Периодизация истории образовательных организаций по подготовке сотрудников органов внутренних дел в г. Воронеже: к постановке проблемы

А.П. Нахимов,

начальник Воронежского института МВД России, кандидат философских наук

А.В. Кирнос,

кандидат политических наук, доцент

В.А. Колесников,

кандидат политических наук, доцент

ПЕРИОДИЗАЦИЯ ИСТОРИИ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ ПО ПОДГОТОВКЕ СОТРУДНИКОВ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ В г. ВОРОНЕЖЕ: к постановке проблемы

PERIODIZING THE HISTORY OF LAW ENFORCEMENT TRAINING

INSTITUTIONS IN VORONEZH: setting of the problem

В статье рассматриваются историография истории образовательных организаций по подготовке сотрудников органов внутренних дел в г. Воронеже и философско-методологические основы построения ее периодизации.

The historiography of law enforcement training institutions ' history in Voronezh and the philosophical and methodological foundations of its periodization have been considered in the article.

Глубокие преобразования, происходящие в первые десятилетия XXI века в основных сферах социально-экономической и политико-правовой жизни страны, направленные на дальнейшее укрепление российской государственности, объективно обусловливают потребность в существенном совершенствовании деятельности всего государственного механизма, включая и такой его важнейший компонент, как Министерство внутренних дел Российской Федерации. На этом аспекте дополнительно акцентировал внимание Президент Российской Федерации В. В. Путин, в своем выступлении на расширенном заседании коллегии Министерства внутренних дел России 16

марта 2016 г. потребовавший обеспечить «выход на качественно новый уровень работы всей системы МВД» [1].

Эффективная реализация этой задачи зависит от многих факторов, особо значимым среди которых является качественная подготовка высокопрофессионального, стабильного, нравственно и психологически устойчивого кадрового состава, способного грамотно действовать в любой оперативной обстановке. Оптимизации данного процесса, безусловно, способствует вдумчивое изучение и творческое использование объемного исторического опыта, накопленного отечественной системой профессионального образования сотрудников органов внутренних дел.

Дополнительную актуальность рассматриваемой тематике придает все более активно разворачивающаяся в последнее время подготовка к празднованию 300-летия российской полиции. «За почти трехвековую историю российской полицией вписано немало ярких страниц в летопись нашей страны, — подчеркнул Министр внутренних дел Российской Федерации В. А. Колокольцев. — Убеждён, что, сохраняя связь и преемственность поколений, личный состав и впредь будет приумножать славу органов внутренних дел, сделает все возможное для дальнейшего укрепления российской государственности» [2].

При этом, как указывали В. Я. Кикоть и В. Л. Ку-бышко, «важное значение имеет привлечение сотрудников, курсантов и слушателей к проведению исто-рико-архивных изысканий, сбору и обобщению материалов о ветеранах, записи их воспоминаний, сбору документов, характеризующих работу органов внутренних дел с момента их создания, изучению и обобщению картотечных и архивных материалов...» [3] .

Проблематика, связанная со становлением и развитием профессионального образования сотрудников отечественных органов внутренних дел, достаточно давно стала объектом исследовательского внимания. Она в той или иной мере затрагивалась в комплексных обобщающих трудах, посвященных истории полиции и милиции [4—7].

Все более весомым становится и пласт трудов, непосредственно касающихся исторического аспекта организации профессионального образования. Первые публикации на данную тему появились еще в дореволюционные годы и в значительной своей части представляли собой разнообразные пособия для соответ-ствуюших категорий обучающихся и конкретных образовательных организаций [8—10]. Особое место среди них занимает работа А. И. Гаспля, посвященная изучению курса отечественной истории в Воронежской команде-школе уездной полицейской стражи [11].

Не меньший не только историографический, но и источниковедческий интерес, позволяющий лучше осознать специфику соответствующей эпохи, вызывает и комплекс работ 1920—1930-х гг., часть из которых опубликована на страницах официальных изданий «Рабоче-крестьянская милиция» и «Административный вестник» [12—16].

Существенная активизация исследовательской деятельности по интересующей нас проблематике началась со второй половины ХХ в. Еще в советское время были подготовлены и поныне сохранившие свою значимость работы Е. Л. Белякова [17], В. С. Гольдмана [18], А. Я. Малыгина, Р. С. Мулукаева [19], П. Ф. Николаева [20], В. М. Шамарова [21] и др. На рубеже ХХ и XXI вв. появились первые крупные обобщающие труды А. В. Борисова [22], С. Ф. Зыбина [23], Х. Х. Лойт [24], М. А. Кожевиной [25], Е. Д Про-ценко [26]. Существенно выросло и количество работ, посвященных отдельным аспектам профессионального обучения разных категорий сотрудников органов

внутренних дел в дореволюционное [27—32] и советское [33—36] время. Подготовлено и немалое число публикаций, посвященных истории отдельных учебных заведений МВД России [37—40].

Но, несмотря на очевидный рост числа соответствующих публикаций, отечественная историография образовательных организаций в системе органов внутренних дел продолжает пока находиться в процессе становления. И особенно очевидны лакуны в массиве исследовательских работ, посвященных воронежской региональной проблематике.

Воронеж, являющийся одним из крупнейших образовательных центров современной Российской Федерации, одновременно обладает достаточно давними историческими традициями, в том числе и в деле профессиональной подготовки квалифицированных кадров для органов внутренних дел нашей страны. Вместе с тем упоминания о соответствующих образовательных организациях, существовавших в г. Воронеже до открытия в 1978—1979 гг. специальной средней школы милиции МВД СССР, скудны и фрагментарны.

Отчасти это объясняется достаточно специфическим состоянием архивной базы для исследований в данной сфере. Воронеж в XX в. дважды оказывался в эпицентре кровопролитных боев и подвергался серьезнейшим разрушениям. Весомая часть материалов воронежских архивов была уничтожена, в том числе и по прямому указанию основного фондообразователя (НКВД — МВД), или утеряна в процессе спешных эвакуаций, передачи дел из одного архива в другой. Оставшиеся материалы достаточно разрозненны, не всегда систематизированы, зачастую имеют плохую сохранность (особенно документы ранних периодов). Все это неизбежно влияет и на общий уровень исследовательского интереса: количество защищенных диссертаций, прямо посвященных воронежской полиции — милиции, практически стремится к нулю.

Отдельные упоминания о Воронежской команде-школе уездной полицейской стражи присутствуют в работах Ч. Н. Ахмедова [41], А. О. Костылева [42], С. Х. Хакимова [43], А. В. Перегудова [44], Л. В. Страхова [45—46] и др. О ряде аспектов организации профессионального обучения сотрудников милиции в Воронеже в 1922—1942 гг. рассказывается в трудах В. С. Гольдмана [18], В. Н. Колемасова [47], П. Ф. Николаева [48], О. Н. Мигущенко [49], Е. Д. Проценко [26], В. М. Шамарова [50]. Безусловно важен научный задел, сформированный в работах С. Н. Токаревой, посвященных анализу отдельных сторон деятельности сотрудников органов внутренних дел Центрального Черноземья с акцентированием внимания на Курской области [51—53]. Весьма интересный источниковый материал собран в работах В. М. Смирных, носящих преимущественно публицистический характер

[54—55]. Но сколько-нибудь объемных обобщающих исследований, посвященных комплексному исследованию проблем функционирования и развития структур ведомственного профессионального образования сотрудников органов внутренних дел в г. Воронеже, пока так и не появилось. К тому же в имеющихся публикациях содержатся досадные неточности. Так, целый ряд авторов путает последовательно существовавшие в г. Воронеже на рубеже XIX—XX вв. школу для подготовки кандидатов на должности полицейских урядников и команду-школу уездной полицейской стражи [41, 56]. Недостаточная координация исследовательских усилий иногда влечет за собой и определенные переоценки степени инно-вационности персонального научного вклада.

Вместе с тем подобные проблемы — это, скорее, «проблемы роста». 2016 г. ознаменовался выходом в свет целого ряда новых статей, непосредственно затрагивающих анализируемую нами проблематику — работ А. В. Кирноса и В. М. Смирных [57], С. Н. Токаревой [58], А. И. Павловой и Н. М. Савицкого [59], А. А. Силина [60]. В соответствии с Планом научной деятельности Воронежского института МВД России в институте с января 2016 г. начато выполнение научно-исследовательской работы (НИР) по теме «Основные этапы становления и развития органов внутренних дел в Центрально-Черноземном регионе», в ходе которого активизировано изучение материалов в фондах Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Государственного архива Воронежской области (ГАВО), Государственного архива социально-политической истории Воронежской области, архива Главного управления МВД России по Воронежской области.

Активно накапливаемый и подвергающийся углубленному коллективному осмыслению эмпирический материал позволяет более четко выстраивать концептуальные схемы, переходить к адекватным обобщениям, компаративному анализу, формированию периодизаций.

В гносеологическом плане периодизация истории представляет собой особый род систематизации, заключающийся в условном делении исторического процесса на определенные интервалы. Эти интервалы обладают комплексом отличительных особенностей, точная фиксация которых зависит от избрания конкретного критерия (основания) данной периодизации [61. — С. 40, 41]. Одной из начальных стадий конструирования исторической периодизации традиционно выступает хронологизация, то есть формирование последовательного временного ряда, составляющего «темпоральную основу» для последующего членения исторической реальности. Периодизация обеспечивает выявление качественного наполнения каждого из темпоральных отрезков элементами, принципиально отличающимися

друг от друга и отделяющимися четко фиксированными историко-хронологическими вехами. Совокупность последовательных исторических периодов, отделенных друг от друга событийными «вехами», образует диалектический процесс исторического развития конкретного объекта.

В онтологическом плане концепт периодизации представляет собой неотъемлемую составляющую широкой проблемы соотношения непрерывности и (или) прерывистости пространства-времени [62]. Он позволяет одновременное осмысление непрерывности и прерывистости, соотнося их с разными моментами времени. Периоды сменяют друг друга, будучи непохожими друг на друга, и, соответственно, непрерывность имеет место внутри периодов, а прерывистость — между ними. Таким образом, как отмечал французский методолог истории А. Про, «периодизи-ровать, значит ... выявлять прерывность, нарушения преемственности, указывать на то, что именно меняется, датировать эти изменения и давать им предварительное определение. Периодизация занимается идентификацией преемственности и ее нарушений. Она открывает путь интерпретации. Она делает историю если и не вполне доступной пониманию, то, по крайней мере, уже мыслимой» [63. — С. 118].

Вместе с тем в теоретико-методологическом аспекте историческая периодизация выступает объектом серьезных научных дискуссий.

С одной стороны, безусловна методологическая значимость периодизации. Периодизация относится к числу изначальных попыток человеческого разума каким-либо образом систематизировать, упорядочить подвергаемый осмыслению эмпирический материал: охватить целое, не разделив его на части, практически невозможно, а членение истории на фиксированные периоды существенно облегчает усвоение предмета, давая определенные ориентиры, сначала, как минимум, хронологические. История, по словам К. Леви-Строса, оказывается закодированной в хронологии, «нет истории без дат» [64. — С.111].

Исследователь, разделяя историю на периоды, выискивая соответствующие сочленения, близкие, по словам А. Тойнби, таковым на стебле бамбука, производит замену неуловимой непрерывности времени на определенную эвристически значимую структуру [65, 66]. Эта структура формируется на основе синтеза историко-генети-ческой (диахронической) и историко-структур-ной (синхронической) составляющих, которые в своей совокупности и отражают специфику существования определенного явления в конкретном пространстве-времени (его статический и динамический, исторический и системный аспекты) [67]. По мнению Ф. В. Тарановского, «сочетание обоих элементов — статического и динамического — и создает историческую периодизацию,

которая в применении к истории правовых, общественных и политических учреждений не может быть облачена в иную форму кроме юридической конструкции». Историк-юрист, дабы избежать опасности «погружения в микрологию разрозненных единичных фактов и бесконечно малых изменений» и достичь в исследовании понимания исторического процесса в его целом, не может обойтись без построения подобной периодизации, оформленной в юридическую конструкцию [68. — С. 159]. Соответственно, тезис о том, что историческая, в том числе историко-правовая, наука не может обойтись без периодизации, разделяется весомым числом отечественных и зарубежных авторов [69—75].

