Духовный гуманизм А. И. Софронова

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

УДК 821.512.157:801.73

Е. К. Иевлев

ДУХОВНЫЙ ГУМАНИЗМ А. И. СОФРОНОВА

А. И. Софронов глубоко верил в духовный гуманизм, обусловленный нравственной основой человечества. На базе духовного гуманизма он синтезировал культуры Востока и Запада, транслировал этот процесс через свои художественные, публицистические произведения, общественно-культурную деятельность. Его идеи о духовном гуманизме органически вплетаются в современную глобальную концепцию духовного воспитания.

Ключевые слова: духовный гуманизм, рациональный гуманизм, нравственная основа человечества, духовная иерархия, закон культуры и души.

E. K. Ievlev

A. I. Sofronov and spiritual humanism

A. I. Sofronov strongly believed in spiritual humanism, established on the moral basis of humanity. On the basis of the spiritual humanism, he synthesized East and West cultures and interpreted this process through his fictions, journalistic works and socio-cultural activities. His ideas about spiritual humanism organically entwine into the modern global concept of spiritual education.

Key words: spiritual humanism, rational humanism, moral basis of mankind, spiritual hierarchy, law of culture and soul.

Творчество Анемподиста Ивановича Софронова-Алампа, писателя-классика, основоположника якутской драматургии, поэта, прозаика, общественного деятеля, привлекает внимание читателей XXI века в контексте поликультурного мира, консолидации общества. С этой точки зрения возникает необходимость осмысления его произведений в плане новых культурно-духовных аспектов современности. В настоящее время стали крайне востребованы его философские взгляды, этико-эстетические, педагогические воззрения в связи с новыми веяниями в общественно-политической, культурно-философской, научно-технической сферах жизни общества, обусловленными глобализационными процессами. В связи с вышеизложенным становится актуальным углубленное рассмотрение его «жизненной философии, ориентированной на терпимость, приязнь, поиск

ИЕВЛЕВ Елисей Кириллович - к. п. н., доцент кафедры методики преподавания якутского языка, литературы и культуры Института языков и культуры народов Севера -Востока Российской Федерации им. М.К. Аммосова.

E-mail: val_ievleva@mail.ru

взвешенных решений и оптимальных действий, его склонности воспринимать каждое явление диалектически...» [1, с. 3].

Мировоззрение А. И. Софронова формировалось под воздействием философии родного якутского народа, отраженной в фольклоре, прежде всего в олонхо. Как отмечает Г. П. Башарин, истоки гуманизма, психологизма и философской глубины произведений А. И. Софронова следует искать в его тяжелом детстве, отрочестве и юношестве [2]. В становлении мировоззрения А. И. Софронова также сыграли свою роль самообразование и изучение опыта якутских писателей того времени. Неизмеримо велико значение в этом процессе всеобъемлющей культурной традиции русского народа, произведений классиков русской литературы, демократических революционных веяний 1905, 1917 гг. Среди этих факторов, имевших первостепенное значение для его мировоззренческого формирования, следует прежде всего назвать социальную несправедливость. «Колониальный гнет, условия самой жизни, изучение классиков русской литературы, влияние событий революции 1905-1907 гг. и чтение «под настроением

1905 года» новейшей литературы привели А. И. Софронова к мысли о необходимости смены самодержавия республиканским строем государства, связанным с этими прогрессивными, демократическими идеями», - так характеризует важный этап в эволюции его мировоззрения Г. П. Башарин [2, с. 16]. Через русский язык протекало и приобщение А. И. Софронова к мировой литературе, обогащение ее достижениями [3].

Уместно привести слова Б. С. Гершунского: «Знание не исчерпывается понятием «наука». Вера не исчерпывается понятием «религия». Даже безбожие вовсе не означает неверия» [4, с. 508]. Несмотря на тяжелые условия, детство и юность А. И. Софронова были наполнены естественными ценностями и нормами культуры родного народа, которые стали мощным образовательным потенциалом для выработки у него нравственной основы: Личность - Семья - Род -Народ - Страна - Планета Земля - Природа - Время, которые вместе образуют понятие Бог. А. И. Софро-нов глубоко верил в духовный гуманизм, обусловленный нравственной основой человечества. Эта формула иерархии духовных ценностей является способом бытия культуры, которая должна стать и законом культуры души для каждого человека, основой личностной самоактуализации. Впоследствии на базе этого духовного гуманизма А. И. Софронов синтезировал культуры Востока и Запада, транслировал этот процесс через свои художественные, публицистические произведения, общественно-культурную деятельность.

