Современные глобальные правовые системы: сближение и антагонизм

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ИСТОРИИ

Современные глобальные правовые системы: сближение и антагонизм

ЧИРКИН Вениамин Евгеньевич, доктор юридических наук, профессор, главный научный сотрудник Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, главный научный сотрудник Института государства и права Российской академии наук

Российская Федерация, 119019, г. Москва, ул. Знаменка, 10 E-mail: vechirkin@yandex.ru

Наряду с понятиями правовых систем отдельно взятых государств («страновых систем») и правовых семей (группировки однородных «страновых» правовых систем), автор, используя методы сравнительного правоведения, индукции, контент-анализа, предлагает более крупное социально-правовое основание деления и выделяет в современном мире три глобальные (мировые) правовые системы: мусульманскую, либерально-полусоциальную капиталистическую и тоталитарно-социалистическую. Понятия глобальной правовой системы и правовой семьи (некоторые из таких семей, например, англосаксонская и романо-германская тоже имеют глобальный характер) разделены, но последнее рассматривается в рамках глобальных правовых систем (а не отдельно от них). Такие классификации — научные понятия, основанные на сходстве и различии фактических правовых явлений. В основе понятий и классификации глобальных систем права находится их сущностный (формационной) характер, в основе выделения семей — юридическое содержание цивилизационного социокультурного характера, что позволяет выделить также некоторые новые семьи. Выявляются сущностные признаки каждой из трех глобальных правовых систем, являющиеся основой их принципиальных различий, возможности и объективные пределы сближения глобальных правовых систем. Такие пределы обусловлены разной социальной сущностью глобальных систем, их антагонизмом, в результате чего процессы сближения нередко имеют внешний, а не сущностный характер. В статье рассматриваются различные правовые семьи в рамках тех или иных глобальных правовых систем, говорится о процессах гармонизации социально однотипных и невозможности гармонизации разнотипных по сущности правовых семей.

Ключевые слова: правовая система государства, правовая семья, глобальная правовая система, формационная сущность, цивилизационное социокультурное содержание, новая классификация правовых систем и семей.

Modern Global Legal System: Convergence and Antagonism

V. E. Chirkin, doctor of legal sciences, professor

The Institute of State and Law of the Russian Academy of Sciences

10, Znamenka st., Moscow, 119019, Russia

E-mail: vechirkin@yandex.ru

Along with the concepts of the legal systems of individual states ("country systems") and of the legal families ("country groups" of individual similar legal systems), the author employed the methods of comparative law such as induction, content analysisto offer a broader socio-legal basis of division and to highlight three global (world) legal systems in the modern world: Muslim, liberal semi-social capitalist and totalitarian-socialist. The concept of a global legal system and a legal family (some of these families, such as the Anglo-Saxon and Roman-German, too, are global in nature), but the latter are dealt with in the framework of global legal systems (rather than separately). Such classifications

are scientific concepts based on similarities and differences between the actual legal phenomena. Concepts and classifications based on global legal systems constitute their essence (formation), and identification of family-legal content of civilizational and socio-cultural nature allows a researcher to establish some new families. The author identifies the essential features of each of the three global legal systems, and such features underlie their fundamental differences, thepossibilities and limits of convergence of the global legal systems. Such limits are conditioned by varying social essence pertaining to such global systems as well astheir antagonism which makes convergence processes often superfluous rather than substantive in nature. This article discusses different legal families within various global legal systems. It states that harmonization of similar-typesocial processes is possible while it is impossible between different-type legal families.

Keywords: legal system of a state, legal family, global legal system, formational essence, civilizational socio-cultural content, a new classification of legal systems and families.

DOI: 10.12737/12223

Основоположники системного подхода в сравнительном правоведении — ученые различных стран (М. Ансель, Р. Гленн, Х. Кётц, Р. Сак-ко, Р. Шлезингер, К. Цвайгерт, Р. Давид) совершили прорыв в научных исследованиях. Они создали новое направление исследований, выделили и проанализировали различные правовые общности прошлых веков и современности, назвав их системами, или семьями (романо-германская, англосаксонская, социалистическая, мусульманская и др.)1, рассмотрели исторические системы прошлого и остатки их элементов в современных условиях (индуизм, иудейство, буддизм и др.). Их последователи — У. Е. Батлер, П. Легран, Р. Леже, У. Маттеи и многие другие предлагают новые подходы и классификации. Свой вклад в эти исследования внесли ученые бывшего СССР, современной России, постсоветских и постсоциалистических государств (Х. Бех-руз, В. И. Лафитский, М. Н. Марченко, А. Х. Саидов, Л. Р. Сюкияй-нен, А. А. Тилле, Ю. А. Тихомиров и др.). Оригинальную классификацию правовых систем и семей права предложила украинский профессор Е. А. Луць2.

