Больной вопрос

Председатель наблюдательного совета «Ренессанс Капитала» и член бюро правления РСПП Александр Шохин нашел оригинальный способ узаконить приватизацию. Он предлагает все сделки с крупными пакетами акций компаний, приватизированных в ходе залоговых аукционов, совершать с разрешения государства. Власти должны проверить деятельность предприятия и, если вскроются какие-либо злоупотребления, наложить запрет на сделку. Несмотря на то, что речь идет о частной собственности, которой ее владелец волен распоряжаться по своему усмотрению. А вам власти что запрещали?

Виктор Макушин, президент МАИР:
– Несколько лет назад у нас были конфликты с властями на местах. В Брянской области местная милиция установила кордон, не позволяющий проехать нашему поставщику металла. Все эти действия совершались по заказу руководителя конкурентной структуры, являвшегося в тот момент депутатом областной думы. Мне пришлось звонить чуть ли не заместителю министра, чтобы урегулировать ситуацию. А другой конфликт затрагивал собственность нашей компании, когда мы не могли перевезти технику с одной базы на другую. Тогда ГАИ выставила пикеты, преграждающие дорогу транспорту. Во всех этих ситуациях нас поражало то, что представляли собой главы местных администраций. Многие из них оказались людьми неквалифицированными и необразованными.

Самвел Аветисян, директор по маркетингу компании «Тинькофф»:
– Всем хорошо известно, как нам пытались запретить трансляцию рекламных роликов по телевидению. Но поскольку наша деятельность всегда осуществлялась в рамках закона, все запреты фактически сводились к просьбам и предписаниям быть «серее» и не высовываться, то есть быть как все. Но мы не устаем повторять, что у нас иная философия, отличная от чиновничьей.

Александр Идрисов, председатель совета директоров «Про-Инвест Консалтинг»:
– Мне никогда ничего не запрещали. Думаю, в том числе потому, что все, чем я располагаю, создано моими руками. Вероятно, нам не избежать череды скандалов, связанных с компаниями, приватизированными в ходе залоговых аукционов. Таким образом, стоит подумать, как минимизировать ущерб от негативного влияния на рынок такого рода громких историй и свести к минимуму, если не предотвратить, попытки ревизии прав собственности с целью ее передела. Проверка может явиться одним из решений данной проблемы, но окажется лучше, если она будет проводиться не в период совершения сделки, а предварительно. В этом случае успешно прошедшие проверку владельцы компании смогут подтвердить право собственности. А действия с российскими активами станут более предсказуемы для инвесторов.

Елена Грачева, начальник управления по связям с общественностью Судостроительного банка:
– У нас были проблемы с МАПом, обвинившим нас в нарушении закона о рекламе, а точнее, пункта об использовании детских образов в нашей рекламе. Тогда мы не подозревали, что, беря лица конкретных людей, наших менеджеров в детстве, нарушаем закон. Мы и сейчас остались при своем мнении. Но судебный процесс тогда проиграли. Дальше Арбитражного суда, вставшего на сторону МАПа, мы не пошли. В знак протеста пустили ту же рекламу, но уже с вырезанными лицами.

Андрей Скурихин, член совета директоров группы S.P.I.:
– В этом плане у нас опыт огромный. Под надуманным предлогом нам запрещали экспортировать продукцию, поставщикам не разрешали снабжать нас сырьем и т. д. В отличие от многих компаний у нас есть возможность сравнить методы работы властей в России и за рубежом, так как мы работаем более чем в сотне стран мира.

В правовых государствах действуют нормы закона, а не административный произвол. Российские чиновники пытались запретить называть нашу экспортную водку русской, но немецкий суд подтвердил, что наша водка настоящая русская. Отечественные чиновники пробовали не разрешить нам использовать наши товарные знаки, но голландский суд подтвердил, что мы – добросовестные приобретатели. Российские чиновники стремились использовать конфиденциальную информацию, полученную от нашего бывшего консультанта, но австрийский суд посчитал это незаконным.

Запретительные действия чиновников в России часто находятся в конфликте с законом, здравым смыслом, и непоследовательны. Отнимая у нас водочные брэнды три года назад, чиновники утверждали, что это государственное достояние и необходимо использовать его для обеспечения загрузки госпредприятий. Теперь водочные марки опять передают в длительное пользование частной компании, только уже другой. Где же защита государственных интересов, о которой так громко заявлялось?