К вопросу о квалификации преступлений в сфере интеллектуальной собственности

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 36 (174). Право. Вып. 22. С. 64-68.

ПРОБЛЕМЫ УКРЕПЛЕНИЯ ЗАКОННОСТИ И ПРАВОПОРЯДКА

А. Р. Камилов

К ВОПРОСУ О КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СФЕРЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Рассматривается один из актуальных вопросов уголовного законодательства — защита прав и свобод авторов; большое внимание уделяется нормам зарубежного законодательства в данной сфере.

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, авторское право, исключительные права, право собственности на авторское произведение, преступления в сфере интеллектуальной собственности.

Юридическая природа преступлений в сфере интеллектуальной собственности, в отличие от иных видов преступлений, в частности хищений чужого имущества, имеет свою специфику. Хищения касаются нарушений экономических отношений собственности, а преступления в сфере интеллектуальной собственности — нарушений конституционных прав и свобод человека и гражданина. Предметом любой формы хищения могут быть только товарно-материальные ценности в любом состоянии и виде, обладающие определенным стоимостным эквивалентом. Предметом нарушения авторских прав выступают объекты авторских или смежных прав, то есть не какая-то вещь материального мира, а абстрактная категория права на имя, произведение, изобретение. Таким образом, мы можем говорить об одной из наиболее сложных проблем современного уголовного и гражданского законодательства — определение объекта преступлений в сфере интеллектуальной собственности.

При квалификации уголовно-правовых деяний рассматриваемой группы возникает множество вопросов. Как рассчитать крупный размер ущерба при плагиате или принуждении к соавторству на изобретение? Нужна ли уголовноправовая охрана топологий интегральных микросхем и селекционных достижений? Почему произведения писателя, композитора и изобретателя не пользуются равной защитой уголовного закона? Каким образом рассматриваемая нами сфера уголовно-правовой охраны представлена в зарубежном уголовном законодательстве, и насколько применимы его нормы для российских законов?

Интеллектуальное творчество приобретает сегодня все большее значение. Производство и тиражирование материальных объектов авторского

права представляет собой одну из наиболее крупных отраслей индустрии, которая осуществляет выпуск книг, кинофильмов, компьютерных игр, аудио- и видеозаписей и т. д. Однако приходится констатировать тот факт, что в сферу интеллектуальной собственности активно вторгается преступность, использующая добытые преступным путем средства как один из источников финансирования своей противозаконной деятельности. Статистические данные свидетельствуют об увеличении числа уголовно наказуемых посягательств на интеллектуальную собственность. Количество регистрируемых преступлений в этой области за 1997-2007 гг. увеличилось более чем в 6 раз1. Торговые убытки России в связи с нарушениями авторских прав, по некоторым оценкам, составляют около 1 млрд долларов США в год, в том числе в сфере видеобизнеса — до 600 млн долларов США. В общем объеме товаров на рынке России на пиратскую продукцию приходится 70 % в сфере полиграфии и книгоиздательства, 80 % в сфере видеобизнеса2.

С уверенностью можно сказать, что успех в решении экономических и социальных проблем в России во многом зависит от степени правовой защищенности интеллектуального потенциала общества. Значительное место в системе правовых гарантий, обеспечивающих реализацию прав на результаты интеллектуальной деятельности, занимают нормы уголовного права3. При квалификации уголовно-правовых деяний в сфере защиты интеллектуальной собственности невозможно обойтись без глубокого анализа составов преступлений, предусмотренных ст. 146 и 147 УК РФ. Оба указанных состава направлены на реализацию конституционного положения об охране интеллектуальной собственности (ст. 44 Конституции РФ).

В соответствии со ст. 2 ГК РФ гражданское законодательство определяет основания возникновения и порядок осуществления исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственности), регулирует отношения, возникающие в связи с этой деятельностью (созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства). Смежные с авторскими права регулируют отношения, возникающие в связи с созданием и использованием фонограмм, исполнений, постановок, передач, организацией эфирного или кабельного вещания.

В ст. 146 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за посягательство на авторские и смежные права граждан. В ч. 1 ст. 146 УК РФ предусмотрена ответственность за присвоение авторства (плагиат), которое представляет собой выпуск в полном объеме или части чужого произведения под своим именем; издание под своим именем произведения, созданного в соавторстве с другими лицами, без указания их фамилий.

Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав наступает лишь в случае причинения крупного ущерба потерпевшему. Ущерб от данного преступления может быть материальным, а также может заключаться в нарушении конституционных прав граждан. Материальный ущерб может быть в виде реального ущерба собственности и упущенной выгоды (неполучение, например, определенной суммы денег, которую мог бы получить автор на законных основаниях). Законодатель называет следующие критерии крупного ущерба: степень нарушения конституционных прав гражданина, характер и размер понесенного им материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им морального вреда. Норма ст. 147 УК РФ направлена на защиту изобретательских и патентных прав как проявление гарантированной Конституцией РФ свободы научного и технического творчества (ст. 44 Конституции РФ). Уголовно-правовая охрана субъективного права автора, изобретательских и патентных прав приобретает особое значение в период научно-технического прогресса.

В силу провозглашенного в Российской Федерации приоритета прав и свобод человека и гражданина наиболее актуальной в рамках рассматриваемой темы исследования является проблема защиты прав и интересов потерпевшего. По мнению М. В. Вощинского, потерпев-

шим в случае совершения преступлений против авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав (ст. 146, 147 УК РФ) может быть только гражданин (физическое лицо), но никак не юридическое лицо, являющееся правообладателем4. Свое мнение М. В. Вощинский обосновывает тем, что указанные преступления входят в состав гл. 19 «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» Уголовного кодекса РФ, а не в какую-либо из глав, посвященных преступлениям в сфере экономики5. Преступлениям против авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав противопоставляется преступление против прав на товарный знак6.

Мы присоединяемся к точке зрения В. А. Бобрышева7, который полагает, что М. В. Вощинский совершенно не учитывает тот факт, что объектом преступлений против авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав являются в том числе личные неимущественные права, представляющие собой конституционные права граждан. По этой причине названные преступления помещены в гл. 19 «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» Уголовного кодекса РФ8. Товарный знак не является объектом личных неимущественных прав, и потому преступление, связанное с нарушением исключительных прав на него, находится в гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» Уголовного кодекса РФ. В ст. 146 и 147 УК РФ юридические лица, Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования не исключены из числа субъектов исключительных прав, являющихся объектами названных преступлений9.

Гражданским ответчиком в уголовном процессе может быть признан как обвиняемый, так и иное юридическое лицо, которое несет ответственность за возмещение вреда, причиненного преступлением (ст. 54 УПК РФ). В качестве типичного примера гражданского ответчика можно привести организацию, являющуюся непосредственным нарушителем исключительных прав по вине своего руководителя. Но и сама эта организация может быть как потерпевшим, так и гражданским истцом, она может предъявлять требования к бывшему руководителю, являющемуся обвиняемым, действиями которого организации был причинен вред, эквивалентный размеру гражданской ответственности и иных издержек, связанных с совершением преступления10.

Из всего изложенного следует вывод о том, что вопрос об ответственности за совершение правонарушений в сфере прав хозяйствующих субъектов на результаты интеллектуальной деятельности нуждается в доработке и дополнении. Необходимо отметить и еще один из наиболее сложных в толковании вопросов квалификации преступлений в сфере интеллектуальной собственности: в силу самого факта создания произведения творец обладает естественными правами (право авторства, право на авторское имя, на защиту репутации, на отзыв произведения и др.), которые следуют из природы творческой деятельности, неотделимы от личности автора, не нуждаются в регистрации и не имеют экономического содержания. Такой подход избрали законодатели в целом ряде стран: Азербайджане, Армении, Беларуси, Болгарии, Киргизии, Латвии, Таджикистане, Туркмении, Узбекистане, Украине. Но возможен и другой взгляд на данную проблему. Так, в Албании, Голландии, Испании, Китае, Чехии рассматриваемые деяния считаются преступлениями против экономического порядка, в Грузии, Казахстане, Сан-Марино, США — против собственности. В этом проявляется двойственная природа авторских и изобретательских прав — субъективное авторское право является совокупностью связанных между собой имущественных и личных неимущественных правомочий. Имущественные права на использование творческого результата могут быть переданы другим лицам и во многом сопоставимы с правом собственности.

