ВИЧ/СПИД, в преддверии Всемирного дня памяти умерших от СПИДа

ВИЧ/СПИД, в преддверии Всемирного дня памяти умерших от СПИДа

Профилактика заболеваний

Егор Серебряков

Заведующий организационно-методическим отделом по ВИЧ-инфекции Департамента здравоохранения города Москвы

Денис Остроушко:

Здравствуйте, уважаемые слушатели, зрители, в эфире радио Mediametrics, «ЗОЖ через молодежь». Это передача об общественном здоровье, о профилактике различных заболеваний и о здоровом образе жизни в целом. Меня зовут Денис Остроушко, рядом со мной как всегда мой соведущий — специалист управления по связям с общественностью Департамента здравоохранения города Москвы И Сун Чер.

И Сун Чер:

Приветствую.

Денис Остроушко:

И сегодня мы хотим поговорить о довольно масштабной и глобальной теме — о проблеме ВИЧ/СПИД. Вообще, наши передачи посвящены одному из дней борьбы согласно календарю Всемирной организации здравоохранения. Однако день борьбы со СПИД — в декабре. Почему же сегодня мы решили поговорить об этой проблеме? Ответ на этот и другие вопросы нам даст наш гость — заведующий организационно-методическим отделом по ВИЧ-инфекции Департамента здравоохранения города Москвы Егор Серебряков. Здравствуйте, Егор.

Егор Серебряков:

Добрый день.

Денис Остроушко:

И все-таки, почему мы именно сегодня решили провести передачу, посвященную СПИД, и тот самый день, по сути, ради которого мы сегодня собрались, расскажите.

Егор Серебряков:

В мире отмечается две крупных памятных даты, посвященных ВИЧ-инфекции. Одну из них Вы упомянули — это Всемирный день борьбы со СПИДом, который проходит ежегодно 1 декабря. И вторая дата — это Всемирный день памяти умерших от СПИДа, который проходит каждое третье воскресенье мая.

Денис Остроушко:

Вот! Эта дата.

Егор Серебряков:

И, соответственно, сейчас у нас май, и 20 мая будет Всемирный день памяти умерших от СПИДа в этом году.

Денис Остроушко:

А почему решили разнести в разные календарные зоны эти два дня?

Егор Серебряков:

Я не могу сейчас Вам дать исчерпывающий ответ на этот вопрос, но истоки этих дат лежат в 80-х годах, когда проблема ВИЧ-инфекции только появилась, была в обществе принята. И это очень насыщенное событиями время для медицины, для ВИЧ-медицины, потому что она только-только начала развиваться. Если вспомнить исторически 1983 год, когда выявили ВИЧ-инфекцию, в пределах 1980-1990 гг., появились и первые лекарства от ВИЧ. И в эти годы очень много людей умирало, есть много по этому поводу различных художественных произведений, воспоминаний людей об этом периоде. И тогда средняя продолжительность жизни пациента составляла приблизительно 2 года с момента выявления заболевания. Это, конечно, происходило потому, что выявляли уже людей на поздних стадиях. Но, если я не ошибаюсь, в середине 80-х годов (это было в Соединенных Штатах Америки) пациентским сообществом было предложено проводить такое мероприятие, такую памятную дату — именно День памяти умерших от СПИДа.

Денис Остроушко:

То есть уже тогда масштабы проблемы были настолько глобальны, так много людей погибало от ВИЧ/СПИД, что решили ввести эту дату.

Егор Серебряков:

Если Вы обратитесь к истории, то вообще история открытия ВИЧ-инфекции как заболевания достаточно драматична по своей сути. Все началось с того, что в американском бюллетене о смертности была опубликована информация о 5 пациентах, которые умерли с непонятным заболеванием, вероятнее всего связанным с иммунодефицитом. Через неделю их было уже больше, через месяц было еще больше, а потом в геометрической прогрессии число людей, у которых были выявлены признаки этого заболевание, стало расти. И первые новости, которые были связаны с ВИЧ-инфекцией, те изменения в обществе, которые были связаны с ВИЧ-инфекцией, были тоже достаточно драматичны. Можно привести такой пример: после того, как был изобретен тест на ВИЧ, широкая общественная дискуссия была по поводу того, необходимо ли тестировать банки крови и донорскую кровь на ВИЧ-инфекцию. И, в частности, именно пациентское движение оказало помощь, и, естественно, профессиональное сообщество, в том, чтобы апеллировать к тому, что это необходимо и это нужно ввести в рутинную практику. Просто очень много интересных событий, драматичных событий, связанных с открытием этого заболевания.

И Сун Чер:

Для наших слушателей, доступным языком — что такое ВИЧ, ВИЧ-инфекция? Какие проявления, какая диагностика, какая клиническая картина?

Егор Серебряков:

Если говорить медицинскими терминами, то ВИЧ-инфекция — это заболевание, которое передается от человека к человеку. Вирусное заболевание, вызываемое ретровирусом.

Денис Остроушко:

А если человеческим языком?

