Отражение мифологических представлений об огне в лексико-семантической системе якутского языка

УДК 81'373.45:811.512.157 Е. Н. Афанасьева

ОТРАЖЕНИЕ МИФОЛОГИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ ОБ ОГНЕ В ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ ЯКУТСКОГО ЯЗЫКА

Посвящена изучению языкового воплощения мифологических представлений об огне на материале якутского языка. Согласно философским исследованиям, мифы дают объяснение миропонимания человека, его поведения и стремлений. Мифологическое мировидение находит отражение в языке.

В статье рассмотрены лексическое значение слова «уот» огонь в якутском языке, его этимологические параллели, лексическая и грамматическая сочетаемость слов. Предметом изучения являются имя существительное «уот», глаголы и прилагательные, репрезентирующие огонь, а также устойчивые сочетания. Восприятие мира передается через сенсорное ощущение человека. Сочетания, основанные на зрительном ощущении, создают представление об огне как о разноцветном, ярком или темном, угасающем или неугасающем явлении. Огонь представляется как живое антропоморфное существо, опасное и в то же время необходимое для человека. В ходе анализа лексического материала выделены метафорические модели огня «материальный объект», «источник света и тепла», «живое существо». Метафорическая модель огня имеет следующие семантические характеристики: говорящее, веселое, приятное, опасное, жестокое существо, обладающее человеческим духом, нуждающееся во внимании человека.

Метафора огня служит для вербализации чувственной сферы человека. Контекстуальное окружение слов, характеризующих огонь, показывает, что вторичные смыслы обозначают такие чувства человека, как любовь, вражда и ненависть. Характеристика речи выражается переносными значениями глаголов, обозначающими процесс горения огня. Через метафору огня раскрывается внутренний мир человека, где он выступает как психическое и социальное существо. В выражении чувств, мысли и психического состояния метафора основывается на температурном ощущении. Исследованный материал позволяет заключить, что вербальный образ соответствует мифологическому.

Ключевые слова: огонь, миф, мировидение, лексическая сочетаемость, грамматическая сочетаемость, сочетание слов, фразеологизм, метафора, ощущение, вербализация, якутский язык.

E. N. Afanasyeva

The Mythological View of Fire Concept in the Yakut Language

The article is devoted to the representation of the mythological view of fire concept in the Yakut language. According to the philosophical view, myth helps a man to interpret the world, to refer their behaviour and express his aspirations. Mythological worldview is revealed through the language; particularly it is reflected in the rules of collocations and idioms.

The paper considers the meaning, etymology of the word 'uot'fire and its collocations. Functions of the word 'uot' demonstrate that personification is the basic point to interpret the world. Rules of combinatory of words are closely associated with mental processes. The Yakut language displays pagan conception of fire as a living being expressed in the models «fire is a material object, fire is a light and heat source, fire is a human being». The metaphoric model found in the mythology and connected with defense conception is not reflected in the language.

Fire is represented as an anthropomorphic model, dangerous but necessary in life and it has humanlike characteristics: lively, pleasant, brutal and dangerous. The analysis of the collocation of the word 'uot' shows various ways of metaphorization as feeling of love, hostility and hatred. The metaphorical meanings are based on temperature and visual senses. Investigated material shows that the verbal image corresponds to the mythological.

Keywords: fire, myth, worldview, lexical collocation, grammatical collocation, combination of words, phraseological unit, metaphor, sensation, verbalization, Yakut language.

АФАНАСЬЕВА Евдокия Николаевна - к. филол. н., доцент кафедры английской филологии Политехнического института (филиала) в г. Мирном СВФУ им. М. К. Аммосова.

E-mail: lukow@mail.ru

AFANASYEVA Evdokia Nikolaevna - Candidate of Science in Philology, Associate Professor Polytechnic Institute of the North-Eastern Federal University in Mirny, Department of English Philology.

E-mail: lukow@mail.ru

Введение

Миф как творческий процесс является элементом сознания человека [1], а мифологическое сознание -способом освоения мира [2]. В мифе находят отражение развитие сознания и мировидения народа (Л. Витгенштейн, Е. Кассирер). Мифотворчество и мифологизация свойственны не только древнему миру, это постоянный креативный процесс, так как миф неотрывно связан

с личностью, его содержание имеет одновременно и чувственную, и прагматическую основу, зависит от многообразия человеческих чувств, эмоций, отношений и поведений.

