Опыт реализации региональной демографической политики в развитых странах мира

РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ ТЕРРИТОРИЯМИ

Вестник Омского университета. Серия «Экономика». 2011. № 1. С. 74-80.

УДК 314.15:314.145

ОПЫТ РЕАЛИЗАЦИИ РЕГИОНАЛЬНОЙ ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ

В РАЗВИТЫХ СТРАНАХ МИРА

REGIONAL POPULATION POLICY EXECUTED IN LEADING WORLD COUNTRIES

О.В. Гокова

O.V. Gokova

Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского

При разработке и реализации демографической политики важную роль играет соотношение глобального (или федерального на примере Российской Федерации) и регионального в демографическом развитии. На примере демографического развития крупных регионов мира, в которых демографическая политика направлена, так же как и в Российской Федерации, на увеличение рождаемости и численности населения, представляется возможным уточнить роль именно региональных источников демографических изменений, что обусловливает необходимость применения дифференцированного подхода к разработке и реализации региональной демографической политики.

The article considers population policy execution as federal-regional trends ratio. Given demographic policy aimed at the growth of population and birth rate in some large world areas, the article makes an attempt to value the role of local change factors exactly, and, therefore, emphasizes differentiated approach as needed to design and implement population policy in regions.

Ключевые слова: региональная демографическая политика, зарубежный опыт, дифференцированный подход, депопуляция, институциональный контроль, сравнение показателей по развитым странам мира.

Key words: regional population policy, world experience, differentiated approach, depopulation, institutional control, developed countries comparison.

Трансформация режима воспроизводства населения и ее последствия заставляют общество менять приоритеты проведения демографической политики. В настоящее время в Российской Федерации темпы депопуляции в определенной степени сдерживаются благоприятной половозрастной структурой, образовавшейся в результате относительно высокой рождаемости 1980-х гг. Однако ее влияние продлится не далее 2010-2012 гг., после чего при отсутствии эффективной демографической политики численность населения будет убывать возрастающими темпами [1].

После длительного общественно-государственного бездействия на изменение репродуктивно-демографических тенденций уйдут десятилетия, при условии активного проведения научно обоснованной, грамотно организованной и финансово затратной демографической политики. Поэтому большое значение для разработки основ демографической политики в Российской Федерации имеет систематиза-

© О.В. Гокова, 2011

ция ее региональных направлений с учетом социально-демографических особенностей развитых стран мира, нацеленных на улучшение положения социально-уязвимых категорий граждан, семей с детьми, молодежи.

Жизнеспособность государства тесно связано с устойчивым демографическим развитием, гарантирующим обществу воспроизводство человеческих поколений. Однако в ряде стран воспроизводство населения испытывает трудности (заметнее всего этот процесс в европейских странах). В Российской Федерации на протяжении последних 18 лет наблюдается та же тенденция, но только в более усиленном варианте: население России стремительно сокращается. С 1992 г. Россия находится в ситуации депопуляции, при этом численность населения в 2009 г. по сравнению с 1992 г. сократилась на 6,7 млн человек (4,5 %) [2, с. 24].

Экономическое и социальное неблагополучие проявляет себя в сокращении средней продолжительности жизни населения. За 5 лет с 1990 по 1995 г. она снизилась на 5,6 года у мужчин (до 58,1 года) и на 2,7 года у женщин

(до 71,6 года). В 2009 г. ожидаемая продолжительность жизни при рождении у мужчин составила 62,8 года, у женщин - 74,7 года, что значительно ниже значений данного показателя в Японии (79 лет для мужчин и 86,2 года для женщин), европейских странах (например, во Франции продолжительность жизни мужчин в 2009 г. составляла 77,4 года, женщин - 84,5 года) и в США (76,7 года для мужчин и 81,3 года для женщин) [3; 4].

Снижается рождаемость, ухудшается здоровье людей, растет смертность, особенно от внешних причин (несчастных случаев, отравлений и травм). За период с 1990 по 1995 г. смертность населения России от внешних причин возросла у мужчин в 1,8 раза, а у женщин

- в 1,7 раза, что значительно превышало среднеевропейский уровень. В 2009 г. в России смертность от внешних причин составила

11,2 % от всех причин смертности. Первое место занимают болезни системы кровообращения (56,5 %), второе место - новообразования (14,6 %) [5].

