Как победить в войне технологий

Как победить в войне технологий

Павел Абрамов

Центр Продвижения Инновационных Технологий

Иван Кононов:

Здравствуйте все! Меня зовут Иван Кононов я главный редактор Издательского дома «Отечественные товаропроизводители». Это программа «Третье дыхание» о тех, кто добился в жизни многого, но не останавливается на достигнутом. Когда имеешь дело сегодня с молодым поколением, то понимаешь, что у них дыхание и второе, и третье, и последующее появляется с невероятной скоростью. Ещё только сегодня он занимался одним направлением, через очень быстрое время это направление развилось, продлилось, стало более мощным, и это уже следующий шаг. И так дальше, и так без остановки. Причем скорости гигантские, всё происходит очень быстро, тем более, в наш электронный, прямо скажем, виртуальный период времени. Здравствуйте!

Павел Абрамов:

Здравствуйте.

Иван Кононов:

У нас в гостях Павел Абрамов. Несмотря на юный возраст, директор, руководитель российской дирекции Центра продвижения инновационных технологий (CEPTI). Звучит очень как-то так впечатляющее.

Павел Абрамов:

Емко.

Иван Кононов:

Ёмко. Что значит продвижение? На сегодняшний день все только тем и занимаются, что-то продвигают. У вас международный центр. В чём и что именно вы продвигаете?

Павел Абрамов:

Прежде всего, хочу сказать вам огромное спасибо за то, что пригласили на такой интересный эфир. Наверное, я бы не сказал, что я очень юный, всё-таки молодой, но с зубами. То есть вообще не случайно я пришёл к этой идее. Я приведу один пример с вашего позволения, такой, немного не тактичный. Познакомился я с очень известным, талантливым маркетологом, англичанином, который продвигал магазин «Магнит» в своё время, когда он был ещё на уровне небольших мерчей, то есть совсем небольших таких, можно сказать, да простит «Магнит», ларечков небольших. И вот он привёл пример, говорит: сталкиваюсь с интересными разработчиками, они придумали в России собаку электронную, которая лает на китайском языке. Хорошая собака, лает хорошо. Зачем? Вопрос: зачем нам это всё далось? Придумали, работает собака, лает, проверяют её, она прямо лает отлично. Он начинает продавать, вопрос: зачем? Что-то не покупает никто. Как-то странно просто.

Иван Кононов:

А кто придумал?

Павел Абрамов:

Это придумали наши специалисты, хорошая собака, лает отлично. Но вопрос в том, что ты не продашь её, к сожалению. Она актуальна, но не здесь.

Иван Кононов:

Всё-таки актуальна?

Павел Абрамов:

Но всё-таки актуальна.

Иван Кононов:

В чем её актуальность?

Павел Абрамов:

Актуальность собаки, я объясню. Собака - это некий такой аморфный пример, то есть это не реально существующая собака, а пример в том, что бывает так, что хорошая инициатива, качественный продукт, команда хорошая, но есть очень такой интересный момент у каждого специалиста, в любой отрасли, его т.н. стеклянный потолок. Вот он в него упёрся, потому что он находится в операционном режиме постоянно, у него много работы, ответственность, налогообложение, нормативно-правовое законодательство и так далее. У нас достаточно непростой путь, тем более, если мы говорим о пути наукоемких технологий в любой сфере. К сожалению, у нас есть на этот счёт определённые трудности от этапа реализации до этапа производства той же самой китайской собаки. И когда этот потолок у него возникает, он уже не понимает, что дальше есть ещё зона чудес. И зона чудес как раз, мы говорим международных рынках. На самом деле, я с вами полностью согласен, есть такая тенденция, что когда что что-то новое появляется, нам очень интересно. В своё время были очень актуальны вопросы инноваций, сейчас появилось слово «цифровая экономика». Это действительно нормальный экономический процесс, который диктует новые экономические вещи. Мы, по сути, на этот счёт находимся в каких-то направлениях в авангарде, я с удовольствием об этом расскажу, объясню вообще, почему об этом деле я рассказываю. Но надо не забывать, что такое есть модное слово «хайп», это не всегда хорошо. Потому что на вот этом всём хайпе можно не заметить самые очень важные, актуальные вещи. Какие? Это именно что мы делаем, для чего делаем и кому это всё даём.

Иван Кононов:

Секундочку, хайп, это значит, многие заинтересовались.

Павел Абрамов:

Многие заинтересовались.

Иван Кононов:

Раз заинтересовались, это уже есть к этому какой-то практический интерес. Стало быть, это могут потреблять. Это потребитель.

Павел Абрамов:

Смотрите, здесь, на самом деле...

Иван Кононов:

Что тут плохого?

Павел Абрамов:

Плохого здесь ничего нет. Но тут вопрос именно компетенций. Я вам приведу один хороший пример, можно?

Иван Кононов:

Нужно.

Павел Абрамов:

Наш центр, я сейчас нахожусь, наверное, не со стороны задачи сколько пиарить центр, говорить о каких-то рекламных задачах. Нет. Я хочу рассказать именно о том, что есть, что уже сделали, грубо говоря, когда есть хорошая инициатива, есть качественная команда, есть задача. В том числе, она не политическая, она вообще децентрализованная. Пример очень простой. Купили один русский самокат. Вообще откуда история CEPTI появилась. Купили русский самокат, современной самокат.

