Истребование акций из чужого незаконного владения. Добросовестный приобретатель

Истребование акций из чужого незаконного владения. Добросовестный приобретатель

С.В. Подколзина

юрист коллегии адвокатов «Барщевский и Партнеры», город Москва

В настоящее время в Российской Федерации сложились благоприятные обстоятельства для противоправного завладения собственностью на «легальных» условиях (в большин стве случаев это обычное хищение имущества путем мошенничества), в том числе с использованием фигуры добросовестного приобретателя с тем, чтобы исключить возможность виндикации имущества.

В этой статье мы не будем касаться проблем рейдерства, хотя именно рейдейры, используя схему, при которой создается фигура добросовестного приобретателя, «узаконивают» отъем акций у их владельцев. На защиту собственников акций «брошено» достаточно много сил, поэтому действительно добросовестным приобретателям становится нелегко защищать свои права. Объявленная «всеобщая война» этой проблеме может повлечь неблагоприятные последствия и для действительно добросовестных приобретателей, к которым обращены требования об истребовании принадлежащих им акций. Довольно часто в суде им приходится слышать обвинение в рейдерстве от противной стороны.

Виндикационный иск1

В настоящее время остаются проблемы с обеспечением надежности системы фиксации и учета прав владельцев бездокументарных акций в реестре акционеров, в связи с чем возникают ситуации необоснованного списания акций со счетов владельцев без их распоряжения.

Применимость виндикации к бездокументарным акциям - уже «набивший оскомину» спор. Многие теоретики гражданского права сходятся во мнении, что распространение виндикационного иска на бездокументарные акции как нематериальные объекты достаточно спорно.

В конце 2005 года в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации была проведена конференция, посвященная способам защиты от неправомерного захвата корпоративного контроля, в ходе которой, в том числе, поднимались вопросы о том, можно ли использовать такой инструмент защиты права собственности, как подача виндикационного иска, если истребование касается бездокументарных акций.

Чтобы не вдаваться в теоретический спор по поводу природы бездокументарной ценной бумаги, в настоящей статье я предлагаю исходить из того, что акция - это вещь, определенная родовыми признаками, и что на нее распространяются все вещные отношения, в том числе порядок защиты. Такой же позиции придерживается и существующая судебная практика.

Судья Арбитражного суда города Москвы в отставке, кандидат юридических наук Добровольский В.И. находит, что по рассматриваемой проблеме «теоретический спор в настоящее время вреден»2. Председатель Высшего Арбитражного суда Российской

1 Понятие «виндикационный» происходит от сочетания латинских слов vim dicere - объявляю о применении силы (то есть истребую вещь принудительно).

2 Алещеев И. Преграда корпоративным захватам // ЭЖ-Юрист. 2005. № 41.

Федерации А.А. Иванов, в свою очередь, отмечает, что «суды избрали виндикацию как средство защиты не от хорошей жизни, так как другого эффективного средства нет. Кроме того, лучшего подарка корпоративным захватчикам, чем заменить виндикацию на взыскание убытков, предложить нельзя. Вопрос о том, какую конструкцию избрать как средство защиты, еще предстоит решить доктрине, а такой конструкции нет, отказ от виндикации приведет к тому, что нельзя будет полноценно защитить права»3.

Учитывая указанные подходы в настоящей работе предлагается рассмотреть именно виндикационный иск, который в большинстве случаев заявляется для защиты прав собственности, а также ознакомиться с имеющейся судебной практикой по таким искам, иными способами защиты прав потерпевшего, утратившего корпоративный контроль4.

Иск об истребовании вещи - главный способ защиты права собственности. В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Таким образом, иск предъявляется не владеющим собственником к владеющему не собственнику.

Поскольку этот иск является средством защиты права собственности, истец в любом случае должен доказать свое право собственности на вещь. Доказывание права собственности истца в рамках такого иска связано не только с проверкой основания, по которому вещь оказалась в собственности истца, но и с выяснением тех обстоятельств, в силу которых возникло владение ответчика, например сделки, на основании которой владельцем были приобретены акции.

Важнейшей предпосылкой предъявления виндикационного иска является отсутствие между истцом и ответчиком обязательственных отношений по поводу предмета спора.

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 1998 года № 8 «иск собственника о возврате имущества лицом, с которым собственник находится в обязательственном отношении, подлежит разрешению в соответствии с нормами обязательственного права».

3 Там же.

4 В постановлении Федерального арбитражного суда Уральского округа от 23 июня 2005 года № Ф09-3770/03-С5 приводится следующее обоснование того, почему не могут быть приняты доводы стороны в споре, ссылающейся на то, что истребование бездокументарных акций противоречит существующему законодательству: «Доводы открытого акционерного общества «Русские самоцветы» о невозможности применения норм главы 20 Гражданского кодекса Российской Федерации для истребования бездокументарных ценных бумаг не могут быть приняты во внимание, поскольку в самой названной главе такие исключения относительно бездокументарных ценных бумаг не содержатся. Не противоречит виндикация бездокументарных ценных бумаг и природе права собственности, поскольку Гражданским кодексом Российской Федерации допускается приобретение в собственность вещей, определяемых родовыми признаками. Кроме этого, невозможность виндикации бездокументарных ценных бумаг явилась бы несоразмерным и несправедливым ограничением прав таких собственников по сравнению с лицами, обладающими правом собственности на вещи, которые могут быть индивидуализированы.

