К дефиниции паранауки

УДК 001.98:001.94:001.11

ГОЛОВИН Д.В. К дефиниции паранауки

В статье очерчиваются контуры смыслового поля термина «паранаука». Приводятся и анализируются различные точки зрения по данному вопросу. Рассматриваются некоторые паранаучные проявления. Наряду с пользой онтосемантической реконструкции паранауки дедуцируется важность отчётливого разграничения вненаучных, ненаучных и околонаучных феноменов.

Ключевые слова: паранаука, наука, паранормальное, контекст, терминологическая проблема.

Термин «паранаука» в отечественной литературе не нов: он был известен ещё в 1918 году по докладу П.П. Подъяпольс-кого для Общества невропатологов и психиатров при Саратовском университете: «теперь группу всяких чудесных явлений стремятся называть парапсихологией. Но я не представляю себе никакой паранау-ки»1. Однако паранаука всё чаще притягивает внимание исследователей различного научного склада (от естественников до гуманитариев), что свидетельствует в пользу масштабности паранаучных тенденций. Не случайно используются выражения «паранаучный бум» (Литературная газета. 1986. № 6. 5 февраля ), «парана-учная экспансия» (О.Г. Буховец, 1996) «па-ранаучная революция» (Д.И. Дубровский, 1997), «вакханалия паранаучного бреда» (Э.П. Кругляков, 2002) и т.д. Вместе с тем паранауку довольно сложно эксплицировать. Со ссылкой на Ю.М. Сердюкова упомянем о трудностях, с какими приходится сталкиваться при экспликации паранауки. Во-первых, многомерная генетика и структура феноменов, описываемых категорией «паранаука». Во-вторых, разногласие по ряду проблем: от понимания сущности науки до определения той или иной знаниевой сферы как научной или па-ранаучной. В-третьих, терминологическая неясность: в многочисленных работах одинаковые явления денотируются раз-

личными терминами и, наоборот, «под один термин подводятся разные феноме-ны»2. Таким образом, характеристика понятия паранауки может располагаться в широком экспликационном спектре, где общее значение (паранаука как социокультурная система) может наделяться (так или иначе) разнящимися смыслами.

Определение паранауки, которое даёт Толковый словарь современного русского языка: Языковые изменения конца XX столетия (под ред. Скляревской, 2001), указывает на отражение им «веяния времени»: на «нарастающее или, вернее, насаждаемое мракобесие в форме попустительского отношения к [...] паранауке»3. Словом, констатируется неадекватность определения паранауки. Приводя примеры употребления слова «паранаука», отмеченный словарь, полагает А.В. Флоря, манипулирует сознанием читателя «способом формально объективного, "плюралистического", а на самом деле тенденциозного подбора цитат»4. С одной стороны, продолжает А.В. Флоря, «открытое признание паранауки было бы слишком одиозным (вернее, преждевременным актом)»; с другой - схвачен момент неполного знания, предполагающий возможность паранауки доказать «своё безоговорочное право на существование»5. В самом деле, данный словарь не даёт чёткой картины: паранаука - «область зна-

ний, изучающая необычные космические, природные, психические и т.п. явления (обычно не поддающиеся рациональному объяснению)»6. Полно ли данное определение? Так, изучение явлений, пусть и необычных, может пониматься произвольно: указывая на изучение явлений, определение ничего не говорит о том, что именно имплицируется: научное изучение или иноприродное научному? Возможно, такая постановка вопроса излишня для учёного, подразумевающего под «изучением» научное изучение, но кто, не теряя почвы разума под ногами, убедит теолога в том, что он, теолог, не изучает (познаёт, понимает) Священное Писание, а делает нечто другое? Мошенник, выступающий от имени науки, также способен изучать перечисленные в словаре явления, правда, своим, не-научным, мошенническим способом. Если в вышеуказанном определении подразумевается изучение вне-и/или околонаучное, то паранаука предстаёт весьма плюралистичной сущностью, проявляемой в диапазоне онтологически разных явлений: тут и идеология (научный коммунизм), и религия (креационизм), и суеверие («если зима морозная, лето будет жаркое»), и др.

