Дистанционная работа в библиотеке: постановка вопроса

БИБЛИОТЕЧНО-ИНФОРМАЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

ИСТАНЦИОННАЯ РАБОТА В БИБЛИОТЕКЕ:

ПОСТАНОВКА ВОПРОСА

УДК 02:004

Н. В. Лопатина

Московский государственный институт культуры

Автор ставит вопрос о дистанционной работе в библиотечном деле, базируясь на изучении информатизации профессиональной структуры общества. Отмечается возрастание доли информационного компонента в профессиональной деятельности, виртуализации отдельных профессиональных направлений. Представляются три основных способа реализации дистанционной работы. Рассматривается проявление процессов информатизации профессиональной структуры в библиотечном деле. Изучаются причины отсутствия дистанционной работы в библиотечном деле. Доказывается целесообразность и необходимость внедрения дистанционных форм работы в библиотечное дело.

Ключевые слова-, дистанционная работа, информатизация, виртуализация, информационная деятельность, профессиональная структура общества, библиотечное дело, библиотекарь, библиотека, труд, работа, удалённая работа, библиотековедение, работа с читателями, удалённый доступ.

REMOTE WORK IN THE LIBRARY: THE WAY A PROBLEM IS STATED

The question of the possibility of remote work in librarianship is set. The author raises the question of remote work, based on the study of the informatization of professional structure of society. The paper reveals a growing share of the information component in their professional activities, virtualization separate professional fields. Three main ways of implementing remote working are represented. The paper considered an expression of the processes of informatization of a professional structure in librarianship. It examines reasons for the lack of remote work in librarianship. The feasibility and necessity of introducing remote forms of work in the library are proved.

Keywords: remote work, Informatization, virtualization, information activities, professional structure companies, librarianship, librarian, library, work, work, distant work, the library, work with readers, remote access.

ЛОПАТИНА НАТАЛЬЯ ВИКТОРОВНА - доктор педагогических наук, профессор, заведующая кафедрой библиотековедения и книговедения социально-гуманитарного факультета Московского государственного института культуры LOPATINA NATALYA VIKTOROVNA - Full Doctor of Pedagogical Sciences, Professor, Head of Department of Library Science and Bibliology, Faculty of Social Studies and Humanities, Moscow State Institute of Culture

N. V. Lopatina

Moscow State Institute of Culture, Ministry of Culture of the Russian Federation (Minkultury), Bibliotechnaya str., 7, 141406, Khimki city, Moscow region, Russian Federation

e-mail: dreitser@rambler.ru © Лопатина Н. В., 2017

Для цитирования: Лопатина Н. В. Дистанционная работа в библиотеке: постановка вопроса // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2017. № 2(76). С. 138-145.

Анализ развития библиотечной профессии в информационном обществе показал, что наблюдаемые и прогнозируемые изменения связаны не только с новациями содержания библиотечной деятельности в результате эволюции информационных технологий. Выйдя за рамки традиционного для библиотековедения структурно-функционального подхода, мы предложили теоретико-социологический и полисистемный подходы, которые позволили расширить познавательный контекст и изучить библиотечную профессию с учётом многоуровневости и сложности социальных систем и структур, в которых функционирует библиотекарь. Было выявлено, что важнейшей из них является профессиональная структура общества. Это дало возможность сконцентрировать исследовательские усилия на фундаментальных закономерностях, не зависящих от ведомственных подходов к библиотеке и библиотечной профессии или от ситуативных нормативно-правовых ограничений (которые имеют тенденцию к изменению под влиянием законотворческих инициатив и онтологии информационного общества).

Профессиональная структура общества является одной из тех социальных структур, которая трансформируется в ходе информатизации. Эти трансформации определяют и стимулируют следующие изменения значительного круга социальных систем,структур и институтов.

Информатизация профессиональной структуры общества — один из важнейших процессов информатизации. Смена базовой парадигмы взаимодействия с реально-

стью (как один из важнейших параметров информатизации) вызывает реагирование профессиональной структуры общества, её многочисленные трансформации.