Иван Кононов:

Тут уже не образно говоря.

Павел Абрамов:

Это конкретно купили прямо самокат.

Иван Кононов:

Это уже не собака.

Павел Абрамов:

Собака - это хороший пример того, что хорошо, но зачем. Купили конкретно самокат, произведённый в России.

Иван Кононов:

Кто купил?

Павел Абрамов:

Купили представители экономического союза CARICOM, стран Карибского бассейна, купили в Доминикану.

Иван Кононов:

Купили для производства?

Павел Абрамов:

Для производства, для знакомства с продуктом, в дальнейшем для участия в выставках, организации негосударственного частного партнёрства. Производить такие самокаты дальше. Интересно было людям разобрать самокат, причём в рабочей группе участвовали уже на сегодняшний день мои коллеги, это русские выходцы из России, это люди с академическим образованием очень хорошим, люди, которые заканчивали в советские годы университеты, открывали в России производство, то есть которые прошли все этапы управленческой жизни. И что сделали. Его распилили на 2 части.

Иван Кононов:

Там?

Павел Абрамов:

Там. Там не очень были сильно компетентные специалисты, высококлассные инженеры. Взяли пробы образца этого самоката, материала. За самокат заплатили 1200 или 1500 $.

Иван Кононов:

Боже ты мой.

Павел Абрамов:

Так точно. Самокат нано, с использованием современных покрытий.

Иван Кононов:

То есть купили не технологию, а купили штуку.

Павел Абрамов:

Купили изделие, купили одну штуку, чтобы потом не воровать ни в коем случае, я прошу прощения за прямую речь, конкурентные войны ещё никто не отменял. А именно взяли данный самокат, разделив на 2 части, провели все возможные лабораторные анализы. Хотели увидеть, там же уникальный современный материал. Его нет. Этот самокат, красный цена 200 $. Его предложили, как современный самокат, с уникальным покрытием и вообще уникальная вещь. То есть её взяли, её посмотрели, с ней поработали, и на этот счёт, когда мой коллега уже в будущем прилетел в Россию и начал говорить: слушайте, мы много лет уже пытаемся...

Иван Кононов:

Стоп, был некий сеанс разоблачения?

Павел Абрамов:

Да, по сути это был сеанс разоблачения.

Иван Кононов:

То есть поняли, что им втюхали.

Павел Абрамов:

Втюхали, конкретно втюхали какую-то конкретную вещь, купили, серьёзно. Причём это были эксперты не только зоны CARICOM, это международные эксперты. На самом деле, это конечно, всё очень весело, но и грустно.

Иван Кононов:

Подорвали репутацию.

Павел Абрамов:

Подорвали репутацию, абсолютно. Потому что как раз мы говорим о том, что выход в зарубежный рынок, он должен быть с использованием некой мягкой силы. То есть, грубо говоря, мы должны понимать, кому, чего мы подаём. Самый главный вопрос репутации. Потому что репутация, это не только репутации конкретного бренда, или компании, или в целом продукта. Это репутация страны. На сегодняшний день я хочу отметить очень интересную тенденцию, которую поддерживает наше государство, это при МИД России создаётся рабочая группа по т.н. цифровой дипломатии, всё-таки мы понимаем, что общественная дипломатия, это один из эффективных инструментов продвижения межличностных коммуникаций. А после межличностных коммуникаций уже происходит экономический процесс. Почему я об этом сказал. Потому что назрело то время, когда подделать можно всё, что угодно, мы прекрасно понимаем.

Иван Кононов:

И втюхать.

Павел Абрамов:

И втюхать можно всё, что угодно. Примеров я могу таких, анекдотично рассказывать, живые примеры, которые существуют в России, за рубежом, будет очень интересно. Но я бы хотел ещё немножко сделать на этот акцент, почему. Потому что это вред экономике конкретного государства. И та подрывная деятельность, которая может нанести вред... Я сейчас не хочу обвинять ни в коем случае ни стартапы, ни тех людей, кто занимается инновационными технологиями. Низкий поклон, действительно, большой, уважаемый труд. Но здесь нужно понимать, что, кому мы ставим. Пример Боинга, наверное, очень показательный, когда мы видим, что от таких даже крупных брендов отказываются.

Иван Кононов:

Недаром вы упомянули слово «война», и недаром здесь прозвучал МИД и цифровая дипломатия. Потому что дипломатия дипломатией, но войну тоже никто не отменял. И вся конкуренция, которая сегодня разворачивается нешуточная, она происходит как раз на этой поляне, на поляне технологий. И репутация здесь - это броня, которая позволяет защитить тебя при любых обстоятельствах, с одной стороны. С другой стороны, никто здесь не выбирает гуманные, какие-то мягкие методы. Это достаточно агрессивная среда, которая не чурается никаких средств для того, чтобы победить в конкуренции, для того, чтобы конкурентов так или иначе отрезать. И мы знаем, с этими санкциями нас уже обложили со всех сторон, и всё сложнее и сложнее продираться сквозь это, политикам сквозь экономику, а экономике сквозь политику. И вам ведь наверняка приходится решать эти задачи тоже, в первую очередь. Потому что, смотрите, тут сразу ком всяких проблем. Все новые технологии, блокчейнов, криптовалюты и прочие, это тоже новое совершенно пространство, в котором много и мошенников, и авантюристов, и специальных провокаторов, и вражеских диверсантов. Всё, что можно отнести к войне реальной, всё то же самое можно называть и в этой виртуальной войне.

