Теоретические основы оценки стратификации инновационного общества

УДК 334.7.021 + 519.81

И.А. Панкратов, Г.Р. Шамьенова ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ОЦЕНКИ СТРАТИФИКАЦИИ ИННОВАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА

Анализируются основные классические концепции социальной стратификации общества. Выделяются факторы, оказывающие наибольшее влияние на формирование неравенства в инновационном обществе. На основании этого предлагается модель для анализа неравенства в обществе на основании оценки реализованных возможностей человека. При этом учитываются особенностей влияния факторов различных стратификационных порядков на социальное положение различных слоев населения, а также отдельных индивидов. Такой анализ позволяет оце-

нивать стратификацию инновационного общества и эффективность социальных преобразований.

Общество, неравенство, стратификация, иерархия, потребности, инновационное общество

I.A. Pankratov, G.R. Shamyenova

THEORETICAL BASIS FOR STRATIFICATION ASSESSMENT OF THE INNOVATIVE SOCIETY

The main classical concepts of social stratification of society are analyzed. The factors having the greatest impact on the formation of inequality in innovative society are identified. A model for analyzing the inequality in society on the basis of assessment of the realized opportunities of a person is offered. A special focus is made on the specific factors related with the various stratification levels which influence the social status of various segments of population, including particular individuals. Such analysis allows to estimate the stratification of innovative society and efficiency of social transformations.

Society, inequality, stratification, hierarchy, requirements, innovative society

Политические и экономические преобразования, начавшиеся в постсоветский период, повлекли за собой процессы социальной трансформации российского общества. Переходному и постпере-ходному периоду свойственно возникновение трудностей при изучении социальных отношений и общества в целом. В этих условиях проблемы стратификации и взаимоотношения различных социальных групп всегда занимают приоритетное положение.

Проводимый анализ состояния общества основывается, прежде всего, на классических подходах к вопросу стратификации, которые широко представлены в работах К. Маркса и М. Вебера, а также переосмыслены и дополнены их последователями. Тем не менее обозначенные выше подходы являются основополагающими при оценке общества в целом, а также неравенства, в нем возникающего.

Однако подходы классиков актуальны для развитых европейских и североамериканских обществ, которые уже сформировали четкую внутреннюю структуру. Особняком здесь встает общество России, поскольку процесс его трансформации нельзя считать законченным.

В связи с этим встает вопрос правильной оценки российского социума. Для этого необходимо использовать теорию, несколько отличную от марксистских и веберианских, которая учитывает именно отечественные условия. В связи с этим авторами данной работы предлагается новая модель для описания российского общества.

Анализируя проблемы социально-экономического неравенства в современной России, приходится учитывать как общемировые тенденции, так и специфические особенности страны. Принадлежность России к трансформирующимся обществам, переживающим переход от советской системы к новому состоянию, обусловливает специфические особенности ее функционирования и развития.

Авторитетные российские ученые, такие как О.И. Шкаратан и Т.И. Заславская, а также ряд других, выделяют характерные особенности российского общества.

В трансформирующемся обществе, каковым является и российское, традиционные критерии социальной стратификации утрачивают свою силу и убедительность, вследствие чего происходит верификация разнообразных стратификационных шкал или их комбинаций. Казалось бы, устойчивые и испытанные независимые критерии (доход, уровень образования) не дают адекватной картины стратификации в переходном обществе, где, скажем, значительная часть источников индивидуальных доходов относится к так называемой «неофициальной» или «серой» экономике [1].

Переходный период характеризуется изменением силы воздействия факторов, влияющих на стратификацию. Наблюдается ослабление государственной власти, порождающее напряженную борьбу политических партий и группировок. Дестабилизация власти способствует относительному ослаблению роли политического компонента социальной стратификации. Объем властных и политических полномочий, тем не менее, оказывает значительное влияние на формирование социального статуса. Однако главенствующую роль в формировании статуса начинает играть «экономикополитический» фактор, который включает три компонента: владение капиталом, производящим доход; причастность к процессам распределения, перемещения и обмена общественного продукта; уровень личных доходов и потребления. Особая роль принадлежит первому компоненту [2].

290

Стоит отметить, что используемые модели для описания российского общества основаны на классических теориях, описывающих стратификацию. Из-за этого они имеют ряд недостатков, которые не позволяют произвести полноценный глубокий анализ процессов, происходящих в обществе российском. Поэтому представим основные классические подходы с целью извлечения из них ключевых моментов, которые характерны для современного российского общества, и формирования улучшенной и обобщенной модели.