Согласно философским воззрениям, дух народа проявляется в языке, мифах и обычаях (Г. Штейнталь, М. Лацарус, В. Вундт). М. Мюллер рассматривает язык в традиции немецкой классической философии как создание творческого духа человека, а мифологию - как древнейшую оболочку языка. Мифология заключена в языке как начальная фаза его развития («Сравнительная мифология», 1856). В. Вундт писал, что жизненные воззрения человека таятся в мифах и становятся общим достоянием благодаря языку: «...язык сам сплошь проникнут тем мифологическим мышлением, которое первоначально бывает его содержанием» [3, с. 46-47].

Проблема взаимосвязи языка и мифа рассматривалась с разных точек зрения в трудах отечественных ученых. Взгляды А. А. Потебни в основном соприкасаются с философией языка Г. Штейнталя и В. Вундта. По его мнению, мифология как история миросозерцания выражается в слове, сказании или в вещественном памятнике, обычае и обряде. Миф является словесным произведением. Представитель русской мифологической школы А. Н. Афанасьев так же подчеркивал поэтический характер происхождения мифа, определив его как древнейшую поэзию. Источником мифологических представлений он считал «живое слово человеческое». Метафорические выражения в языке имеют под собой изначально мифологическую основу («Древо жизни»). Миф переплетается с историей. А. Ф. Лосев считал, что структура мифа состоит из триады «личность, история и слово». В исследовании мифа он применял диалектический метод и подчеркивал языковую основу мифа: «.миф не есть историческое событие как таковое, но он всегда есть слово», «миф есть слово о личности», «миф есть развернутое магическое имя» [4, с. 576-579].

Из вышеизложенных источников следует положение о том, что миф и язык взаимообусловлены. Миф рассматривается как: 1) содержание начальной стадии развития языка; 2) воплощение жизненных воззрений человека, заключенное в материи языка; 3) словесное произведение, способствующее формированию внутренней формы языка.

Целью настоящей статьи является объективация мифологических представлений об огне на материале якутского языка. Изучение языкового материала предваряет краткий обзор мифологического представления якутов. В анализе языка внимание уделяется этимологии, лексическому значению слова «уот» и раскрытию его синтагматических связей для выявления основных способов метафоризации. Примеры для иллюстрации взяты из академической картотеки ИГИиПМНС СО РАН, республиканской газеты «Кыым», Якутско-рус -ского фразеологического словаря А. Г. Нелунова, Сло-

варя якутского языка Э. К. Пекарского.

Огонь в мифологии якутов

Для жителей тайги огонь был всегда одним из главнейших условий жизни и является предметом особого почитания, преклонения: «Уот иччитэ (дух-хозяин огня). Это самый великий из всех иччи, возводимый до степени божества и почитаемый больше богов. Для него создан целый особенный культ» [5, с. 31]. В мифологии якутов персонифицированный дух огня имеет мужское обличие. Как пишет Н. А. Алексеев, «по якутским верованиям огонь обладал сверхъестественным свойством изгонять злых духов. Дух огня представлялся в виде маленького седобородого старичка» [6, с. 68-69]. Хозяин-дух огня Хатан Тэмиэрийэ считался всеведущим благожелателем, предназначенным защищать человека на срединной земле. В ответ человек относится к богу огня с благодарностью и с почтением, задабривает заклинаниями и угощениями. С духом огня разговаривали, советовались. Треск, звуки, исходящие от огня, толковались как одобрение или неодобрение предстоящих намерений человека. Огонь выступает в качестве посредника, через него обращались к другим духам и божествам. «...Харгыстыыр-хаарчахтыыр, / Буомнуур-буомчалыыр буолаайа^ытый! / Аал уотунан айахтаатым, / ^ех уотунан ^емэйдээтим, / Аhаан-сыр-§аан турун!...» [7, с. 10]. На пути моем не вставайте, / Не вертитесь и не мешайте. /Мне дороги не преграждайте, Не нужны мне помехи-преграды, / Я вас через священный огонь угощая, / Через синий огонь насыщаю, Кушайте вовсю, будьте рады! [7, с. 15-16].