1 Существует также глобальная система международного права, это иное явление, она в статье не рассматривается.

2 См.: Lutz A. Typologies of Modem Legal

Systems of the World // Journal of Comparative Law. Vol. V. Iss. 1. 2012. P. 28—41.

Термины «правовая система» (это понятие шире «системы права») и «правовая семья» (создаваемое исследователями объединение однородных «государственных правовых систем») часто использовались основателями системного подхода и продолжают использоваться многими авторами как тождественные, а в основе применяемых классификаций (последние в принципе сохранены, увеличено лишь их число) находится прежде всего юридическое содержание. Разная социальная сущность правовых систем и правовых семей в должной мере не учитывается. Поэтому, например, англосаксонская семья права и социалистическая система (или семья) права в научных работах и учебных пособиях находятся нередко на одном уровне классификации, хотя их социальная сущность различна, а то и антагонистична. Это явления разных классификационных единиц.

В отличие от прошлого, когда исследователи оперировали в основном четырьмя действующими правовыми семьями (они их называли также системами), в настоящее время многие авторы выделяют все большее число систем, или семей, справедливо указывая на существующее, а иногда и возрастающее разнообразие современного мира. Дополнительно называют скандинавскую, латиноамериканскую, славянскую и другие системы, но, несмотря на множество классификаций, иногда частного характера, некоторые государ-

ства (например, Японию или ЮАР), группы стран (в частности, в Северной Африке), некоторые субъекты в федерациях (Луизиану в США или Квебек в Канаде) сложно отнести к какой-либо одной семье. Иногда даже «правовую доминанту» с позиций существующих классификаций правовых семей (систем) выявить в них затруднительно. Да и сами семьи неоднородны (об этом, например, свидетельствует название романо-гер-манской семьи).

Тем не менее бесспорно, что право каждого отдельно взятого государства имеет системный характер (в каждом государстве существует своя правовая система, какие бы элементы она не включала). Такая «государственная правовая система» обладает единством социальной сущности и правового содержания, иначе право опровергало бы само себя. Никакая глобализация3 не может заменить социально-сущностные принципы правовой системы. Это происходит иным путем (например, в результате социальных революций), но тогда система становится уже другой системой. Глобализация может вести к заимствованию или изменению тех или иных правовых институтов, но не может заменить сами принципы сущности правовой системы (например, тоталитарно-социалистической) или основы социокультурного правового содержания той или иной правовой семьи (к примеру, англосаксонской). Для этого нужен другой характер изменений. Понятия правовой системы и правовой семьи являются фундаментальными для сравнительного правоведения и при изучении явлений глобализации, хотя оба они, на наш взгляд, требуют уточнений.

Создание понятий индивидуальной правовой системы государства

3 Имеется множество определений глобализации. В основе своей это распространение общих закономерностей развития человеческого общества на различные сообщества людей, страны и государства.

и вычленение на основе их обобщения правовых семей имело огромное значение для развития сравнительно-правовых исследований. Однако со времени появления книги Р. Давида, по существу заложившей основы действующей классификации, прошло более полувека4. Ее основные положения продолжают работать, а принципиальные подходы автора, равно как и других названных выше основателей системного анализа права, являются ориентацией для современных исследователей. Вместе с тем представляется, что понятия системы и семьи не следует использовать вольно, необходимо исключить их отождествление, а также в условиях реальностей современного мира создать новое классификационное понятие глобальной правовой системы, а, возможно, и понятия глобальной и региональной правовых семей.

