Исследование былых биосфер

ИССЛЕДОВАНИЕ БЫЛЫХ БИОСФЕР

Одним из основных направлений исследований Института геологии в течение всего времени его существования, и особенно в последние годы, является изучение ископаемых биот фа-нерозоя, рассматриваемых в качестве важнейших составляющих древних, былых по В. И. Вернадскому, биосфер. Последние представляют собой источник фундаментальной информации об общей эволюции биосферы Земли, базирующейся в первую очередь на данных палеонтологии, палеоэкологии, палеоклиматологии, палеобиохимии и ряда других наук. Учитывая, что в течение предшествующих полутора веков окружающая человека среда—один из важных элементов биосферы — испытывает на себе отрицательное влияние его же бурно расширяющейся деятельности, важное значение имеют точные знания о функционировании биосферы (а также былых сфер) в качестве глобальной экологической системы, о пределах ее устойчивости. В ходе изучения былых биосфер в последние десятилетия наиболее крупные успехи были достигнуты в исследовании абиотических факторов их функционирования. Тем не менее в настоящее время были найдены подходы и к познанию биологических механизмов формирования структур биосфер. Важными структурными элементами биотической составляющей последних являются сообщества организмов. Анализу сообществ ряда групп ископаемых организмов фанерозоя были посвящены исследования по проекту "Экосистемные перестройки и эволюция биосферы в докембрии и фанерозое (на примере Тима-но-Североуральского сегмента)", выполнявшемуся в рамках Программы фундаментальных исследования Отделения наук о Земле "Проблемы зарождения биосферы Земли и ее эволюция" (координаторы академик Э. М. Галимов и академик М. Е. Виноградов) [1]. Выделение и характеристика ископаемых сообществ организмов в проведенном нами исследовании основывалось на представлениях известных специалистов

К.г.-м. н.

В. С. Цыганко

tsyganko@geo.komisc.ru

в области экостратиграфии — А. Буко [2], Д. Л. Кальо и М. Рубеля [3]: сообщество ископаемых организмов — это совокупность видов, связанных с определенной фацией. Полученные в ходе выполнения проекта результаты базировались на многолетних палеонтологических, биостратиграфических и палеобиогеографических исследованиях на территории Тимано-Североураль-ского сегмента [4—13 и др.].

Кораллы класса Anthozoa на территории региона известны только в палеозое. Они представлены подклассами Tabulata и Rugosa. Согласно данным В. Ю. Лукина [14], остатки табулят наиболее многочисленны, разнообразны и полно изучены в отложениях верхнего силура и среднего девона. Табуляты пржидольского века позднего силура образуют сообщество Favosites pseudoforbesi. Для него характерно преобладание видов рода Favosites. Их колонии часто достигают 20—30 см в диаметре. Такого рода постройки характерны для шельфовых отложений с относительно спокойным гидродинамическим режимом. В раннем девоне фауна табулят не отличалась видовым разнообразием. На Приполярном Урале начало лохковского века характеризовалось распространением сообщества Favosites socialis. На Полярном Урале в отложениях позднего лохкова были распространены табуляты сообщества Thamnopora faceta. Первостепенную роль в сообществе играли ветвистые формы вида-номинанта. Значительная регрессия морского бассейна в пражском веке и раннем эмсе привела к сокращению площади эпиконтиненталь-ного шельфа, вследствие чего остатки табулят здесь редки или вовсе отсутствуют. В раннем эмсе на Полярном Урале встречены немногочисленные фавозитиды, которые образуют сообщество Squameofavosites bohemicus. В позднем эмсе в связи с трансгрессией морского бассейна биотопы табулят существенно расширились, а видовой состав кораллов стал значительно разнообразнее. На Приполярном и Поляр-

К. г.-м. н.

