Императивные высказывания с особой формой побуждения «Третьего лица»

ИМПЕРАТИВНЫЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ С ОСОБОЙ ФОРМОЙ ПОБУЖДЕНИЯ «ТРЕТЬЕГО ЛИЦА»

В. Е. Иосифова

Аннотация. Статья посвящена анализу грамматических особенностей форм повелительного наклонения 3-го лица. Автор полагает, что формы повелительного наклонения 3-го лица в системе форм повелительного наклонения стоят несколько обособленно: связь их с повелительным наклонением более слабая, чем у других форм повелительного наклонения.

Ключевые слова: императивные высказывания, повелительное наклонение, модальные оттенки, семантический статус, императивная парадигма, аналитические словоформы, грамматические особенности.

Summary. The article is devoted to the analysis of grammatical peculiarities of the Imperative Mood forms in the third person. The author argues that the forms of the Imperative Mood in the third person stay apart in the system of the imperatives as their connection with the Imperative Mood is weaker than that of other imperatives.

Keywords: imperative sentences, Imperative Mood, shades of modality, semantic status, imperative paradigm, analytic word forms, grammatical peculiarities.

342

По

обуждать к действию непосредственно можно лишь того, с кем говоришь. Именно поэтому наиболее часто повелительное наклонение употребляется при обращении к собеседнику.

Однако в повседневной действительности, в трудовой и общественной деятельности человеку приходится прибегать и к передаче волеизъявлений лицу или лицам, не участвующим в разговоре, что обычно делается через собеседника. Естественно, что такое волеизъявление, ввиду того, что оно не рассчитано на непосредственное восприятие адресатом, приобретает особые модальные оттенки: согласия с действием, допущения или разрешения действия, пожелания, заклинания и т.п.

Вопрос о наличии в современном русском языке специальных форм повелительного наклонения 3-го лица -один из спорных вопросов русской грамматики. До настоящего времени он решается противоречиво.

Из обширной проблематики, связанной с изучением императивных высказываний с особой формой побуждения «третьего лица», в этой статье мы остановимся на рассмотрении грамматических особенностей форм повелительного наклонения 3-го лица.

Исследователи активно обсуждают вопрос о грамматическом и семантическом статусе форм 3-го лица с частицами пусть/пускай в связи с включением/невключением этих форм в императивную парадигму русского

глагола: либо данные формы признаются аналитическими глагольными словоформами, входящими в императивную парадигму, либо они рассматриваются как свободные синтаксические сочетания с частицами пусть/ пускай и, естественно, не включаются в императивную парадигму.

Как обстоятельно было показано в работе В. С. Храковского, А. П. Володина [1, с. 113-115], в русских грамматических исследованиях существуют четыре основные точки зрения по данному вопросу:

- включаются в императивную парадигму и по семантическим, и по формальным, основаниям [2-4];

- признаются содержательно императивными, но не включаются в парадигму по формальным основаниям, поскольку не признаются аналитическими словоформами [5; 6, т. 1, с. 622-623];

- считаются содержательно побудительными, но не собственно императивными [7-9; 10, с. 124];

- не считаются ни императивными, ни побудительными - ни по содержательным, ни по формальным основаниям [11, с. 89].

Сами же В. С. Храковский и А. П. Володин разделяют первую точку зрения, считая, что формы 3-го лица единственного числа (типа пусть/пускай он/она поет (НСВ), пусть/пускай он/она споет (СВ)) и множественного числа (типа пусть/пускай они поют (НСВ), пусть/пускай они споют (СВ)) и по семантическим, и по формальным соображениям входят как аналитические в императивную парадигму русского глагола [1, с. 122].

В. С. Храковский предлагает «прежде всего исходить из того, что предложения с обсуждаемыми формами, безу-

словно, являются повелительными и по своим формальным свойствам весьма близки эталонным повелительным предложениям с императивными формами 2-го лица. В частности, эти предложения переводятся из прямой речи в косвенную так же, как эталонные (Пусть он рисует - Она сказала: «Пусть он рисует» -Она сказала, чтобы он рисовал/Она велела ему рисовать) [...] Коль скоро рассматриваемые предложения являются повелительными, то хотелось бы думать, что и глагольные формы в этих предложениях можно считать императивными, тем более, что любому эталонному предложению с императивной формой 2-го лица регулярно соответствует повелительное предложение с обсуждаемой формой 3-го лица (Рисуй хорошо - Пусть он рисует хорошо; Позвоните вечером ему домой - Пускай они позвонят ему вечером домой)» [12, с. 194].

