Особенности социологического анализа городской символики как фактора формирования идентичности горожан

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО 2008. Вып. 1

УДК 101.1 : 316.32 М.В. Яковлева

ОСОБЕННОСТИ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ГОРОДСКОЙ СИМВОЛИКИ КАК ФАКТОРА ФОРМИРОВАНИЯ ИДЕНТИЧНОСТИ ГОРОЖАН

Показано, что городская символика представляет важность не только как часть городского окружения, но и как стержневой идееполагающий элемент города.

Ключевые слова: символ, сообщество, «образ территории», социальная и индивидуальная идентичности.

Современная российская социология обретает предметную полноту, ибо исследуется общество во всем его многообразии. Интерес вызывают не только структуры, институты, их взаимодействие и функции, но и формы духовности, культурно-исторические представления общностей и личности, то есть собственно идентичность. Интерес к идентике возникает с середины 90-х годов. Появляются теоретические и эмпирические исследования идентичности, проблем ее формирования, становления и существования. Прежде всего, это было связано с распадом СССР и соответственно с исчезновением «советской» идентичности и образа «советского человека». Проблема формирования идентичности в современной социологии рассматривается, прежде всего, как проявление механизма социализации личности в процессе взаимодействия социальных субъектов с социальными институтами. Эти связи могут иметь культурный, региональный, этнический или территориальный характер. Так, А. О. Бороноев, в частности, отмечал, что «человек определяет свою жизненную позицию на основе определенной структуры представлений, образов, мифов, то есть того, что называется ментальностью» [7].

Формирование идентичности - процесс отождествления себя с кем- или чем-либо, процесс самоопределения, хотя нередко идентичность может быть предписана. В любом случае для идентификации индивиду необходим целостный, непротиворечивый образ объекта; и чем четче представление об объекте идентификации, тем легче и непроблематичнее процесс соотнесения, отождествления личности. Идентификационные процессы лежат в основе формирования относительно устойчивых социальных интересов. В зависимости от идентичности, можно прогнозировать поведение индивида, принимаемые им ценности, нормы и стереотипы.

Исследования в области урбанистической социологии новы для России, а изучение образа города, его восприятия жителями и туристами, символической нагрузки городской среды носят единичный характер и, как правило, разрозненны. В то же время, «горожане» - одна из наиболее общих групп, к которым может принадлежать индивид; и именно городской символ должен стать и, как правило, является тем механизмом, благодаря которому формируется городская идентичность, связь с городским сообществом.

Город - пространство, в котором люди обустраивают жизнь, накапливают опыт, приобретают чувство идентичности [10. С.30]. Тем не менее, в повседневной жизни человек лишен возможности воспринимать город «как он есть». Целостное восприятие невозможно из-за постоянства процесса «разрастания» самого города. Следствием оказывается избирательное замещение в сознании горожан образа города каким-либо характерным объектом. Как правило, им становится определенная улица, площадь, памятник, получивший известность и признание граждан, - его символ. В любом случае этот объект ассоциируется с конкретным городом и он - первое, что вспоминается при мысли о нем. Но до определенных границ у каждого горожанина - «свой город». Существует также «наш город» - коллективный образ города, субъектом которого является городское сообщество. Важно, что «сообщество» отличается от населения территории, тем, что его члены идентифицируют себя с ценностями Места, в том числе и с культурно-историческими ценностями [8], и что принадлежность к сообществу означает для индивида разделение общих ценностей группы, осознание отличительного и в то же время объединяющего социального признака и принадлежности к территории.

Анализ образа города, его восприятия и символической среды предполагает необходимость уточнения основных понятий, основным из которых является «символ». В переводе с греческого он означает «сокращение, перечень, полная картина, сущность в немногих словах или знаках». Это - знак, который связан с обозначаемой им предметностью так, что смысл знака и его предмет представлены только самим знаком и раскрываются лишь через его интерпретацию [4. С.157].

В отличие от образа символ не самодостаточен, подчинен своему предмету, требует переживания и толкования. В отличие от понятия, для которого однозначность является преимуществом, многозначность символа и динамика перехода в нем от смысла к смыслу - и есть его сила. В отличие от аллегории символ не является иносказанием. По сравнению с притчей и мифом символ не предполагает развернутого повествования и может иметь сколь угодно сжатую форму нарратива. В тоже время от мифа символ унаследовал его социальные и коммуникативные функции.

