К вопросу о технико-юридической конструкции норм, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных обязанностей

Е.В. Царев

Царев Евгений Вячеславович — кандидат юридических наук, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии Нижегородской правовой академии

К вопросу о технико-юридической конструкции норм, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных обязанностей

В последнее время в научной литературе все чаще поднимается вопрос о соотношении профессиональных и служебных (должностных) обязанностей и, как следствие, об определении и разграничении преступлений, связанных с осуществлением указанных обязанностей1.

Современная правоприменительная практика достаточно четко различает эти виды обязанностей для правильного решения вопросов квалификации преступлений и отграничения собственно профессиональных нарушений от служебных или должностных2.

В теории же исследуемые нами преступления могут быть представлены либо профессиональными нарушениями, отличными от служебных, либо одновременно служебно-профессиональными.

Выделяется несколько подходов к соотношению профессиональных и служебных (должностных) обязанностей. Первый заключается в том, что одни и те же функции не могут одновременно пониматься и как профессиональные, и как должностные, так как профессиональные обязанности могут расцениваться в качестве организационно-распорядительных функций, а организационно-распорядительные функции нет. Последние имеют «юридическое значение и влекут определенные юридические последствия»3, а профессиональные никогда.

Второй сводится к тому, что всякое нарушение лицом служебных (должностных) предписаний одновременно является нарушением и профессиональных обязанностей, так как осуществление служебных обязанностей для указанных субъектов является их профессией (нотариус, частный охранник, судья, прокурор, следователь и др.).

Основываясь на втором подходе В. Михайлов указывает, что термин «служебные (профессиональные) обязанности» определяет основное предназначение и характер деятельности, для реализации которой лицо наделено определенной компетенцией. Это деятельность любого лица, входящая в круг его служебных обязанностей4.

В связи с этим, преступления, связанные с нарушением профессиональных функций, — это предусмотренные уголовным законом, виновно совершенные общественно опасные деяния, состоящие в причинении вреда неисполнением, ненадлежащим исполнением, злоупотреблением или превышением профессиональных обязанностей и (или) прав5.

Однако такое представление о преступлениях, связанных с исполнением профессиональных обязанностей, стирает грань между должностными и профессиональными функциями лица, а это противоречит не только указанной выше позиции Верховного Суда, но и уголовному закону.

Так, в статье 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности», статье 118 УК РФ «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и статье 122 УК РФ «Заражение ВИЧ-инфекцией» ненадлежащее исполнение лицом своих профессиональных обязанностей является квалифицирующим признаком.

1 См., например: Ибатулина Ю.Ф. Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинскими работниками и врачебная ошибка: уголовно-правовой аспект // Российский следователь. — 2010. — № 1; Бриллиантов А. Должностное лицо: организационно-распорядительные функции / А. Бриллиантов, П. Яни // Законность. — 2010. — № 6; Яни П. Разграничение должностных и профессиональных функций при квалификации халатности // Законность. — 2012. — № 4; Мирошниченко Н.В. Преступления, связанные с нарушением профессиональных функций: понятие, признаки и виды / Н.В. Мирошниченко, Ю.Е. Пудовочкин // Журнал российского права. — 2012. — № 4; и др.

2 См., например, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» и от 10 февраля 2000 года № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе».

3 См.: Пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Российская газета. — 2009. — 30 октября.

4 См.: Михайлов В. Выполнение профессиональных функций, как обстоятельство, исключающее преступность деяния // Уголовное право. — 2002. — № 2. — С. 52—53.

5 См.: Мирошниченко Н.В. Преступления, связанные с нарушением профессиональных функций: понятие, признаки и виды / Н.В. Мирошниченко, Ю.Е. Пудовочкин // Журнал российского права. — 2012. — № 4.

Нормы, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных обязанностей, также находят отражение в следующих статьях Уголовного кодекса Российской Федерации1:

Статья 124. Неоказание помощи больному.

Статья 143. Нарушение правил охраны труда.

Статья 150. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления.

Статья 151. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий.

Статья 156. Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего.

Статья 215. Нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики.