При сопоставлении различных точек зрения по поводу форм, которые обозначают то или иное отношение к не-участнику акта речи, обращают на себя внимание по меньшей мере два следующих обстоятельства.

Во-первых, дискуссию вызывают (судя по примерам, которые приводятся в указанных выше работах) в основном только формы, относящиеся к лицу, но не формы, относящиеся к нелицу. Последние или вообще выпадают из поля зрения исследователей (поскольку считаются свободными синтаксическими сочетаниями, состоящими из частицы и соответствующей глагольной (индикативной) формы (ср. высказывание типа «Пусть стол стоит у окна», при анализе которого считается, что частица относится ко всему предложению [6, с. 623])), или интерпретируются как формы со значением пожелания, то есть как оптативные формы.

343

344

А во-вторых, класс анализируемых форм 3-го лица единственного и множественного числа - независимо от той или иной его семантико-грамма-тической интерпретации у разных исследователей - признается семантически однородным, то есть допускающим одну и только одну содержательную интерпретацию, а именно либо императивную (со значением побуждения), либо неимперативную (например, со значением пожелания).

Подобное признание семантической однородности глагольных форм 3-го лица по сути дела влечет за собой признание семантической эквивалентности всего множества «пусть»-высказываний, а столь категоричное утверждение, как нам представляется, не является само собой разумеющимся для всех глагольных высказываний, образованных данными формами.

Придерживаясь представления о формах 3-го лица единственного и множественного числа с частицами пусть/ пускай как аналитических императивных словоформах, хотелось бы подчеркнуть, что вопрос об императивной или неимперативной интерпретациях всего класса «пусть»-высказываний не имеет, на наш взгляд, однозначного решения (аналогичный факт семантической многозначности «пусть»-высказы-ва ний отмечается, например, в работе И. Б. Долининой [13].

В современном русском языке для выражения волеизъявления, обращенного к 3-му лицу, выработалось специальное грамматическое средство -аналитические формы повелительного наклонения 3-го лица единственного и множественного числа.

Причем по отношению к говорящему 3-е лицо находится в другом положении, чем собеседник, а имен-

но к 3-му лицу нельзя обратиться непосредственно.

Аналитическая форма 3-го лица образуется посредством сочетания побудительно-желательных частиц пусть, пускай, пущай (устар.), да с формами 3-го лица настоящего и будущего времени изъявительного наклонения. В сочетании с этими частицами они перестают выполнять функции изъявительного наклонения и становятся специальным средством выражения побуждения. Формообразующие частицы в формах повелительного наклонения 3-го лица имеют меньшую формально-грамматическую нагрузку: выражают только модальное значение побуждения, а грамматическое значение лица и числа выражается в основном глаголе. Такие высказывания часто встречаются и в разговорной речи, и в произведениях художественной литературы.

Отец - сыну:

- Сань, иди, скажи деду, пусть готовит удочки, завтра утром пойдем на рыбалку.

Мать - дочери:

- Скажи мужу, пусть нас свезет за черникой. Говорят, сильная в этом году.

Маленький сын - матери:

- Не хочу я больше есть твою кашу, пусть за меня Пушок съест!

- Сашка, ступай на вокзал, найди главнокомандующего и скажи, что мы здесь сидим с пяти утра, озябли и не ели, пусть нас сменят, - сказал Рощин парню с голой шеей (А. Толстой. Хождение по мукам).

«Философ Хома, увидя такое расположение голов, решился воспользоваться и улизнуть. Он сначала обратился к седовласому казаку, грустившему об отце и матери: "Что ж, дядько, расплакался, - сказал он, - я сам сирота! Отпустите меня, ребята, на волю! На

что я вам?" "Пустим его на волю! - отозвались некоторые. - Ведь он сирота. Пусть себе идет куда хочет". "О боже мой, боже мой! - произнес утешитель, подняв свою голову. - Отпустите его! Пусть идет себе!"» (Н. Гоголь. Вий).

В теории русской грамматики проблема описания «пусть»-высказываний рассматривается в основном в плане морфологии глагольных форм, образующих эти высказывания, и решается эта проблема неоднозначно.

