Палеоботаническая и литологическая характеристика среднедевонских отложений разреза Глубочепы (Чешская Республика)

УДК 551.734.3

А.Л. Юрина, Е.В. Карпова, М.Г. Раскатова

ПАЛЕОБОТАНИЧЕСКАЯ И ЛИТОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СРЕДНЕДЕВОНСКИХ ОТЛОЖЕНИЙ РАЗРЕЗА ГЛУБОЧЕПЫ (ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА)1

Впервые приводятся палинологическая и литологическая характеристики среднедевонских отложений формации Србско в Глубочепах (Чешская Республика). Анализируется граница эйфельского и живетского ярусов в этой формации по литературным материалам и данным авторов.

Ключевые слова: средний девон, качакские и роблинские слои, формация Србско, литология, макрофлора, миоспоры.

For the first time the palynology and lithology of Middle Devonian deposition of Srbsko formation in Hlubocepy-section (the Czech Republic) are resulted. The Eifelian-Givetian boundary in this formation on literary and personal data is analyzed.

Key words: Middle Devonian, Kacak and Roblin layers, Srbsko formation, lithology, macroflora, miospores.

Введение. Исследование послойного распределения мега- и микрофитофоссилий и одновременное установление основных литологических реперов геологических событий в тех же разрезах — задача, которую поставили авторы при изучении отложений формации Србско баррандиена. Такой комплексный подход для изучения среднедевонских разрезов Чехии пока не применялся. Для решения этой проблемы первым выбран разрез Глубочепы (Н1иЪосеру), расположенный в юго-западном пригороде Праги. Это один из самых полных среднедевонских разрезов Богемии. Здесь известны в едином разрезе эйфельская Хотечская и живетская Србско формации, охарактеризованные фауной и флорой. Разрез Глубочепы приводится при описании основных разрезов Богемии [СЫирас, 1959], его посещение всегда включают в программы международных геологических экскурсий [СЫ1ирас, 1993; Н1аШ1, Ка1уоёа, 1993]. Однако послойное распределение фауны и флоры здесь никогда не отмечалось, палинологическое опробование не приводилось. Литологические описания пород в Глубочепах крайне скудны. В статье впервые сделана попытка восполнить эти пробелы на основе материалов, полученных авторами при полевых работах в Чехии в 2005—2007 гг. Другая задача исследований — оценка проведения границы между эйфельским и живетским ярусами в формации Србско.

Девонские отложения, развитые на юго-запад от Праги до дер. Конепрусы, известны как баррандов палеозой или (баррандиен). Й. Барранд [Ваггаиёе, 1865] установил ярус Н с тремя пачками Ыь Ы2, Ы3. Первую пачку в дальнейшем назвали качакскими слоями, две другие — едиными роблинскими слоями. И. Хлупач

[СЫ1ирас, 1959, 1983] обосновал возраст многих слоев, сопоставил их с фаунистическими зонами, качакские и роблинские слои предложил выделить в формацию Србско (8гЪ8ко) живетского возраста на основании фауны гониатитов и тентакулитов. Во время полевых работ в Чехии авторы постоянно обращались к работам И. Хлупача.

Характеристика разреза Глубочепы. Разрез мощностью около 30 м неоднороден. Хотечские слои сложены карбонатной толщей: известняками различных структурных типов, иногда окремнелыми. Качакские отложения представлены силицитами: кремневыми породами, в различной степени насыщенными органическим веществом (ОВ) вплоть до образования высокоуглеродистых черных кремневых сланцев, часто известковистыми. Роблинские слои отличаются обломочной структурой и представлены алевролитами, песчаниками и аргиллитами. Разрез характеризуется на основании макро- и микроописания. Послойное описание разреза (снизу вверх) согласно нумерации слоев приведена на рис. 1.

Хотечские слои:

1. Известняк серый, темно-серый, скрытокрис-таллический, стеклоподобный, неслоистый, крепкий, плотный, с включениями раковинного детрита, слабо-окремнелый, местами с гипергенным ожелезнением. Микроскопически это известняки от микритовых до среднекристаллических, с микритовыми сгустками цианобионтной природы (25%), реликтами раковин радиолярий (15%) и спикулами кремневых губок (5—10%), частично замещенных кальцитом, с включениями фосфатных микроконкреций. Мощность 0,55 м.

1 Работа выполнена при частичной поддержке РФФИ (грант № 08-04-00633).

