К 90-летию со дня рождения профессора В. И. Бовыкина

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2017. № 3

К 90-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ В.И. БОВЫКИНА

7 января 2017 г. исполнилось 90 лет со дня рождения выдающегося историка, профессора Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, доктора исторических наук, главного научного сотрудника Института российской истории РАН Валерия Ивановича Бовыкина (1927—1998). Историческое сообщество высоко оценивает «научное творчество Валерия Ивановича, чьи труды вошли в золотой фонд отечественной историографии предреволюционной России»1. Почти два десятилетия, прошедшие с момента его кончины, не ослабили интереса к его наследию, его работы не перестали быть актуальными, научную проблематику, находившуюся в сфере его разносторонних исследовательских интересов, продолжают разрабатывать его ученики и последователи. Эта проблематика необычайно широка: индустриальное развитие России рубежа Х1Х—ХХ вв., международные отношения, отражение исторической информации в источниках, архивная эвристика. В.И. Бовыкин внес значительный вклад в развитие всех этих направлений.

Юбилей ученого позволяет оценить его вклад в развитие исторической науки, значение результатов его исследований спустя годы, обсудить развитие тех научных направлений, которые были предметом его занятий. Феномен В.И. Бовыкина является ярким свидетельством того, что мемориальные конференции представляют собой важное звено в осмыслении проблем исторической памяти, значимости сохранения и развития научных школ для исторической науки.

Бовыкинские чтения являются одними из немногих конференций памяти ученых, которые проводятся историческим факультетом Московского университета на регулярной основе в течение многих лет. Организаторами конференции традиционно являются кафедра источниковедения исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова и центр «История России в XIX — начале XX в.» Института российской истории РАН.

На предыдущих чтениях обсуждались проблемы источниковедения и роль архивов в научной и преподавательской работе ученого, его историографические труды, изучение им проблем российского и иностранного предпринимательства, финансового капитала, меж-

1 Памяти Валерия Ивановича Бовыкина // Отечественная история. 1999. № 2. С. 221.

дународных отношений, социальная проблематика в его трудах. Говорилось о В. И. Бовыкине как организаторе науки и научном руководителе, об издании наследия историка, в том числе работ, не увидевших свет при его жизни по разным причинам2. Его ученики разобрали и передали на хранение в Научно-исследовательский отдел рукописей Российской государственной библиотеки архивный фонд историка (Ф. 891. Валерий Иванович Бовыкин. 115 картонов, 1292 ед. хр.), в котором находятся рукописи статей, докладов, монографий, подготовительные материалы, в том числе выписки и копии документов из французских архивов. Книги из его домашней библиотеки составили основу библиотеки по экономической истории при Центре экономической истории исторического факультета МГУ. Поднимались вопросы и о школе В.И. Бовыкина, ее истоках, традициях и новаторстве, о продолжении дела учителя его учениками. Нельзя не вспомнить в этой связи профессора кафедры источниковедения С.В. Воронкову (1931—2016), одну из первых учениц Валерия Ивановича. На Первых научных чтениях его памяти она определенно констатировала существование научной школы В.И. Бовыкина, предварив ее детальную характеристику глубокими размышлениями о понятии «историческая школа»3.

В этом году научные чтения памяти профессора В.И. Бовыкина проводились уже в пятый раз4. Чтения прошли 17 января в форме круглого стола и были посвящены теме «Проблемы социально-экономической и политической истории в научной деятельности В.И. Бовыкина». В Оргкомитет чтений вошли сопредседатели: д.и.н. А.Г. Голиков, д.и.н. В.В. Шелохаев, члены Оргкомитета: член-корреспондент РАН Л.И. Бородкин, д.и.н. А.П. Корелин, к.и.н. Н.Г. Абрамова, к.и.н. Н.В. Черникова.

2 Отчеты о конференциях опубликованы: Абрамова Н.Г. Научные чтения памяти профессора В.И. Бовыкина // Вестник Моск. ун-та. Сер. 8. История. 1999. № 6; Она же. Отчет о научной конференции памяти профессора В.И. Бовыкина // Вестник Моск. ун-та. Сер. 8. История. 2002. № 6; Она же. Научная конференция памяти профессора В.И. Бовыкина (К 80-летию со дня рождения) // Вестник Моск. ун-та. Сер. 8. История. 2007. № 5.

