О подходах к правовому определению денег в России и за рубежом

ПРАВО

129

УДК 347.73

О подходах к правовому определению денег в России и за рубежом

В статье рассматривается специфика отечественного осмысления и нормативного закрепления понятий «деньги», «денежные инструменты», «квазиденьги», «денежные суррогаты». Анализируется термин «электронные деньги» в законодательстве ЕС и государств-участников Единого экономического пространства в рамках ЕврАзЭС. Предлагаются меры по совершенствованию правового определения понятия «деньги» и смежных с ним понятий российского законодательства.

Ключевые слова: деньги; наличные деньги; безналичные деньги; электронные деньги; денежная эмиссия; финансовое право.

The paper describes the specifics of the domestic interpretation and normative consolidation of the terms "money", «monetary instruments»; «quasi-money», «cash equivalents». The term «electronic money» («e-money», «e-cash») is analyzed in the legislations of the European Union and the Common Economic Space member countries within the EurAsEC. Improvements to the legal definition of the term «money» and related terms of the Russian legislation are proposed.

Keywords: money; cash; non-cash money; e-money; currency issue; financial law.

Понаморенко Владислав Евгеньевич

канд. юрид. наук, доцент кафедры «Денежно-кредитные отношения и монетарная политика»

Финансового университета Е-таН: vladpon@inbox.ru

Специфика отечественного подхода к определению денег

Вопросы правового определения денег и установления их экономической сути давно занимают умы и отечественных, и зарубежных исследователей, а именно:

• что является новыми формами денег, а что новыми способами их выражения и передачи;

• каково соотношение экономического и юридического понимания и определения денег;

• каково соотношение понятий «деньги» (money) и «законное средство платежа» (legal tender);

• являются ли безналичные деньги, во-первых, «деньгами» и, во-вторых, «законным средством платежа»;

• безналичные деньги представляют собой вещи или обязательства.

Следует отметить, что подходы отечественных ученых к проблематике правового определения денег существенно отличаются от мнений зарубежных специалистов.

Так, в зарубежных исследованиях активно обсуждаются вопросы эволюции форм и видов денег [1]. Кроме того, научный интерес вызывает не столько вещная либо обязательственная природа безналичных денег1, сколько природа и законная сила наличных денег в виде банкнот2. Кроме того, отдельными темами научных дискуссий являются

1 Данное понятие стремительно поглощается понятием «электронные деньги».

2 См., например: Francois Gianviti. Current Legal Aspects of Monetary Sovereignty / URL: http://www.imf.org/external/np/leg/ sem/2004/cdmfl/eng/gianvi.pdf (дата обращения: 10.02.2014); Edwin Vieira, Jr. To Regulate The Value Of Money": An Analysis Of The Power Of Government To Create And Set A Value On Money / URL: http://www.fame.org/HTM/Vieira_Edwin_To_Regulate_the_ Value_of_Money_EV-006.HTM (дата обращения: 10.02.2014); Legal Aspects of the European system of Central Banks.— European Central Bank, 2005.

экономическая природа и правовые основы электронных (цифровых) денег.

В отличие от зарубежных ученых, российские специалисты разделяют финансово-правовой и гражданско-правовой аспекты проблематики денег и денежного оборота.

В последнее время в финансово-правовой науке выделяют совокупность норм под названием «денежное право», «право денежного обращения» или «эмиссионное право» [2-5], что отражает возросшее внимание научного сообщества к правовой проблематике денежного оборота.

Так, Л.Л. Арзуманова справедливо отмечает, что долгое время в юридической науке превалировал цивилистический подход3, который во многом был воспринят наукой финансового права и вызван недооценкой в советское время финансового права как отрасли, так и самой категории денег.

Большинство современных авторов, исследующих правовую категорию денег, исходят из сформулированного Л.А. Лунцем в монографии «Деньги и денежные обязательства. Юридическое исследование» (1927) постулата о невозможности дать единое юридическое определение денег.

Поскольку труд Л. А. Лунца большинством ученых признан наиболее капитальным исследованием правовой категории денег, он служит основой для развития научной системы, предполагающей наряду с невозможностью юридического определения денег необходимость заимствования их научного определения из понятийного аппарата экономической науки [3].

Особое внимание в юридической науке уделяется соотношению понятий «деньги», «наличные деньги», «безналичные деньги», «законные средства платежа».

