Артикль как средство актуализации коммуникативной структуры предложения

DOI 10.24411/2499-9679-2019-10323

УДК 811

О. С. Егорова https://orcid.org/0000-0002-9185-5391

Артикль как средство актуализации коммуникативной структуры предложения

Статья посвящена изучению проблемы артикля, являющейся одной из самых актуальных и сложных проблем языкознания, всегда привлекавшей внимание многих исследователей, но не получившей до сих пор однозначного толкования в научной литературе. Проблема артикля рассматривается автором статьи в русле перспективного и активно развивающегося в последнее время направления - коммуникативного синтаксиса, в частности теории актуального членения предложения, составляющей основу коммуникативного синтаксиса. Согласно теории коммуникативного синтаксиса, актуальное членение (коммуникативная структура) представляет собой важнейший аспект любого предложения-высказывания, предопределяющий не только его основное содержание (смысл), но и его формальное построение. В процессе речи говорящий (пишущий) всегда выстраивает свое высказывание в соответствии с актуальным (тема-рематическим) членением, отражающим его коммуникативно-прагматические интенции, и выбирает такие языковые средства, которые были бы способны наиболее точно передать цель сообщения. В этой связи приобретает особую значимость, как с теоретической, так и с практической точки зрения, изучение системы коммуникативно ориентированных средств, специально предназначенных в том или ином языке для адекватного выражения актуального членения предложения, а следовательно, для построения коммуникативно однозначного высказывания. Целью статьи является исследование коммуникативной функции артикля во французском языке, а именно выявление особенностей его функционирования как одного из эффективных способов актуализации коммуникативной (тема-рематической) структуры предложения. На основании анализа фактического материала в статье делается вывод о том, что во французском предложении именная тема имеет тенденцию оформляться определенным артиклем, а именная рема - неопределенным артиклем. В то же время автором статьи подчеркивается, что, как свидетельствует проанализированный материал, определенный артикль может оформлять не только тему, но и рему, а неопределенный артикль может использоваться и при именной реме, и при именной теме. В статье подробно рассматриваются закономерности употребления определенного артикля перед именной ремой и неопределенного артикля перед именной темой.

Ключевые слова: коммуникативная структура предложения, актуальное членение, тема, рема, определенный артикль, неопределенный артикль.

O. S. Egorova

The Article as a Means for Actualizing the Communicative Sentence Structure

The article is devoted to the study of the problem of the article, which is one of the most pressing and complex problems in linguistics, which has always attracted the attention of many researchers, but has not yet received an unequivocal interpretation in the scientific literature. The author considers the problem in question within the frame of the promising and actively developing research direction - communicative syntax, in particular, the theory of actual division of the sentence, which forms the basis of communicative syntax. According to the theory of communicative syntax, the actual segmentation (communicative structure) is the most important aspect of any sentence-statement, predetermining not only its main content (meaning), but also its formal construction. In the process of speech, the speaker (writer) always makes his statement in accordance with the actual (subject-rhemeatic) articulation, reflecting his communicative-pragmatic intentions, and chooses such language means that would be able to convey most accurately the purpose of the message. In this regard, studying the system of communicatively oriented means acquires special significance, both from the theoretical and practical point of view, being specifically designed in a given language for the adequate expression of the actual sentence segmentation, and therefore for constructing a communicatively unambiguous utterance. The purpose of the article is to study the communicative function of the article in the French language, namely the identification of its functioning features as one of the effective ways to update the communicative (theme-rhematic) structure of the sentence. Based on the analysis of the actual material in the article, it is concluded that in French sentences the nominal theme tends to be formed by means of the definite article, and the nominal rheme - with the indefinite article. At the same time, the author of the article emphasizes that, being evidenced from the analyzed material, the definite article can form the theme as well as the rheme, and the indefinite article can be used for the nominal rheme and for the nominal theme. Thus, the article discusses in detail the patterns of using the definite article with the nominal rheme and the indefinite article with the nominal theme.