Егор Серебряков:

Если говорить проще, то ВИЧ-инфекция — это инфекционное заболевание с контактным механизмом передачи. Передается оно при контакте с такими биологическими жидкостями, как кровь, сперма, вагинальный секрет, грудное молоко. И, соответственно, в практическом приложении это половые контакты и какие-то манипуляции нестерильными инструментами — немедицинскими или медицинскими.

Денис Остроушко:

Мне кажется, что сейчас настолько глобальная информационная кампания, посвященная ВИЧ/СПИД, что чуть ли не каждая собака уже знает, как передается это заболевание. Или все-таки я неправ? Просто из-за того, что я погружен в среду хоть немного, и поэтому мне кажется, что и так много.

Егор Серебряков:

Вы знаете, это очень правильный вопрос, и в этой связи будет весьма уместно рассказать подробнее о том, какие изменения произошли вообще в структуре заболеваемости, и кто сейчас заболевает больше ВИЧ-инфекцией. Это очень ярко проиллюстрирует нам как раз то, кто лучше ориентирован сейчас в вопросах профилактики и вопросах безопасного поведения, какие группы населения. В России (в Советском Союзе) в конце 80-х годов были первые случаи ВИЧ-инфекции, то же самое касается и Москвы. Пик заболеваемости в нашей стране пришелся на конец 90-х годов, начало 2000-х годов (в Москве чуть раньше). Но если мы посмотрим 1999-2000 гг., что было на тот момент, и как выглядела структура заболеваемости, мы увидим, что 90% всех новых случаев ВИЧ-инфекции, даже практически 95-99% в некоторых регионах, было связано с внутривенным употреблением наркотических средств. А средний возраст новых заболевших составлял от 15 до 25 лет — это было порядка 70-80%, даже больше, 90%. То есть фактически это были молодые люди, преимущественно были мужчины (мужчины и сейчас больше заболевают, чем женщины), но тогда преимущественно мужчины и употребляющие инъекционные наркотики.

Денис Остроушко:

А сейчас?

Егор Серебряков:

Прошло практически 20 лет с того периода, и ситуация изменилась. В чем она изменилась: во-первых, новые случаи стареют, и вообще эпидемия начинает стареть, среди новых случаев заболевания средний возраст у нас сейчас старше 30 (это 70%).

Денис Остроушко:

То есть подросли те, по сути, кого Вы...

Егор Серебряков:

Нет, я говорю про новые случаи. То есть если раньше заболевший, те, у кого выявлены заболевания, это были молодые люди, сейчас это люди старше 30 лет, абсолютное большинство – больше 70%.

И Сун Чер:

А путь передачи?

Егор Серебряков:

И путь передачи, связанный с употреблением наркотиков, составляет сейчас около 25%, соответственно, 75% — это половой путь передачи, 50% — гетеросексуальный, примерно 20-25% — это гомосексуальный путь передачи. То есть вообще 75% — это половой путь передачи.

Есть очень интересные результаты социологических исследований. Московский городской центр СПИД, где я работаю, проводит большую информационную кампанию под руководством главного внештатного специалиста Департамента здравоохранения города Москвы Мазуса Алексея Израилевича. Ежегодно проводятся крупные социологические исследования, в них участвуют порядка 5 тысяч человек. По результатам последнего опроса, который в прошлом году был проведен, достаточно интересные данные. Они нам говорят о том, что люди старшего возраста оценивают свою информированность о ВИЧ-инфекции, как более высокую, чем люди менее старшего возраста. То есть люди старше 30 считают, что они лучше знают о ВИЧ-инфекции, но при этом они заболевают чаще.

Люди старшего возраста оценивают свою информированность о ВИЧ-инфекции, как более высокую, чем люди менее старшего возраста. То есть люди старше 30 считают, что они лучше знают о ВИЧ-инфекции, но при этом они заболевают чаще.

Денис Остроушко:

Интересно. Это они считают, что они знают больше.

Егор Серебряков:

Да, это самооценка, и это действительно ставит перед службой профилактики, перед всем медицинским сообществом задачи по тому, что нужно информировать людей более старшего возраста о ВИЧ-инфекции. В частности, такой вид профилактической работы, как профилактика на рабочих местах, чем мы и занимаемся.

Денис Остроушко:

Возвращаясь к тому моменту, о котором Вы изначально говорили, — конец 90-х годов. Почему было такое большое выявление? И Вы говорите, был всплеск заболеваемости, потому что начали наконец-то проверять и выявлять, или какая-то другая была причина — кризис или еще что-то?

Егор Серебряков:

Как я сказал, большинство случаев ВИЧ-инфекции в тот период было связано с внутривенным употреблением наркотиков. И такое широкое распространение ВИЧ-инфекции было связано с тем, что вирус попал в среду наркопотребителей. До этого были единичные случаи, они были в основном связаны с гомосексуальным путем передачи, но широкое распространение вирус не получал, большое количество людей не заражалось. Но когда вирус попал именно в среду наркопотребителей, там он стал очень быстро распространяться через использование общих инструментов для инъекций и так далее.