Анализ цивилистических трудов, посвященных правовой квалификации безналичных денежных средств, в целом сводится к двум противоположным точкам зрения на правовую природу безналичных денег:

1) безналичные деньги — это особая форма денег, обладающих вещно-правовой природой (Л.Г. Ефимова, К. Трофимов, О.М. Олейник);

3 Согласно данному подходу деньги рассматриваются преимущественно как объект гражданских прав, обладающий вещно-

правовой и обязательственно-правовой природой, а не как составляющая финансового суверенитета государства и элемент его денежной системы.

2) безналичные денежные средства представляют собой право требования клиента к банку, которое носит обязательственный характер (М. И. Брагинский, Е.А. Суханов, Л.А. Новоселова) [6].

Эти доктринальные воззрения соотнесем с позицией законодателя по данному вопросу.

В соответствии со ст. 27 Федерального закона от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее — Закон о Банке России) официальной денежной единицей (валютой) Российской Федерации является рубль, состоящий из 100 копеек. При этом введение на территории Российской Федерации других денежных единиц и выпуск денежных суррогатов запрещаются.

Статья 29 того же нормативного акта гласит: «Эмиссия наличных денег (банкнот и монет), организация их обращения и изъятия из обращения на территории Российской Федерации осуществляются исключительно Банком России. Банкноты (банковские билеты) и монета Банка России являются единственным законным средством наличного платежа на территории Российской Федерации. Их подделка и незаконное изготовление преследуются по закону».

Следует отметить, что, по нашему мнению, данная статья Закона о Банке России выглядит несколько противоречивой. Ее первая часть логически допускает, что, кроме эмиссии наличных денег, может происходить безналичная эмиссия, хотя прямо об этом не говорится. Вторая же часть фразы объявляет продукты наличной эмиссии — банкноты и монеты — единственным законным средством платежа, оставляя нам право делать вывод о том, что безналичные денежные средства таковыми не являются.

Данные определения представляются нам чрезмерно юридико-позитивистскими и не отражающими экономической сути денег. Кроме того, не решается вопрос о месте безналичных денег в денежной системе государства.

В отличие от российского законодательства, Закон Республики Казахстан от 29.06.1998 № 237-1 содержит понятие денег (хотя и чисто экономическое): «Деньги являются средством платежа и накопления и служат мерой стоимости. Деньги существуют в форме денежных знаков (наличных денег) либо в форме денежных обязательств банков, выраженных в виде записи по банковским счетам их клиентов. Денежные знаки

право

131

выпускаются в виде банкнот и монет, имеющих номинальную стоимость (номинал)».

Таким образом, законодательство Республики Казахстан:

• выделяет три функции денег;

• подразделяет деньги по формам — наличные деньги (денежные знаки) и безналичные деньги (денежные обязательства банков).

Такой подход представляется заслуживающим внимания российского законодателя4.

Что касается источников гражданско-правового характера по данному вопросу, то Федеральным законом от 02.07.2013 № 142-ФЗ в ст. 128 «Объекты гражданских прав» Гражданского кодекса Российской Федерации были внесены изменения, в соответствии с которыми к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права; результаты работ и оказания услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

М.А. Коростелев отмечает, что позиция законодателя по данному вопросу является логическим завершением доктринальных воззрений ученых-юристов, которые исходят из того, что деньги — это не один-единый объект гражданских прав, а несколько разных, и правовой режим денег зависит от того, какой вид имущества исполняет функции денег. При этом закон оставляет вопрос о правовом режиме безналичных денежных средств открытым [7].

В то же время специалисты по гражданскому праву обращают внимание на то, что наличные деньги также не вполне удовлетворяют критериям объекта права собственности или, по крайней мере, не полностью вписываются в указанный институт гражданского права [7].

Следует, однако, признать, что законодатель не прекращает попытки юридизации отношений в области денежной эмиссии и денежного обращения. Так, в 2003 г. в Государственную Думу был

4 В целом следует отметить высокий технико-юридический уровень казахстанского законодательства в сравнении с российским. Особенно это проявляется в финансовом законодательстве.

внесен проект федерального закона № 398683-3 «О чеканке монеты в Российской Федерации», не получивший одобрения депутатов.

Проблемы правового определения понятий «квазиденьги», «денежные суррогаты», «денежные инструменты» и «электронные деньги»

Введенный ст. 27 Закона о Банке России запрет выпуска денежных суррогатов вводит проблематику квазиденег и денежных суррогатов в юридический дискурс5.

О.М. Крылов [8] указывает на то, что с позиций экономической науки денежный суррогат представляет собой форму неполноценных денег. Неполноценные деньги не обладают внутренней товарной стоимостью, в отличие от полноценных денег, которые обладают покупательной способностью, адекватной их внутренней стоимости [9].

