ЛИНГВОСЕМИОТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ЦЕННОСТЕЙ С ПОМОЩЬЮ АНТРОПОНИМОВ В АНГЛОЯЗЫЧНОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ ДИСКУРСЕ

к.и. КРОПАЧЕВА

ЛИНГВОСЕМИОТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ценностей

с помощью антропонимов в англоязычном художественном дискурсе

Выявляются особенности функционирования антропонимов в англоязычном художественном дискурсе. Особое внимание уделяется комплексному описанию лингвосемиоти-ческого моделирования ценностей с помощью антропонимов, содержащих оценочный компонент.

Ключевые слова: ценности, лингвосемиотиче-ское моделирование ценностей, антропоним, художественная литература, художественный дискурс.

Цель исследования заключается в выявлении особенностей использования антропонимов для оценивания индивидов, предметов, событий и явлений в англоязычном художественном дискурсе. Материалом послужили прецедентные и/или говорящие антропонимы в художественной литературе, отобранные с помощью метода сплошной выборки. Исследование проводилось с позиций антропоцентрической парадигмы и с опорой на семиотический подход к анализу языка. Теоретической базой послужили труды исследователей, изучавших лингвистическую семиотику и лингвистическое моделирование, особенности текстов и дискурсов и функционирование в них антропонимов.

В рамках данного исследования особый интерес представляет ценностная картина мира как часть языковой картины мира. На ее формирование оказывают воздействие традиционная культура, национальные стереотипы, моральные ценности, передаваемые от поколения к поколению. Ценностную картину мира составляют ценности, которые существуют в культуре не изолированно, а взаимосвязанно. Ценности являются высшими ориентирами, определяющими поведение людей, и представляют собой наиболее важную часть языковой картины мира [3, с. 98]. Ценности проявляются и реализуются посредством оценки. Языковая оценка представляет собой особую разновидность познавательной актив-

О Кропачева К.И., 2020

ности, являющуюся результатом осмысления опыта [5, с. 9].

В.И. Карасик утверждает, что происходит лингвосемиотическое моделирование ценностей. Под лингвосемиотическим моделированием ценностей он понимает «объяснительные схемы соотношения языкового знака с внезнаковой реальностью и человеком как интерпретатором этой реальности» [2, с. 15]. В данном исследовании изучается лингвосемио-тическое моделирование ценностей с помощью антропонимов.

Антропонимы могут нести значительную смысловую нагрузку, а также иметь необычный звуковой облик и обладать скрытым ассоциативным фоном. Т.В. Волкодав указывает на то, что все антропонимы, встречающиеся в тексте художественного произведения, должны быть стилистически верными и точными, имена собственные должны соответствовать целям, идее, всему духу произведения, иметь характерный колорит, а иногда - специальный смысл, какое-то особое значение, в котором сконцентрированно выражена авторская идея [1]. Например, в романе В. Скотта Ivanhoe встречаются имена собственные не только на английском, но и на французском языке (Caur-de-Lion, Le Noir Faineant [15]), что помогает отразить в произведении дух времени, т. к. Англией в то время правили норманны.

В.А. Лукин отмечает, что «все имена собственные... являются ключевыми знаками текста, взаимодействующими между собой» [4, с. 182]. Имена главных героев художественного произведения взаимодействуют с функционирующими в тексте прилагательными, создавая при этом особую тональность произведения и отражая авторскую позицию. Хотелось бы отметить, что при наличии у одного персонажа нескольких имен собственных наблюдается их взаимодействие, что способствует созданию целостного образа. Наиболее показательной является последовательная смена прозвищ главного героя романа Дж.Ф. Купера The Deerslayer, or The First War-path Натаниэля (Натти) Бампо: Straight-tongue (".for the Delawares soon found out, or thought they found out, that I was not given to lying." [10, p. 6364]; ".lies being no favourites with me, as they are with some" [Ibid., p. 64]) - the Pigeon ("After a while they found out that I was quick on foot, and then they called me 'The Pigeon'; which, you know, has a swift wing, and flies in a direct line" [Ibid., p. 64]) - the Lap-ear (".when it was thought I was quicker and surer at finding

the game than most lads... they said, I partook of the sagacity of a hound" [10, p. 64]) - Deerslayer ("The Delawares have given me my name, not so much on account of a bold heart, as on account of a quick eye, and an actyve foot" [Ibid., p. 18]; "'T is true, the Delawares call me Deerslayer, but it's not so much because I'm pretty fatal with the venison, as because that while I kill so many bucks and does, I've never yet taken the life of a fellow-creatur'! They say their traditions do not tell of another who had shed so much blood of animals, that had not shed the blood of man" [Ibid., p. 40]; "...then it was seen I could keep a wigwam in ven'son" [Ibid., p. 64]) / Hawkeye (".No fear there" - the savage had strength sufficient. to raise a hand and tap the young man on his breast -"eye sartain - finger lightening - aim, death -great warrior, soon" [Ibid., p. 120]; "My sight is keen." [11, p. 34]).

