Развитие сферы высоких технологий: роль венчурной экосистемы

Управление инновациями

Угнич Е.А.

Развитие сферы высоких технологий: роль венчурной

экосистемы

Угнич Екатерина Александровна — кандидат экономических наук, доцент, Донской государственный технический университет, Ростов-на-Дону, РФ. E-mail: ugnich77@mail.ru SPIN-код РИНЦ: 6914-5958

Аннотация

В статье раскрываются особенности развития сферы высоких технологий в мировом экономическом пространстве. Показано, что одной из причин невысокой конкурентоспособности отечественной сферы высоких технологий является недостаточность финансовых ресурсов и опыта управления процессом преобразования научной идеи в высокотехнологичный проект с его последующей коммерциализацией. Раскрыта роль венчурной экосистемы как источника развития сферы высоких технологий. Выявлены проблемы развития российской венчурной экосистемы и показаны ее перспективы, в основе которых лежит эффективный симбиоз государственной и частной инициативы на фоне благоприятных институциональных условий.

Ключевые слова

Высокие технологии, инновационный процесс, венчурная экосистема.

Успех формирования экономики инновационного типа во многом определяет и роль и место страны в мировом хозяйстве, ее международную конкурентоспособность и экономическую безопасность. Поэтому особенностью функционирования российской системы хозяйствования на современном этапе является поиск возможностей обеспечения качественно нового этапа развития общества на основе инновационного процесса. На сегодняшний день подавляющая доля роста ВВП экономически развитых стран обеспечивается результатами инвестирования в инновационный процесс. Начиная с 70-х годов XX века определился основной круг инновационно развитых стран, которые и сейчас демонстрируют растущую конкурентоспособность. В отечественной экономике, напротив, отмечается сокращение удельного веса организаций, осуществляющих технологические, организационные и маркетинговые инновации с 10,4% в 2011 году до 10,1% в 2013 году1. По этому показателю, характеризующему уровень инновационной активности, российская экономика уступает не только ведущим индустриальным странам (Германия — 70%, Канада —

1 По данным Федеральной службы государственной статистики РФ. См.: Наука, инновации и информационное общество // Федеральная служба государственной статистики РФ [Официальный сайт]. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat main/rosstat/ru/statistics/science and innovations/ (дата обращения: 16.01.2016).

65%, Бельгия — 60%, Ирландия, Дания, Финляндия — 55-57%), но и большинству государств Центральной и Восточной Европы, где этот показатель находится в интервале 20-40%2

Главной проблемой для российской экономики, ее обороноспособности и уровня жизни людей является технологическая отсталость большей части ее отраслей. Именно отсталость может привести к падению конкурентоспособности отечественной продукции и превратить страну в сырьевой придаток глобальной экономики. В связи с этим актуализируется проблема внедрения инноваций в высокотехнологичных отраслях производства. Сфера высоких технологий, ставшая драйвером экономического развития во многих странах, обладает специфическими чертами, среди которых можно выделить наукоемкость, высокий потенциал роста и ожидаемые доходы в сочетании с высоким инвестиционным риском. Эта специфика требует особых механизмов, обеспечивающих реализацию высокотехнологичных проектов финансовыми ресурсами в условиях высоких рисков, а также эффективным менеджментом. Решение такой задачи стало возможно благодаря механизму венчурного инвестирования, сочетающему в себе объединение финансовых и интеллектуальных ресурсов. В свою очередь эффективность венчурного инвестирования во многом определяется уровнем кооперации и саморазвития его участников. Поэтому механизм венчурного инвестирования целесообразно исследовать сквозь призму эволюционного подхода и концепцию экосистем.

Настоящая статья основана на консолидации принципов эволюционной

3 4

экономики и институциональной теории , в соответствии с которыми институты, обладающие максимальным набором благоприятных свойств, способствующие эффективному развитию общества и экономики, сохраняются и получают дальнейшее развитие. В основе исследования также лежит экосистемный подход, который нашел отражение в работах К. Факуды и С. Ватанэйба, Д. Джексон, Б. Меркона и Д. Гоктаса, Н.В. Смородинской применительно к изучению инновационного процесса5.

2 Российский инновационный индекс / Под ред. Л.М. Гохберга. М.: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», 2011. С. 10.

3 Nelson R.R., Winter S.G. An Evolutionary Theory of Economic Change. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1982.

4 Freeman С. Technology Policy and Economic Performance: Lesson from Japan. London; New York: Pinter Publisher, 1987; Lundvall B.-A. National Systems of Innovation: Towards a Theory of Innovation and Interactive Learning. London: Pinter Publisher, 1992.

5 Fukuda K., Watanabe C. Japanese and US Perspectives on the National Innovation Ecosystem // Technology in Society. 2008. Vol. 30. No 1. P. 49-63; Jackson D.J. What Is an Innovation Ecosystem? Arlington, VA: National Science Foundation, 2011. URL: http://urenio.org/wp-content/uploads/2011/05/What-is-an-Innovation-

Целью данного исследования является обоснование роли и места национальной венчурной экосистемы в обеспечении развития отечественной сферы высоких технологий и повышении ее конкурентоспособности на мировом рынке.

Сфера высоких технологий: специфика и особенности развития

В принятом на международном уровне понимании термин «технологии» означает новые виды продукции, технологических процессов, оборудования, используемых материалов6. Технологии, имеющие значительный потенциал при использовании их для замены существующих технологий или производства новых продуктов, которые представляют собой качественно новые прогрессивные изменения и служат основой конкурентного преимущества страны, являются высокими технологиями. Неслучайно в России интерес к перспективам развития высокотехнологичной сферы проявляется и в научных, и в правительственных кругах. Необходимость инновационного развития российской экономики, одной из главных задач которой является создание «конкурентоспособного сектора высокотехнологичных производств и экономики знаний», отмечается в прогнозе долгосрочного развития России на период до 2030 года .

К определению отрасли высоких технологий чаще всего применяются отраслевой (секторальный) и продуктовый подходы . В основе отраслевого подхода лежит показатель наукоемкости. Для обрабатывающей промышленности этот критерий характеризует технологическую интенсивность научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), определяемую как долю затрат на исследования и разработки в объеме производства. Для сферы услуг наукоемкость характеризуется

Ecosystem.pdf (accessed: 11.06.2015); Mercan B., Goktas D. Components of Innovation Ecosystems: A CrossCountry Study // International Research Journal of Finance and Economics. 2011. No 76. P. 102-112; Смородинская Н.В. Сетевые инновационные экосистемы и их роль в динамизации экономического роста // Инновации. 2014. № 7 (189). С. 27-33.

6 Управление инновациями и интеллектуальной собственностью фирмы: монография / Под ред. С.В. Валдайцева. М.: Проспект, 2014. С. 3.

7 Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года // Министерство экономического развития РФ [Официальный сайт]. 25.03.2013. URL: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/macro/prognoz/doc20130325 06 (дата обращения:

15.06.2015).

8 Measuring Globalisation: OECD Economic Globalisation Indicators 2005. OECD Publishing. November 2005. URL: http://www.oecd.org/sti/measuringglobalisationoecdeconomicglobalisationindicators2005.htm (accessed:

18.01.2016).

