Метасистемный подход к исследованию мотивации научной деятельности

ПСИХОЛОГИЯ И СОЦИАЛЬНАЯ РАБОТА

УДК 159.95

Т.В.Разина

МЕТАСИСТЕМНЫЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ МОТИВАЦИИ НАУЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Теоретически обоснована и доказана необходимость и возможность применения метакогнитивного подхода к построению модели и исследованию мотивации научной деятельности. Представлена и подробно описана теоретическая модель мотивации научной деятельности в виде системы «мотивация-деятельность» со встроенным метасистем ным уровнем.

Ключевые слова: деятельность, метакогнитивный подход, метасистемный уровень, мотивация, рефлексия, система.

In the article we are show abilities, necessity, and theoretical foundation metacognition approach to the creation model of motivation scientific effort and it investigations. We are afford and get detailed observed model of motivation scientific effort as the system «motivation-activity» with installation metasystem level.

The keywords: key words and phrases: metacognition approach, metasystem level, motivation, reflection, system

В связи с нарастающими глобальными процессами изменений в обществе, в том числе в сфере научной деятельности и научного производства, на фоне постоянной потребности в научных кадрах проблема мотивации научной деятельности остается актуальной как на теоретическом, так и на эмпирическом уровнях. Несмотря на огромный вклад отечественных и зарубежных ученых в исследование мотивации научной деятельности, многие вопросы остаются не до конца решенными. Это связано в первую очередь с большой сложностью самой проблемы мотивации и необходимостью выхода на новый теоретический уровень ее рассмотрения. Основная теоретическая проблема состоит в поиске методологических оснований для соотнесения феноменов внутренней, субъективной, психической реальности с внешними коррелятами. В отечественной психологии подобной методологической базой выступал принцип единства сознания и деятельности, а также системный подход. Однако необходима теоретическая модель,

155

которая бы позволяла связать воедино оказавшиеся разделенными мотивацию и деятельность.

На сегодняшний день в области теоретических и экспериментальных исследований мотивационно-потребностной сферы личности накопилось довольно большое количество проблемных вопросов. В первую очередь, существует большое число конкурирующих, взаимоисключающих или пересекающихся теорий мотивации, что зачастую затрудняет конструктивный диалог исследователей, занимающихся данным вопросом, мешает выработке общей позиции и единого взгляда на исследуемые вопросы. Были сделаны попытки обобщения теорий мотивации в работах Г.Хекхаузена, А.Маслоу, Е.В.Сидоренко, Д. Барбуто, Р.Сколл и др. Тем не менее при подобном обобщении получаемая модель обладает высокой степенью абстракции, а следовательно, возникают трудности с организацией эмпирических исследований. Большинство известных теорий мотивации, созданных в зарубежной психологии, хоть и отличаются комплексностью и системностью, но, тем не менее не связаны с деятельностью, существуют как бы в отрыве от внешнего, объективного пласта, что сильно ограничивает возможности их применения.

Несмотря на указанное многообразие общих теорий мотивации, на сегодняшний день существует потребность в новых подходах исследования мотивации в профессиональной деятельности и в научной деятельности в частности. Существующие модели мотивации научной деятельности либо отличаются чрезмерной конкретностью и сугубой эмпиричностью (модели Ф.Эндрюса, А.Молля, Д.Пельцса, М.А.Рорбаха), умозрительностью (модели Р.Мерчисона, Ж.-Ф. Ле Ни), либо, наоборот, предельно абстрактны (модели Д.Б.Богоявленской,

A. А.Налчаджяна, М.Г.Ярошевского), что затрудняет их использование в практических целях (в том числе для создания диагностических методик).

В отечественной психологии в течение многих лет формировались и развивались деятельностные школы и подходы известными корифеями отечественной психологии А.Н.Леонтьевым, Б.Ф.Ломовым, В.В.Давыдовым, П.Я.Гальпериным,

B. Д.Шадриковым. Тем не менее в их рамках, как правило, речь шла не о целостном системном образовании - мотивации, а об отдельных мотивах, обслуживающих деятельность. При этом, как высказывал обоснованное мнение В.К.Вилюнас, недопустимо отождествлять мотивацию и мотивы или сводить мотивацию к сумме наличествующих мотивов. Мотивация очень сложное образование и может быть представлена как одна из подсистем на одном из уровней в структуре психики. Сама мотивация также может быть представлена как система, а ее элементами будут выступать отдельные мотивы. При этом согласно общим положениям теории систем, которые сформулировали в своих работах Р.Л.Акофф, П.К.Анохин, Л.фон Берталанффи, И.В.Блауберг, В.А.Лекторский, А.А.Малиновский, В.Н.Садовский, А.И.Уёмов, Г.П.Щедровицкий, У.Р.Эшби, Э.Г.Юдин и др., и системному подходу в психологии, который развивали Б.Г.Ананьев, А.В.Брушлинский, В.П.Кузьмин, Б.Ф.Ломов, В.С.Мерлин, система

156

не сводится к сумме ее элементов и не описывается через свойства ее элементов она приобретает системные качества.

