Понятие уголовно-правовой политики в контексте исторического опыта отечественной юридической науки

Ретроспективы

УДК 342.5 © М. А. Кожевина, 2012

Понятие уголовно-правовой политики в контексте исторического опыта отечественной юридической науки

М. А. Кожевина *

В статье приводится ретроспективный анализ научных позиций отечественных юристов относительно содержания термина «уголовно-правовая политика», соотносятся понятия уголовной и уголовно-правовой политики, определены признаки, предмет уголовно-правовой политики государства, методы ее формирования и осуществления. Выделяются основные этапы в развитии отечественной науки в части изучения уголовно-правовой политики, указаны особенности каждого из периодов, дается оценка степени изученности поставленной научной проблемы.

Ключевые слова: уголовная политика, уголовно-правовая политика, предмет уголовно-правовой политики, метод уголовно-правовой политики, государственная политика противодействия преступности,

отечественная юридическая наука.

«Проблемы уголовной политики в настоящее время волнуют... всех — и специалистов-ученых, и специалистов-правоприменителей, и органы власти и управления, и различные политические движения, и простых людей . Почти все сходятся в одном: с уголовной политикой в стране плохо, а возможно, ее и вовсе нет, она переживает если не кризис, то совсем не лучшие времена», — ссылаясь на ведущих специалистов в области уголовного права и криминологии, отмечает профессор Н . А . Лопашенко 1 . Заявление, особенно во второй его части, прямо скажем, в духе времени . К сожалению, становится традицией, отмечая суровые, трудные времена для нашего государства, сетовать на глубокий кризис во всех сферах общественной жизни, оправдывая пассивность, а может быть, и чью-то несостоятельность Наука, в том числе и юридическая, не является исключением 2 . Однако возразим уважаемым коллегам словами известных литературных героев: «Времена всегда одинаковые» .

Действительно, современные общественные процессы, которые переживает Российское госу-

дарство, связаны с серьезными идеологическими, политическими, экономическими и иными трансформациями . Кризис — неотъемлемая часть человеческого бытия . Признание кризиса — это только констатация факта, это не «плохо», а повод для глубоких и всесторонних исследований привычных явлений . По своей природе кризис есть необходимая предпосылка поступательного развития науки . Это период ломки старой науки и активного поиска ее нового образа, соответствующего изменившимся реалиям Кризис указывает на то, что признанные всеми научные модели уже не в состоянии удовлетворительно объяснить полученные научным сообществом новые результаты . Усиливается разрыв между эмпирическими данными науки и ее теоретическими конструкциями 3 . Юридическая наука как особый социальный институт и сфера формирования новых знаний о праве находится в центре этих преобразований, при этом обнаруживается большое количество вопросов, разрешение которых возможно лишь при условии методологической рефлексии гуманитарного знания

Постоянный автор нашего журнала .

*

В подтверждение своих размышлений предлагаем посредством ретроспективного метода погрузиться в историю исследования одной, действительно важнейшей и, пожалуй, как бы это ни звучало тривиально, вечной проблемы — уголовно-правовой политики государства. Дореволюционные отечественные юристы, несмотря на «сложность времени и жизни», небеспочвенно критикуя современное им Российское государство, активно дискутировали по поводу перспектив развития науки и государства, формировали новые научные направления, определяя их предмет и метод Достойный пример для современников