Высокая смертность от внешних причин вызвана обострением социальной напряженности, ростом преступности, межнациональными конфликтами, а также падением трудовой дисциплины, ухудшением качества питания, экологическими и технологическими катастрофами.

В период депопуляции младенческая смертность в России начала постепенно снижаться с 1995 г. (с 1995 по 2009 г. она снизилась в 2,2 раза и составила 8,1 случая на 1000 родившихся живыми) [6]. Однако, несмотря на снижение, по показателю младенческой смертности Российская Федерация отстает от развитых стран мира. Так, в Швеции значение данного показателя в первом полугодии 2010 г. составило 2,74 случая на 1000 родившихся живыми, в Японии - 2,79 случая на 1000 родившихся живыми, во Франции - 3,31 случая на 1000 родившихся живыми, в США - 6,14 случая на 1000 родившихся живыми [7].

В странах ЕС, так же как и в России, наблюдается негативная тенденция снижения рождаемости. Резкий спад рождаемости произошел в 1990-1995 гг. и с тех пор ситуация улучшилась только в Ирландии (16,4 промилле), Исландии (13,4 промилле), во Франции (12,4 промилле) и в Великобритании (12,3 промилле), а в остальных странах ЕС ситуация практически не изменилась [8]. В России в 2009 г. коэффициент рождаемости увеличился (по сравнению с 1995 г.) в 1,3 раза и составил 12,4 промилле, что значительно превышает

аналогичные показатели в Австрии (8,7 промилле), Германии (8,2 промилле) и Италии (8 промилле) [8; 9].

Важным условием эффективности демографической политики является применение дифференцированного подхода, учитывающего особенности социально-экономического развития страны, исторического этапа трансформации института семьи, доходов, потребностей, интересов и структуры населения. Задачи стабилизации демографического развития обусловливают необходимость системного подхода к анализу происходящих в стране процессов, выявления характерных, устойчивых черт жизнедеятельности, закономерностей демографического развития, оценки наиболее проблемных процессов в странах со сходными демографическими условиями [10, с. 40].

С середины 1960-х гг. большинство жителей Северной и Западной Европы начали отдавать предпочтение нетрадиционному для этой части планеты укладу семейной жизни: женщины все чаще начали ставить достижение экономической самостоятельности во главу своих жизненных планов, внебрачный союз стал столь же обычным, как и зарегистрированный брак, а число детей, рожденных в браке и вне его, практически сравнялось.

В конце XX - начале XXI в. средний возраст женщины, родившей первого ребенка, составлял в Великобритании и Франции 29 лет, в Швеции - 30 лет. Уровень рождаемости в Северной и Западной Европе не обеспечивает замещения численности родительских поколений поколениями детей. Тем не менее уровень рождаемости в Северной и Западной Европе в настоящее время заметно выше, чем на юге и востоке континента. Наиболее высокие в ЕС значения суммарного коэффициента рождаемости отмечаются в Ирландии - 2,03 промилле, во Франции - 1,97 промилле, в Великобритании - 1,92 промилле, в Норвегии - 1,8 промилле. Самые низкие значения данного показателя (около 1,4 промилле) на протяжении уже многих лет наблюдаются в Германии и Австрии, но даже эти показатели чуть выше, чем уровень рождаемости, типичный для постсо-циалистических стран Центральной и Восточной Европы, а также Италии и Испании (от 1,3 до 1,4 промилле) [11].

Сокращение числа молодых пар, состоящих в браке, привело бы в Северной и Западной Европе к гораздо более сильному снижению рождаемости, если бы не рождение внебрачных детей. В Швеции вне брака рождается более половины детей, в Норвегии - при-

мерно половина, во Франции и Великобритании - более 40 % [12, с. 18].

Во всех странах ЕС на протяжении второй половины XX века происходил практически непрерывный рост средней продолжительности жизни. Продолжительность жизни в большинстве стран Западной Европы на 1-2 года превосходит соответствующие показатели для США и уступает только Японии [4].

Резко снизилась в Западной Европе и младенческая смертность: во Франции, например, с 21,9 промилле в 1965 г. до 3,3 промилле в 2009 г. В настоящее время значения этого показателя не превышают в рассматриваемом регионе 5 промилле. Швеция вместе с Японией и Сингапуром находятся среди стран, достигших его наиболее низких в мире значений: менее 3 умерших на 1000 родившихся живыми [7; 12, с. 19].