Д. В. Пономарев

ponomarev@geo.komisc.ru

ном Урале в это время доминировало сообщество Favosites goldfussi. В эй-фельском веке существенно изменился родовой состав табулят. На Приполярном Урале получило распространение сообщество Alveolites maillieuxi. В его составе выявлены эндемичные формы родов Syringopora, Armalites, Tetraporinus. В раннеживетском веке произошло сокращение площади мелководного шельфа, и фауна табулят почти полностью обновилась. Наиболее активно развивались представители толстостенных альвеолитид из сообщества Alveolites suborbicularis. Севернее, в каркасно-массивных рифовых известняках, преобладали ветвистые там-нопориды сообщества Caliapora battersbyi. Позднеживетское сообщество Crassialveolites crassus пока установлено только на р. Б. Надота [13].

Согласно данным В. С. Цыганю [12,13], большинство девонских ругоз были обитателями мелкого шельфа. Мелководно-шельфовые образования лохковского века, начала раннего девона, заключают сообщество ругоз Tabularia attenuata. В рифовых постройках лохкова преобладало сообщество Spongophyllum originalis. В пределах акваторий глубокого шельфа обитали немногочисленные ругозы сообщества Spongophyllum giganteum. В пражском веке и раннем эмсе редкие ругозы известны только в рифовых постройках и предрифовых образованиях, где представлены сообществом Astrictophyllum uralicum. В позднем эмсе таксономический состав ругоз существенно изменился. В отложениях открытого шельфа сформировалось сообщество Bethanyphyllum soetenicum. В эй-фельском веке среднего девона произошло значительное обновление фауны ругоз. В мелководно-шельфовых отложениях выявлено 12 видов, представляющих три последовательных сообщества: Digonophyllum bilaterale, Dendrostella rhenana и Cosjuvia rosiforme (рис. 1). Рифовые постройки в это время имели небольшие размеры. Начало живетского века было отмечено регрессией моря. Фауна ругоз в пределах мелководного шельфа почти

Рис. 1. Соотношение сообществ кораллов ругоз в среднем девоне Приполярного Урала

целиком обновилась. Она относится к сообществу Spasskyella perschinae. В рифовых постройках существовали два последовательных сообщества — Centristela fasciculata и Columnaria mutabilis. Отложения, соответствующие началу позднего живета, характеризуются почти полным отсутствием ругоз. Так, в мелководно-шельфовых отложениях кыновского горизонта обнаружены лишь два вида ругоз рода Disphyllum. В глубоководных аналогах на этом уровне выделяется сообщество Temnophyllum heterophylloides. В мел-ководно-шельфовых отложениях раннего франа ругозы были представлены сообществом Macgeea multizonata. На начало позднего франа (сирачойское время) приходится пик расцвета поздне-франских сообществ ругоз Smithiphyllum imperfectun — S.weberi и Phillipsastrea ibergense. Рифовые постройки поздне-франского возраста, несмотря на их многочисленность, крайне редко заключают остатки ругоз. В конце позднего франа произошли постепенное изменение таксономического состава ругоз и сокращение общего их количества почти до полного исчезновения. Вследствие этого ругозы раннефаменского возраста обнаружены только в двух пунктах — на гряде Чернышева и на Пай-Хое. Выявленные на этих участках четыре вида ругоз рассматриваются в качестве сообщества Nicholsoniella profunda. В позднем фамене ругозы практически не известны. Восстановление их сообществ произошло только в визейском периоде раннего карбона при полном обновлении таксономического состава.

Согласно результатам исследований, проведенных Т. М. Безносовой [4—6], в раннем палеозое на территории Тима-

но-Североуральского сегмента существовали 34 сообщества брахиопод, местонахождения которых в основном соответствуют расположению биономи-ческих зон субпараллельно береговой линии (рис. 2). Сообщества литоральных фаций установлены в разрезах нижнего силура и нижнего девона. Они представлены родами Ы^иШ и ОгЫсЫапа, относящимися к первой бентосной ассоциации. Сообщества брахиопод верхней сублиторали, выявленные в отложениях верхнего лландовери, лудлова и нижнего девона, характеризуются крайне низким таксономическим разнообразием. Батиметрически они занимали позицию второй бентосной ассоциации. По морфологии раковин сообщества