Но, с другой стороны, процесс конструирования периодизации чреват комплексом существенных «подводных камней». По верному замечанию французского философа А. Бергсона, «время не имеет естественных сочленений», и ученый делит предельно сложные феномены процессного, развивающегося и темпорального типа «по своему усмотрению» [76]. Те отрезки, на которые исследователь членит время, неизбежно носят искусственный характер, представляя собой «воображаемые деления», одновременно не только упрощающие, но и усложняющие задачу историка и, в частности, порождающие грозную опасность субъективизма, проявляющегося в том числе в излишней «привязке» событий к «рубежным датам». Итальянский профессор Б. Кроче иронически указал, что некоторые исследователи до сих пор полагают, «будто цифра порождает событие, подобно тому, как стрелка часов, доходя до часовой отметки, включает механизм боя» [77. — С. 55].

Кроме того, стремление к максимальной стройности периодизации может повлечь за собой излишнюю схематизацию, огрубление и упрощение объективной реальности, вплоть до искажения ее. Следует учесть и то, что большинство исследователей для нового научного поиска не реконструирует время «во всей его полноте», но «берет то время, над которым уже работали другие историки» [63. — С. 119], опирается на уже имеющиеся периодизации, оказываясь заложником корпоративного субъективизма и порожденных им ошибок.

Поэтому гиперболизация методологической роли периодизации издавна вызывала критику, начиная с хлесткой фразы известного британского историка лорда Актона «изучайте проблемы, а не периоды» [78. — Р. 24] и продолжившись развернутыми замечаниями таких экспертов, как П. Вейн [79] или Ж. Фюре [80]. Отдельные авторы, умаляя роль периодизации, доходят до противопоставления понятий процесса и стадий как взаимоисключающих [81, 82].

Однако, по нашему мнению, вполне можно согласиться с разделяемой Л. Грининым точкой зрения Р. Карнейро о том, что противопоставление процесса стадии является ложной дихотомией. Полное отрицание периода в качестве динамичной единицы неизбежно приводит к признанию несостоятельности разума, отказывающегося от обобщений. Мы оказываемся перед диалектическим противоречием: нельзя принести в жертву ни одну из двух ветвей альтернативы без того, дабы не отказаться от чего-то весьма существенного [83, 84]. Стадии представляют собой непрерывные эпизоды продолжающегося процесса, а само понятие процесса вполне может быть использовано для разработки понятия стадий [85]. Точно так же, как и неизбежные для любой периодизации односторонности и упрощения не только порождают определенные расхождения с реальностью, но и, по словам К. Ясперса, «могут служить стрелками, указывающими на существенные моменты» [86. — С. 52]. В свою очередь, масштабы искажений, порождаемых при конструировании конкретной периодизации, можно (и должно) существенно минимизировать за счет более внимательного отношения к ряду фундаментальных правил данной методологической процедуры, в настоящее время активно разрабатываемых экспертным сообществом [69, 87].

При построении периодизации важна адекватность аргументации оснований для нее, их взаимосвязь как с общей концепцией ученого, так и с назначением конкретной периодизации. При этом, несмотря на высказанные выше критические замечания, отправной точкой для определения данных оснований является рассмотрение ранее созданных периодизаций; как писал тот же А. Про: «Поскольку задаваемый вопрос приобретает легитимность лишь в результате своей включенности в исследовательское поле, историк не может абстрагироваться от предшествующих периодизаций, ведь они составляют язык профессии» [63. — С. 119]. Безусловно, каждый исторический процесс имеет индивидуальную периодизацию, но и в данном случае надо быть осторожными с крайностями — абсолютизируя такую позицию можно дойти до дробления «единого времени на множество времен, не имеющих между собой никакой связи». Эту проблему помогает преодолеть «иерархизация времен», позволяющая обеспечить необходимое «сопряжение одних времен относительно других» [66].

Фундаментальную основу для построения периодизации истории воронежских структур ведомственного полицейского / милицейского образования составляет общая периодизация государственно-правовой истории нашей страны. Нахо-

дясь в ее рамках, многие исследователи, изучавшие проблемы кадровой и образовательной политики в отечественных правоохранительных органах, выделяли дореволюционный, советский (включавший этапы становления советской государственности, НЭПа, формирования «государственно-партийного социализма», Великой Отечественной войны, послевоенный) и современный периоды (для ряда авторов последний начинался с преобразований второй половины 1980-х гг.) [24, 26, 88]. Вместе с тем подобный вариант периодизации закладывает лишь общие ориентиры, фиксируя определенные «макропериоды», наполнение которых конкретным содержанием требует четкого осознания специфики исследуемой проблематики: как отмечал французский методолог истории М. Блок, «каждому типу явлений присуща своя особая мера плотности измерения, своя специфическая, так сказать, система счисления» [89. — С. 104].

Существенное влияние на определение оснований для построения «узкой периодизации» истории образовательных организаций, готовящих профессиональные кадры сотрудников органов внутренних дел, оказывает сама «ведомственность» характера подобных структур — их организационное нахождение в рамках соответствующего компонента государственного механизма, обеспечивающего охрану правопорядка. Это намечается во времена Российской империи и становится совершенно очевидным для «советского сегмента» республиканской эпохи развития отечественной государственности. Уже сам факт нахождения данных образовательных организаций в системе МВД (НКВД) — основание для использования в качестве «сочленений» для хронологизации важнейших структурных преобразований в данной системе, которые неизбежно влекли за собой трансформации в самих образовательных структурах.

При этом в дореволюционный период становления первых соответствующих образовательных организаций характерными особенностями были изначально невысокий уровень их централизации и иерархизации, достаточно высокая степень инициативы местных губернских правлений, лишь постепенно дополняющаяся активизацией центральных управленческих структур.

Для советской эпохи, несмотря на изначально имевшие место инициативы практических органов, все же более характерна ускоренная централизация: уже в 1918 г. НКВД РСФСР была определена необходимость формирования сети образовательных учреждений для профессиональной подготовки сотрудников милиции, установлены базовые принципы и формы обучения [25. — С. 18—19]. И впоследствии практически каждое структурное изменение в системе НКВД — МВД сказывалось на ее образовательных организациях,

на методах и содержании процесса обучения сотрудников. Очевидным, в частности, это было с конца 1930-х гг., после расформирования НКВД РСФСР и передачи милиции в ведение ОГПУ, равно как и последующих пертурбаций, вплоть до создания в 1966 г. союзно-республиканского Министерства охраны общественного порядка (МООП) СССР, преобразованного в 1968 г. в МВД СССР.

Вместе с тем нельзя не отметить и еще одну постепенно набиравшую силу тенденцию, порожденную определенной двойственностью положения структур, осуществляющих профессиональное образование сотрудников органов внутренних дел и связанных с формированием соответствующих образовательных отношений под организационным контролем не только МВД, но и Министерства образования и науки (и соответствующих им исторических аналогов). В дореволюционный период руководство МВД Российской империи долго не предпринимало усилий по формированию ведомственных образовательных структур, довольствуясь рекрутированием выпускников общегражданских образовательных организаций, и лишь рост потребности в массовой подготовке квалифицированных кадров заставил его пересмотреть свои подходы.

В свою очередь, в советское время руководство НКВД РСФСР, в отличие от целого ряда иных ведомств, в частности Наркомата обороны, долго не могло полноценно «встроить» созданные под своим контролем образовательные организации в общую систему народного образования в стране, что порождает сложности при современном проведении компаративного анализа: с нормативно-правовой точки зрения они исполняли функции учебных заведений низшего профессионального образования [25. — С. 372]. Лишь с конца 1930-х гг. началась иерархизация системы милицейского образования и с начала 1950-х — вовлечение ее в общегосударственное образовательное пространство в форме специфической отрасли профессионального образования, приобретшее свои относительно законченные формы лишь в 1970—1980-е гг.

В отечественной историографии есть несколько попыток периодизации истории ведомственного образования в системе МВД / НКВД. Так, в частности, небезынтересный, хотя и небезошибочный вариант периодизации истории уряд-нических школ предпринял Ч. Н. Ахмедов [41]. Давними были и попытки периодизации истории советского милицейского образования [18,19, 50, 90, 91]. Наиболее развернутый, по нашему мнению, ее вариант предложила М. А. Кожевина [25. — С. 18, 19]. Ею были выделены 3 периода и 9 этапов в развитии системы профессионального образования сотрудников органов внутренних

дел. Первый период — с 1917 до конца 1930 г., когда органы милиции были переподчинены ОГПУ. Он включил в себя 3 этапа: 1) с 1918 по 1920 г.; 2) с 1920 по 1925 г.; 3) с 1925 по 1930 г. Второй период — с 1930 по 1966 г., насыщенный сложными внутренними изменениями и отличающийся неоднократными переходами милицейских структур в ведение то органов государственной безопасности, то органов внутренних дел. В его рамках автором выделены 4 этапа: 1) до 1941 г.; 2) до 1945 г.; 3) до 1952 г.; 4) до 1966 г. И, наконец, третий период, характеризующийся, по мнению М. А. Кожевиной, формированием единой централизованной системы органов внутренних дел и встраиванием милицейского образования в общегосударственную систему, охватывает хронологический отрезок 1966—1991 гг. и делится на два этапа: 1) до 1975 г.; 2) до 1991 г.

Результат интеллектуальных усилий автора данной периодизации, безусловно, заслуживает самого горячего одобрения и должен учитываться в дальнейшей деятельности в данном направлении. Вместе с тем, как показывают предварительные результаты исследований, проходящих в настоящее время в Воронежском институте МВД России, можно говорить о более чем 100-летней истории функционирования в г. Воронеже образовательных организаций, осуществлявших подготовку разных категорий специалистов для органов внутренних дел. Истории, выходящей за рамки исключительно советской эпохи. К тому же не следует забывать специфику воронежского региона, в частности, связанную с двумя промежутками активных боевых действий на его территории, в обоих случаях повлекших за собой прекращение функционирования соответствующих образовательных организаций.

Эта особенность, равно как и документально подтвержденные конкретные даты открытия данных образовательных структур, дает основания для попытки построения собственной периодизации. Ее первые варианты были изложены представителями нашего авторского коллектива на ряде научных форумов текущего года [92]. При этом, вновь акцентируя внимание на проблеме соотношения непрерывности (преемственности) и прерывистости исторического развития образовательных организаций, осуществлявших подготовку разных категорий специалистов для органов внутренних дел в г. Воронеже, нам представляется допустимым говорить о нескольких логически взаимосвязанных периодах данного развития в контексте общей истории отечественных органов ведомственного профессионального образования. Имея с формальной стороны вид относительно замкнутых циклов, со стороны содержательной эти этапы

несут определенную преемственность, анализ конкретных проявлений которой позволяет заявлять об определенной эволюции.

Зарождение образовательных организаций, готовивших специалистов для органов внутренних дел в Воронеже, относится к рубежу XIX—XX вв. и тесно связано с проходившим в те годы реформированием уездной полиции. Значимость ее модернизации определяется доминированием именно сельского населения в Российской империи. Так, в частности, к концу 1890-х гг. за пределами городов в Воронежской губернии проживало 93% населения [93. — С. IV]. При этом степень реального полицейского контроля над этим многочисленным сегментом подданных империи была незначительной.

Попытки реформирования сельской полиции, связанные с созданием в 1878 г. в 46 губерниях Российской империи института урядников, а с 1903 г. — уездной полицейской стражи [94], натолкнулись на ряд серьезных проблем. Одной из наиболее значимых среди таковых было все более очевидное несоответствие между задачами, ставившимися перед новыми полицейскими институтами, и качеством их кадрового состава.

Усиление внимания к подготовке кадров для уездной полиции проявилось в создании специализированных учебных заведений. Одними из первых среди них с конца XIX в. стали школы урядников. Так, в 1901 г. в газете «Воронежские губернские ведомости» сообщалось: «По примеру прошлого года, учрежденная при Воронежском губернском правлении школа для подготовки кандидатов на должности полицейских урядников в губернии откроет свои занятия и в настоящем году. ... Прослушавшим полный курс школы и с успехом выдержавшим установленное испытание в знании обязанностей службы полицейского урядника будет составлен, в порядке сдачи экзамена, список, по которому и будут замещаться открывающиеся в губернии вакансии» [95. — С. 2]. Казалось бы, мы имеем дело с четким указанием хронологической «привязки» к 1900 г. — времени открытия данной школы, которая впоследствии в сессионном порядке работала в течение нескольких лет, открывая очередной цикл занятий с февраля месяца соответствующего года.

