Эволюция истории науки и науковедения: тенденция взаимодействия двух социогуманитарных дисциплин

А.Г. Аллахвердян, Н.С. Агамова

ЭВОЛЮЦИЯ ИСТОРИИ НАУКИ И НАУКОВЕДЕНИЯ: ТЕНДЕНЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ДВУХ СОЦИОГУМАНИТАРНЫХ ДИСЦИПЛИН

Ключевые слова: история науки, науковедение, междисциплинарное взаимодействие, научные кадры, аспиранты.

Keywords: history of science, science of science, interdisciplinary interaction, scientific staff, graduate students.

Аннотация: Статья посвящена обоснованию двух тезисов. Первый тезис методологического характера. В отличие от периода 60-х годов XX в., когда идея взаимодействия науковедения и истории науки, хотя и была выдвинута, но не нашла адекватных форм реализации, в последние годы обозначилась новая ситуация благодаря «внутренней логике» развития этих двух направлений изучения науки, т.е. истории науки и науковедения. Второй тезис - прикладного характера, он органически вытекает из первого и состоит в попытке реализации идеи взаимодействия науковедения и истории науки на материалах истории развития конкретных наук, в частности, истории физики, эволюции ее кадрового состава и подготовке аспирантов в послевоенный советский период (50-80-е годы XX в.).

Abstract: Article is devoted to substantiating two thesеs. The first proposition is of a methodological nature. In contrast to the 60-s of the XXth century, when the idea of interaction between the science of science and the history of science, although it was nominated, did not find adequate forms of implementation, in recent years thanks to a new situation delineated the inner logic of the two in the study of science, i.e. history of science and science of science. The second thesis has an applied nature, it follows organically from the first and is trying to implement the idea of interaction between the science of science and the

history of science materials on the history of specific sciences, particularly the history of physics, evolution its staffing and training of graduate students in the postwar Soviet period (1950-1980-s).

Вопрос о связи истории науки и науковедения является далеко не новым. Он стал предметом активных обсуждений еще в 60-х годах XX в., в период зарождения отечественного науковедения [2; 5; 9; 10]. Однако этот вопрос и сегодня продолжает оставаться дискуссионным, поскольку возможны самые разные формы взаимодействия истории науки и науковедения. Одна из форм такого взаимодействия рассматривается в данной статье.

В дальнейшем изложении мы сосредоточимся на обосновании двух тезисов. Первый тезис - методологического характера. В отличие от периода 60-х годов XX в., когда идея взаимодействия науковедения и истории науки, хотя и была выдвинута, но не нашла адекватных форм реализации, в последние годы обозначилась, на наш взгляд, новая ситуация благодаря «внутренней логике» развития этих двух направлений изучения науки, т.е. истории науки и науковедения. Второй тезис - прикладного характера, он органически вытекает из первого и состоит в попытке реализации идеи взаимодействия науковедения и истории науки на материалах истории развития конкретных наук, в частности истории физики в послевоенный период.

Науковедение как новое направление исследований в СССР развивалось во всех трех секторах развития науки: высшей школе, отраслевой науке и особенно активно в системе АН СССР. Одним из важных показателей становления науковедения в 60-70-е годы XX в. в качестве самостоятельного направления исследований, писали немецкие науковеды Х. Лайтко и Б. Ланге, «стала его ин-ституционализация: в различных научных учреждениях создались специальные отделы и группы по науковедческим исследованиям» [7, c. 48]. Сюда относятся, прежде всего, структурные науковедчес-кие подразделения Института истории естествознания и техники, Института социологии, Института научной информации по общественным наукам, Института мировой экономики и международных отношений, Института экономики, Института горного дела АН СССР, Института кибернетики АН УССР и т.д.