Мы отчетливо видим, что право, в частности, Омана или Саудовской Аравии по своим сущностным признакам принципиально отличается от права стран социального капитализма, например развитых государств Европы. Сохранилось также несколько стран тоталитарного социализма, право которых основано на марксистско-ленинских принципах (с некоторыми изменениями в последние десятилетия и с учетом национальной специфики таких стран ясно, что на Кубе эта специфика несколько иная, чем в КНДР). Очевидно также, что помимо существования известных традиционных правовых семей в праве капиталистических стран сложились свои семьи в праве мусульманских стран (право модернизированных Египта или Ирака мало похоже на право Бахрейна или ОАЭ). Возникают тенденции к формированию особой семьи в праве стран тоталитарного социализма, которая отличается от дале-

4 См.: David R. Les grands systèmes de droit contemporains. Р., 1964 (переведена на многие языки стран мира, включая русский).

ких времен советского ортодоксального социалистического права в первые десятилетия существования советского государства. Это отчетливо видно на примере рассматриваемых ниже поправок к Конституции Китая 1982 г., принятых в 1990—2000-х гг.

Для учета новых явлений современной эпохи, на наш взгляд, необходимы, с одной стороны, укрупненная систематизация (на основе сущностного критерия), а с другой — более дробное разделение в рамках укрупненной (глобальной) классификации. Одним из подходов к глобальной классификации правовых систем, а также глобальной и региональной классификации правовых семей могут быть формационно-ци-вилизационный подход (выявление сущности системы с учетом цивили-зационных особенностей народов) и подход с позиций социокультуроло-гического и социоправового анализа тоже с учетом цивилизационных элементов (выявление социокультурного и правового содержания семьи в системе). Первая часть такого комбинированного исследования дает укрупненные классификации глобальных правовых систем, а вторая — более детальные классификации семей в рамках первых, как глобального характера (например, известная англосаксонская правовая семья), так и регионального значения (скандинавская правовая семья).

Термины «формация», «цивилизация», «культура» («социокульту-ра») неоднозначны и дискуссионны. Мы применяем их в том виде, как они представлены в имеющейся литературе. Первое из этих понятий используется нами в марксистском значении «общественно-экономической формации». Оно характеризует линейно-стадиальный процесс смены эпох, по которому движутся, как говорилось в марксизме-ленинизме, все народы и который ведет в конце концов к совершенному обществу — коммунизму, «раю на земле». В марксизме-ленинизме были выделены четыре формации — пер-

вобытно-общинная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и будущая коммунистическая с ее первой стадией — социализмом.

С самого начала понятие общественно-экономической формации было односторонним. Хотя выделение экономических отношений как базовых было верным, излишний акцент ставился на материальных факторах, на производительных силах и производственных отношениях, другие стороны общества иногда игнорировались, использовалась жесткая детерминированность в развитии человечества. На деле далеко не все народы прошли ступени, о которых говорилось, а коммунистическую формацию (в ее первой фазе социализма) испытала приблизительно лишь пятнадцатая часть государств и продолжает испытывать сороковая. Да и сами формации были неодинаковыми по характеру. В некоторых странах Азии существовало лишь государственное рабовладение, в других — государственно закрепленное деление на касты обрекало людей и их потомков на веки вечные быть, по сути, рабами верхних слоев общества.

Можно назвать другие недостатки формационного подхода, по-разному относиться к термину «формация». Однако признано, что в мире существовали рабовладельческий и феодальный строй, существует капитализм, были (СССР и др.) и есть страны тоталитарного социализма (Вьетнам, Китай, КНДР, Куба, Лаос). Совсем отвергать такой подход к исследованиям глобальных правовых систем вряд ли верно, но в современных условиях он требует иного применения и дополнения другими сторонами цивилизационного и социокультурного подхода к сущности современных правовых систем.

