Основные тенденции и особенности смертности городского населения арктических регионов России в 1999-2009 годах

УДК [314.4:616-036.88-037]

основные тенденции и особенности смертности городского населения арктических регионов россии

В 1999-2009 ГоДАХ

© 2011 г. гБ. А. Ревич, 1,2Т. Л. Харькова, 2Е. А. Кваша, 3С. Ю. Никитина

Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 2Институт демографии ГУ Высшая школа экономики, Федеральная служба государственной статистики, г. Москва

Снижение смертности и увеличение продолжительности жизни в России объявлены приоритетными задачами государственной политики, и для этого предполагается продолжить реализацию комплекса мер по снижению смертности от управляемых причин, и прежде всего от сердечно-сосудистых, онкологических заболеваний и дорожно-транспортных травм. В качестве основных стратегических ориентиров определено увеличение ожидаемой продолжительности жизни при рождении (ОПЖ) к 2015 году до 70 лет и к 2025-му до 75 лет [13]. При этом особый акцент делается на снижение смертности лиц трудоспособного возраста; считается, что в результате реализации программ по совершенствованию медицинской помощи больным сердечно-сосудистыми и онкологическими заболеваниями и пострадавшим при дорожно-транспортных происшествиях, улучшения социально-экономической ситуации и активной демографической политики удастся достичь этих показателей. Одной из задач стратегии является подробный анализ происходящих демографических процессов и оценка демографических перспектив.

Более сорока лет, вплоть до 2005 года, смертность в России росла, хотя в отдельные годы (1985—1989, 1997—1998) отмечалось некоторое ее снижение, что не меняло общей тенденции. С 2006 года в России наблюдается рост ОПЖ, но пока нет полной уверенности, что неблагоприятную тенденцию удалось полностью переломить. Обеспокоенность вызвана тем, что в течение трех лет отмечалось замедление темпов снижения смертности: ОПЖ выросла в 2006 году по сравнению с 2005-м у мужчин на 1,5 года, у женщин на 0,8 года; в 2007-м по сравнению с 2006 у мужчин на 1,0, у женщин на 0,7 года; а в 2008-м по сравнению с 2007 у мужчин на 0,4, у женщин на 0,3 года [11]. Однако в 2009 году темп снижения смертности опять возрос. Абсолютное число умерших по сравнению с 2008 годом снизилось на 6,0 %, или на 137,2 тыс., причем у мужчин снижение было более чем в два раза значимее (7,8 %), чем у женщин (3,8 %). Соответственно рост продолжительности жизни в 2009 году вновь увеличился и составил у мужчин 0,94 года, у женщин 0,52. У мужчин этот рост в городах был несколько выше, чем в селах (соответственно 0,97 и 0,88 года), а у женщин, напротив, в городах он был немного ниже, чем в селах (соответственно 0,51 и 0,54 года)1.

Достичь увеличения ОПЖ реально только при учете большого числа факторов, в том числе особенностей смертности в различных регионах страны. К сожалению, до сих пор живет традиция недавнего времени, когда оперировали понятием «здоровье советского человека», не учи-

1 Рассчитано по: Демографический ежегодник России 2010. С. 102.

Проведен анализ показателей смертности городского населения Мурманской, Архангельской, Магаданской областей и Республики Саха (Якутия) за 1999-2009 годы. Для всех этих регионов характерны более высокая смертность и более низкая ожидаемая продолжительность жизни, чем средние показатели по стране в целом. В период после 2003 года произошел рост ожидаемой продолжительности жизни за счет снижения смертности от сердечнососудистых заболеваний. Ситуация со смертностью в центрах арктических регионов незначительно лучше, чем в среднем среди городского населения, и в некоторой степени повторяет общероссийские тенденции. В последние годы темп снижения смертности в этих центрах у мужчин был в два раза выше общероссийского показателя, но у женщин смертность снижалась менее значимо, за исключением Мурманска и Архангельска. Ключевые слова: смертность населения, причины смертности, ожидаемая продолжительность жизни, индекс развития человеческого потенциала, российская Арктика, социальноэкономические показатели.

тывая колоссальных региональных и национальных различий. Подобные различия сохраняют свое значение и сегодня. Для того чтобы выявить особенности смертности и оценить некоторые ведущие факторы риска, выполнен анализ ее показателей среди населения центров четырех арктических и субарктических областей за последние 10 лет. Выбор региона обусловлен несколькими причинами. Во-первых, в настоящее время российская Арктика с большими запасами углеводородного сырья рассматривается как одна из наиболее перспективных территорий экономического развития, во-вторых, в результате потепления климата возможно значительное увеличение судоходства по Северному морскому пути, что также вызовет развитие инфраструктуры и на материке. В России около 93 % природного газа и 75 % нефти добываются в арктических регионах, в стоимостном исчислении это дает до 70 % годового экспорта страны [6]; предусматривается дальнейшие увеличение добычи углеводородного сырья в этом регионе. Все проекты требуют значительных трудовых ресурсов, а в рассматриваемом регионе происходит интенсивный отток населения и стремительно снижается численность трудоспособного населения. Кроме того, изменения климата могут привести к значительным нарушениям работы жизнеобеспечивающих систем. Для анализа выбраны показатели смертности только городского населения, т. к. на огромных северных территориях доступность медицинской помощи сельскому населению во многом зависит от степени финансирования здравоохранения и развитости транспортных средств. Вопросы смертности населения Европейского Севера уже были ранее предметом детального анализа [ 16], но в этой монографии основное внимание было уделено Архангельской области.