В силу статьи 2 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» эмиссионная ценная бумага имеет равные объем и сроки осуществления прав внутри одного выпуска вне зависимости от времени приобретения ценной бумаги. Таким образом, при истребовании из чужого незаконного владения бездокументарных ценных бумаг, смешанных с акциями, принадлежащими такому приобретателю на законном основании, права незаконного владельца не нарушаются, поскольку после виндицирования спорного количества акций у нарушителя остается прежнее (до момента поступления определенных акций в незаконное владение) их количество с прежним объемом прав. При этом при смешении акций у незаконного владельца какого-либо права на спорные акции возникнуть не может (статья 209 главы 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку право собственности к нарушителю перейти не может, что также указывает на возможность использования в рассматриваемом случае вещно-правового способа защиты».

Исковые требования, целью которых является истребование акций из чужого незаконного владения

Требования, целью которых является истребование акций из чужого незаконного владения, могут быть сформулированы следующим образом:

• как требования к регистратору - реестродержателю (восстановить запись на счете истца о владении спорными акциями, исключить приходную запись по лицевому счету и внести соответствующую запись в реестр акционеров о праве собственности истца на акции, признать недействительной запись в реестре акционеров, а также признать незаконными действия регистратора по аннулированию внесения в реестр записи о владении истцом указанными акциями, обжалование иных действий регистратора);

• как требования к лицу, владеющему акциями в настоящий момент (непосредственно виндикационное требование или иск о признании права собственности на акции и их виндикации).

Надлежащий ответчик

Что касается первой категории споров, то, все они подменяют собой виндикационный иск, поскольку требование истца о восстановлении записи на его счете о владении спорными акциями на праве собственности путем списания со счета нового, якобы незаконного собственника фактически сводится к требованию о возврате акций часто к лицам, которые приобрели акции по соответствующим договорам купли-продажи. По моему мнению, судам следовало бы отказывать в иске, сформулированном таким образом, поскольку реестродержатель является ненадлежащим ответчиком по спору.

Например, государство в лице Федерального агентства по управлению федеральным имуществом (Росимущество) заявляет о том, что приватизация государственного предприятия (в 1994 году) осуществлена с нарушениями действовавшего на момент приватизации законодательства и что ввиду неверно проведенной реализации акций по закрытой подписке работникам приватизируемого предприятия государство осталось собственником акций, в связи с этим Росимущество просит восстановить запись на лицевом счете государства в реестре акционеров.

Истец по этому делу - Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом, ответчиком заявляется регистратор, 3-и лица - собственники акций (а иногда и не собственники, и в этом случае судом должен рассматриваться вопрос о привлечении лиц, у которых находятся принадлежащие истцу акции, к участию в рассмотрении дела).

По исследуемой категории дел, заявляя требования о признании недействительной записи в реестре акционеров в случае, если не оспариваются непосредственно незаконные действия регистратора, в качестве ответчика по делу истец привлекает регистратора. Однако подобные требования к держателю реестра означают, что иск заявлен не лицу, которое должно отвечать по этому делу, в связи с тем, что:

• держатель реестра не является участником спорных правоотношений, поскольку не является собственником акций. Так, заявляя о недействительности сделки по отчуждению акций и требуя применения последствий недействительности сделки, истец нередко привлекает в качестве ответчика по делу реестродержателя, пытаясь возложить на него обязанность по возврату акций, полученных по сделке, однако регистратор не является ни владельцем акций, ни стороной по сделке, в то время как в силу статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая сторона обязана возвратить другой все, полученное по сделке;

• к держателю реестра не может быть предъявлен иск о признании права собственности на спорные акции. Разрешение спора о признании права собственности невозможно

без привлечения в качестве ответчика фактического владельца спорных акций. В случае если акции истца, о зачислении которых заявлено требование, принадлежат конкретным лицам, требование истца к регистратору не подлежит удовлетворению, так как в таком случае истцу надлежит заявлять требование о реституции или виндикации (в зависимости от ситуации) непосредственно к владельцу акций.

В постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 31 мая 2004 года по делу № КГ-А40/4352-04 указано следующее: «в случае признания действий регистратора по ведению реестра незаконными, ему может быть предъявлен иск о возмещении ущерба (включая упущенную выгоду), возникшего из невозможности осуществить права, закрепленные ценными бумагами (статья 8 Федерального закона «О рынке ценных бумаг»5), но не иск о признании права собственности на ценные бумаги, зарегистрированные за иным владельцем».

