Об особенностях и характере профессиональной деформации врачей анестезиологов-реаниматологов в разных типах ЛПУ

ОБ ОСОБЕННОСТЯХ И ХАРАКТЕРЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕФОРМАЦИИ ВРАЧЕЙ АНЕСТЕЗИОЛОГОВ-РЕАНИМАТОЛОГОВ В РАЗНЫХ ТИПАХ ЛПУ

Манерова О.А., Османова С. Г.

Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова,

кафедра общественного здоровья и здравоохранения с курсом экономики

На современном этапе развития отечественного здравоохранения актуальной стала проблема повышения эффективности медицинской помощи населению, рационального и эффективного использования всех имеющихся ресурсов, и в первую очередь кадровых. При сохранении, а порой и возрастании нагрузки на медицинский персонал, особенно острыми являются проблемы отбора медицинских кадров, сохранения имеющегося кадрового потенциала, проблема повышения качества трудовой жизни медицинских работников. Еще более значимым решение этих проблем становится для врачей анестезиологов-реаниматологов, которые выполняют поставленные перед ними задачи в условиях постоянно воздействующего на них фактора витальной угрозы, критического лимита времени, с необходимостью мгновенно принимать верные решения и реализовывать их. В связи с этим именно для врачей этой специальности характерно развитие профессиональной деформации. Выделяют три основных фактора, играющих существенную роль в развитии данного состояния: личностный, ролевой и организационный.

Среди личностных факторов, способствующих развитию синдрома, обнаружены такие показатели предрасположенности к стресс-реакциям, как соотношение экстернальности и интернальности, подразумевающее степень ответственности человека за свою жизнь, предпочитаемые стратегии преодоления кризисных ситуаций. Экстер-нальный тип контроля коррелирует с эмоциональным истощением и деперсонализацией, а использование пассивной стратегии избегания - с развитием эмоционального истощения и редукцией личных достижений. Причем чем больше выгорание, тем чаще используются пассивные, асоциальные и агрессивные модели поведения (Водопьянова Н.Е., 1998; Орел В.Е., 2001). Стратегия преодолевающего поведения человека в ситуации часто повышают риск состояния предболезни или болезни. Однако умение управлять эмоциональными проявлениями, а иногда и подавлять их - необходимый «навык» для коммуникативных (социальных профессий). Становясь привычным, он зачастую переносится во внерабочую жизнь.

К ролевым факторам риска развития эмоционального выгорания относят ролевой конфликт, ролевую перегруженность и ролевую неопределенность. Первый представляет собой противоречивые требования к работнику, ролевая неопределенность проявляется в нечетких, неопределенных требованиях к работнику, а перегруженность возникает, когда ролевые ожидания намного больше, чем индивидуальные возможности и мотивация к выполнению задачи. Различные характеристики организационной среды, такие как кадровая политика, график работы, характер руководства, система вознаграждений, социально-психологический климат, могут влиять на развитие стресса на рабочем месте и, как следствие, выгорания и профессиональной деформации специалиста.

Существует несколько моделей развития этого синдрома. Наиболее распространенной является трехфакторная модель К. Маслач и С. Джексон, согласно которой профессиональное выгорание представляет собой трехмерную конструкцию, состоящую из трех компонентов: первый - эмоциональное истощение, второй - деперсонализация и третий - редукция личных профессиональных достижений.

При проведении исследования с использованием теста Н. Е. Водопьяновой на выявление характера профессионального выгорания, в котором приняли участие 77 врачей из высокоспециализированных учреждений (ВСУ) и 86 -из городских клинических больниц (ГКБ), по данной методике оказалось, что и в высокоспециализированных лечебно-профилактических учреждениях, и в городских клинических больницах, встречались все три компонента профессиональной деформации: эмоциональное истощение, деперсонализация и редукция профессиональных достижений, причем в городских больницах у врачей анестезиологов-реаниматологов были более выражены первый и третий компоненты этой модели, чем у их коллег в учреждениях, оказывающих высокотехнологичную медицинскую помощь (таблица1).

Таблица 1. Характер профессиональной деформации у врачей анестезиологов-реаниматологов, работающих в разных типах ЛПУ

Тип ЛПУ Характер профессиональной деформации

эмоциональное истощение деперсонализация редукция профессиональных достижений

ВСУ 84,4+4,1% 85,7+4,0% 85,7+4,0%

ГКБ 97,7+1,6% 90,3+2,8% 97,7+1,6%

Р p=0,09 p>0,05 p<0,05

Диапазон оценки по данной методике был разделен на три степени выраженности - низкую, среднюю и высокую. При анализе полученных данных оказалось, что эмоциональное истощение в высокоспециализированных учреждениях и городских клинических больницах было чаще выражено в средней степени (75,4+5,3% и 78,6+4,5% соответственно).