Поскольку мотивацию необходимо рассматривать в неразрывном единстве с деятельностью, а это явления разной (внешней и внутренней) природы, то для реализации этой цели необходимо использовать системный подход, методологию которого активно разрабатывали и применяют сейчас отечественные психологи В.А.Ганзен, А.В.Карпов, А.А.Крылов, В.Г.Суходольский, В.Д.Шадриков и др. Если представить мотивацию и деятельность как систему, имеющую определенную структуру и уровни, то это позволит преодолеть методологический разрыв в исследовании двух явлений внутренней и внешней природы.

Для системы «мотивация - деятельность» необходимо интегрирующее, координирующее и управляющее начало более высокого уровня. Согласно объективным научным результатам, полученным в многочисленных теоретических и экспериментальных работах А.В.Карпова, выполненных в русле метасистемного подхода, таким регулятором выступает рефлексия (как процесс и как индивидуальное качество субъекта). В своих исследованиях Е.В.Карпова доказала, что мотивация учебной деятельности также является особой системой со встроенным метасистемным уровнем. Мы можем предположить, что подобный метасистем-ный уровень необходим и в других мотивационных системах, в частности в системе мотивации научной деятельности.

Помимо внутренней субъективной реальности, как отмечал М.Г.Ярошевский, имеются еще и внешние координаты научного творчества -«социальная» и «предметно-историческая» [1], и никакое явление психики не может быть понято вне контекста этих измерений. Особенно это справедливо для такого психического процесса, как мотивация. В работах М.Г.Ярошевского, А.А.Налчаджяна эта проблема была обозначена и сформулирована. Вопрос о том, как внешние, социальные и исторические факторы преломляются через структуру психики и как воздействуют на ее уровни и подсистемы, имеет фундаментальное значение для психологической науки.

Целью данной работы является теоретическое обоснование и описание возможностей применения метасистемного подхода в анализе мотивации научной деятельности. Результатом будет построение модели системы «мотивация-деятельность» со встроенным метасистемным уровнем.

Методологической основой и исходной теоретической базой для нас явились существующие в отечественной психологии концепции о структурно-уровневой организации психических процессов, структурно-уровневая теория деятельности, системный подход.

Огромный вклад в становление системного подхода в психологии и структурно-уровневой теории деятельности внес В.Д.Шадриков, который вводит понятие психологической системы деятельности (далее ПСД). Данная концепция является методологической основой психологического изучения профессиональной деятельности, отражая принципы системности, психической активности человека, ее предметности и изменчивости.

157

Согласно концепции В.Д.Шадрикова ПСД состоит из следующих функциональных блоков [2]:

1) мотивы деятельности;

2) цели деятельности;

3) программы деятельности;

4) информационная основа деятельности;

5) принятия решения;

6) подсистема деятельностно важных качеств.

ПСД формируется на основе индивидуальных качеств человека, которые в процессе формирования ПСД изменяются (личность формируется в деятельности). Характер этих изменений обусловливают мотивы деятельности, цели и условия.

Процесс образования профессиональной деятельности, трансформации любой деятельности в профессиональную подробно изучен В.Д.Шадриковым и получил название системогенеза профессиональной деятельности. Этот процесс протекает на протяжении многих лет и неразрывно связан со становлением личности человека как профессионала, следовательно, огромную роль в этом играют процессы становления и трансформации мотивов деятельности.

При этом мы видим, что в рассмотренной системе деятельности имеется четкий вектор: мотивы - цели. Мотивация же в рассматриваемую систему не попадает, относится не столько к деятельности, сколько к личности. В итоге получается парадоксальная ситуация: деятельность оторвана от мотивации, от личности, а следовательно, и от возможности ее метакогнитивного регулирования.

В рамках метасистемного подхода А.В.Карпова данный разрыв можно преодолеть. Подобная работа уже была проделана Е.В.Карповой в отношении мотивации учебной деятельности. Мотивация может быть представлена нами как система, элементами которой являются отдельные мотивы. Система мотивации, в свою очередь, объединяется с системой деятельности, образуя единую систему «мотивация-деятельность» Интегратором и регулятором функционирования данной системы выступает рефлексия как процесс метасистемного уровня психики.