В основе демографических сдвигов, столь сильно изменивших жизнь европейцев, лежали существенные изменения важнейших институтов европейских обществ.

В середине 1960-х гг. государство как социальный институт все еще пыталось выступать в роли защитника моральных устоев, контролировать репродуктивное поведение граждан: были запрещены или значительно ограничены аборты, продажа и «пропаганда» контрацептивов, а развод если и был возможен, то представлял собой долгую и мучительную процедуру.

Переход к постиндустриальному обществу включал в себя изменения не только в экономике, но и в направленности социального контроля, а также в механизмах власти. Социальный контроль представляет собой способ, которым социум стремится направить личные устремления человека в желательном для общества направлении. Важнейшую роль в осуществлении социального контроля играют формальные и неформальные институты общества, в том числе государство. В обществах западного типа государственный контроль концентрируется на «узловых» направлениях общества, т. е. там, где без него невозможно обойтись [12, с. 20].

В Северной и Западной Европе второй половины XX - начала XXI в. государственный контроль в демографической политике сведен к минимуму в связи с охватившим человечество процессом демократизации, освобождением личности от институционального контроля, которым связывали человека община, церковь, государство, семья. Резко ограничив контроль репродуктивного поведения людей (легализация контрацепции, разрешение

проведения искусственного прерывания беременности), государство в странах Северной и Западной Европы отнюдь не отказалось от своих обязанностей в сфере здравоохранения, образования, социального обеспечения нетрудоспособных, охраны окружающей среды, помощи семьям с детьми и малоимущим. Эту область деятельности государства часто обозначают термином «государство благосостояния». Главная функция государства благосостояния -обеспечивать определенный уровень независимости индивида от колебаний рыночной конъюнктуры и гарантировать ему некий минимум средств к существованию.

Модели государства благосостояния, постепенно сформировавшиеся в развитых странах мира, отличаются друг от друга и имеют достаточно выраженную географическую локализацию. Наиболее известная классификация государств благосостояния принадлежит шведскому ученому Г. Эспинг-Андерсену:

а) североевропейский тип государства благосостояния, характерный для Дании, Исландии, Норвегии, Финляндии и Швеции, представляет собой уникальный социально-культурный феномен, обладающий рядом взаимосвязанных особенностей:

- большая активность социал-демократов и представителей левых сил в общественной жизни;

- большая доля общественного сектора по сравнению с другими европейскими странами;

- высокая политическая и экономическая активность женщин;

- охват системой всеобщего благосостояния всех социальных слоев населения (за это скандинавскую модель часто называют «универсальным» государством благосостояния);

- существование специфической скандинавской культуры труда и этики бизнеса;

- особое внимание к экологическим проблемам;

б) «континентальная» модель государства благосостояния, представленная в большинстве стран Западной Европы, в большей степени опирается на страховой принцип финансирования (за счет взносов работодателей и работников) и в относительно меньшей - на бюджетное финансирование. В ее основе лежит принцип страхования работающего населения от экономических рисков (прежде всего от безработицы), а не принцип поддержки любого гражданина страны, свойственный североевропейской модели;

в) особый случай - государство благосостояния в Великобритании. Его обычно опре-

деляют как особую разновидность либеральной модели, основанную на идеях британского экономиста У. Бевериджа (1879-1963). Он подчеркивал, что государство, взяв на себя часть социальных расходов, улучшит качественные характеристики рабочей силы и уровень мотивации британских рабочих, а это будет способствовать повышению конкурентоспособности британских товаров. В основе либеральной модели государства находится принцип опоры на собственные силы, полагая, что социальную помощь необходимо оказывать только наиболее обездоленным слоям населения. Тем не менее британская разновидность либеральной модели отличается относительно большими объемами социальной помощи по сравнению со странами классической либеральной модели - США, Канадой и Австралией;

г) в католической Южной Европе издавна считалось, что основную роль в социальной поддержке нуждающихся должны играть семья и благотворительные организации. Лишь наиболее развитая из этих стран, Италия, в 1990-е гг. стала постепенно приближаться к ведущим западноевропейским государствам по показателю доли социальных расходов государственного сектора в ВВП, однако пока руководствуется прежде всего общесоциальными соображениями: общество заинтересовано в том, чтобы дети рождались здоровыми и могли получить полноценное воспитание и образование, а родители - совмещать профессиональную карьеру и семейные обязанности [12, с. 33-36; 13].

