"Система" разберется с "Русснефтью"

"Система" смогла договориться о покупке 49% "Русснефти" за $100 млн. Взамен "Системе" достанется актив, обремененный $7,5 млрд долга, и этим проблемы "Русснефти" не исчерпываются. Ее добыча падает, у ее дочерних обществ есть крупный миноритарий — международный трейдер Glencore, который сам собирался получить 49% в нефтекомпании, а структура собственности активов "Русснефти" непрозрачна, в половине своих дочерних предприятий напрямую она владеет только 51%.

В пятницу "Система" сообщила, что подписала соглашение, которое позволит ей получить у структур Михаила Гуцериева 49% "Русснефти", заплатив до $100 млн (см. "Ъ" от 27 марта). "Русснефть" — восьмая по объему добычи российская нефтекомпания, 49% акций компании останется у Михаила Гуцериева, еще 2% — у Сбербанка. Сама "Система" уже занимается нефтяным бизнесом, контролируя предприятия башкирского ТЭКа — добывающую "Башнефть" и четыре НПЗ.

У "Русснефти" целый комплекс проблем. Первая — это большие долги, $7,5 млрд перед Сбербанком и международным трейдером Glencore, говорит Валерий Нестеров из "Тройки Диалог". Кроме того, хотя "Русснефть" и не самая большая компания, ее активы разбросаны по всей стране, ведь она "собиралась по кусочкам из того, что осталось на рынке", отмечает эксперт, добавляя, что у компании много мелких и истощенных месторождений.

В прошлом году "Русснефть" была лидером по темпам падения добычи, которая снизилась на 11% (до 12,7 млн т), говорит Виталий Крюков из ИФД "Капиталъ". Хотя часть падения может быть компенсирована, полагает эксперт. Одна из крупнейших дочерних компаний "Русснефти" — "Аганнефтегазгеология" — в феврале сообщила, что после выполнения программы эксплуатационного бурения 2010 года компания сможет добывать 1,9 млн т нефти, что почти вдвое больше, чем в 2009 году.

Еще одна проблема — структура активов "Русснефти", ведь они не консолидированы, отмечает Виталий Крюков. Из принадлежащих компании почти 40 дочерних обществ в половине "Русснефть" владеет только 51%, в том числе в крупнейших добывающих компаниях, таких как "Белые ночи", "Аки-Отыр", "Аганнефтегазгеология", 49% которых контролируется офшорными или российскими структурами (их бенефициары не названы).

Из-за сложной структуры собственности у покупателей "Русснефти" уже возникали сложности. В 2007 году о приобретении компании договорился Олег Дерипаска, однако в начале 2008 года выяснилось, что 180 АЗС "Русснефти" проданы не ему, а ЛУКОЙЛу за $500 млн. Правда, оформить сделку по покупке "Русснефти" Олегу Дерипаске не удалось, и в январе 2010 года компания вернулась к своему прежнему владельцу Михаилу Гуцериеву. "Системе" разобраться в структуре собственности "Русснефти" может помочь Александр Корсик, отвечающий в компании за ТЭК, а до начала 2009 года возглавлявший совет директоров "Русснефти".

Некоторые миноритарии дочерних обществ хорошо известны. В ООО "Западно-Малобалыкское" "Русснефть" работает вместе с венгерской MOL. А в трех дочерних обществах — "Варьеганнефти", "Ульяновскнефти" и "Нафта-Ульяновске" — по 39-49% принадлежит международному трейдеру Glencore, который занимается торговлей нефтью и металлом. Ему "Русснефть" должна 45 млрд руб. В конце 2008 года Glencore сам обращался в антимонопольные органы за разрешением на покупку 49% "Русснефти". Сейчас свой интерес к компании трейдер не комментирует. "Мы намерены продолжать работать совместно с другими кредиторами ("Русснефти".— "Ъ") и надеемся найти разумное решение для всех сторон, чтобы реструктурировать компанию и развивать ее производство в дальнейшем",— сказали на прошлой неделе Reuters в Glencore.

Одобрение сделки кредиторами — одно из условий ее завершения, сообщила в пятницу "Система". Кроме того, сделка будет закрыта только по итогам аудита, результаты которого могут снизить стоимость актива. До этого момента "Система" не будет принимать участие в управлении "Русснефтью". Но в будущем интеграция активов двух компании принесет пользу обеим, уверен Валерий Нестеров.