Государственная политика в области обеспечения свободы совести: правовые ориентиры

Т.В. Епифанова, М.Ю. Вертий

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА В ОБЛАСТИ ОБЕСПЕЧЕНИЯ СВОБОДЫ

СОВЕСТИ: ПРАВОВЫЕ ОРИЕНТИРЫ

Государственная политика в области обеспечения свободы совести: правовые ориентиры.

Анализ концептуально-правовых основ государственной политики в сфере обеспечения свободы совести предполагает анализ ключевых категорий, которыми оперирует законодатель. Прежде всего, необходимо отметить, что в юридической литературе традиционно приводятся следующие признаки светского государства:

1) не существует официальной, государственной религии, и ни одно из вероучений не признается обязательным или предпочтительным;

2) отсутствует какая-либо церковная власть над органами государственной власти;

3) отсутствует исполнение церковью, ее иерархами каких-либо государственных функций;

4) отсутствует обязательное вероисповедание для государственных служащих;

5) не признается юридическое значение церковных актов, религиозных правил и т.п. как источников права, обязательных для кого-либо;

6) государство отказывается от финансирования расходов какой-либо церкви;

7) государственное образование имеет светский характер (школа отделена от церкви);

8) государство и его органы не вправе контролировать отношение своих граждан к религии и не ведут учета граждан по этому признаку;

9) государство не вмешивается во внутрицерковную деятельность (если при этом не нарушаются действующие законы и права человека).

10) государство регулирует деятельность религиозных организаций, что обеспечивает определенный баланс церковно-государствснных отношений и позволяет сотрудничать церкви и государству в решении социальных вопросов;

11) религиозные организации имеют право участвовать в культурной и социальной (но не политической) жизни общества;

12) государство обязуется гарантировать свободу совести;

13) государство не должно заниматься пропагандой атеизма, каким-либо способом препятствовать свободной деятельности религиозных объединений [1, с. 8].

Надо отметить, что в данном случае мы имеем наиболее «жесткий» перечень требований к государству, которое необходимо и возможно рассматривать в качестве светского. На самом деле многие авторы более «либерально» относятся к данному вопросу и предполагают возможность существования в рамках светского государства отдельных государственных конфессиональных предпочтений.

Достаточно сложным для юридического толкования является также термин «свобода совести», используемый как в Конституции РФ, так и в Федеральном законе «О свободе совести и о религиозных объединениях». Термин «свобода совести» объединяет два понятия: свобода и совесть. Совесть -«категория этики, характеризующая способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязанности, требовать от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков; одно из выражений нравственного самосознания личности. Совесть проявляется как в форме рационального осознания нравственного значения совершаемых действий, так и в форме эмоциональных переживаний» [2, с. 15]. Свобода совести обычно определяется так: право граждан исповедовать любую религию или не исповедовать никакой и свободно проявлять свои убеждения в деятельности (т. е. публично заявлять о своих взглядах, пропагандировать их и являться членом религиозной или атеистической организации). Свобода совести является одним из важнейших конституционных прав граждан России.

А.С. Ловинюков, анализируя свободу совести, подразделяет ее на 10 структурных элементов: 1) право исповедовать любую религию; 2) право совершения религиозных обрядов; 3) право менять религию; 4) право не исповедовать никакой религии; 5) право пропаганды религии; 6) право вести атеистическую пропаганду; 7) право на благотворительную деятельность; 8) право на религиозное образование; 9) культурно-просветительская деятельность; 10) равенство граждан перед законом независимо от их отношения к религии [3, с. 26]. Проанализировав все эти элементы, можно сделать

следующий вывод: свобода совести реализуется человеком через три правомочия: 1) право исповедовать любые нематериальные ценности, в том числе и религиозные; 2) право действовать в соответствии со своими нематериальными (духовными) ценностями; 3) право распространять нематериальные (духовные) ценности.

Право исповедовать любые нематериальные (религиозные) ценности, по мнению И.А. Куницына [4], представляет собой первичный аспект религиозной жизни, при отсутствии которого теряют смысл все остальные элементы свободы совести. В этой связи необходимо заметить, что исповедание религиозных или иных ценностей еще не означает их выражения во вне через внешнее поведение, а следовательно, хотя оно является важной предпосылкой, тем не менее может и не иметь в качестве своего следствия создания религиозного объединения. Никакой правовой акт, изданный в государстве, не может ограничить право на исповедание религии, ибо оно не подлежит ограничению по своей природе - ведь человек имеет полную внутреннюю свободу нравственного выбора, основанного на располагаемой им информации, и в то же время - не может принудить человека к изменению своих религиозных или нерелигиозных взглядов и убеждений, к отказу от них. На решение человека способны оказать воздействие лишь некоторые внешние факторы (соответствующая информация, пропаганда, мнение окружающих), но окончательный выбор остается за самим человеком, за его совестью.

