Германские подводные силы в войне против советского Союза на Балтийском море в 1941-45 гг.

А. Г. Чирков

ГЕРМАНСКИЕ ПОДВОДНЫЕ СИЛЫ В ВОЙНЕ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО СОЮЗА НА БАЛТИЙСКОМ МОРЕ В 1941-45 гг.

В последнее время в нашей стране было издано огромное количество книг, посвященных истории второй мировой войны. Переиздаются работы советских историков, выходят в свет исследования современных российских авторов, переводятся старые и новые работы их западных коллег. Хотя значительная часть всех этих исследований посвящена германским вооруженным силам и их участию в мировом конфликте, ряд тем до сих пор остается практически незатронутым. Одной из них является история действий германского подводного флота против Советских ВМС на Балтике в годы второй мировой войны. И это несмотря на то, что действиям немецких подводников в Атлантике или даже в Индийском океане посвящены десятки книг самого различного наполнения и качества. Такая ситуация имеет свои причины: к документам зарубежных архивов у отечественных исследователей доступа нет, а иностранные историки почему-то не очень жалуют данную тематику. Например, в работе известного немецкого автора Ф. Руге «Война на море. 1939-1945», которая считается классической, этой теме вообще не уделяется внимание! Не многим лучше и ситуация с широко известной работой Юрга Майстера «Восточный фронт — война на море 1941-1945 гг.», являющейся практически единственным зарубежным исследованием о Великой Отечественной войне на морских и речных театрах. Так, действиям подводных сил Германии на Балтике в 1941 г. Ю. Майстер посвятил всего один абзац, в котором даже не указаны названия всех немецких субмарин, принимавших участие в операциях.

Целью данной статьи является попытка воссоздания, хотя бы в самых общих чертах, картины боевых действий подводных сил Кригсмарине против Краснознаменного Балтийского Флота (КБФ) в 1941-1945 гг., а также анализ происходивших событий.

Приступая к реализации континентальных стратегических замыслов, верховное командование вооруженных сил Германии исходило, прежде всего, из уровня подготовки своих сухопутных войск. И именно победа или поражение на суше должны были решить общий исход войны. При этом подчеркивалось определенное влияние на стратегическую обстановку на суше как морской, так и воздушной войны.

В основу планирования войны против Советского Союза было положено требование максимально быстрого, молниеносного разгрома его вооруженных сил — в сроки, не допускавшие возможности затягивания войны на два фронта. Главные усилия флота по-прежнему направлялись на запад — против Великобритании. В директиве N° 21 (план Барбаросса) от 18 декабря 1940 г. относительно ВМФ говорилось следующее: «Центром тяжести операций военно-морского флота также и на время Восточного похода определенно остаются действия против Англии. По отношению к Советскому Союзу военно-морской флот выполняет следующую задачу: охрана собственного побережья и недопущение прорыва вражеских военно-морских сил из Балтийского моря. Поскольку по достижении германскими войсками Ленинграда русский Балтийский флот лишится

© А. Г. Чирков, 2009

последней базы и окажется в безнадежном положении, крупных морских операций до этого следует избегать. После ликвидации русского флота встанет задача полного восстановления сообщения по Балтийскому морю, включая снабжение северного крыла армии, которое необходимо будет обезопасить (траление мин!)»1.

Отвечавший за действия на Балтике штаб «командующего крейсерами» адмирала Губерта Шмундта разработал целый комплекс мероприятий. К ним относились постановки оборонительных минных полей вблизи портов (у Мемеля, Пиллау и Кольберга) и заграждения «Вартбург», простиравшегося от Мемеля до южной оконечности шведского острова Эланд, размещение в Мемеле усиленной флотилии торпедных катеров и выделение одной боевой группы бомбардировщиков Ю-88 (36 машин) в состав специально созданного авиационного командования «Остзее». Важную роль должны были сыграть и пять новых подводных лодок серии II Б (“и 140”, “и 142”, “и 144”, “и 145”, “и 149”) из состава 22-й учебной флотилии.

