Морфологическая природа отрицательного слова түгел в татарском языке

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2016. №1

УДК 81'366; 811.512.145

МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ОТРИЦАТЕЛЬНОГО СЛОВА ТУГЕЛ

В ТАТАРСКОМ ЯЗЫКЕ

© Альфия Галиева, Радиф Замалетдинов

MORPHOLOGICAL NATURE OF THE TATAR NEGATIVE WORD TUGEL

Alfiya Galieva, Radif Zamaletdinov

This paper studies structural and semantic features of the disidentificational negation in the Tatar language, expressed by means of the word tugel. In Tatar grammar, the word tugel is qualified as a particle. We suggest that the morphological nature of this word should be revised. The research into morphological features, collocability of the word tugel and its part of speech characteristics studied on the corpus data, demonstrate the scientific significance of the paper.

The phenomenon of negation is characterised by structural and conceptual complexity, combining different types of linguistic and extralinguistic knowledge. The Tatar language has a set of grammatical means and rules for converting affirmative phrases and clauses into negative ones. They require different ways of morphological and syntactic representation (sorting of situations covered by the negation, accounts for grammatical selectivity).

The desidentificational negation enables us to characterize an object by negating its properties. The word tugel has high distribution potential and may be combined with word forms of different parts of speech (nominal, verbal, pronominal words, etc.). Nevertheless, the main function of the word tugel is negation of non-verbal (non-processual) predicates. This paper analyses semantics and morphological characteristics of the word tugel and its compatibility with other words on corpus data.

The paper concludes that the word tugel is semantically incomplete, expressing one of the aspects of the modus of irreality - negation. However, it should not be attributed to the class of particles, as its morphological and morphonological properties characterize it more like an independent notional word. Of all the word categories, described in the Tatar grammar, the word tugel is closest to the class of predicative words expressing a modal meaning.

Keywords: Tatar language, morphology, negation, semantics and grammar, particle, predicative word.

В статье рассматриваются структурно-семантические черты дезидентификационного отрицания в татарском языке, выражаемого при помощи слова mYгел. Слово тYгел в татарских грамматиках и словарях определяется как частица. Мы исходим из точки зрения, что морфологическую природу этой единицы нужно пересмотреть. Научная новизна статьи определяется следующими факторами: на корпусных данных исследуются морфологические особенности и синтагматика слова тYгел и уточняется его частеречная принадлежность.

Отрицание как явление характеризуется структурной и концептуально-семантической сложностью, объединяя разные типы языкового и экстралингвистического знания. Виды отрицания в татарском языке являются специализированными и требуют того или иного грамматического (мор-фолого-синтаксического) представления (сортировка ситуаций, подпадающих под отрицание, обусловливает грамматическую избирательность).

Дезидентификационное отрицание позволяет давать характеристику объекту через отрицание его свойств. Слово тугел обладает высокой дистрибутивной самостоятельностью, то есть оно может присоединяться к словоформам разной морфологической природы (субстантивным, глагольным, местоименным и т. п.). Тем не менее, основная функция слова тYгел - отрицание неглагольного (непроцессуального) предиката.

В статье на корпусных данных исследуются сочетаемостные свойства слова тYгел, его семантика и морфологическая природа. Авторы делают вывод о том, слово тYгел является семантически неполным словом, выражающим один из аспектов модуса ирреальности - отрицание. Тем не менее, оно по своим морфологическим и морфонологическим свойствам проявляет себя скорее как самостоятельное слово и не должно быть отнесено к классу частиц. Из всех лексико-грамматических классов слов, описанных в Татарской грамматике, слово тYгел наиболее близко к классу предикативных слов с модальным значением.

Ключевые слова: татарский язык, морфология, отрицание, семантика и грамматика, частица, предикативное слово.

1. Введение.

Хотя отрицание как логическая и когнитивная категория является универсальной (см. [Horn, Kato, с. 1]), способы выражения отрицания в языках могут существенно различаться. Как отмечает Е. В. Падучева, «отрицание плотно интегрировано в систему грамматических категорий и в лексическую структуру языка, нетривиальным образом взаимодействует с грамматическими и лексическими значениями - модальными, аспектуальными, кванторными и другими» [Падучева]. Типы отрицательных конструкций коррелируют с утвердительными, при этом обычно в языках маркируется отрицание, а утверждение не маркируется. В лингвистике при описании отрицательных конструкций часто используется термин «полярность», обозначающий «категорию, элементы которой указывают, является ли данная категория утверждением или отрицанием» [Мельчук, с. 147].