Население арктических территорий уже более 20 лет постоянно уменьшается. Например, только за период с 1989 по 2002 год численность жителей Республики Саха (Якутия) уменьшилась на 144,8 тыс. человек, т. е. на 15 %, причем почти все эти жители — горожане.

В 1989—2009 годах суммарное уменьшение населения составило: в Мурманской области 349 тыс. человек, или 29 % от общей численности ее населения; в Архангельской области 313 тыс. человек, или 20 %; в Республике Саха (Якутия) 162 тыс. человек, или 15 %; в Магаданской области 227 тыс. человек, или 58 %, т. е. область лишилась большей части населения2.

Реализовывать программы по снижению смертности населения нереально без понимания основных региональных особенностей структуры смертности, национального состава населения, поэтому целью настоящей работы была сравнительная оценка показателей смертности населения четырех северных городов, расположенных в разных природных условиях и с различными социально-экономическими условиями.

Методы

Анализ показателей смертности проведен по данным Росстата о распределении умерших по полу, возрасту и причинам смерти среди городского населения России в Мурманской, Архангельской, Магаданской областях и Якутии и в центрах этих регионов за 1999—2008 годы. Большинство жителей этих территорий проживают в городских условиях. Абсолютное большинство городских жителей — русские, за исключением Якутска, где доля русского населения составляет 46 %, в Магаданской области коренные жители, эвены, составляют всего 1,4 % населения.

В работе использовался метод компонент, позволяющий оценить влияние изменений в показателях смертности отдельных возрастных групп и в структуре причин смерти на показатель ОПЖ [1].

Для устранения влияния различий в возрастном составе населения сравнительный региональный анализ смертности по причинам смерти согласно МКБ-10 проводился на основе стандартизованных коэффициентов смертности, рассчитанных при использовании европейского стандарта, широко применяющегося ВОЗ и Росстатом.

Анализ смертности городского населения России, Мурманской, Архангельской, Магаданской областей и Республики Саха (Якутия) проводился на основе рассчитанных показателей ОПЖ при рождении в 1999—2009 годах, определения вклада в снижение (1999—2003) или рост (2003—2009) ОПЖ, изменений смертности в отдельных возрастных группах и от отдельных причин смерти. Что касается центров изучаемых регионов, то для сравнительного анализа были рассчитаны стандартизованные коэффициенты смертности от всех причин, а также от болезней системы кровообращения, внешних причин смерти, новообразований, болезней органов дыхания населения городов Мурманска, Архангельска, Магадана и Якутска. Кроме того, анализировались и возрастнополовые коэффициенты смертности населения данных городов.

Результаты

Социально-демографические показатели. Данные о числе смертельных исходов по основным причинам смерти среди всего и трудоспособного населения представлены в табл. 1.

По показателям индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП) в 2008 году и валового регионального продукта (ВРП) за рассматриваемый период времени лидирует Якутия, на втором месте находится Архангельская область [3]. Наиболее «молодая» территория — Якутия, доля старшей возрастной группы здесь составляет всего 12 %, наиболее «пожилая» — Архангельская область. Доля населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума на описываемых территориях находятся примерно на одном уровне, но она выше, чем средний показатель по стране. По другим экономическим показателям ситуация

Таблица 1

Распределение умерших среди городского населения в городах арктических регионов в 1999-2003 и 2004-2009 годах

по основным причинам смерти, число случаев

Причины смерти Мурманск Архангельск Якутск Магадан

Всего В т. ч. 15—59 лет Всего В т. ч. 15—59 лет Всего В т. ч. 15—59 лет Всего В т. ч. 15—59 лет

1999—2003 годы

Все причины 21792 9859 28094 10924 10865 5261 5689 2655

Болезни системы кровообращения 11911 4648 14710 3262 4261 1385 2517 825

Болезни органов дыхания 747 458 1312 744 554 281 339 159

Новообразования 3101 1460 3682 1076 1512 583 927 413

Внешние причины 2961 2023 4739 3725 2697 2137 1178 899

2004—2009 годы

Все причины 25194 11357 29010 11079 13117 6070 7271 3612

Болезни системы кровообращения 13933 5461 14916 3845 5591 1834 3343 1200

Болезни органов дыхания 906 630 1347 637 590 289 514 279

Новообразования 3574 1689 4646 1387 1957 748 1105 517

Внешние причины 2912 2434 4475 3179 2679 2104 1240 1004

более разнообразна. В Магаданской области среди четырех территорий самые низкие показатели доходов и ВРП, но в более населенной Архангельской области самый низкий ВРП на душу населения. В наилучшей ситуации по большинству экономических показателей находится Якутия.

