Улетая от Китая

"Власть" по традиции подводит итоги работы российских экспортеров вооружений и военной техники в минувшем году. В посткризисном 2010-м был поставлен своеобразный рекорд: объем поставок российского оружия составил более $10 млрд, превысив объем предыдущего года сразу на $1,5 млрд. Однако постоянно растущие цены на продукцию отечественного ОПК угрожают потерей главных преимуществ России на рынке вооружений — относительно невысоких цен и неплохого качества.

*Предыдущие отчеты см. во "Власти" в N 7 за 2010 год, N 9 за 2009 год, N 5 за 2008 год, N 4 за 2007 год, N 7 за 2006 год, N 6 за 2005 год, N 4 за 2004 год, N 4 за 2003 год, N 1 за 2002 год и N 3 за 2001 год.

Система не сдается

По данным Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, общий портфель военных заказов России к концу прошлого года составил $48 млрд, что на $8 млрд выше показателей 2009 года.

По оценке Центра анализа стратегий и технологий, учитывая инфляцию в США в 1,64%, реальный прирост составил $1,36 млрд, или 15,7%. После двух лет стагнации, когда российский оружейный экспорт фактически сохранялся на одном и том же уровне, результат 2010 года выглядит очень достойно. Курс доллара по отношению к рублю при этом снизился всего на 4,4% (с 31,76 до 30,38 руб./$), и таким образом рублевая выручка российских предприятий-экспортеров вооружений и военной техники по итогам года должна значительно вырасти.

В первый послекризисный год единственный в стране спецэкспортер конечной продукции военного назначения, компания "Рособоронэкспорт" (входит в госкорпорацию "Ростехнологии"), сохранил прочные позиции, в 2010 году компания продала оружия на $7,4 млрд. Портфель заказов превысил $38 млрд. Кроме "Рособоронэкспорта" статусом субъекта военно-технического сотрудничества (ВТС) обладает еще 21 организация-разработчик и производитель продукции военного назначения, но они могут экспортировать только запчасти, агрегаты и узлы, а также заниматься сервисным обслуживанием ранее поставленной техники.

В конце прошлого года попытку изменить ситуацию предприняло руководство Объединенной судостроительной корпорации (ОСК), предложив правительству проект концепции развития, согласно которому ОСК предлагается наделить "статусом субъекта ВТС" — с правом "осуществления внешнеторговой деятельности в отношении продукции военного назначения". Это вызвало конфликт с компанией "Рособоронэкспорт", которая рисковала потерять до 25% от объема реализуемых экспортных контрактов (военно-морская тематика). ОСК проиграла и вскоре выступила с заявлением, что речь шла о возможности послепродажного обслуживания, поставок запчастей, модернизации и ремонта военной продукции.

Стоит отметить, что несколько лет назад при создании Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) ее руководство тоже хотело получить право самостоятельного экспорта военных самолетов, но и у них тогда ничего не получилось.

С учетом тяжелой ситуации в ГК "Ростехнологии", в которой из 562 вошедших в нее предприятий (300 участвуют в выполнении гособоронзаказа) 30% находятся на грани банкротства, выручка при экспорте российских вооружений остается для нее важной статьей дохода. По заявлению генерального директора госкорпорации Сергея Чемезова, размер комиссионных от сделки составляет 5%, руководители оборонных предприятий называют в частных беседах и более высокий процент.

В права собственника по большинству своих активов госкорпорация вступила к середине 2009 года, то есть в самый разгар мирового финансово-экономического кризиса. Сергей Чемезов использовал весь свой административный и лоббистский ресурс для получения масштабной финансовой поддержки государства. В итоге в прошлом году в первом с момента создания "Ростехнологий" (2007 год) опубликованном годовом отчете была зафиксирована небольшая прибыль 70,2 млн руб. При этом от государства были получены промышленные активы на сумму 255,1 млрд руб. и денежный взнос в размере 78,9 млрд руб.

Оборонно-промышленные отставки

Никаких серьезных структурных изменений в российском оборонно-промышленном комплексе (ОПК) в прошлом году не произошло. Большинство мероприятий по его реформе фактически закончено — завершено формирование вертикально интегрированных структур. Но в то же время в российском ОПК произошел целый ряд знаковых замен руководителей, долгое время отвечающих за разработку наиболее амбициозных военных и космических программ России.