В якутском олонхо «Дьулуруйар Ньургун Боотур» («Нюргун Боотур Стремительный») рассказывается о заселении срединного мира добрыми духами. Их основное предназначение - оберегать человека. Дух огня призван защитить человека от холода: Тыалынан тымыыттыбыт, / хаарынан ха^шттыбыт, / Ойон тахсар ^ннээх, / Охтон баранар мастаах / Орто туруу дойду-га... / Икки атахтаа^ы, / Бодотун Yрдэтээри: На срединной земле, холодным ветром продуваемой, свирепым снегом заметаемой, там, где солнце восходит, там, где деревья растут и увядают, ... чтобы поддержать тело и дух человека. Далее следует его характеристика: Ханкыл хара тыа / Хатан дьыл^ана а^шыктаах, / ^ех телен тыыннаах, / ^енэ ке^еччер аттаах, / Быыра бьДыылаах, / Бырдьа бытыктаах, / Кылаан ча^ыл / Кыырык тебе, / Хааhах са^а хаалыктаах, / Хаардаах бу-гул са^а / Халадыйар хатан хататтаах, / Бороон торбос са^а / Бо^уйа охсор чокуурдаах. Питающегося суровым темным лесом, дышащего синим пламенем, скачущего на рыжем коне, статного, бородатого, седого, с ясным пытливым умом, хранящего в большом мешке зажигающееся огниво величиной со снежный сугроб, кремень величиной с большого теленка. Упоминается его родословная, наречение новым именем и назначение: Улуу-туйар улуу тойон / Улахан уолун / Уо^ан хаан тердYн, /

Аан-Уххан эhэ о^онньору I Айыы-хаан айма^ар, I Алаhа дьиэ иhигэр I Аал уот иччитэ онорон, I Хара буруо харалдьыта I Хатан Тэмиэрийэ диэн ааттааннар I Орто курбуу-дьирбии дойдуга I Олохтообуттара эбитэ YhY • •

[8, с. 21]. Старшего сына великого господина, ставшего славным предком, дедушку Аан-Уххана, назначив духом огня домашнего очага племени айыы, нарекли именем Хатан Тэмиэрийэ и поселили в срединном мире (перевод наш).

Так же в мифологии тюрко-монгольских народов мы наблюдаем персонифицированный образ духа огня. В работе «Zum Feuerkultus bei den Mongolen» H. Поппе приводит целый список книг и рукописей, посвященных культу огня. В текстах заклинаний, молитв в честь бога огня, его слуг и описания ритуалов бог огня нарекается различными именами: Mutter Galakhan = Mutter, König des Feuers, die Mutter des Herdes, der Tengri (Gott) des Feuers, die Mutter des Feuers, die jungfräuliche Tengri des Feuers. Бога огня называют König des Feuers властелин огня и die Mutter des Feuers мать огня. Пантеон богов огня состоит из членов одной семьи: богиня огня Гала-хан (Galakhan) имеет семь сестер и пять братьев (weisse Herzen). В семье хозяев огня отец - могучий властелин, мать - повелительница драконов (Naga), сын - Белое сердце, сестры огня - Белые врачеватели (Weisse Ärzte), их предок дед Ebügen. Каждая сторона неба и каждый очаг имеют своего собственного бога [9].

У тюркских народов богиня домашнего очага От-Эне, живущая на девятом слое неба, является посредником между человеком и божествами. Бог огня - сын Солнца - ведет свою родословную от Духа Неба Тенгри. Огонь используется как средство очищения от нечистых духов [10]. Обычай почитания огня существует и у эвенков: «Небо Буга обязательно услышит просьбу, так как оно угощается через огонь» [11].

Таким образом, огонь является объектом поклонения и посредником между другими божествами у многих других тюркских, монгольских и тунгусо-маньчжурских народов.