Если же в данном выше определении паранауки имеется в виду научное изучение явлений, тогда термин «паранаука» представляется неоправданным заменителем сталкивающейся с аномалиями нормальной науки или экстраординарной науки (Т. Кун). Напомним: в кризисные времена наука экстраординарна, что предполагает её открытость воздействиям альтернативных теорий в сравнении с не-кри-зисной, нормальной наукой, занимающейся решением задач-головоломок в направлении, задаваемом конкретной парадигмой и соответствующими концептуальными, инструментальными и методологическими предписаниями. Даже если парадигма может, по Куну, изолировать научное сообщество от несводимых к типу головоломок социально значимых проблем («поскольку их нельзя представить в терминах концептуального и инструментального аппарата, предполагаемого па-радигмой»7), это не означает несбыточ-

ности научного разрешения данных проблем, представляющихся аномальными постольку, поскольку они некогерентны определённой в настоящем времени парадигме. Впрочем, мы вовсе не обязаны на этом шатком основании (некогерентность социально важных проблем конкретной парадигме) девальвировать аномальную науку, подменяя её понятие «парана-укой». Так или иначе, мы видим функционирование именно науки, пусть и не умеющей на данном, кризисном этапе своего развития приемлемо исследовать конкретный фрагмент реальности. Причин приравнивать паранауку к экстраординарной науке, следовательно, нет. Вряд ли такое приравнивание теоретически и эмпирически насущно.

Наука не перестаёт быть наукой и в тех случаях, когда изучает так называемое «паранормальное». Термин «паранормальное» относится к тому, что якобы находится выше и за пределами нормального диапазона опыта8. Популярно воззрение (в том числе и в научном сообществе), что изначально под паранаукой понимали научное изучение явлений паранормального. Ряд исследователей замечают, что в основе паранауки лежат «паранормальные явления». Пожалуй, подобные точки зрения не вносят ясности в определение термина «паранаука» (исконный смысл которого, полагают, исказился, «подвергся эрозии»), ибо само понятие «паранормальное» «стало относиться ко многим явлениям, которые якобы невозможно описать в рамках существующих научных теорий и поэтому рассматриваемых как мистические и/или необъяснимые»9. В паранормальное включают сведения о похищениях инопланетянами, свидетельства в пользу посещения Земли в далёком прошлом космонавтами, зависимость между конфигурацией планет в момент рождения человека и его профессиональными успехами, а также «много подобных псевдонаучных доктрин и практик, таких как нумерология, карты Таро и биокосмические ритмы»10.

«Паранормальный список», видно, внушителен. Распространено мнение, что научное изучение явлений, подобных пе-

речисленным, и есть паранаука. Но эту позицию одобряет не каждый: «если суждено открыть и объяснить самые таинственные психические явления, это не сделает парапсихология, паранаука и па-раучёный, а настоящая наука и настоящий учёный»11. В самом деле, переименование «науки» в «паранауку» только лишь потому, что наука изучает явления, предстающие сегодня паранормальными (необъяснимыми, неописанными, таинственными или даже мистическими), вряд ли следует считать значимым. Более того, иногда реальные феномены ошибочно интерпретируются как аномалии (Венера как НЛО, животное - как Снежный человек...); нередки случаи ревизионистских интерпретаций адекватно излагаемых наукой явлений (древние памятники как свидетельства активности древних астронавтов). Укажем также на случаи галлюцинаций, эмпатических переживаний, последствий умышленного мошенничества и принятия на веру «городских легенд» - всё это устойчиво раздувает паранормальный пузырь для массового сознания. Между тем связь «паранауки» с «паранормальным» не ясна постольку, поскольку (по большому счёту) не определено и не обосновано применение термина «паранормальное». Последний несёт мистифицирующую (если не антинатуралистичную) коннотацию, но современный научный разум не нуждается во вненаучных поводырях (мистифицирующих, магизирую-щих, мифологизирующих.) для самостоятельного исследования природы. В духе самоценной науки - не допускать стагнации научного разума путём некритического усвоения и употребления термина «паранормальное». В духе науки - изучать то, что называют таким именем люди, далёкие от понимания её сущности. Пропозиция «наука изучает паранормальное» стала бы натуралистичнее, изменившись до пропозиции «наука изучает естественное, не кажущееся таковым некоторому сообществу в данный момент времени». Предложение же «паранаука - это наука, исследующая паранормальные явления» предполагает процедуры представления, кажущиеся излишними: например, о фи-

