ЕЩЁ РАЗ К ВОПРОСУ О КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА, ПРИЧИНЁННОГО РАБОТНИКУ

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2023. Т. 20, № 4. С. 66-74.

УДК 349.222

Б01 10.24147/1990-5173.2023.20(4).66-74

ЕЩЁ РАЗ К ВОПРОСУ О КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА, ПРИЧИНЁННОГО РАБОТНИКУ

М. А. Драчук, Г. Н. Обухова

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского, г. Омск, Россия

Введение. Рассматривается институт компенсации морального вреда, причинённого нарушением трудовых прав и охраняемых законом интересов работников. Проанализирована новейшая судебная практика с целью определения критериев размера компенсации морального вреда. Выявлены определённые проблемы при рассмотрении трудовых споров с требованиями о компенсации морального вреда, выделены их особенности. Цель. Цель настоящей работы состоит в комплексном анализе института морального вреда в трудовом праве на основе изучения, анализа и обобщения научной базы, действующего законодательства и практики его применения. Методология. В процессе достижения цели и решения поставленных задач использовался общенаучный диалектический метод познания, а также логический, системный, исторический, сравнительно-правовой и формально-юридический методы. Результаты. В процессе исследования сделан вывод: институт компенсации морального вреда не лишён упущений и недостатков. Провозглашение права на такую компенсацию не означает его полную реализацию; нужен доработанный правовой механизм, который в трудовом законодательстве отсутствует. Заключение. Наличие в трудовом законодательстве всего одной статьи, регулирующей столь обширный комплекс отношений, связанных с компенсацией морального вреда, причинённого работнику, представляется ошибочным. Анализ и толкование указанных норм Верховным Судом РФ не должны подменять собой полноценное правовое регулирование данного института, поэтому законодателю необходимо усовершенствовать соответствующий правовой механизм в самое ближайшее время для повышения эффективности защиты трудовых прав работников при причинении им морального вреда и создать ситуацию правовой определённости в трудовых отношениях.

Ключевые слова: моральный вред; работник; работодатель; компенсация; трудовые права; трудовое законодательство.

1. Введение

Компенсация морального вреда является одним из способов защиты трудовых прав и охраняемых законом интересов. В разных статьях Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) в его отношении используются взаимозаменяемые термины «компенсация» и «возмещение», однако по общему правилу невосполнимый вред не возмещается, а компенсируется. Вернуть себе прежнее душевное состояние и прежнюю картину мира пострадавший человек не способен, поэтому компенсационная денежная выплата несёт на себе нагрузку эквивалента. Однако ТК РФ периодически некорректно использует термин «возмещение» морального вреда, что требует изменений.

Упоминание конструкции морального вреда в трудовом законодательстве встреча-

ется неоднократно. Так, ст. 3 ТК РФ предоставляется право на его компенсацию лицам, полагающим, что они подверглись дискриминации в сфере труда. В ст. 21 ТК РФ закреплено право работника на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда, а в ст. 22 ТК РФ имеется встречная аналогичная обязанность работодателя. По ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В трудовых правоотношениях компенсация морального вреда допускается при нарушении любых прав и гарантий, предоставленных работнику, как нематериальных, так

и имущественных. Например, ст. 394 ТК РФ предусматривает право работника на компен -сацию морального вреда от работодателя в случаях незаконного увольнения или перевода на другую работу [1].

Легального определения термина «моральный вред» в трудовом законодательстве нет, но по аналогии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации2, о возможности применения которой в этом случае говорят учёные [2; 3], под ним должны пониматься физические или нравственные страдания работника или его наследника, разграничение которых в научных исследованиях довольно размыто [4].