высокой интенсивностью знаний на основе такого показателя, как доля работников с высшим образованием в общей численности занятых в отрасли9.

Продуктовый подход был разработан ОЭСР для проведения международного сопоставления уровня торговли высокотехнологичными товарами. Он дополняет отраслевой подход и дает возможность углубленного анализа международной торговли и ее структуры. Критерием для технологической классификации продуктов является доля затрат на НИОКР в стоимости реализованной продукции. Список высокотехнологичных продуктов определяется на основе Международной стандартной торговой классификации10.

В России в основе критериев отнесения к высоким технологиям лежат отраслевой и продуктовый подходы. Перечень высокотехнологичных и наукоемких отраслей для расчета показателей технологического развития рекомендован Министерством экономического развития РФ на основе Общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД). Он согласуется с подходом ОЭСР и Евростата. Так, к высокотехнологичным видам экономической деятельности относится производство фармацевтической продукции, офисного оборудования и вычислительной техники, аппаратуры для радио, телевидения и связи, изделий медицинской техники, средств измерений, оптических приборов и аппаратуры, часов, летательных аппаратов, включая космические11. Кроме того, для международных сопоставлений утвержден расширенный список, включающий, наряду с высокотехнологичными производствами, отрасли со средним уровнем технологического развития.

Для предприятий сферы высоких технологий, помимо высокой наукоемкости, характерны следующие особенности:

- необходимость проведения НИОКР на протяжении жизненного цикла предприятия;

- значительная доля высококвалифицированного промышленно-производственного персонала и инженерно-технических работников в общей численности занятых;

9 Гурова И.П. Высокотехнологичный экспорт СНГ: проблема измерения // Евразийская экономическая интеграция. 2014. № 4 (25). С. 32.

10 Measuring Globalisation: OECD Economic Globalisation Indicators 2005.

11 Приказ Росстата от 14.01.2014 № 21 «Об утверждении Методики расчета показателей «Доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в валовом внутреннем продукте» и «Доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в валовом региональном продукте субъекта Российской Федерации» // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

URL: https://www.consultant.ru/document/cons doc LAW 158370/ (дата обращения 16.01.2016).

- высокий удельный вес интеллектуальной собственности в составе активов предприятия в виде патентов, лицензий, авторских прав на изобретения, промышленных образцов и т. д.;

- повышенное качество технологического процесса, наличие высокоточных технологий12.

Специфичность развития сферы высоких технологий заключается в том, что, с одной стороны, ей необходимы ресурсы более высокого качества, а значит, и более дорогие, но, с другой стороны, в результате создается значительно более высокая добавленная стоимость, появляются возможности активного участия в мировом рынке высокотехнологичных товаров, увеличении экспорта высоких технологий, товаров и услуг, а также повышения конкурентоспособности традиционных отраслей за счет передаваемых из высокотехнологичного сектора новых технологических решений, высокотехнологичного оборудования и новых моделей управления13.

Таблица 1. Сравнительная характеристика высокотехнологичного экспорта

некоторых стран в 2013 году14

Страна Объем экспорта высокотехнологичной продукции, млн долл. США Удельный вес экспорта высокотехнологичной продукции в общем объеме экспорта, в % Объем экспорта высокотехнологичной продукции в ВВП, в %

Китай 560 058 25,34 3,38

Германия 193 088 12,93 5,37

США 147 833 9,38 0,88

Сингапур 135 602 56,52 31,2

Южная Корея 130 460 23,41 7,85

Япония 105 076 15,07 2,27

Швейцария 53 350 14,09 11,57

Индия 16 693 5,22 0,25

Венгрия 14 471 15,21 6,26

Польша 12 052 6,09 1,32

Израиль 9 635 15,54 3,67

Россия 8 656 2,3 0,24

Бразилия 8 392 3,47 0,26

Казахстан 3 074 4,01 0,77

Белоруссия 767 2,06 0,45

В высокотехнологичном секторе, как правило, материализуется основная часть результатов НИОКР, формируется спрос на достижения науки и создается основа для

12 Гораева Т.Ю. Теоретические подходы к формирования высокотехнологического сектора // Весшк ГрДУ. Серыя 5. Эканомжа. 2011. № 2 (120). С. 36.

13 Нехорошева Л.Н. Регулирование развития наукоемких отраслей и высокотехнологичных производств // Белорусский экономический журнал. 1998. № 1. С. 51-64.

14 Рассчитано по данным: World Development Indicators // The World Bank [Official Site]. URL: http://wdi.worldbank.org (accessed: 16.01.2016).

предложения субъектам хозяйствования новых технологий и результатов разработок. Уровень развития сферы высоких технологий характеризует международную конкурентоспособность национальной экономики, ее инновационную направленность. По данным Всемирного банка, в 2013 году доля высокотехнологичного экспорта России в объеме мирового экспорта составила 0,43%15. Основу высокотехнологичного экспорта России составляет программное обеспечение. Доля высокотехнологичного экспорта в объеме отечественного промышленного экспорта составила лишь 10%. Для сравнения аналогичный показатель в Китае составляет 27%, Франции — 25,8%, Швейцарии — 26,5%, Израиле — 15,6%, Венгрии — 16,3%, Польше — 7,7%. При этом необходимо отметить, что общая доля промышленных товаров в российском экспорте составляет лишь 17%. В связи с этим более сопоставимыми будут относительные показатели объема высокотехнологичного экспорта в объеме ВВП и в общем объеме экспорта (Таблица 1).

Представленные данные (Таблица 1) позволяют сделать вывод о небольшом объеме экспорта высоких технологий в сравнении с другими странами, а следовательно, о низком уровне конкурентоспособности российской высокотехнологичной продукции. К причинам такой ситуации в России можно отнести:

- небольшой объем затрат на НИОКР. По данным Росстата, внутренние затраты на НИОКР в 2013 году составили 1,13% от ВВП и на протяжении последних лет они не превышают это значение;

- высокая степень износа основных фондов, в том числе в высокотехнологичных отраслях. По данным Росстата, в 2013 году этот показатель составил 48,1%;

- невостребованность наработок науки и ограниченность величины спроса на отечественном рынке высокотехнологической продукции;

- проблемы трансфера технологий и низкая коммерциализация результатов научно-технической деятельности.

Кроме этого, роль малых и средних предприятий в производстве и экспорте отечественной высокотехнологичной продукции невелика. Малые и средние предприятия, обладающие высокой гибкостью и адаптивностью к изменяющимся условиям рыночной среды и наибольшей способностью к принятию рыночного риска, признаны двигателем инновационной экономики во многих странах. Однако менее 1%

15 World Development Indicators: Science and Technology // The World Bank [Official Site]. URL: http://wdi.worldbank.org/table/5.13 (accessed: 03.09.2015).

российских малых и средних предприятий от их общего количества экспортирует высокотехнологичную продукцию. Для сравнения аналогичный среднемировой показатель составляет 15%16.