Определенным эталоном демографической политики является Франция, первая из европейских стран столкнувшаяся с депопуляцией населения и разработавшая систему мер по ее преодолению и увеличению численности населения. С начала 1920-х гг. во Франции реализуется активная пронаталистская политика: введение в практику широкой системы денежных выплат и налоговых льгот семьям, направленных на поощрение рождений первого, второго и особенно третьего ребенка; стимулирование миграционного притока и привлечение иностранных работников (в том числе за счет репатриации французов из бывших колоний).

В результате предпринимаемых мер Франция в 2009 г. заняла одно из первых мест по уровню рождаемости (12,4 промилле) среди стран Северной и Западной Европы и 161 место среди 224 стран мира, участвовавших в исследовании. Для сравнения: в России уровень рождаемости составил 12,4 промилле (162 место), в Дании - 10,4 промилле (187 место), в

Финляндии - 10,37 промилле (189 место), в Нидерландах - 10,3 промилле (190 место), в Швеции - 10,14 промилле (193 место), в Бельгии - 10,1 промилле (195 место), в Германии -

8,2 промилле (220 место) и в Италии - 8,01 промилле (221 место) [8; 9].

Для стран Южной Европы характерна новая «средиземноморская» модель демографического поведения, отличная от западноевропейской и наиболее ярко выраженная в Италии и Испании. Рождаемость в этих странах (1,2—1,3 рождений в среднем на одну женщину) опустилась заметно ниже уровня, характерного для большинства развитых стран [11].

Италия и Испания принадлежат к числу тех государств, где всегда были очень сильными позиции католицизма. Приверженность семье и семейным ценностям всегда занимали центральное место в южноевропейской ментальности: крепкая семья должна служить и крепкой основой демографического воспроизводства, однако показатели рождаемости в этих странах одни из самых низких в Европе.

Различия между средиземноморской и западноевропейской моделями жизненного цикла человека проявляются уже в начале его самостоятельной жизни. В Северной и Западной Европе молодежь покидает родительский дом гораздо раньше, чем в южноевропейских странах (этот возраст составляет в Финляндии 20 лет, в Великобритании - 21 год, во Франции - 22 года, тогда как в Испании и Италии -27 лет). Причем в Северной и Западной Европе этот уход в большинстве случаев не связан с вступлением в брак или созданием внебрачного союза, а в южноевропейских странах, напротив, родительский дом чаще всего покидают именно в связи с вступлением брак [12, с. 66].

Широкое распространение внебрачных союзов характерно для всего европейского континента. Однако в Италии и Испании этот процесс идет значительно медленнее, чем в Северной и Западной Европе. В начале XXI в. во внебрачных сожительствах состояли около 55 % жителей Швеции в возрасте 25-34 лет, около 42 % французов, 32 % немцев и 28 % британцев. В Испании значение данного показателя составило 15 %, в Италии - всего 7 % [14].

Законы, разрешающие разводы, были приняты в Италии в 1970 г., а в Испании только в 1981 г. [15, с. 4; 16].

В настоящее время в Северной и Западной Европе низкий уровень рождаемости в браке в значительной степени компенсируется рождениями вне брака. В южноевропейских

странах показатель внебрачной рождаемости в 5-7 раз ниже, чем в таких странах, как Великобритания, Дания, Франция и Швеция. Это привело к тому, что для южноевропейских стран характерен более низкий уровень рождаемости, чем для стран Северной и Западной Европы [12, с. 70].

Соединенные Штаты и страны Западной Европы, имея общие культурные и цивилизационные корни, существенно различаются в демографическом отношении.

Начиная с 1980-х гг., показатели рождаемости в США, постепенно повышаясь, достигли уровня простого замещения поколений. Суммарный коэффициент рождаемости в США в последние годы колеблется в интервале от 2 до 2,1 рождения на одну женщину. По данному показателю США обгоняют в настоящее время все европейские страны [11].

Относительно высокой рождаемости в США благоприятствует быстро меняющаяся этническая структура населения - рост доли лиц латиноамериканского происхождения (для данной категории жителей США характерен высокий суммарный коэффициент рождаемости).