На наш взгляд, нельзя сказать, что формационный подход совершенно бесплоден при классификации права. Он создает возможности установить социальную сущность, некоторые принципиальные особенности

правовых систем прошлого и современности (вряд ли можно отрицать особую социальную сущность рабовладельческого, феодального или «буржуазного» права, их исходные положения о человеке, как ядре сущего, о собственности, труде, распределении, власти, государстве, об иных основополагающих общественных отношениях). В современных условиях свои принципы права, своя сущность правового регулирования наблюдаются в условиях капитализма, мусульманского фундаментализма с его полуфеодальными элементами, тоталитарного социализма в сохранившихся социалистических государствах. Использование фор-мационного подхода как одного из элементов научного анализа может давать достоверные результаты, но, будучи использован как единственный, он схематизирует и обедняет действительность, а иногда приводит к ошибочным выводам, отвергая гуманистическое значение правового опыта человечества, считая высшим правом социалистическое право в условиях государства диктатуры пролетариата, а затем (последующее уточнение марксизма-ленинизма) социалистического общенародного государства. В какой-то мере избежать такого схематизма может помочь дополнение форма-ционного подхода анализом цивилизаций. Формационно-цивилиза-ционный подход выходит за пределы только контрастного сравнения, присущего формационному подходу. Он создает условия для вычленения глобальных правовых систем, но для выделения семей, на наш взгляд, нужен иной, социокультурный правовой подход тоже с элементами циви-лизационного анализа.

Социокультурный подход к праву также неизбежно учитывает циви-лизационные особенности народов, проявляющиеся в праве. Там, где этот подход, учитывая особенности духовного склада, традиций, истории народов, сближается с цивили-зационным подходом, он раскрыва-

ет различное содержание права и позволяет вычленять в рамках той или иной глобальной системы ее семьи, а внутри их даже подсемьи, т. е. дает более детальные характеристики правовых семей (например, романская и германская подсемьи), а в последних — национальные (государственные) правовые системы (в англосаксонской семье право Великобритании и США тоже неодинаково).

В отличие от однозначного понятия формации в марксизме (в других исследованиях этот термин не используется), к понятию цивилизации5 существует множество подходов. Первоначально цивилизацией назывался современный период в истории человечества, который сменил эпохи дикости и варварства. Теперь используется иной подход к рассматриваемому понятию. Полагаем, самую объемную характеристику еще в прошлом веке дал Пи-тирим Сорокин, включивший в это понятие весь материальный и духовный мир, созданный человеком, совокупность смыслов, системы языка, науки, религии, философии, права, этики, литературы, живописи, скульптуры, архитектуры, музыки, экономических, политических, социальных теорий, материальную культуру и т. д. Считается, что для каждой цивилизации характерны свои общие представления-постулаты о природе окружающей реальности, о природе основных потребностей человека, групп людей при данном образе жизни, о главных путях и методах их удовлетворения.

В настоящее время некоторые исследователи насчитывают до 300 определений цивилизации и разное число цивилизаций. В свое время английский историк А. Тойнби выделил в истории 21, затем 19, позже

5 От лат. civilis — гражданский, государственный и одновременно общественный, ибо в Древнем Риме понятия государственного и общественного не различались достаточно четко, нередко они объединялись словом публичный — publicus.

13 цивилизаций (крито-микенская, сирийская, древнегреческая, китайская, православная и др.) и говорил, что при дальнейшем изучении их, может быть, удастся свести к деся-ти6. Российские ученые Б. Н. Кузык и Ю. В. Яковец предложили схему, в которой называют семь мировых цивилизаций (неолитическая раннеклассовая, античная, средневековая, раннеиндустриальная, индустриальная, с XXI в. — постиндустриальная), 40 локальных (в их числе древнеегипетская, шумерская, ми-нойская, китайская, греко-римская, византийская и др.) и 12 современных цивилизаций (западноевропейская, восточноевропейская, латиноамериканская, океаническая, русская, китайская, индийская, буддийская, африканская и др.)7.

В государствоведении и теории права существуют свои взгляды. Некоторые ученые считают, что есть только две цивилизации (традиционная и современная). Французские конституционалисты Ж. и Ж.-Э. Жикке-ли говорят, что теперь в мире стала универсальной единственная цивилизация — индустриальная8. Другие авторы полагают, что цивилизация может быть представлена одной страной (в качестве примера называют Россию)9. Президент РФ В. В. Путин в речи на заседании Валдайской группы говорил о России как «госу-дарстве-цивилизации»10. Некоторые

современные авторы считают, что цивилизационный подход становится «приоритетным направлением» в юриспруденции, хотя названий цивилизаций и классификаций права по этому признаку не предлагают11.