Результатом информатизации профессиональной структуры общества выступают новые тенденции в общественном разделении труда1. Возрастание доли информационного компонента в профессиональной деятельности представителей ведущих отраслей экономики вызывает виртуализацию отдельных профессиональных направлений: материальное воздействие на окружающий мир, непосредственные контакты со средой, с отраслевыми ресурсами уступают место в ряде сфер манипуляциям над информационными моделями реальных вещей, созданию параллельной действительности и системы её связей с реальностью. Последнее явление демонстрирует изменение подходов к институализации трудовой деятельности, её содержания, этики; новое понимание рабочего времени как основы трудовых отношений; трансформацию представлений об организации трудовой деятельности в сторону усиления технологий самоменеджмента, снижения роли дисциплинирующих механизмов и усиления приоритетов интеллектуального и креативного компонентов.

Виртуализация отдельных направлений интеллектуальной и информационной деятельности делает ярко выраженными и заметными уже «невооружённому

1 Данный вопрос получил подробное рассмотрение в нашей монографии «Информационные специалисты: социология управления» (Москва : Академический проект, 2006).

взгляду исследователя» поступательный отход от дисциплинирующей функции работы, формирование культуры свободного использования рабочего времени, новой этики трудовых отношений, неформальных норм трудовой дисциплины, основанных на инновационной форме организации труда, получившей обозначение «удалённая(дистанционная)работа».

В основе дистанционной работы лежит предоставляемая современными информационными технологиями возможность выполнять задания работодателя, не находясь на определённом месте.

Сегодня такая система организации труда активно реализуется в ряде стран, где значительная часть работоспособного населения, занятого в сферах с усиливающимся информационным компонентом, живёт в пригородах мегаполисов. Удалённая работа даёт огромные преимущества работникам в силу возможности экономии времени, энергии и затрат на ежедневные поездки, а работодателям - снизить затраты на содержание офиса.

Речь идёт о трёх основных способах реализации дистанционной работы: гибкая работа (flexible working); работа в удалённых структурах; работа в интернет-среде. Однако, экстраполируя тенденции роста разнообразия информационной феноменологии, можно сделать предположение о появлении и новых видов организации дистанционной работы.

Гибкая работа представляет собой широкий спектр новых форм организации труда: гибкий график, удобное с точки зрения сотрудника расположение рабочего места, специальные контрактные отношения и т.д. Гибкость выступает одной из базовых характеристик современной социально-трудовой сферы.

Говоря об удалённых структурах, мы подразумеваем создание специализированных центров(подразделений, пунктов, филиалов), приближающих к потребителю некоторые товары и услуги. Само по себе это не является порождением информационной эпохи, а как раз демонстрирует эволюцию информационно-коммуникативных форматов: стараться приблизить и «материальный», и информационный обмен в те фрагменты социального пространства, где это максимально востребовано или необходимо.

В данном случае уже традиционные для России библиотечные сети - одна из праформ того, что в начале 2000-х годов с развитием информационных технологий получило популярность в ряде зарубежных стран — центры коллективного пользования ^ексеШ:^), телекоттеджи (telecottages). В ходе информатизации самой информационной отрасли эта форма организации удалённой работы остаётся, по сути, неизменной для занятых в ней работников, но трансформируются качество и спецификация информационного продукта и механизмы его поставки (которые очень динамичны в ходе развития информационных технологий и их социальной диффузии). Именно в поле идей центров удалённого коллективного пользования информационными ресурсами и происходило зарождение проекта Национальной электронной библиотеки, который изменяет контуры по мере развития информационных технологий. Исходя из уже «классических» представлений о дистанционной работе, можно говорить о том, что в России удалённо работают многие представители нашей профессии.

В настоящее время представления об удалённой работе базируются на возмож-

ностях интернет-технологий. Современная картина занятости демонстрирует, что наиболее быстро новации дистанционной работы были восприняты информационными специалистами, в частности программистами, веб-дизайнерами. По мере развития интернет-технологий и сервисов к ним присоединялись представители «новых» информационных профессий — специалисты по контенту, по SEO, по работе в социальных медиа и т.д. Со временем сформировался целый пул информационных профессий, связываемых и их представителями, и работодателями, и потребителями именно с дистанционной работой. Но в подавляющем большинстве случаев речь до сих пор идёт о профессиях, которые реализуют новейшие достижения информатизации. Многие же информационные профессии, содержанием которых выступает оперирование непосредственно информационными объектами: смыслами, текстами, документами и т.д., не рассматриваются как перспективные кандидаты для дистанционной работы.