Программы всех конференций см. на сайте исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова: http://www.hist.msu.ru/research/conference/materials/

3 См.: Воронкова С.В. Школа В.И. Бовыкина (К вопросу о традициях и новаторстве в развитии советской исторической науки) // Россия на рубеже XIX—XX веков. Материалы научных чтений памяти профессора В.И. Бовыкина. Москва, МГУ имени М.В. Ломоносова, 20 января 1999 г. M., 1999. С. 31-49.

4 Предыдущие всероссийские научные конференции состоялись в 1999, 2002, 2007, 2012 гг. Изданы: Россия на рубеже XIX-XX веков. Материалы научных чтений памяти профессора В.И. Бовыкина. M., 1999; Россия в XIX-ХХ вв. Материалы II научных чтений памяти профессора В.И. Бовыкина. М., 2002. Материалы III научных чтений опубликованы на сайте исторического факультета МГУ: http://www. hist.msu.ru/Science/Conf/01_2007/

Коллеги, ученики профессора, представители научной и педагогической общественности вспоминали Валерия Ивановича как человека, ученого, учителя, говорили о значении и актуальности его наследия для исторической науки, о дальнейшей разработке научных направлений, которые находились в сфере его интересов. Ряд рассмотренных в выступлениях тем — источниковедение периодической печати, социальные аспекты положения рабочих в годы Первой мировой войны, внешнеполитическая деятельность России по созыву II конференции мира в Гааге, трансформация теории финансового капитала, понятие «научная школа», денежное содержание чиновников и др. — вызвал широкое обсуждение.

Конференцию открыл директор Института российской истории РАН, д.и.н. Ю.А. Петров. Он выразил признательность историческому факультету МГУ в лице А.Г. Голикова и ИРИ РАН в лице В.В. Шелохаева, за то, что они организовали достойное празднование важной даты — 90 лет со дня рождения В.И. Бовыкина. Он поделился своими воспоминаниями о В.И. Бовыкине как учителе, коллеге и соавторе.

Ю.А. Петров отметил, что В.И. Бовыкину удалось создать собственное исследовательское направление и собственную научную школу. Эту школу он формировал из своих студентов и аспирантов, которых вел от курсовой работы до кандидатской диссертации. Это была прекрасная жизненная дорога для многих будущих ученых, в том числе и присутствующих на конференции. По мнению докладчика, В.И. Бовыкин — научная величина не только в масштабах отечественной науки, но и науки европейской. Он внес значительный вклад в исследование социально-экономической истории России, включая проблему предпосылок Октябрьской революции. Важной его чертой было умение сотрудничать с коллегами, в том числе зарубежными, с которыми он осуществил несколько исследовательских проектов, что было редким явлением. Особо следует выделить проект с Р. Камероном "International Banking. 1870—1914" (1991). В.И. Бовыкин пользовался большим авторитетом в мировой историко-экономической науке. Ученый был представителем нашей страны в Исполкоме Международной ассоциации экономической истории, одним из создателей и руководителей Центра экономической истории при историческом факультете МГУ. В архивах ученого остались подготовленные им рукописи, которые увидели свет после его смерти — монография «Французские банки в России. Конец XIX — начало XX в.» (М.: РОССПЭН, 1999) и последняя часть его трилогии о финансовом капитале «Финансовый капитал в России накануне Первой мировой войны» (М.: РОССПЭН, 2001). Есть планы по осуществлению

еще одного проекта — перевода и публикации в России сборника документов о французских инвестициях в русские промышленные общества по материалам, найденным В.И. Бовыкиным во время работы в Париже в архиве банка «Лионский кредит». Архивные материалы многих из этих предприятий погибли во время Великой Отечественной войны, поэтому публикация подкорректировала бы представление о роли иностранного капитала в нашей экономике.

Организаторские способности В.И. Бовыкина замечательно проявились во время его почти 30-летней работы в Институте российской истории РАН (до 1992 г. — Институт истории СССР АН СССР) заместителем директора (1969—1975), заведующим сектором (1975—1988), главным научным сотрудником.

