Кто в ответе за Алису?

Кто в ответе за Алису?

Денис Филиппов

Руководитель речевых и диалоговых технологий Яндекса

Вадим Дозорцев:

В Москве 14 часов, середина дня, в эфире «Воскресный бранч», у микрофона Вадим Дозорцев и Екатерина Кондратьева. Привет, Катя.

Екатерина Кондратьева:

Привет, Вадим. Всем привет.

Вадим Дозорцев:

Слушай, новость, до эпохального матча, матча жизни, как говорит Артемий Дзюба, осталось 3 часа. Поэтому мы проведём эти минуты нашего эфира, практически не касаясь футбола, к счастью. Но в конце мы обязательно на эту тему, конечно, поговорим, правда же? Чуть-чуть. Ну что же, друзья, сегодня у нас тема «Кто в ответе за Алису?». Или искусственный интеллект в нашей жизни. У нас в гостях интереснейший гость, Денис Филиппов, руководитель, если я правильно скажу, подразделения речевых технологий.

Денис Филиппов:

И диалоговых.

Вадим Дозорцев:

А, не просто говорить, ещё в диалог вступать. Диалоговых технологий Яндекс.

Денис Филиппов:

Это важно.

Вадим Дозорцев:

Привет, Денис!

Денис Филиппов:

Привет, Вадим.

Вадим Дозорцев:

Очень рад тебя видеть. Ну что же, твой прогноз на сегодняшний вечер?

Денис Филиппов:

Я болею за Россию, а прогнозы, сам знаешь, такое дело, опасное. Всё-таки Испания.

Вадим Дозорцев:

Эх, мы надеялись, что человек, который близок к искусственному интеллекту.

Денис Филиппов:

К Big Data.

Вадим Дозорцев:

К Big Data скажет сокровенное. Ну, хорошо, мы в конце вернёмся. Слушай, мы с тобой знакомы уже не первый год, и мы с тобой познакомились, когда ещё не было Яндекса.

Денис Филиппов:

Причём, мы с тобой лет 10 уже знакомы, а то и больше.

Вадим Дозорцев:

Да. Несколько лет у тебя был свой проект, посвящённый этим технологиям.

Денис Филиппов:

Всё так.

Вадим Дозорцев:

Вспоминаешь его?

Денис Филиппов:

Буквально каждый день. Нет, серьёзно, свой проекта, это такая школа и такой опыт, который закладывает какую-то основу в своей работе и текущей, всегда есть отсылки к тому опыту.

Вадим Дозорцев:

А как тебя заметил Яндекс, как попал на радар больших мальчиков?

Денис Филиппов:

На самом деле, всё очень просто было, прозаически. Просто у нас, мы делали свой проект, наверное, года три. На финальной стадии мы очень активно искали инвесторов, это был, наверное, год 2011-й. Обошли вообще всех, кого возможно, денег не нашли, свои деньги начали заканчиваться стремительно и, в общем-то, встала задача, надо искать работу, кормить семью и так далее. Свой проект начали прикрывать, я начал искать работу и первым делом в поиске Яндекса вбил «речевые технологии, IT менеджмент» и всё такое. И мне вываливается буквально первой ссылкой вакансия в Яндексе «менеджер речевых технологий». Я такой: о, класс. Но в Яндексе я вообще никогда не мечтал работать, у меня банковская специфика всегда была. Мой проект был, конечно, такой, прямо чистый IT и тоже про искусственный интеллект. Думаю, надо попробовать. Сходил, пособеседовался, 3, по-моему, у меня собеседования было, потом мне прислали оффер. OK, пойду работать.

Вадим Дозорцев:

Слушай, а вы когда искали деньги, вы не ходили в Яндекс?

Денис Филиппов:

Ходили в Яндекс, ещё тогда Илья был жив, но, скажем так, мы делали по-честному такой немножко Яндекс. То есть поиск услуг и сервисов по телефону, потом у нас ещё был веб сайт тоже, в общем-то, мы очень сильно пересекались с Яндексом, с Яндекс картами, и поэтому, наверное, Яндексу не так было интересно нас покупать в то время.

Вадим Дозорцев:

OK. Слушай, а как, у вас тоже было, я сейчас так, по-американски, по-спортивному маскот символ, наименование вашего проекта тоже было какое-то женское чудное имя.

Денис Филиппов:

У нас имя, сервис вообще про что был. Можно было позвонить на номер телефона и такого виртуального девушку-робота попросить найти какую-нибудь услугу. Например, уборка квартир или ближайший эвакуатор, всё, что угодно. Собственно говоря, вот этот робот, он представлял собой, по сути, голос, который вы слышали в телефоне. Этот голос был от компании Nuance и он назывался, я не знаю, почему, он назывался Милена. Мы подумали, Милена, будущее, все дела, давайте нашего робота тоже назовём Милена. Вот так и получилось имя.

Екатерина Кондратьева:

Ты сказал, что голос был чей-то, какой-то другой компании. То есть это как происходит, что не вы сами записываете, озвучиваете, а берете чьи-то наработки?

Денис Филиппов:

Нет, на самом деле, просто есть в мире несколько компаний, которые делают речевые технологии. То есть вот этот голос, это технология синтеза речи.

Вадим Дозорцев:

Модулятор такой.

