Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2014. № 3 (40). С. 205-216.

УДК 343.123.66

ПРОБЛЕМЫ СУДЕБНОГО СЛЕДСТВИЯ ПО ДЕЛАМ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ

PROBLEM OF JUDICIAL INVESTIGATION IN CASES OF PRIVATE PROSECUTION

А. Л. КОРЯКИН

Выявляются проблемы судебного следствия по уголовным делам о преступлениях частного обвинения, принятым к производству мировым судьёй на основании заявления потерпевшего, частного обвинителя. Исследуются типичные ошибки, не устранимые в ходе судебного следствия, которые допускает частный обвинитель при подаче заявления мировому судье. Рассматривается проблема квалификации деяний о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ,

а также проблема пределов судебного следствия. Предлагаются пути решения выявленных проблем путём разъяснения требования законодательства, а также внесений изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

Ключевые слова: судебное следствие по делу частного обвинения; проблема квалификации ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ; пределы судебного следствия по делу частного обвинения; типичные ошибки частного обвинителя по делам о преступлениях частного обвинения.

In a scientific article, the author identifies the problem of judicial investigations in criminal cases on crimes private prosecution taken to produce a magistrate on the basis of the victim's statement, the private-prosecutor. The author draws attention to the common mistakes inherent in the judicial investigation, which allows private prosecutor when applying for a magistrate. The problem of the qualification of acts of crime under Part 1 st.115 Criminal Code Article 116, part 1 of the Criminal Code, Part 1 st.128.1 Criminal Code, as well as the problem of the scope of judicial investigation of cases of this type. The author suggests ways to address the problems identified by clarifying common mistakes as well as amendments to the Criminal Procedural Code.

Key words: judicial investigation in the case of private prosecution; the problem of qualification Part 1 Article 115 of the Criminal Code, the Part 1 Article 116 of the Criminal Code, the Part 1 Article 128.1 of the Criminal Code; the scope of judicial investigation in the case of private prosecution; typical errors of the private prosecutor in cases involving crimes of private prosecution.

Дела частного обвинения, предусмотренные ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 128.1

УК РФ, относятся к особой категории дел. Специфика данных уголовных дел обусловлена отсутствием стадии предварительного следствия либо дознания, за исключением уголовных дел, возбужденных в интересах лиц, которые не могут самостоятельно нести на себе бремя обвинения в силу беспомощного либо зависимого состояния от лица, совершившего преступление. Перечисленные составы преступлений отнесены к категории преступлений небольшой тяжести, которые, как правило, не представляют сложности для потерпевшего при передаче привлекаемого в руки правосудия. В этой связи в соответствии с требованиями закона в целях скорейшего доступа к правосудию законодатель наделил

пострадавшего правом обращения в мировой суд с соответствующим заявлением о привлечении лица, совершившего данные преступления, к уголовной ответственности. Именно эта специфика, а также отсутствие стадии предварительного расследования, которая предполагает консервацию доказательств до суда и для суда, а также квалифицированное предъявление обвинения, влечёт неустранимые в ходе судебного следствия проблемы и неблагоприятные для потерпевшего последствия в виде оправдательного приговора или прекращения уголовного дела по реабилитирующим основаниям. Об указанных фактах свидетельствует статистика, согласно которой основная доля оправдательных приговоров приходится именно на дела частного обвинения, принятые судом

© Корякин А. Л., 2014

205

А. Л. Корякин

к производству на основании заявления потерпевшего, т. е. не прошедшие стадию дознания. Например, в 2012 г. в России мировыми судьями было рассмотрено 84 700 дел частного обвинения по ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116,

ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, что составляет 19,9 % от общего числа рассмотренных уголовных дел мировыми судьями (в 2011 г. - 104 700 дел, или 23,1 %). Оправдано по приговорам мировых судей в 2012 г. 3 700 лиц, или 0,9 % (в 2011 г. - 7 100 лиц, или 1,5 %) от общего числа лиц по всем оконченным производством уголовным делам. При этом по составам частного обвинения по делам, рассмотренным по принятым к производству заявлениям, поступившим в суд непосредственно от граждан или переданным из других органов, оправдано 3 400 лиц, или 93,2 % (в 2011 г. - 6 600 лиц, или 93,2 %) от общего числа оправданных мировыми судьями. Прекращено производство в отношении 14 500 лиц по реабилитирующим основаниям [1]. Помимо оправдания и прекращения дела с дальнейшим правом на реабилитацию, существует также проблема изменения и отмены обвинительного приговора мирового судьи по делу частного обвинения в связи с неправильным применением норм УПК РФ и УК РФ. При этом в судебной практике существует неоднозначный подход к решению проблем, которые начинаются со стадии принятия судьёй заявления частного обвинителя к своему производству и заканчиваются вынесением итогового решения.

Итак, согласно ч. 6 ст. 318 УПК РФ мировой судья, принимая от лица заявление о привлечении к уголовной ответственности другого лица, осуществляет следующие действия:

во-первых, в соответствии со ст. 306 УК РФ предупреждает заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, о чём в заявлении делается отметка, которая удостоверяется подписью заявителя;

во-вторых, разъясняет заявителю его право на примирение с лицом, в отношении которого подано заявление.

Согласно ч. 7 ст. 318 УПК РФ мировой судья, приняв от лица заявление о привлечении к уголовной ответственности, осуществляет следующие действия:

во-первых, разъясняет заявителю, что в уголовном деле он является частным обвинителем;

во-вторых, разъясняет ему права, предусмотренные ст. 42 и 43 УПК РФ.

