Модальность необходимости и долженствования конструкций с инфинитивом-сказуемым на примере пословиц и поговорок даргинского языка

Библиографический список

1. Крючкова О.Ю. Редупликация в аспекте языковой типологии. Вопросы языкознания. 2000; 4.

2. Мешкова О.Д. Словообразование в современном английском языке. Москва: Наука, 1976.

3. Федяева Е.В. Редупликация как одно из средств репрезентации неопределенного количества. Известия Российского Государственного Педагогического университета им. А.И. Герцена. Санкт-Петербург, 2008; Вып. № 73-1.

4. Макаренко В.А. Тагальское словообразование. Москва: Наука, 1970.

5. Дмитриев Н.К. О парных словосочетаниях в башкирском языке. Известия АН СССР. 1930; Сер. VII, № 7.

6. Алиева Н.Ф. Слова-повторы и их проблематика в языках Юго-Восточной Азии. Языки Юго-Восточной Азии: Проблемы повторов. Москва, 1980. Диссертации по гуманитарным наукам. http://cheloveknauka.com/reduplikatsiya-kak-yavlenie-russkogo-slovoobrazovaniya#ixzz5q3JmQvym

7. Абазова М.М. Развитие речи черкесской диаспоры в Турции на собственной языковой базе. Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2014; № 12 (42); Ч. 1: 13 - 16.

8. Берсиров Б.М. Структура и история глагольных основ в адыгских языках. Майкоп, 2001: 211.

9. Набокова Н.М. Структура некоторых сложных глаголов адыгейского языка. Глагольное словообразование в иберийско-кавказских языках. Майкоп, 1993.

10. Ашинов Х.А. Ушло солнце воду пить: Рассказы и роман. Майкоп, 1985.

11. Рогава Г.В., Керашева З.И. Грамматика адыгейского языка. Краснодар-Майкоп, 1966.

12. Тхаркахо Ю.А. Стилистика адыгейского языка. Майкоп, 2003.

References

1. Kryuchkova O.Yu. Reduplikaciya v aspekte yazykovoj tipologii. Voprosy yazykoznaniya. 2000; 4.

2. Meshkova O.D. Slovoobrazovanie v sovremennom anglijskom yazyke. Moskva: Nauka, 1976.

3. Fedyaeva E.V. Reduplikaciya kak odno iz sredstv reprezentacii neopredelennogo kolichestva. Izvestiya Rossijskogo Gosudarstvennogo Pedagogicheskogo universiteta im. A.I. Gercena. Sankt-Peterburg, 2008; Vyp. № 73-1.

4. Makarenko V.A. Tagal'skoe slovoobrazovanie. Moskva: Nauka, 1970.

5. Dmitriev N.K. O parnyh slovosochetaniyah v bashkirskom yazyke. Izvestiya AN SSSR. 1930; Ser. VII, № 7.

6. Alieva N.F. Slova-povtory i ih problematika v yazykah Yugo-Vostochnoj Azii. Yazyki Yugo-Vostochnoj Azii: Problemy povtorov. Moskva, 1980. Dissertacii po gumanitarnym naukam. http://cheloveknauka.com/reduplikatsiya-kak-yavlenie-russkogo-slovoobrazovaniya#ixzz5q3JmQvym

7. Abazova M.M. Razvitie rechi cherkesskoj diaspory v Turcii na sobstvennoj yazykovoj baze. Filologicheskie nauki. Voprosy teorii iprakíiki. 2014; № 12 (42); Ch. 1: 13 - 16.

8. Bersirov B.M. Struktura i istoriya glagol'nyh osnov v adygskih yazykah. Majkop, 2001: 211.

9. Nabokova N.M. Struktura nekotoryh slozhnyh glagolov adygejskogo yazyka. Glagol'noe slovoobrazovanie v iberijsko-kavkazskih yazykah. Majkop, 1993.

10. Ashinov H.A. Ushlo solnce vodu pit': Rasskazy i roman. Majkop, 1985.

11. Rogava G.V., Kerasheva Z.I. Grammatika adygejskogo yazyka. Krasnodar-Majkop, 1966.

12. Tharkaho Yu.A. Stilistika adygejskogo yazyka. Majkop, 2003.

Статья поступила в редакцию 06.08.19

УДК 801.8

Bagandova I.M., Cand. of Sciens (Philology), Dagestan State Pedagogical University (Makhachkala, Russia), E-mail: rustam.bagandov.2015@mail.ru

