Закон об «иноагентах» обвинили в работе на ВИЧ

Главный специалист Пензенской области по борьбе с ВИЧ Сергей Олейник считает, что законодательство об «иностранных агентах» способствует распространению инфекции в России. Такой вывод он сделал после того, как региональная НКО «Панацея», занимающаяся профилактикой ВИЧ, объявила о самоликвидации и остановке всех своих проектов. В «Панацее» объясняют, что только после этого прокуратура города Кузнецка отозвала иск о признании организации «иностранным агентом» — в противном случае активистам грозил большой штраф.

Во вторник в суде Кузнецка (Пензенская область) прошло заседание по иску городского прокурора Алексея Аношина к некоммерческой организации «Панацея». Ранее господин Аношин требовал принудить организацию встать на учет в качестве «иностранного агента». В своем исковом заявлении городской прокурор Алексей Аношин называл работу НКО — раздачу шприцов и презервативов наркозависимым — политической деятельностью. Также в деле фигурировала экспертиза декана юрфака Пензенского госуниверситета Виталия Гошуляка, где говорилось о «пропаганде наркотиков и гей-культуры».

На суде руководитель «Панацеи» Дарья Антонова рассказала, чем на самом деле занимается ее организация. «Я предъявила все регламентационные документы с комментариями медиков, что наша деятельность не выходила за рамки здравоохранения. Объяснила, что в экспертизе нет никаких доводов»,— сказала она. Тем не менее госпожа Антонова сама подала заявление в Минюст о закрытии НКО. Дело в том, что ранее уже четыре НКО, занимающиеся профилактикой ВИЧ-инфекции, были признаны «иностранными агентами» несмотря на все доводы врачей и социальных работников.

«Прокурор Аношин на суде дал понять, что не особо доволен оглаской дела и тем, что про него плохо написали,— рассказала Дарья Антонова.— Тем не менее он заявил, что раз мы ликвидируемся, то прокуратура отзывает свой иск. Иностранным агентом нас не признали и штраф платить не заставили». Напомним, что ликвидация организации не всегда снимает претензии надзорных органов — в ряде случаев прокуратура или Минюст требовали от представителей закрывшихся НКО все-таки выплатить штраф.

В самой прокуратуре считают, что, решив закрыться, руководство «Панацеи» фактически признало себя «иностранным агентом». «Ответчик принял решение о самоликвидации организации и направил соответствующее заявление в Минюст. В соответствии с этим заявлением организация просит признать себя НКО и включить в реестр иностранных агентов,— сообщили “Ъ” в пресс-службе прокуратуры.— Таким образом, ответчик косвенно признал требования прокурора. В связи с эти прокурор отозвал заявление, и производство по иску было прекращено».

Однако Дарья Антонова крайне удивлена таким выводом прокуратуры: «В Минюст я направила стандартное заявление о закрытии, там вообще ничего не говорится о причинах. В заявлении сказано, что общее собрание организации приняло решение о ликвидации и выбрало ответственного за это сотрудника. На суде вообще не шло речи о косвенном или прямом моем признании “Панацеи” иностранным агентом. Я вообще не понимаю, откуда у прокуратуры такая информация».

«Решение о закрытии “Панацеи”, на наш взгляд, катастрофично,— заявил ИА PenzaNews главный специалист Пензенской области по борьбе с ВИЧ Сергей Олейник.— Работу с уязвимыми группами населения в Кузнецке, кроме “Панацеи”, фактически никто не выполнял, а сейчас это поставлено им в вину». Господин Олейник считает, что законодательство об «иностранных агентах» в данном случае мешает бороться с эпидемией ВИЧ в стране. «Люди не хотят жить с клеймом иностранного агента. Они хотят, чтобы их труд оценивался по достоинству. А выступать в роли мальчиков и девочек для битья они — люди взрослые — не хотят,— сказал медик.— Если все это пойдет дальше, то в РФ вообще не останется СПИД-сервисных НКО. Объективно: прокуратура будет способствовать распространению ВИЧ-инфекции в РФ».

Напомним, что депутат Госдумы VI созыва, один из авторов закона об «иностранных агентах» Александр Сидякин попросил у “Ъ” исковое заявление прокуратуры по делу «Панацеи», чтобы проверить, действительно ли организация занималась политической деятельностью, но так и не прокомментировал его.