Д.и.н. В.В. Шелохаев поделился своими воспоминаниями о 10-летней совместной работе в качестве ученого секретаря сектора буржуазно-демократических революций в России, которым руководил В.И. Бовыкин. Он имел возможность оценить его организационную и научную деятельность, работу с сотрудниками и учениками, международные контакты. Главное — заботливое, уважительное отношение к ученикам, разговоры на равных, стремление вовлечь их в коллективное научное творчество. Такое отношение к ученикам — важный пример для научных руководителей. Когда сектор империализма трансформировался в сектор буржуазно-демократических революций, началось фундаментальное изучение Первой российской революции, были и темы по Февральской революции, готовились труды, связанные с рабочим классом. В.И. Бо-выкину было не просто добиться, чтобы сектор определил собственные подходы, а сотрудники могли сочетать плановую монографию и участие в коллективных трудах.

Важным было нововведение В.И. Бовыкина, который внимательно относился к зарубежной историографии. По его инициативе в секторе стали делать доклады по новейшей литературе по экономической и по более широкой проблематике. Заслушивались и доклады перед выступлениями сотрудников на конференциях, особенно международных, проходили их обсуждения. Сектор поддерживал связи с западноевропейскими учеными, тогда, например, началось тесное общение с известным американским историком Л. Хайм-соном. Как исследователь В.И. Бовыкин интенсивно занимался экономическими проблемами, часто ездил в командировки в архивы, в том числе и во Францию. Его научные доклады были сплавом источниковедения, историографии, проблем, связанных не только с экономической историей. Это был мастер-класс, как заниматься собственными исследованиями и как представлять их результаты

таким образом, чтобы мотивировать людей расширять кругозор, работать в архивах.

По мнению выступающего, под руководством В.И. Бовыкина у многих сотрудников сектора произошло новое осознание предмета исторической науки как таковой.

В.И. Бовыкин был выдающимся исследователем и талантливым университетским профессором, преподавателем. Он обладал большим педагогическим талантом, о чем все время говорят его ученики, в том числе и выступая на конференциях памяти учителя. Один из первых его учеников — д.и.н. А.П. Корелин поделился с собравшимися воспоминаниями о В.И. Бовыкине как начинающем педагоге и научном руководителе.

Знакомство произошло 1 сентября 1952 г., когда Валерий Иванович курировал группу первокурсников, в которую был зачислен А.П. Корелин. В течение двух лет молодой преподаватель руководил архивной практикой студенческой группы в Ленинграде, совмещая работу в архиве с интересной культурной программой, заботился о быте подопечных. Он познакомил студентов с архивными путеводителями, с описями, каждому выделил определенные фонды для ознакомления. Студенты работали в ЦГИА (теперь РГИА) и ГИАЛО (теперь ЦГИА СПб.). Архивы тогда только-только открылись для широкого читателя, эта студенческая группа была одной из первых, ее члены с помощью руководителя даже выполняли ответственное задание по обработке дел в ГИАЛО. Были и интересные находки (ведомость цеховой стоимости трехдюймового орудия, монополистом в производстве которого был Путиловский завод, что имело непосредственное отношение к проблеме монопольной прибыли, текст «Красного договора» Продугля, который потом был опубликован).

В.И. Бовыкин сумел привить студентам интерес к архивным поискам, сплотить вокруг себя единомышленников. Будучи молодым преподавателем, он организовал работу в семинаре со студентами по той проблематике, которой сам интересовался, в частности по историографическим проблемам, по изучению проблем финансового капитала. В результате дипломные работы каждый студент писал по теме, над которой он сумел уже поработать не только в библиотеках, но и в архивах. Это был первый выпуск, который написал свои дипломы на архивных материалах, было решено устроить необычную защиту на заседании Ученого совета, а оппонентами были профессора исторического факультета. А.П. Корелин благодарен учителю за заложенные основы, которые помогают ему на протяжении всей научной жизни.