Часто правоприменители под категорию нравственных страданий подводят любые эмоциональные переживания потерпевшего, испытанный им стресс, формирование у лица негативного восприятия ситуации, коллектива, места работы, страх потери, переживания из-за несостоявшихся карьерных ожиданий, распространения негативной информации о работнике, открытости доступа к его персональным данным, порождающей страх потери имущества, и т. п. Так, в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ПП ВС РФ) от 15 ноября 2022 г. № 333 под физическими страданиями предлагается понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Однако если всё же исходить из буквального понимания термина «нравственность», то под соответствующую группу переживаний должны подходить только те, которые связаны с оскорблением чувств потерпевшего, ситуациями демонстрации потерпевшему чего-то неподобающего, разочарованием в конкретных людях из-за их недостойного поведения. Далеко не все формы незаконного поведения мы в обычной жизни оцениваем как безнравственные, поскольку у каждого человека своя картина мира и в ней личная позиция гражданина может расходиться с позицией как других граждан, так и законодателя. Резюмируя сказанное, отметим, что разделение нравственных и физических страданий (а то, что стрессовая ситуация ухудшает самочувствие, давно научно доказано) требует от суда значительных затрат процессуального времени на исследование морально-нравственных, ценностных установок потерпевшего, что не в полной мере соответствует принципу процессуальной экономии. Поэтому, видимо, Верховный Суд Российской Федерации определять виды страданий потерпевшего от причинения ему морального вреда не стал, презюмировав то, что обычный человек, скорее всего, от незаконного поведения испытает какие-то переживания, которые должен будет загладить причинитель вреда, а нюансы картины мира потерпевшего будут установлены в состязательном споре, в том числе со значительной доказательственной нагрузкой именно на потерпевшего, так как работодатель в такой ситуации будет доказывать только отсутствие своей вины, но не то, претерпел или нет какие-то конкретные переживания потерпевший работник. Поэтому правоприменителю разделять виды страданий человека также не следует, в том числе и тогда, когда имела место физическая травма, ведь физический вред при незаконности поведения причинителя в силу самой незаконности поведения и отсутствия действий по заглаживанию вреда будет порождать и нравственные переживания.

2. Проблемы установления размера компенсации морального вреда в трудовых отношениях

Поскольку трудовые права и охраняемые законом интересы работника являются конституционными и в силу этого относятся

к группе нематериальных благ и личных неимущественных прав человека, принадлежащих гражданину от рождения или в силу закона, в соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред может быть компенсирован всякий раз, когда нарушены любые трудовые права или охраняемые законом интересы работника и последний требует их защиты. В п. 62 ПП ВС РФ № 24 отмечается, что суд должен определить размер компенсации морального вреда, принимая во внимание и учитывая конкретные обстоятельства каждого дела с учётом, во-первых, характера, а во-вторых, объёма физических и нравственных страданий, которые были причинены работнику. Помимо этого, суд должен принимать во внимание степень вины работодателя, требования справедливости и разумности, а также другие заслуживающие внимания обстоятельства, например, как верно указывает М. Михеева, действия работодателя по заглаживанию причинённого им вреда [5].

До 15 ноября 2022 г. суды обычно руководствовались наличием общих оснований применения положений о компенсации морального вреда, практически не выделяя каких-либо частных критериев и используя формулировку типа: «принимая во внимание обстоятельства дела, объём и характер причинённых работнику нравственных страданий...». В мотивировочной части решений по трудовым спорам чаще всего отсутствовало описание конкретных обстоятельств, которые суд принял во внимание, в делах с похожими обстоятельствами и при отсутствии конкретных доказательств физических или нравственных страданий потерпевшего суммы компенсации могли отличаться [6], хоть и не очень сильно.

Размер компенсаций в основном варьировался от одной до двадцати тысяч рублей (см., например, Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20 декабря 2022 г. по делу № 88-29863/2022, Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 14 декабря 2022 г. по делу № 88-21011/2022, Определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 1 декабря 2022 г. по делу № 88-19203/2022). Более крупные суммы присуждались работникам гораздо реже, но и они обычно не превышали 50 тысяч рублей и касались

в основном случаев множественных нарушений трудовых прав (длительной задержки различных выплат в пользу работника: зарплаты, пособий и так далее, незаконных увольнений сложного состава, например, основание расторжения трудового договора - совокупность незаконных дисциплинарных взысканий, одновременное неначисление стимулирующих выплат и установленная судом недостоверность доказательств, предоставленных работодателем). Серьёзные суммы (примерно от 50 тысяч до одного миллиона рублей) фигурируют в основном в спорах, когда работник просил компенсировать моральный вред в связи с получением профессионального заболевания или утратой трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, а также по искам его наследников, обусловленных гибелью работника от нарушений правил охраны его труда. Например, апелляционным Определением Верховного Суда Чувашской Республики по делу № 33-2540/2022 от 18 июля 2022 г. было оставлено в силе решение, которым с работодателя взыскано 286 040 рублей компенсации за получение работником производственной травмы. Определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13 декабря 2022 г. по делу № 88-19895/2022 признана законной компенсация в размере 50 000 рублей за приобретённое работником профессиональное заболевание, а в Определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 7 декабря 2022 г. по делу № 88-19510/2022 за такое же заболевание - компенсация в сумме 717 660 руб. 90 коп. (шесть средних заработков по коллективному договору).

