О некоторых вопросах теории и практики делегированного правотворчества

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2017. № 3 (52). С. 12-20.

УДК 340

DOI 10.25513/1990-5173.2017.3.12-20

О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ДЕЛЕГИРОВАННОГО ПРАВОТВОРЧЕСТВА

ABOUT SOME QUESTIONS OF THE THEORY AND PRACTICE OF DELEGATED LAWMAKING

В. В. КОЖЕВНИКОВ, А. Е. КОНДРАТЬЕВ

Отражено понятие делегированного правотворчества, проанализирована история его развития, рассмотрено современное состояние и тенденции данного правового явления в сфере современного российского правового регулирования. Предложена авторская позиция по вопросу о проблеме отнесения правотворчества органов местного самоуправления к делегированному.

Ключевые слова: правотворчество; делегированное; история; понятие; органы местного самоуправления.

The article reflects the concept of delegated law-making, analyzed the history of its development, considers the current status and trends of this legal phenomenon in contemporary Russian legal regulation. The author's position on the issue of the assignment of the lawmaking bodies of local self-government delegated.

Key words: the law-making delegated history; concept; local governments.

В современной юридической литературе, посвящённой проблемам правотворчества, недостаточно внимания уделяется такому способу правотворчества, как делегированное, по сравнению с непосредственным и санкционированным. При характеристике делегированного правотворчества авторы обычно обращают внимание лишь на понятие и исторические предпосылки данного явления [1], не затрагивая при этом состояние и тенденции указанного способа правотворчества в сфере современного российского правового регулирования, что и обусловливает актуальность данной проблематики.

В юридической литературе под делегированным правотворчеством понимается «деятельность государственных органов, должностных лиц и определённых негосударственных организаций и учреждений, связанная с принятием нормативных актов на основе передачи им соответствующего права прямо уполномоченных на такую деятельность органов и лиц» [2].

© Кожевников В. В., Кондратьев А. Е., 2017

В. М. Шамаров делегированное правотворчество понимает как правотворчество, осуществляемое по поручению, т. е. путём передачи своих правотворческих полномочий от одного субъекта правотворчества другому субъекту [3].

Полагаем, что достаточное чёткое определение делегированного правотворчества сформулировал О. Ф. Скакун: это издание нормативно-правового акта по уполномочию, действующему в течение определённого времени или без указания сроков, исходящему из закона, или по прямому поручению одного (вышестоящего) органа государства другому (нижестоящему) при сохранении определённой системы контроля со стороны вышестоящего органа за реализацией делегированных полномочий, в результате чего происходит временное расширение полномочий органа, которому они делегируются [4].

Думается, что, говоря о рассматриваемом нами вопросе, следует разграничивать понятия «делегированное» и «санкциониро-

ванное» правотворчество. Если под делегированным правотворчеством понимается «деятельность государственных органов и/или должностных лиц, а также отдельных негосударственных организаций, связанная с принятием нормативных правовых актов на основании поручения (делегирования) иного органа или должностного лица» [5], то под санкционированным - «утверждение норм государственным органами, которые сложились независимо от них, в виде обычая (делового обыкновения), или выработаны негосударственными организациями» [6], могущие «осуществляться как до принятия акта -путём одобрения будущего правового акта, так и после принятия такого акта посредством дачи согласия на его применение» [7].

Таким образом, термин «санкционирование» необходимо рассматривать как утверждение чего-нибудь высшей инстанцией, а «делегирование» - как разрешение правотворческой деятельности иным субъектам правотворчества на основании акта о делегировании.

В советский период делегированное правотворчество привлекло внимание учёных после того, как Постановлением ЦИК СССР, СНК СССР, ВЦСПС от 23 июня 1933 г. [8] была осуществлена передача обязанностей Народного комиссариата труда Союза СССР (Наркомтруда СССР) в ведение Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов (ВЦСПС).

В постсоветской правотворческой практике России также имелся некоторый опыт делегирования правотворческих полномочий. Так, Президент Российской Федерации с 1991 по конец 1993 г. на основании Постановления Съезда народных депутатов РСФСР от 1 ноября 1991 г. № 1831-1 «О правовом обеспечении экономической реформы» [9] наделялся правом приостанавливать законодательные акты СССР и издавать указы в целях оперативного регулирования экономических реформ, которые должны были представляться в Верховный Совет (в период между сессиями - в Президиум Верховного Совета). Если он их не отклонял, то указы вступали в силу. Так, например, был издан Указ Президента России от 16 декабря 1993 г. № 2162 «Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель

при проведении земельной реформы» [10], а также Указ от 24 декабря 1993 г. № 2287 «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией РФ» [11], которые вносили значительные изменения в земельные отношения государства.

