«Montblanc — это просто люкс»

Француз Николя Барецки возглавляет Montblanc с 2017 года. Он пришел в группу Richemont в 1990-х, работал в Cartier, Jaeger-LeCoultre, а затем перешел в Montblanc — сначала он был вице-президентом марки, а потом стал ее генеральным директором. При нем бывший германский король «вечных ручек» развивает часовое производство и даже занимает позиции на рынке гаджетов и «умных» часов.

Генеральный директор Montblanc Николя Барецки

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— Вы приняли решение ограничиться пятью основными коллекциями, над которыми будет работать Montblanc. Достаточно ли их?

— Работая в рамках этих пяти коллекций, мы создаем очень разные часы. Возьмите наши Geosphere. На мой взгляд, они станут культовыми часами Montblanc. Мне было очень приятно, когда один журналист сказал о них: «Самое поразительное, что вы работаете который год с одним и тем же механизмом, но каждый раз он выглядит как нечто совершенно новое».

— Не было ли у вас желания сделать что-то безумное — за гранью очерченных рамок?

— Мы не отказываемся от усложнений. Взгляните хотя бы на Montblanc Star Legacy Suspended Exo Tourbillon или Star Legacy Metamorphosis, которые мы представили на Watches and Wonders. Та же линейка 1858 может обогатиться новыми образами, новыми функциями. Так что, на мой взгляд, стратегия, предусматривающая сосредоточенность на нескольких коллекциях и упрощение производства,— неплохой вариант для любой часовой марки. Меня бы, например, устроило, если бы мы временно сконцентрировались на выпуске Pythagore. Но, боюсь, мастера на наших мануфактурах с этим не согласятся. Им-то вечно хочется пробовать что-то новое, открывать новые горизонты!

Montblanc 1858 Monopusher Chronograph Origins Limited Edition 100

Фото: Montblanc

— Это настоящая «эврика», ваши новые часы Pythagore?

— Как и к Geosphere, я отношусь к ним с особой любовью. В Pythagore наша мануфактура Minerva смогла переосмыслить оригинальный механизм 1948 года. Его эстетика, пропорции, его сбалансированность — все это придает часам особую ценность. И вдобавок он позволит нам в будущем создать немало моделей по доступным ценам. Я считаю, что механизм Minerva станет базовым для нас на десятилетие вперед. Так что это одно из главных открытий этого года.

— Приятно, что Montblanc несет ответственность за наследие такого старинного часового дома, как Minerva.

— Спасибо, но тут важно пояснить, что Minerva и Montblanc уже давно единое целое. Мы счастливы, что у нас есть возможность пользоваться опытом и мастерством мануфактуры, но она делает лишь механизмы, не часы целиком. Интеграция предприятий завершена.

Да, мы ставим на некоторых наших часах надписи «Minerva», чтобы подчеркнуть их качество. Но это тоже часы Montblanc.

— В начале этого года вы сменили сразу двух своих помощников, свою правую и левую руку. Вместо часового командира Давиде Черрато пришел Лоран Лекам, а вместо креативного директора Заима Камаля появился Марко Томазетта. С чем связаны перестановки?

— На мой взгляд, Лоран Лекам — тот человек, который нам сейчас нужен. Я думаю, что за время работы в Carl F. Bucherer он стал специалистом как в технике часов, так и в дизайне, и в сторителлинге. Это человек, который знает часы от А до Я и к тому же всегда думает над тем, как выстраивать отношения с клиентами. Например, в России он будет говорить по-русски. Не просто потому, что ему интересна ваша культура, а потому, что он считает важным общаться с клиентами на одном языке.

У Марко Томазетты, ставшего нашим креативным директором, есть четкое видение того, каким должен быть дизайн люксовых часов и какими могут стать часы Montblanc. И что еще важнее — у него есть все необходимые навыки и опыт, чтобы воплотить это в реальность.

Слева направо: Montblanc 1858 Geosphere Limited Edition 200; Montblanc 1858 Geosphere Limited Edition 1858; Montblanc 1858 Geosphere

Фото: Montblanc

— Вы продолжаете настаивать на развитии «умных» часов Montblanc. Между тем мир уже купил больше Apple Watch, чем часов всех швейцарских производителей. Вы готовы сражаться против гиганта?

— «Умные» часы — отдельное направление нашего дома. И у этого подразделения есть собственная цель. Я не соревнуюсь с IT-гигантами, мы существуем на разных уровнях. У нас нет цели создать какую-то сверхпередовую технологию для «умных» часов, разработать какой-то чип, который будет производительнее, чем у конкурентов. Нет, Montblanc — это просто люкс. И куда важнее для нас пожелания клиентов. А я уверен, что со временем все больше людей будут хотеть «умные» часы. Например, я играю в гольф и хочу взглянуть на часы, а они мне помимо времени будут показывать, в скольких метрах от флажка я нахожусь. Очень удобно! На необъятном рынке «умных» будет свой микрорынок люксовых часов. И тут у Montblanc есть все возможности, которых нет у гигантов электроники.