В драме «Любовь» [5] А. И. Софронов не ограничивался изображением любовных отношений Катерины и Петра. В образе Катерины была передана модель восприятия жизни через парадигму любви. Но собственная духовная работа героини в контексте любви была не востребована в реальной, бесчеловечной жизни, которая ее окружала и в итоге убила. Катерина, молодая девушка, сирота, невзирая на бесчеловечные условия существования, росла открытым, жизнерадостным человеком, полным любви к миру и людям. Это состояние изображается через ее монологи, через игры, песни молодежи. Из их импровизационного, свободного веселья она черпает огромный жизненный ресурс. Поэтому для нее мир одухотворен, появляется смысл жизни, оптимизм. Ее поэтическая метафоризация жизни сильнее раскрывается после знакомства с Петром, жизнь для нее наполняется светлым, счастливым содержанием.

Образы Катерины, Петра в драме «Любовь», Ефима в драме «Игра жизни», Даайыс, Маи в драме «Тина жизни» [5], Даайи в рассказе «Городщик» [6] и др. показывают, что только любовь позволяет пережить тяготы судьбы, душевную боль. Их светлая духовная

энергия, безграничная потребность отдавать людям заботу и внимание, вера в любовь, порядочность и чистая душа, способность очищать пространство любовью были не нужны и ошельмованы в среде, где царствовали животные инстинкты и желания алчных семёнов, иванов, василиев [5].

Ефим после несправедливого жестокого наказания тюремным заключением, полный любви и энергии вместо страха и обиды, испытывает постоянную, лучезарную любовь к жене, сыну, тем самым открывая путь к их нравственному очищению и развитию. Ефим не ищет виноватых, не обижается, видя причину несправедливости в несовершенстве людей. Он говорит сыну Титу, что несовершенство

- это недостаточность любви и энергии в душе. Ефим научил сына умению создавать вокруг себя пространство любви и душевной гармонии. Поэтому Тит вырастает человеком, способным и в тяготах жизни находить в себе силы любить с еще большей силой. Это его качество раскрывается в отношениях с Марфой, дочерью Ивана, разрушившим жизнь Ефима [5].

Основа духовного гуманизма, антропокосмизма

- способность терпеть, понимать и принимать, невзирая ни на что и вопреки всему. Эти качества души и ума А. И. Софронов показывает в образе Ефима [5]. Если вместо любви в душе начинает доминировать рациональный гуманизм, основанный только на логическом, рациональном расчете, личность впадает в деградацию. Рациональный гуманизм (приоритет человеческого счастья, сохранение и неприкосновенность жизни, поклонение стабильности) - это ограниченное мировоззрение: антропоцентризм, социоцентризм, кумирство материальных ценностей, характерное для технократического мышления: нравственные ценности как критерий оценки человеческой деятельности отодвигаются на задний план. Главная оценка состоятельности человека - это умственные способности, материальные блага, которыми он обладает. Вместо любви добродетелью считаются известность, кумирство таланта и духовности.

Отличительный признак рационального гуманизма

- не синтез противоположных сторон, а выбор только одной из них. Отбрасывая боль, человек выбирает только наслаждение. Таковы Михаил, сын Якова («Бедняк Яков») [5], Николай, сын богача Байбала («Бедняк Яков») [5], Иван («Игра жизни») [5] и др. У подобных людей появляется зависимость от будущего: т. е. от материальной стабильности. Вместо радости, помощи другим они ломают и подчиняют их себе, ожесточаются. Их железная категоричность, непримиримость уничтожает не только других людей, но и самих себя.