Статья 216. Нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ.

Статья 219. Нарушение требований пожарной безопасности.

Статья 225. Ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Статья 228.2. Нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ.

Статья 237. Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей.

Статья 263. Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена.

Нормы, предусматривающие ответственность за служебные преступления, главным образом сосредоточены в главе 23 УК РФ «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях», а за должностные преступления — в главе 30 УК РФ «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления». Их субъектами являются лица, выполняющие функции единоличного исполнительного органа, либо коллегиального исполнительного органа, представителя власти, а также организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции.

Субъектом преступлений, связанных с исполнением профессиональных обязанностей, является лицо, исполняющее профессиональные функции. Оно должно соблюдать наряду с общими и специальные правила, обусловленные его профессиональной деятельностью.

Таким образом, ключевым признаком состава преступления, по которому можно отграничить «профессиональные» преступления от должностных преступлений, является субъект преступления, определяемый в зависимости от того, какие функции он выполняет и где.

В статьях Особенной части УК РФ дополнительные признаки субъекта преступления могут выступать конструктивными признаками определенного состава преступления, без них данный состав отсутствует.

На профессиональные признаки субъекта преступления может быть указано непосредственно в диспозиции статьи Особенной части УК РФ, например: «лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или специальным правилом» (ст. 124 УК РФ); «лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих правил» (ст. 143 УК РФ); «педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного или иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовершеннолетним» (ст. 156 УК РФ).

В некоторых нормах, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных обязанностей, признаки специального субъекта прямо в статье УК РФ не названы, но их можно установить путем толкования на основе смысла того или иного состава преступления. Например, за нарушение санитарно-эпидемиологических правил (ст. 236 УК РФ) ответственность несут лица, на которых законом или иным нормативным правовым актом возложено соблюдение таких правил (работники предприятий общественного питания, лица, торгующие пищевыми продуктами как индивидуальные предприниматели или с рук, и др.)2. За незаконную выдачу рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ (ст. 233 УК РФ), отвечают лица, наделенные правом выдачи таких документов.

Необходимо отметить, что в случае незаконной выдачи указанного выше рецепта, врач выполняет свои профессиональные обязанности, а в случае выдачи им документа о временной нетрудоспособности он выполняет организационно-распорядительные функции и, следовательно, является должностным лицом.

Так, Пермским областным судом врач-педиатр Н. осужден по пункту «б» части 4 статьи 290, по части 5 статьи 33, части 2 статьи 234 и статье 292 УК РФ за то, что он совершил служебный подлог, незаконно выдавал и фактически подделывал рецепты, по которым приобреталось сильнодействую-

1 Приведенный перечень преступлений, связанных с исполнением профессиональных обязанностей, не является исчерпывающим.

2 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). — 3-е изд., испр., доп. и пере-раб. / Под ред. А.И. Чучаева. — М., 2011.

Царев Е.В. К вопросу о технико-юридической конструкции норм, предусматривающих...

щее вещество, используемое для изготовления наркотика другими лицами, который в дальнейшем сбывали. При этом неоднократно получал вознаграждения в размере 100 рублей за каждый рецепт. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор в отношении Н. в части его осуждения по статье 292 УК РФ отменила, дело производством прекратила за отсутствием в его действиях состава преступления, тот же приговор в отношении него изменила: его действия, квалифицированные по пункту «б» части 4 статьи 290 УК РФ, переквалифицировала на статью 233 УК РФ. Н. как врач-педиатр не обладал ни организационно-распорядительными, ни административно-хозяйственными функциями и поэтому не являлся должностным лицом. Следовательно, он не может рассматриваться как субъект преступления, предусмотренного статьей 290 УК РФ1.

Согласно материалам уголовного дела и приговору суда, Ш., работая участковым терапевтом и обладая полномочиями по выдаче листков временной нетрудоспособности, получив взятки в виде денежных средств, не проводя медицинского осмотра Т. и С. и не установив у последних признаков каких-либо заболеваний, в разное время оформила им листки временной нетрудоспособности, в которые внесла заведомо ложные сведения о якобы имевшихся заболеваниях.