зике, становящейся ларафизикой только лишь потому, что изучает паранормальное, представляющееся де-факто скорее симулякром, чем чем-то объективным. На самом деле физика в умении изучать отдельные случаи «паранормального», оставаясь собой,- физикой; ей не обязательно превращаться для этого в ларафи-зику. Бритва Оккама для данного случая -не лишний инструмент.

Ознакомившись со словарём «Современный словарь иностранных слов» (4-е изд., 2001 г.), А.В. Флоря находит, что он оказался «в деле пропаганды паранауки вне конкуренции»12. Лексикографы, заключает А.В. Флоря, косвенно признавая паранау-ку, неважно справляются со своим делом, «из чего следует, что их задачи - не фило-логические»13. Впрочем, другой словарь строже в определении: паранаука - «научные суеверия; различные формы наукообразной деятельности, направленные на изучение паранормальных явлений»14 (Яценко Н.Е. Толковый словарь обществоведческих терминов, 1999). Следовательно, не каждый лексикограф может заинтересоваться в том, чтобы «1) вербализовать и закрепить в сознании носителей языка [...] концептосферу, [...] пропагандирующую неолиберальные ценности; 2) косвенным образом констатировать, что население эти ценности уже приняло - по крайней мере, относится к ним позитивно; 3) [...] соучаствовать в разрушении [...] материалистического сознания»15. Выполнение лексикографами филологических задач представляется неудовлетворительным скорее в силу того, что паранаука не познана, не объективирована в должной мере; её эмпирические проявления не достаточно сообразованы с нашим познанием. Нет завершённого и совершенного её понимания не только для филологии, но и для других наук и вряд ли вообще будет, пока существует наука, тоже не познаваемая от альфы до омеги (хотя финитисты, разделяющие идею о «конце науки», думают иначе). Противоречивый облик паранауки в словарях является отражением сведений о ней, экспортируемых прежде всего коллизиями представлений научных дисциплин, в которых феномены паранауки проявляются хотя и

часто, но в силу самых разных факторов (психологических, экономических, идеологических...) трудно поддаются объективной оценке. Вовсе не редка ситуация, при которой среди членов конкретного научного сообщества нет стойкого консенсуса в (непризнании паранаучных концепций и идей в качестве полноправных компонентов системы научного познания.

Английский словарь (Collins English Dictionary And Thesaurus) даёт более взвешенное определение. Паранаука - «the study of subjects that are outside the scope of traditional science because they cannot be explained by accepted scientific theory or tested by conventional scientific methods»16. По сути, дефиниция имплицирует конвенционализм (соглашения между учёными) в качестве критерия относимости к паранауке той или иной знаниевой конструкции. Иными словами, если вопросы изучаются не в пределах круга научных конвенций, то в этом случае перед нами паранаука. Однако вышеприведённая дефиниция фактически склоняет считать паранаукой вещи, за которые мог бы «заступиться» здравый смысл: изучение театральной программы, ресторанного меню, результатов спортивных матчей и т.п. Искать релевантные подобным изучениям научные конвенции, опираться на них - задача, излишняя в повседневности. Указывая на изучение вопросов, данная дефиниция, по-видимому, покрывает любую практику, претендующую на отражение реальности, не когерентное конвенциональной науке. В самом деле, некоторые практики вненаучной, казалось бы, наружности (креационизм) пытаются конкурировать с наукой за «привилегированный доступ к реальности», за достоверное отображение этой реальности. Как правило, подобные практики преследуют цель полного (или частичного) замещения науки за счёт вытеснения последней из содержимого культуры. (Замечено, что в современной России «астрология и родственные ей околонаучные верования - это не просто явления паранауки или антинауки; точнее было бы назвать их явление "вместонау-ки"»17.) В таких условиях наука отстаивает свои интересы научными средствами, а «ненаука» (или шире - паранаука) - ненаучными (паранаучными). И здесь между наукой и