Павел Абрамов:

Вы знаете, это прекрасная тема, причём я очень хотел её на мягких лапках обойти. Но вы её прямо настолько заострили, что действительно, хочется сказать, да, так оно и есть. Причём самое интересное, что такое некое фарисейство, сейчас есть такое интересное слово, как инфоцыгане.

Иван Кононов:

Инфоцыгане?

Павел Абрамов:

Инфоцыгане. Я не хочу сказать о великом цыганском народе, чтобы неправильно обо мне подумали или неправильно истолковали мою фразу. На самом деле, объясню, что это за такие существа, по-другому их не назвать. Это сообщества, это могут быть экономические сообщества, специалисты, люди, использующие, в том числе, современные интернет технологии, которые раскручивают себя, своё имя, но не имеют конкретных под собой каких-то реальных, живых, готовых дел, кейсов. И дальше начинают давать хорошие советы, причём за хорошие деньги. Такие примеры мы прекрасно знаем, и даже по примеру Пономарёва, насколько мы помним, где люди собирают огромные залы, проводят огромные тренинги. Самое интересное, что это всё активно идёт в люди, активно идёт в народ. Я вам приведу пример, у нашего центра, у нас есть такое ответвление, называется международный конгресс центр. То есть мы своего рода некая коллаборация площадок международных, как в России, так и за рубежом, которые занимаются вопросами выставочной работы, развитием международного сотрудничества. То есть, грубо говоря, у вас есть продукт, вы хотите встать в полку. И у нас есть ещё прекрасный партнёр, он индус, он с 86-го года живёт в России, занимается бизнесом. То есть все этапы развития современной России, экономические процессы, он застал. Человек прекрасный, удивительный человек, он женат на русской женщине, как раз благодаря ему мы сейчас занимаемся тем, что продвигаем достаточно очень ёмкие продукты в Индию.

Иван Кононов:

Ближе к делу.

Павел Абрамов:

Ближе к делу. Хорошо забытое старое, то, что мы умеем хорошо делать. Мы хорошо умеем производить, мы хорошо умеем работать на земле. Это сельское хозяйство, в том числе. Так вот, пример очень простой. В своё время он понял, что занимаясь своим бизнесом, он хочет делиться с людьми, начал проводить семинары и понял, по-моему, в районе двухтысячных годов, что за ним идут толпы людей, его чуть ли не гуру считают. И после этого он понял, что что-то здесь не так. Он закрыл эту сферу. Почему я сейчас делаю акцент на этот счет? Вы прекрасно понимаете, есть такое выражение: там, где тонко, там и рвётся. Пока существуют определённые дырки в законодательстве, в том числе, в нашей стране, пока существует определённая конъюнктура в бизнесе, который только-только формируется, конечно, появляются люди, которые пытаются на этом заработать. Неслучайно я об этом говорю, потому что это общемировая тенденция. Вы, кстати, очень хорошо отметили очень интересный момент, я бы хотел разделить ваш вопрос на 3 аспекта, если вы позволите. Первое, это дипломатический, второй межнациональный, третий - это экономический, даже децентрализованный экономический. Потому что вы прекрасно видите, что мы сейчас стоим в эпоху децентрализации. То есть границы - очень важно, государственная политика очень важно.

Иван Кононов:

Суверенитет и прочее.

Павел Абрамов:

Суверенитет, конечно, это святое. Но мы стоим на эпохе децентрализации. Я почему об этом хотел сделать такой акцент, неслучайно я привёл пример наших зарубежных коллег. Потому что благодаря таким децентрализованным процессам мы получаем достаточно большой, новый, ёмкий рынок и достаточно большой рынок, который является абсолютно беззащитным. То есть абсолютно беззащитным. Есть очень качественный пример абсолютно бизнесовый. Абсолютно бизнесовый пример. Когда одни известные компании консалтинговые, в том числе, мы тоже, кстати, в своей деятельности прибегаем к консалтинговой компании, но мы пришли, всё новое - это хорошо забытое старое.

Иван Кононов:

По большому счёту, всё, чем вы занимаетесь, это и есть консалтинговая деятельность. Состыковка желаемого.

Павел Абрамов:

Мы стоим в авангарде, форпосте межнациональных, межэкономических отношений дипломатических и классического консалтинга в том понимании, о котором мы говорим. В том числе, естественно, занимаемся активно и коммерческой работой, но я об этом отдельно отмечу. Есть пример компаний, это известные консалтинговые компании мировые, которые придумали одну проблематику. Один мой хороший знакомый, друг, к сожалению, он сейчас в лучшем мире, он получил орден мужества за свои достижения по работе в Сирии, придумал очень интересное, он даже написал научный труд на этот счёт, на инструменте страха. Многие бизнесы, в том числе, многие наши партнёры иностранные выстраивают целую экономическую модель бизнеса на так называемом страхе, на инструменте страха. Так вот, возвращаясь к консалтингу. Известные консалтинговые компании, они настолько известны, что мы не будем их называть, мировые, придумали такое направление, активно его продвигают, как информационная гигиена. То есть, грубо говоря, мы сейчас говорим не только о цифровых технологиях, то есть технологии, это на уровне костра. С костром же ты бороться не сможешь.