Основным препятствием для развития высокотехнологичных предприятий в России, по мнению их руководителей, является недостаток финансовых ресурсов. Так, опрос высокотехнологичных предприятий, проводимый в рамках Национального рейтинга высокотехнологичных быстроразвивающихся компаний «ТехУспех», показал, что 36% опрошенных компаний назвали основными препятствиями для дальнейшего развития факторы финансового характера — «недостаточный объем собственных средств и невозможность привлечь их на финансовых рынках»17.

Таким образом, основными факторами, негативно влияющими на развитие высокотехнологичных предприятий, являются в конечном счете отсутствие необходимых ресурсов, разрыв цепочки «наука — производство — рынок» и отсутствие эффективной институциональной среды. Особенность отраслей высоких технологий заключается в постоянно увеличивающейся науко- и капиталоемкости продукции. Длительный период, высокая стоимость и ресурсозатратность процесса разработки перспективной высокотехнологичной продукции в сочетании с высокими требованиями к квалификации трудовых ресурсов способствуют возникновению высокого уровня риска при реализации проектов. Высокие технологии — это «новое поколение проблемных инноваций с достаточно огромным, неопределенным потенциалом, многочисленными и практически не изученными рисками, требующее колоссальных капиталовложений без явных гарантий рыночного успеха»18. Таким образом, для реализации проектов в сфере высоких технологий необходим особый механизм инвестирования, который сможет активизировать инновационный процесс и повысить его эффективность.

Источники финансирования сферы высоких технологий

В качестве основных источников финансовых ресурсов для высокотехнологичных компаний могут использоваться собственные средства,

16 Плаксин О.В. Развитие экспорта российских технологических компаний // IV Ежегодная партнерская конференция Российской венчурной компании (РВК). Москва, 19 марта 2015 года [Официальный сайт]. URL: http://partnerconf.rusventure.ru/conf2015/agenda/speakers list/Oleg Plaksin/ (дата обращения: 18.01.2016).

17 Исследование быстроразвивающихся высокотехнологичных компаний России. М.: РВК, 2015. С. 5.

18 Фролов Д.П., Стратулат В. Развитие наноиндустрии и экономическая безопасность // Экономист. 2010. № 12. С. 21.

государственные средства, кредиты банков, облигационные займы и венчурный капитал. Тот или иной источник финансирования выбирается компаниями в зависимости от различных ситуаций, формы собственности, структуры, сферы деятельности. Однако традиционные источники финансирования, такие как займы и кредиты, далеко не всегда могут обеспечить высокотехнологичные компании инвестиционными ресурсами в том масштабе, который был бы им необходим, чтобы гарантировать их выживание и будущее расширение. Кроме этого, на этапе освоения новых технологий и продуктов и перехода от опытных образцов к масштабному производству, особенно вновь созданные малые инновационные предприятия сталкиваются с трудностями в получении финансирования. Специфика российской экономики последних лет, заключающаяся в невысокой доле кредитных ресурсов по отношению к валовому внутреннему продукту (около 56% ВВП) и высоком ссудном проценте (15-20%)19, еще сильнее ограничивает возможности малых высокотехнологичных предприятий в использовании кредитных ресурсов.

Главным преимуществом государственного финансирования (субсидии, гранты, льготные кредиты) является то, что оно осуществляется в случаях, когда невозможно получить финансирование из коммерческих источников. Кроме того, к выплате обычно требуется меньший объем средств на более долгий срок. Данный источник инвестиционных ресурсов имеет существенные недостатки: трудности в получении (компания должна соответствовать определенным стандартам; проект должен быть социально значимым) и достаточно небольшие объемы средств. В России в структуре инвестиций в технологические инновации преобладают государственные средства (более 60%).

В большинстве развитых стран наиболее крупным источником инвестиций в технологические инновации являются частные инвестиции. В США их удельный вес в общей структуре инвестиций составляет 67%, в Китае — 71%20. При этом более 40% крупных технологических компаний в развитых странах используют форму фондов для поддержки инноваций.

Потребности высокотехнологичных компаний в финансировании на начальном, самом рискованном, периоде их развития являются наиболее острыми.

19Аганбегян А.Г. Размышления о финансовом форсаже (по мотивам книги «Финансовые стратегии модернизации экономики: мировая практика») // Деньги и кредит. 2015. № 8. С. 6.

20 2014 Global R&D Funding Forecast / Battelle; R&D. December 2013.

URL: http://www.battelle.org/docs/tpp/2014 global rd funding forecast.pd (accessed: 18.01.2016).

Традиционные инвесторы часто не рискуют выделять средства под новые проекты. Первые несколько лет существования инновационного проекта, когда риски максимальны называются, «долиной смерти». Использование заемного капитала, в случае если его вообще удается привлечь на этом этапе, впоследствии лишь ведет к увеличению затрат за счет выплат процентов по кредитам. Многие эксперты считают ограниченный доступ к капиталу одним из самых серьезных препятствий, с которым сталкиваются перспективные предприниматели21. Именно компании на ранних стадиях разработки инноваций, в период прохождения «долины смерти», особенно остро нуждаются в активной поддержке, предполагающей не только доступ к источникам финансирования, но и вложение в будущий инновационный продукт опыта, знаний в области маркетингового и патентного анализа, менеджмента и построения бизнес-моделей. Преодоление подобного разрыва между спросом и предложением ресурсов способно принести весьма значительные прибыли участникам инновационного процесса22.

Как отмечалось ранее, специфика финансирования высокотехнологичных проектов требует развития особых инвестиционных механизмов, вовлекающих достаточно большие объемы финансовых ресурсов и оптимизирующих структуру рисков. Экономической практикой был выработан такой механизм: им стало венчурное финансирование. Сам термин «венчурный» подчеркивает рисковый характер вложений, связанных преимущественно с инновационной деятельностью. Венчурный бизнес обеспечивает приток частных инвестиций в малые развивающиеся инновационные компании в целях их продажи («выхода») и в обмен на высокие риски обеспечивает высокую доходность для инвесторов. В развитых странах институт венчурного инвестирования доказал свою эффективность и воспринимается как один из действенных инструментов реализации модели инновационной экономики. Многие успешные высокотехнологичные компании, такие как Apple, Google, Cisco System, Yahoo!, Sun Microsystem, были созданы с привлечением венчурных инвестиций.

Примеры финансирования рисковых высокотехнологичных проектов можно найти еще в начале ХХ века, но серьезное развитие венчурный капитал получил в США во второй половине XX века. Основными причинами возникновения венчурного

21 Evans D., Jovanovich B. An Estimated Model of Entrepreneurial Choice Under Liquidity Constraints // Journal of Political Economy. 1989. Vol. 97. No 4. P. 808-827.

22 Makarov S., Ugnich E. Business-catalysts as Drivers of Regional Innovation Systems // Foresight-Russia. 2015. Vol. 9. No 1. P. 59.

