Экономическое районирование как инструмент территориальной организации хозяйства Якутии

— Экономика —

УДК 911.3:316 (571.56) М. Ю. Присяжный

экономическое районирование как инструмент территориальной организации хозяйства Якутии

В ближайшей перспективе Якутия займёт новое место в экономическом пространстве России, обусловленное её ресурсным потенциалом и геополитическим положением. На основе опыта экономико-географических работ рассмотрены современные проблемы освоения Якутии. Определены геополитические факторы внутрирегиональных связей, вопросы единства территории Якутии и выделения подрайонов.

Ключевые слова: экономическое районирование, внутрирегиональные связи, проблемы освоения территории, Якутия, «госплановские» районы, совнархозы, экономическое пространство, Восточная Сибирь, Дальний Восток, регионализация, геополитика.

К числу современных проблем освоения Якутии, без сомнения, относится определение общей стратегии развития. Серьёзные трудности встают на этом пути в связи с возникшим транспортным, демографическим, общим системно-экономическим разрывом регионов республики. Указанные моменты с каждым годом приобретают новые черты, что предопределяет особый интерес к их рассмотрению в контексте опыта экономикогеографических работ одного из основоположников якутской государственности М. К. Аммосова [1, 2].

Деятельность М. К. Аммосова в 1920-х - начале 1930-х годов проходила в период становления молодой Якутской АССР, когда республика оказалась в похожей, может быть, даже более сложной, чем в современный период, обстановке [3].

Вопреки политической воле Якутии в первой четверти XX столетия от неё была отторгнута значительная часть территории - Аян-Охотский район. С административнополитической точки зрения это было необоснованно, а с точки зрения экономического влияния вполне объяснимо, учитывая оторванность этого района от остальной части территории республики.

После открытия промышленных запасов золота в бассейне реки Алдан в начале 1920-х годов в схожей ситуации оказалась и Южная Якутия, на которую претендовали соседние горнопромышленные области. При этом сама Якутия экономически присутствовала лишь в пределах основного ареала расселения народа саха, то есть в Лено-Амгинском междуречье и в современной Вилюй-ской группе улусов. Южный регион республики представлял собой оторванный от центра ЯАССР, не связан-

ПРИСЯЖНЬШМихаил Юрьевич - к.ф.н., доцент, зав. кафедрой североведения СВФУ

E-mail: wirt@mail.ru

ный с ним хозяйственно, ареал с традиционными видами деятельности экстенсивного характера. В примыкающих к верховьям Алдана местностях и в самом ядре района отсутствовали хорошо организованные заготовительные, снабженческие органы, полностью отсутствовали летние дороги. Якутия не имела достаточных средств для сообщения и организации экономической жизни этой территории. Естественно, что взоры дальневосточников, испытывавших трудности с новыми районами экстенсивной золотодобычи, направляются на самый близкий и доступный Алданский «заповедный» район. Руководству самой восточной в стране автономии удалось сформировать новый вектор освоения на практически нетронутый юг республики, найдя материальные и людские резервы даже в разрушенной гражданской войной и повинностями I Мировой войны якутской деревне.

Правительство Якутии сразу же оценило всё громадное экономическое значение Алдана как для хозяйства самой ЯАССР, так и для хозяйства всего СССР. Поэтому, несмотря на скудность своих средств, на отсутствие свободных капиталов, Якутия всё же приложила колоссальные усилия и привлекала все свои экономические, финансовые, демографические ресурсы. В первую пятилетку освоения затраты Якутии на Алдане были произведены исключительно за счёт бюджета самой республики, без помощи центра СССР и Дальневосточного округа. Проведены работы по обустройству судоходных путей по реке Алдан; проложены санные зимники, что позволило наладить снабжение продовольствием и другими товарами; положено начало почтово-телеграфной связи южного региона Якутии. Якутправительству (в терминах 1930-х годов) пришлось за счёт прямого сокращения снабжения других районов в первую очередь снабдить Алдан, вкладывая в золотодобычу огромные, относительно возмож-

ностей бюджета территории с аграрно-промысловым типом экономики, средства.