Иногда антропонимы играют роль вспомогательного стилистического приема, применяющегося для усиления комизма ситуации, характера, интриги, коллизии, или связаны с личными качествами и/или социальным положением тех, кого они обозначают [1]. Такие имена собственные принято называть говорящими, потому что они являются оценочно-характеристическими. В качестве примера можно привести прозвище Moneybags, которое дал Роберт Беллами мужу своей бывшей жены (роман С. Шелдона The Doomsday Conspiracy [19]). Стоит отметить, что данное прозвище не только характеризует высокое социально-экономическое положение Монте Бэнкса, но и отражает негативное отношение к нему Роберта Беллами.

Прецедентными единицами принято называть «языковые единицы (имена, высказывания, тексты), хорошо известные представителям определенного национального сообщества и регулярно употребляющиеся в функции вторичной номинации с определенной эмоционально-экспрессивной окраской», причем «важной. является когнитивно-оценочная составляющая прецедентных единиц» [7, с. 152]. Стоит отметить, что в данном исследовании термины аллюзивные антропонимы и прецедентные антропонимы не рассматриваются в качестве синонимов: аллюзивными считаются прецедентные антропонимы, которые имеют устойчивое неденотативное значение и проявляют тенденцию к апеллятива-ции [6, с. 3].

Ассоциация аллюзивных антропонимов с первичной сферой употребления приводит к тому, что у данных антропонимов появляется определенное значение, т. е. использова-

ние аллюзивных антропонимов представляет собой еще один стилистический прием - антономазию. При проведении данного исследования встречались случаи неоднократного использования одного и того же аллюзив-ного антропонима на протяжении всего произведения с целью создания определенного образа. В качестве примера можно привести сравнение Эльзы Грир (в замужестве Дитти-шем) с Джульеттой в романе А. Кристи Five Little Pigs: "So to you Elsa Greer spoke in the words of Juliet?" [8, p. 48]; "A predatory Juliet. Young, ruthless, but horribly vulnerable. Staking everything on the one audacious throw" [Ibid., p. 49]; "To old Mr Jonathan she was the eternal Juliet" [Ibid., p. 50]; "She died young... That was his thought as he looked at Elsa Dittisham who had been Elsa Greer. He would never have recognized her from the picture Meredith Blake had shown him. That had been, above all, a picture of youth, a picture of vitality. Here there was no youth - there might never have been youth. <.> He felt a strange pang. It was, perhaps, the fault of old Mr Jonathan, speaking of Juliet. No Juliet here - unless perhaps one could imagine Juliet a survivor - living on, deprived of Romeo. Was it not an essential part of Juliet's make-up that she should die young? Elsa Greer had been left alive." [Ibid., p. 131-132].

Введение определенного онима в ономастическое пространство художественного произведения не является случайным. Например, в романе У.С. Моэма Theatre для демонстрации таланта главной героини Джулии Лэм-берт используются такие антропонимы, как Sarah Siddons ("His confusion was touching. That was how people had felt when they were presented to Sarah Siddons" [14, p. 6]) / Siddons ("Another Siddons perhaps" [Ibid., p. 103]; "It was wonderfully polite of him, all that, ah, those foreigners, they knew how to treat a great actress. Of course that was the sort of thing that happened to Bernhardt every day. And Siddons, when she went into a drawing-room everyone stood up as though she were royalty" [Ibid., p. 123-124]) / Mrs Siddons ("Mrs Siddons was a rare one for chops; I'm not a bit like her in that; I'm a rare one for steaks" [Ibid., p. 332]), Reichenberg, Mounet-Sully, Coquelin ("She taught her all the arts that she had herself learnt at the Conservatoire and she talked to her of Reichenberg who had played ingénues till she was seventy, of Sarah Bernhardt and her golden voice, of Mounet-Sully and his majesty, and of Coquelin the greatest actor of them all" [Ibid., p. 24]), Sarah Bernhardt ("She taught her all the arts that she had herself learnt at the Conservatoire and she talked to her of Reichenberg

