Проблемы раннего этапа урбанизации в Волго-Камье

А.М. Белавин ПРОБЛЕМЫ РАННЕГО ЭТАПА УРБАНИЗАЦИИ В ВОЛГО-КАМЬЕ

История возникновения и ранних стадий существования города в средневековой Европе - одна из центральных проблем медиевистики в последние десятилетия. Рождение города - длительный процесс, и исследователь, за редчайшим исключением, не может определить время рождения собственно самого города, то есть ту грань, которая отделяет протогородской этап от уже собственно города. Однако эта мысль смущает некоторых исследователей, считающих, что город возникает уже в сразу готовом виде, противопоставленный сельскому поселению как центр (ремесленный, военный, политический, духовный и пр.) аграрной округи, как некое место «перераспределения прибавочного продукта». Кроме того, сам термин «протогород» или «ранний город» также вызывает возражение. Однако этот термин кажется вполне уместным, как определение некоего «эмбриона города». Судьба его такая же, как и у любого другого эмбриона - при благоприятных условиях он может созреть во вполне здоровый организм; может развиться, напротив, в больное и хилое образование, не имеющее перспектив; а может и просто погибнуть, так и не перейдя стадию эмбриона. Этому «эмбриону» присущи основные черты развитого города, часть из которых уже приобрела некие почти законченные формы, иная находится еще в зачаточном состоянии, и может проявиться (или не проявиться) при стечении ис© Белавин А.М., 2007.

торических обстоятельств.

Имеющиеся в отечественной исторической науке подходы к выделению города мало применимы к Волго-Ка-мью. В основном они сводятся к наличию у города перераспределительной функции, которая отделяет его от «не-города». Нечто подобное высказано П.А. Корчагиным и А.Ф. Мельничуком, считающими, что центральным положением в определении «город-негород» должно стать наличие у города перераспределительной функции, причем, судя по приведенному ими определению этой функции, она сверхкомплексная и включает в себя производящую, торгово-транзитную, государственно-административную, военную и иные стороны. Это ведет указанных авторов к уже известному определению города как центра некой сельскохозяйственной округи, в котором перераспределяется прибавочный продукт, прежде всего, сельского хозяйства [Корчагин, Мель-ничук 2003, с.60-61].

О каком прибавочном продукте, отчуждаемом из сельского хозяйства, может идти речь, например, на раннем этапе существования такого крупного города (раннего города, протогорода -как угодно. - А.Б.) домонгольской Руси, как Старая Рязань, ведь, судя по археологическим данным, она возникла на век раньше окруживших ее потом деревень? [Даркевич 1994, с.43]. Почти аналогичная ситуация связана и с рождением столицы Волжской Булгарии -Великого города и ряда других городов Волго-Камья. Становится понятным, что в указанном регионе именно возникновение города влекло заселение территории и развитие на ней сельскохозяйственного производства. О прямом сельскохозяйственном производстве практически во всех городах, и

малых, и больших, на Руси и в Булга-рии говорят многочисленные находки лемехов сох и сабанов, мотыг, серпов, ручных жерновов. Наличие сосредоточия ремесла также зачастую характерно для селищ - неукрепленных специализированных на том или ином производстве поселений. Таковыми были Семеновское и Измерское селище в Волжской Болгарии, Запосельское и Чашкинское селища в Пермском Пре-дуралье и иные памятники.

В качестве основного пути возникновения раннегородских (протогородских) центров в Волго-Камье может быть признан путь формирования торговых поселений, участвующих в дальней транзитной торговле и являющихся её опорными пунктами. Вероятно, что протогород отличается от обычного сельскохозяйственного поселения иным, например наличием среди его жителей представителей иных народов и стран (в том числе, имеющих свои кладбища и места отправления культов и обрядов), относительно большим количеством импортов, иной, более высокой, бытовой культурой и рядом других признаков, уже выделенных различными авторами, обсуждавшими эту проблему (см. например обзоры проблемы, сделанные Е.Н. Носовым [Носов 2002] или ранее В. П. Даркевичем [Даркевич 1994, с.43-60 ]).