Итак, в XV в . была обнаружена и опубликована «Книга злодеяний» итальянского юриста А . Ганди-ни, написанная им приблизительно в 1262 г. (в некоторых источниках указывается 1285 г.) . Именно с этим фактом юристы связывают начало развития уголовного права как самостоятельной научной дисциплины в западно-европейском правоведении Российская юридическая наука, в отличие от европейской, начинает складываться лишь в конце XVIII в . До этого времени юриспруденция имела исключительно прикладной характер. Современные исследователи считают первым теоретиком отечественного уголовного права Екатерину II, которая в Наказе Уложенной комиссии, анализируя труды Монтескье, Беккариа, Бельфельда, Юсти и французских энциклопедистов, сформулировала основные принципы уголовно-правовой политики Российского государства 4. А именно: соответствие уголовных законов естественному праву, утверждение принципов законности в уголовной политике и соразмерности наказания совершенному деянию, требование простоты и понятности законов и т п Ею была обоснована необходимость предупреждения преступлений, проведена их классификация, определены основания криминализации соответствующих деяний, разграничены преступные деяния и аморальные поступки, уголовные и полицейские запреты, уголовное и уголовно-процессуальное право . Признавая компилятивный труд российской императрицы, вряд ли можно в полной мере оценить его как научное сочинение, но нельзя не признать его заметного влияния на развитие юридической мысли в России

Однако даже в середине XIX в. уголовное право как научная дисциплина не приобрело полной автономии Правоведы, следуя европейской традиции, рассматривали его как производную отрасль в рамках гражданского и государственного права. И это особенно удивительно, если учесть специфику развития отечественного законодательства Российские законы, от Русской Правды и до Свода законов Российской империи, отражали весь спектр общественных отношений и механизм пра-

вового регулирования прежде всего через призму уголовно-правовой нормы Гражданское законодательство, а равно и государственное, как самостоятельные системы не сложились Более того, самобытность русского права и незначительное влияние на его развитие римского права, положенного в основу европейской цивилистики, признавалась всеми отечественными правоведами 5 . Н . С . Таган-цев считал, что даже издание Свода законов Российской империи не оживило развития отдельных отраслевых наук, оно в большей степени повлияло на историко-юридические исследования, а в середине XIX в. «учение о преступлении и наказании излагалось отвлеченно, без соответствующей разработки нашего права. русскому праву отводилось второстепенное место Иначе поставлен этот вопрос в позднейших трудах» 6 .

Можно констатировать, что лишь в начале ХХ столетия уголовное право как отрасль отечественной юридической науки окончательно сформировалась К этому моменту изучение догмы уголовного права достигло такого уровня, что возникла потребность расширить границы научных изысканий и вычленить в качестве самостоятельной научную дисциплину «уголовная политика» . В этой связи среди правоведов развернулась полемика о содержании самого понятия

В научных кругах принято считать, что термин «уголовная политика» первым употребил А . Фейербах в 1804 г. в труде «Уголовная юриспруденция Корана» 7. Он определял уголовную политику как науку, которая должна дать уголовному законодателю указания для лучшей организации дела правосудия Появившись в немецкой научной среде, понятие «уголовная политика» затем было заимствовано другими учеными, в том числе и российскими

Размышляя на эту тему сегодня, Н. А . Лопашенко указывает, что «.в современной науке появилась позиция, согласно которой термин «уголовная политика» не совсем корректен при буквальном понимании Так, В А Номоконов отмечает, что он буквально означает преступную, криминальную политику Такого же мнения придерживается и Б Т Разгильдяев Правильнее поэтому вести речь о политике уголовно-правовой Основания для таких выводов, несомненно, есть В то же время термин «уголовная политика» давно устоялся; несмотря на его некоторую условность, воспринимается он всеми однозначно и верно Поэтому считаю возможным использовать оба эти термина — «уголовная политика» и «уголовно-правовая политика». На мой взгляд, и эти термины и содержание, которое в них вкладывается, совершенно идентичны» 8 .

С этой позицией уважаемого профессора можно согласиться, но лишь с некоторой оговоркой