Особый статус реестродержателя, осуществляющего по поручению владельца акций списание акций с его лицевого счета, и необходимость списания для исполнения решения суда об истребовании акций, полученных по недействительной сделке, заставляют истца привлекать к участию в деле регистратора в качестве третьего лица. Одновременно с этим предпринимаются попытки выдвинуть требование о возложении на третье лицо обязанности исполнить судебное решение, то есть фактически указать в резолютивной части решения на обязание не ответчика (должника) по делу, а третьего лица совершить определенные действия.

По первой категории требований (предъявляемых к реестродержателю), подменяющих собой виндикационный иск, имеется довольно обширная судебная практика как на уровне Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, так и на уровне федеральных судов. Представим основные выводы по результатам рассмотрения дел:

1) постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 16 января 2006 года № КГ-А40/13362-05: «требование истца о восстановлении записи на его счете о владении спорными акциями на праве собственности путем списания со счета нового незаконного собственника фактически сводится к требованию о возврате акций, находящихся у третьих лиц, приобретших их по сделкам, которые отражены в реестре акционеров... Указанное требование носит характер, аналогичный виндикационному, и подлежит рассмотрению в соответствии со статьей 302 ГК РФ. Следовательно, иск должен предъявляться к приобретателям спорных акций, установление которых возможно на основании данных реестра акционеров»;

2) постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20 ноября 2002 года № КГ-А40/7703-02: «предъявленное истцом требование о признании недействительными внесенных в реестр изменений не соответствует положениям статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусмотрено федеральными законами. Суд правильно указал, что истец фактически просит истребовать имущество (акции) из чужого незаконного владения, но предъявляет свои требования ненадлежащему лицу и формулирует предмет иска без учета требований, предъявляемых к способам защиты вещных прав, руководствуясь только особенностями учета бездокументарных ценных бумаг (статья 8 Федерального закона «О рынке ценных бумаг»). По требованию об исключении записи из реестра акционеров и восстановлению предшествующей записи оспариваются права на акции лиц, у которых они находятся»;

3) согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 ноября 1998 года № 2208/98 суд также исходит из того, что «согласно статье 29 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» запись в реестре акционеров фиксирует право собственности лица на соответствующее количество акций. Внесение изменений в эту запись без ведома и указаний акционера является нарушением его права собственности»;

5 Федеральный закон от 22 апреля 1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг».

4) в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 29 августа 2006 года № 1877/06 от 22 марта 2002 года № 1824/01 аналогичные выводы: «суд должен был установить, кто является держателем спорных акций, являются ли эти лица добросовестными приобретателями, чьи права будут нарушены восстановлением истца в реестре акционеров».

Как мне представляется, надлежащим ответчиком по рассматриваемой категории дел следует указывать лицо, владеющее спорными акциями. Хотя, повторюсь, судебная практика изобилует случаями, когда иски, предъявленные реестродержателю, рассматриваются судами.

Обеспечительные меры

Зачастую заявления лиц, целью которых является возврат своих акций, сопровождаются подачей требований о принятии обеспечительных мер.

Вместе с тем следует обратить особое внимание на то, когда такие меры допускаются и какими они могут быть. За разъяснением этих вопросов обратимся к тексту Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) и имеющейся судебной практике.

В соответствии со статьей 90 АПК РФ обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе, если исполнение судебного акта предполагается за пределами Российской Федерации, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.

В постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 июля 2003 года № 11 «О практике рассмотрения арбитражными судами заявлений о принятии обеспечительных мер, связанных с запретом проводить общие собрания акционеров» внимание судов обращается на следующее.

1. О затруднении исполнения судебного акта может свидетельствовать то, что для осуществления своих прав, признанных или подтвержденных решением суда, истцу придется обратиться в суд с новым иском о признании недействительным решения общего собрания акционеров по соответствующему вопросу.

Безусловно, затруднить или даже сделать невозможным исполнение судебного акта может распоряжение акциями, которые находятся у не владеющего не собственника, поэтому совершенно логично выглядит требование о наложении ареста на истребуемые акции, а также запрет ответчику и другим лицам совершать определенные действия, касающиеся предмета спора, то есть по большей части запрет распоряжаться этими акциями (включая их передачу номинальному держателю).

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 июля 2003 года № 72 «Обзор практики принятия арбитражными судами мер по обеспечению исков по спорам, связанным с обращением ценных бумаг» приводится следующее мнение: при заявлении требования о признании сделки купли-продажи акций недействительными и применении последствий недействительности сделки (по моему мнению, сюда же можно отнести и виндикационные иски) «затруднить или сделать невозможным исполнение такого решения может только отсутствие у ответчика соответствующих акций. Для предотвращения этого достаточно меры в виде ареста акций. Непринятие арбитражным судом иных мер (например запрета голосовать на общем собрании акционеров, вносить предложения в повестку дня годового общего собрания акционеров и предлагать кандидатуры в совет директоров) не может повлиять на исполнение или неисполнение решения суда по этому делу».

