Судебному кварталу меняют архитектора

Как стало известно "Ъ", управление делами президента (УДП) отказалось реализовывать проект будущей резиденции Верховного суда (ВС) в Санкт-Петербурге, отобранный в 2013 году на архитектурном конкурсе и согласованный с советом по культурному наследию во главе с губернатором Георгием Полтавченко. Вместо победившего в конкурсе Максима Атаянца проектировать судебный квартал будут проигравший конкурс архитектор Евгений Герасимов и его партнеры по заказу назначенного УДП подрядчика ОАО "Сатурн". Господин Атаянц считает, что "келейная" отмена результатов конкурса ставит в "двусмысленное положение" членов жюри, среди которых были руководители музеев, губернатор и министр культуры.

1 / 4

По данным "Ъ", подготовку к строительству судебного квартала в Санкт-Петербурге в пятницу проинспектировали глава управления капстроительства УДП (госзаказчик проекта) Олег Перлин, а также гендиректор и совладелец ОАО "Сатурн" Александр Коновалов. Эта московская компания месяц назад была отобрана в закрытом режиме генпроектировщиком застройки выбранного Владимиром Путиным в 2012 году "хорошего пустого места" в центре города для переезда ВС. На данный момент участок 13 га на берегу Невы напротив стрелки Васильевского острова представляет собой огороженную забором яму, оставшуюся от аннулированного (в обмен на компенсацию 11,9 млрд руб.) проекта элитного жилого комплекса ВТБ "Набережная Европы".

УДП заявляло, что архитектурная часть проекта будет реализована на основе концепции Максима Атаянца, публично победившей в 2013 году на проведенном ведомством конкурсе. Однако контракт с автором заключен не был. "Реализация моей концепции без моего участия незаконна и для меня неприемлема, я никому не передавал на это прав, и, по моей информации, сформировали новую команду",— заявил он вчера "Ъ". "Сатурн" — один из крупных генподрядчиков строительных объектов УДП, включая офисы администрации президента (АП). При этом сама компания специализируется на системах спецсвязи, а для проектных и строительных работ привлекает субподрядчиков.

Согласно федеральной адресной инвестиционной программе, в 2016 году на строительство комплекса предусмотрено 13,7 млрд руб., а на проектирование — только 102 млн руб., что, по экспертным оценкам, в десять раз меньше его реальной стоимости (два года назад УДП планировало потратить на это более 1,2 млрд руб.). При этом в проект строительства зданий ВС, судебного департамента и Дворца танца Бориса Эйфмана вернули жилой комплекс на 600 квартир (с паркингом) для судей и сотрудников аппарата ВС. Отметим, по итогам конкурса 2013 года экс-глава УДП Владимир Кожин и губернатор Георгий Полтавченко обещали не строить в этом месте жилье. Жюри и совет по культурному наследию во главе с губернатором уже согласовали доработанный господином Атаянцем проект: их устроила небольшая высота зданий и относительная доступность территории для горожан за счет двухкилометровой пешеходной набережной и окруженного садом Дворца танца, а также предложение архитектора построить подземный переход для пешеходных прогулок из судебного квартала в Петропавловскую крепость. Увеличение охраняемых объектов может превратить уникальную территорию в закрытую спецзону.

По словам источников "Ъ" в архитектурном сообществе, проектировать судебный квартал будут архитектор Евгений Герасимов и его партнеры. Это подтверждает встреча в комитете по градостроительству и архитектуре города (КГА) главы "Сатурна" Александра Коновалова с председателем КГА и главным архитектором города Владимиром Григорьевым, архитектором Евгением Герасимовым и Борисом Эйфманом, которого также посетил в Академии танца Олег Перлин. Балетмейстера, по его словам, "обрадовали, что уже началась конкретная реализация проекта застройки квартала и в 2016 году планируется выход на стройплощадку, и расстроили предложением рассмотреть возможность работы над новым проектом театра — с Евгением Герасимовым, Сергеем Чобаном или Владимиром Григорьевым".

Напомним, господин Герасимов — один из участников конкурса на строительство парламентского центра в Мневниках, вместе с Сергеем Чобаном они выиграли конкурс на проектирование "Набережной Европы", но в финале конкурса на судебный квартал не получили ни одного голоса жюри. Господин Григорьев на этом конкурсе в финал вообще не попал, но до перехода в Смольный участвовал в кремлевских стройках и в одном из неосуществленных проектов Дворца танца.

"Включаться в четвертый раз в новую проектную работу, которая ведется уже более 20 лет, у меня уже нет сил. Голландский проект (UN Studio, победившего в конкурсе 2009 года на Дворец танца для "Набережной Европы" — "Ъ") был лишен образа театра и больше подходил для вокзала, аэропорта или банка. С Максимом Атаянцем мы работали два года, но его более академичный и классичный проект остался на уровне эскизов. Если бы речь шла только о строительстве театра, я бы его давно получил, но мой театр всегда был обременением в компании крупных инвестпроектов по застройке огромного квартала, меня рассматривают лишь как часть крупного проекта, и я бесконечно устал",— сказал "Ъ" господин Эйфман. Он отметил, что официально о смене архитектора его никто не уведомил. "Остается надеяться на правильный выбор и на то, что достойный нашего города театр в итоге все же появится. Если мне суждено войти в свой театр, никто не помешает, а если нет, то никто не поможет",— говорит он.

УДП и Евгений Герасимов от комментариев отказались, представители ОАО "Сатурн" были недоступны для комментариев. Владимир Григорьев не ответил на звонки "Ъ". Сергей Чобан сообщил "Ъ", что с ним участие в проекте не обсуждалось, сам он согласился бы на эту "очень почетную работу", но никогда не стал бы реализовывать чужую концепцию.

"Два года мы плотно работали с Северо-Западной дирекцией УДП без оплаты, но с мая 2015 года заказчик прекратил всякие контакты, а состоявшаяся летом по моей инициативе встреча с главой УДП Александром Колпаковым определенности не принесла",— рассказал "Ъ" Максим Атаянц. По его мнению, для выходцев из Спецстроя, сформировавших в УДП новую команду заказчика, "важнее управляемость проектом, чем его художественное качество". Господин Атаянц реализовал крупные коммерческие объекты и объекты сочинской Олимпиады по заказу частных инвесторов. О методах и подходах госзаказчика, по его словам, он "иллюзий не питал". "По сложившейся в нашей стране практике никакие архитектурные конкурсы ни к чему не обязывают заказчика. В творческом плане я получил от двухлетней работы над проектом и взаимодействия с Борисом Эйфманом все что мог. А вот члены жюри, среди которых руководители крупных музеев, губернатор и министр культуры, окажутся в сложном и двусмысленном положении, если новым архитектором келейно назначат автора, проект которого на итоговом голосовании набрал ноль баллов",— подытожил господин Атаянц.