MODALITY OF NECESSITY AND LIABILITY OF CONSTRUCTIONS WITH INFINITIVE IN THE ROLE OF A PREDICATE ON THE MATERIAL OF DARGIN PROVERBS AND SAYINGS. The article studies the function of modality in the Dargin language, as a semantic category. This can be most clearly demonstrated through the infinitive, revealing the semantic two-dimensionality of the category. The field of linguistics studied by the author is less explored and therefore represents both a tempting and intractable task for Dargin scholars. The article attempts to demonstrate that the modality of necessity and duty is easier to study through the infinitive predicate. The reason is that necessity and duty are those phenomena of public and private life of Dargins on which relations between people are built. The modal semantics of the infinitive conveys the whole categorical nature of the studied traits and their perception by Dargins both from the point of view of morality and religious ethics. The article presents various proverbs and sayings that reveal those other life situations from the life of Dargins and demonstrate the breadth of the possibilities of the infinitive-predicable and the amount of modal values.

Key words: infinitive, predicate, paremic elements, nominal basis, meaning of obligation, modality of predicate, dependent component.

И.М. Багандоеа, канд. филол. наук, Дагестанский государственный педагогический университет, г. Махачкала,

Е-mail: rustam.bagandov.2015@mall.ru

МОДАЛЬНОСТЬ НЕОБХОДИМОСТИ И ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ КОНСТРУКЦИЙ С ИНФИНИТИВОМ-СКАЗУЕМЫМ НА ПРИМЕРЕ ПОСЛОВИЦ И ПОГОВОРОК ДАРГИНСКОГО ЯЗЫКА

Статья посвящена раскрытию функции модальности в даргинском языке, как семантической категории. Наиболее наглядно это можно продемонстрировать через инфинитив, раскрыв смысловую двуаспектность категории. Исследуемая автором область лингвистики является менее исследованной и потому представляет собой как заманчивую, так и трудноразрешимую задачу для даргиноведов. В статье сделана попытка продемонстрировать, что модальность необходимости и долженствования легче изучать через инфинитив-сказуемое. Причиной служит то, что необходимость и долг - это те явления общественной и частной жизни даргинцев, на которых строятся отношения между людьми. Модальная семантика инфинитива как нельзя лучше передает всю категоричность исследуемых признаков и восприятие их даргинцами как с точки зрения морали, так и религиозной этики. В статье представлены различные пословицы и поговорки, которые раскрывают те ли иные жизненные ситуации из быта даргинцев и демонстрируют широту возможностей инфинитива-сказуемого и объем модальных значений.

Ключевые слова: инфинитив, сказуемое, паремические элементы, именная основа, значение долженствования, модальность сказуемого, зависимый компонент.

Изучению семантических категорий и семантической структуры языковых единиц даргинского языка посвящены труды ведущих лингвистов-даргиноведов: С.Н. Абдуллаева (1954), З.П Абдуллаева (1971), М.-Ш.А. Исаева (1982), А.А. Ма-гометова (1963), М.-С. М. Мусаева (2014), P.O. Муталова (2003), А.А. Сулейма-нова (2003), С.М. Темирбулатовой (1984), П.К. Услара (1892) и др. [1]. Тем не менее, в данной теме немало неисследованного или требующего дополнительного изучения.

Семантические средства выражения значения модальности необходимости и долженствования занимают значимое место в системе эмотивных средств языка. Это обусловлено лексическими возможностями даргинского языка, который в состоянии передать информацию в её тончайших смысловых оттенках.

Раскрывая тему с точки зрения глагольного словообразования, отметим, что глаголы делятся на простые и сложные. Нетрудно догадаться, что сложные глаголы представлены намного богаче, чем простые. Объясняется это тем, что сложный глагол образуется присоединением простого глагола к именным основам. Например, простой глагол барес - бирес сделать - делать, будучи присоединенным к именным основам образует более тысячи сложных глаголов.

Односоставные безличные и инфинитивные предложения с инфинитивом в роли сказуемого - наиболее «удобный» материал для демонстрации пословиц и поговорок даргинского языка и исследования категорий модальности.

Имеются различия в трактовке пословиц и поговорок разными лингвистами. Немало исследований, в которых они рассматриваются и как паремио-

логические единицы, и как особые фразеологические элементы, и как особый жанр фольклора. Исследования убедительны в своих доказательствах и доводах, представляющих ту или иную точку зрения как единственно верную. Нам близка точка зрения, относящая пословицы и поговорки к жанру фольклора. Рассматривая паремии даргинского языка как одну из важных составляющих картины мира даргинцев и наиболее способствующих раскрытию менталитета народа, мы придерживаемся того мнения, что их нельзя рассматривать как просто языковое явление, которое можно причислить к какой-то конкретной группе и обозначить границы.