Библиотечная деятельность не является в данном случае исключением: усиление информационного компонента, ин-теллектуализацияи виртуализация также выступают основными тенденциями её развития. Об этом, в частности, говорит в своих работах Я. Л. Шрайберг: «Изменилась система каталогизации: каталогизатор может не видеть первоисточника, если он предоставляется в онлайновом режиме...»; «изменилась система обслуживания: читатель может прийти в библиотеку и ни разу не обратиться за книгой, за консультацией и т.д. [4]».

В то же время вопрос о возможности дистанционной работы в библиотеч-

ном деле серьёзно не ставится. Основная причина — в несовместимости идеи с современными правовыми нормами трудовой деятельности в бюджетных организациях и стереотипами восприятия библиотечной профессии, с тем, что Г. П. Щедро-вицкий отметил как ориентацию представителей профессий на стандарты и нормы своей области, которые были заданы как образцы их профессии, которые и определяют характер используемых профессиональных средств и методов [5].

Концепция мобильного гражданства американского антрополога А. Онг [9] как теоретическая основа современных проектов развития социокультурной сферы отражает реалии пред-информатизаци-онного общества, в котором социальная активность напрямую связана с физическим передвижением. В социальном проектировании и библиотечных практиках все возможные предложения вытесняются концепцией «трёх мест» Р. Олден-берга [8]: дом, работа (школа), место общения и досуга, которые также реализуют представления о жизни в эпоху «до-Интернета». Например, популярность у профессиональной аудитории получила публикация Caroline Fuchs "How to reinvent librarians: five top tips from around the world [7)]". Автор призывает «выйти из-за стойки (конторки)», не быть заложниками «физического места», а всё сделать для того, чтобы «библиотекарь покинул здание». Получает развитие идея Sara Wingate Grey о странствующих библиотекарях ("itinerant librarians"), она, предлагая модернизированный образ книгоноши нового времени, призывает на библио-мобиле поехать туда, где нет библиотеки. Профессиональная деятельность строится в данном случае по подобию уходя-

щей эпохи, а социально значимый лозунг не направлен в виртуальную среду, в новые коммуникативные системы.

В 2015 году активную дискуссию вызвало решение о продлении времени работы библиотек в Москве. Дискуссия возникла из-за позднего окончания рабочего дня сотрудников библиотек.

Библиотекари обращали внимание на то, что в спальных районах библиотека не пользуется популярностью читателей. Сторонники же данного решения аргументировали свою позицию недостаточной активностью библиотекарей и библиотек.

Но какое количество людей готово к общению с библиотекарем после работы, однако при этом не изъявляет желание идти в библиотеку?

Таких исследований не проводилось, но мы можем экстраполировать тенденции к росту доли свободного времени, которое проводится нами и окружающими нас людьми в дистанционном общении посредством социальных сетей, других коммуникативных платформ Интернета. Наши повседневные практики ежечасно подтверждают отмеченную Зигмунтом Бауманом «девальвацию места» [1] в традиционном его понимании. Изменились ориентиры и акценты: от понимания того, что «степень мобильности является ... главным мерилом социального бесправия и несвободы [1]», к пониманию того, что главным фактором стратификации становится «свобода "перемены мест", предоставленная либо отсутствием локализованных обязательств, либо лёгкостью их преодоления [1]». Благодаря Интернету можно преодолеть большое географическое пространство, а также решить вопросы по снятию социальных барьеров.

Сейчас этими инструментами «профессионально» пользуется чрезвычайно широкий круг субъектов: «от конкретных пассионарных личностей до социальных структур, институтов; от реальных персон, организаций до виртуальных субъектов; от социальных авторитетов, лидеров общественного мнения до рядовых граждан, носителей тех или иных инициатив; от открытых инициаторов тех или иных акций до "серых кардиналов" социальной киберпедагогики, закулисных манипуляторов; от профессиональных социальных технологов до одарённых или удачливых дилетантов; наконец, от персонифицированных или социально организованных субъектов до неперсони-фицированных информационных моделей (идей, образцов и интегральных моделей поведения) [3]». Далеко не все они движимы идеей культурного, гуманитарного и духовного просвещения, но их позиции сильны, а возможности библиотекаря уже значительно упущены. Крайне много тех, кто одержим коммерческими идеями, склонен к асоциальному поведению, в том числе и экстремистскому, или — тех, кто, просто не обладая самокритикой, вносит информационный «шум» и отрицательно влияет на пользователей, чей жизненный и духовный опыт ещё находится в процессе становления, а читательский вкус ещё не сформирован. Не с ними ли общаются те, кто после работы и учёбы ленится прийти в стены библиотеки, не они ли заменяют библиотекаря, который «отсиживает» свои часы в ожидании читателя? Может быть, именно дистанционная работа откроет новый формат индивидуального общения библиотекаря с читателем в том режиме, который устроит и одну, и другую сторону?