Вкратце остановимся на содержательной стороне дискуссий о связи науковедения и истории науки в советский период. В них нередко обсуждались два аспекта: что объединяет и что, наоборот, разъединяет историю науки и науковедение. Как в историки науки,

так и в науковедении объектом исследований является наука, а различаются они, прежде всего, по предмету исследования. В этой связи С.Р. Микулинский писал, что «история науки в значительной мере должна отражать и на самом деле отражает развитие предметного содержания конкретных наук, развитие научных идей, теорий и т. п., что выходит далеко за рамки предмета и задач науковедения» [11, с. 126]. Если традиционная история науки изучает науку прежде всего как форму научного познания, как когнитивную структуру, то в науковедении наука рассматривается как сообщество ученых, где акцент делается на изучении инфраструктуры, социально-организационных факторах развития науки. Первое отличие обозначим как предметное.

Второе очевидное отличие, назовем его хронологическим, состоит в следующем: если история науки изучает прошлое науки, то науковедение изучает ее настоящее и будущее. «В сущности, -отмечает С.Р. Микулинский, - как бы далеко ни простирались прагматические цели истории науки, ее исследования все же главным образом отвечают на вопрос, как было. Науковедение же должно отвечать на вопросы, что есть и как должно быть» [11, с. 126].

Наконец, третье различие, условно названное дисциплинарным, хотя и не было ранее предметом специальных теоретико-науковедческих дискуссий, однако является, на наш взгляд, еще одним значимым препятствием на пути взаимопонимания и взаимодействия науковедов и историков науки. Оно состоит в том, что науковеды изучают научное сообщество в целом, не дифференцируя его, не проводя различие между многочисленными научными дисциплинами (физикой, химией, биологией и др.)1, как это имеет место в истории науки. В этом смысле, науковедение как бы возвышается над всеми научными дисциплинами, игнорирует их различия.

Именно по этой причине мы считаем возможным ввести понятие «общедисциплинарное науковедение», в значительной степени отражающее предшествующий этап развития отечественного науковедения. Наряду с этой исследовательской парадигмой мы предлагаем в качестве дополняющей и обогащающей ее парадигму

1 Когда науковеды оперируют, например, понятием «кадровый потенциал науки», то речь идет, как правило, о кадровой составляющей всей российской науки, а не о кадровом потенциале физической или биологической науки. Если обсуждается проблема бюджетного финансирования, то речь идет о российской науке в целом, а не о бюджетном финансировании какой-то одной науки, будь то физика, биология или химия. - Прим. авт.

дисциплинарного науковедения, отражающую конкретные различия в социально-организационном развитии научных дисциплин. В отличие от обобщающего понятия «история науки», давно представляющего собой совокупность отдельных, самостоятельно развивающихся историй наук (историю физики, историю химии, историю биологии и др.), науковедение до сих пор представляет собой единую, монолитную область знания, даже теоретически не дифференцированную на соответствующие дочерние науковед-ческие отрасли (по примеру истории науки).

А между тем познавательная потребность в этом есть, она носит не абстрактный, а вполне прикладной характер, в частности, в связи с актуализацией интереса историков физики, помимо традиционно когнитивных процессов развития физики (смена теорий, научных категорий, экспериментальных методик и др.), к научному сообществу физиков в 50-60-е годы XX в. Тот факт, что науковедение, в отличие от истории науки, не разделено на дочерние отрасли, сильно затруднял конструктивное взаимодействие историков науки и науковедов.

Все указанные различия в развитии истории науки и науковедения в той или иной степени становились барьером на пути их сближения в 60-70-х годах ХХ в. Другими словами, в тот исторический период не было достаточных предпосылок для практического взаимодействия истории науки и науковедения, оно было обозначено лишь в общетеоретическом аспекте. Дискуссии того периода о важности взаимодействия между историей науки и науковедением, призывы к их сближению носили преимущественно декларативный характер. Возникает вопрос: изменилась ли ситуация за последние десятилетия, появились ли новые предпосылки для сближения и взаимодействия истории науки и науковедения?