О работе над уникальной публикацией «Рабочее движение в России. 1895 — февраль 1917 г. Хроника» рассказала д.и.н. И.М. Пуш-карева. Коллега В.И. Бовыкина по многолетней совместной работе в ИРИ РАН подчеркнула, что ученый всегда считал единственно действенным подходом в выстраивании научного диалога расширение информационной базы исторических исследований. Он проникал в суть научных проблем, тонко чувствовал возможность их историографических перспектив. Благодаря его зарубежным контактам историки нашей страны были включены в международный проект по сравнительному исследованию рабочего движения в индустриальных странах Европы и Америки. Научно-организационный талант В.И. Бовыкина способствовал получению Институтом истории государственной поддержки для привлечения историков и архивистов страны к сбору материалов (хранятся в ГА РФ). В работу были вовлечены архивы, библиотеки и музеи союзных республик. Сегодня историческая наука имеет, к сожалению, лишь десять выпусков, которые охватывают 1895—1904 гг. В первом выпуске содержится программа сбора источников по всем производствам в России. Общие итоги проекта подведены в коллективной монографии «Трудовые конфликты и рабочее движение в России на рубеже Х1Х—ХХ в. Хроника» (СПб., 2012). «Хроника» представляет картины российской повседневности начала ХХ в. в определенной сфере, определяет роли рабочего и предпринимателя в политике. Из материалов «Хроники» становится очевидным, что в канун 1905 г. большинство отдельных трудовых конфликтов не имело политической революционной направленности. Они возникали не под прямым воздействием агитации, а вследствие улучшения социально-экономического положения, что вообще свойственно истории промышленности. Отношения между рабочими и другими социальными слоями были сложными, их следует глубоко проанализировать. Выпуски «Хроники» востребованы в России и за рубежом, заявки на ее продолжение поступили из университетов Англии, США, Китая.

Профессор А.Г. Голиков, заведующий кафедрой источниковедения исторического факультета МГУ, где многие годы работал В.И. Бо-выкин, свое выступление посвятил теме «Источниковедение периодической печати в преподавательской и научной деятельности В.И. Бовыкина».

Перейдя после защиты докторской диссертации на кафедру источниковедения, В.И. Бовыкин стал уделять особое внимание источниковедению. Тем более, что, как стало ему очевидно, выявление и использование информации ряда источников требовало предварительного решения источниковедческих задач. Преподаватель

должен был определяться и с тематикой своего спецсеминара. Его самого интересовали проблемы экономической истории, работа над ними велась по комплексам делопроизводственной документации, отложившейся в архивах. Студентов дневного отделения он направлял работать в архив, а для студентов-вечерников надо было найти источник, которым можно было заниматься в библиотеке. Таким источником стала периодическая печать. В то время полагали, что она может использоваться историками как косвенный источник, о чем писал и сам исследователь (в разделе, подготовленном совместно со своим учеником И.И. Астафьевым, учебника «Источниковедение истории СССР XIX — начала XX в.» (М., 1970). Благодаря работам Валерия Ивановича и его учеников было доказано, что газетная информация не всегда была вторичной, даже по такой закрытой теме, как дипломатия. Информация в прессе, при всех неточностях и искажениях отдельных фактов, все же объективно отражала событийную канву международной жизни. По мере накопления представлений об информационных возможностях печати, В.И. Бовыкин с учетом результатов работы учеников стал включать материалы периодики и в свою работу. В монографии «Формирование финансового капитала в России» (1984) он использовал информацию ежедневных газет для реконструкции общей картины этого процесса.

Ученый осуществил синтез информации, последовательно выявленной им в статистических источниках, в материалах периодической печати и в делопроизводственной документации, что сделало возможной реконструкцию целостной картины смены в России свободной конкуренции капиталистическими монополиями.

По совету учителя А.Г. Голиков занялся изучением изданий, которые систематически публиковали сведения о промышленных предприятиях во время Первой мировой войны. Он обратил внимание на необходимость специального обоснования состава органов печати, которые исследователь включает в источниковую базу работы, и сформулировал принципы и разработал методику решения такой задачи. Выяснилось, что выводы и наблюдения Валерия Ивановича относительно информативных возможностей периодической печати действительно верны. Пресса позволяет увидеть процесс концентрации, отражает общие тенденции монополизации не только в рамках отдельных предприятий, но и в масштабе отраслей экономики в целом, в динамике. В материалах делопроизводства получила отражение преимущественно история отдельных компаний, да и сохранились они в целом неполно, хотя общий объем велик. На вопрос, можно ли сказанное об информационных возможностях прессы как источника по истории внешней политики

и по экономической истории распространить на характеристику периодической печати в целом, докладчик ответил положительно.