Прежде всего, необходимо обозначить ключевые моменты, общие для всех подходов. Стратификационный порядок - это всегда иерархичный порядок, классифицирующий индивидов по ранговому принципу, то есть определяющий на основе некоторого множества критериев неравенства, кто из агентов (индивид, группа, слой) занимает более высокое, а кто - более низкое положение на социальной лестнице общества. Вообще положение сообществ в социальной структуре формируется на основании всей совокупности стратификационных порядков, которые методологически и методически обосновываются исследователем в рамках той или иной теоретической парадигмы или подхода.

Класс - одно из ключевых социологических понятий. Считается, что корректное употребление понятия класса требует его экспликации в контексте сознательно принятых исследователем или некритически заимствованных теоретических допущений. Э.Райт довольно точно сравнил эту категорию с «хамелеоном, меняющим окраску фактически в каждой социологической традиции» [3]. Общеизвестно, что представлением о классе мы обязаны, прежде всего, трудам К. Маркса и М. Вебера, которые являются основоположниками подходов к проблеме описания социального неравенства.

Далее рассмотрим основные положения структурного (основанного на представлениях К. Маркса) и деятельностного подходов (в основу которого легли труды М. Вебера), на которых базируется большинство теорий.

Сторонники структурного подхода чаще всего социальную структуру представляют как первичную конструкцию, репрезентирующую морфологические особенности конкретного общества. Особенности же вытекают из качества элементов, в совокупности образующих структуру, а также из способов зависимостей и взаимосвязей между ними. Основателями такого подхода в социологии справедливо считаются К.Маркс и Э.Дюргейм, а его расцвет совпал с доминированием в академической социологии США структурного функционализма в версиях Т.Парсонса и Р.Мертона.

Представители данного подхода, во-первых, воспринимают структуру как завершенный результат, сознательно обходя научным вниманием весь тот процесс, который привел к ее формированию. Иначе говоря, структурное исследование абстрагируется от проблем времени и, разумеется, от проблем возникновения, становления, развития вообще. Во-вторых, исходят из того, структура, существующая независимо от индивидов и их объединений, также находится за пределами индивидуальных или групповых влияний, недосягаема для них. В-третьих, считают что поведение людей и общностей, мнения, установки в основных чертах диктуются именно структурой, вытекают из нее, могут быть редуцированы к ней. В таком понимании структурное объяснение - это редукция того, что наблюдает социолог, к характеристикам позиций, которые занимают индивиды в данный конкретный момент.

Именно последователями марксистской социологии постоянно подчеркивалось, что ценности, культурные традиции, социальные институты и организации не являются составляющими социальной структуры. Последняя связана только с местом индивидов в системе производства. При этом содержание и конфигурация классового стратификационного порядка, то есть какие отношения и между какими-то именно классами определяют динамику социальной интеграции/дезинтеграции и общественных изменений, - вот что является главным объясняющим фактором [4]. Вертикальное измерение задают обладание или не обладание собственностью: тот, кто имеет ее в своем распоряжении, является «высшим», или сильнейшим; именно собственник устанавливает асимметричные отношения с помощью нефизических средств принуждения, которые К.Маркс и называл «эксплуатацией» (его концепция классообразования глубоко проинтерпретирована и схематично представлена в монографии О. Куценко «Общество неравных» [5].

В марксизме разделение общества на экономические классы становится неизбежным следствием развития производства, а собственность рассматривается как конституирующая характеристика современных множественных неравенств. К. Маркс наряду с собственностью видел также и другой фактор неравенства, а именно - разделение труда. Собственность, согласно К. Марксу, формирует наиболее сильный социальный раскол в обществе. Формируются производственные отношения и появляется классовая борьба.

Показателен фрагмент работы Ф. Энгельса, в котором он отмечает следующее: «рядом с этим огромным большинством, исключительно занятым подневольным трудом, образуется класс, осво-

божденный от непосредственно производительного труда и ведающий такими общими делами общества, как управление трудом, государственные дела, правосудие, науки, искусства и т.д. Следовательно, в основе деления на классы лежит закон разделения труда. Это, однако, отнюдь... не мешало господствующему классу, захватившему власть, упрочивать свое положение за счет трудящихся классов и превращать руководство обществом в усиленную эксплуатацию масс» [6].