Денис Остроушко:

Я просто пытаюсь понять, связана ли эта цифра с теми процессами, на которые Вы можете влиять, то есть на выявление. Если Вы начали обследовать больше людей, то, соответственно, эта конечная цифра, количество заболевших, понятное дело, вырастет. Чем больше мы проверим, тем больше мы найдем больных.

Егор Серебряков:

Совершенно справедливо, потому что уровень тестирования прямо связан с тем, что мы в итоге получим. Но не всегда. Естественно, если у нас уже есть достаточный уровень тестирования, мы можем повышать бесконечно, но при этом существенное изменение выявляемости мы не получим. Но смотря с чем сравнивать.

Если мы посмотрим, например, на охват населения, тестируемого на ВИЧ в Российской Федерации, в Москве сейчас количество тестов, которое делается ежегодно, приблизительно соответствует 35% населения. То есть мы можем говорить, что раз в 3 года среднестатистический москвич проверяется — может кто-то чаще проверяется, кто-то режет, но это среднестатистические показатели. По Российской Федерации немного ниже получается — чуть более 20%, если мне не изменяет память. Если мы посмотрим на то, как с этими показателями обстоит дело, например, у наших коллег за рубежом, там мы увидим более низкий показатель. В США около 11%, во Франции, если я не ошибаюсь, около 8% — пару лет назад такие данные приводились. И по другим странам, условно говоря, 0-0,3% где-то. Это, конечно, может быть связано и с нюансами сбора информации о проведенных исследованиях, потому что в нашей стране есть централизованный сбор этих данных, и эта система эпизодического мониторинга построена еще со времен Советского Союза, с той школы. И у нас любая медицинская организация сообщает о проведенном исследовании, о его результатах. Соответственно, эти данные агрегируются в каждом субъекте Российской Федерации, а потом на федеральном уровне уже обобщают.

Денис Остроушко:

Есть страны, где эти показатели выше?

Егор Серебряков:

Достаточно высокий охват тестирования в Китае, но это в абсолютных цифрах, потому что там около 100 миллионов тестов ежегодно делают. Не знаю, стоит ли нам к этому стремиться.

Денис Остроушко:

В проценте это ниже.

Егор Серебряков:

Безусловно, в настоящее время мы видим, что у нас выявляемость составляет около 0,3% в Москве от числа проведенных исследований, что, в принципе, соответствует той пораженности населения, которая есть. Это говорит о том, что мы все делаем правильно.

Денис Остроушко:

Несомненно.

И Сун Чер:

С учетом того, что все делается правильно, какая главная задача в борьбе с ВИЧ-инфекцией?

Егор Серебряков:

Наша сегодняшняя передача, как я понимаю, в первую очередь адресована нашей аудитории, а не узкомедицинскому разговору. Поэтому я, если Вы позволите, немножко отдалюсь от медицинских вопросов...

Денис Остроушко:

С удовольствием, чтобы было более понятно, о чем мы говорим.

Егор Серебряков:

...и отвечая на Ваш вопрос, скажу следующее, что на сегодняшний день итоговая цель, к которой, я думаю, все сообщество стремится, — это победа над ВИЧ-инфекцией. Но насколько эта победа возможна. Для того чтобы к ней прийти, нужно сначала планомерно снижать новые случаи ВИЧ-инфекции, их количество. Мы этого в Москве достигаем, последние несколько лет мы имеем уверенный тренд на снижение. В прошлом году на 3-8% снизилось число новых случаев среди жителей города, до этого тоже было небольшое снижение, то есть сейчас мы идем в позитивном направлении в снижении числа новых случаев. За счет чего это может быть достигнуто помимо той работы, которая делается в стационарах, которая делается по профилактике внутрибольничной передачи, по профилактике профессионального заражения, по соблюдению всех необходимых норм и правил в медицинских организациях, это, конечно, информирование населения. Потому что самое главное, что может защитить человека от заражения, — это безопасное поведение. И, соответственно, безопасное поведение возможно только в том случае, когда человек обладает достаточным набором знаний, позволяющих ему избегать или минимизировать риски заражения в различных ситуациях.

Безопасное поведение возможно только в том случае, когда человек обладает достаточным набором знаний, позволяющих ему избегать или минимизировать риски заражения в различных ситуациях.

Денис Остроушко:

А также воспитание.

Егор Серебряков:

Безусловно.

Денис Остроушко:

В том числе и внутреннее воспитание.

Егор Серебряков:

Безусловно, это тоже относится к информированию своего рода.

Денис Остроушко:

Да, но с другой стороны, даже если человек не обладает информацией, которую Вы ему несете, и при этом соблюдает все правила здорового образа жизни, и ведет правильную половую жизнь, то вероятность ему инфицироваться, мне кажется, совсем мала. Или даже, грубо говоря, один половой партнер, случайный, которого ты знаешь очень много лет, может оказаться ВИЧ-инфицированным, и все твои старания до этого в течение энного количества лет могут пойти прахом, да?

Егор Серебряков:

Если переходить к таким практическим советам, я так понимаю, что Вы в этом смысле...

