Результаты исследования производственного инвентаря поздненеолитического поселения Дуранкулак-Блатница (Болгария)

УДК 902

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВЕННОГО ИНВЕНТАРЯ ПОЗДНЕНЕОЛИТИЧЕСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ ДУРАНКУЛАК-БЛАТНИЦА (БОЛГАРИЯ)1

© 2016 г. Н.Н. Скакун, Б. Матева, Т. Димов

Статья посвящена результатам исследования коллекции кремневых орудий с поселения Дуранкулак-Блатница, относящегося к ранним этапам поздненеолитической культуры Хаманджия в Болгарии. Дана характеристика типологических, технико-морфологических и функциональных особенностей производственного инвентаря. Установлено, что в качестве сырья использовались преимущественно местные разновидности кремня. Прослежены общие черты кремневого инвентаря поселения Дуран-кулак-Блатница с памятниками культуры Хаманджия на территории Румынии, с более ранними неолитическими памятниками северо-восточной Болгарии, а также с памятниками буго-днестровской культуры Молдовы. Эти данные имеют большое значение для освещения вопросов генезиса древнеземледельческих культур на Юго-Востоке Европы.

Ключевые слова: археология, Причерноморье, Болгария, поздний неолит, культура Хаманджия, кремневый инвентарь, технико-морфологические и трасологические исследования.

Поселение Дуранкулак-Блатница относится к нео-энеолитической культуре Хаманждия (середина У1-го -первая половина У-го тыс. до н.э), ареал которой охватывает восточную часть Добруджи в Болгарии и Румынии (Бегсш, 1961, 1966; На§о«1, 1983, 1992; Тодорова, Вайсов, 1993, с. 146, рис. 1). В Болгарии этот район, расположенный между дельтой Дуная, Черным морем и Лудогорской возвышенностью, отличается относительной обособленностью и специфическими климатическими условиями, что, вероятно, стало причиной его более поздней неолитизации по сравнению с остальными частями Балканского полуострова (Бояджиев, 1992, 1994; Тодорова, Вайсов, 1993). Памятник Дуранкулак-Блатница был открыт в

1 Исследование выполнено при поддержке РФФИ, грант № 16-06-00546.

1978 году на западном берегу озера Дуранкулак при исследованиях погребального комплекса, относящегося к энеолитическому поселению многослойного телля Дуранкулак, расположенного на Большом острове этого озера (Димов, 1982)2. В ходе раскопок в насыщенном находками культурном слое был обнаружен ряд жилищно-хозяйственных сооружений (Димов, 1982, 1988, 2003). Жилища полуземляночного типа овальной и подпря-моугольной формы с глинобитными внутренними перегородками имели конусообразную крышу из прутьев и камыша, обмазанную глиной. В трех раскопанных полуземлянках найдены очаги, наземная часть одной из них

2 Раскопки проводились под руководством Х. Тодоровой и Т. Димова в 19781983 гг. и 1989 г. В раскопках принимала участие Н.Н. Скакун.

Рис. 1. Местоположение памятников раннего этапа культуры Хаманджия (»1) в низовьях Дуная (Болгария: Дуранкулак-Блатница, Румыния: Меджидия) и неолитических памятников (^2), упоминаемых в статье. Fig. 1. Location of early Hamandgia sites (»1) in the lower Danube area (Bulgaria: Durankulak-Blatnitsa, Romania: Medgidia) and Neolithic sites (*2) mentioned in the article.

была окружена невысокой глинобитной стенкой (Димов, 2003). В двух углубленных объектах очаги и другие сооружения отсутствуют, вероятно, они имели хозяйственное назначение. Вблизи поселения находился и могильник, примыкавший к энеолити-ческому некрополю (Димов, Бояджи-ев, Тодорова, 1984; Dimov, 2002 а, б; Todorova 2002; Sirakov, 2002; Gurova, 2002).

Керамический комплекс поселения, включающий разнообразные по форме сосуды, украшенные накольча-тым орнаментом, врезными линиями, мелкими, тщательно выполненными, каннелюрами, аналогичен материалам из одновременных румынских памятников Хаманджии (^^й^ 1983, 1986, 1992). Исследователи относят эти поздненеолитические древности

к первой фазе культуры Хаманджия (Блатница), синхронизируя их с горизонтом III эталонного поселения Караново во Фракийской долине, поздненеолитическими этапами культуры Хотница в центральной части Северной Болгарии, культурой Усое Усое I Северо-Восточной Болгарии, подчеркивая тесные связи с последней, а также культурой Боян в Румынии (фаза Болинтинеану) (Тодорова, Вайсов, 1993; Димов, 1992). В целом изучение материалов начального этапа Хаманджии имеет большое значение для понимания процесса формирования в Причерноморье Болгарии памятников эпохи энеолита (Тодорова, 1986).

Раскопки поселения Дуранкулак-Блатница, кроме керамики, принесли большое количество орудий из крем-

Таблица 1

Типологическая классификация кремневых изделий поселения Дуранкулак-Блатница.

класс группа п а н подтип название число % от изделий % от класса % от группы

А Орудия 197 27,17 100

I Скребки 131 18,07 66,50 100

1 на пластинах 17 2,34 8,63 12,98

а концевые 15 2,07 7,61 11,45

б двойные 1 0,14 0,51 0,76

в концево-боковые 1 0,14 0,51 0,76

2 на отщепах 114 15,72 57,87 87,02

а концевые 56 7,72 28,43 42,75

б концево-боковые 23 3,17 11,68 17,56

в боковые 14 1,93 7,11 10,69

г округлые 17 2,34 8,63 12,98

д микроскребки 4 0,55 2,03 3,05

II Резцы 3 0,41 1,52 100

1 боковые 1 0,14 0,51 33,33

2 срединного типа 2 0,28 1,02 66,67

III Сверла 3 0,41 1,52 100

IV Проколки 9 1,24 4,57 100

V Долотовидные орудия 1 0,14 0,51 100

VI Пластины с ретушью 19 2,62 9,64 100

1 по боковым сторонам 6 0,83 3,05 31,58

2 с ретушированной выемкой 13 1,79 6,60 68,42

VII Отщепы с ретушью 26 3,59 13,20 100

1 по боковым сторонам 14 1,93 7,11 53,85

2 с ретушированной выемкой 12 1,66 6,09 46,15

VIII Отбойники 5 0,69 2,54 100

1 шаровидные 5 0,69 2,54 100

Б Изделия без вторичной обработки 393 54,21 100 100

I Пластины 134 18,48 34,10 100

II Отщепы 259 35,72 65,90 100

В Нуклеусы и их обломки 17 2,34 100 100

1 нуклеусы 5 0,69 29,41 29,41

2 обломки 12 1,66 70,59 70,59

Г Осколки 99 13,66 100 100

Д Гальки 19 2,62 100 100

Итого 725 100

fJm

щ

\А/

^v з

ня, камня, а также кости и рога. Однако эти находки до сих пор полностью не опубликованы, что существенно затрудняет процесс изучения становления и развития экономики данного региона.

