К вопросу о философском образовании в России XVII-XVIII вв

УДК 101.1: 378

К ВОПРОСУ О ФИЛОСОФСКОМ ОБРАЗОВАНИИ В РОССИИ ХУН-ХУШ ВВ.

Ю.А. Бубнов

В статье анализируются основные этапы формирования отечественного философского образования в эпоху русского Просвещения. Рассматриваются основные тенденции в философской мысли России этого периода, рецепция западноевропейской интеллектуальной традиции в отечественном любомудрии. Приводятся примеры поэтапной институализации российской философии в XVIII веке

Ключевые слова: просвещение, философское образование, академия, секуляризация

Формирование основных центров отечественного философского образования в эпоху русского Просвещения было связано с западноевропейской культурной традицией, которая проникала в Московскую Русь двумя путями. «Один путь преимущественно немецкого влияния шел через Новгород и Псков: вечным памятником его останутся укрепления этих городов и их участие в ганзейском союзе. Окончательное его развитие произошло в Московской немецкой слободе, в грязную улицу которой повернул великий Петр. Другим путем шло чрез юго-западную Россию влияние польское» [1,54].

Наряду с бурно развивающейся научной мыслью западноевропейское влияние несло с собой подвергнувшееся секуляризационному воздействию схоластическое мышление. Схоластика стала основополагающей формой философского знания как в юго-западной Руси, так и в центре России. Основным местом, где осуществлялась генерация философских идей была Московская славяно-греколатинская академия, у истоков которой стояли известные просветители Симеон Полоцкий (16291680 гг.), Епифаний Славинецкий (нач. XVII в.-1675 гг.), Братья Иоанникий (1633-1717 гг.) и Сафроний (1653-1730 гг.) Лихуды и другие отечественные мыслители.

Видное место среди вышеперечисленных по-светителей занимали выпускники киевской школы Симеон Полоцкий и Епифаний Славинецкий, которые по своим взглядам принадлежали к противоположным культурным традициям. Если Симеон Полоцкий опирался на западноевропейскую схоластическую образованность, то Епифаний Славинецкий был сторонником традиционного восточно-

византийского образования. Эти две линии в отечественном Просвещении оказали главное влияние на становление философского образования в центре России.

Являясь учителем братской Богоявленской школы, а затем и московской Заиконоспасской, Полоцкий стремился расширить за счет светских наук перечень преподаваемых дисциплин. Он ввел в практику школьного обучения диалектику, риторику, пиитику и другие предметы, которые

Бубнов Юрий Александрович - ВГУ, д-р филос. наук, профессор, e-mail: bubnov@phipsy.vsu.ru

способствовали приобщению учеников к достижениям европейской научной мысли.

Философия занимала важное место в его педагогической деятельности, так как пропагандировала мудрость, столь необходимую просвещенному человеку. Во втором предисловии к «Псалтыри риф-мотворной» книжник ставит знак равенства между воспитанием мудрости в человеке и его полезностью для общества. Тот, кто утаивает в себе мудрость, подобен человеку, закапывающему в землю «чисто злато». Необходимо делиться своими знаниями с незнающими, «тебя от этого не убудет: мудрость от раздаяния приводит не к скудости, а к умножению знания» [2, 221]. Симеон не только подробно излагал творения отцов греко-восточной церкви, но и старался привить «на древо российского просвещения» философские знания, главную задачу которых он видел в приобщении людей к познанию природы вещей.

При непосредственном участии Симеона Полоцкого в 1673 г. в Москве была открыта Спасская школа подьячих для дворцового ведомства, где кроме изучения латинского языка и составления различных вирш ученики обучались риторике и философии. Философский курс, прочитанный Симеоном Полоцким в школе, был насыщен элементами западноевропейской философской культуры, к которой он приобщался в Киево-Могилянской и Виленской иезуитской коллегиях. Курс состоял из «разу-мительной философии» (логики) и «естественной философии» (физики). Несмотря на то, что содержание этого курса философии обретало значимость через постановку в нем проблем прикладного характера и меньше всего акцентировалось внимание на теоретическую аспекты, метафизика занимала важное место в размышлениях мыслителя. Так, в курсе логики Полоцким рассматривался ряд важных онтологических категорий: самость, количество, качество, примешенное, действие, претерпевание, пространство, время, движение.

В борьбе представителей латинской и греческой партии закладывались идейные основы Московской славяно-греко-латинской академии. Они старались склонить на свою сторону правительство, предлагая ему свои модели будущей академии.