Однако, несмотря на уже сформировавшуюся позицию высших судебных органов, до сегодняшнего дня судами принимаются такие обеспечительные меры при заявлении виндикационных исков, как запрет чинить каким-либо лицам препятствия, в том числе в ви-

де запрещения проводить собрание акционеров, а также запрет осуществлять права акционера, установленные нормами статьи 31 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (право голосовать на общем собрании акционеров).

Приведем пример. Заявлен виндикационный иск. Одновременно с иском подается ходатайство о принятии мер по обеспечению иска в виде запрета ответчикам осуществлять права акционера, включая право отчуждения, передачи номинальному держателю указанных акций, запрета чинить препятствия в проведении общего собрания акционеров, инициированного истцом. Только кассационной инстанцией часть этих обеспечительных мер была отменена. Суд счел необходимой и достаточной лишь такую обеспечительную меру, как запрет отчуждать принадлежащие ответчикам акции и передавать их номинальному держателю, поскольку именно эта мера соответствует заявленным требованиям6.

2. Если необходимость принятия обеспечительной меры заявитель обосновывает тем, что в случае непринятия судом этой меры ему будет причинен значительный ущерб, он должен обосновать возможность причинения такого ущерба, его значительный размер, связь возможного ущерба с предметом спора, а также необходимость и достаточность для его предотвращения именно такой обеспечительной меры.

3. Смыслу обеспечительных мер, имеющих своей целью защиту интересов заявителя, а не лишение другого лица возможности и права осуществлять свою законную деятельность, по своему содержанию противоречит запрет акционерному обществу осуществлять свою деятельность в той части, в какой она осуществляется посредством принятия решений общим собранием.

Как следует из постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 июля 2003 года № 11, «обеспечительные меры должны соответствовать заявленным требованиям, то есть быть непосредственно связанными с предметом спора, соразмерными заявленному требованию, необходимыми и достаточными для обеспечения исполнения судебного акта или предотвращения ущерба. Поэтому суд не может в порядке принятия обеспечительных мер по спорам об обжаловании решений органов управления акционерного общества о признании недействительными сделок с акциями общества, о применении последствий недействительности таких сделок, о признании недействительным выпуска акций акционерного общества, а также по иным спорам запрещать акционерному обществу, его органам или акционерам проводить годовое или внеочередное общее собрание акционеров. Суд также не может принимать обеспечительные меры, фактически означающие запрет на проведение общего собрания акционеров, в том числе созывать общее собрание, составлять список акционеров, имеющих права на участие в общем собрании акционеров, предоставлять помещения для проведения собрания, рассылать бюллетени для голосования, подводить итоги голосования по вопросам повестки дня».

Вместе с тем суд вправе запретить:

• годовому или внеочередному общему собранию акционеров принимать решения по отдельным вопросам, включенным в повестку дня, если эти вопросы являются предметом спора или непосредственно с ним связаны;

• акционерному обществу, его органам или акционерам исполнять принятое общим собранием решение по определенному вопросу.

6 См. постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 11 сентября 2006 года по делу № КГ-А40/7190-06, а также постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26 апреля 2005 года по делу № Ф08-1115/2005.

4. Обеспечительные меры должны быть соразмерны заявленному требованию. Иначе говоря, обеспечительные меры не должны приводить акционерное общество к фактической невозможности осуществлять свою деятельность или к существенному затруднению его деятельности, а также к нарушению этим обществом российского законодательства.

Предмет доказывания по виндикационному иску

Рассмотрим, что входит в предмет доказывания по истребованию имущества от добросовестного приобретателя.

Ответчик - незаконный владелец - не рассматривается законом как правонарушитель и при определенных условиях пользуется защитой и от самого собственника. Эти условия изложены в статье 302 ГК РФ, из которой следует, что даже если истец доказал свое право собственности на акции и эта вещь находится во владении ответчика, то этого может оказаться недостаточным для ее присуждения истцу.

Пункт 1 статьи 302 ГК РФ предусматривает, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от такого приобретателя лишь в случае, когда имущество утеряно собственником либо похищено у него, либо выбыло из его владения помимо его воли. Указанное правило распространяется на истребование из чужого владения именных ценных бумаг. При этом, как уже указывалось, арбитражная практика исходит из того, что имеются в виду как документарные, так и бездокументарные акции.

В соответствии с Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 апреля 1998 года № 33 «Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций» требование собственника о возврате акций, предъявленное к добросовестному приобретателю, может быть удовлетворено лишь при наличии условий, предусмотренных статьей 302 ГК РФ.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 1998 года № 8 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» «в случае если собственником заявлен иск о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, и при разрешении этого спора будет установлено, что покупатель отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю, в удовлетворении исковых требований о возврате имущества должно быть отказано».

В соответствии с пунктом 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года № 6-П «права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием положений пунктов 1 и 2 статьи 167 (признание сделки недействительной и возврат сторон в первоначальное положение). Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, дающие право истребовать имущество у добросовестного приобретателя».

Факты, входящие в предмет доказывания по первой категории дел, представлены в таблице.