Keywords: communicative structure of the sentence, actual division, theme, rheme, definite article, indefinite article.

Современная лингвистика признает, что коммуникативная структура (актуальное членение) является важнейшим аспектом любого предложения-высказывания, предопределяющим в конечном итоге

не только его основное содержание (смысл), но и его формальное построение (Н. Д. Арутюнова, М. Я. Блох, А. К. Васильева, В. Г. Гак, К. А. Долинин, Г. А. Золотова, И. И. Ковтунова, О. И. Крылова,

© Егорова О. С., 2019

В. Матезиус, М. В. Никитин, Т. М. Николаева, И. П. Распопов, Е. В. Реферовская, Н. А. Слюсарева, В. Е. Шевякова, B. Cornulier, F. Danes, J. Firbas, H. Weinrich и др.).

Если семантическая структура лишь называет элементы отражаемой в предложении экстралингвистической ситуации, то актуальное членение, выражающее коммуникативно-прагматические интенции говорящего (пишущего), его субъективное отношение к связям и явлениям реального мира, коммуникативно организует данную ситуацию, приписывая тому или иному компоненту семантической структуры функцию темы (данное, известное) или функцию ремы (новое, неизвестное). Устанавливая тема-рематические отношения между составными компонентами семантической структуры, актуальное членение оказывается, таким образом, в центре содержательной стороны предложения [5, с. 117].

Определяя в конечном итоге основное содержание высказывания, актуальное членение оказывает влияние и на его формальное построение. Формально-синтаксическая организация

предложения подчинена прежде всего необходимости адекватного выражения его тема-рематического членения. Говорящий (пишущий) строит свое высказывание в соответствии с тема-рематическим движением, отражающим

естественный ход человеческой мысли от данного (известного) к новому (неизвестному), выбирает такие лексико-грамматические формы организации предложения и такие языковые средства, которые были бы способны наиболее точно передать замысел сообщения [5].

Вполне очевидно, что знание закономерностей построения высказывания в соответствии с его коммуникативным членением, и в частности знание системы коммуникативно ориентированных средств, специально предназначенных для выражения актуального членения, является одним из важнейших и необходимых условий эффективности любой речевой коммуникации, так как позволяет, с одной стороны, правильно распознавать состав темы и состав ремы «чужого» высказывания, а следовательно, адекватно понимать его смысл, и, с другой стороны, осуществлять, в соответствии с конкретной коммуникативной ситуацией, правильный выбор языковых средств, адекватно отражающих заключенную в высказывании новую, актуальную информацию, его коммуникативное задание.

Вопрос о формальных средствах выражения коммуникативной структуры предложения является одним из кардинальных вопросов перспективного и активно развивающегося направления -

коммуникативного синтаксиса, исследующего

языковые механизмы, обеспечивающие

функционирование предложения в процессе речи. Как известно, изучением языковых средств выражения коммуникативного членения

предложения лингвистика занималась уже начиная с середины XIX века, когда впервые были высказаны идеи, которые в дальнейшем стали основой современного учения об актуальном членении предложения (см., например, работы Ш. Балли, А. Вейля, Е. Лерха, В. Матезиуса, Г. Пауля, А. М. Пешковского, А. Сешэ, Ф. Ф. Фортунатова и

др.).

В настоящее время вопрос о средствах языковой объективации актуального членения предложения затрагивается во многих работах по синтаксису, морфологии, стилистике, когнитивной лингвистике, дискурсу, теории и практике перевода, методике преподавания, лингводидактике. Однако, несмотря на значительный интерес к данной проблеме, она остается не решенной до конца из-за сложности и многоплановости соотношения между различными уровнями предложения - коммуникативной структуры, семантической структуры и синтаксической структуры.

