О научном статусе и предмете социологии права

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2015. № 2 (43). С. 116-122.

УДК 340.11:316

О НАУЧНОМ СТАТУСЕ И ПРЕДМЕТЕ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА

ON THE SCIENTIFIC STATUS AND SUBJECT OF THE SOCIOLOGY OF LAW

С. В. БИРЮКОВ

Высказывается мнение относительно научного статуса и предмета социологии права, обосновывается, что социология права может развиваться и в рамках юриспруденции, и в рамках обществоведения в целом.

Ключевые слова: право; социология права; социологическая юриспруденция; предмет науки; юридическое право; социальное право; эффективность права; социальные функции права; социальная обусловленность права.

The view about scientific status and the subject of sociology of law is spoken in this article and it is justified that sociology of law can develop within the jurisprudence and within the social sciences in general.

Key words: law; sociology of law; sociological jurisprudence; science subject; official law; social law; the effectiveness of law; social functions of law; social law conditionality.

Идеи о том, что право порождается обществом, что оно должно быть жизнеспособным, характерны уже для Античности. Известно, например, что Сократ почитал величайшим благом для государства единодушие граждан в соблюдении законов, Платон писал о необходимости воспитания людей в уважении к существующим порядкам, об учете при создании законов географических и климатических условий жизни, существующих привычек, Аристотель рассматривал отношение права к сложившейся морали.

В рамках юриспруденции социологический подход к праву естественен и порождается практикой различных видов юридической деятельности, а вовсе не теоретическим «мудрствованием». Поэтому, как неоднократно отмечалось в литературе, юристы раньше многих других гуманитариев пришли к необходимости учитывать общественную обусловленность права, начали формировать своего рода социальную инженерию создания и реализации правовых норм. О том, что такую роль примеряли на себя уже римские юристы, пишет В. В. Лапаева [1].

С другой стороны, социология права как более или менее обособленная научная дисциплина возникает после становления пози-

тивистского направления в философии и появления общей социологии.

Датировки возникновения социологии права существенно различаются: одни авторы, например, В. А. Глазырин и Е. В. Масловская, связывают этот момент с появлением классических социологических теорий права Э. Дюркгейма и М. Вебера [2] (так, работа Э. Дюркгейма «О разделении общественного труда» появилась в 1893 г.), вторые (В. В. Лапаева) - с изданием в 1913 г. монографии австрийского юриста О. Эрлиха «Основоположение социологии права» [3], третьи (А. Подгурецкий) - с развитием эмпирических социолого-правовых исследований к 1960-м гг. и формальным её признанием на международном конгрессе в 1962 г. [4].

Фактом является то, что свой вклад в формирование дисциплины внесли и юристы, и социологи (социальные философы). В учебной литературе по социологии права их принято делить на предшественников и «классиков», рассматривать основные моменты их учений о праве и его месте в обществе. Данный сюжет выходит за границы настоящей работы, здесь важно высветить основные тенденции, направления научного интереса к теме «право и общество».

© Бирюков С. В., 2015

116

О научном статусе и предмете социологии права

В первую очередь обращает на себя внимание различие в подходах юристов и социологов (социальных философов):

I. Задачи юристов, даже придерживающихся социологического подхода, остаются, как правило, внутри системы права. Их основная цель заключается в поиске эффективного юридического права. И сегодня многие обобщающие работы, выполненные в этой «парадигме», завершаются рассмотрением данной тематики. Если даже сочетание «эффективность права» кажется отдельным авторам слишком затасканным, механистичным, используется похожая терминология.