Таблица

Факты, входящие в предмет доказывания

№ п/п Предмет доказывания На что обратить внимание

1 Доказывание факта наличия права собственности истца на акции Если истец не является собственником, то он не имеет права на виндикацию7

2 Индивидуализация истребуемого имущества Судебная практика исходит из того, что наличие у истца вещных прав в отношении истребуемого имущества и возможность определить его индивидуально-определенные признаки также являются необходимыми условиями удовлетворения виндикационного иска, предъявленного к добросовестному приобретателю в порядке применения норм статьи 302 ГК РФ8. Указанное часто представляется весьма затруднительным ввиду отсутствия бесспорных индивидуализирующих признаков. Именно этим зачастую пользуются в целях незаконного захвата бизнеса. Однако «вряд ли было бы правильным говорить о необходимости вычленения по каким-либо специальным признакам акций, подлежащих передаче (возврату) истцу, из общего количества соответствующих акций, имеющихся на лицевом счете должника (ответчика). Для удовлетворения подобного иска должно быть достаточным наличие материально-правовых оснований, подтверждающих правомерность требования истца, и необходимого количества отыскиваемых акций на счете ответчика. Такого рода положение целесообразно было бы закрепить законодательно»9. Вместе с тем в судебной практике при обосновании возможности применения такого способа защиты права, как виндикация бездокументарных ценных бумаг, приводятся следующие выводы: «спорные акции являются бездокументарными, не имеют индивидуально определенных признаков, поэтому для их истребования достаточно установления количества незаконно приобретенных акций и наличия их у ответчика»10

7 См. постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 11 сентября 2006 года по делу № КГ-А40/7190-06, а также постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26 апреля 2005 года по делу № Ф08-1115/2005.

8 См. постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 28 января 2004 года по делу № КГ-А40/11286-03.

9 Шапкина Г.С. Защита права на акции // Журнал российского права. 2006. № 12.

10 См. постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23 мая 2006 года № А74-3954/05-Ф02-2246/06-С2 по делу № А74-3954/05.

3 Наличие у лица, у которого истребуются акции, акций, являющихся предметом спора В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 1998 года № 8 «при применении статьи 301 ГК РФ следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен»11

4 Добросовестность приобретателя акций По смыслу закона добросовестный приобретатель тот, кто не знал и не мог знать о том, что приобретенное им возмездно имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать. Добросовестность является средством защиты против виндикационного иска, предъявленного собственником12. Добросовестность предполагает обычную, разумную осмотрительность. Можно указать на некоторые обстоятельства, устраняющие добрую совесть. Это, например, приобретение имущества по цене явно ниже его стоимости, приобретение имущества при обстоятельствах, которые являются очевидно сомнительными13

11 См. также постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 28 февраля 2007 года по делу № А56-58305/2005.

12 См. постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 26 января 2006 года по делу № А66-1113/2003.

13 Рассмотрим случай: по договору купли-продажи (договор 1) произошел переход права собственности на обыкновенные именные бездокументарные акции от продавца (Компания 1) к покупателю (Компания 2), который, соответственно, надлежащим образом отражен в системе ведения реестра. Между сторонами не произведены взаиморасчеты. Судебная практика исходит из того, что в этом случае между сторонами остаются обязательственные отношения (у продавца - оплатить акции, у покупателя - требовать этой оплаты). Следовательно, оснований для признания договора недействительным нет. Через некоторое время Компания 2 (так и не заплатив за акции) продает их иному лицу (Компания 3) (заключает договор 2), в реестре отражается переход права собственности на акции, однако и от Компании 3 Компании 2 деньги за акции не поступают. Предъявляется иск об истребовании акций из чужого незаконного владения. Вопрос: в адрес кого должны быть направлены эти требования? По моему мнению, к Компании 3 (поскольку именно о ней внесены данные в реестр акционеров как о собственнике). Между тем истец предъявляет требования к Компании 1, заявляя о том, что заключенные сделки между Компанией 1 и Компанией 2, а также между Компанией 2 и Компанией 3 мнимые в соответствии со статьей 170 ГК РФ. Разрешая этот вопрос нужно учитывать следующее:

1) статья 170 ГК РФ определяет мнимую сделку как сделку, совершенную лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия;

2) поскольку в силу статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи для продавца наступает обязанность передать имущество покупателю, а у покупателя принять его, уплатить стоимость, то истец должен доказать, что договоры купли-продажи акций заключены сторонами без намерения создать перечисленные последствия;

3) при совершении мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки;

4) неисполнение или ненадлежащее исполнение принятых обязательств не является безусловным доказательством мнимости сделки, оно может рассматриваться как подтверждение мнимости сделки в совокупности с другими доказательствами, устанавливающими, что договор заключен сторонами без намерения создать правовые последствия или же совершен с целью прикрыть другую сделку.

Задача лица, лишившегося имущества в результате противоправной сделки, - доказать тот факт, что имущество выбыло из владения помимо его воли14. В этом случае даже при многократной перепродаже имущества оно может быть истребовано у добросовестного приобретателя путем подачи виндикационного иска. Воля собственника - юридического лица определяется в соответствии с требованиями статьи 53 ГК РФ15, согласно которой юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие на основании закона, иных правовых актов и учредительных документов16.