В начальный период правового регулирования авторские права рассматривались как часть принадлежащего лицу права собственности. Так, в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. статьи, посвященные охране авторских прав, расположены среди преступлений против собственности, а в литературе по авторскому праву повсеместно приводится цитата из закона штата Массачусетс 1789 г.: «Нет собственности, принадлежащей человеку более, чем та, которая является результатом его умственного труда». Вместе с тем право на творческий результат, в отличие от права собственности, неразрывно связано с личностью создателя; первое ограничено во времени и пространстве, тогда как второе бессрочно и не имеет территориальных ограничений; наконец, различны средства правовой защиты авторских прав и права соб-ственности11. С учетом этих аргументов право-

вая наука и отраслевое законодательство отказались от поставленного вначале знака равенства между авторскими правами и правом собственности. Поэтому трудно согласиться с теми законодателями, которые продолжают видеть в праве собственности объект посягательства исследуемых преступлений. Названные деяния препятствуют развитию интеллектуального и культурного потенциала страны, научным разработкам, подъему ее конкурентоспособности на международной арене; рынки государства теряют свою инвестиционную привлекательность, государственный бюджет терпит значительные потери вследствие сокрытия от налогообложения получаемых доходов.

Исходя из иерархии подлежащих охране ценностей, установленных Конституцией РФ и Уголовным кодексом РФ, основным непосредственным объектом посягательств на интеллектуальную собственность следует считать общественные отношения, возникающие по поводу реализации права на свободу литературного, художественного, научного и технического творчества. Личные и имущественные права лишь в совокупности образуют единое авторское право; исключительные права на использование произведения предоставляются автору в связи с тем, что он обладает правом авторства. Таким образом, изложенное положение представляется ошибочным с теоретической точки зрения и практически непродуктивным, поскольку его осуществление не имеет связи с решением основной задачи, стоящей перед всяким усовершенствованием уголовного закона, — повышением эффективности его применения12.

Деление авторских прав на имущественные и неимущественные представляет собой их единственную легальную классификацию. Вместе с тем следует отметить наличие взгляда, оспаривающего самостоятельное существование личных прав автора произведения. В качестве примера восприятия этого, думается, ошибочного взгляда уголовным правом можно привести законодательство Украины, устанавливающее ответственность лишь за незаконное использование

13

результатов интеллектуальной деятельности13.

В качестве обоснования высказанных выше предложений, направленных на совершенствование законодательства, можно привести разъяснения, которые приводятся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 г. № 14 «О практике рассмотрения судами

уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» и касаются применения ст. 146 «Нарушение авторских и смежных прав», ст. 147 «Нарушение изобретательских и патентных прав», ст. 180 «Незаконное использование товарного знака» Уголовного кодекса РФ14.

Следует отметить, что ст. 180 УК РФ располагается в разделе VIII «Преступления в сфере экономики» гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» (что является логичным с точки зрения системы уголовного закона), а ст. 146 и 147 УК РФ — в разделе VII «Преступления против личности» гл. 19 «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина», что не всегда способствует их правильному пониманию как способов уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции.

В современных условиях при нарушении авторских прав правообладателей — хозяйствующих субъектов интересы автора (личности) могут и не нарушаться, так как в случае коммерческого использования произведений, например книг, речь не идет о нарушении прав автора, который, заключив договор с издательством, не только получил причитающееся ему авторское вознаграждение, но и передал на определенное время свои исключительные авторские права издательству, которое обладает и исключительными правами на распространение произведения, а также может передавать эти права другим организациям, включая своих полномочных представителей, при условии, что это оговорено в соглашении между автором и издательством. Поэтому проблема уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции в форме незаконного использования в хозяйственной деятельности объектов интеллектуальной собственности существует как бы отдельно от проблемы защиты прав личности на исключительные права в отношении вышеназванных объектов.

Суды, разрешая вопрос о наличии в действиях лица составов преступлений, предусмотренных ст. 146, 147, 180 УК РФ, должны учитывать положения гражданского законодательства Российской Федерации о том, что использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, являющихся объектом исключительных прав (интеллектуальной соб-

ственностью), может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя.

При разрешении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 147 УК РФ, суды должны иметь в виду, что объектом их уголовно-правовой охраны являются отношения, возникающие в связи с созданием и использованием изобретений, полезных моделей и промышленных образцов. Данные отношения являются объектом правового регулирования и охраны также и гражданского законодательства Российской Федерации, а именно «Патентного закона Российской Федерации» от 23 сентября 1992 г. № 3517-1, а с 1 января 2008 г. — частью IV Гражданского кодекса РФ. Результаты интеллектуальной деятельности подлежат правовой охране, если они отвечают условиям патентоспособности.