В силу ч. 7 ст. 318 УПК РФ по факту разъяснения прав частному обвинителю составляется протокол, который подписывается судьёй и лицом, подавшим заявление.

Предложенный законодателем порядок процедуры принятия заявления о привлечении к уголовной ответственности неудачен. Законодатель, указав, что факт разъяснения частному обвинителю его статуса оформляется протоколом, подписанным заявителем и судьёй, не уточнил, кто составляет данный протокол, какова его процессуальная форма и значение. Подчеркнув, что в ч. 6 ст. 318 УПК РФ частному обвинителю разъясняется право на примирение с подсудимым, законодатель умалчивает о формах фиксации данного процессуального действия. Анализ вышеприведённых специальных норм в совокупности с общими положениями УПК РФ позволяет перечисленные проблемы отнести к неточностям юридико-технического характера, негативная составляющая которых легко преодолима путём применения общих правил разъяснения участникам процесса их правового положения. Общепризнанные стандарты ведения протокола предполагают, что такой ведется специально выделенным в этих целях сотрудником - секретарём судебного заседания. В составляемом им протоколе отражается процедура принятия мировым судёй заявления о привлечении к уголовной ответственности. Составным элементом этой процедуры является разъяснение частному обвинителю его процессуальных прав, одним из которых является право на примирение с подсудимым. Не вызывает вопроса то обстоятельство, что после составления протокола итоговым процессуальным документом мирового судьи является постановление о принятии к производству заявления о привлечении к уголовной ответственности за совершение конкретного преступления частного обвинения [2]. Именно о принятии судом заявления к производству, а не возбуждении судом уголовного дела. Стадия возбуждения уголовного дела по своей природе не свойственна суду и носит исторический оттенок революционной России, присущий полицейскому дознанию, является досудебной «полицейской стадией процесса» [3].

206

Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

В этой связи уместно акцентировать внимание на проблеме законодателя относительно тупикового решения со стороны органа дознания в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ о передаче сообщения по делу частного обвинения в суд. Указанное сообщение не является заявлением частного обвинителя, а также поводом к принятию дела частного обвинения судом. В силу ч. 5 и 6 ст. 318 УПК РФ в этом случае мировой судья выносит постановление о возвращении сообщения о преступлении частного обвинения обратно начальнику дознания для приведения его в соответствие с требованиями ч. 5 ст. 318 УПК РФ. Получается замкнутый круг, свидетельствующий об отстранении государства в оказании помощи потерпевшему с целью привлечения виновного. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 г. № 7-П обратило внимание на указанную проблему. Анализ указанного постановления свидетельствует о том, что государство в лице органа дознания и следователя вне зависимости от обстоятельств, указанных в ч. 4 ст. 20 УПК РФ, обязано возбудить уголовное дело частного обвинения и принять меры, направленные на обеспечение привлечения лица, виновного в совершении такого преступления, к уголовной ответственности во всех иных случаях, в том числе когда это лицо потерпевшему неизвестно. В результате отказ следователя или дознавателя от возбуждения уголовного дела и от принятия предусмотренных законом мер к установлению личности виновного фактически исключает возможность получения потерпевшим судебной защиты своих прав и законных интересов [4]. Решение указанной проблемы нашло отражение в исторических корнях Российского института частного обвинения. Согласно ст. 42 «Устава Уголовного судопроизводства» от 20 ноября 1864 г. мировой судья приступает к разбирательству дел: 1) по жалобам частных лиц; 2) по сообщениям полицейских и других административных властей. Согласно ст. 48 данного закона лица, потерпевшие от преступного действия, могут обращаться прямо в местную полицию, которая обязана произвести розы-скание и о последствиях сообщить мировому судье [5]. При этом ст. 50 указанного нормативного акта описана форма сообщения по-

лиции мировому судье, которая фактически соответствует форме заявления, указанной в ч. 5 ст. 318 УПК РФ. Таким образом, необходимо дополнить перечень поводов к принятию мировым судьёй заявления пострадавшего, поданного через полицию и поступившего в суд вместе с сообщением полиции, в соответствующей форме, указанной в ч. 5 ст. 318 УПК РФ. В этой связи целесообразно внести изменения в ст. 318 УПК РФ, дополнив её ч. 1.1 в следующей редакции: «Заявления о преступлениях, указанных в ч. 2 ст. 20 УПК РФ в отношении конкретного лица, поданные через полицию и поступившие в мировой суд в порядке п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, принимаются судом к производству при наличии в сообщении полиции данных, указанных ч. 5 ст. 318 УПК РФ».