её оппонентом обнаруживается конфликт «языковых игр», труднопреодолимый (если вообще преодолимый) дискурсивный барьер: научные аргументы оказываются малоубедительными для паранауки и симпатизирующего ей мышления. Выясняется, что наука и паранаука разнонаправленны, малопонятны друг другу, не способны к конструктивному взаимовлиянию, устраивающему обе стороны. Здесь имеет место коллизия принципов, между которыми нельзя установить согласия. Полагают, опровержение паранаучных теорий действенно при помощи научных методов. Но ими, замечено, с тем же успехом удастся опровергнуть картину художника-абстракциониста или футбольный поединок. Действительно, любое определение паранауки, исходящее от науки, оказывается проблематичным: оно в гораздо большей мере оказывается понятным научному сознанию, нежели вне- и ненаучному.

Выйдем за рамки словарей. Обратимся, например, к СМИ. Прежде всего отметим, что отношение современных СМИ (печатных и электронных) к паранауке чаще всего сопряжено с неконструктивной критикой в адрес науки и попытками обосновать паранауку. Причём это может исходить и от журналистов, и от параучёных, и от учёных, стимулируясь вне- и ненаучными факторами. Э.П. Кругляков не раз указывал на практику заказных публикаций, направленных на продвижение ненаучных идей18. Деятельность нынешних СМИ, увы, даёт повод называть их «средствами массовой дезинформации», «оружием массового информационного поражения» (термин, предложенный Европейским институтом СМИ), «оружием информационного доминирования» (Г. Павловский). Современные отечественные СМИ предпочитают заниматься не обоснованием науки, а её критикой, причём последняя часто приобретает воинствующий, а часто просто некомпетентный вид.

Так, астролог И.Н. Ковшун сравнивает науку с религией, сообщая, что «в вопросах Веры отход от ортодоксальности именуется ересью, а в вопросах Знания - ненаукой (лженаукой, паранаукой, антинаукой, альтернативной наукой и т.д.)»19. И.Н.

Ковшун акцентирует внимание не только на «онаучивании» ненаучных фактов и «ненаучного знания», но и на идее «"омифи-чивания", казалось бы, незыблемых научных представлений»20. Апеллируя к не признаваемым в прошлом концепциям, ставшим впоследствии научными, он называет учёных, противящихся «революционным внедрениям» в науку, «учёными» (в кавычках), твёрдо не приемлет обвинений паранауки в невежестве и шарлатанстве, считая их проделками «ортодоксов от науки». Термин «паранаука», по И.Н. Ковшу-ну, «вполне удовлетворителен», но «более подходящим является термин «альтернативная наука» как описывающий и альтернативное миропонимание, и отрицание права ортодоксальной науки на провозглашение Истины в конечной инстанции»21.

Впрочем, не каждый критик науки столь воинствен. Г. Новотоны указывает на такой тип критики науки, как романтическая традиция антинауки22. «Романтическая» критика не восхищается наукой, но не-восхищение это, надо признать, не всегда подчёркнуто антинаучно, а иногда и вовсе опирается на почву здравого смысла. Действительно, в оправдание паранауки приводят убедительные доводы. Так, в статье «Эффект бумеранга» (1986 г.) В. Афанасьев рассматривает пронаучно мотивированную критику пара-науки от А. Гангуса, по которому паранау-ка - это (помимо прочего) «мостики через пропасть, отделяющие науку от антинауки, т.е. суеверия. По форме это наука, по сути - белиберда, щекотка для нервов, бормотуха для обрывочного научного мировоззрения», «одновременно индикатор и причина духовного и нравственного инфантилизма взрослых людей, не желающих брать на себя Великую Ответственность за существование этого мира»23. В. Афанасьева не устраивает «откровенная насмешка над тем, что людей интересует, волнует, заставляет искать, проявлять пытливость ума и сердца; наконец, мечтать»24. «Духовный мир человека, - доводит до сведения В. Афанасьев, - не исчерпывается рамками интеллектуально-познавательной деятельности [...]. Наука наукой, а дух человеческий ищет всё же