Коль скоро признается некорректность термина, тогда стоит признать этот факт всему юридическому сообществу и отказаться от использования его в современной научной лексике В противном случае мы наблюдаем эффект «бритва Оккама» 9, о чем свидетельствует и дискуссия современных юристов о содержании понятия уголовной политики Предлагается рассматривать его в широком, среднем и узком смыслах 10 . А не проще ли назвать все вещи своими именами? В широком смысле — это политика государства в сфере противодействия преступности (и только), включающая все меры правового, экономического, идеологического и социального характера В узком — это уголовно-правовая политика, представляющая часть первой и являющаяся самостоятельным направлением политики государства, охватывающим, согласно значению термина «уголовно-правовая», сферу права, и, согласно термину «политика», сферу государственной деятельности Именно последняя позиция находилась в центре полемики юристов дореволюционной России . Но, анализируя точки зрения наших соотечественников, не будем забывать, что вопрос обсуждался на рубеже XIX-XX вв . , когда уголовная социология, уголовная антропология, уголовная этиология и т п рассматривались как части уголовного права, позже выделившиеся в самостоятельную научную дисциплину — криминологию Однако этот факт сути дела не меняет Речь идет о содержании понятия, позволяющем отграничить одно понятие от другого, о научной корректности и терминологической недвусмысленности

Одной из первых значимых научных работ в нашей стране, посвященных непосредственно уголовной политике, можно считать диссертацию М . П . Чу-бинского, защитив которую в 1904 г. , он удостоился степени доктора уголовного права. В 1905 г. основные выводы работы нашли отражение в монографии «Очерки уголовной политики Понятие, история и основные проблемы уголовной политики, как составного элемента науки уголовного права»п. Разрабатывая эту тематику, в 1909 г. М . П . Чубинский издал «Курс уголовной политики» 12, ставший первым учебником в системе российского юридического образования по новой научной дисциплине Он так формулирует понятие уголовной политики: «Уголовная политика есть ветвь науки уголовного права, призванная вырабатывать указания для наилучшей постановки в данной стране дела уголовного правосудия, как путем социальных реформ, так и путем создания лучшего уголовного законодательства Поэтому она распадается на политику превентивную и политику репрессивную.» 13 .

В этом контексте правоведом выстраиваются рассуждения о единстве двух составляющих — дог-

матической и социальной — в рамках правовой политики М П Чубинский ставит вопросы: «Возможно ли исключительно юридическое изучение преступления и наказания? Имеет ли такое изучение важность и цену?» 14 При этом в качестве спорных выделяется три аспекта: об ограничении уголовной политики лишь «наилучшей организацией репрессии, оставив заботу о предупреждении преступлений другим дисциплинам»; о формулировании указаний только законодателю или еще и правосудию в деле борьбы с преступностью и об этиологии как основе уголовной политики 15 . Таким образом, М . П . Чубинский очерчивает объем понятия и указывает на основные признаки явления, требующие осмысления и формулирования

Исследуя уголовно-политические учения античности, средневековья, Нового времени, позиции зарубежных и отечественных юристов-современников (особенно глубоко — Э. Ферри. П Дорадо, Ф Листа, Н Таганцева, А Пионтков-ского, Н Сергеевского и др ), он приходит в заключению о том, что «изучение юридической стороны преступления и наказания дает строгую и ясную систематизацию материала, заключающегося в уголовном законодательстве, формулирует ряд вытекающих из него общих принципов, вырабатывает технические приемы, освещает как современное состояние отдельных институтов, так и историческую перспективу их развития и таким образом способствует работе на пользу правосудия и укреплению в жизни начала законности Начало законности, противопоставляемое началам произвольности, усмотрения и т д , есть основной лозунг в жизни правового государства нашего времени.» 16. Кроме того, он отмечает, что социальная составляющая, по меткому выражению Н А Неклюдова, делает уголовную политику «государственной мудростью», «против которой будет бессильна всякая борьба, потому что каждая мера, каждый закон» не будут созданы искусственно, а будут «выработаны жизнью, а жизнь не может противодействовать своим же собственным потребностям и благу» 17 В целом уголовная политика призвана «вырабатывать указания для уголовного законодателя в деле наилучшей охраны правопорядка и целесообразно поставленной борьбы с нею» 18 . В итоге, базируясь на выводах М. П . Чубинского (уголовная политика — это «работа на реальной почве для пользы уголовного правосудия и с верой в идеалы человечеств» 19), можно дать следующее определение уголовно-правовой (уголовной) политики: это законодательная и правоприменительная деятельность государства, представляющая совокупность мер превентивного и карательного характера, направленная на урегулирование уголовно-правовых отношений .

