Личность человека в трудах Владимира Лосского: проблема субстанциональности феномена и определимости понятия

Личность человека в трудах Владимира Лосского: проблема субстанциональности

феномена и определимости понятия Финченко С.Н.

Финченко Станислав Николаевич /Finchenko Stanislav Nikolaevich - доцент кафедры охраны труда и окружающей среды, Томский государственный архитектурно-строительный университет, г. Томск

Аннотация: в статье рассматриваются основные философские категории «личность» и «индивидуальность» в христианско-философской антропологии Владимира Лосского, раскрывается проблема богословской неопределимости личности, введением философской категории «субъект», разрешается антиномичность полного сведения учения о человеке к учению о Боге введением актуального и потенциального бытия личности.

Abstract: the article discusses the basic philosophical category of «personality» and «individuality» in the Christian philosophical anthropology Vladimir Lossky, reveals the problem of theological indeterminacy of identity, the introduction of a philosophical category «subject» antinomy permitted full details of the person teaching the doctrine of God and the introduction of the actual potential of being personality.

Ключевые слова: личность, индивидуальность, субъект, ипостась, природа. Keywords: personality, individuality, subject, hypostasis, nature.

В христианско-философской антропологии, вероятно, нет более неопределенных, но в то же время, и более значимых для полноценного раскрытия антропологической проблематики категорий, как «личность». Задача данной статьи заключается не в том, чтобы выявить противоречие анализируемых категорий в святоотеческом богословии, а в том, чтобы показать необходимость изучения того, как понимаются и соотносятся различия категорий «личность» и «природа» человека в христианско-философской антропологии. Анализ и выявление соотношения между собой «личности» и «природы» человека, возьмем за основу одной из фундаментальных работ Владимира Лосского «Богословское понятие человеческой личности» [1].

Для последовательного, детального выяснения места и соотношения анализируемых философских категорий в богословском учении о человеке, необходимо двигаться последовательно, начиная с троического богословия, через христологический догмат, к учению о человеке.

В троическом богословии, категории «природа» и «личность» в Божественных Лицах первоначально обозначали термином «фюсис» и «ипостась», а в дальнейшем появилась необходимость понятийного разграничения в Боге не только природы и личности, но также «усии» и «ипостаси». Эти категории в Троице являются абсолютно тождественными и абсолютно различимыми, поскольку необходимо показать несводимость ипостаси к усии, то есть личности к сущности, не противопоставляя их при этом как две различные реальности.

Следует отметить, что влияние троического богословия на методологическую основу христианской антропологии не ограничивается принципом несводимости, поскольку сами Божественные Ипостаси обладают самостоятельностью только благодаря отношениям между ними, их сообщению, коммуникации. Отсюда следует вывод, что понятие личности или ипостаси в богословии прямо связано с отношениями между лицами Троицы, и вне этих отношений теряет смысл. Таким образом, понятие ипостаси или личности выражает самостоятельность лица, его существование по собственной субстанции, обусловленное коммуникативно, через отношения между Лицами. Следовательно, коммуникативная природа божественной личности также является основанием для определения коммуникативной природы человеческой личности. Это, по сути, является еще одним принципом христианской антропологии, вытекающей из троического богословия.

Единая природа в Трех Лицах, то есть «абсолютное тождество», и четкое разделение ипостасей, «абсолютная различимость» неоднократно подчеркивается богословами, а усию и ипостась они различают лишь как общее и частное. Например, Иоанн Дамаскин, под ипостасью понимает либо природу, либо некое индивидуальное существование [2], другими словами, индивида и природу. Под индивидом богослов понимает с одной стороны - нечто отдельное, то есть некий «объект»; с другой стороны он существует сам по себе, то есть как существо самостоятельное, что заключает в себе категорию «субъект».

В анализируемой работе, Владимир Лосский, рассматривая индивида, не учитывает его самостоятельное, субъектное существование, указывая лишь на принадлежность к некоему роду, смешивая таким образом категории «индивид» и «личность».

В троическом богословии категория «индивид» не применима, поскольку Бог не один из видов некой природы, а сама природа в Боге не разделяется. В Боге природа общая, единственно существующая, соответственно, исключающая из ипостаси какое-либо ограничение по природе, свойственное человеку, как индивиду.

В сотворенной природе богословы не различают понятий «индивида» и «ипостаси» и «личности». Ипостась понимается как, в основном, пользуясь словами Боэция, как «индивидуальная субстанция разумной природы» [3], то есть «индивид» и «личность» в этом определении сливаются. Ришар Сен-Викторский, отказавшись от определения личности, сформулированного Боэцием, понимает ипостась как «несообщаемое

бытие Божественной природы», а в человеческой личности выявляет субъектное начало, (субстанция отвечает на вопрос что?, а личность на вопрос кто?) [4], что сближает его с умозрением греческих богословов.

Индивидуальная субстанция совершенно четко определяет индивида, а разумная природа, то есть высшие духовные способности человека, относится к личности.