Перспективность развития удалённых форм библиотечно-информационного обслуживания обуславливает фундаментальный социально-исторический характер смены информационно-коммуникативных форматов. Организация информационно-библиотечной профессиональной деятельности в удалённом режиме приобретает реальные очертания. Удалённый доступ к цифровым коллекциям — первый шаг к такому решению, а второй — возможность организации группового и индивидуального общения с читателем на платформе web 2.0.

В диссертации С. В. Дорохиной «Интернет-руководство чтением молодёжи как средство развития и поддержки чтения в информационном обществе [2]» представлена экспериментальная работа, подтверждающая возможность осуществления библиотекарем своей деятельности в удалённом режиме.

Удалённая работа обладает особой привлекательностью для библиотечного дела России - как государства с большими территориями и неравномерным экономическим, культурным и информационным развитием регионов. В настоящее время концентрация работодателя в крупных городах и возможность дистанционной работы по ряду профессиональных направлений сочетается с дефицитом рабочих мест в небольших городах и сельской местности, разницей в уровне оплаты труда и перспектив профессионального роста. В настоящее время эти явления не столь значимы для библиотечной сферы. Но экстраполируя тенденции социальной динамики профессиональных ресурсов информационной деятельности на одну из групп - библиотекарей, можно предположить возникновение географической

мобильности. Современные барьеры связаны с уровнем оплаты труда библиотекаря, недостаточным для аренды жилья в других городах; отсутствием специализированных социальных пакетов для работающих в особых условиях. В условиях экономических кризисов не исключены миграционные процессы в связи с удорожанием жизни в городе, где уровень оплаты труда библиотекаря не даёт подчас жить без дополнительных источников дохода, при этом дистанционная работа может стать фактором, катализирующим данные процессы. Возможность дистанционного осуществления библиотечных процессов позволяет рациональнее использовать кадровый потенциал библиотечного дела, привлекая из других регионов специалистов, высококомпетентных для удалённого решения конкретных задач. Более рационально можно и проектировать совокупное рабочее время, повышая качество библиотечных услуг.

Информатизация библиотечного дела, работа с удалёнными электронными коллекциями, перспективные дистанционные формы библиотечно-библиографиче-ского обслуживания населения — всё это делает актуальным использование кадрового потенциала людей с ограниченными возможностями здоровья. Различные виды библиотечно-информационной деятельности могут быть рекомендованы, в соответствии с Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 4 августа 2014 года № 515 «Об утверждении методических рекомендаций по перечню рекомендуемых видов трудовой и профессиональной деятельности инвалидов с учётом нарушенных функций и ограничений их жизнедеятельности», инвалидам с нарушением слуха,

опорно-двигательного аппарата и т.д. Для реализации этих возможностей предлагаем разработать совместно с Министерством труда и социальной защиты России программу трудоустройства людей с ограниченными возможностями здоровья в библиотеках страны для их социализации и профессиональной реализации в условиях полной или частичной занятости, дистанционной работы.

Вместе с тем нельзя игнорировать и критическую оценку перспектив дистанционной работы и «домашних» офисов. Например, Т. Форестер видит в подобном варианте развития источник социально-психологической напряжённости, стимул к семейным конфликтам, ухудшению добрососедских отношений, одиночеству. К отрицательным последствиям относятся неспособность идентификации работы и досуга, «трудоголизм», стрессы [6].

Рассматривая данный вопрос на страницах научного журнала, позволим себе предложить теоретический аргумент для тех, кто будет продумывать стратегически ориентированное решение об удалённой работе на уровне отрасли в целом, но наш аргумент явно не подойдёт тому, кто ищет прикладное решение для конкретной библиотеки.

Эффективность библиотеки как социального института зависит от степени соответствия формально-правовых норм неформальным социокультурным нормам

и степени соответствия реальных практик формальным и неформальным нормам. Отклонение практики от установленных норм под влиянием общественных перемен преодолевается специализированной государственной политикой, выбирающей один из двух векторов: либо ужесточение институционального контроля за соблюдением правил; либо корректировка правил посредством сближения их с культурными представлениями, реальным поведением или требованиями граждан (потребителей).