Денис Филиппов:

Да, модулятор. И для синтеза речи нужно записать какое-то количество часов диктора, и получается его синтезированный голос. И можно взять любого диктора и синтезировать его голос, вот мы взяли готовый уже на тот момент голос и начали использовать его.

Вадим Дозорцев:

Интересно, она где-то живёт в виртуальном пространстве, эта Милена. Мы не видим, где-то она же есть.

Денис Филиппов:

Я, на одном из бекап жёстких дисков, она у меня точно живёт.

Вадим Дозорцев:

Приходит к тебе по ночам?

Денис Филиппов:

Я пыль с нее стираю и знаю, что там она есть.

Вадим Дозорцев:

Такой вопрос. Вот ты в Яндексе сейчас, вопрос личный. Ты новатор, ты и твоя команда ваши инициативы реализуете, или есть какая-то генеральная линия, и ты какой-то технический реализатор этой генеральной линии. Или что-то более сложное происходит?

Денис Филиппов:

Смотри, с проектом вообще голосовой помощник я ношусь по Яндексу, наверное, с 2013г. То есть сначала делал распознавание речи с командой, потом мы делали синтез речи. И потом понятное желание было, как раз вышло Siri, и мне лично хотелось что-то подобное сделать его Яндексе. Но тогда генеральная линия особо не совпадала с этим. Сейчас у нас, можно сказать, супервремя, потому что генеральная линия абсолютно совпадает с видением, что за голосовыми помощниками будущее, то есть весь мир нам это демонстрирует, и Amazon, и Google, и мы туда, сломя голову бежим тоже. Поэтому здесь я в роли инноватора и такого реализатора.

Вадим Дозорцев:

Реализатора, локомотива. Слушай, а сколько лет ты этим занимаешься?

Денис Филиппов:

С начала 2012г. в Яндексе.

Вадим Дозорцев:

Нет, вообще технологиями речевыми.

Денис Филиппов:

В первый раз я о них услышал в 2008-м году, когда как раз родилась идея вот этого нашего проекта, и мне тогда поставили такой челлендж, а давайте сделаем телефонную службу без операторов. И я подумал, как это возможно вообще, речь распознавать, это же нереально. Начал вникать и, считай, 10 лет я этим занимаюсь.

Вадим Дозорцев:

Сейчас окно возможностей открылась. Это урок всем стартаперам. Если ты будешь упорный.

Денис Филиппов:

Но здесь, скажем так, не в упорстве дело, здесь, наверное.

Вадим Дозорцев:

Ну, не принижай, не принижай.

Денис Филиппов:

Да, главное - верить в то, что делаешь, в то, что когда то это должно взлететь. Но важно тоже какие-то чекпоинты иметь, и если слишком долго у тебя не взлетает, то лучше ещё какой-то запасной вариант тоже рассматривать. С речевыми технологиями просто получилось так, что в 2008-м году они не взлетали, а уже через три года появился, по-моему, как раз гугловый голосовой ввод, и там принципиальный сдвиг в качестве произошел этих речевых технологий. Появились эти самые нейросети, и качество стало гораздо лучше. То есть качество распознавания. И поэтому меня в тот момент это подпитало, что да, надо дальше в этом направлении фигачить.

Вадим Дозорцев:

Вот ты и фигачишь. Хорошо, а как этот процесс фигачения происходит? Вот как творческий процесс происходит в этом вопросе? Всем же нам интересно в замочную скважину посмотреть такой большой всемирной технологической компании.

Денис Филиппов:

Творческий процесс, вот смотри, проект, когда мы задумались, всё, делаем нашего голосового помощника. Вот как раз был вопрос, почему женский голос. У нас тоже был выбор, давайте сделаем мужской голос, будет у нас мужик. У всех этих наших конкурентов женщина, женские голоса, а мы пойдём.

Вадим Дозорцев:

Сейчас какой-то сексизм высоких технологий мы узнаем.

Денис Филиппов:

Да, есть такая тема. Начали копать исследования разные и пришли к тому, что, на самом деле, во всех контакт центрах в основном женские голоса. Начали разбираться, опять же, почему. Раскопали такое, что, на самом деле, для всех нас женский голос ассоциируется с голосом матери, вот где-то на подкорке. Что такое голос матери, это такая безопасная атмосфера, это safe choice, это комфортно и так далее. При этом мужские голоса ассоциируются в основном с таким директивным командованием, то есть приказы и так далее. Поэтому во всех, например, где-то в исследованиях раскопали, что во всех самолётах, если есть автоматизированная система, которая что-то озвучивает, какие-то команды пилоту, там мужской голос. Потому что должен чётко выполнить эту команду. Поэтому мы остановились на женском голосе.

Вадим Дозорцев:

Подвели базу, представляешь. Слушай, у меня была история когда-то, на заре туманной юности, проходил практику в справочной службе Московской городской телефонной сети. Там нажимаешь кнопочку, сейчас уже, конечно, все совсем не так, и говоришь: здравствуйте, справочная служба. А люди-то к тебе обращаются «девушка» на автомате. Девушка! Да, я вас слушаю. И пауза.

Денис Филиппов:

Не туда попал.

Вадим Дозорцев:

Да, многие так останавливались.

Денис Филиппов:

Всё так.

Вадим Дозорцев:

Как выбирали имя?

Денис Филиппов:

Имя.

Вадим Дозорцев:

Есть же две песни знаменитых группы «Секрет» и группы Smokie. Имело к этому отношение?