нечто другого - поистине значительного и вечного, далёкого от идеологий и методологий [...], цифр и пробирок»25. Отсюда видно, что понимание паранауки оказывается связанным с такой экзистенциальной проблемой, как свобода человека, сковывать которую наука не имеет права. Впрочем, то же самое относится и к пара-науке: о том, как сковывает свободу астрология, приучающая человека к мысли о предопределённости его судьбы,написа-но немало работ.

Паранаука, очевидно, плюралистична. Не случайно возникают своеобразные антиномии. Одни не признают существования паранауки, полагая, что наличествуют только феномены, подлежащие исследованию научными методами (В.А. Фай-вишевский, 1987). Другие утверждают, что паранаука приобретает независимое значение (В.Ф. Берков, 2004). Полагают, что паранауке свойствен не научный, а коммерческий интерес (Д. Лионов, 2007). Другие склонны увязывать паранауку с описанием чудес «за собственный счёт» (Э.П. Кругляков, 2001). Одни связывают паранауку с реализацией сомнительных или явно ложных когнитивных процедур (К.П. Иванов, 2002), с «низкокачественной наукой», халтурой, мошенничеством и шарлатанством (Л. Левкович-Маслюк, 2001), со стремлением к наживе (В.И. Шубин, 2007), с категорией лжи (Г.Н. Цап-кова, 1987; А.А. Пензенский, 2002). Иные исследователи (С.А. Лебедев) регистрируют в паранауке «ряд действительно имеющих место фактов и опытных данных»26, согласовывают её с возможностью дать «определённый ракурс истинных представлений о действительности»27. Есть мнение, что паранаука нечувствительна к этике (Е.М. Ковшов, 2005) и даже антигуманна (С.П. Щавелёв, 1989). Но также есть мнение, что отдельные паранаучные концепты (в частности, развивающие концепцию планетарного равновесия добра и зла) имеют под собой аксиологические основания28. Если Herzog рассматривает паранауку как «явление атавизма, [...] пережиток давних времён, [...] возвращение к натурфилософии»29, а Р.Ф. Полищук (2006) видит в паранауке наукообразный

рецидив мифологического, донаучного мышления, то другие могут относить к категории паранауки понятие когнитивной практики, в известном смысле «опережающей» науку (В.Н. Финогентов, 2011). С одной стороны, паранаука так или иначе соприкасается с наукой (С.В. Светлов, 2003), с другой - паранаука не затрагивает науки, не пересекается с ней (В.Г. Сурдин, 2006). Указывают на противодействие паранауки развитию науки (А.Г. Войтов, 2003), но в то же время замечают (Ю.Н. Ефремов, 2007), что работа, стимулированная параисторическими изысканиями А.Т. Фоменко, внесла лепту в решение трёхвекового спора в астрономическом сообществе. Пишут, что параучёные имеют предвзятое представление о науке и не ищут истину научным методом (Г.Я. Мякишев, 1999), что паранаука отрицает экспериментальный метод «нормальной» науки (Ю.Л. Халтурин, 2007), но в то же время замечают, что паранаука «не противопоставляется науке, напротив, подчёркивает научный характер своих базовых идей и используемых методов»30. Она «не отрицает науку, а как бы паразитирует на ней и её авторитете»31; «и псевдо-, и лжеучёные не отвергают науку, а выступают от её имени»32. Убеждены, что пара-наука - в сильной степени «иррациональное образование» (М.В. Жуколина, 2005), другие могут связать паранауку с рациональными основаниями. Сквозь парана-учные знания, полагают, «просвечивает дно истины» (В.Н. Третьяков, 2009), в то же время «воинствующий дилетантизм» считают одним из признаков паранауки (А.А. Гой, 2007). С одной стороны, пара-наука стремится «опровергнуть проверенные практикой законы природы»33, а «па-ранаучный материал не просто инопри-роден [...], а альтернативен науке»34, открывается в альтернативной модели мира (С.Д. Лебедев, К.Е. Битюгин, 2003). С другой стороны, на глубинном уровне пара-наука следует «сущностным интенциям науки» (С.Ю. Николаев, 2002). На одном полюсе можно встретить убеждение, согласно которому между паранаукой и наукой «имеется чёткая демаркация и риска ошибиться в этой борьбе нет»35, словом,