Чтобы ответить на вопрос, может ли рефлексия управлять системой «мотивация-деятельность», необходимо рассмотреть мотивацию и рефлексию в едином пространстве.

За основу мы берем структурно-уровневую модель психики, предложенную А.В.Карповым [3]. Данная модель позволяет расположить в одном пространстве интересующую нас мотивацию научной деятельности и проследить ее структурно-уровневые отношения с другими элементами психики (таблица 1).

158

Таблица 1

Структурно-уровневая модель психики, предложенная А.В.Карповым

Высший Рефлексия как средство реализации метасистемного уровня и как результат этого уровня.

Средний Макро Рефлексия дифференцируется на операционные и функциональные механизмы.

Мезо Интегральные психические процессы (метакогнитивные и метарегулятивные).

Микро Основные психические процессы: когнитивные, эмоциональные, волевые, мотивационные.

Низший Совокупность психофизиологических функций - онтологическая основа, база, для формирования психических процессов.

Согласно данной модели, мотивация находится на среднем уровне (в его рамках на первом, «микро» подуровне) и является первичным процессом, обусловливающим начало деятельности, ее энергетическое сопровождение, ее осуществление и результат. Третичные процессы высшего уровня, собственно рефлексивные процессы, обеспечивают контроль и управление низлежащими уровнями (в том числе и контроль мотивационного уровня). Без данного рефлексивного контроля невозможна саморегуляция процесса научной деятельности. Если бы такого контроля не существовало, то научная деятельность осуществлялась бы весьма спорадически, время от времени с низким коэффициентом полезного действия. Тем не менее, поскольку этого не происходит и научная деятельность в массе своей осуществляется целенаправленно, произвольно, систематически (хотя, известно, что в среде ученых имеются как более продуктивные, так и менее продуктивные), можно предположить наличие указанных процессов контроля и управления мотивационными процессами со стороны рефлексии.

Воздействие и контроль мотивации со стороны рефлексии не вызывает сомнений ни на теоретическом, ни на прикладном уровнях. Рефлексия, являясь ме-такогнитивным механизмом, трансформирует свои «операнды» (предмет на который на направлена), а ее предметом являются первичные психические процессы, в том числе и мотивация. Управляя мотивацией, рефлексия тем самым управляет и деятельностью.

Поскольку рефлексивность выступает как индивидуальное качество субъекта, оно, безусловно, имеет большую значимость в профессиональной деятельности. Исследования А.В.Карпова показали ее большое значение в «субъект-субъектных» видах деятельности (управленческой, организационной, педагогической, административной и др.). Мы можем предположить, что не меньшую важность рефлексия играет и в профессиональной деятельности ученого. Несмотря на то что научную деятельность нельзя отнести к категории «субъект-субъектных», в работах А.В.Карпова показано, что по отношению к интеллектуальной деятельности в целом индивидуальная мера рефлексивности определяет степень развитости и процессуальной развернутости метакогнитивных механизмов и средств регуляции этой деятельности, что является одним из важных ре-

159

сурсов интеллекта как такового. Научная деятельность без сомнения относится к интеллектуальной, но также и включает элементы «субъект-субъектной» деятельности. Помимо этого мы предполагаем, что рефлексия будет играть решающее значение в регуляции мотивации научной деятельности, тем самым обеспечивая ее метасистемный контроль. Это в свою очередь будет обусловливать успешность и результативность научной деятельности.

Успешность - совокупность объективных профессиональных достижений человека в своей личной истории и субъективное переживание их как успеха -удовлетворенности, признание их таковыми.

Результативность - совокупность объективных профессиональных действий и их материально выраженных итогов на определенном отрезке времени в сравнении с субъектами, выполняющими аналогичную деятельность. Предполагает рассмотрение как межличностного, так и исторического аспектов.

Мы считаем, что для эффективной организации и осуществления научной деятельности недостаточно только высокого интеллекта, творческих способностей или даже изначально высокой мотивации. Необходима целостная система «мотивация-деятельность» и возможность ее метакогнитивной регуляции. Мы считаем, что чем в большей степени развита и представлена его метакогнитивная регулятивная структура в структуре личности в целом, тем успешнее в своей деятельности ученый. Если эта структура не сформирована в достаточной степени к началу самостоятельной научной деятельности, то сложно предсказать ее успех и эффективность.