Иван Кононов:

Страх, который толкает к чему-то.

Павел Абрамов:

Человека к необдуманным поступкам. Знаете, когда есть понятие в маркетинге, стихийные покупки. То есть, грубо говоря, мы создаем некую искусственную инфраструктуру, под которую мы пытаемся создать новый рынок. То есть, грубо говоря, рождаем предложение, соответственно, спрос уже появляется автоматически. То есть, грубо говоря, я вам говорю, у вас есть, за вами следят, серьёзно, за вами ходят. И каждый день я вам об этом рассказываю.

Иван Кононов:

Каждый телефон, каждый телевизор, каждый гаджет вас слушает, вас проверяет, контролирует. Вот-вот у вас украдут все деньги.

Павел Абрамов:

Действительно, абсолютно так. И вы понимаете, что, боже мой, точно. Слушайте, ну действительно, уже у человека начинается.

Иван Кононов:

Фобия.

Павел Абрамов:

Фобия, да. И тут приходит серьёзная компания и говорит: вы знаете, у нас есть качественное предложение только для вас, сегодня, пожалуйста, недорого стоит.

Иван Кононов:

Скидка.

Павел Абрамов:

Скидка, за 10 млн. отдаём, за 5 вам, вот, пожалуйста. И вы чуть ли, если вы предприниматель, делаете кассовый разрыв и идёте.

Иван Кононов:

То есть фармацевтика работает абсолютно по этой модели. Причём, весь интернет забит страшными историями, которые люди жадно начинают читать и потом в конце: не хотите, чтобы с вами было такое, пожалуйста, вот вам...

Павел Абрамов:

Вот вам спасительная таблетка. Абсолютно правильно. И как раз здесь пример, о котором мы сказали ранее, инфоцыганство, работает прекрасно. Так вот, придумывалась проблема, под эту проблему вам говорят: у вас есть проблема, пожалуйста, у нас есть аудит вашей проблемы. Но вы сидите, я прошу прощения, не вы конечно лично, человек сидит и думает: хорошо, есть проблема, а решении как, что с этим делать. Извините, I don't know, это вопрос не к нам. И человек сидит с этой проблемой, и дальше на него уже можно вешать следующий продукт. А почему я об этом сказал, потому что в эпоху децентрализованной экономики мы забываем об очень важном моменте. Вы знаете, есть такое выражение, что всё, что безопасно - неудобно, а что удобно - небезопасно. Мы сейчас не говорим о какой-то паранойи, о теории всемирного заговора, мы говорим о том, что формируются новые рынки, формируется новая повестка.

Иван Кононов:

Даже это не обязательно должна быть государственная политика и, прежде всего, это политика просто гигантских концернов, или даже не обязательно гигантских, а просто людей, заинтересованных в продвижении товаров.

Павел Абрамов:

Конечно, это же не только вопрос цифровой экономики, как некой экономической отрасли, это вопрос новой экономики. Вот я вам приведу пример, неслучайно я вообще сижу здесь и рассказываю про историю цифровых технологий, потому что ваш покойный слуга имел честь работать в рамках федеральной целевой программы «Электронная Россия», в федеральных органах исполнительной власти. И действительно, задачу мы поставили очень качественную, и реализация была качественной. Но вопрос простой. Почему я сейчас заострил на этом внимание. Потому что, помните, ещё когда-то появился так называемый мобильный интернет, вот было чудо чудное, диво дивное. Что такое GPRS WAB, всевозможные какие-то мелодии человек на телефоне что-то пытался собирать, кто купил модем, это же было чудо, когда он пищал каким-то образом, издавал непонятные звуки, все думали, что в матрицу погрузятся. Но самое интересное, на сегодняшний день большинство пользователей телефона и интернета на этой планете, в том числе Россия, по использованию мобильной связи, в том числе, в авангарде. К сожалению, в интернете нет, в авангарде это точно, телефонная связь. Мы уже привыкли к мессенджерам, к смартфонам и так далее. То есть это уже для нас норма.

Иван Кононов:

Вы уже сами стали приставкой к этим мессенджерам, а не наоборот.

Павел Абрамов:

Мы стали приставкой. Есть конечно футурологи, которые прогнозируют нам определённое будущее, но возвращаясь к нашему первому аспекту из трёх, вопрос тогда централизации. И конечно, появляются новые экономические вехи. Вот сейчас очень модное слово, чуть ли, простите, сейчас уже ни на каждом заборе вешают «блокчейн». Но мы не забываем, что это технология будущего, технология распределённых данных, которая, в т.ч., есть прекрасные организации в России, которые формировали науку уровня блокчейна ещё в 2001-м году, написали научный труд. Я знаю этих людей, это прекрасные, умнейшие люди, которые используют эту сферу во благие цели. Это в телемедицине, в энергетике, в безопасности. У нас был прекрасный проект, назывался «безопасный город», который действительно мы сделали, успешно достаточно сделали. Конечно, он ещё, может быть, сыроват, но мы чувствуем это, наверное, каждый день, когда мы спускаемся в метро или едем на машине, то есть мы видим перемены. И вот на сегодняшний день мы говорим, почему технологии, децентрализованная экономика сейчас входит в обиход. Люди к ней возвращаются. Не просто возвращаются, они интересуются этим вопросом. Потому что вы абсолютно правильно сказали, что часто мы сталкиваемся с таким понятием, я прошу прощения, если дипломаты меня поправят, звучит очень просто. Политическая воля. Что такое политическая воля? Каждый человек волен быть свободным. Бизнес - это достаточно трудный процесс, ёмкий, тем более с выходом на международные рынки. Но когда мы понимаем, что очень хочется купить, прямо очень хочется, но не можется, а необходимо, тогда уже начинается вопрос, почему. И вот как раз моя работа, и возникает основной тезис, что мы делаем? Мы пытаемся пробить вот этот стеклянный потолок. Потому что ещё на ряде международных рабочих групп, и в рамках ШОС, АТЭС и таможенного союза, который сейчас называется евразийской экономической комиссией, я прекрасно видел, что нас, я имею в виду Российскую Федерацию, наш наукоемкий потенциал важен, нужен, во многих направлениях мы в авангарде. Я сейчас хочу всё-таки, наверное, многие скажут вот, сейчас опять патриотизм. Да, на самом деле, это так. Многие люди, которые сформулировали определённые наукоемкие вехи, которые вы в том же числе озвучили, блокчейн, математическую школу заложили. Это те люди, которые действительно остались патриотами. То есть они не уехали на Запад. Что говорить, вы знаете время, когда активно переманивали научных деятелей.

Иван Кононов:

Я думаю, что это и сейчас процессы достаточно активные. Вот вы сказали про политическую волю. В понимании обывателя политическая воля, это когда некто, как правило, подразумевается руководитель государства, проявляет эту волю по отношению к решению тех или иных проблем. Вот это называется политической волей. Вы говорите о политической воли практически на всех уровнях. Для того, чтобы пробить потолок этот стеклянный, тоже вам нужна политическая воля.

Павел Абрамов:

Вы знаете, не всегда. То, что вы озвучили, действительно, к сожалению, это...

Иван Кононов:

Или мы говорим о политической воле этой самой иерархической лестницы?

Павел Абрамов:

Мы сейчас говорим о иерархической лестнице. Вы знаете, если есть забор, русскому интересно, с другой стороны можно зайти. Я сейчас почему привожу пример забора. Приведу такой очень интересный пример, достаточно такой интересный, даже забавный. Евросоюз, в Европарламенте озвучили санкции, а санкции, на самом деле, прекрасное время, в том числе, для развития собственного производства, наращивания масс. То есть кризис - это не плохо, кризис - это хорошо. Вспомните, очень люблю выражение профессора Преображенского: кризис в головах. Это действительно абсолютно так. В каких-то моментах нужно бить себя по затылку, я вам чуть попозже приведу пример реального сектора экономики, допустим, сельского хозяйства, который показал интересный темп роста на этот счёт. Так вот, Евросоюз, Европарламент, все смотрим новости, озвучивают, что некая мифическая угроза российская, мы должны с этим что-то делать. Все новости об этом показывают, в том числе, наши центральные каналы. И потом через наших международных партнёров на меня выходят коллеги, говорят: Павел, мы знаем, что у вас есть партнёры российские, которые занимаются вопросами т.н. информационной независимости. То есть есть такое понятие, как информационная независимость. Грубо говоря, безопасность в один клик. Да, говорю, есть такие. Очень хочется нам с ними не просто познакомиться, можно мы купим? Можно. Давайте сейчас ТЗ обсудим и будем подходить к вопросу, чтобы вы все это купили. И уже потом кулуарно я задаю простой вопрос, не мог его не задать. То есть вы хотите сказать, сейчас наверное, как скажет Задорнов, это вырежут. Сейчас вы купите русскую Булаву и будете грозить нам кукишем нашей же собственной Булавой? Тишина, пауза, говорят: вы понимаете, политика политикой, экономика экономикой. Я говорю: конечно, понимаю, ничего личного, извините, но не мог не спросить. Поэтому, на самом деле, повествуя о том, что вы говорите, действительно, к сожалению, такое есть. Мы слышали о так называемых торговых войнах, но торговые войны, вы понимаете, что без экономики очень трудно представить, наверное, жизнь какого-либо государства.

Иван Кононов:

Вот я насчёт макроэкономики, позвольте, спрошу.

Павел Абрамов:

Пожалуйста.

Иван Кононов:

Ничего не понимаю, честно говоря, во всех тонкостях, но наблюдаю за этим просто, как обыватель. Фондовые рынки растут, это на фоне того, что население, как принято у нас говорить, становится, мягко говоря, всё менее богатым, всё дорожает. И вообще, экономические трудности у страны, они налицо. А фондовые рынки растут. Инвесторы такие, как, например, сейчас очень модный человек появился в сети, с его выступлениями, коучингами, это Марк Мобиус. Инвестор, который уже давно, с девяностых годов вкладывает в российскую экономику, скажем так, в гиганты, огромные деньги. И у него возрос его капитал от 150 млн. к 30 млрд. $. Объясните мне, каким образом это соотносится друг с другом. Жизнь страны, её жителей, и вот эти вроде как успехи и росты в одном направлении, в другом, в третьем. И главное, что рост стоимости на фондовых рынках.