Базовые показатели численности населения, эко-

номического развития и ИРЧП в северных регионах значительно различаются (табл. 2 и 3).

Смертность городского населения арктических регионов. Для всех описываемых регионов при сохранении общероссийских тенденций смертности характерны более высокие показатели смертности и более низкие показатели ОПЖ. Так, в среднем за

Таблица 2

Основные социально-демографические показатели арктических регионов

Регион Доля городского населения^ 2008 г. Средняя численность городского населения за 1999—2008 гг., тыс. чел. Средняя численность населения столиц регионов за 1999—2008 гг., тыс. чел. Доля населения моложе 15 лет', % Доля населения старше 60 лет (мужчины) 55 лет (женщины), % Удельный вес численности населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума, % 1999-2008 г. Численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума, тыс. чел. 2008 г.

Архангельская обл. 73,5 978 359,1 16,3 20,0 16,28 205,45

Мурманская обл. 91,2 810 336,7 15,6 16,1 15,41 129,91

Республика Саха (Якутия) 65,5 614 232,7 23,2 12,0 16,72 158,84

Магаданская обл. 95,1 167 115,6 16,8 15,3 15,22 24,81

Российская Федерация 73,07 1055282** — 15,9 21,2 13,1 18 500, 0

Примечание. * - на 01.01.2009 г.; ** http://www.gks.ru/bgd/regl/b10_13/lssWWWexe/Stg/dl/04-01.htm http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/publishing/ catalog/ statisticCollections/doc_1135087342078

Таблица 3

Некоторые экономические показатели арктических регионов

Регион Индекс дохода в 2008 г. [3] ОПЖ, лет [3] ИРЧП в 2008 г. [3] Место по показателю ИРЧП [3] Расходы консолидированного бюджета на здравоохранение и спорт, млрд руб. Расходы консолидированного бюджета на здравоохранение и спорт на 1 человека, тыс. руб. ВРП, 1999— 2007 гг., млрд руб. ВРП на 1 человека, 1999-2007 г., тыс. руб.

Архангельская обл. 0,829 66,94 0,808 21 0,318 2933,93 129 425,6 98 830,4

Мурманская обл. 0,814 66,70 0,797 35 3,639 4180,83 101 320,8 115 120,4

Республика Саха (Якутия) 0,844 65,78 0,813 19 6,355 6687,74 142 491,6 149 592,4

Магаданская обл. 0,793 63,57 0,798 32 1,529 8790,09 22 847,2 127 512,0

Российская Федерация 0,833 67,51 0,817 — 1546,3* 3108,53 — _

мужчины

Рэссия —Мурманская —А— Якутия —X— Магаданская —I—Архангельская

женщины

Рэссия —Мурманская —А—Якутия —X—Магаданская —Ж—Архангельская

Рис. 1. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении городского населения России, Республики Саха (Якутия), Архангельской, Магаданской и Мурманской областей в 1999—2009 годах, лет

период 1999—2009 годов ОПЖ городского населения изучаемых регионов была ниже, чем у городского населении России, у мужчин на 1,5 года в Якутии, на 1,6 года в Мурманской, 2,2 года в Архангельской и 3,0 года в Магаданской областях. У женщин отставание от общероссийских показателей составило

1, 1 года в Архангельской области, 1,6 года в Якутии,

1,7 года в Мурманской и 3,0 года в Магаданской области. Таким образом, как у мужчин, так и у женщин ОПЖ была значительно ниже, чем в России, в целом на протяжении всего рассматриваемого периода (рис. 1). Наиболее высокая ОПЖ отмечалась до

2008 года в Якутии и в 2008—2009 годах в Архангельской области. Наиболее низкая, как у мужчин, так и у женщин, — в Магаданской области. Именно эта область имеет наиболее низкие показатели ВРП и ИРЧП среди четырех изученных территорий.

Как видно из рис. 1, при общей тенденции изменения ОПЖ при рождении городского населения арктических регионов различны. Так, если в Магаданской области и Якутии в течение практически всего периода продолжительность жизни росла и у мужчин, и у женщин, то в Мурманской и Архангельской областях с 1999 по 2003 год она снижалась, а затем стала расти, причем у мужчин значимее, чем у женщин.

Чем же обусловлены отмечающиеся изменения ОПЖ (рис. 2), каковы причины смертности и в каких возрастах приводят к ее росту или снижению? Изменения ОПЖ рассмотрены за два временных периода: 1999—2003 годов, когда отмечались снижение или стабилизация продолжительности жизни с незначительным ее ростом, и 2003—2009 годов, когда отмечался относительно стабильный ее рост. Расчеты были проведены методом компонент, позволяющим оценить, как изменения смертности в отдельных возрастах и от различных причин смерти влияют на уровень ОПЖ.