Однако работа в Государственном архиве Воронежской области дала нам возможность выявить ряд документов, позволяющих высказать гипотезу о начале функционирования данной школы уже с 1899 г. В частности, в рапорте Воронежского уездного исправника указано, что урядник Е. Мартыненко в 1899 г. «проходил курс школы» [96]. В свою очередь, в «Списке полицейских урядников, состоящих в Бобровском уезде» с 1899 г. зафиксированы факты сдачи экзаменов

Н. Ракитиным, Л. Гвоздевым, М. Черемисиновым не в Воронежской экзаменационной комиссии, как это практиковалось ранее, а в «школе при Воронежском губернском правлении» [97]. Аналогичные сведения содержатся и в списках полицейских урядников других уездов, в то время как сведения о приеме экзаменов в Воронежской экзаменационной комиссии позднее 1898 г. не встречаются. Таким образом, можно предположить, что с 1899 г. начинается как первый период истории образовательных организаций, осуществлявших в г. Воронеже подготовку специалистов для органов внутренних дел, так и входящий в рамки данного периода первый этап этой истории. Он связан с открытием не ранее 1899 г. при Воронежском губернском правлении школы для подготовки кандидатов на должности полицейских урядников, одной из первых в Российской империи.

Для повышения эффективности формирования строевых и военно-прикладных навыков с 1906 г. заведование строевой частью уездной полицейской стражи (и, соответственно, ее урядников) было передано начальникам губернских жандармских управлений, которые приобретали статус губернских инспекторов полицейской стражи.

Вместе с тем, как следовало из циркуляра МВД от 12 февраля 1906 г. №2 1144, не отменялось и подчинение уездной полицейской стражи исправникам, которые сохраняли «по отношению к стражникам все предоставленные им действующим положением о страже права» [98]. Недостаточная четкость распределения полномочий, как свидетельствуют материалы архивов, часто приводила к всевозможным недоразумениям, в том числе и в вопросах подготовки уездной полицейской стражи [99].

Начало второго этапа в рамках первого периода функционирования постоянно действующих образовательных организацией по подготовке сотрудников органов внутренних дел в г. Воронеже было положено циркуляром Воронежского губернатора от 16 октября 1909 г. № 446, в котором указывалось: «Признаю необходимым учредить в г. Воронеже учебную команду для подготовки чинов полицейской стражи к занятию должностей старших стражников и урядников» [100]. Первым заведующим учебной командой-школой стал ветеран русско-японской войны ротмистр В. М. Ле-вандовский.

Воронежская команда-школа, наряду с аналогичными в Вильно, Самаре, Саратове, стала одной из первых в стране, функционирующих на постоянной основе. Всего же, согласно циркуляру МВД от 14 декабря 1911 г. № 20-808, школы для подготовки урядников полицейской стражи были созданы в 18 губерниях империи [101].

Основные параметры деятельности новой образовательной организации закрепляло утвержденное 5 октября 1911 г. Положение об учебной команде-школе полицейской стражи [102]. Итогом обучения становилась сдача испытаний, к которым допускалась лишь та часть выпускников, которая, по мнению преподавателей и руководства команды-школы, была в состоянии их выдержать. Лица, успешно окончившие команду-школу, получали соответствующее свидетельство и имели приоритет при назначении на должности старших стражников и урядников [103].

Вместе с тем, несмотря на определенные успехи в организации подготовки кадров для полиции, общий профессиональный уровень ее сотрудников был недостаточно высок. К 1917 г. удалось только заложить основы специального обучения полицейских, не создав цельной системы формирования кадрового состава. Как писал официальный еженедельник МВД «Вестник полиции», «отсутствие знания — это общая полицейская хроническая болезнь. ... К излечению от нее должны стремиться все» [104].

Революционные события февраля-марта 1917 г. повлекли за собой крах прежних институтов государственности, разгром полицейских органов Российской империи и, как следствие, ликвидацию Воронежской команды-школы уездной полицейской стражи, что ознаменовало окончание первого периода истории соответствующих образовательных организаций.

Начало второго периода истории образовательных организаций, готовивших в Воронеже сотрудников для правоохранительных органов, было обусловлено необходимостью решения задач обеспечения правопорядка в условиях радикальной революционной ломки всей системы общественных отношений в нашей стране. Порожденный революционными эксцессами рост преступности потребовал усиления внимания к качественному составу милиции.

Доминировавший в предреволюционные месяцы подход к милиции как «вооруженному народу», закрепленный в постановлении НКВД РСФСР от 28 октября 1917 г. «О рабочей милиции» [105], скоро доказал свою умозрительность. С мая 1918 г. милиция стала формироваться «как постоянный штат лиц, исполняющих специальные функции», что и было зафиксировано в Постановлении НКВД РСФСР и Наркомюста РСФСР от 13 октября 1918 г. [106].

Формирование милиции велось с акцентированием внимания на классово-идеологическом принципе подбора кадров, что влекло за собой ограничение возможностей для приема представителей дореволюционных правоохранительных

структур. Один из важнейших критериев, которым должны были соответствовать кандидаты на прием в ряды милиции, — наличие избирательного права, а его, в соответствии с Конституцией РСФСР 1918 г., лишались «служащие и агенты бывшей полиции, особого корпуса жандармов и охранных отделений» [107]. Это приводило к снижению уровня профессионализма сотрудников новой милиции, общего культурного кругозора и грамотности [26].

Острота складывающейся ситуации вынудила местные органы Советской власти в инициативном порядке создавать курсы по подготовке личного состава милиции. Такими были и сформированные в Воронеже в декабре 1919 г. милицейские курсы с общежитием на 200 мест. Открытие этих курсов, документы о котором найдены нами в архивах, ознаменовало начало первого этапа второго периода истории соответствующих образовательных структур в Воронеже.

Результаты обобщающего анализа учебной деятельности милицейских образовательных структур той эпохи, в том числе и воронежских курсов, позволяют отметить: 1) продолжение традиции хаотичной и бессистемной организации данных школ и курсов в рамках «инициатив с мест» при практически полном невмешательстве в данную деятельность центрального аппарата (в данном случае — Главного управления милиции (ГУМ) НКВД РСФСР); 2) преимущественно вводно-ознакоми-тельный характер обучения, копировавший деятельность обычных для того времени курсов по ликвидации неграмотности и малограмотности; 3) акцент на изучении военного дела в целях выполнения декрета СНК РСФСР от 3 апреля 1919 г. [108] в части подготовки работников милиции в военном отношении на уровне командиров стрелковых взводов [21]. Так, в программе Воронежских милицейских курсов в 1920 г. практически отсутствовали правовые дисциплины, а основной акцент ставился на изучение уставов.

Ситуация начала несколько меняться после принятия декрета ВЦИК и СНК РСФСР от 20 июня 1920 г., утвердившего Положение о Рабоче-крестьянской милиции, — были предприняты первые шаги по формированию организационно -правового фундамента централизованной системы школьно-курсовой подготовки работников милиции разных должностных уровней [109].

Одним из новых требований Положения являлось возложение на ГУМ НКВД РСФСР обязанностей по организации «специальных курсов по милиции» [109]. В отличие от МВД Российской империи, так и не сформировавшего организационную структуру, которая координировала бы деятельность по подготовке квалифицированных

кадров, отныне «общее организационное руководство специальной подготовкой сотрудников милиции» было возложено на административно -строевой подотдел одного из отделов ГУМ НКВД РСФСР [110. — С. 94]. Под его контролем в 1921—1925 гг. были разработаны организационно-правовые основы школьно-курсовой подготовки, предприняты первые попытки централизованного утверждения учебных планов и программ. Профессиональная подготовка реализовы-валась посредством формирования школ резерва, курсовой системы и специализированных школ милиции.

В соответствии с Положением о курсах командного состава милиции, утвержденным приказом ГУМ НКВД РСФСР от 17 января 1921 г. № 69/с., местными органами милиции была начата работа по открытию при своих губернских и областных управлениях курсов командного состава. К 1 января 1922 г. в РСФСР было сформировано 46 курсов, суммарно объединивших 2473 обучавшихся. Штаты курсантов устанавливались применительно к местным условиям, но в фиксированных рамках (100—150 чел.) [18. — С. 82]. Соответствующие губернские курсы (школа) командного состава милиции были открыты в Воронеже в ноябре 1921 г. (первый начальник — И. П. Бородин).

17 февраля 1922 г. состоялся выпуск первой группы курсантов (37 чел.), 24 сентября 1922 г. — второй (32 чел.). Целый ряд выпускников, «оказав необходимое усердие к навыкам и воинской дисциплине», был назначен на должности районных начальников милиции [55. — С. 134—136].

Полноценное функционирование создававшейся в те годы системы милицейских образовательных организаций тормозилось из-за финансовых проблем: еще в Положении 1920 г. было рекомендовано формировать на местах лишь курсы милиции, требовавшие сравнительно со школами меньших материальных затрат и позволявшие осуществлять подготовку значительной части личного состава в более сжатые сроки. Дополнительное осложнение ситуации в условиях экономического кризиса было связано с передачей милиции на финансирование из бюджетов местных Советов, не имевших достаточного объема средств. В итоге с конца 1921 по начало 1923 г. количество губернских школ милиции сократилось с 48 до 13, а школ резервов — с 50 до 15 [111]. Соответственно, подготовка третьего набора Воронежских курсов была осуществлена в ускоренном режиме, а с 1 декабря 1922 г. курсы ликвидировались «ввиду отсутствия средств». Это ознаменовало завершение первого этапа второго периода.

Середина 1920-х годов ознаменовалась новой совокупностью реформ, в частности, связанных с уточнением компетенций НКВД РСФСР, которые все более отчетливо перемещались от организации местной власти в сторону охраны и защиты правопорядка, что было закреплено в новом Положении об НКВД РСФСР от 27 марта 1927 г. [112]. Кроме того, развитие новых экономических отношений, укрепление законности, совершенствование принципиально новой правовой системы вновь объективно делали все более очевидным несоответствие уровня профессиональной подготовки большей части сотрудников милиции встающим перед ними служебным задачам. В итоге началось выстраивание централизованной системы профессиональной подготовки милицейских кадров, важнейшими компонентами которой становились: 1) школы резерва; 2) губернские (областные, позже — межобластные) школы, готовившие младший командный состав — участковых надзирателей, старших и волостных милиционеров; 3) школы среднего комсостава для подготовки руководства отделений уездных и городских управлений милиции [50. — С. 66—78].

17 сентября 1925 г. на основании приказа начальника Центрального административного управления (ЦАУ) НКВД — начальника милиции Республики была создана 3-я Воронежская областная школа младшего комсостава милиции (3-я ВОШМКСМ; начальник — В. Г. Косарев), что ознаменовало начало второго этапа второго периода истории воронежских образовательных организаций по подготовке сотрудников органов внутренних дел. Всего в РСФСР было создано еще две таких школы: в Саратове и Свердловске.

Штат 3-й ВОШМКСМ насчитывал 200 человек, в том числе 16 человек постоянного и 184 — переменного состава. Срок обучения был определен в один год. Школа вела подготовку участковых надзирателей, помощников начальников волостной милиции, старших милиционеров, агентов уголовного розыска 1 и 2 разрядов для 10—11 регионов страны, в том числе и для Отдела милиции ЦАУ НКВД. Около 20% выпускников занимали должности начальников районных отделений милиции [113. — С. 252; 114. — С. 181].

Успехи школы в профессиональной подготовке сотрудников милиции были высоко оценены руководством НКВД РСФСР: в 1926 г. почетным курсантом школы был избран народный комиссар внутренних дел РСФСР А. Г. Белоборо-дов [115]. В благодарности начальника милиции Республики было отмечено: «Воронежская школа милиции с первого же момента стала на верный и правильный путь. ... Много внимания уделяется в школе преподаванию для милицейско-уголовного

розыска. В подготовке специалистов 3-я Воронежская школа милиции занимает одно из первых мест» [55. — С. 160].

1 декабря 1926 г. 3-я ВОШМКСМ была переименована в 3-ю Воронежскую школу младшего начальствующего состава милиции.