Первым добровольно ушел в отставку в 2009 году директор и генконструктор (эту должность он в итоге сохранил) Московского института теплотехники Юрий Соломонов после серии неудачных испытаний межконтинентальной баллистической ракеты морского базирования "Булава". В конце прошлого года президент Дмитрий Медведев за потерю четырех спутников ГЛОНАСС снял с должностей вице-президента, главного конструктора по средствам выведения ракетно-космической корпорации "Энергия" Вячеслава Филина и заместителя руководителя Роскосмоса Виктора Ремишевского. Глава Роскосмоса Анатолий Перминов отделался тогда выговором.

В конце января решением президента в отставку был отправлен президент ОАК Алексей Федоров. Официальная причина — неудовлетворительная работа руководства корпорации по внедрению инновационных решений. Главой корпорации стал ее первый вице-президент Михаил Погосян. И уже через неделю своего поста лишился Игорь Ашурбейли, гендиректор Головного системного конструкторского бюро (ГСКБ) концерна ПВО "Алмаз-Антей" — одного из крупнейших предприятий российской оборонки. Причиной отставки стал системный конфликт интересов между управляющей компанией "Алмаз-Антея" и ГСКБ, которое было финансово независимым, играло в концерне чересчур большую роль и изо всех сил старалось сохранить статус-кво. Решение о смене руководства ГСКБ принимал совет директоров концерна ПВО, но резолюции по поводу руководителей такого уровня принимаются только с санкции Кремля.

Оружейный импорт

В конце 2010 года закончилась длившаяся более двух лет эпопея с приобретением Россией двух французских универсальных десантных кораблей (УДК) типа Mistral. В августе, в соответствии с общим порядком госзакупок, Минобороны объявило закрытый тендер, прервав переговоры с Парижем. Участниками конкурса, по неподтвержденным данным, помимо французского концерна DCNS (в консорциуме с российской ОСК) стали: испанская Navantia с УДК Juan Carlos I, южнокорейская STX с десантным вертолетным кораблем-доком Dokdo, немецкая компания TKMS с проектом корабля MHD 200, который существует пока лишь на бумаге. Голландская судоверфь Schelde с десантным вертолетным кораблем-доком Johan de Wit также не раз объявляла о своем желании участвовать в тендере, но в итоге от него отказалась. Впрочем, французы считались фаворитами.

В итоге межправительственное соглашение на поставку кораблей было подписано 25 января 2011 года вице-премьером России Игорем Сечиным и министром обороны Франции Аленом Жюппе. Твердый контракт будет подписан в апреле. Именно Игорь Сечин, председатель совета директоров ОСК, активно противодействовал заключению сделки. ОСК предлагала Минобороны купить южнокорейский корабль Dokdo ($350 млн), а также добилась проведения тендера. Но поскольку сделка давно была одобрена высшим руководством страны, корпорация была вынуждена создать консорциум с DCNS (впрочем, без серьезной с ним кооперации).

Стоимость двух кораблей Mistral — около $1 млрд. Они будут строиться во Франции. Опцион предполагает поставку еще двух УДК, но их постройка уже будет вестись в России. По словам президента ОСК Романа Троценко, объем локализации производства в России для первого корабля составит 20%, второго — 40%, третьего — 60%, а четвертого — 80%. Впрочем, как говорят в Министерстве обороны, судьба третьего и четвертого Mistral абсолютно не ясна, их нет в государственной программе вооружения на 2011-2020 годы, и еще предстоит обосновать в правительстве необходимость их приобретения для ВМФ России.

Другой серьезный контракт в области военного импорта — закупка Минобороны десяти многофункциональных бронемашин LMV M65 итальянской компании Iveco. В дальнейшем предполагается организовать их лицензионное производство в России с минимальным объемом выпуска 500 машин в год. Сборка итальянских бронетранспортеров будет организована на одном из заводов принадлежащего Минобороны ОАО "Оборонсервис".