who had played ingénues till she was seventy, of Sarah Bernhardt and her golden voice, of Mounet-Sully and his majesty, and of Coquelin the greatest actor of them all" [14, p. 24]) / Bernhardt ("...ah. those foreigners, they knew how to treat a great actress. Of course that was the sort of thing that happened to Bernhardt every day" [Ibid., p. 124]), Duse ("That's the face an actress wants. The face that can look anything, even beautiful, the face that can show every thought that passes through the mind. That's the face Duse's got" [Ibid., p. 26]; "But why hadn't she chosen to act in French rather than in English? She would have as great a reputation as Duse if she had. She reminded him of Duse, the same magnificent eyes and the pale skin, and in her acting the same emotion and the wonderful naturalness" [Ibid., p. 124]; "Darling, Duse couldn't hold a candle to you" [Ibid., p. 246]), Mrs Kendal ("I tell you, you're going to be the greatest actress since Mrs Kendal" [Ibid., p. 57]), Ellen Terry ("A greater Ellen Terry" [Ibid., p. 103]), Beethoven ("If it's a sham it's no more a sham than a sonata of Beethoven's, and I'm no more of a sham than the pianist who plays it" [Ibid., p. 300]), Sardou, D'Annunzio ("It's all very well, but where are the dramatists? Sarah had her Sardou, Duse her D'Annunzio. But who have I got?" [Ibid., p. 331]). С. Шелдон в романе If Tomorrow Comes использует прозвища Big Bertha, Old Iron Pants / Iron Pants, Mary Femme, the Arranger [18], чтобы как можно более достоверно воссоздать в своем произведении криминальный мир, с которым столкнулась главная героиня романа Трейси Уитни.

Для проведения исследования из текстов художественной литературы методом сплошной выборки были отобраны 420 антропонимов. Критериями отбора были написание с заглавной буквы и выполнение функции оценивания какого-либо персонажа, события или явления.

Анализ прецедентных и/или говорящих антропонимов по ономастическому разряду компонента*, с помощью которого производится оценивание, позволил выявить преобладание прозвищ - 50%**. На втором месте по частотности - имена (38%), на третьем - фамилии (30%)***. Последние представляют собой

* В задачи данного исследования не входит изучение особенностей функционирования псевдонимов, поэтому эти антропонимы рассматривались как имена и/или фамилии.

** Здесь и далее результаты округлялись до целых чисел.

*** Поскольку в некоторых случаях для выражения оценки используются несколько компонентов, относящихся к разным ономастическим разрядам, сумма процентных соотношений не равна 100%.

прецедентные антропонимы, т. к. в англоязычной художественной литературе говорящие фамилии встречаются очень редко.

Анализ прецедентных и/или говорящих антропонимов по степени зависимости от ситуации основывается на разделении их на ситуативные и внеситуативные. В случае употребления прецедентного антропонима речь обычно идет о его внеситуативном или ситуативном использовании, тогда как говорящие антропонимы сами являются ситуативными или внеситуативными, что зависит не только от частотности их употребления (обычно ситуативное смысловое имя собственное употребляется один-два раза в определенной ситуации), но и от значения их характеристики. Внеситуативные говорящие имена собственные характеризуют какую-то постоянную черту в характере, внешности, поведении и т. д. К ним относятся все говорящие имена и фамилии, тогда как прозвища могут быть как внеситуативными, так и ситуативными. Ситуативные прозвища обладают более яркой стилистической окраской, т. к. они отражают характеристику, присущую персонажу в определенной ситуации.

Из-за ярко выраженной оценочности ситуативные антропонимы достаточно редко употребляются в художественных произведениях. Всего 39 антропонимов из выборки можно отнести к ситуативным, что составляет 9% от общего числа проанализированных единиц. Например, главную героиню романа С. Шел-дона If Tomorrow Comes Трейси Уитни доктор Гласко называет Ms. Doctor во время осмотра, т. к. она указала на то, что он не стерилизует инструменты после каждого применения [18, p. 47]. Данное прозвище использовалось только в контексте описанной ситуации.

