Роль пунктуации в создании синтаксического расчленения и слияния (на материале русских и английских текстов неклассической парадигмы)

УДК 81'35

РОЛЬ ПУНКТУАЦИИ В СОЗДАНИИ СИНТАКСИЧЕСКОГО РАСЧЛЕНЕНИЯ И СЛИЯНИЯ

Е.А. Губина

Синтаксическое расчленение представляет собой принцип организации высказываний и текстов, предполагающий деформацию и разрушение синтаксической целостности высказывания и реализующийся в таких явлениях, как парцелляция, синтаксическая неполнота, сегментация, вставные конструкции. Синтаксическое слияние предполагает снятие границ между синтаксическими единицами, что может выражаться в отсутствии пунктуационного оформления текста, снятии границ между речью автора и персонажа. Эти явления уже становились объектом исследования в отечественной науке, в том числе и в лингвокультурологиче-ском аспекте [1-4]. В этих работах расчленение и слияние рассматриваются как проявления неклассической парадигмы культуры, нашедшей воплощение в авангарде, модернизме и постмодернизме. В зарубежной науке близкий подход (правда, в сфере обучения навыкам письма) разрабатывался в рамках противопоставления Грамматики А, реализующейся в классическом письме, и Грамматики B, представляющей набор различных приемов, характерных для модернистского письма [5, 6].

Вопрос о роли пунктуации в создании и оформлении расчленения и слияния в синтаксисе письменного текста до сих пор не становился объектом рассмотрения. Теоретически недостаточно разработанным остается вопрос о тексте без пунктуационного оформления, поскольку работы, посвященные ему, немногочисленны [3, 7]. Отдельные наблюдения по этому вопросу имеются у авторов, осмысляющих конкретные произведения (ср., например, наблюдения о синтаксических и пунктуационных особенностях "Улисса"

Губина Елена Анатольевна - старший преподаватель кафедры английской филологии Южного федерального университета, 344010, г. Ростов-на-Дону, пер. Университетский, 93, e-mail: elena_gubina@mail.ru, т. 8(863)2370376.

Дж. Джойса [8, p. 95-100; 9, 10]), однако они не являются системными. В данной статье предпринимается попытка выявить основные формы взаимодействия между синтаксической структурой текста, обладающего признаками расчленения или слияния, и его пунктуационным оформлением. Исследование проводилось на материале, полученном методом сплошной выборки из произведений русских писателей (А. Белый, Б. Пильняк, А. Ремизов, С. Соколов, Д. Осокин, А. Гольд штейн и др.) и англоязычных писателей (Дж. Джойс, В. Вульф, Дж. Дос Пассос, С. Беккет, У. Бер-роуз, Д. Бартельм и др.). Эмпирическая база исследования составила 1 457 примеров.

Как показывает материал, соотношение между синтаксической расчлененностью/слитностью текста и его пунктуационным оформлением может принимать три формы: 1) в тексте реализуется синтаксическое расчленение, однако оно не маркируются при помощи знаков препинания; 2) тексту присуще синтаксическое расчленение, пунктуация играет роль средства его оформления; 3) пунктуация является основным средством формирования синтаксического расчленения и слияния.

1. Ярчайшим проявлением синтаксической расчлененности, не оформляемой пунктуационными средствами, являются некоторые проявления эллипсиса (синтаксической неполноты). Эллипсис является одним из наиболее характерных проявлений синтаксического расчленения, поскольку он, в частности, передает такие качества внутренней речи, как отрывочность и незавершенность.

Так, в следующем примере неполнота особенно очевидна в силу того, что предложение обрывается на частице to, которая,

Elena Gubina - Southern Federal University, 93, Universitetskiy Lane, Rostov-on-Don, 344010, e-mail: elena_gubina@mail.ru, tel. +7(863)2370376.