Если на теоретическом уровне вопрос о том, что рефлексия контролирует и регулирует мотивационный уровень психики решен, то в эмпирической плане нас интересует то, как именно ученые контролируют свои мотивационные процессы, какими способами, приемами, как это связно с общим уровнем рефлексивности. Иными словами - может ли ученый путем рефлексивной регуляции настроить себя на научную работу и получить высокий результат либо такое возможно только в процессе неконтролируемого даже на метакогнитивном уровне вдохновения, инсайта.

Однако необходимо ответить на вопрос: если по каким-то причинам рефлексивная регуляция у субъекта оказалась недостаточно развита (в силу изначальной слабости функциональных механизмов или в силу недостаточной развитости операциональных механизмов), способен ли ученый в ходе своей профессиональной деятельности компенсировать и развить способность к рефлексивной регуляции всех уровней психики, в том числе и мотивационного уровня.

Нам более близки взгляды Р. Перкинс и Б. Саломон, которые считают, что метакогнитивные навыки могут быть сформированы на базе какой-либо области знаний, в которой субъект достаточно компетентен. Таким образом, мы можем допустить, что даже если метакогнитивные навыки по каким-либо причинам не сформировались к началу или даже к концу юношеского периода (к моменту окончания вуза и поступлению в аспирантуру), то в процессе аспирантского обучения на базе формирования научной деятельности и ее стиля

160

возможно и формирование метакогнитивных способностей. Те же авторы считают, что для достижения наивысшего уровня профессионализации в какой-либо области необходим метакогнитивный контроль за ходом решения профессиональных задач. Если продолжить эту мысль, то метакогнитивный контроль необходим также и не только на когнитивном, интеллектуальном уровне, но и на личностном, мотивационном, - без метакогнитивного контроля как ближних, так и дальних целей, а следовательно, и мотивов, приводящих к их постановке, невозможно достигнуть наивысшего уровня профессионализации. Логично предположить, что не только тактические и стратегические мотивы-цели и их метакогнитивный контроль необходимы для формирования профессионала наивысшего уровня. Мы можем предположить, что такой контроль нужен не только при решении отдельных, жестко локализованных задач, но и в отношении построения всего профессионального жизненного пути личности, стратегий профессионализации, постановки предельных жизненных целей и выбора путей, способов и средств их достижения.

Мотивация - это система, причем система динамическая, поэтому мотивация - это в первую очередь процесс, процесс, неразрывно связанный с деятельностью. Являясь единой и неделимой системой, мотивация тем не менее способна согласованно и одновременно обслуживать деятельность как на уровне ее отдельных фрагментов (тактический уровень), так и на уровне целостных эпизодов (стратегический уровень), а также на уровне жизни отдельно взятого индивида вообще (личностно-исторический или смысложизненный уровень). Возможно, есть еще и социально-исторический уровень как некая атмосфера эпохи, которая обусловливает общее направление и характер деятельности людей (например, мотивационные эффекты в СССР под действием общей идеологии и пропаганды). Безусловно, только внутри уровня мотивации подобная координирующая функция невозможна. Ее выполняет рефлексия как внешний, по отношению к мотивации, мета-уровень. Поскольку субъекты отличаются по уровню рефлексивности, то данная задача контроля будет выполняться с разной степенью успешности. Как пишет А.В.Карпов, «Метакогнитивно одаренный субъект может правильно оценить, насколько удовлетворительно решена та или иная проблема, определить приоритетные жизненные задачи таким образом, что последовательное их решение будет способствовать его наилучшей адаптации» [4]. Оценив имеющиеся мотивы или их сочетание как неадаптивное и препятствующее поставленным целям в изменившихся условиях, субъект может изменить ее.

Можно предположить, что согласно структурно-уровневой теории деятельности, разрабатываемой А.В.Карповым, пять подуровней (ситуационный - детерминистский - репродуктивный - эвристический - вероятностный) в составе инфрадеятельностного уровня будут соотноситься не только с когнитивными и личностными структурами, но и с типами мотивации следующим образом (таблица 2):

161

Таблица 2

Модель системы «мотивация-деятельность»

Подуровни в системе деятельности Тип мотива научной деятельности

ситуационный ситуативный

детерминистский формально-символический

репродуктивный славы и службистский

эвристический ценностный

вероятностный идентификационный

При этом, как мы уже указывали выше, данная система не могла бы согласованно и целенаправленно функционировать, если бы отсутствовала рефлексивная регуляция. Продолжая теоретические и методологические взгляды А.В.Карпова, Е.В.Карповой, мы будем рассматривать систему «мотивация-деятельность» как систему со встроенным метасистемным уровнем. С учетом вышесказанного система «мотивация-деятельность» может иметь следующий вид (таблица 3):