С позиций формационно-цивили-зационного и социокультурно-правового подходов с элементами ци-вилизационного анализа представляется, что в современном мире (по порядку с точки зрения времени их возникновения) действуют три базовые глобальные правовые системы12, в рамках которых (а не параллельно) различаются различные семьи:

1) мусульманская (комплексно и на государственном уровне эта система в ее классическом виде регулирует отношения в небольшом числе стран мусульманского фундаментализма (радикализма) — в Саудовской Аравии, Омане, ОАЭ, Катаре и др., но в действительности ее нормы применяются широко — от Египта до Индонезии. По данным исламских источников, мусульман в мире насчитывается до 1,6 млрд человек, что может быть несколько преувеличено; кроме того, в некоторых странах это право не является государственной системой, им пользуются лишь в некоторых своих отношениях живущие в немусульманских странах мусульманские общины);

2) либеральная, частично социальная капиталистическая система

6 См.: Тойнби А. Постижение истории. М., 1991. С. 731.

7 См.: Кузык Б. Н., Яковец Ю. В. Цивилизации: теория, история, диалог, будущее: в 6 т. Т. III: Северное Причерноморье — пространство взаимодействия цивилизаций. М., 2008. С. 18.

8 См.: Gicquel J., Gicquel J.-É. Droit constitutionnel et institutions politiques. 22-éd. P., 2007. P. 29.

9 См.: Лукашева Е. А. Человек, право, цивилизации: нормативно-ценностное измерение. М., 2009. С. 213; Российская газета. Неделя. 2013. № 222. С. 2—3.

10 См.: Российская газета. Неделя. 2013.

№ 222. С. 2—3.

11 См.: Супатаев М. А. К проблематике цивилизационного подхода к праву (очерки общей теории и практики): монография. М., 2012. С. 31, 33.

12 Прежние мировые религиозно-правовые системы (индуизм, иудейство и др., кроме мусульманского права) давно утратили свое значение, но обычное право, не представляющее теперь целостной системы (государства оставляют ему очень ограниченную сферу регулирования), действует во многих странах Африки, Азии, Океании, у племен Латинской Америки, а иногда и у коренных малочисленных народов развитых стран Северной Европы, Америки, Австралии, Новой Зеландии.

(применяется в большинстве государств мира в ее разных, в том числе неразвитых, формах и насчитывает более 4 млрд человек. Назовем ее для краткости либерально-полусоциальной, помня о неизбежной ограниченности социального фактора при капитализме и его главном стимуле жизни: стремлении к максимальной прибыли, а также о том, что в основном числе государств правовая система еще не имеет достаточного элемента социальности. Во многих странах она остается неразвитой правовой системой капитализма, обросшей прежними традициями. Однако общая тенденция заключена в ее названии. В условиях современного мира социальный фактор необходим для самосохранения капитализма. В какой-то мере он выражает и тенденции преобразования этой системы);

3) тоталитарно-социалистическая система (насчитывает около 1,5 млрд человек, проживающих во Вьетнаме, в Китае, Лаосе, КНДР, на Кубе. Подлинного социализма, как он мыслился многими передовыми умами человечества, пока осуществить не удалось. Сложно предположить, возможен ли иной социализм (иной социальный строй нового рода): для этого нужны более высокий уровень развития (в том числе экономики, политических отношений, духовной сферы) и иные качества человеческой личности. Пока современный человек для абсолютно демократической и социальной системы права еще не готов, не выработаны и ее принципиально новые стандарты, но движение в этом направлении происходит).

Общественные, а именно частные и личные отношения оставшейся части человечества регулируются смешением норм различных семей, среди которых можно выделить доминанту, чтобы отнести их к определенной правовой системе (например, Японию — к либерально-полусоциальной капиталистической системе), а иногда даже к семье

(например, Индию — к англосаксонской семье). Характер правовой системы того или иного государства по ее сущности определить можно почти всегда, а обозначить семью часто затруднительно. В отдельных странах Тропической Африки, Океании повседневные отношения в основном регулируются обычным правом, в редких случаях — частично остаточными нормами исторически пережиточных систем или семей. Но и такие смешанные и уникальные индивидуальные государственные системы, на наш взгляд, существуют не вне глобальных систем, а в рамках той или иной из них (иногда мусульманской, например, на острове Минданао на Филиппинах или на севере Нигерии), обычно они входят в орбиту капиталистической системы. Понятие глобальной правовой семьи дает возможность определить в наиболее общей классификации место почти любой индивидуальной правовой системы или отдельной семьи.