Известно, что как языковая универсалия, актуальное членение имеет общие для многих языков способы своего формального выражения, которые, однако, отличаются в разных языках по своим функциональным характеристикам, обусловленными особенностями грамматического строя того или иного языка. Так, в русском языке как языке синтетического строя с его свободным словорасположением основными средствами выражения коммуникативного членения являются порядок слов, ударение и интонация. Во французском языке, для которого свойственны устойчивость синтаксических схем и связанность фразового ударения, возможности порядка слов как средства выражения коммуникативного членения представляются более ограниченными по сравнению с русским языком, а наиболее продуктивными средствами вербализации актуального членения являются синтаксические конструкции с выделительными оборотами, сегментированные предложения с репризой и антиципацией, различного рода коммуникативно-синтаксические трансформации, выделительно-ограничительные слова и частицы [3; 4: 7; 10; 12]. В систему коммуникативно ориентированных средств во французском языке, участвующих в актуализации тема-рематической структуры предложения, входит, несомненно, и артикль.

Отметим, что проблематика артикля, занимающая одно из центральных мест в современном языкознании, всегда привлекала внимание многих ученых как в зарубежной, так и в

отечественной романистике (см., например, работы Ш. Балли, Ф. Брюно, Г. Гийома, Ж. Дамурета и Э. Пишона, А. Г. Басмановой, О. И. Богомоловой, Л. И. Илии, Р. Г. Пиотровского, Е. В. Фибер и др.). Несмотря, однако, на значительное число исследований, вопрос о содержании артикля не получил до сих пор в лингвистической литературе однозначного толкования ввиду многоаспектного и противоречивого характера данного языкового явления. Среди всевозможных подходов к решению этой сложнейшей проблемы несомненный интерес, на наш взгляд, представляет попытка раскрыть сущность артикля с позиции теории коммуникативного (актуального) членения предложения.

Как известно, о роли артикля как эффективного средства выражении актуального членения предложения указывалось еще в работах В. Матезиуса, считавшего, что употребление той или иной формы артикля зависит от коммуникативной нагрузки, которую существительное как член предложения получает в процессе речи [8].

В отечественной лингвистике проблема артикля, рассматриваемого в свете теории актуального членения предложения, получила разработку прежде всего на материале немецкого языка в трудах О. И. Москальской [9] и К. Г. Крушельницкой [6], четко определивших взаимосвязь употребления артикля и членения предложения на «данное» и «новое»: существительное, выражающее предмет определенный, известный для участников речи, является «данным» и оформляется определенным артиклем, а существительное, выражающее неопределенный, неизвестный предмет, выступает как «новое» и оформляется соответственно неопределённым артиклем.

Вопрос о коммуникативной функции артикля во французском языке затрагивался в большей или меньшей степени в целом ряде работ (Е. А. Бокий [2], В. Г. Гак [3], К. А. Долинин [4], Е. А. Реферовская и А. К. Васильева [10], М. К. Сабанеева и Г. М. Щерба [11] и др.). Однако специального, подробного исследования

французского артикля как средства выражения актуального членения не проводилось, за исключением работы Д. Чебялиса «Именная синтагма и ее функциональные особенности во французском языке IX-XVI веков» (1974), рассматривающего данную проблему в диахроническом плане. В результате своего исследования Д. Чебялис приходит к важному выводу о том, что за весь период своего развития именная синтагма во французском языке была теснейшим образом связана с коммуникативным членением информационного потока и с развитием строя старого языка. Если в латинском языке

средством выражения актуального членения служил порядок слов, то в дальнейшем, по мере застывания порядка слов, функция выражения актуального членения переходит на артикль: «Тема высказывания стала все чаще сопровождаться артиклем le, а рема -артиклем un». При исследовании проблемы формирования артикля во французском языке к подобным же выводам о коммуникативной функции артикля приходят также М. К Сабанеева и Г. М. Щерба в своей работе «Историческая грамматика французского языка» [11, с. 31].