Возникает вопрос: почему для действий против КБФ немецкое командование решило выделить всего пять субмарин, ведь к началу войны с Советским Союзом в составе германских ВМС числилось около 160 подлодок? Наиболее вероятной нам представляется версия современного российского историка Мирослава Морозова: «Во-первых, остальные лодки были нужны для выполнения задач обучения, во-вторых, в соответствии с договоренностью со штабом финских ВМС Финский залив отводился для действий субмарин союзника Германии, в-третьих — развернуть более пяти позиций в соответствии с немецкими оперативными нормами просто не представлялось возможным. При этом нужно учитывать, что часть районов отводилась для действий сил ПЛО, а другие густо минировались»2.

Необходимо отметить, что те силы, которые немецкое командование выделяло для действий против КБФ, были далеко не лучшего качества. Все подводные лодки принадлежали ко II серии, о которой адмирал Дениц высказался еще в 1936 г. следующим образом: «Подводные лодки II серии, строившиеся для флотилии „Веддинген“, в дальнейшем из кораблестроительных программ исключались. Этот тип не удовлетворял ни своей боевой мощью (только три носовых и ни одного кормового аппарата), ни дальностью плавания (3100 миль), ни скоростью»3.

Успехи, достигнутые этими лодками, оказались более чем скромными. Рано утром

23 июня “И 144” капитан-лейтенанта Гердта фон Миттельштедта двумя торпедами потопила советскую лодку «М 78», которая всплыла для подзарядки аккумуляторов, совершая переход из Либавы в Рижский залив. 28 июня “И 149” капитан-лейтенанта Хорста Хельтринга потопила между мысом Ристна и Ханко подлодку «М 99». Но через несколько дней “И 149” была повреждена двумя самолетами МБР-2 и отправилась на ремонт, а на смену ей пришла “И 139”. 11 июля “И 144” безуспешно атаковала подлодку «М 97» между островами Хий-умаа и Саарема. 20 июля “и 140” в том же месте промахнулась по советской лодке «С 9» капитан-лейтенанта С. А. Рогачевского. «Лишь чудом С-9 избежал гибели — выпущенная „немкой“ торпеда была замечена сигнальщиком, но впавший в оцепенение Рогачевский не смог отдать необходимой команды, и лишь находчивость штурмана Правдюка позволила в последний момент уклониться»4. На следующий день “И 140” обер-лейтенанта Ганса Хельригеля атаковала подлодки «М 94» и «М 98», выходившие из пролива Соэло-Вяйн. «Торпеда разрушила кормовую часть „М 94“, и через 1 ч. 40 мин. ПЛ с большим дифферентом на корму затонула. Спаслось 11 человек»5. 23 июля Хельригель безуспешно атаковал «Щ 322», после чего у него кончились торпеды, и он вернулся на базу.

10 августа возле мыса Ристна немецкие подводники понесли первые потери в войне с Советским Союзом. Вечером этого дня «Щ 307» капитан-лейтенанта Н. И. Петрова при возвращении в базу обнаружила в районе северо-западнее мыса Ристна находящуюся в надводном положении “и 144”. «Не мешкая (до того в течение 3,5 лет Петров являлся преподавателем УОПП по дисциплине „боевое маневрирование ПЛ“), Петров лег на боевой курс и выпустил две торпеды, уничтожившие германскую субмарину “И 144” — первый корабль противника, потопленный советскими подводниками в Великой Отечественной войне»6. Еще через две недели, убедившись в отсутствии достойных внимания целей (28 августа пал Таллинн, а движение советских кораблей крупнее тральщика к западу от острова Найсаар прекратилось еще раньше), немецкое командование направило все подлодки на свои базы.

Необходимо заметить, что до конца 1941 г. немецкие ВМС потеряли на Балтике не одну, а три подводные лодки. Две субмарины VII С серии, “И 580” и “И 583”, погибли в Данцигском заливе при выполнении учебных стрельб. “И 580” «затонула 11.11.1941 в результате столкновения с судном-мишенью “Лп§е1Ьиг§” зап. Мемеля»7, а “И 583” «затонула 15.11.1941 в результате столкновения с “И 153” сев. Штольпмюнде»8.