К аналогичным выводам приходит С. К . Гогель . В 1910 г. выходит его труд «Курс уголовной политики в связи с уголовной социологией» 20 . С . К . Гогель указывал, что догма уголовного права является лишь юридической формой действительной жизни и не может быть состоятельной в решении задачи «освещения существующей преступности, ея причин, конечно, и мер борьбы с преступностью» 21

Значимость исследования С. К. Гогеля заключается в том, что автор обосновал и развил основные критерии уголовно-правовой политики государства . С. К. Гогель писал: «Оценивать меры борьбы с преступностью уголовная политика может только с точки зрения соответствия их и целесообразности их для борьбы с тем злом и его причинами, которые выясняет уголовная социология» 22 Он одновременно указывал на то, что средства уголовной политики не должны вступать в противоречие с правами человека и личности: «.исходя из положений уголовной социологии о наличности известного социального зла и строя по соображениям целесообразности свои предположения в устранение или ослабление этого социального зла, она не может никоим образом принимать во внимание только одни соображения целесообразности и считать, что все, что целесообразно, вместе с тем и допустимо, и может быть предложено Она должна, безусловно, считаться с требованиями правового государственного строя и прежде всего с правами человеческой личности» 23

Он считал, что политика должна быть целенаправленной, эффективной, опираться на современную науку В качестве основных методов формирования уголовно-правовой политики государства он, как и М . П . Чубинский 24, выделял уголовную социологию, уголовную этиологию, уголовную статистику, формально-логический метод, исторический и метод сравнительного правоведения 25 .

В ряду исследователей категории уголовноправовой (уголовной) политики государства следует назвать и А А Пионтковского Он рассматривал ее в контексте уголовного права и определял как «отрасль науки уголовного права, которая имеет своим предметом изучение средств борьбы с преступностью, задачей — целесообразное построение этих средств» 26 Все средства борьбы с преступностью А А Пионтковский сводил к трем группам: лечению, воспитанию и наказанию 27 Показательны приоритеты, расставляемые А А Пионтковским, на первом месте — лечение преступности как социальной болезни, затем — воспитание граждан и лишь на последнем месте — наказание как мера воздействия.

Таким образом, в понимании отечественных юристов начала XX в. уголовная политика пред-

ставлялась как часть уголовного права, призванная изучать и вырабатывать меры по организации правосудия, репрессивные и превентивные средства борьбы с преступностью на основе научного анализа ее причин . И, несмотря на то что С. К. Гогель в своей работе заключал: «.еще много работы, в особенности на некоторых полях нашей науки, поэтому выводы, делаемые в нашей науке, пока далеко не окончательны.» 28, все последующие периоды в развитии отечественной юридической науки связаны лишь с углублением и расширением понятия уголовно-правовой политики и мало что нового внесли в научную позицию, сложившуюся в начале ХХ в

Своеобразием отличается советский период Так, проблемами уголовной политики занимался сын Андрея Антоновича Пионтковского — Андрей Андреевич Пионтковский Подчеркивая важность уголовной политики для новой власти, впрочем, как и всех общественных наук, имеющих политическую составляющую, он в конце 1920-х гг. писал: «Превращение уголовной политики пролетарского государства в науку является важнейшей задачей современной марксистской теории уголовного права» 29 Идеология марксизма коснулась и теории уголовного права, новые политические реалии создали своеобразный «социальный» заказ на новую уголовноправовую концепцию, укладывающуюся в рамки господствующей политической доктрины В этом свете, уделяя политическому элементу большое внимание, советские ученые ставили перед собой задачу развить уголовную политику из отрасли уголовного права в самостоятельную научную дисциплину в системе юридических наук