Отрицание как явление характеризуется структурной и концептуально-семантической сложностью, объединяя разные типы знания -языкового и внеязыкового (ментального или онтологического). Необходимо отметить отсутствие непосредственной референции у отрицательных конструкций: в объективном мире отрицания нет (мы исходим из точки зрения, что оно невозможно онтологически), но отрицание конституируется в субъективном мире - в сознании человека: отрицание появляется при анализе восприятия и постулируется в языке. Поэтому концептуальная структура отрицания основывается на сравнении с ожидаемым или предполагаемым состоянием дел (когда контекст или стереотипная ситуация предполагает, что соответствующее утверждение было (или могло быть) сделано ранее или входит в общий фонд знаний говорящих). Вот как говорит об этом Н.Н.Болдырев: «С помощью отрицания, в частности, профилируется отсутствие ожидаемого элемента события или одной из его планируемых характеристик. Мы как бы специально создаем посредством языковых средств определенный когнитивный контекст, или ментальное пространство, чтобы показать это отсутствие или несоответствие. В качестве такого контекста может рассматриваться тот или иной фрейм как пакет знаний о стереотипной ситуации и как определенная модель или схема осмысления событий, т.е. связанная структура знания, в которой нашим опытом познания мира запрограммировано наличие определенных элементов или событий и их соответствующая оценка» [Болдырев, с. 335].

В татарском языке полярность может быть 1) словоизменительной категорией и маркироваться морфологически (для основной части глагольных словоформ); 2) не словоизменительной категорией и маркироваться при помощи специальной лексемы (преимущественно для неглагольных словоформ).

Несмотря на то, что средствам выражения отрицания в татарском и в тюркских языках посвящены отдельные работы (см., например, [Ха-санова], [Ханова], [Ешек^] и др.), тем не менее в большей части имеющихся работ получили отражение лишь достаточно поверхностные, формальные аспекты способов выражения отрицания. В частности, в татарских грамматиках и словарях разного типа отрицательное слово mYгел до настоящего времени продолжает называться частицей (см. [Татарская грамматика, 1993], [Татар грамматикасы, 2002], а также [Татар теленец ацлатмалы сYЗлеге, с. 600], [Татарско-русский словарь, с. 353] и др.), хотя такая его квалификация во многом не соответствует ни морфологическим и синтаксическим, ни словообразовательным свойствам этой единицы. Кроме того, в имеющихся работах достаточно поверхностно описана семантика татарского отрицания. Следовательно, категория отрицания в татарском языке требует дальнейшего, более детального исследования.

В статье рассматриваются структурно-семантические черты дезидентификационного отрицания в татарском языке, выражаемого при помощи слова тYгел. Научная новизна статьи определяется следующими факторами: 1) на корпусных данных исследуются морфологические особенности и синтагматика слова тYгел^; 2) уточняется его частеречная принадлежность.

При этом мы не рассматриваем случаи, когда слово тYгел выражает другие типы отношений, например, соединительные (см. [Татарская грамматика, с. 355-356). Текстовые примеры и примеры отдельных словоформ взяты из Татарского национального корпуса «Туган тел».

2. Типы отрицания в татарском языке

Русская отрицательная частица не универсальна по способу выражения отрицания и по своим сочетаемостным свойствам: она может находиться практически перед любой словоформой (в русском языке можно говорить об относительной лингвистической простоте выражения отрицания). Виды отрицания в татарском языке являются специализированными и требуют того

или иного грамматического (морфолого-синтаксического) представления (сортировка ситуаций, подпадающих под отрицание, обусловливает грамматическую избирательность).

В татарском языке можно выделить два основных типа отрицания - предикативное и непредикативное.

1. Предикативное отрицание нами подразделяется на 3 типа (использована терминология из работы «Об именном отрицании» [Певнов]:

а) глагольное отрицание: выражается отрицательной формой глагола;

б) абсентивное отрицание: выражается при помощи предикативного слова юк;

в) дезидентификационное отрицание: выражается при помощи слова тYгел.