Свобода совести включает правомочие исповедовать любую религию без каких-либо пространственных или временных ограничений, рассматриваемое правомочие включает в себя права на выбор и изменение религии. Выбор и изменение религии являются также волевыми решениями индивида. Объективизация этого результата наступает в момент изъявления желания вступить в религиозное объединение или выйти из него. Однако у религиозного объединения не возникает безусловной обязанности принять его в число своих членов, оно вправе предъявлять к вступающим определенные требования (принятие крещения, прохождение обряда посвящения, обрезание и т. д.). Выход лица из состава религиозного объединения производится свободно и не может быть ограничен или обусловлен какими-либо обязательствами этого лица перед объединением и его членами. При наличии трудовых отношений между объединением и его членом их взаимные обязательства ограничиваются только сферой этих отношений.

Реализация религиозным объединением исповедуемых религиозных ценностей осуществляется через второе правомочие - право действовать в соответствии с нематериальными (религиозными) ценностями. Так свобода вероисповедания любой религии проявляется во вне. Причем такое проявление должно происходить в рамках, установленных международно-правовыми актами и национальным законодательством. Согласно статье 15 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», религиозные организации действуют в соответствии со своими внутренними установлениями, если они не противоречат законодательству Российской Федерации и обладают правоспособностью, предусматриваемой в их уставах. И далее, государство уважает внутренние установления религиозных организаций, если они не противоречат законодательству Российской Федерации.

В вопросе о свободе совести (вероисповедания) следует учитывать три аспекта: 1) свободу веровать; 2) свободу единоверцев объединяться в сообщества и действовать по своему усмотрению; 3) конкретный социально исторический контекст, в котором эта свобода осуществляется. Рассмотрение этих аспектов необходимо для наиболее полного понимания проблемы взаимоотношений государства и верующих. В оценке свободы совести встречаются следующие суждения: 1) если обеспечено индивидуальное право выбирать религию и право на бесконтрольную деятельность возникающих религиозных сообществ, то это означает, что свобода совести в обществе есть; 2) если запрещен прозелитизм, то свободы совести в обществе нет; 3) если устанавливается система контроля над деятельностью религиозных организаций, значит, свобода совести ущемляется; 4) если в стране есть государственная (или привилегированная религия), следовательно, имеет место дискриминация религиозных меньшинств и т.д. Данная полемика затрагивает важные для религиозной жизни России вопросы. Когда речь идет о свободе совести личности как личного нематериального блага, то в этом случае государство гарантирует и защищает право каждого исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, но не регулирует и не регламентирует ее. Но от свободы личного исповедания следует отличать свободу религиозного объединения. Свобода религиозного объединения не может быть безграничной и безусловной. Свобода религиозного объединения не является личным нематериальным благом, т. к. эта свобода осуществляется путем вступления религиозной организации в правоотношения с различными институциональными и неинституциональными образованиями, поэтому свободу религиозного объединения государство не может оставить без своего контроля и регламентации.

С.В. Познышев определяет свободу совести следующим образом: «Религиозная свобода или свобода религии... есть такое состояние в государстве религиозной жизни граждан, которое характеризуется отсутствием извне исходящего принуждения, пока не нарушены указанные естественные границы самоопределения». При этом он различает в религиозной свободе - свободу совести, свободу пропаганды и свободу культа. К «естественным границам» свободы совести относится: 1) достижение лицом определенного возраста и связанной с ним душевной зрелости; 2) выражение религиозного мнения не должно задевать чужие религиозные взгляды или чужую личность, не должно содержать в себе поношения или угроз в отношении каких-либо религиозных верований или религии вообще; 3) сообщение религиозных воздействий не должно переходить в подстрекательство к какому-либо преступлению. «Естественные границы» свободы распространения или пропаганды сводятся к следующему: 1) не должно быть пропаганды среди детей вопреки воле родителей или лиц, их заменяющих; 2) распространение не должно совершаться путем принуждения (физического или психического); 3) нравственно недопустимо распространение религиозных верований посредством обмана, подкупа, обольщения материальными благами и иными не-честными способами, кроме свободного убеждения в истинности распространяемых взглядов и верований. «Естественные границы» свободы культа таковы: 1) отправление культа не должно оскорбительно затрагивать ничьих религиозных верований или неверия; 2) не должно препятствовать отправлению других религиозных культов, должно подчиняться общим законам и распоряжениям относительно собраний и процессий, изданным в интересах общественного спокойствия и порядка; 3) оно не должно содержать в себе никаких преступлений [5, с. 118-125]. Кроме того, никто не должен под предлогом требования свободы совести освобождать себя от повиновения государству и его законам и никто под тем же предлогом не должен нарушать существующие права признанных государством корпораций, а также права частных лиц.

