Партийно-государственное управление культурой в 50 - 60-е годы XX века: (на примере Кубани и Ставрополья)

Исторические ни

ПАРТИЙНО-ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ КУЛЬТУРОЙ В 50 - 60-е ГОДЫ XX ВЕКА:

Н. В. Романова

PARTY-STATE GOVERNANCE OF CULTURE IN THE 1950S - 1960S

Romanova N.V.

Basing on the archival documents the main factors, tendencies and concrete forms of the art culture development and art intelligentsia activity in Kuban and Stavropol Territory in 1953 -1964 have been studied in the article in the context of the official cultural policy.

Key words: cultural policy, art intelligentsia, machinery of government.

На основе архивных документов изучены основные факторы, тенденции и конкретные формы процесса развития художественной культуры и деятельности художественной интеллигенции на Кубани и Ставрополье в 1953 - 1964 годы в контексте официальной культурной политики.

Ключевые слова: культурная политика, художественная интеллигенция, органы управления.

УДК 947.8

Одним из непременных принципов работы советских органов управления культурой, начиная с конца 1920-х гг., была зависимость их решений от партийной воли. Это не только лишало чиновников от культуры собственной инициативы, но и формировало иждивенческие настроения и бюрократическую волокиту. Как определяло одно из местных решений Ставропольского крайисполкома, целью культурной жизни региона являлась «дальнейшая работа по реализации исторических постановлений XIX съезда партии», партийных пленумов, Верховного Совета СССР и правительства, а также решений краевых партийных органов (1).

Приход в стране в начале 50-х гг. нового политического руководства повлек за собой изменения в аппарате управления, реорганизацию его структуры, в том числе и в сфере культуры. Так, отделы искусств при органах местной исполнительной власти в годы «оттепели» были преобразованы в управления культуры при областных и краевых исполкомах. Структурные подразделения по руководству учреждениями культуры имелись также в городских и районных исполкомах. В соответствии с Постановлением Совета Министров РСФСР на базе объединения отделов искусства и культурно-просветительной работы в Краснодаре и Ставрополе также были созданы краевые управления культуры. Управления культуры всех уровней отвечали за содержание работы местных культурных учреждений, за их материальную базу и обеспечение квалифицирован-

ными кадрами. В центре повседневной деятельности этих управлений была забота о капитальном строительстве, о ремонте, о подготовке и повышении квалификации творческих работников.

Особое значение стало уделяться внедрению планового принципа в работу учреждений культуры, что ограничивало границы свободного творчества. Например, Ставропольское краевое управление культуры в 1953 г. ввело поквартальное планирование их деятельности. В этих планах не учитывались специфика творческого процесса, индивидуальность художественного творчества. Культура рассматривалась как система определенных мероприятий, направленных на решение идеологических и просветительских задач. Однако творчество и творческая индивидуальность зачастую нарушали и корректировали планы работы управлений. Кроме того, сама жизнь вносила изменения, а конъюнктура заставляла заменять планируемые мероприятия более злободневными.

Государственные чиновники несли ответственность за идейно-художественное содержание произведений литературы и искусства. Представители управлений культуры принимали вновь созданные спектакли, книги, выставки. В ряде случаев профессиональный уровень самих чиновников исполкома был низким, но от их мнения зависела судьба художественного произведения. Наряду с первичными партийными организациями творческих коллективов управления культуры всех уровней были ответственны за все промахи и упущения в сфере культуры, хотя все их решения принимались с согласия местных партийных органов. Поэтому, к примеру, художественные советы театров функционировали непосредственно при краевых исполкомах.

Примером такой деятельности было заседание худсовета в Ставрополе 14 февраля 1953 г., на котором обсуждался спектакль краевого драматического театра «Третья молодость». После просмотра спектакля заместитель начальника отдела А. Мельников заявил, что «спектакль в таком виде показывать зрителю нельзя. Следует дорабатывать. Уже достаточно спектаклей на советскую

тему было положено на полку». Труппа буквально умоляла чиновника разрешить спектакль, а режиссер обещал исправить указанные недостатки. Чиновник разрешил выпуск афиш только на два спектакля, в просмотре которых должны были участвовать представители краевого отдела и члены художественного совета (2). Только после того, как 19 февраля спектакль посетил начальник краевого отдела Е. В. Воробьев, руководством было дано «добро» на публичный показ спектакля на территории Ставропольского края.