Денис Остроушко:

Я говорю о том, что даже если человек не проинформирован, но ведет здоровый образ жизни, в принципе, он защищен. Но информированность важна в том плане, что даже такие люди, которые полностью ведут здоровый образ жизни и правильную половую жизнь, они все равно не защищены из-за того, что мы не можем доверять людям вокруг нас.

Егор Серебряков:

Смотрите, ВИЧ-инфекция существует, о ней известно с 1983 года, существует она чуть раньше, это уже по результатам анализов в тех же самых банках крови выявлено. Но за все это время не изменились никаким образом пути передач. Как они были 30 лет, так они и остались сейчас.

Как я уже сказал раньше, ВИЧ-инфекцией можно заразиться только при контакте с определенными биологическими жидкостями — это кровь, сперма, вагинальный секрет, грудное молоко. Таким образом ВИЧ-инфекцией заражаются при половых контактах, при употреблении наркотиков и вертикальным путем от матери ребенку, если у мамы есть ВИЧ-инфекция. Только в этих случаях можно заразиться, бытовым путем – при чихании, кашле, при рукопожатии ВИЧ-инфекцией заразиться невозможно. И когда мы до людей доносим эту простую информацию, то им намного проще ориентироваться в быту и знать, что они не заболеют. Это решает несколько вопросов: с одной стороны, это защищает людей, с другой стороны, это позволяет людям более адекватно и объективно относиться к людям, которые живут с ВИЧ-инфекцией.

Бытовым путем – при чихании, кашле, при рукопожатии ВИЧ-инфекцией заразиться невозможно. И когда мы до людей доносим эту простую информацию, то им намного проще ориентироваться в быту и знать, что они не заболеют.

И Сун Чер:

Каким категориям населения Москвы Вы доносите данную информацию в рамках информационных кампаний? Это школьники, это работоспособное население, на рабочих местах работа проводится, это какие-то крупные предприятия? Вы не могли бы более подробно рассказать об этом?

Егор Серебряков:

Можно выделить несколько сегментов в той информационно-просветительской работе, которая на регулярной основе проводится Московским городским центром профилактики и борьбы со СПИДом. Первое — это крупные информационные кампании, которые адресованы широкому кругу населения и нацелены на привлечение внимания к вопросу ВИЧ-инфекции и на то, чтобы человек был информирован хотя бы о том, что есть такая проблема, и может быть пошел бы и какую-то информацию для себя посмотрел более адресно, например, на нашем сайте.

Денис Остроушко:

И сразу прорекламируем сайт.

Егор Серебряков:

Наш сайт spid.ru, Вы можете зайти на него, и горячая линия 8(495)366-62-38. Это горячая линия МГЦ СПИД, работает 24 часа, 7 дней в неделю 8(495)366-62-38.

Денис Остроушко:

Замечательно, что Вы повторили, это важно.

Егор Серебряков:

Говоря об информационной кампании, первое — это крупная информационно-профилактическая работа. Я сказал, что ежегодно, на регулярной основе проводится, но если бы каждый день транслировались рекламные ролики, каждый день бы это было в новостном каком-то фоне, это не привлекало бы такого внимания, а просто бы становилось обыденностью. И есть эти две даты, о которых мы сегодня упоминали, — 20 мая в этом году будет Всемирный день памяти умерших от СПИДа и 1 декабря. И, как правило, именно к этим датам наибольшая активность информационной и просветительской работы и приурочена. Сюда относится размещение информации на экранах, на баннерах в Москве. Например, на Кутузовском проспекте, если мне не изменяет память, на Новом Арбате мы размещали на огромном медиафасаде наши ролики и телефон горячей линии. И это очень много человек увидело, потому что в течение целого вечера транслировалось.

Это реклама в метро, например, у нас был проект, когда при подключении к Wi-fi сети Московского метрополитена наш баннер выходил, и очень много переходов случилось, и хорошая реакция со стороны аудитории. И, соответственно, работа в социальных сетях, трансляции видеороликов в различных учреждениях, медицинских организациях, в учреждениях общественного питания. Эта работа производится ежегодно.

Есть работа более адресная, на отдельные группы населения. К ней можно отнести те акции, которые мы проводим в образовательных учреждениях — и высшего профессионального образования, и в школьных организациях, где-то это сочетается сразу с тестированием. Мы проводили ряд мероприятий на производствах, как, например, в «Газпроме» в Капотне проводили акцию.

Денис Остроушко:

Директор созывает своих сотрудников в актовом зале, и Вы им читаете лекцию?

Егор Серебряков:

Во-первых, мы информировали сотрудников, во-вторых, было доступно прохождение бесплатного анонимного тестирования на ВИЧ-инфекцию для сотрудников. В ближайшие недели, с 14 по 20…

Денис Остроушко:

Со следующего понедельника.

Егор Серебряков:

...19 и 20 мая на ВДНХ мы будем проводить, два дня будет возможность у жителей города пройти бесплатное обследование.