Помимо обозначенной и решенной проблемы п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, в ходе судебного следствия мировой судья сталкивается с проблемой подсудности. Общеизвестно, что мировой судья при рассмотрении уголовных дел на основании ч. 1 ст. 32 УПК РФ ориентирован законодателем на территориальную подсудность в пределах границ судебного участка. При этом пострадавший может обратиться к мировому судье по территории места своего жительства либо места жительства привлекаемого, проигнорировав территориальную подсудность. Как быть мировому судье в указанной ситуации, принимать дело частного обвинения или направлять заявление по подсудности? Федеральный закон от 21 октября 2013 г. № 271-ФЗ «О внесении изменений в статьи 32 и 152 УПК РФ» не решает обозначенную проблему [6]. Согласно ч. 4 ст. 34 УПК РФ, а также п. 1 ч. 1 ст. 227 УПК РФ вопрос о подсудности разрешается судом при назначении судебного заседания по поступившему уголовному делу. Указанное обстоятельство предполагает наличие уголовного дела. По итогам судья выносит постановление о направлении дела по подсудности. Предполагается, что по делу частного обвинения указанная позиция не совсем верна. Мировому судье нет необходимости в принятии к производству заявления по делу частного обвинения о преступлении, совершённом вне пределов его судебного участка, по следующим основаниям. Во-первых, приняв заявление к производству, судья обозна-

207

А. Л. Корякин

чает статус частного обвинителя, у которого появляется обязанность явки в судебное заседание. Последующее направление уголовного дела в территорию другого судебного участка может повлечь неблагоприятные для потерпевшего последствия в виде невозможности его явки, что приведет к прекращению уголовного дела на основании ч. 3 ст. 249 УПК РФ. Во-вторых, мнение мирового судьи о достаточности оснований для принятия заявления к производству с целью последующей передачи дела может не совпадать с мнением мирового судьи, которому поступит уголовное дело, о той же достаточности оснований по уже принятому к производству уголовному делу. Указанные обстоятельства могут негативно отразиться на итоговом решении по делу, вплоть до оправдания. В этой связи целесообразно внести изменения в ст. 32 УПК РФ, дополнив её ч. 7 в следующей редакции: «Мировой судья, установив, что поступившее заявление по делу частного обвинения не подсудно данному мировому судье, выносит постановление о направлении заявления по делу частного обвинения по подсудности, определённой ч. 1 ст. 32 УПК РФ, которая может быть изменена в порядке ч. 5 ст. 32 УПК РФ либо ст. 35 УПК РФ». Уместно вспомнить, что в гражданском процессе такая проблема возникнуть не может, поскольку в качестве оснований для возвращения искового заявления ст. 135 ГПК РФ предусматривает не только ненадлежащее оформление искового заявления (исковое заявление не подписано или исковое заявление подписано и подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание и предъявление в суд), но также неподсудность дела данному суду.

Разрешив проблему подсудности, мировой судья сталкивается с иными проблемами судебного следствия. В частности, согласно ч. 2 ст. 319 УПК РФ мировой судья вправе оказать сторонам содействие в собирании доказательств, которые не могут быть получены самостоятельно. Статья 74 УПК РФ обозначила круг доказательств. По смыслу УПК РФ недопустимыми являются доказательства: полученные с нарушением процессуальной протокольной формы, добытые ненадлежащим участником процесса либо полученные с нарушением закона. Среди круга

лиц, способных собирать доказательства по соответствующей процессуальной форме, законодатель не обозначил частного обвинителя и подсудимого. Указанные участники процесса вправе предоставлять доказательства. По логике ст. 84 УПК РФ речь идёт о предоставлении иных документов, которые могут быть допущены судом, если изложенные в них сведения имеют значение для дела. Однако проблема становится актуальной, если мировому судье необходимо допросить потерпевшего или свидетеля, которые не могут принять участие в судебном заседании либо произвести иные необходимые судебные и следственные действия, которые судья не может выполнить сам в силу удалённости или по иным причинам. Статья 62 ГПК РФ предусматривает возможность направления соответствующего судебного поручения от одного судьи другому. Согласно ст. 47 «Устава Уголовного судопроизводства» от 20 ноября 1864 г. мировой судья был наделен правом поручать полиции сбор доказательств, подтверждающих обвинение [7]. В этой связи в целях реализации ч. 2 ст. 319 УПК РФ целесообразно дополнить ст. 321 УПК РФ ч. 7, регламентирующей возможность направления судебного поручения в адрес иного мирового судьи либо органа предварительного расследования о производстве отдельных судебных и следственных действий в рамках принятого к производству уголовного дела.

Мировой судья, принявший заявление по делу частного обвинения, руководствуясь требованиями УПК РФ, в целях полного, объективного и всестороннего рассмотрения дела должен направлять ход судебного следствия и выяснять обстоятельства, подлежащие доказыванию, регламентированные ст. 73 УПК РФ, что, по сути, не противоречит итоговым целям правосудия при вынесении приговора, указанным в ст. 299 УПК РФ. Основополагающими факторами, подлежащими доказыванию по делу частного обвинения, не прошедшего процедуру дознания, для суда являются: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), форма вины, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности. Не разрешённые законодателем проблемы квалификации объективной стороны престу-

208

Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

плений, предусмотренных ч. 1 ст. 115 УК РФ, ч. 1 ст. 116 УК РФ, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, влекут нежелательные для частного обвинителя последствия в виде оправдательного приговора и дальнейшего права на реабилитацию со стороны привлекаемого.