В побудительных предложениях со сказуемым в аналитической форме 3-го лица подлежащее обычно налицо или может быть легко восстановлено из контекста:

Мать - дочери:

- Пусть они приедут ко мне. Посмотришь, как им здесь будет хорошо.

Мать - дочери:

- Вот им будет и наказание. Пусть теперь на огороде морковку прополют.

- А пусть войдет, - раздался из кабинета разбитый голос Коровьева (М. Булгаков. Мастер и Маргарита).

- Пущай-ка кто другой поглядит теперь за вами! (А. Чехов. Нахлебники).

Как мы видим из приведенных примеров, частица пусть (пускай) может находиться впереди глагола, но может быть и отделена от глагола другими словами.

Как и другие формы повелительного наклонения, формы повелительного наклонения 3-го лица образуются от глаголов обоих видов и объединяются в соотносительные пары форм совершенного и несовершенного вида. Например:

- Пусть она останется у вас на память! - прокричал Фагот (М. Булгаков. Мастер и Маргарита) (совершенный вид).

- Пускай приучаются (А. Чехов. Белолобый) (несовершенный вид).

При употреблении отрицательной частицы не с формой повелительного наклонения 3-го лица наблюдается закономерность: с частицей «не» устойчиво употребляются формы повелительного наклонения глаголов несовершенного вида. Например:

Из разговора бабушки и внучки:

- Бабуль, а Саша не делает уроки.

- Пусть не делает.

Однако в некоторых случаях, при выражении пожелания, заклинания, а также, иногда, предостережения, встречается употребление с отрицательной частицей не и форм повелительного наклонения 3-го лица глаголов совершенного вида. Например:

Так что ж, друзья, коль наш черед, Да будет сталь крепка. Пусть наше сердце не замрет, Не задрожит рука

(М. Исаковский.

В прифронтовом лесу). Пусть ветер железного мщенья Насильника в бездну сметет, Пусть ищет насильник спасенья, И пусть он его не найдет

(М. Исаковский. Мы шли...). 345

Как по выражаемому ими значению, так и по ряду грамматических признаков формы повелительного наклонения 3-го лица в системе форм повелительного наклонения стоят несколько обособленно. Например, от других форм повелительного наклонения их отличает отсутствие агглютинации аффикса - те, который в формах 3-го лица употребляться вообще не может, так как он связан только со значением 2-го лица.

В отличие от формы повелительного наклонения 2-го лица и формы повелительного наклонения совместного действия формы 3-го лица пове-

лительного наклонения употребляются обязательно с подлежащим, которое называет адресата волеизъявления. Например:

Из разговора детей (разговор происходит в присутствии их бабушки):

- Я буду говорить. Пусть бабушка послушает и скажет, кто прав, кто виноват.

Хлестаков (один): Здесь много чиновников. Мне кажется, однако ж, они меня принимают за государственного человека. Верно, я вчера им подпустил пыли. Экое дурачьё! Напишу-ка я обо всем в Петербург Тряпичкину: он пописывает статейки - пусть-ка он их общелкает хорошенько (Н. Гоголь. Ревизор).

Отсутствие подлежащего при формах повелительного наклонения 3-го лица может быть только в том случае, когда адресат волеизъявления известен из предыдущего контекста, где он был уже назван или из общей обстановки речи. Подобные предложения без подлежащего являются неполными. Например:

Мать же, неполитичная и нерассудительная, как все матери, не выдержала и сказала: и40 - Ты бы, Евграф Иванович, дал ему еще рублей шесть на сапоги. Ну, как ему, погляди, ехать в Москву в такой рвани?

- Пусть мои старые возьмёт. Они ещё совсем новые (А. Чехов. Тяжелые люди).

- На, отдай ему полтинник, - сказал Скворцов. - Если он хочет, то пусть приходит колоть дрова каждое первое число... Работа всегда найдется. (А. Чехов. Нищий).

Лука. А господь - взглянет на тебя кротко - ласково и скажет: знаю я Анну эту! Ну, скажет, отведите ее, Анну, в рай! Пусть успокоится. (М. Горький. На дне).

Кроме случаев неполноты побудительного предложения, отсутствие подлежащего при формах повелительного наклонения 3-го лица может быть вызвано особым употреблением этих форм - в неопределенно-личном или безличном значении.