Коллекция кремневых орудий, собранная на поселении, составляет 725 экз. В качестве сырья использовался мелкогалечный кремень, разных оттенков серого, черного, желтовато-коричневого цветов. Выходы аналогичного кремня обнаружены по берегам небольшого ручья, протекающего вблизи поселения. Для неолитических памятников разных регионов Болгарии использование местных разновидностей вторично переотложенного кремня является характерным. Единичные экземпляры изделий были изготовлены из качественного кремня восково-желтого цвета, который доставлялся, вероятно, из Лудогорских возвышенностей Северо-Восточной

Рис. 2. Кремневые нуклеусы.

Fig. 2. Flint cores.

Болгарии, где фиксируются его многочисленные месторождения (На-чев, Ковнурко, Кънчев, 1981; Скакун, 1981, 1984, 1994; Skakun, 1993; Ан-гелова, Бин, 1988; Гацов, 1992; Sira-kov, 2002; Сиракова, Златева-Узунова, 2009; Начев, 2009; Mateva, 2014).

Обработка кремня производилась на самом поселении в жилищах и неподалеку от них, о чем свидетельствуют находки кремневых галек со следами подготовки к раскалыванию (пренуклеусы), нуклеусы и многочисленные отходы производства, сопровождающие процесс расщепления. Морфологически оформленные орудия, заготовки и инструменты, занятые в кремнеобработке, а также отходы производства свидетельствуют о том, что при расщеплении применялись ударная и отжимная техники. Проведенный технико-морфологический анализ коллекции показывает, что кремневый инвентарь поселения Дуранкулак-Блатница включает: нуклеусы и нуклевидные изделия -3,24%; орудия труда - 27,17%; изделия без вторичной обработки - 54,4%; осколки кремня - 13,66%; кремневые гальки - 2,62% (табл. 1). Нуклеусы (рис. 2) разделяются на следующие типы: I - подпризматические: с а) круговым; б) односторонним огранени-ем; II - конусовидные с: а) круговым; б) односторонним огранением; III -кубовидные: с одной или несколькими смежными ударными площадками; IV - аморфные. Большинство нуклеусов невелики по размерам и лишь некоторые имеют в длину более 10 см, их ударные площадки, как правило, скошены, у односторонних

I_I_I_I_I_I

Рис. 3. Кремневые изделия: 1-4, 30 - пластины без вторичной обработки; 25-28, 31,

32 - отщепы без вторичной обработки; 29 - резец; 33 - проколка. Fig. 3. Flint items: 1-4, 30 - blades without secondary processing; 25-28, 31, 32 - flakes without secondary processing; 29 - burin; 33 - borer.

нуклеусов тыльная сторона уплощена одним крупным или нескольким мелкими сколами, а иногда полностью покрыта галечной коркой. Формы многих нуклеусов нечетко выражены, но отдельные экземпляры имеют геометрически правильные очертания. Нижние концы нуклеусов обычно не

смяты, что указывает на их расщепление в специальных приспособлениях (рис. 2). В коллекции представлены кремнеобрабатывающие инструменты - шаровидные кремневые отбойники.

Основными заготовками для орудий служили пластины и отщепы.

I_I_[_[_I_I -in

Рис. 4. Кремневые изделия: 1-40 - скребки. Fig. 4. Flint items: 1-40 - scrapers.

Среди пластин основное количество принадлежит экземплярам средних размеров при ширине не более 1,5 см -72,2%; крупные (более 1,5 см) и мелкие (0,9-1,5 см) изделия представлены равным числом - по 13,3 %. Одни из них имеют геометрически правильные очертания, с прямым профилем, параллельными прямыми боковыми сторонами (рис. 3: 1, 4-8, 11, 12, 16, 19, 20, 22, 30, 31, 35), другие - менее правильных форм. Небольшую группу (1,2%) образуют микропластины шириной менее 0,9 см (рис. 3: 2, 3, 9, 10, 13, 14, 15, 21). Большинство отще-пов подчетырехугольной, треугольной, овальной формы, из них изделия средней величины 3-5 см составляют

43,6%, мелкие (1,5-3 см) - 51,8%, от-щепы размерами свыше 5 см немногочисленны - 4,6%.

Среди вторичной обработки рабочих лезвий инструментов и их обушковых частей преобладает ретушь, нанесенная со спинки изделий (диагр. 1).

Типологически выраженные орудия труда составляют 27,17% от всего количества исследованного инвентаря. Самые многочисленные из них -скребки на отщепах и пластинах -18,07%. Среди инструментов на от-щепах (15,72%) выделяются скребки концевые с выпуклым или прямым рабочим краем, обработанным зату-пливающей ретушью со спинки (рис.

Техника резцового скола

I

Подтеска

Ретуширование

20

40

60

SO

100 120

Диагр. 1. Классификация вторичной обработки кремневых изделий на поселении Дуранкулак-Блатница.

Chart. 1. Classification of secondary processing of flint items from Durankulak-Blatnitsa settlement.

4: 13, 14-15, 20, 23, 24, 25, 26, 30, 39; рис. 5: 26). У некоторых орудий кроме концевого рабочего края отретуширована и боковая сторона (рис. 4: 29, 34, 35, 40). Компактную группу составляют скребки округлых форм (рис. 4: 1-10). Они разделяются на изделия с высокой (рис. 4: 1, 2, 3, 8) и плоской спинкой (рис. 4: 4-7, 9, 10). Первые, как правило, обработаны крутой высокой ретушью по всему периметру; вторые, часто имеющие на спинке галечную корку, также отретушированы по всему периметру или на 2/3 его. В разных группах скребков представлены миниатюрные орудия (рис. 4: 11, 12, 16, 21, 22, 27, 32, 36, 37). Скребки на пластинах (2,34%) имеют концевое выпуклое или прямое рабочее лезвие, у некоторых из них одна или обе боковые стороны обработаны ретушью (рис. 4: 18, 19, 28). Единственным экземпляром представлен концевой

скребок с двумя противолежащими выпуклыми лезвиями (рис. 4: 38).

Сверла (0,41%) - трехгранные изделия, изготовленные из неправильных пластин (рис. 5: 1, 2, 11). Рабочие острия, слегка асимметричные по отношению к длинной оси орудий, выделены с помощью крутой затуплива-ющей ретуши.