Можно назвать частные способы достижения наилучшего права, которые были предложены отдельными предшественниками или «классиками» социологии права от юриспруденции:

1) следование принципу «наибольшего счастья» при законодательной деятельности; упрощение юридической терминологии с целью доступности права; установление приоритета парламента (а не суда) в сфере правотворчества - И. Бентам и в целом юридический (политический) утилитаризм;

2) обусловленность законов, а значит и законотворчества народным духом, т. е. сложившимися обычаями и традициями; запрет на быстрые, коренные преобразования права

- Ф. Савиньи и историческая школа права;

3) активная позиция личностей и их групп (сословий) по отстаиванию своих интересов - «борьба за право»; творческая активность юристов; неразрывная связь права и власти - Р. фон Иеринг и юриспруденция интересов;

4) смещение акцента в праве на правовые обычаи

- онтологическое переопределение права; необходимость во всех прочих проявлениях права (право государства, право юристов) следовать тому правопорядку, который творит общество в виде обычаев, отношений властвования, владения и пр. - О. Эрлих и школа свободного права;

5) смещение акцента в праве на юридическую практику, в том числе судебные и административные прецеденты, обыкновения; необходимость «измерения» юристом фактических потребностей и интересов, принятия гибких правовых решений, выработки в тео-

рии основанных на интересах и ценностях общества постулатов для права - Р. Паунд и прагматистская школа права;

6) ещё большее внимание, направленное на юридическую практику, - онтологическое переопределение права (право - это то, что делают судьи, закон - не более чем предсказание их действий); учет динамизма права и отчасти субъективного его характера (зависимости правовых решений от психических особенностей акторов) - К. Ллевеллин и реалистическое правоведение.

Легко можно обнаружить, что отдельные из приведенных воззрений устарели, что некоторые из них противоречат друг другу (например, по части нахождения идеального источника права), но основной нерв, который все эти позиции объединяет, делает их актуальными заключается в критике существующего юридического права ради его последующего возможного совершенствования. Собственно и современные правовые учения (скажем, Г. Дж. Бермана, А. Кауфмана, Р Дворкина, Л. Фуллера) в какой-то степени содержат этот же посыл. Выразим его словами Л. Уорда: «Каждый законодатель (от себя добавим: и правоприменитель, и толкователь права, и ученый-юрист. - С. Б.) должен быть социологом!» [5]. Но при этом оставаться юристом!

II. Социологи, даже глубоко разбираясь в юридическом праве, смотрят на него извне, как на подсистему общества. Используются наименования теорий вроде социологии юридического поля, социологии правовой сферы. Основная цель научного познания здесь - определение реального места, значения, функций права в общественной жизни. Собственно достижение этой цели осуществляется через использование двух основных подходов - структурализма и функционализма. Отсюда - исследования основных черт, особенностей права по сравнению с другими общественными феноменами, взаимосвязей права с иными подсистемами общества, изменений внутренней структуры самого права, социальных функций права.

Здесь также можно назвать некоторые частные результаты, полученные при достижении указанной цели:

1) выделение интегративной функции права в обществе (право как способ обеспечения социальной солидарности - механиче-

117

С. В. Бирюков

ской (репрессивное право) либо органической (рестутивное право)); обособление права в автономную сферу общественной жизни; понимание процесса его внутренней дифференциации по мере «разделения труда» -

Э. Дюркгейм и его традиция;

2) обнаружение тенденции развития права от иррациональности к рациональности (в части судебного процесса, появления общих норм, систематизации правового материала); установление влияния права на рационализацию различных сторон жизни общества в целом; понимание относительной автономности права от экономики и его зависимости от политики (аппарата принуждения) - М. Вебер и его традиция;

3) исследование связей индивидуальной психики (ценностей социальных групп) и собственно права; выделение различных видов права в обществе (интуитивное - позитивное, социальное - юридическое (официальное)); обоснование зависимости юридического права и от власти, и от социального права, общества в целом; понимание неизбежности изменения права под влиянием изменения типа культуры - Л. Петражицкий и психологический подход; Д. (Ж.) Гурвич и социолого-институционалистский подход;

4) теоретический анализ соотношения социальной структуры и правовых институтов: установление зависимости права от гражданского общества и, прежде всего, макроэкономических факторов, констатация ограниченной возможности обратного воздействия права на экономику; утверждение невозможности понять правовые отношения «из самих себя»; обоснование классового характера права, факта влияния на него социальных конфликтов - марксизм и неомарксизм;

5) развитие представлений об интегративной функции права (движение самого права в сторону универсализации и его влияние на разрушение традиционных статусов в обществе); понимание тенденции постепенной дифференциации права от религии и политической сферы; утверждение относительной независимости права и экономики -Т. Парсонс и социология права функционализма.