Примером делегированного правотворчества может являться и Указ Президента РФ от 1 июля 1996 г. № 1008 «Об утверждении Концепции развития рынка ценных бумаг в Российской Федерации» [12], в соответствии с которым «одним из важнейших принципов государственной политики на рынке ценных бумаг являлся принцип минимального государственного вмешательства и максимального саморегулирования, который означал, что государство регулирует деятельность субъектов рынка лишь в тех случаях, когда это абсолютно необходимо, и делегирует (здесь и далее выделено нами. - Авт.) часть своих нормотворческих функций профессиональным операторам рынка ценных бумаг».

Конституция России 1993 г. [13] прямо предусматривает возможность делегирования правотворческих полномочий.

Так, например, в силу ч. 2 ст. 78 Основного закона федеральные органы исполнительной власти по соглашению с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации могут передавать им осуществление части своих полномочий, если это не противоречит Конституции Российской Федерации и федеральным законам. В соответствии с ч. 3 этой же статьи органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации по соглашению с федеральными органами исполнительной власти могут передавать им осуществление части своих полномочий.

Таким образом, российское законодательство не исключает возможности делегированного правотворчества.

Справедливости ради отметим, что существуют позиции, согласно которым, как отмечается, «в Российской Федерации практика делегированного законотворчества не применяется» [14]. Полагаем, что с данным утверждением авторов сложно согласиться.

Так, например, в п. 5 ст. 32 Устава Краснодарского края от 4 июля 1997 г. до внесения в него изменений от 28 мая 2003 г. было

закреплено, что «в целях оперативного решения входящих в его компетенцию вопросов Законодательное Собрание вправе передать часть своих полномочий органам исполнительной власти, а также органам местного самоуправления».

В некоторых субъектах Российской Федерации даже имеются отдельные законы, в которых чётко предусмотрены особенности процедуры делегированного правотворчества.

Так, в ч. 1 ст. 5 Закона Республики Адыгея от 9 октября 1998 г. № 92 «О нормативных и иных правовых актах» [15] указано, что делегирование нормотворческих полномочий может происходить внутри системы органов государственной власти Республики Адыгея, между органами государственной власти Республики Адыгея и федеральными органами исполнительной власти, а также между органами государственной власти Республики Адыгея и органами местного самоуправления. В силу ч. 2 ст. 5 Закона в акте о делегировании должно быть указано, какое конкретное нормотворческое полномочие, какому органу и на какой срок делегируется. Часть 5 ст. 2 Закона определяет, что, издавая нормативный акт в порядке реализации делегированного полномочия, орган обязан сослаться на нормативный акт, которым ему делегировано соответствующее полномочие.

Вместе с тем, несмотря на наличие в Республике Адыгея соответствующей чёткой процедуры делегирования правотворческих полномочий, Кабинет министров Республики Адыгея нарушил указанную процедуру, что, в свою очередь, повлекло за собой судебное разбирательство по данному вопросу.

Так, 31 октября 2007 г. Кабинет министров Республики Адыгея принял постановление по вопросам возмещения расходов на оплату жилого помещения, предоставленного педагогическим работникам. Прокурор обратился в суд с заявлением о признании данного постановления противоречащим федеральному законодательству. Анализируя указанное постановление, Верховный Суд России отметил, что вопрос законодательного регулирования правоотношений по установлению педагогическим работникам, проживающим и работающим в сельской местности республики, мер социальной поддержки, связанных с предоставлением бесплатной

жилой площади с отоплением и освещением, в компетенцию Кабинета министров Республики Адыгея не входит. И далее суд отметил, что Кабинету министров Республики Адыгея не были предоставлены нормотворческие полномочия по изданию оспариваемого нормативного правового акта [16].