Денис Остроушко:

О предстоящих мы еще поговорим чуть позже. В связи с той информацией, которую Вы нам сейчас дали по Вашим походам в учебные организации и не только, есть ли какой-то всплеск? К примеру, Вы провели акцию в метро, и в течение месяца неожиданно на 50 или на 70% выросло количество людей, которое обратилось либо к Вам, либо просто сделать тестирование на ВИЧ.

И Сун Чер:

На горячую линию либо обратились в кабинеты.

Егор Серебряков:

Результат наглядный, как мне кажется, это все-таки то снижение числа новых случаев, которое мы имеем за последние несколько лет. Достаточно сложно оценивать информационно-просветительские мероприятия по их эффективности, потому что всегда хочется посчитать, сколько было роздано, например, буклетов. Для нас важно до людей донести информацию и пробудить в них интерес к этой проблеме, чтобы человек был, что называется, в теме. И если человек информирован, если у него есть актуальная информация, он понимает, что эта проблема существует, и что ему нужно свой жизненный стиль и свои поступки в жизни как-то соотносить с возможностью заражения, которая присутствует, и он меняет свой стиль поведения ближе к безопасному, тогда он заразится с меньшей вероятностью. Я бы это рассматривал как результат в первую очередь.

Если человек информирован, он понимает, что проблема существует, и что ему нужно свой жизненный стиль и свои поступки в жизни соотносить с возможностью заражения, которая присутствует, и он меняет свой стиль поведения ближе к безопасному, тогда он заразится с меньшей вероятностью.

Денис Остроушко:

Логично.

И Сун Чер:

Интересна еще была та закономерность, которую Вы определили касательно возрастной группы старше 30, которая считает, что она более информирована, но по факту, насколько я понял, знаний недостаточно. Это каким-то образом Вы измеряли, то есть была ли объективизация этой информации? Человек считает, что он информирован о ВИЧ-инфекции, а по факту оказалось, что это не так. Каким образом Вы это устанавливали?

Денис Остроушко:

На собрании где-нибудь, в Капотне, Вы опросили, половина сотрудников старше 35 не знают ответа на вопросы, которые Вы задали, но при этом в анкете указали, что они проинформированы.

Егор Серебряков:

Как я сказал, есть результаты, к сожалению, эпидемиологических исследований, и они как раз показывают, что люди старшего возраста в настоящее время составляют ту группу населения, которая заражается чаще, чем люди молодого возраста. Что касается опросов в различных возрастных группах, мы проводили опрос, например, в отношении безопасного поведения и в отношении количества половых партнеров и так далее. Какой-то зависимости от возраста мы здесь не выявили. Но, тем не менее, факт есть факт.

И Сун Чер:

То есть в рамках доказательной медицины имеются данные?

Егор Серебряков:

У меня сейчас нет на руках данных, которые свидетельствуют о недостаточной информированности, именно сравнение различных возрастных групп.

Денис Остроушко:

Я сейчас копаюсь в своих начальных знаниях об этой проблеме и информированности, о которой Вы говорите, и помнится, что если ты прошел тест, и он оказался отрицательным, то это еще ни о чем не говорит, это говорит о том, что полгода назад ты еще был здоров…

Егор Серебряков:

Хорошо, что Вы подняли эту тему, потому что последние год-полтора у нас произошли некоторые изменения в законодательстве. И, в частности, были изменены санитарные правила и нормы профилактики ВИЧ-инфекции. В настоящее время экспресс-тестирование на ВИЧ-инфекцию, то есть тот метод исследования, при котором мы получаем результат в течение, условно, 20 минут: это может быть тест по слюне или кровь из пальца, стал легализован для того, чтобы использовать в рамках массовых акций и профилактических мероприятий.

Денис Остроушко:

То есть они изначально подтверждены и закреплены...

Егор Серебряков:

Я бы хотел с этого начать, но осталось та норма законодательства, абсолютно справедливая, которая говорит о том, что результат экспресс-тестирования еще не является результатом обследования на ВИЧ-инфекцию. Есть сейчас, например, возможность у людей приобрести диагностический набор в аптечной сети и сделать дома самостоятельно тест на ВИЧ. Это не представляет никаких сложностей и доступно, но если человек это делает, он должен понимать, что результат, который он получает, нужно проверять рутинными методами. И это первый очень важный аспект, на который я хотел бы обратить внимание в контексте обследования на ВИЧ-инфекцию. Мы тоже предлагаем, естественно, экспресс-тестирование, но мы всегда осуществляем забор крови, чтобы эту кровь исследовать уже рутинными методами в лаборатории и подтвердить тот результат, который мы получили в экспресс-тестировании. Это очень важно.

Второе – анализ на ВИЧ-инфекцию состоит из нескольких этапов, и финальный ответ всегда дают в лаборатории Центра профилактики и борьбы со СПИДом региона, где человек проживает, в данном случае в Москве это Московский городской центр профилактики и борьбы со СПИДом. Что касается так называемого периода «серого негативного окна», о котором Вы говорите, то есть человек сдал анализ, человек заразился, сколько дней у него будет еще отрицательный результат до того, как появятся антитела.

