«Контролировать оказание медицинской помощи вы не можете»

Вице-премьер Ольга Голодец выступила с резкой критикой в адрес Минздрава и Росздравнадзора. На последнем заседании совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере, который она возглавляет, выяснилось, что в стране нет полноценной, единообразной системы учета паллиативных больных, а существующий регистр онкологических больных «статичен». Госпожа Голодец выразила недоумение, каким образом тогда расходуются средства на пациентов, если неизвестно, на какие конкретно случаи они выделяются.

«На сегодняшний день, если говорить о потребности в паллиативной помощи, рассчитанной по методу Всемирной организации здравоохранения, в стране в ней нуждаются 1 274 250 человек,— рассказала на заседании член попечительского совета, президент благотворительного фонда помощи хосписам “Вера” Нюта Федермессер.— Есть иной подход к расчету (по наличию болевого синдрома.— “Ъ”), это подход Минздрава. По такой методике число нуждающихся оценивается в 597 507 человек. На этой цифре мы решили договориться и остановиться, потому что на сегодняшний день уровень развития паллиативной помощи просто не позволяет провести иную оценку и удовлетворить иную потребность в помощи». Госпожа Федермессер также привела расчеты Минздрава на конец января 2018 года, согласно которым в обезболивающих препаратах нуждаются 296 166 человек. При этом она уточнила, что невозможно оценить, «сколько людей паллиативную помощь получили, потому что мы не знаем, сколько людей находились одновременно и под опекой выездных служб, и под опекой стационарных; мы не знаем, сколько раз кто госпитализировался». Госпожа Федермессер сослалась на оценку министра здравоохранения РФ Вероники Скворцовой, по которой паллиативную помощь в 2017 году получили около 200 тыс. человек: «Я думаю, это очень близко к реальности, но точно мы знать не можем». Говоря о получивших инвазивные и неинвазивные обезболивающие средства, госпожа Федермессер привела данные Московского эндокринного завода (крупнейший производитель обезболивающих препаратов в России). В 2017 году обезболивающие получили 120,5 тыс. человек (41% от числа нуждающихся), в 2016 году — 88 тыс. человек (30%). «Можем ли мы точно сказать, что это так? Нет, не можем. Потому что один и тот же человек мог получить три или четыре рецепта, а мог десять»,— сказала она. Таким образом, в России отсутствуют качественные статистические данные для проведения аналитики и расчетов, нет единой системы учета пациентов, нуждающихся в паллиативной помощи и обезболивании, что «дает возможность для манипуляций с данными», резюмировала госпожа Федермессер: «Без системы учета невозможно контролировать объемы и качество, а также рассчитывать реальную потребность».

После ее выступления госпожа Голодец предоставила слово замминистра здравоохранения Сергею Краевому. «По поводу реестра пациентов, нуждающихся в паллиативной помощи,— мы не можем свести регистр на федеральном уровне»,— сказал господин Краевой. «Сергей Александрович, вы не можете регистр вести? — прервала его вице-премьер.— Вы можете учет вести, никто вам это не запрещает! У вас есть учет?» «Совершенно верно, сейчас я к этому подхожу,— ответил он.— У нас оказание паллиативной помощи является бюджетным обязательством региона, они ведут этот учет, и мы берем у них данные. Наверное, абсолютно права Анна Константиновна (Федермессер.— “Ъ”), и, по всей видимости, необходимо сделать единые технические требования к ведению этого учета».

Госпожа Голодец поинтересовалась, сколько времени необходимо, чтобы издать нормативный документ Министерства здравоохранения для установления единообразного порядка учета пациентов, нуждающихся в паллиативной помощи, и фиксации фактов ее оказания. Она отметила, что это «абсолютно внутренняя тема Министерства здравоохранения»: «Здесь нет никакой проблемы в том, чтобы это установить. У нас очередь в детские сады ведется. Я могу кнопку нажать и узнаю, сколько и где сейчас очередь в детские сады. Никакой проблемы нет, несмотря на то что это полностью полномочия муниципалитетов». Господин Краевой ответил, что для подготовки проекта приказа и его регистрации может понадобиться около полутора-двух месяцев. «Два месяца, хорошо,— заявила вице-премьер.— От сегодняшнего дня давайте три месяца возьмем, чтобы все процедуры были завершены, чтобы разработать и утвердить такой порядок».

Вице-премьер также спросила, кто может контролировать ведение учета пациентов и факты назначения и оказания им паллиативной помощи. «Ну, у нас есть только один орган, который мониторирует (так в записи.— “Ъ”), наш, чиновничий орган,— сказал господин Краевой.— Это Росздравнадзор». «Сергей Александрович, вот вы сами говорите, что нуждается 597 тыс. человек, получают столько-то,— напомнила вице-премьер.— Если Росздравнадзор призван контролировать оказание помощи, которая заложена во всех тарифах, во всех документах, то как получается, что люди на сегодняшний день остаются без помощи?» «Может быть, действительно, как было показано на одном из слайдов (презентации госпожи Федермессер.— “Ъ”), необходимо начинать с четкого учета,— согласился замминистра.— У нас уже есть критерии отнесения пациента к паллиативной помощи, обозначенные в приказе Минздрава. И вот как раз четкое соблюдение этих критериев и правильный учет позволят нам выправить ситуацию. Мы, конечно, должны понимать, что мы это за два месяца не сделаем, но этот год мы можем использовать как, скажем, год приведения к порядку».

Глава Росздравнадзора Михаил Мурашко заявил, что «регистр онкологических пациентов как статистика, к сожалению, не живет»: «Чтобы мы понимали, сколько нуждающихся, нужно, чтобы автоматически перетекал в регистр список пациентов, которые нуждаются в обезболивании. Фактически нужно доработать регистр онкологических пациентов, потому что сегодня он статичен». «Почему он статичен, коллеги? — спросила вице-премьер.— Мы договаривались о том, что вы ставите на учет человека, у которого заподозрено заболевание, и дальше ведете все стадии лечения. Зачем вам статичный регистр? Нужны данные в режиме онлайн, чтобы загоралась у вас лампочка, если человеку в указанный срок не была оказана помощь. Вы нужны не для того, чтобы потом приходить и контролировать, а вы нужны для того, чтобы вовремя отреагировать и спасти чью-то жизнь».

Госпожа Голодец напомнила, что каждый вид медицинской помощи финансируется исходя из статистики. «Коллеги, вы каждый день платите, отпускаете деньги, но вы же их отпускаете за конкретные виды медицинской помощи. Вы видите, кому что назначено. Учет наладить нормальный, живой, в течение двух месяцев и отчитаться вот здесь, на этом совете»,— распорядилась она. «Трех, вы сказали»,— напомнил господин Краевой. «Трех — это ввести приказ по паллиативной помощи,— сказала Ольга Голодец.— А по онкологии вы мне написали, что у вас все работает. Вот я живу с ощущением, что у вас все работает. Я засомневалась, я поставила совещание на эту тему, и я теперь понимаю, что я правильно сделала. Коллеги, у вас не работает система, вы не знаете, за кого вы платите и почему вы платите, и как у вас лечат внизу людей. Контролировать оказание медицинской помощи вы не можете».