Денис Филиппов:

«Секрет» скорее да, Smokie скорее нет.

Вадим Дозорцев:

А я процитирую группу «Секрет», у меня прямо тут есть «Ах, Алиса, как бы нам встретиться, как бы поболтать обо всём».

Денис Филиппов:

Идеально просто легло в нашу концепцию, но нет. Собственно говоря, как происходило. То есть у команды, на самом деле, достаточно большая команда, все креативные, и у всех был свой вариант. Было имя Майя, было имя, та же самая Милена была, было имя Алиса и ещё какие-то имена. Шортлист был имен, наверное, 6-7. Все переспорили друг с другом, все доказывали, что Алиса, это правильное имя, кто-то доказывал, что это неправильное имя, какая-нибудь Майя - самое правильное имя.

Екатерина Кондратьева:

А почему, как раскладывали, например, должно быть пять букв.

Денис Филиппов:

Ну, например, Майя, это имя, скажем так, персонального помощника ассистента Аркадия Воложа, поэтому была такая идея, гипотеза, что давайте сделаем тоже нашего ассистента виртуального. На самом деле, спорили, переспорили, в итоге решили спросить просто людей, какое имя. Что сделали. У нас есть в Яндексе большая служба, называется Толока сервис, краудсорсинговая платформа, где порядка, наверное, сейчас более миллиона людей, им можно задавать простые вопросы, они на них отвечают. И мы сделали такую штуку. Мы составили список положительных характеристик, которыми должен обладать наш голосовой помощник и список отрицательных характеристик, которыми он точно не должен обладать. Ну, например, положительные: всегда готовность помочь, доброжелательность, эрудированность и так далее.

Вадим Дозорцев:

С положительными понятно, ты про отрицательные. Курить не должна.

Денис Филиппов:

Да, не должна курить, не должна пропадать, всегда должна быть на месте, не грубить, естественно, не ругаться матом с пользователем и так далее. Сделали следующее задание. Вот вам характеристики, даём одну характеристику и список имён, к какому имени на ваш взгляд соответствует, максимально соответствует эта характеристика. И народ голосовал, голосовал, в итоге Алиса победила.

Вадим Дозорцев:

С явным преимуществом?

Денис Филиппов:

С явным, да. Вот так и выбрали имя.

Вадим Дозорцев:

Слушай, круто. Вот если тебя спросить, Алиса - это что? Это Siri, вот твоя формулировка.

Денис Филиппов:

Я бы сказал, если так в общем сказать, Алиса - это наше будущее.

Екатерина Кондратьева:

Подождите, подождите, чье наше?

Денис Филиппов:

В общем-то, как люди потребляют информацию, как люди ищут сервисы, как люди развлекаются и так далее. На данный момент, по-честному, Алиса, это в большей степени такая игрушка, с которой прикольно поболтать. Она в этом хороша. С. точки зрения функциональности, ей много, чему ещё надо учиться, чтобы как раз прийти к такому состоянию, когда она действительно может что-то интересное порекомендовать послушать, посмотреть, сходить в какое-то интересное место. Это её будущее. Почему это наше будущее, потому что, на мой взгляд, мы сейчас живём в мире информации. Нас окружают многие океаны информации, мы в них тонем. Мы тонем в потоке новостей, в потоке музыки, в потоке новых фильмов, и нам очень сложно ориентироваться в этом. То есть мы пытаемся друг у друга спросить, что посмотреть сегодня вечером, порекомендуй что-нибудь прикольное. Потому что заходишь в какой-нибудь сервис, видеосервис, там миллионы разных новых серий, новых сериалов и тратить на это всё время, чтобы самому пытаться найти что-то, это безумие, не найдёшь. С точки зрения даже бизнесов, выбрать какую-то услугу, какого-то поставщика, это огромное количество времени, огромный research, надо почитать отзывы, у кого оптимальная цена, у кого хорошее качество, а кто делал плохо и туда лучше не обращаться.

Екатерина Кондратьева:

Как ты думаешь, когда SIri может справиться с таким заданием, как выбрать, например, бизнес партнёра?

Денис Филиппов:

На самом деле, про Siri если говорить, что такое Siri. Это такой помощник, который живёт в вашем iPhone, iPad, и в технике Apple. Скажем так, грубо говоря, узкое горлышко Apple в том, что у них нет своего поиска. Поиск, это основная база знаний для помощника. То есть знания об организациях, знания об услугах, знания об отзывах и так далее. То есть раньше Apple использовал поиск Bing, который в Штатах не очень-то и летит. Сейчас вроде как они пытаются с Google что-то делать, но это уже конкурентная история. Google не так выгодно давать все свои возможности Apple, потому что они развивают своего ассистента. Поэтому Siri сейчас, в большей степени, превращается в такого помощника в вашем телефоне. Сделать звонок, отправить сообщение, прочитать какое-то письмо. То есть вот такой помощник, который ограничен вот этим телефоном. И кажется, что в эту сторону рекомендации, когда она анализирует многие источники информации, знает о ваших интересах, им ещё далеко туда копать. Реально. То есть здесь основные игроки, это, наверное, Google в Штатах, Amazon и здесь, в России мы.

Вадим Дозорцев:

Но всё это на поиске, так или иначе.

Денис Филиппов:

Конечно. Поиск, это мозг и знания этого продукта, голосового помощника.