Опять-таки при всей разнице в оценках векторы исследований во многом совпадают. Высказывается точка зрения, что подход со-

циолога носит сугубо научный, познавательный характер, без практического интереса (в противовес позиции юриста) [6], но, вероятно, это не так - практический пафос здесь тоже есть, его можно выразить вопросом: что может право в современном обществе, где границы его возможностей?

Проанализированная трактовка базовых позиций юриста и социолога (внутри права -извне права) широко используется в отечественной литературе по социологии права (возможно, под влиянием переведенной работы французского юриста Ж. Карбонье «Юридическая социология», в которой она также приводится вместе со следующей «максимой»: «Если для представителя юридической догматики право - это бог, то социолог считает нужным руководствоваться... атеизмом» [7]). Отдельные авторы спорят с этим подходом, отмечают, что и социолог может исследовать право изнутри, только понимая его более широко, а не догматически. Представляется все же, что метафора допустима. Социолог чаще исследует право не само по себе, а как результат или условие социального действия в различных сферах общественной жизни.

Порой различия между юристом и социологом определяют и по практическим методам исследования: юристы, привыкшие к догматике, к юриспруденции понятий, занимаются только теоретическим анализом, настоящий же социолог проводит эмпирические исследования и обобщает их результаты. Такая тенденция существует, но как логическое обобщение этот критерий ошибочен. Традиция практического рассмотрения, «измерения параметров» правового поведения, правового сознания имеет в разных отраслях юридической науки (например, в уголовном праве, криминологии) глубокие корни. Методы конкретного социологического исследования не кажутся здесь чужими.

Можно ли совместить разные точки отсчета в рамках единой научной и учебной дисциплины, каков научный статус социологии права? В отечественной литературе на этот счет представлены разные точки зрения. Юристы (С. В. Боботов, Ю. В. Гревцов,

В. П. Казимирчук, Д. А. Керимов, В. Н. Кудрявцев, А. Х. Саидов, В. М. Сырых, В. А. Ту -манов, Л. С. Явич и др.), по преимуществу,

118

О научном статусе и предмете социологии права

утверждают социологию права как юридическую дисциплину. Преобладающая позиция социологов (В. В. Варчук, В. А. Глазырин, Е. В. Масловская, Э. В. Тадевосян и др.) заключается в том, что социология права - это отрасль социологии, существующая наряду с социологической юриспруденцией (частью юриспруденции).

Аргументы юристов в этом споре сводятся к:

1) традициям отечественной науки (в советское время социологические исследования права допускались именно в юриспруденции; в рамках собственно социологии такая отрасль (в отличие, например, от социологии девиантного поведения) отдельно не выделялась);

2) практической востребованности социологических исследований права в юриспруденции;

3) необходимости хорошо знать догматику права, юридическую технику, законодательство для анализа роли права в обществе.

Социологи отмечают, что в западной традиции социология права относится к области социологии, что методологические основания у социологии и юриспруденции различны, что анализ социальных функций и роли права не возможен без знания закономерностей социального поведения.

Моя позиция в этом споре заключается в том, что нельзя отказать ни юристам, ни социологам в праве изучения права. Я согласен с Ю. И. Гревцовым: определение принадлежности науки - это не вопрос одной только логики, теоретических критериев, это ещё и вопрос интереса, наличия корпуса ученых, кафедр, публикаций, в целом статус науки определяется востребованностью её результатов практикой [8]. Если практикой востребованы и юридические, и чисто социологические «штудии» этой проблематики, они должны сосуществовать. Нельзя превращать спор о предмете науки в спор за место под солнцем.

