Кому и Тегеран миротворец

Европа решила поговорить с Москвой об Украине через Тегеран. По словам главы МИД Ирана Хосейна Амир-Абдоллахиана, во время переговоров в Москве он передал своему российскому коллеге Сергею Лаврову послание одного из лидеров европейских стран касательно ситуации на Украине. Со своей стороны, глава МИД РФ выразил надежду на то, что Запад не будет рассматривать посредничество Тегерана как предварительное условие, без выполнения которого он не пойдет на восстановление иранской «ядерной сделки». Впрочем, двум министрам было что обсудить и помимо украинского кризиса. В первую очередь — расширение взаимодействия в условиях западных санкций.

Глава МИД Ирана Хосейн Амир-Абдоллахиан (справа) с воодушевлением воспринял возложенную на него миссию передать Сергею Лаврову послание по Украине «одного из лидеров европейских стран»

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

«В ходе сегодняшних переговоров мы передали послание касательно ситуации на Украине от одного из лидеров европейских стран по его просьбе, с которой он обратился к нашему президенту господину Раиси. Там были идеи относительно содействия миру и спокойствию, а также прекращению боевых действий на Украине. И мы эти идеи с господином Лавровым обсудили» — с таких слов Хосейн Амир-Абдоллахиан начал свое выступление на пресс-конференции по итогам состоявшихся в среду в Москве переговоров с Сергеем Лавровым.

Еще накануне иранский министр назвал попытку урегулирования кризиса вокруг Украины главной целью своего визита в Москву. «Некоторые из западных стран хотят, чтобы Тегеран играл активную роль в этом вопросе»,— отметил он. В среду иранское агентство ISNA сообщило, что западным лидером, обратившимся к Эбрахиму Раиси, был президент Франции Эмманюэль Макрон.

Последний публичный контакт президентов Франции и Ирана состоялся 23 июля, буквально через несколько дней после визита в Тегеран президента РФ Владимира Путина. Согласно сообщению Елисейского дворца, помимо дискуссии вокруг возвращения к Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД) и других тем речь шла и о конфликте на Украине, в том числе о его последствиях с точки зрения энергетической и продовольственной безопасности. На тот момент господин Макрон уже два месяца (с 28 мая) не разговаривал по телефону с президентом РФ Владимиром Путиным, тогда как у господина Раиси был шанс встретиться с российским лидером лично.

Пауза в контактах между Елисейским дворцом и Кремлем вызывала много вопросов в СМИ, учитывая, что после ввода российских войск на Украину два президента беседовали как минимум раз в месяц, если не чаще.

Телефонные контакты между ними возобновились лишь 19 августа. То есть еще почти месяц спустя после того, как Эмманюэль Макрон созвонился с Эбрахимом Раиси. И на этом фоне неясно, когда французский президент, если это был действительно он, мог попросить Тегеран о посредничестве. Если во время паузы в контактах с Кремлем, то почему так долго Иран собирался с выполнением поручения, а если недавно, то зачем — с учетом продолжения прямого диалога между президентами РФ и Франции. Видимо, в Москве тоже недоумевают.

«Сейчас господин министр упомянул в своем вступительном слове, что некоторые европейские лидеры просят его сконцентрироваться на украинском вопросе, просят доставлять некие послания. Я надеюсь, что это не новое предварительное условие, которое некоторые европейские лидеры могут выдвигать и ставить на пути заключения СВПД»,— сказал Сергей Лавров журналистам. Это была его единственная реакция на слова иранского коллеги о посредничестве.

Но для иранского министра эта тема была явно важна, причем не только в контексте посредничества. С 24 февраля Тегеран неоднократно предлагал свои услуги в диалоге между Москвой и Киевом, правда, мало кто до сих пор это воспринимал всерьез, в отличие от посреднических усилий Турции.