В соответствии с ч. 8 ст. 302 УК РФ в случаях, предусмотренных п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, суд постановляет оправдательный приговор. Согласно п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ основанием для вынесения оправдательного приговора является отсутствие в деянии подсудимого состава преступления, что сопоставимо с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. При этом под составом преступления понимается субъект, объект, объективная и субъективная сторона преступления. Не возникает вопроса относительно субъекта преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. В силу ст. 20 УК РФ это лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. Также отсутствуют вопросы по объекту. В преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 116 и ч. 1 ст. 115 УК РФ, это здоровье человека, в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, это честь и достоинство личности. Как правило, возникает проблема объективной стороны указанных составов преступлений. Заявление по делу частного обвинения равносильно обвинительному акту. В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации № 268-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи судебного участка № 1 города Смоленска о проверке кон -ституционности п. 3 ч. 1 ст. 145, ст. 318 и 319 УПК РФ» заявление потерпевшего по уголовным делам частного обвинения не только признаётся исключительным поводом к возбуждению уголовного дела частного обвинения, но и выступает в качестве обвинительного акта, в рамках которого осуществляется уголовное преследование, вручается подсудимому для подготовки своей защиты в судебном заседании. Выполнение заявлением потерпевшего такой роли возможно лишь при условии, что в нём содержится не только описание фактической стороны преступления, но и указание на норму уголовного закона, предусматривающую это деяние как преступное [8]. После принятия заявления судь-

ёй в силу ст. 252 и ч. 5 ст. 321 УПК РФ частный обвинитель не вправе выйти за пределы обвинения в сторону, ухудшающую положение обвиняемого. При этом при подаче заявления по делу частного обвинения в суд заявитель, равно как и судья, может не располагать данными, которые могут существенно повлиять на окончательное решение. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебном приговоре» суд вправе изменить обвинение, если действия подсудимого не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. Более тяжким считается обвинение, когда увеличивается фактический объём обвинения, хотя и не изменяющий юридической оценки содеянного [9].

Таким образом, применительно к делам частного обвинения, которые приняты мировым судьей на основании заявления потерпевшего, можно обозначить следующие проблемы, имеющие отношение к объективной стороне указанных преступлений.

1. В заявлении по делу частного обвинения по ч. 1 ст. 115, а также по ч. 1 ст. 116 УК РФ пострадавшим могут быть не указаны конкретные действия привлекаемого и причинно-следственная связь между действиями и последствиями в виде причинённого вреда здоровью потерпевшего. Указанные обстоятельства существенны для суда, так как судья не может встать на сторону обвинения и самостоятельно в обвинительном приговоре без данных, указанных в заявлении частного обвинения, сформулировать существо обвинения и зафиксировать причинно-следственную связь. Установление судьей обстоятельств, не нашедших отражение в заявлении частного обвинения, будет трактоваться как выход за пределы обвинения, что недопустимо и может повлечь отмену решения суда вышестоящей судебной инстанцией. Решение проблемы кроется в действиях судьи при принятии заявления по делу частного обвинения. Указанные обстоятельства являются основанием для возвращения заявления по делу частного обвинения лицу, его подавше-

209

А. Л. Корякин

му, для приведения его в соответствии с требованием закона на основании ч. 1 ст. 319 УПК РФ.

2. При квалификации действий обвиняемого потерпевший указывает ч. 1 ст. 115 либо ч. 1 ст. 116 УК РФ, но не расписывает объективную сторону состава преступления применительно к совершённым деяниям либо предъявляет обвинение без конкретного квалифицирующего признака, подтвержденного актом судебно-медицинского исследования. Например, при квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 116 УК РФ у потерпевшего имеется альтернатива предъявить обвинение по нанесению побоев или совершению иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ. При этом возникает проблема понятий побоев и иных насильственных действий. В соответствии с «Правилами судебно-медицинской экспертизы определения тяжести вреда здоровью», утверждёнными приказом Минздрава РФ от 10 декабря 1996 г. № 407, которые утратили юридическую силу, под побоями понимаются действия, характеризующиеся многократным нанесением ударов. В результате побоев могут возникнуть телесные повреждения (ссадины, кровоподтеки, небольшие раны). Побои могут также не оставлять после себя никаких объективно выявленных повреждений [10]. Принятые в 2007 г. «Правила определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 [11], а также «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённые Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н [12], не содержат упоминания ни о побоях, ни о иных насильственных действиях. Таким образом, под побоями понимается нанесение не менее двух ударов, а под иными насильственными действиями - нанесение одного удара, щипание, удушение, выкручивание [13].

Аналогичная ситуация может возникнуть при предъявлении обвинения по ч. 1 ст. 115 УК РФ, где имеется выбор между признаками лёгкого вреда здоровью, а именно

между кратковременным расстройством здоровья и незначительной стойкой утратой общей трудоспособности. Идеальным вариантом для судьи будет указание потерпевшим всей квалификации деяния по ч. 1 ст. 116 либо ч. 1 ст. 115 УК РФ. Тогда судья сможет исключить из объёма обвинения излишне вмененный квалифицирующий признак, не нашедший своё подтверждение в ходе судебного следствия. Указанные обстоятельства не ухудшают положения привлекаемого, поэтому применимы. Однако судья окажется в нежелательной ситуации для потерпевшего, если частным обвинителем предъявлен квалифицирующий признак, не соотносимый по степени тяжести причинённого вреда здоровью. Например, по ч. 1 ст. 116 УК РФ вменены побои, а оказались иные насильственные действия либо по ч. 1 ст. 115 УК РФ вменено кратковременное расстройство здоровья, а фактически телесные повреждения повлекли незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. Данные факты являются основанием для возвращения заявления по делу частного обвинения лицу, его подавшему, для приведения его в соответствии с требованием закона на стадии принятия заявления мировым судьей на основании ч. 1 ст. 319 УПК РФ.