Проколки, изготовленные на пластинах и отщепах, имеют острие, подправленное с одной или двух сторон ретушью - 1,24% (рис. 5: 3-8). Немногочисленные резцы (0,41%) (рис. 5: 10) представлены изделиями на углу сломанной пластины и срединным многофасеточным на нуклевид-ном осколке.

В единственном экземпляре найдено долотовидное орудие с двумя слегка вогнутыми противолежащими лезвиями, расположенными на торцах пластины и образованными с помо-

Рис. 5. Кремневые изделия: 1, 2, 11 - сверла; 3-9 - проколки; 10 - резец; 12 - долотовидное орудие; 13-15, 19, 20-24 - изделия с выемками; 16-18, 25 - изделия с ретушью; 26 - скребок.

Fig. 5. Flint items: 1, 2, 11 - drills; 3-9 - borers; 10 - burin; 12 - chisel-shaped tool; 13-15, 19, 20-24 - items with notches; 16-18, 25 - retouched items; 26 - scraper.

щью подтесывающих сколов (0,14%) (рис. 5: 12).

В группе изделий со вторичной обработкой (6,25%) ретушированные пластины составляют - 2,62%, отще-пы - 3,59%. Ретушь обычно нанесена со спинки и покрывает полностью или частично одну или обе боковые стороны предметов (рис. 5: 16, 17, 18, 25). В этой же группе имеются пластины и отщепы с разнообразными по размерам выемками (рис. 5: 13, 14, 15, 19, 20-24).

Изделия без вторичной обработки наиболее многочисленны в коллекции (54,4%) (рис. 4: 7-9; рис. 3: 17, 24-29, 31 -33). Среди них есть экземпляры, которые вполне могли служить заготовками для морфологически оформленных орудий или использоваться без дополнительной обработки. Например, пластины правильных форм, прямыми боковыми сторонами и острыми кромками. Другая группа пластин по своим морфологическим признакам была малопригодна для утилизации. Они, как правило, массивны и имеют большой угол заострения боковой кромки, что затрудняло бы их применение в работе. Среди отщепов велик процент отходов производства. Многие из них не обладают участками кромок, сколько-нибудь пригодными для утилизации. Они -тонкие, с ломкими краями.

В погребальном инвентаре неолитического могильника также имеются кремневые изделия. Большинство из них изготовлено из местного сырья и, судя по сводке Н. Сиракова, основную их часть составляют неретуши-рованные пластины. Среди орудий выделены немногочисленные скребки, фрагменты пластин и отщепов с ретушью, оригинальной особеноос-

тью инвентаря является находка геометрического микролита - трапеции с вогнутыми или асимметричными боковыми сторонами (8пакоу, 2002; Оигоуа, 2002).

При поисках аналогий необходимо подчеркнуть, что в настоящее время поселение Дуранкулак-Блатница является единственным исследованным памятником раннего периода Хаманджии на территории Болгарии. Кремневый инвентарь из одновременных объектов Хаманджии в Румынии, основного ареала этой культуры, опубликован весьма фрагментарно, поэтому не дает полного представления о составляющих его типах изделий. Тем не менее материалы из поселения Меджидия (Румыния) показывают, что общими чертами являются: технология расщепления мелкогалечного кремня, наличие схожих типов среди скребков на отщепах и, в частности, миниатюрных орудий, обработанных ретушью по всему периметру или на 2/3 его, сверл с асимметричным острием, средних пластин и отщепов с выемками, а также геометрических микролитов - трапеций, аналогичных находке из неолитического могильника Дуранкулак-Блатница (На§оА1 1983). В инвентаре более поздних румынских памятников фиксируется больший процент изделий на фрагментах крупных пластин из добрудж-ского кремня, шириной более 2,5 см, служивших заготовками для конце -вых скребков и боковых резцов, что не характерно для поселения Дуран-кулак-Блатница и наиболее близко энеолитическим материалам Причерноморья Болгарии (Вегсш, 1961, 1966; Раисой, 1970, 1988).

Кремневые изделия Дуранкулак-Блатницы имеют некоторые общие

2

Рис. 6. Микрофото следов использования: 1 - вкладыша серпа (*100); 2 - скребка для шкур (*200). Fig. 6. Micrograph of traces of use: 1 - cutting part of a sickle (x100); 2 - scraper for hides (x200).

Рис. 6 (продолжение). Микрофото следов использования: 3 - пилки для дерева (*100); 4 - скобеля для кости (*200). Fig. 6 (continuation). Micrograph of traces of use: 3 - a saw for wood (x100); 4 - a scraper for bone (x200).

черты с инвентарем более северных памятников буго-днестровской культуры Молдовы (Маркевич, 1974). Это выразилось в использовании мелкогалечного кремня, применении в качестве заготовок отщепов и пластин средних размеров, наличии округлых скребков и изделий с выемками по боковым сторонам. Однако в Дуранкулак-Блатница отсутствуют клиновидные нуклеусы, нет пластин с притупленным верхним концом, геометрические микролиты обнаружены только в погребальном инвентаре могильника. В целом инвентарь неолита Молдовы в типологическом отношении отличается большим разнообразием.

Сравнивая материалы Дуранкулак-Блатница с близлежащими неолитическими памятниками Северо-Восточной Болгарии времени Караново II и Караново III - Овчарово-гората и Усое I (Ангелова, Бин, 1988; Гацов, 1992; Тодорова, Вайсов, 1993; Скакун, 1994; Скакун, Матева, 2000), можно сказать, что, несмотря на хронологическое и культурное различие, в их производственном инвентаре усматривается определенное сходство. Так, среди нуклеусов общими типами являются конусовидные, подпризма-тические, кубовидные с несколькими смежными ударными площадками, но для Дуранкулак-Блатница совершенно не характерны нуклеусы с выделенным ребром, представленные в Овчарово-гората и в меньшей степени в Усое I. Среди пластин из этих трех памятников превалируют экземпляры средних размеров. Что касается микролитоидности инвентаря, то она незначительна в материалах этих поселений, а в инвентаре Дуранкулак-Блатница, за исключением трапеций из могильника, проявляется лишь в

