В плавнях навели шорох

Сегодня участники противопожарной экспедиции "Гринпис России" на пресс-конференции в Краснодаре расскажут подробности совершенного на них нападения (см. "Ъ" от 12 сентября) и выскажут свои версии происшедшего. Расследование тем временем уже взяли на особый контроль в МВД РФ и президентском Совете по правам человека. "Ъ" попытался разобраться, что именно тушили зеленые в Краснодарском крае и кому могла не понравиться их деятельность.

Противопожарную экспедицию на Кубань организовывал "Гринпис России", однако среди ее участников — волонтеры из нескольких организаций, в частности "Экологической вахты по Северному Кавказу". О ежегодных пожарах в Приазовье, в пойме реки Бейсуг рассказал сотрудник "Эковахты" Дмитрий Шевченко. Здесь расположены Бейсугские плавни — участки камышово-тростниковой растительности с водоплавающими птицами и животными. "Весной и в начале осени сухой тростник начинает гореть,— рассказывает господин Шевченко.--- Однако последние лет десять пожары особенно интенсивные — длятся больше недели, хутора и поселки заволакивает едкий смог. В 2014 году бейсугская гарь дошла даже до Краснодара, который находится в 200 км". По словам экологов, местные пожарные отказываются тушить пожары, утверждая, что машины не могут проехать через многочисленные протоки и каналы. "В прошлом году мы потушили один из таких пожаров без каких-либо подручных средств,— говорит представитель "Эковахты".— После этого у нас и родилась идея экспедиции".

"Экологическая вахта" уже несколько лет конфликтует с госпредприятием "Бейсугское нерестово-выростное хозяйство" (БНВХ). В 1960-х в низовьях Бейсуга была создана система дамб и шлюзов, чтобы рыба из Азовского моря заходила в реку на нерест и возвращалась обратно. "В постсоветский период предприятие захирело, и процесс нереста шел более или менее естественным путем: зимой вода в плавнях накапливалась, летом высыхала, уровень воды постепенно падал, и подросшие мальки уходили с ней в море,— говорит эколог.— Но в 2004 году БНВХ возглавил Игорь Джеус, и предприятие стало использовать не самые экологически дружественные подходы". Сейчас весной в нерестилища запускают рыбу, а через несколько месяцев открывают шлюзы и сбрасывают речную воду вместе с рыбой в лиман. "Резкий сброс воды приводит к осушению речной поймы и катастрофическим последствиям для экосистемы,— говорит господин Щербаков.— Птица улетает или просто умирает с голоду".

Состояние Бейсугских плавней является критически важным для нереста рыбы: если система каналов заросла камышом и тростником, мальки не смогут уйти в море. Чтобы дать им проход, плавни необходимо выкашивать. "Это довольно сложный и затратный процесс,— говорит представитель "Экологической вахты".— Вместо этого последние десять лет по странному совпадению здесь в конце августа каждый раз загорается высохший тростник. Мы видим по космическим снимкам, что это поджоги — очаги возникают по очереди, это отдельные возгорания, не связанные друг с другом".

Связаться с господином Джеусом вчера не удалось — его телефон весь день не отвечал. Однако во всех интервью он утверждает, что использует оптимальную модель для разведения рыбы. При этом глава БНВХ считает, что пожары устраивают местные браконьеры либо сами экологи. В 2013 году он подал к "Экологической вахте" иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, требуя опровергнуть публикации с критикой деятельности БНВХ на сайте экологов. "Даже в МЧС смеются — куда приезжают экологи, там сразу и пожар",— говорил он в суде. Также господин Джеус заявил, что "Эковахта" "представляет интересы Америки". Тем не менее суд он проиграл.

Сегодня в Краснодаре экологи представят первые результаты расследования и обнародуют свои версии происшедшего. Вместе с тем они подчеркивают, что "приехали тушить пожары" и это остается их главной целью.