Возможность делегированного правотворчества предусмотрена также и в Законе Республики Ингушетия от 7 декабря 1999 г. № 29-РЗ «О нормативных правовых актах Республики Ингушетия» [17]. Так, в ст. 4 Закона указано, что Глава Республики Ингушетия и Правительство Республики Ингушетия вправе делегировать осуществление части своих правотворческих полномочий республиканским органам исполнительной власти. В акте о делегировании указывается, какому органу делегируется конкретное полномочие и на какой срок, устанавливаются пределы, в которых орган вправе реализовать делегированное ему полномочие. Орган, которому делегированы правотворческие полномочия, не вправе передавать их другому органу.

Существенные изменения в сфере делегированного правотворчества произошли после принятия Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 233-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» [18]. Как отмечалось в пояснительной записке к законопроекту, «основной новеллой законопроекта является норма о закреплении соответствующих полномочий Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации по принятию актов о передаче полномочий Российской Федерации, реализуемых федеральными органами исполнительной власти, для осуществления органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации». В пояснительной записке также указывается следующее: «Актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации могут делегироваться органам исполнительной власти субъектов Российской

Федерации только те полномочия, которые соответствующими федеральными законами отнесены к федеральным полномочиям и осуществляются федеральными органами исполнительной власти». Говоря об основной цели закона, разработчики обратили внимание на то, что «в условиях длительной законодательной процедуры наделение Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации полномочиями по делегированию полномочий федеральных органов исполнительной власти позволит оперативно принимать соответствующие управленческие решения» [19].

В связи с принятием указанного Федерального закона по вопросам делегированного правотворчества были внесены многочисленные изменения в отраслевые законы. Так, например, Закон РФ от 21 февраля 1992 г. № 2395-1 «О недрах» [20] был дополнен ст. 3.1, которая предусматривает, что «полномочия федеральных органов исполнительной власти в сфере регулирования отношений недропользования, предусмотренные настоящим Кодексом, могут передаваться для осуществления органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации постановлениями Правительства Российской Федерации...».

Рассмотрим возможные случаи делегирования правотворческих полномочий федеральных органов исполнительной власти органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Так, например, п. 3 ч. 1 ст. 3 Закона РФ «О недрах» установлено, что к полномочиям федеральных органов государственной власти в области регулирования отношений недропользования относится установление общего порядка пользования недрами и их охраны, разработка соответствующих стандартов (норм, правил), в том числе классификации запасов и прогнозных ресурсов полезных ископаемых.

Указанное законоположение означает, что соответствующий порядок пользования недрами, разработка стандартов может быть произведена лишь нормативными правовыми актами Российской Федерации. Для того чтобы данные порядок или стандарты могли быть введены конкретным субъектом Российской Федерации, Правительство Россий-

ской Федерации (на основании вышеуказанного Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 233-ФЗ) своим постановлением должно передать (делегировать) это полномочие всем субъектам Российской Федерации либо утвердить (вне сферы действия Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 233-ФЗ, но на основании Постановления Правительства РФ от 8 декабря 2008 г. № 924 [21]) отдельное соглашение о передаче осуществления части полномочий конкретному субъекту Российской Федерации.

Отметим, что по состоянию на июль 2015 г. 15 федеральных органов исполнительной власти и 85 исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации заключили 127 соглашений в 17 сферах правоотношений. Основную часть перечня составляют соглашения, заключённые МЧС России с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а также соглашения отдельных федеральных органов исполнительной власти с Республикой Крым и г. Севастополем [22].

Так, например, Распоряжением Правительства РФ от 11 апреля 2011 г. № 613-р [23] было утверждено Соглашение между МЧС России и Правительством Омской области о передаче друг другу осуществления части своих полномочий в решении вопросов защиты населения и территории от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и ликвидации их последствий, организации и проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ при чрезвычайных ситуациях межмуниципального и регионального характера, организации тушения пожаров силами Государственной противопожарной службы, организации осуществления на межмуниципальном и региональном уровне мероприятий по гражданской обороне, осуществления поиска и спасания людей на водных объектах (далее - Соглашение).

В п. 3 ст. 2 Соглашения указано, что Правительство Омской области осуществляет нормативное регулирование отношений, связанных с реализацией передаваемых в соответствии с настоящим Соглашением полномочий.

В свете приведённых выше примеров отметим, что осуществление федеральных полномочий в сфере недропользования орга-

нами государственной власти субъектов Российской Федерации (без соответствующего акта о делегировании правотворческих полномочий) влечёт за собой отмену такого правотворческого акта субъекта Российской Федерации.