Пословицы и поговорки - точная передача быта народа, его умений и навыков без прикрас и домыслов. Все трудности, которые удалось преодолеть, или же ещё не удалось, общие для всех проблемы, начиная с бытовых, морально-этических и эстетических, вплоть до религиозных, и попытки их решений - всё это заложено в кратких изречениях, которые передают всю информацию о народе, как в буквальном смысле, так и образно.

Изучая пословицы и поговорки, можно проследить историческое развитие нации, обозначить его интеллектуальный потенциал, до мельчайших подробностей восстановить его быт и традиции, а также судить о традиционных ремеслах и даже климатических условиях местности. Исходя из вышесказанного, не трудно догадаться, что мы придерживаемся тенденции изучать пословицы и поговорки как лингвокреативный феномен, несущий в себе историко-культурный, ментально-бытовой и лингвокультурологический посыл, что делает возможности их изучения безграничными.

Изучение категории модальности даргинского языка позволяет говорить о случаях, когда модальный план высказывания определяется не инфинитивом, а другими членами предложения, а инфинитив выполняет функции связующего слова, тем не менее, это вовсе не означает, что инфинитив не может самостоятельно выражать модальное значение, вне зависимости от количества и значимости других членов предложения.

Или г1ергъи гъай чарбарес х1ейрар. - Произнесённое слово нельзя вернуть.

Лексическое значение данного изречения говорит о необходимости следить за тем, что человек говорит Немногословность даргинцев, как, впрочем, и других народов Дагестана - это результат многовекового воспитания, которое учит следить за своей речью. Например, мужчина, сказав и не сдержав своего обещания или возведя напраслину на человека, может не только прослыть пустословом, но и физически поплатиться. Женщин призывали и призывают к немногословности как законы шариата, так и обычаи: суровые обычаи горцев не делают скидок на наговор и клевету: однажды сказанное, даже если со злости или минутного порыва отомстить, может навлечь на человека беду, изменить судьбу в кардинально худшую сторону.

Если говорить об эмоциональной стороне, то эмотивная лексика модальности необходимости и долженствования, как можно убедиться по приведенным в пример паремиологическим единицам, варьирует от нейтральных оттенков констатации факта к насмешливо-ироничным и побудительно-повелительным. Объект действия, субъект оценки и само объективируемое действие, демонстрируемые в типизированном виде, в паремиях даргинского языка представлены типизированной эмотивной лексикой, другими словами - не только ситуации типичны, но и выражение эмоций к ним:

Хъулиеси хъулки уцес х1ейрар. - Домашнего вора невозможно поймать (констатация факта, интонация нейтральная).

Ц1акьли сархес х1ейубси - пагьмули сархуси саби. - То, что нельзя завоевать силой, достигают умом (назидание, интонация побудительно-повелительная).

Следуя теории А.В. Бондаренко, С.Н. Цейтлин, С.Н. Туровского и др., что модальное значение необходимости и долженствования передает единственное возможное и непременное превращение скрытого, заложенного в недрах развития и становления в то, что важно в данном конкретном случае. Важность определяется сложившейся ситуацией, а выражение потенциального зависит от модальных глаголов, их видо-временных форм и, собственно, синтаксических средств, к которым относятся инфинитивные конструкции [2, с. 19]:

Адам сегъуна саял еагьес дигадли, иличил еарх арх1яли укьен. - Если хочешь узнать человека, возьми его в дорогу.

Для демонстрации всей широты семантических возможностей категории модальности необходимости и долженствования рассмотрим пословицы и поговорки разных оттенков значения:

Арцли еелкъес еируси ах1ен. - Нельзя насытиться деньгами: отсутствие возможности.

Ца х1улила х1ябал дарили, бих1ес чебиркур дурх1ни. - За детьми необходимо смотреть во все глаза: действие, продиктованное ответственностью.

Ца хат1а маллала рурсизибадра кабиркес бирар. - Однажды и дочка муллы может ошибиться: вероятность совершения действия.

Ца минутла хат1ани лерилра г1ямру заядарес бирар. - Одна ошибка может стоить жизни: неизбежность.

Хъулки паргъатли усес х1ейрар. - Вор не может спать спокойно: действие, продиктованное обстоятельствами.

Хужаим сегъуна саял, илала азбар-г1яяличи х1еръили багьес еирар. - Каков хозяин, можно узнать, посмотрев на двор: способность.