Репертуар театров и филармонии подвергался утверждению на художественном совете, затем на совете с участием представителей управления. Последней инстанцией был крайком КПСС. Прежде, чем познакомить зрителя с репертуаром, руководство культурной сферой должно было обращаться к вышестоящим органам для утверждения плана работы на год. Так, в 1954 г. управление культуры передало в Краснодарский крайком список новых, разрешенных ЛИТО спектаклей краевого драматического театра им. М. Горького: «Волынщик из Страко-ниц», «Порт-Артур», «Над Кубанью-рекой», «Дядя Ваня» и краевого театра музыкальной комедии: «Свадебное путешествие», «Фиалка Монмартра», «У нас на Кубани» (3).

Специальные приказы исполкома разрешали или запрещали изменения в репертуаре, на что сам театр права не имел. Приказ от 16 апреля 1956 г., к примеру, изменял репертуар Ставропольских театров, принятый в конце 15 декабря 1955 года. Речь шла о новых театральных постановках - «Дама невидимка» и «Доктор философии» в краевом драматическом театре и «Белая акация» и «Принцесса цирка» - в краевом театре музыкальной комедии. Директора театров должны были заранее представлять репертуарные планы в краевое управление культуры. В частности, планы на второе полугодие 1956 г. необходимо было представить не позднее 1 апреля 1956 г. (4). Эта бюрократическая чехарда не могла стимулировать творческие поиски. Такая практика репертуарной политики сохранялась и в последующие годы. В 1961 г. Ставропольское краевое

управление утвердило новый годовой репертуар драматического театра им. М. Ю. Лермонтова, состоявший из 9 спектаклей. Было также допущено к показу 7 спектаклей Карачаево-Черкесского областного драматического театра и 4 - краевого театра музыкальной комедии (5).

Краснодарское управление культуры также заботилось об идейной «выдержанности» театрального репертуара. Мерилом этого была роль спектакля в идеологической работе местных партийных органов. По этим критериям была признана неудачной постановка в 1962 г. пьесы французского драматурга А. Жери «Шестой этаж» в Краснодарском драматическом театре. По мнению управления, спектакль пропагандировал «буржуазную мораль» и сглаживал «социальные противоречия буржуазного общества». Для улучшения идейного уровня работы труппы была предложена пьеса Попова «Семья» о юношеских годах В. И. Ленина.

Установка на разработку современных советских пьес шла сверху. В рекомендациях Всесоюзного идеологического совещания 1963 г. отмечалось как положительное обстоятельство, что более 75 % всего репертуара театров страны составляли пьесы советских авторов. Пьесы же зарубежных авторов должны были подвергаться со стороны местных органов и учреждений культуры жесткой критике, т. к. принятие к постановке таких пьес, как «Третья голова», «Двое на качелях» и другие «свидетельствуют об утрате руководителями театров политической зоркости». Театральные коллективы должны были сосредоточиться на создании положительного образа советского человека, а от «от идейно несостоятельных пьес, искаженно и однобоко изображающих советское общество», отказаться (6).

Новая тенденция в работе органов управления сферой культуры была связана с тезисом нового партийного руководства о непременной связи теории с практикой. В культуре это вылилось в тезис о полезности искусства для развития производства. Не случайно управление культуры Краснодарского края рекомендовало театрам расширить состав художественных советов за счет

представителей общественности и передовиков производства (7). Государственные органы, реализуя партийный призыв к сближению творческой интеллигенции с трудящимися, организовывали выезды творческих бригад в села и районы. На период уборочной и хлебозаготовительной компании 1954 г. Краснодарский крайисполком создал коллектив из артистов местных театров для 60 выездов в районы края. Кроме того, управление культуры контролировало проведение силами краевой филармонии 400 концертов в хозяйствах Кубани. Вместе с Краснодарским отделением Союза художников и краевым отделением Художественного фонда он организовал 2 передвижные выставки из 70 репродукций русской и советской живописи, которые посетили жители 12 районных центров и колхозники на 24 полевых станах.