рассматриваемой зоны подразделяются на две группы. Первая группа была приспособлена к существованию на мягком глинистом субстрате, она включает виды Яа/гпа'дигпа МогИупогИупски^' айвта(а и Еагйета/1аЬв1Ша. Во второй группе преобладали формы, относящиеся к якорному экологическому типу, — это Огввп/1вМ1а иЬвгг В1ёушо1куг1' йгйуша, СоНатоЛутг• сапаИси1а1а, Ьепа1оесЫа с1аийа, Рго1а№ура т/1а(а, ОгвЬвпвПа рагуи1а. Сообщества брахиопод нижней сублиторали подразделяются на сообщества малоподвижных и подвижных вод, ровного дна и рифовые. Сообщества малоподвижных вод (Zygospiranella йиЬо1$1, Рго1а№ура inflata, Иом>еПеПа и др.) отличаются крайне низким разнообразием. К обитателям относительно подвижных вод принадлежит группа эндемичных пентамеровых сообществ, селившихся вблизи рифовых построек. В сообществах пентамерид ровного дна (РгосопсЫсНиш шuensteri, Ио1огкупскш giganteus, И^апа Ьаггапёе1) доминировали космополиты. Комплекс рифовых пентамеровых сообществ — Pseudoconcкidiuш kozкiшicuш, Virgianella vajgatsкensis, Иarpidiuш angustuш, Concкidiuш novoseшelicuш, С. tegularis, С. ЬИоси— обособился в восточной части Тимано-Североу-ральского палеобассейна. Батиметрически эти сообщества принадлежат к третьему бентосному комплексу и от-

Рис. 2. Распространение основных сообществ брахиопод в позднем ордовике, силуре

и раннем девоне

носятся к экотипу свободнолежащих брахиопод. Последовательная смена сообществ на протяжении позднего ордовика и раннего силура определялась в равной степени как иммиграционными событиями, так и эволюционными факторами. В лудлове, пржидоле и раннем девоне смена сообществ была обусловлена в основном эволюционными процессами.

Среди ископаемых моллюсков, обитавших на территории региона, наиболее детально исследованы позднеперм-ские двустворки. По данным Г. П. Ка-нева [15,16], в позднепермскую эпоху на территории севера европейской части России обитали сообщества морских, лагунных, озерных и речных двустворчатых моллюсков. Темпы и пути развития этих сообществ в поздней перми на территории региона были различными. Морская малакофауна была представлена в основном долгоживущими родами, а таксономическое обновление ассоциаций моллюсков происходило в периоды раннеуфимской и казанской морских ингрессий. Сообщества неморских двустворок формировались вследствие дивергенции наиболее эври-бионтных родов и их филетической эволюции в позднем палеозое.

Среди остракод на рубеже девона и карбона выделяются три типа сообществ, каждому из которых присущи свои морфологические особенности и систематический состав [9, 17]. Сообщество открытого шельфа существовало в мелководно-морских условиях, на мягких глинистых и песчаных грунтах при относительно спокойном гидродинамическом режиме, ниже или в пределах зоны воздействия нормальных волн (рис. 3). В сообществе бортов внут-ришельфовых впадин выделяются две группы, различающиеся по относительным глубинам обитания. Остракоды первой группы заселяли мягкие алевритовые грунты, преимущественно ниже базиса штормовых волн, в пределах впадин и их бортов. В этой группе преобладают представители семейства Бу^осу^етгйае. Ост-ракоды второй группы обитали в верхних частях бортов, на песчаных грунтах, в зоне воздействия

волн. Для них характерны более толстые створки и, как правило, округленные скульптурные элементы. Часть представителей этой группы остракод была способна переносить замутненность вод (РтоейШа, БоИ1епа^а, УШоюпа). Сообщество глубоководно-шельфовых впадин близко по составу к сообществу остракод тюрингского экотипа. В раннем турне произошел кризис в развитии этого сообщества. В это время доживали лишь немногочисленные представители родов ТШоткеаМга и Тт1р1асета, что связано с аноксически-ми условиями, возникшими в результате раннетурнейской трансгрессии.