наличии микропластин и миниатюрных скребков на отщепах. В Овчарове-гората и Усое I, кроме микропластин. обнаружены единичные экземпляры трапеций. Наиболее распространенным видом вторичной обработки в Дуранкулак-Блатница являлась за-тупливающая ретушь, нанесенная со спинки; а ретушь с брюшка, встречающаяся в Овчарово-гората, совершенно не характерна. Мало представлены и другие виды обработки: подтеска и резцовый скол. Среди орудий труда из сравниваемых поселений наиболее близки скребки на отщепах: концевого, конце-бокового типов и некоторые разновидности округлых, концевые скребки на пластинах представлены большим числом в Усое I и Овчаро-во-гората. На всех трех памятниках найдены изделия с выемками, с ретушью по боковым сторонам, но такая разновидность, как пластины со скошенным ретушью верхним концом, в материалах Дуранкулак-Блатница отсутствуют. Для этого поселения не характерны также такие орудия, как скребла, а долотовидное орудие найдено в единственном экземпляре. Все это говорит о меньшем типологическом разнообразии кремневого инвентаря из Дуранкулак-Блатница. Следует сказать, что многие аналогии в материалах рассматриваемых здесь поселений основываются в большой степени на общности приемов расщепления мелкогалечного кремня и однотипности заготовок, значительным числом отходов производства и технологических сколов, а типологический состав отличается как набором типов, так и их процентным соотношением. При сравнении материала Дуранку-лак-Блатница с неолитическими материалами других районов Болгарии

Диагр. 2. Функциональная классификация кремневых изделий поселения Дуранкулак-Блатница.

Chart. 2. Functional classification of flint items from Durankulak-Blatnitsa settlement.

(Гацов, 1992 а, б, Оа120У 1993; Гю-рова, 2009, Оигоуа, 2014) становится очевидным, что они имеют незначительное число аналогий как с поселениями юго-восточных и западных районов страны, так Фракийской долины и Софийского поля, в инвентаре которых главенствующую роль играли пластины средних размеров, правильных геометрических очертаний, а не отщепы, что определило общий облик индустрий (Оа120У 1993; Оа1-еоу, КигсаШу, 1997). Данные факты, по-видимому, позволяют говорить и о различных истоках происхождения неолитических комплексов северо-востока и других районов Болгарии. Надо сказать, что в инвентаре энео-литических памятников северо-востока страны неолитические традиции полностью прерываются. Это наблюдается в смене сырья: вместо мелкогалечного кремня приходит употребле-

ние мелового добруджского, техника расщепления ориентирована полностью на получение пластин, причем пластин иного, чем в неолите, облика: суперправильных крупных и очень крупных размеров. Вследствие этого характер индустрии неолита и энеолита на этой территории абсолютно различен, тогда как в Центральной и Западной Болгарии можно заметить черты преемственности в кремневом инвентаре этих двух эпох (Скакун, 1984, 2006).

Несмотря на то что коллекция кремневых изделий из Дуранкулак-Блатница отличается небольшим типологическим разнообразием и малым количеством некоторых из выделенных типов, с помощью трасологии в ней выявлено большое число орудий разнообразного назначения. При этом многие из них в типологическом отношении принадлежат к

разряду изделий без ретуши и интерпретируются как заготовки или отходы производства.

Трасологическому анализу было подвергнута вся коллекция из 725 предметов (диагр. 2), 52,4% из них в работе не употреблялись и не несут следов утилизации. У некоторых орудий одно и то же рабочее лезвие применялось в разных функциях, при этом следы утилизации могут накладываться друг на друга; иногда в работе употреблялись разные участки одного и того же бокового края, но чаще в иной функции использовалась другая боковая сторона (рис. 5: 15, 21). Точное назначение 1,5% инструментов определить не удалось из-за незначительной степени износа рабочих краев или их сильной деформации в процессе механических повреждений.

К земледельческим орудиям принадлежат вкладыши серпов, с типичным набором диагностирующих признаков, не оставляющих сомнений в том, что все они применялись для жатвы культурных злаков (5,61%) и являлись составными частями серпов карановского типа с зубчатым лезвием (рис. 3: 1-2, 4, 5, 13, 15; рис. 6: 1). Эти орудия, не в пример многим другим, несут следы интенсивной утилизации, а некоторые экземпляры имеют по 2 рабочих лезвия (рис. 3: 3, 6, 7, 22).

Наибольшую группу составляют инструменты, связанные с переработкой продуктов охоты и скотоводства (57,09%). Необходимо отметить, что в инвентаре Дуранкулак-Блатница, как в большинстве земледельческих памятников, самих охотничьих орудий, - наконечников стрел и дротиков нет. Возможно, в этой функции, как вкладыши составного охотничьего

вооружения, использовались отрезки правильных необработанных пластин, имеющие слабый износ (1,32%). Большое число инструментов служило для обработки шкур и кож. В первую очередь, назовем скребки, являющиеся одними из самых распространенных орудий и составляющие 37,62%. Разнообразный характер их форм и лезвий предполагает различные способы работы ими и употребление в разных операциях по мездрению и пушению бахтармы (рис. 4: 1-40; рис. 3: 31, 32). Как показывают эксперименты, орудия с занозистым лезвием применялись при начальных стадиях мездрения (рис. 4: 23, 28, 30, 39, 40), миниатюрные округлые скре-бочки употреблялись в рукоятях для отделки труднодоступных участков, а также шкур, имеющих тонкую мездру (рис.4: 11, 12, 16, 21, 22, 27, 31, 32, 36, 37; рис. 3: 31, 32; рис. 6: 2). При сшивании шкур и кож использовались проколки с тонкими, острыми, но хрупкими жальцами (2,97%,). В процессе использования у многих орудий рабочие концы обломились (рис. 5: 3-9; рис. 3: 33).

Многочисленны и мясные ножи, выделенные трасологическиим путем из изделий без вторичной обработки (15,18%) (рис. 3: 8, 9, 11, 12, 16, 17, 18, 19, 24, 25, 27).

Число деревообрабатывающих орудий составляет 31,02%. В функциональном отношении они включают весь спектр деревообрабатывающих инструментов: скобели (рис. 5: 13, 15), пилки (рис. 5: 14, 30) (рис. 6: 3), строгальные ножи (рис. 5: 15, 26), сверла (рис. 5: 1), резцы (рис. 5: 10), долотовидное орудие (рис. 5: 12).

Также разнообразны костеобра-батывающие инструменты, хотя чис-

ленно эта группа насчитывает всего 3,63%. Большинство орудий представлены одним-двумя экземплярами, но они иллюстрируют все известные способы обработки кости и рога: пилки (рис. 5: 21; рис. 3: 23), скобели (рис. 5: 18-20; рис. 6: 4), строгальные ножи (рис. 5: 24), резцы (рис. 3: 29), сверла (рис. 5: 2).

Рабочие края многих косте- и деревообрабатывающих орудий в процессе использования сильно деформированы из-за твердости обрабатываемых материалов.

Среди камнеобрабатывающих орудий (2,64%) обнаружены пилки для камня (рис. 5: 17), отбойники и ретушеры, применявшиеся при расщеплении кремня и изготовлении орудий.