Вероятно, следует обсуждать, какие именно черты явно могли проявляться у протогорода в тех или иных этнокультурных и этнополитических условиях у разных народов Восточной Европы, а не спорить о возможности или невозможности употребления данной научной дефиниции.

Особенности протогорода (раннего города) в Предуралье можно проследить на примере крупнейшего средне-

векового археологического комплекса памятников - Рождественского в Кара-гайском районе Пермского края. Этот интереснейший комплекс, состоящий из двух городищ, двух могильников и святилища, расположен на высоком левом берегу р. Обва, правого притока р. Кама. К сожалению, он интенсивно разрушается в силу действия природных стихий и хозяйственной эксплуатации (единственное в широкой округе место с черноземным перегноем). Так, за последние 80 лет было утрачено порядка 30 м в ширину береговой полосы на городище, часть некрополя смыта Обвой, часть его распахана, Филипповское городище лишено культурного слоя в результате ссыпки его в находившиеся на площадке городища силосные траншеи. Раскопки данного комплекса, произведенные Камской археолого-этнографической экспедицией ПГПИ-ПГПУ в 1985 и в 19901997гг., являются одними из наиболее масштабных спасательных работ на средневековых памятниках Прикамья.

Наиболее значительным памятником в данном комплексе является Рождественское городище, первое упоминание о котором имеется в записках капитана Рычкова, посетившего городище в 1769г. [Рычков 1772, с.79].

Первые сведения об археологических объектах в районе с. Рождественск на р.Обва приводит перепись князя Ф.Ф. Бельского 1678-1679гг, проведенная как часть всероссийской подворной переписи: «... на Сискоре городище на р.Обва...».

По сведениям Е.Н. Шумилова под именем Сискор, Сисикар, Сыкыскор в документах XVII- перв. пол. ХІХвв. упоминался починок, а позже деревня Постаногово (Пыстаногово), расположенная на территории Рождественско-

го могильника неподалеку от вала Рождественского городища, а также само Рождественское городище. Так в Рождественской отказной книге 1785 года Главного управления заводами и имением наследников А.В. Всеволожского (завод Пожевский Соликамского уезда Пермской губернии) при описании д.Постаногова (Сыкыскор) упомянуты «... на Обве и ключе 2 кора...) [ГАПО, ф.174, оп.1,д.74]. Таким образом, здесь учтены Рождественское и Филипповс-кое городища. Интерес представляет само название «Сискор». Топоформант «кор» - «город, городище» указывает на его относительно позднее коми-пермяцкое происхождение. «Сюь, Сюка» по коми-пермяцки «гниль, гнилой». Таким образом, Сискор можно понимать как «гнилое, старое городище или город». Вероятно, это название было дано объекту в тот период, когда накануне русского освоения Прикамья на берегах Обвы, после ухода угров, формируется коми-пермяцкое население. Коми-пермяки застают Рождественский археологический комплекс уже как давно заброшенное, но хорошо заметное сооружение. Жить непосредственно в нем невозможно по идеологическим соображениям («чудское поселение»), поэтому русско-пермяцкие починки и деревни основываются рядом с этими укреплениями, а не внутри их.

Площадка Рождественского городища имеет подпрямоугольную форму, общая площадь городища вместе с валом составляет свыше 35 тыс. кв. м. Оборонительная система Рождественского городища представляет собой сочетание естественного рельефа с рядом искусственных сооружений. К числу последних относится вал, который по данным XIX в. имел в длину более 240 м, в настоящее время длина вала

не превышает 200 м, его северо-западный и восточный концы сильно подрезаны для прохода на городище сельскохозяйственной техники в тех местах, где, еще по наблюдениям В.А.Волего-ва, с севера и востока имелись въезды на площадку. Ширина вала от 6 до 12 метров в основании, высота в центральной, наиболее хорошо сохранившееся части, 3,7 м с напольной стороны и 1,8 м со стороны площадки. В древности западный и восточный концы дугообразного вала упирались в восточный «Постаноговский» и западный «Шиловский» лога. При этом западный лог имел искусственно выкопанное углубление шириной 6-8 м, которое ответвлялась от основного лога почти под прямым углом, и частично охватывало северную сторону города перед валом. Этот «правильно отделанный ложчик» (по выражению Н.Н.Новокрещенных) частично наблюдается и в наши дни, хотя на большую часть своей длины он засыпан, и через него на площадку городища ведет западный проход для техники. В древности этот искусственный лог, не имеющий естественного водостока, представлял собой дополнительную часть укреплений городища, переходящую в неглубокий ров вдоль восточной оконечности вала. Восточный лог также имеет следы искусственной подрезки (эскарп) со стороны площадки городища почти на 2/3 своей длины от южного (приречного) конца. Более высокая северная часть лога, судя по его неразвитости, образовалась относительно недавно, после прекращения жизни на городище, поэтому она в верхней своей части прорезает культурные отложения городища. Образование этой части лога естественное, возникшее в результате образования здесь водостока после разрушения въезда на