Из 381 внеситуативного антропонима (91%) 154 (40% от общего числа внеситуативных онимов) находятся в промежуточном положении между внеситуативными и ситуативными именами собственными, т. к. наблюдается ситуативная характеристика персонажа, события или явления. Например, в произведении А. Кристи Murder in Mesopotamia внеситуативный антропоним Sherlock Holmes используется для ситуативного сравнения, целью которого является оценивание внешнего вида и профессиональных качеств Эркю-ля Пуаро, причем профессионализм, в отличие от внешности, оценивается положительно: "I don't know what I'd imagined - something rather like Sherlock Holmes - long and lean with a keen, clever face. <. .> When you saw him you

just wanted to laugh! He was like something on the stage or at the pictures" [9, p. 105].

Прежде чем осуществить анализ антропонимов по семантическим признакам, которые они оценивают, следует упомянуть, что их разделение на группы согласно тем семантическим признакам, которые они характеризуют, достаточно условно, т. к. отнюдь не всегда в художественном произведении упоминается характерная черта, послужившая основанием для наделения литературного персонажа говорящим именем собственным. Кроме того, всегда есть вероятность неверного понимания замысла автора. Стоит также отметить, что именно семантические признаки, с помощью которых выражается оценка, связаны с ценностями, точнее с их кодированием автором текста и декодированием читателем, что является частью лингвосемиотического моделирования ценностей. Заметим, что подавляющее большинство проанализированных единиц использовалось для характеристики именно индивидов и лишь небольшое количество - для оценивания предметов, событий и явлений, что является предсказуемым для антропоцентрически ориентированного мира.

Наиболее многочисленна группа прецедентных и/или говорящих антропонимов, используемых для оценивания особенностей характера и поведения*. Они составляют 49% от общего числа отобранных единиц. Следующей по численности является группа антропонимов, содержащих оценочный компонент, характеризующий занятие, профессию, знания и/или способности в определенной сфере (24%). Менее многочисленны антропонимы, используемые для оценивания социально-экономического положения и внешнего вида (14 и 11% соответственно). Самыми малочисленными являются группы, имеющие дело с семантическими признаками «умственные способности» и «физические способности», составляющие всего лишь 6 и 5% от выборки.

Стоит обратить внимание и на особенности языковой оценки, для выражения которой используются данные антропонимы. В подавляющем большинстве случаев можно говорить о том, что «заряд» переносится с прецедентного и/или говорящего антропонима на персонажа (предмет, событие, явление), который оценивается, т. е. положительно «заряженные» антропонимы характеризуют оцениваемые объекты положительно, а несущие в

* Поскольку в некоторых случаях происходит оценивание с помощью нескольких семантических признаков, сумма процентных соотношений не равна 100%.

себе отрицательные «заряд» - отрицательно. Однако в выборку попали случаи, когда мелиоративная оценочная единица используется для характеристики кого-то или чего-то отрицательного, а пейоративная - для положительной оценки. так, в случае с говорящими антропонимами речь идет о насмешке, высмеивании, поскольку персонаж не обладает заявленными положительными характеристиками. В качестве примера можно привести антропонимы Beauty и Beauty Smith [13, p. 164] из White Fang Дж. Лондона (моделируемая ценность - красота).

Если речь идет о прецедентных антропонимах, то могут использоваться три схемы проекции оценочного «заряда» с вербальных знаков на персонажей:

• сравнение с персонажем: "She was no Kate Hepburn, but the role didn't call for one" [16, p. 208] (Кэтрин Хепберн - американская киноактриса, ведущая актриса в Голливуде на протяжении 60 лет, четырежды лауреат премии «Оскар»; подобное сравнение с ней отрицательно характеризует главную героиню романа С. Шелдона A Stranger in the Mirror с профессиональной точки зрения; моделируемая ценность - талант);

• упоминание о невозможности изменения ситуации: "Consider, unhappy woman, what could the sainted Edward himself do for thee, were he here in bodily presence?" [15, p. 278] (Эдуард Исповедник - английский король, который был канонизирован как святой; поступки Ульрики из романа В. Скотта Ivanhoe таким образом оцениваются негативно; моделируемая ценность - добродетельность);

• нежелание быть сопричастным чему-либо или отрицание положительного отношения к кому-либо или чему-либо: ".he didn't paint regular society portraits, "Mrs Blinkety Blank in satin and pearls", but he painted figures" [8, p. 21] (сам антропоним несет в себе отрицательную оценку, но используется для характеристики Эмиаса Крейла из романа А. Кристи Five Little Pigs как профессионала с положительной стороны; моделируемая ценность - принципиальность).