Член-корр. РАН Л.И. Бородкин посвятил свое выступление проблеме положения рабочих в годы Первой мировой войны и непосредственно перед революцией. Вместе с В.И. Бовыкиным и Ю.И. Кирьяновым он в свое время работал над проектом по истории рабочего движения в предреволюционный период, изучали факторы, влиявшие на стачечную активность в разных отраслях в динамике. Корреляции между зарплатой рабочих и стачечной активностью не было выявлено, такой вывод тогда прозвучал необычно. Стало ясно, что нельзя видеть главным фактором динамики стачечного движения экономическую конъюнктуру. Этот проект породил устойчивый интерес к тематике, связанной с положением рабочих, с факторами, которые влияли на стачечную борьбу. Выступивший высказал наблюдения о том, насколько факторы экономического положения трудящихся влияли на процессы, которые привели к февралю и октябрю 1917 г.

С началом войны происходят большие изменения в экономическом развитии страны, особенно в структуре промышленности. Данные промышленной переписи 1918 г. за период 1913—1918 гг. свидетельствуют о коренной ломке в соотношении производств. Были приведены показатели, свидетельствующие о радикальном изменении роли металлообработки, хлопчатобумажной промышленности, об уровне зарплаты рабочих в отраслях, работавших на изготовление вооружения, отраслях, производивших предметы снаряжения для войны, и в тех, что, не принимали участие в работе на оборону. Обвал реальной зарплаты начинается в первой половине 1918 г. Это не согласуется с представлениями о том, что положение рабочих резко ухудшилось в годы войны. Возникает вопрос, какие механизмы могли обеспечить то, что падение реальной зарплаты не было существенным, не отставало от роста цен даже в отраслях, которые не работали прямо на оборону? В ходе проекта по мотивации труда рабочих по архивным материалам трех крупных текстильных фабрик (Товарищества мануфактур Н.Н. Коншина в Серпухове, Ярославской Большой мануфактуры и Товарищества Даниловской мануфактуры в Москве) был выявлен интересный источник — объявления правления мануфактур, которые объясняли рабочим социальную политику предприятий. Они печатались типографским способом, вывешивались на стенах цехов и в других помещениях предприятий. Каждое из таких объявлений содержит конкретные сведения о том, кому, сколько будет прибавляться к зарплате, какое это по счету повышение зарплаты и какую на данный момент надбавку получает каждый рабочий. Анализ этого

источника позволил выявить политику предпринимателей, которая не носила благотворительный характер. Стремясь удержать рабочих от стачечных проявлений протеста, предприниматели повышали им за три года войны зарплату в 12—16 раз, чем пытались нивелировать рост дороговизны предметов первой необходимости. С февраля 1917 г. эти ножницы растут, и удержать падение уровня жизни становится малореальным.

Д.и.н. И.С. Рыбачёнок напомнила присутствовавшим об интересе В.И. Бовыкина к изучению международных отношений России и рассказала о первоначальном этапе подготовки Второй конференции мира в Гааге.

Конференция состоялась в июне — октябре 1907 г., была важным событием с точки зрения внешней политики России и международных отношений. Упоминаний о ней нет ни в «Истории дипломатии» В.М. Хвостова (Т. II. Дипломатия в новое время 1871—1914. М., 1963), ни в учебном пособии «Очерки истории внешней политики России. Конец XIX века — 1917 г.» (М., 1960) В.И. Бовыкина, не утратившем актуальности. Конференция проходила в совершенно иной, по сравнению с Первой конференцией, международной обстановке, после испано-американской, англо-прусской и русско-японской войн.