Хабар буруси мех1ур виалли, лех1ихъусилра духуси еиэс г1яг1нибиркур. -Если рассказчик - дурак, то хотя бы слушатель должен быть умным: отсутствие выбора [3].

Это неполный перечень широты и разнообразия семантических возможностей категории модальности. Можно смело утверждать, что список паремий, раскрывающих все оттенки значения категории модальности необходимости и долженствования можно дополнять и расширять до бесконечности, опираясь на признаки, составляющие основу семантики необходимости. К ним относятся и внутренняя потребность совершения действия или вынужденность его совершения, отношение субъекта

Инфинитив не констатирует факт совершения действия ни в прошлом, ни в будущем, ни в настоящем. Он всего лишь называет его. Именно поэтому латентная (скрытая) модальность выражается через инфинитив. Неограниченные возможности функциональной емкости инфинитива и концентрация специфических признаков категории способствуют характеризовать действие (состояние) в отвлеченности от объекта, совершающего действие или испытывающего состояние:

Гъумлизибад гьая барес х1ейрар. - Из песка веревку не совьешь: обобщенное понятие.

Гъайличил х1янчи дарес х1ейрар. - Словами работу не сделаешь: конкретное (констатация факта).

Гьарилис г1ях1си еиэс виралри, душмантих1ебири. - Если бы можно было быть хорошим для всех, врагов не было бы: размытое понятие [3, с. 67].

Действия или состояния, испытываемые объектом в их конкретном проявлении или в размытом, предполагаемом виде демонстрируют разную степень концентрации воздействия этих действий или состояний на объект действия. Первая пословица несёт в себе установку на модель поведения в отношении любых дел. Инфинитив барес х1ейрар ставит перед фактом. Ненамного отличается посыл второй пословицы, при том, что в принципе это то же самое категоричное «нет» выраженное инфинитивом дарес х1ейрар, тем не менее, эта пословица не несёт в себе всеобъемлющего понятия - верёвку из песка действительно не сошьешь, но есть работы, которые основаны на разговорах. Подбирая пословицу для третьего примера, нам хотелось продемонстрировать многогранность ее истолкования, добраться до ё философского подтекста, уводящего далеко от лежащего на поверхности значения и, как ни в чем не бывало возвращающего к изначальному смыслу.

Семантика пословицы проста: невозможно быть одинаково хорошим для всех. Условное наклонение глагола еиэс виалри развивает изначальный смысл до бесконечности.

Лексическое значение пословицы Вайси адам еитес х1ебикалли, ил кай-ибси мер бита. - Если не удалось побить подлеца, побей место, на котором он сидел. - назидание, призыв не мириться с несправедливостью и подлостью. Отношение к смыслу данной пословицы в разных даргинских районах разное. Акушинцы очень терпеливы к проявлениям человеческой подлости, возлагая всю ответственность на Всевышнего в наказании и, втайне ожидая небесной кары на голову супостата. Левашинцы скоры в расправе. В 90-е годы случилась трагическая история с одним юношей на Аяла базаре. Какая-то женщина воскликнула, что он украл её куртку, увидев на нем свою только что пропавшую вещь. Юношу моментально окружили и избили так жестоко, что он скончался. Куртку он, оказалось впоследствии, купил в то утро. Левашинцы нетерпимы и к разного рода бюрократическим заморочкам: они коллективно собираются и идут выяснять, в чём причина. Для сравнения: акушинцы никогда не собираются коллективно, чтобы за себя постоять и защититься от несправедливостей власти, от произвола сильнейшего - каждый сам за себя.

Мы видим на примере пословиц, что модальная окрашенность инфинитиву придает подтекст (в каждой пословице он свой) и не зависит от эмоциональной окрашенности других членов предложения.

Значение долженствования или необходимости независимого предикативного инфинитива, закономерно, в той или иной степени концентрации присутствует во всех типах инфинитивных предложений. Надо отметить, что их наличие не исключает наличия в этих предложениях и других модальных оттенков.

Инфинитив даргинского языка в предложениях может выполнять функции не только сказуемого, но и других членов предложения:

Далайик1ес наб дигуси анц1букь саби (подлежащее). - Петь мне нравится.

Особенность и в том, что в качестве сказуемого инфинитив всегда выступает смысловой частью составного глагольного сказуемого: дарес х1ейрар, еиэс еирар, еиэс г1яг1нибиркур, еак1ес чебуркъар и т. д., а еторая часть несет е себе модальность необходимости или долженстеоеания разной степени без-еыходности или долга: х1ейрар, г1яг1нибиркур, чебуркъар.