Н. И . Скрыпник, автор одной из первых в СССР работы, посвященной уголовной политике, определял предмет данной политики как: «совокупность мер и действий, при помощи которых класс, держащий власть в государстве, проводит свою власть, обеспечивает ее сохранность» 30 Суть советской уголовной политики определял и А . Я . Эстрин: «.основные вопросы уголовной политики — вопрос о целях уголовной репрессии, вопрос о критериях и методах определения рода и меры репрессии каждому конкретному осужденному» 31. Позже, в 1980-е гг. , эту мысль развивает Н А Беляев «Советская уголовная политика, — пишет он, — это основанное на объективных законах развития социалистического общества направление деятельности государственных и общественных органов и организаций по охране интересов трудящихся от преступных посягательств путем применения наказания или заменяющих наказание мер административного или общественного воздействия к лицам, их совершившим, а также путем предупреждения преступлений при помощи

угрозы применения наказания» 32 Или: «Часть социальной политики в области борьбы с преступностью, которая связана с применением наказания в качестве средства борьбы с преступностью, носит название уголовной политики» 33

А Я Эстрин и Н А Беляев в уголовной политике определяют наказание основной мерой борьбы с преступностью «Сущность советской уголовной политики состоит в том, что она определяет направление деятельности в области борьбы с преступностью путем применения наказания Это — закономерность уголовной политики» 34, — отмечает Н А Беляев В таком контексте прослеживается явное расхождение мнения советских ученых с позицией российских юристов начала XX в. Так, С. К . Гогель, размышляя о месте репрессивных мер среди мер борьбы с преступностью, особо подчеркивал то, что уголовная политика должна уделять большее внимание мерам превентивным, нежели репрессивным 35

Однако среди советских ученых были и такие, которые понимали уголовную политику гораздо шире . Так, А. А . Герцензон утверждал, что этим понятием охватывается все, что прямо или косвенно направлено на борьбу с преступностью: «Уголовная политика — это часть общей политики социалистического государства наряду с политикой экономической, социально-культурной и т д Она направляет деятельность органов государственной власти и общественности в борьбе с преступлениями и иными общественно опасными поступками, основываясь на точном исполнении законов» 36 . В этом контексте рассматривает уголовно-правовую политику и П Н Панченко 37

Советские ученые выделяли в уголовной политике три самостоятельные части: уголовно-правовую политику, уголовно-процессуальную политику и исправительно-трудовую политику Именно они впервые в теории уголовного права выделили уголовноправовую политику в качестве самостоятельного направления уголовной политики, при этом определяя ей главенствующую роль

Г. Ю. Лесников считает, что наиболее удачная дефиниция сформулирована И Э Звечаровским, который пишет: «Уголовная политика — это выработанное государством и основанное на объективных законах развития общества направление деятельности специально уполномоченных на то государственных органов и организаций по охране прав и свобод человека и гражданина, общества и государства в целом от преступных посягательств путем применения наказания и других мер уголовно-правового характера к лицам, их совершившим, а также посредством предупреждения преступлений при помощи правового вос-

питания, угрозы применения уголовного наказания и мер профилактики индивидуального и специально-криминологического характера» 38 С ним солидарен С А Барсученко, разделяющий уголовную и уголовно-правовую политику как две самостоятельные категории: «.уголовная политика и уголовно-правовая политика — две самостоятельные, не равные по своему содержанию и объему категории Уголовная политика — более широкое понятие, включающее в себя весь комплекс мер по борьбе с преступностью. Уголовно-правовая политика ограничивается законотворческой и правоприменительной деятельностью органов государственной власти в сфере уголовно-правового регулирования, представляет собой ядро и нормативную базу единой уголовной политики государства, является ее составной частью, структурным элементом» 39

Скорее всего, именно такие разносторонние подходы российских юристов советского периода спровоцировали, на наш взгляд, неоправданную полемику о содержании понятия уголовно-правовой политики в постсоветский период