по всей видимости, должна вводить инфинитив: The door of Ruttledge's office whispered: ee: cree. They always build one door opposite another for the wind to. Way in. Way out [11]. Эффект особенно резкого обрыва (обусловленного тем, что Джойс передает внутреннюю речь) возникает не только в силу смысловой неполноты. В предложении используется инфинитивный оборот с предлогом for, а это позволяет ожидать в конце предложения глагол или сочетание глагола и наречия (например, for the wind to dash to and fro, 'чтобы ветер носился туда и обратно'). Начальная часть этой конструкции ( for the wind to) создает ожидание, которое из-за отсутствия глагола оказывается не оправданным, обманутым.

В романе Саши Соколова "Школа для дураков" две главы завершаются фразами с глаголом называться, которые являются очевидно неполными: А может быть реки просто не было? Может быть. Но как же она называлась? Река называлась. [12, с. 2-3]; А как называлась станция? - я никак не могу рассмотреть издали. Станция называлась. [12, с. 6]. У этих предложений может быть двоякая интерпретация. Во-первых, в них можно увидеть неполноту, обусловленную обрывом фразы. Инициатива такого обрыва исходит от повествовательной инстанции автора, который прерывает диалог субличностей мальчика, страдающего раздвоением личности, желая скрыть некоторые детали (названия) и придать повествованию обобщенность. При такой интерпретации эти предложения должны произноситься с повышающейся интонацией, которая не завершается отрезком с понижающейся интонацией.

Однако вероятна другая интерпретация, в соответствии с которой глагол называться употребляется как не имеющий (и не могущий иметь) дополнения. Аналогией может служить употребление переходного глагола без дополнения, связанного с глаголом сильной связью, ср.: Мальчик читает, Героя наградили и под. Особенность предложений Река называлась и Станция называлась заключается в том, что в этих предложениях связь между глаголом называться и его дополнениями является не только сильной, но и обязательной. В плане актуального членения ремой в таком случае становится не отсутствующее дополнение, а сам глагол (Река / называлась). В результате фраза получает

интерпретацию "не важно, как именно называлась река, важно, что она имела (какое-то) имя". В этом случае фразы произносятся с понижающейся интонацией, подобно любой другой законченной фразе.

Несмотря на разноплановость рассмотренных примеров, используемая для их оформления точка лишь разделяет грамматически независимые сегменты, являющиеся самостоятельными грамматическими центрами, точно так же, как она использовалась бы с полными предложениями, а сама неполнота пунктуационными средствами не маркируется.

2. Синтаксическая неполнота может маркироваться посредством пунктуационных знаков, например, если писатель обозначает внезапный обрыв фразы: My heart seemed everywhere at once. Never in my life—not even when fondling my child-love in France—never— [13]. В английской пунктуации такое оформление неполного высказывания, наряду с многоточием, является нормативным [14, 15].

В русской пунктуации при помощи тире стандартно маркируется неполнота, обусловленная пропуском члена предложения. Показателен следующий пример: Я ни тогда, ни потом, никогда не любила, когда целовались, всегда - когда расходились. Никогда - когда садились, всегда - расходились [16, с. 774]. В этом фрагменте опускаются повторы глагольной формы прошедшего времени любила. Но, во-первых, М. Цветаева в конце приведенной фразы усиливает эллипсис, не вербализуя следующий за ним союз когда, а это увеличивает неясность текста. Во-вторых, М.И. Цветаева сначала использует глагол с отрицанием (не любила), тогда как в тексте дважды пропускается та же форма без отрицания (всегда [любила], когда расходились). В результате создается довольно типичный для неклассической парадигмы пример синтаксической расчлененности, связанной с активизацией ассоциативных связей и усложнением подтекста.

Еще один типичный случай, когда пунктуация необходимо используется для оформления расчлененной синтаксической структуры, - это вставные конструкции, грамматически не связанные с включающим предложением: On a circular afternoon in June 1945 - it was raining, Florence says, hard enough to fill the Brazen Sea - she was sitting untidily on a chaise in the north bedroom (on the wall of the north bedroom there are twenty

identically framed photographs of Florence from eighteen to eighty-one, she was a beauty at eighteen) reading a copy of Life [17]. Предложение включает две вставные конструкции, причем первая конструкция не связана сильными анафорическими связями с основным сообщением, тогда как вторая имеет с ним общие компоненты (the north bedroom). Особенность таких конструкций заключается в том, что их можно интерпретировать как преобразование линейной последовательности предложений, в результате которого одно или несколько предложений "внедряются" внутрь другого. В частности, в приведенном примере обе вставные конструкции могут быть вынесены за пределы включающего предложения, что не ведет к смысловым или грамматическим аномалиям. Разумеется, подобное "выключение" компонента предложения должно быть обозначено пунктуационно, посредством двойного тире или скобок.