Степень значения долженствования и необходимости (высокий уровень значения) в даргинском языке выражает инфинитив лексически или синтаксически выраженной модальностью: барес чарагарли саби вынужден сделать, эс чебли саби придется сказать, укьес чебуркъар должен идти, батес чебиркур придется остаеить и т. д.

Аллагьла балагьлизиеадра адамтала няг1назиеадра еерцес дигадли му-гьли буцес чебуркъар. - Если хочешь спастись от кары Аллаха и от людского осуждения: придётся замолчать.

Вайти бухъя-зегъа дархьдатес ишбарх1и гьамадли еирар, жаг1яйчиб. -Избавиться от вредных привычек легче сегодня, чем завтра [3, с. 41].

Эмоциональный окрас второй пословицы, в отличие от первой, довольно инертный, тем не менее, заложенный в него смысл железно гласит: никогда не откладывай решение своих проблем на завтра. Если давать интонационную характеристику, то неприметная вкрадчивость, с которой произносится первая часть предложения, резко обрывается категоричностью второй. У даргинцев нет скидок на то, что человек «оступился», «выбыл из колеи», «проблемы сломали» (если это не смерть близких). Отстал, не сумел стать уважаемым человеком, неудачник, идущий на поводу своих слабостей. Уважаемый человек - не обязательно материально обеспеченный, хотя среди народов Дагестана даргинцев характеризуют, как жаждущих наживы. Среди даргинцев очень много достойных людей, прославивших свой народ и республику, но не имеющих никакого отношения к материальному благополучию. Не прощаются пороки, уничижающие человеческое достоинство: пьянство, разврат, воровство.

В даргинском языке модальность зависимого инфинитива в предложении выражается инертно, без собственного эмоционального окраса, в то время как предикативный инфинитив самостоятелен в своем проявлении и независим от эмоционального окраса других членов предложения. Зависимый инфинитив в проявлении своего модального значения зависим от остальных членов предложения, от данного конкретного контекста. Роль предикативного инфинитива в предложении обозначена грамматически и не зависит ни от остальных членов предложения, ни от контекста. Объясняется это особой синтаксической формой предикативного инфинитива.

Дахъал дагьес багьандан камли усес чебуркъар. - Чтобы много знать, придется мало спать.

Приведенный пример демонстрирует лексически выраженную модальность инфинитива. Реализуется такая модальность при помощи безличного предикатива чебуркъар. Указанное действие представлено как скрытое (возможное при условии): обязан меньше спать.

Инфинитив составного глагольного сказуемого усес чебуркъар, в данном контексте означает: считать возможным осуществление действия при приложении определенных усилий.

Конструкции с зависимым инфинитивом демонстрируют, что для выражения модальности они не всегда востребованы, или незаменимы, т. е., возможны другие формы глагола. Предикативный инфинитив незаменим другими формами глагола, так как выраженное им модальное значение тесно связано с категорией вида:

Челябкьуси багьес еируси ах1ен. - Будущее невозможно предсказать.

Модальность долженствования данной пословицы для даргинцев очевидна: смирение с предначертанностью судьбы - проявить терпение сабур барес по отношению к жизненным трудностям; суеверный страх и нежелание «заглядывать» в будущее через гадания. Для сравнения: ни один религиозный или народный праздник не предполагают гадания даже в шутку, как, допустим, у русского народа: раз в крещенский вечерок девушки гадали... Разумеется, есть гадалки, есть люди, желающие узнать наперед о своей судьбе, но это носит характер скорее тайный, грешный и порицаемый, нежели допустимый и типичный.

Баресличиб бехъес гьамадси саби. - Разрушить легче, чем построить / Ломать не строить.

В предложениях, в которых инфинитив представлен как зависимый компонент, лексически выраженная модальность влияет на выбор частных значений видов.

В утвердительных предложениях даргинского языка значение необходимости предполагает употребление как совершенного вида, так и несовершенного вида. Приведённые ниже примеры - наглядное тому подтверждение:

Ц1а диг1янбарес еирар, амма гаелис се барес еирару? - Огонь можно утаить, а с дымом что делать?

Лексическое значение этой пословицы - все тайное становится явным. Интонационное оформление - насмешливо-ироничное. Модальность долженствования выражается здесь и в необходимости не совершать неблаговидные поступки, и не скрывать их впоследствии от окружающих, так как рано или поздно все тайны так или иначе разглашаются.