предполагается нечто, позволяющее судить о паранауке однозначно. На другом полюсе говорится, что паранаука - «достаточно сложное и неоднозначное явление культуры»36 и что нынешняя методология и философия науки «утеряла способность различать научное познание и псевдонауку»37.

На наш взгляд, данные взаимопробле-матизирующие представления относятся к области феноменологии паранауки. В связи с этим сошлёмся на Б. Полторацкого. Указывая применительно к парана-уке на «невежество, поверхностность, банальность», их коммерческую эксплуатацию, он замечает, что всё это суть «малозначительные причины и обстоятель-ства»38. В самом деле, распространены суждения о паранауке на основе качеств, проявляемых человеком, и за эти качества нередко критикуется именно паранаука. Но критике, по большому счёту, должно подвергаться «человеческое», в частности негативно настроенные волевые способности человека, его страсти и пороки. Явление лженауки, сообщает Ю. Романов, -весьма трудная тема для разговора, «ведь говорить-то приходится не столько о науке или не-науке, сколько о людях»39. В самом деле, у паранауки имеется человеческое лицо и далеко не всегда цивилизованное (взять хотя бы случай деятеля, предложившего воскресить детей, погибших в Беслане). Замечено, что паранаука - это «интеллектуальная активность», спекулирующая на принципиально отличающихся формах человеческой практики40. Но паранаучная активность бывает не исключительно злоумышленной, ибо паранаука может действовать бессознательно хотя бы в том, что касается несоблюдения научных стандартов, норм и критериев, - на это обращает внимание В.М. Найдыш41. Более того, предпосылкой псевдонауки часто являются позитивные творческие качества и «благие намерения» (в случае, если на них не влияет интеллектуальная самодисциплина): «богатое воображение, эрудиция, разносторонность интересов, объединение хобби с профессией»42. Очевидно, не к одним тёмным сторонам человеческой природы

сводится паранаука, поэтому интерпретировать её только в негативном ключе не следует; её разумнее относить к утверждениям, которые, (так или иначе) отклоняясь от научных стандартов, включают в себя «как существенно ошибочные, так и, возможно, истинные положения»43.

Итак, литература, рассматривающая паранауку, не говорит об однозначности: образы паранауки и подходы к ней индуцируются разнообразными мировоззренческими ориентациями. Отношение к па-ранауке может быть разным как изнутри научных и философских школ, течений и направлений, так и изнутри социокультурных секторов, запрограммированных на пользование собственными когнитивными ресурсами. В современных исследовательских, публицистических, справочных, словарных материалах представлены существенно различающиеся дефиниции паранауки, хотя и замечается солидарность в отдельных пунктах. Информация о паранауке, данная в словарях, объективирует паранауку в более или менее позитивном свете, впрочем, встречаются и такие «прямые», с налётом скепсиса выражения, как «научные суеверия; различные формы наукообразной деятельности». Как правило, в духе этих выражений выдержана исследовательская литература о паранауке, хотя и здесь встречаются позитивные акценты. Образ паранауки, рисуемый публицистикой, также неоднозначен. Дело в том, что о паранауке успела высказаться советская публицистика, по известным причинам строго критичная к предмету высказывания, тогда как публицистика постсоветская к паранауке относится чересчур либерально. Если советские СМИ, как правило, симпатизируя науке, критикуют паранауку, то современные российские СМИ чаще отличаются «парасциентизмом» (со всеми обстоятельствами, сопутствующими этому, в числе которых - пренебрежительное отношение к науке, огульная критика в её сторону). Причём парасциентизм этот может быть искренним.

