Ничего лишнего

Слова "энергоэффективность" и "энергосбережение" начали употребляться налево и направо еще в конце 2000-х годов, когда официально было признано, что российская экономика тратит энергоресурсы крайне расточительно. Сейчас все: от энергетиков до потребителей — уже согласны с тем, что расходовать энергию надо более эффективно.

Энергосбережение большой генерации

Даже если "забыть" о том, какие программы по повышению энергоэффективности принимает государство и какие энергосберегающие мероприятия самостоятельно проводят предприятия и организации, российская энергетика и без этого постепенно снижает расход энергоресурсов. Дело в том, что практически любое новое строительство или модернизация старых мощностей сами по себе являются энергосберегающими проектами. Так, КПД "старой" генерации — ТЭС и ГРЭС, построенных в 40-80-х годах прошлого века, как правило, не превышает 40%. Современные парогазовые установки, представляющие собой комбинацию газовых и паровых турбины, могут достигать КПД в 60% по выработке электроэнергии. Удельный расход топлива на производство 1 кВт ч снижается до уровня 330 г условного топлива. Если же использовать остающееся тепло для горячего водоснабжения или обогрева домов, то суммарный КПД парогазового энергоблока может приближаться чуть ли не к 90%.

То есть каждый построенный в России современный блок ТЭС или ГРЭС можно честно называть мероприятием, направленным на энергосбережение. Более того, если сконцентрироваться на энергосбережении в сфере сокращения использования ископаемого топлива — угля, газа, нефтепродуктов, то замена старых ТЭЦ на новые мощности (будь то парогазовая и современная угольная генерация или новые электростанции на возобновляемых источниках энергии) — это ключевой элемент любой политики в области энергоэффективности.

В конце 2000-х годов и начале этого десятилетия и государство, и энергокомпании начали активно строить новую генерацию. В рамках обязательных инвестпрограмм генкомпаний (ОГК и ТГК), утвержденных государством, к 2015-2017 годам должно быть введено до 30 ГВт эффективной генерации. Это примерно пятая часть от максимальной нагрузки на энергосистему страны. Правда, только таким способом энергоэффективную экономику не построить. Во-первых, это дорого: окупаемость новых мощностей обеспечивают потребители, вынужденные платить за эффективную энергию больше, чем за ту, что выработана на старых ТЭЦ и ГРЭС. Во-вторых, эффективное производство электричества — это даже не полдела. Нужно еще эффективно передать киловатт-часы потребителю, а тот должен их эффективно потратить.

Но и сами энергетики могут быть обычными потребителями: электростанции всегда тратят несколько процентов от выработки на собственные нужды. Поскольку эта энергия, которая раньше воспринималась как даровая, перестала быть для генерации бесплатной, приходится и здесь заниматься энергосбережением. Активным снижением энергозатрат на себя занимаются сейчас многие энергокомпании. Например, "Квадра" (экс-ТГК-4), владеющая ТЭЦ в регионах центра России, сообщала о том, что только в 2011 году вложила в собственную энергоэффективность 400 млн руб. Экономический эффект от собственной программы по энергосбережению в 2010-2012 годах, по прогнозам компании, должен был составить около 155 млн руб.

Бережливость в сети

То, что при передаче электроэнергии по магистральным и распределительным сетям часть киловатт-часов теряется,— процесс естественный. Для России с ее громадными расстояниями эта проблема особенно актуальна. В ряде регионов страны до потребителя не доходит почти пятая часть электроэнергии, выработанной генерацией. Так, в сетях "МРСК Северного Кавказа" потери превышали 20%. Но и в Московской объединенной электросетевой компании, которая считается одной из лучших по техническому состоянию в стране, потери все еще превышают 10%.

Сократить потери в сетях можно, например строя новые, более экономичные линии электропередачи и подстанции, заменяя старое оборудование, выработавшее свой ресурс. Государство в 2010-2012 годах ввело для электросетевых компаний новый механизм финансирования инвестпрограмм — RAB-тарифы, которые разрешают сетям резко увеличить вложения в строительство и модернизацию. Скачок инвестиций обеспечивался как более быстрым ростом тарифов (например, при введении RAB-системы в Федеральной сетевой компании в 2010 году тариф компании сразу увеличился в полтора раза), так и активными заимствованиями, отдавать которые предполагается из тарифов будущих периодов.

Но и здесь энергетика быстро столкнулась с той же проблемой, что и при вводах новой генерации. Кошельки потребителей не бездонны, и их возможности по оплате повышенных тарифов энергетиков приближаются к пределу. Сейчас уже практически половина цены, которую промышленные потребители платят за электроэнергию, уходит сетям. А общий уровень тарифов таков, что многие задумываются о строительстве собственных небольших электростанций. Статистики говорят о том, что импорт оборудования для малой генерации в последние годы резко вырос, что говорит о скачке спроса. Все это означает, что только за счет модернизации большой энергетики — мощных электростанций и более эффективных электросетей — решить проблему энергоэффективности не удастся. Как минимум, здесь нужны и усилия самих потребителей.