Впоследствии произошло еще несколько переименований, открывающих третий этап второго, предвоенного периода истории воронежских организаций, готовивших специалистов для органов внутренних дел: 1) май 1928 г. — в 6-ю школу административно-милицейских работников НКВД (начальник — Д. И. Понятов-ский) [116]; 2) начало 1931 г. — в 6-ю межкраевую школу по подготовке среднего комсостава милиции [117. — С. 44]; 3) январь 1932 г. — в 6-ю школу Рабоче-крестьянской милиции (начальник — Т. Т. Седых) [118. — С. 442]. В 1928 / 1929 учебном году в составе первого курса школы были милицейское и розыскное отделения, на втором курсе — только милицейское. Общий штат школы насчитывал 165 человек.

Важным шагом на пути развития милицейских образовательных организаций стала дальнейшая централизация системы НКВД, в частности, связанная с приобретением народным комиссариатом внутренних дел 10 июля 1934 г. на основе соответствующего постановления ЦИК СССР статуса союзно-республиканского наркомата (НКВД СССР). К концу 1930-х гг. НКВД СССР превратился в мощную государственную структуру, функции и влияние которой были распространены практически на все сферы государственной и общественной жизни, что, в свою очередь, потребовало «совершенствования системы профессиональной подготовки кадров» [119. — С. 55].

Затронули изменения и Воронежскую школу милиции, статус которой продолжал повышаться. В марте 1935 г. она была трансформирована в Воронежскую школу среднего начальствующего состава Рабоче-крестьянской милиции № 17 (начальники — Т. Т. Седых, В. П. Пономарев). Одновременно с учебой курсантов в школе начали вести переподготовку младшего и среднего начальствующего состава милиции (сроком от 1 до 6 месяцев). Чуть позже в Воронеже также были открыты курсы рядового и младшего начсостава милиции (Курсы сержантов РКМ, наиболее известный начальник — С. Г. Богданов).

С 20 марта 1936 г. приказом НКВД СССР № 036 Воронежская школа была полностью переведена на двухгодичное обучение. В нее стали приниматься политически грамотные граждане в возрасте не старше 30 лет, имеющие образование в объеме 3—6 классов средней школы [120]. В соответствии с приказом НКВД СССР от 21 августа 1938 г. всем окончившим школу присваивалось

специальное звание «сержант милиции», закончившим с отличием — «младший лейтенант милиции». Огромную роль в деле развития школы сыграл ее выпускник 1931 г. В. В. Федюков, с августа 1937 г. ставший ее начальником.

Новая структура образовательных организаций НКВД СССР начала формироваться на базе приказа НКВД СССР от 5 апреля 1940 г. № 00410. Согласно приказу предусматривалось создание в Рабоче-крестьянской милиции четырех типов учебных заведений. Первый тип — Центральная школа РКМ (с двухгодичным сроком обучения) по подготовке старшего начальствующего, политического состава и работников научно-технических отделений. Школы второго типа (межобластные школы РКМ) — с двухгодичным сроком обучения, дававшие профессиональную подготовку среднему начальствующему и политическому составу РКМ. Школы РКМ третьего типа с годичным сроком обучения готовили инструкторов и проводников служебных собак. Четвертым типом стали курсы переподготовки начсостава РКМ с шестимесячным сроком обучения, организованные по слу-жебно-специальному признаку. Воронежская школа на основании данного приказа была переименована в Воронежскую межобластную школу Рабоче-крестьянской милиции. Приказ требовал обеспечить «живое руководство и конкретную помощь» в работе школ и курсов и представить к 15 мая 1940 г. тематику и план издания учебников и учебных пособий для школ и курсов РКМ на утверждение в ОК НКВД [121].

В марте 1941 г. Воронежская межобластная школа милиции была передана в ведение вновь образованного в составе НКВД СССР Управления учебных заведений [122]. Были пересмотрены и требования к отбору кандидатов на обучение. Приказом НКВД СССР от 21 апреля 1941 г. № 47-3/391 требовалось «немедленно принять меры по обеспечению отбора кандидатов в школы милиции из наиболее способных, проявивших себя по работе товарищей из рядового, младшего и среднего начсостава милиции». Общеобразовательный ценз, который теперь надлежало обязательно подтверждать соответствующими документами, впервые поднимался до семи классов средней школы [120. — С. 56].

Планомерное поступательное развитие Воронежской школы милиции, как и всего советского государственного механизма, оказалось прервано Великой Отечественной войной. С ее началом школы милиции произвели ускоренный выпуск. С 26 июня 1941 г. согласно приказу НКВД СССР сроки обучения в межобластных школах милиции были уменьшены с 2 лет до 9 и 3 месяцев, а ежедневные занятия под руководством преподавателей увеличились с 6 до 7 часов. Курсанты активно привле-

кались к конкретным охранительным мерам, проводившимся силами НКВД в те годы. В частности, весной 1942 г. личный состав школы участвовал в выселении немцев Поволжья и калмыков.

Вторжение немецко-фашистских войск на территорию области и начатые в июле 1942 г. тяжелейшие бои за Воронеж повлияли на прекращение функционирования Воронежской межобластной школы Рабоче-крестьянской милиции. В приказе НКВД СССР об очередном отборе кандидатов на учебу в межобластные школы от 15 октября 1942 г. Воронежская школа уже не была упомянута. В. В. Федюков, последним покинувший в июле 1942 г. здание эвакуированной школы, впоследствии возглавил Саратовскую среднюю школу милиции. Так завершился второй, советский довоенный период в истории ведомственного профессионального образования нашего города.

Возрождение милицейских образовательных организаций в г. Воронеже, положившее начало первому этапу третьего, послевоенного советского периода, началось с создания на основании приказа МВД СССР от 19 февраля 1949 г. № 00173 учебного пункта по обучению рядового и начальствующего состава при Управлении МВД СССР по Воронежской области (май 1949 г., первый начальник — капитан милиции И. И. Ильин). По сути, в третий раз все началось с создания краткосрочных курсов с преподаванием основ политической, служебной, огневой, строевой, физической подготовки, уставов.

Приказом МВД СССР от 14 декабря 1956 г. № 00376 был создан учебный пункт УВД Воронежского облисполкома, который просуществовал до его закрытия в 1959 г. «из-за отсутствия обучающихся». С января 1959 г. по июнь 1961 г. для прохождения первоначальной подготовки воронежские милиционеры направлялись в Новочеркасский республиканский учебный пункт.

Воссоздание учебного пункта УВД Воронежского облисполкома произошло в начале 1960-х годов приказом МВД РСФСР от 3 июня 1961 г. № 0263. К 1964 г. наполняемость учебного пункта, переехавшего в новое здание, составила 100—150 человек [123].

С 1977 г. в документах МВД СССР вновь появляется словосочетание «Воронежская школа»: в апреле 1977 г. учебный пункт, в соответствии с приказом МВД СССР, был преобразован в Межобластную школу подготовки младшего и среднего начальствующего состава УВД Воронежского облисполкома с наполняемостью 150—180 человек, а в 1978—1982 гг. было осуществлено строительство нового комплекса школы наполняемостью 300—360 человек. Ключевую роль в

строительстве школы сыграло руководство УВД Воронежского облисполкома в лице И. М. Солох-ненко, Н. И. Корецкого и А. С. Силина.

Второй этап советского послевоенного периода истории воронежских образовательных организаций системы МВД был ознаменован формированием в конце 1970-х гг. новой милицейской школы: в апреле 1978 г. Совет Министров СССР издал распоряжение об организации Воронежской специальной средней школы милиции МВД СССР — первой в истории СССР готовившей специалистов со средним техническим образованием для подразделений вневедомственной охраны [38]. В июле того же года был издан соответствующий приказ МВД СССР. Общая численность курсантов планировалась в 550 человек. Первым начальником школы стал полковник милиции П. В. Вернигоров [124].

Создание данной школы было несомненным успехом, но параллельно оно повлекло за собой понижение статуса ранее возрожденной Межобластной школы: в соответствии с приказом МВД СССР от 10 июля 1985 г. № 0223 на ее базе был образован Учебный центр УВД Воронежского облисполкома, в 2003 г. переименованный в Учебный центр ГУВД Воронежской области, а в 2008—2011 гг. — в Центр профессиональной подготовки Главного управления МВД России по Воронежской области с единовременной наполняемостью переменным составом в 150 чел. В центре проходили первоначальную подготовку сотрудники, впервые принятые на службу в ОВД, переподготовку и повышение квалификации — действующие сотрудники милиции, а в период функционирования центра как юридического лица (2003—2009 гг.) на его базе обучались работники ведомственной охраны, частные охранники и инкассаторы. Деятельность центра была связана с именами его руководителей Н. Т. Пономарева и А. И. Бирюкова.

Начало четвертого, современного этапа в развитии образовательных организаций системы МВД России в г. Воронеже было положено в июле 1992 г., когда постановлением Правительства Российской Федерации и приказом Министерства внутренних дел РФ Воронежская специальная средняя школа милиции была преобразована в Воронежскую высшую школу МВД России, включившую в себя радиотехнический и юридический факультеты, факультет заочного обучения (первый начальник — генерал-майор полиции А. Я. Мазуренко).

Юридические предпосылки перехода на современный уровень развития были подготовлены при следующем начальнике школы — генерал-майоре милиции В. Ф. Воробьеве, под руководством кото-

рого в июле 1998 — апреле 1999 г.) была разработана новая нормативная правовая база, проведены организационно-штатные преобразования. Соответствующее постановление Правительства РФ от 25 января 1999 года № 153-р и приказ Министерства внутренних дел России от 24 марта 1999 года № 218 официально назывались «О переименовании» [38]. Воронежская высшая школа МВД России была переименована в Воронежский институт МВД России, позиции которого были укреплены при генерал-майоре милиции А. В. Заряеве, возглавлявшем его с 1999 по 2006 г.

Очередной качественный скачок в развитии Воронежского института МВД России был совершен с 2006 г. под руководством генерал-майора полиции А. В. Симоненко. В этот же период произошло и окончательное слияние всей деятельности по профессиональной подготовке сотрудников ОВД в регионе в рамках одной организационной структуры: институту были переданы функции Центров профессиональной подготовки ГУ МВД России по Воронежской области и УМВД России по Липецкой области.

Таким образом, анализ истории развития образовательных организаций, осуществлявших профессиональную подготовку сотрудников органов внутренних дел в г. Воронеже, дает основание говорить как минимум о четырех периодах их развития: дореволюционном, советском довоенном, советском послевоенном и современном. При этом наблюдается определенная последовательность эволюции и некоторая повторяемость циклов развития: от курсов первоначальной подготовки низшего кадрового состава к постепенному повышению уровня обучаемого контингента. Конечно, нельзя говорить о прямой и безусловной юридической преемственности всей совокупности образовательных организаций по подготовке специалистов для системы органов внутренних дел, существовавших в г. Воронеже с конца XIX до начала XXI в. Но вместе с тем достаточно очевидно просматривается логическая и историческая последовательность развития, прерывистость которой обусловлена факторами, исключительно внешними по отношению к отечественной системе правоохранительных органов и предельно трагическими для отечественной государственности в целом. Внутренняя же эволюция носила преимущественно позитивный характер.

Анализ конкретных особенностей этой эволюции — предмет последующих статей, которые будут публиковаться в данной рубрике.

ЛИТЕРАТУРА

1. Владимир Путин принял участие в расширенном заседании коллегии Министерства внутренних дел // Президент России [Электронный ресурс]. —

ШЬ: http://www.kremlin.ru/events/president/news / 51515. (дата обращения: 24.10.2016).

2. Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации [Электронный ресурс]. — иКЬ: https://мвд.рф /document/8895049 (дата обращения: 24.11.2016).

3. Организация работы по патриотическому воспитанию сотрудников органов внутренних дел, курсантов и слушателей образовательных учреждений системы МВД России : методические рекомендации / под общ. ред. В. Я. Кикотя, В. Л. Кубышко. — М. : ЦОКР МВД России, 2009. — 20 с.

4. МВД России. Энциклопедия / под ред. В. Ф. Некрасова. — М. : Объединенная редакция МВД России, ОЛМА-ПРЕСС, 2002 — 624 с.

5. Министерство внутренних дел. 1902—2002. Исторический очерк. — М. : Объединенная редакция МВД России, 2004. — 648 с.