Во время студенческих и школьных каникул работа творческих коллективов по обслуживанию населения координировалась на уровне республик и союзного министерств. Так, Министерство культуры РСФСР предлагало местным органам культуры с 24 января по 6 февраля 1956 г. провести культурные мероприятия по обслуживанию студентов в дни каникул (8). Сюда входили показ спектаклей современной и классической тематики, устройство тематических концертов из произведений советских композиторов и поэтов в клубах и концертных залах. В фойе оформлялись выставки, посвященные достижениям советского искусства и успехам местных творческих коллективов. Главными ответственными лицами за проведение этих зрелищ были директора театров.

Составлялись специальные планы для обслуживания сельских тружеников различных отраслей. Например, Краснодарский краевой исполком специальным приказом утвердил «План мероприятий по культурно-массовому обслуживанию работников животноводства на отгонных пастбищах в зимовку 1955-1956 гг. (9) В 1957-1958 гг. концерты местной филармонии, показ спектаклей и передвижные выставки гг. для чабанов на отгонных пастбищах организовывало

Ставропольское краевое управление культуры (10).

В функции управлений крайисполкомов входило руководство кадровыми вопросами. Они отбирали кандидатуры деятелей культуры для участия в смотрах и выставках различного уровня, которые утверждались партийными органами. Они же организовывали творческие командировки творческих работников. На Кубани 17 местных художников и скульпторов в 1954 г. были командированы в сельские районы для сбора материала, написания этюдов, создания произведений, «отображающих борьбу тружеников сельского хозяйства по претворению в жизнь решений сентябрьского, мартовского, июньского Пленумов ЦК КПСС» (11).

Механизм государственного управления культурой на местном уровне прослеживается на примере реализации тех или иных партийных решений. Решения январского 1955 г. Пленума ЦК КПСС, например, вначале обсуждались на однодневном краевом совещании работников культуры Ставрополья 9 апреля 1955 г. (12). Следующим этапом выполнения этого решения стало издание серии приказов, конкретизирующих общее направление работы культурных учреждений. Приказ Ставропольского крайисполкома 24 ноября 1955 г. обращал внимание на организацию социалистического соревнования творческих коллективов как средства совершенствования работы сотрудников культурной сферы. Следующий приказ 16 февраля 1956 г. потребовал, чтобы районные отделы культуры отобрали самодеятельные коллективы для участия во Всесоюзном фестивале советской молодежи (13).

Призыв к связи культуры и материального производства своеобразно понимался некоторыми низовыми партийно-государственными руководителями. Вот характерное для того времени письмо секретаря партийной организации колхоза им. Чапаева Краснодарского края в газету: «Думается, что краевому управлению культуры следует больше уделять внимания концертному обслуживанию колхозников. Хотелось бы почаще видеть на сцене сельского клуба не только артистов театра музыкальной коме-

дии, но и краевого драматического театра им. М. Горького, филармонии, театра кукол. Краснодарскому отделению Союза писателей тоже не мешает организовывать встречи писателей и поэтов с колхозниками». Жителя Кубани возмущает, что «во время спектаклей в зале душно, здесь нет вентиляции, в гардеробе с трудом можно повесить все пальто. Детям негде разместиться до начала спектакля. 38 тысяч школьников Краснодара мечтают получить настоящий театр кукол. Они ждут, когда краевое управление культуры и горисполком обратит внимание на затруднительное положение театра. Город может выделить помещение театру» (22).

Эта критика была с одной стороны, справедливой и своевременной. С другой стороны, это порождало потребительское отношение массового зрителя и слушателя к литературе и искусству как исключительно сфере обслуживания, развлечения. Далекие от искусства люди позволяли себе оценивать творчество, критиковать, например, репертуар театров. Так, один из краснодарских зрителей возмущен самотеком «в деле формирования репертуара» (23), недостаточным вниманием актеров к хозяйственному плану (25). Критика, впрочем, звучала не столько в адрес театра, сколько в адрес управления, которое недостаточно внимания уделяло постановке пьес о производственном труде. Патернализм партийно-государственной власти в культуре, таким образом, оборачивался устойчивыми стереотипами общественного сознания.