Специфическими отличиями символа от всех иносказательных и знаковых элементов являются его функции [4. С. 159]: во-первых, способность к бесконечному раскрытию своего содержания в процессе соотнесения со своей предметностью; во-вторых, способность устанавливать коммуникацию, связанную с опытом толкования символа и формирующую сообщество «посвященных», то есть субъектов, находящихся в поле действия и относительной понятности символов. Здесь каждый может найти свой, доступный ему уровень понимания символа; и, наконец, в третьих, устойчивое тяготение символа к восхождению от частей к целому.

Основоположник философской герменевтики Г. Гадамер считал, что первоначально термин «символ» обозначал черепок, служивший «знаком дружеских отношений». При расставании друзья брали черепок и разламывали его на две части, а по истечении даже больших промежутков времени старые друзья, или их потомки, могли опознать друг друга, соединив обломки

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО 2008. Вып. 1

черепка. «Удостоверение личности» - таков изначальный смысл греческого слова «символ» [16. С.7].

К. Юнг говорил о том, что «чем бы бессознательное ни было, оно является природным явлением, воспроизводящим осмысленные символы» (Цит. по: [11. С.104]). То есть символ - это продукт репрезентации бессознательного. Наряду с индивидуальными символами имеются и коллективные, на которых основываются мифы и религии. Но каким бы ни был символ, он возникает из бессознательного, а значит, берет свое начало в психике, которая, в свою очередь, представляет собой нечто большее, чем сознание, так как она не только приобретается в жизненном опыте, но и является врожденным образованием.

У.Л. Уорнер понимал под символами «вещи, обозначающие и выражающие что-то другое» [3. С.13]. Согласно его теории символ состоит из двух компонентов: знака, или «внешне воспринимаемой формы», и значения, то есть, интерпретации знака индивидом или множеством индивидов. Значение всегда включает в себя нормы, ценности и чувства, формирующиеся вокруг интерпретации объекта. Восприятие символа состоит в осознании этого значения, исходящего от знака, - наблюдаемой части символа. Употребление знаков для обмена значениями возможно лишь при согласии членов общества по поводу того, как будут интерпретироваться те или иные знаки, и какое место они занимают в более широком контексте значений и действий. То есть по теории У.Л. Уорнера значения образуют согласованную и устойчивую систему, но лишь в акте интерпретации знаки образуют значимую систему.

У.Л. Уорнер считал, что первичным в символе является значение, а знаки и объекты вторичны. Знание значений составляет решающее условие существования общества, группы. Символы, выражающие коллективные чувства, имеют первостепенное значение для поддержания преемственности социальной жизни и традиций. Чаще всего это - символы, концентрирующие внимание индивида на прошлом и связывающие его с ним. Такие символы занимают центральное положение в коллективных обрядах сакрального или светского характера. По мнению У.Л. Уорнера, именно нерациональные и нелогичные символы составляют ядро эмоциональной жизни индивида и группы. Чувства, вложенные в символы создателями и участниками событий, накапливаются в знаковой форме, и обращение к ним вновь происходит при их повторном использовании, например, следующим поколением.

По теории У.Л. Уорнера символы и символическое пронизывают всю жизнь индивида. Человек не в состоянии существовать, не используя символы; всё окружающее его пространство символически наполнено и оформлено. Согласно Э. Берджессу, Л. Вирту и Р. Парку суть городского пространства усматривается в том, что оно оказывается сегментировано с использованием различных социальных механизмов. Любому человеку оно дано через схемы восприятия и категории описания, которые являются культурными феноменами, поскольку им присуща смысловая составляющая. Их характеризует то, что они способны направлять человеческое действие [15. С.54]. Пространство города социально сконструировано именно на основании этих схем, аккумулируя в себе социальные практики, находящие в нем свое мате-

риальное выражение. Пространство в городе социально обусловлено и разделено, в результате чего образуются районы и другие территориальные образования, имеющие некоторые границы, нередко даже законодательно закрепленные. Но город - это не просто определенным образом организованная и оформленная среда, но и его жители - городское сообщество. Оно неоднородно по своему составу, в нем существует множество социальных групп, культур и субкультур, а также такие группы, как соседства, то есть люди, объединенные территорией, районом своего проживания.