Разрез Глубочепы: 1 — известняк кристаллический;

2 — известняк нодулярный;

3 — известняк глинистый;

4 — переслаивание аргиллита и алевролита; 5 — песчаники; 6 — силициты (кремневые породы); 7 — высокоуглеродистые силициты; 8 — раковинный детрит; 9 — кри-ноидеи; 10 — макрофлора; 11 — миоспоры; 12 — сер-пулы; 13 — горизонтальная слоистость; 14 — текстуры биотурбации; 15 — номера образцов. В слоях 17, 19 вертикальный масштаб не соблюдается, что обозначено разрывом в литологическом крапе. Стрелками показана граница эйфельского и жи-ветского ярусов по литературным данным и данным

авторов

2. Известняк темно-серый до черного, скры-токристаллический, горизонтально-слоистый, крепкий, плотный, с включениями раковинного детрита, сильноокремнелый, с участками гипергенного ожелезнения. Наблюдается увеличение количества спикул губок, сложенных халцедоном (до 35—40%), присутствуют единичные обломки раковин брахио-под, пелеципод. Мощность 0,35 м.

3. Известняк серый, темно-серый, скрытокрис-таллический, неслоистый, крепкий, плотный, с включениями раковинного детрита, слабоокрем-нелый, с участками гипергенного ожелезнения. Под микроскопом это известняки сгустковые (50% сгустков цианобионтной природы, округлой формы с четкими или размытыми краями, размер сгустков 0,03—0,05 мм), с микроконкрециями коллофана, с поровым тонкокристаллическим кальцитовым цементом. Мощность 0,55 м.

4. Известняк серый, скрытокристаллический, горизонтально-слоистый, глинистый, плотный, с включениями раковинного детрита, слабоокремне-лый. Микроструктуры биокластовые (брахиоподовые, пелециподовые, остракодовые), сортированные, с неопределимым раковинным шламом, с пленочно-поровым глинисто-кальцитовым цементом. Мощность 0,03 м.

5. Известняк серый, темно-серый, скрытокрис-таллический, (под микроскопом сгустковый с единичными микроконкрециями коллофана), неслоистый, крепкий, плотный, с включениями раковинного детрита, слабоокремнелый, местами с гипергенным ожелезнением. Мощность 0,3 м.

6. Известняк серый, темно-серый, нодулярный (нодули размером от 3 до 25 см изометричные, овальные, гантелевидные) с рыхлым известковистым матриксом, неслоистый, слабоокремнелый, насыщенный ОВ, с участками гипергенного ожелезнения, кавернозный. Микроструктуры разнокристаллические (тонко-, мелко-, среднекристаллические), с большим количеством цианобионтных сгустков микритового кальцита. В апикальных частях слоя отмечаются микроконкреции глауконита (10%) и коллофана (15— 20%) нескольких генераций — зерна, выполнения раковин, пленочно-поровый цемент. Существенно повышается содержание органического вещества (в шлифе до 10%), образующего бурые, непрозрачные микрослойки и микролинзы, которые создают горизонтально-слоистую микротекстуру отложений. Мощность 0,5 м.

Общая мощность хотечских слоев 1,48 м.

Граница с качакскими слоями согласная, без размывов. Выше следует переслаивание темно-серых и черных крепких, плотных силицитов кварц-халцедонового состава, в различной степени обогащенных органическим веществом и известковистых. В верхней части присутствует слой известняка.

Под микроскопом установлено переменное количество раковин радиолярий и спикул губок, насыщение черным углеродистым веществом. В слоях 7,

9, 11 количество раковин радиолярий увеличивается снизу вверх от нескольких процентов до 25%, а в слое 11 они преобладают. Спикулы кремневых губок имеют стабильное содержание (10—25%). Высокоуглеродистые силициты интенсивно насыщены органическим веществом (слои 8, 10) и соответственно обеднены остатками кремневых организмов. Иногда количество органического вещества превышает 50% (в шлифе). В слоях 13, 14, 15 наблюдается увеличение количества фосфатных микроконкреций и их размеров.

Качакские слои:

7, 9, 11. Силициты темно-серые, халцедоновые, известковистые, горизонтально-слоистые, плотные, крепкие. В слое 11 выделены миоспоры. Мощность 0,4, 0,6 и 0,2 м соответственно.