капитала в данный период в США принято считать развитость компьютерных технологий, высокий уровень жизни среднего класса и наличие технологических проектов, требовавших инвестиций с высоким риском. К тому же США не постигли разрушительные последствия Второй мировой войны — им не нужно было вкладывать в восстановление экономики так, как делали это европейские страны. Возникновение венчурного инвестирования в США имело рыночный характер, присущий большинству экономических процессов, тогда как в других странах, в том числе и в Европе, появление венчурного механизма было инициировано государственными институциями. Институты государственной поддержки венчурного инвестирования в США — Национальная ассоциация венчурного капитала (National Venture Capital Association, NVCA)23, Система автоматической котировки Национальной ассоциации дилеров ценных бумаг США (National Association of Securities Dealers Automated Quotation, NASDAQ) — появились лишь в начале 70-х годов. Возможно, именно рыночный характер возникновения венчурного инвестирования и послужил одним из фактором его успеха в США, который длится уже многие десятилетия. В последние годы США снова переживает бум венчурного инвестирования, сопоставимый с бумом доткомов начала 2000-х годов. По данным NVCA, в 2014 году объем венчурных инвестиций в США увеличился более чем на 50% по сравнению с предшествующим годом.

Венчурное инвестирование в Европе, получившее свое начало в 70-х годах ХХ века, происходило на основе заимствования и адаптации почти тридцатилетнего опыта США, поэтому процесс становления отрасли происходил достаточно интенсивно. Европе удалось достаточно быстро и эффективно сформировать венчурную систему, которая базировалась на идентичных с США институтах: Европейской ассоциации прямого инвестирования и венчурного капитала (European Venture Capital Association, EVCA), Системе автоматической котировки Европейской ассоциации биржевых дилеров (European Association Of Securities Dealers Automated Quotation, EASDAQ), которые осуществляли поддержку венчурных инвесторов и компаний, нуждающихся в венчурных инвестициях, то есть выполняли задачи идентичные американским организациям. Позже венчурные инвестиции стали эффективно применяться не только в Европе, но и в других странах, в том числе в Китае, Японии, Южной Корее, Австралии, Сингапуре.

23 National Venture Capital Association Yearbook 2013 / Thomson Reuters. March 2013.

URL: http://www.slideshare.net/LucasWyrsch/nvca-yearbook-2013-29440995 (accessed: 16.01.2015).

Развитие венчурного инвестирования — один из актуальных вопросов развития сферы высоких технологий и формирования инновационной экономики в России. Несмотря на то что в последние годы венчурный бизнес достаточно бурно развивается, создана необходимая инфраструктура поддержки, совершенствуется законодательная база, растет объем венчурных инвестиций, имеются истории успеха венчурных проектов, существуют и определенные проблемы. Существующий механизм венчурного инвестирования не всегда способен функционировать как осаженный механизм, способствующий развитию инновационного процесса. Институты поддержки венчурного бизнеса, такие как технопарки, бизнес-инкубаторы, центры трансфера технологий, не всегда функционируют взаимосвязанно и эффективно.

Таким образом, потребности практики инновационной трансформации побуждают экономическую науку более полно исследовать особенности и условия функционирования венчурного капитала, механизм его формирования и развития.

Развитие венчурной экосистемы: зарубежный опыт

В основе венчурного инвестирования лежит объединение финансовых и интеллектуальных ресурсов, а также кооперация его участников. Возможность продвижения венчурного капитала от одной стадии инновационного процесса к другой не всегда прогнозируема, а потеря времени и других ресурсов на поиск необходимых участников существенно снижает вероятность успешной коммерциализации инноваций. Увеличение числа участников финансирования инновационного процесса и развитие связей между ними напрямую влияют на эффективность инвестиций в инновации. Объединение участников данного процесса в сообщества создает определенные преимущества как для каждого участника, так и для сообщества в целом.

В связи с этим целесообразным представляется рассмотрение венчурной индустрии, ее структуры, динамики и направлений развития как особой экосистемы. Процессы саморазвития, происходящие в индустрии венчурного инвестирования, делают возможным и целесообразным применение экосистемного подхода, который изначально применялся для биологических сообществ. Экосистемный подход, в основе которого лежит исследование взаимосвязей между компонентами сообщества и их окружением, способствует выявлению проблем развития венчурной индустрии с точки зрения системы обмена энергией, взаимосвязей между ее участниками. Применение этой теории для решения проблем реализации инновационного процесса позволяет

выявить провалы развития отечественной венчурной индустрии, а также смоделировать ее перспективы.

Сообщество венчурной экосистемы представлено многочисленными участниками, обеспечивающими продвижение венчурного капитала по стадиям инновационного процесса — от научной идеи до появления коммерческого продукта. К ним можно отнести, например, корпоративных инвесторов, государственные фонды и институты развития, бизнес-ангелов и т. п. Взаимодействие участников между собой и с окружающей средой придает эволюционную направленность развитию венчурной экосистемы. Так, Дж. Ноэл, в зависимости от процентного соотношения и направленности венчурных фондов, выделяет несколько состояний венчурных экосистем: пассивное, пограничное, развивающееся и самоподдерживающееся устойчивое24. Страны, в которых работают только институты и фонды развития, не нацеленные на доход, находятся на первом эволюционном этапе развития экосистемы, который Ноэл относит к пассивному состоянию. Последний, четвертый, этап развития венчурной экосистемы — это состояние устойчивого саморазвития венчурной индустрии, когда на рынке преимущественно представлены фонды, главным критерием деятельности которых является максимизация прибыли. К этому типу относится, например, венчурная экосистема США, которая за весь период своего существования несколько раз переживала кризисы: в 1969, 1977, 1985 годах25, подвергалась влиянию финансового кризиса 2008 года. Однако, благодаря механизму саморегулирования, она приобрела устойчивость и продолжает эволюционировать, адаптируясь к современным условиям. Расширяется и спектр ее участников, появляются суперангельские фонды (в 2012 году объем инвестиций составил 23 млрд долл.), активно развивается краудфандинг (в 2012 году общий объем инвестиций составил 320 млн долл.). Европейская венчурная экосистема несколько отличается от американской и по стадиям приложения венчурного капитала (для Европы преобладает стадия расширения), и по источникам венчурного капитала, и по менее значительной роли рынка ценных бумаг. В европейской венчурной экосистеме роль государства, заключающаяся в создании и развитии государственно-частных фондов и условий для развития венчурного капитала, более активна, однако и в США государственное содействие появлению новых венчурных фондов остается важным обстоятельством.

24 Noel G. Public Policy Forum / North American Venture Capital Summit, 2008.

25 АммосовЮ.П. Венчурный капитализм от истоков до современности. СПб.: РАВИ, 2004. С. 374.

Европейские и американские венчурные фонды, созданные с участием государства, вместо средств из бюджета получают гарантии правительства, под которые привлекают банковские кредиты26. Сами же гарантии секьюритизируются, то есть оформляются в виде ценных бумаг и продаются позднее на свободном фондовом рынке всем желающим. Для европейской венчурной экосистемы так же, как и для США, характерны возрастание роли суперангельских фондов и появление краудфандинга. Сравнительная характеристика венчурных экосистем США, Европы и России приведена в Таблице 2.