Лексическое значение слова «уот» и анализ сочетаемости

Якутское слово «уот» огонь восходит к тюркскому ot огонь (варианты od, ut, o:t, uot) [12, с. 356]. В названии бога огня у многих тюркских народов встречается общий корень al II алый, ярко-красный, светло-красный; оранжевый [13], ср. тур., азерб. Алас Хан (alaz, yalaz огонь, пламя), кумык. Тенгрим Алав, як. поэт. аал уот огонь. Слова якутского языка, связанные с характеристикой огня, имеют параллели в тюркских и монгольских языках, например: як. üt палить, жарить костре ^ тур. üt палить [12, с. 356], як. tölön пламя ^ монг., ст.-п. döli, dölü [12, с. 357], як. ört выжигание остатков прошлогодней травы ^ орх., др.-уйг., кыпч., каз., кирг., алт., хак., тув. ört пожар (в лесу, степи), [12, с. 357], як. örtöö—> тат. ürtä - поджигать, палить [12, с. 358].

В современном якутском языке лексема уот реализует следующие значения: огонь, костер (уоту отун затопить печь, разжигать костер), свет (харана, сыр-дык уот тусклый, яркий свет), электричество, электрический ток (лаампа уота свет лампы, уокка о^устарбыт его ударило током), пожар (уот сиэбит сгорело в огне).

В избирательности слов в сочетаниях выявляется семантическая особенность слова, реализуется его семантический потенциал и национально-культурная специфика. Анализ контекстуального окружения имени существительного уот «огонь» позволяет сконструировать несколько метафорических моделей.

Огонь - материальный объект. Огонь ассоциируется прежде всего с домом и с семьей. Парное слово дьиэ-уот дом, домашний очаг, словосочетание уоту отун разжигать огонь, устойчивое словосочетание аал уоту отун начать семейную жизнь свидетельствуют о том, что огонь является источником тепла, уюта и жизни.

Огонь - источник тепла и света. В сочетаниях с другими лексемами в зависимости от формы и от принадлежности к различным частям речи сочетающегося слова имя существительное «уот» занимает либо препо -зицию, либо постпозицию. В изафетных образованиях «уот» в препозиции огонь выступает как источник тепла: уот умайар тыаhа треск огня, уот итиитэ тепло огня, уот суоhа жар огня, уот сырал^ана жар огня. А в постпозиции суффиксом -а «уота» в следующих примерах объективируется как источник света: ^н уота солнечный свет, ый уота свет луны, ча^ыл^ан уота свет молнии, TYHHYK уота свет окна, ЧYмэчи уота огонь свечи (лаампа уота свет лампы, банаар уота свет фонаря); ерт уота весенний пал травы, ерт уотун ыыталлар пускают пал; выжигают прошлогоднюю траву, беhYелэк (куо-рат) уота огни поселка, города [14, с. 102].

Сочетания, основанные на зрительном восприятии, создают представление об огне как о разноцветном, ярком или тусклом, угасающем или светящемся явлении. В сочетаниях с именами прилагательными слово «уот» занимает постпозицию: кьДыл (^ех, ара^ас) уот красный (зеленый / голубой, желтый / оранжевый) огонь, сырдык уот яркий свет, харана уот слабый огонь, бо-лоорхой уот тусклый огонь, ча^ылхай уот яркий огонь, умуллубут уот погасший огонь, умуллубат уот вечный огонь, аал уот огонь домашнего очага (священный огонь).

Огонь - живое существо. Основой метафоризации является персонификация, огонь наделяется человеческими качествами. В языке существует имя собственное духа огня Хатан Тэмиэрийэ с закрепленными к нему устойчивыми эпитетами. Антропоморфный образ огня представлен: 1) изафетными сочетаниями уот иччитэ

грамматическим сочетанием в форме винительного падежа, которое свидетельствует об отношении человека к огню как к объекту почитания: уоту аhат накормить огонь, чтобы задобрить дух огня (ритуал при переезде на новое местожительство или во время какого-либо торжества, праздника).

Это веселое существо, например, ^л-сал ярко и сильно гореть, пылать (об огне печи, костра), досл. смеяться, шутить. Ким эрэ уокка мас эбии бырахта. Кутаа кYедYЙэн кYЛYбYPYY ^лэ-сала тYCтэ. (С. Данилов). Кто-то подбросил в огонь дров. Костер запылал ярким огнем, заливаясь радостным смехом.