Только активно сияющая подлинная любовь, постоянно живущая в душе, т. е. духовный гуманизм,

способна объединить противоположности, при этом рождается диалог, многовариантность решения проблемной ситуации, способность понимания, терпения и принятия. Такие качества духовного гуманизма свойственны Петру («Любовь») [5], Ефиму («Игра жизни») [5], Даайыс и Мае («Тина жизни») [5]. Петр не впадает в уныние и депрессию, как Кюлюк («Любовь») [5], Болтосо («Игра жизни») [5], Николай, Михаил («Бедняк Яков») [5]. У него вместе с образованием синхронно повышается уровень любви и человечности. Как отмечает с горечью А. И. Софронов, если образование не поднимает уровень Божественной любви, то человека просто уничтожает жизнь (смерть Николая) («Бедняк Яков»), ведет к предательству и пресмыканию (Михаил) («Бедняк Яков») [5] и т.д.

А. И. Софронов не обвинял, не испытывал ненависти, не осуждал, не впадал в уныние, несмотря на непредвиденные, несправедливые повороты судьбы. Это качество его души ясно выражено в поэтических произведениях. Его душа непрерывно ощущала любовь. И боль, и счастье он воспринимал целостно. Его вера и устремленность к духовному гуманизму давали силы к активной деятельности по преобразованию жизни. В поэзии раскрывается его внутреннее движение к любви, очищению и развитию души, которые позволяли ему предпринимать множество разных попыток разрешения любого конфликта, искать многовариантные решения в любой ситуации. Эти его качества, прежде всего смирение, спасали от уныния в адских условиях тюрем и ссылок, остракизма со стороны власти. О судьбах людей, подобных А. И. Софронову, полно раскрывается в высказывании С. Н. Лазарева: «Чем ошибочнее взгляды, система взглядов общества, тем большую опасность представляет для него здравомыслящий и порядочный человек. Возникает система, обратная селекции, когда подлецом и негодяем быть гораздо выгоднее, чем нравственным и порядочным человеком. Результаты этой обратной селекции мы видим в России и сегодня» [8, с. 62].

Советская власть, в отличие от царской власти, жила только будущим, ради чего уничтожала

прошлое, пренебрегала настоящим. Ради идеологии была утрачена любовь, искоренялась философия

народа, его самобытность. Основа общечеловеческой нравственности - духовный гуманизм был причислен к пережиткам старого века, мелкобуржуазному

самокопанию, был заменен классовым, идеологическим пафосом. Потому и безжалостно, безоглядно были истреблены миллионы людей в репрессиях. Такое поклонение будущему порождало нетерпимость, высокомерие, обуславливало скоропалительность, опрометчивость в поступках. Отражение неприятия А. И. Софроновым в его поэзии полно показано в трудах А. А. Бурцева [9, с. 38-59], В. Г. Семеновой

[10, с. 137-145], [11, с. 5-24].

При утрате непрерывной любви - продукта духовной иерархии: Человек - Семья - Род - Народ

- Страна - Мир - Природа - Время - Бог - боль души становится непереносимой. Поэтому люди, для которых главным смыслом жизни стали власть, деньги, социальный статус: Иван («Любовь»), Николай, Яков («Бедняк Яков»), Кузьма, Иван («Игра жизни») - умирают от недостатка энергии любви. Михаил, Николай («Бедняк Яков»), Иван («Игра жизни»), Василий, Иван («Тина жизни») [5], поклоняющиеся духовности без любви и гуманизма, способны жить только в противоположных режимах: это либо подавление, превосходство над слабым, как у Ивана («Игра жизни»), либо безудержное, безрассудное противостояние, как у Николая, Якова («Бедняк Яков»), Болтосо («Игра жизни») [5]. А. И. Софронов указывает путь освобождения от поклонения будущему - нужно быть нравственным человеком, сохранить любовь в душе.

Можно заметить, что под влиянием духовного гуманизма, наблюдая за развивающейся Божественной любовью в отношениях Катерины и Петра, Кюлюк Федор [5] пробуждается от духовной летаргии, в нем появляется жажда осмысления жизни и борьбы против несправедливости, бесчеловечности. В чем сила любви Петра и Катерины? Петр любит Катерину в первую очередь как любят ребенка, святой, отцовской любовью. Это - Божественный уровень, уровень жертвенности; затем - как партнера, на духовном уровне; в последнюю очередь - на телесном, сексуальном уровне.