Весьма болезненным для американского общества является вопрос об искусственном прерывании беременности. Число абортов в расчете на 1000 рождений в США почти в 1,5 раза выше, чем в Германии, и примерно на 30 % выше, чем в Италии. После того как в 1973 г. аборты были легализованы в США, их количество постепенно нарастало и достигло максимального значения в 1990 г. (более 1,6 млн), затем стало понемногу снижаться, но все еще превышает 1,3 млн в год [17; 18].

По показателям средней ожидаемой продолжительности жизни США несколько отстают от мировых лидеров (в 2009 г. в Японии она составляла 83 года, в западноевропейских странах - 81 год, в США - 79 лет) [4]. Некоторое отставание США объясняется заметными различиями в продолжительности жизни белого и афроамериканского населения (для этой части населения характерны более высокие показатели смертности от убийств и от СПИДа).

Иммиграция в США является более интенсивной, чем в европейские страны. Из стран «большой восьмерки» по значениям соответствующих показателей США уступают только Канаде. Поток иммигрантов в США имеет явную тенденцию к росту. Среди иммигрантов на протяжении последних десятилетий преобладают выходцы из Латинской Америки и из стран Азии (китайцы, индусы, филиппинцы, вьетнамцы и корейцы). Для американцев ази-

атского происхождения характерен ряд нетипичных для современных США демографических особенностей: семьи, в состав которых входят несколько поколений, низкий уровень внебрачной рождаемости, меньшая распространенность разводов [12, с. 112-115].

Население США существенно увеличивается и за счет нелегальной иммиграции. Точная численность нелегальных иммигрантов, проживающих в США, неизвестна и определяется официальной статистикой на основе косвенных расчетов, судя по которым, в США нелегально проживают более 11 млн человек (большинство из них - мексиканцы) [19; 20].

Однако в отличие от Европейского Союза, население США растет главным образом за счет естественного, а не миграционного прироста. В США положительное сальдо миграции непосредственно обеспечивает чуть более трети общего прироста населения, остальная часть прироста - результат перевеса числа рождений над числом смертей [12, с. 118].

При анализе причин демографических различий между США и Западной Европой особого внимания заслуживает феномен американского неоконсерватизма, оказывающий заметное влияние на политическую жизнь и мироощущение американцев на протяжении последних десятилетий.

Приверженность значительной части населения США консервативным ценностям зафиксирована множеством социологических опросов. По данным одного из них, проведенного в 44 странах мира в 2009 г., 59 % жителей США считают, что религия играет очень важную роль в их жизни. Это намного больше, чем в Великобритании (33 %), Италии (27 %), Германии (21 %), России (14 %), Франции (11 %). По данным другого опроса, проведенного американским институтом общественного мнения «Геллап» в 2006 г., 47 % жителей США считали морально неоправданным рождение детей вне брака (во Франции подобного мнения придерживались только 8 % населения, в Германии - 9 %, в Великобритании - 25 %) [21].

В США по-прежнему широко распространены вполне консервативные модели демографического поведения - «традиционное» разделение мужских и женских ролей и приверженность к семье с тремя-четырьмя детьми.

Система поддержки родителей с детьми в США существенно отличается от демографической политики стран Северной и Западной Европы. В США нет оплачиваемых государством длительных отпусков по уходу за ребенком, однако существует система налоговых

скидок, в значительной мере компенсирующих расходы работающих родителей на оплату услуг по уходу за детьми. Рыночная организация сферы услуг по уходу за детьми в сочетании с быстрым ростом заработной платы американских женщин «стимулируют» рождаемость. Таким образом, американки, ориентированные на новую модель поведения женщины в обществе и активную профессиональную карьеру, могут сочетать динамичный стиль жизни и радости материнства [12, с. 124].

Таким образом, демографическое развитие крупных регионов Земли во второй половине XX - начале XXI в. в значительной степени определялось характерным для того или иного региона уникальным сочетанием факторов. Новая модель демографического поведения жителей Западной Европы стала возможной благодаря быстрому росту благосостояния населения, неприятию им государственного и других видов институционального контроля над поведением в семейно-брачной сфере и одновременно изменением функций государства.

Демографическая политика в различных регионах мира, где характер демографических проблем весьма сходен, имеет существенные различия, которые в значительной степени определяются институциональной структурой сложившихся обществ. Важную роль при этом играют:

- глубинные интегративные структуры общества;

- господствующая в обществе модель социального государства (часто называемого также государством благосостояния);

- характер политических институтов и степень развития институтов гражданского общества;

- господствующая ментальность и активность сторонников тех или иных ценностей.