Таким образом, синтаксически формы повелительного наклонения 3-го лица отличаются от других форм повелительного наклонения тем, что они употребляются всегда с подлежащим (за исключением выше перечисленных случаев).

Эта закономерность является общей для всех спрягаемых глагольных форм 3-го лица. Она связана вообще с меньшей определенностью значения третьего лица по сравнению с первым и вторым в русском языке. Это и обусловливает необходимость употреблять подлежащее при глагольных формах 3-го лица и возможность использовать формы 1-го и 2-го лица без подлежащего.

Формы повелительного наклонения 3-го лица отличаются от других форм повелительного наклонения и интонацией. Выражая волеизъявление формой повелительного наклонения 2-го лица или формой повелительного наклонения совместного действия, говорящий рассчитывает на непосредственное восприятие его речи адресатом волеизъявления - собеседником, поэтому он передает оттенки побуждения прежде всего с помощью интонации. В форме повелительного наклонения 2-го лица, способной выражать любые виды побуждения, оттенки интонации могут быть очень разнообразными.

При выражении побуждения формами повелительного наклонения 3-го лица на непосредственное восприятие его адресатом рассчитывать не прихо-

ф

дится, так как волеизъявление передается ему через посредство другого лица, собеседника. С этим обстоятельством связано в первую очередь своеобразие модальных значений форм повелительного наклонения 3-го лица, а также, следовательно, и их интонация, выражающая, вместе с другими языковыми средствами, эти значения. В отличие от интонации основной формы повелительного наклонения с ее многообразием интонационных вариантов и от интонации форм повелительного наклонения совместного действия с их специфической пригласительной интонацией, формы повелительного наклонения 3-го лица произносятся более ровным, более плавным тоном, почти приближающимся к повествовательному. Однако в зависимости от эмоциональной окрашенности речи интонация побудительных предложений с формами повелительного наклонения 3-го лица также может варьироваться. Например:

Пусть высохнут листья и травы, Где ступит нога палачей. И пусть не водою - отравой Наполнится каждый ручей

(М. Исаковский. Мы шли.).

Подведем некоторые итоги. Из анализа грамматических особенностей форм повелительного наклонения 3-го лица видно, что они в системе форм повелительного наклонения стоят несколько обособленно. Связь их с повелительным наклонением более слабая, чем у других форм повелительного наклонения. От других форм повелительного наклонения формы 3-го лица отличаются:

- отсутствием агглютинации аффикса - те, связанного по самой своей природе лишь со значением 2-го лица;

- обязательным употреблением при них местоимения-подлежащего;

- более ровной, плавной побудительной интонацией, приближающейся к повествовательной;

- чаще употребляются со значением пожелания, а не собственно побуждения.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Храковский В. С., Володин А. П. Семантика и типология императива: Русский императив. - Л.: Наука, 1986.

2. Шахматов А. А. Синтаксис русского языка. - Л.: Учпедгиз, 1941.

3. Немешайлова А. В. Повелительное наклонение в современном русском языке: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Пенза, 1961.

4. Грамматика современного русского литературного языка. - М.: Наука, 1970.

5. Виноградов В. В. Современный русский язык. Грамматическое учение о слове. -М.: Учпедгиз, 1938.

6. Грамматика современного русского литературного языка. - М., 1980.

7. Мучник И. П. О значении форм повелительного наклонения в современном русском языке // Ученые записки Московского областного пединститута. - М.: МОПИ, 1955.

8. Мучник И. П. Грамматические категории ¿4/ глагола и имени в современном русском литературном языке. - М., 1971.

9. Исаченко А. В. К вопросу об императиве в русском языке // Русский язык в школе.

- М., 1957.

10. Бондарко А. В., Буланин Л. Л. Русский глагол. - Л.: Просвещение, 1967.

11. Пазухин Р. В. Так называемое «повелительное наклонение» и его парадигма // Studia Rossica Poznaniensia. - Poznan, 1974. - № 6.

12. Теория функциональной грамматики: Темпоральность. Модальность. - Л.: Наука, 1990.

13. Долинина И. Б. Категориальные значения конструкций с пусть // Императив в раз-ноструктурных языках: Тезисы докладов конференции «Функционально-типологическое направление в грамматике. Повелительность». - Л., 1988.