Таблица 3

Модель системы «мотивация-деятельность» со встроенным метасистемным уровнем

Рефлексия

Подуровни в системе деятельности Тип мотива научной деятельности

ситуационный ситуативный

детерминистский формально-символический

репродуктивный славы и службистский

эвристический ценностный

вероятностный идентификационный

В данной системе каждому подуровню в системе деятельности соответствует свой тип мотива в системе мотивации. Такое соотношение осуществляется за счет контроля со стороны мета-уровня психики с помощью рефлексии. Подобная система, на наш взгляд, будет идеальной для осуществления научной деятельности и обеспечит результативность и успешность профессиональной деятельности ученого. Однако, если рефлексивный контроль и управление по каким-то причинам ослабевают, то это может привести к нарушению внутрисистемных связей и доминированию одних элементов системы за счет других. Это может быть представлено, например, так (таблица 4):

Таблица 4

Пример нарушения внутрисистемных связей в результате ослабления мета-системного контроля

Рефлексия

Подуровни в системе деятельности Тип мотива научной деятельности

ситуационный ситуативный

детерминистский

репродуктивный славы и службистский

эвристический ситуативный

вероятностный

162

Подобные изменения в системе мотивации могут быть вызваны воздействием внешних объективных факторов (осей измерения) - предметно-исторической и социальной. (В периоды широкомасштабной государственной поддержки науки, свершения больших научных открытий в обществе возникает состояние познавательной эйфории. Быть ученым становится модно. В итоге в науку устремляется поток молодых людей с весьма однобокой и скудной мотивацией, которая не может в должной мере обслуживать уровни деятельности. При этом механизмы рефлексивного контроля также оказываются не налажены и дисбаланс в системе мотивации не может быть осознан и исправлен. В итоге изменения в структуре мотивации могут привести к изменению в структуре деятельности, что будет приводить к снижению результативности и успешности).

Могут быть характерны и другие варианты. Например, если ситуационный уровень деятельности будет обеспечиваться идентификацинной мотивацией, то поведение и деятельность человека будет очень напоминать поведение лица, страдающего резонерством или имеющего сверхценные идеи, когда каждое минимальное действие будет рассматриваться и анализироваться в контексте судеб всего человечества. Это будет приводить к неэффективности решений, затормаживанию процесса деятельности, неадэкватности в социальных коммуникациях даже в узкой научной среде. Если же, например, вероятностный уровень будет обслуживаться ситуативной мотивацией, то во внешнем плане мы будем наблюдать поведение человека, осуществляемое по принципу «проб и ошибок» или случайного выбора с крайне низкой эффективностью.

Система «мотивация-деятельность» находится в постоянной динамике и развитии. Помимо прочего, данная система является «открытой», т.е. происходит взаимодействие между ней и средой. Воздействия среды осуществляются как на подсистему мотивации, так и на подсистему деятельности. Внешними факторами, воздействующими на мотивацию, будут предметно-историческая и социальная оси измерений. Объективная научная ситуация, совокупность открытий, тенденций в науке, научная картина мира, а также социокультурные установки в отношении науки так или иначе влияют на уровень отдельных мотивов и на структуру мотивации научной деятельности в целом. Обратное влияние на среду происходит в результате личностного вклада отдельных людей в науку, который изменил не столько научную картину мира, сколько субъективное отношение к науке.

Самым частым примером такого влияния может являться создание отдельным ученым научной школы, в которую стремятся ученики, последователи, вовлекаясь в научную деятельность. Таким образом, личность одного человека воздействует как внешний фактор на мотивацию многих других.

Что же касается деятельности, то взаимообмен информацией происходит на основе процессов ориентировки, коррекции деятельности исходя из получаемых результатов, их согласования с поставленными целями в контексте изменяющихся условий среды.

Для мотивационных процессов соотношение процессуального и результативного аспектов несоразмерно: процессуальная составляющая феноменологиче-

163

ски представлена в наименьшей степени, а следовательно, трудно поддается изучению.