Каждая из трех глобальных правовых систем имеет свои сущностные признаки в публичном и частном праве. Они зачастую противоречивы и исключают возможность их гармонизации (такая возможность имеется только для социально однотипных индивидуальных правовых систем и социально однотипных правовых семей), ограничивают параметры их сближения и в силу разной социальной сущности порождают антагонизмы между ними. Такие признаки особенно заметны в публичном праве, но они видны и в частном, прежде всего в регулировании собственности, распределении труда, в договорных отношениях, обязательствах и др.

Мусульманская глобальная правовая система имеет свои отличительные признаки во всех странах этой системы. Коран, Сунна, шариат — основные источники права (законодательства); существует основополагающее понятие уммы «правоверных», отделенных и в известной

мере противопоставленных «неверным»; права упоминаются, но главное — это обязанности перед Аллахом и уммой; человек пассивен, всеми его действиями руководит Аллах; установлено правовое неравенство (включая женщин, в модернизированных мусульманских странах в конституциях говорится о равенстве полов, но «по шариату», который его отвергает), все равны только перед Аллахом; в государственном строе действуют элементы халифата (иногда республиканского) и принцип аш-шуры (консультаций, совета при правителе и местных начальниках) и др.

Теоретически в мусульманском частном праве издавна считается, что четыре стихии (земля, вода, воздух, огонь) не могут быть частной собственностью (на деле земля и оазисы давно стали ею). Но природные богатства (нефть) являются по основным низамам и конституциям стран мусульманского фундаментализма только публичной собственностью, и иностранные компании в эту сферу добычи не допускаются (они могут заниматься только обслуживанием). Существует распределение средств от добычи природных богатств между членами ум-мы (мусульманами).

В рамках мусульманской системы права существуют правовые семьи, выделяемые по разным основаниям (сунниты и шииты, живущие рядом в одной и той же стране)13, раз-

13 Сунниты (большинство) и шииты — два основных направления в исламе. Они живут в одних и тех же странах, но имеют разные толкования некоторых основополагающих положений Корана, особенно по вопросу о власти. У них свои официальные толки (мас-хабы, являющиеся одновременно правовыми и религиозными установками, сформулированными путем рациональных толкований Корана и Сунны учеными-исламоведами в VIII—IX вв. У суннитов четыре основных масхаба, названных по именам их создателей (ханифиты, шафииты, маликиты, хан-балиты), у шиитов — три (джафариты, ис-

деленные территориально фундаменталистское (классическое, ра-дикалистское) и модернизированное мусульманское право в «продвинутых» странах. Назовем лишь содержательные особенности последнего: республика, выборы, парламент, партии, общественные объединения (все это запрещено в странах правового фундаментализма), развитое законодательство (в странах фундаментализма говорится, что все нормы права (кануны) уже есть в «священных книгах», и нужно только суметь извлечь это из них, институты мусульманского права считаются несовместимыми с европейскими), в «продвинутых» странах упразднены мусульманские суды с члено-вредительными (талион и т. д.) наказаниями.

Тем не менее в странах мусульманского фундаментализма с 90-х гг. ХХ в. появились основные низамы, подобные конституциям (иногда они так и называются). Их даруют монархи своим подданным (правда, в тех же низамах сказано, что подлинной конституцией являются Коран и Сунна), единичные женщины включаются в состав аш-шуры при монархе, правда, не надолго14, в городах (с 2005 г.) создаются частично избираемые советы. В 2012 г. на конференции исламских правоведов (муфтиев, муджтахтидов и др.) в Москве даны новые, более приемлемые с позиций общих ценностей человечества толкования некоторым негативным институтам ислама (джихаду, халифату, такфиру и др.).

маилиты, зейдиты), но есть и другие масха-бы. Иногда противоречия суннитов и шиитов (считающих себя угнетенной частью уммы) доходят до вооруженных столкновений (см.: Российская газета. 2012. 24 апр. С. 8), вооруженной борьбы государств с господствующей суннитской верхушкой против захвативших власть шиитов (Йемен в 2015 г.).