Однако следует отметить, что в последнее время в юриспруденции наметились попытки расставить точки над «и» в понимании сущности уголовной политики Так, Н А Лопашенко в монографии «Уголовная политика» ставит вопрос о некорректности употребления самого термина «уголовная политика» и предлагает следующее понятие уголовноправовой политики: «Уголовно-правовая политика может быть дефинирована как часть внутренней политики государства, основополагающая составляющая государственной политики противодействия преступности, направление деятельности государства в сфере охраны наиболее важных для личности, общества и государства благ, законных интересов и общественных отношений от преступных посягательств, заключающееся в выработке принципов определения круга преступных деяний и законодательных признаков последних и формулирование идей и принципиальных положений, форм и методов уголовно-правового воздействия на преступность в целях ее снижения и уменьшения ее негативного влияния на социальные процессы» 40 Определение, возможно, чрезмерно емкое, но в целом оно отражает достижения в этой области знаний, прежде всего, дореволюционной отечественной юридической науки Меры социального, экономического, идеологического характера автор относит к государственной политике противодействия преступности, выделяя в ней самостоятельную область — уголовно-правовую политику, тем самым адаптируя термин к практическим целям юридической науки

Н . А . Лопашенко называет предметом уголовной политики стратегию и тактику уголовно-правового воздействия на преступность 41 и включает в него: основные принципы уголовно-правового воздействия на преступность; криминализацию и декриминализацию; пенализацию и депенализацию; назначение альтернативных наказанию мер уголовноправового характера (заменяющих мер) и мер, назначаемых вместе с наказанием (подкрепляющих мер); толкование уголовного законодательства; деятельность правоохранительных органов по применению норм уголовного законодательства, уяснение их эффективности; определение путей повышения эффективности влияния уголовно-правовых средств на правосознание населения 42. При этом важным следует признать мнение о том, что «уголовная политика — это государственная деятельность, которая не может быть ни в каком объеме делегирована частным лицам, общественным и негосударственным организациям и даже государственным организациям, не занимающимся законотворческой и правоприменительной деятельностью» 43

Итак, аналитический обзор, при всем многообразии позиций отечественных юристов относительно объема и содержания понятия «уголовно-правовая (уголовная) политика», показал, что единства в понимании нет Более того, современные правоведы не стремятся к единообразию Без сомнения, каждая из позиций имеет право на существование, а каждый автор может выстраивать свою аргументацию Но не всегда следует настаивать на разнообразии мнений, порой это больше вредит, чем помогает делу По ряду причин оптимальным, на наш взгляд, является мнение Н . А . Лопашенко: 1) понятие уголовно-правовой политики, предложенное ею, наиболее близко по смыслу к трактовке дореволюционных ученых-юристов, которая, несмотря на лаконичность, понятная и емкая по смыслу; 2) признание синонимами терминов «уголовно-правовая политика» и «уголовная политика» позволит избежать двусмысленности и отграничить от них по объему и по смыслу иные термины, как, например, государственная политика противодействия преступности, криминологическая политика и т. п. ; 3) предложенная дефиниция уголовно-правовой политики позволяет выделить предмет, методы и субъекты реализации уголовноправовой политики

Одним словом, можно определить уголовноправовую политику как часть государственной политики, направленной на охрану социально значимых общественных отношений от преступных посягательств путем разработки и применения мер уголовно-правового воздействия, реализуемых в законодательной и правоприменительной деятельности уполномоченных на то государственных органов.

1 Лопашенко Н. А. Уголовная политика. М. , 2009. С. III.

