Открытое письмо Евгения Киселева Леониду Парфенову

Открытое письмо Евгения Киселева Леониду Парфенову

Леонид!

       Не смог подобрать слово для обращения, хотя привычное "дорогой" подошло бы во всех смыслах, ведь мы как телекомпания дорожили тобой и твоими очень дорогими проектами, а я лично дорожил твоим, как мне казалось, искренне добрым отношением ко мне. Выясняется, что я ошибался.
       Скажу откровенно, я принял бы твою позицию как безукоризненную и поверил бы в то, что у тебя не было решительно никакого способа общения со мной, кроме как через газету "Коммерсантъ", если бы не видел тебя много раз утром, днем и вечером в коридорах редакции.
       Я бы принял чистоту твоей позиции и поверил, что ты не можешь говорить со мной, потому что сорвал голос в спорах, если бы не увидел тебя в тот же вечер в прямом эфире "Антропологии", без всякого труда разговаривающим с нашими коллегами. И кстати, даже если ты действительно сорвал голос в спорах, значит споры до хрипоты у нас в НТВ были, что как-то облегчает мою авторитарную участь.
       Несколько дней назад на общем собрании журналистов НТВ ты тоже голосовал за мое избрание главным редактором телекомпании — и я считал, что получил и от тебя вотум доверия, право самому в нынешней сложной ситуации принимать быстрые решения, не собирая каждые пять минут сотни наших сотрудников. Впрочем, тебе ведь не нравятся и общие собрания, не правда ли? Слишком громко, слишком часто приходится слышать мнения, не совпадающие с твоими...
       Я бы принял твою позицию, если бы не знал, не видел своими глазами, как суетливо ты стал вести себя с того момента, как тебя пригласили в состав совета директоров НТВ "по версии 'Газпрома'", как путано ты объяснял свое отношение к этому приглашению и как откровенно тебе не хотелось от него отказываться. Ты пытался уговорить журналистов НТВ рассматривать тебя в качестве их делегата, но безуспешно, коллеги сказали — нет.
       И в этот момент, как мне показалось, тобой овладела обида. Обиженные интонации бывали у тебя и раньше. Но я лично, как и многие наши коллеги — я это знаю,— принимали тебя таким, какой ты есть, и за талант прощали все издержки высокомерного индивидуализма. Даже твою способность называть людей, пришедших на митинг, "интеллигентным стадом".
       Я имею в виду не только митинг на Пушкинской площади в позапрошлую субботу. Ведь это у тебя давно. И в августе 91-го — это многие вспомнили только теперь — ты смотрел на происходящее так же иронично, презрительно и подловато.
       Нарциссизмом страдают многие на телевидении, вот только у тебя, похоже, нарциссизм по форме течения болезни напоминает быстротечную чахотку. Чего стоит фраза, сказанная тобой в "Антропологии" в сцене публичной телевизионной отставки: "Моя подпись могла затеряться среди других"!
       Очевидно, для тебя это непереносимо. Но ведь подпись под документом — не автограф, она и должна затеряться среди других. Ведь телевидение — коллективное дело, и неудачный монтаж, операторский брак или ошибка звукорежиссера за несколько минут до начала эфира могут свести на нет все усилия. Вот почему я лично дорожу мнением и солидарностью не только звезд, ведущих, корреспондентов, но и операторов, режиссеров, редакторов, осветителей — всех нас.
       И — самое главное. Я не понимаю, кого ты называешь "пацанами"? Полковника в отставке Евгения Кириченко? А может, Ашота Насибова? Или Александра Хабарова? Как ты можешь оскорблять их, по возрасту, уму и популярности тебе не уступающих, обвинением в неспособности мыслить самостоятельно? Ведь эти журналисты научились вести прямые репортажи из самого пекла войны и говорить при этом взвешенно и достойно даже под пулями.
       А это, извини за резкость, совершенно другой уровень профессионализма, чем записанный с тридцать восьмого дубля стендап в дворцовом интерьере.
       А что касается твоего упрека, что в "Итоги" собираются самые интересные репортажи, самые лучшие кадры, что на эту программу работают самые лучшие журналисты,— согласись, странно было бы, если иначе. И ты сам, между прочим, не раз выступал в "Итогах". Более того, совсем недавно принял мое предложение вести постоянно рубрику "Особый взгляд".
       Почему же ты не отказался?
       В общем, жалко, что столько лет работы на одном канале, годы если не душевной дружбы, то человеческой приязни, закончились так — позерством и трусостью — два в одном. Прости за прямоту, но не могу иначе оценить это открытое письмо, сопровожденное эффектной фотографией на фоне Останкинской башни.
       Ты всегда боролся за стиль. Но то, что ты сделал,— банальное предательство в трудную минуту — это и есть преступление перед стилем.
       Евгений Киселев
       Другие материалы о ситуации вокруг НТВ — на стр. 7