В пословице, помимо демонстрации действий совершенного вида: диг1ян-барес спрятать, се барес еирару что можно сделать; помимо наличия в предложении сложной глагольной основы диг1ян+барес и именного глагольного сказуемого се барес еирару в пословице подчеркивается значение возможности первого действия, предопределенности последующего действия и грядущей неизбежной огласки всего. Все вместе - предостережение жить как должно, чтобы не утаивать ничего.

Вег1лис еай барибсила х1урмат бирес ц1акьси адамли ах1и х1ейрар. -Оказывать уважение своему обидчику может только мужественный человек.

Относительно данной пословицы, наверное, уместно говорить о скрытой модальности долженствования, о побудительно-повелительном модальности значения. Личностные отношения горцев строятся на основе уважения и взаимопомощи. Разумеется, как и в любом обществе, имеют место быть и враждебность, и неприятие, основанные на обидах, но никакие обиды не дают права (кроме кровной вражды) переходить на выяснение отношений и желание напакостить, особенно в прилюдных местах (похороны, свадьбы), где наиболее всего

проявляется характер человека: ум, коммуникабельность, скандальность, недальновидность и т. д.

Говоря о скрытой модальности долженствования в паремиях даргинского языка, можно утверждать, что побудительно-повелительная модальность значения, скажем так, провоцирует реализацию всей палитры значений данной категории:

Чебла барес гьамадли бирар, ахъес - къиянни. - Взять в долг легко, вернуть - трудно.

Данная поговорка не содержит открытого предостережения, нет явного призыва или обозначенной необходимости поступать так или иначе. Обобщенно-личное предложение (по форме неопределенно-личное) констатирует факт того, что делать долги легче, чем возвращать. В интерпретации даргинцев это означает, что случай, когда человек вынужден просить в долг должен быть весомым и обязательно основываться на том, рассчитывая на какие возможности будет возвращать его. Даргинцы крайне недоверчивы к тем, кто просит в долг, осторожны по отношению к банковским кредитам, ссудам и долгосрочным ипотекам. Пословица:

Ахъри х1ясибли еяшик1ес чебиркур. - Действовать придется по возможностям - можно сказать, является пояснением к предыдущей пословице: воспитание предполагает, что человек, строя планы на жизнь, рассчитывает только на свои возможности. Пословица несет значение волюнтативности, побудительной желательности и необходимости.

Багьудила еег1 гушли еиэс х1ейрар. - Образованный не может быть голодным.

Совершенный вид глагола гушли еиэс х1ейрар обозначает предельность действия, его категоричную завершенность, модальное значение несет оттенок наказа.

Мех1урлис г1ях1деш баресличиб - хялис дабри дарес гьаллабли саби. -Чем сделать добро дураку, лучше сшить собаке обувь.

Г1ях1ялдеш дарес багьи, тилади барес багьи, гьуниеаэс багьи, чарбарес багьи. - Умей погостить, попросить, проводить, возвратить.

Ц1ударара ц1убара бек1-бек1ли дек1ардирес бурсиеии. - Умей отличать черное от белого (несовершенный вид).

Ч1янк1усиличирад палтар чердатес х1ейрар. - Голого нельзя раздеть (совершенный вид).

Есть и более сложные взаимоотношения с видовыми значениями, характеризующиеся модальным значением необходимости и отсутствия необходимости совершать действие:

Лезми камли бузахъес г1яг1ниси саби. - Языком меньше работать надо.

Буресеан гъай бетаахъес гьамадли х1ебирар. - Сказанное слово закрепить делом не так легко.

В данных примерах модальность несет характер эмоционально выраженного отрицания.

Представленные пословицы демонстрируют действие как потенциально возможное, но наличие отрицания при инфинитиве предполагает возможность (или рекомендацию) не выполнять его.

В даргинском языке в методе разделения координат в семантическом пространстве модальных значений глагольных форм, синтаксических конструкций и контекста, участвуют частные значения видов. Существенно и то, что частные значения видов зависят в своем употреблении от особенностей тех или иных модальных значений. Например:

Кьаламла х1янчи барес х1ебаладли, г1елх1е касес чебуркъар. - Не умеешь работать карандашом - придется взяться за лопату.

Унраличие х1ерирес - шадие еашес. - Жить по соседству - в гости ходить.

Модальность долженствования, демонстрируемая в данных примерах, несет в себе явления, которые вытекают из традиционного быта даргинцев, да, в принципе, любого народа. Любой человек, не получивший образования, рано или поздно вынужден идти зарабатывать физическим трудом. Рано или поздно соседи хоть изредка, но будут захаживать друг к другу, если не из дружеских соображений, то в силу случая.

