На службе высоких технологий

---

На службе высоких технологий

---

Мининформсвязи удалось наконец-то внести в Госдуму закон, предусматривающий существенные налоговые послабления для IT-компаний. История внесения этого проекта наглядно показывает новые принципы работы ветвей российской власти.

О том, что новый законопроект внесен в Госдуму, 25 ноября сообщил информагентствам замминистра информационных технологий и связи Дмитрий Милованцев. По его словам, "Единая Россия" внесла в Госдуму соответствующие поправки, которые предусматривают введение отдельной главы в Налоговый кодекс о налоговых льготах для компаний в области высоких технологий. В частности, предполагается снижение ставки единого социального налога (ЕСН) с нынешних 26 до 14%. Законопроектом предусмотрено также упрощение системы налогообложения для компаний, занимающихся экспортом IT-технологий.

     Скажу сразу, законопроект я не читал. Не из лени — мне просто не удалось найти его ни на официальных сайтах Госдумы и Мининформсвязи, ни в иных открытых источниках. Однако поскольку более или менее активное обсуждение данного вопроса идет еще с марта, из выступлений чиновников и участников рынка складывается примерно такая картина.

     После того как в начале этого года Владимир Путин дал указание чиновникам активнее стимулировать развитие высоких технологий и IT-индустрии, этот процесс действительно ускорился. Минэкономразвития довольно быстро довело до ума закон об особых экономических зонах (ОЭЗ), создало соответствующее подразделение по отбору проектов, и уже со следующего года в России начнется организация первых технопарков, призванных стать оазисами этих самых высоких технологий, о которых так заботится президент.

     Однако ни IT-индустрию, ни Мининформсвязи такой подход не устроил. Главная их претензия состояла в том, что работа в рамках создаваемых технопарков означает, по сути, создание новых предприятий на ровном месте, тогда как предпринимателям хотелось бы получить льготы для уже действующего бизнеса. Так в конце зимы появился законопроект связистов. Необходимость снижения именно ЕСН его разработчики объяснили просто: в области высоких технологий особенно велик удельный вес оплаты труда в стоимости продукции (по подсчетам чиновников, 80% против 20% в других отраслях промышленности). А переход на упрощенную схему налогообложения — тем, что эксперимент с переводом на аналогичную форму предприятий малого бизнеса не выявил существенных злоупотреблений. Однако провести законопроект через правительство не удалось из-за негативной реакции МЭРТа. Поэтому, видимо, и родился обходной вариант — внесение проекта через правящую партию.

     Вся эта история кажется не очень интересной. Подумаешь, ну поссорились два ведомства по вопросу хоть и важному, но довольно специфическому, и кто-то кого-то попытался объехать по кривой. Очередное обострение аппаратной борьбы, не более того. Однако несколько моментов в этой истории вызывают особый интерес.

     Повторюсь, я не нашел текст законопроекта (что, кстати, уже само по себе странно), но из всего сказанного чиновниками Мининформсвязи у меня сложилось довольно неприятное впечатление. На первый же вопрос, что такое сфера высоких технологий или хотя бы IT-компании, я не получил внятного ответа. И сомневаюсь, что его вообще можно получить. Вот, скажем, производство молока явно не сфера высоких технологий. А, например, производство молока с использованием лазера? А c использованием синхрофазотрона (глупо, но приспособиться можно)? Как в старом анекдоте про правила чтения инструкций к приборам: полупортативный — значит снабжен ручкой, портативный — двумя ручками.

     То же самое и с компаниями. Казалось бы, проще простого сказать, что, допустим, IT-компания — та, где 70% сотрудников — программисты. Но кто же проверит, чем там на самом деле люди занимаются? Сказать, что 70% продукции — программы, их установка и т. п., тоже плохо. Не секрет, что многие добросовестные айтишники большую часть оборота делают на "железе". Но даже если сказать и то и другое, понятно, что большинство компаний сразу выделят свои IT-подразделения в отдельные фирмы, отдав им на аутсорсинг соответствующие функции, да еще и организуют там центр прибыли. Дело, как говорится, нехитрое.

     Так что вопрос, по всей видимости, придется решать в индивидуальном порядке — по усмотрению Минсвязьнадзора, выдающего соответствующие индульгенции, либо налоговых органов. Куда в подобных случаях смещаются центры прибыли — не мне вам рассказывать. Зато понятно, почему в законе решили упомянуть именно высокотехнологичные и IT-компании, а не, скажем, просто компании, где в обороте велик удельный объем оплаты интеллектуального труда. Или почему никто не подумал, что для развития новых технологий поощрять прежде всего нужно науку и НИОКР.

     И это только начало. Вот, к примеру, два любопытных сообщения ИТАР-ТАСС недельной давности. Первое: "'Единая Россия' предлагает изменить систему государственного заказа на высокотехнологичную продукцию. Выступая на съезде 'Единой России', лидер партии Борис Грызлов подчеркнул, что, по мнению единороссов, система 'должна включать в себя целевое кредитование под выполнение государственного заказа'". И второе: "Партия 'Единая Россия' предлагает бизнес-сообществу участвовать в выработке стратегии развития страны. При этом единороссы готовы выступить посредником между властью и социально ориентированным бизнесом. Об этом заявил секретарь генсовета партии Вячеслав Володин". Коротко и ясно. И социально ориентировано.

ПЕТР РУШАЙЛО