В современной лингвистике артикль признается одним из важнейших для аналитических языков средств выражения коммуникативного членения предложения. Достаточно распространенным является мнение о том, что существительное, выполняющее функцию темы, оформляется определённым артиклем, а существительное, входящее в состав ремы, — неопределенным артиклем. Действительно, как свидетельствуют наблюдения над конкретным языковым материалом, именная тема имеет тенденцию оформляться определённым артиклем, а именная рема -неопределенным артиклем. В то же время наблюдаются случаи, когда соотношение «тема — определенный артикль» и «рема — неопределенный артикль» может нарушаться: определенный артикль может оформлять не только тему, но и рему, а неопределённый артикль может использоваться и при именной реме, и при именной теме.

Тема-рематический анализ произведений современной художественной литературы позволил прийти к следующим выводам.

1. Именная тема почти всегда оформлена определенным артиклем. Ср.:

Et Meaulnes les suivit. La vieille dame, cassée, tremblante, ne cessait de causer gaiement et de rire. La jeune fille répondait doucement (Fournier).

2. Неопределенный артикль оформляет именную тему исключительно редко и выступает в этих случаях не в своей обычной, конкретно-выделительной или квалифицирующей функции, а в обобщенном значении (генерализирующий неопределенный артикль). Ср.:

Nous vivons dans le ventre aveugle d'une administration. Une administration est une machine. Plus une administration est perfectionnée, plus elle élimine l'arbitraire humain. Dans une administration parfaite, où l'homme joue un rôle d'endreainage, la paresse, la malhonnêteté, l'injustice n'ont plus d'occasion de sévir

3. Именная рема может в одинаковой степени оформляться как неопределенным, так и определенным артиклем. Ср.:

Elle disparut, et l'instnt d'aprés un nouveau personage parut (Simenon). Soudain, ils eurent tous les

deux un brusque sursaut: une clochette avait tinté, des eris retentissaient (Dabit). J'avais remarqué, dès mon entrée dans ce restaurant de New-York dont j'étais un habitué, le petit vieillard qui, assistant à la première table, mangeait un steaks épais et saignant (Maurois).

Таким образом, если неопределенный артикль может служить более или менее точным сигнализатором именной ремы, то для однозначного установления коммуникативной нагрузки существительного с определенным артиклем необходим анализ ряда других дополнительных факторов (позиция существительного в предложении, его синтаксическая функция, логико-семантические связи предложения с другими предложениями и т. д.).

Так, существительное с определенным артиклем, выполняющее функцию подлежащего и занимающее в предложении начальную позицию, является всегда темой высказывания. В конечной же позиции существительное с определенным артиклем в функции синтаксического подлежащего почти всегда входит в состав ремы. Таким образом, порядок слов оказывается в этом случае единственным показателем рематичности подлежащего. Ср.:

Le maire de Chardeuil était l'instituteur du village (Maurois). Huit jours plus tard, à la tombée de la nuit, sonnait à notre porte le docteur Flormontin (Bazin). Sur le chemin se montraient les premiers promeneurs (Dabit).

Что касается коммуникативной функции второстепенных синтаксических компонентов, оформленных определенным артиклем, в начальной позиции они, как правило, выступают в качестве темы, а в конечной позиции могут быть и темой, и ремой. В последнем случае точное выявление их коммуникативной нагрузки становится возможным лишь на основе контекстуального анализа.

На конкретном языковом материале мы попытались выявить некоторые закономерности в нарушении соотношения «тема - определенный артикль» и «рема - неопределенный артикль». Объектом нашего исследования явились предложения, в которых именная тема была оформлена неопределенным артиклем, а именная рема - определенным артиклем.

Чтобы исключить субъективизм при определении тематических и рематических компонентов, для анализа использовались такие предложения, коммуникативная структура которых не вызывает сомнения, а именно сегментированные предложения с репризой и антиципацией и предложения с выделительными оборотами ce qui (que) ... c'est ... ; c'est ... qui (que). Как отмечается целым рядом исследователей, данные предложения представляют собой устоявшиеся во французском языке синтаксические конструкции с однозначной

коммуникативной структурой: в сегментированных предложениях темой является выделенный сегмент, а остальная, глагольная, часть выступает в качестве ремы; в предложениях с выделительными оборотами глагольная часть является темой высказывания, а выделенный с помощью оборота член предложения представляет собой рему [3; 4; 10].

