Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних и проблемы имплементации международно-правовых стандартов при реализации уголовного наказания в Российской Федерации

Уголовное право

УДК 343.2/.7 Ф.М. ГороАинец*

Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних и проблемы имплементации международно-правовых стандартов при реализации уголовного наказания в Российской Федерации

В статье рассматриваются правовые основы современного регулирования уголовной ответственности несовершеннолетних, а также эволюция указанного института в России. Дана характеристика Пекинских правил как основы международно-правовых стандартов отправления правосудия в отношении несовершеннолетних и проблемы их имплементации в Российской Федерации.

Ключевые слова: несовершеннолетние, международно-правовые стандарты, уголовная ответственность, воспитательные колонии, принудительные меры с изоляцией лица от общества, Пекинские правила.

F.M. Gorodinets*. Peculiarities of criminal liability of minors and the problems of implementation of international legal standards in the implementation of criminal punishment in the Russian Federation. The article outlines the legal foundations of the modern management of criminal responsibility of minors, as well as the evolution of this institution in Russia. The characteristic of the Beijing Rules as the basis of international legal standards in the administration of juvenile justice issues and their implementation in the Russian Federation.

Keywords: minors, international legal standards, criminal responsibility, juvenile correctional facilities, enforcement action to face isolation from society, the Beijing Rules.

Разделение законодательства Российской Федерации в вопросах установления ответственности за преступление и определение мер воздействия имеет своей целью дифференцировать вопросы, касающиеся отдельных категорий граждан. В числе указанных групп рассматриваются женщины, несовершеннолетние, иностранцы и др. категории. Выделение отдельного блока законодательства в некоторых отраслях (уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное) — свидетельство значимости и важности рассматриваемых отношений. Вопросы ответственности и наказания несовершеннолетних с определенной периодичностью обсуждаются на законодательном уровне и в правоприменительной практике на предмет выработки рациональных механизмов воздействия. При рассмотрении этих проблем основным, базовым ориентиром является международное законодательство, а также нормы и варианты, используемые в отдельно взятых зарубежных государствах. Современное российское законодательство специально регламентирует вопросы, связанные с регулированием ответственности несовершеннолетних, рассмотрения уголовных дел судами в отношении этой категории граждан, а также определения и назначения наказания в том случае, если виновный совершил преступление в возрасте от 14 до 18 лет. Выделение разд. V и гл. 14 УК РФ, рассматривающих особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, обусловлено специфичностью проблем подростковой преступности, а также нестандартным набором мер воздействия в отношении этих социальных групп. Как отмечает Я.И. Гилинский, «нет каких-то особых специфичных “причин” девиантности подростков и молодежи. Но социально-экономическое неравенство, неравенство возможностей, доступных людям, принадлежащим к различным группам (стратам), своеобразно проявляется применительно к подросткам и молодежи» [1, c. 179].

* Городинец, Федор Михайлович, профессор кафедры криминологии Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук, профессор Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. E-mail: sorodinels58@mail. ru.

* Gorodinets, Fyodor Mikhailovich, professor of criminology university of St. Petersburg the Russian Interior Ministry, doctor of law, professor Address: Russia, 198206, St. Petersburg, Pilyutov-str., 1.e-mail: sorodinels58@mail. ru.

© Городинец Ф.М., 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Уголовное право

Вопросы, касающиеся несовершеннолетних, всегда были дискуссионными. Нет единого подхода и выработанного стандарта, который позволял бы решать эти социальные проблемы эффективно и рационально. С определенной активностью проявляются позиции специалистов об изменении возраста уголовной ответственности. На эти обсуждения выносятся полярно противоположные предложения. Одни рекомендуют снизить этот возраст с 14 до 10 лет, как в некоторых странах Европы, другие, наоборот, полагают, что этих подростков правильнее не подвергать уголовному наказанию, а направлять в спецшколы (такая школа есть в Санкт-Петербурге). Кстати по данным Министерства юстиции, на 1 декабря 2011 г. в Российской Федерации функционировало 47 воспитательных колоний для несовершеннолетних, в которых содержалось 2,9 тыс. человек (— 1097 человек к началу 2011 г.) [2]. «В спецшколе №1 (г. СПб) рассчитанной на 65 учеников, требующих, согласно уголовному законодательству, «особых условий воспитания, обучения и специального педагогического подхода», содержатся 27 человек, т.е. она заполнена меньше чем наполовину, притом, что часть воспитанников — это представители других субъектов Российской Федерации» [3, с. 17].