Таблица 2. Сравнительная характеристика венчурных экосистем США, Европы и России (данные 2013 года)27

Показатель характеристики США Европа Россия

Зарождение венчурного капитала 1946 год 1970-е годы 1993 год

Доля на мировом рынке венчурного капитала ~70% ~15% ~2%

Объем привлеченных венчурных инвестиций (в млн долл. за год) 33 100 7400 757

Тип венчурной экосистемы Самоподдерживающаяся развитая Развивающаяся Пограничная с переходом в развивающуюся

Доля венчурных (и прямых) инвестиций, в % Посевная стадия (seed) 6,1 1,4 4,5

Начальная стадия (start-up) 46 25 16

Преобладающие инвесторы на ранних стадиях Пенсионные фонды, фонды прямых инвестиций (по объему инвестиций); бизнес-ангелы (по количеству сделок) Пенсионные фонды, банки, фонд фондов (государственные институты) Государственные фонды, в том числе фонды с участием госкорпораций

Приоритетные направления венчурного инвестирования (удельный вес инвестиций в общем объеме) ИКТ — 28%; деловые и финансовые услуги — 26%; индустрия здоровья — 22% Деловые и финансовые услуги — 31%; индустрия здоровья — 22% ИКТ — 75,1%; розничная торговля — 14,6%

Несмотря на то что в России венчурный капитал начал формироваться чуть более 20 лет назад, современный этап развития венчурной экосистемы можно охарактеризовать как переходный из пограничной стадии в стадию развивающуюся. Доля участников венчурной экосистемы, созданных с участием государства,

26 Громковский В. Пахать или сеять? // Эксперт Online. 11.07.2015. URL: http://expert.ru/2015/07/11/pahat/ (дата обращения: 15.09.2015).

27 Таблица составлена на основе данных: National Venture Capital Association (NVCA) [Official Site]. URL: http://www.nvca.org (accessed: 15.01.2016); European Private Equity and Venture Capital Association (EVCA) [Official Site]. URL: http://www.evca.com (accessed: 15.01.2016); PricewaterhouseCoopers [Official Site]. URL: www.pwc.com (accessed: 15.01.2016); РВК [Официальный сайт]. URL: http://www.rusventure.ru (дата обращения: 15.01.2016).

деятельность которых направлена на поддержку инновационного развития, а не на получение прибыли, составляет по итогам последних лет не более 40%. Сравнительно небольшой исторический период формирования российской венчурной экосистемы говорит о динамичном ее развитии и формирует определенный задел для ее перспективного развития. Особенностями венчурной экосистемы России являются небольшие объемы венчурного капитала по сравнению с США и Европой, преобладание государственных фондов или фондов с участием государственных корпораций, большая концентрация венчурного капитала в сфере ИКТ. Данные Таблицы 2 позволяют судить о небольшом объеме венчурных инвестиций на ранних стадиях (seed и start-up), что может негативно отразиться на преодолении «долины смерти» российскими начинающими инновационными компаниями. К тому же в 2014 году по сравнению с 2013 годом на стадии стартапа объем венчурных инвестиций сократился на 3,5% и по количеству сделок — на 46,8%. Между тем исследования Deutsche Bank показали, что рост венчурных инвестиций на 0,1% от ВВП может увеличить темпы роста реального ВВП на 0,3%. При этом рост венчурных инвестиций на посевной и начальной стадиях на 0,1% от ВВП увеличивает ВВП на 0,96%28. Поэтому поддержка со стороны государства должна быть сконцентрирована именно на этом этапе «долины смерти».

Российская венчурная экосистема и ее перспективы в развитии сферы высоких технологий

Реализация и рост высокотехнологичных проектов во многом зависит от объемов венчурного инвестирования и развития венчурной экосистемы в целом. Эффективность же венчурного капитала в сфере высоких технологий связана с двумя группами факторов: во-первых, достаточности ресурсов по объемам и стадиям их реализации и, во-вторых, механизмов и условий функционирования венчурной экосистемы. Отчасти причиной небольшого объема отечественной высокотехнологичной продукции служит небольшой объем венчурных инвестиций в сферу высоких технологий. Так, средний объем инвестиций в российские высокотехнологичные проекты на ранних стадиях составляет лишь 1,2 млн долл. Для сопоставления: аналогичный объем инвестиций в США составляет 216 млн долл., в Европе и Китае — по 12 млн долл., в Израиле — 4 млн долл. Что касается стадии

28 Smart Choice: The Case for Investing in European Venture Capital. EVCA, 2011. URL: http://triangle-venture.com/download/EVCA VCReport aw 110313 INT.pdf (accessed: 18.01.2016).

«долины смерти», то российская венчурная экосистема не располагает достаточными ресурсами для ее успешного прохождения (Рисунок 1).

В России, как уже было отмечено, основными источниками венчурных инвестиций на начальном этапе являются фонды с государственным участием. При этом фонд «Сколково» и Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере («фонд Бортника») инвестируют проекты на самой ранней, довенчурной, посевной стадии. Госкорпорация «Роснано» ограничена областью нанотехнологий и обязана вкладывать в послевенчурную стадию «расширения» (вхратюп — когда строятся уже полноценные производственные предприятия и рынок близится к насыщению).

Рисунок 1. Распределение источников инвестиций по стадиям инновационного процесса (серым цветом выделена область «долины смерти»)29

В нашей стране наибольший объем средств фондов с государственным участием поступает в сферу ИКТ (31,5%). Однако, проекты в сфере ИКТ наиболее привлекательны и для частных инвесторов, в том числе и для иностранных, ввиду их быстрой окупаемости, относительно невысоких затрат и высокого потенциала роста. С другой стороны, более долгосрочные и высокозатратные проекты в сфере медицинской техники (и фармацевтики) и энергоэффективности получают финансирование от фондов с государственным участием гораздо в меньших объемах — 23,75% и 13,33%

соответственно

,30

29 Составлен на основе данных РВК, РАВИ за 2014 год.

30 Объединяем возможности. РВК: Годовой отчет 2014 / РВК — Российская венчурная компания. 2015. URL: http://fs.moex.eom/content/annualreports/1922/1/report-rvc-2014.pdf (дата обращения: 18.01.2016). С. 27.

Приоритетным направлением бизнес-ангельских инвестиций является не высокотехнологичная сфера, а производство потребительских товаров (43%). При этом суперангельские фонды в российской венчурной экосистеме не получили широкого распространения. Например, российский суперангельский фонд Simile Venture, созданный в 2012 году, предпочитает финансировать интернет-компании на быстро развивающихся рынках Турции, Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Суперангельские фонды представляют собой синдикат бизнес-ангелов с разным опытом управления. Как правило, фондом управляют более опытные бизнес-ангелы, что снижает инвестиционный риск31. Представляется, что распространение суперангельских фондов в России позволило бы увеличить и объем венчурных инвестиций на ранних стадиях, и их эффективность за счет снижения риска.

Что касается механизмов функционирования российской венчурной экосистемы, то их неэффективность проявляется в сокращении объема валовых инвестиций на 1,8% от ВВП в 2014 году по сравнению с 2013 годом, в снижении годового объема венчурных инвестиций на 28,4% в 2013 году и на 26% — в 2014 году32 по сравнению с предыдущим периодом на фоне роста мирового рынка венчурного капитала. Безусловно, эта отрицательная динамика вызвана неблагоприятными внешнеэкономическими факторами. Однако главная причина видится в слабости рыночных механизмов, которые не обеспечивают устойчивость венчурной экосистемы путем создания мощных стимулов для ее участников к повышению своей эффективности.