Так, по одному из дел о признании недействующими отдельных положений Кодекса Республики Башкортостан Верховный Суд РФ отметил, что субъекты РФ не могут устанавливать порядок предоставления недр для разработки всех видов полезных ископаемых, ввиду чего оспариваемые прокурором нормы противоречат федеральному законодательству [24].

Говоря о проблемных вопросах нашей тематики, Л. А. Морозова рассуждает, что «в принципе делегированным правотворчеством можно считать правотворчество органов местного самоуправления, так как эти органы не входят в государственную систему, но вправе принимать акты местного значения» [25]. Такого же мнения придерживается Н. В. Иночкина [26].

Думается, что данная позиция является весьма спорной.

Действительно, в соответствии со ст. 12 Конституции РФ «органы местного самоуправления не входят в систему органов го -сударственной власти». Однако мы не можем говорить о том, что правотворчество органов местного самоуправления является делегированным, опираясь лишь на данные законоположения.

Во-первых, в соответствии с той же ст. 12 Конституции РФ «местное самоуправление в пределах своих полномочий самостоятельно».

Во-вторых, в силу ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» [27] местное самоуправление в Российской Федерации - форма осуществления народом своей власти, обеспечивающая... самостоятельное и под свою ответственность решение населением непосредственно и (или) через органы местного самоуправления вопросов местного значения исходя из интересов населения с учётом исторических и иных местных традиций.

В-третьих, в соответствии с ч. 1 ст. 7 данного федерального закона «по вопросам местного значения населением муниципальных образований непосредственно и (или) органами местного самоуправления и должностными лицами местного самоуправления принимаются муниципальные правовые акты».

Так, например, в силу ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ городское поселение вправе принимать муниципальные правовые акты по вопросам составления и рассмотрения проекта бюджета поселения, утверждения и исполнения бюджета поселения; вопросам установления, изменения и отмены местных налогов и сборов; вопросам владения, пользования и распоряжения имуществом, находящимся в муниципальной собственности поселения, и по другим вопросам. В силу п. 1 ч. 1 ст. 17 данного закона в целях решения вопросов местного значения органы местного самоуправления также принимают устав муниципального образования и вносят в него изменения и дополнения, издают иные муниципальные правовые акты.

Таким образом, проведённый выше анализ законоположений чётко показывает, что правотворчество органов местного самоуправления нельзя считать делегированным.

Вместе с тем, проанализировав законодательство об органах местного самоуправления, мы приходим к выводу о том, что в исключительных случаях органам местного самоуправления могут делегироваться правотворческие полномочия от иных органов го -сударственной власти. И только в этом случае правотворчество органов местного самоуправления по переданным им полномочиям можно будет считать делегированным.

Анализ вышеуказанного Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ, а также практики применения законодательства свидетельствует о том, что органы местного самоуправления могут осуществлять делегированные правотворческие функции в случае перераспределения полномочий между органами местного самоуправления и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, а также наделения органов местного самоуправления полномочиями в конкретной сфере.

Так, в соответствии с недавно введённой ч. 1.2 [28] ст. 17 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ законами субъекта Российской Федерации может осуществляться перераспределение полномочий между органами местного самоуправления и органами государственной власти субъекта Российской Федерации на срок не менее срока полномочий законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Такие законы субъекта Российской Федерации вступают в силу с начала очередного финансового года.

Принятие данной нормы о перераспределении полномочий повлекло за собой внесение изменений в ряд законодательных актов. Так, Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 416-ФЗ «О водоснабжении и водо-отведении» [29] дополнен ст. 6.1, в соответствии с которой полномочия органов местного самоуправления и органов государственной власти субъекта Российской Федерации в сфере водоснабжения и водоотведения, установленные настоящим федеральным законом, могут быть перераспределены между ними.

Вместе с тем, как отметило в ответах на часто задаваемые вопросы Минэкономразвития России, перераспределение полномочий предусматривается исключительно между органами местного самоуправления и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, в связи с чем перераспределение законами субъектов Российской Федерации полномочий между органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления муниципального района в рамках реализации положений ч. 1.2 ст. 17 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ невозможно [30].