Рассматривая альтернативы воздействия на подростков, совершающих тяжкие и особо тяжкие преступления с 14 лет, а при небольшой и средней тяжести — с 16 лет законодатель предлагает лишение свободы как самое строгое наказание, но не более 10 лет. При этом существует ряд снисхождений при назначении меры наказания несовершеннолетнему, а именно: согласно п. 6.1 ст. 88 УК РФ, «при назначении несовершеннолетнему осужденном наказания в виде лишения свободы за совершение тяжкого либо особо тяжкого преступления низший предел наказания, предусмотренный соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса сокращается наполовину».

Педагоги, психологи, социологи, рассматривая феномен преступности и наказания несовершеннолетних, разделяют позицию о том, что в этом возрасте подросток не осознает масштабности и значимости социальных последствий своего поведения. Он не готов дать оценку с точки зрения перспективы результата, который может иметь место в его жизни. Практические работники сходятся во мнении, что содержание в воспитательных колониях формирует у этой группы подростков свою стратификацию, которая будет служить своеобразным фоном их поведения на перспективу. По мнению А.В. Петровского, «особую общественную опасность таит увеличение количества девочек-подростков, состоящих на учете в милиции, их число превысило 50тысяч человек, а также темпы роста преступности несовершеннолетних женского пола (с 11 до 14%)» [4, с. 193].

Исследования женской преступности, проводимые известными учеными, в частности, профессором Ю.М. Антоняном, свидетельствуют о ее более опасной социальной составляющей. Призвание женщины — давать жизнь ребенку. От ее физиологического, эмоционального и иного состояния зависят будущее состояние и потенциальная перспектива ребенка. Учитывая изложенное выше, рассмотрение преступности несовершеннолетних и ее предупреждение, в частности, — это серьезная и актуальная задача государства на современном этапе. По мнению авторов учебника криминологии КГ. Сварчевского и О.В. Харченко, «состояние преступности несовершеннолетних в России вызывает обоснованную тревогу в обществе. Рост социальной напряженности и углубление кризиса в стране в первую очередь сказались на детях и подростках. Данные уголовной статистики неумолимо свидетельствуют об активизации криминальной деятельности несовершеннолетних. Преступность несовершеннолетних отличается динамичностью, высокой степенью активности подростков. Люди, вставшие на путь совершения преступлений в юном возрасте, трудно поддаются исправлению и перевоспитанию и, как правило, представляют собой резерв для взрослой преступности. Между преступностью несовершеннолетних и преступностью взрослых существует тесная связь. Не случайно в литературе отмечается, что преступность несовершеннолетних — это будущая преступность» [5, с. 418].

В подтверждение справедливости сказанного можно привести наблюдения и исследования других специалистов. В частности, Н.П. Мелешко отмечает что «между преступностью несовершеннолетних и “взрослой” преступностью наблюдается так называемая связь состояний. Так, по данным исследований, 50-60 % рецидивистов начинают свою преступную “карьеру” в несовершеннолетнем возрасте. Другая особенность — чем ранее лицо совершает свое первое преступление, тем хуже его индивидуальный криминологический прогноз, тем выше вероятность рецидива. Таким образом, преступность несовершеннолетних способна в дальнейшем определять преступность “взрослую”, причем следует добавить, наиболее злокачественную, устойчивую ее часть. Только на контингенте несовершеннолетних возможно достаточно достоверно проследить процесс нравственно-правовых деформаций личности правонарушителя, определить проблемы в воспитании и становлении законопослушных членов общества и предложить пути и способы устранения этих проблем» [6, с. 207].