Наряду с продовольственными и финансовыми трудностями Якутии пришлось столкнуться с экономической конкуренцией со стороны дальневосточных организаций, выдерживая упорную борьбу во всей хозяйственной и административной работе с дальневосточниками, стремившимися к экономическому «завоеванию» и к отторжению юга Якутии к Дальневосточному округу.

В то же время молодая, экономически отсталая республика нуждалась в возникновении промышленных очагов внутри своей территории. Именно благодаря инициативе М. К. Аммосова республика придала громадное значение развитию золотопромышленности и затратила на это немало сил и средств [4]. Правительственные органы Якутии в течение более чем 2-х лет проводили работы по развитию золотопромышленности на Алдане. Только в конце 1925 г. местный трест был передан вновь созданному союзному. Это было своеобразным упорядочением промышленной организации и эксплуатации богатейшего региона республики. Кроме того, Якутия вынужденно пошла на этот шаг по «федерализации» собственности. Наблюдалось сильное давление соседних регионов с целью экономического и административного переподчине-ния южной части северного соседа.

Таким образом, за короткий срок в места стихийно возникших приисков были отправлены люди, проложены пути сообщения, налажено снабжение продовольствием, определена стратегия промышленного освоения. Результатом таких усилий стала возросшая связь разных частей республики и начало формирования первого ядра индустриализации в пределах её географического пространства. Сами собой отпали и территориальные притязания соседей.

При этом следует вспомнить заслуги М. К. Аммосова в претворении в жизнь идей экономического районирования. В первом «советском» варианте 1921-1922 гг. Якутии даже отводилось место отдельного района.

На наш взгляд, с позиций такого активного развития и экономического соперничества следует исходить и нынешнему руководству республики. Иначе произойдёт деградация ряда староосвоенных районов, возможно, и «отторжение» части территории республики соседними субъектами России. Причём с точки зрения современных взглядов, такое «отторжение» не обязательно связано с осязаемой, отражаемой на политикоадминистративных картах сменой границ. Может происходить информационно-рыночное «тихое завоевание». Например, это относится к значительной части восточных регионов России.

Во многом повторяется ситуация 1920-х гг., когда дальневосточники оценивали результаты хозяйствования Якутии на Алдане как неуспешные. Это послужило поводом для просьбы к центральной власти страны о передаче всего Алданского района в руки Дальневосточного

округа. В условиях углубления внутренней территориальной дифференциации регионов Якутии, общей неблагоприятной геополитической обстановки в Сибирско-Дальневосточном регионе в современных условиях хозяйствования эти вопросы стоят ещё более остро. Только в отличие от первой половины прошлого века «алчущими» новых территорий и природных богатств являются не внутренние субъекты-соседи, а внешние суверенные субъекты международного права к тому же с высокими темпами экономического роста и усиливающейся «интенсификацией» хозяйства.

Сказанное выше выдвигает в число важнейших проблему экономического районирования Российской Федерации, которое следует рассматривать как с точки зрения исторической ретроспективы, так и с позиций современных, модернизированных взглядов на формирование в рамках экономического пространства специализированных районов разного иерархического уровня.

В процессе экономического районирования выявляется «лицо» — наличие и сочетание отраслей специализации — каждого региона в экономическом пространстве страны и мира. В то же время появление новых факторов развития, в том числе за счёт внешнеэкономических альтернатив и возможности самостоятельного выхода регионов на внешние рынки со своей продукцией, приводит к эволюционному изменению, а иногда и к деформации сформированного ранее «образа» территории. Сетки экономического районирования стали наиболее альтернативным элементом современной экономической, социальной и политической географии. Возникает необходимость рассмотрения этих во многом дискуссионных и даже спорных вопросов через призму регионального знания, в данном случае на примере определения места территории Республики Саха (Якутия) в такой сетке.

В чрезвычайно дифференцированной по природным, экономическим, социальным, национальным и другим условиям развития Российской Федерации очень важно изучение порайонных различий методом районирования. Формирование системы экономического районирования восходит к работам М. В. Ломоносова, К. А. Арсеньева, В. Н. Татищева, П. П. Семёнова-Тян-Шанского, Д. И. Менделеева, Н.Н. Колосовского и многих других учёных [5]. Приведение столь значимых имён позволяет «закольцевать», соединить воедино работы дореволюционных и советских исследователей вопроса. Существующую ныне сетку экономических районов страны традиционно называют «госплановской» на том основании, что она была утверждена решением Коллегии Госплана СССР в начале 1960-х гг

В плановой экономике советского образца главная роль отводилась экономическим районам, их хозяйство надлежало развивать комплексно с учётом местных, в том числе природных, условий; предлагалось разработать план специализации и кооперирования промышленности.