Надо заметить, что ситуация, когда органы управления культурой сконцентрировали всю контрольную, практическую и организационную работу, формировала потребительское отношение к ним со стороны местной творческой интеллигенции. Например, художники Кубани сетовали, что им уделялось меньше внимания, чем работникам других видов искусства: «Начальник и заместитель управления культуры с Союзом и художниками не общаются» (14). На имя председателя Краснодарского крайисполкома 20 февраля 1957 г. поступило письмо с 39 подписями писателей, артистов, художников, композиторов с требованием создать в

регионе Дом работников искусств: «Разговоры о создании дома работников культуры идут давно, но, к сожалению, они остаются только разговорами. Надеемся, что наша просьба будет удовлетворена, и творческая интеллигенция края будет иметь свой очаг для идейного и художественного роста» (15).

Работники культуры воспринимали управления культуры как снабженческую организацию, а партийные органы как руководящую инстанцию. Так, директор Майкопского областного драматического театра в отсутствии транспортных средств винил именно управление культуры. Театр пользовался пассажирским транспортом, списанным за непригодностью, и по вине управления нес большие непроизводственные расходы на ремонт машины. Ответственность за плохую организацию гастролей театральных коллективов Кубани была возложена на районные и краевое управления культурой. В результате сумбурного планирования в первой половине августа 1964 г. в Армавире и близлежащих районах работали 9 трупп 4-х театров (украинский - 3 бригады, Армавирский - 2, краевой - 2, адыгейский - 2). Это вело к материальным убыткам и к срыву гастролей (16).

Вместе с тем, именно в изучаемый период местные органы культуры расширили межкультурный обмен народов полиэтнич-ных регионов. Этому способствовали изменения в общепартийной национальной политике, а также возвращение на родину депортированных народов. В соответствии с приказом Министерства культуры РСФСР 24 января 1957 г. «Об улучшении обмена культурными ценностями между автономными республиками, областями, краями РСФСР и союзными республиками» в сезон 1957-1958 гг. было организовано проведение Северо-Кавказской театральной весны с участием театров Дагестанской, Кабардинской, Северо-Осетинской АССР, Ростовской области, Краснодарского и Ставропольского краев. Было принято решение лучшие спектакли показать в Москве (17).

В период «оттепели» происходило возрождение самодеятельного творчества. О чем свидетельствуют источники местной

истории. Например, управлением культуры Краснодарского края было предусмотрено создание театров народного творчества в каждом районе и помощь им со стороны профессиональных коллективов. Тогда же перед местными государственными органами была поставлена задача воспитания художественного вкуса у населения. Для контроля над выпуском и распространением изделий декоративного искусства при Ставропольском краевом управлении, городских и районных отделах культуры были созданы художественные советы, которые утверждали образцы массовой изобразительной продукции и старались сократить поток безвкусных кустарных поделок. Кроме того, в 1960 г. краевое управление торговли, краевой потребительский союз, краевой книготорг должны были открыть в Ставрополе, Черкесске, Ессентуках и Кисловодске художественные салоны и отделы в магазинах для реализации художественных изделий местных авторов (18). Крайисполком запретил финансовым органам регистрировать и выдавать патенты на изготовление частными лицами произведений изобразительного и художественно-декоративного искусства без разрешения художественного совета Ставропольского краевого отделения Художественного фонда РСФСР. Однако еще в 1961 г. фонд так и не был организован. Рынки по-прежнему наводняли антихудожественные произведения.

Усилия по художественному воспитанию местных жителей имели при всех издержках значительные положительные результаты. В Ставрополе, несмотря на финансовые трудности, был открыт художественный музей. Позитивным было решение Ставропольского крайисполкома об объединении художественных мастерских с краевым отделением Художественного фонда, т. к. упрощало реализацию произведений местных художников, и создавало условия для повышения художественного качества массовой декоративной продукции. В эти годы местная власть больше внимания стала уделять условиям жизни работников культуры. В Ставропольском крае были улучшены жилищные условия художников

К. Г. Казанчана и А. С. Муравьева (19). В Краснодарской краевой филармонии, начиная с 1960 г. остро ставился вопрос о выделении общежития для одиночек и квартир для ведущих сотрудников (20).