ПП ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 в п. 26 нацелено на изменение сложившегося подхода и указывает, что суду необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие привели к нарушению личных неимущественных прав, имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) и последствиями. Также суду теперь необходимо учитывать форму, степень вины и полноту мер, принятых для снижения (исключения) вреда; было ли допущено единичное или множественное нарушение прав; индивидуальные особенности потерпевшего (возраст, состояние здоровья, профессию и род

занятий). Пленум также указывает, что суды должны учитывать и другие обстоятельства: значимость для работника нематериальных благ, объём их нарушений и степень вины работодателя.

Тем не менее в связи с началом действия ПП ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 в судебной практике коренных изменений не произошло: размеры компенсации морального вреда несколько увеличились, причём ситуативно, но из судебных решений всё также затруднительно понять обоснование произведённых компенсаций.

Представляется, что мотивировочная часть решения суда, безусловно, должна содержать анализ доказательств, доводов и возражений спорящих сторон, в том числе по вопросу компенсации морального вреда, причинённого работнику. Суд должен указывать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, и с помощью каких доказательств установлены, а какие - нет, почему одни доказательства суд кладёт в основу своего решения, а другие - отклоняет. В этом смысле мотивировочная часть решения - это сердцевина судебного решения, призванная продемонстрировать сложный мыслительный процесс, произведённый судьёй при его вынесении [7, с. 146]. Особо пристальное внимание правоприменительному анализу фактов и доказательств для дел о компенсации морального вреда следует уделять ещё и ввиду того, что размер компенсации, а следовательно, и результат дела полностью зависят от судебного усмотрения.

Поскольку моральные страдания субъективны, точно установить их финансовый эквивалент практически невозможно; сложно определить степень, глубину и интенсивность негативных эмоций, их природу, а также общее психоэмоциональное состояние работника после увольнения. Поэтому суды по умолчанию предполагают, что имеют место страдания работника, связанные с ущемлением права на труд, лишением источника дохода и, как следствие, ухудшением материального положения с резкой сменой привычного окружения и необходимостью искать новую работу; если причиной увольнения стало незаконно наложенное дисциплинарное взыскание. Поэтому суд подчас формулирует эти причины, по сути, за работника.

В силу такого обобщения обычно все эти мотивы не расшифровываются в решении суда, хотя должны.

Следовательно, работнику, который рассчитывает на нетипичный подход суда к оценке причинённого ему морального вреда, следует очень подробно и добросовестно указывать на причины и проявления его переживаний в исковом заявлении и своих процессуальных выступлениях. Например, он может подробно расписать, что из-за потери дохода у него возникли сложности с погашением кредитов или оплатой дополнительного образования ребёнка, отметить число своих иждивенцев, указать на сложности трудоустройства, обусловленные возрастом, местом жительства и т. п. По делам о компенсации морального вреда можно поставить вопрос о назначении судебно-психо-логической экспертизы, исследующей особенности восприятия и реакции человека на действия работодателя. Также к критериям компенсации необходимо отнести имущественное положение и степень вины как потерпевшего, так и причинителя вреда (например, работодатель - субъект малого предпринимательства, а работник восстановлен на работе по причине недостаточной аргументации тяжести дисциплинарного взыскания в виде увольнения).

Определение размера компенсации прямо или косвенно основывается на позиции работника; работодателю остаётся только говорить об оценке своего поведения. Обычно уволенный работник указывает в иске сумму, которую он желал бы получить, а суд оценивает её соразмерность обстоятельствам дела и выносит окончательное решение. Необходимо отметить, что это мировая практика: такого же мнения придерживается и Европейский суд по правам человека, отметив, что расчёт размера выплат за моральный ущерб -задача сложная. Нет стандарта, чтобы измерить денежными средствами боль, физические неудобства, страдания, тоску, и национальные суды всегда должны приводить «достаточные мотивы», оправдывающие сумму компенсации [8].