Однако время выявления отдельных районов, уточнения их названия и состава в научной литературе неодинаково. СССР тщательно изучал опыты районирования России и умело их использовал. Современная теория районирования была создана в рамках научной школы

Н. Н. Баранского - Н. Н. Колосовского.

Недостаточно глубокая научная разработка районирования была активизирована в начале 1950-х гг. на базе развития идей 1920-х гг. и представления о районных производственных комплексах Н.Н. Колосовского. В 1940-х гг. на теоретическом уровне была разработана 1719 членная сетка районирования, которая была принята Госпланом СССР к началу 1960-х годов.

Однако административные решения опередили разработку районирования. В 1957 г. для управления промышленностью и строительством по территориальному принципу были созданы административноэкономические районы во главе с совнархозами. Сложности комплексного руководства развитием отдельных отраслей привели к укрупнению совнархозовских районов. В 1963 г. систему экономического районирования страны представляли следующие таксономические единицы: административно-экономические районы, укрупнённые совнархозы и крупные экономические районы Госплана СССР. Три сетки районирования не были увязаны между собой не только по цели и назначению, но и по своим границам. Некоторые укрупнённые совнархозы оказались расположенными на территории двух крупных экономических районов Госплана СССР. Например, Северо-Восточный совнархоз был представлен Якутией в Восточно-Сибирском, а Магаданской областью - в Дальневосточном районе Госплана СССР.

Руководствуясь административными подходами, официально «с целью оптимизации управления», границы ряда крупных экономических районов были механически перенесены. Получились существенные противоречия между теоретическими положениями экономического районирования и произведёнными административными действиями.

Так, на основании сходства Якутии как территории очагового освоения со своим, занимающим соседское положение, районом-аналогом Магаданской областью привело к включению первой в Дальневосточный экономический район, где уже пребывала Магаданская область. Правда, нужно иметь в виду, что Магадан объективно ближе к Приморью. А вот анализ территориальных сдвигов на Дальнем Востоке с учётом включения результатов хозяйственной деятельности на западных территориях Якутии давал явно искажённый результат [5].

Представленные выше реформы по сути своей противоречили основному госплановскому принципу районного управления хозяйством, который предусматривал совпадение границ экономических районов и административных областей и краёв.

Со временем указанный «стержневой» принцип

требовал своевременной модернизации, но исследования всё более «уклонялись» в сторону территориальнопроизводственных комплексов, проблемно-целевого подхода, районной планировки и дробного экономического районирования. Сетка экономических районов застыла и окостенела, но колёсики взаимодействия различных специализированных районов хорошо «смазывались» нефтедолларовым финансированием, производя при этом преимущественно холостой ход.

Сдерживающим фактором для управляющей верхушки - советской номенклатуры - являлось, видимо, значительное усиление местной, региональной элиты. Это наметилось на фоне стагнации экономики и роста регионально-националистических, в том числе и в сфере хозяйственных отношений, идей и инноваций. Влияние и интересы «вызревшего» в огромной стране партийного и хозяйственного актива стали распространяться за пределы «своих» АТД. Общие связи стали срабатывать как на внутри- (экономические районы), так и на межрегиональном (группы экономических районов, экономические зоны) уровнях.

Эти процессы стали нам более понятны в период распада СССР и в начале формирования Российской Федерации. В период раздачи «суверенитетов» отдельным субъектам страны рассматривался также вариант передачи функций управления от субъектов Федерации экономическим районам. Это могло привести к почти полному сравниванию экономического и политического веса отдельных экономических районов и центральной власти. Такая конкуренция, потенциально, а именно в случае принятия консолидированных решений на уровне управленческих верхушек ряда экономических районов, могла бы ускорить объективно существовавшую тогда «опасность раскола страны» [6].