3. Действия привлекаемого заявителем квалифицированы по ч. 1 ст. 116 УК РФ, однако фактически в ходе судебного следствия установлен вред здоровью, предусмотренный более тяжким составом преступления ч. 1 ст. 115 УК РФ. Указанные обстоятельства могут быть установлены после принятия заявления по делу частного обвинения судьёй. В силу ст. 196 УПК РФ у мирового судьи имеется обязанность по каждому делу частного обвинения о причинении вреда здоровью назначить судебно-медицинскую экспертизу. Потерпевший, частный обвинитель окажется в неблагоприятной ситуации, если заявление по делу частного обвинения принято судом по ч. 1 ст. 116 УК РФ, а фактически по результатам судебно-медицинской экспертизы будет установлен вред здоровью, предусмотренный ч. 1 ст. 115 УК РФ. Состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 115 УК РФ, по санкции статьи более тяжкий, нежели предусмотренный ч. 1 ст. 116 УК РФ. Соответственно, в силу ст. 252 УПК РФ и ч. 5 ст. 321 УПК РФ ухудшение положения под-

210

Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

судимого в сторону изменения обвинения с ч. 1 ст. 116 УК РФ на ч. 1 ст. 115 УК РФ в ходе судебного следствия недопустимо. Интересна позиция судьи в указанной проблемной ситуации. Постановление Конституционного Суда РФ № 16-П от 2 июля 2013 г. допустило возможность возврата уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ с целью предъявления более тяжкого обвинения [14]. В УПК РФ нет нормы закона, предусматривающей возможность со стороны мирового судьи возвращать уголовное дело указанной категории прокурору для предъявления более тяжкого обвинения, тем более по делу, принятому к производству на основании заявления частного обвинителя. При этом в рамках действующего закона у судьи есть как минимум четыре варианта действий при решении указанной проблемы.

Первый вариант, наиболее благоприятный для потерпевшей стороны, - принимать процессуальное решение в рамках предъявленного обвинения по менее тяжкому составу преступления, т. е. по ч. 1 ст. 116 УК РФ. Указанная позиция обоснована тем, что судебное следствие проходит строго в рамках предъявленного обвинения. При этом в приговоре необходимо будет акцентировать внимание на тот факт, в какой части суд принимает заключение эксперта по ч. 1 ст. 115 УК РФ и почему самостоятельно не квалифицирует действия подсудимого по указанной статье. Ответ простой - потому что не может выйти за рамки предъявленного обвинения по санкции статьи, ухудшающей положение подсудимого, а также не может возвратить дело заявителю для предъявления более тяжкого обвинения. При вынесении приговора по ч. 1 ст. 116 УК РФ при наличии судебномедицинской экспертизы, констатирующей легкий вред здоровью, суд вышестоящей инстанции в ходе апелляционного рассмотрения дела может отменить приговор мирового судьи по мотивам несоответствия выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела.

Второй вариант основан на буквальном толковании норм УПК РФ. В силу п. 1 ст. 254 УПК РФ судья должен прекратить уголовное дело по ч. 1 ст. 116 УК РФ на основании п. 5

ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием заявления потерпевшего о привлечении винов-

ного по более тяжкому составу, предусмотренному ч. 1 ст. 115 УК РФ. Вариант очень простой, но обязывающий потерпевшего повторно обращаться к мировому судье с новым заявлением о привлечении по более тяжкому составу преступления. Указанные обстоятельства могут негативно отразиться на сроках рассмотрения уголовного дела, что противоречит ст. 6.1 УПК РФ.

Третий вариант основан на толковании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебном приговоре». В соответствии с п. 11 при выявлении признаков состава дела частного обвинения суд должен узнать, желает ли потерпевший привлекать по выявленному составу обидчика. Если да, то тогда необходимо принять от него заявление по делу частного обвинения. Предполагается начало процесса со стадии принятия заявления в рамках нового более тяжкого обвинения. Указанные обстоятельства нормами действующей редакции УПК РФ не описаны, однако процесс подачи заявления по делу частного обвинения в ходе судебного следствия со стороны потерпевшего не запрещен. А раз не запрещён, то возможен. Напомним, что в редакции действующего УПК РФ речь идет о моменте принятия встречного заявления до начала судебного следствия, однако законодатель не акцентирует внимание на том, что в ходе судебного следствия частный обвинитель может также подать заявление по делу частного обвинения в сторону ухудшения положения подсудимого по новому обвинению.

Четвертый вариант - наиболее неблагоприятный для потерпевшего. Это оправдательный приговор, так как в действиях привлекаемого отсутствует состав вмененного преступления по объективной стороне ч. 1 ст. 116 УК РФ, а усматривается более тяжкий состав ч. 1 ст. 115 УК РФ. Указанная позиция обоснована п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ. При наличии оправдательного приговора по ранее предъявленному обвинению потерпевший в силу п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, возможно, уже не сможет привлечь обидчика по более тяжкому составу, так как по первоначальному обвинению по причинению вреда здоровью уже было принято процессуальное решение.