Полученные в академии знания учащиеся, по мнению царя Федора Алексеевича, должны направлять на умножение православной веры, защиту ее от «злокозненных еретических хитростей». Составле-

ние академической Привиллегии, или общего проекта высшего училища, в котором предусматривалось изложение прав и обязанностей академии, было поручено Симеону Полоцкому, так как в его лице Федор Алексеевич видел надежного сподвижника, способного реализовать идею просвещения в московской земле. В одной из своих проповедей на Рождество Христово Полоцкий от лица вселенских патриархов, съехавшихся тогда в Москву, обращается к царю с просьбой открыть греческие, славянские и другие училища, умножать спудеов (учащихся), отыскивать «благоискусных учителей» и всех «честьми поощрять на трудолюбие».

Согласно содержанию Привиллегии в академии предусматривалось изучение широкого круга дисциплин, превосходивших по объему даже учебные программы Киевской коллегии. Преподавание грамматики, риторики, диалектики, философии, физики, богословия и других светских и религиозных предметов подкреплялось обширной языковой подготовкой, включавшей освоение учащимися славянского, греческого, польского и латинского языков. Эти и другие положения проекта будущей академии должны были бы способствовать распространению в русском обществе просветительских идей, целью которых было преодоление человеческого невежества.

Учительство, по мнению Полоцкого, есть важнейший вид деятельности, предполагающий передачу знания другим людям, из которого проистекает не только вера, но и мудрость, правда и другие плоды человеческого духа. Образцом такого ученого наставничества был сам Симеон Полоцкий, о чем свидетельствовал распространенный в московском обществе о нем эпитет «философ-дидаскал». Однако в связи с его смертью в 1680 г. организация академии была поручена патриарху Иоакиму и его сторонникам.

Время открытия академии является одним из спорных вопросов в отечественной и зарубежной литературе. В одних работах, посвященных истории Московской славяно-греко-латинской академии, указывается дата 25 декабря 1685 г., в других - 1687 г., когда завершилось строительство здания академии на территории Заиконоспасского монастыря.

Первыми преподавателями академии были братья Иоанникий и Софроний Лихуды, приглашенные московским патриархом Иоакимом по рекомендации константинопольского патриарха Дионисия. Последний рекомендовал их не только патриарху, но также и русскому послу и царю как людей, обучавшихся «во священном учении довольне», которые «объяти быша философскими же и богословскими науками толико, яко силу имети довольную и учеников научати, и священное евангел1е проповедати благочестивым христианам православно и благочестиво» [3, 39-40].

Несмотря на то, что братья Лихуды проходили обучение в Падуанском университете, где и получили докторские дипломы, учебный процесс выстраивался ими в соответствии с византийской образовательной системой на греческом языке. Они полага-

ли, что без знания греческого языка нельзя изучить и славянский, а также постичь смысл переведенных на него трудов «отцов церкви». В тоже время и латинский язык не исключался ими из учебных курсов, хотя ему была отведена второстепенная роль. На латыни, также как и на греческом, они преподавали риторику, логику и физику («естественную философию»). Преподавание светских дисциплин опиралось на аристотелевскую схоластику, которая в это время была наиболее авторитетной. Однако система преподавания Лихудов, построенная на опыте двух образовательных систем - восточной и западной, вызывала опасение со стороны московских ревнителей старины и иерусалимского патриарха, который напоминал, что они должны учить «еллински, а не латински» [4, 232].

Использование Лихудами в учебном процессе опыта классической образованности объясняется не только тем, что они получили европейское образование и в своих сочинениях и курсах ориентировались на схоластический метод изложения философско-богословских проблем. Актуализация западноевропейской мысли в творчестве ученых греков обуславливалась и растущей идеологической толерантностью, которая в процессе разрушения старомосковского культурного изоляционизма сближала восточную и западную культуры.

Преподавание свободных наук в академии строилось греческими педагогами по учебникам, ими же составленным. Все содержание учебного материала они подчиняли схоластическим приемам, разработанным Аристотелем. Значительное место в их трудах отводилось полемике. Особенно это касалось таких дисциплин, как логика и физика, так как они включали правила «диалектических прений» и обширный дискуссионный материал.

Мощный импульс развитию философского образования в России дали сочинения профессоров Московской академии и в первую очередь философский курс префекта, а затем и ректора академии Федора (Феофилакта) Леонтьевича Лопатинского (1680-1741 гг.).

Получив образование в Киево-Могилянской академии, Лопатинский остался верным приверженцем схоластической философии. Философский курс, прочитанный им в Московской славяно-греколатинской академии, сохранял традиционную структуру, которая мало чем отличалась от рукописных курсов по философии профессоров Киево-Могилянской академии.