Примером же наделения органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями может служить, например, Закон Омской области от 6 ноября 2015 г. № 1812-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления муниципального образования городской округ город Омск Омской области и муниципальных районов Омской области отдельными государственными полномочиями Омской области по организации проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных на

территории города Омска и территориях муниципальных районов Омской области» [31] (далее - Закон).

В ч. 1 ст. 2 Закона указывается, что органы местного самоуправления при осуществлении переданных государственных полномочий имеют право принимать муниципальные правовые акты по вопросам осуществления переданных государственных полномочий. Вместе с тем, в целях недопущения нарушений законодательства либо злоупотреблений со стороны органов местного самоуправления при осуществлении делегированного правотворчества по переданным полномочиями, ч. 1 ст. 3 Закона закрепляет за органами государственной власти Омской области право проводить проверки соблюдения органами местного самоуправления законодательства при осуществлении переданных государственных полномочий. На случай, если органы местного самоуправления не будут справляться при осуществлении делегированного нормативного регулирования, ч. 1 ст. 7 Закона предусматривает возможность прекращения осуществления органами местного самоуправления переданных государственных полномочий. Срок осуществления полномочий органами местного самоуправлению в силу данного Закона неограничен.

Похожие законы приняты и в ряде иных субъектов Российской Федерации. Так, Законом Московской области от 10 ноября 2015 г. № 191/2015-03 [32] органы местного самоуправления муниципальных образований Московской области были наделены отдельными государственными полномочиями Мо -сковской области в области земельных отношений.

Однако, как следует из ч. 1 ст. 5 Закона Московской области, органы местного самоуправления наделяются государственными полномочиями, установленными настоящим законом, сроком на один год.

Указанное ещё раз подтверждает, что полномочия по осуществлению органами местного самоуправления делегированного правотворчества могут действовать как в течение определённого времени, так и без указания соответствующих предельных сроков.

Рассуждая об осуществлении органами местного самоуправления отдельных делеги-

рованных правотворческих полномочий, переданных им органами государственной власти, мы оказываемся перед необходимостью ответить на вопрос: осуществление отдельных государственных полномочий органами местного самоуправления является правом или же обязанностью?

Отвечая на данный вопрос, отметим, что в соответствии с положениями ч. 2 ст. 132 Конституции России органы местного самоуправления могут наделяться законом отдельными государственными полномочиями с передачей необходимых для их осуществления материальных и финансовых средств. При этом реализация переданных полномочий подконтрольна государству.

В соответствии со ст. 133 Конституции России местное самоуправление в Российской Федерации гарантируется правом на компенсацию дополнительных расходов, возникших в результате решений, принятых органами государственной власти.

Как представляется, исходя из анализа вышеназванной нормы, органы местного самоуправления могут отказаться от исполнения делегированных правотворческих полномочий лишь в случае недостаточности переданных им материальных и финансовых средств либо при невозможности органа местного самоуправления оперативно, качественно и в установленный срок организовать работу во исполнение переданных органом государственной власти полномочий.

Вместе с тем, как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 30 ноября 2000 г. № 15 [33], наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями может осуществляться только законодателем - федеральным или законодателем субъекта Российской Федерации, и только в форме закона, с учётом установленного Конституцией Российской Федерации разграничения предметов ведения и полномочий Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Как показала судебная практика, некоторые органы государственной власти в своих нормативных актах закрепляют положения, противоречащие данному конституционному требованию.

Так, по одному из дел в вышеуказанном постановлении Конституционный Суд РФ от-

метил, что Устав (Основной Закон) Курской области предполагал, что соответствующие полномочия передаются органам местного самоуправления не законом, т. е. не в порядке осуществления субъектом Российской Федерации законодательных полномочий, а решением органов государственной власти района - районного Совета народных депутатов (он по своей природе и месту в системе публичной власти не может выступать в качестве законодательного органа) или районной администрации, что противоречит ст. 133 Конституции России.

Вместе с тем Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ предусматривает специальную возможность органов местного самоуправления отказаться от исполнения полномочий, делегированных органом государственной власти. Так, в ч. 2 ст. 20 данного закона предусмотрено, что признанное в судебном порядке несоответствие федеральных законов, законов субъектов Российской Федерации, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, предусматривающих наделение органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями, требованиям, предусмотренным ст. 19 настоящего федерального закона, является основанием для отказа от исполнения указанных полномочий.