Вадим Дозорцев:

Слушай, а тебе приятно чисто по-человечески, когда сравнивают Алису и Siri?

Денис Филиппов:

Конечно, приятно.

Вадим Дозорцев:

Потому что ты сейчас очень чётко так, даже не очень эмоционально, очень чётко разложил, в чём разница.

Денис Филиппов:

Нет, нам надо эту разницу чётко, как минимум, самим понимать, потому что нам, так или иначе, нужно конкурировать. Эти ребята очень большие. Мы по российским меркам тоже очень большие, по мировым, понятно, мы несравнимы с Amazon, Google, Apple. Поэтому нам надо выискивать какие-то ниши, где мы можем хорошо конкурировать. Поэтому мы очень внимательно анализируем конкурентов и пытаемся понять, кто они такие и как нам от них отличаться в выгодную сторону.

Вадим Дозорцев:

Здорово. Слушай, вот интересный такой момент, всё-таки, когда мы выбираем, люди выбирают, мы же прислушиваемся к мнению авторитетного какого-то источника. Например, Антон Долин рекомендует фильмы.

Денис Филиппов:

Да, всё так.

Вадим Дозорцев:

Кто там ещё, просто Meduza рекомендует клипы.

Денис Филиппов:

Просто наш друг, который посмотрел фильм, сказал.

Вадим Дозорцев:

Да нет.

Денис Филиппов:

Да ну, камон, слушай, всегда это работает. Друг посмотрел, сказал, клёвый фильм, обязательно.

Екатерина Кондратьева:

У меня никогда не работает, я всем говорю, я обязательно посмотрю, но никогда в жизни не посмотрю этот фирм.

Денис Филиппов:

Потому что забываешь, у тебя, это другая проблема, что у тебя ещё, скажем так, у нас очень, действительно много информации среди дня. Мы перевариваем её. И у нас реально не хватает памяти, чтобы всё запомнить. Мы потом вспоминаем, какой же мне фильм там рекомендовали посмотреть, не помню. В этом смысле, опять же, я вижу будущее Алисы, что она может помогать, в том числе, запоминать какие-то вещи, которые сейчас в моменте не важны, но к которым можно возвращаться потом. Типа, если кто-то что-то порекомендовал, можно Алису попросить это запомнить, она запомнит это и будет хранить вечно, пока не спросят её. Типа, Алиса, что я там хотел запомнить про этот фильм, или что мне рекомендовал этот человек, и она всё расскажет. Поэтому здесь, наверное, это ещё одна сфера, куда могут развиваться голосовые помощники. Это такая, мы называем вторая память.

Вадим Дозорцев:

То есть, чтобы вовремя напомнил.

Денис Филиппов:

Во-первых, запомнил, во-вторых, по просьбе достал эти знания, а, в-третьих, вовремя напомнить, это вообще отдельный класс задач. Все, опять же, были в ситуации, когда надо что-то купить в магазине, надо не забыть это купить. Был в магазине, вышел из него, сел машину, поехал и вспоминаешь, блин, я же хотел это купить и не купил, забыл. Голосовой помощник, он может в этом очень чётко помогать.

Екатерина Кондратьева:

Идёшь по магазину, и тебе из кармана кричат: помидоры, куда пошёл, а помидоры.

Денис Филиппов:

Хотя бы так, понимаешь, хотя бы так, понятно, что в идеале в наушник должно быть, потому что всё-таки телефон, такое, приватное устройство. Но хотя бы так. Потому что много таких ситуаций.

Екатерина Кондратьева:

Нет, классно, если бы это было.

Вадим Дозорцев:

Можно я сейчас в консерватора поиграю такого, старорежимного. Слушай, это же оболванивание какое-то, я иногда в ленте в Facebook друзей своих смотрю, и люди спрашивают, обращаясь к мирозданию какие-то вещи, сказать, тебе что, трудно набрать в Google, трудно набрать в Яндексе, ты вообще, ну ты вещи спрашиваешь, которые в третьем классе уже знают. Как это так? Вот такие технологии всё-таки.

Екатерина Кондратьева:

Например.

Вадим Дозорцев:

Ну, я не знаю, как сделать то или иное.

Денис Филиппов:

Но раньше, когда не было поиска, мы в энциклопедию, в справочник лезли и смотрели.

Вадим Дозорцев:

Развивали мелкую моторику, для начала.

Денис Филиппов:

Мелкая моторика и так у нас сейчас хорошо развивается. Дети играют в Лего, там мелкая моторика отлично развивается.

Вадим Дозорцев:

Отмазался.

Денис Филиппов:

В смысле, и взрослые играют в Лего, кстати, я грешен этим. С точки зрения оболванивания, да нет, просто у тебя появляется гораздо больше возможностей изучать что-то новое. То есть у тебя быстрее есть способ достать нужную тебе информацию. Тебе не надо забивать голову какими-то фактическими вещами.

Вадим Дозорцев:

Рутиной такой информационной.

Денис Филиппов:

Да, то есть ты просто знаешь, что ты за секунду, даже меньше, какой там, за миллисекунды можешь получить ответ на любой фактически вопрос. Любую формулу можешь посмотреть. То есть если раньше тебе надо было вспомнить, в каком учебнике эта формула, потом пойти в библиотеку, найти этот учебник, если у тебя его дома нет, посмотреть. То сейчас это реально меньше секунды занимает, вспомните любой закон физики, любую теорему и так далее. То есть это всё как раз раздел второй памяти. Но при этом у тебя есть возможность изучать что-то новое принципиально, пользуясь этим инструментом и гораздо быстрее изучать. Поэтому я считаю, что здесь.