Одной из проблем является вопрос о том, когда выбытие акций происходит по воле, а когда помимо воли собственника, применительно к списанию акций на основании судебного акта, поскольку суды не всегда выносят обоснованные и правомерные судебные решения. Нередко такие судебные решения в последующем отменяются, но за это время акции оказываются уже неоднократно пе-репроданными17

Бремя доказывания указанных фактов, за исключением факта добросовестности приобретателя акций, возлагается на истца.

Как уже было указано, основной проблемой при заявлении требований о виндикации акций остается проблема их индивидуализации, поскольку, если неправомерно отчужденные акции впоследствии были смешаны с такими же, но правомерно приобретенными, разграничить (и виндицировать), особенно в случае, если они перепроданы иным лицам, невозможно. В.И. Добровольский предлагает на уровне закона либо актов Федеральной службы по финансовым рынкам ввести требование о наличии у акций идентифицирующего признака (уникального номера), позволяющего отследить ее судьбу18.

14 См. постановления Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25 октября 2006 года № Ф08-5317/2006, от 23 марта 2006 года № Ф08-6205/2006, постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 23 июня 2005 года № Ф09-3770/03-С5.

15 См. постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 19 марта 2007 года № КГ-А40/996-07-А,Б.

16 Применительно к искам об истребовании из чужого незаконного владения ответчика имущества, закрепленного за ним по результатам сделки приватизации, примечательно постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 23 августа 2005 года № КГ-А40/7736-05. Исковые требования предъявлены Федеральным агентством по управлению федеральным имуществом на основании статей 301, 302 ГК РФ и мотивированы тем, что спорное имущество не выбывало из собственности Российской Федерации, поскольку сделка приватизации по отчуждению помещений признана недействительной, в связи с чем ответчик не может являться добросовестным приобретателем. В иске Федеральному агентству по управлению федеральным имуществом было отказано, при этом суд исходил из того, что истец не доказал право федеральной собственности на спорное имущество, имущество выбыло по воле собственника по сделке приватизации, а признание ее в последующем недействительной не влияет на волю собственника, следовательно, ответчик является добросовестным приобретателем.

17 См. постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 17 января 2007 года № Ф09-12055/06-С4.

18 Алещеев И. Преграда корпоративным захватам // ЭЖ-Юрист. 2005. № 41.

Необходимо также учитывать, что права, закрепляемые именной эмиссионной ценной бумагой, переходят к их приобретателю с момента внесения приходной записи по лицевому счету приобретателя. Следовательно, если внесение изменений в состояние лицевых счетов влечет за собой переход права собственности на ценные бумаги, то иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения (то есть иску не владеющего собственника к владеющему не собственнику), возможно, должен предшествовать иск о признании права собственности за лицом, которое было лишено акций без законных оснований. Таким образом, часто исковые требования сформулированы как требования признания права собственности на акции и их истребования из чужого незаконного владения.

В постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 22 декабря 2006 года № КГ-А40/12184-06 по делу № А40-27075/06-85-200 содержатся следующие выводы: «вывод суда о невозможности совместного рассмотрения иска о признании права на имущество и об истребовании имущества из чужого незаконного владения является неверным,.. требования истца о признании за ним права собственности на спорное недвижимое имущество и об истребовании этого имущества из чужого незаконного владения являются взаимосвязанными, поскольку рассмотрение виндикационного иска предопределено необходимостью исследования вопроса о наличии у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое имущество». Между тем большинство исков содержит требования только истребовать акции.

В обоснование того, что отсутствие в иске исковых требований о признании права на истребуемое имущество не является препятствием к предъявлению виндикационного иска, можно привести позицию Федерального арбитражного суда Уральского округа, изложенную в постановлении от 17 января 2007 года № Ф09-12055/06-С4: «суд кассационной инстанции полагает, что в случае если акционер лишился владения акциями в отсутствие на то законных оснований, он не может утратить статус собственника акций, так как незаконная сделка или поддельное передаточное распоряжение не влекут правовых последствий с момента их совершения. Следовательно, право собственности на акции может перейти только по основаниям, установленным законом или договором, и сама по себе запись по лицевому счету (в отсутствие таких оснований) не может рассматриваться как действие, в результате которого произошла смена собственника акций. В этой ситуации лицо, на лицевой счет которого были зачислены акции, должно рассматриваться как владеющий не собственник акций, к которому могут быть предъявлены виндикационные требования в соответствии со статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Компенсация за «потерянные» акции

Не могу не отметить, что в практике встречается и такой способ защиты нарушенного права, как предъявление исковых требований о взыскании убытков. Например, сторона понимает, что не возможно получить утраченные акции обратно, и тогда ею предъявляются исковые требования о получении соразмерной компенсации.