Несовершенный вид глагола в приведённых в пример пословицах говорит об определённой мотивированной связи сказуемых с выражаемыми модальными значениями, что предполагает факт включения субъекта в непосредственную возможность действия: касес чебуркъар придется взяться - рекомендация, ша-дие еашес в гости ходить (придется) - наказ. Возможны и другие оттенки значения: неодобрение поступка, запрет, условие, совет и т.д.

Дуклуми агарси арцес х1ейрар. - Не имеющий крыльев, летать не может. Лексическое значение пословицы многозначное: употребляется и когда речь идет о происхождении (статусе, материальном достатке), и о способностях человека, о наличии счастья или о надломленности, о наличии или отсутствии родителей, или их поддержки. Глагол несовершенного вида выражает невозможность действия (при отсутствии), модальное значение - условие.

Кьик1а сецад халаси биалра, илалара дуб бирар. - Каким бы большим ни был клубок и у него имеется конец. Аналогична русская пословица «Сколько верёвочке ни виться.». В эту пословицу, если говорить о лексическом значении, заложена вся надежда на то, что все плохое пройдет, что все бесчинства прекратятся и человеческая подлость рано или поздно наказуема.

Утверждение Е.М. Галкиной-Федорук о том, что модальная категория необходимости выражает действие, к которому подводит сама действительность, подтверждается приведенными в пример пословицами [4, с. 175]. Пословицы демонстрируют действие как само собой разумеющееся, вытекающее из предшествующих явлений (событий):

Халал дец1 гьамадли бях1яэс х1ейрар. - Справиться с большим горем непросто.

Полярная позиция той, которую мы продемонстрировали только что, является способность модальных значений показать, как достигается предел действия. Предел, т.е. законченность действия, выражается глаголом совершенного вида, который эмоционально окрашен в оттенок намерения, просьбы, совета, желания, наставления, порыва - по контексту. Все указанные оттенки значения указывают на возможность или невозможность действия:

Зела сях1 барх х1еберки лебалли, адам вагьес х1ейрар. - Не съев пуд соли, невозможно узнать человека: наставление (невозможность действия).

Библиографический список

Мякьлаб агарси чудуличи някъ гьабатесх1ейрар. - Невозможно протянуть руку за отсутствующим чуду: порыв (невозможность действия).

Х1ебалусиличила гъайик1есличиб, лех1кахъни гьалаб бирар. - Чем говорить о том, чего не знаешь, лучше промолчать: совет (возможность действия).

Дег1ес багьалли, дусли х1яйна хъу духъа. - Если правильно сеять, в год три урожая можно собрать: намерение (возможность действия при определенных условиях).

В примерах наглядно демонстрируется потенциально выполняемое действие или невозможность его выполнения, семантика долженствования через констатацию факта, как в первом примере, совет, как во втором примере, и наставление, как в третьем.

Подводя итоги, полагаем, что модальность необходимости и долженствования даргинского языка - при всем богатстве исследованного ведущими дар-гиноведами материала - довольно обширная тема со многими «неизвестными». Наша попытка отразить всю палитру их возможностей и показать с разных ракурсов многозначность модальности - один из способов их изучения.

1. Сулейманов А.А. Морфология даргинского языка (морфологическая структура частей речи). Махачкала: Изд-во «Юпитер» 2003.

2. Писки Мях. Избранное. Сборник стихотворений. Дагестанское книжное издательство. Махачкала, 2009.

3. Гасанова У.У Словарь даргинских пословиц и поговорок. Махачкала. ДГУ 2014.

4. Шведова Н.Ю. Очерки по синтаксису русской разговорной речи. Москва: Изд. АН СССР 1960.

5. Виноградов В.В. О категории модальности и модальных словах в русском языке. Труды Института русского языка. T.II. АН СССР Москва; Ленинград: Изд-во АН СССС, 1950: 38 - 77.

6. Цейтлин С.Н. Некоторые типы модальных ситуаций в современном русском языке. Функциональный анализ грамматических аспектов высказывания: Межвуз. сб. науч. трудов. Ленинград: Изд-во ЛГПИ им. А.И. Герцена, 1985: 16 - 22.

References

1. Sulejmanov A.A. Morfologiya darginskogo yazyka (morfologicheskaya struktura chastej rechi). Mahachkala: Izd-vo «Yupiter» 2003.