городище, что произошло, вероятно, пару столетий назад, когда началась распашка площадки жителями деревни Постаногово и села Рождественск. Западный склон площадки также частично эскарпирован. Высота вала в древности составляла около 2,5 м, стенка, стоявшая на гребне вала, судя по остаткам сгоревших бревен, состояла из 13 бревен, общей высотой более 1,9 м. Таким образом, высота вала с конструкцией с напольной стороны достигала около 4,5 метров. За валом ров не фиксируется - здесь находился неукрепленный посад с довольно мощным культурным слоем (до 1 м), площадью более 30 тыс. кв. м.

Оборонительные сооружения Фи-липповского городища не подвергались раскопкам, однако даже внешний их вид заставляет согласиться с мнением капитана Н.П. Рычкова, который считал, что здесь «был замок древнего селения». Мощь и красоту валов Филип-повского городища не раз описывали очевидцы: Теплоуховы, Н.Н. Новокре-щенных и иные исследователи.

Современное состояние несколько, хотя и не сильно, отличается от того, что наблюдали здесь в XVIII- начале ХХ веков.

Длина сохранившегося вала 35 м, юго-западная часть вала и рва разрушена и разровнена бульдозером для проезда на площадку городища сельскохозяйственной техники. Ширина вала в основании от 8 до 14 м, высота со стороны площадки 2,5-3,5 м. Перед валом расположен ров шириной 3-5 м, глубиной от 0,8 до 1,7 м.

В центре имеется проход шириной 4,5 м, который прорезает вал на всю его ширину. Это т.н. «ворота», которые описывали все, кто осматривал это городище. У края прохода на верхушке

вала имеются небольшие холмообразные возвышения, а северо-восточный край вала имеет круглую насыпь, поднимающуюся на высоту более 1 м над вершиной вала - т.н. земляная «башня», описываемая Н.Н.Новокрещеных. С этого возвышения прекрасно просматривается и простреливается большая часть Рождественского городища (чему, правда, мешают современные деревья), а также вал и искусственный лог - укрепляющий западную часть Рождественского городища.

В древности Рождественское и Филипповское городища составляли единый оборонительный комплекс Рождественского археологического комплекса. С точки зрения специалиста в области фортификации Волжской Булгарии А.М. Губайдуллина, укрепленная часть Рождественского комплекса, состоящая из двух укрепленных площадок, принадлежит к типу слож-номысовых и сложных городищ Волжской Булгарии [Губайдуллин 2002, с.29]. Все памятники такого типа в Волжской Булгарии относятся к домонгольскому периоду, их оборонительные конструкции в достаточно большой степени подчинены рельефу местности. Следует отметить, что в Камской части Волжской Булгарии большинство укрепленных поселений относится именно к типу подчиненных рельефу местности, как и большинство укрепленных поселений угорско-финского населения Предуралья.

Весьма вероятно, что Рождественский археологический комплекс можно ассоциировать с «касабой Афикул» (Афилун, Афтакун, Аваколь, Афкула, Акикул) в 20 днях пути от Булгара на север перед странами Чулыман (Джул-ман, Джулыман, Чулман), Сибир (Се-бер) и Ибир (Ибер, Ибыр) или в их

южных пределах. Об этом мне уже неоднократно доводилось писать [Белавин, Крыласова 1995; Белавин 1997, с.166-171; Белавин 1999, с. 161-173; Белавин 2000; Белавин 2006, с.26-28; Белавин 2006а, с.111-114] и убедительно данное положение никем из специалистов не оспорено. Среди населения Рождественского комплекса в Х-ХГУ вв. присутствует большая группа бул-гарских ремесленников и торговцев, оставивших после себя не только гончарные горны, торговый инструментарий, пломбы для товара и верительные знаки, но и могильник, в котором погребения совершены с достаточно точным соблюдением исламской кыблы.