Эволюция палеозойских рыб в регионе лучше всего изучена на примере франских акантод. По данным П. А. Без-носова [18], во франском веке аканто-ды составляли незначительную часть от общего таксономического состава ихтиофауны, однако, будучи в большинстве своем мелкими пелагическими планктонофагами, они были важным связующим звеном в трофической цепочке между продуцентами и консу-ментами второго порядка. Таксономическое разнообразие акантод постепенно снижалось на протяжении всего среднего девона. Все представители отряда СИтаШйгтеБ, составлявшие до этого основную часть фауны рыб, вымерли на рубеже живетского и фран-ского веков, однако в начале позднего девона разнообразие акантод на Тима-не оставалось достаточно высоким по сравнению с другими регионами Восточно-Европейской платформы [18]. В раннем фране Среднего и Южного Ти-мана в условиях обширного относите ль-

но мелководного бассейна состав акан-тод был весьма разнообразен. При отсутствии резких изменений в условиях обитания это сообщество просуществовало на Среднем Тимане до конца среднего франа. Трансгрессия моря и условия глубоководья, сложившиеся на Южном Тимане в доманиковое время, негативно сказались на большинстве акан-тод. В позднефранской ископаемой ихтиофауне представители акантод на большей части Тимана также очень редки. Исключение составляет лишь область относительно глубоководной впадины на шельфе южно-тиманской части бассейна, где отмечено их своеобразное сообщество.

Большинство остатков млекопитающих в регионе известны из отложений верхнего неоплейстоцена и голоцена. Поздненеоплейстоцен-голоценовая история развития фауны млекопитающих, в частности сообществ микро-маммалия, на территории современной таежной зоны рассмотрена в работах Д. В. Пономарева [8]. По его данным, 14 локальных фаун из местонахождений современной таежной зоны на Европейском Северо-Востоке отражают почти все крупные фазы динамики, за исключением среднего голоцена. Локальные фауны позднего неоплейстоцена объединяет доминирование тундровых видов. В период самой холодной стадии полярного времени (24—17 тыс. лет назад) отмечается наиболее своеобразное сообщество мелких млекопитающих, для которого характерен крайне обедненный видовой состав при резком доминировании одного (криоксерофильного) вида — копытного лемминга. В поз-днеледниковье все локальные фауны сохраняли свои зональные гипер-борейные черты. Основные отличия от более древних сообществ — это смена резкого доминирования копытного лемминга на кодомини-рование тундровых видов грызунов в разных сочетаниях и увеличение видового разнообразия вследствие появления ряда лесных и околоводных видов. В раннем голоцене в локальных фаунах снижается доля тундровых видов, а доля лес-

Рис. 3. Схема распространения сообществ остракод позднего фамена—турне в различных зонах шельфа в пределах Североуральского палеобассейна

ных и околоводных соответственно увеличивается. В позднеголоценовых локальных фаунах преобладают уже типично лесные виды. Явными доминантами в этих сообществах становятся рыжие полевки. Таким образом, процессы разномасштабной трансформации позднеплейстоценовых гипербо-рейных локальных фаун проявлялись в изменениях долей видов разных биотопических групп и в позднем голоцене привели к формированию зональных таежных сообществ современного типа.

В позднедевонскую эпоху развитие девонских флористических сообществ характеризовалось расцветом археопте-рисовых. Самые ранние их представители появились, вероятно, еще в живетс-кое время (палинозона Geminospora extensa). Первые макрофосси-лии археоптерисовых были найдены в дискуссионных по возрасту отложениях (верхи живета или фран) в Арденно-Рейнской области [19]. На рубеже живетского и франского веков, традиционно связываемом на территории Русской платформы и Урала с началом пашийского времени [20], в палиноком-плексах не происходит заметного изменения. На Южном Тимане в конце ти-манского времени установлены споры плауновидных [11], которые в позднеф-ранское время сформировали вторую доминирующую группу. В это же время появляются новые виды археоптери-совых, продуцировавших споры рода Archaeoperisaccus [10]. В палинокомп-лексах из пограничных отложений девона и карбона преобладают (до 76 %) споры "lepidophyta". Своеобразное ультратонкое строение экзин R. lepidophyta согласуется с коротким стратиграфическим интервалом существования продуцентов этих спор—завершающего элемента в развитии девонской флоры [10].

