«Норникель» позвали на Чукотку

«Норильский никель» считает Баимскую медно-порфировую площадь Millhouse Романа Абрамовича «потенциально первоклассным активом» и допускает участие в проекте. Но, по данным „Ъ“, детальное обсуждение возможно лишь после 2019 года, когда будут ТЭО и решение по энергоинфраструктуре. Разработка Баимки оценивается в 100 млрд руб., 70% средств планируется взять у ВЭБа или соинвесторов. У «Норникеля» после 2018-2019 годов есть лишь один крупный проект, и чукотская медь может заинтересовать ГМК, полагают аналитики.

«Норильский никель» рассматривает возможность участия в медных greenfield-проектах на Дальнем Востоке, следует из презентации ГМК. Речь идет в том числе о Баимской площади, принадлежащей Millhouse Романа Абрамовича, уточнил вице-президент ГМК Сергей Дубовицкий. По его словам, месторождение достаточно изучено и разведано. «Предварительный индикатив показывает, что это потенциально первоклассный актив, мы смотрим на него в длинном списке возможностей»,— сказал он. В Millhouse воздержались от комментариев. Но два источника „Ъ“, знакомых с ситуацией, сказали, что «Норникель» действительно готов рассмотреть возможность участия в Баимке. Роман Абрамович в конце 2012 года выступил в роли «белого рыцаря» в конфликте совладельцев «Норникеля» Владимира Потанина и Олега Дерипаски, при урегулировании которого Crispian Investment Ltd господина Абрамовича и Александра Абрамова стала акционером ГМК (сейчас владеет 6,3% акций).

Баимская площадь — одно из крупнейших неосвоенных медно-порфировых месторождений мира, его ресурсы — 23 млн т меди (запасы — 7 млн т) и 70,5 млн унций золота. Источник „Ъ“, знакомый с проектом, говорит, что разработка оценивается в сумму около 100 млрд руб., в разведку и предпроектные работы вложено 5 млрд руб. Добыча должна начаться в 2021 году, мощности — 476 тыс. т медного концентрата в год, предполагается экспорт в Китай и Японию через порт Певек на Чукотке.

По словам источников „Ъ“, детальное обсуждение с «Норникелем» и другими потенциальными соинвесторами, в том числе азиатскими, возможно не ранее 2019 года, когда будет готово ТЭО Баимки и появится ясность с энергоинфраструктурой. Сейчас, по словам одного из собеседников, рассматриваются либо энергомост из Магаданской области, либо ЛЭП с Чукотки. Какая доля в активе может быть предложена ГМК и другим инвесторам, собеседник „Ъ“ не уточняет. В 2012 году Millhouse, как писал „Ъ“, была готова отдать BHP Billiton 75% проекта за $1 млрд, но сделка сорвалась из-за падения цен на металлы и сокращения инвестпрограммы BHP. При этом на «Норникель» уже приходится около 40% от производства меди в РФ: в 2015 году компания продала 343 тыс. т на $1,9 млрд. В 2018 году у ГМК должен заработать Быстринский ГОК в Забайкалье, который до 2021 года должен выпускать до 50 тыс. т медного концентрата в год, после — до 75 тыс. т. ГМК надо вложить в проект еще около $900 млн.

Сергей Донской из Societe Generale отмечает, что за горизонтом 2018-2019 годов у «Норникеля» нет крупных проектов, кроме освоения Масловского месторождения в Красноярском крае, а Баимская площадь может соответствовать его стратегии. Сергей Дубовицкий отметил, что Масловское с «многомиллиардными инвестициями» планируется развивать в партнерстве. При сохранении цен на металлы ГМК и дивидендной политики к 2019 году компания сможет направлять на capex около $1 млрд в год, подсчитал господин Донской. Этого, по его мнению, хватит на поддержание производства, но не на новые крупные проекты, а для Баимки можно использовать проектное и партнерское финансирование, как на Быстринском ГОКе. Баимку предполагается осваивать за счет проектного финансирования, подтверждает один из собеседников „Ъ“: 70% могут предоставить ВЭБ или соинвесторы. Если спрос на медь в Китае не просядет, то в 2020-х годах на рынке «может сложиться осязаемый дефицит, что поднимет цену на металл», считает Сергей Донской. По оценкам ГМК, небольшой дефицит меди может возникнуть уже в 2018 году.