С учетом того, что в первые дни и недели войны советское командование осуществляло на Балтике массу торопливых и зачастую бессмысленных перемещений своих сил, а противолодочная оборона КБФ была организована исключительно плохо, результаты действий немецких субмарин можно оценить как довольно низкие — им удалось потопить лишь три подлодки противника. Действия торпедных катеров и авиации оказались гораздо успешнее. Однако при сравнении действий подводных сил Кригсмарине и КБФ выясняется, что 5 немецких лодок достигли того же, что и 71 советская (всего подводные силы КБФ в первый год войны совершили 82 похода, потопили 1 подлодку, 1 транспорт (3784 брт.) и предположительно 1 шведский сторожевик, кроме того, на минах, выставленных подлодками, погибли 7 судов; потери подводных сил КБФ составили 27 единиц), потеряв при этом 1 субмарину против 27. Советские историки так оценили действия подлодок противника: «в 1941 году ни немецкие подводные лодки, действовавшие против боевых кораблей, ни финские лодки, действовавшие против торговых судов, не добились значительных успехов, но они создали очень большое напряжение для наших сил»9.

В 1942-43 гг. германские подводные силы участия в боевых действиях на Балтике не принимали. В этот период для немецких субмарин просто не было никакой подходящей работы — КБФ оказался заперт в восточной части Финского залива, а те немногочисленные задачи, к решению которых все-таки можно было привлечь подлодки, легли на плечи финских подводников. И в 1942 г. финны фактически повторили результат немцев, потопив подлодки «С 7», «Щ 307» и «Щ 305». Следует отметить, что в 1942-43 гг. на Балтике немецкие подводники понесли ряд потерь, не связанных с действиями советского флота. Так, в 1942 г. «2 сентября ПЛ “И 222” затонула в районе Пиллау после столкновения с ПЛ “И 626”»10, а «12 ноября ПЛ “И 272” затонула у косы Хель после столкновения»11. Богатым на небоевые потери выдался 1943 г. В 1943 г. «24 февраля “И 649” затонула в Данцигской бухте после столкновения с ПЛ “И 232”. 19 марта ПЛ “И 5” погибла из-за аварии при учебном погружении западнее Пиллау. 8 апреля ПЛ “И 733” погибла у Готенхафена после столкновения со сторожевым кораблем. <...> 8 сентября севернее м-ка Леба погибла ПЛ “И 983” после столкновения с ПЛ “И 988”. 20 сентября ПЛ “И 346” погибла при погружении у косы Хела. <.> 18 ноября ПЛ “И 718” и “И 476” затонули после столкновения в полигоне боевой

подготовки севернее о. Борнхольм. 20 ноября ПЛ “И 768” затонула после столкновения в Данцигской бухте»12. Итого 8 лодок только за один год!

В 1944 г. германское военно-морское командование после долгого перерыва вновь решило использовать подводные лодки для борьбы с силами советского флота на Балтике. 28 июня в финский порт Котка прибыл «Особый штаб подводных лодок», который должен был руководить действиями немецких субмарин в Финском заливе. Сами лодки должны были базироваться в портах южного побережья залива — уже 26 июня в Таллин прибыли три субмарины VII С серии — “И 481”, “И 748” и “И 1193” (позднее в эстонские порты прибыли еще семь лодок — “И 679”, “И 475”, “И 479”, “И 370”, “И 242”, “И 250” и “И 348”). А вскоре лодка “И 481” уже вышла на разведку к финским шхерам. В июле перед немецкими подводниками были поставлены следующие задачи:

«а) предотвращение внезапной высадки советских десантов на островах западнее Выборгского залива путем создания двух наблюдательных позиций:

1) „Тринидад“ — напротив пролива Бьеркезунд;

2) „Бенгалия“ — восточнее острова Гогланд;

b) нападение на советские корабли в проливе Бьеркезунд;

c) охранение заграждения „Зееигель“ после того, как в июле охранение надводными кораблями в связи с усилением налетов советской авиации стало невозможно»13. В финских шхерах для них было создано несколько мест для стоянок.