Некоторые ученые рассматривают денежные суррогаты в качестве квазиденег — это кредитные орудия обращения (векселя, чеки, срочные и сберегательные депозиты, депозитные сертификаты, краткосрочные государственные ценные бумаги), которые легко могут превращаться в деньги при небольшом риске потерь [10].

Другие акцентируют внимание на отличиях денежных суррогатов от квазиденег, которые не выступают финансовым инструментом в традиционном смысле. Их важнейшая особенность заключается в нерыночном характере их обращения [11].

О.М. Крылов проводит классификацию «легитимных денежных суррогатов», способных выполнять:

1) все установленные законом функции валюты Российской Федерации;

2) установленную законом часть функций валюты Российской Федерации;

3) одну из функций валюты Российской Федерации.

К первой группе автор относит наличную иностранную валюту. Вторую группу составляют денежные суррогаты, способные выполнять установленную законом часть функций валюты Российской Федерации (векселя, казначейские

5 Юридический дискурс — это регламентируемая определенными историческими и социокультурными традициями смысло-образующая и воспроизводящая деятельность, направленная на формулирование норм, правовое закрепление, регулирование и контроль общественных отношений.

обязательства). К третьей группе относятся денежные суррогаты, способные выполнять одну из функций валюты Российской Федерации (казначейские налоговые освобождения, драгоценные металлы в форме слитков золота и серебра) [8].

Таким образом, в отношении куда менее очевидных понятий, нежели «деньги», в экономической и юридической науке существует большое разнообразие представлений. В то же время док-тринальные попытки определения понятий «квазиденьги» и «денежные суррогаты» пока не получили отражения в законодательстве.

В связи с этим обращают на себя внимание примеры правового определения понятий «денежные инструменты» и «электронные деньги».

Так, в Договоре о порядке перемещения физическими лицами наличных денежных средств и (или) денежных инструментов через таможенную границу Таможенного союза, утвержденном решением Межгосударственного совета ЕврАзЭС от 05.07.2010 № 51, используется понятие «денежные инструменты», под которыми подразумеваются дорожные чеки, векселя, чеки (банковские чеки), а также ценные бумаги в документарной форме, удостоверяющие обязательство эмитента (должника) по выплате денежных средств, в которых не указано лицо, которому осуществляется такая выплата.

Наконец, отметим, что и в Европе, и на постсоветском пространстве получило широкое применение понятие «электронные деньги». При этом повторим, что согласно доминирующему за рубежом мнению электронные деньги не являются новой формой денег, а только новым способом их передачи.

Не углубляясь в особенности правовой регламентации режима эмиссии и использования электронных денег, сравним определения понятия «электронные деньги» в различных странах.

В России отсутствует понятие «электронные деньги». Вместо него используется понятие «электронные денежные средства», отсылающее нас к понятию «электронные средства платежа», приведенному в ст. 3 Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ о «О национальной платежной системе. В Республике Беларусь6

6 Республика Беларусь: «Электронные деньги — хранящиеся в электронном виде единицы стоимости, выпущенные в обращение в обмен на наличные или безналичные денежные средства и принимаемые в качестве средства платежа при осуществлении расчетов как с лицом, выпустившим в обращение

и Республике Казахстан7 понятие «электронные деньги» имеет нормативное закрепление.

Положения белорусского и особенно казахстанского правовых актов сходны с определением электронных денег в рамках ЕС: «Электронные деньги — хранимая в электронном виде, в том числе и на магнитном носителе, представленная в виде требований к эмитенту стоимость в денежном выражении, эмитируемая при получении денежных средств для проведения платежных трансакций... и принимаемая физическими и юридическими лицами, отличными от эмитента электронных денег»8.

Предложения по совершенствованию определения понятия «деньги»

Исходя из проведенного анализа, сформулируем предложения по совершенствованию правового определения понятия «деньги» и смежных с ним понятий, в том числе:

• юридизировать (формализовать) понятия «деньги», «наличные деньги», «безналичные деньги», «электронные деньги», «денежная эмиссия», «денежное обращение», используя опыт государств ближнего и дальнего зарубежья;

• нормативно регламентировать порядок на-лично-денежной эмиссии и безналичной эмиссии. Сегодня данные процедуры находятся, по сути, вне рамок прямого правового регулирования9, а значит, и не порождают субъективных

данные единицы стоимости, так и с иными юридическими и физическими лицами, а также выражающие сумму обязательства этого лица по возврату денежных средств любому юридическому или физическому лицу при предъявлении данных единиц стоимости» (п. 3 Правил осуществления операций с электронными деньгами, утвержденных постановлением Правления НБ РБ от 26.11.2003 № 201).