6. Очкур Р. Кудрявцев Д. Пиотровский В. Полиция России: век XVШ — век XX. — СПб. : По-лиграфиздат ; Астрель, 2010. — 512 с.

7. История советской милиции / под. ред. Н. А. Щелокова. : в 2 т. — М., 1977. — 345 с.

8. Добкевич П. А. Справочная книжка для полицейских урядников. — Минск : Типо-лит. Тась-мана, 1896. — 239 с.

9. Моллериус И. П. Руководство для полицейских чинов: пособие к изучению обязанностей полиции. — Т. 1. — СПб. : Тип. М. Волковича, 1911. — 567 с.

10. Нестеров М. Д. Курс общеполицейских обязанностей для школы урядников уездной полицейской стражи Уфимской губернии. — Уфа, 1914. — 86 с.

11. Гаспль А. И. Курс отечественной истории, проходящийся в Воронежской учебной команде полицейских стражников. — Воронеж : Типо-лит. губ. правл., 1913. — 24 с.

12. Знаменский И. Больше внимания комплектованию школ // Административный вестник. 1926. — № 7-8. — С. 67—69.

13. Киселев И. Ф. Итоги совещания начальников милицейских школ // Административный вестник. — 1926. — № 11. — С. 24—28.

14. Постников В. Основные предпосылки к организации областных школ милиции // Административный вестник. — 1925. — №2. — С. 49—54.

15. Фрейман С. К единой школе начсостава милиции и уголовного розыска // Административный вестник. — 1928. — № 2. — С. 30—32.

16. Шпигель Л. Необходима реформа школ НКВД // Административный вестник. — 1930. — № 5. — С. 24—25.

17. Беляков Е. Л., Черников В. В. Формирование системы подготовки кадров для советской милиции в 20-е годы. — Горький : Горьковская школа МВД СССР, 1983. — 40 с.

18. Гольдман В. С. Из истории организации школ и курсов милиции РСФСР в 1917—1925 годах // Труды Высшей школы МООП СССР. — М., 1968. — Вып. 20. — С. 80—98.

19. Малыгин А. Я., Мулукаев Р. С. Развитие системы подбора, расстановки и обучения кадров в органах внутренних дел. — М. : Академия МВД СССР, 1978. — 40 с.

20. Николаев П. Ф., Михайленко П. П. Подготовка командных кадров милиции РСФСР (1917— 1929 гг.). — Омск, 1969. — 108 с.

21. Шамаров В. М. Государственная служба в милиции НКВД РСФСР (Становление и развитие правовых и организационных основ) : дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 1999. — 342 с.

22. Борисов А. В., Гончарова Ю. В. Подготовка и воспитание кадров полиции России (XVIII в.— 1917 г.). — М., 1999. —235 с.

23. Зыбин С. Ф. Кадровое обеспечение деятельности органов внутренних дел: историко-пра-вовой и теоретико-правовой анализ : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — СПб., 1997. — 353 с.

24. Лойт Х. Х. Государственная кадровая политика в России и ее реализация в органах внутренних дел : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — СПб., 1998.— 370 с.

25. Кожевина М. А. Милицейское образование в Советской России: организация и правовое регулирование (1918—1991 гг.) : дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 2005. — 416 с.

26. Проценко Е. Д. Государственная образовательная политика в системе МВД России : исто-рико-правовой анализ : автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — СПб., 1998. — 398 с.

27. Кольцова В. М. Профессиональная подготовка полицейских кадров Российской империи в период с 1907 г. до февраля 1917 г. (историко-правовое исследование) : дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2005. — 176 с.

28. Кручинин В. Н. Становление и развитие законодательной базы организации и деятельности полиции России. — Воронеж : ВИ МВД России, 2002. — 203 с.

29. Маврина М. Н. Некоторые аспекты из истории подготовки и воспитания кадров полиции в дореволюционной России // МВД России 200 лет. — СПб., 1998. — С. 134—138.

30. Невский С. А. Профессиональная подготовка нижних чинов уездной полиции в Российской империи в конце XIX — начале ХХ в. // Вестник ВИПК МВД России — 2015. — № 1 (33). — С. 95—101.

31. Овчинников О. А. Становление и развитие образования и науки в системе Министерства внутренних дел (1802—1930 гг.) // Российский следователь. — 2010. — № 8. — С. 35—40.

32. Хакимов С. Х. Первоначальные шаги по подготовке полицейских в дореволюционной России // Пробелы в российском законодательстве. — 2011. — № 6. — С. 300—303.

33. Бакшутов С. Н. Милицейское образование на Дальнем Востоке России: организация и правовое регулирование // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. — 2016. — № 1 (35). — С. 95—99.

34. Власов А. В. Формирование системы образования милиции в 30-е годы // История государства и права. — 2002. — № 1. — С. 61—62.

35. Горбатенко Г. В. Становление и развитие высшего профессионального образования МВД СССР — России (1945—2000 г.) : дис. ... канд. пед. наук. — Воронеж, 2011. — 183 с.

36. Степанов М. М. Особенности милицейского образования в России в годы Гражданской войны (1918—1920 гг.) // Ленинградский юридический журнал. — 2011. — № 1. — С. 101—108.

37. Академия управления МВД России: история и современность / под общ. ред. В. Б. Рушайло.

— Пермь : Стиль- МГ, 1999. — 332 с.

38. Воронежский институт МВД России : юбилейное издание / под общ. ред. А. В. Симоненко. — Воронеж, 2011. — 320 с.

39. Московской академии МВД России 25 лет / под общ. ред. В. И. Козлова. — М. : Московская академия МВД России, 2000. — 208 с.

40. Ростовскому юридическому институту МВД России 40 лет. — Ростов-на-Дону : РЮИ МВД России, 2001. — 204 с.

41. Ахмедов Ч. Н. Организационно-правовые основы подготовки полицейских урядников во второй половине XIX — начале XX века // Юридическая наука: история и современность.

— 2016. — № 1. — С. 63—68.

42. Костылев А. О. Организационно-правовые аспекты работы с кадрами полиции и жандармерии Российской империи (1880—1917 гг.) : дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2000. — 216 с.

43. Хакимов С. Х. Введение института урядников и их деятельность по обеспечению безопасности дореволюционной России // Проблемы борьбы с преступностью и обеспечение безопасности личности. — Уфа, 1997. — С. 45—48.

44. Перегудов А. В. Сыскная полиция города Воронежа. Страницы истории. — Воронеж : Научная книга, 2016. — 107 с.

45. Страхов Л. В. Личный состав Воронежской уездной полицейской стражи в 1903— 1912 гг. [Электронный ресурс]. — URL: .http:// www.hist.vsu.ru/cdh/Articles/ part10/10 — 06.htm. (дата обращения: 24.10.2016).

46. Strakhov L. V. Creation of country police guards in the Сейта! Russia (evidence from Voronezh

governorate, 1903—1906) // Вестник полиции. — 2016. — № 2 — (8). — С. 48—54.

47. Колемасов В. Н. Система профессионального образования Министерства внутренних дел в 1917—1941 гг. // Право и образование. — 2013. — № 6. — С. 134—142.

48. Николаев П. Ф. Развитие сети школ милиции в РСФСР (1917—1918 гг.) // Научные труды. — Омск : Омская высшая школа милиции, 1968. — Вып. 2. — С. 95—195.

49. Мигущенко О. Н. Профессиональная подготовка и правовое воспитание сотрудников милиции в 20—30-е годы// Российский следователь. — 2011.— № 7. — С. 37—40.

50. Шамаров В. М. Кадровая работа в милиции НКВД РСФСР (правовые и организационные основы). — М., 1997. — 95 с.

51. Токарева С. Н. Кадровый вопрос в деятельности провинциальной полиции начала XX века // Вестник Воронежского института МВД России. — 2005. — № 4. — С. 103—107.

52. Токарева С. Н. Уровень образования служащих органов правопорядка в начале XX века (по данным Центрального Черноземья России) // Культурология в контексте гуманитарного знания. — Курск, 2011. — С. 122—124.

53. Токарева С. Н. Профессиональная подготовка служащих полиции начала XX столетия (по материалам Центрального Черноземья России) // История государства и права. — 2012. — № 24. — С. 35—38.

54. Смирных В. М. Почти военная организация : очерки истории воронежской милиции 20-х гг. XX в. К 200-летию МВД России. — Воронеж : Изд-во Воронеж. гос. арх.-строит. ун-та, 2002. — 190 с.

55. Смирных В. М. Люди тревожного времени : очерки истории Воронежской милиции 20—30-х гг. 20 в. / В. М. Смирных. — Воронеж : Воронеж. обл. тип. — Изд-во им. Е. А. Бол-ховитинова, 2010. — 191 с.

56. Байкеева С. Е. Правовое регулирование подготовки кадров в специализированных учебных заведениях МВД царской России // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2007. — № 3. — С 37—42.

57. Кирнос А. В., Смирных В. М. Советский довоенный этап формирования образовательных организаций по подготовке специалистов для правоохранительных органов в г. Воронеже (1919—1942 гг.) // Общественная безопасность, законность и правопорядок в III тысячелетии. — Ч. 1. — Воронеж : Воронежский институт МВД России, 2016. — С. 293 —300.

58. Токарева С. Н. Профессиональная подготовка милиционеров Центрально-Черноземной области // Концепт : научно-методический электронный журнал. — 2016. — Т. 15. — С. 2446—2450.

59. Павлова А. И., Савицкий Н. М. Василий Михайлович Левандовский и его вклад в развитие ведомственного образования в Воронежском регионе. // Преступность в СНГ: проблемы предупреждения и раскрытия преступлений.— Воронеж : Воронежский институт МВД России, 2016. — С. 319—321.

60. Силин А. А. Страницы истории профессиональной подготовки сотрудников ОВД Воронежской области // ARTofWAR. [Электронный ресурс]. — URL : http://artofwar.ru/s/silin_a_a/ stranicyistoriiprofessionalxnojpodgotowki-sotrudnikowowdworonezhskojoblasti.shtml (дата обращения: 24.10.2016).

61. Советская историческая энциклопедия : в 16 т. — Т. 11. — М. : Советская энциклопедия, 1968. — С. 40—41.

62. Мелюхин С. Т. Проблема прерывности и непрерывности материи в свете современных данных // С. Т. Мелюхин. Избранные труды: наследие и современность : философская онтология : в 3 т.

— Т. 2. — М., 2010. — С. 94—135.

63. Про А. Двенадцать уроков по истории. — М. : Российск. гос. гуманит. ун-т, 2000. — С. 118.

64. Леви-Строс К. Первобытное мышление. — М. : Республика, 1994. — С. 111.

65. Тойнби А. Дж. Исследование истории возникновение, рост и распад цивилизаций [Электронный ресурс]. — URL : http://litfile.net/ web/545049/509000-510000 (дата обращения: 24.10.2016).

66. Вяземский Е. Е., Стрелова О. Ю. Как преподавать историю в современной школе: теория и методика. Лекция седьмая // Педагогический университет. — Первое сентября [Электронный ресурс]. — URL : http: // his. 1september. ru / 2006 / 23 / 36. htm (дата обращения: 24.10.2016).

67. Трикоз Е. Н. Периодизация и сравнительно-историческая типология права // Вестник РУДН. Серия: Юридические науки. — 2014. — № 2. — С. 132—144.

68. Тарановский Ф. В. Юридический метод в государственной науке. — Варшава : Типография Варшавского учебного округа, 1904. — С. 159.

69. Гринин Л. Е. Периодизация истории: теоретико-математический анализ // История и математика. Проблемы периодизации исторических макропроцессов / ред. Л. Е. Гринин А. В. Коротаев, С. Ю. Малков.

— М. : КомКнига/URSS, 2006. — С. 53—79.

70. Гросул В. Я. О периодизации всемирной и отечественной истории // Российская история. — 2007. — № 3. — C. 122—139.

71. Копосов Н. Е. Как думают историки. — М. : Новое литературное обозрение, 2001. — 326 с.

72. Семенов Ю. И. Философия истории от истоков до наших дней: основные проблемы и концепции. — М. : Старый Сад. — 1999. — 382 с.

73. Bentley J. H. Cross-Cultural Interaction and Periodization in World History // The American Historical Review. — 1996. — Vol. 101. — № 3 (June).

— Р. 749—770.