Лишние излишки

Простым и надежным лозунгом советских времен "Уходя, гасите свет" больших успехов в деле энергосбережения добиться сложно. Хотя и здесь, пожалуй, можно достичь заметных успехов. Например, огромный резерв в повышении энергоэффективности по-прежнему сохраняется в области привычного уличного освещения. Как правило, здесь и сейчас используются обычные лампы накаливания, которые значительную часть затраченной энергии излучают не видимым светом, а, например, в виде никому не нужного тепла. Чтобы заметно снизить расход энергии на улицах, достаточно просто заменить люминесцентные лампы на более эффективные светодиодные. Подобную систему начали внедрять в Екатеринбурге еще в 2009 году, что сразу дало заметный эффект: на тех улицах, где появились экономичные лампы, энергорасход упал на треть. Но энергоэффективные лампочки — это только начало. Так, Россия в силу исторических причин является мировым лидером в сфере централизованного теплоснабжения. Можно спорить, насколько такая схема хороша или плоха, но в любом случае понятно, что уйти от теплосетей, котельных и ТЭЦ в ближайшие десятилетия отечественное ЖКХ явно не сможет. Тем не менее теплоснабжение в России — это на треть или даже наполовину обогрев не домов, а окружающей среды. Потери тепловой энергии в 30-50% стали обычным делом. Причем проблема здесь кроется не только в том, что магистральные теплосети за десятилетия недофинансирования состарились и плохо доводят тепло до потребителя. Сам потребитель тоже тратит тепло крайне неэффективно.

В большинстве случаев в домах и офисах нет банальных счетчиков тепла, а это означает, что теплоснабжение идет по нормативам. Если в помещении стало холодно, приходится подключать дополнительные обогреватели, если слишком жарко — открывать окна и форточки. При этом в холодной России до сих пор повсеместно распространены традиционные окна с деревянными рамами и обычными стеклами, через которые уходит огромное количество тепла. Правда, вряд ли кто-то сейчас может хотя бы примерно сказать, сколько миллиардов рублей потребуется ЖКХ на то, чтобы утеплить фасады зданий, снизить потери тепловой энергии при транспортировке, наладить контроль за расходом пара и горячей воды и так далее.

Проверка на эффективность

В действительности многие потребители просто не понимают, где они тратят лишнюю энергию и как от этих ненужных расходов можно уйти. Во многом это вопрос привычных моделей энергопотребления: организации жгут электричество так же, как жгли его 20-30 лет назад, и тратят тепловую энергию по старинке, бесконтрольно. Когда в компанию приходит очередной счет, менеджеры сетуют на рост энергоцен, но сделать следующий шаг и начать расходовать электричество более эффективно гораздо сложнее. Но думать об этом уже приходится, поскольку энергоснабжение дорожает и вряд ли когда-нибудь опять будет стоить столько, что на эти расходы можно будет не обращать большого внимания. "Сегодня потребитель становится более квалифицированным — жизнь заставила — по сравнению с потребителем вчерашним. Более всех заинтересованным в качестве является сам потребитель",— отмечал в интервью порталу SmartGrid.Ru директор по развитию партнерской сети Агентства стратегических инициатив Александр Пироженко, говоря о ситуации с эффективностью отечественной энергетики.

Но для того чтобы активно заниматься энергоэффективностью, нужно четко понимать, где можно экономить. То есть провести энергоаудит. Фактически энергоаудит подразумевает проверку организации или компании на "лишние" траты электроэнергии и тепла. Пока в России именно энергоаудит сейчас является одним из основных и наиболее распространенных мероприятий по повышению энергоэффективности. Он сравнительно дешев, ведь реальные действия по энергосбережению тоже требуют заметных инвестиций, тогда как проверки и анализ сами по себе все же необязательно пробьют дыру в бюджете предприятия. Кроме того, энергоаудит во многих случаях является обязательным и повсеместным: государство требует его проведения от всех бюджетных организаций.

При этом именно распространяющаяся практика энергоаудита стимулирует развитие энергосбережения как самостоятельной отрасли. Появляются компании, которые специализируются именно на таких исследованиях. В частности, энергоаудитом активно стремятся заниматься энергосбытовые компании. Для тех из них, кто работает по регулируемым тарифам (гарантирующих поставщиков), энергоаудит является одной из немногих возможностей увеличить свою выручку и выйти на нерегулируемый рынок. Например, на это делает ставку и крупнейший отечественный гарантирующий поставщик "Мосэнергосбыт", снабжающий электроэнергией практически всех потребителей Москвы и Подмосковья. Так, глава компании Петр Синютин отмечал, что в 2011 году за счет проведения энергообследований, модернизации оборудования потребителей, введения систем учета энергии и т. п. только на шести предприятиях в Москве было сэкономлено около 1 млн квт ч. В реальности это примерно 0,1% годового потребления России, но при распространении подобной практики счет пойдет уже не на доли процента, а, наверное, на десятки процентов.

Сейчас в России в области энергосбережения и повышения энергоэффективности сложилась уникальная и крайне перспективная ситуация. Длительная консервация энергетики, созданной в советские времена, привела к тому, что мы значительно отстали в этой сфере от развитых стран. Но при этом Россия может свободно заимствовать за рубежом уже готовые и опробованные решения. А применение даже локальных улучшений, не говоря уже о системном подходе, способно практически сразу дать значительный эффект.