Завершая функциональную характеристику инвентаря, приходится с сожалением констатировать отсутствие к настоящему времени палеоботанических и палеозоологических исследований для материалов поселения Дуранкулак-Блатница, позволивших бы дополнить, а в ряде случаев и скорректировать, палеоэкономиче-ские реконструкции, основанные на трасологических исследованиях орудийных комплексов. Привлекая имеющиеся данные по другим неолитическим поселениям северо-востока Болгарии, нижним слоям Голямо Дел-чево (Тодорова, 1975), Овчарово-го-рата (Тодорова, 1983), а также исследования отложений озер Блатница и Варна, можно сказать, что развитие хозяйства в неолитическую эпоху в данном районе Юго-Восточной Европы происходило в относительно благоприятной климатической ситуации (Божилова, Филипова, 1975). Наличие нескольких сортов культурных злаков и разнообразного видового состава

домашних животных демонстрирует достаточно высокий уровень этих основных пищедобывающих отраслей хозяйства (Лисицина, Филипович, 1980). Имеются также свидетельства о развитии собирательства и охоты. Обнаружение вкладышей серпов с угловой заполировкой подчеркивает тот факт, что при типологической разнице в кремневом инвентаре разных неолитических памятников Болгарии, конструкция составного серпа везде была одинакова и представляла собой орудие карановского типа. Судя по публикациям, это наблюдение справедливо и для многих других неолитических культур Европы, в производственном инвентаре которых, при весьма значительных типологических различиях кремневых орудий, тип серпа был один и тот же. Поскольку достоверных свидетельств об одомашнивании злаков на Балканах нет, то имеет место гипотеза о привнесении земледелия в этот район из стран Ближнего Востока. Причем оттуда пришли не только злаки, но изобретенный там серп. Так, на одном из известнейших поселений Бейде, уже в мезолитических слоях, встречаются вкладыши с угловой зеркальной за-полировкой, характерной для серпа карановского типа (материалы этого памятника обрабатывались Г.Ф. Ко-робковой, Л.Г. Чайкиной и Н.Н. Скакун).

На развитие другой важнейшей отрасли хозяйства поселения Дуранку-лак-Блатница - скотоводства, кроме находок остеологических материалов, косвенным образом указывают коже -обрабатывающие орудия и орудия по разделке мяса. Их многочисленность говорит о большом количестве перерабатываемого сырья.

Проведенный планиграфический наружено также основное число ну-

анализ не дает указаний на сколько- клеусов и отходов производства.

нибудь существенную локализацию Таким образом, хозяйство посе-

каких-либо производств на памятни- ления Дуранкулак-Блатница можно

ке. Можно отметить, что землянка № 2 охарактеризовать как земледельчес-

отличается наличием большого числа ко-скотоводческое. Разнообразные

кремневых изделий - 81 экз. Среди производства, как показывает их де-

них 15 осколков кремня, 3 осколка ну- централизация на поселении, функ-

клеусов, 22 отщепа и 2 пластины без ционировали в виде домашних про-

следов использования. Ассортимент мыслов. Такая структура экономики

орудий разнообразен, но большин- типична для эпохи неолита древне-

ство из них (11 экз.) являются скреб- земледельческих обществ юга Евро-

ками для обработки шкур. Большин- пы и имеет аналогии в культурах вну-

ство кремневых находок происходит тренней Болгарии и Придунайских

из междудомных пространств, где об- стран.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ангелова И., Бин Н. Кремниевые артефакты из неолитного поселения Овчаро-во-гората Тырговиштского округа // Studia Praehistorica. Кн. 9. 1988. С. 16-33.

2. Божилова Е., Филипова М. Поленов анализ на културни пластове от Варнен-ското езеро // ИНМВ. Кн. XI (XXVI). Варна, 1975. С. 19-26.

3. Бояджиев Я. Хронология на праисторическите култури на територията на До-бруджа // Добруджа. Кн. 9 / Гл. ред. А. Кузманова. Варна: Изд-во Г. Бакалов, 1992. С. 10-20.

4. Бояджиев Я. Абсолютна хронология и периодизация на българската праистория. Проблеми // ГДА НБУ Т. 1. София, 1994. С. 249-252.

5. Гацов Ив. Производство кремневых орудий в неолите на территории СевероВосточной Болгарии // Studia Praehistorica. 1992а. Кн. 11-12. С. 196-199.

6. Гацов Ив. Характер и специфика на кремъчното производство през неолита в днешна Западна България // Археология. XXXIV Кн. 2. София, 1992б. С. 1-13.

7. Гюрова М. Кремъчните артефакти в контекста на диагностичните находки // ГДА НБУ. Т. VI. София, 2005. С. 89-104.

8. Гюрова М. Кремъчният фактор в неолитизационния дебат // Laurea. In honorem Margaritae Vaklinova. Кн. II / Гл. ред. Б. Петрунова. Sofia: Изд-во БАН, 2009. С. 1-14.

9. Димов Т. Землянка от неолитното селище при с. Дуранкулак, Толбухински ок-ръг // Археология. XXIV. Кн. 1. София, 1982. С. 33-48.

10. Димов Т. Принос към проучванията на новокаменната епоха в Южна Добруджа // Terra antiqua Balkanica. 1988. Vol. III. С. 20-25.

11. Димов Т. Културата Хаманджия в Добруджа // Добруджа. Кн. 9 / Гл. ред. А. Кузманова. Варна: Бряг-принт, 1992а. С. 20-35.

12. Димов Т. Культура Хаманджия в Южной Добрудже // Studia Praehistorica. 1992б. Кн. 1112. С. 121-130.

13. Димов Т. Топография, стратиграфия и архитектура на селищата от праистори-ческата култура Хаманджия в Добруджа // Изследвания в чест на ст. н. с. I ст. д. и. н. Хенриета Тодорова / Добруджа. Кн. 21 / Гл. ред. А. КузмановаВарна: Бряг-принт, 2003. С. 123-144.

14. Димов Т., Бояджиев Я., Тодорова X Праисторическият некропол край с. Дуранкулак, Толбухински окръг // Добруджа. Кн. 1 / Гл. ред. Й. Зарчев. Варна: Г. Бакалов, 1984. С. 74-88.

15. Лисицына Г.Н., Филипович Л.А. Палеоэтноботанические находки на Балканском полуострове // Studia Praehistorica. Кн. 4. 1980. С. 5-90.

16. Маркевич В.И. Буго-днестровская культура на территории Молдавии. Кишинев: Штиинца, 1974. 176 с.