Привлечение широкого контекста позволило выявить следующие закономерности в употреблении определенного артикля перед именной ремой и неопределенного артикля перед именной темой.

Так, очень часто именная рема, оформленная определенным артиклем, не является в предложении чем-то новым, неизвестным, а обозначает предмет, или известный из предшествующего контекста, или связанный с определенной ситуацией и мыслимый как единственный в данной ситуации. Ср. :

C'était du reste par le docteur Percepied que j'avais le plus entendu parler de Mme Guermantes (Proust). Actuellement c'était le Joueur d'échecs qui se trouvait au centre de leurs préoccupattions. Ce Joueur d'échecs dont on parlait dans tous ces livres, dont on donnait des images, et qui êtait là, tout sale, décati, dans les sous-sols de Louigi (Triolet).

Согласно теории референции рема этих предложений представляет собой так называемую определенную дескрипцию, которая называет вполне определенный, известный предмет и предполагает единичность референта (референтное употребление определенных дескрипций). К тому же в данном случае сами предложения с выделительным оборотом являются предложениями тождества, в которых, согласно Н. Д. Арутюновой, в коммуникативный фокус попадает всегда референтное существительное, обозначающее совершенно известное лицо или предмет [1, с. 292].

Факт употребления именной ремы в предложениях тождества подтверждает мысль о сложном характере явления актуального членения. Как отмечает Н. Д. Арутюнова, «в предложениях тождества оба основных члена - и тема, и рема -построены по сходному семантическому канону: ни та, ни другая часть предложения не заключает в себе новой информации, новым в предложении тождества является лишь само это отношение» [Там же].

Определенный артикль достаточно часто оформляет именную рему, представляющую собой конструкцию «существительное + de + существительное». Ср.:

Bien plus que sa photographie, ce qu'elle profanait, ce qu'elle faisait servir à ses plaisirs mais qui restait entre eux et elle et l'empêchait de les goûter directement, c'était la ressemblance de son visage, les yeux bleus de sa mère à lui qu'il lui avait transmis comme un bijou de famille (Proust). «Ôtez votre veston, commanda Praileau, je vous verrai mieux». Lui-même se

débarrassa de ce vêtement qu 'il jeta à ses pieds. La rage au coeur, Joseph obéit. C 'était la voix de Praileau qui le mettait hors de lui à cause des intonations qui semblaient vouloir dire: «Je vaux mieux que toi» (Green).

Как видим в приведенных выше примерах, определенный артикль оформляет именные синтагмы, которые являются определенными дескрипциями, соотносимыми с вполне определенными предметами и явлениями (la resemblance de son visage, les yeux bleus de sa mère, la voix de Praileau). Употребление определенного артикля основано здесь на некоторых общепрагматических пресуппозициях: если некто или нечто есть определенная дескрипция, то и его атрибуты также представляют собой определенные дескрипции.

3. Наряду с вышеназванными случаями употребления определенного артикля перед референтными существительными встречаются случаи, когда определенная дескрипция-рема лишена единичной референции. Имя существительное означает целиком взятый класс предметов и употребляется в отвлеченном, обобщающем значении, то есть как знак понятия об объеме класса сущностей, называемых данным существительным. Ср.:

«L'homme vivant, c'est mieux, dit Christo, en répétant ce qu'il avait dit un long moment avant, c'est lui qui invente le bras artificiel et toutes les machines. Ce n'est pas la machine qui a inventé l'homme» (Triolet). C'est tout de même pas mal que cette saleté de guerre soit terminée. Le contingent là-bas n'est pas absolument à l'abri, ça tiraille encore ici et là. ... Ce sont les mamans qui souffrent, les fils ne sont pas mécontents du tout (Triolet).