Вместе с тем огонь представляет собой опасное, агрессивное существо. Признак опасности выражен группой как лексических, так и грамматических сочетаний, в значениях которых огонь выступает как существо, которое может: 1) угрожать, например, уот турбут (турар куттала) начался пожар (опасность пожара), уот суоЬуур угрожает пожар; 2) съесть, например, уот сиэбит сгоревший, прожженный огнем, досл. огонь съел, уот сиэбит маhа сгоревшее дерево, уот сиэбит тыа-та сгоревший лес, уокка сиэт - получить ожог, опалить что-л. на огне; 3) отнять что-либо у человека, например, уокка былдьат не суметь спасти от огня (пожара), досл. огонь забрал, отнял.

В следующих метафорических сочетаниях при помощи аффикса, -лаах слово «уот» выступает в функции определения: уоттаах кыргыДыы жестокое сражение (о войне), уоттаах сэрии досл. огненная война, война насмерть (о Великой отечественной войне). Пример: Советскай былаас, уоттаах сэриини ууратан, санардыы YЧYгэй олох кене CYнньYнэн тYптээх оло^у дьэ олорон эрэр. (Н. ТYYГYннYYPЭп). Советская власть, положив конец жестокой войне, только начала вставать на путь к лучшей жизни. В семантике сочетания реализуются признаки жестокости и агрессивности.

Грамматические сочетания слова уот в формах косвенных падежей представляют огонь как стихию, требующую осторожного обращения: уоттан сэрэн -осторожно обращаться с огнем, уоттан сэрэхтээх буол

- быть осторожным с огнем, уоттан куот - бежать от огня, уотунан оонньоомо - не играй с огнем, не шути с огнем. Пример типичного предупреждения для отдыхающих на природе: Уоттан сэрэхтээх буол, отууламмыт сиргэр уоккун YЧYГэйдик умуруор (Кыым). Будь осторожен с огнем, на стоянке гаси огонь тщательно. При этом человек может противостоять огню уоттан быыДаа

- спасать кого, что-либо от огня, уоту умуруор - погасить огонь.

Слово уот огонь часто встречается в сочетании со словом уу вода «ууга-уокка сэрэхтээх буолуу» безопасность в воде и огне, «ууга-уокка киир» попасть в неловкое или чрезвычайное положение, «ууга-уокка TYC» поднять переполох. Ууга-уокка сэрэнэн, айыл^а^ыты-гар дуоЬуйа сынньанын (Кыым). Соблюдайте безо-

пасность в воде и в огне - наслаждайтесь отдыхом на природе. Поговорка уу да ылбат, уот да сиэбэт досл. ни вода не берет, ни огонь не ест означает непробиваемый, живучий, характеризует огонь и воду как две стихии, создающие испытание для человека. Вода и огонь представлены в языке как необходимые и в то же время опасные для человека стихии, требующие осторожного обращения.

Таким образом, анализ примеров сочетаемости слова «уот» позволяет заключить, что вербальный образ огня в целом соответствует своему мифологическому аналогу. Выделены метафорические модели огня «материальный объект», «источник света и тепла», «живое существо». Огонь в якутском языке представлен как живое существо, имеющее власть над человеком, обладающее и веселым, и жестоким нравом. Тем не менее человек почитает его и может воздействовать на него, либо задабривать, либо бороться с ним.

Вербализация чувственной сферы человека

Метафора огня употребляется в вербализации чувственной сферы и эмоциональных характеристик человека на основе зрительного и тактильного и слухового ощущений.

Огонь - жизненная энергия. Жизненная энергия человека сравнивается с огнем, подобно огню она зажигается и затухает. Об этом свидетельствуют фразеологические единицы с компонентом ес угасать (об огне), перен. впадать в подавленное состояние; потерять интерес к жизни: уота-кYеhэ умуллубут (елбYт, еспYт) 1) слабеть, угасать, впадать в подавленное состояние, уота-KYеhэ суох без особого желания, без энтузиазма, без огонька (делать что-л.) [15, с. 267], хара^ын уота еспYT пал духом, досл. угас огонь глаз, потухли глаза, сирэйэ-хара^а еспYт находиться в подавленном состоянии; досл. угасать (о лице, глазах). Подавленное состояние человека уподобляется угасающему огню.