В современной социологической традиции наиболее продуктивно и целесообразно представляется рассмотреть теорию П. Бергера и Т. Лукмана, в чьей книге «Социальное конструирование реальности» была обоснована взаимосвязь понятий «общество», «социальная реальность», «социальная структура» и «идентичность», а также отмечена существенная роль последней в процессах создания и изменения окружающей личность среды. Идентичность, согласно теории П. Бергера и Т. Лукмана, - ключевой элемент субъективной реальности. Она находится в диалектической связи с обществом и формируется социальными процессами, то есть детерминируется социальной структурой [5. С.5]. Только обладающий «самостью» индивид способен занимать место в социуме, и эта позиция предписана ему общественными правилами. Идентичность - это размещение в «жизненном мире», и поэтому может быть усвоена лишь вместе с социальным миром. Но этот мир должен быть понятен индивиду и, по возможности, наглядно представлен в существующих образах повседневного порядка. П. Бергер и Т. Лукман говорят о «символическом универсуме» как о матрице или модели реального общества. Здесь первостепенную значимость приобретают особенности восприятия обычного человека, поскольку он лучше воспринимает краткие символические сообщения, то есть минимизированный образ предмета.

Согласно теории В. Бенджамина [1. С.145] каждый город уникален в своем пространственном исполнении, имеет свои собственные традиции и ценности - собственную ауру. Все эти факты формируют и ограничивают городскую культуру, в частности ее пространственные проявления. В то же время городская культура коренится не только в «известных» местах, то есть в городском центре и достопримечательностях (монументы, здания, места для туристов). Важна «внутренняя» жизнь города на станциях метро, на детских площадках, в торговых центрах - там, где люди в основном и контактируют с городом, с его средой и инфраструктурой.

Горожанин воспринимает не только комфортность и содержание окружающей среды, но и город в его символических значениях. Архитектурные символы, как правило, являются формообразующими, но вместе со своим символическим значением сообщают и знания, связанные с культурным и историческим содержанием объекта. П. Смит, автор исследований о «динамике урбанизма», различает несколько уровней символизма, которые играют важную роль в городской среде (Цит. по: [12. С.69]).

Наиболее простой - уровень «ассоциативного символизма». Он включает индивидуальные ассоциации, посредством которых каждый оценивает значимость определенной среды. Этот тип важен при самостоятельном по-

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО 2008. Вып. 1

знании городской среды, её присвоении и означивании. На этом уровне практически невозможно воздействие «третьих лиц», в том смысле что остается только человек и его отношение к городу. «Окультуренный символизм» городской среды берет свое начало в истории культуры. Например, статуи и изображения Фемиды на зданиях суда и прокуратуры, кресты на башнях церквей - эти значения и образы уже созданы ранее, предписаны нам. «Символизм известного» - это каждодневная среда, образующая основу существования в городе (подтверждающие символы родины, улицы, квартала), исторические постройки, памятники разных эпох. Именно на этом уровне возможна активная работа над транслируемыми ими смыслами и нормами. Самый сложный уровень - символизм «архетипа». Здесь архитектура города и исторические памятники сами по себе вызывают мысли о чем-то извечном, вневременном. Объекты, принадлежащие к этому типу, как правило, имеют значение не только для жителей этого города, но и для страны в целом и даже для мировой культуры.

Идентичность, как правило, зависит от стереотипных представлений о себе, а также от стереотипных представлений о других. Кроме того, идентичность «воплощается» в ритуале, мифе и материальной культуре. В мифе это могут быть повествования о происхождении сообщества. Ритуалы могут способствовать определению границ групповой идентичности. Одним из важнейших признаков коллективной идентичности является язык. Говорить на том же языке или диалекте, что и окружающие тебя люди, — простой и эффективный способ проявить солидарность; говорить на другом языке или диалекте — столь же эффективный способ противопоставить себя другим личностям или группам [6].

Город же, согласно М. Веберу, начался с культуры, а не с экономики. Он рассматривает город как особый тип социальных отношений, где сами горожане создают новое общество через городские ритуалы, городскую символику, городской фольклор и мифологию. Городская община - это союз равных, свободных и независимых индивидов, обладающих политическим равенством и экономической свободой, основанной на частной собственности. Город для М.Вебера - это, прежде всего, особый образ жизни и, значит, он, прежде всего, обусловлен ценностно-мировоззренческими интенциями людей.