Следует отметить, что немецкие подводники были вынуждены вести боевые действия в достаточно неблагоприятных условиях. Финский залив вообще сложен для плавания, глубины здесь небольшие, к тому же господство советской авиации в воздухе служило дополнительным сковывающим фактором для немцев, так что зарядка батарей в светлые ночи была сопряжена со значительным риском. К тому же командование КБФ отказалось от использования не только крупных, но и средних надводных кораблей, что приводило к недостатку достойных целей для субмарин, подвергающих себя серьезному риску. 9 июля советские корабли обнаружили первую субмарину противника в Выборгском заливе возле острова Руонти. Поначалу командование КБФ просто не поверило этому донесению — ведь в этом районе не было крупных советских боевых кораблей, а мелкие сторожевые и торпедные катера не могли быть серьезной добычей.

Однако уже 14 июля “И 679” имела боевое столкновение с двумя советскими охотниками («МО 104» и «МО 105») и торпедным катером «ТК 57». Лодка получила попадание одного снаряда — погибло три моряка. 23 июля “И 479” восточнее острова Нерва атаковала два советских сторожевых катера — но промахнулась по столь малоразмерной цели. Других целей немецкие подводники в этих водах не встречали. Сама лодка была атакована и получила повреждения от глубинных бомб. 26 июля похожая история случилась с “И 348”, промахнувшейся по сторожевику и поврежденной при бомбежке.

Наконец 28 июля немцы добились успеха — торпеда “И 475” поразила «МО 107». Как ни странно, но, потеряв носовую часть, маленький корабль не затонул, а смог задним ходом прибыть на базу. 30 июля “И 481” севернее Пюхайое потопила новейшими акустическими торпедами катерные тральщики N° 804 и 807. Наверное, эти крохотные кораблики (водоизмещение 26 тонн, скорость 9 узлов, вооружение — пулемет 7,62 мм) стали самыми маленькими кораблями, потопленными подводной лодкой. В тот же день в Выборгском заливе разыгралась целая драма. Сначала “И 250” потопила морской охотник «МО 105». Однако вслед за этим лодка была атакована и потоплена глубинными бомбами второго катера—«МО 103». Шесть спасшихся моряков попали в плен. Впрочем, достаточно сложно

было ожидать чего-либо другого от “И 250”, учитывая, что для ее командира это был только второй поход, а сам он был лишь недавно переведен в Кригсмарине из Люфтваффе. Нехватка офицерских кадров для подводных лодок приводила и к подобным довольно странным служебным перемещениям, однако, было очень опрометчиво посылать в такой опасный для субмарин район лодку под командованием недавнего летчика.

Тем не менее, с потоплением “И 250” история, связанная с этой подлодкой, не закончилась. Немецкое командование, обеспокоенное тем, что русские могут добраться до лежащей на мелководье лодки и обнаружить на ней новейшие образцы акустических торпед, поручило 5-й флотилии торпедных катеров в ночь с 31 августа на 1 сентября забросать место гибели лодки глубинными бомбами и поставить здесь неконтактные донные мины. Возвращаясь с этой операции, подорвался на мине и затонул торпедный катер “Б 80”. В итоге данная акция лишь привлекла внимание советского командования к потопленной лодке, в сентябре 1944 г. ее подняли, привели в Кронштадт и поставили в док. С “И 250” удалось извлечь много интересных вещей, в том числе акустические торпеды Т-5 и шифровальную машину «Энигма».

30 июля в Нарвском заливе двумя штурмовиками Ил-2 была атакована “И 481”, сумевшая отбить атаку и сбившая один самолет. На следующий день “И 370” потопила южнее Бьерке-Зунда очередной охотник — «МО 101». Затем немцы вывели свои лодки из Выборгского залива, и район их действий окончательно переместился к юго-западу от островов Бьерке. 25 августа “И 242” потопила килектор «ККО 2» и катер «ВРД 96» в районе Шепелевского маяка. 26 августа “И 745” удалось потопить тральщик «Т 45», водоизмещением целых 140 тонн (крупная цель в тех местах).