В сравнительных оборотах обнаруживается сходство вспыльчивого человека с огнем: уот курдук киhи человек горячего нрава, вспыльчивый, ни перед чем не останавливающийся, досл. человек, похожий на огонь [15, с. 269]. В семантике оборотов с компонентом «уот» развивается признак кратковременности действия, например, «уот ыстаммытын курдук» вдруг, неожиданно, внезапно. Фразеологизмы «уот ыла кэлбит кэриэтэ» в большой спешке (прийти за чем-л.), уот ылар курдук очень быстро (напр., сходить куда-л.), досл. словно за огнем ходить [15, с. 271] восходят ко времени, когда огонь переносили от одного очага к другому, часто на большое расстояние.

Мысли и чувства человека уподобляются огню на основе зрительного восприятия: кыламнаа - мелькать, мерцать (о слабом огне), перен. появиться, мелькнуть (о мысли, надежде), например, эрэл надежда (усечение от эрэл кыыма искра надежды); санаа мысль, санаа кы-лам гынна мелькнула мысль; сах (устар.) - разжигать

огонь при помощи камня (кремния), перен. начинать доброе дело, сана санааны сах - внести новую идею, вдохновлять новой идеей.

Междометие «абытай», выражающее резкую боль, например, от ожога, встречается в типичном окружении «уот абытай буола тYCтэ» вдруг <он> вскрикнул от сильной боли, перен. вдруг <он> громко запричитал. В переносном значении обозначается экспрессивность речи как резкая эмоциональная реакция на что-либо неприемлемое. Аналогичные сочетания показывают развитие признака экспрессивности в семантике устойчивых словосочетаний с компонентом «уот»: «уот алдьархай буолла (буола тYCтэ)» начался большой переполох, «уот харахха эттэ» попал в точку, подобрал точное выражение. Из примеров видно, что высшее проявление чего-либо обозначается словом «уот»: «уот кыДыл» огненно красный, «уот айах» языкастый, уот хаба ортото центр, середина чего-либо, уот курдук орто средний как огонь.

Любовь - это огонь. Глаголы, обозначающие различную степень интенсивности горения огня, приобрели вторичные значения, передающие силу чувств человека. Анализ сочетаемости глаголов-репрезентантов огня со словом «таптал» любовь показывает, что чувство любви сопоставимо с огнем: таптал уота огонь любви, (разгорелось пламя) любви, таптал кыыма искра любви, уот-таах таптал страстная любовь (досл. огненная любовь). Чувство любви подобно огню загорается и затухает, сочетание слова таптал с глаголами, характеризующими огонь, образует метафоры: умай - гореть, перен. загораться (о любви), таптал уота умайда - возникла любовь, досл. загорелся огонь любви; сыламнаа - греться, нежиться на солнце, огне, таптал уотугар сыламнаа - наслаждаться любовью, досл. греться у огня любви; угуттан- от угуттаа - греть, согревать, таптал уотугар угуттан - быть обласканным любовью досл. греться у огня любви; севдрээ - становиться слабее (об огне), потухать, перен. ослабевать (о чувствах, например, о любви), таптал уота сездрээтэ - охладела любовь, досл. угасает огонь любви; умулун - гаснуть, потухать, перен. таптал уота умулунна - прошла любовь, досл. погас огонь любви. Метафорическое значение при этом основывается на температурном ощущении, чувство любви рассматривается как нечто теплое, согревающее человека и угасающее.

Чувство ненависти, вражды и другие сложные взаимоотношения между людьми ассоциируются с силой горения огня: кердYгэннээ - гореть под почвой, в грунте, перен. тлеть, разгораться где-л. в глубине (напр., раздор, ссора), например, в сочетании с парным словом ес-саас вражда мотивирует значение затаилась вражда. Следующие глаголы сочетаются с именами существительными в форме винительного падежа: ^ертээ -раздувать огонь кузнечным мехом, перен. подстрекать, подливать масло в огонь, например, этиhиини ссору,

меккYерY спор; кYедьYт побуд. от кYедьYЙ- разжигать, раздувать (огонь) разжигать, усиливать; добиваться возобновления чего-л., перен. пробуждать, например, этиhиини ссору, охсуhууну драку.