Именная рема данных предложений оформлена так называемым генерализирующим артиклем, обозначающим общее понятие. Что касается самих предложений, то с точки зрения характера отношений, участвующих в их логико-синтаксической организации, они могут быть интерпретированы как предложения тождества, с той лишь разницей, что здесь идентифицирующим элементом является имя существительное, относящееся к целиком взятому классу объектов [1, с. 204]. В соотношении этого выраженного в имени понятия, выступающего здесь ремой, с темой предложения и состоит собственно коммуникативная задача сообщения.

Как показывает анализ фактического материала, довольно часто в подобного рода предложениях именная рема выражена существительным с абстрактным значением. Характер их отождествления, однако, намного сложнее, так как взятые как таковые они не соотносимы с каким-либо объектом (референтом). Но интересным

представляется тот факт, что, попадая в контекст, абстрактные имена как бы конкретизируются, получая предметную референцию. Подобная двойственность семантики абстрактного

существительного отмечается и Н. Д. Арутюновой, исследующей многочисленные случаи «конкретного прочтения абстрактного имени» [1, с. 132].

В нижеприведенных отрывках из художественных произведений достаточно ясно прослеживается соотнесенность абстрактного имени с конкретным объектом (референтом) или с конкретным фактом, один из элементов которого выступает как вполне определенный объект (референт). Ср.:

Il l'a regardée, lui. Blanche; vos yeux, ces yeux dont je connais maintenant la couleur, à ne plus l'oublier. Il faut croire que c'est un secret, cette couleur. Un peu plus tard, il dira: Ah, Blanche, est-ce au gris du ciel que vous avez pris la couleur de vos yeux? (Aragon). Et Pygmalion aima cette statue qu'il appelait Galatée. Il l'aimait, et il ne pouvait ni parler avec elle ni se promener avec elle, bref c'était un amour malheureux. ... On est loin des automates, de la cybernétique: le seul mécanisme de Galatée, c'est l'amour, c'est l'amour qui a vaincu l'indifférence de la matière (Triolet).

4. Что касается употребления (исключительно редкого) неопределенного артикля перед именной темой, это почти всегда генерализирующий неопределенный артикль, оформляющий

существительное с отвлеченным значением. Но в отличие от генерализирующего определенного артикля он указывает на одного из представителей данного класса, наделенного всеми чертами, присущими данному классу предметов, и поэтому имеет более конкретный характер. Как тип

референции — это отнесение неопределенной дескрипции к классу предметов или любому представителю класса, то есть так называемая родовая референция [1, с. 199]. При этом достаточно часто помимо обобщающего (генерализирующего) неопределенного артикля в предложении присутствуют другие показатели обобщения, например, настоящее время глагола, которое вместе с обобщающим артиклем придает высказыванию характер общих суждений. Ср.:

Un procès, ça irrite et ça tourmente, et j 'aurais concédé à Geneviève n'importe quoi pour m'en débarrasser (Triolet). Un livre ou un homme, c'est pour le temps perdu (Aragon). Qu'est-ce qu'il y avait dedans? C'est pire qu'un homme et pire qu'un livre, un cahier, tu sais (Aragon).

Итак, выбор артикля во французском языке не всегда непосредственно связан с коммуникативным членением предложения. Если мы можем утверждать, что именная тема оформляется, как

135

правило, определенным артиклем, то обратное представляется неверным: определенный артикль не может рассматриваться как абсолютный показатель тематической функции существительного, так как он широко используется и перед именной ремой. Если неопределенный артикль в огромном большинстве случаев оформляет именные группы, выполняющие функцию ремы, то обратное также оказывается неверным, так как именная рема может оформляться и определенным артиклем.

Как показывает анализ фактического материала, выбор артикля во французском языке обусловлен не только необходимостью выражения актуального членения, но и другими факторами, в частности -логико-семантическими отношениями,

устанавливающимися в высказывании. Так, именная рема, оформленная определенным артиклем, оказывается всегда связанной с чем-то данным, чем-то вполне определенным и известным в данном контексте. Что касается употребления неопределенного артикля при именной теме, он выступает достаточно часто не в своей конкретно-выделительной или квалифицирующей функции, а в своем обобщенном значении (так называемый генерализирующий неопределенный артикль) и употребляется в высказываниях, обобщающих или комментирующих какой-либо конкретный факт.