Не всегда можно достоверно определить, положительную или отрицательную оценку несет в себе говорящее имя собственное, если речь идет об обществе, отличном от современного европейского. Так, в романах Дж.Ф. Купера встречаются прозвища индейцев, система ценностей которых не совпадает с современными представлениями о добре и зле. Если автор не указывает обоснование именования и его оценку в индейском племени, то интер-

претация оценочного компонента данного антропонима может базироваться исключительно на догадках. Например, в романе Дж.Ф. Купера The Last of the Mohicans: A Narrative of 1757 майор Дункан Хейворд характеризуется с помощью прозвища the Open Hand / The open Hand в связи со своей щедростью (".a name his liberality had purchased of all the friendly tribes" [12, p. 223]), которая является положительным качеством как для индейцев, так и для англичан (моделируемая ценность -щедрость), в то время как хитрость и изворотливость, отраженные в прозвище индейца Le Renard Subtil / Le Renard subtil / Le Renard / Renard / Le Subtil, воспринимаются положительно им самим, но не носителями английского языка: ".partly in cunning." [Ibid., p. 10]; ".commenced the subtle Huron." [Ibid., p. 343] (моделируемая ценность - хитрость).

При проведении исследования встречались случаи использования одного антропонима для характеристики нескольких объектов. Так, в романе С. Шелдона Bloodline антропонимы Markova, Maximova и Fonteyn используются для характеристики способности к танцам Элизабет Рофф и других девочек: "Elizabeth watched the other girls as they danced, one by one, and they seemed to her like Markova, Maximova, Fonteyn" [17, p. 128], причем способности других девочек оцениваются положительно, а способности Элизабет - отрицательно (моделируемая ценность - талант). В романе В. Скотта Ivanhoe сравнение Ребекки с Далилой характеризует ее отрицательно, оправдывая поведение Бриана де Буагиль-бера, якобы попавшего под ее чары: ".with their aid will we counteract the spells and charms with which our brother is entwined as in a net. He shall burst the bands of this Dalilah as Sampson burst the two new cords with which the Philistines had bound him. But concerning this foul witch, who hath flung her enchantments over a brother of the Holy Temple, assuredly she shall die the death" [15, p. 403-404] (моделируемая ценность - честность).

Были выявлены следующие наиболее часто встречающиеся (более 10%) связи между оцениваемыми семантическими признаками и моделируемыми ценностями: особенности характера и поведения - доброта (11%); занятие, профессия, знания и/или способности в определенной сфере - талант (39%), профессионализм (34%); социально-экономическое положение - влиятельность (49%), богатство (29%), родовитость (17%); внешний вид -красота (78%), сила (11%); умственные способности - ум (52%), мудрость (44%); физи-

ческие способности - быстрота (60%), меткость (55%).

Таким образом, в художественном дискурсе происходит лингвосемиотическое моделирование ценностей посредством использования прецедентных и/или говорящих антропонимов. В большинстве случаев оцениваются индивиды, реже - предметы, события и явления. В художественном дискурсе наиболее многочисленной является группа антропонимов, используемых для оценивания особенностей характера и поведения, на втором месте -антропонимы, содержащие оценочный компонент, характеризующий занятие, профессию, знания и/или способности в определенной сфере. В подавляющем большинстве случаев при оценивании «заряд» переносится с прецедентного и/или говорящего антропонима на индивида (предмет, событие, явление), который оценивается. Однако встречаются случаи, когда мелиоративная оценочная единица используется для характеристики кого-то или чего-то отрицательного, а пейоративная - для положительной оценки. В случае с говорящими антропонимами можно говорить о насмешке, высмеивании, т. к. индивид не обладает заявленными положительными характеристиками. Если речь идет о прецедентных антропонимах, то могут использоваться различные схемы, которые отличаются большим разнообразием в художественном дискурсе. В художественном дискурсе не всегда можно достоверно определить, положительную или отрицательную оценку несет в себе прецедентное и/или говорящее имя собственное, поэтому при чтении художественной литературы необходимы фоновые знания для распознавания прецедентных антропонимов и понимания их аксиологического потенциала.

Список литературы

1. Волкодав Т.В. Вымышленные имена собственные в контексте фэнтезийного произведения [Электронный ресурс] // RELGA. 2006. № 6. URL: http://www.relga.ru/Environ/wa/Main?level1=main&le vel2=articles&textid=922 (дата обращения: 21.10.2015).

2. Карасик В.И. Языковая матрица культуры. М.: Гнозис, 2013.

3. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград: Перемена, 2002.

4. Лукин В.А. Художественный текст: основы лингвистической теории и элементы анализа. М.: Ось-89, 1999.