Характеристика экспрессивности речи выражается переносными значениями глаголов, обозначающих процесс горения: кYЛYбYрээ разгореться, загореться, полыхать гудящим пламенем, перен. говорить громко, быстро, без запинки, задорно, санаран кYЛYбYрээтэ заговорил громко, быстро; KYYДЭпчилэн сильно гореть, воспламеняться, вспыхивать, бушевать (об огне), перен. горячиться, вспыхивать, заговорить внезапно, громко (о споре), возмущаться, этиhэн KYYДЭпчилэн-нилэр вспыхнула ссора; кытыалан ярко пылать, пламенеть (об огне), перен. заговорить громко и быстро (о ссоре); ругаться, возмущаться, дьахталлар кытыалана TYCTYЛэр вдруг женщины начали возмущаться; KYедьYЙ зажигаться, разгораться, раздуваться (об огне), разгораться, усиливаться, возобновляться, возрастать, например, сана речь, голос, ырыа песня, KYЛCYY смех, кер-нар веселье. Значение глаголов основано на смешении зрительного и слухового восприятия. На ассоциации речи и огня построены фразеологизмы уот айах острослов, искусный оратор; бойкий на язык, досл. огненный рот; уот бэлэс речистый; умеющий говорить легко и остро, досл. огненная глотка [14, с. 267-268]. В минимальном контексте слово «уот» и другие его глагольные репрезентанты образуют метафорические модели огня как «жизненная энергия», «любовь», «ненависть и вражда». Во многих словосочетаниях с компонентом «уот» проявляются сопутствующие признаки кратковременности, интенсивности и экспрессивности.

Заключение

Язык является средством хранения культурно-исторической информации. В нем отражается эволюция мировосприятия и религиозно-мифологического представления народа. Эти ментальные процессы в свою очередь находят свое выражение в контекстуальном окружении слова, в правилах лексической и грамматической сочетаемости и во фразеологии. В ходе анализа выявлены следующие метафорические модели, репрезентирующие огонь: «материальный объект», «источник света и тепла», «живое существо». Огонь по данным якутского языка представляется как опасное и в то же время необходимое антропоморфное существо, говорящее, веселое, приятное и в тоже время жестокое, агрессивное, нуждающееся во внимании человека. В целом языковой образ огня соответствует мифологическому образу, за исключением признака «защитник человека». Огонь является основой вербализации чувственной сферы человека; метафора огня используется при описании любви, ненависти и чувства опасности. На уровне эмоционального восприятия через метафору раскрывается внутренний мир человека, где он предстает как психическое и социальное существо.

Большинство словосочетаний, передающих разные степени интенсивности эмоций, основано на тактильном и зрительном ощущениях.

Л и т е р а т у р а

1. Кессиди Ф. Х. От мифа к логосу. «Мысль», 1972. - 310 с.

2. Пивоев В. М. Мифологическое сознание как способ освоения мира. - Петрозаводск: Карелия, 1991. - 111 с.

3. Вундт В. Проблемы психологии народов. - СПб.: Питер, 2001. - 160 с.

4. Лосев А. Ф. Из ранних произведений. - М.: Изд-во «Правда», 1990. - 655 с.

5. Кулаковский А. Е. Научные труды. - Якутск: Кн. изд-во, 1979. - 483 с.

6. Алексеев Н. А. Традиционные религиозные верования якутов в XIX- начале XX в. - Новосибирск: Наука, 1975. - 198 с.

7. Кулаковский А. Е. - Ексекюлях. Благословение Байаная - Байанай алгьЛа - A blessing of Bayanai / Пер. на рус. яз. А. С. Ольхона, на англ. яз. В. В. Петрова. - Якутск: Изд-во «Бичик», 2003. - 23 с.

8. Ойуунускай П. А. Дьулуруйар Ньургун Боотур: Олонхо / Саха Респ. наукаларын акад. Гуманит. чинчийии ин-та; Бэчээккэ бэлэмнээтилэр П. Н. Дмитриев, С. П. Ойунская. -Дьокуускай, 2003. - 544 с.

9. Poppe N. Zum Feuerkultus bei den Mongolen //Asia Major, 1925. - С. 130-145.

10. Бисенбаев А. Мифы древних тюрков. - Алматы, «Ан-Арыс», 2008. - 120 с.