В реальной жизни А. И. Софронов так же любил свою жену Евдокию Константиновну. Он и после развода не обиделся, не обвинил, не осудил ее, любил вопреки всем её демонстративно негативным выражениям чувства к нему. Любил, уважал, берег её, как и прежде. Этот редкий феномен любви и есть проявление духовного гуманизма, Божественной любви А. И. Софронова, в которой наряду с болью души он постоянно испытывал перманентное чувство любви. Природа духовного гуманизма проясняется в стыковке двух диаметрально противоположных библейских фраз: «и враги человеку - домашние его» и «возлюби ближнего, как самого себя». А рациональный гуманизм выбрал только вторую фразу, выбросив первую. Домашние становятся врагами тогда, когда люди выбирают только наслаждение, радость, а боль, негатив не умеют принимать, прощать, изменяя и себя, и партнера. Как на этой почве домашние превращаются во врагов, ярко отражено в драматических произведениях А. И. Софронова.

Пренебрежение духовным гуманизмом чревато опасностью разрушения парадигмы целостной системы отношений конвергенции и интеграции.

Единство коллективизма и индивидуализма, общего и частного - залог гармоничного конвергентного развития. Полноценное конвергентное развитие любой системы: личности, семьи, рода, народа,

страны - открывает возможности к интеграции с себе подобными. Этот феномен ярко раскрыт в художественных образах произведений А. И. Софронова. Мысли и переживания, связанные с кризисом конвергентного развития личности, народа, в 1912 г. воплотились в стихотворении «Родина» [12, с. 25].

И антропоцентризм, и социоцентризм, и биоцентризм, и сциентизм являются фрагментами единой системы духовной иерархии, т. е. нравственной основы человечества: Личность - Семья - Род -Народ - Страна - Планета Земля - Природа - Время

- Бог, объединенной и одухотворенной Божественной любовью. Философия любви, вытекающая из этой формулы духовной системы, должна стать основой антропогенного, гуманистического образования XXI в.

Только синхронность самостоятельного, индивидуального развития и интеграции служит основой и условием развития консолидации общества, опирающейся на такие качества членов общества, как коммуникативность, личностное и профессиональное самоопределение. Такое целеполагание учебных и воспитательных направлений образования является стимулирующим фактором компетентностной парадигмы, которая и обеспечивает формирование у школьника таких его познавательных и личностных способностей, которые делают его готовым к профессиональному и социальному самоопределению в изменяющихся условиях поликультурного взаимодействия» [13, с. 22].

Если глобальная интеграция возможна только с самоиндентифицированными системами, то компетентностная парадигма образования, подпитываемая духовным гуманизмом, может рассматриваться как одно из направлений достижения самоидентификации определенного звена в цепи мировой культуры. Феномен духовного гуманизма представляет собой один из компонентов культурно-исторического развития человечества. Духовный гуманизм как данность присущ всем народам, культурам, религиям нашей планеты. Эта картина мира подтверждается в сопоставлении параллельных явлений в творчестве А. И. Софронова и Ганса Христиана Андерсена.

Технократическая цивилизация характеризуется рациональным гуманизмом, сущность которого раскрывает А. Г. Асмолов: «Весьма пеструю мозаику культур в ходе человеческой истории можно расположить у двух полюсов - полюса полезности и полюса достоинства. В тех культурах, где чаша весов склоняется в сторону полюса полезности, безличное социотипическое поведение начинает преобладать над индивидуальным поведением в жизни личности. ...

В такого рода культурах сокращается время, отводимое на детство, а старость не обладает ценностью» [16, с. 340]. Когда преобладает холодный разум над добродумием в умах, добродушием в сердцах людей, попирая человечность и «достоинство», «сокращается время, отводимое на детство». В этом убеждают нас стихотворение А. И. Софронова «Колыбельная» [12, с. 103] и сказка Г. Х.Андерсена «Девочка со спичками» [17, с. 171].