Современные методы диагностики — это называется иммуноферментный анализ 4 поколения — позволяют выявлять антитела к ВИЧ, выявлять серологические признаки ВИЧ-инфекции уже через две-три недели. Существует вот этот анализ, и существуют регулярные биологические методы исследований или полимеразная цепная реакция (ПЦР) — это где-то через 10-14 дней, чуть раньше. Но сейчас эта грань между ними стерлась, раньше ИФА 3 поколения это было где-то через месяц. Сейчас уже можно начать проявлять через две недели. Но для того чтобы исключить ВИЧ-инфекцию, если у человека была какая-то рискованная ситуация, ему целесообразно этот анализ сделать через 1, 3 и 6 месяцев.

Современные методы диагностики позволяют выявлять антитела к ВИЧ, выявлять серологические признаки ВИЧ-инфекции уже через две-три недели.

Денис Остроушко:

То есть три раза надо пройти это тестирование.

Егор Серебряков:

Ну да. 1, 3 и 6 месяцев.

Денис Остроушко:

И все-таки те экспресс-тестирования, которые Вы проводите во время своих выездных акций, что могут дать обычному человеку? Вы приехали, например, на предприятие, человек прошел экспресс-тестирование, однако в конце Вы ему говорите: «Но это не точно». И возникает логичный вопрос: а зачем я тогда это делал? Или Вы даете все-таки достаточно высокий процент вероятности, что с ним все будет хорошо и это успокаивает?

Егор Серебряков:

Для чего вообще нужно экспресс-тестирование? Для того, чтобы человека смотивировать и человеку предоставить информацию. Человек пришел, сдал анализ, у него, например, он отрицательный. Мы говорим: «Очень хорошо, Вы получите подтверждение своего отрицательного результата». Он действительно отрицательный, и чувствительность, и специфичность у экспресс-метода вполне достаточная, но, тем не менее, не анализ, который производится в лабораторных условиях. И это в большей степени, наверное, анализ для врача, если мы будем говорить про медицинскую практику, чем для пациента. И есть ряд моментов, когда экспресс-тестирование категорически необходимо медработнику, как-то, например, обследование беременных при поступлении, которые не имеют этого анализа, чтобы произвести профилактические мероприятия. Но если человек сомневается, если человек боится по каким-то причинам обратиться и пройти это тестирование, боится обратиться в медицинскую организацию, он может дома сначала сдать анализ, увидит, что он отрицательный, и пройти это тестирование.

Если он боится обратиться в медицинскую организацию, но может дойти до какой-то акции, мероприятия — мимо проходил, увидел, ему захотелось, — он может сделать это и потом получить уже анализ, или не получить, это опять же его право. Но, во всяком случае, мы этим самым расширяем доступ конкретному человеку, который нуждается в обследовании на ВИЧ-инфекцию, мы облегчаем ему доступ к проведению этого обследования.

Вообще тестирование на ВИЧ-инфекцию в городе доступно, не могу сказать 24 часа, 7 дней в неделю, можно опять же на нашем сайте spid. ru зайти в раздел «Куда обратиться», и сейчас функционируют в городе 6 кабинетов профилактики ВИЧ-инфекции. Они работают постоянно, еженедельно, график у них разный, на нашем сайте есть часы работы. Можно посмотреть где удобнее, в различных округах, в том числе в Новой Москве есть такой кабинет. Наш кабинет на базе Московского центра СПИД функционирует с понедельника по пятницу с 9.00 до 19.30, по субботам с 9.00 до 14.30. То есть анонимно, бесплатно можно прийти, не нужно никаких документов, сдать анализ на ВИЧ.

И Сун Чер:

Замечательно. Анонимно, бесплатно, повторюсь, чтобы люди услышали. И также вопрос: мегаполис, времени очень мало, не хватает. К примеру, если обратиться в соответствующий кабинет либо посетить экспресс-диагностику на акции — человек зашел, присел, ему сделали манипуляцию, вышел, получил результат. По времени сколько это занимает?

Егор Серебряков:

15-20 минут. Но в экспресс-тесте проведение непосредственно самой реакции, чтобы получить результат.

Денис Остроушко:

Это, я считаю, очень быстро и должно быть довольно популярно. Однако то, о чем Вы упомянули, и то, о чем изначально перед сегодняшним эфиром я был в некоторых сомнениях, и до сих пор нахожусь в сомнениях. И мне приходится прямо сейчас включать свой мозг на 146%, чтобы подобрать правильные слова, потому что все равно где-то в глубине я понимаю, что эта тема настолько двоякая, настолько сложная, что в обществе к ней сложилось такое отношение, что «не сказать бы чего лишнего», или это, может быть, мое отношение. Но мне кажется, что общество сейчас относится очень двояко, во-первых, к проблеме ВИЧ/СПИД, а во-вторых, довольно тихо. Или это не так?

