Апокалипсиса ждать не стоит

Cложно судить о том, что ожидает москвичей через четыре года. Вложенные в транспорт 2 трлн руб. могут дать эффект ошеломляющий, а могут и не дать вообще никакого эффекта. Спустя год после утверждения транспортной программы обстановка в городе только ухудшается. Десятибалльные пробки наблюдаются все чаще, у людей копится агрессия, растет аварийность, а Сергея Собянина ругают на каждом шагу. Решением транспортной проблемы и не пахнет.

Давайте абстрагируемся от эмоций и пофантазируем на тему будущего. Известно, что автопарк Москвы растет примерно на 4% в год, очень много машин приезжает из регионов, и сломать эту тенденцию не в силах ни один мэр. Пересадка водителей на общественный транспорт — процесс очень длительный, болезненный и утопичный: на автобусы в последнее время пересели навскидку 10% водителей, остальные уперлись рогом и едут на работу по три часа из принципа. Это не шутка, а довольно серьезная проблема — перебороть многолетние привычки москвичей. Мэр еще столкнется с ней неоднократно. Из всего этого делаем вывод: к 2016 году для водителей ситуация принципиально не изменится. А с учетом новых выделенок, сужающих проезжую часть, и платной парковки в центре во многих местах движение станет только хуже.

Апокалипсиса, конечно, ждать не стоит. Локальное облегчение будет в местах, где на смену одноуровневым перекресткам придут многоуровневые развязки (например, в местах пересечения вылетных магистралей с МКАД). Лично меня масштабы дорожного строительства при Сергее Собянине поражают — исполинских размеров новые Рублевка и Дмитровка напоминают взлетно-посадочные полосы на уровне пятиэтажного дома, развязка Вешняки—Люберцы похожа на инопланетный корабль из фильма «Прометей». Но куда эти дороги приведут — непонятно, скорее всего, упрутся в очередное бутылочное горлышко. Немного лучше станет и в местах, где внедрят современные системы управления светофорами. Во всяком случае, ломаться они будут реже.

Пешеходам повезет чуть больше, поскольку в утопическую картину собянинской Москвы они вписываются органичней, чем водители. Замечательно, если городская пешеходная инфраструктура будет перестроена на манер Парка культуры. Я всеми руками за. Власти обещают кучу велосипедных дорожек по всему городу. Пересекать дороги станет безопасней, поскольку большинство переходов станут внеуличными. Прекрасно, если на Москве-реке появится регулярное водное такси, на котором можно будет добраться до работы. Развитие парков, садов, пешеходных зон — нормальная европейская практика.

Но больше всего преимуществ должны получить пассажиры общественного транспорта. Плюсов много, но у каждого из них есть и оборотная сторона медали. К примеру, расширение метрополитена на периферию и за МКАД упростит существование жителям новых районов, но усложнит москвичам, живущим между центром и окраинами. Им и сейчас бывает тяжеловато сесть в поезд, а теперь нагрузка на линии возрастет, а значит, и толкучка в подземке усилится. Власти думают, как решить эту проблему: новые поезда будут со сквозным проходом между вагонами и, возможно, с откидывающимися сиденьями. В привязке к метро развивается и другой транспорт — экспрессные автобусы, которые призваны дублировать радиальные ветки на земле и разгружать подземку. Не знаю, насколько проще станет от этого ездить под землей, ведь вместимость автобусов и вагонов метро отличается на порядок. Мэрия собирается переделывать вообще всю наземную маршрутную сеть таким образом, чтобы автобусами пользовались для поездок из дома на работу, а не только от дома до метро. Как и в случае с водителями, и здесь властям придется ломать привычный уклад жизни москвичей.

Москва — город перенаселенный, чрезмерно автомобилизированный, с улично-дорожной сетью, неспособной переварить огромные транспортные потоки, с большим количеством точек притяжения населения в центре. Все градостроительные и управленческие ошибки за последние 10–15 лет уже совершены, по Москве можно писать учебник «Как не надо строить город». Распутать весь этот клубок проблем за четыре года, на мой взгляд, невозможно, даже если увеличить финансирование в десять раз.