Подобные иски также могут быть обусловлены тем, что ранее принадлежавшие таким лицам акции предоставляли низкий процент контрольных полномочий, вместе с тем они имеют высокую рыночную стоимость, следовательно, даже небольшой пакет акций будет обладать финансовой привлекательностью. Кроме того, на полученные бывшим собственником акций денежные средства могут быть приобретены акции интересующего его эмитента.

Выбирая такой способ защиты, лицо, акции которого были списаны с его лицевого счета в реестре владельцев именных ценных бумаг помимо его воли, должно определить ответчика по нему.

Рассмотрим дело.

Иск заявлен акционером открытого акционерного общества к регистратору и эмитенту о взыскании в солидарном порядке убытков (реального ущерба и упущенной выгоды), возникших в связи с утратой акций эмитента, списанных регистратором с лицевого счета истца. Списание акций было произведено на основании нотариально удостоверенной доверенности, якобы выданной истцом, и передаточного распоряжения, подписанного лицом, уполномоченным этой доверенностью. Истица утверждала, что она никому доверенности не выдавала. На основании представленного истицей экспертного заключения, полученного в рамках уголовного дела, установлено, что подпись от имени истицы в доверенности выполнена не самой истицей, а другим лицом.

Требования к регистратору были обусловлены тем, что в соответствии с пунктом 5 Положения о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг19 регистратор обязан отказать во внесении записей в реестр, если в реестре отсутствует анкета зарегистрированного лица с образцом его подписи, документы не представлены лично зарегистрированным лицом, подпись на распоряжении не заверена одним из предусмотренных в Положении способом.

Согласно пункту 7.3 названного Положения при отсутствии у регистратора образца подписи зарегистрированное лицо должно явиться к регистратору лично или удостоверить подлинность своей подписи нотариально. Зарегистрированное лицо вправе удостоверить подлинность своей подписи печатью и подписью должностного лица эмитента.

В рассматриваемом случае образца подписи зарегистрированного лица (истца) в анкете зарегистрированного лица не было. Истец лично к регистратору не являлась, ее подписи, заверенной нотариусом или печатью и подписью должностного лица эмитента, на передаточном распоряжении не имелось. Передаточное распоряжение было подписано лицом, якобы уполномоченным на это доверенностью, выданной истцом. Однако это обстоятельство не давало регистратору оснований исполнить такое передаточное распоряжение в нарушение правил, установленных пунктами 5 и 7.3 Положения.

Отсюда вывод суда: регистратор ненадлежащим образом исполнил свои обязанности по ведению реестра акционеров эмитента.

Относительно солидарной ответственности регистратора и эмитента суд сделал следующие выводы:

1) пункт 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возникновение солидарной обязанности (ответственности) или солидарного требования, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости обязательства;

2) законодательством (федеральными законами «О рынке ценных бумаг», и «Об акционерных обществах») такая солидарная ответственность регистратора и эмитента перед акционером не установлена. Если она не предусмотрена и в соответствующем договоре, заключенном между регистратором и эмитентом, то ответственность перед своими акционерами за исполнение обязанности по надлежащему ведению и хранению реестра и за действия регистратора несет само акционерное общество, поручившее ведение реестра регистратору. Пункт 3 статьи 8 Федерального закона «О рынке ценных бумаг», положения Федерального закона «Об акционерных обществах», пункт 5.4 Положения о ведении реестра не устанавливают специальных правил об основаниях и размере ответственности держателя реестра акционеров. Следовательно, эмитент, являясь лицом, на которое законом возложена обязанность по надлежащему ведению и хранению реестра, несет перед владельцами ценных бумаг от-

19 Положение о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг утверждено постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 2 октября 1997 года № 27.

ветственность в соответствии с нормами главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации20.

Рассмотренный пример иллюстрирует подходы, которых придерживается Высший Арбитражный Суд Российской Федерации и нижестоящие суды при предъявлении подобных требований21. Вместе с тем хотелось бы согласиться с мнением В.И. Добровольского22, который выделил следующие последствия подобной судебной практики: «гораздо проще для государства вместо того, чтобы искать мошенников и в рамках уголовного процесса взыскивать с них причиненные убытки, изобличать «добросовестного» приобретателя в связях с мошенником, искать утраченные акции, найти крайнего в данном вопросе в виде общества (эмитента), которое, как правило, стационарно и располагает необходимыми активами».

Кроме того, нужно не забывать о том, что, возлагая ответственность на само акционерное общество, иные акционеры лишаются части прибыли, на которую они могли бы рассчитывать в виде дивидендов. А главное это не остановит мошенников, желающих противоправно завладеть акциями общества, поскольку основная их цель - получение доступа к управлению акционерным обществом, а уже потом, через использование рычагов управления, - к его имуществу.

Хотелось бы также обратить внимание на то, что в соответствии со статьей 44 Федерального закона «Об акционерных обществах» держателем реестра акционеров общества может быть это общество или регистратор, однако в обществе с числом акционеров более 50 держателем реестра акционеров должен быть регистратор. Таким образом, если число акционеров акционерного общества превышает 50, то эмитент лишается своего права выбора - пользоваться услугами регистратора или самому осуществлять ведение реестра. Он обязан заключить договор с регистратором.