Имеются два неявных контекста рассмотрения паранауки: 1) в связи с внена-учными факторами (магия, мистика, суе-

верие, жульничество, невежество.), и при этом непонятно, на каком основании справедливо сближать, скажем, магию и пара-науку; и 2) в связи с ненаучными и околонаучными феноменами (лже-, псевдо-, квази-, девиантная наука.). Если второй контекст не акцентирует возможность вне-научных факторов определять модусы экзистенции паранауки, то первый, как правило, оставляет в тени существенное значение собственно науки для бытия пара-науки. Впрочем, заметна тенденция взаимопроникновения контекстов: К.П. Иванов, рассматривая паранауку, лженауку и жульничество, считает, что отделить их друг от друга возможно «лишь при наиболее ярких проявлениях»44.

В этом месте мы подходим к осознанию того, что разграничение вненаучных, ненаучных и околонаучных феноменов в связи с паранаукой, равно как и онтосе-мантическая реконструкция паранауки -процедура, существенная для репрезентации паранауки в (как можно более) отчётливом свете.

1 Подъяпольский П.П. Об отгадывании мыслей. Доклад в Обществе невропатологов и психиатров при Саратовском университете 9. XII.1918 // Природа. 1987. № 7. С. 88.

2 Сердюков Ю.М. Альтернатива паранауке. М.: Academia, 2005. C. 17.

3 Флоря А.В. Толковый словарь как средство манипуляции сознанием // Вестник Оренбургского государственного университета. 2006. № 11. С. 165.

4 Там же.

5 Там же.

6 Толковый словарь современного русского языка: Языковые изменения конца XX столетия (под ред. Скляревской Г.Н.). М., 2001. С. 554.

7 Кун Т. Структура научных революций. М.: АСТ: АСТ Москва, 2009. (Philosophy). C. 69.

8 Kurtz P. Science, Critical Thinking, and the New skepticism // В защиту разума: Против агрессии шарлатанства и паранормальных верований в российскую культуру начала XX века. М.: Российское гуманистическое общество, 2003. С. 146.

9 Куртц П. Новый скептицизм: Исследование и надежное знание. М.: Наука, 2005. С. 136.

10 Там же.

11 Подъяпольский П.П. Об отгадывании мыслей. Доклад в Обществе невропатологов и психиатров при Саратовском университете 9. XII.1918 // Природа. 1987. № 7. С. 88.

12 Флоря А.В. Толковый словарь как средство манипуляции сознанием. С. 160-166 // Вестник Оренбургского государственного университета. № 11. 2006. С. 165.

13 Там же. С. 166.

14 См. http://www.slovarnik.rU/html_tsot/p/ paranauka.html

15 Флоря А.В. Толковый словарь как средство манипуляции сознанием // Вестник Оренбургского государственного университета. 2006. № 11. С. 166.

16 «изучение вопросов, которые выходят за рамки традиционной науки, так как они не могут быть объяснены принятой научной теорией или проверены конвенциональными научными методами». Parascience. Collins English Dictionary. Complete & Unabridged 10th Edition, 2009. Электронный ресурс: [сайт] / http://dictionary. reference.com/ - 2011. - Режим доступа: http:// dictionary.reference.com/browse/parascience

17 Сурдин В.Г. Астрономия и астрология -перипетии современной конфронтации // В защиту разума: Против агрессии шарлатанства и паранормальных верований в российскую культуру начала XX века. М.: Российское гуманистическое общество, 2003. С. 197.

18 Так он озвучивал мысль, согласно которой бесправное положение науки будет на руку недобросовестным бизнесменам и чиновникам, ибо в отсутствиеграмотных специалистов, способных отличить науку от не-науки, сбыт населению якобы научно разработанных приборов-пустышек не получит экспертного отпора.

19 Ковшун И.Н. Смальта для мозаики на тему «Астрология - наука, не наука или ненаука?», 1996. Электронный ресурс /http://ufoinukraine. hut.ru/ - 2011. - Режим доступа: http:// ufoinukraine.hut.ru/lib/kovshun/smalta.html

20 Там же.

21 Там же.

