Этическая концепция деятельности современного переводчика

ЭТИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОВРЕМЕННОГО ПЕРЕВОДЧИКА

В.И. Шадрин

Аннотация. Статья посвящена рассмотрению этических проблем деятельности переводчика с позиций современного переводоведения. Представлены четыре основные модели переводческой этики: репрезентативная, сервисная, коммуникативная и нормативная. Кроме того, описан феномен «стремление к совершенству» как альтернативный подход к решению этических проблем переводчика.

Ключевые слова: этика перевода; переводоведение; коммуникация; нормативная этика; репрезентация; стремление к совершенству.

ETHICAL STANDARDS OF MODERN TRANSLATOR ACTIVITIES

V. Shadrin

Abstract. The paper deals with the problems of ethics in modern Translation Studies. Four principal models of TS ethics are described and illustrated by the appropriate examples. They are: ethics of representation, ethics of service, ethics of communication, and normbased ethics. The problem of strivingfor excellence in the activities of translators is also touched upon.

Keywords: translation ethics; Translation Studies; communication; normbased ethics; representation; striving for excellence.

В 21 веке переводоведение (Translation Studies) вернулось к рассмотрению этических проблем переводческой деятельности. Это возвращение явилось неотъемлемой частью общемировой социальной тенденции, основанной на беспрецедентных достижениях в сферах биологии, медицины, экономики, экологии, а также в области изучения прав человека и новых информационных технологий. В частности, перед человечеством возникла необходимость принятия этических решений по таким явлениям, как клонирование человека и эвтаназия, последствия глобализации экономики и охрана окружающей среды, вопросы равноправия национальных и иных меньшинств. Особую проблему представляет этическое регулирование работы мировой сети Интернет.

Не все из перечисленных проблем непосредственно касаются перевода. Вместе с тем, они с неизбежностью вызывают необходимость принятия решений на уровне более высоком, чем уровень одного человека или одного государства. В связи с этим этика приобретает статус межкультурного объекта исследования, а это как раз то, чем собственно и занимается переводоведение.

В настоящее время существуют четыре основные модели этики перевода: репрезентативная этика, сервисная этика, коммуникативная этика и нормативная этика.

Репрезентативная модель этики перевода восходит к древнему идеалу «достоверного» переводчика (faithful interpreter) и к эпохе перевода священных текстов. Этическая задача этой модели - представить исходный текст или замысел автора исходного текста с максимальной степенью точности без каких-либо добавлений, опущений или изменений. Современными представителями этой модели этики являются переводческие службы Европейского Союза. Согласно их этике, политические соображения диктуют, что каждый документ ЕС, составленный на любом из официальных языков Союза, юридически эквивалентен всем прочим языковым версиям и ни одна из версий не имеет права объявлять себя исходным текстом.

Другая линия истории репрезентативной модели имеет дело с многолетней традицией представления Другого. Эта традиция предписывает изображать Другого (т. е. автора исходного текста) в его подлинном свете, не приближая его к читателю переводного текста. В этом смысле репрезентативная модель этики является семиотической: перевод есть знак оригинала.

Сервисная этика основывается на концепции перевода как коммерческой услуги, предоставляемой клиенту. Эта разновидность этики имплицитно предполагает постулаты функциональных

моделей перевода, таких как теория Scopos. Полагают, что переводчик поступает этично, если его перевод соответствует инструкциям клиента и достигает цели, определенной клиентом.

Таким образом, главным качеством переводчика, оказывающего сервисные услуги, является его лояльность по отношению к клиенту, а также читателям переводного текста и автору оригинального текста. Кроме того, переводчики обладают высокой степенью профессионализма (они не тратят денег напрасно, особенно денег клиента) и остаются по возможности незаметными. Они предоставляют коммерческие услуги, а клиенты ожидают от них высокого качества за выплаченные суммы гонорара. Сервисная этика также предполагает ценить потраченное время, соблюдать окончательные сроки сдачи выполненных заказов (deadlines) и т. д.

Коммуникативная этика переводчика уделяет особое внимание непредставлению исходного текста Другого, но общению с другими. Признание Другого в качестве субъекта подлинной коммуникации является основным этическим актом. В теории перевода главным вопросом является, естественно, коммуникация, преодолевающая лингвистические и культурологические границы.