Арабским географом-энциклопе-дистом ал-Омари (1331 г.) упоминается касаба - маленький городок по-персидски - Афикула в 20 днях пути от Булгара на север, то есть в пределах страны Чулман (Джулман), земля и город Чулман, расположенный севернее Афикула, города Сибир (Себер), Ибир (Ибер). Последнее упоминание «каса-бы Афикула» относится к 1412 г. и имеется в трудах египетского энциклопедиста ал-Калкашанди «Страна Афта-кун, северная соседка страны Булгара. Их главный город - небольшой Афта-кун». В то же время (рубеж XIV-XVвв.) о стране Джолман (Чулман) и её столице сообщает египтянин Ибн Халдун.

Таким образом Рождественский комплекс - единственный в средневековом Пермском Предуралье пункт, который мы можем достаточно достоверно связать с упомянутым в письменных источниках объектом, названном современниками городом.

Первым весьма важным отличием комплекса от основной массы средневековых городищ и, даже, комплексов (например Редикарский), является его

трехчленность: детинец (цитадель) -укрепленный город - неукрепленный посад (рис.1). Подобная планировка средневековых городов хорошо известна в Волго-Камье. По две укрепленные площадки и неукрепленную часть имеют Николо-Райское, Зеленовское, Якимово-Стрелкинское, Чуру-Бары-шевское и ряд других городищ Волжской Булгарии. Подобная схема известна и на Руси. Так с двух укрепленных площадок (позже известных как Кром и Средний город) начиналась история Старой Рязани, так же изначально выглядели Туров, Новогрудок и другие города и городки Руси.

Достаточно велики размеры жилой части комплекса - более 70 тыс. кв.м. (не считая площади незаселенного Шиловского лога, разделяющего Фи-липповское и Рождественское городища). И хотя, по мнению большинства исследователей, размеры не могут являться существенным критерием для выделения городов даже в бессинтез-ной зоне, которой была лесная Восточная Европа, для Предуралья они имели определенное значение. По своей площади Рождественский комплекс является наиболее значительным поселенческим объектом средневекового Предуралья. Безусловно, в нашем случае можно говорить, что величина обитаемой части поселения явно выделяла его из массы синхронных поселений в глазах современников. Сопоставимым по размеру комплексом является только Чердынский, состоящий из Вятского и Троицкого городищ.

Важным критерием, выделяющим Рождественский комплекс из прочего ряда средневековых прикамских поселений, является наличие на нем признаков средоточия различных ремесленных производств. И если в отно-

шении косторезного дела (на Рождественском городище изучена землянка костореза) еще можно высказывать некие сомнения о выделении его в ремесло, то в отношении гончарства (3 бул-гарских гончарных горна и обилие -более 61% - булгарской гончарной керамики), среброделия и ювелирного производства (серебряная и бронзовая проволока, литейные формы, бракованные и не завершенные изделия, инструментарий ювелира), бондарного (наличие специализированного инструмента) и стеклоделия (бракованные бусы, куски стеклянной массы в виде спекшихся палочек-заготовок) нет никаких сомнений. Заметим, что ряд этих ремесел являлись городскими как на Руси, так и в Волжской Булгарии (ювелирное и стеклоделие). Массовое про-

изводство гончарной посуды отмечается и в сельской местности Волжской Булгарии, но в Пермском Предуралье гончарные горны известны только на двух крупных городищах (Рождественское и Анюшкар) и, безусловно, могут маркировать городское ремесло.

