Семантика и функции инфинитива в языке газеты «Урюпинская правда»

© Н.В. Кабанова, 2008

СЕМАНТИКА И ФУНКЦИИ ИНФИНИТИВА В ЯЗЫКЕ ГАЗЕТЫ «УРЮПИНСКАЯ ПРАВДА» 1

Н.В. Кабанова

Многие изменения в языке СМИ обусловлены сменой характера публицистического субъекта: «вместо официального, застегнутого на все пуговицы журналиста, ...явился автор, говорящий от своего имени, частный человек, автор-собеседник» [13, с. 4]. В современном коммуникативном пространстве устанавливаются особые отношения между журналистом и читателем. Как отмечает Е.В. Покровская, в быстро изменяющемся мире «мы представляем собой новый тип адресанта и адресата, создающего и воспринимающего другой, отличный от прежнего газетный текст, который не просто сообщает. Он интригует, он оценивает, он убеждает, он становится востребованным читателями. Он прагматически насыщен, эффективен» [9, с. 197].

Особое место в структуре публицистики занимает язык газеты. Принимая во внимание его специфику, оперативное отражение социально значимых явлений в разных сферах жизни и деятельности людей, исследователи отмечают особую проницаемость газетной речи, что связано с важнейшей конструктивной идеей чередования стандарта и экспрессии, которая, считает В.Г. Костомаров, отражает обязательное сочетание «новостей и мнений» (см.: [4, с. 190]). Эта особенность, по замечанию исследователей, обусловлена двойственностью той функции, которую выполняет публицистика: информационно-содержательная функция газетно-публицистических текстов сочетается с функцией убеждения, эмоционального воздействия [1, с. 369]. Г.Я. Солганик, характеризуя взаимодействие названных функций, выделяет доминанту газетной речи - социальную оценочность, которая определяется как «одна из важнейших сфер семантики языка газеты, арена действия внутренних факторов его развития» [11, с. 39].

В настоящее время ученые все чаще говорят об усилении разговорного начала в пуб-

лицистическом стиле, что связано с такой формой реализации языковой системы, «которая наиболее полно соответствует основным сущностным характеристикам естественного языка» [3, с. 77]. Обосновывая понятие конструктивно-стилевого вектора как отвлеченных стилевых установок, задающих «не определенные наборы средств выражения и приемы их конструирования, но специфичные направления их выбора из общего источника, становящегося на глазах все более однородным в функциональном плане» [4, с. 62], В.Г. Костомаров говорит о новом соотношении предметно-логической основы и эмоционально-экспрессивных структур в языке газеты, что приобретает, по мнению ученого, принципиально конструктивную роль (см.: [там же, с. 208]).

Изменения, обусловленные либерализацией языковых норм, особенности «языкового вкуса эпохи» (В.Г. Костомаров), отражение тенденции к демократизации в общественно-политической сфере функционирования языка, разное соотношение книжной и некнижной стихий, взаимодействие нормированных и сниженных средств, традиционных способов литературного выражения, имеющих эталонный статус (см.: [10]), и нелитературных, опосредованно отражающих самобытное восприятие окружающей действительности языковой личностью (см.: [15; 18]), ярко представлены в местной прессе.

Среди региональных изданий заметно выделяется газета «Урюпинская правда», которая насчитывает более 80 лет своей истории. Материалы разножанровой направленности, публикуемые в газете, дают возможность рассмотреть приемы реализации конструктивно-стилевого вектора современного газетного текста как способов отбора и организации имеющихся средств, семантического обогащения слов в контексте, приемов смены их оценочных окрасок, соотнесения стандартизованных

и экспрессивных сегментов в речевой цепи (см.: [4, с. 208]).

В формировании субъективно-модальной перспективы высказывания, синтаксической и смысловой «связанности» газетного текста важную роль играют языковые единицы, отличающиеся многофункциональностью, богатством экспрессивно-оценочных значений при отсутствии лексической ограниченности, выступающие в контексте средствами передачи информативного содержания и воздействия на читателя, авторского отношения к фактам и событиям. К названным средствам относится инфинитив, обладающий большой выразительностью в контексте, широтой конструктивно-синтаксических связей, функций, имеющий неограниченные возможности лексического наполнения.