Егор Серебряков:

Вы знаете, проблема в определенном смысле существует, но если мы посмотрим на данные социологии за многолетнее наблюдение (а мы можем, как минимум, на последние 6-7 лет такие данные посмотреть по Москве среди крупных социологических опросов), то мы увидим изменения в лучшую сторону. И в частности то, что население Москвы относится к людям, которые живут с ВИЧ-инфекцией, лучше. Все меньше людей относится к ним негативно, все меньше людей считают необходимым изолировать как-то этих людей от общества. Тем не менее, в регионах есть ряд проблем. Например, СПИД-центр решили построить рядом со школой, и вот там митинг проходит, и приходится региональному министру решать эти вопросы. Я такие случаи знаю, это не в Москве, в другом регионе, но вот такие факты есть. Я думаю, что мы можем это утверждать определенно, что та работа, которая проводится Департаментом здравоохранения города Москвы, Правительством города Москвы в целом, потому что это не только вопрос здравоохранения, это вопрос и социальных служб, и вопрос обучения в школах детей, у которых есть такая проблема, что здесь этот комплекс проблем решается и решается успешно.

Население Москвы относится к людям, которые живут с ВИЧ-инфекцией, лучше. Все меньше людей относится к ним негативно, все меньше людей считают необходимым изолировать как-то этих людей от общества.

Денис Остроушко:

То есть сейчас все-таки проще говорить об этой проблеме.

Егор Серебряков:

Сейчас проще говорить об этой проблеме, и сейчас люди больше знают об этой проблеме, и лучше относятся к людям, которые живут с ВИЧ, и лучше информированы.

Денис Остроушко:

То есть негативное отношение остается, но оно минимизируется.

Егор Серебряков:

Понятно, что всегда в обществе есть определенная палитра мнений по вопросам, и кто-то считает, что все хорошо, а кто-то считает, что все плохо. Но медиана эта, конечно, сдвигается в сторону более адекватного, объективного взгляда на вещи.

Денис Остроушко:

А есть какие-то статистические показатели, опрос какой-нибудь?

Егор Серебряков:

Я как раз об этом и говорил, что наши данные социологических исследований об этом и говорят. Я, к сожалению, сейчас не могу точной цифры назвать, но приблизительно около 70-80% сейчас настроено позитивно, в то время как несколько лет назад этот процент был существенно меньше. Это мы видим последние годы.

Денис Остроушко:

Да, но эта тема, как мне кажется, достаточно политизирована, и такие акции, которые будут на следующей неделе, с понедельника по воскресенье, призваны понизить негативный градус отношения к проблеме у населения.

Егор Серебряков:

Они призваны информировать людей о вопросах ВИЧ-инфекции, они призваны привлечь тех, кто сомневается или считает, что им нужно узнать больше, дать им возможность эти знания получить, и они, конечно, призваны обследовать людей, тех, кто в этом нуждается, как можно больше облегчить им доступ к этому обследованию, привлечь их к этому обследованию.

И Сун Чер:

Правильно ли я понял: чем человек больше информирован, тем, соответственно, у него нет неправильного понимания ситуации. Вы сказали о том, что бытовым путем не передается — рукопожатие, объятия. Соответственно, чем больше человек будет знать об этом, тем он более спокойно к этому относится, он четко понимает, что угрожает, что не угрожает его здоровью, здоровью близких.

Егор Серебряков:

В этом смысле уместно будет вспомнить один из слоганов, который использовался в информационно-просветительской работе, в листовках и так далее Московским центром СПИД: не нужно бояться, нужно знать. Это, мне кажется, может хорошо проиллюстрировать то, что Вы сказали.

Денис Остроушко:

Итак, акции на следующей неделе. Где они могут проходить, и куда может обратиться простой слушатель, москвич, не москвич?

Егор Серебряков:

На нашем сайте можно посмотреть информацию о кабинетах профилактики ВИЧ-инфекции, на сайтах медицинских организаций также будет размещена подробная информация об этой акции.

Денис Остроушко:

Любой медицинской организации?

Егор Серебряков:

Да, распоряжения уже вышли от Департамента здравоохранения, должна быть размещена на сайтах медицинских организаций эта информация, но на нашем сайте железно. Смотрите, там вся информация будет — адреса кабинетов профилактики, где будут проходить обследования на ВИЧ. Кабинет на базе Московского городского центра СПИД будет работать с понедельника по пятницу с 9.00 до 19.30, по субботам с 9.00 до 14.30. Добраться очень удобно: станция метро МЦК «Соколиная гора», в пешей доступности от станции. Хотел бы еще раз озвучить телефон нашей горячей линии: 8(495) 366-62-38, пожалуйста, звоните 8(495) 366-62-38. Специалисты с высшим медицинским образованием, обладающие достаточным уровнем информированности по вопросам ВИЧ-инфекции, если у кого-то возникли в ходе нашей передачи вопросы, там подскажут и смогут адресовать в какие-то другие медицинские организации.

Денис Остроушко:

А те, кто заняты в течение недели, на выходные приезжают на ВДНХ.