Поэтому ключевым понятием марксизма является именно класс, и, не смотря на то, что сам К. Маркс не давал его четкого определения, этим занялись последователи его идей. «Класс - это культурное и социальное образование (часто находящее свое институциональное выражение), которое не может быть определено абстрактно или обособленно, но только в отношении с другими классами; и это определение всенепременно опосредуется временным контекстом, в котором происходят действие и ответные реакции, изменения и конфликты. Говоря о классе, мы имеем в виду не слишком строго определенную группу людей, разделяющих общие интересы, социальный опыт, традиции и системы ценностей, людей, предрасположенных вести себя как класс, определять себя в своих действиях и в своем сознании как класс по отношению к другим группам людей. Сам по себе класс - это не вещь, но событие (Ьарреш^)»[7].

Четкое же разделение членов общества на эксплуататоров и эксплуатируемых, на основе владения средствами производства, на наш взгляд заслуживает серьезной критики. Усложнение общественных отношений ведет к образованию промежуточных, но при этом стабильных и значительно влияющих на социальную действительность, классов.

В 80-е годы на дискуссионной арене появляется аналитический марксизм. Основатель этого направления Д. Ремер прежде всего берется за переосмысление понятия эксплуатации, пытаясь избавиться от намеков на угнетение и несправедливость. Он, почерпнув ряд понятий из арсенала теории игр, вводит в оборот «правила изъятия» [8]. Результат его рассуждений таков: эксплуатация одних групп другими происходит в том случае, если при условии выхода из данной экономической системы кто-то относительно выиграл бы, а кто-то проиграл. Наличие эксплуатации как основы классовых отношений, таким образом, определяется самой возможностью лучшего удела.

Таким образом, теоретические концепции марксизма являются основополагающими для понимания стратификационного порядка в обществе. Возросшее значение частной собственности и отношения, вытекающие из этого, делает марксистский подход особенно актуальным в российских условиях. Владение средствами производства и влияние этого аспекта как фактора, во многом определяющего положение индивида в стратификационной иерархии российского общества, является особенно значимым в современных условиях. Данный фактор является значимым первоисточником имущественной дифференциации, на которой сфокусировано наше внимание. Имущественное расслоение, на наш взгляд, является наиболее выраженным, но строить стратификационную модель основываясь только лишь на имущественном расслоении, видится нам как слишком узкое понимание сложившейся ситуации. Нельзя пренебрегать и тем, что в российском обществе процесс трансформации по-прежнему продолжается, поэтому нельзя воспринимать сложившуюся структуру как постоянную. Наряду с этим общество выдвигает также ряд других значительных факторов, пренебрежение которыми недопустимо. Так, значительно возросло, например, значение властного фактора. В связи с этим необходимы существенный пересмотр и дополнение данного подхода для адаптации к условиям современной России.

Деятельностный подход связан с концептуальными взглядами на действие М. Вебера. Действующий индивид выступает здесь стартовой точкой, и уже нет нужды рассматривать структуру исключительно как результат, она воспроизводится индивидуальными и групповыми действиями, а соответствующие практики являются насколько производными от структур, настолько и тем, что активно влияет на стратификационные процессы и активизирует динамику социальных структур. Во второй половине XX века предпринимался ряд плодотворных в теоретико-методологическом плане попыток преодолеть противопоставление структур и действия в рамках направлений, существовавших под разными названиями: «деятельностно-активистское», «деятельностно-структурное», «конструктивистско-структуралистское» [9].

Стратификационная модель М. Вебера вполне может быть рассмотрена как продолжающая логику анализа К. Маркса, но на другом уровне обобщения, в котором уже существенную роль играют индивидуальные различения. М. Вебер также рассматривает классы с точки зрения их экономического положения и возможности социально направленных действий. Для М. Вебера «классы» не являются общностями, они только предоставляют возможность для совместных действий. Предметом его анализа становятся социальные образования, имеющие экономические различия в соответствии с их рыночными позициями, то есть, вводится элемент конкурентности в рассмотрение классовых от-292

ношений. Основаниями рыночной позиции, по М. Веберу, являются дополнительные параметры, такие как квалификация и профессиональное образование, которые, наряду с капиталом и контролем за средствами производства, формируют стратификационную модель общества. Высокие рыночные позиции могут занимать те, кто обладает редкой и востребованной на рынке квалификацией и вследствие этого имеет высокие заработки. Данные экономические различия порождают неравенства в жизненных шансах как возможностях обладать частью экономического и культурного капитала, предоставляемого обществом. Жизненные шансы, определяемые различными рыночными позициями, оцениваются людьми, становятся основанием их социального положения.