В настоящее время систематизация судебной практики относительно размеров таких компенсаций отсутствует. С одной стороны, это не связывает суд в его усмотрении,

но с другой - приводит к тому, что судебные органы определяют размер компенсации морального вреда довольно хаотично, увеличивая его размер в несколько раз или даже десятки раз по схожим во многом между собой делам. Например, по делу № 2-892/2023 по иску А. М. Шпунова Кировский районный суд г. Омска взыскал в связи с восстановлением работника на месте работы 30 000 рублей, а незадолго до этого Центральный районный суд г. Омска по иску Н. В. Бердыбеко-вой по делу № 2-3983/2022 взыскал компенсацию в размере 150 000 рублей. Оставляя в силе последнее решение, Омский областной суд указал, что определённая судом в пользу истца денежная компенсация морального вреда в 150 000 рублей отвечает требованиям разумности и справедливости и, с одной стороны, будет являться эффективным способом восстановления нарушенного конституционного права истца на труд, но в то же время не приведёт к его неосновательному обогащению, а с другой стороны, будет чувствительным лишением для работодателя, допустившего незаконное увольнение. При этом компенсация представляет собой такую сумму, которая является реальной для взыскания, что обеспечит эффективность судебного решения. Больше ни разу в данном регионе такая сумма взыскания не имела места.

Вышеупомянутое постановление Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33, как и утратившее силу ПП ВС РФ от 20 октября 1994 г. № 10, подчёркивает, что размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований [9, с. 41]. Однако анализ судебной практики показывает, что суды данному правилу не всегда следуют и подчас ставят размер компенсации в зависимость, например, от размера не вовремя выплаченных сумм.

Законодатель предусматривает только денежную компенсацию при причинении морального вреда, наделяя суд полномочиями по его оценке. Из этого следует, что судья по своей инициативе не может определить иную форму для такой компенсации. Однако компенсация морального вреда в иной материальной форме, кроме денежной, законом не

запрещена. Следовательно, стороны не лишены возможности договориться об иной форме компенсации, например, при заключении мирового соглашения. Это могут быть публично принесённые извинения работодателя (в письменной или в устной форме), предоставление санаторно-курортного лечения за счёт средств работодателя, предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска и т. п. [10, с. 309].

Н. Куприна, ссылаясь на судебную практику, также отмечает, что вопрос компенсации морального вреда может быть предметом коллективно-договорного регулирования. Суд в одном из споров счёл, что, не оспаривая сам коллективный договор, работник не может требовать компенсацию морального вреда больше, нежели указано в этом документе [11]. Однако представляется, что такая практика применима только к случаям, когда коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом или трудовым договором размер компенсации морального вреда определен как разумный, без признаков злоупотребления со стороны работодателя своим доминирующим положением в трудовых отношениях по отношению к более слабой их стороне - работнику (на этой специфике взаимного правового положения сторон трудового договора настаивают большинство авторов, например, Е. В. Мотина [12], М. М. Ненашев и В. В. Слеженков [13], О. Д. Гривков и А. В. Шичанин [14]).

3. Прочие особенности рассмотрения споров о компенсации работнику причинённого морального вреда

По ч. 4 ст. 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ)5 по делам, возникающим из трудовых правоотношений, несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе лично защищать в суде свои права, свободы и законные интересы. Требование о компенсации морального вреда, причинённого работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд) либо в течение трёх месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

По п. 12 ПП ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 вина в причинении морального вреда предполагается, пока причинителем не доказано обратное. В продолжение п. 46 постановления определяет, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причинённого повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей, бремя доказывания исполнения обеспечения безопасных условий труда и отсутствия своей вины лежит на работодателе. Не подлежит компенсации только моральный вред, причинённый правомерными действиями (п. 13 постановления), хотя отдельные авторы считают, что в трудовых правоотношениях должно иметь место исключение из этого правила и ответственность работодателя независимо от вины [15].