4. У заявителя, равно как и у судьи, может возникнуть проблема квалификации дей-

211

А. Л. Корякин

ствий привлекаемого по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Речь идёт о декриминализации оскорбления и клеветы [15], повторной криминализации клеветы [16]. Исходя из того, что оскорбление перешло в состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 5.61 КоАП РФ, а клевета осталась уголовнонаказуемым деянием, предусмотренным ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, возникла проблема квалификации смежных составов уголовно-наказуемого деяния ч. 1 ст. 128.1 УК РФ и административного правонарушения, предусмотренного ст. 5.61 КоАП РФ. При этом окончательным решением по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, при наличии в действиях привлекаемого состава правонарушения, предусмотренного ст. 5.61 КоАП РФ, является оправдательный приговор. Не секрет, что в деле о клевете, а также при решении вопроса о разграничении клеветы и оскорбления судебно-лингвистическая экспертиза играет решающее значение. При этом оскорблением является фраза, обладающая двумя признаками: 1) она унижает честь и достоинство другого лица и 2) выражена в неприличной форме. Соответственно, клеветой является фраза, обладающая двумя или тремя признаками: 1) это заведомо ложные сведения, 2) указанные сведения порочат часть и достоинство другого лица или 3) подрывают его репутацию. Для определения в действиях привлекаемого состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, либо указанного правонарушения эксперту необходимо поставить следующее вопросы: 1) являются ли данные слова и выражения унижающими честь и достоинство другого лица (необходимо указать конкретное лицо), 2) нарушает ли использование данных слов и выражений в рассматриваемом случае коммуникативные нормы, т. е. являются ли данные слова и выражения в указанном контексте неприличными, 3) являются ли данные слова и выражения порочащими честь и достоинство лица или подрывающими его репутацию (необходимо указать конкретное лицо), 4) какова коммуникативная функция данных слов и выражений в указанном контексте, а именно служат ли они для выражения мнения автора или же направлены на сообщение сведений о фактах [17]. Проблемными не только

для судьи, но и для эксперта являются понятия чести и достоинства. В лингвистике нет понятия «сведения, порочащие (унижающие) честь, достоинство (и деловую репутацию)», нет также самих понятий «честь» и «достоинство». Это категории этики. Поэтому эксперт вынужден давать понятиям «честь» и «достоинство» субъективную, бытовую интерпретацию согласно своим внутренним убеждением. В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» под распространением заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также распространение с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной устной форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известными третьим лицам. Порочащими являются сведения о нарушении законодательства, совершении нечестного проступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной и политической жизни, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство, а также подрывают деловую репутацию гражданина [18]. Таким образом, ложные сведения, порочащие честь и достоинство, сообщенные непосредственно привлекаемым потерпевшему, без участия иных лиц, не образуют состава клеветы. Помимо этого, сведения, указанные в средствах массовой информации или переданные иным лицам, могут являться выражением мнения автора, а не утверждением о фактах. Указанное обстоятельство может быть использовано привлекаемым как способ защиты от обвинения.

212

Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

Решение проблемы в правильной квалификации возможно в назначении психолого-лингвистической экспертизы. При этом для суда не имеет значение тот факт, являются ли заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство потерпевшего, сугубо личным мнением привлекаемого или сообщением о несуществующих фактах. Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, указывает только на распространение таких сведений, что уже свидетельствует о направленности умысла привлекаемого на подрыв деловой репутации, чести и достоинства потерпевшего.

В рамках рассматриваемого контекста объективной стороны клеветы у судьи может возникнуть проблема не только квалификации, но и объёма обвинения по санкции инкриминируемой статьи. В соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения и защиты. Суд создаёт необходимые условия для использования сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, содержит в себе понятие «распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица» или «подрывающих его репутацию». Если заявление по делу частного обвинения является обвинительным актом, то отсутствие хотя бы одного не вмененного признака объективной стороны данного состава преступления приведёт к нарушению права на защиту со стороны привлекаемого. Речь идёт, допустим, о вмененном признаке «порочащих честь и достоинство другого лица», который не нашёл своего подтверждения, а фактически установлен судом и заключением эксперта признак «подрывающих его репутацию» либо наоборот. Кроме этого, лицо, подавшее заявление по делу частного обвинения, может заблуждаться относительно действий привлекаемого по

ч. 1 ст. 128.1 УК РФ при фактических действиях оскорбления, предусмотренных ст. 5.61 КоАП РФ. Решение указанных вопросов в рамках обозначенных проблем кроется в действиях судьи при принятии заявления по делу частного обвинения. Судья должен возвратить заявление по делу частного обвинения

согласно ч. 1 ст. 319 УПК РФ для приведения его в соответствие, так как заявление по делу частного обвинения вопреки п. 2 ч. 5 ст. 318 УПК РФ не будет содержать полного описания события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Помимо квалификации объективной стороны вмененного преступления заявитель, равно как и судья, может также столкнуться с проблемой направленности умысла при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116 УК РФ. Указанные преступления совершаются только умышленно. Таким образом, неосторожное причинение побоев, иных насильственных действий, легкого вреда здоровью, а также совершение указанных действий в состоянии превышения пределов необходимой обороны не образуют состава преступления по изложенной квалификации. В этой связи судьям, равно как и частным обвинителям, необходимо акцентировать внимание не только на последствиях в виде вреда здоровья, но также на направленности умысла и желании наступления неблагоприятных последствий в виде вреда здоровью со стороны привлекаемого. Следует также иметь в виду, что если в результате побоев вред здоровью причиняется по неосторожности, ответственность за неосторожное причинение вреда наступает в случае, если она прямо предусмотрена в УК РФ. Например, побои, повлекшие по неосторожности причинение лёгкого вреда здоровью, квалифицируются только по ст. 116 УК РФ.