История развития ребристой пыльцы в пермском периоде рассматривается в работах Н. А. Колода [21]. По ее данным, в пермском периоде на севере европейской части России была широко распространена ребристая пыльца инфратурм Costati и Striatiti. В раннепермскую эпоху была распространена преимущественно пыльца с малым числом ребер, разделенных узкими бороздками (Ventralvittatina, Complexisporites, Protohaploxypinus с небольшим количеством ребер). В позднепермскую эпоху,

в уфимско-татарских палинокомплексах (ПК) ребристая пыльца достигает еще большего таксономического разнообразия. Уменьшается обилие и видовое разнообразие Ventralvittatina и начинают преобладать И^а^па и Weylandites, а также существенно обновляется таксономический состав инфратурмы ЗМайй. Начиная с конца уфимского века морфология ребристой пыльцы с воздушными мешками изменяется по двум направлениям — в сторону повышения количества ребер и их расширения, а также в сторону повышения летучести пыльцевого зерна путем усложнения структуры экзины. В палинофлоре уфимского века впервые появляется пыльца с двумя широкими ребрами — Lueckisporites virkkiae и тениатная пыльца рода Taeniaesporites с несколькими широки-

ми ребрами. В пермском периоде пыльца Lueckisporites и Taeniaesporites наиболее многочисленна в татарских ПК, но максимума обилия и разнообразия Taeniaesporites достигает в триасе. В татарских ПК появляется и тениатная пыльца рода Scutasporites. Таким образом, в истории развития ребристой пыльцы в пермском периоде на территории севера европейской части России выделяются два этапа — раннепермский и поздне-пермский. Таксономически значимые изменения ребристой пыльцы, ее морфологические особенности были обусловлены приспособлением растений к изменениям условий в связи с аридиза-цией климата в поздней перми.

История развития палинофлоры триаса рассмотрена на примере раннетриа-совых ассоциаций миоспор. Н. В. Ильиной из нижнетриасовых отложений были выделены три палинокомплекса: Pechorosporites disertus, Densoisporites nejburgii—Lundbladispora variabilis и два уровня палинокомплекса Aratrisporites robustus—Verrucosisporites pseudomorulae [7]. По обновлению таксономического состава на родовом уровне и увеличению видового разнообразия в раннем триасе Тимано-Североураль-ского региона эти палинокомплексы фик-

сируют четыре этапа эволюции микрофлоры. Доминирующее положение в па-линокомплексах на протяжении всей эпохи принадлежало влаголюбивым элементам, поэтому можно сделать вывод о том, что при существовавшем высокотемпературном режиме на территории исследований имели место обширные водные бассейны.

Из растительных ассоциаций юрского периода в регионе более детально изучены келловейские сообщества. Л. А. Сельковой [22] из келловейских отложений были выделены три палинологических комплекса, отражающих три этапа развития палинофлоры. Преобладающими типами растительности в келловей-ское время были леса и папоротниковые заросли с участием мхов и плаунов. Основные изменения растительных сообществ касались их структуры. Общее направление трансформации флоры на протяжении келловея заключалось в уменьшении количества влаголюбивых растений и увеличении доли ксерофитов, что было вызвано прогрессирующей сухостью климата и близостью морского бассейна в конце рассматриваемого периода.

Таким образом, в результате проведенных исследований выявлена важная роль в функционировании былых биосфер их структурных элементов — сообществ ископаемых организмов. Установлена специфика формирования, существования и развития сообществ различных организмов в зависимости от условий их обитания, обусловленных прежде всего характером фаций в той или иной биономической зоне. Сделан существенный вклад в изучение фане-розойской биоты на территории Тима-но-Североуральского региона. В течение истекших пяти лет в фанерозойских отложениях региона были установлены и монографически описаны 12 новых родов и 16 новых видов фораминифер, табулят, брахиопод, двустворок, остра-код, миоспор, зеленых и диатомовых водорослей.