Одним из последних исследований в области коммуникативной этики следует считать работу А. Пима [3]. Согласно А. Пиму, целью межкультурной коммуникации является взаимная выгода от кооперации. При этом этической целью перевода следует считать развитие межкультурного взаимодействия между двумя сторонами, которые являются отличными друг от друга. Поэтому переводчик, соблюдающий нормы этики, действует с целью оптимизации этого взаимодействия (cooperation). По мнению А. Пима, переводчик может в этом случае совсем отказаться от перевода и рекомендовать другие пути оптимизации коммуникации, такие как изучение исходного иностранного языка и использование его без перевода.

Нормативная этика перевода возникла на базе дескриптивного переводоведения и теории языковой нормы Г. Тури [4]. По мнению Г. Тури, дескриптивное переводоведение исследует нормы, которые определяют результаты перевода и их восприятие носителями переводного языка. Эти нормы предписывают, как должны выглядеть результаты перевода, как они варьируются время

от времени и от культуры к культуре. Таким образом, нормы отражают прогнозы представителей переводного языка по поводу того, какими должны быть переводы в данной культуре в то или иное время.

Данные нормы обычно принимаются, если они служат общепринятым ценностям, таким как истинность и доверие. В такой ситуации вести себя этично означает вести себя предсказуемо, т. е. не шокировать читателя или клиента. Любые отступления от ожиданий читателей (например, более буквальный перевод, чем это предполагается, или идеализированный перевод, или значительно сокращенный / адаптированный перевод) должны быть особо оговорены переводчиком в предисловии к переводному тексту. Таким образом, основной ценностью нормативной этической модели перевода является доверие читателя: если переводчики ведут себя предсказуемо и следуют нормам переводного языка, им легче доверять, как впрочем, и их профессии в целом.

Несмотря на относительную стройность описания этики перевода с помощью моделирования по указанным четырем направлениям, современное переводоведение подвергает его сомнению по нескольким параметрам. Прежде всего отмечается отсутствие полной совместимости между моделями. Каждая из четырех моделей отражает свои этические ценности: истина (truth) - репрезентация; лояльность (loyalty) - сервис; понимание (understanding) -коммуникация; доверие (trust) - норма.

Являются ли одни этические ценности важнее других в том смысле, что они поразному зависят друг от друга? Возможно это так. Например, люди, обычно говорящие правду, вызывают, как правило, больше доверия, чем те, кто говорит неправду. Люди лояльные также вызывают доверие тех, кому они преданы (но не обязательно всех прочих людей, у которых могут быть свои причины не доверять словам первых). Истина и доверие могут стать основой понимания. Вместе с тем, ни одна из моделей не дает ответа на вопрос о том, какое действие является этичным в той ситуации, когда этические ценности противоречат друг другу (например, различия в понимании лояльности).

Одной из иллюстраций проблемы несовместимости моделей этики является наличие различных интерпретаций понятия ясность. Многие переводчики рассматривают ясность в качестве

этической ценности, к которой надо стремиться в своей работе. Ясность как этическая категория признается многими теоретиками перевода, а также руководством переводческих служб. Так, в настоящее время в Европейском Союзе проводится кампания «Борьба с туманом», которая призвана обеспечить ясность в оригинальных документах и переводах. Быть непонятным означает быть нелояльным по отношению к читателю и особенно к клиенту, который естественно стремится к тому, чтобы читатель понял текст. К. Поппер полагал, что ясность есть необходимое условие любой рациональной коммуникации, без которой общество не может существовать [2, Р. 308]. Но что означает сам термин «ясность»?

Четыре модели этики перевода поразному интерпретируют это понятие. Для репрезентативной модели ясность означает прозрачность: перевод должен быть таким, чтобы оригинал был легко узнаваем. Другой (т. е. автор) явно представлен в своем естественном виде. Применение этой модели обычно ведет к созданию текста с иностранным звучанием. Сервисная и коммуникативная модели рассматривают ясность как доступность (т. е. качество текста, определяющее степень легкости, с которой читатели могут понять текст, его значение, основную идею, замысел автора). В этом смысле «ясный» перевод означает такой текст, который может быть понят читателем быстро и без особых усилий. При этом степень ясности влияет на отношения между переводным текстом и читателем, а не между переводом и оригиналом. Нормативная модель этики перевода связывает критерий ясности с ожиданиями носителей переводного языка: форма и степень ясности полностью зависят от этих ожиданий. Иными словами, нормативная модель подчеркивает, что применение критерия ясности зависит от контекста и культуры общества переводного языка. Таким образом, все четыре модели этики перевода не являются всеобъемлющими: каждая из них покрывает лишь часть общего этического поля перевода и не может применяться самостоятельно.