Тем не менее, воспользовавшись случаем, Хосейн Амир-Абдоллахиан в ходе визита в Москву огласил намерения Тегерана еще раз. В частности, предложил содействие в разрешении кризиса вокруг Запорожской АЭС.

«Исламская Республика Иран, которая является одним из главных игроков по мирному использованию атома, готова оказать любую помощь для установления спокойствия и мира на данной АЭС, а также на близлежащей территории»,— сказал он. Хотя, казалось бы, Ирану в эту тему влезать не стоит, учитывая его непростые отношения с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) и то, сколько раз Тегерану по его ядерным делам требовалась поддержка России. Так что неудивительно, что Сергей Лавров промолчал. По крайней мере публично. Впрочем, это не помешало ему в свою очередь заверить, что Москва полностью разделяет иранскую позицию во всем, что касается «ядерной сделки», судьба которой должна решиться в ближайшие дни.

Напомним, что СВПД был подписан Ираном в 2015 году вместе с пятью членами Совбеза ООН и Германией. Речь шла о снятии санкций с Тегерана в обмен на ограничение иранской ядерной программы. Спустя три года США вышли из сделки, в ответ Иран также отказался от части своих обязательств. После прихода в Белый дом администрации президента Джо Байдена Вашингтон решил попробовать вернуться к СВПД. Непрямые консультации на эту тему между всеми участниками «ядерной сделки» начались еще весной прошлого года в Вене. В августе на основе консультаций со всеми подписантами СВПД Евросоюз сформулировал компромиссный план. Свои комментарии к нему вначале представил Иран, а затем и США. Теперь вновь пришла очередь иранцев изучить замечания американской стороны.

Тегеран не раз заявлял: он хочет быть уверенным, что Вашингтон вновь не разорвет сделку. «Мы по-прежнему нуждаемся в более мощном тексте по вопросу гарантий»,— пояснил глава МИД Ирана, отвечая на вопросы журналистов в Москве. Кроме того, Иран считает, что МАГАТЭ должно абстрагироваться от любой политизированной точки зрения и обещать, что не будет предъявлять Тегерану «необоснованных обвинений» после восстановления СВПД. Речь идет о расследовании МАГАТЭ касательно происхождения следов урана на трех иранских ядерных объектах. Агентство не намерено прекращать расследование, хотя речь идет о ядерной деятельности Ирана еще в начале 2000-х годов.

Помимо тем Украины и СВПД два министра обсудили конфликты в Афганистане, Йемене, Сирии, а также ситуацию в Ираке и Закавказье. Основное же внимание было уделено развитию двустороннего сотрудничества в условиях западных санкций. Прекращение контактов между Москвой и Западом подстегнуло Россию к активизации связей со странами Востока, в том числе с Ираном.

Сергей Лавров подчеркнул, что, несмотря на санкции, товарооборот между двумя странами растет рекордными темпами: за первые семь месяцев он увеличился более чем на 40% и составил около $2,7 млрд.

«Мы удовлетворены тем, как развиваются наши двусторонние отношения, они выходят на новый качественный уровень, который будет зафиксирован в большом межгосударственном договоре, работа над этим документом сейчас находится на завершающей стадии»,— сообщил Сергей Лавров. Он также добавил, что параллельно идет работа над документом о долгосрочном сотрудничестве в области экономики и о соответствующей «дорожной карте». Министры дали понять, что обсудили все аспекты двусторонних отношений — от рыболовства до безопасности. Единственный вопрос, который остался открытым, хотя он и находится в центре внимания мировых СМИ,— это утверждения Вашингтона, что Иран якобы начал поставку своих беспилотников России. В МИД РФ заранее заявили, что этот вопрос не обсуждался на встрече президентов России и Ирана в июле и его не планируют поднимать на министерских переговорах в Москве. В РФ эту тему называют вбросом западных СМИ. В Тегеране также еще в июле отрицали информацию о поставках. А на пресс-конференции глав МИДов в среду этот вопрос вообще не поднимали.