14 Были две женщины в составе аш-шуры в Омане, но недолго. Хотя в некоторых странах женщинам теперь разрешено приходить на заседания аш-шуры и слушать.

Либерально-полусоциальная правовая система современного капитализма в том или ином виде и степени развития существует в большинстве стран. Она складывается и в странах тоталитарного социализма, вставших на иной путь развития. Теоретически и в значительной мере на практике правовые основы капиталистической либерально-социальной системы включают общечеловеческие ценности: свободу, равенство, справедливость, народный суверенитет, демократию, права человека и др. В последние десятилетия в конституциях иногда упоминается также социальная справедливость, социальное партнерство, социальная ответственность, конкуренция не только в экономике, но и на других уровнях (в том числе политическом).

Эта правовая система закрепляет некоторые важнейшие достижения экономической, социальной, политической и духовной жизни общества на данном этапе развития человечества. Однако либерально-социальный капитализм — это тоже капитализм, а не иной строй более высокого типа, который пока неизвестен. Главная ценность данной системы — частная собственность, в праве доминирует индивидуалистический подход, принцип формального равенства — равенства возможностей, а не на деле. Политическая демократия развита прежде всего на уровне либерализма, в сфере производства присутствуют лишь элементы подлинной демократии и в основном в совещательной форме заводских советов (есть разные названия), в некоторых странах — в форме продажи части акций предприятия работникам и т. д. Воля народа отнюдь не всегда имеет решающее значение, нет планового руководства производством в масштабах всего общества, стихия рынка приводит к разрушающим кризисам, отсутствует подлинное социальное распределение общественного продукта (прежде всего по труду). Известны факты чрезмерных богатств и ужасающей

бедности, смерти от бедности в самых благополучных капиталистических странах, а также ограничения политической и особенно социальной демократии в самых развитых капиталистических странах.

Капиталистическая либерально-полусоциальная система — это не полностью развитая социальная правовая система. У нее есть свои достижения: высокий уровень МРОТ, потребительской корзины, пенсионного обеспечения в передовых высокоразвитых странах (но в США, например, бесплатная медицина в массовом порядке предусмотрена только законом 2010 г., который выполняется постепенно, а во многих странах низкого уровня развития капитализма ничего подобного их право не предусматривает). В целом это либерально-полусоциальная правовая система, частично демократическая и частично социальная. Она выражает не только некоторые общечеловеческие ценности, но и ценности данного общественного строя, охраняет его, а основой любого капиталистического строя является господство частной собственности и погоня за прибылью. Это остается главной движущей силой либерально-социального капитализма и в наши дни. Однако принципиально лучшей базовой правовой системы человечество пока не изобрело и не имеет реальных возможностей для реализации такой системы, если даже интеллектуальными усилиями человечества ее создать.

В глобальной либерально-полусоциальной капиталистической правовой системе есть свои правовые семьи, названные выше. Они давно и детально анализируются в науке. Возможно, возникла и новая постсоциалистическая семья, сочетающая доминирующее новое с остатками старого, которые очень живучи и в праве (элементы авторитаризма и персонализма власти, непропорциональное распределение общественного продукта, иногда более ярко вы-

раженное, чем в странах развитого капитализма, и др.).

Свои общие признаки имеет тоталитарно-социалистическая система: господство (руководящая роль) одной партии — коммунистической; запрещение политической оппозиции; закрепление в праве неравноправного классового деления общества (рабочий класс — ведущий); «республика советов»; отрицание разделения властей и местного самоуправления; система советов как единственных органов государственной власти (остальные — это органы государственного управления, правосудия и т. д.); права и свободы предоставляются гражданам только в целях строительства социализма: обязательная идеология (марксизм-ленинизм с национальной спецификой — идеи Хосе Марти на Кубе, Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина в Китае и т. д.); тоталитарный государственный режим; господство социалистической собственности (иногда она является единственной допускаемой формой собственности на средства производства); отрицание свободы экономической конкуренции и замена ее государственными монополиями: различие прав трудящихся и «эксплуататоров», всеобщая обязанность трудиться, принцип распределения только по труду; тотальное государственное планирование и др.