В 1999—2003 годах снижение ОПЖ городского населения России, Архангельской и Мурманской областей происходило в основном за счет роста смертности в трудоспособных возрастах (главным образом старше 30 лет) как у мужчин, так и у женщин (см. рис. 2). В Якутии и Магаданской области снижение смертности городского населения в более молодом возрасте способствовало некоторому росту ОПЖ.

В 2003—2009 годах рост ОПЖ при рождении у мужчин в рассматриваемых регионах, как и в России в целом, происходил в основном за счет снижения смертности в возрастах старше 30 лет, причем 30— 40 % роста продолжительности жизни у них было обусловлено снижением смертности в трудоспособных

Рис. 2. Изменения ожидаемой продолжительности жизни при рождении в городском населении России, Республики Саха (Якутия), Архангельской, Магаданской и Мурманской областей в 1999—2009 годах, лет

Рис. 3. Стандартизованный коэффициент смертности населения центров арктических регионов и городского населения России в 1999—2009 годах, на 100 тыс. населения

возрастах от 45 до 59 лет. У женщин же 25—35 % роста продолжительности жизни есть результат снижения смертности в более старших возрастах от 60 до 75 лет. Однако и в возрастах от 45 до 59 и старше 75 лет смертность у них тоже снижалась, но ее влияние на рост продолжительности жизни было менее значимым, от 16 до 30 %.

Из общего ряда выделяется Магаданская область, в которой три четверти роста ОПЖ и у мужчин, и у женщин обусловлено снижением смертности в по-

жилых возрастах: 65—74 лет. Напротив, рост смертности в возрастах 0—14 и 30—44 лет способствовал снижению ОПЖ более чем на 0,5 года. Разумеется, нельзя исключать и тот факт, что эти особенности являются результатом несопоставимости годовой регистрации данных о естественном движении населения, в частности умерших, и оценок численности населения данного региона Росстатом.

Смертность в центрах арктических регионов. Ситуация со смертностью в центрах арктических ре-

Рис. 4. Возрастные коэффициенты смертности от всех причин населения центров арктических регионов в 1999—2009 годах, на 100 тыс. населения

гионов незначительно лучше, чем в среднем среди городского населения, и в некоторой степени повторяет общероссийские тенденции (рис. 3). В последние годы темп снижения смертности в этих центрах у мужчин был в два раза выше общероссийского показателя, но у женщин смертность снижалась менее значимо, за исключением Мурманска и Архангельска.

За счет каких же ресурсов возможно дальнейшее уменьшение смертности? Оценка показателей финансирования здравоохранения (см. табл. 3) демонстрирует парадоксальный на первый взгляд факт — максимальные расходы консолидированного бюджета на здравоохранение и спорт на одного человека в Магаданской области сочетаются с низким показателем ОПЖ. Следовательно, необходим более полный анализ причин этого явления.

Возрастные коэффициенты смертности. Снижение смертности в центрах различных арктических территорий происходит по-разному (рис. 4). Так, если в 2009 году по сравнению с 2005-м у мужчин в Архангельске в той или иной степени смертность снизилась во всех возрастных группах (причем более всего в группе 30—44 лет — минус 14,4 %), то в Якутске значительное снижение (минус 12,8 %) отмечалось в 45—59 лет, а в 15—44 и 60—74 лет коэффициенты смертности стали даже выше.

Существенное снижение (минус 13 — 20 %) смертности наблюдалось у мужчин и в Магадане в группах 15—29 и 45—74 лет. В группе 30—44 лет коэффициенты смертности, напротив, возросли почти на четверть. Скорее всего, отмеченная динамика возрастной смертности находится в определенной зависимости от существующих оценок численности различных возрастных групп мужского населения и проблем полноты учета естественного движения населения.

В Мурманске же смертность у мужчин за эти годы почти не изменилась: отмечалось незначительное (2,2 %) увеличение в группе 45—59 лет, практически (0,1 %) стабилизация в 30—44 года и чуть более значимое снижение в группах 15—29 (минус 3,2 %) и 60—74 (минус 4,8 %) лет.

У женщин наблюдались в основном аналогичные закономерности, но снижение смертности в отдельных возрастных группах было более значимо по сравнению с мужчинами.

Смертность от сердечно-сосудистых заболеваний. Среди всех причин смерти первое место занимают сердечно-сосудистые заболевания, около половины мужчин и 65—70 % женщин умирают от них. Наиболее низки показатели смертности по этой причине в Якутии (рис. 5) [5]. Весьма интересен

Болезни системы кровообращения

Внешние причины смерти

Рис. 5. Стандартизованные коэффициенты смертности от болезней системы кровообращения и внешних причин населения центров арктических регионов и городского населения России в 1999—2009 годах, на 100 тыс. населения

факт, что Магаданская и Мурманская области входят в число 10 субъектов РФ с наибольшим удельным весом умерших от болезней системы кровообращения в стационарах государственных и муниципальных медицинских учреждений (33,3 и 28,1 % соответственно при среднем показателе по России 17,1 в 2007 г.) [ 14]. Причина этого непонятна, так как в названную группу субъектов входят и такие регионы с высоким уровнем медицинского обслуживания, как Москва, Башкортостан, Тюменская область, и территории с дефицитом бесплатной медицинской помощи.