7 Республика Казахстан: «Электронные деньги — безусловные и безотзывные денежные обязательства эмитента электронных денег, хранящиеся в электронной форме и принимаемые в качестве средства платежа в системе электронных денег другими участниками системы» (ст. 3 Закона Республики Казахстан от 29.06.1998 № 237-1 «О платежах и переводах денег»).

8 Пункт 3 ст. 2 Директивы 2009/110/ЕС Европейского парламента и Совета ЕС от 16 сентября 2009 года «Об организации, деятельности и пруденциальном надзоре за деятельностью учреждений электронных денег», вносящая изменения в Директивы 2005/60/ЕС и 2006/48/ЕС и отменяющая Директиву 2000/46/ЕС.

9 Имеет место фрагментарное правовое закрепление инструментов денежно-кредитной политики в части их воздействия на процесс эмиссии и обращения безналичных денег; сам же этот процесс юридически не описан.

ПРАВО

133

прав, юридических обязанностей и юридической ответственности для участников эмиссионного процесса;

• интенсифицировать гармонизацию монетарного законодательства между государствами-участниками Таможенного союза и Единого экономического пространства с целью дальнейшего сближения денежно-кредитной политики государств региона, формирования платежного и валютного союзов в рамках ТС/ЕЭП.

Литература

1. The Future of the Money. OECD, 2002. P. 11-30.

2. Кучеров И.И. Право денежного обращения: понятие, предмет и метод // Финансовое право. 2013. № 3. С. 3-7.

3. Арзуманова Л. Л. Денежное обращение и история его развития (финансово-правовой аспект): монография / под ред. Е.Ю. Грачевой. М.: Проспект, 2013. С. 193-194.

4. Назаров В.Н. О классификации денежных отношений и предмете денежного права // Финансовое право. 2012. № 8. С. 2-7.

5. Артемов Н. М., Арзуманова Л. Л., Ситник А.А. Денежное право. М.: Элит, 2011.

6. Бекетов А.А. К вопросу о правовой приро-

де безналичных денег // Общество и право. 2011. № 4. С. 277-279.

7. Коростелев М.А. Правовой режим наличных денег: к вопросу о совершенствовании гражданского законодательства России // Журнал российского права. 2012. № 12. С.107-108.

8. Крылов О.М. Категории «денежный оборот» и «денежное обращение»: сравнительно-правовой анализ // Финансовое право. 2013. № 5. С. 10-13.

9. Деньги. Кредит. Банки / под ред. В. В. Иванова, Б.И. Соколова. М., 2008. С. 43.

10. Деньги. Кредит. Банки: учебник для вузов / под ред. Е. Ф. Жукова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008. С. 31.

11. Клисторин В., Черкасский В. Денежные суррогаты: экономические и социальные последствия // Вопросы экономики. 1997. № 10.

12. Абрамова М. А. Дискуссионные вопросы категориальной характеристики современных денег и их отражение в базовых элементах денежной системы // Финансы. Деньги. Инвестиции. 2013. № 2 (46). С. 16-22.

Из послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. 12 декабря 2013 г.

По оценкам экспертов, в прошлом году через офшоры или полуофшоры прошли российские товары общей стоимостью 111 миллиардов долларов - это пятая часть всего нашего экспорта. Половина из 50 миллиардов долларов российских инвестиций в другие страны также пришлась на офшоры. За этими цифрами - выводы капиталов, которые должны работать в России, прямые потери бюджета страны. Поскольку ничего как следует в этой сфере не сделано за год, у меня есть предложения. Вот они. Доходы компаний, которые зарегистрированы в офшорной юрисдикции и принадлежат российскому собственнику, конечному бенефициару, должны облагаться по нашим налоговым правилам, а налоговые платежи должны быть уплачены в российский бюджет. И нужно продумать систему, как эти деньги изъять. Они есть, кстати говоря, такие способы, здесь ничего такого, знаете, необычного нет. В некоторых странах уже вводится такая схема: хотите в офшорах - пожалуйста, но деньги сюда. Вводится в странах с развитой рыночной экономикой. И работает такая схема. Далее. Компаниям, зарегистрированным в иностранной юрисдикции, нельзя будет пользоваться мерами государственной поддержки, включая кредиты ВЭБа и госгарантии. Им, этим компаниям, также должен быть закрыт доступ к исполнению государственных контрактов и контрактов структур с госучастием. Другими словами: хочешь пользоваться льготами, господдержкой и получать прибыль, работая в России, регистрируйся в российской юрисдикции.