Второй компонент данной модели - деперсонализация - у респондентов в обоих типах лечебно-профилактических учреждений был выражен в низкой (47,0+6,1% в ВСУ и 42,5+5,5% в ГКБ) и средней (53,0+6,1% и 56,2+5,5% соответственно) степенях.

Высокая степень деперсонализации был отмечена только в городских клинических больницах и составила лишь 1,3%. Третий компонент - редукция личных профессиональных достижений - в обоих типах ЛПУ был выражен в средней (48,5+6,2% в высокоспециализированных учреждениях и 42,9+5,4% в городских клинических больницах) и высокой (51,5+6,2% и 57,1+5,4% соответственно) степенях.

Каждый из компонентов профессиональной деформации был сопоставлен со стажем работы по специальности респондентов в ВСУ и в ГКБ. Анализ полученных данных показал, что и в высокоспециализированных учреждениях, и в городских клинических больницах эмоциональное истощение, деперсонализация и редукция профессиональных достижений увеличиваются у врачей со стажем работы до 5 лет и достигают своего пика у респондентов со стажем работы от 6 до 9 лет. Это период времени, когда врач достигает наивысшего уровня профессионализма и имеет достаточный опыт работы для дальнейшего карьерного роста, который по каким-либо причинам не состоялся.

Однако в городских клинических больницах причина этого особенно выраженного подъема всех компонентов профессиональной деформации может объясняться и разницей в условиях работы врача и тяжести состояния пациентов, поступающих, как правило, по неотложным показаниям, а не в плановом порядке, что обуславливает более высокий уровень физического и психоэмоционального напряжения, характерного для профессиональной деятельности в данном типе учреждений здравоохранения.

С увеличением стажа работы в анестезиологии и реаниматологии до 19 в ВСУ, а в городских больницах до 14 лет выраженность всех трех компонентов профессиональной деформации существенно снижается, а в городских клинических больницах у респондентов со стажем работы 19 лет уменьшается практически до нуля, что может свидетельствовать об отсутствии интереса к работе и своим пациентам и уже о неспособности эмоционально реагировать на свою профессиональную деятельность. Однако в категории врачей со стажем работы 20 лет и более все компоненты профессиональной деформации вновь увеличиваются, что особенно выражено в городских клинических больницах, и это может быть обусловлено возрастным фактором и ухудшением состояния здоровья врача. Таким образом, можно сделать вывод о том, что характер профессиональной деформации (по модели К. Маслач и С. Джексон) определяется субъективными и объективными причинами - и во многом зависит от типа учреждения, в котором работает врач: эмоциональное истощение и редукция профессиональных достижений были более выражены в городских клинических больницах, чем высокоспециализированных ЛПУ, что обусловлено разными условиями труда, в связи с чем необходимо прогнозировать развитие данного состояния и проводить оценку выраженности какого-либо из его компонентов, что, в свою очередь, может дать возможность расширить аспекты кадровой оценки врачей анестезиологов-реаниматологов при приеме их на работу в профильные отделения, а также актуальной проблемой является разработка комплекса профилактических мер развития профессиональной деформации.

ЛИТЕРАТУРА

1. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2007. Т. 9. № 4.

2. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2006. Т. 8. № 4.

3. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2005. Т. 7. № 4.

4. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2004. Т. 6. № 4.

5. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2003. Т. 5. № 4.

6. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2002. Т. 4. № 4.

7. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2001. Т. 3. № 4.

8. Журнал научных статей. Здоровье и образование в XXI веке. 2000. Т. 2. № 4.

9. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: Шр://е-pubmed.org/isu.html. 2007. Т. 9. № 12.

10. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2006. Т. 8. № 12.

11. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: Ы1р://е-pubmed.org/isu.html. 2005. Т. 7. № 12.

12. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2004. Т. 6. № 12.

13. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2003. Т. 5. № 12.

14. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2002. Т. 4. № 12.

15. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2001. Т. 3. № 1.

16. Электронный научно-образовательный вестник «Здоровье и образование в XXI веке». ЦКЪ: http://e-pubmed.org/isu.html. 2000. Т. 2. № 1.