С социологической точки зрения, изучение города означает, скорее, исследование городского сообщества, так как город - это не только здания, дороги, и культурные объекты, но также люди и группы, проживающие на его территории. Социальным признаком принадлежности к сообществу становится факт проживания в определенном городе, территориальная локализация внутри города и его пригородов. Т. Саттлс обнаруживает в городе особые подгруппы общения «лицом к лицу», или близких соседей, «оборонительные соседства» и «сообщества с ограниченной ответственностью» [2. С.87]. В этих типах соседств преобладают различные связи и отношения между людьми. На уровне «близких соседей» - это преимущественно межличностные контакты, соответственно, идентификация с сообществом будет происходить через осознание этих контактов. «Оборонительные соседи» имеют общую цель, они объединены единой идеей защиты от «чужих». Образ врага может стать весьма

сильным объединяющим началом для любой группы. На уровне «сообщества с ограниченной ответственностью» возможно вмешательство извне, то есть навязывание и предписывание образа группы, идентичности и символа.

За счет интенсивных межличностных контактов усвоение норм и ценностей группы происходит на фоне сильного эмоционального переживания ценностей и норм, а также самого процесса усвоения образцов. Именно здесь индивиду для принятия ценностей группы необходим яркий и понятный объект идентификации, то есть принятия норм группы, определения своего места в мире. М.М. Касперавичюс утверждает, что любой символ должен нести определенную информацию, но эта идея должна эмоционально воздействовать на чувства каждого отдельного индивида и «порождать общественно полезные ассоциации» [9. С.31].

На основании проведенного анализа можно сделать вывод о том, что символ есть выражение определенного общественного отношения, представленного в качестве идеи. Символ обладает рядом особенностей: образностью, целостностью, то есть идеей и образом, объединенными и уже неделимые. Его смысл никогда не может быть сведен к одному определенному значению.

Особая социальная и пространственная среда города формирует своеобразную городскую культуру, обладающую индивидуализацией, динамизмом в ценностно-нормативной сфере и спецификой общения [14. С.68]. Городская культура является опосредующим звеном во влиянии города на личность. Под воздействием городской культуры у горожан формируется особая картина мира, отличающаяся меньшей субъективностью, большим развитием духовных ценностей, ростом склонности к агрессивным реакциям и оценкам, более высоким уровнем тревожности, необходимостью самоопределения личности в ценностно-нормативной сфере и т. д.

В символе всегда есть нечто архаическое. Каждая культура нуждается в пласте текстов, выполняющих функцию архаики. Сгущение символов здесь обычно особенно заметно. Такое восприятие символов не случайно - большинство из них имеет глубоко архаическую природу и восходит к допись-менной эпохе, когда определенные знаки представляли собой «свернутые» тексты и сюжеты. Именно эта способность сохранять в свернутом виде исключительно обширные и значительные тексты сохранилась за символами и по сей день [13. С.197].

Символы возникают в результате анонимного социального заказа, но для принятия их как можно большим числом людей они не должны противоречить уже действующим нормам и ценностям. Объекты, претендующие на факт названия «символом кого- или чего-либо», обязаны отражать потребности не личности, а группы или поколения людей. В случае, если символы конструируются небольшой, закрытой группой, они способны стать лишь частью этой самой группы и, скорее всего, никогда не будут закреплены на уровне сознания общественности.

В современном изучении города все больше внимания уделяется соседским отношениям, что, в свою очередь, порождает вопрос о роли территории в жизни современного общества. В мировой практике «коммуны» появляются в результате деятельности местных добровольных организаций. Именно в

ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО 2008. Вып. 1

«коммунах» действия индивидов и (или) групп на местном уровне могут порождать локальные идентичности, и даже своеобразное родство. Эти чувства помогают в повышении уровня коллективного сознания.