Анализ массива языковых фактов (4 334 случая словоупотребления инфинитива), извлеченных из текстов газеты «Урю-пинская правда» за 2000-2004 гг., показывает, что одной из характерных особенностей является употребление в языке местной печати разнообразных синтаксических конструкций с инфинитивом. Рассматриваемая форма встречается в двусоставных предложениях (2 088 случаев употребления), односоставных (2 246 случаев употребления), в зависимом употреблении (3 622 случая употребления), независимом (513 случаев употребления), в составе сложных форм будущего времени (199 случаев употребления), выступает в функции главных (3 614 случая употребления) и второстепенных членов предложения (720 случаев употребления).

В двусоставных конструкциях, в отличие от односоставных, инфинитив в текстах местной печати встречается в роли всех членов предложения. Зависимый инфинитив может входить в состав сложного глагольного и именного сказуемого, выступать в роли дополнения, определения и обстоятельства; независимый используется как подлежащее и простое глагольное сказуемое; в составе сложных форм будущего времени выполняет функцию простого глагольного сказуемого. В односоставных конструкциях сочетания с зависимым инфинитивом образуют главный член определенно-личных, неопределенно-личных, обобщенно-личных и безличных предложений, при этом в количе-

ственном употреблении доля безличных значительно преобладает. В функции дополнения, определения, обстоятельства зависимый инфинитив выступает в определенно-личных, неопределенно-личных и безличных предложениях. Частотность использования в названных функциях является невысокой. В обобщенно-личных предложениях в роли второстепенного члена данная языковая единица зафиксирована только как дополнение. Независимый инфинитив выполняет функцию главного члена инфинитивных предложений. В составе сложных форм будущего времени инфинитив употребляется как главный член определенно-личных, неопределенно-личных и безличных предложений.

В лексико-семантическом отношении инфинитив очень разнообразен, проявляется и стилевая неоднородность глагольной лексики в форме инфинитива. В газетных текстах в соответствии с общепринятыми нормами газетной публицистики преобладает межстилевая лексика (нейтральная), общеупотребительная. Однако достаточно широко встречаются, с одной стороны, книжные слова (лексика повышенной экспрессии), с другой - разговорные глаголы (лексика сниженной экспрессии) (см.: [6, с. 341343]); такая лексика стилистически маркирована в словарях и справочниках.

По мнению исследователей, именно характером соотношения нейтральных средств языка и стилистически окрашенных единиц определяется специфика газетной речи (см.: [5]). Анализ фактического материала показывает, что доминирует в текстах газеты «Урюпинская правда» нейтральная лексика в форме инфинитива. Кроме того, представлены книжные глаголы, среди которых выделяется общенаучная и узкоспециальная терминология, общественно-политическая, официально-деловая и общекнижная лексика. Основу разговорной лексики составляет обиходно-бытовая; частотно употребление слов, имеющих помету «просторечное», нередки случаи использования диалектизмов, жаргонизмов. Особую группу составляет простонародные слова; их использование преследует цель снизить стилистический уровень общения, сделать повествование более простым в социальном плане, хотя и усложненным по выразительности, эмоциональной напряженности и т. п. (см.: [16, с. 11; 18, с. 10]).

Проанализированный материал показывает, что зависимый инфинитив в двусоставных предложениях примыкает к фазовым глаголам, которые, как правило, стилистически нейтральны. Однако в конструкциях с глаголами начала действия, кроме основного, нейтрального начать, отмечаются его экспрессивно-стилистические синонимы, например: Принялся я разглядывать бутылку с потемневшими надписями, но ничего разобрать не мог 2; Как пошла бить артиллерия по своим же танкам (2003, № 55). В сочетаниях данного типа стилистически маркированными могут быть и глаголы в форме инфинитива, например: А что тут соображать, если на сей раз правительство мудрить не стало и определило единую прибавку на 9 % (2002, № 93). В приведенном контексте глагол мудрить в значении «не делать что-либо излишне сложное, не искать более сложного решения чего-либо, пренебрегая простыми и ясными путями» фиксируется современными словарями как «разговорное» [14, с. 308].