Смертность от внешних причин. Высокий уровень смертности от внешних причин (см. рис. 5) характерен для населения центров арктических регионов, кроме Мурманска. Стабильно более высокая смертность, чем в среднем по стране, у мужчин регистрируется в Архангельске и Якутске, но и в этих городах с 2007 года она значительно снижается. Относительно высокая смертность от внешних причин характерна также и для Магадана, особенно у женщин, но число таких случаев весьма невелико (за 2008 г. было зарегистрировано 34 случая, а за

2009 - 30).

Смертность от заболеваний органов дыхания. Несмотря на северное расположение центров регионов с тяжелыми климатическими условиями,

показатели смертности от заболеваний органов дыхания в них значительно различаются (рис. 6). Среди мужского и женского населения Архангельска стандартизованные коэффициенты смертности стабильно выше, чем средние по России и другим оцениваемым северным городам. В более северном Мурманске показатели несколько ниже, но причина этого непонятна.

Смертность от новообразований. Во всех четырех центрах арктических регионов смертность от новообразований (см. рис. 6) была стабильно выше, чем в среднем по России. Наиболее высокие показатели характерны для Архангельска и Магадана. Показатели по Архангельску достаточно достоверны. В этой области создан раковый регистр при поддержке Норвежского онкологического общества, большинство диагнозов подтверждены морфологически [17].

Для мужчин и женщин Магадана характерен очень высокий показатель смертности от всех злокачественных новообразований [2], что в определенной степени, возможно, связано с поздней диагностикой и качеством лечения онкологических больных. Возможно также, что высокий показатель смертности от рака легкого обусловлен высоким уровнем загрязнения атмосферного воздуха. Магадан небольшой город, но он находится в котловине, и климатические условия

Новообразования

Болезни органов дыхания

мужчины

230

180

130

80

30

1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 -Магадан ——Мурманск А Якутск —I—Архангельск » Россия, город

женщины

/\ Л

v / \ А /

к У- А

1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 -Магадан —•—Мурманск А Якутск —I—Архангельск —♦—Вэссия, город

Рис. 6. Стандартизованные коэффициенты смертности от новообразований и болезней органов дыхания населения центров арктических регионов и городского населения России в 1999-2009 годах, на 100 тыс. населения

характеризуются низкой рассеивающей способностью атмосферы, часто бывают длительные периоды застоя воздуха, когда выбросы промышленных предприятий и котельных скапливаются в приземном слое атмосферы. Росгидромет считает уровень загрязнения атмосферного воздуха в Магадане очень высоким, причем за последние годы в связи с интенсивным ростом автотранспорта концентрации канцерогенного бенз(а)пирена возросли и превышают нормативные величины в 4 раза [4, 12], что является признаком канцерогенной опасности.

Обсуждение результатов

Анализ показателей смертности городского населения арктических регионов позволил выявить некоторые характерные особенности. Так, например, к отличительным особенностям этих регионов, кроме Архангельской области, можно отнести и несколько меньшую дифференциацию смертности городского населения по полу, связанную с более высокой смертностью женщин. Один из ключевых вопросов выявления факторов риска смертности - оценка влияния социально-экономических индикаторов. В определенной степени это прослеживается в Мурманской области с низкими показателями ОПЖ. Для этой области характерен медленный рост экономики и доходов населения в 2000-е годы, нарастающее отставание от группы регионов-лидеров, повышенная безработица, бедность пенсионеров из-за низкого размера пенсии3.

В последние годы в арктических регионах, как и в целом по России, динамика ОПЖ связана с тенденциями смертности взрослого населения, и прежде всего трудоспособных возрастов. Анализ изменений структуры причин смерти показывает, что в разные периоды одни и те же причины вносили разный количественный вклад в изменение ОПЖ. Так, в 1999-2003 годах среди городского населения России именно рост смертности от болезней системы кровообращения был основной (почти три четверти общего снижения ОПЖ) причиной у мужчин, которая обусловила снижение ОПЖ на 1,06 года. В Мурманской области у мужчин рост смертности от болезней системы кровообращения снизил ОПЖ на

1.8 года, а от болезней органов дыхания и внешних причин — на 1,08 года, что составило соответственно

48.8 и 28,8 % от общего снижения ОПЖ за этот период. В Архангельской области наибольшие неблагоприятные последствия вызвал рост смертности от внешних причин, который привел к снижению продолжительности жизни у мужчин на 0,7 года, или 54,6 % от общего снижения ОПЖ, а рост смертности от болезней системы кровообращения обусловил снижение ОПЖ на 0,46 года, или 35,0 % от общего снижения. В Якутии и Магаданской области снижение смертности от внешних причин способствовало росту ОПЖ соответственно на 0,70 и 0,64 года, что было

3 Ы!р:/^^Досро1.т

более значимо, чем рост смертности от болезней системы кровообращения, который обусловил снижение ОПЖ на 0,19 года в Якутии и 0,36 года в Мурманской области, что и привело к некоторому увеличению продолжительности жизни мужчин за 1999—2003 годы.