Это приводит к соответствующему дисбалансу в эмпирических исследованиях и к сложностям в объяснении на теоретическом уровне ряда эмпирических феноменов, в частности как человек способен сохранять целенаправленное, целесообразное поведение при конфликте мотивов, причем в рамках одной и той же деятельности. В нашей системе мотивации научной деятельности мы выделяем шесть типов мотивов, два из которых образуют внутреннюю подсистему, диаметрально противоположную внешней подсистеме, в которую входят оставшиеся четыре мотива. При этом, как правило, в процессе мотивационного обеспечения научной деятельности единовременно участвуют все мотивы, и это не приводит ни к ступору, ни к перевесу в сторону внешних мотивов в силу их количественного превосходства.

Так, в работах А.В.Карпова показано, что по отношению к интеллектуальной деятельности в целом индивидуальная мера рефлексивности определяет степень процессуальной развернутости метакогнитивных механизмов и средств регуляции этой деятельности, что является одним из важных ресурсов интеллекта как такового. Продолжая данную идею, можно предположить, что индивидуальная мера рефлексивности, определяя степень развернутости метакогнитивных механизмов, является одним из условий эффективной мотивации научной деятельности. При этом особое влияние метакогнитивная регуляция будет оказывать на внешнюю подсистему мотивации научной деятельности. Многие исследователи мотивации научной деятельности (А.Г.Аллахвердян, С.Р.Микулинский,

А.А.Налчаджян, М.Г.Ярошевский, Д.Маклеланд, А.Молль, Ж.-Ф. Ле Ни, М.А.Рорбах, А.Роу, Д.Пельцс, Ф.Эндрюс Э.Торндайк) сходятся на том, что, несмотря на то, что внешняя мотивация является для научной деятельности неспецифичной, но она выполняет важную функцию энергетической подпитки направленной на постоянное, регулярное и непрерывное осуществление научной деятельности. При этом механизмы, благодаря которым внешняя мотивация приобретает такие свойства, остаются не раскрыты. В свете представленной модели ответ на данный вопрос может быть получен. Только при высоком уровне мета-когнитивной регуляции этой внешней подсистемы мотивации научной деятельности и возможен стабильно высокий уровень внешней мотивации научной деятельности, а также отсутствие мотивационного конфликта между внешней и внутренней подсистемами мотивации научной деятельности.

Одним из фундаментальных вопросов психологии личности и деятельности является вопрос, как возможно сохранение целенаправленного поведения в ситуации конфликта мотивов. При этом необходимо отметить, что практически всегда мы имеем дело с той или иной степенью данного конфликта, поскольку человеческая деятельность является полимотивированной.

А.Н.Леонтьев отмечает, что человеческая деятельность является полимотивированной, т.е. регулируемой одновременно двумя или даже несколькими мотивами. Это происходит потому, что человек в своей деятельности постоянно

164

включен в сложную систему отношений с предметным миром, людьми, обществом, самим собой.

В.К.Вилюнас в качестве основных признаков, характеризующих внутреннюю организацию и динамику мотивации человека называет иерархическую со-подчиненностъ мотивов, полимотивированный характер деятельности, и пишет: «У человека одновременное проявление и действие мотивационных факторов различного происхождения представляет собой практически постоянный фон жизни. Поэтому актуальной является не сама по себе констатация полимотивированности человеческой деятельности, а проблема ее форм и механизмов» [5].

И.В. Имедадзе говорит о том, что с полимотивацией мы имеем дело только тогда, когда одновременно действуют несколько мотивов, в состав каждого из которых могут входить множество потребностей. Однако в этом случае реально психологически осуществляется несколько деятельностей, каждой из которых соответствует свой мотив, даже при условии, что формально это одна и та же деятельность.

Указанная проблема не будет решена до тех пор, пока в структуре деятельности мы будем рассматривать отдельные мотивы. В таком подходе каждый мотив приобретает феноменологическую самостоятельность и перестает зависеть от чего бы то ни было кроме потребности, естественно вступая в конфликт с другими мотивами. Указанная проблема может быть решена, если рассматривать мотивы как системные элементы в целостной системе мотивации, которая в свою очередь является подсистемой системы «мотивация-деятельность».

Элементами системы мотивации будут являться отдельные мотивы. Мотивы могут быть сильными, слабыми, т.е. обладать количественной выраженностью в виде числовой характеристики. Индивидуальное числовое выражение мотива -его уровень - первая одномерная характеристика системы мотивации. Уровень выраженности всех мотивов может быть представлен в мотивационном профиле - это двумерная характеристика системы мотивации.

Важнейшей характеристикой мотивационного профиля будет не только абсолютные значения уровня каждого мотива, но и яркость профиля - максимальная разница в баллах между самым сильным и самым слабым в профиле типом мотива. Могут быть очень «гладкие» мотивационные профили, когда все типы представлены примерно одинаково, и в этом случае мы говорим о «неярком профиле». Могут быть мотивационные профили с большими перепадами, когда один или два типа мотивов очень сильны, а один или несколько могут быть вообще не представлены, и в этом случае мы говорим о «ярком профиле».

