История философии как важнейший компонент преподавания философии студентам технических направлений

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ И ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ВЫСШЕГО ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

УДК 101.1:316

О. Д. Агапов, О. С. Фёдоров

ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ КАК ВАЖНЕЙШИЙ КОМПОНЕНТ ПРЕПОДАВАНИЯ

ФИЛОСОФИИ СТУДЕНТАМ ТЕХНИЧЕСКИХ НАПРАВЛЕНИЙ

Ключевые слова: философия, принципы мышления и познания, диалектика, диалог, ирония, майевтика, эпагогика, софистика,

завершенно-незавершенный, мышление, смысл жизни, память.

В статье рассматриваются актуальные проблемы преподавания философии студентам технических направлений, формирования у них теоретико-методологической культуры мышления. Авторы уверены, что знание истории философии, искусство герменевтики научных терминов позволить будущим инженерам понять динамику развития науки и техники в контексте развития цивилизации.

Keywords: philosophy, principles of thought and knowledge, dialectics, dialogue, irony, maieutics, epagogics, sophistry, completeness-

incomplete, thinking, the meaning of life, memory.

The article discusses the current problems of teaching philosophy to students of technical areas, formation of their theoretical and methodological culture of thinking. The authors believe that the knowledge of the history of philosophy, art, hermeneutics scientific terms enable future engineers to understand the dynamics of the development of science and technology in the context of the development of civilization.

В процессе преподавания философии каждый преподаватель высшей школы, будь то доцент или профессор, сталкивается с проблемой - каким образом донести до студентов «слово и дело» философии, как показать тот чрезвычайно богатый теоретико-методологический «капитал», созданный различными философами, принадлежащими различным историческим эпохам, цивилизациям, школам и направлениям.

И не просто рассказать, но именно показать, например, как актуальны до сих пор принципы мышления и познания, найденные Сократом в IV в. до н.э., не только для студентов-философов (шире -социально-гуманитарных специальностей), но и для студентов технических направлений.

Путь Сократа - путь диалектики, искусства мысленно-речевого диалога, открытого в бесконечность. Философия - это всегда диалог, а не монолог и не трактат, практикуемый в науках.

Г.Г. Майоров выделяет три ступени диалектики: ирония, майевтика и эпагогика (индукция). «На первой, очистительной, ступени философ освобождает себя от всякого догматизма и мнимого знания, доводя свой ум до полного апофатического самоотречения («я знаю, что ничего не знаю»). На второй, побудительной ступени очищенный от предвзятых мнений ум философа обнаруживает своё родство с истиной и, более того, свою способность с помощью вопрошания извлекать её из самого себя («познай самого себя»!). На третьей, эпагогической стадии, ум, вновь обретя уверенность, но теперь уже обоснованную, продвигается путём наведения от найденных в себе частных истин к более общим, охватывающим все более широкий спектр бытия, пока не дойдёт до последних онтологических оснований (до «созерцания поля истины») [1, С. 38].

Итак, ирония, майевтика и эпагогика - грани диалектического философского мышления, мышления «преступающего». Констатируем, что массовое сознание, как античности, так и современности, видит, прежде всего, иронию.

Впрочем, тень майевтики - софистика - все же знакома не приемлющим философию людям.

Эпагогика же сокрыта для них, тем самым, сокрытым остаётся позитивный и жизнеутверждающий исток философской навигации. Специфика «эпагоге» - индукции состоит «в наведении мысли на искомый предмет, а точнее, на его идею, служащую представителем предмета в человеческом духе» [1, С. 40]. Однако любая конкретная вещь или проблема в силу своей принадлежности бытию требует для своего постижения знания всего бытия. В силу этого индукция мысли каждый раз носит за-вершённо-незавершённый характер, что, конечно же, раздражает или даже возмущает до глубины души человека, стремящегося к стабильности жизни, к привычному кругу понятий и вещей.

Таким образом, начиная с античности, дело философии состоит в стяжании мудрости, и каждому философу знаком путь диалектики, а, следовательно, и путь иронии, майевтики, эпагогики.

Другой вопрос, насколько и как это осознавал тот или иной философ, насколько ему удавалось преодолеть один модус и выйти на другой. Важно то, что, идя путём Сократа, они преумножали способность рода человеческого в мышлении, утверждали его на весьма хрупких путях свободы, истины. И это чрезвычайно важно для осознания студентами всех направлений подготовки - как гуманитарных, так и технических.

Главное, как показала Х. Арендт, на самом деле «нет никаких опасных мыслей; мышление

опасно само по себе, но нигилизм - не его дитя. Нигилизм - не более чем оборотная сторона конвенционализма». Действительно, «мышление в одинаковой мере опасно для всех убеждений и само по себе не порождает никакого нового убеждения. Самый опасный его аспект с точки зрения здравого смысла состоит в том, что то, что было осмысленным, пока мы размышляли, рассеивается в тот самый момент, когда мы хотим применить его к повседневной жизни» [2, С.175].