Немаловажную роль в заявлении по делу частного обвинения играет указание в заявлении частного обвинения на место, время и обстоятельства совершения преступления. В силу ст. 252 УПК РФ судья не сможет самостоятельно в итоговом решении выйти за рамки предъявленного обвинения и расписать место и время, не указанные в заявлении. Данное обстоятельство будет трактоваться как выход за пределы обвинения и нарушение права привлекаемого на защиту.

Решение обозначенных проблем возможно с помощью изменения действующего законодательства и регламентации процедуры досудебной подготовки материалов со стороны дознавателей-профессионалов не только по делам частного обвинения, о преступле-

213

А. Л. Корякин

ниях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, но и по делам, перечисленным в ч. 2 ст. 20 УПК РФ. Указанные обстоятельства связаны с тем, что, несмотря на всю «простоту» дел частного обвинения, юристу-непрофессионалу фактически невозможно исполнить заявление по делу частного обвинения с учётом обозначенных проблем правового характера и тем более самостоятельно квалифицированно поддержать обвинение, выступить в прениях, ориентировать суд на верную квалификацию, а также на принятие верного процессуального и законного решения. В этой связи целесообразно в ст. 321 УПК РФ внести изменения, дополнив её, кроме указанной ч. 7, также ч. 8 в следующей редакции: «Если в ходе судебного разбирательства в действиях лица, в отношении которого подано заявление, будут установлены фактические обстоятельства, указывающие на признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, ч. 1 ст. 116 УК РФ, ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, не отраженные в заявлении частного обвинения, либо отличающиеся по описанию события преступления, места, времени, а также иных обстоятельств его совершения, мировой судья выносит постановление о направлении уголовного дела начальнику органа дознания для производства дознания». Указанные изменения соответствовали бы духу закона в свете Постановления Конституционного Суда РФ № 16-П от 2 июля 2013 г., признавшего нормы закона, не предусматривающие право возвращения уголовного дела судом прокурору с целью предъявления более тяжкого обвинения в порядке ст. 237 УПК РФ, не соответствующими Конституции России.

Судья должен предвидеть перспективу проблематики поданного заявления и возможные последствия принятого заявления по делу частного обвинения. Указанная позиция, кроме обозначенных проблем, обоснована тем, что на стадии принятия заявления к производству судья не располагает процессуальными полномочиями, закрепленными в ст. 24 и 27 УПК РФ. Статья 319 УПК РФ не содержит оснований отказа в принятии заявления к производству, предусмотренных ст. 24 и 27 УПК РФ. В частности, при наличии оснований, предусмотренных п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, мировой судья по принятому к производству делу частного обвинения в

силу ч. 1 ст. 239, п. 1 ст. 254, а также п. 1 и 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ должен вынести оправдательный приговор. Исходя из буквального смысла закона, а именно ст. 212, 213, 223 УПК РФ, только следователь и дознаватель на досудебной стадии процесса могут прекратить уголовное дело по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Требования п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ о том, что возбужденное дело подлежит прекращению, вступают в конкуренцию с ч. 1 ст. 239, п. 1 ст. 254, а также п. 1 и 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, которые обязывают судью выносить оправдательный приговор, а не прекращать дело по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Аналогичная проблема может возникнуть со сроками исковой давности. Законодатель умалчивает о том, как быть мировому судье при наличии заявления, в котором указаны пропущенные двухгодичные сроки исковой давности. По смыслу закона мировой судья должен принять заявление по делу частного обвинения. Далее в ходе предварительного слушания на основании ст. 239 УПК РФ либо в ходе судебного заседания, руководствуясь ст. 254 УПК РФ, судья должен поставить вопрос о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности. Уголовное дело в силу ч. 2 ст. 27 УПК РФ не подлежит прекращению, если подсудимый против этого возражает. В случае отказа подсудимого о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности суд на основании ч. 8 ст. 302 УПК РФ выносит обвинительный приговор с освобождением осуждённого от наказания [19].

Мировой судья сталкивается с проблемой при принятии заявления в отношении умершего привлекаемого. По смыслу закона судья должен принять заявление по делу частного обвинения, а после на основании ст. 254 УПК РФ поставить вопрос о прекращении уголовного дела в связи со смертью обвиняемого. При этом необходимо согласие родственников умершего подсудимого, так как указанное основание является не реабилитирующим. Если судья не получил согласие родственников умершего на прекращение уголовного дела, оно должно быть рассмотрено по существу. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учётом

214

Проблемы судебного следствия по делам частного обвинения

особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника процесса, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ст. 254 УПК РФ [20].

Целесообразно затронуть проблему принятия судьей окончательного решения по делу частного обвинения при наличии неотмененного постановления органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела по тому же обвинению. В силу п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ указанное обстоятельство является основанием для прекращения уголовного дела судом в закрытом судебном заседании в предварительном слушании на основании ч. 1 ст. 239 УПК РФ либо в судебном заседании на основании п. 1 ст. 254 УПК РФ. Не секрет, что по делам частного обвинения заявитель, как правило, изначально обращается в полицию. Решение, принимаемое органом дознания, не всегда сводится к отказу в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием заявления потерпевшего на имя мирового судьи на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Встречаются случаи наличия в деле частного обвинения неотмененного постановления дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного п. 1 либо п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Указанные промежуточные решения стадии возбуждения уголовного дела не являются окончательными и в любой момент могут быть отменены надзирающим прокурором, в том числе по жалобе потерпевшего, частного обвинителя. Таким образом, наличие неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, предусмотренного п. 1 либо п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не является категорическим основанием для прекращения принятого к производству мировым судьёй уголовного дела частного обвинения на основании п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ и дальнейшим препятствием для вынесения приговора.