Рассмотрев некоторые вопросы интересующего нас способа правотворчества, изучив мнения учёных, а также проанализировав практику, мы пришли к выводу, что действующее законодательство Российской Федерации как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации допускает возможность делегирования нормо-творческих полномочий некоторым субъектам правотворчества. На современном этапе правового регулирования, как было показано на конкретных примерах, достаточно часто встречаются случаи такого делегирования, а в некоторых субъектах Российской Федерации приняты специальные законы, регламентирующие особенности делегированной правотворческой процедуры.

Также с определённой степенью аргументации нами было показано, что само по себе правотворчество органов местного самоуправления по вопросам, отнесённым к их компетенции, не является делегированным,

за исключением случаев делегирования правотворческих полномочий органам местного самоуправления от иных органов государственной власти путём наделения или перераспределения полномочий либо случаев заключения с органом местного самоуправления соответствующего соглашения, предусматривающего выполнение указанным органом делегированных ему полномочий.

Причины делегирования правотворческих полномочий достаточно разнообразны.

Как верно утверждает С. Г. Дзыбова, причины делегирования состоят «в возрастающей сложности современного общества; загруженности законодательного органа, нехватке времени, отсутствии необходимых механизмов осуществления правотворческих функций». Рассуждая, С. Г. Дзыбова отмечает, что «какому-либо органу государственного управления предпочтительнее самому издать нормативный акт на основе делегированных полномочий, чем зависеть от издания соответствующего акта законодательным органом» [34].

Согласимся в этой части и с мнением Н. В. Иночкиной о том, что «делегирование правотворческих полномочий позволяет обеспечить некоторую оптимизацию государственного управления, способствует рациональному распределению рабочего времени, помогает наладить практику подготовки высококвалифицированных кадров» [35].

Вместе с тем мы приходим к выводу, что осуществление делегированных правотворческих полномочий органом, которому они были переданы, эффективно в тех случаях, когда в акте о делегировании, помимо передаваемых полномочий, установлены конкретные обязанности и ответственность органа за их неисполнение, порядок отчётности органа об осуществлении переданных полномочий, а также чётко прописаны условия и порядок прекращения осуществления делегированных полномочий. Помимо этого, успешному исполнению делегированных правотворческих полномочий будут способствовать достаточные материальные и финансовые ресурсы, порядок предоставления и использования которых должен быть отражён в акте о делегировании, а также чёткий контроль за исполнением переданных полномочий.

1. Лазарев В. В., Липень С. В. Теория государства и права : учебник для вузов. - М. : Спартак, 2000. - С. 278.

2. Оксамытный В. В. Теория государства и права : учебник для студентов вузов. - М. : ИМПЭ-ПАБЛИШ, 2004. - С. 563.

3. Шамаров В. М. К вопросу о содержании понятия «правотворчество» в учебной юридической литературе // Вестник Екатерининского института. - 2012. - № 2 (18). - С. 50.

4. Скакун О. Ф. Теория государства и права : учебник. - Харьков : Консум : Ун-т внутр. дел, 2000. - С. 327-328.

5. Иночкина Н. В. Проблема разграничения понятий «санкционированное» и «делегированное» правотворчество // Юридические науки: проблемы и перспективы : материалы Меж-дунар. науч. конф. - Пермь : Меркурий, 2012. -С. 8.

6. Шамаров В. М. Указ. соч. - С. 51.

7. Иночкина Н. В. Указ. соч. - С. 8.

8. Об объединении Народного комиссариата труда Союза ССР с Всесоюзным центральным советом профессиональных союзов : Постановление ЦИК СССР, СНК СССР, ВЦСПС от 23 июня 1933 г. // СЗ СССР. - 1933. -№ 40. - Ст. 16.

9. О правовом обеспечении экономической реформы : Постановление СНД РСФСР от 1 ноября 1991 г. № 1831-1 // Ведомости СНД и ВС РСФСР - 1991. - № 44. - Ст. 1456.

10. Об усилении государственного контроля за использованием и охраной земель при проведении земельной реформы : Указ Президента России от 16 декабря 1993 г. № 2162 // Собрание актов Президента и Правительства РФ. -1993. - № 51. - Ст. 4935.

11. О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией РФ : Указ Президента России от 24 декабря 1993 г. № 2287 // Собрание актов Президента и Правительства РФ. - 1993. -№ 52. - Ст. 5085.