На наш взгляд, такие предпосылки появились и были порождены внутренней логикой дальнейшей развития как науковедения, так и, в особенности, истории науки. Это проявилось, в частности, в том, что в 80-х годах XX в. в рамках истории науки возникло такое новое направление исследований, как социальная история науки (рис. 1).

Включение «социального» в канву истории науки - дополнительный фактор не только усиления познавательного потенциала традиционной истории науки, но и шаг навстречу науковедению, поскольку науковедческие исследования ассоциируются преимущественно с социальными (социологическими, экономическими, психологическими, правовыми и др.) исследованиями науки. По-

следовательное углубленное развитие социальной истории науки закономерно привело к ее дифференциации на локально дисциплинарные области исследований, в частности, социальную историю физики, где центральным объектом исследований выступает такое понятие, как «научное сообщество физиков» [12; 13].

Если для историков физики «научное сообщество» является сравнительно новым объектом исследований, то для науковедов, социологов науки оно является традиционным. Обращение историков науки к понятию «научное сообщество» создает предпосылки для сближения историков науки и науковедов. Результаты их исследований являются взаимодополняющими для понимания научного сообщества 50-60-х годов XX в. Это, в частности, нашло отражение в работе [1], где науковеды имели возможность дополнить картину физического сообщества анализом его кадрового потенциала.

Рис. 1

Здесь важен сам факт взаимодействия историков физики и науковедов, который ранее был попросту невозможен, поскольку не было общей для историков науки и науковедов «исторической стройплощадки». Есть также опыт взаимодействия науковедов с историками биологии [6]. Можно привести и другие примеры взаимодействия науковедов и историков науки в послевоенный период. На наш взгляд, такое взаимодействие носит не случайный характер, а отражает тенденцию к интеграции историко-научных и науковед-ческих знаний при изучении послевоенного научного сообщества.

Возьмем на себя смелость утверждать, что послевоенная социальная история естественных наук, будь то история физики, биологии, химии, любой другой науки, будет неполной, недостаточной, если она не будет дополнена результатами количественных науковедческих исследований, поскольку именно со второй половины ХХ в. начались систематические социологические, экономические, психологические, наукометрические и другие исследования науки. В дальнейшем изложении мы попытаемся показать это на примере послевоенной истории научного сообщества физиков.

Советские физики внесли в эти годы, которые по праву могут быть названы золотыми годами советской физики, важный вклад в мировую науку, в историю страны и ее культуру. «Настало время, -отмечают В.П. Визгин и А.В. Кессених, - для проведения обстоятельных исторических исследований научного сообщества советских физиков в 1950-1960-е годы» [4, с. 13]. Проведенные с позиций историко-научного подхода исследования сообщества физиков могут быть дополнены науковедческими исследованиями этого сообщества. Вкупе историко-научный и науковедческий подходы призваны дать более полную и многогранную картину функционирования научного сообщества физиков 50-60-х годов XX в.

Кадровый взлет советской физики

и его науковедческое обоснование

Убедительными свидетельствами взлета советской физической науки 50-60-х годов XX в. являются сопоставимые с мировым уровнем итоговые показатели труда отечественных ученых-физиков, их выдающиеся достижения, говоря языком кибернетики, «на выходе системы». «1950-1960-е годы были в советской физике действительно баснословными, - подчеркивает В.П. Визгин, - и по уровню достижений, и по широте охвата различных областей исследования, и по включенности физики в наукоемкие, военные и мирные, технологии, и по той роли, которую ученые стали играть в обществе и государстве, физическая наука в СССР стала вполне соизмерима с физикой США, научным лидером послевоенного периода... Это было время, когда Советский Союз в принципе достиг ядерного паритета с США, а в области освоения космоса даже вышел вперед (первый искусственный спутник Земли, первый пилотируемый полет вокруг Земли и т. д.). Научные достижения советских физиков в эти годы впервые были удостоены серии Нобелевских премий. С 1956 по 1964 г. эту премию получили семь

советских ученых и девять - американских! Такого Нобелевского "почти - паритета" с США в ХХ в. больше не повторялось» [3, с. 46-47]. В данной ситуации ключевым «фактом взлета советской физики в 1950-1960-х годах была советская ядерно-оружейная программа, потребовавшая серьезной и осознанной поддержки научного и технического сообщества со стороны партийно-государственного руководства страны» [4, с. 14].

