Депутаты против конфискации без границ

Комитет Госдумы по безопасности вчера на неопределенный срок перенес рассмотрение поправок в Уголовный кодекс, восстанавливающих в полном объеме механизм конфискации имущества. Жесткая позиция Генпрокуратуры и представителей фракции "Родина", настаивающих на том, что имущество преступников является незаконно нажитым, если не доказано обратное, пока делает компромисс невозможным даже в Госдуме.

Напомним, принятые 19 апреля 2006 года в первом чтении поправки в Уголовный кодекс — под предлогом необходимости борьбы с терроризмом и коррупцией (последнее требует ратифицированная РФ антикоррупционная конвенция ООН) --- восстановили наказание в виде конфискации имущества за 47 видов преступлений, в том числе 13 экономических (кроме налоговых преступлений). Под конфискацию имущества подпадает целый ряд общеэкономических преступлений, и большая часть статей УК, по которым осужденные будут наказываться конфискацией имущества, не имеет отношения ни к терроризму, ни к коррупции.

Вчера председатель думского комитета по безопасности Владимир Васильев вместе с представителями Общественной палаты (ОП) на заседании комитета пытался доказать представителям Генпрокуратуры и думской комиссии по борьбе с коррупцией, что список преступлений, за которые предлагается наказывать конфискацией, неоправданно широк. По словам члена ОП адвоката Анатолия Кучерены, неверно распространять конфискацию на большинство статей УК. "Если мы говорим о законе 'О противодействии терроризму', давайте вводить конфискацию имущества по тем статьям, которые непосредственно связаны с этим законом",— заявил он оппонентам.

Но наиболее принципиальный спор возник вокруг того, как необходимо определять имущество, подлежащее конфискации. По мнению Анатолия Кучерены и его сторонников, конфискацию имущества можно применять только тогда, когда доказано, что оно приобретено на доходы, полученные преступным путем, то есть суду следует определять такое имущество, а в отношении остальной собственности осужденного, подвергающегося этому виду наказания, действует "презумпция законности собственности". Представители Генпрокуратуры вместе с главой комиссии по противодействию коррупции Михаилом Гришанковым и фракцией "Родина" заявляли на заседании комиссии, что принцип презумпции невиновности в деле конфискации вреден, и настаивали на том, что гражданин, совершивший преступление коррупционного характера или связанное с терроризмом, если это доказано судом, должен сам доказать, что имущество, которым располагает, нажито честным путем,— в противном случае оно подлежит конфискации. Напомним, второй точки зрения придерживались и УК республик бывшего СССР.

Разногласия оказались столь принципиальны и неразрешимы, что окончание подготовки законопроекта ко второму чтению было вчера перенесено комиссией на неопределенный срок. По словам Владимира Васильева, "чтобы не ухудшить ситуацию, следует более тщательно проработать законопроект". Однако, судя по настроению представителей Генпрокуратуры, практически не воспринимавших аргументы противной стороны, это будет сделать сложно. Скорее всего, теперь судьба конфискации зависит от юристов управлений администрации президента, осуществляющих правовую экспертизу законопроектов. Пока их отзывы на новый механизм конфискации неизвестны, но как показывает практика последних месяцев (например, по проекту об ограничении игорного бизнеса), именно их слово является решающим.