Вадим Дозорцев:

Наоборот.

Денис Филиппов:

Да. Наоборот, это не оболванивание, а открытие возможностей для человека развиваться гораздо быстрее.

Екатерина Кондратьева:

А как нужно правильно формулировать вопросы или задания, длинно, коротко.

Денис Филиппов:

Для Алисы?

Екатерина Кондратьева:

Да, есть какой-то правильный путь это сделать.

Денис Филиппов:

По-честному, надо формулировать естественно. То есть когда мы проектируем Алису и развиваем, мы в голове держим общение двух людей. То есть, как мы с вами общаемся, Алиса должна ровно так же общаться с нами, модель такая. Некоторые люди пытаются как-то очень ограниченно, ёмко сказать, некоторые люди даже по слогам пытаются что-то произнести или погромче.

Вадим Дозорцев:

Как с иностранцем.

Денис Филиппов:

Да. На самом деле, обратная ситуация, что Алисе гораздо сложнее понимать, распознавать речь, которая произнесена по слогам или же, если в запросе мало информации, то нам сложнее понять, про что этот запрос. Чем больше и развернитее человек спросит, тем выше вероятность, что мы хорошо ответим, это очевидно. Прямо даже можно использовать такую естественную лексику, Алиса, пожалуйста, подскажи мне.

Вадим Дозорцев:

Понимает семантику слова «слышь», или научится в процессе?

Денис Филиппов:

По большому счёту, что такое Алиса? Алиса, это если очень грубо сказать, это программа. Вот как мы её запрограммировали, так она и работает. Мы совершенно точно можем её запрограммировать понимать семантику любого слова и на него реагировать. Естественно, это уже такая область машинного обучения, и мы стараемся, естественно, не каждому слову обучать, а некоторым большим классам.

Вадим Дозорцев:

Слушай, для этого, наверное, вообще, поиск тоже вам сильно помогает, вы видите, как люди спрашивают.

Денис Филиппов:

Абсолютно, естественно, мы уже последние 20 лет видим, как люди спрашивают. Понятно, что сейчас как раз меняется стилистика запросов, так как появилась возможность голосом что-то спрашивать, поисковые алгоритмы гораздо улучшились с точки зрения качества, и сейчас можно вообще нечёткие вопросы задавать. Покажи мне фильм, где два чувака ехали к морю. И с высокой вероятностью найдёт фильм правильный. Поэтому в этом смысле нам это очень сильно помогает в голосовых наших помощниках, в Алисе.

Вадим Дозорцев:

Такой элемент общения, как просто поговорить, собеседник, некий такой бот-психолог. Гипотетически возможно развитие в этом направлении?

Денис Филиппов:

Абсолютно. Была смешная история, когда мы начали проектировать Алису, у нас была Siri, дальше есть Amazon, но Amazon в России нет, есть Google, который своего ассистента так или иначе запустит. Мы, в общем-то, думали, чем мы можем отличаться и, на самом деле, мы пришли к тому, что персонаж, Алиса, как персонаж, это важная история для такого голосового помощника. На самом деле, это не помощник, а такой собеседник какой-то, мы его так проектируем. Потому что помощник, это всё-таки такая, достаточно узкая вещь. Голосовой собеседник, он должен обладать яркой личностью, а ещё с ним можно просто поболтать, потрындеть ни о чём. У англичан small talk называется, у нас тоже есть такое, мы сидим с друзьями, разговариваем, вроде много чего говорим, но не на какую-то серьёзную тему, а просто о жизни и ни о чём иногда. У нас была задача как раз научить Алису поддерживать такой диалог ни о чём. Мы сейчас эту фичу называем «болталка». То есть Алиса может с вами болтать, это такая специальная большая технология, большая нейросеть, которая обречена на диалогах людей в интернете. Там был отдельный прикол, что когда мы только обучили эту нейросеть, мы собрали с интернета всю информацию, где есть обучение двух людей, в форуме, в соц.сеточке. И первый результат, когда мы начали общаться с нашей будущей Алисой, получился такой школьник с сигаретой в зубах, который матерится через каждое второе слово и достаточно такой хлесткий и жёсткий.

Вадим Дозорцев:

Не ходите ВКонтакт.

Денис Филиппов:

И у нас была задача потом обратно, то есть мы её научили общаться так, как люди, в принципе, общаются в интернете, а дальше мы её отучали ругаться матом, дерзить прямо по жёсткому. То есть это было.

Екатерина Кондратьева:

Но, в принципе, она вступит в диалог, она будет спорить, или она будет соглашаться.

Денис Филиппов:

Она может спорить. На самом деле, прикол в том, что мы не знаем до конца, как она поведёт себя в конкретной ситуации на конкретный вопрос. Потому что это нейросеть, у неё всегда есть какое-то количество наиболее вероятных и, скажем так, уместных реплик, которые она может ответить, и мы заранее их не знаем. В этом, наверное, и состоит интерес просто поболтать с Алисой. Иногда она такая, достаточно простая, прямолинейная, да, нет, не знаю, вот это всё.

Вадим Дозорцев:

Сам дурак.