Территориальная идентичность, в первую очередь, - чувство общности с территорией, в частности с городом. Для положительной идентификации членов городского сообщества важно, развивается ли территория, как она оценивается другими. В связи с чем становится принципиально важно, видят ли жители города проблемы в его развитии, готовы ли они их решать, есть ли в данном существовании перспективы, с их точки зрения. Здесь же стоит обратить внимание на уровень и качество взаимодействия горожан с окружающей их средой, на те чувства и эмоции, которые они испытывают в отношении места своего проживания. Насколько же индивид ощущает себя членом того или иного сообщества, причисляет себя к группе и существует ли эта группа, можно оценить, исходя из того, есть ли характерный образ, описание и характеристика типичного ее представителя. В частности, если есть характерный образа жителя города Ижевска, можно выделить определенные группы внутри городского сообщества.

Город как феномен, как место всегда имеет свои пределы и границы. Это могут быть физические ограничения: реки, дороги, горы и холмы, а могут быть и символические, то есть определение места как своего, города как собственности, как места жительства людей, таких же как я. При формировании чувства идентичности важна местная история, личная близость и связь индивида с городом. Взаимосвязь физических и символических границ порождает вопрос о соотношении социального и пространства, о том, как горожане представляют и осознают место, где проживают такие же, как они, люди, те, с кем бы они хотели общаться и жить; насколько хорошо жители знают свой город. Если этими задачами не заниматься конструктивно, то проявляются такие феномены городской жизни, как затерянность районов, ситуация, когда жители не выделяют свой район в ряду существующих; «безликость» района и акты вандализма по отношению к нему; семантический диссонанс, двусмысленность восприятия, расхождение между официальными и фактическими значениями и смыслами территории; «забытые», «потерянные» районы с разочарованными и раздражёнными жителями с чувством беспокойства и опасности.

Городской символ, как и любой способ иносказательного повествования, представляет собой не только объект городской среды, но и смысловой элемент. Последний становится наиболее значимым с точки зрения формирования городских сообществ. Он жестко не предписывается и предполагает вариации в трактовке содержания. Именно в разнице интерпретаций можно обнаружить тот элемент, ту основу, что разделяет и прокладывает границы между различными группами. Это будет справедливо как для города, так и для рассматриваемых отвлеченно от него сообществ. Здесь же обнаруживается основа для проведения сегментирования города, необходимого для проведения эмпирических исследований городской символики и составления портрета групп, выбирающих тот или иной объект идентификации.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Savage M., Warde A., Ward K. Urban sociology, capitalism and modernity. Second edition New York: Palgrave Macmillan, 2003.

2. Suttles G. The social construction of communities. Chicago; London: University of Chicago Press, 1972.

3. Warner W.L. The Living and the Dead. New Haven, 1959.

4. Абрамов А.И., Аверинцев С.С., Алешин С.С. и др. Философия: Энцикл. словарь. М.: Гардарики, 2006.

5. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медиум, 1995.

6. Бёрк П. Язык и идентичность в Италии начала Нового времени // http://magazines.russ.ru/nlo/1999/36/berk-pr.html/

7. Бороноев А.О. Могущество России будет прирастать Сибирью... // http://journal. spbu.ru/2003/27/5. shtml/

8. Генисаретский О.И. Культурная идентичность и образ территории // http://2003.regionforum.ru/section/policy/vital/materials/8/

9. Касперавичюс М.М. Функции религиозной и светской символики. Л.: Знание, 1990.

10. Коган Л.Б. Быть горожанами. М.: Мысль, 1990.

11. Лёйнер Х. Основы глубинно-психологической символики // Журн. практ. психолога. 1996. №3.

12. Личность и социальная среда: идеологические и психологические аспекты общения / Под ред. О.Т.Мельникова. М.: Мысль, 1987.

13. Лотман Ю.М. Избранные статьи в трех томах: Статьи по семиотике и топологии культуры. Таллинн: Александра, 1992. Т.1.

14. Пирогов С.В. Социология города : Учеб. Пособие. М.: Новый учебник, 2004.

15. Филиппов А.Ф. Гетеротипология родных просторов // Отечественные записки. 2002. №6.

16. Фоли Д. Энциклопедия знаков и символов М.: Вече; АСТ, 1996.

Поступила в редакцию 19.02.08

M.V. Yakovleva

Sociology of city symbolic as notion element

It's important, the town symbol is not only the object of urban environment, but it is the

notional element of town.

Яковлева Мария Валерьевна

ГОУВПО «Удмуртский государственный университет» 426034, Россия, г.Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 6) Е-mail: yakovleva09.05@gmail. com