С выходом Финляндии из войны и ухудшением ситуации в Прибалтике действия немецких подлодок сильно осложнились. 21 сентября, накануне падения Таллина, они были вынуждены перебазироваться в Виндаву, Либаву и Мемель. Поэтому действия немецких субмарин в Финском заливе практически прекратились. Последними их акциями стали обстрел 9 октября возле Ханко финского вооруженного буксира № 764 (“И 370”), потопление 15 октября трех финских катеров возле Осмуссара (“И 481”), уничтожение

24 октябряфинского парохода «Линнеа» (“И 958”), потопление 17 октября малого охотника «СК 512» (“И 1165”). 28 октября финский пароход «Ригель» погиб на мине, поставленной “И 242”.

Зона подводной войны постепенно смещалась к западу. Последний раз появление немецкой подлодки в Нарвском и Лужском заливах было отмечено 28-30 октября. С началом Моонзундской десантной операции действия субмарин сосредоточились вокруг портов юго-западной части Финского залива и островов Хийума и Саарема. 18 ноября 1944 г. в районе Палдиски “И 679” потопила сторожевой катер «СК 62». На следующий день около Осмуссаара “И 481” пустила на дно баржу № 112600. 24 ноября неизвестная субмарина потопила охотник «МО 594», а 27 ноября “И 679” уничтожила советский тральщик «Т 387».

1944 год закончился для подводного флота Германии на Балтике гибелью “И 479”, которая, скорее всего, подорвалась на мине, а не была случайно протаранена советской подводной лодкой «Лембит», как принято считать. Ряд успехов немецких субмарин, о которых, в частности, упоминает Ю. Майстер, подтвержден не был.

Подводя итоги действий немецких подлодок на Балтике в 1944 г. Майстер писал: «Из-за отсутствия выгодных целей немецко-финская подводная война 1944 г. большого успеха не имела и едва ли могла повлиять на общую обстановку. Русская противолодочная оборона была агрессивной, но не очень искусной»14. Такой вывод представляется

нам вполне обоснованным. При этом хотелось бы добавить, что достигнутые весьма незначительные результаты вряд ли оправдывали как затраченные усилия, так и немалый риск, которому вынужденно подвергались немецкие подводники. Возможно, применив выделенные для Балтики силы на других театрах, немцы добились бы большего успеха.

Последние активные действия немецких подводных лодок на Балтике имели место возле Таллина в январе и начале февраля 1945 г. Вечером 9 января малым охотником «МО 124» здесь была потоплена субмарина “И 679” (по другой версии погибла на минах) под командованием обер-лейтенанта Динста, вышедшая из Либавы 4 ноября. 11 января

1945 г. возле Таллина подводной лодкой “И 745” был потоплен советский тральщик «Т 33», ошибочно квалифицированный немцами как «минный заградитель», это стало последней победой немецких субмарин на Балтике. Далее следовали только потери. Сама “И 745” ненадолго пережила свою жертву — после 4 февраля на связь она больше не выходила и числится погибшей на минах. 19 февраля в районе Осмуссаара и Палдиски подорвалась на минах и затонула еще одна лодка — “И 676”.