Первое предложение о созыве Гаагской конференции исходило в разгар русско-японской войны, в сентябре 1904 г., от американского президента Т. Рузвельта. Российские дипломаты обоснованно считали, что эта инициатива была вызвана предвыборными соображениями, стремлением предстать в образе миротворца. В России это предложение было расценено как стремление вмешаться с целью прекратить конфликт на Дальнем Востоке и было признано несвоевременным. Многие державы высказались сочувственно. Россия дала отрицательный ответ, но облачила его в мягкую форму и сформулировала в тексте право инициировать в подходящий момент вторую конференцию, поскольку она была инициатором первой. Для России было нежелательно, чтобы конференция собралась по инициативе Америки и на ее условиях.

После заключения Портсмутского мира (1906) в России сочли момент для обращения о созыве конференции своевременным. В сентябре был составлен первый циркуляр с предложением участия. Россия брала на себя инициативу и обещание представить программу конференции. Решено было пригласить все независимые государства, чего не хотели Соединенные Штаты, и если в работе Первой конференции участвовало 27 держав, то во второй — 44, включая государства Южной Америки. В январе (по новому стилю) 1906 г. был составлен первый проект программы и сообщен зару-

бежным державам и российским представителям за границей. Месяц спустя появился второй доработанный проект. В конце марта был направлен второй циркуляр о проведении конференции. Дальше почти на год все остановилось. С марта 1906 до марта 1907 г. дело не двигалось по внутриполитическим причинам и в связи с ситуацией, сложившейся на международной арене: в это время шли переговоры между Россией и Англией, которые привели к подписанию русско-английского соглашения о разделе сфер влияния в Персии. Кроме того в марте 1906 г. скончался министр иностранных дел В.Н. Ламсдорф, этот пост занял А.П. Извольский, который хотел сам выступить с такой инициативой. Только 20 марта 1907 г. третий циркуляр был направлен державам, а с июля по октябрь проходила Вторая конференция мира в Гааге.

Широко известно, насколько трепетно В.И. Бовыкин относился к работе в архивах. Во время занятий во французских архивах он понял, что материалы выходят за интересовавший его период — в 1920-1930-е гг. Он стал инициатором международного проекта по изучению экономических связей стран Антанты и попыток их возрождения после Первой мировой войны, который так и не состоялся. Однажды он направил одного из своих учеников в архив общества Сосьете Женераль посмотреть «русские досье». Этим учеником был к.и.н. М.К. Шацилло, который обнаружил там интересные материалы. Он выступил на чтениях с сообщением о деятельности организаций российских предпринимателей в эмиграции.

Одним из первых было общество в Лондоне, которое объявило себя отделением Совета съездов представителей промышленности и торговли. В 1920—1921 гг. оно активно работало. Другим важным центром эмиграции был Берлин. Возглавлял берлинский союз петербургский финансист А.А. Давидов. В состав президиума входила группа представителей хлопчатобумажной промышленности. Самым многочисленным центром предпринимательских союзов был Париж. В это время активизировалась деятельность других групп буржуазии по созданию союза, в том числе той, которую условно можно назвать московско-петербургской. Ситуация изменилась, когда на горизонте появился Н.Х. Денисов, бывший директор Сибирского банка, один из богатейших людей эмиграции, заинтересованный в работе союза и желавший возглавить движение эмиграции. Был создан так называемый Торгпром (Российский торгово-промышленный и финансовый союз), который по уставу объединил все 40 присутствовавших на учредительном съезде предпринимательских союзов со всей Европы — от Балкан до Скандинавии. Председателем был избран Н.Х. Денисов. Торгпром проводил экономические совещания, выпускал информационные бюллетени

для газет, выполнял представительскую функцию. Было куплено специальное здание в престижном районе Парижа для штаб-квартиры. Но сразу после учредительного съезда, который проходил в мае 1921 г., союз стал чахнуть. В 1922 г. во время ревизии кассы Лондонского союза выяснилось, что касса пуста, и продолжать работу он не может. Было решено найти мецената, таким представлялась фигура нефтепромышленника А.О. Гукасова. Вслед за Лондонским союзом, который фактически свернул свою деятельность в 1923 г., начался упадок Берлинских союзов, после кризиса 1923 г. люди из Германии стали уезжать. Парижский союз тоже перестал выполнять представительские функции. С Торгпромом не хотели иметь дело ни представители советской власти, ни стран запада. Положение для организации стало катастрофическим после наступления полосы признания СССР. Авторитет ее в глазах предпринимателей и всей эмиграции упал из-за политики «несоглашенства» с советской властью, которая постоянно провозглашалась, но сплошь и рядом нарушалась на деле. К концу 1920-х гг. деятельность организаций российских предпринимателей в эмиграции заглохла.