74. Green W.A. Periodizing World History // History and Theory. — 1995. — № 34. — Р. 99—111.

75. McNeill W. H. The Changing Shape of World History // History and Theory. — 1995. — № 35. — Р. 8—26.

76. Бергсон А. Творческая эволюция. — М.

— СПб., 1914 // Цифровая библиотека по философии [Электронный ресурс]. — URL: http: // filosof. historic. ru / books / item / f00 / s00 /z0000151 / st008. shtml. (дата обращения: 2.11.2016).

77. Кроче Б. Теория и история историографии / пер. с итал. — М., 1998. — С. 55.

78. Dalberg-Acton J.E. Lectures on Modern History.

— London : Macmillan and Co. Limited, 1921. — P. 24.

79. Veyne P. Comment on écrit l'histoire. Essai d'épistémologie. — Paris: Éd. du Seuil, 1971. — 352 p.

80. Furet F. L'Atelier de l'histoire. — Paris : Flammarion, 1982. — 312 p.

81. Штомпка П. Социология социальных изменений. — М., 1996. — 416 с.

82. Marcus J., Feinman G. M. Introduction // Archaic States / Ed. by G. M. Feinman and J. Marcus. — Santa Fe — New Mexico : School of American Research Press, 1998. — P. 3—13.

83. Carneiro R. L. Process vs. Stages: A False Dichotomy in Tracing the Rise of the State // Alternatives of Social Evolution / Ed. by N. N. Kradin, A. V. Korota-yev, D. M. Bondarenko, V. de Munck and P. K. Wason.

— Vladivostok : FEB RAS, 2000. — P. 52— 58.

84. Гринин Л. Е. Периодизация исторического процесса и научно-информационная революция [Электронный ресурс]. — URL: https: // refdb. ru / look / 2716620. html (дата обращения: 2.11.2016).

85. Goudsblom J. Human History and Long-Term Social Processes: Toward a Synthesis of Chronology and Phaseology // The Course of Human History. Economic Growth, Social Process, and Civilization / Ed. by J. Goudsblom, E.L. Jones, and S. Mennel. — New-York, NY : Sharpe, 1996. — Р. 15— 30.

86. Ясперс К. Смысл и назначение истории. — М . : Республика, 1994. — С. 52.

87. Периодизация всемирной истории : учеб. пособие / В. Д. Жигунин [и др].; науч. ред. А. С. Шофман. — Казань : Издательство Казан. унта, 1984. — 224 с.

88. Кикоть В. Я. Организационно-правовое и информационное обеспечение реализации кадровой политики МВД России в сфере подготовки кадров : ав-тореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 2002. — 55 с.

89. Блок М. Апология истории или ремесло историка. — М. : Наука, 1986. — Изд. 2-е. — С. 104.

90. Биленко С. В., Максименко Н. П. Этапы развития советской милиции. — М. : Академия МВД СССР, 1972. —78 с.

91. Киссис М. П. Основные этапы истории советской милиции. — М., 1965. —30 с.

92. Кирнос А. В., Колесников В. А. К вопросу об основных этапах формирования и эволюции образовательных организаций по подготовке сотрудников правоохранительных органов в г. Воронеже // Право и государство: проблемы методологии, теории и истории : материалы VI Всероссийской науч.-практ. конф., 20 мая 2016 г. — Краснодар : Краснодар. ун-т МВД России, 2017 (в печати).

93. Первая всеобщая перепись населения Российской империи. IX Воронежская губерния. 1897.

— Тетрадь последняя / под. ред. Н. А. Тройницкого.

— СПб. : Изд. Центр. стат. ком. МВД, 1904. — С. IV.

94. Высочайше утвержденное мнение Государственного совета «Об учреждении в 46-ти губерниях Европейской России полицейской стражи» // Полное собрание законов Российской империи. — Собр. 3. — Т. XXIII. — № 22906.

95. Воронежские губернские ведомости. — 1901. —20 января. — С. 2.

96. ГАВО. — Ф. И-2. — Оп. 9. — Д. 70. — Л.17.

97. ГАВО. — Ф. И-2. — Оп. 9. — Д. 70. — Л. 6, об.

98. ГАРФ. — Ф. 102. — 2-е делопроизводство. —1906. — Оп. 63. —Д. 32. — Л. 21, об.

99. ГАВО.—Ф. И-1. — Оп. 3. — Д 759. — Л.1— 6.

100. ГАВО. — Ф. И-1. — Оп. 3. — Д. 75. — Л. 13.

101. ГАРФ. — Ф. 102. — Оп. 48. — Д 325. — Л 70.

102. ГАВО. — Ф. И-1. — Оп. 3. — Д. 100. — Л. 103—103 об.

103. ГАВО. — Ф. И-2. — Оп. 9.—Д. 164. — Л. 10.

104. Вестник полиции. —1910. — №№29. — С. 70.

105. О рабочей милиции : постановление НКВД РСФСР от 28.10.1917 // Собрание узаконений (СУ) РСФСР. — 1917. — № 1. — Ст. 15 (2-е изд.).

106. Об организации Советской Рабоче-Крестьянской Милиции (Инструкция) : постановление НКВД РСФСР, Наркомюста РСФСР от 13.10.1918 // СУ РСФСР. — 1918. — №> 75. — Ст. 813.

107. Конституция (Основной Закон) Российской Социалистической Федеративной Советской Республики (принята V Всероссийским съездом Советов 10 июля 1918 г.) // Собрание узаконений РСФСР. — 1918. —№ 51. — Ст. 582.

108. О Советской Рабоче-Крестьянской милиции: декрет Совета Народных Комиссаров от 3 апреля 1919 г. // Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1919 г. / Управление делами Совнаркома СССР. — М., 1943. — С. 194—195.

109. О Положении о Рабоче-Крестьянской милиции : декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 20 июня 1920 г. // СУ РСФСР. — 1920. — № 79. — Ст. 371.

110. Павлов А. Н. Петроградская милиция: ее развитие и деятельность в условиях НЭПа (1921—1925 гг.) : дис. ... канд. ист. наук. — СПб., 1995. — С. 94.

111. Шамаров В. М. Организационные, правовые и кадровые основы прохождения службы в милиции НКВД РСФСР [Электронный ресурс]. — ШЬ: http://www.jourclub.rU/12/1275/7/ (дата обращения: 24. 04. 2016).

112. Положение о НКВД РСФСР, утвержденное ВЦИК и СНК РСФСР 27 марта 1927 г. // СУ РСФСР. — 1927. — № 47. — Ст. 315.

113. Разверстка на комплектование областных школ младшего комсостава милиции // Сборник приказов начальника Центрального административного управления Народного комиссариата Внутренних Дел — Начальника милиции Республики. — 1925. — № 15. — С. 252.

114. Разверстка на укомплектование областных школ младшего комсостава милиции // Сборник приказов начальника Центрального административного управления Народного комиссариата Внутренних Дел — Начальника милиции Республики. — 1926. — № 13. — С. 181.

115. Приказ от 29 июня 1926 г. № 103 // Сборник приказов начальника Центрального административного управления Народного комиссариата Внутренних Дел — Начальника милиции Республики. — 1926. — № 13. — С. 192.

116. О переименовании школ среднего и младшего начсостава милиции НКВД : приказ НКВД РСФСР от 19 мая 1928 г. № 74 // Бюллетень Народного комиссариата внутренних дел РСФСР. — 1928. — № 18 (273).

117. Сборник приказов и циркуляров Главного управления Рабоче-крестьянской милиции при СНК РСФСР. — 1931. — №2. — С. 44.

118. Бюллетень НКВД. — 1929. — № 22. — С. 442.

119. Павлова Я. А. Генезис профессиональной подготовки кадров в образовательных учреждениях милиции в 30—40-е годы XX века // Мир науки, культуры, образования. —2014. — №2 3 (46) — С. 55.

120. Государственный архив Свердловской области. — Ф. 854. — Оп. 2. — Д 112. — Л. 94.

121. ГАРФ. — Ф. 9401.—Оп. 12. — Д. 345. — Л 399.

122. Архив УВД Ленинградского облисполкома. — 1941. — Д. 170. — Л. 8а, об.

123. История факультета профессиональной подготовки [Электронный ресурс]. — иЯЬ: http://vimvd.ru/institute/structure/faculty/fpo/history/да-та обращения: 24. 04. 2016).

124. Симоненко А. В. Прочный сплав традиций и инноваций // Вестник Воронежского института МВД России. — 2014. — № 3. — С. 7 —11.

REFERENCES

1. Vladimir Putin prinyal uchastie v rasshiren-nom zasedanii kollegii Ministerstva vnutrennih del // Prezident Rossii. [Elektronnyiy resurs]. — URL: http://www.kremlin.ru/events/president/news/ 51515. (data obrascheniya: 24.10.2016).

2. Ofitsialnyiy sayt Ministerstva vnutrennih del Rossiyskoy Federatsii [Elektronnyiy resurs]. — URL: https://mvd.rf /document/8895049 (data obrascheniya: 24.11.2016).

3. Organizatsiya rabotyi po patrioticheskomu vospitaniyu sotrudnikov organov vnutrennih del, kur-santov i slushateley obrazovatelnyih uchrezhdeniy sis-temyi MVD Rossii : metodicheskie rekomendatsii / pod obsch. red. V. Ya. Kikotya, V. L. Kubyishko. — M. : TsOKR MVD Rossii, 2009. — 20 s.

4. MVD Rossii. Entsiklopediya / pod. red. V. F. Nekrasova. — M. : Obyedinennaya redaktsiya MVD Rossii, OLMA-PRESS, 2002 — 624 s.

5. Ministerstvo vnutrennih del. 1902—2002. Istoricheskiy ocherk. — M. : Obyedinennaya redaktsiya MVD Rossii, 2004. — 648 s.

6. Ochkur R. Kudryavtsev D. Piotrovskiy V. Politsiya Rossii: vek XVIII — vek XX. — SPb. : Poligrafizdat ; Astrel, 2010. — 512 s.

7. Istoriya sovetskoy militsii / pod. red. N. A. SCHe-lokova. : v 2 t. — M., 1977. — 345 s.

8. Dobkevich P. A. Spravochnaya knijka dlya politseyskih uryadnikov. — Minsk : Tipo-lit. Tas-mana, 1896. — 239 s.

9. Mollerius I. P. Rukovodstvo dlya politseyskih chinov: posobie k izucheniyu obyazannostey politsii. — T. 1. — SPb. : Tip. M. Volkovicha, 1911. — 567 s.

10. Nesterov M. D. Kurs obschepolitseyskih obyazannostey dlya shkolyi uryadnikov uezdnoy politseyskoy strazhi Ufimskoy gubernii. — Ufa, 1914. — 86 s.

11. Gaspl A. I. Kurs otechestvennoy istorii, pro-hodyaschiysya v Voronezhskoy uchebnoy komande politseyskih strajnikov. — Voronezh : Tipo-lit. gub. pravl., 1913. — 24 s.

12. Znamenskiy I. Bolshe vnimaniya kom-plektovaniyu shkol // Administrativnyiy vestnik. 1926. — № 7-8. — S. 67—69.

13. Kiselev I. F. Itogi soveschaniya nachalnikov militseyskih shkol // Administrativnyiy vestnik. — 1926. — № 11. — S. 24—28.

14. Postnikov V. Osnovnyie predposyilki k organ-izatsii oblastnyih shkol militsii // Administrativnyiy vestnik. — 1925. — №2. — S. 49—54.

15. Freyman S. K edinoy shkole nachsostava militsii i ugolovnogo rozyiska // Administrativnyiy vestnik. — 1928. — № 2. — S. 30—32.

16. SHpigel L. Neobhodima reforma shkol NKVD // Administrativnyiy vestnik. — 1930. — № 5. — S. 24—25.

17. Belyakov E. L., CHernikov V. V. Formiro-vanie sistemyi podgotovki kadrov dlya sovetskoy militsii v 20-e godyi. — Gorkiy : Gorkovskaya shkola MVD SSSR, 1983. — 40 s.

18. Goldman B. C. Iz istorii organizatsii shkol i kursov militsii RSFSR v 1917—1925 godah // Trudyi Vyisshey shkolyi MOOP SSSR. — M., 1968. — Vyip. 20. — S. 80—98.

19. Malyigin A. YA., Mulukaev R. S. Razvitie sistemyi podbora, rasstanovki i obucheniya kadrov v organah vnutrennih del. — M. : Akademiya MVD SSSR, 1978. — 40 s.