Денис Филиппов:

Да, сам дурак, ну, плохое настроение у девушки, бывает. Иногда бывает достаточно развёрнута.

Вадим Дозорцев:

Если её научись любимой фразе твоей любимой песни Светланы Лободы, то там откроется очень много возможностей, я считаю. Слушай, тем не менее, ты нам рассказываешь, как про живую, она и есть живая? А вот как вы строите всякие вещи, ваша ответственность за всякие политкорректные её высказывания или не политкорректные. Это же может реально сегодня в наше время вызывать какую-то реакцию гневную.

Денис Филиппов:

Скажем так, это большая задача и большая наша проблема. Потому что как раз таки, когда мы только мы обучили на всём множестве данных из интернета, она была очень резка по таким острым вопросам. Сейчас мы достаточно просто здесь действуем. Мы пытаемся сделать её нейтральной.

Вадим Дозорцев:

Воспитываете.

Денис Филиппов:

Воспитываем, да.

Вадим Дозорцев:

Этикет.

Денис Филиппов:

На самом деле, рассказываю, как о живой, потому что мы переносим модель общения людей и модель даже воспитания детей на то, как мы проектируем и делаем Алису. Потому что с ребёнком тоже, он когда рождается, у него нет никаких барьеров, границ, он делает все, что хочет, потом родители начинают постепенно формировать рамки, правила, что можно, что нельзя, что плохо, что хорошо. То же самое с Алисой. Вот абсолютно. То есть мы её отучили ругаться матом, потому что это плохо. Мы так считаем. Может, кто-то считает по-другому, мы считаем, что это плохо. Дальше там всякие вещи про национальности, про ориентации. Мы её делаем нейтральной, обучаем, что.

Вадим Дозорцев:

Держи себя в руках.

Денис Филиппов:

Держи себя в руках, да.

Вадим Дозорцев:

Слушай, был фильм.

Екатерина Кондратьева:

Скучнямбу неинтересную делают, в общем-то, и не поговорить.

Вадим Дозорцев:

А ты хочешь настоящего такого пост панка.

Денис Филиппов:

Пост панк, да.

Вадим Дозорцев:

Слушай, я не помню, фильм был, когда искусственный интеллект, тоже женщина, такой помошник уже сильно продвинутый, это фэнтези, очень крутая и как женщина, и как психолог. Вот мужчина, главный герой, общается с ней, влюбляется в неё, прямо реально влюбляется.

Денис Филиппов:

Это фильм «Она», наверное, ты про него.

Вадим Дозорцев:

Наверное. Потом оказывается, что у неё таких миллион.

Денис Филиппов:

Ты миллиард такой-то, и он, это трагедия жизни.

Вадим Дозорцев:

Трагедия жизни. Слушайте, я конечно сейчас сбавлю градус. А вы несёте ответственность, и вообще, предусмотрена какая-то ответственность за то, что она говорит, я сейчас не про политкорректность, а вообще, если она ошиблась, если человека подвигнет к каким-то не тем решениям. Может быть, я сейчас про некое такое будущее, но тем не менее. Думаете над этим?

Денис Филиппов:

Нет, мы над этим думаем, на самом деле, есть всякие разные запросы очень такие, опасные, про суицид и т.д. Мы пытаемся Алису тоже научить в этом месте. Мы не берём на себя ответственность, что она будет психологом, окажет такую первую помощь, вот человек, который, по крайней мере, спрашивает. Мы не знаем, зачем он это спрашивает, может быть, ради фана, может быть, действительно, у него какие-то плохие мысли в голове. Но мы сейчас пытаемся обучить Алису, чтобы она в этом месте правильно распознала вот этот запрос, тему этого запроса и человеку, как минимум, подсказала, куда стоит, с кем стоит пообщаться. То есть мы не пытаемся сделать психолога в этом месте, но пытаемся показать альтернативный какой-то путь, который человек может попробовать, ну, чёрт знает, если он шутил, OK, всё, а если не шутил, то, может быть, ему это поможет. То есть в этом смысле так.

Вадим Дозорцев:

Слушай, гипотетически если вы, например, вы же видите аккаунт этого человека в соц.сетях, вы можете тоже как-то проанализировать, он в каком состоянии.

Денис Филиппов:

Это громкое заявление, что мы прямо видим аккаунт. На самом деле, мы не видим аккаунт человека в соц.сетях, на соц.сети, особенно после скандала с Facebook.

Вадим Дозорцев:

Я, собственно, и про эту тему тоже.

Денис Филиппов:

Там сейчас приватность данных, это основная тема для всех, в том числе для нас. Поэтому мы свои данные, которые есть у Яндекса, очень чётко ограничиваем, защищаем, никому их не даём. То же самое соц.сети сейчас начинают делать. То есть в Facebook, надеюсь, никому не будет давать свои данные, потому что до этого давал достаточно разным компаниям. Поэтому в этом смысле у нас картинка пользователя, она достаточно смещенная в область поиска, и принять прямо решение, что человек сейчас в таком-то состоянии, поэтому надо сделать 1, 2, 3, 4, 5, скорее, мы не можем, потому что у нас недостаточно для этого данных. Да и, наверное, это не наша задача. Наша задача правильно понять интент, что человек хочет спросить, на какую тему, а дальше ему дать правильный ответ, либо правильный как раз сценарий решения такого запроса, такого вопроса.