В христологическом догмате Владимир Лосский, анализируя Личность или Ипостась Христа и Его природу, делает весьма интересные выводы. Поскольку Христос в своем воплощении являлся стопроцентным человеком, то категория «индивид» применима к его человеческой природе, но человеческой личности у него не было. Соответственно, личность не сводима к человеческой природе. В человеке также различается природа, то есть индивид и личность, не сводимая к этой природе.

Личность по предположению Григория Нисского находится в уме, то есть здесь ее пребывание четко локализовано. Однако, в этом случае, Христос должен был обладать божественным, а не человеческим умом, при отсутствии человеческой личности. Поэтому личность не находится где-либо конкретно, а всецело расстворена в человеческой природе, но в то же время не сводится к ней, и может, согласно Лосскому, владеть, распоряжаться природой, выступать носителем деятельности, то есть быть субъектом, что является проявлением личности.

Имплицитное присутствие некой всецело обобщающей субстанции, указывает именно на категорию «индивидуальность», которую Лосский не учитывает, считая, что вся полнота находится в личности. Влияние общества на становление личности он также не принимает во внимание, потому как личность человеку дана полноценной и добавить в нее что-либо невозможно. Возникло это утверждение потому, что Лосский полностью антропологию сводит к теологии, то есть от учения о Боге, автор следует к учению о человеке и формулирует методологические принципы, при помощи которых он в дальнейшем выстраивает христианскую антропологию. Это сведение ошибочно, поскольку в божественной личности действительно заключена вся полнота бытия. Человек, поскольку создан по образу и подобию, также включает в свою личность всю полноту бытия, однако это не вполне понятно. Для прояснения этого противоречия необходимо ввести уровни потенциального и актуального бытия, то есть полнота личности в человеке существует потенциально, а ее всецелое раскрытие происходит при помощи общества.

Лосский нередко говорит о неопределимости личности, и рассматривая раскрытие этой категории в его работе, можно сделать вывод, что личность - это свобода духовной человеческой всецелой субстанции над природой. Однако автор имеет в виду богословскую неопределимость.

Отметим, что богословская неопределимость не означает философской неопределимости. С позиции философского подхода мы видим четко представленную категорию «субъект», то есть тот, кто распоряжается природой, поскольку природа собой владеть не может. Таким образом, личность по Лоскому, есть «кто», это субъект, то есть личность не только субстанциальное, поскольку именно субъектность и является субстанцией, а функциональное свойство. Субстанциональность личности проявляется также, если рассматривать божественную личность, как основу образа, то есть прообраз. Если божественная личность субстанциональна, то личность человека, являясь ее образом, тоже явно имеет субстанцию, в основе которой лежит субъект. Отсюда наблюдается принцип тринитарного богословия - личность и не сливается с природой, находясь над природой, и не раздельна, поскольку ее в себе содержит. Значит, хотя личность и принадлежит природе, но выявить ее место, или даже отличить от сложного состава природы, согласно Лосского, невозможно. Причины этого, на наш взгляд, в недостаточном понимании категории «субъект», как субстанциональной основы бытия личности. Во-первых, автор показывает, что существенным отличием личности человека от его природы является присущая человеку субъектность, (то есть, тот «кто»), которая присутствует в его природе, отличаясь от нее и в то же время превосходит эту природу, то есть является трансцендентной по отношению к ней, и в то же время не существует вне этой природы. Во-вторых, следует отделить, что присущая личности субъектность, как ипостасное начало обладающее активностью по отношению к природе, «свободой по отношению к природе» [5], принадлежит природе человека, то есть не существует сама по себе в потенциальном бытии; но действует на природу, содержит ее в себе, дает ей существование в актуальном бытии. Поскольку это разные отношения, то противоречия здесь не содержатся и поэтому, в-третьих, следует сделать вывод, что именно данная субъектность личности человека, как активное организующее начало всей его природы и может выступать как субстанция человеческой личности. Следовательно, в-четвёртых, та проблема неопределимости понятия личности, на которую особое внимание обращает Лосский, может получить свое разрешение. Это означает, что поиски существенных признаков, характеризующих человеческую личность, в отличие от природы, методологически небессмысленные, то есть понятие человеческой личности в христианско-философский антропологии должно быть содержательным.

Литература

1. Лосский В. Боговидение. Москва 2003. с. 647.

2. Иоанн Дамаскин, прп. Точное изложение православной веры. К.: Общество любителей литературы.

Издательство имени Льва, папы Римского, 2007. с. 464.

3. Боэций. Против Евтихия и Нестория // Боэций. «Утешение философией» и другие трактаты. М., 1990. с.

172.

4. Лосский В.Н. Толкование на символ веры / В. Н. Лосский - Киев: изд-во храма прп. Агапита Печерского,

2000. с. 43.

5. Лосский В.Н. Предание отцов и схоластика // Богословские труды. - 1978.-№18.-С. 118-124.