По ч. 3 ст. 197 ГПК РФ суд при принятии решения может выйти за пределы заявленных истцом требований в случаях, предусмотренных федеральным законом. В абз. 2 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» установлено, что выйти за пределы заявленных требований - значит разрешить требование, которое не заявлено, либо удовлетворить требование в большем размере, чем оно было определено самим истцом6.

По ч. 2 ст. 237 ТК РФ в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Видимо, этот случай как раз является одним из таких исключений, что судами не выполняется и на чём ПП ВС РФ от 15 ноября 2022 г. № 33, к сожалению, внимание не акцентировало.

4. Заключение

Подводя итог, необходимо отметить, что законодательство постепенно расширяет возможности применения института компенсации морального вреда к трудовым отношениям [16]. Однако ввиду сложности рассмотрения дел о нарушениях трудовых прав эта категория споров должна быть законодательно оформлена более подробно. Как минимум, следует исключить дискриминацию работников в присуждении им качественно разных компенсаций, а также чётко определить обязанность суда разрешать данный вопрос в любом трудовом споре по иску работника, давая работнику разъяснения о праве на данную компенсацию, исследовать и подробно излагать мотивы принятых решений.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ // СЗ РФ. - 2002. -№ 1 (ч. 1). - Ст. 3.

2 Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. - 1994. -№ 32. - Ст. 3301.

3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» // Российская газета. - 2022. - № 267.

4 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2004. - № 6; 2007. - № 3.

5 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ // СЗ РФ. - 2002. - № 46. - Ст. 4532.

6 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2004. - № 2.

ЛИТЕРАТУРА

1. Воробьев С. М. О теоретико-правовых основах понятия «моральный вред» // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. - 2017. - № 2 (29). - С. 221-231.

2. Тремаскин И. Моральный ущерб в трудовых спорах // Трудовое право. - 2020. - № 9. - С. 5-13.

3. Новрадова-Василиади С. М. К вопросу о компенсации морального вреда, причинённого работнику нарушением его трудовых прав // Трудовое право в России и за рубежом. - 2021. - № 2. - С. 46-48. -Б01: 10.18572/2221-3295-2021-2-46-48.

4. Алистархов В. Незаконное увольнение: проблемы доказывания морального вреда // Трудовое право. -2014. - № 4. - С. 31-40.

5. Михеева М. Моральный ущерб от моббинга или несправедливого и незаконного увольнения: анализ судов // Трудовое право. - 2018. - № 9. - С. 17-24.

6. Рыбалка Е. А. Компенсация морального вреда по спорам, вытекающим из трудовых правоотношений // Вестник юридического факультета Южного федерального университета. - 2019. - Т. 6, № 4. -С. 115-119. - DOI: 10/23683|2313-6138-2019-6-4-19.

7. Сулейманов М. И. Процессуальный порядок рассмотрения дел о компенсации морального вреда // Право и государство: теория и практика. - 2023. - № 2 (218). - С. 144-147. - DOI: 10.47643/1815-1337_2023_2_144.

8. Киселева О.А. Теоретико-прикладные аспекты взаимодействия международной и национальной правовых систем // Правоприменение. - 2022. - Т. 6, № 1. - С. 55-62. - DOI: 10.52468/2542-1514.2022.6(1)/50-62/-EDN CAJMMM.

9. Александрова Н. В. Субъектный состав обязательств, возникающих вследствие причинения морального вреда, их анализ в судебной практике // Oeconomia et Jus. - 2023. - № 1. - С. 37-48. - DOI: 10.470026/2499-9636-2023-1-37-48.

10. Устюгова А. О. Компенсация морального вреда как механизм обеспечения трудовых прав граждан // Интеллектуальный потенциал XXI века: ступени познания. - 2011. - № 8. - С. 302-310.

11. Куприна Н. Споры о возмещении морального вреда, причинённого работнику. Часть 2. Когда выигрывают работодатели // Трудовое право. - 2018. - № 9. - С. 5-15.

12. Мотина Е. В. Элементы догмы права в сфере дисциплинарной ответственности работников: опыт Беларуси и России // Журнал российского права. - 2022. - № 12. - С. 85-97. - DOI: 10.12737/jrl.2022.130.