Главное состоит в междисциплинарном характере дисциплины, все указанные авторы, за редким исключением, признают это. Даже относя социологию права к отрасли юриспруденции или социологии, они, как правило, делают реверансы в сторону своих оппонентов. Солидаризируюсь с А. Х. Саидовым - сам факт появления социологии

права означает междисциплинарный прорыв в обществоведении [9]. В случае же междисциплинарных контактов «удвоение» и в целом размножение дисциплин на стыке классических наук является известной практикой. Об этом пишут и философы науки.

В настоящее время в России проблематика «право и общество» наиболее интересна юристам или работникам органов власти. Возможно, что это связано и с недостаточным развитием сферы гражданского общества, но характерно, что и многие социологи, активно занимающиеся её изучением, работают на кафедрах философии, социологии юридических или ведомственных вузов, выступают на юридических научных конференциях.

При выстраивании этой дисциплины как юридической, конечно, нужно учитывать общий предмет и особенности методологии юриспруденции. Юристы занимаются изучением юридического права, т. е. права, официально признанного и гарантированного государством.

Изучение иных форм социальной регуляции, безусловно, выходит за пределы их познавательных возможностей, а главное -их интереса, целей юриспруденции. Этому есть вполне очевидные объяснения. Одно из них заключается в том, что юрист, как правило, воспринимает себя как знаток «писанного слова». Общество или социальная группа, культивирующая устное право, просто не нуждается в таком изощренном сословии интерпретаторов и проводников права, как юристы. На это неоднократно обращалось внимание в литературе по социологии, социальной антропологии. Второй момент, который нужно учитывать, - это неразрывная «пуповина», которая связывает сословие юристов и государственную власть, особенно в области публичного права.

Поэтому изучение разных сторон юридического права как социального феномена, его взаимосвязей с различными социальными факторами можно определить как предмет юридической социологии права.

При большом желании её можно назвать и социологической юриспруденцией, но суть от этого не изменится. Не понятно, почему нужно отказываться от исторического названия дисциплины, каковое было предложено в 1913 г. юристом О. Эрлихом.

119

С. В. Бирюков

Так понятая социология права может соотносится с общей теорией государства и права (известны споры на этот счет, которые велись в советском правоведении). Польский ученый А. Подгурецкий в этой связи считал, что социология права представляет собой отдельную дисциплину, что именно она (наряду с политикой права) как наука, связанная с практикой, должна стать базой юриспруденции и заменить в этом качестве догматическую теорию государства и права [10]. Но понимание юридического права многопланово: это не только учет его социальности, но и знание юридических понятий, конструкций, принципов, фикций, презумпций, логики различных видов юридической деятельности, разумеется, конкретных правовых норм, восприятие мировоззренческих основ права. В этом плане можно согласиться с известным мнением: общие социология и философия права могут представлять собой «отдельные этажи», уровни общей теории государства и права [11].

Это, правда, накладывает очевидные требования на качество изучения и преподавания последней. Например, в этом случае даже чисто внешне должны соотноситься между собой тематика учебников по теории государства и права и по социологии права, что происходит редко. В рамках учебников «теории» порой рассматриваются лишь отдельные, не всегда самые важные сюжеты теории социологии права. Кроме того, могут развиваться отраслевые социологии права (наглядные примеры тому - отечественные работы А. А. Герцензона и Л. И. Спиридонова по социологии уголовного права [12]).

То обстоятельство, что юристы «ощущают» разные планы понимания юридического права, является, конечно, их преимуществом перед социологами. В методологическом смысле они, как уже было сказано, предпочитают отталкиваться от существующего права, изучая механизм действия права в обществе, а как следствие, его эффективность. Это наиболее сильные стороны юридической социологии права.

