Реализация культурной специфики заимствований из тюркских языков

ВЕСТНИК ТГГПУ. 2011. №4

УДК 81 ’373.613

РЕАЛИЗАЦИЯ КУЛЬТУРНОЙ СПЕЦИФИКИ ЗАИМСТВОВАНИЙ ИЗ ТЮРКСКИХ ЯЗЫКОВ

© В.В.Власичева

Лексические заимствования являются неотъемлемой частью любого языка. В статье рассматриваются условия и предпосылки начала процесса транспозиции языковых элементов. Культурная и историческая специфика функционирования заимствований из тюркских языков в английском языке новейшего периода раскрывается на материале текстовых корпусов.

Ключевые слова: языковые контакты, заимствования, тюркизмы, корпус языка.

Словарный состав любого языка находится в непрерывном обновлении. Вслед за философом-просветителем XVIII века Д.Дидро, считавшим, что "одно лишь сравнение словаря языка в разные эпохи дает возможность представить характер прогресса народа" [цит. по 1: 25], современные лингвисты отмечают социальную природу языка как основной фактор, обеспечивающий его развитие в качестве открытой самоорганизующейся системы. Благодаря связи языка с жизнью общества отображение в словарном составе изменений, происходящих в мире или определенном социуме, совершается практически мгновенно.

Язык видоизменяется путем перераспределения функций того или иного языкового факта, формирования новых правил, уточнения либо исключения уже имеющихся. Любое новообразование возникает в связи с необходимостью, продиктованной обществом. Языковые контакты являются важным источником изменений в языке, в первую очередь в самой проницаемой и быстро изменяющейся его части - лексике.

Одним из результатов контактов являются заимствования - особый пласт лексики как с точки зрения процессов номинации, так и в плане мотивированности. По определению Лингвистического энциклопедического словаря, заимствование - элемент чужого языка (слово, морфема, синтаксическая конструкция), перенесенный из одного языка в другой в результате языковых контактов, а также сам процесс перехода элементов одного языка в другой [2: 155].

Возникновение этого феномена обусловлено причинами экстралингвистического характера: экономическими, политическими, военными условиями соприкосновения языков; культурным престижем вступивших в контакт языков; многочисленностью говорящих на них народов; активностью или пассивностью сторон; социальным авторитетом носителей того или иного языка; наличием закрепленных этнических контактов

[3: 257]. При этом чаще всего процесс перехода лексем из одного языка в другой носит асимметричный характер, так как язык-донор обладает большим социальным престижем по сравнению с языком-реципиентом.

В то же время на появление заимствований (т.е. возникновение в языке новых лексем) влияют такие внутренние факторы, как:

а) низкая частотность употребления соответствующих исконных слов;

б) наличие узко ограниченного круга контекстов, в которых могут использоваться слово и, следовательно, потребность в синонимии;

в) наличие лакуны для обозначения того или иного объекта;

г) потребность в эвфемизмах и экспрессивно окрашенной лексике.

Количество заимствований зависит от типов языков, находящихся в контакте. Близкородственные языки (турецкий и азербайджанский, русский и украинский) характеризуются структурным сходством, следовательно как слова, так и словообразовательные элементы усваиваются носителями языка-реципиента легче и быстрее, чем в случаях с языками, где структурные различия глубоки [4: 65]. Б.А.Серебренников отмечает, что иноязычная лексика легче усваивается языками с преобладанием нечленящихся с синхронной точки зрения слов и труднее - языками с активно функционирующими способами словосложения и словообразования [4: 65]. Как правило, заимствованными оказываются имена собственные, термины. Тем не менее, бывают случаи, когда процент заимствованной лексики в основном словарном фонде очень высок: например, в средневековом турецком (османском) языке до 80% слов составляли заимствования из арабского и фарси [5: 54].

Лексические заимствования обусловливают последующие фонологические и морфологические изменения в ходе адаптации к системе языка-реципиента. Адаптация представляет собой

процесс, при котором экзотичность внешней оболочки постепенно утрачивается и у носителей языка исчезает ощущение инородности того или иного слова на уровне восприятия. В качестве подтверждения данного положения можно привести такие тюркизмы в русском языке, как "кабачок" (в значении "овощ"), "богатырь"; в английском языке - "coach" (карета), "vampire" (вампир), "caviar" (икра). Наблюдается "слияние самого интимного характера, подобное тому, которое происходит, когда в чашку чая бросают сахар: через пару минут уже невозможно сказать, где чай и где сахар" [6: 246].