Существует альтернативный подход к решению проблемы этики перевода [1]. Он основывается на том, что любой профессионал стремится в своей работе к совершенству (excellence). Этика перевода также может быть описана в терминах стремления к профессиональному совершенству.

Одним из подходов к изучению феномена совершенства являются исследования отношений между переводчиком и теми этическими ценностями, на которые он ориентируется в своей деятельности. Эти отношения определяются понятием обязательство (commitment).

Таким образом, обязательство есть этическая категория, поддерживающая стремление переводчика и совершенству, т.е. его желание быть хорошим переводчиком. В истории цивилизации обязательство обычно принимало форму обещания или клятвы (ср.: Клятва Гиппократа - для врачей; Клятва Архимеда - для инженеров; Кодекс профессионального поведения и деловой активности - для Американской ассоциации переводчиков).

В основе нашей концепции этики перевода лежит базовая категория понимания. Понимание, с нашей точки зрения, является основной этической ценностью в деятельности переводчика. Все прочие этические категории - истинность, ясность, лояльность, доверие - подчинены категории понимания. С нашей точки зрения понимание -вершина профессиональной этики переводчика, а также основной критерий его профессиональной ответственности.

Для реализации этической концепции деятельности переводчика в указанном выше смысле можно привести один из вариантов профессиональных обязательств, разработанный А. Честерманом в форме клятвы Св. Иеронима (The Hieronymic Oath) [1, Р. 152-153]:

1. I swear to keep this Oath to the best of my ability and judgement. [Commitment]

2. I swear to be a loyal member of the translators' profession, respecting its history. I am willing to share my expertise with colleagues and to pass it on to trainee translators. I will not work for unreasonable fees. I will always translate to the best of my ability. [Loyalty to the profession]

3. I will use my expertise to maximize communication and minimize mis-understanding across language barriers. [Understanding]

4. I swear that my translations will not represent their source texts in unfair ways. [Truth]

5. I will respect my readers by trying to make my translations as accessible as possible, according to the conditions of each translation task. [Clarity]

6. I undertake to respect the professional secrets of my clients and not to exploit clients' information

for personal gain. I promise to respect dead-lines and to follow clients' instructions. [Trustworthiness]

7. I will be honest about my own qualifications and limitations; I will not accept work that is outside my competence. [Truthfulness]

8. I will inform clients of unresolved problems, and agree to arbitration in cases of dispute. [Justice]

9. I will do all I can to maintain and improve my competence, including all relevant linguistic, technical and other knowledge and skills. [Striving for excellence]

Многолетняя практика подготовки устных и письменных переводчиков на филологическом факультете Санкт-Петербургского университета (начиная с 1964 года до наших дней) показывает, что прямое и ясное принятие на себя этических обязательств в форме Клятвы подобного рода косвенно способствует формированию этики адекватного профессионального поведения. Следует заметить, что до настоящего времени

преподаватели факультета не получали рекламаций от работодателей по поводу профессиональной деятельности своих выпускников - устных и письменных переводчиков.

Список литературы:

1. Chesterman A. Proposal for a Hieronymic Oath // The Translator: Studies in Intercultural Communication. The Return to Ethics. Vol. 7 № 2. St. JeromePubli shing.Manchester, UK, 2001.-Р.144-154.

2. Popper K. The Open Society and its Enemies. London, Routledge & Kegan Paul. 1962. - 421 p.

3. Pym A. 'On Cooperation'// Maeve Olohan (ed). Intercultural Faultlines. Research Models in Translation Studies I. Textual and Cognitive Aspects. Manchester, St. Jerome Publishing, 2000. - Р. 181-192.

4. Toury G. Descriptive Translation Studies and Beyond. Amster-dam, John Benjamins, 1995.