12. Об утверждении Концепции развития рынка ценных бумаг в Российской Федерации : Указ Президента РФ от 1 июля 1996 г. № 1008 // СЗ РФ. - 1996. - № 28. - Ст. 3356.

13. Конституция Российской Федерации : (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) : (с учётом поправок, внесённых Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008 г. № 7-ФКЗ, от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. - 2014. - № 31. - Ст. 4398.

14. Суслин Э. Ф., Рыбин Д. В. Теория государства и права : учебное пособие.- СПб. : НОУ СЮА, 2011. - С. 100.

15. О нормативных и иных правовых актах : Закон Республики Адыгея от 9 октября 1998 г. № 92. - URL: http://docs.cntd.ru/document /804932445 (дата обращения: 04.04.2016).

16. Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22 октября 2008 г. № 24-Г08-6. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

17. О нормативных правовых актах Республики Ингушетия : Закон Республики Ингушетия от

7 декабря 1999 г. № 29-РЗ // Ингушетия. -2000. - № 1.

18. О внесении изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации : Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 233-ФЗ // СЗ РФ. - 2015. - № 29 (ч. I). - Ст. 4359.

19. Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности. Законопроект № 495129-6. - URL: http://asozd2.duma.gov.ru/ (дата обращения: 04.04.2016).

20. О недрах : Закон РФ от 21 февраля 1992 г. № 2395-1 // СЗ РФ. - 1995. - № 10. - Ст. 823.

21. О порядке заключения и вступления в силу соглашений между федеральными органами исполнительной власти и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации о передаче ими друг другу осуществления части своих полномочий : Постановление Правительства РФ от

8 декабря 2008 г. № 924 // СЗ РФ. - 2008. -№ 50. - Ст. 5953.

22. Минюст России : [сайт]. - URL: http://minjust.ru/ (дата обращения: 04.04.2016).

23. Об утверждении Соглашения между Министерством Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий и правительством Омской области о передаче друг другу осуществления части своих полномочий : Распоряжение Правительства РФ от 11 апреля 2011 г. № 613-р // СЗ РФ. - 2011. - № 17. - Ст. 2444.

24. Определение Верховного Суда РФ от 24 декабря 2002 г. № 49-Г02-103. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

25. Морозова Л. А. Теория государства и права : учебник. - 4-е изд., перераб и доп. - М., 2010. - С. 223.

26. Иночкина Н. В. Указ. соч. - С. 8.

27. Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации :

Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ // СЗ РФ. - 2003. - № 40. -Ст. 3822.

28. О внесении изменений в статью 26.3 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» : Федеральный закон от 27 мая 2014 г. № 136-ФЗ // СЗ РФ. -

2014. - № 22. - Ст. 2770.

29. О водоснабжении и водоотведении : Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. № 416-ФЗ // СЗ РФ. - 2011. - № 50. - Ст. 7358.

30. Информация Минэкономразвития России «Ответы на часто задаваемые вопросы по реализации положений Федерального закона от 23 июня 2014 г. № 171-ФЗ "О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации"». - URL: http:// economy.gov.ru/ (дата обращения: 04.04.2016).

31. О наделении органов местного самоуправления муниципального образования городской округ город Омск Омской области и муниципальных районов Омской области отдельными государственными полномочиями Омской области по организации проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных на территории города Омска и территориях муниципальных районов Омской области : Закон Омской области от 6 ноября 2015 г. № 1812-ОЗ // Омский вестник. -

2015. - № 47.

32. О наделении органов местного самоуправления муниципальных образований Московской области отдельными государственными полномочиями Московской области в области земельных отношений : Закон Московской области от 10 ноября 2015 г. № 191/2015-03 // Ежедневные Новости. Подмосковье. - 2015. - № 217.

33. По делу о проверке конституционности отдельных положений Устава (Основного Закона) Курской области в редакции Закона Кур -ской области от 22 марта 1999 г. «О внесении изменений и дополнений в Устав (Основной Закон) Курской области» : Постановление Конституционного Суда России № 15 от 30 ноября 2000 г. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

34. Дзыбова С. Г. Институт делегированного законотворчества // Вестник Адыгейского государственного университета. - 2006. - № 2. -С. 131.

35. Иночкина Н. В. Указ. соч. - С. 10.