По нашему мнению, процессы противодействия преступности, в т.ч. и среди несовершеннолетних, должны осуществляться последовательно, логически обусловлено и с учетом национальных особенностей. В этой связи рассмотрение проблем подростковой преступности в различных ее компонентах позволит выработать полноценную и совершенную систему мер, отвечающих современным требованиям, чтобы в судах и комиссиях по делам несовершеннолетних было четкое и грамотное представление обо всех вариантах мер, применяемых к несовершеннолетнему, их содержательной составляющей, которые предусмотрены законодателем на современном этапе. Этого, к сожалению, мы подтвердить не можем. Как отмечает глава Комитета по вопросам законности правопорядка и безопасности Леонид Богданов, незнание тех вопросов, которые представляют

характеристику условий содержания в спецшколе и в воспитательной колонии, приводит к тому, «что работники суда и комиссий по делам несовершеннолетних не знают, какие где созданы условия и чисто психологически воспринимают направление в спецшколу так же, как в колонию» [3, с. 17].

Анализ условий пребывания, а также характер последствий нахождения в этих разных по статусу, но однородных по назначению учреждениях дает возможность предположить, что сохранение подростка в условиях свободы путем направления его в спецшколу как минимум дает ему шанс не перейти окончательно в криминальную категорию, и тем самым — более оптимистическую перспективу (отсутствие судимости и т.п. последствий). В Москве аналогичная спецшкола так и называется — «Шанс», хотя, по сути, это учреждение для детей с девиантным поведением.

Рассматрение проблемы целесообразности принудительных мер, связанных с изоляцией несовершеннолетних от общества, требует детального профессионального обоснования этих мер. Многое в этом возрасте обусловлено физиологической перестройкой организма в подростковом и юношеском возрасте, ускоренным развитием организма и увеличением разрыва между социальным и биологическим созреванием. По наблюдениям психологов, существенно сказываются на формировании мировоззрения подростков, их социальной позиции такие возрастные факторы, как несбалансированность процессов возбуждения и торможения, повышенная эмоциональность, стремление к самоутверждению, доверчивость, недостаток жизненного опыта, ситуативность многих поступков подростков.

Вопросы обращения с правонарушителями, не достигшими совершеннолетия, — это проблема во многих странах мира. Как бы парадоксально это ни звучало, но чем выше уровень цивилизации, тем больше сложностей в отношениях с подрастающим поколением.

В настоящее время международное сообщество, стремясь к интеграции во многих сферах современного бытия, стремится предложить определенные стандарты, каноны, по которым могли бы строить правовую систему и развивать отношения в той или иной сфере отдельные государства.

Обращение с несовершеннолетними — это та часть социальной сферы, которая определяет перспективу, ее состояние, формирует будущие основы в той или иной стране.

В правовом пространстве существует множество международно-правовых актов общего и специального характера, установлены нормы регулирования отношений с несовершеннолетними.

Мы обратимся к специальной группе, определяющей правовые положения этих лиц при ограничении их статуса в связи совершением ими преступлений и применением к ним мер принудительного воздействия, связанного с изоляцией лица от общества.

Среди специальных международно-правовых актов, имеющих прямое отношение к этим вопросам, можно назвать Конвенцию о правах ребенка, принятую ГА ООН 20 ноября 1989 г., минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила), утвержденные ГА ООН 29 ноября 1985 г., а также правила ООН, касающиеся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы, принятые на восьмом конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, 27 августа — 7 сентября 1990 г.).