В заключение отметим, что, не всегда являясь коммуникативно однозначным показателем тема-рематического членения предложения, артикль во французском языке реализует свою коммуникативную функцию с помощью других языковых средств, совместно с которыми он участвует в актуализации коммуникативной структуры, что позволяет с наибольшей степенью достоверности определять тематичность и рематичность именных компонентов предложения (ср.: порядок слов, синтаксические конструкции с выделительными оборотами, сегментированные конструкции с репризой и антиципацией, коммуникативно-синтаксическое трансформации, специальные выделительные слова и частицы). Кроме того, наличие во французском языке двух форм артикля - определенного и неопределенного -предоставляет участникам речи возможность более точно передать содержание коммуникативного центра, то есть ремы, предложения: неопределенный артикль используется для оформления именной темы, представляющей собой «новое», а определенный артикль - для оформления именной ремы, представляющей собой «данное».

Библиографический список

1. Арутюнова, Н. Д. Предложение и его смысл [Текст] / Н. Д. Арутюнова. - М. : Высшая школа, 1976. - 380 с.

2. Бокий, Е. А. Артикль как показатель грамматического значения «определенности» или «неопределенности» существительного (на материале французского языка) [Текст] / Е. А. Бокий // Вопросы истории грамматики романо-германских языков: Уч. Зап. ЛГУ Серия филол. наук. - Вып. 50. - Л., 1958. -С. 17-23.

3. Гак, В. Г. Сравнительная типология французского и русского языков [Текст] / В. Г. Гак. - М. : Либро-ком, 2013. - 288 с.

4. Долинин, К. А. Коммуникативные варианты французского простого предложения [Текст] / К. А. Долинин. - Л. : ЛГПИ им. А. И. Герцена, 1975. -46 с.

5. Егорова, О. С. Актуальные проблемы коммуникативного синтаксиса [Текст] / О. С. Егорова // Ярославский педагогический вестник. - 2014. - Том 1. -№ 4. - С. 116-119.

6. Крушельницкая, К. Г. Смысловая функция артикля в современном немецком языке [Текст] / К. Г. Крушельницкая // Труды Военного института иностранных языков. - 1955. - Т. 7. - С. 38-52.

7. Кузнецова, Т. Я. Вопросительное предложение в бытовом дискурсе [Текст] / Т. Я. Кузнецова // Когнитивные исследования языка. - 2015. - № 22. -С. 734-736.

8. Матезиус, В. Избранные труды по языкознанию [Текст] / В. Матезиус. - М. : URSS, 2010. - 232 с.

9. Москальская, О. И. Грамматика текста [Текст] / О. И. Москальская. - М. : Высшая школа, 1981. - 183 с.

10. Реферовская, Е. А., Васильева, А. К. Теоретическая грамматика современного французского языка. Синтаксис простого и сложного предложений (на франц. яз.) [Текст] / Е. А. Реферовская, А. К. Васильева. - М. : Просвещение, 1983. - 334 с.

11. Сабанеева, М. К., Щерба, Г. М. Историческая грамматика французского языка [Текст] / М. К. Сабанеева, Г. М. Щерба. - Л. : Изд-во ЛГУ, 1990. - 272 с.

12. Egorova, O. S. L'organisation communicative et syntaxique de la proposition en Russe et en Français / O. S. Egorova // Языки и культуры в современном мире: Материалы XI международной конференции. -М. : Национальное общество прикладной лингвистики (НОПриЛ); Российский центр науки и культуры в Париже; Постоянное представительство России при ЮНЕСКО; Посольство Российской Федерации во Франции (г. Париж), 2014. - С. 101-105.

Reference List

1. Arutjunova, N. D. Predlozhenie i ego smysl = Sentence and its sense [Tekst] / N. D. Arutjunova. - M. : Vysshaja shkola, 1976. - 380 s.