ЛИТЕРАТУРА 1. Сообщества ископаемых организмов как важный структурный элемент биосферы // В. С. Цыганко, Д. В. Пономарев, Т. М. Безносова и др. Сыктывкар: Геопринт, 2004. 39 с. 2. Буко А. Эволюция и темпы вымирания. М.: Мир. 1979. 378 с. 3. Кальо Д. Л., Рубель М. П. Связь сообществ бра-хиопод с фаунальной зональностью (силур) Прибалтики // Сообщества и биозоны в си-

За 50 лет проводимых в Институте геологии палеонтологических исследований в фанерозойских отложениях Европейского Северо-Востока были установлены: 1 новая инфратурма, 2 новых семейства, 2 новых подсемейства, 53 новых рода и 344 новых видов фораминифер, кораллов, брахиопод, двустворок, остракод, конодонтов, макроостатков древовидных растений и мхов, миоспор

и микрофитопланктона. Ч_У

луре Прибалтики. Таллин, 1982. С. 17—34. 4. Безносова Т. М. Позднеашгиллские и лландоверийские сообщества брахиопод Приполярного Урала // Экостратиграфия и ископаемые сообщества палеозоя и мезозоя Европейского Северо-Востока. Сыктывкар, 1995. С. 5—11 (Тр. Ин-та геол. Коми НЦ УрО РАН. Вып. 86). 5. Безносова Т. М. Основные сообщества лудловских брахио-под севера Урала // Сыктывкарский пале-онтол. сборник. Сыктывкар, 1997. № 2. С. 49—55 (Тр. Ин-та геол. Коми НЦ УрО РАН. Вып. 91). 6. Безносова Т. М. Основные сообщества венлокских брахиопод севера Урала // Сыктывкарский палеонтол. сборник. Сыктывкар, 1998. № 3. С. 3—59 (Тр. Ин-та геол. Коми НЦ УрО РАН. Вып. 99). 7. Ильина Н. В. Палинострати-графия среднего триаса Тимано-Северо-уральского региона. Екатеринбург: ИГ Коми НЦ УрО РАН, 2001. 230 с. 8. Пономарев Д. В. Млекопитающие позднего плейстоцена и голоцена Европейского Северо-Востока: Автореф. дис. ... канд. г.-м. наук. Сыктывкар, 2001. 19 с. 9. Соболев Д. Б. Фа-циально-экологическая модель распределения остракод в турнейский век на севере Урала // Геология и минеральные ресурсы европейского северо-востока России: новые результаты и новые перспективы. Т. 2. Сыктывкар: Геопринт, 1999. С. 288—292.

На протяжении последних пяти лет лаборатория петрографии в тесном сотрудничестве с другими подразделениями нашего института проводила в рамках приоритетного направления 5.1.11. (Проблемы магмаобразования) комплекс исследований, нацеленных на изучение эндогенной геологии субарктического сегмента Уральского складчатого пояса. В предшествующие годы нашими петрографами был накоплен обширный материал, характеризующий особенности вещественного состава и внутреннего строения развитых в этом регионе магматических пород, вследствие чего мы получили весьма редкую (в чем-то даже уникальную) возможность охарактеризовать в пределах единого и компактного литосферного блока динамику развития магматических систем от ранних стадий до завершаю-