В стихотворении А. И. Софронова «Колыбельная» [12] политика внешне не упоминается, но в нем закамуфлировано реальное кровавое событие красного террора 1921 г. Вместо открытого сообщения о том, что красные убили мать троих детей, иносказательно и с кажущимся равнодушием повествуется эзоповским языком, будто бы она случайно погибает от острия неизвестного инструмента или оружия. Вместо того чтобы говорить, что гибель матери ребенка является нелепой и несправедливой жертвой террора красных, аллегорически и обезличенно сообщается о некоем невообразимо тяжелом времени. Вместо выражения осуждения конкретно кого-либо в скорбном обращении автора к ребенку содержится призыв не забывать, любить мать. В тексте «песни» протест против красного террора сублимирован выражением скорби о павшей матери

- молодой женщине и беспокойством о будущей судьбе ребенка. Звучащий рефреном припев ритмически создает ощущение глубокой, невыразимо острой душевной боли автора. Таким образом, Божественная любовь Анемподиста Ивановича Софронова-Алампа, исходящая из духовного гуманизма, объединяет в целое, казалось бы, несовместимые противоречия жизни, устремляя помыслы читателя к вечности через образ ребенка.

Как в капле воды отражается весь мир, так и в печальной судьбе маленькой девочки, продающей спички в предновогодний вечер, воплощены пронзительный крик души, глубокая философия любви автора сказки Ганса Христиана Андерсена. Внешне заманчивая атмосфера предновогоднего дня контрастирует с несчастным положением девочки, пытающейся распродать спички по поручению жестокого отчима. Она боится отчима, голодна, ей очень холодно. Она не получает ни от кого сострадания, доброго слова, сочувствия, помощи. Внешний лоск сытой жизни города убивает девочку ядом равнодушия.

Отсутствующую любовь, тепло, понимание со стороны живых людей она «получает» от покойной бабушки в воображении. К сожалению, грезы, воображение девочки незаметно переходят в предсмертную галлюцинацию. Её смерть аллегорически передается через изображение падающей звезды. Конец сказки из волшебных, счастливых грез девочки

внезапно возвращает читателя в холодный, темный, как зимняя ночь, мир города: девочка замерзает на улице. В этой сказке внешне тоже не проявляется, как и в «Колыбельной» А. И. Софронова, открытого выражения протеста, обвинения, осуждения конкретно кого-либо. Есть лишь глухая, глубокая боль души от равнодушия людей, она усугубляется изображением внутренней, мгновенной вспышки устремления бедной девочки к счастью, радости. Как и в «Колыбельной» [12] А. И. Софронова, сияние Божественной любви Г. Х. Андерсена устремлено к вечности, которая живет глубоко в недрах души каждого из нас. В том и мастерство великих художников слова двух разных народов, совершенно не связанных между собой на уровне макромира, реальной жизни, но органично родственных по истокам духовного гуманизма.

Таким образом, картины смерти, изображенные в произведениях двух авторов разных народов, пробуждают в душе читателя жалость, сочувствие, тоску по добру и любви. Немой укор оседает в глубинных пластах души, побуждая ее к размышлению, желанию изменить себя и окружающий мир.

Этот немой укор, тоска по любви и счастью побудили великие умы человечества создать учение о гуманизме. Благодаря их учению абсолютной ценностью стали считать личность человека, а не сытость, превосходство, чувство безопасности, богатство, деньги. В эпоху Возрождения и XVIII - XIX вв. в связи с утверждением идей гуманизма появляются концепции целостного развития личности и осуществляются попытки их реализации. Об этом свидетельствуют «Школа радости» В. де Фельтре, теория свободного воспитания Ж. Ж. Руссо, идея И. Г. Песталоцци о полном развитии сущностных сил человека. Постепенно в ходе всемирно-исторического прогресса идея развития целостной человеческой личности становится доминирующей в содержании современной цивилизации.

Культурно-гуманистические функции образования направлены на гармоничное развитие познавательной и личностной сферы учащихся. Этот процесс гуманизации образования опирается на философию. В ней аккумулируются ведущие идеи прорыва: понимание мира, общества и человека в XXI веке. Через философию утверждается необходимость преодоления силовой культуры технократической цивилизации с ее доминантами агрессии, насилия, подавления и унижения личности. В этом сложном переходе от культуры доминирующего рационалистического гуманизма к культуре достоинства (А. Г. Асмолов), духовного гуманизма, принявшего глобальный масштаб со второй половины ХХ в., общество обращает взор к наследию классиков, философов, утверждающих и развивающих идеи духовного гуманизма. Творчество А. И. Софронова, его

идеи о духовном гуманизме органически вплетаются в современную глобальную концепцию духовного воспитания.