Рассматривая характеристику международно-правовых актов обращения с несовершеннолетними правонарушителями, следует отметить что фундаментально и обосновано, логически последовательно эти вопросы отражены в Пекинских правилах. Термин «Пекинские правила» был использован потому, что подготовительное совещание, на котором обсуждались указанные правила, проходило в Пекине 14-18 мая 1984 г. Сам седьмой конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями проходил в Милане (Италия) с 26 августа по 6 сентября 1985 г. Документы, принятые на этом конгрессе, готовились с учетом и на основании Всеобщей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах. При этом учитывались и иные международные нормы по правам человека, затрагивающие правовое положение молодежи. В самом документе — резолюции ГА ООН по Пекинским правилам — указывается, что молодежь, находясь на раннем этапе развития человеческой личности, нуждается в особой заботе и помощи в области физического, духовного и социального развития, а также в правовой защите в условиях мира, свободы, достоинства и безопасности. При этом ГА ООН отмечается, что существующая правовая материя в целом и в отдельных государствах, в частности, их политика и национальные законодательства, возможно, нуждаются в пересмотре и изменении с учетом норм, содержащихся в Пекинских правилах. В этом же документе (резолюции ГА ООН) отмечено, что возможны проблемы ввиду того, что в разных странах различные экономические, социальные, политические, культурные, правовые и иные условия, которые могут служить препятствием в осуществлении мер по реализации указанных правил. Следует придерживаться стратегии последовательного, поэтапного их осуществления, рассматривая правила как своеобразный программный минимум. Рекомендации Пекинских правил затрагивают различные сферы в рамках обращения с несовершеннолетними правонарушителями. Приоритетным и определяющим здесь является имплементация международно-правовых норм при формировании национального законодательства.

В Российской Федерации это происходит с принятием Конституции РФ (1993 г.) и последующим моделированием национального законодательства по отдельным отраслям права. Особенностью последнего десятилетия было расхождение в определениях, которые устанавливались законодательством, и реализацией этих законоположений. Причины назывались разные, но основная — это отсутствие средств. Утверждая Пекинские правила, ГА ООН рекомендовала государствам — членам ООН привести в

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 2 (54) 2012

Уголовное право

соответствие с принятыми правилами, когда это необходимо, свои национальные нормы и законодательство, политику и практику, в частности, при подготовке персонала, связанного с отправлением правосудия в отношении несовершеннолетних, и довести указанные правила до соответствующих органов и общественности для последующего претворения в правоприменительной практике.

Пекинские правила состоят из шести частей, тридцати разделов. Каждый раздел имеет отдельные статьи. В первой части рассматриваются общие принципы; во второй — регламентация процедуры расследования и судебного разбирательства; в третьей даны рекомендации по выбору мер воздействия и отражены особенности вынесения судебного решения; в четвертой указаны правила обращения с правонарушителями вне исправительных учреждений; в пятой — нормы, устанавливающие рекомендации по обращению с правонарушителями в исправительных учреждениях; шестая часть рассматривает стратегические понятия, а именно, исследования этих проблем, планирование и оценку политики государства и общества в отношении несовершеннолетних правонарушителей.

В правилах установлены основные цели участвующих в рассмотрении и принявших этот документ государств. Среди них указано способствование благополучию несовершеннолетнего и его или ее семьи.

В Пекинских правилах дается такое определение понятия «несовершеннолетний», которое позволяет применить его в рамках различных правовых систем. Несовершеннолетним, в соответствии с Пекинскими правилами, является ребенок или молодой человек, который в рамках существующей правовой системы может быть привлечен за правонарушение к ответственности в такой форме, которая отличается от формы ответственности, применимой к взрослому. Согласно Конвенции о правах ребенка, ребенком является каждое человеческое существо до достижения 18-летнего возраста, если по закону, применимому к данному ребенку, он не достигает совершеннолетия ранее.

В соответствии с Правилами ООН, касающимися защиты несовершеннолетних, лишенных свободы, несовершеннолетним также является любое лицо в возрасте до 18 лет. В этом же международно-правовом акте подчеркивается, что возрастной предел, до достижения которого должно быть запрещено лишение ребенка свободы, определяется законом.