Известно, что наличие частной инвестиционной составляющей крайне важно при реализации многих инструментов государственной политики. При создании же новых высокотехнологичных компаний эффективны проактивные действия, направленные на формирование институциональной среды. Частные меры (реакция на провалы рынка в виде субсидий и инвестиций в стратегические отрасли) часто бывают контрпродуктивными и имеют обратный эффект33. Так, объем экспорта портфельных компаний фондов, созданных с участием капитала Российской венчурной компании,

31 Kraemer-Eis H., Lang F., Gvetadze S. European Small Business Finance Outlook. European Investment Fund (EIF) Working Paper 2014/26.

URL: http://www.eif.org/news centre/publications/EIF Working Paper 2014 26.htm (accessed: 18.01.2016).

32 Объединяем возможности. РВК: Годовой отчет 2014. С. 27.

33 Abetti P.A. Government-Supported Incubators in the Helsinki Region, Finland: Infrastructure, Results, and Best Practices // Journal of Technology Transfer. 2004. Vol. 29. P. 19-40.

оценивается в 2014 году лишь в 27 млн долл., что составляет около 0,3% от объема высокотехнологичного экспорта России.

По нашему мнению, поддержка высокотехнологичных проектов фондами с участием государства необходима, особенно на современном этапе развития венчурной экосистемы, однако также должна быть сформирована среда, способствующая, с одной стороны, повышению активности и разнообразия венчурных инвесторов, с другой стороны, созданию основы для их продуктивного сотрудничества. Как показывает зарубежный опыт, поддержка высокотехнологичных проектов государственными венчурными фондами является эффективным методом увеличения объемов их финансирования. Использование только средств венчурных фондов с государственным участием снижает вероятность успешного прохождения проектами всех стадий инновационного процесса и достижения ими стадии «выхода»34. В то же время смешанная форма участия государственного и частного капиталов в высокотехнологичном проекте позволяет получить начинающим предприятиям больший объем финансирования, главным образом от частных инвесторов или фондов, на последующих стадиях. Однако отечественный крупный бизнес, обладающий значительным капиталом, ориентирован преимущественно на извлечение краткосрочной ренты и ее инвестирование за рубежом35 и не способен стать драйвером развития высокотехнологичной сферы. В итоге, как отмечают А.Л. Кудрин и Е.Т. Гурвич, «за последние три года чистый отток частного капитала составлял в среднем 3,3% ВВП в год, а валовой вывоз российского капитала — 7,5% ВВП. Даже если считать, что до половины притока иностранных инвестиций фактически отражает репатриацию ранее вывезенного отечественного капитала, то объем финансовых ресурсов, доступных для инвестирования в российскую экономику, превышает 30% ВВП. Если бы эти ресурсы полностью использовали, то Россия вновь оказалась бы среди лидеров мирового роста»36. Незаинтересованность отечественного крупного бизнеса в технологическом прогрессе объясняет феномен невостребованности науки и низкого спроса на инновации в современной России. На сегодняшний день

34 Brander J.A., Du Q., Hellmann T. The Effects of Government-Sponsored Venture Capital: International Evidence // Review of Finance. 2015. No 19. P. 571-618.

35 Дзарасов Р.С. Экономика «насаждения отсталости». К действительным причинам реформы РАН // Вестник Российской академии наук. 2014. № 4. Т. 84. С. 298.

36 Кудрин А.Л., Гурвич Е.Т. Новая модель роста для российской экономики // Вопросы экономики. 2014. № 12. С. 21.

«вовлеченность российского бизнеса в НИОКР ниже, чем в любой развитой стране»37. Кроме этого, вовлеченность крупных предприятий в процесс инвестирования высоких технологий представляется необходимой еще и потому, что они обладают определенным предпринимательским опытом, квалифицированным менеджментом, что представляет собой неотъемлемый компонент венчурного инвестирования.

Повышению эффективности российской венчурной экосистемы способствовала бы активность не только корпораций, но и банков. В большинстве развитых зарубежных стран банки играют важную роль в финансировании высокотехнологичных проектов инновационных компаний. Банки предоставляют последним кредиты, участвуя в капитале венчурных фондов, которые вкладывают средства в проекты в сфере высоких технологий. Для российской экономики наиболее приемлемым представляется развитие механизмов государственно-частного партнерства с участием банков и системой распределения рисков.

Таким образом, для эффективного функционирования венчурной экосистемы в первую очередь необходима единая целенаправленность всех ее участников, которая во многом зависит от сложившихся условий институциональной среды. Развитие венчурного инвестирования в сферу высоких технологий возможно только в условиях эффективной системы защиты прав собственности и наличия системы стимулов для привлечения инвестиций в предприятия высокотехнологичного сектора. К сожалению, сложившаяся институциональная среда в России формирует некоторую неопределенность в этих сферах, что подтверждается значением Международного индекса защиты прав собственности (International Property Rights Index, IPRI), в соответствии с которым в 2014 году Россия занимает лишь 66-е место из 97, а по его компоненту — индексу борьбы с коррупцией — 88-е место38.

Достижение российской венчурной экосистемой уровня устойчивого саморазвития возможно только в том случае, если будет достигнуто системное взаимодействие всех ее участников в условиях развития предпринимательской среды, соответствующей специфике хозяйственных отношений в России.

37 Рогов С.М. Шоковая терапия и «реформа РАН»: реалии российской науки. М.: Институт США и Канады РАН, 2013. С. 37.

38 The International Property Rights Index 2014. Russia.

URL: http://internationalpropertyrightsindex.org/country?c=Russia (accessed: 29.09.2015).

* * * *

Венчурный капитал имеет большое значение для развития новых технологий, их продвижения и коммерциализации. Реализация и рост высокотехнологичных проектов во многом зависит от объемов инвестиций и развития венчурной экосистемы в целом, в основе которой лежит открытость и взаимосвязанность участников венчурной индустрии. Несмотря на то что венчурный капитал в России сформировался чуть более двух десятков лет назад, можно отметить достаточно динамичное формирование отечественной венчурной экосистемы. К факторам, ограничивающим формирование ее устойчивого саморазвития можно отнести недостаток ресурсов по объемам и стадиям их реализации и невысокую эффективность механизмов взаимодействия участников венчурного инвестирования. На настоящий момент российская венчурная экосистема не располагает достаточными ресурсами для успешного прохождения высокотехнологичными проектами «долины смерти». Можно также отметить, что развитие краудинвестинговых площадок и распространение суперангельских фондов позволило бы увеличить и объем венчурных инвестиций на ранних стадиях и их эффективность за счет снижения риска. В то же время необходимо учитывать, что привлечение частных средств в сферу высоких технологий зависит от государственного финансирования, поэтому государственная поддержка особенно важна на ранних стадиях инновационного процесса. Что касается проблем функционирования венчурной экосистемы, то к ним можно отнести неэффективную модель коммуникаций, основанную не на запросе на инновации от бизнеса. Кроме того, отсутствуют стимулы для частных инвестиций, но есть высокие институциональные риски. Перспективы российской венчурной экосистемы видятся в развитии механизмов частно-государственного партнерства и системного взаимодействия всех ее участников в условиях трансформации институциональной среды.