В последнее время язык газеты впитывает различного рода новации, преобразуя их применительно к своим целям. Причем, если «прежние обязательные кавычки подчеркивали цитатный характер выражения, принадлежность его другому автору» [12, с. 327], то сейчас аппликация используется авторами статей в расчете на то, что читатель вспомнит текст, послуживший источником цитаты или «литературной реминисценции» (А.Н. Гвоздев). Так, своеобразной чертой языка «Урю-пинской правды» являются многочисленные аппликации - приемы построения речи, при которых пишущий использует различного рода фрагменты широко известного произведения в качестве «строительного материала» для собственного текста [8, с. 149], что характерно для непринужденной речи: Любимый город может спать спокойно (2002, № 119). В таких случаях газетный текст обогащается оценочными ассоциациями и образами.

В односоставных предложениях зависимый инфинитив, примыкая к модальным словам, частотен в составе книжных оборотов, имеющих официальную окраску: Теперь вам необходимо обратиться в районный отдел архитектуры и градостроительства для индивидуального

разбирательства (2002, № 111); нередки случаи использования словоформ инфинитива в составе перечисленных конструкций, где акцент делается на смысловой последовательности обозначаемых действий, что определяет их социально-оценочное значение: А потому именно нам, молодым, пришлось пахать, сеять, убирать хлеб и отправлять его на фронт (2002, № 101). Благодаря сочетанию инфинитива с усилительными частицами в предложении и препозиции зависимого инфинитива в газетных текстах выражается высокая степень уверенности передаваемой информации, «модальность полного знания действительности» [7, с. 92]: Закрыть-то дорогу, восстановив ограду, можно (2004, № 20). Смысловая нагрузка инверсии переводит такие предложения из нейтрального плана в экспрессивно-эмоциональный.

Зависимый инфинитив употребляется в переносном значении как правило в конструкциях, составляющих фонд разговорного синтаксиса. Анализируемая языковая единица выступает в составе приемов создания «деформированного (по сравнению с нормой) текста» [2, с. 719]. Активно в таких случаях метафорическое употребление глагола в форме инфинитива, чему сопутствует оценка явления, указывающая на авторское отношение к событию. Например: А крестьянину и голову вверх поднять некогда: страда нагрянула... (2002, № 92). Разговорную окраску имеют суждения общего характера, выраженные неопределенно-личными предложениями, в которых инфинитив часто входит в состав устойчивых оборотов: Научились по одежке, как говорится, протягивать ножки (2001, № 49).

Независимый инфинитив как главный член инфинитивных предложений в плане содержания реализует синтезирующее свойство средств выражения функционально-семантической категории ин-персональности глагола [17, с. 87]. Это связано с широким использованием данной языковой единицы для указания на разные способы актуализации отношений между действием и его субъектом при обозначении определенного, известного из контекста, неопределенного, обобщенного лица-субъекта, что характеризует важный параметр газетной речи -адресат - адресант.

Эксплицитное выражение носителя предикативного признака в форме Дат. п. при инфинитиве связано с обозначением отнесенности действия (состояния) к определенному лицу, субъекту (множеству субъектов, лиц), чаще всего к одушевленному, конкретному, реальному субъекту: Мы люди сельские, нам не привыкать (2003, № 59); В детстве всех мальчишек тянет с игрушечными пистолетиками поиграть, а взрослым что делать? (2004, № 20); Земледельцам оптимизма не занимать (2002, № 100). Частотны в этих случаях экспрессивные фигуры синтаксиса, например, риторический вопрос: Зачем мне иметь индивидуальный лицевой счет?(2003, № 57); Мне ли не понять, как хозяйству трудно? (2002, № 139). Активно применяется аппликация, которая используется в расчете на то, что адресат речи вспомнит текст, послуживший источником цитаты: Что же нам с ним делать? (2002, № 100).

Выражение средней степени участия субъекта в описываемых событиях при функционировании независимого инфинитива преобладает в условиях, когда субъект по способу представления ограничен в своей неопределенности социальными, профессиональными характеристиками, а возможное действие (состояние) обусловлено внешними обстоятельствами или умениями субъекта, его психофизическим состоянием. Глагол как организующий центр предложения по своей лексико-стилистической характеристике имеет в этих случаях как нейтральную, так и сниженную окраску.