В силу этого вплоть до конца 1990-х годов существовали опасения возможности выхода из состава страны целых экономических районов, приобретших новые качественные характеристики, например, большую известность получила идея создания Уральской или ЮжноУральской республики. Однако довольно быстро пришло осознание того, что сама реальность существования у территории свойств целостного региона вовсе не означает факт наличия в нём сепаратистских настроений [7].

Неудивительно, что после распада СССР и его планирующих органов возник вопрос о целесообразности дальнейшего существования экономических районов. Однако в условиях перехода от плановой к рыночной экономике практические аспекты использования системы районирования также несомненны, особенно в области дифференциации роста транспортных издержек и особенностей развития рыночных экономикогеографических районов.

В частности, развернувшаяся по стране регионализация — объединение субъектов на основе общих интересов в межрегиональные ассоциации, часть которых

утверждена Правительством России («Большая Волга», «Северо-Запад», «Урал», «Сибирское соглашение», «Дальний Восток» и др.) — доказывает ошибочность полного отхода планирующих органов от методов целевого районирования экономического пространства.

Новая территориальная организация производительных сил РФ ещё не создана. При теоретическом обосновании будут использованы идеи классификации единого экономического пространства. В новых условиях целесообразно вернуться к его членению по принципу однородности, но с более чётким акцентированием ведущего фактора развития территории. В современных условиях региональная политика государства выстраивается на базе объединения экономик отдельных регионов страны. Эта проблема решается путём вычленения особенного, частного и определения его места в общем народнохозяйственном комплексе, то есть в системе экономического районирования.

Нельзя понять особенности и проблемы любой страны, не оценивая её внутреннее территориальное разнообразие. В районировании как одном из важнейших методов географии заложена многовариативность, возможность разнообразных подходов к самому районированию. В последние 20-25 лет весьма интересными и продуктивными были дискуссии относительно вариантов и сложностей районирования в Западном макрорегионе. Практически не затронутым остаётся вопрос о восточных районах и о самом большом субъекте страны, где есть и традиции, и проблемы, и перспективы.

В настоящее время вся огромная азиатская территория страны восточнее Урала делится по географическому принципу на Сибирь и Дальний Восток, на зоны Севера и юга; по экономико-географическому — на ЗападноСибирский, Восточно-Сибирский и Дальневосточный экономические районы.

Рассмотрим Якутию, которую по первым разработкам, выделяли даже в отдельный экономический район. С этим можно согласиться с точки зрения одного из классических определений экономических районов, которые характеризуются собственной, реально отличающей их друг от друга «...позицией в геопространстве страны, исключительно индивидуальной и неповторимой ...» [6, с. 38].

Место Якутии в этой, ставшей почти классической, «сетке» районирования представляется спорным [8]. Республика поочерёдно входила в состав двух из трёх выделяемых за Уралом макрорегионов: Восточную Сибирь и Дальний Восток. До революции северо-восточная окраина была Якутской областью Иркутской губернии, а в советское время, в конце 1950-х гг., входила в состав Северо-Восточного совнархоза. В настоящее время Республика Саха (Якутия) является составной частью Дальневосточного экономического района и обладает в его рамках рядом особенностей развития.

С точки зрения практического приложения террито-

рия республики всегда была очень привлекательна для экономико-географов и представителей смежных отраслей научного знания. Многим было «заманчиво» про-районировать пространство Якутии. Но всем исследователям предстояло решить вопрос при наличии лишь небольшого числа «явных рубежей». В частности, экономистам и экономико-географам знакомы сложности хозяйственного членения малоосвоенных территорий.

В ближайшей перспективе Якутия займёт новое место в экономическом пространстве России, обусловленное её ресурсным потенциалом и геополитическим положением.

Вместе с Магаданской и Камчатской областями, а также автономными округами Якутия составляет северную зону Дальнего Востока. Северная и южная зоны Дальнего Востока резко отличаются не только по природноклиматическим, но и почти по всем основным факторам, определяющим социально-экономическое развитие. В результате, например, по существу не реализованными остались многочисленные федеральные целевые программы экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья периода руководства страной Б.

Н. Ельцина. В связи с этим возникает проблема определения места Якутии в системе экономического районирования России. Кроме того, недостаточно явно определена роль Республики Саха (Якутия) в связи с изменившимися экономико-географическими, транспортногеографическими и геополитическими условиями развития страны и её субъектов. Такие исследования и варианты нового районирования уже имеются.