Вадим Дозорцев:

Юридически как-то, или это вообще такая терра инкогнита пока юридическая, как себя вести, чем будут регулироваться такие отношения. Чем круче вы становитесь, тем больше авторитет у вас, у Алисы и вправду, на неё будут ссылаться, вот, она сказала. Ты почему не сдал ЕГЭ? Вот, она сказала. А она пошутила.

Денис Филиппов:

Это отдельный вопрос. То есть сейчас эта область на самом старте. Понятно, такого рода задач у нас сейчас нет, нам бы научиться вообще понимать человека нормально и контекстно ему отвечать. С точки зрения, есть у нас тематика ГДЗ, готовые домашние задания, мы серьёзно думаем в команде, как правильно здесь быть. Потому что много школьников, это даже не про Алису, а в принципе, про поиск Яндекса, они вбивают задание такое-то, такое-то, найти ответ. Вот вопрос достаточно такой, для нас сложный, как правильно. С одной стороны, как поисковая система, мы должны дать ответ. С другой стороны, как сервис, который может помогать школьникам развиваться, обучатся. Мы могли бы завернуть его в какой-то правильный, этот запрос завернуть в правильный сервис, где бы этому школьнику рассказали.

Вадим Дозорцев:

Образовательный процесс ещё был.

Денис Филиппов:

Да, образовательной процесс, где бы ему рассказали по шагам, как решается эта задача, чтобы он сам прошел эти шаги, пуская в виде какого-то игрового квеста, и сам пришёл к этому готовому ответу. То есть вот.

Екатерина Кондратьева:

А вы считаете, что это важная, какая-то миссионерская такая, получается, идея, что мы должны менять мир людей.

Денис Филиппов:

Не то, что менять, но, на самом деле, опять же, мы тут какого-то готового, правильного ответа, наверное, нет. С одной стороны, мы можем дать ответ, тут нет проблемы. С другой стороны, мы можем на этом построить какой-то сервис, который помогает людям развиваться, получать нормально знания или, в конечном итоге, образование. Я считаю, что это, в принципе, важная, пусть это миссионерская, но я считаю, это важная тема, чтобы люди у нас развивались, обучались, были образованными.

Вадим Дозорцев:

Ты же хотела такое.

Екатерина Кондратьева:

Ответ просто не найдёшь в интернете. Тебе Яндекс будет говорить, нет, посмотри сначала, попробуй сам, так интереснее.

Вадим Дозорцев:

Покажи свой аттестат.

Екатерина Кондратьева:

Ты такой: да ё-мое, меня ребята на футбол ждут. Нет, это здоровские мысли, правда, мы так, просто.

Вадим Дозорцев:

Наверное, вообще образование претерпит какие-то изменения.

Денис Филиппов:

Мне кажется, да, то есть в нашем мире с кучей информации, с кучей технологий мы должны как-то поменяться в сфере образования, потому что для меня вообще, у меня сейчас сыну шесть лет, у меня он на следующий год...

Вадим Дозорцев:

Для тебя это актуальная история.

Денис Филиппов:

Для меня это актуально, я очень боюсь, что, допустим, та программа, то образование начальное, которые сейчас есть, я перекладываю на свой опыт, на опыт друзей, что оно, не везде оно должно целью ставить заинтересовать вообще человека получать знания. То есть есть, конечно, попытки, отдельные учителя, которые пытаются заинтересовать, но это всё держится на отдельных личностях, это не система. Поэтому я считаю, что, наверное, в каком-то будущем технологии должны помочь выстроить такую систему, где парню в 7 лет будет реально интересно идти учиться. То есть там есть какие-то мысли, что это должно быть в какой-то игровой форме, в виде каких-то игр, прохождение уровней, механика, ведь многие дети любят играть. Их это заводит, побеждать, добиваться какого-то уровня. То же самое можно переложить, может быть, на обучающий процесс.

Вадим Дозорцев:

Вам есть чем заняться, судя по всему. Слушай, а если про вообще философию поговорим. Вот твоё отношение к развитию искусственного интеллекта, как таковому. Илон Маск сказал энное время назад, что, в общем, в этом есть опасность. Твоя точка зрения? Коротенечко.

Денис Филиппов:

У меня есть короткий ответ на эту тему. Не знаю, я уже много раз говорил, смотрите, эволюционный процесс человечества, когда-то человек изобрёл молоток. Это, наверное, по тем временам было сравнимо с искусственным интеллектом сейчас по объёму, можно было строить дома, а можно было друг другу головы этим молотком проламывать. Но как-то человечество, оно разобралось всё-таки, для чего ему нужен этот молоток. И сейчас мы живём в нашем мире в современном.

Вадим Дозорцев:

Где чаще строят, чем ломают голову.

Денис Филиппов:

Да. То есть это инструмент. Веду к тому, что у нас есть инструменты. Тогда были молотки, сейчас у нас есть, я работаю в информационных технологиях, у нас есть инструменты, которые на них построены. Искусственный интеллект, это та область технологий, на которых строятся те или иные инструменты, которые должны человеку помогать. Например, автоматизировать какую-то рутинную работу, это моя больная тема, я пытался много делать автоматизацию контакт центров. Ну, представьте себе, человек сидит, изо дня в день отвечает на сотни звонков, где одни и те же вопросы. Девушка, какой у меня баланс, девушка, сколько стоит услуга такая и так далее. Одни и те же вопросы. При этом это живой человек, у которого должны быть какие-то свои интересы, и должно быть на работе какое-то желание развиваться. Поэтому вот такие люди, которые работают в контакт центрах на работе оператора, очень быстро выгорают по понятным причинам, и очень большой процент ухода с этой работы после года. Зачем людей нагружать вот этой работой. То есть эта работа очевидно может выполняться программой гораздо быстрее, при этом люди могут заниматься более интеллектуальной и продвинутой работой. Потому что всё-таки в нашей голове не то, что суперкомпьютер, а очень, прямо мега супер компьютер, его надо по полной программе пытаться использовать.