Доминирующие в профиле мотивы образуют тип мотивации. Целесообразно говорить о типе, состоящем не более чем из трех разных мотивов. Доминирующим мотив может считаться, если его численное выражение превышает значение среднегрупповой (или среднепопуляционной) яркости. Таким образом, доминирующий тип мотивации может совпадать с каким-то одним мотивом или быть представлен двумя-тремя мотивами.

165

Помимо набора системных элементов, существует также и структурная организация системы. Мы предполагаем, что структурная организация «идеальной» системы мотивации научной деятельности будет выглядеть следующим образом (рисунок 1).

' I

Рис. 1. Теоретическая модель структуры системы мотивации научной деятельности. Наименования мотивов: сит - ситуативный, служ - службистский, ф-с - формальносимволический, слава- славы, ценн - ценностный, идент - идентификационный. Внешняя и внутренняя - две подсистемы в системе мотивации научной деятельности. Числовые значения - предполагаемые расстояния объединения по методу 1-г Пирсона

Рассмотрим содержание конкретных элементов и подсистем системы мотивации научной деятельности.

В отечественной и зарубежной психологии довольно давно и прочно установилось разделение мотивов деятельности на внешние и внутренние. В нашей работе мы также используем данное деление, но внешняя и внутренняя группы мотивов будут рассматриваться налги как две подсистемы внутри целостной системы мотивации научной деятельности.

К настоящему времени в среде российских ученых сформировалось мнение, что у продуктивного ученого внутренняя мотивация преобладает над внешней (А.Г.Аллахвердян, Д.Б.Богоявленская, В.КБилюнас, АБ.Юревич,

М.Г.Ярошевский). Данную позицию разделяют и зарубежные коллеги, в частности Д.Пелз отмечает, что лучшая мотивация создается, когда ученый является внутренне детерминированным (innerdeterminated), поскольку опора на самого себя (selfre-lienee) есть сердцевина творчества [6].

Приоритет внутренней мотивации над внешней означает, что деятельность ученого выступает для него самопобуждающим фактором. Ученый включен в научную деятельность потому, что она его привлекает, доставляет интеллектуальное и эстетическое удовольствие, научная деятельность является не средством достижения цели, а самой целью. Для ученого такими внутренними моти-

166

вами выступают «...удовольствие, удовлетворение, получаемое от самого процесса работы, любовь к истине, стремление к интеллектуальному успеху, желание решать и находить проблемы, давать работу уму» [7]. Если подводить итог, то можно сказать, что внутренняя подсистема мотивации позволяет ученому идентифицировать себя и свою жизнь с наукой на основе чистого познавательного интереса.

В отношении внешней мотивации у исследователей нет единства мнений. Отечественные исследователи практически единогласно отводят внешней мотивации вторичную, подчиненную роль. Внешние мотивы являются внешними по отношению к процессу добывания научного знания, неспецифичны для него. При этом они выполняют очень важную функцию, являются одним из механизмов, который заставляет ученого постоянно поддерживать свою «научную форму» и добросовестно относиться к своей работе. Внешние мотивы заставляют ученого работать из чувства самодисциплины или из необходимости достигнуть неких ближних целей (например, получение степени), без которых невозможна реализация дальних, перспективных целей, связанных с самореализацией.

Мы считаем, что в процессе жизнедеятельности человека система мотивации научной деятельности постоянно трансформируется, и в первую очередь изменяется структурное соотношение элементов и подсистем в системе. В зависимости от того, как на человека влияют три указанные выше оси измерения (предметно-историческая, социальная, личностная), мы будем иметь приоритет и доминирование либо внешней, либо внутренней подсистемы. Рефлексивный контроль позволяет регулировать данный процесс, сделать структуру мотивации научной деятельности, с одной стороны, более стабильной, независимой от внешних воздействий, а с другой - более гибкой и адекватно изменяющейся под воздействием внешних условий с тем, чтобы научная деятельность продолжала осуществляться и далее без снижения целенаправленности, результативности и успешности.

В остальных же случаях, которых значительно больше, мы имеем дело с тем или иным соотношением в структуре мотивации внешних и внутренних мотивов. При этом толчком к началу научной деятельности могут быть как внешние, так и внутренние мотивы. Смыслообразующими мотивами всегда будут внутренние мотивы. Если в мотивационном профиле они выражены слабо, то это значит, что научная деятельность не несет для субъекта личностного смысла и осуществляется благодаря мотивам-стимулам, а следовательно, будет менее эффективна.