2. Непредикативное привативное отрицание. выражается при помощи аффикса абессива (при-ватива) -сЫз.

Отрицание, выражаемое при помощи слова тYгел, как и глагольное отрицание, относится к предикативному типу отрицания, оно выражает идею отсутствия связи между концептами: в прототипическом случае - связи между субъектом и его предикатом:

Кар ак тYгел. - Снег не белый.

Марат укытучы тYгел. - Марат не учитель.

Существительные в дезидентификационном отрицании используются нереферентно и входят в состав именного сказуемого, указывая не на объекты действительности, а на свойства соответствующих объектов.

3. Сочетаемость слова тYгел

В прототипической ситуации слово тYгел сочетается с именными частями речи: с существительными, в том числе и с существительными, осложненными аффиксами (укытучы тYгел - не учитель, вйдз тYгел - не дома), с прилагательными (ак тYгел - не белый), с наречиями (куптзн тYгел - недавно), словами с количественным значением (ун тYгел - не десять, аз тYгел - не мало), местоимениями (ул тYгел - не он / не она), со словами с модальным значением, в том числе и с причастиями с модальным значением (мвмкин тYгел - невозможно, кирэк тYгел - не нужно, алырлык тYгел - невозможно взять, аласы тYгел -не следует брать).

Кроме того, слово тYгел может сочетаться с глагольными формами: с причастиями (кайткан тYгел - не есть вернувшийся), с конвербами (алып тYгел - не беря, алгач тYгел - не взяв), с именами действия (кайту тYгел - не возвращение), с инфинитивами (барырга тYгел - не идти) и даже с финитными глаголами (Чабабыз тYгел, очабыз! - Не бежим, а летим!).

Заслуживает отдельного рассмотрения случаи сочетания слова тYгел с финитными глаголами.

(1) Свям тYгел, ул суз бик кечкенэ, бик мэгънэсез (Г. Исхаки) [Татарский национальный корпус «Туган тел»]. - Не «люблю», это слово очень короткое и незначащее (здесь и далее перевод наш - А.Г., Р.З.).

(2) Бер кузлэре генэ тYгел, аныц бвтен то-рышы, йвзе, авызы — барлык щире шатлыктан квлэ тYгел, бзлки яратып елмаялар шикелле (Г.Ибрагимов) [Там же]. - Казалось, не только ее глаза, но и все ее состояние, лицо, рот от радости не смеялись, но улыбались, выражая любовь.

Обычно это происходит при сентенциальных актантах (в случаях, когда актантное место заполняется инфинитивной конструкцией или даже целым предложением), таким образом, отрицается не собственно глагольная словоформа, а та пропозиция, которая за ней стоит:

(3) Вакытында безне партиянец уц кулы дип эйтэ торган иделэр, уц кулы булып, без кYп кенэ ищади hдм рухи фащигалэр кичермэдек тYгел. (Н. Наджми) [Там же]. - Было время, когда нас называли правой рукой партии: будучи правой рукой, мы испытали немало творческих и духовных драм.

(4) Наилз ирен аяп, аны жэллэп hэм яклап, ялгыш-хаталарына аклау табарга тырышып яшэмэде тYгел, байтак яшэде, байтак тYзде (А.Гилязов) [Там же]. - Наиля немало жила, оберегая, жалея и защищая мужа, пытаясь оправдывать его ошибки, довольно долго терпела.

Часто контекст указывает на то, что отрицается не собственно финитный глагол, а выражение, его содержащее (даже если в татарском тексте отсутствует специальная пунктуация) (см.: пример 1).

Таким образом, слово тYгел обладает высокой дистрибутивной самостоятельностью, то есть оно может присоединяться к словоформам разной морфологической природы (субстантивным, глагольным, местоименным и т. п.) и даже предложениям. Тем не менее, основная функция слова тYгел - отрицание неглагольного (непроцессуального) предиката.

4. Морфологическая природа слова тYгел

В академических грамматиках татарского языка слово тYгел характеризуется как частица (см. [Татарская грамматика], [Татар грамматика-сы]).

Такая точка зрения может быть обусловлена рядом причин:

1. Слово тYгел семантически неполно (лишено конкретного вещественного содержания) и

требует употребления слева от себя самостоятельного слова: существительного, прилагательного, местоимения и т. п.