Специфика библиотеки как социального института в условиях информатизации состоит в более сильных позициях неформальных социокультурных норм, в приоритете контроля именно культурными механизмами, нежели правовыми, а именно — общественным мнением, моральными оценками, встречным поведением, инициативами, социальными диффузиями новаций, адаптационными процессами и т.д. В данном случае это не проявление аномии, не расхождение с действующими правовыми нормами, а особого рода социальный приоритет, определяющий функционирование библиотеки как социального института. Ориентируясь на это, мы предлагаем изучить возможности диффузии дистанционной работы как новации для библиотечного дела в экономическом, управленческом, социальном контексте.

Примечания

1. Бауман З. Индивидуализированное общество / перевод с английского под редакцией В. Л. Иноземцева. Москва : Логос, 2005. 390 с.

2. Дорохина С. В. Интернет-руководство чтением молодёжи как средство развития и поддержки чтения в информационном обществе : автореферат дис. на соиск. учён. степ. кандидата педагогических наук : 05.25.03 — библиотековедение, библиографоведение и книговедение / Дорохина Светлана Владимировна ; Московский государственный университет культуры и искусств. Москва, 2014. 198 с.

^ Библиотечно-информационная деятельность bill! i

3. Сляднева Н. А. Социальная киберпедагогика // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2012. № 3. С. 148—153.

4. Шрайберг Я. А. Библиотеки в электронной среде и вызовы современного общества: Ежегодный доклад Конференции «Крым». Год 2009 // Научные и технические библиотеки. 2010. № 1. С. 7-46.

5. Щедровицкий П. Г. Очерки по философии образования : статьи и лекции. Москва : Эксперимент, 1993. 154 с.

6. Forester T. (1992) Megatrends or megamistakes? What ever happened to the information society. The Information Society, 8(3), pp. 133-146.

7. Fuchs C. How to reinvent librarians: five top tips from around the world. The Gardian. 2013. July, 18. Available at: https://www.theguardian.com/ public-leaders-network/ 2013/ jul/18/ five-practical-tips-uk-librarians

8. Oldenburg R. The Great Good Place: Cafes, Coffee Shops, Community Centers, Beauty Parlors, General Stores, Bars, Hangouts, and How They Get You Through the Day. New York: Paragon House, 1989. 338 p.

9. Ong A. Flexible Citizenship: The Cultural Logics of Transnationality. Durham: Duke University Press, 1999.

References

1. Bauman Zygmunt The Individualized Society

2. Dorokhina S. V. Internet-rukovodstvo chteniyem molodozhi kak sredstvo razvitiya i podderzhki chteniya v informatsionnom obshchestve. Avtoreferat diss. cand. ped. nauk [Internet-management of reading of youth as a means of development and support of reading in the information society. Synopsis cand. ped. sci. diss.]. Moscow, 2014. 198 p.

3. Slyadneva N. A. Sotsial'naya kiberpedagogika [Social cybermedicine]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [Bulletin of the Moscow State University of Culture and Arts]. 2012, no. 3, pp. 148-153.

4. Shrayberg Ya. L. The topic of Crimea 2009 16-th International Conference Annual Paper: Libraries in Electronic Environment and Modern Society Challenges. Scientific and Technical Libraries. 2010, no. 1, pp. 7-46.

5. Shchedrovitsky P. G. Ocherki po filosofii obrazovaniya: stat'i i lektsii [Essays on the Philosophy of Education: Articles and Lectures]. Moscow, 1993. 154 p.

6. Forester T. (1992) Megatrends or megamistakes? What ever happened to the information society. The Information Society, 8(3), pp. 133-146.

7. Fuchs C. How to reinvent librarians: five top tips from around the world. The Gardian. 2013. July, 18. Available at: https://www.theguardian.com/public-leaders-network/2013/jul/18/five-practical-tips-uk-librarians

8. Oldenburg R. The Great Good Place: Cafes, Coffee Shops, Community Centers, Beauty Parlors, General Stores, Bars, Hangouts, and How They Get You Through the Day. New York: Paragon House, 1989. 338 p.

9. Ong A. Flexible Citizenship: The Cultural Logics of Transnationality. Durham: Duke University Press, 1999.