Часть заимствований, обозначающих реалии другой страны или иного культурного сообщества (наименования денежных знаков, жилищ, кушаний), сохраняет следы своего происхождения в виде фонетических, семантических, грамматических особенностей, чуждых исконным словам (тюркизмы "effendi" "господин", "bimbashee"

" майор турецкой армии" в английском языке). Хорошей иллюстрацией к вышесказанному могут послужить слова О.Есперсена: "В большинстве языковых смешений составные части, происходящие из различных языков, остаются в раздельном состоянии и могут быть выделены точно так же, как после перемешивания колоды карт выделяются пики, черви и т.д." [6: 246].

Многие современные лингвисты классифицируют такие заимствования как экзотизмы [7: 77; 8: 44; 9: 138]. О.Г.Щитова предлагает использовать термин "ксенолексика" для слов, не освоенных языком-реципиентом [10: 102]. Процесс заимствования обусловлен противоречивой природой языкового знака. Будучи произвольным, знак разрешает заимствование. С точки зрения языковых контактов, процесс заимствования можно рассматривать как использование готовых единиц чужого языка, следовательно, экономию языковых усилий при порождении речи. Непроизвольность знака - фактор, препятствующий заимствованию. Потеря ассоциативных связей в языке-реципиенте влечет за собой потерю потенциальной мотивированности заимствованных слов, что вызывает существенные трудности с распознаванием их смысла при восприятии речи. По этой причине процесс заимствования не является единственным средством образования новых слов в языке и уступает количественно таким процессам номинации, как словообразование и семантическая деривация.

В данной статье мы рассмотрим вопрос реализации культурной специфики некоторых тюркизмов (заимствований из тюркских языков) в английском языке. В мире насчитывается более 40 тюркских народов общей численностью около

150 миллионов человек. Создавшие на евразийском континенте множество разных государств, в том числе Гуннскую империю, Тюркский каганат, Золотую Орду, империю Тимура, тюрки оказали большое влияние на быт людей, населяющих Британские острова [11]. В ходе военных набегов и завоеваний, экспансии Османской и Британской империй в английском языке появилось около 300 тюркизмов, о чем свидетельствуют данные этимологических словарей английского языка [13; 14]. Количество тюркизмов увеличится более чем в два раза за счет слов арабского, персидского, греческого происхождения, если следовать точке зрения В.Д.Аракина, согласно которой тюркизм - это "слово, непосредственно заимствованное из тюркского, независимо от его происхождения в тюркском языке" [12: 113]. По мнению Р.М.Бутиной, количество тюркизмов в английском языке достигает 800 единиц [11]. В современной западной лингвистике тюркизмы рассматриваются в рамках изучения лексики арабского и персидского происхождения (Cannon Garland, Alan S.Kaye).

Будучи заимствованиями, тюркизмы активно включаются в разнообразные семантические процессы. Одним из редко наблюдаемых случаев одновременного функционирования заимствований, появившихся в английском языке в разное время и из разных источников, являются этимологические дублеты "sultan" и ''soldán''. Процесс появления лексемы "sultan", заимствованной в XVI веке, можно представить в виде следующей схемы: sultan<франц. sultan <тур. sultan <араб. jlkU sültan, "султан, власть" [13: 2033]. В современном английском языке заимствование sultan используется не только в прямом, но и в переносном значении (any absolute ruler or despot

- деспот), развивает дополнительные значения (sultan - султанка, порода кур; sweet sultan - василек), а также является основой для целого ряда дериватов (sultanic, sultanlike, sultanship,

sultanate, sultana).

Дублет "soldan", используя французский и турецкий языки в качестве посредников, попал в английский тремя веками ранее своего синонима [13: 2028]. В современных словарях его дефиниция сопровождается пометой "архаизм" [14: 1072].