В частности, имеются «радикальные», но отнюдь не новые предложения, которые предусматривают передачу Якутии в состав Восточно-Сибирского экономического района. Всё же большая часть современных работ рассматривает Якутию в составе Дальнего Востока и Дальневосточного экономического района. Вероятно, вполне оправдан и своего рода альтернативный вариант, примиряющий две основные тенденции в отнесении Якутии к тому или иному району. В этом случае Республика Саха (Якутия) рассматривается в рамках географического района Восточной Сибири и Дальневосточного экономического района, то есть подчёркивается особая «географическая судьба» Якутии, её своеобразие и в то же время близость к соседним регионам.

На основе таких общих географических, исторических, социально-экономических черт ряда соседствующих с Якутией субъектов РФ признано целесообразным выделение их территории в отдельный СевероВосточный экономический район [9]. По мнению авторов такого предложения, объединение Республики Саха, Магаданской и Камчатской областей, Чукотского и Корякского национальных округов в один экономический район с выведением их из состава Дальневосточного экономического района будет способствовать формированию и укреплению северо-восточного форпоста России.

По существу этот подход отражает сконцентрированное стремление названных регионов страны к формированию зоны особого режима социально-экономического развития с формированием новой федеральной бюджетной, кредитной, инвестиционной, налоговой, таможенной политики благоприятствования с разработкой и принятием необходимых актов и программ на федеральном и региональном уровнях. Этой позиции на определённом этапе придерживался и первый Президент Республики Саха (Якутия) М.Е. Николаев.

Усилия руководства республики, направленные на преимущественное развитие обрабатывающих производств, дублируются капиталовложениями других субъектов Федерации со схожей структурой экономики и экономической политикой. Развитие Якутии в отрыве от усилий соседних субъектов малоэффективно, можно сказать, что и невозможно. Отсюда и стремление регионов к интеграции. Освободиться от роли сырьевого придатка российского и мирового рынков можно лишь при условии скоординированного, созданного на интеграционной основе развития высокоэффективных перерабатывающих производств. Общие интересы при проведении региональной политики выражаются и в планах пересмотра под современные реалии системы экономического районирования восточных районов страны.

Вообще-то этой идее уже несколько десятилетий. Показательно в этом плане название работы С.В. Славина «Северо-Восток СССР как новый формирующийся экономический район» [10]. В первоначальных проектах в состав Северо-Восточного района наряду с Якутией и Магаданом включалась Камчатская область. Участие последней не достаточно убедительно и обосновано, а вот Якутская республика и Магаданская область вполне сходны [11].

В уже упоминавшейся фундаментальной работе Института региональной экономики Академии Наук Республики Саха (Якутия) Северо-Восточный экономический район как и 30 лет назад рассматривается вместе с Камчатской областью. Но сейчас это скорее всего сделано для того, чтобы придать больший вес инициативе Магадана и Якутии в федеральных органах власти [9]. Во всём остальном Камчатская область по-прежнему существенно отличается от других потенциальных участников анализируемой экономической интеграционной группировки.

На наш взгляд, возможны и другие варианты нормативного членения территории страны применительно к Якутии [12]. Например, учитывая общность приленского региона в составе Республики Саха и Иркутской области, вполне обоснованным может быть формирование особого экономического образования этих субъектов. На фоне идеи М.К. Бандмана о разукрупнении ЗападноСибирского (на северо-запад Сибири и юг западной Сибири) и Восточно-Сибирского (на Забайкальский и Ангаро-Енисейский) районов [13], наше предложение

может быть в сфере интересов Иркутской области. Учитывая особую роль реки Лена, Верхнеленские районы Иркутской области могут быть включены в состав предлагаемого Северо-Восточного района. Забытым остаётся разработанное в 1950-1970-х годах В.А. Кротовым положение о необходимости рассмотрения Восточной Сибири как крупного экономико-географического района в составе Ангаро-Енисейского, Забайкальского и СевероВосточного (с Якутией и Магаданской областью) подрайонов [14]. Кроме того, Республика Саха (Якутия) может рассматриваться и в качестве самостоятельного экономического района. Предлагаются варианты и по другим субъектам и экономическим районам России, в том числе соседним с республикой. В новых условиях хозяйствования необходимость изменения сложившейся системы районирования особенно остро ощущается для восточных территорий страны, в частности, для сибирских [15].