2 Ведущие исследователи права считают, что для юридической науки наступил «момент истины» — сумеет ли российское правоведение стать полностью адекватным и текущим (ситуативным) социальным запросам, и идеалам современной науки, способным не только объяснять текущее «настоящее», но и эффективно прогнозировать и проектировать принципиальное «будущее» права, или «планомерно отступит» на описательно-комментаторские позиции В этой связи отмечается, что в юридической науке есть существенные пробелы и недостатки в освещении вопросов онтологии, гносеологии и аксиологии юриспруденции . Позитивное решение современных проблем юриспруденции связывается с «глубинным» исследованием права, с использованием современного методологического инструментария . И вместе с тем констатируется, что «на рубеже тысячелетий данная задача далека от выполнения как никогда в прошлом, что позволяет говорить о симптомах кризиса современного российского теоретического правосознания» (см . , напр . : Тарасов Н. Н. Методологические проблемы юридической науки. Екатеринбург, 2001. С. 8 ; Нерсесянц В. С. Юриспруденция . Введение в курс общей теории права и государства . М . , 1998. С. 1 ; Сырых В. М. Логические основания общей теории права : в 2 т М , 2000 Т. 1 : Элементный состав С. 12 ; Поляков А. В. Петербургская школа философии права и задачи современного правоведения // Правоведение . 2000. № 2. С. 4 ; и др.).

3 Кун Т. Структура научных революций. М. , 2003 . С. 109-111 .

4 Наумов А. В. Зарождение российского науки уголовного права (вторая половина XVIII — первая половина XIX вв .) // Гос-во и право . 2006. № 1 . С . 76 .

5 Томсинов В. А. Российские правоведы XVIII-XX веков: Очерки жизни и творчества М , 2007 Т 1 С 232

6 Таганцев Н. С. Русское уголовное право . Часть Общая . Тула, 2001. Т. 1. С. 39.

7 Чубинский М. П. Курс уголовной политики . Ярославль, 1909 С 3

8 Лопашенко Н. А. Указ . соч . С. 4 .

9 «Entia non sunt multiplicanda sine necessitate» — «сущности не следует умножать без необходимости» или «Frustra fit per plura quod potest fieri per pauciora» — «то, что можно объяснить посредством меньшего, не следует выражать посредством большего»

10 Лопашенко Н. А. Указ. соч . С. 8-15 .

11 Чубинский М. П. Очерки уголовной политики . Понятие, история и основные проблемы уголовной политики, как составного элемента науки уголовного права . Харьков, 1905

12 Чубинский М. П. Курс уголовной политики .

13 Чубинский М. П. Очерки уголовной политики . С . 92.

14 Там же С 9, 11

15 Там же С 84

16 Там же С 15

17 Там же С 82

18 Там же С 83

19 Там же С 92

20 Гогель С. К. Курс уголовной политики в связи с уголовной социологией СПб , 1910

21 Там же С 2

22 Там же С 3

23 Там же С 9

24 Чубинский М. П. Очерки уголовной политики. С. 92-93.

25 Гогель С. К. Указ. соч . С. І-ІІ .

26 Пионтковский А. А. Наука уголовного права: его предмет, задачи содержание и значение . Ярославль, 1895. С. 6 .

27 Там же . С. 12.

28 Гогель С. К. Указ. соч . С. 160 .

29 Пионтковский А. А. Марксизм и уголовное право . М . , 1929 С 6

30 Скрыпник Н. Уголовная политика советской власти. Харьков, 1924. С. 15 .

31 Эстрин А. Я. Эволюция советской уголовной политики // Основы и задачи советской уголовной политики : сб. науч . ст. / под ред . Е . Г. Ширвиндта . М . , 1929. С. 32.

32 Беляев Н. А. Уголовно-правовая политика и пути ее реализации. Л . , 1986. С. 15 .

33 Там же

34 Там же . С. 16 .

35 Гогель С. К. Указ. соч . С. 3 .

36 Герцензон А. А. Уголовное право и социология: Проблемы социологии уголовного права и уголовной политики М. , 1970. С. 178-179.

37 Панченко П. Н. Советская уголовная политика . Общетеоретическая концепция борьбы с преступностью: ее становление и предмет Томск, 1988 С 73, 87

38 Лесников Г. Ю. К вопросу о понятии уголовной политики // Рос . следователь . 2005. № 6 . С. 27.

39 Борсученко С. А. Понятие и содержание уголовной и уголовно-правовой политики // Вести Российской правовой академии. 2009. № 2. С. 54-59.

40 Лопашенко Н. А. Указ. соч . С. 26.

41 Там же С 29

42 Там же

43 Там же С 49