17. Начев И., Ковнурко Г., Кънчев К. Кремъчните скали в България и тяхната ек-сплоатация // Интердисциплинарни изследвания. Т. VII-VIII. София, 1981. С. 41-59.

18. Начев Ч. Основните типове флинт в България като суровини за направа на артефакти // Интердисциплинарни изследования. Т. XX-XXI. София, 2009. С. 7-22.

19. Сиракова Св., Златева-Узунова Р. Резултати от технико-типологически и суро-винен анализ на къснонеолитния кремъчен ансамбъл от обект Заминец // Приноси към българската археология / Сб. в чест на 85-годишнината от рождението на ст. н. с. Соня Георгиева / Гл. ред. Л. Дончева-Петкова. Т. VI. София: Иврай, 2009. С. 24-45.

20. Скакун Н.Н. Оръдия на труда от неолитното селище при с. Дуранкулак, Тол-бухински окръг (типологично-трасологически анализ) // Археология. XXIV Кн. 1. София, 1982. С. 49-53.

21. Скакун Н.Н. Кремнеобрабатывающее производство в эпоху палеометалла Болгарии // IIIrd Seminar on petroarchaeology, Plovdiv, 27-30 august 1984, Bulgaria / Eds. K.S. Kunchev; I. Nachev; N.T. Tcholakov. Plovdiv: Arkheologicheski institut i muzei (Buigarska akademiiana naukite); Plovdivski universitet „Paisii Khilendarski", 1984. С. 83-92.

22. Скакун Н. Н. Результаты исследования производственного инвентаря неолитического поселения Усое (Болгария) // Экспериментально-трасологические исследования в археологии / Отв. ред. Г.Ф. Коробкова. СПб.: Наука, 1994. С. 85-119.

23. Скакун Н.Н. Орудия труда и хозяйство древнеземледельческих племен Юго-Восточной Европы в эпоху энеолита (по материалам культуры Варна) / Труды ИИМК РАН. Т. XXI. СПб.: Нестор-История, 2006. 224 с.

24. Скакун Н.Н., Матева Б. Значение кремневого инвентаря для решения культурно-хронологических проблем (по материалам неолита и энеолита северо-восточной Болгарии) // Хронология неолита Восточной Европы: Тезисы докладов международной конференции, посвященной памяти д. и. н. Н.Н. Гуриной, Санкт-Петербург, 27 ноября - 2 декабря 2000 г. / Отв. ред. В .И. Тимофеев. СПб.: ИИМК РАН, 2000. С. 72-73.

25. ТодороваХ., Иванов Ст., Василев В., Хопф М., Кол Г. Селищната могила при Голямо Делчево // Разкопки и проучвания. Т. V. София: БАН, 1975. 332 с.

26. Тодорова Х., Василев В., Янушевич З., Ковачева М., Вълев П. Овчарово // Разкопки и проучвания. T. IX. София: Изд-во БАН, 1983. 128 с.

27. Тодорова Х Каменно-медната епоха в България. София: Наука и изкуство, 1986. 280 с.

28. Тодорова Х., Вайсов Ив. Новокаменната епоха в България. София: Наука и изкуство, 1993. 288 с.

29. Berciu D. Contributii la problemele neoliticului in Rominia in lumina noilor cercetäri / Biblioteca de arheologie. V. Bucure§ti: Editura Academiei Republicii Populare Romine, 1961. 593 p.

30. Berciu D. Cultura Hamandgia / Noi contributii. I. Bucure§ti: Editura Academiei Republicii Socialiste Romania, 1966. 319 p.

31. Dimov T. Entdecklung und Erforschung der prähistorischen Gräberfelder von Du-rankulak // Hrsg. H. Todorova. Durankulak. Bd. II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak. T. 1. Sofia: Publishing Haus Anubis, 2002a. S. 25-34.

32. Dimov T. Die Gräbenfelder der frähen HamangiaKulturin der Dobrudscha und im Varnabereich // Hrsg. H. Todorova. Durankulak. Bd. II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak. T. 1. Sofia: Publishing Haus Anubis, 2002б. S. 293-296.

33. Gatsov I. Neolithic chipping stone industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagiellonian University; Institute of Archaeology, 1993. 54 p.

34. Gatsov I. Neolithic chipping stone industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagiellonian University; Institute of Archaeology, 1993, 54 p.

35. Gatsov I., Kurcatov V. Neolithische Faeuersteinartefakte. Mineralogishe Untersu-chungund technisch-typologische Charakteristik // Hrsg. S. Hiller, V. Nikolov. Karanovo. Österreichisch-Bulgarische Ausgrabungen und Forschungen in Karanovo. Bd. I. Die Ausgrabungen im Südsektor 1984-1992. Horn; Wien; Salzburg; Sofia: Verlag Ferdinand Berger & Söhne; Archäologische Institut der Universität Salzburg, 1997. S. 213-227. Taf. 90-95.

36. Gurova M. Mobilier en silex de la nécropole Dourankulak - analyse fonctionnelle // Hrsg. H. Todorova. Durankulak. Bd. II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak. T. 1. Sofia: Publishing Haus Anubis, 2002. S. 247-256.

37. Gurova M. Neolithic flint assemblages from Bolgaria // Самарский научный вестник. 2014. № 3 (8). С. 94-108.

38. Haçotti P. Observatii privind uneltele din silex apartinind culturii Hamangia // Pon-tica. 1983. XVI. P. 29-43.

39. Haçotti P. Observatii asupra ceramicii dintr-un complex al culturii Hamandgia de la Medgidia, punctul "Cocoaçe" // SCIVA. 1986. Vol. 37. 2 (aprilieiunie). P. 121-133.

40. Haçotti P. Considérations concernant les synchronismes de la culture Hamandia // Studia Praehistorica. 1992. Vol. 11-12. P. 114-121.

41. Mateva B. Flint tools processing and use in north-eastern Bulgaria at the end of Late Neolithic // Abstracts of XVII world UISPP Congress. Burgos, 2014. P. 426-427.

42. Päunescu Al. Evolutia uneltelor çi armelor de piaträ cioplitä descoperite pe teritoriul României / Biblioteca de arheologie. XV. Bucureçti: Editura Academiei Republicii Socialiste România, 1970. 359 p.

43. Paunescu A. Les industries lithiques du Néolithique ancien de la Roumanie et quelques considérations sur l'invenaire lithique des cultures du Néolithique moyen de cette coutrée // Chipped stone industries of the Early Farming Cultures in Europe: Papers of the International Symposium held at KrakowMogilany in October 1985 / Ed. T. Szel^g. Warszawa: Wydawnictwa Uniwersytetu Warszawskiego, 1988. P. 75-94. (Archeologia interregionalis).