10. Тельнова О. П., Мейер-Меликян Н. Р. Споры пограничных отложений девона и карбона Тимано-Печорской провинции. Л.: Наука, 1993. 77 с. 11. Тельнова О. П., Мей-ер-Меликян Н. Р. Споры в репродуктивных органах девонских растений. СПб.: Наука, 2002. 78 с. 12. Цыганко В. С. Девонские ругозы севера Урала. Л.: Наука, 1981. 220 с. 13. Цыганко В. С., Лукин В. Ю., Журавлев А. В. К вопросу о границе среднего и верхнего отделов девона на Приполярном Урале // Геология и минеральные ресурсы европейского северо-востока России: новые результаты и новые перспективы. Т. 2. Сыктывкар: Геопринт, 1999. С.240— 243. 14. Лукин В. Ю. Сообщество эндемичных сирингопорид среднего девона Приполярного Урала // Современная российская палеонтология: классические и новейшие методы: Тез. докл. Первой Всерос. науч. школы молодых ученых-палеонтологов. М.: ПИН РАН, 2004. С. 45—46. 15. Канев Г. П. Двустворчатые моллюски // Биота востока Европейской России на рубеже ранней и поздней перми. М., 1998. С. 155—165. 16. Канев Г. П. Развитие и расселение неморских двустворок в перми европейской части России // Экостратиграфия и ископаемые сообщества палеозоя и мезозоя европейского Северо-Востока. Сыктывкар, 1995. С. 70—75 (Тр. Ин-та геологии Коми

щих этапов и в результате выйти на главные закономерности формирования и эволюции Североуральского складчатого пояса, подтвердив справедливость известного, но незаслуженно забытого афоризма Г. Штилле: "Магматизм — та же тектоника, рассказанная иными словами". Такой подход позволил сформулировать и поставить в институте комплексную тему "Петрогенез Тимано-Уральского региона и сопутствующие эндогенные процессы", разработка которой вступила в этом году в завершающую стадию. Тема эта включала изначально три главных раздела: "Гра-нитоидные вулканно-плутонические ассоциации западного склона Урала" (ответственный исполнитель А. А. Соболева); "Интрузивные пирокластиты (туффизиты и палеоигнимбриты) и их положение в магматических системах

науч. центра УрО РАН. Вып. 86). 17. So-bolev, D. B. Late Famennian and Toumaisian Ostracodes in diverse environments in the Northern Urals // Abstracts. XVth Intern. Congress on C-P Stratigraphy. Utrecht, Netherlands, 2003. P. 513—514. 18. Безно-сов П. А. Этапы развития ихтиофауны Ти-мано-Североуральского региона в палеозое // Материалы докладов XV Коми республиканской молодежной научной конференции. Т. I. Сыктывкар, 2004. С. 146—147. 19. Юрина А. Л. Флора среднего и верхнего девона Северной Евразии. М.: Наука, 1988. 176 с. 20. Avkhimovitch V. I., Tchibrikova E. V., Obukhovskaya T. G. et al. Middle and Upper Devonian miospore zonation of Eastern Europe // Bull. Centres Rech. Explor. Prod. Elf Aquitaine. Boussens, 1993. P. 79—147.

21. Колода Н. А. К морфологии и систематике пермской ребристой пыльцы // Сыктывкарский палеонтологический сборник. Сыктывкар, 1997. № 2. С. 74—81 (Тр. Ин-та геологии Коми науч. центра УрО РАН. Вып. 91).

22. Лавренко Н. С., Селькова Л. А. Литоло-гическая и палинологическая характеристики юрской песчаной толщи северо-востока Европейской платформы // Геология и минеральные ресурсы европейского северо-востока России: Материалы XIV Геологического съезда Республики Коми. Т. III. Сыктывкар: Геопринт, 2004. С. 263—264.

севера Урала" (И. И. Голубева); "Магматизм, метаморфизм и минерагения надаккреционной структурно-форма-ционной зоны Полярного Урала" (Д. Н. Ремизов). Разработка этих разделов привела к результатам, принципиально важным для познания главных закономерностей геологического развития Североуральского складчатого пояса. В то же время основные выводы по каждому блоку оказались выходящими далеко за региональные рамки, а потому имеющими общенаучное значение. Они представляют существенный вклад в познание фундаментальных аспектов эндогенной геологии, поскольку есть все основания распространять выявленные нами закономерности развития магматических систем Урала и сопряженных с ними глубинных процессов на формирование

НА ПУТИ ПОЗНАНИЯ ЭНДОГЕННОЙ ГЕОЛОГИИ СЕВЕРА УРАЛА

Д. г.-м. н. Л. Махлаев

petr@geo.komisc.ru