К.и.н. С.А. Саломатина выступила на тему «Трансформация теории финансового капитала на примере изучения клиентской сети московского отделения Русско-Китайского банка в 1897—1899 гг.».

В архиве Московского отделения Русско-китайского банка сохранилась вексельная книга за 1899 г., 572 записи о кредитных сделках за два года. Этот материал позволил отойти от традиционного рассмотрения темы финансового капитала. В конце списка членов правления было обнаружено одно имя — И.К. Прове — фактического главы фирмы «Л. Кноп» в конце 90-х гг. В это время в Москву приходят новые деньги — французские. Большую часть средств забирает фирма, которая входит в совет двух ведущих московских банков и не должна иметь проблем с доступами к кредитам. Это говорит об элитарности московского рынка, его закрытости, на этом рынке нет мелкой клиентуры, это оптовый кредит в 1890-е гг. Это явление в современной банковской истории называют инсайдерское кредитование, т.е. кредит предоставляется бизнесам владельцев банка. Банк в принципе является учреждением с общественными функциями, нельзя допускать, чтобы все средства частного банка шли на «свою» бизнес-группу. Но, чтобы давать кредиты, нужно иметь информацию о клиентах, добывать ее дорого, дешевле дать деньги «своим». Эта теория информации доминирует в экономической науке сегодня. Из архивных материалов видно, что 40% всех кредитов забирает группа Кнопов (текстильные предприятия) (примерно 30%) и немного группа Ротштейна (там тоже личные унии), он входит в правление Русско-китайского банка и Санкт-

Петербургского международного коммерческого банка (металлургические и машиностроительные предприятия, французские или бельгийские). Всего 17% кредитных средств в 1899 г. идут на дальневосточную экспансию Москвы. Исследование в этом направлении только начинается. Предстоит исследовать теоретические вопросы, в частности выяснить, почему, когда на рынке мало денег, как в 90-е гг. XIX в., большой бизнес не имеет проблем с доступом к капиталам, к тому же по льготным процентным ставкам.

О денежном содержании чиновного корпуса российской империи во второй половине XIX в. рассказала к.и.н. Н.В. Черникова.

Вопрос о содержании чиновников всегда актуален. Выплаты чиновникам состояли из трех составляющих: собственно жалованье, столовые деньги и квартирные деньги. Дополнительные выплаты зависели от основного жалованья. Жалованье составляло 38% всего содержания, 25% — квартирные деньги. Жалованье выплачивалось за прошедший месяц, столовые деньги — вперед; квартирные деньги были положены по штатному расписанию не всем, выдавались трижды в год. Если были переборы выплат (когда чиновник уходил в отставку, умирал), то их не взыскивали. Единовременные выплаты не могли быть больше, чем жалованье. Все это было записано в законе. Содержание никогда не было большим. Раз установленные штаты сохранялись на протяжении десятилетий во многих министерствах (штаты 30-х гг. продолжали действовать до 70-х и 80-х гг.

XIX в.). В высших учреждениях штаты были временными или их вообще не было (например, в Министерстве юстиции). Сложной была ситуация для тех чиновников, которые ездили в командировки: они сами должны были изыскивать деньги на поездку, иногда денег специально на командировки вообще не выделяли. Во второй половине XIX в. жалованье министра было стабильным — 17 640 руб. Цены выросли, а суммы оставались прежними с 1860-х гг. по начало