Вместе с тем в социалистической правовой системе, видимо, складывается новая правовая семья. Ее элементы: отказ от концепции диктатуры пролетариата (что В. И. Ленин считал главным в марксизме); признание в конституциях необходимости частной собственности и ее важной роли в экономике (что изначально отвергалось в марксизме); положения о регулируемой социалистической рыночной экономике (при социализме рыночная экономика отрицалась, существовало централизованное государственное экономическое руководство); признание прав человека (до этого признавались только дарованные властью права гражданина); те-

зис о правовом государстве, ранее не признаваемый в марксизме-ленинизме, включение в конституции положений о правовом государстве, рынке (правда, социалистическим рынке), обязательная смена руководства правящей партии и государства (не более двух сроков по пять лет в Китае) и др.

Названные положения в качестве поправок внесены в Конституцию КНР 1982 г. Подобные изменения, но в меньшем масштабе, есть в Социалистической Республике Вьетнам, на Кубе. Правда, изменения в основном касаются экономики, а иногда и в этой сфере нет почти никаких подвижек (КНДР). Политика и идеология в принципе остаются без изменений: в конституциях к упоминанию о марксизме-ленинизме добавляется только национальная специфика (принцип чучхе в КНДР, идеи Хосе Марти на Кубе, Ким Ир Сена и Дэн Сяопина в Китае и т. д.), остается неизменным принцип руководящей роли коммунистической партии.

В современных условиях происходит сближение «государственных систем» права отдельных стран (это отчетливо видно в Европейском Союзе, право которого имеет приоритет по отношению к праву его государств-членов), однотипных по сущности правовых семей (например, англосаксонской и континентальной по некоторым ключевым вопросам договорного права, обязательств из деликтов, регулирования экономических отношений, понятий юридического лица, корпорации и др.).

Происходит сближение и некоторых элементов глобальных правовых систем. Исследователи «продвинутых», модернизированных мусульманских стран в отличие от подходов, существующих в странах мусульманского фундаментализма, отмечают, что даже многие институты мусульманского право совместимы с европейским правом15. В традиционных

15 cm. : The Oxford Handbook of Comparative Law / eds. by M. Reimann, R. Zimmermann. Oxford, 2008. P. 631.

капиталистических странах возник большой пласт социального законодательства, что существенно изменяет содержание их правовых систем. Как говорится, жизнь пробивает себе дорогу, и иногда в некоторых странах тоталитарного социализма в праве признаются положения, считавшиеся ранее недопустимыми в марксизме. В результате сближения глобальных правовых систем государства разного, а то и противоположного социального содержания берут много полезного из общей правовой сокровищницы человечества.

Вместе с тем прежние сущностные принципы права в странах каждой из трех глобальных систем сохраняются, действуют и прежние правовые институты, ибо право обладает определенной устойчивостью (консерватизмом), существует пра-

вовая преемственность и правовая непрерывность. Особенно устойчивы социально сущностные принципы глобальных правовых систем. Некоторые из них имеют антагонистический характер, они непримиримы. Поэтому процессы гармонизации глобальных правовых систем исключены, а сближение (конвергенция) имеет свои непреодолевае-мые пределы.

Можно предложить множество доводов «за» и «против» предложенных классификаций к доводам о возможности и пределах гармонизации и сближения правовых систем. Право развивается, в том числе на мировом и региональном уровне (наиболее яркий пример последнего — Европейский Союз), жизнь требует новых взглядов, подходов и классификаций.

Библиографический список

David R. Les grands systèmes de droit contemporains. Р., 1964.

Gicquel J., Gicquel J.-É. Droit constitutionnel et institutions politiques. 22-éd. P., 2007. Lutz A. Typologies of Modern Legal Systems of the World // Journal of Comparative Law. Vol. V. Iss. 1. 2012.

The Oxford Handbook of Comparative Law / eds. by M. Reimann, R. Zimmermann. Oxford, 2008.

Кузык Б. Н., Яковец Ю. В. Цивилизации: теория, история, диалог, будущее: в 6 т. Т. III: Северное Причерноморье — пространство взаимодействия цивилизаций. М., 2008.

Лукашева Е. А. Человек, право, цивилизации: нормативно-ценностное измерение. М., 2009. Супатаев М. А. К проблематике цивилизационного подхода к праву (очерки общей теории и практики): монография. М., 2012. Тойнби А. Постижение истории. М., 1991.