Завтрак отдай врагу

Экс-лидер фракции «Единой России» в гордуме Воронежа Роман Жогов оставлен под стражей до 29 мая по уголовному делу об обмане своего бывшего однопартийца Александра Провоторова. Тот недавно вышел на свободу, досрочно отбыв наказание за мошенничество. Выступая в суде по продлению меры пресечения, Роман Жогов назвал УДО заявителя вознаграждением за оговор и выразил готовность дойти до президента в борьбе за свою невиновность. Он считает циничными доводы обвинения о возможности повлиять на расследование, так как потерпевший несколько месяцев ежедневно приносил ему завтрак в камеру в изоляторе и не испытывал никакого давления.

Воронежский депутат Роман Жогов (в центре) не признает себя виновным в мошенничестве и остается под стражей

Фото: Сергей Толмачев

20 марта в Ленинский райсуд Воронежа поступило ходатайство регионального управления Следственного комитета России (СКР) о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу Роману Жогову. Он обвиняется в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ, до десяти лет лишения свободы). По версии следствия, депутат добился фиктивного трудоустройства своей супруги Марии на работу в ООО «Воронежский опытно-механический завод», которое возглавлял бывший зампред гордумы Александр Провоторов: она ежемесячно получала около 20 тыс. руб.

Провоторов якобы полагал, что выплачиваемые таким образом деньги (всего около 2,4 млн руб.) шли на поддержку местного отделения «Единой России».

Роман Жогов был задержан 30 ноября прошлого года, 2 декабря его заключили под стражу в СИЗО-3. Там же содержался и потерпевший по его уголовному делу: весной прошлого года Александр Провоторов получил два года за обман другого однопартийца Александра Жукова на 1 млн руб.

В начале заседания по рассмотрению ходатайства следствия оказалось, что Роман Жогов узнал о судебном процессе в тот же день и не успел ознакомиться с документом. «Меня собрали за пять минут и привезли сюда»,— сказал депутат. В предыдущий раз меру пресечения ему продляли до 29 марта, так что спешки не требовалось. По данным «Ъ-Черноземье», следствие объясняет досрочное продление необходимостью обеспечить доставку обвиняемого в суд.

Судья Марина Сиухина приобщила к делу заявление Александра Провоторова, недавно досрочно вышедшего на свободу. В нем он попросил рассматривать материалы без него. Никто против его отсутствия не возражал. После этого следователь регионального управления СКР Станислав Склярский, как и в прошлый раз, заявил, что меру пресечения необходимо продлить ввиду возможности у обвиняемого повлиять на ход расследования в силу его статуса, а также ввиду необходимости проведения следственных действий. По его словам, за последние два месяца почерковедческая экспертиза не была окончена, так как экспертам понадобились дополнительные образцы.

Один из защитников Романа Жогова Олеся Алимкина заметила, что в ходатайстве в нарушение ст. 109 УПК не перечислены действия, которые были совершены с момента предыдущего продления. Она напомнила, что с задержания ее доверителя прошло 111 полных дней, или 71 рабочий день, или 568 часов рабочего времени: «Учитывая, что среднее время допроса — два часа, за это время можно было бы допросить 284 свидетеля. А у нас по делу допрошено только десять. За прошедшее время можно было бы сделать все необходимые запросы и осмотры полученных документов». Как следует из материалов дела, за прошедшее время следователь запросил из налоговой регистрационное дело фигурирующего в деле юридического лица и ознакомился с ним.

«У нас в деле один эпизод,— подчеркнула госпожа Алимкина.— И его планируется расследовать больше полугода. Потому что в ходатайстве следствия не заложены ни предъявление обвинения в окончательном виде, ни ознакомление с материалами. После шести месяцев, очевидно, будет еще одно продление. Сколько их будет дальше, мы не знаем». Сторона защиты полагает, что по делу допущена волокита. Адвокат подчеркнула, что ее доверитель — «не забулдыга с улицы», а человек, который боролся за воронежцев. Второй адвокат Николай Алимкин риторически поинтересовался у судьи, что с ее коллегой сделала бы квалификационная коллегия судей, если бы он так объяснял, что не успевает рассмотреть один эпизод.

Сам Роман Жогов попросил суд смягчить меру пресечения: «За четыре месяца со мной провели три следственных действия. Это предъявление обвинения на пять минут и два допроса по моей инициативе. На последних показаниях были приведены неопровержимые доказательства того, что Провоторов лжет. Я не понимаю, почему их игнорирует следователь». Ранее господин Жогов заявлял, что его супруга была трудоустроена по инициативе самого Провоторова, а ее зарплата была по сути надбавкой за его работу в партии.

«Провоторов ввел следствие в заблуждение. В партии он был ревизором и не мог меня бояться,— объяснял Роман Жогов.— Я хочу изобличить лжеца. К слову сказать, три месяца до освобождения Провоторов, работавший в хозблоке, каждое утро приносил завтраки в мою камеру. Вы представляете, насколько циничным было заявление, что я могу на него повлиять. Я сталкивался с ним в коридоре в СИЗО». По его мнению, Александр Провоторов был досрочно освобожден в качестве вознаграждения за оговор. Мотивом заявителя, как считает Роман Жогов, была конкуренция за пост первого вице-спикера гордумы, которая была между ними после прошлых выборов.

Доводы следствия о связях обвиняемого с высокопоставленными лицами он назвал преувеличенными, так как «был простым депутатом».

После выступлений сторон судья Марина Сиухина удалилась в совещательную комнату. В зал во время перерыва зашли родственники Романа Жогова, которых он подбодрил и призвал держаться, а сам пообещал доказывать свою невиновность. Он рассказал им, что в его камере в СИЗО содержатся девять человек и что там невозможно бросить курить, но можно смотреть телевизор, который показывает 20 каналов. Общение выдалось недолгим: после 14 минут в совещательной комнате судья Марина Сиухина удовлетворила ходатайство следствия. Роман Жогов пообещал «Ъ-Черноземье» обжаловать решение суда и выразил готовность дойти до президента в процессе отстаивания своей невиновности.

Александр Провоторов после выхода на свободу не общался со СМИ и публично не комментировал дело господина Жогова.