Апология Сократа (шире - апология дела философии) ведёт нас к мысли о том, что философское мышление самое большее - «пробуждает нас ото сна», ибо жизнь вне мышления - это жизнь, лишённая смысла. «Смысл того, что делал Сократ, лежит в деятельности самой по себе. Или иначе: мыслить и быть в полном сознании - одно и то же, и из этого следует, что мышление всегда приходиться начинать заново. Это такая деятельность, которая сопровождает жизнь и занимается такими понятиями, как справедливость, счастье, добродетель, которые нам даёт язык как выражение смысла, происходящего в жизни и случающегося с нами, пока мы живём» [2, С.176].

Мышление, таким образом, это человеческий удел, позволяющий ему обрести ясность и волю к бытию. «Ум решительно отличается от души, своего главного соперника на роль правителя нашей внутренней, невидимой жизни. Душа, где царят страсти, чувства и эмоции, представляет собой более или менее хаотичный поток событий, который не столько производим мы, сколько он случается с нами, мы его претерпеваем, и который при большой интенсивности может взять над нами верх, как в случае боли или удовольствия...... Жизнь ума, напротив, есть чистая активность, деятельность, и она, как и прочие виды деятельности, не может начинаться или завершаться произвольно» [2, С.75].

Мышление прерывает любое делание, где нет смысла. Поиски смысла превращают человека в зрителя, в того, кто способен увидеть становящееся, ставшее и могущее стать. «Без зрителей мир был бы несовершенен; участник, поглощённый, как это и бывает, каким-то делом и ведомый насущными делами, не может видеть, как все отдельные вещи в мире и каждый отдельный поступок в сфере человеческих деяний соответствуют друг другу и образуют гармонию, которая сама не дан чувственному восприятию» [2, С.132].

Становясь зрителем/созерцателем-

философом, человек, получает способность дистанцироваться от всего того, что не составляет его сущности, а, следовательно, он уже не будет марионеткой ни традиции, ни другого человека, который

по разным причинам возомнил, что мы у него в «кармане». Современный политик, экономист, идеолог боится мышления, ибо это мешает запланированному сценарию, стратегии, спектаклю, с одной стороны, и, с другой стороны, он инстинктивно уходит от мышления, поскольку, опыт мышления грозит уходом его из рутины жизни.

Пауза, приостановление потока жизни, открывает для человека его внутреннего человека, его «Я», что остро ставит вопрос не просто о смысле мира, но и смысле своей жизни, а также приводит его к определённой практике себя, к выработке, по Аристотелю практического разума (рЬгоие818), основная способность которого состоит в определении того, что во власти человека делать или не делать [2, С. 283].

В заключение анализа философии Сократа необходимо упомянуть о проблематике взаимосвязи мышления и памяти, развитую учеником Сократа Платоном. В этом аспекте майевтика Сократа -предшественница теории «анамнезиса» - платоновской теории «знания как припоминания». В этой теории не память является хранилищем для разума, а разум благодаря памяти осуществляет процесс, который мы называем «мышление». «Не «память -эпифеномен сознания», а «сознание - эпифеномен памяти» [3, С. 324], причём инструмент памяти -мышление.

Здесь представляется важным акцентировать внимание студентов на «вечной» (а, значит, «философской») проблеме, не решенной до сих пор наукой - «что есть память». От анализа индивидуальной памяти возможен переход к социальной памяти - памяти общества [4, С. 310].

Таким образом, ценность философии Сократа в процессе изложения истории философии в том, что в ней концентрируются самые важные смысложизненные проблемы - о человеке, сознании, познании и социуме.

Исходя из вышесказанного, надеемся, что дело Сократа касается бытия каждого человека, вне зависимости от его пола, возраста или профессии.

Литература

1. Г.Г. Майоров. Философия как искание Абсолюта. Опыты теоретические и исторические. Едиториал УРСС, Москва, 2004, С.38.

2. Х. Арендт, Жизнь ума. Наука, СПб., 2013, 517 с.

3. О.С. Фёдоров. Антропосоциальная мнемология: исторический экскурс // Вестник Казан. технол. ун-та, 6, 15, 323-326 (2013).

4. О.Н. Коршунова. Традиции этноконфессионального диалога в Поволжье как составляющая исторической памяти // Вестник Казан. технол. ун-та, 15, 11, 309-311 (2012).

© О. Д. Агапов - д-р филос. наук, профессор, зам. директора по научной и инновационной работе НФ ИЭУиП (г. Казань), agapov@nzh.ieml.ru; О. С. Фёдоров - канд. филос. наук, доцент, зав. кафедрой гуманитарно-социальных наук НХТИ ФГБОУ ВПО «КНИТУ», fyodorov68@mail.ru.

© O. D. Agapov - Dr Philosophy, Professor, Deputy Director for Science and Innovation Nizhnekamsk branch of the Institute of Economics, Management and Law (Kazan), agapov@nzh.ieml.ru; O. S. Fedorov - Candidate of Philosophy, Associate Professor, Head of the Department of Humanities and Social Sciences Nizhnekamsk Institute of Chemical Technology, fyodorov68@mail.ru.