2. Влиянием русской грамматики, где стандартным способом выражения отрицания является частица не. Описания национальных языков Российской Федерации испытывают сильнейшее влияние русистики и, шире, индоевропеистики, и, к сожалению, не во всех случаях это влияние бывает плодотворным.

3. Тем обстоятельством, что часть речи «частица» является морфологическим классом, который в грамматиках формируется по остаточному принципу: туда обычно включаются единицы, которые не попадают в другие классы, имеющие более четкие очертания.

Частицами в Татарской грамматике называют «служебные слова, придающие отдельным словам, членам предложения или предложению в целом различные смысловые, эмоциональные или модально-экспрессивные оттенки» [Татарская грамматика, с. 352].

Класс татарских частиц в Татарской грамматике представляет собой очень разнородный в структурном, семантическом и функциональном отношении набор единиц, объединяющих:

а) служебные слова (препозитивные, постпозитивные и разноместные);

б) аффиксы -мЫ, -мЫни, -сАнА,-чЫ, -Дыр.

В Татарском национальном корпусе аффиксы -мЫ, --мЫни, -сАнА, -чЫ, -ДЫр не считаются частицами: аффиксы -мЫи -мЫни анализируются как интеррогативные аффиксы, а аффиксы -сАнА, -чЫ - как аффиксы прекатива (просительного императива); аналогично аффикс -ДЫр выделяется как аффикс пробабилитива (см. таблицу грамматических категорий Татарского национального корпуса). Таким образом, разработчики Татарского национального корпуса к частицам относят лишь раздельнооформленные слова.

4.1. Черты самостоятельного слова у лексической единицы тугел

1. Слово тугел, хотя чаще всего и используется в основной форме (без аффиксов), может присоединять аффиксы персональности (сказуемости), подобно существительным и прилагательным в составе именной части сказуемого. Ср.:

мин укытучымын 'я учитель' - мин укытучы тугелмен 'я не учитель';

син укытучысъщ 'ты учитель' - син укытучы тугелсец 'ты не учитель';

без укытучыларбыз 'мы учителя' - без укы-тучылар тугелбез ;

сез укытучыларсыз 'вы учителя' - сез укы-тучылар тугелсез ;

алар укытучылар 'они учителя' - алар укытучы тугеллэр 'они не учителя'.

Эти формы образуются при помощи стандартных показателей сказуемости: показателей лица и аффикса множественного числа ЛАр (для 3-го лица множественного числа). При выделении слова тугел из класса частиц одним из существенных аргументов для нас является тот, что частицы, как, впрочем, и основная масса служебных слов, не изменяются, то есть не имеют собственных грамматических форм и морфологических категорий (за исключением модальных аффиксов интеррогатива и пробабилитива, которые могут присоединяться к служебным словам, в том числе и к постпозитивным частицам).

2. Компонент тугел может служить в качестве основы для аналитических субстантивов с отрицательным значением, образованных при помощи номинализатора -лЫК:

матур тугеллек - 'некрасивость'; мвмкин тугеллек - 'невозможность'; риза тугеллек - 'несогласие'; тэмам тугеллек - 'незаконченность'; тулы тугеллек -'неполнота' и т. п. Такие аналитические субстантивы в дальнейшем могут осложняться своим собственным набором словоизменительных аффиксов:

мвмкин тугел-лег-е - 'его / ее невозможность'

мвмкин тугел-лег-е-н - 'его / ее невозможность'

мвмкин тугел-лек-лэр-е-н - 'их невозможность'

Номинализатор -лЫК является стандартным средством формирования сентенциальных актантов из обычных предложений, в данном случае отрицательных:

(5) Моц» сузенец тэрщемэ итэргэ мвмкин тугеллеге турында язган идем инде (Н.Наджми) [Татарский национальный корпус «Туган тел»]. - Я уже писал о том, что невозможно перевести слово «моц».

(6) Исмайныц карак тугеллеге ул китеп ике ай узгач ук билгеле булды (Р.Батулла) [Там же]. -О том, что Исмай не вор, стало известно спустя два месяца после его отъезда.

3. Слово тугел входит в состав составного именного сказуемого в качестве связки с отрицательным значением, привнося синтаксическое модально-временное значение:

(7) Мин гаепле тугел (Н.Фаттах) [Там же]. -Я не виновен.