Также в 2010 году "Рособоронэкспорт" и французская компания Thales подписали соглашение о создании совместного производства тепловизоров Catherine-FC и сервисного центра по их обслуживанию на базе Вологодского оптико-механического завода. Были выпущены первые 20 тепловизоров. Их будут устанавливать на танки Т-90С и боевые машины пехоты БМП-3. Пробная партия французских тепловизоров была закуплена еще в 2008 году.

Израильская компания Israel Aerospace Industries (IAI) завершила в 2010 году выполнение контракта на поставку России 12 беспилотных летательных аппаратов (БПЛА). Параллельно IAI подписала с холдингом "Оборонпром" соглашение об организации лицензионного производства израильских БПЛА в России. Площадкой выбран Уральский завод гражданской авиации (Екатеринбург).

Генеральный партнер

Индия остается крупнейшим импортером российского оружия. На нее приходится треть ($16 млрд) общего портфеля военных заказов России.

Россия и Индия договорились по одному из самых спорных вопросов в ВТС двух стран — окончательной стоимости работ по ремонту и модернизации авианесущего крейсера "Адмирал Горшков" (индийское название — Vikramaditya). Стоимость работ составила $2,3 млрд, а срок сдачи корабля — 2012-2013 годы. Напомним, что подписанный в 2004 году контракт оценивался в $1,7 млрд, включая поставку 16 палубных истребителей МиГ-29К. Но в конце 2007 года Россия потребовала добавить еще $1,2 млрд. Индийцы сказали тогда "нет". В Федеральной службе по военно-техническому сотрудничеству утверждают, что российская сторона сумеет на этот раз удержаться и во временных и в стоимостных параметрах.

В то же время в прошлом году произошел еще один случай попытки пересмотра военного контракта с Индией. Руководство калининградского судостроительного завода "Янтарь" (входит в ОСК) заявило о необходимости добавить до $100 млн на достройку трех фрегатов проекта 11356 (общая стоимость $1,6 млрд), а также увеличение сроков выполнения контракта. Нового скандала не произошло, поскольку в Объединенной судостроительной корпорации было решено урегулировать проблему за счет внутренних резервов.

Знаковым стало присоединение индийских разработчиков к российской программе истребителя пятого поколения ПАК ФА. В Индии он получил название FGFA (Fifth Generation Fighter Aircraft). Пока подписан контракт на создание эскизно-технического проекта машины (стоимость $295 млн). На разработку и испытания опытных образцов потребуется 8-10 лет. Общее финансирование программы разработки в $10 млрд, будет поделено поровну между российской и индийской сторонами. Всего ВВС Индии намерены приобрести 250 таких самолетов на $25 млрд.

Кроме того, наконец подписано соглашение о создании совместного предприятия по проектированию и разработке реактивного многоцелевого транспортного самолета MTA (Multirole Transport Aircraft). Этот проект пытались реализовать почти десять лет. Акционерами стали индийская компания Hindustan Aeronautics Limited (50%), ОАК и "Рособоронэкспорт" (по 25%). Производство самолета будет осуществляться как в России, так и в Индии. Стоимость проекта оценивается в $600,7 млн.

Тем временем доминированию России на индийском рынке вооружений угрожают все более активные действия США в этом регионе. 26 января 2011 года руководитель управления министерства обороны США по закупкам и технологиям Эштон Картер предложил Индии приобрести истребители пятого поколения F-35 или даже принять участие в программе их разработки. США исключили из списка по контролю за военным экспортом целый ряд ведущих организаций индийского ОПК. Контроль за военным экспортом Индии был введен в 1998 году после того, как эта страна провела серию испытаний ядерного оружия. Индия уже приобрела у США военно-транспортные самолеты C-130J-30 Super Hercules, патрульные самолеты P-8I Poseidon.

Китайские проблемы

Военно-техническое сотрудничество с Китаем — первым до 2007 года по значимости импортером российских вооружений и военной техники — серьезно сократилось. С 2006 года с этой страной не было подписано ни одного крупного оружейного контракта. Насыщенная советским и российским "военным железом" Народно-освободительная армия Китая настаивает на переходе к сотрудничеству в области высоких технологий, но Россия к этому не готова. На 15-м заседании российско-китайской межправительственной комиссии по ВТС был подписан протокол, определяющий дальнейшее направление развития отношений двух стран. Но речь идет только о поставках запасных частей, а также разработках в рамках опытно-конструкторских работ.

