Понятие национальной безопасности: ретроспективный анализ

УДК 34.01

В.А. Колосова

канд. пед. наук, доцент, кафедра права, философии и социальных дисциплин, ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского», Арзамасский филиал

ПОНЯТИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ: РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ

Аннотация. В статье рассмотрена сфера понятия национальная безопасность с историко-правой точки зрения. Приведены различные подходы к рассмотрению понятия национальная безопасность, приоритеты национальной безопасности.

Ключевые слова: национальная безопасность, жизненно важные интересы личности.

V.A. Kolosova, Lobachevsky State University of Nizhny Novgorod, Arzamas branch

CONCEPT OF NATIONAL SECURITY: RETROSPECTIVE ANALYSIS

Abstract. The article deals with the scope of the concept of national security, with a historical-right point of view. The different approaches to the concept of national security, national security priorities.

Keywords: national security, the vital interests of the individual.

Впервые в дошедших до нашего времени источниках о системе безопасности применительно к государству писал древнегреческий ученый Платон в диалоге «Государство». Он полагал, что «безопасность» не что иное как особое направление деятельности по обеспечению социальной устойчивости. Данную идею развивал Аристотель, видя основную угрозу безопасности в неправильном государственном устройстве. Иной подход к трактовке безопасности предложил Демокрит, понимая ее как возможность приспособления человека к определенным условиям жизни. Исходя из этого он в качестве основы объединения людей в общество указывал необходимость повышения степени защиты [3].

По мере развития человечества потребность в безопасности постепенно становились более масштабной, охватывая не только жизнь человека, но все общество и государство. В эпоху Средневековья категория безопасности сместилась в плоскость теологической трактовки этого понятия и понималась исключительно с позиции догмы Священного писания. В XVI в. основные воззрения на вопросы безопасности были изложены писателями-утопистами Т. Мором, Т. Кампанеллой, С. де Бержераком. Они принципиально отличались от учений отцов церкви, при этом приоритет в решении вопросов безопасности имели индивидуальные заслуги человека и его деятельность в конкретном коллективе.

К XVII в. утвердилась иная точка зрения: на первый план вышло государство, имеющее главной целью обеспечение всеобщего благосостояния, в том числе и безопасности. Так, английские мыслители Т. Гоббс и Дж. Локк высказали идею о взаимосвязи безопасности общества, личности и роли государства в этой сфере. Подобные мысли содержатся в трактатах французских ученых эпохи Просвещения: Д. Дидро, К. Гельвеций и П. Гольбах указывали, что объединение людей в общество необходимо для обеспечения безопасности. Важно подчеркнуть, что акцент был сделан на экономическом обосновании естественного права, которое нашло свое непосредственное выражение в трудах представителей английской политической экономии А. Смита и Д. Риккардо [9]. В XIX в. эту теорию развивал итальянский экономист и социолог В. Парето. В рамках разработанной им пирамидальной структуры общества, вершину которой занимает элита и концепции «циркуляции элит» автор указал на многофакторность процесса обеспечения безопасности [6].

Представитель немецкой классической философии И. Кант выделял внутреннюю и внешнюю безопасность государства. Особое внимание философ в рассмотрении этих вопросов уделял праву, как предпосылке решения государством своих функций [4]. В философской

системе Г.В.Ф. Гегеля государство представляет собой субстанцию, обладающую самосознанием [1]. Следовательно, параллельно с ним необходимо рассматривать внешние угрозы и внутренние противоречия, полагал мыслитель.

Идеи национальной безопасности развивали и представители российской философской и правовой мысли. В частности, А.П. Куницын трактовал безопасность как необходимость защиты собственности, Б.Н. Чичерин говорил о роли государства как сдерживающего фактора для противоборствующих сторон и частных сил, П.И. Новгородцев подчеркивал, что государство, «сочетая частные интересы единством общего блага... обеспечивает безопасность нации» [7]. В Положении о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия от 14 августа 1881 г. употреблен термин «государственная безопасность», который по своей сути и значению определял общественную безопасностью. Спустя несколько лет в законодательстве прочно укрепилось понятие «охранение общественной безопасности», понимаемое как деятельность, направленная на борьбу с государственными преступлениями.

С середины XIX в. в европейской методологии в целом преобладает концепция многофакторного подхода к самому понятию «безопасность» и решению связанных с ней проблем. Ученые, как правило, акцентируют внимание на разнородных факторах (экономические, политические, социальные, культурные и т.п.), учитывая влияние каждого из них в общей цепи обеспечения стабильности и благополучия государства, что и трактуется как достижение необходимого уровня национальной безопасности.

Приоритет в рассмотрении теоретических вопросов построения системы государственной безопасности в то время принадлежал национальным школам геополитики. В частности, развернутую теорию поддержания безопасности Германии представляла немецкая школа геополитики. Так, Ф. Ратцель говорил о необходимости территориального расширения государства в целях поддержания его существования как государства-организма; Р. Челлен в рамках идеи государственной самодостаточности сформулировал основные законы эффективного функционирования государственных систем; К. Хаусхофер представил идею сверхрегионов, ориентируясь на внешнюю политику Германии. Представитель английской школы геополитики Х. Маккиндер является основоположником теории «Хартленда», представленной в 1904 г. в докладе Королевскому географическому обществу и опубликованной в статье «Географическая ось истории» [5]. Именно северо-восточная часть Евразии, по мнению Маккиндера, имеющая огромные запасы полезных ископаемых и человеческие ресурсы, является источником «континентальной силы».