Но юриспруденция также в некоторой степени освоила и внешнюю, вполне социологическую, базовую позицию относительно права. В этом плане чрезвычайно показательно, что советская теория государства и права

использовала марксистский тезис об отмирании права после построения коммунизма и зачастую исходила из критического подхода к праву (маскируя его рассуждениями о несовершенстве конкретно буржуазного строя). Сугубо нормативный и даже этатистский подход к современному авторам советскому праву сочетался с внешним, почти социологическим взглядом на право капиталистического окружения. Вспомним здесь, что по К. Марксу именно капиталистическое право - высшая его форма. Парадоксальным образом получалось, что советские юристы оттачивали навыки социальной критики права как такового!

Конечно, тут есть значительное противоречие, «передергивание». Задача юриста в обществе заключается в утверждении юридического права, в этом смысле прав В. С. Нерсесянц, охарактеризовавший идеологию коммунизма как противоположную юридической идеологии, как философию отрицания права, негативную «свободу» от права и без права [13], но частичное отрицание права все же является неотъемлимой частью юридической деятельности (я не имею сейчас в виду формы так называемого неправа, в том числе правонарушения). По мысли В. А. Глазырина, право в познавательном континууме «право и общество» можно изучать в методологиях «от общества к праву», «от права к обществу», «и право, и общество» [14]. Так вот, юристы, опираясь на подход «от права к обществу», имеют как минимум одну сферу деятельности, в которой эта логика не срабатывает - правотворчество. Конструирование принципиально новых правовых норм означает необходимость рассуждения «от общества к праву», начиная с интуитивного проникновения в суть социального взаимодействия. Это по существу - отрицание старого права и замена его новым [15]. В этом аспекте юристы практически обучаются внешнему взгляду на право. То, что при конструировании норм они могут выполнять пожелания политиков или бизнесменов, не меняет существа вопроса - политика и экономика являются частью внешней по отношению к праву общественной «среды».

Правоприменение и (или) толкование права в сложных случаях тоже выстраивается не по логике «от права к обществу», а по логике «и право, и общество». По крайней ме-

120

О научном статусе и предмете социологии права

ре, судьи, очевидно, часто конструируют решение с учетом фактических общественных отношений.

В связи с изложенным исследование социальной обусловленности юридического права тоже должно проводиться, в том числе и юристами. Здесь они, несомненно, могут дополнить привычной им правовой конкретикой выводы социологов.

Собственно исследования социологов (социальных философов) в области права тоже часто распространяются только на юридическое право. В этом легко убедиться, изучив, например, предпринятый Е. В. Масловской обзор современных концепций западной социологии права [16]. «Правовая сфера жизни общества», «юридическое поле»,

«правовая система» (разные социологи используют разные термины) часто оказываются полем, сферой и системой деятельности юристов, их центром притяжения признается государственный суд, кодом - «законное / незаконное». Однако предмет социологических исследований права может быть шире.

Под правом можно понимать и часть системы социального регулирования первобытного, всякого негосударственного общества, и автономные от юридического права «правопорядки» отдельных социальных

групп и организаций. Такое социальное право может исследоваться скорее социологом (а также антропологом, историком и т. д.), чем юристом. И эти исследования имеют место.

В связи с этим предмет социологической (а точнее - междисциплинарной) социологии права включает в себя знания и по юридическому, и по социальному праву.

При изучении же юридического права социологи и социальные философы достигают больших результатов в анализе социальной обусловленности права. Предмет социологии в целом - социальная действительность, в том числе реальное поведение людей, социальное взаимодействие. Из исследования фактических отношений в различных сферах жизни, их теоретических обобщений можно исподволь, даже без непосредственного целеполагания сделать выводы о наличии реально существующих правоотношений, получить концепции, имеющие ценность для совершенствования правового регулирования, правового воспитания и т. д.

Социология может и не направлять свой взгляд исключительно на право, но, как пишет В. В. Варчук, в производных явлениях (семья, ответственность, собственность, договор и т. д.) она выявляет такое социальное, в котором присутствует правовой элемент [17]. В этом смысле в объект междисциплинарной социологии права, возможно, входит любой общественный феномен, так или иначе связанный с юридическим и социальным правом. Н. С. Тимашев, как известно, считал, что в объект изучения этой науки входит человеческое поведение в обществе в той степени, в какой оно связано с правом [18].