С другой стороны, Китай, производящий в основном копии российских боевых систем, постепенно становится конкурентом России на мировом рынке вооружений. Дело дошло до того, что в июле 2010 года глава компаний МиГ и "Сухой" Михаил Погосян заблокировал подписание очередного контракта на поставку российских двигателей РД-93, которыми оснащаются китайско-пакистанские истребители FC-1 (производится также в Пакистане как JF-17). По его мнению, FC-1 прямой конкурент российского истребителя МиГ-29. Только китайский аналог дешевле — $10 млн против $35 млн. Эти машины "столкнулись" на египетском рынке вооружений. До этого эти же истребители соревновались на тендере минобороны Мьянмы, китайцы тогда проиграли.

Ливия, Иран и другие

Индия продолжает возглавлять список главных клиентов российской оборонки, куда традиционно входят Алжир, Венесуэла, Сирия, Китай, а с 2009 года и Вьетнам. Со временем в него могла быть включена и Ливия, по мере контрактации и реализации большого пакета соглашений ($1,8 млрд), подписанного в январе 2010 года, однако политический кризис в Ливии сделал это пока невозможным. Всего же, по оценке главы "Рособоронэкспорта" Анатолия Исайкина, упущенная выгода в военно-техническом сотрудничестве с Ливией после введения эмбарго на поставку вооружений в эту страну может составить для России $4 млрд на ближайшие несколько лет.

В этот топ-лист мог войти и Иран. Но запрет президента Дмитрия Медведева на поставку в Иран пяти дивизионов ЗРС С-300ПМУ1 (стоимостью $800 млн) в рамках принятой 9 июня 2010 года резолюции Совбеза ООН 1929 привел к фактической потере выгодного клиента. С 2001 года в Иране действует программа перевооружения — $25 млрд на 25 лет, и Россия Тегераном рассматривалась до недавнего времени как главный экспортер вооружений. Впрочем, в системе российского экспорта вооружений надеются на продолжение ВТС с Ираном по вооружениям и военной технике, не входящим в запретный список Совбеза ООН.

По заявлению премьер-министра РФ Владимира Путина, объем новых заказов Венесуэлы на поставку российских вооружений может превысить $5 млрд, включая прежние закупки вооружений под кредит $2,2 млрд. Венесуэла может стать первым экспортным заказчиком истребителей Су-35 и крупнейшим после Индии заказчиком танков Т-90С. Каракас подтвердил намерение закупить до 10 новейших ударных вертолетов Ми-28НЭ.

Другой большой пакет с Саудовской Аравией в $4 млрд (200 БМП-3, 150 танков Т-90С, 161 вертолет, несколько десятков зенитных ракетных систем) так и не состоялся, забуксовав на стадии обсуждения, теперь переговоры идут по отдельным контрактам. Как заявил Анатолий Исайкин, пока заключен всего лишь один контракт на несколько миллионов долларов.

По прогнозам Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству, сегодняшний портфель заказов ($48 млрд) позволит России поддерживать достигнутый уровень экспорта вооружений и военной техники на протяжении не менее пяти лет. Однако в самой системе российского ВТС отмечают, что на позиции России на мировом рынке вооружений все более негативное влияние оказывает нарушение базового критерия успеха российского оружия за рубежом — относительно невысокая цена и приличный уровень качества. Цены на продукцию российской оборонки растут очень быстро, при этом качество остается прежним или даже снижается. В то же время любая китайская боевая система значительно дешевле российского аналога. Все это происходит на фоне резкого увеличения гособоронзаказа, которому отдается безусловный приоритет. В то же время производственные мощности ОПК ограниченны, растет дефицит квалифицированных кадров, госфинансирования на всех не хватает.

Также, по мнению директора Центра анализа стратегий и технологий Руслана Пухова, в условиях прогнозируемого сокращения емкости глобального рынка вооружений, ужесточения конкуренции в Индии, наличия колоссальных политических и экономических рисков в Венесуэле, насыщения российским оружием алжирского рынка и израильского противодействия поставкам в Сирию перед Россией стоят более чем серьезные угрозы и вызовы сохранению достигнутых объемов экспорта вооружений.