На этом немецкая подводная война на Балтике закончилась. Всего с лета 1944 и до конца апреля 1945 гг. Кригсмарине потеряли в зоне действия КБФ 16 подводных лодок, из которых три было потоплено советскими кораблями (две — катерами МО и одна — подводной лодкой), еще две погибли на минах в устье Финского залива. Кроме того, на счет советских ВМС с большой долей вероятности можно занести три лодки (“И 547”, “И 2342” и “И 367”), погибшие в Данцигском заливе, у Свинемюнде и на подходах к Штеттину в ноябре 1944 — марте 1945 гг. Остальные восемь лодок погибли от навигационных аварий либо на минах, поставленных английской авиацией. Таким образом, эффективность действий немецких субмарин на Балтике за последний год войны оказалась крайне низкой, а их потери — достаточно высокими. Без сомнения, они были бы еще выше, если бы руководство КБФ смогло организовать в Финском заливе и северной части Балтийского моря централизованную и хорошо налаженную систему противолодочной обороны. Но противник и без того не имел здесь достойных целей. Транспорт из Швеции с октября 1944 г. ходил хорошо защищенными шхерными фарватерами, горло Финского залива было надежно перекрыто минными и сетевыми заграждениями (в основном немецкого же происхождения), а в открытой части Балтийского моря из советских кораблей появлялись только катера и малые тральщики. Создавать ради них систему противолодочной обороны просто не имело смысла.

Таким образом, итоги действий немецких подводников против сил КБФ на Балтике в 1941-45 гг. выглядят достаточно разочаровывающими для немцев. Германским подводным силам не удалось добиться каких-либо выдающихся успехов, результативность оставалась низкой, едва ли оправдывая потери и затраченные силы и средства. Влияние германских субмарин на общую обстановку на театре военных действий было незначительным, если не сказать ничтожным. Все это разительно отличается от операций в Атлантике. Действуя в сходных с советскими моряками условиях, немцы показали практически такую же результативность. При этом, правда, следует отметить, что подводные силы КБФ в численном отношении значительно превосходили немецкие, но, с другой стороны, в 1942-43 гг. советским подводникам пришлось действовать в еще более сложных условиях, чем немецким.

1 Цит. по: Руге Ф. Война на море. 1939-1945. СПб., 2000. С. 188-189.

2 Морозов М. «И-боты» против подлодок. Германские субмарины на Балтике в 1941 г. // Флотомастер. 2000. № 4. С. 16. 3Дениц К. Немецкие подводные лодки во Второй мировой войне. СПб., 2000. С. 50.

4 Морозов М. Э., Кулагин К. Л. «Эски» в бою. Подводные лодки Маринеско, Щедрина, Лисина. М., 2008. С. 54.

5 Широкорад А. Б. Корабли и катера ВМФ СССР 1939-45 гг. Минск, 2002. С. 40.

6 Морозов М. Э., Кулагин К. Л. «Щуки». Легенды Советского подводного флота. М., 2008. С. 76.

7 Патянин С. В. Нагирняк В.А. Корабли Второй мировой войны. ВМС Германии (часть 2) // Морская коллекция. 2005. № 10. С. 17.

8 Патянин С. В. Нагирняк В. А. Корабли Второй мировой войны. ВМС Германии (часть 2) // Морская коллекция. 2005. № 10. С. 17.

9 Краснознаменный Балтийский флот в Великой Отечественной войне советского народа 1941-1945 гг.: Оборона Прибалтики и Ленинграда: в 2 т. М., 1990. Т. 1. С. 244.

10 Богатырев С. В., Ларинцев Р. И., ОвчаренкоА. В. Морская война на Балтике 1941-1945 гг. Справочник-хроника. Архангельск, 1997. Ч. 1. Потери флота противника на Балтийском море в 1941-43 гг. С. 33.

11 Богатырев С. В., Ларинцев Р. И., Овчаренко А. В. Морская война на Балтике 1941-1945 гг. Справочник-хроника. Архангельск, 1997. Ч. 1. Потери флота противника на Балтийском море в 1941-43 гг. С. 33

12 Богатырев С. В., Ларинцев Р. И., Овчаренко А. В. Морская война на Балтике 1941-1945 гг. Справочник-хроника. Ч. 1. Потери флота противника на Балтийском море в 1941-43 гг. Архангельск, 1997. С. 42.

13 Майстер Ю. Восточный фронт — война на море 1941-1945 гг. М., 2005. С. 114.

14 Майстер Ю. Восточный фронт — война на море 1941-1945 гг. М., 2005. С. 116.