Аналогичная проблема может возникнуть при принятии заявления по делу частного обвинения при наличии постановления об объявлении амнистии. Мировой судья должен принять к производству уголовное дело о преступлении частного обвинения. Затем

при наличии согласия подсудимого, руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в предварительном слушании на основании ч. 1 ст. 239 УПК РФ либо в судебном заседании на основании п. 1 ст. 254 УПК РФ прекратить уголовное преследование. При этом, если подсудимый возражает против прекращения уголовного дела по указанному не реабилитирующему основанию, суд в соответствии с ч. 8 ст. 302 УПК РФ выносит обвинительный приговор с освобождением от наказания. В случае установления обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 302 УПК РФ, суд выносит оправдательный приговор.

Также встречается проблема при подаче заявления по делу частного обвинения в отношении лица, не достигшего к моменту совершения преступления возраста 16 лет. Мировой судья должен принять к производству уголовное дело о преступлении частного обвинения, а далее вынести оправдательный приговор на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, так как субъект преступления, не достиг возраста привлечения к уголовной ответственности. Данная позиция обозначена отсутствием законодательного закрепления применения положений ч. 3 ст. 27 УПК РФ на судебных стадиях процесса.

Обозначенные проблемы относятся к процессуальной экономии и целесообразности принятия заявления по делу частного обвинения при ожидаемом прогнозируемом решении. В связи с этим ст. 319 УПК РФ необходимо дополнить ч. 7 следующего содержания: «При наличии оснований, предусмотренных п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 3, 4 и 5 ч. 1, а также ч. 3 ст. 27 настоящего Кодекса мировой судья отказывает в принятии заявления к своему производству и уведомляет об этом лицо, его подавшее».

Внесение предложенных изменений в УПК РФ позволило бы как потерпевшему -частному обвинителю, так и мировому судье избежать типичных ошибок. Акцентирование внимания на решении указанных проблем, как со стороны законодателя, так и со стороны правоприменителя, способствовало бы более тщательному рассмотрению дел указанной категории в сторону принятия справедливого и законного решения в отношении лица, совершившего уголовно-наказуемое деяние.

215

А. Л. Корякин

1. Обзор деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2012 г. -URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=80&item = 1911 (дата обращения: 25.12.2013).

2. Толкаченко А. А. Образцы процессуальных документов. Судебное производство. - М. : Юрайт, 2013. - С. 19.

3. Деришев Ю. В., Смагин К. М. Полицейское дознание как самостоятельный институт полицейского права // Полицейское право. -2005. - № 2 (2). - С. 69-74.

4. По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 Уголовно -процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного Собрания Республики Карелия и Октябрьского районного суда города Мурманска : Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 г. № 7-П // Российская газета. - 2005. - 8 июля.

5. Судебные Уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. - Ч. 2. - СПб., 1866. - С. 51-52.

6. О внесении изменений в статьи 32 и 152 УПК РФ : Федеральный закон от 21 октября 2013 г. № 271-ФЗ // Российская газета. - 2013. -23 окт.

7. Судебные Уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. - С. 51.

8. Об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи судебного участка № 1 города Смоленска о проверке конституционности п. 3 ч. 1 ст. 145, ст. 318 и 319 УПК РФ : Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2005 г. № 268-О. - URL: http://russia.bestpravo.ru/fed2005/data07/ tex22183.htm (дата обращения: 30.12.2013).

9. О судебном приговоре : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 // Российская газета. - 1996. - 22 мая.

10. О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз : Приказ Министерства здравоохранения от 10 декабря 1996 г. № 407 // Медицинская газета. - 1997. -21 марта.

11. Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека : Постановление Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522 // Российская газета. - 2007. - 24 авг.

12. Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека : Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н // Российская газета. - 2008. - 5 сен.

13. ЖироваМ. Ю. О некоторых проблемах, возникающих при рассмотрении мировыми судьями дел о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УК РФ // Мировой судья. -2012. - № 4. - С. 27-30.

14. По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно -процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда : Постановление Конституционного Суда РФ № 16-П от 2 июля 2013 г. // Российская газета. - 2013. -12 июля.

15. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации : Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ // Российская газета. - 2011. - 9 дек.

16. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации : Федеральный закон от 28 июля 2012 г. № 141-ФЗ // Российская газета. - 2012. - 1 авг.

17. Араева Л. А., Осадчий М. А. Проблемы судебно-лингвистической экспертизы в рамках дел о защите чести и достоинства, о клевете и оскорблении // Российский юридический журнал. - 2006. - № 2. - С. 86-94.

18. О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 // Российская газета. -2005. - 15 марта.

19. О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. № 19 // Российская газета. - 2013. - 5 июля.

20. По делу о проверке конституционности положений пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С. И. Александрина и Ю. Ф. Ващенко : Постановление Конституционного Суда РФ № 16-П от 14 июля 2011 г. // Российская газета. - 2011. - 29 июля.

216