20. Nikolaev P. F., Mihaylenko P. P. Pod-gotovka komandnyih kadrov militsii RSFSR (1917— 1929 gg.). — Omsk, 1969. — 108 s.

21. SHamarov V. M. Gosudarstvennaya slujba v militsii NKVD RSFSR (Stanovlenie i razvitie pravovyih i organizatsionnyih osnov) : dis. ... d-ra yurid. nauk. — M., 1999. — 342 c.

22. Borisov A. V., Goncharova YU. V. Podgo-tovka i vospitanie kadrov politsii Rossii (XVIII v.— 1917 g.). — M., 1999. —235 s.

23. Zyibin S. F. Kadrovoe obespechenie deya-telnosti organov vnutrennih del: istoriko-pravovoy i teoretiko-pravovoy analiz : avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. — SPb., 1997. — 353 c.

24. Loyt H. H. Gosudarstvennaya kadrovaya politika v Rossii i ee realizatsiya v organah vnutrennih del : avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. — SPb., 1998. — 370 c.

25. Kojevina M. A. Militseyskoe obrazovanie v Sovetskoy Rossii: organizatsiya i pravovoe reguliro-vanie (1918—1991 gg.) : dis. ... d-ra yurid. nauk. — M., 2005. — 416 c.

26. Protsenko E. D. Gosudarstvennaya obra-zovatelnaya politika v sisteme MVD Rossii : istoriko-pravovoy analiz : avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. — SPb., 1998. — 398 c.

27. Koltsova V. M. Professionalnaya pod-gotovka politseyskih kadrov Rossiyskoy imperii v period s 1907 g. do fevralya 1917 g. (istoriko-pravovoe issledovanie) : dis. ... kand. yurid. nauk. — M., 2005. — 176 c.

28. Kruchinin V. N. Stanovlenie i razvitie za-konodatelnoy bazyi organizatsii i deyatelnosti politsii Rossii. — Voronezh : VI MVD Rossii, 2002. — 203 s.

29. Mavrina M. N. Nekotoryie aspektyi iz istorii podgotovki i vospitaniya kadrov politsii v dorevoly-utsionnoy Rossii // MVD Rossii 200 let. — SPb., 1998. — S. 134—138.

30. Nevskiy S. A. Professionalnaya podgotovka nijnih chinov uezdnoy politsii Rossiyskoy imperii v kontse XIX — nachale XX v. // Vestnik VIPK MVD Rossii — 2015. — № 1 (33). — S. 95—101.

31. Ovchinnikov O. A. Stanovlenie i razvitie obrazovaniya i nauki v sisteme Ministerstva vnutren-nih del (1802—1930 gg.) // Rossiyskiy sledovatel. — 2010. — № 8. — S. 35—40.

32. Hakimov S. H. Pervonachalnyie shagi po podgotovke politseyskih v dorevolyutsionnoy Rossii // Probelyi v rossiyskom zakonodatelstve. — 2011. — № 6. — S. 300—303.

33. Bakshutov S. N. Militseyskoe obrazovanie na Dalnem Vostoke Rossii: organizatsiya i pravovoe regulirovanie // Gumanitarnyie issledovaniya v Vos-tochnoy Sibiri i na Dalnem Vostoke. — 2016. — № 1 (35). — S. 95—99.

34. Vlasov A. V. Formirovanie sistemyi obrazovaniya militsii v 30-e godyi // Istoriya gosudarstva i prava. — 2002. — № 1. — S. 61—62.

35. Gorbatenko G. V. Stanovlenie i razvitie vyisshego professionalnogo obrazovaniya MVD SSSR — Rossii (1945—2000 g.) : dis. ... kand. ped. nauk. — Voronezh, 2011. — 183 s.

36. Stepanov M. M. Osobennosti militseyskogo obrazovaniya v Rossii v godyi Grajdanskoy voynyi (1918—1920 gg.) // Leningradskiy yuridicheskiy jurnal. — 2011. — № 1. — S. 101—108.

37. Akademiya upravleniya MVD Rossii: istoriya i sovremennost / pod obsch. red. V. B. Rushaylo. — Perm : Stil- MG, 1999. — 332 s.

38. Voronezhskiy institut MVD Rossii : yubi-leynoe izdanie / pod obsch. red. A. V. Simonenko. — Voronezh, 2011. — 320 s.

39. Moskovskoy akademii MVD Rossii 25 let / pod obsch. red. V. I. Kozlova. — M. : Moskovskaya akademiya MVD Rossii, 2000. — 208 s.

40. Rostovskomu yuridicheskomu institutu MVD Rossii 40 let. — Rostov-na-Donu : RYUI MVD Rossii, 2001. — 204 s.

41. Ahmedov CH. N. Organizatsionno-pravovyie osnovyi podgotovki politseyskih uryadni-kov vo vtoroy polovine XIX — nachale XX veka // YUridicheskaya nauka: istoriya i sovremennost. — 2016. — № 1. — S. 63—68.

42. Kostyilev A. O. Organizatsionno-pravovyie aspektyi rabotyi s kadrami politsii i jandarmerii Ros-siyskoy imperii (1880—1917 gg.) : dis. ... kand. yurid. nauk. — M., 2000. — 216 c.

43. Hakimov S. H. Vvedenie instituta uryadni-kov i ih deyatelnost po obespecheniyu bezopasnosti dorevolyutsionnoy Rossii // Problemyi borbyi s prestupnostyu i obespechenie bezopasnosti lichnosti. — Ufa, 1997. — S. 45—48.

44. Peregudov A. V. Syisknaya politsiya goroda Voronezha. Stranitsyi istorii. — Voronezh : Nauchnaya kniga, 2016. — 107 s.

45. Strahov L. V. Lichnyiy sostav Voronezh-skoy uezdnoy politseyskoy strazhi v 1903—1912 gg. [Elektronnyiy resurs]. — URL: http://

www.hist.vsu.ru/cdh/Articles/ part10/10 —06.htm. (data obrascheniya: 24.10.2016).

46. Strakhov L. V. Creation of country police guards in the Sentral Russia (evidence from Voronezh governorate, 1903—1906) // Vestnik politsii.

— 2016. — № 2 — (8). — S. 48—54.

47. Kolemasov V. N. Sistema professionalnogo obrazovaniya Ministerstva vnutrennih del v 1917—

1941 gg. // Pravo i obrazovanie. — 2013. — № 6. — S. 134—142.

48. Nikolaev P. F. Razvitie seti shkol militsii v RSFSR (1917—1918 gg.) // Nauchnyie trudyi. — Omsk : Omskaya vyisshaya shkola militsii, 1968. — Vyip. 2. — S. 95—195.

49. Miguschenko O. N. Professionalnaya pod-gotovka i pravovoe vospitanie sotrudnikov militsii v 20—30-e godyi// Rossiyskiy sledovatel. — 2011.— № 7. — S. 37—40.

50. SHamarov V. M. Kadrovaya rabota v militsii NKVD RSFSR (pravovyie i organi-zatsionnyie osnovyi). — M., 1997. — 95 s.

51. Tokareva S. N. Kadrovyiy vopros v deya-telnosti provintsialnoy politsii nachala XX veka // Vestnik Voronezhskogo instituta MVD Rossii. — 2005. — № 4. — S. 103—107.

52. Tokareva S. N. Uroven obrazovaniya slujaschih organov pravoporyadka v nachale XX veka (po dannyim TSentralnogo CHernozemya Ros-sii) // Kulturologiya v kontekste gumanitarnogo znaniya. — Kursk, 2011. — S. 122—124.

53. Tokareva S. N. Professionalnaya pod-gotovka slujaschih politsii nachala XX stoletiya (po materialam TSentralnogo CHernozemya Rossii) // Istoriya gosudarstva i prava. — 2012. — № 24. — S. 35—38.

54. Smirnyih V. M. Pochti voennaya organi-zatsiya : ocherki istorii voronzhskoy militsii 20-h gg. XX v. K 200-letiyu MVD Rossii. — Voronezh : Izd-vo Voronezh. gos. arh.-stroit. un-ta, 2002. — 190 s.

55. Smirnyih V. M. Lyudi trevojnogo vremeni : ocherki istorii Voronezhskoy militsii 20-30-h gg. 20 v. / V. M. Smirnyih. — Voronezh : Voronezh. obl. tip. — Izd-vo im. E. A. Bolhovitinova, 2010. — 191 s.

56. Baykeeva S. E. Pravovoe regulirovanie pod-gotovki kadrov v spetsializirovannyih uchebnyih zavedeniyah MVD tsarskoy Rossii // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii. — 2007.

— № 3. — S 37—42.

57. Kirnos A. V., Smirnyih V. M. Sovetskiy dovoennyiy etap formirovaniya obrazovatelnyih or-ganizatsiy po podgotovke spetsialistov dlya pravoohranitelnyih organov v g. Voronezhe (1919—

1942 gg.) // Obschestvennaya bezopasnost, zakonnost i pravoporyadok v III tyisyacheletii. — CH. 1. — Voronezh : Voronezhskiy institut MVD Rossii, 2016. — S. 293—300.

5S. Tokareva S. N. Professionalnaya podgotovka militsionerov TSentralno-CHernozemnoy oblasti // Kontsept: nauchno-metodicheskiy elektronnyiy jurnal.

— 2G16. — T. 15. — S. 2446—245G.

59. Pavlova A. I., Savitskiy N. M. Vasiliy Mihay-lovich Levandovskiy i ego vklad v razvitie vedomstven-nogo obrazovaniya v Voronezhskom regione. // Prestupnost v SNG: problemyi preduprejdeniya i raskryit-iya prestupleniy. — Voronezh : Voronezhskiy institut MVD Rossii, 2G16. — S. 319—321.

6G. Silin A. A. Stranitsyi istorii professionalnoy podgotovki sotrudnikov OVD Voronezhskoy oblasti // ARTofWAR. [Elektronnyiy resurs]. — URL : http://arto-fwar.ru/s/silin_a_a/stranicyistoriiprofession-alnojpodgotowki-sotrudnikowowdworonezhskojob-lasti.shtml (data obrascheniya: 24.1G.2G16).S

61. Sovetskaya istoricheskaya entsiklopediya : v 16 t. — T. 11. — M. : Sovetskaya entsiklopediya, 196S.

— S. 4G—41.

62. Melyuhin S. T. Problema preryivnosti i nepreryivnosti materii v svete sovremennyih dannyih // S. T. Melyuhin. Izbrannyie trudyi: nasledie i sov-remennost : filosofskaya ontologiya : v 3 t. — T. 2.

— M., 2G1G. — S. 94—135.

63. Pro A. Dvenadtsat urokov po istorii. — M. : Rossiysk. gos. gumanit. un-t, 2GGG. — S. 11S.

64. Levi-Stros K. Pervobyitnoe myishlenie. — M. : Respublika, 1994. — S. 111.

65. Toynbi A. Dj. Issledovanie istorii voz-niknovenie, rost i raspad tsivilizatsiy [Elektronnyiy resurs]. — URL : http://litfile.net/web/545G49/ 5G9GGG-51GGGG (data obrascheniya: 24.1G.2G16).

66. Vyazemskiy E. E., Strelova O. YU. Kak prepodavat istoriyu v sovremennoy shkole: teoriya i metodika. Lektsiya sedmaya // Pedagogicheskiy uni-versitet. — Pervoe sentyabrya [Elektronnyiy resurs].

— URL : http: // his. 1september. ru / 2GG6 / 23 / 36. htm (data obrascheniya: 24.1G.2G16).

67. Trikoz E. N. Periodizatsiya i sravnitelno-is-toricheskaya tipologiya prava // Vestnik RUDN. Seriya: YUridicheskie nauki. — 2G14. — № 2. — S. 132—144.

6S. Taranovskiy F. V. YUridicheskiy metod v gosudarstvennoy nauke. — Varshava : Tipografiya Varshavskogo uchebnogo okruga, 19G4. — S. 159.

б9. Grinin L. E. Periodizatsiya istorii: teoretiko-matematicheskiy analiz // Istoriya i matematika. Prob-lemyi periodizatsii istoricheskih makroprotsessov / red. L. E. Grinin, A. V. Korotaev, S. YU. Malkov. — M. : KomKniga/URSS, 2GG6. — S. 53—79.