(8) Бу бер хыял вэ фараз тугел, бэлки аныц табигатенец вэ йврэк твбенец сизенуедер

(Г.Ибрагимов) [Там же]. -Это не мечта и не прогноз, но предчувствие, обусловленное природой и глубиной ее сердца.

В примерах (7, 8) слово тYгел выражает не только отрицательную модальность, но и настоящее время; при переводе в другой временной пласт вместо слова тYгел обычно используется глагол в одной из временных форм (9) либо добавляется вспомогательный глагол, передающий значение времени (10):

(9) Сица яшдY щицел булмас (Р.Нуруллина) [Там же]. - Тебе не легко будет жить.

(10) Мвдирне башкалар белэн бутау мвмкин тYгел иде (Т.Галиуллин) [Там же]. - Невозможно было перепутать заведующего с другими.

4 Слово тYгел, в отличие от большей части обычных постпозитивных частиц тюркского происхождения, имеет собственное фиксированное ударение на первом слоге, не подчиняется закону сингармонизма и не подчиняется законам ассимиляции согласных по звонкости / глухости:

Ср.: Гузэл генэ 'только Гузель' - Марат кы-на 'только Марат' (примеры с частицей) ;

Гузэл тYгел 'не Гузель' - Марат тYгел 'не Марат'.

Таким образом, слово тYгел является семантически неполным словом, выражающим один из аспектов модуса ирреальности - отрицание. Тем не менее, оно по своим морфологическим и мор-фонологическим свойствам проявляет себя скорее как самостоятельное слово и не должно быть отнесено к классу частиц.

Из всех лексико-грамматических классов слов, описанных в Татарской грамматике, слово тYгел наиболее близок к классу предикативных слов.

В Татарской грамматике предикативные слова определяются как «класс слов, обозначающих ,,недейственное состояние" и выступающих в функции предикативного члена (самостоятельно или в сочетании с другими словами) или эквивалента предложения и обнаруживающих как именные, так и глагольные свойства» [Татарская грамматика, с. 293].

Татарская грамматика относит к предикативным словам единицы следующих типов:

1) экзистенциальные (бар 'есть, имеется', юк 'нет, не имеется');

2) модальные (тиеш 'должен, должно', мвмкин 'возможен, возможно', кирэк 'нужен / необходим, нужно / необходимо');

3) утвердительные (эйе 'да', ярар 'ладно, годится') [Татарская грамматика, с. 293].

Основная масса предикативных слов с модальным значением, как и слово тYгел, может присоединять номинализатор -лЫК:

тиеш - тиешлек 'долженствование';

мвмкин - мвмкинлек 'возможность';

кирэк - кирэклек 'нужность/необходимость'.

Слово тYгел по своей семантике и морфологическим свойствам вполне соответствует приведенному выше определению предикативных слов. Оно выражает модальное значение (отрицание как один из модусов ирреалиса), оно морфологически изменяется и может присоединять свой набор аффиксов и может служить базой для образования аналитических субстантивов. Трактовка отрицания как одной из форм модальности в науке и философии является достаточно распространенной (см., например, [Бондаренко, с. 64-72]).

Таким образом, анализ общего значения и морфологических свойств слова тYгел позволяет заключить, что слово тYгел является не частицей, а предикативным словом с модальным (в данном случае отрицательным) значением.

Заключение

Многие явления татарской грамматики в настоящее время требуют переосмысления и переоценки с учетом как актуального состояния развития науки (особенно с учетом достижений лингвистической типологии, добившейся значительных успехов в описании языков неиндоевропейского типа), так и тех возможностей для получения эмпирических данных, которые дают современные корпусные технологии.

Татарский язык обладает сложной системой морфологических и неморфологических средств выражения отрицания. Каждый тип отрицания в татарском языке требует своего грамматического оформления.

На основании изучения особенностей функционирования слова тYгел мы приходим к следующим выводам: отрицательное слово тYгел обладает широкой сочетаемостью: оно может присоединяться к словоформам разной морфологической природы (субстантивным, глагольным, местоименным и т.п.). Отрицательный предикатив тугел может использоваться также при отрицании глагольных словоформ, но обычно это происходит при сентенциальных актантах. Слово тугел обладает признаками как служебной, так и самостоятельной части речи и по своим морфологическим свойствам должно быть отнесено к классу предикативных слов с модальным значением.