Подход М. Вебера схематично можно представить следующим образом: структурной основой классовой ситуации является распределение между позициями наиболее дефицитных цивилизационных ресурсов - власти, собственности, богатства в виде материальных и символических (престиж) вознаграждений [10]. То есть неравенство, а точнее, порядок неравенств как порядок разнообразных, не одинаковых по объемам и качеству жизненных шансов и возможностей он вводит для наблюдения и описания общества в качестве конститутивного элемента самого этого общества - того, к чему индивиды должны приспосабливаться и что они не в состоянии изменить. Согласно его теории в основе иерархии в любом обществе лежат три независимых фактора, таких как собственность, власть и престиж. Различия в собственности порождают экономические классы; различия в доступе к власти создают политические партии, а различия в престиже порождают страты, или статусные группировки.

Множество признаков, из которых состоит «социальная структура» того или иного уровня сложности (сложность здесь - производная от количества элементов структуры), не бесконечно, а признаков, которые бы сразу формировали стратификационные порядки, еще меньше. Не утрачивают актуальности взгляды М. Вебера по этому поводу. В работе «Основные понятия стратификации» он утверждает, что общественная система состоит как минимум из трех стратификационных порядков, в каждом из которых неравномерно распределяются наиболее дефицитные ресурсы: экономический порядок, или распределение доходов и богатства; политический порядок, или распределение власти; социальный порядок, или распределение авторитета, уважения, престижа. То есть «тремя автономными измерениями стратификации» [11], или стратификационными порядками, согласно Веберу, являются собственность, власть и престиж как три отдельных фактора, образующих в своем взаимодействии основания иерархий в любом обществе.

Интересна классовая концепция Р. Дарендорфа. Отталкиваясь от учения К. Маркса, он все же ставит во главу угла именно распределение власти и авторитета. Собственность низводится в ранг одной из форм реализации власти. Причем отмечается падающее значение этой формы ввиду массовой корпоративизации собственности и перехода контролирующих функций в руки менеджеров. А авторитет менеджера современной корпорации уже имеет принципиально иные источники - уровень образования, значение которого для распределения ролей непрерывно повышается, и должностные позиции в бюрократической иерархии.

Р. Дарендорф пытается освободить теорию классов от подавляющего влияния частной собственности. Классы становятся аналитической категорией, отражающей распределение власти и авторитета между социальными группами. Отношения групп неизбежно принимают характер господства и подчинения. Поскольку власть и авторитет остаются неизбывно дефицитным ресурсом, борьба за эти ресурсы принимает форму конфликта. Исходя из этого, классы рассматриваются как конфликтные группы. Этим они, собственно, и отличаются от страт как описательной категории, обозначающей множественные ранговые позиции, занимаемые квазигруппами на иерархических шкалах. Вот как в итоге он определяет классы: «Класс обозначает конфликтные группы, которые возникают в результате дифференцированного распределения авторитета в императивно координированных ассоциациях» [12].

Блестящее применение стратификационного деятельностного подхода в эмпирических исследованиях заслуженно связано с именем П. Сорокина. Следуя его воззрениям, социальная стратификация - это иерархически организованная совокупность объединений людей, проявляющаяся в трех главных формах: экономической, политической и профессиональной. Если экономический статус членов общества неодинаков, если среди них есть как собственники, так и несобственники, то такое общество характеризуется наличием экономического расслоения, экономического стратификационного порядка.

Выделяя основные моменты взглядов П.А. Сорокина на социальную стратификацию общества, отметим, что, «социальная стратификация - это дифференциация некой данной совокупности людей (населения) на классы в иерархическом ранге» [13]. Важным и актуальным является выделение трех независимых форм проявления стратификации общества: экономической, политической,

профессиональной. Являясь, казалось бы, независимыми, они все же оказывают влияние друг на друга. И выяснение степени их взаимного влияния является открытым вопросом для российского общества. П. Сорокин первым дал полное теоретическое объяснение социальной стратификации.

Таким образом, М. Вебер представляет три основных признака, на основании которых происходит стратифицирование общества, и признаки эти он считал независимыми. Однако для исследования российского общества необходима модель, сочетающая выделенные признаки в общей системе стратификации. Поэтому необходимость нахождения взаимосвязи между такими «независимыми» признаками вытекает из логики анализа общества.

Тем не менее выделение таких факторов, как распределение доходов и богатства и власти, остается, на наш взгляд, актуальным и в современных условиях. Главной задачей является выделение составляющих данных факторов и определение их влияния. В российских условиях влияние и удельный вес факторов, влияющих на стратификацию, является специфическим, так как переходный период в нашем обществе еще не закончен, а соответственно постоянность влияния данных факторов не установлена.