Стремление Ф. Лопатинского к преодолению средневековых схоластических канонов в мышлении и утверждение философских идей Нового времени находили поддержку и дальнейшее развитие в творчестве другого московского просветителя петровской эпохи Гавриила Бужинского (ок. 1680-1731 гг.). Наряду с именами наиболее известных деятелей Просвещения XVIII в. имя Гавриила заслуживает особого внимания, так как по своим взглядам он принадлежал к числу мыслителей, которые не толь-

ко отличались мировоззренческой толерантностью, но и солидаризировались в своем отношении к церкви с французскими просветителями атеистами [5, 63].

Как уроженец «Польской Малороссии», Бу-жинский получил образование в Киево-Могилянской академии, а затем был вызван Стефаном Яворским в Москву, где в качестве учителя Московской славяно-греко-латинской академии начал свой путь «весьма прилежного и тщательного трудолюбивого» просветителя. Природный талант и работоспособность выпускника киевской школы были по-настоящему оценены руководством академии. После принятия монашеского пострига в 1707 г. Бужинский был назначен на должность префекта Московской академии, что давало ему возможность заниматься не только административной работой, но и читать академические курсы по целому ряду естественных и гуманитарных дисциплин. Кроме статуса академического преподавателя и администратора, иеромонах снискал себе славу «Петра Великого дел славных проповедника». Содержание лекционных курсов и искусно составленных проповедей свидетельствовали о свободе его научного и философского мышления, умении разделять светское знание и религиозную веру. Являясь последователем западноевропейской философской традиций, Бужинский в своей философии акцентировал внимание при постижении сущего на разум, логику и опыт, которые он считал основными орудиями человеческого познания, противостоящими схоластике, предрассудкам невежества и слепой вере.

Свободомыслие Гавриила Бужинского подвергалось резкой критике со стороны «ревнителей православия», так как оно, по их мнению, оскорбляло религиозные чувства народа. В литературных сочинениях и проповедях сподвижника Петра они находили «нестерпимыя хулы и мнопя ереси». К числу таких «еретических злодействий» ортодоксальное духовенство относило суждения Бужинского по поводу «святых мощей» и икон, в которых он видел пережитки религиозных суеверий. В составленном им «по Высочайшему повелению» «Последовании о исповедании» подчеркивается, что тот, «хто жоны

святыя Богом называетъ, и на нихъ надеется какъ на Бога», погрешает против второй заповеди, т. е. является идолопоклонником: <аконы зделаны, и перено-сятца с места на место, и поставляютца руками человеческими, и подлежать всякому тленш, гнилости и огню и хто такую вещь тленную называетъ Богом и на нее надеется, тотъ велми согрешаетъ» [7, 118].

Таким образом, в ХУЛ-ХУт вв. Московская славяно-греко-латинская академия предстает как один из основных центров философского образования в России. В трудах профессоров и преподавателей академии закладывались основы секуляризированного мышления. Категории религиозной философии подвергались рационализации и эмпириза-ции. Развивающиеся в этой связи деистическое и пантеистическое миропонимание у мыслителей раннего русского Просвещения свидетельствовало о предпосылках формирования секулярной философии, так как московские ученые при анализе бытия мира либо ограничивали на него влияние абсолютного трансцендентного начала, либо растворяли Бога в природе, лишая его антропоморфных свойств.

Литература

1. Шляпкин Г. Св. Дмитрий Ростовский и его время (1651-1709 гг.) / Г. Шляпкин. - СПб., 1891. - 310 с.

2. Жуков Д. Русские писатели XVII века / Д. Жуков, Л. Пушкарев. - М.: Молодая гвардия, 1972.- 336 с.

3. Миркович Г. О школах и просвещении в патриарший период / Г. Миркович// Журнал Министерства Народного Просвещения. -1878. - № 6. - 1- 62.

4. Лаппо-Данилевский А.С. История русской общественной мысли и культуры XVII - XVIII вв. / А.С. Лап-по-Данилевский. - М.: Наука, 1990. - 290 с.

5. Шкуринов П.С. Философия России XVIII века / П.С. Шкуринов.- М.: Высш. шк., 1992. - 253 с.

6. Указ. соч.

7. Успенский Б.А. Филологические разыскания в области славянских древностей: (Реликты язычества в восточнославянском культе Николая Мирликийского) / Б.А. Успенский. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. - 245 с.

Воронежский государственный университет PHILOSOPHICAL EDUCATION IN RUSSIA XVII - XVIII Yu.A. Bubnov

The main stages of the formation of Russian philosophical education in the epoch of Enlightenment are shown in this article. The essential features of Russian philosophical thought of this period are analyzed. Russian perception of European intellectual tradition is described. There are examples of stage-by-stage Russian philosophical thought institualization in XVIII century

Key words: Enlightenment, philosophical education, academy, secularization