44. Sirakov N. Flint artifacts in praehistoric grave-good assemblages from the Duranko-lak necropolis // Hrsg. H. Todorova. Durankulak. Bd II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak. T. 1. Sofia: Publishing Haus Anubis, 2002. S. 213-246.

45. Skakun N.N. Results of traceological examination of flint implements from Neolithic settlements in Western Bulgaria // I. Gatsov. Neolithic Chipped Stone Industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagellonian University; Institute of Archaeology, 1993. Р. 52-54. Appendix.

Информация об авторах:

Скакун Наталия Николаевна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Институт истории материальной культуры РАН, (г. Санкт-Петербург, Россия); skakunnatalia@yandex.ru

Матева Боряна, директор, Исторический музей г. Исперих (г. Исперих, Болгария); boryamateva@yahoo.com

Димов Тодор, главный научный сотрудник, Региональний исторический музей -Добрич (г. Добрич, Болгария); tkonstantin@yahoo.com; tkonstantin@mail.bg

RESULTS OF A STUDY OF THE PRODUCTION TOOLKIT FROM THE LATE NEOLITHIC SETTLEMENT OF DURANKULAK-BLATNITSA

N.N. Skakun, B. Mateva, Т. Dimov

The article discusses findings of an assemblage of flint tools from the settlement of Durankulak-Blatnitsa dated to the early stages of the Late Neolithic Hamandgia culture (Bulgaria). The authors provide characteristics of typological, technical-morphological and functional features of the production toolkit. It is established that mainly local varieties of flint were used here as raw material. The authors suggest some commonalities between the flint inventory from Durankulak-Blatnitsa and Hamandgia sites in Romania, much earlier Neolithic sites in North-Eastern Bulgaria and the Bug-Dniester sites in Moldova. These data are of great importance for elucidation of genesis of the early farming cultures in SouthEastern Europe.

Keywords: archаeology, Black Sea Coast, Bulgaria, Late Neolithic, Hamandgia culture, flint inventory, technical, morphological and traceological analysis.

REFERENCES

1. Angelova, I., Bin, N. 1988. In StudiaPraehistorica 9, 16-33 (in Russian).

2. Bozhilova, E., Filipova, M. 1975. In Izvestiya na narodniya muzej vav Varna (Reports of Varna National Museum) XI (XXVI), 19-26 (in Bulgarian).

3. Boyadzhiev, Ya. 1992. In Kuzmanova, A. (ed.). Dobrudzha (Dobruja) 9. Varna: "Georgi Ba-kalov" Publ., 10-20 (in Bulgarian).

4. Boyadzhiev, Ya. 1994. In Godishnik na Departament Arkheologiya na Nov Balgarski Universitet (Yearbook of the Archaeology Department, New Bulgarian University) 1, 249-252 (in Bulgarian).

5. Gatsov, Iv. 1992. In Studia Praehistorica 11-12, 196-199 (in Russian).

6. Gatsov, Iv. 1992. In Arkheologiya (Archaeology) 2 (XXXIV). Sofia, 1-13 (in Bulgarian).

7. Gyurova, M. 2005. In Godishnik na Departament Arkheologiya na Nov Balgarski Universitet (Yearbook of the Archaeology Department, New Bulgarian University) VI, 89-104 (in Bulgarian).

8. Gyurova, M. 2009. In Petrunova, B. (ed.). Laurea. In honorem Margaritae Vaklinova II. Sofia: Bulgarian Academy of Sciences, 1-14 (in Bulgarian).

9. Dimov, T. 1982. In Arkheologiya (Archaeology) 1 (XXIV). Sofia, 33-48 (in Bulgarian).

10. Dimov, T. 1988. In Terra antiqua Balkanica III, 20-25 (in Bulgarian).

11. Dimov, T. 1992. In Kuzmanova A. (ed.). Dobrudja 9. Varna: "Bryag-print" Publ., 20-35 (in Bulgarian).

12. Dimov, T. 1992. In Studia Praehistorica 1112, 121-130 (in Russian).

13. Dimov, T. 2003. In Kuzmanova, A. (ed.). Izsledvaniya v chest na st. n. s. I st. d. i. n. Khenrieta Todorova (Studies in honorem Senior Research Fellow, Doctor of Historical Sciences Henrieta Todorova). Series: Dobrudzha (Dobruja) 21. Varna: "Bryag-print" Publ., 123-144 (in Bulgarian).

14. Dimov, T., Boyadzhiev, Ya., Todorova, Kh. 1984. In Zarchev, J. (ed.). Dobrudzha (Dobruja) 1. Varna: "Georgi Bakalov" Publ., 74-88 (in Bulgarian).

15. Lisitsina, G. N., Filipovich, L. A. 1980. In Studia Praehistorica 4, 5-90 (in Bulgarian).

16. Markevich, V. I. 1974. Bugo-dnestrovskaia kul 'tura na territoriiMoldavii (The Bug-Dniester Culture on the Territory of Moldova). Kishinev: "§tiin^a" Publ. (in Russian).

17. Nachev, I., Kovnurko, G., Kanchev, K. 1981. In Interdistsiplinarni izsledvaniya (Interdisciplinary Studies) VII-VIII, 41-59 (in Bulgarian).

The research is supported by the Russian Foundation for Fundamental Research, grant no. 16-06-00546.

18. Nachev, Ch. 2009. In Interdistsiplinarni izsledvaniya (Interdisciplinary Studies) XX-XXI, 7-22 (in Bulgarian).

19. Sirakova, Sv., Zlateva-Uzunova, R. 2009. In Doncheva-Petkova, L. (ed.). Prinosi kam bälgarskata arkheologiya. Sb. v chest na 85-godishninata ot rozhdenieto na st. n. s. Sonya Georgieva (Contributions to the Bulgarian Archaeology: Collected Papers in honorem of the 85'h Anniversary of Senior Research Fellow Sonya Georgieva) VI. Sofia: "Ivraj" Publ., 24-45 (in Russian).

20. Skakun, N. N. 1982. In Arkheologiya (Archaeology) 1 (XXIV). Sofia, 49-53 (in Bulgarian).

21. Skakun, N. N. 1984. In Kunchev, K. S., Nachev, I., Tcholakov, N. T. (eds.). IIIrdSeminar on petroarchaeology, Plovdiv, 27-30 august 1984, Bulgaria. Plovdiv: National Institute of Archaeology with Museum, Bulgarian Academy of Sciences; Plovdivski universitet „Paisii Khilendarski", 83-92 (in Russian).

22. Skakun, N. N. 1994. In Korobkova, G. F. (ed.). Eksperimental'no-trasologicheskie issledova-niia v arkheologii (Experimental Use-Wear Studies in Archaeology). Saint Petersburg: "Nauka" Publ., 85-119 (in Russian).