13. НенашевМ. М., Слеженков В. В. Споры о размере заработной платы: некоторые практические вопросы // Право и экономика. - 2021. - № 10. - С. 56-62.

14. Шичанин А. В., Гривков О. Д. Актуальные проблемы совершенствования судебной практики по спорам, связанным с увольнением работников // Администратор суда. - 2022. - № 2. - С. 31-34. - DOI: 10.18572/2072-3636-2022-2-31-34.

15. Матякубова А. А. Межотраслевой срез в рамках института компенсации морального вреда: проблемы и решения // Трудовое право в России и за рубежом. - 2018. - № 4. - С. 37-39.

16. Lyutov N., Voitkovska I. Remote Work and Platform Work: The Prospects for Legal Regulation in Russia // Russian Law Journal. - 2021. - Vol. 9, № 1. - P. 81-113. - DOI: 10.17589/2309-8678-2021-9-1-81-113.

Информация об авторах Драчук Мария Александровна - кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой трудового и социального права

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а E-mail: maria.omsu@mail.ru SPIN-код: 8042-8310, AuthorlD: 314506

Обухова Галина Николаевна - кандидат юридических наук, доцент кафедры трудового и социального права

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а E-mail: galnikem@mail.ru SPIN-код: 5977-8324, AuthorlD: 778128

Информация о статье

Дата поступления - 22 июня 2023 г. Дата принятия в печать - 10 октября 2023 г.

Для цитирования

Драчук М. А., Обухова Г. Н. Ещё раз к вопросу о компенсации морального вреда, причинённого работнику // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2023. Т. 20, № 4. С. 66-74. й01: 10.24147/1990-5173.2023.20(4).66-74.

ONCE AGAIN TO THE QUESTION OF COMPENSATION FOR MORAL DAMAGE

CAUSED TO AN EMPLOYEE

M.A. Drachuk, G.N. Obukhova

Dostoevsky Omsk State University, Omsk, Russia

Introduction. The article discusses the institution of compensation for moral damage caused by the violation of labor rights and legally protected interests of employees. The latest judicial practice has been analyzed in order to determine the criteria for the amount of compensation for moral damage. Certain problems are identified in the consideration of labor disputes with claims for compensation for moral damage, their features are highlighted. Purpose. The purpose of this work is a comprehensive analysis of the institution of moral harm in labor law based on the study, analysis and generalization of the scientific base, current legislation and practice of its application. Methodology. In the process of achieving the goal and solving the tasks set, the general scientific dialectical method of cognition was used, as well as logical, systemic, historical, comparative legal and formally legal methods. Results. In the process of research, we come to the conclusion that the institution of compensation for moral damage is not without omissions and shortcomings. The proclamation of the right to such compensation does not mean its full realization; this requires a refined legal mechanism, which is absent in the labor legislation. Conclusion. The presence in the labor legislation of only one article regulating such an extensive range of relations related to compensation for moral harm caused to an employee seems to be erroneous. The analysis and interpretation of these norms by the Supreme Court of the Russian Federation should not replace the full-fledged legal regulation of this institution, therefore, the legislator needs to improve the relevant legal mechanism in the very near future in order to increase the effectiveness of protecting the labor rights of workers in case of causing them moral harm and create a situation of legal certainty in labor relations.

Keywords: moral damage; employee; employer; compensation; labor rights; labor legislation.

REFERENCES

1. Vorobyov S.M. On the theoretical and legal foundations of the concept of "Moral harm". Vestnik Voronezhskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Pravo = Bulletin of the Voronezh State University. Series: Law, 2017, no. 2 (29), pp. 221-231. (In Russ.).

2. Tremaskin I. Moral damage in labor disputes. Trudovoepravo = Labor law, 2020, no. 9, pp. 5-13. (In Russ.).

3. Novradova-Vasiliadi S.M. On the issue of compensation for moral damage caused to an employee by a violation of his labor rights. Trudovoe pravo v Rossii i za rubezhom = Labor law in Russia and abroad, 2021, no. 2, pp. 46-48. DOI: 10.18572/2221-3295-2021-2-46-48. (In Russ.).

4. Alistarkhov V. Illegal dismissal: problems of proving moral damage. Trudovoe pravo = Labor law, 2014, no. 4, pp. 31-40. (In Russ.).