С начала ХХ в. приоритет в изучении этих вопросов сместился в плоскость международных отношений. Исследователи выделяют школу политического реализма, представители которой, начиная с Г. Моргентау и К. Уотца связывали само представление о национальной безопасности с идеей сильной власти: государством движет стремление к большей безопасности, а международные отношения регулируются балансом сил. В противоположность ей «транснациональная» («идеалистическая») школа международных отношений во главе с Д. Митрани, Дж. Найя, Р. Бертоном говорила о возможности реализации национальной безопасности посредством демократизации системы международных отношений [4].

В советский период доминировала точка зрения о подчинении интересов личности интересам общества и государства. Доказательство сводилось к следующей аксиоме: охраняя и защищая интересы государства, - охраняем и защищаем интересы трудящихся. Любое покушение на государственные интересы преследовалось более сурово, нежели аналогичные действия против личности. Обеспечению государственной безопасности стало придаваться особое значение. В июле 1934 г. было законодательно закреплено понятие «государственная безопасность». В ее сферу были включены ситуации, возникающие в духовной жизни общества, связанные с реализацией

права граждан на создание объединений, организаций, союзов, с проведением в жизнь конституционного принципа свободы совести и др.

К середине XX в. выделяются отдельные направления безопасности. В науке и практике к тому времени уже был преодолен упрощенный взгляд на государственную безопасность. Особое внимание стало уделяться невоенным аспектам безопасности и стремлению к коллективной безопасности, что привело к созданию специальных институтов государства (армии, полиции, отрядов по устранению последствий стихийных бедствий и др.).

Первая и Вторая мировые войны актуализировали вопросы обеспечения системы коллективной безопасности. Так, Лига наций, созданная после Первой мировой войны и пришедшая ей на смену после Второй мировой войны Организация Объединенных Наций призваны были решать вопросы обеспечения коллективной безопасности на уровне мирового сообщества. Положение усугубила начавшаяся «холодная война» между СССР и США, поделившая весь мир на две сферы влияния. Однако, уже в начале 1950 гг. проблемы гонки вооружений и, в частности, появление атомного оружия послужили основанием принятия на сессии Постоянного комитета Всемирного конгресса сторонников мира по инициативе Ф. Жолио-Кюри «Стокгольмского воззвания», включавшего требования запрещения атомного оружия и международного контроля за исполнением этого решения [8]. В период 1960-1970 гг. СССР и США неоднократно подписывали двухсторонние соглашения о сокращении численности вооружений. Но перелом в международных отношениях произошел только в 19801990 гг.: участники «Стокгольмской инициативы» призвали переосмыслить пути обеспечения национальной безопасности и перенести акцент с разоружения на устранение иных источников нестабильности. В 1987 г. была проведена Международная конференция по связям между разоружением и развитием под эгидой ООН, а в 1990 г. в Ташкенте - встреча экспертов по невоенным аспектам безопасности. По итогам проведения этих двух международных переговоров было решено определить безопасность как «отсутствие внешнего давления и реализацию возможности свободно добиваться национального развития и прогресса» [4].

В то же время особое значение приобрела теория национальной безопасности. В 1980 гг. ученые Российской академии наук предложили новый подход к выработке современной научной методологии и идеологии безопасности. В 1987 г. академик В.А. Легасов предложил создать единую систему обеспечения системы безопасности государства, а в 1994 г. группа специалистов во главе с академиком РАЕН В.К. Сенчаговым разработала Концепцию экономической безопасности РФ, Основные положения и развернутый доклад в ее обоснование [9]. Однако основным достижением этого периода можно назвать принятие Закона Российской Федерации «О безопасности» 15 марта 1992 г. Несмотря на это, как абсолютно верно подчеркивает В.И. Илюхин, Российское государство представляет собой надэтническое, наднациональное образование, что дает основание говорить об ограниченности концепции национальной безопасности России, основанной на триаде «личность - общество - государство» [9]. Этот фактор затрудняет формирование общенациональных интересов, выдвигая на первый план экономику.

Иным примером являются США. Так, любой имеющий американское гражданство является гражданином США, вне зависимости от происхождения, языка, этнокультурной принадлежности. В 1994 г. президент США Б. Клинтон в Послании о стратегии национальной безопасности, указал: «Стратегия безопасности США сводится к обеспечению гегемонии их национально-государственных интересов во всем мире. холодная война закончилась, но потребность в американском лидерстве за рубежом остается большой» [9].

В начале ХХ1 в. идея обеспечения коллективной безопасности стала развиваться в двух основных направлениях: борьбе с международной террористической угрозой и противодействием коррупции. В связи с этим основными объектами национальной

безопасности были названы жизненно важные интересы личности, общества и государства, а безопасность определена как состояние их защищенности от внешних и внутренних угроз.

Список литературы:

1. Гегель Г.В.Ф. Философия права // Энциклопедия философских наук. Т. 3. М., 1977. С.

350.

2. Илюхин В.И. Нация - государство - безопасность. Вопросы теории и практики. М.,

1999.

3. История древнего мира /Под ред. И.М. Дьяконова, В.Д. Нероновой, И.С. Свенцицкой. В 2 кн. Кн. 2. М., 1982.

4. Калайджян А.А. Национальная безопасность России: историко-правовые и теоретические аспекты // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. 2009. № 108. С. 150-152.

5. Mackinder H.J. The geographical pivot of history // The Geographical Journal. 1904, 23. Р. 421-437.

6. Осипова Е.В. Социологическая система Вильфредо Парето // История буржуазной социологии XIX начала ХХ века / Под ред. И.С. Кона. М., 1979. С. 309-331.

7. Русская философия права: философия веры и нравственности. СПб.,1997. С. 4-15

8. Шаскольская М.П. Фредерик Жолио-Кюри // Успехи физических наук. 1959, январь. Т. LXVII. Вып. 1. С. 14.

9. Экономическая безопасность России. Общий курс [электронный ресурс]: учебник / Под ред. В.К. Сенчагова. Изд. 4-е. М., 2012. С. 9-11.