У женщин отмечались практически те же закономерности, что и у мужчин. Причем среди городского населения в целом по России у женщин практически все снижение ОПЖ за период 1999 — 2003 годов было обусловлено ростом смертности от болезней системы кровообращения (минус 0,47 года при общем снижении на 0,50 года). Достаточно значительное неблагоприятное влияние на ОПЖ женщин оказал рост смертности от болезней системы кровообращения также в Мурманской (минус 0,99 года при общем снижении на 1,52) и Архангельской (минус 0,36 года при общем снижении на 0,79) областях. Напротив, в Якутии и Магаданской области за этот период смертность женщин от данной причины снизилась, что привело к росту ОПЖ женщин соответственно на 0,62 (при общем росте на 0,54 года) и 0,81 года (при общем росте на

1,99 года). Кроме того, только в Магаданской области помимо болезней системы кровообращения рост продолжительности жизни женщин был обусловлен снижением смертности, хотя и в разной степени, практически от всех причин, в том числе наиболее значимо от новообразований и болезней органов дыхания.

В свою очередь, основной рост продолжительности жизни в 2003—2009 годах городского населения России в целом (у мужчин и женщин) связан с положительной динамикой смертности от болезней системы кровообращения (в основном за счет снижения смертности от цереброваскулярных заболеваний) и от внешних причин, но определенное влияние оказало также снижение смертности от заболеваний органов дыхания и новообразований. Однако в Магаданской области общий рост ОПЖ женщин мог бы быть за этот период более значимым, если бы не рост смертности от болезней органов дыхания и инфекционных болезней, что способствовало снижению ОПЖ на 0,50 года.

Кроме того, из общего ряда несколько выделяется Якутия, где у мужчин снижение смертности от болезней системы кровообращения за этот период менее значимо, а основное влияние оказало снижение смертности от внешних причин. У женщин основное влияние на рост ОПЖ оказало снижение смертности от внешних причин и новообразований, при этом некоторый рост смертности от болезней системы кровообращения способствовал незначительному снижению ОПЖ на 0,01 года.

В Мурманской и Архангельской областях и у мужчин, и у женщин ситуация в той или иной степени повторяет общероссийские тенденции: основной рост ОПЖ связан со снижением смертности от болезней системы кровообращения и внешних причин. Причем у

мужчин влияние этих причин почти равнозначно, тогда как у женщин соотношение их составляет 5 к 1.

Отдельного обсуждения требуют результаты сопоставления показателей смертности от болезней системы кровообращения в северных городах. Почему эти показатели в Мурманске и Магадане как у мужчин, так и у женщин выше, чем в среднем у городского населения России, в то время как в Якутске на протяжении всех 11 лет исследования отмечались более низкие показатели? Если обратиться к более ранним данным4, то видно, что это различие просматривается с 1990 года. Тому могут быть или есть два объяснения. Во-первых, в Якутии функционирует республиканская целевая подпрограмма «Профилактика и лечение артериальной гипертонии», в рамках которой ведется мониторинг артериальной гипертонии среди взрослого населения, открыты отделения восстановительного лечения, созданы школы здоровья для больных этим недугом [7]. Во вторых, возможно влияние генетических особенностей якутов, которые составляют почти половину населения города. Это подтверждают и результаты специальных эпидемиологических работ, проведенных Институтом здоровья Академии наук Республики Саха (Якутия), в которых показано, что распространенность артериальной гипертензии среди коренного населения составляет 36 % при 44 % среди некоренного (р <

0,05) [8]. В другом исследовании особенностей атеросклероза коронарных артерий у мужчин якутов и русских выявили, что это заболевание более тяжело протекает у русских [15]. В последние годы в Якутске отмечается четкая тенденция к росту заболеваемости ишемическим инсультом [7], что авторы этого исследования связывают с ростом числа случаев артериальной гипертензии, неадекватностью ее лечения, ростом заболеваемости сахарным диабетом, изменением образа жизни коренного населения, в т. ч. диеты. Показатели смертности населения Якутска, возможно, были бы еще ниже, если бы удалось снизить уровень алкоголизации. Как можно судить по имеющимся весьма скудным статистическим данным Росстата

о числе умерших в состоянии алкогольного опьянения и доле их среди всех умерших в 2000—2005 годах, ситуация в Якутске со злоупотреблением алкоголем, скорее всего, острее, чем в целом по России. Так, если в эти годы в среднем по России доля умерших в состоянии алкогольного опьянения среди всех умерших составляла у мужчин 4,0 %, а у женщин 1,5 %, то в Якутске она была на порядок выше: 38,0 % у мужчин и 17,0 % у женщин. Среди внешних причин смерти более 70 % смертей в Якутске наступила в состоянии алкогольного опьянения при аналогичном показателе в среднем по стране 15,0 % [данные Росстата, сноски 2 и 3].