Сторонники дедуктивного подхода при разработке демографической политики обращаются к ранее разработанным типологиям и методам. Это облегчает включение новых исследований в сложившуюся научную традицию, позволяет использовать развитый научный язык. Однако применение такой методологии может привести к неадекватной интерпретации результатов. Индуктивный подход, отталкивающийся от реальности изучаемых обществ, опирается на конкретное исследование происходящих перемен в каждом конкретном регионе [22, с. 5-6].

Таким образом, картина демографического развития мира позволила уточнить аспекты,

связанные с межрегиональными демографическими различиями, доказывая необходимость применения дифференцированного подхода к разработке и реализации региональной демографической политики, основываясь на социально-демографических особенностях, учитывая опыт других регионов, но, не перенося его на местную почву чисто механически.

1. Белобородов И. Депопуляция в России: 15 лет демографической трагедии // Демографические исследования. - 2007. - № б. - URL: http://www.demographia.ru/articles_N/index.html ?idR=21&idArt=787

2. Демографический ежегодник России. 2009: статистический сборник. - М.: Росстат, 2009. - 557 с.

3. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении // Федеральная служба государственной статистики. - URL: http://www.gks. ru/wps/portal/OSI_N/DEM#

4. Life expectancy index in the word countries // United Nations development programme: human development report - 2009. - URL: http:// gtmarket.ru/ratings/life-expectancy-index/life-expectancy-index-info

5. Умершие по основным классам причин смерти // Федеральная служба государственной статистики. - URL: http://www.gks.ru/wps/ portal/OSI_N/DEM#

6. Младенческая смертность // Федеральная служба государственной статистики. - URL: http://www.gks.ru/wps/portal/OSI_N/DEM#

7. Country comparison: infant mortality rate // CIA World Factbook. - URL: https://www.cia. gov/library/publications/the-world-factbook/rankorder/2091rank.html

8. Country Comparison: birth rate // CIA World Factbook. - URL: https://www.cia.gov/ library/publications/the-world-factbook/rankorder/ 2054rank.html

9. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения // Федеральная служба государственной статистики. - URL: http:// www.gks.ru/wps/portal/OSI_N/DEM#

10. Гокова О.В. Основные проблемы регионального демографического развития (на примере Омской области) // Инновационные тенденции развития экономики: экономикоуправленческие аспекты: сб. науч. тр. аспирантов и магистрантов ОмГУ. - Омск: Изд-во ОмГТУ, 2009. - С. 39-4б.

11. Country Comparison: total fertility rate // CIA World Factbook. - URL: https://www.cia. gov/library/publications/the-world-factbook/ rankorder/2127rank.html

12. Клупт М. Демография регионов Земли. - СПб.: Питер, 2008. - 347 с.

13. Современная демографическая политика: Россия и зарубежный опыт // Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. -2005. - № 25 (277). - URL: http://www.budgetrf. ru/Publications/Magazines/VestnikSF/2005/vestn iksf277-25/vestniksf277-25130.htm

14. Kiernan K. Cohabitation and divorce across nations and generations. - URL: http:// sticerd.lse.ac.uk/dps/case/cp/CASEpaper65.pdf

15. Чечот Д.М. Социология брака и развода. - Л.: Знание, 1973. - 37 с.

16. Андреева Е. Развод по-испански. -URL: http://espan-ol.ru/publ/4-1-0-6

17. Abortions per 1000 live births // World Health Organization / Regional office for Europe. -URL: http://data.euro .who .int/hfadb/tables/tableD. php?w=1920&h=1200

18. US termination figures by state and totals since 1970. - URL: https://spreadsheets.google. com/ccc?key=rMAxfwIn4i-JeIPG_P8tjxA#gid=0

19. Preston J. Decline seen in numbers of people here illegally // The New York Times. -2008. - URL: http://www.nytimes.com/2008/07/ 31/us/31immig.html?_r=1&partner=rssnyt

20. The size and characteristics of the unauthorized migrant population in the U.S. - URL: http://pewhispanic.org/files/reports/61.pdf

21. Is the out-of-wedlock birth moral unjustified?, What role does religion play in your life? // GALLAP international public representative opinion poll. - URL: http://www.gallup.com

22. Заславская Т.И. Человеческий потенциал в современном трансформационном процессе // Общественные науки и современность.

- 2005. - № 3. - С. 5-16.