Далее дадим краткие характеристики каждого системного элемента системы мотивации научной деятельности. Как мы уже отмечали, в качестве системных элементов выступают отдельные мотивы. Каждый из указанных мотивов в большей или меньшей степени находится под воздействием одной из указанных осей измерения (таблица 5):

167

Таблица 5

Влияние внешних осей измерения на мотивы научной деятельности

Системные элементы

Ситуативный_______________

Формально-символический

Славы_____________________

Службистский______________

Ценностный________________

Идентификационны й________

Условные обозначения: серым цветом помечено наличие максимального влияния того или иного измерения на системные элементы мотивации научной деятельности.

Ситуативный тип - относится к внешней подсистеме, особенно зависим от влияния предметно-исторических факторов. Научная деятельность и ее выбор субъектом осуществляются спонтанно, под воздействием ряда факторов: ситуации, сложившейся в конкретном государстве и в мире в данный момент времени, и ее субъективного восприятия, научных открытий, быстрых темпов роста отдельных отраслей науки, их финансирования, моды на науку.

Формально-символический тип - относится к внешней подсистеме. Наиболее чувствителен к влиянию, с одной стороны, характера и темпов развития науки (предметно-историческое измерение), а с другой - особенностей развития общества, его уклада, социальных ценностей, идеологии (социальное измерение). Научная деятельность видится как способ достижения высокого социального статуса и его внешних атрибутов, привилегий.

Тип славы относится к внешней подсистеме и в наибольшей степени зависит от влияния личностных особенностей человека, тщеславности, уровня притязаний (личностное измерение). Серьезное влияние на данный мотив оказывает и социальное измерение, поскольку общественные нормы увеличивают или уменьшает субъективную значимость славы. Научная деятельность видится как способ добиться известности и почитания и в узких научных, и в широких общественных кругах.

Службистский тип - относится к внешней подсистеме и обусловлен преимущественно социальной осью. Научная деятельность рассматривается как наиболее простой и быстрый способ сделать карьеру, получить материальные бонусы, социальный статус, положение. Содержание научной деятельности и ее результаты мало интересуют или не интересуют вообще.

Ценностный тип относится к внутренней подсистеме и в максимальной степени находится под воздействием двух измерений: личностного и предметноисторического. Научная деятельность обусловлена познавательной потребностью, характерен исследовательский азарт, желание разрешить актуальные проблемы, бросить вызов природе, научная истина становится главной ценностью для ученого.

168

Идентификационный тип относится к внутренней подсистеме и обусловлен личностным измерением. Личность ученого трансформируется, ученый начинает отождествлять себя с человечеством в целом, берет на себя ответственность за судьбу человечества и считает себя вправе ее решать. Ученый ориентирован на гуманистические ценности, наука становится его основной формой жизнедеятельности, но не ради абстрактной истины, а ради блага людей.

Таким образом, в данной работе обозначена проблема поиска новых методологических средств для исследования психической реальности, в частности для такого ее аспекта, как мотивация научной деятельности. Показаны возможность и перспективы применения для решения данной задачи такого перспективного научного направления, как метасистемный подход, который активно развивается отечественными психологами. В работе представлена теоретическая модель системы «мотивация-деятельность» со встроенным метасистемным уровнем. Показаны возможности ее применения к исследованию мотивации научной деятельности человека.

1. Аллахвердян А.Г., Мошкова Г.Ю., Юревич А.В., Ярошевский М.Г. Психология науки: учебное пособие. М.: Московский психолого-социальный институт: Флинта, 1998.

С. 238.

2. Шадриков В.Д. Проблема системогенеза профессиональной деятельности. М.: Наука, 1982. С. 12.

3. Карпов А.В. Роль и место рефлексии в системе психических процессов/ Вестник Ярославского государственного университета. 2007. № 5. С. 26.

4. Карпов А.В. Метакогнитивные способности личности / Вестник Ярославского государственного университета. 2008. № 7. С. 27.

5. Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека. М.: Изд-во МГУ, 1990. С. 187.

6. Pelz, D.C., Andrews, F.M. Scientists in Organizations: productive climates for research and development. New York: Wiley, 1966. 318 p., 24 p.

7. Аллахвердян А.Г., Мошкова Г.Ю., Юревич A.B., Ярошевский М.Г. Указ. соч. С. 182.

169