2. Piski Myah. Izbrannoe. Sbornik stihotvorenij. Dagestanskoe knizhnoe izdatel'stvo. Mahachkala, 2009.

3. Gasanova U.U. Slovar'darginskih poslovicipogovorok. Mahachkala. DGU, 2014.

4. Shvedova N.Yu. Ocherkiposintaksisurusskojrazgovornojrechi. Moskva: Izd. AN SSSR, 1960.

5. Vinogradov V.V. O kategorii modal'nosti i modal'nyh slovah v russkom yazyke. TrudyInstitutarusskogoyazyka. T.II. AN SSSR. Moskva; Leningrad: Izd-vo AN SSSS, 1950: 38 - 77.

6. Cejtlin S.N. Nekotorye tipy modal'nyh situacij v sovremennom russkom yazyke. Funkcional'nyj analiz grammaticheskih aspekiov vyskazyvaniya: Mezhvuz. sb. nauch. trudov. Leningrad: Izd-vo LGPI im. A.I. Gercena, 1985: 16 - 22.

Статья поступила в редакцию 06.08.19

УДК 82

Bakhshaliyeva S.M., doctoral postgraduate, Baku Slavic University (Baku, Azerbaijan), E-mail: bitkovskayay@inbox.ru

MEMOIR-CONFIDENTIAL FORMS OF STORYTELLiNG IN A MODERN AZERBAIJAN NOVEL. The article is dedicated to memoir-confessional forms of narration in modern Azerbaijani prose. Despite the fact that many memoirs and diaries are written and published, so far memories in Azerbaijani literary criticism have not been widely studied. From this point of view, the study of the stages of emergence, formation and development of Azerbaijani memoir literature is one of the tasks of the modern novel, and this is the relevance of this study. The theoretical significance of the research is in an attempt to present a comprehensive analysis of memoirs and confessional forms on the material of the modern Azerbaijani novel. Practical significance is determined by the possibility of using the results in the practice of teaching, in further research work on this problem.

Key words: memory, biography, memoirs, prose, ideology, worldview, literature.

С.М. Бахшалиееа, докторант, Бакинский славянский университет, г. Баку, Азербайджан, E-mail: bitkovskayay@inbox.ru

МЕМУАРНО-ИСПОВЕДАЛЬНЫЕ ФОРМЫ ПОВЕСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АЗЕРБАЙДЖАНСКОМ РОМАНЕ

Статья посвящена мемуарно-исповедальным формам повествования в современной азербайджанской прозе. Несмотря на то, что многие мемуары и дневники были написаны и опубликованы, до сих пор не были широко исследованы воспоминания в азербайджанской литературной критике. С этой точки зрения изучение этапов возникновения, формирования и развития азербайджанской мемуарной литературы является одной из задач современного романа и это составляет актуальность данного исследования. Теоретическая значимость исследования заключается в попытке представить комплексный анализ мемуарно-исповедальных форм на материале современного азербайджанского романа. Практическая значимость определяется возможностью использования результатов в практике преподавания, в дальнейших исследовательских работах по данной проблеме.

Ключевые слова: воспоминание, биография, мемуары, проза, идеология, мировоззрение, литература.

Введение

Мемуары являются одними из основных жанров художественного творчества. Примеры этого жанра основаны на памяти отдельных людей. Мемуары отличаются от других письменных источников памяти прошлых лет. С помощью памяти важные исторические факты рисуются через описание ежедневных действий мемуаров и описание окружающих людей. Память является одним из результатов сложных отношений между человеком и внешним миром. Но это не пассивное отражение событий, а скорее это связано с экспериментальной деятельностью человека. Суть воспоминаний - это активная особенность событий, отражающих память. Воспоминания-мемуары прошли долгий исторический путь развития и в азербайджанской новой прозе, они появились в нескольких аспектах. Хотя они разделены на «Путевые заметки», «Биографии», «Воспоминания» и т. д., большинство из них буквально написаны как литературное произведение, но были представлены в творчестве авторов. Корни воспоми-

наний уходят в устную народную литературу и сформировались в двадцатом веке как жанр.

Воспоминание - это не только форма повествования, но и точка зрения. Воспоминание персонажа или автора о ком-либо в сюжете идентифицирует события и участников, пространство и время, отношение. Угол зрения является одной из широко используемых категорий поэтики.

Основная часть

Одной из основных проблем, которые необходимо учитывать при внутреннем текстовом решении, является обнаружение углов зрения в повествовании. Угол зрения охватывает весь художественный текст и, следовательно, можно определить намерения писателя в его творчестве.

Память автора о ком-либо или о чем-либо актуализируется в практике повествования новой азербайджанской прозы. Автор получает возможность взаимодействовать с событиями как посторонний. Поскольку писатель Эльчин знает