Важным фактором, выделяющим Рождественский комплекс, является наличие среди находок на нем свинцовых пломб и гирек, типичных для бул-гарских торговцев, деталей весов для монетных взвешиваний, самих монет (восточных, булгарских, европейских) и купеческого верительного знака, выдаваемого иноземным купцам на право торговли на Руси - обнаруженного в 1991 г. в погребении № 37 [Крыласова 1995, с.192-197]. Достаточно большое количество торгового инструмента-

рия, в том числе поломанного, поэтому выброшенного, свидетельствует о проживании на городище купцов, занимающихся дальней транзитной торговлей. Находки предметов аскизского облика, включая обломки и целые железные пряжки, накладки, крючки, привески, детали седла, крюка для продергивания седельных ремней и для шнуровки, который был непременной принадлежностью аскизского всадника, заставляют утверждать, что в XI-XII вв. на Рождественском городище в составе торговых караванов или с собственными торговыми или военно-дипломатическими миссиями могли бывать и аскизы, так же как они бывали в ряде малых и больших городов Руси и Булгарии. Возможно, что именно эти всадники были охранниками булгарс-ких торговых караванов на Русь, в страну Вису, страну Чулман, в Сибирь и Среднюю Азию. Таким образом - комплекс безусловно был опорным пунктом международной транзитной торговли.

От большинства иных городищ и археологических комплексов прикам-ского Средневековья Рождественский выделяется и выраженным разноплеменным (разноэтничным и разным в этнокультурном отношении) населением. Керамика кинтусовского типа с сильно профилированными венчиками, украшенная фигурными штампами; лепная керамика с характерным для чепецкой культуры треугольным и рам-чатым штампом в орнаменте; запесо-ченная с уплощенным дном и украшенная отпечатками кружково-фигурного штампа керамика вымской культуры; круглодонная с подцилиндро-шейной горловиной кушнаренковская керамика свидетельствуют о проживании на городище представителей раз-

ных финно-угорских этносов Урала и Поволжья. В определенной мере о проживании на городище выходцев из соседних с Пермским Предуральем финно-угорских территорий говорят и материалы языческого могильника. Имеется ряд погребений с нехарактерным для родановского могильника набором инвентаря: 2 погребения содержат поясные наборы и бубенчики, имеющие аналогии в вымских древностях; в 1 погребении обнаружена шумящая фибула, характерная для поволжских финнов. Наличие булгарского населения маркируется обильными находками булгарской столовой и, главное, кухонной посуды. На проживание на городище булгар-мусульман указывают находки мусульманских костяных амулетов и мечетного бронзового светца (часть хороса). Наличие мусульманского домонгольского могильника, непосредственно примыкающего к оборонительным сооружениям Рождественского городища, является бесспорным свидетельством проживания булгар на городище. Краниологическая серия Рождественского мусульманского могильника может быть охарактеризована как брахикранная, что отличает её от местных финно-угорских долихо-мезок-ранных типов и сближает с краниологией собственно булгарских серий (из-мерской, билярской и др.). По затёкам зубной эмали у черепов из мусульманских погребений определяется склонность к монголоидности. Эти наблюдения также сближают рождественскую серию с билярскими.

Материальная культура Рождественского комплекса характеризует совсем иное, более высокое качество жизни его населения. На городище выявлено 4 срубных жилища. Они и остальные жилища и хозяйственные

постройки освещались масляно-жировыми лампочками булгарского типа, на употребление в интерьерах мебели указывают столовые валики-подставки из обожженной глины, о переходе к новому типу печи свидетельствуют находки глиняных конфорок [Крыласова 2005, с.77-78]. Роговые расчески с орнаментированными футлярами, орнаментированные роговые гребни, большое количество сундучных замков и ключей к ним также являются приметой городской, иной, чем в других поселениях, жизни.

В какой-то степени Рождественский комплекс, включающий в себя Вол-гинское языческое святилище, расположенное в 1,5-2 км. от городища (в науке известное как «Волгинский» клад (1852 г. и позже), в составе которого были серебряные сосуды, китайский серебряный ямб, различные серебряные украшения булгарского типа), являлся и важным полирелигиозным центром. Наряду с языческим святилищем на территории комплекса, возможно, существовала мечеть или молитвенный дом мусульман, с которым связан упомянутый выше хорос. Недаром Ал-Омари в связи с Афикулой упоминает рассказ Хасана Эрруми (ар-Руми) о поездке в Афикулу исламского астронома для расчета времени молитв. Таким образом, Рождественский комплекс еще и точка первичного проникновения ислама в Прикамье.