Таким образом, принципиально различные точки зрения относительно экономического районирования территории между Восточной Сибирью и Дальним Востоком имели место в прошлом и высказываются в настоящее время. Якутия официально включена в состав Дальнего Востока. В целом, при любом принятом варианте применение дифференцированных экономических и финансовых нормативов по экономическим районам страны позволит разработать и проводить научно-обоснованную региональную государственную политику. Эта политика в первоочередном порядке необходима Якутии, представляющей значительную часть территории страны и её природно-ресурсного потенциала. Промедление с поиском места республики в системе районирования страны может привести к «отторжению» от неё некоторых частей территории. Предыдущие опыты микрорайонирования подтверждают такие прогнозы [16, 17].

На самом деле Республика Саха не такой уж единый регион, как это принято думать. Якутия всё ещё или, может быть так было изначально и всегда, разбита на несколько вполне самостоятельных территорий со своей экономикой и устоявшимися связями. Общепринятым давно уже стало деление республики на промышленную и сельскохозяйственную части. Существуют, однако, и многие другие экономико-географические обстоятельства, каждое из которых может формировать собственный принцип деления территории Якутии на части.

В пределах Республики Саха (Якутия) есть регионы, которые лишь формально административно находятся в подчинении центральной власти республики. Эти регионы как территории, по своей сути, являются вполне самостоятельными экономическими подрайонами, так как отвечают следующим признакам:

а) имеют однозначные предпосылки для развития в виде относительного сходства природных условий и ресурсов и экономико-географического положения;

б) обладают достаточно выраженной народнохозяйственной специализацией, как правило, промышленная

специализация экономического подрайона представлена группами производственных предприятий, размещающихся в разных городах подрайона;

в) имеют достаточное количество городов и населённых пунктов (площадок), что даёт возможность рассматривать в пределах экономического подрайона варианты размещения отдельных производств [16].

В самом общем виде в Якутии можно выделить три района, отрывающиеся под действием ряда экономикогеографических факторов от основного территориального ядра республики, представленного в настоящее время Заречными и Вилюйскими улусами.

Это западный район с субъядрами Ленска и Мирного, а также с примыкающими к ним, сильно связанными с ними и зависящими во всех отношениях Анабарским и Оленёкским улусами. Этот район вполне самостоятелен при выборе вариантов своего развития в силу своей специфической экономики. Можно добавить также, что в последние 15 лет полупериферийный ареал Ленско-Мирнинского ядра значительно расширился. Территориальный «скол» охватил не только ряд других районов республики, но и отдельные части соседнего с Якутией Красноярского края, прежде всего Эвенкию.

Следующим «государством в государстве» является южный регион республики. Связка Алдан-Нерюнгри объединяет ряд транспортно-промышленных ареалов, длительная устойчивость которых наряду с запасами различного природного сырья объясняется особым географическим положением и наличием железной дороги.

Особая «геополитическая» судьба у восточного района в пространстве от Нижней Колымы до Оймякона. Составные части региона в той или иной, но много большей, чем где-либо ещё в республике, мере зависят от соседей. «Восточные» территории — Магаданская область и Чукотский автономный округ — оказывают определяющее влияние на жизнеобеспечение северо-востока Якутии.

Таким образом, в числе развивающихся обособленно в условиях относительной самостоятельности, в первую очередь, можно назвать южный регион Якутии, который имеет регулярное железнодорожное сообщение с основной территорией страны. Этот факт определяет преобладание в связях региона внешнего «вектора». Ввоз и вывоз с регионами за пределами республики превалируют над взаимодействием с Якутском и любым другим административно-территориальным образованием Якутии.

Наибольшую обеспокоенность вызывает положение дел в Колымо-Индигирской группе улусов, которая фактически продолжает находиться в демографическом, транспортном, экономическом, культурном отрыве и остаётся в сфере экономического влияния соседней Магаданской области.

В условиях углубления внутренней территориальной дифференциации регионов изложенные выше соображения стоят ещё более остро. Региональная специфика

проявляется практически во всех сферах жизнедеятельности якутского общества. Так же как и диалектическая взаимосвязь территориального разделения труда и интеграции, сглаживание различий между регионами должно быть увязано с учётом своеобразия социальноэкономических реалий того или иного региона.