Павел Абрамов:

Я вам скажу так, спасибо за вопрос. Я конечно, не большой эксперт финансовых рынков, это наверное, лучше обратиться к более профессиональным людям.

Иван Кононов:

Есть взаимосвязь с тем, о чем вы говорите?

Павел Абрамов:

Есть абсолютно большое зерно. Вы знаете, опять же, возвращаясь к политической воле. На самом деле, здесь очень хороший пример, который вы привели, господина Мобиуса, потому что если мы видим на каких-то этапах, где тут очень большие запреты, то есть нам это нельзя, здесь мы не можем, тут нам навязывают определённых партнёров иностранных, определённые компании. Тогда возникает вопрос, если у нас в одном месте всего очень много, у нас идёт переизбыток, то есть есть то место, где у нас существует недостаток. Где мы можем, по сути, наловить новой рыбы и прийти в то место, где у нас всего много, где у нас много денег, где у нас много потребителей и отдать им эту рыбу. Поэтому господин Мобиус, на самом деле, делает очень правильные пищи. Я приведу с вашего примера очень хороший визуальный пример, он такой, очень понятный. Когда мы говорим о росте рынков, то понятно, возникает вопрос, есть определённые биржевые спекуляции. Но есть направления, в которых мы действительно сейчас в России в том числе, очень конкурентны, и в том числе, это сфера настолько актуальна, настолько горяча, насколько за ней будущее. В том числе, когда вы озвучили очень хороший пример санкций, войн, экономических.

Иван Кононов:

Не очень хороший.

Павел Абрамов:

Не очень хороший, но очень острый.

Иван Кононов:

Знаете, дело житейское, как говорится, мы все с этим сталкиваемся, ходим в магазины.

Павел Абрамов:

Так вот, я с вашего позволения приведу простой пример, то, о чем мы хорошо забыли, о так называемых кооперативах. Они есть в разных формах, в том числе, в Сельхозкооперативах. Государство на этот счёт очень хорошо подумало и решило, а почему бы не использовать такие сферы, допустим, в сельском хозяйстве. Есть очень успешные примеры на этот счёт, одни из наших партнёров разработали площадку с использованием цифровых технологий, на которой сейчас, по-моему, около 3 или около 4 млрд. руб. торгуется ежемесячно. То есть это неконтролируемая торговля так называемая, то есть не биржевая, по сельскому хозяйству. И закрыли такие треки, как Россия - Китай, Россия - Иран, Иран - Китай, сейчас мы говорим о вопросах возможного подключения Индии.

Иван Кононов:

То есть идут прямые контакты, что значит треки?

Павел Абрамов:

Я сейчас озвучу. Это не просто прямые контакты, это прямая торговля.

Иван Кононов:

Торговля.

Павел Абрамов:

Конечно. Причём на уровне того, что руководство, насколько я помню, могу ошибаться, Росрыболовство даёт выемку всей рыбы, выловленной рыбы в России. Актуальная информация подгружается на площадку, есть огромные логистические центры, и в реальном времени любой покупатель иностранный видит реальный продукт. Вот это, в том числе, долгое время у нас было проблемой. Я знаю пример тех же самых замечательных партнёров из Индии, которые являются огромным потребителем сельхозпродукции, в том числе, зерновой. Наши партнёры приводили такие примеры, ужасные примеры, когда они, имея деньги, помните, как там: имею желание, не имею возможности. Имея деньги, говорят: у нас есть деньги, пожалуйста, хотите, переведём, хотите, в чемодане. Принесите в чемодане. Хорошо. Несём чемодан денег, и мы не можем купить то, что мы хотим. И это, на самом деле, вопрос той самой цифровой дипломатии, к которой мы подходим.

Иван Кононов:

Это и есть консалтинг.

Павел Абрамов:

Это и есть консалтинг. Так вот, возвращаясь к вопросу инвестиционной привлекательности, роста фондовых рынков. Понятно, что есть хороший очень пример экономический. В своё время, если я не ошибаюсь, Рузвельт начал так называемое новое дело, тогда был страшный кризис в США, Мобиусу не нужно было об этом рассказывать. И как вы понимаете, что потом, строя мосты, дороги, мы получили новые экономические вехи. То есть мы получили заинтересованность государства, инвестиционную привлекательность. На сегодняшний день у нас, в том числе, есть действительно огромный потенциал. Я буквально недавно был на одном форуме, ко мне подошла очень уважаемая представитель китайской крупной компании инвестиционной. Дала визиточку, говорит: вот, мы хотим. Так вот, на самом деле, господин Мобиус абсолютно правильно понимает. Допустим, наши китайские партнёры это поняли очень хорошо. В лице, насколько я помню, один из инвесторов данной площадки была компания, самый крупный инвестиционный фонд, негосударственный инвестиционный фонд Китая, компания Fosun, которые стали одними из партнёров. Почему, потому что представьте себе, они сейчас имеют доступ к стратегическому направлению. Это сельхозпродукция. Это стратегический продукт уже, сельское хозяйство в какой-то вехе своего развития становится стратегическим направлением. И вот господин Мобиус...