В этой связи необходимо сразу же обратить внимание на то, как определяется возраст несовершеннолетнего в отечественном законодательстве, регулирующем вопросы исполнения принудительных мер, связанных с изоляцией от общества.

В соответствии со 1 ст. 87 УК РФ, несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет. Несовершеннолетним, совершившим преступления, может быть назначено наказание либо к ним могут быть применены принудительные меры медицинского характера.

К такому положению дел отечественное уголовное законодательство пришло не сразу. По Уложениям 1845 г. и 1903 г., субъектом преступления признавалось лицо, достигшее 10 лет. По Руководящим началам уголовного права 1919 г., возраст уголовной ответственности был установлен с четырнадцати лет, а по первому советскому УК РСФСР 1922 г. — с шестнадцати лет.

УК РСФСР 1926 г. первоначально установил дифференцированный возраст уголовной ответственности — четырнадцать и шестнадцать лет, т.е. как и современное законодательство. В 1929 г. в соответствии с изменениями в УК был установлен единый возраст уголовной ответственности — 16 лет.

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» была установлена уголовная ответственность несовершеннолетних с двенадцатилетнего возраста за совершение краж, причинение насилия, телесных повреждений, увечий, убийства или попыток к нему. При этом к таким несовершеннолетним могли быть применены любые меры наказания. По Указу Президиума Верховного Совета СССР от 19 декабря 1940 г. с двенадцатилетнего возраста стала наступать уголовная ответственность и за действия, могущие вызвать крушение поездов.

Основы уголовного, законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и принятый вслед за ним УК РСФСР 1960 г. уже установили правила, аналогичные современным, за исключением того положения, которое закреплено в ч. 3 ст. 20 УК РФ.

Как видно, снижение возраста уголовной ответственности до 12 лет в советской истории имело место в период общего усиления уголовной репрессии, подмены законов подзаконными актами. В то время практически бездействовал и ИТК РСФСР 1933 г., было введено упрощенное уголовное судопроизводство и т.д. А. И. Солженицын по этому поводу очень метко заметил: «В том году (1935) на податливой глине Историй еще раз вмял и отпечатал свой палец Великий Злодей. Среди таких своих деяний, как разгром собственной партии, он не упустил вспомнить и о детях — о детях, которых он так любил, Лучшим Другом которых был и поэтому с ними фотографировался. Не видя, как иначе обуздать этих злокозненных озорников, этих кухаркиных детей, все гуще роящихся в стране, все наглей нарушающих социалистическую законность, испомыслил он за благо: этих детей с двенадцатилетнего возраста (уже и его любимая дочь подходила к тому рубежу, и он осязаемо мог видеть этот возраст) судить на всю катушку кодекса!. То есть «с применением всех мер наказания», пояснил Указ (так у А.И. Солженицына, вместо постановления — Ф.Г.) от 7.4.35 (т.е. и расстрела тоже)» [7, с. 297].

Таким образом, можно было бы сделать вывод, что чем ниже в стране уровень демократии, гуманизма, признания ценности прав человека, тем ниже установленный законом или иными

нормативными актами возраст уголовной ответственности. И, наоборот, чем выше уровень демократии, гуманизма и т.д., тем выше возраст уголовной ответственности.

Однако опыт уголовного законодательства некоторых развитых демократических стран зачастую показывает, что возраст уголовной ответственности может быть и ниже пресловутого двенадцатилетнего возраста. Так, например, в Швейцарии он составляет 7 лет, в Великобритании — 10 лет! Во многих штатах США минимальный возраст уголовной ответственности вообще не определен и зависит в каждом конкретном случае от усмотрения суда, т.е. теоретически может быть любым. В судебной практике США имелись случаи привлечения к уголовной ответственности детей в возрасте шести и десяти лет за кражу со взломом, и по этому поводу американскими правоприменителями отмечено: «Дети в таком возрасте достаточно зрелы, чтобы понимать разницу между правом собственности и его нарушением» [8 с. 69-70].