22 См.: Мартишина Н.И. Наука и паранаука в духовной жизни современного человека: Науч. издание. - Омск: Изд-во ОмГТУ, 1997. С. 19.

23 Гангус А. Сенсации паранауки // Литературная газета». 1986. №6. 5 февраля. Электронный ресурс. / www.parashakti.ru/ - 2011. - Режим доступа: http://parashakti.ru/?q=node/83

24 Афанасьев В. Эффект бумеранга, или Кому нужна медвежья услуга? 1986. Электронный ресурс. / www.parashakti.ru/ - 2011. - Режим доступа: http://www.parashakti.ru/?q=node/90

25 Там же.

26 См. http://terme.ru/dictionary/905/word/ %CF%C0%D0%C0%CD%C0%D3%CA%C0

27 Бусов С.В., Зобова М.Р. Смысл и назначение науки. Место науки в духовной культуре человечества // Философия и методология познания. Учебник для магистров и аспирантов / Под общ. и науч. ред. В.Л. Обухова и др. - СПб., 2003. С. 52.

28 Мартишина Н.И. Когнитивные основания паранауки: Науч. издание. Омск: Изд-во ОмГТУ, 1996. С. 125.

29 Цит. по: Jentzsch G. Диагностика по радужной оболочке глаза. С. 26-48 // Медицинский оккультизм. Парамедицина (Под редакцией О. Прокопа). М.: Медицина, 1971. С. 30.

30 Мартишина Н.И. Когнитивные основания паранауки: Науч. издание. Омск: Изд-во ОмГТУ, 1996. С. 64.

31 Самохвалова В.И. Размежеваться, чтобы объединиться?.. (о тенденции отношений науки и паранауки) // Полигнозис. 1998. № 4. С. 129.

32 Родоман Б.Б. Этические отличия науки от псевдонауки // В защиту разума: Против агрессии шарлатанства и паранормальных верований в российскую культуру начала XX века. М.: Российское гуманистическое общество, 2003. С. 172.

33 Найдыш В.М., Гнатик Е.Н., Данилов В.Н. Наука и квазинаука. М.: Альфа-М, 2008. С. 113.

34 Юревич А.В., Цапенко И.П. Наука в современном российском обществе. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2010. С. 201.

35 Лесков С. Учёные против еретиков, 2001. Электронный ресурс. / www.inauka.ru/ - 2011. - Режим доступа: http://www.inauka.ru/ catalogue/article31871.html

36 Рубцов В.В., Урсул А.Д. Проблема внеземных цивилизаций. Философско-методологи-ческие аспекты. Кишинев: Штиинца, 1988. С. 269.

37 Пружинин Б.И. Ratio serviens? Контуры культурно-исторической эпистемологии. М.: Российская политическая энциклопедия (РОС-СПЭН), 2009. С. 15.

38 Полторацкий Б. Аутизмом по науке и цивилизации, 2010. Электронный ресурс. / www.inauka.ru/ - 2011. - Режим доступа: http:/ /nauka.izvestia.ru/blogs/article102827.html

39 Романов Ю. Цирюльня старого Оккама // Компютерра, 26 октября, 2001. Электронный ресурс / www.computerra.ru/ - 2011. - Режим доступа: http://www.computerra.ru/2001/418/13592/

40 Хмелевская Е.Н. Трансформация научных понятий в паранауке на примере термина «энергия» // Наука. Философия. Общество. Материалы V Российского философского конгресса. Новосибирск, 2009. С. 387.

41 Найдыш В.М., Гнатик Е.Н., Данилов В.Н. Наука и квазинаука. М.: Альфа-М, 2008. С. 113.

42 Родоман Б.Б. Этические отличия науки от псевдонауки // В защиту разума: Против агрессии шарлатанства и паранормальных верований в российскую культуру начала XX века. М.: Российское гуманистическое общество, 2003. С. 173.

43 Кувакин В.А. Насколько эффективны существующие меры по борьбе с лженаукой? // Здравый смысл. Весна 2010. № 2 (55). С. 13.

44 Иванов К.П. Агрессивная лженаука // Вестник РАН. Том 72. 2002. № 1.