Намечается оживление интереса исследователей к вопросам районирования Азиатской России в целом и Дальнего Востока в частности. Необходимо вернуться и к обновлению внутреннего экономического районирования Якутии. Это послужит исходным материалом для оживления образов «госплановских» районов в соответствии с меняющимися социально-экономико-географическими условиями.

Л и т е р а т у р а

1. Аммосов М. Якутия как золотопромышленная республика // Хозяйство Якутии. 1926. № 6. С. 27-50.

2. Аммосов М. Наши пути // Хозяйство Якутии. 1927. №

1. С. 3-8.

3. Присяжный М. Ю. Проблемы совершенствования форм освое-ния регионов Севера в переходный период и на перспективу // Региональные проблемы преобразования экономики. № 3. 2010. С. 42-46.

4. Макаров Д. С. У истоков промышленного освоения Якутии // Максим Яркий (жизнеописание Максима Кировича Аммосова). Якутск: Нац. кн. изд-во, 1992. С. 106-119.

5. Белоусов И. И. Экономическое районирование в СССР в 50-60-х годах // Теоретические и прикладные вопросы экономической географии. М., 1975. С. 3-10.

6. Лейзерович Е. Е. Об экономических районах // Проблемы ре-гионального развития. Модели и эксперименты. М.: ИГ РАН, 1997. С. 37-39.

7. Волкова И. Н., Приваловская Г. А. Проблемы устойчивого раз-вития в Азово-Черноморском регионе России в связи с изменением уни-кальности его ресурсов и географического положения // Российские регио-ны в новых экономических условиях. М.: ИГ РАН, 1996. С. 96-103.

8. Присяжный М. Ю. Якутия в системе экономического райониро-вания страны: традиции, реалии и перспективы // География в школе. № 6. 2001. С. 38-40, 56.

9. Северо-восточный экономический район Российской Федера-ции: (обоснование выделения) / АН РС(Я). Ин-т регион. экон. Якутск: Ку-дук, 1998. 84 с.

10. Славин С. В. Северо-Восток СССР как новый формирующийся экономический район и межрайонные комплексные проблемы. М, 1958. 30 с.

11. Кротов В. А. Основные проблемы экономической географии Восточной Сибири. М. Иркутск, 1964. 108 с.

12. Присяжный М. Ю. Возможные пути реконструкции райониро-вания Азиатской России // X научное совещание географов Сибири и Дальнего Востока. Иркутск: ИГ СО РАН, 1999. С. 128.

13. Нижнее Приангарье: логика разработки и основные положения концепции программы освоения региона. Новосибирск: ИЭиОПП СО РАН, 1996. 232 с.

14. Ишмуратов Б. М. Взаимодействие природы и общества - эконо-мическая и социальная география, география природопользования // Гео-графическое изучение Азиатской России. -Иркутск: Изд-во Иркутского гос-университета, 1997. С. 70-94.

15. Бандман М. К. Экономическое районирование Сибири в новых условиях реализации государственной региональной политики // Проблемы регионального развития. Модели и экс-

перименты. М.: ИГ РАН, 1997. С. 49-57.

16. Руководство по районированию территории для целей районной планировки / Под. Ред. Е. Е. Лейзерович. М.: Строй-издат, 1978. 64 с.

17. Рекомендации по районированию территории СССР для целей расселения и районной планировки / Под. Ред. Е. Е. Лей-зерович. М.: Строй-издат, 1988. 216 с.

M. U. Prisyazhniy

ECONOMIC ZONING AS AN INSTRUMENT OF TERRITORIAL ORGANIZA-TION MANAGEMENT OF YAKUTIA

In the short term due to its resource potential and geopolitical statutes Yakutia will take a new position in the economic space of Russia. Based on the experience of economic-geographical works deals with modern problems of development of Yakutia. Geopolitical fac-tors identified intra-governmental relations, questions the unity of the territory of Yakutia and the allocation of sub-districts.

Key words: economic regionalization, the intra-communication, problem exploration area, Yakutia, «gosplanovskie» areas, economic councils, economic area, Eastern Siberia, Far East, regionalization, geopolitics.