5. Mikheeva M. Moral damage from mobbing or unfair and illegal dismissal: an analysis of the courts. Trudovoe pravo = Labor law, 2018, no. 9, pp. 17-24. (In Russ.).

6. Rybalka E.A. Compensation for moral damage in disputes arising from labor relations. Vestnik Yuridicheskogo fakul'teta Yuzhnogo federal'nogo universiteta = Bulletin of the Faculty of Law of the Southern Federal University, 2019, vol. 6, no. 4, pp. 115-119. DOI: 10/23683/2313-6138-2019-6-4-19. (In Russ.).

7. Suleymanov M.I. Procedural procedure for consideration of cases on compensation for moral damage. Pravo i gosudarstvo: teoriya i praktika = Law and the State: theory and practice, 2023, no. 2 (218), pp. 144-147. DOI 10.47643/1815-1337_2023_2_144. (In Russ.).

8. Kiseleva O.A. Theoretical and applied aspects of interaction between international and national legal systems. Pravoprimenenie = Law enforcement, 2022, vol. 6, no. 1, pp. 55-62. DOI: 10.52468/2542-1514.2022.6(1)/50-62/- EDN CAJMMM. (In Russ.).

9. Alexandrova N.V. The subject composition of obligations arising as a result of causing moral harm, their analysis in judicial practice. Oeconomia et Jus., 2023, no. 1, pp. 37-48. DOI: 10.470026/2499-9636-2023-137-48. (In Russ.).

10. Ustyugova A.O. Compensation for moral damage as a mechanism for ensuring the labor rights of citizens. Intellektual 'nyi potentsial XXI veka: stupeni poznaniya = Intellectual potential of the 21st century: stages of cognition, 2011, no. 8, pp. 302-310. (In Russ.).

11. Kuprina N. Disputes about compensation for moral damage caused to an employee. Part 2. When employers win. Trudovoe pravo = Labor law, 2018, no. 9, pp. 5-15. (In Russ.).

12. Motina E.V. Elements of the Dogma of Law in the Sphere of Disciplinary Liability of Employees: Experience of Belarus and Russia. Zhurnal rossiiskogo prava = Journal of Russian Law, 2022, no. 12, pp. 85-97. DOI: 10.12737/jrl.2022.130. (In Russ.).

13. Nenashev M.M., Slezhenkov V.V. Disputes about wages: some practical issues. Pravo i ekonomika = Law and economics, 2021, no. 10, pp. 56-62. (In Russ.).

14. Shichanin A.V., Grivkov O.D. Actual problems of improving judicial practice in disputes related to the dismissal of employees. Administrator suda = Court Administrator, 2022, no. 2, pp. 31-34. DOI: 10.18572/2072-3636-2022-2-31-34. (In Russ.).

15. Matyakubova A.A. Cross-sectoral cross-section within the framework of the Institute of Compensation for Moral Damage: Problems and Solutions. Trudovoe pravo v Rossii i za rubezhom = Labor law in Russia and abroad, 2018, no. 4, pp. 37-39. (In Russ.).

16. Lyutov N., Voitkovska I. Remote Work and Platform Work: The Prospects for Legal Regulation in Russia. Russian Law Journal, 2021, vol. 9, no. 1, pp. 81-113. DOI: 10.17589/2309-8678-2021-9-1-81-113.

About the authors

Drachuk Maria - Ph.D. in Law, Docent, Head of the Department of Labor and Social Law

Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077, Russia

E-mail: maria.omsu@mail.ru SPIN-code: 8042-8310, AuthorlD: 314506

Obukhova Galina - Ph.D. in law, Associate Professor of the Department of Labor and Social Law

Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077, Russia

E-mail: galnikem@mail.ru

SPIN-code: 5977-8324, AuthorlD: 778128

Article info

Received - June 22, 2023 Accepted - October 10, 2023

For citation

Drachuk M.A., Obukhova G.N. Once Again to the Question of Compensation for Moral Damage Caused to an Employee. Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo" = Herald of Omsk University. Series "Law", 2023, vol. 20, no. 4, pp. 66-74. DOI: 10.24147/1990-5173.2023. 20(4).66-74. (In Russ.).