Иван Кононов:

У Мобиуса, на самом деле, там партнёры совсем другие. Там Газпром, я уж не помню, наверняка там Роснефть или что-то в этом духе. То есть он понимает, что в России ценнее всего. Баг с ним, с Мобиусом, потому что его называют, как я сказал, и гением, и авантюристом. Но дело даже не в этом. Всё-таки деятельность ваша, надеюсь, и наша совместная, поскольку у нас за плечами отечественные товаропроизводителя, я думаю, что они всегда слушают такого рода специалистов с большим вниманием. Потому что они хотят понять, что они в результате получат, работы центра ли, платформы какой бы то ни было, заново создаваемой. Что может помочь отечественному товаропроизводителю миновать все эти рифы, все эти опасности и пробить эту стеклянную стенку сверху, потолок и выйти с достоинством на рынок, иметь репутационное лицо.

Павел Абрамов:

Вы знаете, на самом деле, то, что сейчас происходит на сегодняшний день в нашей стране, в т.ч. по поддержке экспорта, да, есть определённые организации, я с ними взаимодействую, мы с ними консультировались по многим направлениям. В том числе даже в чем-то где-то их консультировали, имея честь взаимодействовать в рамках...

Иван Кононов:

Нет, всё-таки уточню, мы создаем совместный продукт?

Павел Абрамов:

Я вам больше скажу, что когда появилась история создания центра CEPTI, на самом деле, история очень простая. Потому что когда я увидел, что ряд компаний, с которыми когда-то ещё по линии правительства я взаимодействовал, они не только сохранили свой наукоемкий потенциал, не только работают на госзаказ, смогли сохранить, разработать новые технические решения, которые стали интересны за рубежом. И мы, грубо говоря, взяли и сказали, так как у меня есть опыт в маркетинге, в пиаре, в международных делах, я говорю: коллеги, давайте возьмём продукт, давайте попробуем, как пойдет в мире. Вы знаете, было интересно. Тут же появилась и политическая воля, и децентрализованная экономика, и конкурентные войны даже, в том числе, спецслужб.

Иван Кононов:

Короче говоря, все сопутствующие, в хорошем смысле этого слова.

Павел Абрамов:

Все сопутствующие бонусы в хорошем и плохом смысле мы получили сразу. И как раз наши международные партнёры, в том числе, которые живут за рубежом, в зоне CARICOM, говорят: коллеги, а почему бы нам не создать такой центр. Это была абсолютно волонтёрская идея. Задача - зачем нам это нужно? Цель простая, вот для меня очень странно иногда, давным-давно, когда я ещё был студентом, задавал себе вопрос, мы учили многие учебники зарубежных экономистов, это всё правильно, всё нужно. У меня был вопрос, почему, грубо говоря, мы такая ёмкая страна, мы после войны через 13 лет полетели в космос, почему мы кругляк всё подаём. Это же стыдно.

Иван Кононов:

А потом газ и нефть.

Павел Абрамов:

Это же знаний много не нужно. И на самом деле, так оно по сути и получается. И те люди, которые на сегодняшний день занимаются экспортным потенциалом, разрабатывают продукты, это понятно, это очень трудно, это очень ёмко. Государство у нас на этот счёт имеет тоже свою определённую политическую волю, но задача очень простая. Сегодня в угоду санкций, эмбарго, у нас, в том числе, есть те люди, есть экономические блоки, ассоциации, международные объединения, где нам рады. И самое интересное, я когда начал заниматься именно вопросом продвижения в реальном секторе экономики российской продукции, это было удивительно. Мне иногда задают вопрос: а почему вы к нам не едете. Есть примеры неудачные. Очень хороший пример: две новообразованные организации, которые занимаются экспортом, многие знают, не будем их озвучивать, они достаточно известные. В Доминиканской республике компания производит стройматериалы, в том числе, так называемый гибкий камень. Хорошая российская компания закредитована была, им отказали в экспортной поддержке. Мы с ними познакомились. Сейчас компания производит свою продукцию успешно в Доминиканской республике. Налоговая база у неё в России, технология не уходит, потому что, как говорится, суверенитетом мы не торгуем.

Иван Кононов:

То есть они производят на месте.

Павел Абрамов:

Производят на месте.

Иван Кононов:

На месте потребителя.

Павел Абрамов:

Абсолютно.

Иван Кононов:

Но при этом они не становятся их производителем, они наши производители, отечественные.

Павел Абрамов:

Абсолютно, да. Потому что это самая главная задача, которую мы перед собой поставили.

Иван Кононов:

Интересная история. Я себя поймал на мысли о том, что вы говорите о децентрализации, при этом получается, что для успешной децентрализации нужен мощный центр.

Павел Абрамов:

Как ни странно.

Иван Кононов:

Нужен некий мощный центр, который будет эту децентрализацию всячески развивать. И ваш центр, в т.ч., появился именно с такой задачей, насколько я понимаю.

Павел Абрамов:

Да.

Иван Кононов:

Если мы будем развивать это вместе дальше, я имею в виду наших отечественных товаропроизводителей, мы будем идти именно по этому пути.