Егор Серебряков:

На выходные можно приехать на ВДНХ, и на ВДНХ будет стоять мобильный комплекс, где можно будет сдать экспресс-тестирование, и забор крови будет осуществляться, для того чтобы уже получить результаты после исследования в лаборатории.

Денис Остроушко:

А для детей есть какие-то ограничения? Или всей семьей, с тремя детьми, папа-мама, все впятером зашли?

Егор Серебряков:

У нас существует определенное ограничение для детей, предусмотренное законодательством, вообще на медицинские манипуляции. То есть дети старше 15 лет могут самостоятельно соглашаться на проведение тех или иных манипуляций, а младше не могут. То есть там должно быть согласие опекуна или законного представителя.

И Сун Чер:

При себе необходим документ, удостоверяющий личность, полис ОМС...

Егор Серебряков:

Если человеку необходима справка, то ему нужно иметь при себе паспорт гражданина Российской Федерации. При обращении, например, в наш кабинет на Соколиной горе, если необходима справка, с собой берется паспорт — это документ, удостоверяющий личность, по нему мы сможем выписать справку. Если справка не нужна, то можно пройти это исследование анонимно.

Денис Остроушко:

А кроме этого будут еще акции в этом году? Я так понимаю, в декабре?

Егор Серебряков:

Да.

Денис Остроушко:

То есть до декабря, если сейчас кто-то не успел приехать на ВДНХ в выходные, 19 и 20, то ждать полгода?

Егор Серебряков:

Ждать полгода не нужно, все кабинеты профилактики работают в постоянном режиме, кабинет на Соколиной горе работает в постоянном режиме. Консультируют там и врачи-инфекционисты, и клинические психологи, поэтому график с 9.00 до 19.30 с понедельника по пятницу и по субботам до 14:30. В постоянном режиме этот кабинет работает, можно туда всегда приезжать. Просто именно в эти дни мы еще делаем некоторые активности и мероприятия в городе, а так кабинеты профилактики — это то, что работает постоянно, каждый день.

Денис Остроушко:

С другой стороны, чем больше акций, тем больше людей в них поучаствует, и в какой-то момент, наверное, должен начать этот процент участников снижаться. Просто потому, что все уже их прошли, если много акций.

Егор Серебряков:

Да, наверное...

Денис Остроушко:

Случится ли так когда-то?

Егор Серебряков:

...пойдет несколько раз в год обследоваться на ВИЧ, достаточно на то повода. Я уже говорил, что, на мой взгляд, тот график или режим, который на сегодняшний день есть, то есть два раза в год такая повышенная информационная активность, она достаточна для того, чтобы мобилизовывать внимание населения к этой проблеме, чтобы оно, с одной стороны, не ослабевало, с другой стороны, эта информация не превращалась в какую-то рутину, в то, что уже выпадает из зоны внимания, как какие-то обыденные вещи.

Денис Остроушко:

А есть ли какие-то показатели в цифрах, сколько Вы планируете за эту неделю, с 14 по 20, сделать экспресс-тестов?

Егор Серебряков:

Мы, естественно, планируем какое-то количество исследований, потому что мы готовимся и готовим, соответственно, экспресс-тест, но, как правило, больше готовим, чем делаем. Но прогнозировать достаточно сложно, потому что, например, в прошлом году на акции в РУДН совершенно неожиданно к нам пришло за один день 500-600 человек. И нам пришлось даже дополнительно прислать людей уже на это место, чтобы мы смогли всех обследовать, и расходные материалы.

Денис Остроушко:

Это только в РУДН 600 человек, а если посчитать все медицинские организации, которые будут в течение этой недели работать, плюс те, кто сможет прийти на ВДНХ?

Егор Серебряков:

Грубо мы можем сказать, что за эту неделю не меньше 5 тысяч человек, наверное, будет обследовано.

Денис Остроушко:

Замечательно.

Егор Серебряков:

Но опять же, здесь ведь гнаться за количественными показателями… Конечно, они иллюстрируют нашу работу, но они не являются квинтэссенцией работы.

Денис Остроушко:

Нет, я не с точки зрения статистики, а мне просто интересно, сколько реально людей проходит экспресс-тестирование.

Егор Серебряков:

Я могу сказать, за год, то, что я говорил, эти 35%, в прошлом году на территории Москвы было выполнено 5 миллионов исследований на ВИЧ-инфекцию.

Денис Остроушко:

Очень красивые цифры...

Егор Серебряков:

Чуть больше.

Денис Остроушко:

На них, я думаю, мы можем и закончить. Очень красивые цифры, больше 5 миллионов. Я надеюсь, что люди будут больше узнавать о ВИЧ/СПИД и не будут бояться этих словосочетаний, этих букв, хотя звучат они, конечно, довольно страшно. Спасибо Вам большое, Егор...

Егор Серебряков:

Пожалуйста.

Денис Остроушко:

...было интересно. Я думаю, что зрителям и слушателям стала немножечко понятнее эта проблема. Увидимся в следующих выпусках «ЗОЖ через молодежь», где мы поговорим о еще какой-нибудь проблеме. Пока.