Роль случайных отравлений алкоголем среди внешних причин смерти прослеживается и при анализе данных по Архангельской области, где эта причина с 2002 года среди указанной группы вышла на первое место [9]. В этой области также велика смертность от травматизма. Это связано с наличием такой травмогенной отрасли промышленности, как лесодеревообработка. Как считают исследователи Северного государственного медицинского университета, снижение случаев смерти от несчастных случаев на производстве с 2001 года произошло в результате его значительного сокращения [9]. Детальный анализ особенностей причин смерти от внешних причин за 20 лет показал, что среди пострадавших преобладали мужчины, временные работники, пенсионеры и инвалиды; отмечается «омоложение» возраста и увеличение на 1/3 удельного веса больных, получивших травму в результате алкогольного опьянения [10].

Заключение

Смертность городского населения в арктических регионах в определенной степени подобна картине в целом по стране, но имеет несколько отличий. Во-первых, это более низкая доля умерших от болезней системы кровообращения в центрах арктических регионов, кроме Мурманска, во-вторых, более высокая доля умерших от новообразований, в т. ч. женщин. В третьих, ожидаемая продолжительность жизни при рождении у городского населения арктических регионов, как мужчин, так и женщин, ниже, чем в целом по России на протяжении всего рассматриваемого периода.

Показатели смертности городского населения арктических регионов, находящихся в разных частях страны, различаются между собой как по ОПЖ, так и по уровню смертности от основных причин, что в определенной степени объясняется и различиями социально-экономического развития. Различаются эти территории и по возрастным особенностям продолжительности жизни. В 1999—2003 годах снижение продолжительности жизни городского населения Архангельской и Мурманской областей происходило в основном за счет роста смертности в трудоспособных возрастах, а в Республике Саха (Якутия) и Магаданской области в эти же годы снижение смертности в более молодых возрастах способствовало некоторому росту ОПЖ.

Ситуация со смертностью в центрах арктических регионов незначительно лучше, чем в среднем среди городского населения, и в целом повторяет общероссийские тенденции, однако в последние годы темп снижения смертности у мужчин в этих городах был в полтора раза выше общероссийского показателя, но у женщин смертность снижалась не столь значительно, за исключением Мурманска.

Определение приоритетных задач по снижению смертности невозможно без проведения специальных социально-демографических обследований, не только репрезентативных для России в целом, но

и учитывающих особенности каждого региона, в том числе по типу когортного эпидемиологического обследования.

Список литературы [References]

1. Andreev E. M. Metod komponent v analize prodolzhitel'nosti zhizni [Component Method in Analysis of Life Expectancy] // Vestnik statistiki. 1982. N 3. S. 42-48. [in Russian]

2. Davydov M. I., Aksel' E. M. Smertnost' ot zlokachestvennykh novoobrazovanii [Malignant Tumor Mortality] // Vestnik Rossiiskogo onkologicheskogo nauchnogo tsentra im. N. N. Blokhina RAMN. 2008. T. 19, N 2. Prilozh. 1. S.105. [in Russian]

3. Doklad o razvitii chelovecheskogo potentsiala v Rossiiskoi Federatsii: Tseli razvitiya tysyacheletiya: vzglyad v budushchee. Programma razvitiya OON [Report on Human Development in Russian Federation: Millennium Development Goals: Looking into the Future. UNO Development Program]. M., 2010. S. 150—151. [in Russian]

4. Ezhegodnik vybrosov zagryaznyayushchikh veshchestv v atmosfernyi vozdukh gorodov i regionov Rossiiskoi Federatsii za 2007 god [Annual of Pollutants Emissions into Atmospheric Air in Towns and Regions of Russian Federation in 2007] / FGUP «NII Atmosfera». SPb., 2008. S. 59—60. [in Russian]

5. Ivanov K. I., Kornil'ev I. V., Nazarov A. N. O sostoyanii zdorov'ya regiona Krainego Severa — Yakutii [Health State in Far North Region — Yakutia] // Profilaktika zabolevanii i ukreplenie zdorov'ya. 2005. N 3. S. 41—46. [in Russian]

6. Il’ichev V. A., Vladimirov V. V., Sadovskii A. V. i dr. Perspektivy razvitiya sovremennykh severnykh poselenii [Development Perspectives in Modern Northern Habitations]. M.: Rossiiskaya arkhitekturnaya akademiya, 2003. 152 s. [in Russian]

7. Kobylina O. V., Nikolaeva T. Ya. Sravnitel'nyi analiz faktorov riska razvitiya ishemicheskogo insul'ta v Yakutskoi etnicheskoi gruppe [Comparative Analysis of Ischemic Stroke Progression Risk Factors in Yakut Ethnic Community] // Yakutskii meditsinskii zhurnal. 1998. N 1(21). S. 8—11. [in Russian]

