с участниками достаточно вежливая и доброжелательная. «Впрочем, мы и не ждали каких-то мелких придирок на фоне общего масштабного нарушения права на защиту»,— резюмировал господин Талантов, пояснив, что сейчас в деле Ивана Сафронова объявлен небольшой перерыв до следующей недели.