Государство должно одновременно охранять и ограничивать свободу вероисповедания. Любая религия неизбежно влияет на общественные взгляды и нравственность. Верующий человек оценивает право с точки зрения норм своей религии, а законопослушный гражданин может оценивать нормы той и или иной религии с точки зрения права. И не всегда эти оценки объективны. Между религией и правом в светском государстве складываются весьма сложные взаимоотношения: закон без религии деградирует в казуистику, а религия без закона теряет свою эффективность. Можно выделить следующие основные проблемы, возникающие в области права при осуществлении свободы вероисповеданий: 1) отрицание многими религиями возможности проходить военную службу с оружием в руках; 2) тайна вероисповедания и злоупотребление этим правом; 3) поддержка правительством или государственными служащими определенной религии; 4) попытки религиозных верующих внедрить программы обучения в школах; 5) собственность религиозных организаций в секуляризованных обществах; 6) существование новых религиозных движений: «маргинальных религиозных движений», «сект», «культов»,

«деструктивных религиозных организаций», «оппозиционных религиозных организаций» (в литературе можно встретить различные определения этих организаций).

Нельзя также обойти вниманием такую категорию, как «прозелитизм». Прозелитизм - путь мирного завоевания социального пространства старой культуры, мирной перемены культурных, религиозных, а в конечном итоге национальных и политических устоев общества [6, с. 119]. Сегодня этот процесс никак законодательно не урегулирован, что достаточно логично в условиях провозглашенной светскости нашего государства. Как отмечает Т. А. Бажан, прозелитизм и веротерпимость - это два диалектически связанных явления. До тех пор, пока прозелитизма нет (т.е. пока не наблюдается тенденция к мирному завоеванию социального пространства чужой религии), до тех пор общество веротерпимо. Как только нарушается гармоническое сосуществование религий и одна из них стремится мирным путем подчинить себе пространство другой, веротерпимость исчезает.

Можно сделать вывод о том, что российское законодательство в области свободы совести, опираясь на традиционные нормы и принципы международного права, исходит из необходимости обеспечения прав личности на свободу совести, религии и убеждений и недопущения любых форм религиозной нетерпимости, дискриминации по признакам веры, а также разжигания межрелигиозной розни. При этом ограничения в осуществлении этих прав и свобод допускаются только на основании закона и только в целях обеспечения прав и свобод других лиц и для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения.

Одной из основных причин этого явилось изменение отношения к религии и церкви со стороны основных государственных и общественных институтов. На смену отношению к религии как явлению, тормозящему общественное развитие, пришло отношение к религии как к важному общественному институту. Одновременно пришло признание исторического вклада церкви в формирование российских

государственности и культуры. Следствием этого стала необходимость обращения государства к интересам верующих и представляющих их религиозных организаций, учета в государственной политике их потребностей и настроений, что подразумевало в том числе и плодотворное сотрудничество в различных сферах общественной жизни, особенно таких, где большое значение имеют духовнонравственные факторы.

Изменение в общественном сознании оценки исторической и современной роли религии и религиозных организаций, в первую очередь Русской православной церкви, породило определенные общественные ожидания, частично оправдавшиеся, частично - нет, о способности Церкви содействовать преодолению общего кризиса российского общества. Изменение отношения общества к религии и церкви находило свое выражение также в обращении к религии, в смысле принятия веры значительной массой населения.

Нельзя не отметить еще один показатель, характеризующий перемену отношения общества к религии и Церкви. Это изменение позиции и настроений нерелигиозной части населения. Определенная часть представителей этой категории достаточно высоко оценивает роль религии в духовно-нравственной сфере, в развитии российской государственности и культуры. Эту категорию населения характеризует стабильная толерантность в отношении религии.