Список литературы

Болдырев Н. Н. Концептуальные основы отрицания в языке // Филология и культура: Материалы IV

международной научной конференции / Отв. ред. Н. Н. Болдырев. Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г. Р. Державина, 2003. С. 334-338.

Бондаренко В. Н. Отрицание как логико-грамматическая категория. М.: Наука, 1983. 212 с.

Мельчук И. А. Курс общей морфологии. Т. 2 / Общ. ред. Н. В. Перцова и В. Н. Саввиновой. М.; Вена: «Языки русской культуры», 1998. 544 с.

Падучева Е. В. Отрицание. Материалы для проекта корпусного описания русской грамматики. URL: http://rusgram.ru (дата обращения: 22.01.16).

Певнов А. М. Об именном отрицании // Типология языка и теория грамматики: Материалы Международной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения С. Д. Кацнельсона. СПб.: Нестор-История, 2007. С. 155-161.

Татар грамматикасы. Т.2. М.: ИНСАН, Казан: ФИКЕР, 2002. 448 б.

Татар теленен анлатмалы CYЗлеге / ТФА, ТЭЬСИ; баш ред. проф. Ф.Э. Ганиев. _Казан: Матбугат йорты, 2005. 848 б.

Татарская грамматика: В 3т. Т.2. Морфология / Рос. АН, АН Татарстана, Институт языка, литературы и истории им.Г.Ибрагимова; Казан. научн. центр; Редкол.: М. З. Закиев и др. Казань: Татарское книжное изд-во, 1993. 397 с

Татарский национальный корпус «Туган тел». URL: http://corpus.antat.ru (дата обращения: 22.01.16).

Татарско-русский словарь / Под ред. Ф. А. Гание-ва. Казань: Татарское книжное изд-во, 2004. 488 с.

Ханова А. Ф. Средства и способы выражения категории отрицания в татарском языке: в сопоставлении с русским и немецким языками: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Елабуга, 2010. 25 с.

Хасанова Л. З. Функционально-семантическая категория отрицания в башкирском и немецком языках: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Уфа, 1999. 22 с.

Emeksiz Z.T. Negation in Turkish // Dilbilim Ara§tirmalari. 2010. No. 2, pp. 45-56.

Horn L., Kato Y. Introduction: negation and polarity at the millennium //Negation and Polarity. Syntactic and Semantic Perspectives. Oxford University Press, Oxford. 2000. С. 1-19.

References

Boldyirev, N. N.

Bondarenko, V. N. (1983). Otritsanie kak logiko-grammaticheskaya kategoriya [Negation as a Logical and Grammatical Category]. 212 p. Moscow, Nauka. (In Russian).

Emeksiz, Z. T.

Hanova, A. F.

Hasanova, L. Z.

Melchuk, I. A.

Paducheva, E. V. Otritsanie. Materialyi dlya proekta korpusnogo opisaniya russkoy grammatiki [Negation. Materials for the Project of Corpus Description of Russian Grammar]. URL : http://rusgram.ru

Pevnov, A. M.

Tatar grammatikasy

Tatar National Corpus "Tugan tel". URL: http://corpus.antat.ru.

Tatar telenen anlatmaly suzlege

Tatarskaya grammatika

Tatarsko-russkiy slovar

The article was submitted on 04.02.2016 Поступила в редакцию 04.02.2016

Галиева Альфия Макаримовна,

кандидат философских наук, ведущий научный сотрудник, НИИ «Прикладная семиотика» АН РТ,

420111, Россия Казань, Баумана , 20 amgalieva@gmail.com

Замалетдинов Радиф Рифкатович,

доктор филологических наук, профессор

Казанский федеральный университет, 420008, Россия, Казань, Кремлевская, 18 director.ifmk@gmail. com

Galieva Alfiya Makarimovna,

Ph.D. in Philosophy, Senior Researcher,

Research Institute of Applied Semiotics of the Academy of Sciences of RT, 20 Bauman Str.,

Kazan, 420111, Russian Federation amgalieva@gmail.com

Zamaletdinov Radif Rifkatovich,

Doctor of Philology, Professor,

Kazan Federal University,

18 Kremlyovskaya Str.,

Kazan, 420008, Russian Federation.

director.ifmk@gmail.com