Для выявления правонарушений в области интеллектуальной деятельности от работников следствия и судов требуется не только знание нормы закона, ее четкое толкование, но и кропотливая работа, тщательная оперативная разработка, владение современным техническим оборудованием, высокий профессионализм, знание в совершенстве гражданского законодательства. нормативных правовых актов, регулирующих отношения в сфере интеллектуальной собственности. В этих целях необходимо осуществлять подготовку и обучение сотрудников правоохранительных органов в области специальных знаний по определению объектов правонарушения, разъяснять основные положения законодательных актов, регулирующих отношения в сфере интеллектуальной собственности. Необходимо также разработать перечень мероприятий, направленных на предупреждение преступлений в сфере интеллектуальной собственности, в который, наряду с уголовно-правовыми мерами, следует включить меры общественного и иного контроля. Представляется целесообразным создание специализированных подразделений по борьбе с преступлениями в сфере интеллектуальной деятельности, в состав которых должны входить специалисты соответствующих отраслей права и направлений деятельности. Отмеченные выше сложные вопросы, неоднозначно решаемые в теоретических разработках, следственной и судебной практике, в первую очередь могут быть разрешены посредством дальнейшего изучения и обобщения правоприменительной практики в этой области и принятия Верховным Судом

РФ руководящих разъяснений по анализируемым статьям.

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что результаты анализа существующей правоприменительной практики приводят к неутешительному выводу: принимаемые меры борьбы с преступлениями в сфере интеллектуальной собственности не отвечают реалиям сегодняшнего дня. Противоправные посягательства на объекты интеллектуальной собственности не только нарушают права и интересы граждан, но и причиняют им материальный и моральный ущерб. Подрывается авторитет государства, его властных и исполнительных структур, связанных с осуществлением деятельности в сфере интеллектуальной собственности. Все это требует незамедлительных и адекватных мер противодействия негативным проявлениям.

Примечания

1 См.: Обзор практики рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака // Справ. правовая система «Гарант».

2 См.: Информационное письмо Генеральной прокуратуры РФ «О практике применения законодательства по защите интеллектуальной собственности, состоянии прокурорского надзора и мерах по усилению борьбы с пиратством в аудиовизуальной сфере» от 30 марта 2001 г. № 36-15-01 // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».

3 См.: Мачковский, Л. Г. Интеллектуальная собственность: уголовно-правовая охрана // Законодательство.

2005. № 11.

4 См.: Вощинский, М. В. Практика применения статьи 147 Уголовного кодекса Российской Федерации «Нарушение изобретательских и патентных прав» // Следств. практика. 2002. № 2. С. 114-124.

5 Глава 21 «Преступления против собственности» и глава 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» находятся в разделе VIII «Преступления в сфере экономики» Уголовного кодекса РФ.

6 Указанное преступление предусмотрено ст. 180 УК РФ, находящейся в главе 22 «Преступления в сфере экономической деятельности».

7 См.: Бобрышев, В. А. Защита интересов потерпевших от преступлений в сфере интеллектуальной собственности // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. № 1.

8 В уголовном праве существует правило: если объект преступления представляет совокупность прав собственности (прав в сфере экономики) и иных прав (прав в иной сфере), то статья, определяющая состав преступления, не помещается в раздел VIII «Преступления в сфере экономики» Уголовного кодекса РФ. Например, преступления, квалифицируемые по ст. 221 «Хищение либо вымогательство ядерных материалов или радиоактивных веществ» и ст. 226 «Хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» находятся в гл. 24 «Преступления против общественной безопасности» (раздел IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка»), так как их объект является совокупностью прав собственности и посягательства на угрозу общественной безопасности.

9 См.: Завидов, Б. Д. Против «пиратства» общими усилиями // Интеллектуальная собственность. 1999. № 1. С. 97-98.

10 См.: Завидов, Б. Характеристика преступлений о нарушении права на интеллектуальную собственность / Б. Завидов, С. Лапин // Интеллектуальная собственность.

2006. № 3. С. 117-122.

11 См.: Сергеев, А. Л. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации : учебник. М., 1999. С. 9-14; Гаврилов, Э. П. Комментарий к закону об авторском праве и смежных правах. М., 2002. С. 111.

12 См.: Мишин, Г. К. О некоторых проблемах уголовной политики в борьбе с преступлениями в сфере экономической деятельности // Предупреждение организованной и коррупционной преступности средствами различных отраслей права : сб. материалов науч.-практ. конф. М., 2002. С. 138-139.

13 См.: Глухова, Г. О. Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 39.

14 См.: Комментарий к постановлению Пленума Верховного Суда РФ «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» от 26 апреля 2007 г. № 14 // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».