В этой связи политика в области государственно-конфессиональных отношений, на наш взгляд, должна прежде всего исходить из того, что признание человеком важности религиозной веры еще не означает, что он является потенциальным верующим. Речь может идти не столько о тяге к религии в собственном смысле слова, сколько о стремлении к духовному совершенствованию в нынешнем бездуховном обществе с его жесткой экономической конкуренцией и пренебрежением ценностями, выходящими за рамки непосредственных материальных интересов. В этой связи будет оправдан только такой подход, который позволит в равной степени защитить как права верующего, так и права атеиста. Только в этом случае такой основополагающий принцип построения государства, как свобода совести, может быть реализован. Поддержка религии в ущерб атеизму, на наш взгляд, не является способом упрочения государства и общества. Принцип свободы совести означает свободу мировоззренческого выбора. Реализация этой свободы не должна ставиться в зависимость от исторически сложившихся государственноконфессиональных предпочтений. Поэтому демократическое правовое государство должно быть мировоззренчески нейтральным.

В этой связи нельзя не вспомнить, что попытки разработать и законодательно оформить концепцию отношений государства с религиозными объединениями уже неоднократно предпринимались. Наиболее известные из них: «Концептуальные основы государственно-церковных отношений в Российской Федерации» кафедры религиоведения РАГС и «Концепция государственной политики в сфере отношений с религиозными объединениями в Российской Федерации», разработанная общественной организацией «Институт государственно-конфессиональных отношений и права» и Главным управлением Министерства юстиции РФ по г. Москве. Общей в обоих проектах выступает идея необходимости введения «традиционности» в правовое поле России, т.е. элементы конфессиональных предпочтений, закрепленные в неработающей в юридическом смысле преамбуле Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», попытались наполнить реальным содержанием и оформить в виде специальной концепции. Однако идея введения критериев и самого термина «традиционные религиозные организации» в правовое поле России была неоднозначно воспринята в обществе и государстве. В конечном итоге данные проекты не нашли поддержки и в лице представителей государственной власти. В настоящий момент можно говорить о том, что принятие концепции отношений государства с религиозными объединениями в обозримом будущем не планируется, а процесс придания отдельным религиозным объединениям особого статуса трансформировался в несколько иные формы.

В заключение необходимо сказать, что законодательство в сфере государственно-конфессиональных отношений выступает в качестве нормативно-правового выражения того аспекта внутренней государственной политики, который связан с обеспечением плюрализма мировоззрений, идей, убеждений человека, и ему более всего подходит определение - государственная политика в сфере свободы совести. Можно говорить о трех ее основных направлениях.

Первое касается непосредственно человека как носителя неотъемлемого права на свободный мировоззренческий выбор. Этот выбор может выражаться по-разному: «верю», «не верю», «не определился». Каждую из этих позиций государство в обязательном порядке должно признавать и защищать.

Второе направление касается отношения государства с создаваемыми гражданами религиозными объединениями. Не допустимо какое-либо государственное «преследование» нетрадиционных религиозных объединений, объединений, призванных к исследованию проблем истории и современного

состояния религий, объединений, позиционирующих себя как атеистические, при условии, что их деятельность не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации.

Третье направление в государственной политике в сфере свободы совести - это отношение государства к религиозным объединениям как к социальным институтам, многие из которых имеют многовековую историю. Сотрудничество с ними может оказаться не только обоюдовыгодным, но и оказать действительную помощь в развитии и совершенствовании различных социальных институтов. Поэтому именно на данном уровне мы можем продуктивно рассуждать о том, как государство должно строить свои отношении с теми или иными религиозным объединениями. Обращаясь к истории, культуре, традициям народов, объединенных в рамках нашего государства, мы не можем не видеть, что для каждого из них частью их прошлого и настоящего является та или иная «собственная» религия. Без сомнения, ее сохранение и поддержка отвечают интересам как самих индивидов, так и государства в целом, однако добиваться этого следует без ущемления чьей бы то ни было свободы совести, мыслей и убеждений.

Литература

1. Понкин И.В. Теоретико-правовые и международно-правовые аспекты регулирования отношений между государством и религиозными объединениями. М., 2000.

2. Большая советская энциклопедия. 3-е изд. М., 1976. Т. 24. Кн. 1.

3. Ловинюков А.С. Свобода совести (анализ, практика, выводы) // Государство и право. 1995.

4. Куницын И. А. Правовой статус религиозных объединений в современной России: особенности и актуальные проблемы. М., 2000.

5. Познышев С.В. Религиозные преступления с точки зрения религиозной свободы. М., 1906.

6. Бажан Т.А. Оппозиционная религиозность в России: социально-философский анализ: Дис. ... докт. филос. наук. М., 2000.