Нельзя отказывать социологам и в исследовании обратного воздействия права на общество. Их подход к этой проблематике неизбежно более обобщающий, менее технологичный, чем юристов (социологи отталкиваются скорее от исследования генеральных функций права), но, по своему, вполне успешный.

В целом «объем» междисциплинарной социологии права богаче аналогичной юридической дисциплины, её потенциальное значение выше. Однако качество исследований отдельных вопросов, связанных с юридическим правом, может быть меньше.

Воспользуюсь аналогией для пояснения своей мысли. Часто переворот в области правотворчества или правосудия обуславливается не корпорацией юристов, а разнообразными общественными «революциями» (политическими, экономическими, научными, «сексуальными», культурными...). Изменения взглядов порождаются прорывами в области литературы, искусства, науки, социальной философии. Но при этом дальнейшую проработку правовых актов, приспособление нормативных ожиданий к внутренним требованиям правовой системы осуществляют все же юристы. Так и исследования социологов могут дать толчок для дальнейших исследований, обобщений и практической деятельности юристов.

При изучении социологии права в юридических вузах целесообразно преподавать как собственно юридическую социологию права (наиболее углубленно), так и в порядке общего обзора междисциплинарную социологию права.

121

С. В. Бирюков

1. Лапаева В. В. Социология права. - М., 2011. -С. 55-57.

2. Глазырин В. А. Методологические основания становления социологии права в западноевропейской социологии XIX - начала XX веков : автореф. дис. ... д-ра социол. наук. -Екатеринбург, 2006. - С. 17 ; Масловская Е. В. Становление современных концепций западной социологии права: теоретико-методологические аспекты : дис. ... д-ра социол. наук. - М., 2009. - С. 40.

3. Лапаева В. В. Указ. соч. - С. 98.

4. Подгуреций А. Очерк социологии права. - М., 1974. - С. 35.

5. Кульчар К. Основы социологии права. - М., 1981. - С. 57.

6. «Целью юриспруденции прежде всего являет-

ся решение конкретных юридических проблем, тогда как социология ориентирована на научные исследования» (Масловская Е. В.

Указ. соч. - С. 13). Это утверждение представляется не вполне удачным - у юриспруденции тоже есть вполне выраженный научный статус, социология же не может оправдываться только чистым познанием.

7. Карбонье Ж. Юридическая социология. - М., 1986. - С. 36.

8. Гревцов Ю. И. Социология права : курс лекций. - СПб., 2001. - С. 22, 25.

9. Саидов А. Х. Социология права: каков её научный статус? // Социологические исследования. - 2006. - № 7. - С. 9.

10. Подгурецкий А. Указ. соч. - С. 15-31.

11. См.: Керимов Д. А. Методология права. - М., 2000. - С. 83 и др. ; Социальная антропология права современного общества / под ред. И. Л. Честнова - СПб., 2006. - С. 223.

12. См.: Герцензон А. А. Уголовное право и социология. - М., 1970 ; Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. - М., 1986.

13. Нерсесянц В. С. Философия права. - М., 2001. - С. 113, 138.

14. Глазырин В. А. Обоснование социологии права // Электронное приложение к «Российскому юридическому журналу». - 2010. - № 2. -С. 26 ; URL: http://electronic.ruzh.org/?q=node/ 210.

15. См. подробнее: Бирюков С. В. Отрицание права как теоретико-правовая категория. - М., 2010. - С. 74-75.

16. См.: Масловская Е. В. Указ. соч. - С. 91-179.

17. Варчук В. В. Социология права - отрасль социологии // Социологические исследования. -1996. - № 10. - С. 104.

18. Тимашев Н. С. Что такое социология права? // Социологические исследования. - 2004. -№ 4. - С. 108.

122