8. Krivoshapkin V. G. Serdechno-sosudistye zabolevaniya v Yakutii: problemy i puti nauchnogo poiska [Cardiovascular Diseases in Yakutia: Problems and Ways of Scientific Search] // Materialy 13 Mezhdunarodnogo kongressa po pripolyarnoi meditsine / pod red. akad. RAMN L. E. Panina. Novosibirsk: RITs, 2006. S. 8—9. [in Russian]

9. Lukashov A. G., Sitkin M. N., Zaroslikova L. A. i dr. Invalidnost' i smertnost' — dominanty, snizhayushchie zhiznennyi potentsial i bezopasnost' obshchestva [Disability and Mortality Rate — Dominants Decreasing Biotic Potential and Safety of Society] / pod red. prof. A. L. Sannikova. Arkhangel'sk: Solti, 2007. 378 s. [in Russian]

10. Matveev R. P. Vozrastno-polovaya i sotsial'naya kharakteristika postradavshikh s politravmoi v oblastnom tsentre severnogo regiona v dinamike za 20 let [Age-sexual and Social Description of Patients with Politraumas at a Regional Center of Northern Region in Dynamics During 20 Years] // Ekologiya cheloveka. 2006. N 1. S. 52—54. [in Russian]

11. Naselenie Rossii 2007: Pyatnadtsatyi ezhegodnyi demograficheskii doklad [Population of Russia 2007: 15-th Annual Demographic Report]. M.: Izd. dom GU VShE, 2009. S. 186—198. [in Russian]

12. O sostoyanii i ob okhrane okruzhayushchei sredy Rossiiskoi Federatsii v 2008 godu [State and Protection of

Environment in Russian Federation in 2008]: gos. doklad / Ministerstvo prirodnykh resursov Rossiiskoi Federatsii. 2009. 195 s. [in Russian]

13. Osnovnye napravleniya deyatel'nosti Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii na period do 2012 g. [Main Directions of Russian Federation Government’s Activity in the Period till 2012] (v red. rasporyazheniya Pravitel'stva RF ot 02.11.2009 N 1622-r). [in Russian]

14. Perkhov V. I., Gridnev O. V., Baluev E. E. Sravnitel'nyi analiz smertnosti i gospital'noi letal'nosti naseleniya Rossiiskoi Federatsii ot boleznei sistemy krovoobrashcheniya [Comparative Analysis of Mortality and Hospital Lethality of Population of Russian Federation Caused by Blood Circulation System Diseases] // Byulleten' SO RAMN. 2010. T. 30, N 2. S.139 —143. [in Russian]

15. Romanova A. N. Osobennosti ateroskleroza koronarnykh arterii u muzhchin yakutskoi natsional'nosti s ishemicheskoi bolezn'yu serdtsa [Comparative Analysis of Mortality and Hospital Lethality of Population of Russian Federation Caused by Blood Circulation System Diseases] // Materialy 13 Mezhdunarodnogo kongressa po pripolyarnoi meditsine / pod red. akad. RAMN L. E. Panina. Novosibirsk: RITs, 2006.

S. 225—226. [in Russian]

16. Sannikov A. L., Varakina Zh. L., Belyakov N. G. Smertnost' naseleniya Evropeiskogo Severa [Mortality of European North Population] / pod red. Vyaz'mina A. M. Arkhangel'sk: Izd-vo SGMU, 2003. 156 s. [in Russian]

17. Vaktskjold A. The Quality and Use of Two Health Registries in Russia / A. Vaktskjold. Tromso, 2005.

DOMINANT TRENDS AND CHARACTERISTIC FEATURES OF MORTALITY AMONG URBAN POPULATION IN RUSSIAN ARCTIC IN 1999-2009

*B. Revich, 12T. Kharkova, 2E. Kvasha , 3S. Nikitina

1 Institute of Forecasting of Russian Academy of Sciences, Moscow

2 Institute of Demography of Higher School of Economics, Moscow

3 Federal Statistical Service, Moscow

Indicators of mortality of urban population in four northern regions of the Russian Federation were analyzed: the Murmansk, Arkhangelsk, Magadan regions and the Republic Sakha (Yakutia). The study period covered eleven years between 1999 and 2009. All these regions are characterized by higher mortality rates and lower life expectancy than the national average indicators. After 2003, life expectancy began to increase due to reduction in cardio-vascular mortality. Mortality rates in the regional capitals were somewhat higher than the respective average rates for all urban population within the region.

keywords: mortality rates, causes of death, life expectancy, human development index, Russian Arctic, indicators of social and economic development

Контактная информация:

Ревич Борис Александрович — доктор медицинских наук, профессор, зав. лабораторией прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения Института народнохозяйственного прогнозирования РАН

Адрес: 117418, г. Москва, Нахимовский пр., д. 47 Тел. (8499) 129-18-00 E-mail: revich@ecfor.ru