В качестве примера еще одной дублетной пары можно привести слова "sorbet" и "sherbet". Первая лексема - заимствование XVI века - основывается на арабском "sharbât" ("напитки"), но обязано своей формой турецкому языку ("çorbet"). Вторая лексема появилась в английском языке в XIX веке с дополнительным значением "приготовление шербета" [13: 2033].

Рассмотрим процесс семантического изменения значений данных слов и их функционирование в настоящем периоде на материале текстовых корпусов британского (British National Corpus) и американского (Corpus of Historical American English, Corpus of Contemporary American English, корпус журнала TIME) вариантов английского языка.

Таблица 1.

Частотность лексем sorbet и sherbet в текстовых

Таб.1 представляет количество словоупотреблений рассматриваемой пары тюркизмов в выше указанных текстовых корпусах. Обращает на себя внимание тот факт, что тюркизм sorbet, заимствованный на три века раньше синонима, доминирует по количественному показателю в двух из трех корпусов, отражающих состояние языка в синхронии. В то же время в Корпусе исторического американского варианта английского языка (COHA), включающем в себя тексты с конца XIX века, вариант sherbet является более распространенным.

Анализ предложений из выше указанных корпусов не выявил значительных расхождений в семной структуре синонимов (см. таблицу 2).

Таблица 2.

Сравнительный анализ значений и контекстуаль-

Барбара Кафка отмечает, что сначала слово sorbet обозначало не десерт, а освежающую закуску, используемую в перерывах между основными блюдами на формальных мероприятиях. Этот тюркизм стал активно употребляться в 70-х гг. XX века, когда вошло в моду итальянское мороженое, так называемое sorbetto (тюркизм, адаптированный на фонетическом уровне в

итальянском языке). Под влиянием итальянского варианта заимствование sherbet стало "сдавать позиции" [15: 32].

В британском и американском вариантах английского языка наблюдаются отличия в использовании одного и того же заимствования. Например, тюркизм sorbet в британском английском употребляется только в значении "десерт". В его ближайшем контекстуальном окружении оказываются определения, характеризующие вкусовые качества продукта (tastiest, mouthwatering, delicious, luxury, refreshing) [16]. В американском варианте английского языка в позиции перед тюркизмом чаще всего появляются названия фруктов и ягод, из которых он приготовлен (raspberry, lemon, grapefruit...) [17]. В британском корпусе sherbet представляет собой жидкое вещество (Another slave appeared, bearing two crystal goblets full of sherbet; He took a draught of sherbet; Jump up on the sherbet fountain) [16], а в американском английском sherbet - чаще всего фруктовое мороженое.

Оба тюркизма могут использоваться в метафорическом значении:

In an overheated Hollywood summer, this movie is a sorbet that goes straight to the heart [17].

He stabbed the Turkish leader, causing "the illustrious sultan to drink the sherbet of martyrdom"

[17].

Подведем итог: в английском языке современного периода употребляются оба тюркизма, однако заимствование sorbet в значении "фруктовый лед" получило большую распространенность по экстралингвистическим причинам. Тюркизм sherbet имеет два значения: "фруктовое мороженое", "сладкий напиток восточного происхождения".

Многие имена собственные и этнонимы тюркского происхождения становятся нарицательными существительными. Так, тюркизм Tartar (татарин) развивает новое значение "человек с ужасным характером":

- You are being so Tartar! Stubborn and obstinate. [16].

Развитие данного значения частично обусловлено упрямством и боевыми качествами татар, о которых слышали европейцы. Кроме того, сыграло свою роль и созвучие этнонима с греческим обозначением ада, tartaron (ср. в русском языке - Тартар, тартарары), от которого в английском языке новейшего периода произошло слово tartar ("зубной камень"), не являющееся тюркизмом и находящееся с ним в омонимических отношениях.