Представляя авторскую концепцию для изучения современного российского общества, необходимо сразу обозначить, что она основана на принципе стремления индивида к максимальной реализации возникающих у него потребностей. Весь набор потребностей наглядно представлен в пирамиде А. Маслоу, однако для нас важны не все они, а лишь оказывающие значительное влияние на формирование и изменение положения отдельно взятого индивида в стратификационнной иерархии конкретного общества.

Потребности определяют жизнь человека, а также модель его поведения в обществе. И чтобы понять, какие цели ставит перед собою индивид и к чему он стремится, необходимо понимать, какие потребности и когда индивид имеет или может иметь. Эта парадигма реализует материализм в социологии. Для большего понимания приведем фразу Энгельса о том, что «люди привыкли объяснять свои действия из своего мышления, вместо того, чтобы объяснять их из своих потребностей...» [14]. Из этого следует, что мы в продолжение работ ряда известных философов, социологов и психологов намерены во всех массовых действиях видеть, искать соответствующие потребности.

Таким образом, удовлетворение каких-то потребностей является вопросом биологического выживания человека, удовлетворение иных же служит показателем его возможностей, поскольку при удовлетворении базовых возникают потребности более высокого уровня. Причем чем выше положение человека, тем большими ресурсами он обладает, соответственно, удовлетворить более высокую потребность для него не составит никакого труда, когда для человека, занимающего низшее положение, это неразрешимая задача. Особенно учитывая, что перед индивидом, занимающим нижнее положение в иерархии, вопрос об удовлетворении высших потребностей просто не встанет в силу наличия неудовлетворенных потребностей его уровня.

Показатели удовлетворения потребностей присутствуют в каждом стратификационном порядке, поэтому, проанализировав каждый из них, мы сможем составить общую систему стратификации общества. Особенно это актуально в условиях нарождающихся обществ инновационного типа. Место современного российского общества в этой новой парадигме представляет особый интерес для исследователей в силу специфики функционирования его социальных и общественных институтов. Выделение четырех стратификационных порядков основано на синтезе представлений классиков на отражение социального неравенства, а набор факторов, их составляющих, основывается на тенденциях развития современного российского общества.

Поэтому использование данного метода оценки неравенства позволяет рассматривать как состояние общества в целом, так и влияние различных отдельных процессов, в нем протекающих, в частности. Это имеет особенно важное значение в условиях экономических и социальных трансформаций, протекающих в российском обществе, с целью определения их эффективности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Чапская И. Имущественное положение граждан в трансформирующемся обществе / И. Чапская // Социология: теория, методы, маркетинг. 1999. № 3.

2. Заславская Т.И. Социальная структура современного российского общества / Т.И. Заславская. Общественные науки и современность. 1997. № 2.

3. Wright O.E. Class Structure and Income Determination. New York; London; Toronto; Sydney; San Francisco, 1979.

4. Радаев В. Социальная стратификация: учеб. пособие / В. Радаев, О. Шкаратан. М.: Наука,

1996.

5. Куценко О. Д. Общество неравных. Классовый анализ неравенств в современном обществе: попытки западной социологии / О.Д. Куценко. Харьков: Изд. центр Харьков. Нац. ун-та им. В.Н. Карамзина, 2000.

6. Энгельс Ф. Развитие социализма от утопии к науке. Разд. III // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2е изд. М., 1961. Т. 19.

7. Thompson Е.Р. The Making of the English Working Class / T Е.Р. hompson. N.Y., 1963.

8. Roemer J. A General Theory of Exploitation and Class / J. Roemer. Cambridge Mass., 1982.

9. Классовое общество. Теория и эмпирические реалии / под ред. С. Макеева. Киев, 2003.

10. Вебер М. Основные понятия стратификации / М. Вебер // Человек и общество: хрестоматия / под ред. С.А. Макеева. Киев, 1999

11. Вебер М. Основные понятия стратификации / М. Вебер // Социологические исследования. 1994. № 5.

12. Dahrendorf R. Class and Class Conflict in Industrial Society / R. Dahrendorf. L., 1959.

13. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество / П.А. Сорокин. М., 1992.

14. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. М.: Гос. изд-во полит. лит., 1955.

Панкратов Илья Андреевич -

аспирант кафедры «Экономическая социология» Саратовского государственного социальноэкономического университета

Ilya A. Pankratov -

Postgraduate

Department of Economic Sociology Saratov Socio-Economic University

Шамьенова Г алия Рушановна -

кандидат филологических наук, доцент Саратовского государственного технического университета имени Гагарина Ю.А.

Galia R. Shamyenova -

Ph. D., Senior Lecturer

Yuri Gagarin State Technical University of Saratov

Статья поступила в редакцию 19.10.13, принята к опубликованию 15.12.13