Поскольку выдача листков нетрудоспособности входила в круг служебных полномочий должностного лица — врача-терапевта ГУЗ <...> УЗ <...> г. Москвы Ш., которая получала деньги с Т. и С. за действия, совершаемые в пределах ее служебных полномочий, то содеянное ею надлежит квалифицировать по части 1 статьи 290 УК РФ как получение должностным лицом лично взятки в виде денег за действия, входящие в ее служебные полномочия2.

Соответствующая позиция судов нашла отражение в Постановлении Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», согласно которому к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медико-социальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности, приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии)3.

В Уголовном кодексе РФ можно найти нормы, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных обязанностей, в которых признаки специального субъекта являются конструктивными признаками состава преступления, но сформулированы не в первой части соответствующей статьи. Например, в части 4 статьи 234 «Незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта» УК РФ предусмотрена ответственность за нарушение правил производства, приобретения, хранения, учета, отпуска, перевозки или пересылки сильнодействующих или ядовитых веществ. В связи с этим субъектом указанного состава преступления может быть только лицо, в обязанности которого входит соблюдение соответствующих правил.

Признаки субъекта преступления, связанного с исполнением профессиональных обязанностей, также могут являться квалифицирующим признаком состава преступления, то есть отягчающим обстоятельством. Так, лицо, которое вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей причинило по неосторожности тяжкий вред здоровью, несет более строгую ответственность — по части 2 статьи 118 УК РФ, а не по части 1 этой статьи. Аналогичная ситуация описана и в части 2 статьи 109 УК РФ, только наступили более тяжкие последствия — смерть человека.

В нормах, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с исполнением профессиональных функций, признак субъекта преступления имеет бланкетный характер. Для его определения необходимо обратиться к нормативным актам, раскрывающим его содержание. Например, для определения субъекта преступления, предусмотренного статьей 219 УК РФ, необходимо установить лицо, которое в силу действующего законодательства обязано соблюдать правила пожарной безопасности. Согласно части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», ответственность за нарушение этих правил несут, в частности, собственники имущества, а также лица, уполномоченные им владеть, пользоваться или распоряжаться.

Во многих случаях для определения признаков специального субъекта необходимо обращаться не только к нормативным, но и к индивидуальным правовым актам, например к распоряжениям, согласно которым лицо наделяется определенными функциями. Во многих из них прямо указывается, кто является ответственным при проведении конкретных работ. Для уточнения признаков субъекта преступления необходимо сопоставить выполняемые работником профессиональные функции с приве-

1 См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2003. — № 11.

2 См.: Определение Московского городского суда от 16 марта 2011 года по делу № 22-2318 // СПС «Консультант-Плюс».

3 См.: Пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Российская газета. — 2009. — 30 октября.

денным перечнем и на этой основе установить лиц, непосредственно ответственных за обеспечение безопасных условий труда при выполнении конкретных работ1.

Резюмируя, необходимо подчеркнуть, что не только признаки субъекта, но и диспозиции рассматриваемых нами норм в большинстве своем являются бланкетными, так как связаны с нарушением профессиональных обязанностей, которые закреплены в различных нормативных актах.

В заключение следует сказать, что статьи 109 и 118 УК РФ являются общими по отношению к целому ряду специальных норм, где предусмотрена ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью или смерти человеку по неосторожности вследствие нарушения специальных правил (например, статьи 143, 215, 216, 219, 233, 263 и др.). Однако причинение лицом имущественного вреда вследствие ненадлежащего исполнения им своих профессиональных обязанностей в нашем уголовном законодательстве в качестве общей нормы не предусмотрено. Признаки специального субъекта преступлений, связанных с исполнением своих профессиональных обязанностей, в отличие от служебных и должностных преступлений, сконструированы не одинаково, что ведет к неоднозначности их определения и толкования.

1 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). — 3-е изд., испр., доп. и перераб. / Под ред. А.И. Чучаева. — М., 2011.

Царев Е.В. К вопросу о технико-юридической конструкции норм, предусматривающих...