Тюркизм Tartar становится частью фразеологизма to catch a Tartar "встречать сильный от-

корпусах английского языка

корпус BNC COCA Time COHA

слово

Sorbet 34 44S із 72

Sherbet 25 i 79 32 195

ного окружения лексем sorbet и sherbet

Sorbet Sherbet

Десерт (dessert) - a water ice made from fruit juice

Не содержит молочные продукты

Может содержать молочные продукты

Компонент коктейлей

Легкая закуска кремовой текстуры с использованием овощей, морепродуктов____________________

Оттенок цвета (sorbet shades, sorbet shadows, sorbet hues)_________________________________________

Названия косметической продукции (оттенки помады, теней)______________________________

i70

пор", зафиксированного в "Словаре фраз и басен" в 1898 году в тексте анекдота, который строится на игре слов (буквальное значение фразы to catch a Tartar - поймать татарина/

An Irish soldier in the Imperial service, in a battle against the Turks, shouted to his comrade that he had caught a Tartar. "Bring him along, then,” said his mate. "But he won't come," cried Paddy. "Then come along yourself," said his comrade. "Arrah!" replied Paddy, "I wish I could, but he won't let me" [18: 225].

Вместе с тем основное употребление рассматриваемого этнонима в современном английском языке приобретают его конверсивы в составе фраз tartar sauce "соус тартар" и steak tartar "бифштекс по-татарски". Эти блюда появились во Франции в XIX веке благодаря моде на все экзотическое и не имеют никакого отношения к национальной татарской кухне. Острый соус и котлеты из сырого мяса, по мнению французов, репрезентировали пищевые привычки воинственного и дикого народа. Таким образом, стереотипы послужили причиной распространения этого тюркизма во многих языках мира, в том числе и в английском языке.

Заимствование Hun (гунн) употребляется не только в историческом контексте. Коннотации этого слова включают в себя такие стереотипные отрицательные черты характера гуннов, как воинственность, кровожадность, безжалостность. Во время Второй мировой войны гуннами называли немцев:

"Don't want to guide the Hun to bomb the place, Skipper" Diego said [16].

Аналогичным образом тюркизм Horde (орда) ассоциируется, прежде всего, с грубостью и необузданной силой. В ходе проведенного нами эксперимента с участием 60 респондентов из США, которых просили на шкалах от -100 до +100 отметить качества, с их точки зрения присущие орде, средней величиной на шкале -100 (ЗЛОЙ) +100 (ДОБРЫЙ) стало значение -39,5. Отрицательное значение возросло до -50 на шкале -100 (ОПАСНЫЙ) +100 (БЕЗОПАСНЫЙ).

По данным Корпуса современного американского языка (COCA), существительное horde используется с такими прилагательными, как angry (злой), evil (злобный), fatal (смертельный), murderous (смертоносный), blood-thirsty (кровожадный), bloodstained (окровавленный), nightmare (кошмарный), wild (дикий), savage (свирепый), relentless (беспощадный), offending (преступный), ravening (опустошающий), ravenous (прожорливый), plundering (грабящий), marauding (мародерский). Интеллектуальность орды определяется исходя из таких характеристик, как mindless

(безмозглый) и undisciplined (недисциплинированный) [16; 17].

Подтверждением отрицательного образа орды в английском языке можно считать звуки, которые она издает. Это прежде всего крики, вопли, хрип и вой (cries, shrieks, screams, howl, screeching). Облик орды безлик и бесформен (faceless, amorphous) [17].

В то же время ментальный образ орды, вырисовывающийся на базе проанализированных нами текстов различной тематики в корпусах английского языка, не является столь одноплановым. Орда может быть и миролюбивой (peaceable), и великолепной (magnificent), и ангельской (angelic) [16; 17].

Кроме того, в антропологических научных текстах и социологических исследованиях тюркизм является частью термина primal horde "первичная орда", определяющего организацию семейной жизни человека в первобытном обществе.

In the supposed "primal horde” each individual has substituted for his own "ego-ideal" the image and will of the leader [16].

Таким образом, тюркизм horde в английском языке используется в текстах различного рода и имеет достаточно высокую частотность.

Обобщая вышесказанное, можно прийти к следующим выводам:

1. На примере тюркизмов подтверждается гипотеза, что продолжительное сосуществование в языке абсолютных или почти абсолютных синонимов невозможно и всегда ликвидируется либо размежеванием их значений (sorbet и sherbet), либо вытеснением из языка "ненужных" слов (sultan и soldan);

2. Этнонимы тюркского происхождения в английском языке имеют тенденцию к развитию коннотативных значений.