Маркируемый пунктуационно эллипсис и вставные конструкции, грамматически не связанные с включающим предложением, являются результатами трансформации синтаксической структуры, которую можно считать нейтральной, и имеют собственно синтаксическую природу. Роль пунктуации в таких случаях вторична, поскольку пунктуация лишь оформляет результат такого преобразования.

3. Наконец, в некоторых случаях расчлененность и слитность реализуются исключительно пунктуационными средствами. Ярким примером расчленяющей стратегии являются вставные конструкции, грамматически связанные с включающим предложением. Вставной конструкцией могут стать любые компоненты предложения, не занимающие центральную позицию в его структуре, ср. пример, в котором при помощи двойного тире выделяется определение с зависимыми словами: ...каждая праздная мысль развивалась упорно в пространственно-временной образ, продолжая свои - теперь уже бесконтрольные - действия вне сенаторской головы [18]. Границы "выключаемого" компонента могут быть любыми, главное, чтобы ему была присуща грамматическая завершенность. В следующем примере вставная конструкция представлена обстоятельством и придаточным предложением: When she mused—in those floods and rivers when she was high—it was about what drugs were capable of, what desire was capable of, so uncontrolled it was illegible [19].

Другой типичный случай создания расчлененности посредством пунктуационных средств, которому в устной речи соответствует особая интонация, - это парцелляция, ср.: The things they have told me! About men, the light of day [20, p. 291]; А он через два вечера на третий берет незаряженную винтовку, идет. Вдоль застекленных дач [12, с. 58]. Благодаря финальному знаку препинания компонент получает коммуникативную самостоятельность, хотя это не предполагает трансформации грамматической структуры высказывания.

Синтаксическое слияние создается преимущественно пунктуационными средствами. В данном контексте уместно упомянуть такие явления, как отказ от пунктуационного оформления текста или некоторых его компонентов (прежде всего, прямой речи), а также "пунктуационную бедность", заключающуюся в неиспользовании всех различающих возможностей пунктуационной системы. Приведем в качестве примера небольшой фрагмент чрезвычайно развернутого предложения из романа С. Соколова "Школа для дураков": ...Водокачка, учительница по предметам литература и русский язык письменно и устно, маме сказала, даже слишком, мы бы не рекомендовали все подряд, особенно западных классиков, отвлекает, перегрузка воображения, дерзит, заприте на ключ, не больше пятидесяти страниц в день, для среднего школьного возраста. [12, с. 64]. В этом фрагменте в рамках единого речевого потока соединяются слова рассказчика и слова персонажа, учительницы. Несмотря на то, что слова учительницы являются вкраплениями чужой речи, они не выделяются при помощи кавычек. Второй важный момент - это фрагментарность текста, который в значительной части состоит из обрывков фраз, не всегда связанных друг с другом. Сегменты соединяются таким слабым знаком препинания, как запятая. Разумеется, утрата границ между синтаксическими единицами, имеющая место в тексте, который не оформлен пунктуационно, является более сильной. Однако последовательное использование запятой приводит к тому, что сегменты, обладающие разным синтаксическим статусом, как бы уравниваются между собой, что снижает их дифференцированность в рамках речевого потока. Фактически в этом воплощается такая черта неклассического письма, как паратактический стиль, т.е. соединение равноценных

сегментов на основе союзной или бессоюзной связи [2, 3, 8, 21, 22].