Список литературы:

1. Аганбегян А.Г. Размышления о финансовом форсаже (по мотивам книги «Финансовые стратегии модернизации экономики: мировая практика») // Деньги и кредит. 2015. № 8. С. 5-10.

2. Аммосов Ю.П. Венчурный капитализм от истоков до современности. СПб.: РАВИ, 2004.

3. Гораева Т.Ю. Теоретические подходы к формирования высокотехнологического сектора // Весшк ГрДУ. Серыя 5. Эканомка. 2011. № 2 (120). С. 33-38.

4. Громковский В. Пахать или сеять? // Эксперт Online. 11.07.2015. URL: http://expert.ru/2015/07/11/pahat/ (дата обращения: 15.09.2015).

5. Гурова И.П. Высокотехнологичный экспорт СНГ: проблема измерения // Евразийская экономическая интеграция. 2014. № 4 (25). С. 31-46.

6. Дзарасов Р.С. Экономика «насаждения отсталости». К действительным причинам реформы РАН // Вестник Российской академии наук. 2014. № 4. Т. 84. С. 291-303.

7. Исследование быстроразвивающихся высокотехнологичных компаний России. М.: РВК, 2015.

8. Кудрин А.Л, Гурвич Е.Т. Новая модель роста для российской экономики // Вопросы экономики. 2014. № 12. С. 4-36.

9. Нехорошева Л.Н. Регулирование развития наукоемких отраслей и высокотехнологичных производств // Белорусский экономический журнал. 1998. № 1. С. 51-64.

10. Объединяем возможности. РВК: Годовой отчет 2014 / РВК — Российская венчурная компания. 2015. URL: http://fs.moex.com/content/annualreports/1922/1/report-rvc-2014.pdf (дата обращения: 18.01.2016).

11. Плаксин О.В. Развитие экспорта российских технологических компаний // IV Ежегодная партнерская конференция Российской венчурной компании (РВК). Москва, 19 марта 2015 года [Официальный сайт]. URL: http://partnerconf.rusventure.ru/co nf2015/agenda/speakers list/Oleg Plaksin/ (дата обращения: 18.01.2016).

12. Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года // Министерство экономического развития РФ [Официальный сайт]. 25.03.2013. URL:http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/macr o/prognoz/doc20130325 06 (дата обращения: 15.06.2015).

13. Рогов С.М. Шоковая терапия и «реформа РАН»: реалии российской науки. М.: Институт США и Канады РАН, 2013.

14. Российский инновационный индекс / Под ред. Л.М. Гохберга. М.: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», 2011.

15. Смородинская Н.В. Сетевые инновационные экосистемы и их роль в динамизации экономического роста // Инновации. 2014. № 7 (189). С. 27-33.

16. Управление инновациями и интеллектуальной собственностью фирмы: монография / Под ред. С.В. Валдайцева. М.: Проспект, 2014.

17. Фролов Д.П., Стратулат В. Развитие наноиндустрии и экономическая безопасность // Экономист. 2010. № 12. С. 19-25.

18. 2014 Global R&D Funding Forecast / Battelle; R&D. December 2013. URL: http://www.battelle.org/docs/tpp/2014 global rd funding forecast.pd (accessed: 18.01.2016).

19. Abetti P.A. Government-Supported Incubators in the Helsinki Region, Finland: Infrastructure, Results, and Best Practices // Journal of Technology Transfer. 2004. Vol. 29. P. 19-40.

20. Brander J.A., Du Q., Hellmann T. The Effects of Government-Sponsored Venture Capital: International Evidence // Review of Finance. 2015. No 19. P. 571-618.

21. Evans D., Jovanovich B. An Estimated Model of Entrepreneurial Choice Under Liquidity Constraints // Journal of Political Economy. 1989. Vol. 97. No 4. P. 808-827.

22. Freeman С. Technology Policy and Economic Performance: Lesson from Japan. London; New York: Pinter Publisher, 1987.

23. Fukuda K., Watanabe C. Japanese and US Perspectives on the National Innovation Ecosystem // Technology in Society. 2008. Vol. 30. No 1. P. 49-63.

24. Jackson D.J. What Is an Innovation Ecosystem? Arlington, VA: National Science Foundation, 2011. URL: http://urenio.org/wp-content/uploads/2011/05/What-is-an-Innovati on-Ecosystem.p df (accessed: 11.06.2015).

25. Kraemer-Eis H., Lang F., Gvetadze S. European Small Business Finance Outlook. European Investment Fund (EIF) Working Paper 2014/26. URL: http://www.eif.org/ news_centre/publications/EIF_Working_Paper_2014_26.htm (accessed: 18.01.2016).

26. LundvallB.-A. National Systems of Innovation: Towards a Theory of Innovation and Interactive Learning. London: Pinter Publisher, 1992.

27. Makarov S., Ugnich E. Business-catalysts as Drivers of Regional Innovation Systems // Foresight-Russia. 2015. Vol. 9. No 1. P. 56-67.

28. Measuring Globalisation: OECD Economic Globalisation Indicators 2005. OECD Publishing. November 2005. URL: http://www.oecd.org/sti/measuringglobalisationoecdecono micglobalisationindicators2005.htm (accessed: 18.01.2016).

29. Mercan B., Goktas D. Components of Innovation Ecosystems: A Cross-Country Study // International Research Journal of Finance and Economics. 2011. No 76. P. 102-112.

30. National Venture Capital Association Yearbook 2013 / Thomson Reuters. March 2013. URL: http://www.slideshare.net/LucasWyrsch/nvca-yearbook-2013-29440995 (accessed:

16.01.2015).

31. Nelson R.R., Winter S.G. An Evolutionary Theory of Economic Change. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1982.

32. Noel G. Public Policy Forum. North American Venture Capital Summit, 2008.

33. Smart Choice: The Case for Investing in European Venture Capital. EVCA, 2011. URL: http://triangle-venture.com/download/EVCA_VCReport_aw_110313_INT.pdf (accessed:

18.01.2016).

34. World Development Indicators: Science and Technology // The World Bank [Official Site]. URL: http://wdi.worldbank.org/table/5.13 (accessed: 03.09.2015).

Ugnich E.A.

The Development of the High-Tech Sphere: The Role of Venture Capital Ecosystem

Ekaterina A. Ugnich — Ph.D., Associate Professor, Don State Technical University, Rostov-on-Don, Russian Federation. E-mail: ugnich77@mail.ru

Annotation

The article reveals peculiarities of the development of the high-tech sphere in the global economic environment. It is shown that one of the reasons of low competitiveness of domestic high-tech sphere is the lack of financial resources and management experience in transforming a scientific idea into a high-tech project with its subsequent commercialization. The role of venture ecosystem as a source of development of the high-tech sphere is examined in the article. The author identifies the problems of development of Russian venture ecosystem and demonstrates its prospects of an effective symbiosis of the state and the private initiatives against the background of favourable institutional conditions.