Положение о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг предусматривает, что договор на ведение реестра может содержать условия, предусмотренные соглашением сторон. Следовательно, было бы логично, если подобный договор содержал способы контроля регистратора с тем, чтобы не допустить операций, которые приведут к ответ-

20 Для справки. В настоящее время рассматривается иск лица, которое выступало истцом по этому делу, рассмотренному в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации, с требованием взыскать с ответчика (эмитента) убытки в виде упущенной выгоды от неполученных дивидендов по утраченным акциям. Решение по делу было вынесено, в иске истице отказано. В апелляционной инстанции решение Арбитражного суда города Москвы было оставлено без изменения, однако в кассационной инстанции оно было отменено (постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 12 февраля 2007 года № КГ-А40/12946-06) и передано на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

21 См. постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 августа 2005 года № 16112/03, от 20 февраля 2006 года № 5134/02.

Также см. постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 12.03.2007 № КГ-А40/1540-07, от 30.05.2006 № КГ-А40/4398-06, от 27.03.2007 № КГ-А40/1968-07-П, постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа от 25.04.2007 № Ф09-2564/07-С4, от 07.03.2007 № Ф09-1358/07-С4, № Ф09-1421/07-С4, № Ф09-1428/-7-С4, от 21.03.2007 № Ф09-1814/07-С4, от 19.03.2007 № Ф09-1785/07-С4, № Ф09-1783/07-С4, № Ф09-1784/07-С4, от 22.03.2007 № Ф09-1916/07-С4, от 26.03.2007 № Ф09-1956/07-С4.

Небезынтересна точка зрения Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа, изложенная в постановлении от 29 марта 2007 года № Ф04-1255/2007 (32299-А75-30): «для взыскания убытков истцом должен быть доказан факт неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, а именно нарушение порядка ведения и хранения реестра акционеров, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также размер требуемых убытков».

Аналогичная точка зрения изложена в решении того же суда в постановлении от 10 мая 2007 года по делу № Ф04-1808/2007(32872-А75-39).

22 См. Добровольский В.И. Защита корпоративной собственности в арбитражном суде. Волтерс Клувер, 2006.

ственности эмитента, либо к обязанности регистратора так или иначе отвечать вместе с эмитентом, а возможно, и вместо него. В противном случае это, хотя и укладывается в приведенную правовую конструкцию, обосновывающую возложение ответственности именно на эмитента, но выглядит несколько несправедливо по отношению к законопослушному акционерному обществу, которое вынуждено отвечать за действия регистратора, пусть и выбравшего его самостоятельно, но обязанного это сделать в силу закона.

Таким образом, к настоящему времени накопилось достаточно много вопросов, которые необходимо решить путем внесения изменений в существующее законодательство, чтобы без воли собственника не осуществлялось списание акций и добросовестные приобретатели не несли материальных убытков от «противоправной» продажи им акций. Между тем это не исключает того, что мошенники, использующие в настоящее время нормы права, позволяющие им осуществлять захват корпоративного контроля, должны нести за это соответствующую ответственность. Однако строгость закона не должна компенсироваться возможностью его неисполнения.

Сейчас в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации рассматривается законопроект № 384664-4, внесенный Правительством Российской Федерации, который предусматривает внесение изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования механизмов разрешения корпоративных конфликтов, в том числе в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации. Этим законопроектом предусматривается выделение такой категории споров, как корпоративные, и отнесение их к компетенции арбитражных судов. Основная цель, преследуемая инициаторами законопроекта, - предотвращение неправомерного захвата корпоративного управления особенно в тех случаях, когда эти действия пытаются осуществить с использованием органов судебной власти. Вполне вероятно, что это приведет к сокращению подаваемых виндикационных исков. Однако законодателю все же следует задуматься о разработке более совершенного и эффективного механизма защиты собственника от того, чтобы принадлежащие ему акции не вышли из владения без его на то воли, а также о том, чтобы процессы их возврата в случае, если это уже случилось, были более четко урегулированы.

• практика применения законодательства «О несостоятельности (банкротстве)»

• квалификация и установление требований по обязательным платежам (по налогам и сборам

• процедуры наблюдения, конкурсного производства

• особенности деятельности предприятия в период внешнего управления

• процедуры финансового оздоровления (юридические аспекты), мирового соглашения

• особенности удовлетворения требований залогодержателей в процедурах банкротства

• исполнительное производство при банкротстве

• оспаривание сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»

• правовое положение и контроль над деятельностью арбитражного управляющего

Получить более подробную информацию о семинаре Вы можете у организатора -

ЗАО «Бизнес-семинары» www.business-seminars.ru E-mail: info@business-seminars.ru Тел.: (495) 937-5809 Факс: (495) 363-0258

Бизнес-Семинары

КОНСУЛЬТАЦИОННЫЙ СЕМИНАР 7—9 ноября 2007 года, Москва БАНКРОТСТВО ПРЕДПРИЯТИЙ: ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА