Междисциплинарный статус современного частного коллекционирования как феномена культуры

УДК 304.2

Klyukanova L.G. AN INTERDISCIPLINARY STATUS OF THE MODERN PRIVATE COLLECTING OF ART OBJECTS AS A CULTURAL PHENOMENON. The article discusses some aspects of the culturological approach to the consideration of the problem of the cultural status of modern private art collecting. Private art collecting is considered as a way of development of culture and its values, as well as a phenomenon, interconnected with other elements of culture. The phenomenon of private art collecting is understood as having a special status and specific cultural form. The author takes into account the complex of psychological, axiological, semiotic and historical aspects in her research. The author thinks that the question of compensation function in the private collections needs a thorough analysis. The work describes the contents of the compensation psychological function and is revealed in forming of the unique individual niche by a collector that implies the personal development of the collector and acquiring of a particular status among the other collectors, which compensates the lack of the status in other spheres.

Key words: modern private art collecting, phenomenon of culture, cultural values, cultural imperative, culturological approach, interdisciplinary approach.

Л.Г. Клюканова, аспирантка каф. теории и истории культуры ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский гос. университет культуры и искусств», г. Санкт-Петербург, E-mail: klyukanova.l.@yandex.ru

МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЙ СТАТУС СОВРЕМЕННОГО ЧАСТНОГО КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЯ КАК ФЕНОМЕНА КУЛЬТУРЫ

В статье рассматриваются некоторые аспекты культурологического подхода к рассмотрению проблемы культурного статуса современного частного художественного коллекционирования. Частное художественное коллекционирование изучается с точки зрения способа освоения культуры и ее ценностей, а также как явление, взаимосвязанное с другими элементами культуры. Рассматривается феномен частного коллекционирования, имеющий особые статус и культурную форму, с учетом комплекса психологических, аксиологических, семиотических и исторических аспектов.

Ключевые слова: частное художественное коллекционирование, феномен культуры, ценности культуры, культурный императив, культурологический подход, междисциплинарный подход.

Частное коллекционирование произведений искусства представляет собой имеющий особую форму и содержание феномен современной культуры, выполняющий эстетическую, просветительскую, коммуникативную и (в широком понимании) социальную функции. Коллекционирование предметов искусства оказывающее, в первую очередь, эмоциональное эстетическое воздействие, на практике реализует и способность культуры инвертировать хаотичное, беспорядочное и необязательное стечение обстоятельств в новый, относительно устойчивый порядок. Организатором этого порядка выступает особый субъект - частный коллекционер, создающий специальную искусственную «культурную» среду, включающую в себя формирование «музейного» отношения к объектам частного коллекционирования (изъятия их из окружающей среды - собирания, хранения, систематизации и экспонирования). Важнейший аспект этой среды -это коэволюция индивида и культуры. Частное художественное коллекционирование непосредственно способствует формированию различных способов освоения культуры и ее ценностей осуществляющими его индивидами.

Частное коллекционирование - явление, известное в мире культуры и искусства не одно столетие, и ему в достаточной степени уделялось внимание как теоретическими, так и эмпирическими исследователями, но с течением времени оно подвергалось как логически предсказуемо-оправданным, эволюционным, так и ситуационным изменениям и к XXI веку приобрело новые характерные черты. В первую очередь, следует отметить, что частное художественное коллекционирование в современных условиях может быть рассмотрено как одна из характеристик общества потребления. Объекты, включаемые в состав частной коллекции (в первую очередь, обладающие художественной ценностью) могут быть комплексно рассмотрены в двух статусах: как вещи, наделенные символической ценностью (в том числе как одной из форм полезности) [1, с. 243-245], в которых могут быть воплощены ценностные смыслы культуры, но все же вещи - подлежащие стоимостной оценке и присвоению. Даже и при таком широком подходе содержание полезности объекта частного художественного коллекционирования заключено не только в универсальной потребительской стоимости, основанной

1 Музейность рассматривается как способ наделения субъектом особыми свойствами объектов реального мира, имеющие целью сохранить исторический потенциал и творческий резерв опыта человечества и реализуемый в собраниях предметов, репрезентирующих опыт человека, сообществ, человечества и др. [6, с.8].

на регулятивных социоэкономических механизмах, но и отборе исторических артефактов, канонизации новых художественных ценностей, и в его собственной высокоиндивидуализированной символической ценности. Такой объект, обладающий специфическими эстетическими, культурно-историческими и другими значениями, может подлежать и бескорыстному (несобственническому) восприятию - уже очень близкому к «музейному» - т.е. «символическому восприятию» - восприятию, не сводимому исключительно к фактическому обладанию, а наделенному аксиологическим содержанием. В данном контексте следует отметить, что в ряде исследований подчеркивается то, что современная культура в большей мере способствует потреблению благ именно в форме символических ценностей, а не потребительских стоимостей, а также изменяет и сам характер потребления [2, с. 77]. Таким образом, артефакт, включенный в состав частной художественной коллекции представляет собой объект, который «культуризирован, трансформирован в игровую и отличительную субстанцию, в аксессуар роскоши, в один из элементов общей коллекции потребляемых благ» [3, с. 6], и становится частью духовной культуры.

Кроме того, в ряде исследований частное коллекционирование рассматривается как явление, имеющее игровой характер [4, с. 141-142], особого увлечения людей, которому они предаются в часы досуга, тратя не только время, но и средства, иногда огромные. Коллекционирование, как и всякая игровая деятельность (рассматриваемая не просто как явление культуры, но в контексте культуросозидающей функции) [5, с. 60], с этих позиций, осуществляется по определенным правилам: коллекционирование осуществляется свободно - по доброй воле и исходя из собственных представлений коллекционера; коллекционирование не является чем-то повседневным - коллекционер создает особую, наполненную ценностным смыслом возвышенную атмосферу; коллекционирование требует известной упорядоченности в сборе, хранении и систематизации объектов; коллекционер ограничивает рамки своего увлечения и собирает только конкретные объекты; коллекционер не ставит перед собой задачи извлечения прибыли - символическая ценность коллекции и «музейное»1 к ней отношение, как правило, являются доминирующими; коллекционером ставится цель достижения превосходства - собрать больше или же лучшие объекты; возникают формы внутренней иерархии среди коллекционеров - например, владелец самой дорогостоящей коллекции (или самой уникальной) приобретает определенный статус и др.

Вопрос о компенсаторной функции частного коллекционирования также заслуживает самого пристального внимания. Согласно ряду теоретических исследований, коллекционирование выполняет компенсаторную психологическую функцию и представляет собой сублимацию как защитный механизм [4, с. 141-142]. Компенсаторность заключается в создании коллекционером уникальной индивидуальной (ценностной, исследовательской, творческой и др.) ниши, предполагающей как личностное развитие, так и приобретение определенного статуса среди других коллекционеров, компенсирующий недостаток статуса в других сферах. Сублимация коллекционера, как отмечал Ж. Бодрийяр (рассматривавший коллекционирование как игру страстей) связана не с природой собираемых им вещей (они могут варьироваться в зависимости от возраста, профессии, социальной среды и других обстоятельств), но и с его собственным фанатизмом [7, с. 74]. Именно степень увлеченности, культурный, интеллектуальный и эмоциональный уровень коллекционера, его мировоззрение и темперамент, а также комплекс внутренних мотиваций (среди них можно назвать такие как: эстетическую, экономическую, социального престижа, сакральную, групповой принадлежности, патриотическую, познавательную, охранительную и др. [8, с. 148; 9, с.70-90]) определяют функциональную и аксиологическую составляющие такого явления культуры как частное коллекционирование. «Частное коллекционирование -это особая сфера культурной и художественной жизни. Собиратель, выражая себя через вещи, имеющие культурное значение, в частности произведения искусства, создаёт определённую духовную атмосферу. Мироощущение и миропонимание художников прошлого и настоящего соответствуют его собственным, что определяет выбор предметов коллекционирования» [10, с. 2-3].

При оценке духовно-содержательной стороны рассматриваемого феномена культуры можно обнаружить и амбивалентное отношение к проблеме «частное коллекционирование как явление культуры». Так, суждения о психологической природе коллекционирования, определенного как «темное, первичное, неодолимое влечение, инстинкт, или рефлекс» [11, с. 215], были высказаны академиком И.П. Павловым (в Сообщении на III съезде по экспериментальной педагогике в Петрограде 2 января 1916 г.). Определяя, таким образом, цели коллекционирования скорее как низменные, нежели возвышенные, он, вместе с тем, признает их и абсолютно присущими природе человека. Кроме того, сходство частного коллекционирования с таким скорее негативным духовно-культурным состоянием как накопительство, аккумулирующее блага именно как материальные ценности также отмечается рядом исследователей [12, с. 16]. Отметим, что современные исследователи проблемы полагают, что феномен художественного коллекционирования как особой культурной формы выявляется более полно, безусловно, с учетом целого комплекса психологических, антропологических, этнографических и прочих аспектов [13, с. 219].

Помимо прочего, представляется необходимым сконцентрироваться на осознании феномена художественного коллекционирования, как и коллекционирования в целом, объединённо с проблемой научной интерпретации специфического музейного подхода к действительности, результатом которого являются музейные и частные коллекции. Развитию коллекционирования и формированию «музейного» отношения к предметам, составляющим коллекции способствуют и активизация интереса к историко-культурному наследию и культурным артефактам.

«Музейное отношение» к предметам, основанное на стремлении изъять их из реального мира и сохранить от естественных процессов разрушения и уничтожения - отношение к вещи как к предмету культуры, является одним из определяющих факторов страсти к коллекционированию, исходя из положений концепции «музеефикации культуры» [14, с. 31], согласно которым в эпоху постмодернизма культура музеефицируется, становясь открытым музеем - скоплением и хранилищем ценностей, даже если они и не рассматриваются как таковые. Так, по мнению Т.П. Калугиной, вещь в культуре, наделенная человеческим смыслом, «перестает быть равной самой себе, соотнесенной со своим собственным бытием, и становится выражением, проявлением не своей, а некоторой другой природы, ее инобытием, символом иного, невидимого мира» [15, с. 11]. Именно отношение человека к миру как к музею, определяет и страсть к коллекционированию, прежде всего, отношением к вещи как предмету культуры, будь то природный объект или артефакт. «Универсальность противопоставления видимого и невидимого и уникальный

смысл этого противопоставления в культуре объясняют широкое распространение такой институции, как предмузейные собрания и музей в собственном смысле слова» [15, с. 42].

Разумеется, частное коллекционирование принципиально отличается от музейного [16, с. 3-12]. Хотя благодаря осуществлению «музейного» принципа, формировались первые предмузейные собрания. При этом уместно вспомнить, что исторически в России первым возникло именно частное коллекционирование - как предмузейное.

Конечно, частная коллекция формируется совершенно по иным принципам, нежели музейная. Целый ряд потенциально интересных для коллекционера объектов, наиболее значимых со всех точек зрения - материальной, аксиологической, исторической и др. - в принципе, согласно требованиям действующего законодательства, не может находиться в частной собственности, а, значит, и в составе частной коллекции. Кроме того, музейная коллекция, безусловно, предполагает более научный подход к артефактам, нежели частная. Наконец, музейная коллекция предназначена для открытого экспонирования, что не свойственно современной частной коллекции. Можно назвать и другие различия, но некоторые общие признаки (обладающие специфической вариативностью в каждом конкретном случае), такие как некоторая системность и стремление выбрать объект наибольшей художественной ценности присутствует и в том и в другом случае, и вероятно, также должны быть приняты во внимание, хотя первоочередно именно эмоционально-оценочная субъективность частного коллекционера всегда должна быть учтена при исследовании. Частные коллекции, как правило, сначала определяются, а затем и сами формируют собственный духовно-психологический мир владельца и окрашены его интеллектом, темпераментом, душой, интересами, вкусами и пристрастиями. Во всяком случае, чрезвычайно важно то, что частное коллекционирование является выражением свободной воли индивида - коллекционера [12, с. 19-21]. Это не просто форма самореализации личности, но и форма выражения свободы, выраженная в, быть может, спонтанном, но все же индивидуальном выборе индивида - становиться ли ему коллекционером и какие именно объекты составят его коллекцию.

Кроме того, хотелось бы обратить внимание и на семиотический подход в культурологии к частному коллекционированию. С семиотических позиций, частную коллекцию как всякое собрание художественных ценностей можно рассмотреть и как список. Так, У. Эко указывает на существование практических и поэтических списков. При этом коллекции олицетворяют собой именно практические списки, т.к. представляют собой форму - они собирают в единое целое совокупность предметов, подчиняющуюся, несмотря на неоднородность, контекстуальному спрессованию: их роднит факт нахождения - действительного или ожидаемого в одном и том же месте или нацеленность на один и тот же проект [17, с. 113]. Практический список обладает тем свойством, что никогда не бывает действительно беспорядочным, потому что всегда регулируется определенным критерием отбора - для частной коллекции такой критерий зависит от личности коллекционера. Предметы составляют последовательность - синтез изобилия и подсчета создает возможность для отбора, сбора, игры с предметами, исследовательского блуждания и комбинирования возможностей - коллекционер (в том числе и как потребитель) представляет себе не различные виды объектов, а некое сочетание объектов - знаков всех категорий благ, рассматриваемых в качестве элементов знаковой ценности. Кроме того, при таком подходе и сами объекты частного коллекционирования -культурные артефакты - могут быть рассмотрены как реплики коллекционера, которые обладают неопределенно большим количеством интерпритаций. Частная коллекция всегда открыта и наполнена теплой и дружелюбной атмосферой для своего владельца-коллекционера, она всегда для него символична и наполнена разнообразными смысловыми и духовными значением. Кроме того, частная коллекция всегда имеет свой контекст -здесь важны различные типы целостности и взаимосвязей собираемых объектов и сам процесс собирания и функционирования, в котором происходят события, и обеспечивается значение для содержания.

Очень важно для предпринятого исследования то обстоятельство, что коллекционирование как интереснейший культурно-социологический феномен всегда отражает не только личность, интересы и вкусы самого собирателя, но также и уровень существующей культуры в обществе, возможно даже и «культурный смысл эпохи» [18, с. 1; 13, с. 5], позволяя проследить степень

восприимчивости общества как к преемственности культуры, так и культурным ценностям и к культурным нормам. Хотя следует подчеркнуть, что частное коллекционирование всегда индивидуализировано и персонифицировано, во многом определяется личностными характеристиками собирателя. Тем не менее, очевидна зависимость и обусловленность всякого артефакта частной коллекции от собственно культуры как некой целостности, даже если рассматривать его в свете таких понятий как «мода» или «модные тенденции». Такой поход еще раз демонстрирует важность исследования любого элемента культуры с точки зрения его места и роли в ней. Частное коллекционирование в данном контексте должно быть исследовано и с позиции его необходимой целесообразности, установления его взаимосвязей с другими элементами культуры и ее социальными и психологическими функциями.

Помимо всего прочего, частное коллекционирование способствует не просто адаптированию человека к культуре, но упрочению дополнительных связей индивида (коллекционера) с миром культуры и искусства, сверх минимально необходимых и даже, более того, решению индивидуальной проблемы собственного существования в культуре. Но все же, с этих позиций, можно отметить повышение роли индивидуальной человеческой личности в культуре - при сохранении художественных ценностей как объектов культурного и исторического наследия - коллекционер сохраняет (а иногда и создает) определенную культурную атмосферу. Частное коллекционирование превращает неопределенную готовность человека к восприятию культуры, к пассивному соучастию в ней, в определенную целеустремленность, в осознанную принадлежность к культуре, стимулирует готовность и способности индивида самостоятельно решать задачи собственного целостного мировосприятия, культурного существования и персональной ответственности, выходя за пределы общих коллективных культурных стереотипов.

В таком случае поведением коллекционера руководит особый «культурный императив поведения» [19, с. 57], суть которого заключается в том, что соучастие в культуре реализуется индивидом посредством коллекционирования культурных (по возможности художественных) ценностей и требует от него определенных усилий - это уже не состояние вовлеченности, а череда событий и поступков - коллекционер становится не просто подготовленным интерпретатором, способным оценить, осмыслить и классифицировать увиденное и отобранное для своей коллекции в меру собственной эрудиции, эстетического вкуса и эмоциональной восприимчивости, но вырабатывая персональный

Библиографический список

волюнтаризм как основу культурной мотивации собирательства, сам определяет задачу собственных усилий в культуре.

Упомянутый выше культурный императив поведения коллекционера можно трактовать и как целеполагающий и как императив интерпретации. В целом в теории выделяют первичный -категорический культурный императив и вторичные императивы (т.е. универсальный и единичные инварианты). «Императивным требованием становится соответствие культуры персональным интересам единичного человека в переживаемой им ситуации настоящего времени, а стремление единичного человека следовать собственным избирательным интересам - каждый раз новым - становится реализацией культурной нормы» [19, с. 131].

При этом, назначение категорического императива выражается как в его связующем начале культурных и персональных мотиваций, так и в установлении доминирования культурного над персональным началом, не отменяя необходимость и неустранимость персонального компонента в составе культуры. Вторичные императивы отличаются от первичного тем, что реализуются в ситуационных пределах и имеют своей порождающей причиной проблемы индивидуального существования человека в культуре. Проявляется «принцип взаимообусловленности и взаимодействия универсальной и локальной составляющих компонент в культуре, а соответственно, и принцип их единства в формировании индивидуального культурного кода личности» [20, с. 9].

Таким образом становится очевидно, что современное частное художественное коллекционирование, несомненно, обладает статусом феномена культуры. Культурный статус современного частного художественного коллекционирования как совокупность стабильных признаков, специфичных для рассматриваемой системы взаимодействий, определяет как мировосприятие, так и поведение коллекционера (как и всех лиц, потенциально и фактически участвующих в функционировании частной коллекции); некоторые аспекты социального статуса коллекционера в пределах художественного рынка или даже культурных институций; положение частной художественной коллекции в мире культуры и искусства; особенности правового закрепления прав, обязанностей и гарантий коллекционера и юридического статуса коллекции. Данная проблематика, на наш взгляд, чрезвычайно интересна для исследования в рамках аналитической, практической и научной деятельности. В целом, несмотря на безусловное к ней внимание целого ряда исследователей, указанная проблематика все еще ждет своего комплексного исследования с позиций не только культурологии, но и психологии, социологии, истории, культурологии, музееведения и юриспруденции.

1. Бодрийяр, Ж. Символический обмен и смерть. - М., 2000.

2. Иноземцев, В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы: учеб. пособ. для студентов вузов. - М., 2000.

3. Бодрийяр. Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры. - М., 2006.

4. Ильин, В.И. Поведение потребителей. - СПб., 2000.

5. Хейзинга, Й. Человек играющий. Homo Ludens. Игра в культуре. - М., 1997.

6. Сапанжа, О.С. Культурологическая теория музейности: автореф. дис. ... д-ра культурологии. - СПб., 2011.

7. Бодрийяр, Ж. Система вещей. - М., 1995.

8. Саверкина, И.В. История частного коллекционирования в России: учеб. пособ. - СПб., 2004.

9. Грицкевич, В.П. История музейного дела до конца XVIII в.: в 2 ч. - СПб., 2001. - Ч. 1.

10. Бильвина, О.Л. Частное коллекционирование произведений античного искусства в России (вторая половина XIX в. - первые десятилетия XX в.): дис. ... канд. искусствовед. - СПб., 2007.

11. Павлов, И.П. Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей деятельности (поведения) животных. - М., 1973.

12. Малинкин, А.Н. Коллекционер. Опыт исследования по социологии культуры. - М., 2011.

13. Шлаева, И.В. Частное коллекционирование предметов русской старины как фактор сохранения культурного наследия: конец XIX -начало XX вв.: дис. ... канд. истор. наук. - М., 2000.

14. Калугина, Т.П. Современная культура: музей или мумия? // Человек. - 1994. - № 2.

15. Калугина, Т.П. Художественный музей как феномен культуры. - СПб., 2001.

16. Сапанжа, О.С. Классификация музеев и морфология музейности: структура и динамика // Вопросы музеологии. - 2012. - № 1.

17. Эко, У. Vertigo: круговорот образов, понятий, предметов. - М., 2009.

18. Муратов, П.П. Новое собирательство // Среди коллекционеров. - 1921. - № 3.

19. Дубницкий, Д.Н. Факторы культурной мотивации. - СПб., 2009.

20. Алешина, Т.А. Музей как феномен культуры: дис. ... канд. филос. наук. - Новочеркасск, 1999. Bibliography

1. Bodriyjyar, Zh. Simvolicheskiyj obmen i smertj. - M., 2000.

2. Inozemcev, V.L. Sovremennoe postindustrialjnoe obthestvo: priroda, protivorechiya, perspektivih: ucheb. posob. dlya studentov vuzov. - M., 2000.

3. Bodriyjyar. Zh. Obthestvo potrebleniya. Ego mifih i strukturih. - M., 2006.

4. Iljin, V.I. Povedenie potrebiteleyj. - SPb., 2000.

5. Kheyjzinga, Yj. Chelovek igrayuthiyj. Homo Ludens. Igra v kuljture. - M., 1997.

6. Sapanzha, O.S. Kuljturologicheskaya teoriya muzeyjnosti: avtoref. dis. ... d-ra kuljturologii. - SPb., 2011.

7. Bodriyjyar, Zh. Sistema vetheyj. - M., 1995.

8. Saverkina, I.V. Istoriya chastnogo kollekcionirovaniya v Rossii: ucheb. posob. - SPb., 2004.

9. Grickevich, V.P. Istoriya muzeyjnogo dela do konca XVIII v.: v 2 ch. - SPb., 2001. - Ch. 1.

10. Biljvina, O.L. Chastnoe kollekcionirovanie proizvedeniyj antichnogo iskusstva v Rossii (vtoraya polovina XIX v. - pervihe desyatiletiya XX v.): dis. ... kand. iskusstvoved. - SPb., 2007.

11. Pavlov, I.P. Dvadcatiletniyj opiht objhektivnogo izucheniya vihssheyj deyateljnosti (povedeniya) zhivotnihkh. - M., 1973.

12. Malinkin, A.N. Kollekcioner. Opiht issledovaniya po sociologii kuljturih. - M., 2011.

13. Shlaeva, I.V. Chastnoe kollekcionirovanie predmetov russkoyj starinih kak faktor sokhraneniya kuljturnogo naslediya: konec XIX - nachalo XX vv.: dis. ... kand. istor. nauk. - M., 2000.

14. Kalugina, T.P. Sovremennaya kuljtura: muzeyj ili mumiya? // Chelovek. - 1994. - № 2.

15. Kalugina, T.P. Khudozhestvennihyj muzeyj kak fenomen kuljturih. - SPb., 2001.

16. Sapanzha, O.S. Klassifikaciya muzeev i morfologiya muzeyjnosti: struktura i dinamika // Voprosih muzeologii. - 2012. - № 1.

17. Ehko, U. Vertigo: krugovorot obrazov, ponyatiyj, predmetov. - M., 2009.

18. Muratov, P.P. Novoe sobirateljstvo // Sredi kollekcionerov. - 1921. - № 3.

19. Dubnickiyj, D.N. Faktorih kuljturnoyj motivacii. - SPb., 2009.

20. Aleshina, T.A. Muzeyj kak fenomen kuljturih: dis. ... kand. filos. nauk. - Novocherkassk, 1999.

Статья поступила в редакцию 18.11.14

УДК 008:39

Pestushko N.A. IS THERE AN ALTERNATIVE TO MULTICULTURALISM? The present paper examines the multi-culturalism policy in the modern world. The article is based on special and general academic research in Russian and English, as well as on primary sources. The Russian and foreign scientists' views on the multiculturalism policy were analyzed by the author. The paper brings it to notice that European governments are inconsistent with measures for cultural enrichment and saving cross cultural differences. Some consequences of the multiculturalism policy in Europe were characterized. It is necessary to unite approaches to the matter of multiculturalism, as well as to correlate the multiculturalism policy with the ethnocultural specifics of the modern countries. The research also contains some important information on the practical realization of the conception of international agreement and liquidation of intercultural contradictions.

Key words: multiculturalism, assimilation, cultural integration, segregation, international conflicts, immigration, universality, identity, civilization, society.

Н.А. Пестушко, аспирантка Хабаровского гос. института искусств и культуры, г. Хабаровск, E-mail: nataliapestushko@gmail.com

СУЩЕСТВУЕТ ЛИ АЛЬТЕРНАТИВА МУЛЬТИКУЛЬТУРАЛИЗМУ?

Представленная работа посвящена рассмотрению политики мультикультурализма в современном мире. На основе привлечения специальных исследований, общих работ, а также первоисточников на русском и английском языках в статье проанализированы подходы российских и зарубежных ученых к сущности мультикультур-ной политики. Отмечается непоследовательность правительств европейских государств при осуществлении мероприятий, направленных на сохранение и взаимообогащение культурных различий, а также характеризуются некоторые последствия проведения политики мультикультурализма в Европе. В статье подчеркивается необходимость универсализации подходов к сущности мультикультурализма, а также важность соотнесения этой политики с этнокультурными особенностями современных государств.

Ключевые слова: мультикультурализм, ассимиляция, культурная интеграция, сегрегация, межнациональные конфликты, иммиграция, универсальность, идентичность, цивилизация, социум.

Одной из отличительных особенностей парадигмы современного мироустройства является ее парадоксальность, обусловленная существованием взаимоисключающих друг друга принципов. На первый взгляд, вторая половина XX столетия дала старт мировым интеграционным процессам в экономической, политической, религиозной и культурной сферах. Положительным следствием мировой глобализации стало возникновение устойчивого мирового рынка, создание условий для совместного решения глобальных проблем (экономических, политических, экологических), расширение кросскультурных контактов между различными этносами. Однако оборотной стороной мировой интеграции явились поражающие своей невиданной жестокостью межнациональные конфликты и региональные войны (бывшая Югославия, Карабах, Таджикистан и т.д.).

Другими словами, вторая половина XX в. задала противоречивый вектор развития человечества: на смену глобальным войнам за территории и ресурсы пришли региональные столкновения на национально-религиозной почве. Сегодня подавляющая часть межэтнических конфликтов, разворачивающихся под знаменем сепаратизма, религиозно-национальной автономии, либо изменения существующей системы доступа этнических групп к природным ресурсам, не только подрывает безопасность самого государства, но и несет в себе угрозу региональной и мировой стабильности. Указанное обстоятельство обусловлено тем, что в межэтнический региональный конфликт или гражданскую войну нередко вовлекаются соседние государства, а также международные организации и военно-политические союзы (ООН, НАТО, ЕС).

Так, грузино-абхазское противостояние, события, происходящие сегодня на территории юго-востока Украины, тлеющий конфликт в Нагорном Карабахе убедительно свидетельствуют, что попытки насильственного установления контроля над сопредельной территорией, так называемая «Антитеррористическая операция», либо приграничные вооруженные инциденты не только чреваты распространением боевых действий на приграничные государства, но и способствуют эскалации напряженности во всем мире.

Таким образом, межэтнические конфликты и гражданские войны давно перестали относится к числу проблем, непосредственно касающихся лишь того или иного государства. В наши дни поддержание безопасности на региональном и международном уровнях во многом зависит от грамотного обеспечения межкультурного и межэтнического взаимодействия в границах государств, а также умения мирового сообщества в случае необходимости локализовать тлеющие очаги этнокультурной напряженности. Вот почему сегодня на первый план выходит разработка способов урегулирования этнополитических конфликтов и создание условий для развития диалога между представителями разных культурных систем. Не случайно в конце XX - начале XXI в. вопросы межкультурных взаимодействий и межэтнических отношений стали рассматриваться на междисциплинарном уровне, с привлечением инструментов научного анализа и результатов исследований различных научных отраслей - культурологии, этнологии, социологии, политологии и лингвистики.

Сегодня одной из возможностей практической реализации концепции межнационального согласия и ликвидации межкуль-