Keywords

High technologies, innovative process, venture capital ecosystem.

References:

1. Aganbegian A.G. Razmyshleniia o finansovom forsazhe (po motivam knigi "Finansovye strategii modernizatsii ekonomiki: mirovaia praktika"). Den 'gi i kredit, 2015, 8, pp. 5-10.

2. Ammosov Iu.P. Venchurnyi kapitalizm ot istokov do sovremennosti. Saint Petersburg: RAVI, 2004.

3. Goraeva T.Iu. Teoreticheskie podkhody k formirovaniia vysokotekhnologicheskogo sektora. Vesnik GrDU. Seryia 5. Ekanomika, 2011, 2 (120), pp. 33-38.

4. Gromkovskii V. Pakhat' ili seiat'? Ekspert Online, 11.07.2015. URL: http://expert.ru/2015/07/11/pahat/ (data obrashcheniia: 15.09.2015).

5. Gurova I.P. Vysokotekhnologichnyi eksport SNG: problema izmereniia. Evraziiskaia ekonomicheskaia integratsiia, 2014, 4 (25), pp. 31-46.

6. Dzarasov R.S. Ekonomika "nasazhdeniia otstalosti". K deistvitel'nym prichinam reformy RAN. Vestnik Rossiiskoi akademii nauk, 2014, no 4, t. 84, pp. 291-303.

7. Issledovanie bystrorazvivaiushchikhsia vysokotekhnologichnykh kompanii Rossii. Moscow: RVK, 2015.

8. Kudrin A.L., Gurvich E.T. Novaia model' rosta dlia rossiiskoi ekonomiki. Voprosy ekonomiki, 2014, 12, pp. 4-36.

9. Nekhorosheva L.N. Regulirovanie razvitiia naukoemkikh otraslei i vysokotekhnologichnykh proizvodstv.

Belorusskii ekonomicheskii zhurnal, 1998, 1, pp. 51-64.

10. Ob 'ediniaem vozmozhnosti. RVK: Godovoi otchet 2014 / RVK — Rossiiskaia venchurnaia kompaniia. 2015. URL: http://fs.moex.com/content/annualreports/1922/1/report-rvc-2014.pdf (data obrashcheniia: 18.01.2016).

11. Plaksin O.V. Razvitie eksporta rossiiskikh tekhnologicheskikh kompanii. IV Ezhegodnaia partnerskaia konferentsiia Rossiiskoi venchurnoi kompanii (RVK). Moskva, 19 marta 2015 goda [Ofitsial'nyi sait]. URL: http://partnerconf.rusventure.ru/conf2015/agenda/speakers list/Oleg Plaksin/ (data obrashcheniia: 18.01.2016).

12. Prognoz dolgosrochnogo sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiia Rossiiskoi Federatsii na period do 2030 goda. Ministerstvo ekonomicheskogo razvitiia RF [Ofitsial'nyi sait]. 25.03.2013.

URL: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/macro/prognoz/doc20130325 06 (data obrashcheniia: 15.06.2015).

13. Rogov S.M. Shokovaia terapiia i «reforma RAN»: realii rossiiskoi nauki. Moscow: Institut SShA i Kanady RAN, 2013.

14. Rossiiskii innovatsionnyi indeks / Pod red. L.M. Gokhberga. Moscow: Natsional'nyi issledovatel'skii universitet "Vysshaia shkola ekonomiki", 2011.

15. Smorodinskaia N.V. Setevye innovatsionnye ekosistemy i ikh rol' v dinamizatsii ekonomicheskogo rosta. Innovatsii, 2014, 7 (189), pp. 27-33.

16. Upravlenie innovatsiiami i intellektual'noi sobstvennost'iu firmy: monografiia / Pod red. S.V. Valdaitseva. Moscow: Prospekt, 2014.

17. Frolov D.P., Stratulat V. Razvitie nanoindustrii i ekonomicheskaia bezopasnost'. Ekonomist, 2010, 12, pp. 19-25.

18. 2014 Global R&D Funding Forecast / Battelle; R&D. December 2013. URL: http://www.battelle.org/docs/tpp/2014 global rd funding forecast.pd (accessed: 18.01.2016).

19. Abetti P.A. Government-Supported Incubators in the Helsinki Region, Finland: Infrastructure, Results, and Best Practices. Journal of Technology Transfer, 2004, 29, pp. 19-40.

20. Brander J.A., Du Q., Hellmann T. The Effects of Government-Sponsored Venture Capital: International Evidence. Review of Finance, 2015, 19, pp. 571-618.

21. Evans D., Jovanovich B. An Estimated Model of Entrepreneurial Choice Under Liquidity Constraints.

Journal of Political Economy, 1989, vol. 97, no 4, pp. 808-827.

22. Freeman S. Technology Policy and Economic Performance: Lesson from Japan. London; New York: Pinter Publisher, 1987.

23. Fukuda K., Watanabe C. Japanese and US Perspectives on the National Innovation Ecosystem. Technology in Society, 2008, vol. 30, no 1, pp. 49-63.

24. Jackson D.J. What Is an Innovation Ecosystem? Arlington, VA: National Science Foundation, 2011. URL: http://urenio.org/wp-content/uploads/2011/05/What-is-an-Innovation-Ecosystem.pdf (accessed: 11.06.2015).

25. Kraemer-Eis H., Lang F., Gvetadze S. European Small Business Finance Outlook. European Investment Fund (EIF) Working Paper 2014/26.

URL: http://www.eif.org/news centre/publications/EIF Working Paper 2014 26.htm (accessed: 18.01.2016).

26. Lundvall B.-A. National Systems of Innovation: Towards a Theory of Innovation and Interactive Learning. London: Pinter Publisher, 1992.

27. Makarov S., Ugnich E. Business-catalysts as Drivers of Regional Innovation Systems. Foresight-Russia, 2015, vol. 9, no 1, pp. 56-67.

28. Measuring Globalisation: OECD Economic Globalisation Indicators 2005. OECD Publishing. November 2005. URL: http://www.oecd.org/sti/measuringglobalisationoecdeconomicglobalisationindicators200 5.htm (18.01.2016).

29. Mercan B., Goktas D. Components of Innovation Ecosystems: A Cross-Country Study. International Research Journal of Finance and Economics, 2011, 76, pp. 102-112.

30. National Venture Capital Association Yearbook 2013 / Thomson Reuters. March 2013. URL: http://www.slideshare.net/LucasWyrsch/nvca-yearbook-2013-29440995 (accessed: 16.01.2015).

31. Nelson R.R., Winter S.G. An Evolutionary Theory of Economic Change. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1982.

32. Noel G. Public Policy Forum. North American Venture Capital Summit, 2008.

33. Smart Choice: The Case for Investing in European Venture Capital. EVCA, 2011. URL: http://triangle-venture.com/download/EVCA VCReport aw 110313 INT.pdf (accessed: 18.01.2016).

34. World Development Indicators: Science and Technology. The World Bank [Official Site]. URL: http://wdi.worldbank.org/table/5.13 (accessed: 03.09.2015).