В востребованности воспитания духовного гуманизма позволяет убедиться высказывание В. В. Дементьева: «Мы до сих пор не выработали ясной, скрепляющей всех и вся, идеи общности, солидарности, цельности. Заклинать о «единой и неделимой России» научились, а вот каким содержанием наполнить форму - не знаем» [16, с.15]. Духовный гуманизм как доминантный социально-нравственный ориентир XXI в. дает нам критерии культуры, гуманизма, понимание иерархии ценностей. На фоне духовного гуманизма станут возможны развитие диалога культур, консолидации общества, единство конвергенции и интеграции в поликультурном пространстве. Духовный гуманизм скрепит процессы гуманизации, гуманитаризации, компетентностного воспитания и обучения подрастающего поколения.

О возможном финале пути без духовного гуманизма предостерегает В. В. Синельников: «Энергетические возможности человечества резко увеличились, а его наполненность любовью, добром, пониманием высших законов находятся на прежнем уровне. Чем это грозит человечеству и миру? Катастрофой» [17, с. 53]. Мы должны помнить, что «наполненность любовью, добром, понимание высших законов» воспитываются духовным гуманизмом.

Л и т е р а т у р а

1. Бурцев А. А. «Жду я, люди, вашей доброй оценки...» // На крылатом коне - Якутск: Сахаполиграфиздат, 1995. - 223 с.

2. Башарин Г. П. А. И. Софронов - Якутск, 1969. - 63 с.

3. Кардашевский Г. Р. Досоветская драматургия А. И. Софронова. - Якутск: Якутское кн. изд-во, 1982. - 102 с.

4. Гершунский Б. С. Философия образования для XXI века. - М.: Совершенство, 1998. - 605 с.

5. Софронов А. И. Драмы - Якутск: Якутское кн. изд-во, 1986. - 389 с.

6. Софронов А. И. Стихи, поэмы, рассказы, статьи / сост. В. Г. Семенова. - Якутск: Бичик, 2005. - 448 с.

7. Лазарев С. Н. Человек будущего. Воспитание родителей. - Ч. 1. - СПб., 2009. - 225 с.

8. Лазарев С. Н. Человек будущего. Воспитание родителей. - Ч. 3. - СПб., 2009. - 220 с.

9. Бурцев А. А. Поэтический мир А. И. Софронова // А. И. Софронов-Алампа: проблемы исследования жизни и творчества. - Якутск, 2006. - С. 38-59.

10. Семенова В. Г. Влияние мировоззрения народа саха на поэзию Алампа // Человек, культура, образование. -Сыктывкар, 2011. - № 2. - С. 137-145.

11. Семенова В. Г. «Жду я, люди, вашей доброй оценки.» // Софронов А. И. Сочинения. Т.1: Стихи, поэмы / Сост. В. Г. Семенова. - Якутск: Бичик, 2005. - С.5-24.

12. Софронов А. И. Сочинения. Т.1: Стихи, поэмы

/ А. И. Софронов; сост. В. Г. Семенова. - Якутск: Бичик,

2005. - 544 с.

13. Алексеева Ф. И. Исследование психолого-

педагогических компетенций учителя в условиях перехода на новые образовательные стандарты // Учитель как фактор консолидации. - Якутск, 2010. - С. 22-24.

14. Асмолов А. Г. Психология личности: Принципы

общепсихологического анализа - М.: Смысл, 2001. - 416 с.

15. Андерсен Г. Х. Девочка со спичками // Золотые сказки. - М.: ООО «Прессверк», 2002. - 440 с.

16. Дементьев В. В. Наследники Ексекюляха. Интеллигенция Якутии. - М.: Издательство ИТ - РК, 2009. - 256 с.

17. Синельников В. В. Возлюби болезнь свою. - М.: Центрполиграф, 2006. - 427 с.