Павел Абрамов:

Конечно, я даже, знаете, скажу так, что самое дорогое, что у нас сейчас есть, это время, это самый ценный ресурс. Когда мы понимаем, что ещё в бытность своей деятельности государственной мой руководитель говорил очень хорошую фразу. Самое ценное, что у нас есть - это международное сотрудничество. Я почему с такой улыбкой сказал, потому что когда мы делаем какой-то конгрессно-выставочный форум, мы понимаем, это затратно. И я всегда задаю вопрос партнёрам, коллегам, заказчикам, которые потом становятся партнёрами. Я говорю: коллеги, а зачем, какая цель?

Иван Кононов:

Мы с этого вопроса начали и этим вопросом закончим.

Павел Абрамов:

Какая цель, зачем мы всё это делаем? И уже в ходе общения мы понимаем, что оказывается, у нас есть цель - партнёрство, может быть, встать в полку, а может быть, у нас есть сообщество...

Иван Кононов:

Что называется встать в полку?

Павел Абрамов:

Встать в полку это, знаете, сокращенное понятие маркетингового продвижения продукта. То есть, допустим, у меня есть стаканчик, я хотел бы его продать.

Иван Кононов:

Выложить для продажи.

Павел Абрамов:

Для продажи, так точно. Я к чему хочу сказать, для децентрализации нужен хороший связующий центр, здесь как раз вот это время очень ценное. Я просто приведу пример замечательных специалистов, которые вообще предложили новую сферу экспорта. Это сообщество девелоперов и риелторов, называется БКР Форум. Мы с ними познакомились, им огромное спасибо, если они смотрят, за то, что доверили свои мероприятия. Это как некая сфера, сообщество экспертов по недвижимости. И они предложили, почему бы не использовать потенциал недвижимости, как экспортный продукт. Есть прекрасный пример Дубай, они сделали всё для того, чтобы их недвижимость была популярной. И в том числе, с использованием современных цифровых технологий, мы об этом повествовали, в том числе, в государственных структурах, кто занимается экспортом, поддержкой. Им показалось интересным это ноу-хау. У нас на сегодняшний день есть российское законодательство очень интересное на этот счёт. И пример хороший, и мы понимаем, что у нас сейчас есть эксперты, которые будут развивать блокчейн на этот счёт. То есть не какая-то фарисейская история, которая не обеспечена ничем, а конкретно, в том числе, жилищными объектами, которые позволят нам инвестировать. Те средства, о которых, в том числе, наш президент озвучивал на жилищном форуме, что все мы должны жить в удобных, безопасных городах. Это прекрасно. Даже самое главное, что вы случайно озвучивали о инвесторах, инвестор тоже должен быть правильным. Суверенитетом мы не торгуем. И повествуя ваш вопрос о некой комплексной деятельности, я хочу сказать, не хочется выглядеть, как Александр Матросов, который на себе рубашку прорвёт. Но абсолютно рады партнёрствам, абсолютно рады интересным кейсам. У нас даже удивительно, что за эти два месяца появились определённые международные партнёры, в том числе, из зоны CARICOM, которые говорят: мы приезжаем в Россию, мы хотим создавать совместные торговые дома. У нас есть фортпост выхода, допустим, в центральную Европу, в северную Америку. То есть там, где, грубо говоря, нас не пускают, не потому, что мы плохие, не потому, что наш продукт некачественный, по политической воле.

Иван Кононов:

Понятно, центр, если уж тут центр, то, что называется, по-взрослому. В том смысле, что и у центра должна быть своя нешуточная служба безопасности, которая бы отслеживала эти риски возможные и понимания репутационные уже партнёров.

Павел Абрамов:

Да, это очень важный момент, на самом деле, почему, потому что неслучайно я приводил примеры наших международных коллег, например, самоката, и пример, когда зарубежный коллега приходит с деньгами, не может купить. Действительно, так. На этот счет, слава богу, есть экспертные группы, есть, в том числе, международные торгово-промышленной палаты, допустим, формата Ультрамар. Есть члены правительства государственные, мы имеем отношение, и где мы можем, грубо говоря, на этапе согласования получить чёткую консультацию. То есть простой вопрос, вам это интересно? Какой пример сервитута.

Иван Кононов:

А насколько этот центр ёмок по части работающих там людей?

Павел Абрамов:

Вы знаете, я вам скажу так, что он достаточно, с учётом того, что он децентрализован, он представлен не только в России, то есть штат не очень большой. Но тут не красна изба углами, а вопрос, те люди, кто занимается этим вопросом, это люди достаточно компетентные.

Иван Кононов:

Главное сформировать правильных людей.

Павел Абрамов:

Знаете, как Рокфеллер хорошо сказал: я самый бедный человек. Он никогда не рисковал своими деньгами. Он всё время находил людей, которые делали что-то лучше, чем он.

Иван Кононов:

Давайте учиться у таких людей, как Рокфеллер, как Марк Мобиус, как Павел Абрамов, потому что у вас тоже большой опыт и учиться уже у вас есть чему. Спасибо вам большое, Павел, будем надеяться, что мы вместе создадим правильный центр для централизации и успешного развития нашей экономики.

Павел Абрамов:

Спасибо.

Иван Кононов:

Спасибо, я прощаюсь с вами до следующего понедельника. Как известно, понедельник у нас на «Третьем дыхании» называется днём надежды. Всего доброго!

Павел Абрамов:

До свидания!