2. Bokij, E. A. Artikl' kak pokazatel' grammatich-eskogo znachenija «opredelennosti» = ili «neopredelen-nosti» sushhestvitel'nogo (na materiale francuzskogo jazyka) The article as an indicator of a grammatical meaning «definiteness» or «uncertainty» of a noun (on the material of French) [Tekst] / E. A. Bokij // Voprosy istorii

grammatiki romano-germanskih jazykov: Uch. Zap. LGU. Serija filol. nauk. = Questions of grammar history of the Roman-German languages: Scientific Notes of LSU. Series philological sciences. - Vyp. 50. - L., 1958. - S. 17-23.

3. Gak, V. G. Sravnitel'naja tipologija francuzskogo i russkogo jazykov = Comparative typology of the French and Russian languages [Tekst] / V G. Gak. - M. : Libro-kom, 2013. - 288 s.

4. Dolinin, K. A. Kommunikativnye varianty francuz-skogo prostogo predlozhenija = Communicative versions of the French simple sentence [Tekst] / K. A. Dolinin. -L. : LGPI im. A. I. Gercena, 1975. - 46 s.

5. Egorova, O. S. Aktual'nye problemy kommu-nikativnogo sintaksisa = Current problems of communicative syntax [Tekst] / O. S. Egorova // Jaroslavskij peda-gogicheskij vestnik = Yaroslavl pedagogical bulletin, 2014. - Tom 1. - № 4. - S. 116-119.

6. Krushel'nickaja, K. G. Smyslovaja funkcija artiklja v sovremennom nemeckom jazyke = Semantic function of the article in modern German [Tekst] / K. G. Krushel'nickaja // Trudy Voennogo instituta in-ostrannyh jazykov = Works of the Military institute of foreign languages 1955. - T. 7. - S. 38-52.

7. Kuznecova, T. Ja. Voprositel'noe predlozhenie v bytovom diskurse = Question in household discourse [Tekst] / T. Ja. Kuznecova // Kognitivnye issledovanija jazyka = Cognitive researches of language, 2015. -№ 22. - S. 734-736.

8. Matezius, V Izbrannye trudy po jazykoznaniju = Cognitive researches on language [Tekst] / V. Matezius. -M. : URSS, 2010. - 232 s.

9. Moskal'skaja, O. I. Grammatika teksta = Text grammar [Tekst] / O. I. Moskal'skaja. - M. : Vysshaja shkola, 1981. - 183 s.

10. Referovskaja, E. A., Vasil'eva, A. K. Teoreticheskaja grammatika sovremennogo francuzskogo jazyka. Sintaksis prostogo i slozhnogo pred-lozhenij (na franc. jaz.) = Theoretical grammar of modern French. Syntax of simple and compound sentences (in French) [Tekst] / E. A. Referovskaja, A. K. Vasil'eva. -M. : Prosveshhenie, 1983. - 334 s.

11. Sabaneeva, M. K., Shherba, G. M. Istoricheskaja grammatika francuzskogo jazyka = Historical grammar of French [Tekst] / M. K. Sabaneeva, G. M. Shherba. - L. : Izd-vo LGU, 1990. - 272 s.

12. Egorova, O. S. L'organisation communicative et syntaxique de la proposition en Russe et en Français / O. S. Egorova // Jazyki i kul'tury v sovremennom mire: Materialy XI mezhdunarodnoj konferencii = Languages and cultures in the modern world: Materials of the XI international conference. - M. : Nacional'noe obshhestvo prikladnoj lingvistiki (NOPriL); Rossijskij centr nauki i kul'tury v Parizhe; Postojannoe predstavitel'stvo Rossii pri JuNESKO; Posol'stvo Rossijskoj Federacii vo Francii (g. Parizh), 2014. - S. 101-105.

Дата поступления статьи в редакцию: 20.01.2019 Дата принятия статьи к печати: 24.01.2019