XX в. Важны были дополнительные выплаты, размер которых зависел от начальства. Могли выдать много на рождение ребенка, по болезни и т.д. Иногда делили деньги незамещенных мест, которые не занимали специально, это была общая практика. Была возможность получить и арендные деньги, т.е. земля давалась в аренду. С 40-х гг. земля не выделялась, а оформлялся указ, согласно которому деньги, необходимые на ее аренду, выдавались из казны. Эти арендные деньги и разнообразные дополнительные выплаты сильно варьировались. Если при Николае I единовременно можно было получить до 50 тыс. руб. за аренду земли на 50 лет, то к середине века срок аренды сократился до 19 лет, к концу века — до 4—6 лет, это уже от 4 до 8 тыс. руб. Чиновники были вынуждены подрабатывать — преподавали чистописание, занимались работой в не-

скольких ведомствах, многие уходили в сферу предпринимательства (управляющие фирм, члены дирекций), высшим чиновникам это было запрещено по указу 1884 г. По мнению докладчика, к концу века из землевладельца чиновник все больше превращается в предпринимателя.

Имя В.И. Бовыкина тесно связано с историческим факультетом МГУ имени М.В. Ломоносова, кафедрой источниковедения. Здесь он защитил кандидатскую и докторскую диссертации, стал профессором (1969), признанным специалистом в области источниковедения, проявил незаурядные административные способности в качестве заместителя декана по научной работе, более десяти лет был заместителем главного редактора журнала «Вестник Московского университета. Серия История», здесь создал свою школу. Всего им было подготовлено около 100 дипломников, 34 кандидата наук; 14 его учеников стали докторами наук. О преподавательской и научно-исследовательской деятельности за четыре с половиной десятилетия работы на историческом факультете МГУ рассказала к.и.н. Н.Г. Абрамова, ученица профессора В.И. Бовыкина, ныне заместитель заведующего кафедрой источниковедения исторического факультета.

На кафедре В.И. Бовыкин выступил с инициативой изменения структуры лекционного курса и проблематики занятий по источниковедению истории России второй половины XIX—XX в. Новаторством стало стремление научить студентов выявлять закономерности создания источников и особенности фиксирования в них информации, применять методику исторической критики документов. Его спецсеминар стал центром подготовки профессиональных специалистов в области источниковедения и экономической истории России рубежа XIX—XX вв. В тематике спецсеминаров и спецкурсов преподавателя отражался весь спектр его научных интересов — это источниковедение отечественной истории, методы исторических разысканий, проблемы индустриального развития России, международные отношения и многое другое. Его занятия вызывали постоянный интерес у студентов. В.И. Бовыкин и подготовленные им специалисты внесли заметный вклад в источниковедение массовых источников по социально-экономической истории России, в формирование особого направления — специальных источниковедческих исследований по изучению экономической и социальной истории. Проблемами отражения информации в исторических источниках, проблемами экономической истории, истории предпринимательства, архивной эвристики продолжают заниматься коллеги ученого по кафедре и новые преподаватели.

Н.Г. Абрамова отметила, что сотрудники кафедры пропагандируют научное наследие ученого, знакомят студентов с его вкладом в историческую науку, в том числе и в рамках учебных курсов кафедры («Методологические проблемы в исторических исследованиях», «Источниковедение отечественной истории», «Историография истории России», «Архивоведение отечественной истории» и др.), работы ученого обозначены в списках литературы в программах курсов. Имя В.И. Бовыкина благодаря стараниям его коллег заняло достойное место в истории исторического факультета и кафедры источниковедения, публикуются статьи о научном вкладе ученого. О нем имеется Personalia в «Энциклопедическом словаре Московского университета. Исторический факультет» (М., 2004), там же есть статья и о Бовыкинских научных чтениях, о его исследованиях упоминается в разделе «Источниковедение и историография» коллективного труда «Историческая наука в Московском университете. 1755—2004» (М., 2004), о его научной и педагогической деятельности сообщается в «Летописи Московского университета. Исторический факультет» (М., 2004, 2009).

При подведении итогов круглого стола директор Института российской истории Ю.А. Петров высказал пожелание продолжать традицию проведения научных чтений памяти В.И. Бовыкина, так как они способствуют увековечиванию памяти видного российского ученого и проведению научных дискуссий по тематике, связанной с научными интересами историка.

Н.Г. Абрамова, кандидат ист. наук, доцент кафедры источниковедения

Поступила в редакцию 12 апреля 2017 г.