7G. Grosul V. YA. O periodizatsii vsemirnoy i otechestvennoy istorii // Rossiyskaya istoriya. — 2GG7. — № 3. — C. 122—139.

71. Koposov N. E. Kak dumayut istoriki. — M. : Novoe literaturnoe obozrenie, 2GG1. — 326 s.Se-menov YU. I. Filosofiya istorii ot istokov do nashih dney: osnovnyie problemyi i kontseptsii. — M. : Star-yiy Sad. — 1999. — 3S2 s.

72. Semenov YU. I. Filosofiya istorii ot istokov do nashih dney: osnovnyie problemyi i kontseptsii. — M. : Staryiy Sad. — 1999. — 382 s.

73. Bentley J. H. Cross-Cultural Interaction and Period-ization in World History // The American Historical Review.

— 1996. — Vol. 101. — № 3 (June). — R 749—770.

74. Green W.A. Periodizing World History // History and Theory. — 1995. — № 34. — R. 99—111.

75. McNeill W. H. The Changing Shape of World History // History and Theory. — 1995. — № 35. — R. 8—26.

76. Bergson A. Tvorcheskaya evolyutsiya. — M. — SPb., 1914 // TSifrovaya biblioteka po filosofii [Elektronnyiy resurs]. — URL: http: // filosof. historic. ru / books / item / f00 / s00 /z0000151 / st008. shtml. (data obrascheniya: 2.11.2016).

77. Kroche B. Teoriya i istoriya istoriografii / per. s ital. — M., 1998. — S. 55.

78. Dalberg-Acton J.E. Lectures on Modern History.

— London : Macmillan and Co. Limited, 1921. — P. 24.

79. Veyne P. Comment on écrit l'histoire. Essai d'épistémologie. — Paris: Éd. du Seuil, 1971. — 352 p.

80. Furet F. L'Atelier de l'histoire. — Paris : Flammarion, 1982. — 312 p.

81. SHtompka P. Sotsiologiya sotsialnyih iz-meneniy. — M., 1996. — 416 s.

82. Marcus J., Feinman G. M. Introduction // Archaic States / Ed. by G.M. Feinman and J. Marcus. — Santa Fe — New Mexico : School of American Research Press, 1998. — P. 3—13.

83. Carneiro R. L. Process vs. Stages: A False Dichotomy in Tracing the Rise of the State // Alternatives of Social Evolution / Ed. by N. N. Kradin, A. V. Koro-tayev, D. M. Bondarenko, V. de Munck and P. K. Wason.

— Vladivostok : FEB RAS, 2000. — P. 52— 58.

84. Grinin L. E. Periodizatsiya istoricheskogo protsessa i nauchno-informatsionnaya revolyutsiya [Elektronnyiy resurs]. — URL: https: // refdb. ru / look / 2716620. html (data obrascheniya: 2.11.2016).

85. Goudsblom J. Human History and Long-Term Social Processes: Toward a Synthesis of Chronology and Phaseology // The Course of Human History. Economic Growth, Social Process, and Civilization / Ed. by J. Goudsblom, E.L. Jones, and S. Mennel. — New-York, NY : Sharpe, 1996. — R. 15— 30.

86. YAspers K. Smyisl i naznachenie istorii. — M. : Respublika, 1994. — S. 52.

87. Periodizatsiya vsemirnoy istorii : ucheb. posobie / V. D. Jigunin [i dr].; nauch. red. A. S. SHofman.

— Kazan : Izdatelstvo Kazan. un-ta, 1984. — 224 s.

88. Kikot V. YA. Organizatsionno-pravovoe i in-formatsionnoe obespechenie realizatsii kadrovoy poli-tiki MVD Rossii v sfere podgotovki kadrov : avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk. — M., 2002. — 55 s.

89. Blok M. Apologiya istorii ili remeslo is-torika. — M. : Nauka, 1986. — Izd. 2-e. — S. 104.

90. Bilenko C. B., Maksimenko N. P. Etapyi razvitiya sovetskoy militsii. — M.: Akademiya MVD SSSR, 1972. —78 s.

91. Kissis M. P. Osnovnyie etapyi istorii sovetskoy militsii. — M., 1965. —30 s.

92. Kirnos A. V., Kolesnikov V. A. K voprosu ob osnovnyih etapah formirovaniya i evolyutsii obra-zovatelnyih organizatsiy po podgotovke sotrudnikov pravoohranitelnyih organov v g. Voronezhe // Pravo i gosudarstvo: problemyi metodologii, teorii i istorii : materialyi VI Vserossiyskoy nauch.-prakt. konf., 20 maya 2016 g. — Krasnodar : Krasnodar. un-t MVD Rossii, 2017 (v pechati).

93. Pervaya vseobschaya perepis naseleniya Ros-siyskoy imperii. IX Voronezhskaya guberniya. 1897. — Tetrad poslednyaya / pod. red. N. A. Troynitskogo. — SPb. : Izd. TSentr. stat. kom. MVD, 1904. — S. IV.

94. Vyisochayshe utverjdennoe mnenie Gos-udarstvennogo soveta «Ob uchrejdenii v 46-ti guber-niyah Evropeyskoy Rossii politseyskoy strazhi». // Polnoe sobranie zakonov Rossiyskoy imperii. — Sobr. 3. — T. XXIII. — № 22906.

95. Voronezhskie gubernskie vedomosti. — 1901. — № 6. —20 yanvarya. — S. 2.

96. GAVO. — F. I-2. — Op. 9. — D. 70. — L. 17.

97. GAVO. — F. I-2. — Op. 9. — D. 70. — L. 6, ob.

98. GARF. — F. 102. — 2-e deloproizvodstvo. —1906. — Op. 63. —D. 32. — L. 21, ob.

99. GAVO. — F. I-1.—Op. 3. — D. 759. — L.1 — 6.

100. GAVO. — F. I-1. — Op. 3. — D. 75. — L. 13.

101. GARF. — F. 102. — Op. 48. — D. 325. — L. 70.

102. GAVO. — F. I-1. — Op. 3. — D. 100. — L. 103—103 ob.

103. GAVO. — F. I-2.—Op. 9. — D. 164. — L. 10.

104. Vestnik politsii. —1910. — №29. — S. 70.

105. O rabochey militsii : postanovlenie NKVD RSFSR ot 28.10.1917 // Sobranie uzakoneniy (SU) RSFSR. — 1917. — № 1. — St. 15 (2-e izd.).

106. Ob organizatsii Sovetskoy Raboche-Kresty-anskoy Militsii (Instruktsiya) : postanovlenie NKVD RSFSR, Narkomyusta RSFSR ot 13.10.1918 // SU RSFSR. — 1918. — № 75. — St. 813.

107. Konstitutsiya (Osnovnoy Zakon) Ros-siyskoy Sotsialisticheskoy Federativnoy Sovetskoy Respubliki (prinyata V Vserossiyskim syezdom Sovetov 10 iyulya 1918 g.) // Sobranie uzakoneniy RSFSR. — 1918. —№ 51. —St. 582.

108. O Sovetskoy Raboche-Krestyanskoy militsii : dekret Soveta Narodnyih Komissarov ot 3 aprelya 1919 g. // Sobranie uzakoneniy i rasporyajeniy pravitelstva za

1919 g. / Upravlenie delami Sovnarkoma SSSR. — M., 1943. — S. 194—195.

109. O Polojenii o Raboche-Krestyanskoy militsii: dekret VTSIK i SNK RSFSR ot 20 iyunya

1920 g. // SU RSFSR. — 1920. — № 79. — St. 371.

110. Pavlov A. N. Petrogradskaya militsiya: ee razvitie i deyatelnost v usloviyah NEPa (1921—1925 gg.) : dis. ... kand. ist. nauk. — SPb., 1995. — S. 94.

111. SHamarov V. M. Organizatsionnyie, pravovyie i kadrovyie osnovyi prohojdeniya slujbyi v militsii NKVD RSFSR [Elektronnyiy resurs]. — URL: http://www.jour-club.ru/12/1275/7/ (data obra-scheniya: 24. 04. 2016).

112. Polojenie o NKVD RSFSR, utverjdennoe VTSIK i SNK RSFSR 27 marta 1927 g. // SU RSFSR.

— 1927. — № 47. — St. 315.

113. Razverstka na komplektovanie oblastnyih shkol mladshego komsostava militsii // Sbornik pri-kazov nachalnika TSentralnogo administrativnogo upravleniya Narodnogo komissariata Vnutrennih Del

— Nachalnika militsii Respubliki. — 1925. — № 15.

— S. 252.

114. Razverstka na ukomplektovanie oblastnyih shkol mladshego komsostava militsii // Sbornik prikazov nachalnika TSentralnogo administrativnogo upravleniya Narodnogo komissariata Vnutrennih Del — Nachalnika militsii Respubliki. — 1926. — № 13. — S. 181.

115.Prikaz ot 29 iyunya 1926 g. № 103 // Sbornik prikazov nachalnika TSentralnogo administrativnogo upravleniya Narodnogo komissariata Vnu-trennih Del — Nachalnika militsii Respubliki. — 1926. — № 13. — S. 192.

116. O pereimenovanii shkol srednego i mladshego nachsostava militsii NKVD : prikaz NKVD RSFSR ot 19 maya 1928 g. № 74 // Byulleten Narodnogo komissariata vnutrennih del RSFSR. — 1928. — № 18 (273).

117. Sbornik prikazov i tsirkulyarov Glavnogo upravleniya Raboche-krestyanskoy militsii pri SNK RSFSR. — 1931. — №2. — S. 44.

118. Byulleten NKVD. — 1929. — № 22. — S. 442.

119. Pavlova YA. A. Genezis professionalnoy pod-gotovki kadrov v obrazovatelnyih uchrejdeniyah militsii v 30—40-e godyi XX veka // Mir nauki, kulturyi, obrazovaniya. —2014. — № 3 (46) — S. 55.

120. Gosudarstvennyiy arhiv Sverdlovskoy ob-lasti. — F. 854. — Op. 2. — D 112. — L. 94.

121. GARF. — F. 9401. — Op. 12. — D. 345. — L. 399.

122. Arhiv UVD Leningradskogo oblispolkoma.

— 1941. — D. 170. — L. 8a, ob.

123. Istoriya fakulteta professionalnoy podgo-tovki [Elektronnyiy resurs]. — URL: http://vimvd.ru/ institute/structure/faculty/fpo/ history / (data obra-scheniya : 24. 04. 2016).

124. Simonenko A. V. Prochnyiy splav traditsiy i innovatsiy // Vestnik Voronezhskogo instituta MVD Rossii. — 2014. — № 3. — S. 7—11.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Нахимов Александр Павлович. Начальник института. Кандидат философских наук. Воронежский институт МВД России. E-mail: chief@vimvd.ru

394065, г. Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (4732) 200-50-10.

Кирнос Андрей Викторович. Начальник кафедры теории и истории государства и права. Кандидат политических наук, доцент.

Воронежский институт МВД России. E-mail: kirnosav@vimvd.ru

394065, г. Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (4732) 200-53-50.

Колесников Владимир Александрович. Профессор кафедры теории и истории государства и права. Кандидат политических наук, доцент.

Воронежский институт МВД России. E-mail: kolesnikovva@vimvd.ru

394065, г. Воронеж, проспект Патриотов, 53. Тел. (4732) 200-53-56.

Nakhimov Alexander Pavlovich. Head of the Institute. Candidate of Philosophical Sciences. Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: chief@vimvd.ru

Work address: Russia,394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (4732) 200-50-10.

Kirnos Andrey Viktorovich. Head of the chair of Theory and History of State and Law. Candidate of Political Sciences, Assistant Professor.

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: kirnosav@vimvd.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (4732) 200-53-50.

Kolesnikov Vladimir Alexandrovich. Professor of the chair of Theory and History of State and Law. Candidate of Political Sciences, Assistant Professor.

Voronezh Institute of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: chief@vimvd.ru

Work address: Russia, 394065, Voronezh, Prospect Patriotov, 53. Tel. (4732) 200-53-56.

Ключевые слова: полиция; урядник; уездная полицейская стража; милиция; МВД; НКВД; обучение; образовательные организации.

Key words: police; policeman; county police guards; the Ministry of Internal Affairs; the NKVD; training; educational organizations.

УДК 351.74