8, 10. Силициты высокоуглеродистые, черные, халцедоновые, известковистые, горизонтально-слоистые, плотные, крепкие. В слое 8 выделены миоспоры. Мощность каждого слоя 0,2 м.

12. Известняк серый, скрытокристаллический, неслоистый, плотный, с включениями раковинного детрита, слабоокремнелый, с участками гипергенного ожелезнения. Микроструктуры сгустковые с единичными биокластами брахиопод, спикул кремневых губок, с микроконкрециями коллофана, с поровым кальцитовым цементом. Мощность 0,1 м.

13. 15. Силициты темно-серые, халцедоновые, известковистые, горизонтально-слоистые, плотные, крепкие, насыщенные ОВ. В слое 15 найдены отпечатки флоры (обр. 6/6): Рго1о1ер1ёоёепёгоп 8еЫапапиш (3 экз.), Ваггапёета ёшИапа (1 экз.), ЯеШш1а Ыо811теше (1 экз. фертильный), ЯеШш1а 8р. (3 стерильных экз.). Мощность каждого слоя 0,3 м.

14. Силицит высокоуглеродистый, черный, халцедоновый, известковистый, горизонтально-слоистый, плотный, крепкий. Мощность 0,2 м.

Общая мощность качакских слоев 2,5 м.

Граница с роблинскими слоями хорошо выражена, согласная. В основании роблинских слоев (слой 16, мощность 0,03 м) наблюдается аргиллит светлосерый, сильноалевритовый (на 40% слюдисто-кварце-вый) с серпулами и небольшой примесью обломков раковин остаркод и брахиопод.

Роблинские слои:

17. Пачка переслаивания аргиллитов и алевролитов (десятки слоев, нерегулярное чередование, часто с пропусками тех или иных разностей): аргиллит зеленовато-серый, алевритовый (на 35—40% слюдис-то-кварцевый), иногда с включениями единичных биокластов, с микротекстурами подводного оползания (мощность 0,05 м); алевролит серый, глинистый (30%), с примесью тонкопесчаного материала (20%), плохосортированный, слюдисто-кварцевый, с текстурами подводного оползания, иногда с единичными биокластами (мощность 0,1 м). В основании роблинских слоев найдена флора: обр. 7/1 — ЯеШш1а 8р. (2 стерильных экз.), обр. 7/3 — Ваггапёета 8р. (1 экз.), обр. 7/4 — выделены миоспоры, обр. 7/5 — ЯеШш1а 8р. (6 стерильных экз.) и миоспоры. Миоспоры по-

лучены также из верхней части слоя — обр. 7/6, 7/7. В осыпи этой пачки установлены Рго1о1ер1ёоёепёгоп 8еЫапапит (1 экз.), ЯеШш1а 8р. (6 стерильных экз.) Суммарная мощность 5 м.

18. Песчаник темно-серый, мелко-, тонкозернистый, слабоалевритистый, хорошо сортированный, неслоистый, состоит из угловатых и полуокатанных зерен кварца (80—85%), литокластов (15—20%) метаморфических и осадочных пород (в том числе подстилающих аргиллитов), редко магматических пород, полевых шпатов (5%), с поровым кальцито-вым тонкокристаллическим цементом, с трещинами, залеченными кальцитом. Мощность 0,1 м.

19. Пачка переслаивания зеленовато-серых аргиллитов и серых неслоистых алевролитов с текстурами подводного оползания (десятки слоев общей мощностью более 20 м, регулярное чередование). В средней части этого слоя на двух уровнях найдена флора, обр. 9/1 и 10/1 — в каждом ЯеШш1а 8р. по 2 стерильных экз. и выделены миоспоры.

Мощность роблинских слоев 25,13 м. Суммарная мощность разреза 29,11 м.

Анализ флоры качакских и роблинских слоев. Флору разреза Глубочепы изучал И. Обргел [ОЪгЫе1, 1959, 1961]. Одни виды он полно описал и изобразил, другие, не изображая, кратко упомянул. Он также не делал акцент на стратиграфическом значении растений и различии систематического состава видов из качакских и роблинских слоев, а указал общий состав флоры для формации Србско из 11 видов растений. Авторы статьи проанализировали эту флору с точки зрения валидности определения родов и видов растений и различия состава флор этих двух слоев. Из 7 видов, приведенных для качакских слоев, 3 вида мы не принимаем: ?2о81егорЫу11иш ЪоЫеш1еиш Кг. е! W., ?2о81егорЫ11иш 8р., «ЮгерапорЫусш» 8рто8ш Кщс1. И. Обргел сомневался в принадлежности первых двух видов к этому роду. С точки зрения авторов пока не стоит указывать род 2о81егорЫу11иш в качакских слоях. Плауновидное «ЮгерапорЫусш» 8рто8ш не изображено в работах И. Обргела, определение сделано предварительно. Авторы исключают этот вид из списка растений качакских слоев. Согласно современным представлениям [Ьес1егсд, Вопашо, 1973], правильное написание вида Рго1ор1епёшш Ыо811шеп8е, указанного И. Обргелом, такое: ЯеШш1а Ыо8Ишеше (Кщс1) Ьес1. е! Вопашо. Таким образом, исправленный список растений качакских слоев по исследованиям И. Об-ргела включает 4 вида: Р8ДорЫу1оп кташеШ ОЪгЫ., Р8еиёо8рогосЫпш уеПсИМш (Кщй) ОЪгЫ., Р. сЫ1ирас1 ОЪгЫ., ЯеШш1а Ыо811шеп8е (Кщ&) Ьес1. е! Вопашо.

Из 8 видов роблинских слоев, приведенных И. Обргелом, авторы статьи исключают 3 вида: Р8ИорЫу1оп кгашеШ ОЪгЫ., ?АпеигорЫу!оп ЪоЫеш1сиш Кг. е! W., StigшopЫyton 81иг1 Кг. е! W. Стерильные фрагментах Р8ДорЫу1оп кгашеШ из роблинских слоев разреза Глу-бочепы и других разрезов практически невозможно отнести ни к роду Psi1opЫyton, ни к роду Sawdonia. Эти отпечатки следует считать неопределимыми. При-

надлежность ?Aneurophyton bohemicum к указанному роду сомнительна. До получения материала хорошей сохранности лучше воздержаться от упоминания этого вида в роблинских слоях. Растение неясного систематического положения Stigmophyton sturi [Obrhel, 1961, tab. XII, fig. 8] лучше относить к неопределимым остаткам. Комплекс растений роблинских слоев, по данным И. Обргела, после краткой ревизии состоит из 5 видов: Protolepidodendron scharianum (Krejci) Kr. et W., Barrandeina dusliana (Krejci) Stur, Pseudosporochnus verticillatus (Krejci) Obrh., P. chlupaci Obrh., Rellimia hostimense (Krejci) Lecl. et Bonamo.

Сравнение флоры качакских и роблинских слоев, согласно И. Обргелу, следующее. Общих видов 3: Pseudosporochnus verticillatus, P. chlupaci, Rellimia hostimense; в качакских слоях известен вид Psilophyton kräuselii, отсутствующий в роблинских слоях; в роблинских слоях отмечены Protolepidodendron scharianum, Barrandeina dusliana, неизвестные в качак-ских слоях. Существенные отличия флоры качакских и роблинских слоев не установлены. Общее число видов формации Србско равно 6.

Авторы начали изучать макрофлору разреза Глубочепы сравнительно недавно, лишь с 2005 г., и собрали относительно небольшую коллекцию по сравнению с коллекцией И. Обргела, которую он собирал еще с XIX в. Исследования авторов статьи дополняют и уточняют имеющиеся представления о флоре этого разреза.

Первое нахождение определимой макрофлоры относится к верхней части качакских слоев (слой 15). В нижней и средней частях разреза качакских слоев были найдены только отпечатки неопределимых растений. Сравнение с флорой качакских слоев, приведенной И. Обргелом, показывает, что и он, и авторы статьи нашли только один общий вид — Rellimia hostimense. Состав качакской флоры авторы дополняют 2 видами — Protolepidodendron scharianum (впервые изображенного авторами с указанием исправления авторства видового эпитета [Jurina, 2009, pl. I, fig. 5]) и Barrandeina dusliana, ранее неизвестными в этих слоях, по данным И. Обргела. Общее число видов растений в качакских слоях, по данным авторов, увеличилось до 6 видов: Psilophyton kräuselii Obrh., Protolepidodendron scharianum (Krejci) Kr. et W., Barrandeina dusliana (Krejci) Stur, Pseudosporochnus verticillatus (Krejci) Obrh., P. chlupaci Obrh., Rellimia hostimense (Krejci) Lecl. et Bonamo.

В роблинских слоях флора найдена на пяти уровнях. Первые три уровня относятся к пачке слоев 17 и два — к пачке слоев 19. В сборах авторов в роблинских слоях не найдены представители рода Pseudosporochnus, указанные И. Обргелом. Общий состав флоры этих слоев отвечает списку растений из 5 видов, но на всех пяти уровнях присутствует прогимносперм Rellimia sp., преобладающий и по числу экземпляров.

Систематический состав флоры качакских и роб-линских слоев существенно не отличается. Авторы

предлагают приводить единый список из 6 видов, характерный для формации Србско: Psilophyton krauselii Obrh., Protolepidodendron scharianum (Krejci) Kr. et W., Barrandeina dusliana (Krejci) Stur, Pseudosporochnus verticillatus (Krejci) Obrh., P. chlupaci Obrh., Rellimia hostimense (Krejci) Lecl. et Bonamo.

Миоспоровые комплексы. Послойное изучение миоспор в Глубочепах не проводилось. Ранее был получен единый обедненный комплекс миоспор, характеризующийся присутствием видов зоны Rhabdosporites langii—Geminospora extensa [Raskatova, Jurina, 2007].

При послойном описании разреза авторы взяли на палинологический анализ 4 образца из качак-ских и 7 образцов из роблинских отложений. Ми-оспоры из качакских слоев имеют незначительное количество и плохую сохранность (фототаблица, 1). Только пробы из нижней (слой 8, обр. 5/1) и средней частей качакских слоев (слой 11, обр. 5/8) содержали мелкие миоспоры родов Apiculiretusispora, Acinosporites, Retusoptriletes, сохранивших целостность. Более крупные миоспоры родов Dibolisporites, Rhabdosporites, Hystricosporites, Calyptosporites обычно разрушены и часто имеют измененную скульптуру экзины. Вид-индекс зоны Densosporites devonicus присутствует в незначительном количестве. Более разнообразны миоспоры рода Apiculiretusispora: A. arenorugosa, A. Gaspiensis, а также рода Retusotri-letes: R. rugulatus, R. distinctus. Встречено несколько экземпляров Rhabdosporites langii, Calyptosporites proteus, Hystricosporites corystus. В обр. 5/8 зафиксированы единичные виды рода Geminospora: G. lemurata, G. tuberculata. Систематический состав миоспор из качакских слоев, в котором доминируют крупные миоспоры рода Densosporites и мелкие миоспоры родов Apiculiretusispora, Retusotriletes, Acinosporites, позволяет выделить зону Densosporites devonicus— Grandispora naumovae, характерную для позднего эйфеля [Richardson, McGregor, 1986].

Комплекс миоспор из роблинских слоев характеризуется большей насыщенностью. Из 7 изученных образцов полными оказались образцы 7/4, 7/5, 7/6, 7/7, 9/1, 10/1: слой 17 — четыре уровня, и слой 19 — два уровня соответственно. Массовое появление видов рода Geminospora установлено в обр. 7/4, они прослеживаются далее во всех изученных пробах. В целом миоспоровый комплекс характеризуется присутствием следующих видов: Calamospora atava, Rhabdosporites langii, Cymbosporites magnificus, Apiculiretusispora arenorugosa, Diatomozonotriletes sp., Dibolisporites echinaceus, Grandispora inculta Allen, Hystricosporites gravis, H. sp., Chelinospora concinna,

C. ligurata, Archaeozonotriletes variabilis, Samarisporites inaequus, S. sp., Verrucosisporites premnus, Geminospora lemurata, G. tuberculata, G. decora. Виды комплекса характерны для живетской зоны Geminospora lemurata—Cymbosporites magnificus [Richardson, McGregor, 1986]. Роблинский миоспоровый комплекс имеет общие виды с комплексами из нижнежеветских отложений юга Моравии [Vavrdova, 2006] и с одно-возрастными комплексами Северо-Атлантического региона [Allen, 1965; Richardson, 1965].

О границе эйфельского и живетского ярусов в формации Србско. И. Хлупач первоначально считал формацию Србско живетской, скорее всего, нижнеживетской. Затем он несколько изменил эти представления о ее возрасте в связи с обсуждением глобальных событий в среднем девоне. На примере разрезов (в том числе разреза Глубочепы), отражающих качакское событие (быстрая трансгрессия, связанная с углублением бассейна, преобладание бескислородных условий в придонных слоях), И. Хлупач и З. Кукал [Chlupac, Kukal, 1986] показали приуроченность этого события к середине среднего девона. Границу между эйфельским и живетским ярусами они проводили (как возможные варианты) или в основании качакского события, или значительно выше. П. Будил [Budil, 1995] исследовал качакское событие (пограничный интервал хотечских и качакских слоев) и на основании не очень хорошей сохранности коно-донтов в разрезах Хостим и Семь Братьев датировал это событие самым поздним эйфелем. К. Веддиге [Weddige, 1998] провел корреляцию с глобальными конодонтовыми зонами, качакские слои он отнес к верхнему эйфелю, роблинские — к живету.

Авторы отмечают, что вопрос о времени проявления качакского события в Баррандиене и особенно в Глубочепах остается открытым, так как конодонты здесь отсутствуют.

Выводы. 1. Флора качакских и роблинских слоев практически не различается, она типично средне-девонская. По сравнению с двумя монотипными родами эйфельских далейских слоев здесь число ее представителей значительно увеличилось. Однако сохранность отпечатков удовлетворительная и часто фрагментарная, что свидетельствует или о далеком переносе, или переносе бурными потоками. Пока места произрастания неизвестны. Важное обстоятельство — первое появление Barrandeina dusliana в верхней части качакских слоев. В среднедевонских казахстанских разрезах, в которых изучено послойное распределение флоры, этот вид появляется в основании живетского яруса и считается зональной формой [Юрина, 1988]. Это дает некоторые основа-

Среднедевонские миоспоровые комплексы разреза Глубочепы (Чешская Республика) (х450): 1, 2, 5, 6, 7, 13 — качакские слои (1 — Calyptosporites proteus (Naumova) Allen, 2 — Apiculiretusispora plicata (Allen) Streel, 5 — cf. Camarozonotriletes sp., 6 — Calamospora atava (Naumova) McGregor, 7 — Geminospora lemurata Balme emend. Playford, 13 — Hystricosporites cf. corystus Richardson); 3, 4, 8, 9, 10, 11, 12, 14, 15, 16 — роблинские слои (3 — Verrucosisporites scurrus (Naumova) McGreror, 4 — Grandispora inculta Allen, 8 — Chelinospora concinna Allen, 9 — Hystricosporites gravis Owens, 10 — Geminospora tuberculata (Kedo) Allen, 11 — Archaeozonotriletes variabilis Naumova, 12 — Dibolisporites echinaceus (Eisenack) Richardson, 14 — cf. Rhabdosporites ?langii (Eisenack) Richardson, 15 — Apiculiretusispora arenoru-

gosa McGregor, 16 — Geminospora micromanifesta

ния проводить границу между эйфельским и живет-ским ярусами в средней части слоя 15 изученного разреза, однако требуется дальнейшее исследование последовательного вертикального распространения видов в отложениях формации Србско на других разрезах.

2. Комплекс миоспор Densosporites devonicus-Grandispora naumovae из качакских слоев характерен для верхнеэйфельских отложений; а комлпекс Gemiospora lemurata—Cymbosporites magnificus из роблинских слоев — для нижнеживетских отложений. Границу между эйфельским и живетским ярусами по миоспорам предположительно следует проводить в середине 17-го слоя роблинских отложений. Полученные результаты требуют дальнейшей проверки на других разрезах формации Србско.

3. Отложения хотечских, качакских и роблинских слоев резко отличаются по источникам вещества, способам и условиям его накопления. Хотечские известняки формировались в достаточно удаленных от берега морских условиях (малое количество бен-тосной фауны и терригенных зерен), но присутствие коллофановых микроконкреций нескольких генераций (включая цемент) может свидетельствовать об

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Юрина А.Л. Флора среднего и позднего девона Северной Евразии. М.: Наука, 1988. (Тр. ПИН АН СССР; Вып. 227).

Allen K. Lower and Middle Devonian spores of North and Central Vestspitsbergrn // Palaeontology. 1965. Vol. 8. P. 687-748.

Barrande J. Dèfence des Colonies, III — Etude générale sur nos étages G-H avec application spécial aux environs de Hlubocepy, prés Prague. Prague-Paris, 1865. 367 p.

Budil P. Demonstrations of the Kacak event (Middle Devonian, uppermost Eifelian (at some Barrandian localities) // Vestn. Ceskeho Geol. Ûstavu. 1995. Vol. 70. P. 1-24.

Chlupac I. Geology of Barrandian. A Field Trip Guidebook // Czech Geol. Surv. et Natur-Museum Senckenberg. Frankfurt am Main: Kramer, 1993.

Chlupac I. Stratigraficka studie o vrstvach srbskych (givet) ve stredoceském devonu // Sb. Ûstred. Ùstavu Geol. 1959. Sv. 27. Odd. Geol. 1 dil. S. 143-186.

Chlupac I. Stratigraphical position of Barrande's paleon-tological localities in the Devonian of Central Bohemia // Cas. Miner. Geol. 1983. Vol. 28, N 3. P. 261-275.

Chlupac I., KukalZ. Reflection of possible global Devonian events in the Barrandian area, C.S.S.R. // Global Bio-Events. Lecture Notes in Earth Sci. 1986. Vol. 8. Heidelberg: SpringerVerlag; Berlin. P. 169-177.

Hladil J., Kalvoda J. Devonian boundary intervals of Bohemia and Moravia especially the Eifelian/Givetian and Frasnian/Fa-mennian events with respect to the Silurian/Devonian and Devonian/Carboniferous boundaries // Global boundary events. An Interdisciplinary Conference Kielce — Poland. Warszawa, 1993.

Кафедра палеонтологии геологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, вед. научн. сотр.; e-mail: jurina@geol.msu.ru; Кафедра палеонтологии геологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, асс.; e-mail: karpoff_2002@mail.ru; Воронежский государственный университет, доц.; e-mail: kig207@vsu.ru

относительно мелководных условиях. В апикальных частях хотечских слоев наблюдаются признаки замедления или приостановки седиментации (нодулярные известняки, фосфатные и глауконитовые микроконкреции). Качакские отложения отвечают новому этапу развития бассейна. Очевидны более глубоководные (возможно, западинные) бескислородные придонные условия, в которых формировались высокоуглеродистые радиоляриевые силициты. В верхних частях качакских слоев вновь устанавливаются признаки замедления темпа седиментации. Роблинские слои (сформировавшиеся, вероятно, в результате гравитационного потока) характеризуют новый цикл осад-конакопления. Основание роблинских слоев (слой 16), литология которых резко отличается от таковой качакских слоев, является своего рода репером — возможной границей между высокими стратиграфическими подразделениями.

Суммируя полученные нами данные по макрофлоре, миоспорам и литологии, граница между эй-фельским и живетским ярусами в формации Србско разреза Глубочепы, вероятно, соответствует основанию роблинских слоев, хотя возможны и другие варианты.

Jurina A.L. Middle Devonian Lycophyte Protolepidodendron scharianum: history of study and description of the holotype // Paleontol. J. 2009. Vol. 43, N 10. P. 1-9.

Leclercq S., Bonamo P. Rellimia thomsonii a new name for Milleria (Protopteridium) thomsonii Lang 1926 emend Leclercq and Bonamo 1971 // Taxon. 1973. Vol. 22. P. 435-437.

Obrhel J. Die Flora der Srbsko — Schichten (Givet) des mitellbohmischen Devons // Sb. Ustred. Ustavu Geol. 1961. Sv. 26. S. 7-46.

Obrhel J. Neue Pflanzenfunde in der Srbsko Schichten (Mitteldevon) // Vestn. Ustred Ustavu Geol. 1959. Roc. 34. c. 5. S. 384-388.

Raskatova M.G., Jurina A.L. Preliminary results of paly-nological researches from Hostim and Hlubocepy, Middle Devonian of Czech Republic // CIMP, Lisbon 07. Joint Meeting of spores/Polen and Acritarch Subcommissions. Abstr. Lisbon, 2007. P. 51-54.

Richardson J. Middle Old Red Sandstone spore assemblages from the Orcadian Basin, north-east Scotland // Palaeontology. 1965. Vol. 7. P. 559-605.

Richardson J., McGregor D. Silurian and Devonian spore zones of the Old Red Sandstone Continent and adjacent regi-oms // Geol. Surv. Can. 1986. Bul. 364.

Vavrdova M. Palynomorphs from Uhrice-1 borehole, Middle Devonian of the Czech Republic // Palaeozoic palynology in space and time: CIMP General Meeting. Prague, 2006. P. 61.

Weddige K. Devon-Korrelationstabelle // Senckenbergiana lethaea. 1998. Vol. 77, N1/2. P. 289-326.

Поступила в редакцию 23.12.2008