Поэтому стоит согласиться с высказанным в литературе мнением, что «правопослушность граждан предопределяется высоким уровнем правовой культуры. Понимание несовершеннолетним необходимости соблюдения законов является одной из характерных черт общественного правосознания (особенно в США и Западной Европы)» и что «чем цивилизованнее общество, тем раньше ребенок начинает осознавать значение собственного правомерного поведения».

Таким образом, критерий дифференциации возраста уголовной ответственности в УК РФ принят, в общем-то, правильный. Он учитывает способность несовершеннолетнего лица осознавать ценность того объекта уголовно-правовой охраны, на который посягает. Эта способность зависит не только от возраста лица, но и от уровня цивилизованности всего населения, общественного правосознания и его ориентации на предпочтительность тех или иных ценностей. Если обратиться к примеру США, где возраст уголовной ответственности может быть довольно низким, в частности, за преступления против собственности, то в условиях России ценность частной собственности плохо осознается не только детьми, но и многими взрослыми людьми.

В УИК РФ к несовершеннолетним приравниваются (при определенных условиях) лица от 18 до 19 лет. Это вытекает из положений ст. 133 УИК РФ, определяющей порядок оставления в воспитательных колониях осужденных к лишению свободы, достигших совершеннолетия. Данные положения УИК РФ соответствуют рекомендациям Пекинских правил прилагать усилия для распространения их действия на молодых совершеннолетних правонарушителей.

Рассматривая проблемы имплементации международно-правовых норм при исполнении принудительных мер, связанных с изоляцией лица от общества, в отношении несовершеннолетних, следует отметить, что они имеют место и в государственной, и в общественной составляющей жизни нашего государства. Полагаю, что общими усилиями необходимо содействовать формированию структур, которые могли бы рассматривать дела о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, обеспечивали бы их содержание в период осуществления принудительных мер, связанных с изоляцией лица от общества. Возможно такой структурой могла бы быть, в рамках Министерства юстиции, Федеральная служба по делам несовершеннолетних. Это способствовало бы качественной дифференциации мер принудительного воздействия в отношении несовершеннолетних на современном этапе до того времени, пока в России окончательно не сформируются институты гражданского общества.

Принудительные меры воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних, совершивших преступление в Российской Федерации, являются мерами государственного принуждения, назначаются судом и осуществляются, как правило, при содействии и под контролем специализированного государственного органа. Такого органа в Российской Федерации, в сущности нет, его функции в настоящее время выполняют подразделения по делам несовершеннолетних полиции. В этом отношении отечественное законодательство не придерживается рекомендаций Минимальных стандартных правил, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, которые рекомендуют рассматривать дело о преступлениях, совершенных несовершеннолетними, преимущественно общественными организациями. Такие организации в России могут быть созданы только тогда, когда в ней сформируются институты гражданского общества.

Список литературы

1. Гилинский, Я. М. Девиантология: Социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других «отклонений» / 2-е изд., испр. и доп. — СПб., 2007. — 462 с.

2. Официальный сайт Министерства юстиции РФ. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http ://www.minjust.ru. (дата обращения: 01.03.2012).

3. Аргументы недели. — 2001. — 1 декабря. — № 47 (287).

4. Петровский, А. В. Криминологическое прогнозирование преступного поведения молодежи / науч. ред. С.Ф. Милюков. - СПб., 2005. - 248 с.

5. Криминология : учебник / под ред. ГЛ. Касторского. — СПб.: Межрегиональный институт экономики и права; СПб ИГО; ООО «Книжный Дом», 2007. — 544 с.

6. Ювенальная юстиция в Российской федерации: Криминологические проблемы развития. — СПб., 2006. — 684 с.

7. Солженицин, А. М. Архипелаг ГУЛАГ. — Т. 2. — М., 1990. — 381 с.

8. Малиновский, А. А. Сравнительное правоведение в сфере уголовного права. — М., 2002. — 276 с.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 2 (54) 2012