Низкая степень участия субъекта в описываемых событиях, когда позиция первого актанта при инфинитиве не замещена, субъект действия (состояния) формально не выражен, актуализируется в текстах «Урюпин-ской правды» в случаях указания на отнесенность действия (состояния) к лицу, обобщенному субъекту или субъекту действия (состояния) со значением неограниченной неопределенности. Последнее представлено чаще, например: Как пополнить бюджет? (2003, № 2); Как повысить рождаемость и одновременно победить бедность? (2003, № 570; Наказать рублем! (2003, № 57); А веревки свои приносить или профсоюз выделит? (2004, № 25). Стилистическая фигура риторического вопроса усиливает социально-оце-

ночную значимость высказывания, организующим центром которого выступает инфинитив.

Таким образом, анализ материала позволил говорить о богатом лексико-семантическом, структурно-семантическом и стилистическом потенциале рассматриваемой языковой единицы, реализация которого в публикациях «Урюпинской правды» свидетельствует не только о способности инфинитива выступать средством создания стандарта и экспрессии в тексте, но и об особом соотношении предметно-логических и эмоционально-риторических структур, обусловливающем наиболее эффективный контакт автора с массовым читателем, что и определяет важнейший на современном этапе конструктивно-стилевой вектор (термин В.Г. Костомарова) развития публицистического стиля как однородной в функциональном плане разновидности русского литературного языка.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Исследование проводится в рамках гранта № 07-04-20401 а/В при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда и Администрации Волгоградской области.

2 Урюпинская правда. - 2004. - № 56.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Грановская, Л. М. Русский литературный язык в конце XIX и ХХ в. / Л. М. Грановская. - М., 2005.

2. Емельянова, О. Н. Троп / О. Н. Емельянова // Культура русской речи : энциклопед. слов.-справ. / под ред. Л. Ю. Иванова, А. П. Сковород-никова, Е. Н. Ширяева и др. - М., 2003.

3. Коньков, В. И. СМИ как речевая система / В. И. Коньков // Мир русского слова. - 2002. - № 5.

4. Костомаров, В. Г. Наш язык в действии : очерки соврем. рус. стилистики / В. Г. Костомаров. - М., 2005.

5. Костомаров, В. Г. Языковой вкус эпохи: Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа / В. Г. Костомаров. - СПб., 1999.

6. Культура русской речи : энциклопед. слов.-справ. / под ред. Л. Ю. Иванова, А. П. Сковородни-кова, Е. Н. Ширяева и др. - М., 2003.

7. Матвеев, А. А. Модальность знания как модальность логического типа (на материале русских и

английских публицистических текстов) / А. А. Матвеев // Филологические науки. - 2002. - № 2.

8. Москвин, В. П. Стилистика русского языка: приемы и средства выразительной и образной речи (общая классификация) : в 2 ч. / В. П. Москвин. -Волгоград, 2004. - Ч. 2.

9. Покровская, Е. В. Понимание современного газетного текста: (Прагматический аспект) / Е. В. Покровская. - М., 2003.

10. Сиротинина, О. Б. Язык СМИ: языковой эталон и речевая реальность / О. Б. Сиротинина // Мир русского слова. - 2004. - № 2. - С. 75-78.

11. Солганик, Г. Я. О закономерностях развития языка газеты в ХХ в. / Г. Я. Солганик // Вестн. МГУ Сер. 10, Журналистика. - 2002. - № 2.

12. Солганик, Г. Я. Свой текст - чужой текст / Г. Я. Солганик // Словарь и культура русской речи: к 100-летию со дня рождения С. И. Ожегова. - М., 2001.

13. Солганик, Г. Я. Язык современных СМИ / Г. Я. Солганик // Журналистика и культура русской речи. - 2004. - № 1.

14. Словарь русского языка : в 4 т. Т. 2 / под ред. А.П. Евгеньевой. - М., 1999.

15. Тупикова, Н. А Простота и «простонародность» в истории русского литературного языка / Н. А. Тупикова // Встреча с простотой / под ред. д-ра экон. наук О. В. Иншаюва. - Волгоград, 2006. - С. 317-342.

16. Тупикова, Н. А. Развитие категории простонародности в русском литературном языке / Н. А. Тупикова // Русистика : зб. наук. праць. -Вип. 7. - Киів, 2007.

17. Тупикова, Н. А. Формирование категории ин-персональности русского глагола / Н. А. Тупикова. - Волгоград : Изд-во ВолГУ 1998.

18. Химик, В. В. Предисловие // Химик, В. В. Большой словарь русской разговорной экспрессивной речи / В. В. Химик. - СПб., 2004. - С. 5-12.