Вадим Дозорцев:

Ну, хорошо, если ты так поставил вопрос, я тебе так скажу. Если ты, я сейчас буду говорить «ты», понятно, что за тобой команда, вас много людей. Но, тем не менее «ты», как некий отец Алисы, творец, создатель, господь, как хочешь это называй. Вот там, в книжке книг было написано, что в какой-то момент ему не понравилась версия, он взял, всех утопил. Каждой твари по паре оставил. Вот ты готов так?

Денис Филиппов:

Утопить?

Вадим Дозорцев:

Если что, да.

Денис Филиппов:

Если что, если молоток пойдет не в том направлении.

Вадим Дозорцев:

Неважно, да.

Денис Филиппов:

Это моя задача, сделать такой инструмент, который пойдёт в правильном направлении, очевидно. То есть, с другой стороны, опять же, давайте вернёмся к пониманию. Вот мы говорим искусственный интеллект, вот это такая магия, аура, какая-то немного пугающая. На самом деле, это программа. Это программа. Что такое программа? Программа, это то, что завтра программировал человек. Аналогия с молотком опять проскакивает. Как мы запрограммируем этот искусственный интеллект, так он и будет себя вести.

Екатерина Кондратьева:

Так он же почему-то называется интеллектом, значит он, наверное, может что-то додумывать сам.

Денис Филиппов:

Сейчас это красивая аналогия. То есть есть попытки создать модели, которые что-то сами придумывают, генерируют какую-то новую музыку, которой не было, какие-то изображения, но всё равно им на вход надо дать кучу обучающих данных. Их надо обучить. И цель этого обучения всё равно лежит на человеке. То есть человек ставит перед собой задачу, а дай-ка я научу вот этот алгоритм рисовать картины. Ну, всё, научил, он какие-то картины рисует. Даже, наверное, похожие на каких-то знаменитых художников. Отлично. Дай-ка я научу эту сеть делать музыку. Ну, научил, какую-то музыку она делает. Но при этом, что бы такая сеть себе живёт, живет и потом раз, и сама начала писать музыку, потом ей музыку надоело писать, она такая: дай-ка я сделаю какую-нибудь супер картину, и написала сама картину, такого в ближайшем будущем точно не будет.

Вадим Дозорцев:

Оговорился, в ближайшем будущем.

Денис Филиппов:

Потому что я не могу, смотри, по-честному, 10 лет назад я уже говорил, я такой: как железка будет распознавать мою речь. Для меня это было что-то непонятное. Начал разбираться, сейчас я уже даже не задумываюсь, я в навигатор говорю голосом, для меня это, вот сейчас ехал к вам, задал маршрут голосом, всё. Для меня это обычно, я даже про это не думаю, всё, это работает. Все таксисты это делают.

Вадим Дозорцев:

Хорошо, у нас два вопроса к тебе. У нас осталось, ты не поверишь, осталось полторы минуты. Первый мой вопрос. Вот придет когда Мерфиус, как ты поступишь, ты выберешь красную или синюю? Можно не отвечать.

Екатерина Кондратьева:

Я уже выбрал, ты мог ответить.

Денис Филиппов:

Белую.

Вадим Дозорцев:

Твой вопрос.

Екатерина Кондратьева:

И мой вопрос, если бы была возможность тебе лично выбрать сверхспособность, что бы ты хотел?

Денис Филиппов:

Сверхспособность. Как-то со временем что-то делать, расширять его, прямо не хватает времени всегда.

Вадим Дозорцев:

Смотрел фильм с Тимберлейком, когда они продавали время, то есть единая валюта была - время.

Денис Филиппов:

Ну вот управлять как-то более эффективно временем и расширять его как-то для себя, чтобы в сутках было не 24 часа, а гораздо больше.

Вадим Дозорцев:

И этот человек пока не берет ответственность за искусственный интеллект, ты чувствуешь, где собака порылась.

Денис Филиппов:

Это было бы круто.

Вадим Дозорцев:

Слушай, здорово, я надеюсь, у тебя получится, по крайней мере, создадите какую-нибудь, я не знаю, биржу часов и минут. Спасибо тебе, дружище, по-моему, был интереснейший разговор. До матча эпохального осталось 2 часа 15 минут. Твой быстро прогноз всё-таки на сегодняшний вечер.

Денис Филиппов:

Давай проверим в чудо, пускай наши победят.

Екатерина Кондратьева:

Два один.

Вадим Дозорцев:

Эмоционально.

Екатерина Кондратьева:

Ставки сделаны.

Вадим Дозорцев:

OK. Друзья, вы это слышали? В следующие воскресенье мы проверим наш прогноз. Алиса всё знает. Всем спасибо, до следующего воскресенья, пока.

Денис Филиппов:

Спасибо, пока.

Екатерина Кондратьева:

Пока.