Как важное позитивное направление работы культурных учреждений надо отметить и художественное воспитание детей и подростков, которому в ту эпоху стало придаваться большое значение. Речь шла о целенаправленной подготовке детских спектаклей. Правда, среди художественных требований к таким постановкам были традиционные идеологические лозунги: тема коммунистического строительства и революционного прошлого страны. Однако художественное воспитание подрастающего поколения не сводилось только к показу детских спектаклей. По рекомендации управления культуры работники Краснодарского театра организовывали встречи ребят с мастерами искусств, обсуждения спектаклей (21). Исполком предложил коллективу оказывать посильную помощь в организации школьной

художественной самодеятельности на общественных началах. Подобный опыт имел очень большое значение в деле воспитания молодого поколения, а также для раннего выявления и развития юных талантов.

Даже эти отдельные примеры позволяют говорить, что в начале 1960-х гг. в качестве главного направления культурной работы на местах оставалась организация работы по пропаганде партийных решений средствами искусства, отображение преимуществ советского образа жизни в художественных произведениях местных авторов, разоблачение враждебного капиталистического мира. Вместе с тем, больше внимания в практической работе Ставропольского и Краснодарского краевых управлений культурой стало уделяться приближению творческих коллективов и отдельных деятелей культуры к общественной жизни, к производству, развитию самодеятельного творчества, улучшению условий жизни местной творческой интеллигенции.

ЛИТЕРАТУРА

1. ГАСК. Ф.3798. Оп.1. Д.3. Л. 72.

2. ГАСК. Ф. 2603. Оп. 1. Д. 62. Л. 1-4.

3. ГАКК. Ф. 1774-А. Оп.4. Д. 2496. Л.1.

4. ГАСК. Ф. 3798. Оп.1. Д. 11. Л. 78-79.

5. ГАРФ. Ф. 501. Оп. 1. Д. 3519. Л. 303.

6. ГАРФ. Ф. 501. Оп.1. Д. 4080. Л. 19-24.

7. ГАКК. Ф. 1626. Оп. 1. Д. 213. Л. 1-14.

8. ГАРФ. Ф. А-501. Оп. 1. Д. 1150. Л. 14.

9. ГАСК. Ф. 3815. Оп.1. Д.61. Л.12; Д.62. Л.2; ГАКК. Ф.1626. Оп.1. Д.177. Л. 12.

10. ГАСК. Ф. 1626. Оп. 1. Д. 161. Л. 3

11. ГАКК. Ф. 688. Оп.3. Д. 140. Л.8.

12. ГАСК. Ф. 2603. Оп.1. Д. 11. Л. 57.

13. ГАСК. Ф. 3798. Оп. 1. Д. 11. Л. 28.

14. ГАКК. Ф. 1722. Оп. 1. Д. 29. Л.4.

15. ГАКК. Ф. 687. Оп. 3. Д. 1469. Л. 44.

16. ГАКК. Ф. 1626. Оп.1. Д. 266. Л. 1-16.

17. ГАРФ. Ф. А-501. Оп.1. Д. 1619. Л. 57.

18. ГАНИСК. Ф.1. Оп. 1. Д. 3001. Л. 17.

19. ГАНИСК. Ф. 1. Оп. 1. Д. 3282. Л. 23.

20. ГАКК. Ф. 1693. Оп.1. Д. 107. Л. 16.

21. ГАКК. Ф. 988. Оп.1. Д. 42. Л. 338-339.

22 Кальник С. О куклах, театре и школьниках // Комсомолец Кубани. — 1957. — 16 ноября. С. 3.

23 Летний театральный сезон // Ставропольская правда. — 1956. — 6 июня. С.2.

24 Погорелов В. Ценное начинание // Советская Кубань. — 1954. — 8 января. С.3.

25 Шигелев И. За сценическое мастерство // Ставропольская правда. — 1956. — 13 мая. С. 3.

Об авторе

Романова Нина Васильевна, ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет», кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры политической истории. Сфера научных интересов: культурная политика и художественная интеллигенция Кубани и Ставрополья. history_d03@mail.ru