23. Skakun, N. N. 2006. Orudiia truda i khoziaistvo drevnezemledel'cheskikh plemen Iugo-Vostochnoi Evropy v epokhu eneolita (po materialam kul 'tury Varna) (Tools and Economy of the Ancient Farming Tribes of South-Eastern Europe in the Eneolithic (with Particular Reference to the Materials of the Varna Culture)). Series: Proceedings of the Institute for the History of Material Culture, Russian Academy of Sciences XXI. Saint Petersburg: "Nestor-Istoriia" Publ. (in Russian).

24. Skakun, N. N., Mateva, B. 2000. In Timofeev, V. I. (ed.). Khronologiia neolita Vostochnoi Evropy (Chronology of the East European Neolithic). Saint Petersburg: Institute for the History of Material Culture, Russian Academy of Sciences, 72-73 (in Russian).

25. Todorova, Kh., Ivanov, St., Vasilev, V., Hopf, M., Kohl, G. 1975. In Razkopki iprouchvaniya (Excavations and Studies) V. Sofiya: Bulgarian Academy of Sciences (in Bulgarian).

26. Todorova, Kh., Vasilev, V., Yanushevich, Z., Kovacheva, M., Valev, P. 1983. In Razkopki i prouchvaniya (Excavations and Studies) IX. Sofiya: Bulgarian Academy of Sciences (in Bulgarian).

27. Todorova, Kh. 1986. Kamenno-mednata epokha v Bälgariya (The Stone and Copper Age in Bulgaria). Sofia: "Nauka i izkustvo" Publ. (in Bulgarian).

28. Todorova, Kh., Vajsov, Iv. 1993. Novokamennata epokha v Bälgariya (Neolithic Age in Bulgaria). Sofia: "Nauka i izkustvo" Publ. (in Bulgarian).

29. Berciu, D. 1961. Contribuai laproblemele neoliticului în Romînia în lumina noilor cercetäri. Biblioteca de arheologie V. Bucureçti: Editura Academiei Republicii Populare Romîne.

30. Berciu, D. 1966. Cultura Hamangia. Noi contribuai I. Bucureçti: Editura Academiei Republicii Socialiste România.

31. Dimov, T. 2002. Entdecklung und Erforschung der prähistorischen Gräberfelder von Duran-kulak. In Todorova, H. (Hrsg.). Durankulak II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak 1. Sofia: Anubis Publishing Haus, 25-34.

32. Dimov, T. 2002. Die Gräbenfelder der frühen Hamangia-Kultur in der Dobrudscha und im Varnabereich. In Todorova, H. (Hrsg.). Durankulak II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak 1. Sofia: Anubis Publishing Haus, 293-296.

33. Gatsov, I. 1993. Neolithic chipping stone industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagielloni-an University, Institute of Archaeology.

34. Gatsov, I. 1993. Neolithic chipping stone industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagiel-lonian University, Institute of Archaeology.

35. Gatsov, I., Kurcatov, V. 1997. Neolithische Feuersteinartefakte. Mineralogishe Untersuchung und technisch-typologische Charakteristik. In Hiller, S., Nikolov, V. (Hrsg.). Karanovo: Die Ausgrabungen im Südsektor 1984-1992. Österreichisch-Bulgarische Ausgrabungen und Forschungen in Karanovo I. Horn; Wien; Salzburg; Sofia: Verlag Ferdinand Berger & Söhne; Archäologische Institut der Universität Salzburg, 213-227, Taf. 90-95.

36. Gurova, M. 2002. Mobilier en silex de la nécropole Dourankulak - analyse fonctionnelle. In Todorova H. (Hrsg.). Durankulak II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak 1. Sofia: Anubis Publishing Haus, 247-256.

37. Gurova, M. 2014. Neolithic flint assemblages from Bolgaria. In Samarskii nauchnyi vestnik (Samara Scientific Bulletin) 3 (8), 94-108.

38. Ha^otti, P. 1983. Observa^ii privind uneltele din silex aparjinind culturii Hamangia. In Pon-tica XVI, 29-43.

39. Ha^otti, P. 1986. Observa^ii asupra ceramicii dintr-un complex al culturii Hamangia de la Medgidia, punctul "Cocoa^e". SCIVA 37. 2 (aprilie-iunie), P. 121-133.

40. Ha^otti, P. 1992. Considérations concernant les synchronismes de la culture Hamangia. In Studia Praehistorica 11-12, 114-121.

41. Mateva, B. 2014. Flint tools processing and use in north-eastern Bulgaria at the end of Late Neolithic. Abstracts of XVIIworld UISPP Congress. Burgos, 426-427.

42. Paunescu Al. 1970. Evolufia uneltelor armelor de piaträ cioplitä descoperite pe teritoriul României. Biblioteca de arheologie XV. Bucure^ti: Editura Academiei Republicii Socialiste Romania.

43. Paunescu, A. 1988. Les industries lithiques du Néolithique ancien de la Roumanie et quelques considérations sur l'invenaire lithique des cultures du Néolithique moyen de cette coutrée. In Szelqg T. (ed.). Chipped stone industries of the Early Farming Cultures in Europe. Papers of the International Symposium held at Krakow-Mogilany in October 1985. Archeologia interregionalis. Warsza-wa: Wydawnictwo Uniwersytetu Warszawskiego, 75-94.

44. Sirakov, N. 2002. Flint artifacts in praehistoric grave-good assemblages from the Durankolak necropolis. In Todorova H. (Hrsg.). Durankulak II. Die prähistorischen Gräberfelder von Duranlkulak 1. Sofia: Anubis Publishing Haus, 213-246.

45. Skakun, N. N. 1993. Results of traseological examination of flint implements from Neolithic settlements in Western Bulgaria. In Gatsov, I. Neolithic Chipped Stone Industries in Western Bulgaria. Krakow: Jagellonian University, Institute of Archaeology, 52-54. Appendix (in Russian).

About the Authors:

Skakun Natalia N. Candidate of Historical Sciences. Institute for the History of Material Culture of the Russian Academy of Sciences. Dvortsovaya Emb., 18, Saint Petersburg, 191186, Russian Federation; skakunnatalia@yandex.ru

Mateva Boryana, Historical Museum, Isperikh. Tsar Osvoboditel St., 6, Isperikh, 7400, Bulgaria; boryamateva@yahoo.com

Dimov Todor, Regional History Museum, Dobrich. Dr. Konstantin Stoilov St., 18, Dobrich, 9300, Bulgaria; tkonstantin@mail.bg

Статья поступила в номер 22.03.2016 г.