Таким образом, в результате исследования можно сделать вывод о том, что синтаксические трансформации и пунктуационное оформление являются относительно автономными, хотя и тесно взаимодействующими способами создания расчлененности/слитности художественного текста неклассической парадигмы. В силу этого пунктуация способна выступать не только как средство оформления синтаксической расчлененности или слитности, но и в качестве самостоятельного средства формирования данных качеств высказывания. При этом роль пунктуации в формировании синтаксического слияния выше, чем ее роль в формировании синтаксического расчленения, в котором пунктуационное оформление нередко либо не участвует вовсе, либо играет лишь роль вспомогательного (оформляющего) средства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Покровская Е.А. Русский синтаксис в ХХ веке: Лингвокультурологический анализ. Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 2001. 436 с.

2. Марьина О.В. Интеграционные и дезинтегра-ционные процессы в синтаксисе художественных текстов как показатель их слияния и расчленения // II Междунар. науч. конф. "Интерпретация текста: Лингвистический, литературоведческий и методический аспекты". Чита: ЗабГГПУ, 2009. С. 418-422.

3. Вердеш А.А. Снятие пунктуационных разделов как прием организации прозаического текста (на материале русской, английской и французской художественной прозы) // Пушкинские чтения-2014. № XIX. С. 387-397.

4. Вердеш А.А. "Открытые" языковые и речевые структуры в художественной литературе неклассической парадигмы // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 5 (41). Ч. 1. С. 62-65.

5. Weathers W. An alternate style: options in composition. Hayden Book Company, 1980. 131 p.

6. Elements of Alternate Style: Essays on Writing and Revision / Ed. by W. Bishop Portsmouth: Boynton/ Cook Publishers, 1997. 184 p.

7. Локтев Б.Е. Нормативная и осложненная сегментация при чтении непунктуированного текста (на материале французской прозы) // Вестник Удмуртского университета. 2013. № 5-2. С. 87-93.

8. Attridge D. Joyce Effects: On Language, Theory, and History. Cambridge: Cambridge University Press, 2000. 208 p.

9. Колотое А.А. "Когнитивный пандемониум" Молли Блум // История и поэтика зарубежных литератур. Красноярск, 2010. С. 50-59.

10. Долгов К., Старикова Е. Джеймс Джойс: вечные парадоксы творчества // Международная жизнь. 2014. № 9. [Электронный ресурс]. URL: https://interaffairs.ru/jauthor/material/1146.

11. Joyce J. Ulysses. L.: Penguin Classics, 1992. 939 p.

12. Соколов С. Школа для дураков. Между собакой и волком. М.: "Огонек-Вариант", 1990. 384 с.

13. Nabokov V. Lolita. N. Y.: Knopf Doubleday Publishing Group, 2010. 387 p. Р. 44.

14. King G. Collins Good Punctuation. Glasgow, Harper Collins Publishers, 2004. 185 p. Р. 92.

15. Woods G. Webster's New World Punctuation: Simplified and Applied. Hoboken: Wiley, 2006. 348 p. Р. 120.

16. Цветаева М.И. Мой Пушкин // М.И. Цветаева. Стихотворения. Поэмы. Избранная проза. М.: ЭКСМО, 2008. С. 757-799.

17. Barthelme D. Florence Green is 81 // D. Barthelme. Flying to America: 45 More Stories. Shoemaker Hoard, 2008. 352 p. Р. 313.

18. Белый А. Собрание сочинений. Т. 2. "Петербург". М.: Республика, 1994. 464 с. С. 31.

19. Ondaatje M. Divisadero. N.Y.: Alfred A. Knopf, 2007. 276 p. Р. 118.

20. Beckett S. The Unnamable // S. Beckett. Three Novels: Molloy, Malone Dies, The Unnamable. N.Y.: Grove Press, 2009. P. 283-407.

21. Fokkema D.W. The semantic and syntactic organization of postmodernist text // Approaching postmodernism. Amsterdam: John Benjamins, 1986. P. 81-98.

22. McHale B. Constructing Postmodernism. L., N.Y.: Routledge, 1992. 342 p.

REFERENCES

1. Pokrovskaya E.A. Russkiy sintaksis v 20 veke: Lingvokul'turologicheskiy analiz [Russian Syntax in the 20th century: Linguistic-cultural analysis]. Rostov-on-Don, Rostov University Press, 2001, 436 p.

2. Mar'ina O.V. Integratsionnye i dezintegratsionnye protsessy v sintaksise khudozhestvennykh tekstov kak pokazatel' ikh sliyaniya i raschleneniya [Integration and disintegration processes in the syntax of literary texts as an indicator of their merger and dismemberment]. In: II Mezhdunarodnaya nauchnaya konferentsiya "Interpretatsiya teksta: Lingvisticheskiy, literaturovedcheskiy i metodicheskiy aspekty" [Proc. 2nd Int. Sci. Conf. "Text Interpretation": Linquistic, Literary and Methodical Aspects]. Chita, 2009, pp. 418-422.

3. Verdesh A.A. Snyatie punktuatsionnykh razdelov kak priem organizatsii prozaicheskogo teksta (na materiale russkoy, angliyskoy i frantsuzskoy khudozhestvennoy prozy) [The removal of the punctuation section as the method of organizing prose text (on the material of Russian, English and French fiction)]. In: Pushkinskie chteniya-2014 [Pushkin Readings-2014]. Vol. XIX. St. Petersburg, 2014, pp. 387-397.

4. Verdesh A. A. Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki, 2015, vol. 1, no. 5 (41), pp. 62-65.

5. Weathers W. An alternate style: options in composition. Hayden Book Company, 1980, 131 p.

6. Elements of Alternate Style: Essays on Writing and Revision. Ed. By W. Bishop, Portsmouth, Boynton/ Cook Publishers, 1997, 184 p.

7. Loktev B. E. Vestnik Udmurtskogo universiteta, 2013, no. 5-2, pp. 87-93.

8. Attridge D. Joyce Effects: On Language, Theory, and History. Cambridge, Cambridge University Press, 2000, 208 p.

9. Kolotov A. A. Istoriya i poetika zarubezhnykh literatur [History and Poetics of Foreign Literatures]. Krasnoyarsk, 2010, pp. 50-59.

10. Dolgov K., Starikova E. Mezhdunarodnaya zhizn' [International affairs], available at: https://interaffairs. ru/jauthor/material/1146 (accessed 18 February, 2016).

11. Joyce J. Ulysses. Leningrad, Penguin Classics, 1992, 939 p.

12. Sokolov S. Shkola dlya durakov. Mezhdu sobakoy i volkom [School for fools. Between the dog and the wolf]. Moscow, "Ogonek-Variant", 1990, 384 p.

13. Nabokov V. Lolita. N.Y.: Knopf Doubleday, 2010, 387 p., p. 44.

14. King G. Collins Good Punctuation. Glasgow, Harper Collins Publishers, 2004, 185 p., p. 92.

15. Woods G. Webster's New World Punctuation: Simplified and Applied. Hoboken, Wiley, 2006, 348 p., np. 120.

16. Tsvetaeva M. I. Stikhotvoreniya. Poemy. Izbrannaya proza [Verses, Poems. Selected prose]. Moscow, EKSMO, 2008, pp. 757-799.

17. Barthelme D. Flying to America: 45 More Stories. Shoemaker Hoard, 2008, 352 p., p. 313.

18. Belyy A. Sobranie sochineniy [Collected works]. Vol. 2. "Peterburg". Moscow, Respublika, 1994, 464 p., p. 31.

19. Ondaatje M. Divisadero. N.Y., Alfred A. Knopf, 2007, 276 p., p. 118.

20. Beckett S. Three Novels: Molloy, Malone Dies, The Unnamable. N.Y., Grove Press, 2009, P. 283-407.

21. Fokkema D.W. The semantic and syntactic organization of postmodernist text. In: Approaching postmodernism. Amsterdam, John Benjamins, 1986, pp. 81-98.

22. McHale B. Constructing Postmodernism. L., N.Y., Routledge, 1992, 342 p.

18 февраля 2016 г.