В целом, изучение тюркизмов требует продолжения и дальнейшей систематизации, поскольку, наряду с экзотизмами и вышедшими из употребления лексемами, часть тюркизмов не только сохранилась в языке, но и переживает период активного семантического преобразования. Одной из причин таких процессов является возросший интерес к восточной культуре и выделение правительством США грантов на изучение тюркских языков в реальных условиях. Другой не менее важной причиной стала глобализация, значительно сблизившая многие народы и упростившая процесс межкультурной коммуникации.

1. Горбачевич К. С. Русский язык. Прошлое. Настоящее. Будущее: Иностранцам о русском языке.

- М.: Рус. яз., 1990. - 278 с.

2. Лингвистический энциклопедический словарь / под ред. В.Н.Ярцевой. - М.: Большая российская энциклопедия, 2002. - 683 с.

3. Вандриес Ж. Язык. Лингвистическое введение в историю. - М.: Едиториал УРСС, 2004. - 410 с.

4. Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка / отв. ред. Б.А.Сереб-ренников. - М.: Наука, 1970. - 600 с.

5. Lewis Geoffrey L. The Turkish Language Reform: A Catastrophic Success. - Oxford: Oxford University Press, 2002. - 190 p.

6. Звегинцев В.А. Очерки по общему языкознанию. -М.: Моск. гос. ун-т, 1962. - 383 с.

7. Воронкова И.С. О понятиях "экзотизмы" и "варваризмы" // Вест. Воронеж. ун-та. Сер.: Лингвистика и межкультурная коммуникация. - 2006. -№2. - С.77-79.

8. Самотик Л.Г. Экзотизмы как единицы измерения восприятия русскими инонациональной среды // Вест. Чит. ун-та. - 2010. - №5. - С.44-49.

9. Маринова Е.В. Экзотическая лексика как лингвистический феномен // Вест. Нижегор. ун-та им.Н.И. Лобачевского. Сер. Филология. - 2003. -№1. - С.138-142.

10. Щитова О.Г. Функционально-стилевая миграция заимствований как один из критериев их ассими-

ляции в языке-реципиенте // Вест. Томск. гос. унта. - 2007. - №294. - С.102-108.

11. Биккинин И. Тюркизмы в английском языке // URL: http://tatar.yuldash.com/059.html (дата обращения 25.09.2011).

12. Аракин В.Д. Тюркские лексические элементы в памятниках русского языка монгольского периода // Тюркизмы в восточнославянских языках / под ред. Н.А.Баскакова. - М.: Наука, 1974. - С.112-148.

13. The Oxford Dictionary of English Etymology / ed. C.T. Onions. - Oxford: OUP, 1996. - 2598 p.

14. Collins English Dictionary. Complete & Unabridged 10th Edition. - N.-Y.: William Collins Sons & Co. Ltd., 2009. - 1879 p.

15. Kessler J. Sorbet! Fruity ice dish a cut above plain sherbet // Denver Post Food. - March 2001, №45. -Р.45-46.

16. British National Corpus: Web-master Lou Bernard //

URL: www.natcorp.ox.ac.uk (дата обращения

25.09.2011).

17. Corpus of Contemporary American English: Webmaster Mark Davies // URL: http://www.americancorpus.org/ (дата обращения

25.09.2011).

18. Dictionary of Phrase and Fable / Collected by E.Cobham Brewer. - Hare: Wordsworth Ltd Editions, 2001. - 1324 p.

CULTURAL FEATURES OF TURKIC LEXICAL BORROWINGS

V.V.Vlasicheva

Loan-words are considered to be an inseparable part of any language. The article explores conditions and prerequisites for lexical borrowings and demonstrates cultural and historical features of Turkic loanwords in the newest period of the English language development.

Key words: language contacts, borrowings, Turkic loan- words, corpus.

Власичева Виктория Валерьевна - аспирант кафедры контрастивной лингвистики и лин-гводидактики Института филологии и искусств Казанского (Приволжского) федерального университета.

E-mail: v.vlasicheva@gmail.com

Поступила в редакцию 01.03.2011