5. Макаренко Л.М. Ценностный смысл DREAM и его репрезентация в лексико-семантической системе английского языка и дискурсе: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Барнаул, 2014.

известия вгпу. филологические иауки

6. Наумова Т.М. Аллюзивные антропонимы в британской концептосфере: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Н. Новгород, 2011.

7. Рубцова С.Ю. Английские прецедентные имена с положительными оценочными значениями в аспекте перевода // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 9: Филология. Востоковедение. Журналистика. 2011. Вып. 1. С. 152-185.

8. Christie A. Five Little Pigs. М.: Айрис-пресс, 2006.

9. Christie A. Murder in Mesopotamia. М.: Айрис-пресс, 2007.

10. Cooper J.F. The Deerslayer, or The First Warpath. New York: Stringer & Townsend, 1854. Vol. 1.

11. Cooper J.F. The Deerslayer, or The First Warpath. New York: Stringer & Townsend, 1854. Vol. 2.

12. Cooper J.F. The Last of the Mohicans: A Narrative of 1757. London: Henry Colburn & Richard Bentley, 1831.

13. London J. White Fang. М.: Айрис-пресс, 2004.

14. Maugham W.S. Theatre. СПб.: КОРОНА принт; КАРО, 2005.

15. Scott W. Ivanhoe. London: Penguin Books, 1994.

16. Sheldon S. A Stranger in the Mirror. New York; Boston: Warner Books, 2005.

17. Sheldon S. Bloodline. New York; Boston: Grand Central Publishing, 2005.

18. Sheldon S. If Tomorrow Comes. New York; Boston: Grand Central Publishing, 2005.

19. Sheldon S. The Doomsday Conspiracy. New York; Boston: Grand Central Publishing, 2005.

Linguosemiotic modelling of values through anthroponyms in anglophone literary discourse

The article aims to reveal the features of the functioning of anthroponyms in anglophone literary discourse. It gives a comprehensive description of linguosemiotic modelling of values through anthroponyms containing an evaluative component.

Key words: values, linguosemiotic modelling of values, anthroponym, fiction, literary discourse.

в.а. Степанова

зооморфизмы как элемент лексико-семантической системы афроамериканского варианта английского языка

1. Volkodav T.V. Vymyshlennye imena sobstven-nye v kontekste fentezijnogo proizvedeniya [Elektron-nyj resurs] // RELGA. 2006. № 6. URL: http://www. relga.ru/Environ/wa/Main?level1=main&level2=articl es&textid=922 (data obrashcheniya: 21.10.2015).

2. Karasik V.I. Yazykovaya matrica kul'tury. M.: Gnozis, 2013.

3. Karasik V.I. Yazykovoj krug: lichnost', koncep-ty, diskurs. Volgograd: Peremena, 2002.

4. Lukin V.A. Hudozhestvennyj tekst: osnovy lin-gvisticheskoj teorii i elementy analiza. M.: Os'-89, 1999.

5. Makarenko L.M. Cennostnyj smysl DREAM i ego reprezentaciya v leksiko-semanticheskoj sisteme anglijskogo yazyka i diskurse: avtoref. dis. ... kand. filol. nauk. Barnaul, 2014.

6. Naumova T.M. Allyuzivnye antroponimy v bri-tanskoj konceptosfere: avtoref. dis. ... kand. filol. nauk. N. Novgorod, 2011.

7. Rubcova S.Yu. Anglijskie precedentnye ime-na s polozhitel'nymi ocenochnymi znacheniyami v aspekte perevoda // Vestn. S.-Peterb. un-ta. Ser. 9: Filo-logiya. Vostokovedenie. Zhurnalistika. 2011. Vyp. 1. S. 152-185.

Рассматриваются конструкции с наименованиями животных как один из элементов лексико-семантической системы афро-американского варианта английского языка. На материале произведения К. Уайтхеда «Интуиционист» описываются особенности использования зоонимосодержащей лексики для передачи тех или иных качеств персонажей романа. Делается вывод о преобладании зоонимов с негативной коннотацией, а также о том, какие ассоциативные признаки чаще всего описываются через конструкции с элементом-зоонимом.

Ключевые слова: афроамериканцы, афроамери-канский вариант английского языка, зооним, зооморфизм, зооглагол.

Возникновение афроамериканской этнической группы, несомненно, связано с развитием рабства в Новом Свете. Темнокожие невольники попадали на плантации из разных

* *

*

О Степанова В.А., 2020