Таким образом, на примере Рождественского комплекса можно отметить следующие признаки, выделяющие этот пункт (имевший в глазах со-временников-знатоков статус небольшого города) из числа прочих поселений: сложная трехчленная структура, относительно крупный размер заселенной части и выразительность укрепле-

ний (особенно цитадели), существование ряда сложных ремесленных производств, полиэтничность и поликультурность населения, имеющего более высокий уровень жизни, чем основная масса жителей иных поселений, и явные признаки включения в систему международной транзитной торговли.

Такие признаки города (в т.ч. и раннего), как военный и административный центр сельской округи, чисто ремесленный характер поселения и прочие признаки, обычно выделяемые сторонниками упрощенно-социологических схем процесса урбаницазии здесь, как это видно, не представлены. Боле того, сельской округи у комплекса нет вовсе, а ближайшее родановское поселение (Козьмодемьянское селище) находится в 15 км. Не является Рождественский комплекс и племенным центром, так как он возник как пункт колонизации из разных мест Урала и Поволжья. Невозможно объяснить появление Рождественского комплекса и в результате развития процесса общественного разделения труда. На таком «определяющем» пути урбанизации настаивают, например А.Ф. Мельничук и П.А. Корчагин [Корчагин, Мельничук 2003, с. 61], на наш взгляд, это чрезмерная модернизация в понимании экономики того времени, когда даже в крупнейших государствах, соседях Прикамья, господствовало натуральное хозяйство, а населению даже «стольных градов» был не чужд сельскохозяйственный труд. Впрочем, и на Рождественском комплексе найдено более десятка ральников и мотыжек, жернова и другие сельскохозяйственные орудия и орудия рыбной ловли и охоты.

На наш взгляд, определяющим мотивом раннего этапа урбанизацион-

ного процесса в Предуралье мог быть лишь путь возникновения торговых факторий, опорных центров международной транзитной торговли по Камскому торговому пути. Роль катализатора процесса урбанизации здесь принадлежит, таким образом, торговцам бул-гарским и «чулыманским», столицей последних как раз и был Рождественский археологический комплекс, «каса-ба Афикула» - «Поворотная крепость», до которой ездили мусульманские торговцы, и откуда их товары в страну Йура и страну «Мрака» везли финноугорские «чулымане». Предуралье, таким образом, демонстрирует те же самые процессы, что и финно-угорские территории северной части Великого Волжского пути, где примерно по такой же схеме возникли Белоозеро, Волок Ламский и другие древнерусские «грады». Безусловно, прав Н.А. Макаров, считающий, что возникновение городских центров в слабо заселенных и плохо освоенных в сельскохозяйственном отношении территориях является нормальным явлением на Северо-Востоке Европы и «может рассматриваться вполне продуктивной моделью гра-дообразования» [цит. по Носов, Горюнова, Плохов 2005, с. 27].

В.В. Ильиных СВЕДЕНИЯ О СРЕДНЕВЕКОВЫХ ПОСЕЛЕНИЯХ В ЛИЧНОМ ФОНДЕ ТЕПЛОУХОВЫХ

В Пермском областном краеведческом музее хранится личный архив семьи Теплоуховых (фонд документально-письменных источников ПОКМ). Александр Ефимович и его сын Федор Александрович Теплоухо-вы (лесничие Пермского имения Строгановых в разное время) имели большой интерес к археологическим древностям, именно с этой деятельностью связана значительная часть документов их личного фонда, насчитывающего около 840 ед. хранения, большая часть которых относится к 1820-1890-м гг.

Свои археологические изыскания Теплоуховы опубликовали в нескольких работах, посвященных разным категориям предметов, но большая часть материалов оказалась не изданной. Это касается результатов раскопок и осмотра памятников. Поэтому значительную информацию несут архивные документы Теплоуховых - фотографии и рисунки, описания мест находок, глазомерные топографические планы, переписка с людьми, интересующимися историей края, черновики статей, описание раскопок.

В последнее время значительное внимание археологов уделяется изучению специфики отдельных регионов культур, структур и систем расселения, вопросам взаимодействия природы и общества. Для решения этих вопросов первостепенное значение приобретает необходимость картографирования и

© Ильиных В.В., 2007.