11. Раднаева Е. Б. Культ медведя у эвенков и его образ в фольклоре // Актуальные проблемы языков, истории, культуры и образования стран АТР: материалы докладов 3-й Международной конференции студентов, аспирантов и молодых преподавателей. - Владивосток, 2003. - С. 205-209.

12. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Лексика: 2-е изд., доп. / Ред. Е. А. Поцелуевский, отв. ред. Э. Р. Тенишев. - М.: Наука, 2001. - 822 с.

13. Древнетюркский словарь / Редакторы В. М. Наделяев, Д. М. Насилов, Э. Р. Тенишев, А. М. Щербак / Институт языкознания АН СССР. - Л.: Наука, 1969. - 715 с.

14. Афанасьева Е. Н. Семантическая модификация лексических единиц в современном якутском языке: монография. - Якутск: Изд. дом СВФУ, 2013. - 172 с.

15. Нелунов А. Г. Якутско-русский фразеологический

словарь. - Новосибирск: Изд-во СО РАН, филиал «Гео», 2002.

- Т. II. - 287 с.

R e f e r e n c e s

1. Kessidi F. Kh. Ot mifa k logosu. «Mysl'», 1972. - 310 s.

2. Pivoev V. M. Mifologicheskoe soznanie kak sposob osvoeniia mira. - Petrozavodsk: Kareliia, 1991. - 111 s.

3. Vundt V. Problemy psikhologii narodov. - SPb.: Piter, 2001.

- 160 s.

4. Losev A. F. Iz rannikh proizvedenii. - M.: Izd-vo «Pravda», 1990. - 655 s.

5. Kulakovskii A. E. Nauchnye trudy. - Iakutsk: Kn. izd-vo, 1979. - 483 s.

6. Alekseev N. A. Traditsionnye religioznye verovaniia iakutov v XIX- nachale XX v. - Novosibirsk: Nauka, 1975. - 198 s.

7. Kulakovskii A. E. - Eksekiuliakh. Blagoslovenie Baianaia

- Baianai algyha - A blessing of Bayanai / Per. na rus. iaz. A. S. Ol'khona, na angl. iaz. V. V. Petrova. - Iakutsk: Izd-vo «Bichik», 2003. - 23 s.

8. Oiuunuskai P. A. D'uluruiar N'urgun Bootur: Olonkho / Sakha Resp. naukalaryn akad. Gumanit. chinchiiii in-ta; Becheekke belemneetiler P. N. Dmitriev, S. P. Oiunskaia. - D'okuuskai, 2003.

- 544 s.

9. Poppe N. Zum Feuerkultus bei den Mongolen //Asia Major, 1925. - S. 130-145.

10. Bisenbaev A. Mify drevnikh tiurkov. - Almaty, «An-Arys», 2008. - 120 c.

11. Radnaeva E. B. Kul't medvedia u evenkov i ego obraz v fol'klore // Aktual'nye problemy iazykov, istorii, kul'tury i obrazovaniia stran ATR: materialy dokladov 3-i Mezhdunarodnoi konferentsii studentov, aspirantov i molodykh prepodavatelei. -Vladivostok, 2003. - S. 205-209.

12. Sravnitel'no-istoricheskaia grammatika tiurkskikh iazykov. Leksika: 2-e izd., dop. / Red. E. A. Potseluevskii, otv. red. E. R. Tenishev. - M.: Nauka, 2001. - 822 s.

13. Drevnetiurkskii slovar' / Redaktory V. M. Nadeliaev, D. M. Nasilov, E. R. Tenishev, A. M. Shcherbak / Institut iazykoznaniia AN SSSR. - L.: Nauka, 1969. - 715 s.

14. Afanas'eva E. N. Semanticheskaia modifikatsiia leksicheskikh edinits v sovremennom iakutskom iazyke: monografiia. - Iakutsk: Izd. dom SVFU, 2013. - 172 s.

15. Nelunov A. G. Iakutsko-russkii frazeologicheskii slovar'. -Novosibirsk: Izd-vo SO RAN, filial «Geo», 2002. - T. II. - 287 c.