Что касается науковедения, то оно, в частности, ориентировано на изучение количественных показателей «на входе системы», т.е. комплекса исходных ресурсных (финансовых, аппаратурных, информационных, кадровых и др.) показателей, определяющих развитие физической науки. Нам представляется, что итоговые (конечные научные достижения) и ресурсные показатели развития физики в 50-60-е годы связаны. Мы сосредоточимся на одном из ресурсных показателей - кадровом потенциале физико-математической области исследований.

Источники данных и методы исследования научных кадров

Данные по одним лишь физико-математическим кадрам недостаточно информативны. Необходимо соотнести численность физико-математических кадров с численностью других категорий ученых естественно-научного (химиками, биологами, геологами, географами) и технического профилей. Следует оговориться, что количественный анализ ученых-физиков здесь представлен не в «чистом виде», а вкупе с учеными-математиками. Это объясняется тем, что в статистических сборниках советского периода (например, в ежегодных изданиях «Народное хозяйство СССР») такие науки, как физика, математика, астрономия и механика, включались в одну комплексную отрасль «физико-математические науки». Однако уже в те годы науковеды критически оценивали выделение в системе госстатистики такой неоднородной статистической группы.

В начале 70-х годов по поводу сложившейся ситуации науковеды С.А. Кугель и С.Р. Микулинский писали: «Что касается физико-математического цикла, то в современных условиях правильнее было бы рассматривать математику и физику в отдельности, так как каждая из них представляет самостоятельную науку... По нашему мнению, в условиях, когда математика развивается как самостоятельная наука, а приложения математики далеко не ограничиваются физикой, сохранение такой статистической группы, как физико-математические науки (физика, математика, механика,

астрономия), неоправданно» [14, с. 67]. Однако критическая позиция науковедов, к сожалению, не изменила сложившуюся ситуацию, не привела к классификационному размежеванию физиков и математиков. Эта ситуация сохраняется и поныне, в частности, в ваковской системе присуждения ученых степеней. Таким образом, при науковедческом анализе кадровой ситуации 50-60-х годов мы вынуждены придерживаться понятия «физико-математические кадры» как единой статистической категории.

Также следует отметить, что к понятию «научный работник» как ключевому при характеристике кадрового потенциала любой науки, включая физику, относились, согласно советской статистике, не только научные сотрудники НИИ, но и профессорско-преподавательский состав вузов. Принятая в СССР учетная категория «научный работник» примерно соответствовала тому, что в обычных представлениях ассоциировалось со словом «ученый». «Это и исследователь, склоняющийся над прибором, и профессор, читающий лекции студентам» [8, с. 84]. Таковы особенности учета научных кадров, принятые в советской статистике1. Целью нашего исследования является кадровый мониторинг развития физики за двадцатилетний период (1950-1970) на основе данных государственной статистики. В качестве конкретной задачи выступил анализ динамики численности кадров в области физико-математических наук, а именно: 1) аспирантов; 2) научных работников; 3) научных работников высокой квалификации (кандидатов и докторов наук).

Темпы роста численности научных работников физико-математического профиля

Научные кадры являются наиболее высококвалифицированной частью трудящихся, поэтому весьма существенно сопоставление темпов их роста с темпами роста других категорий трудящихся и населения страны в целом. Данные, приведенные в табл. 1, показывают, что темпы роста численности научных работников более чем в 4 раза опережают темпы роста населения страны в целом и более чем в 2,5 раза - темпы роста рабочих и служащих. Что касается научных работников физико-математического цикла, то они

1 Постсоветская статистика научных кадров, включая физико-математические кадры, строится на существенно иных основаниях (но это уже другой, отдельный вопрос, значимый для осмысления кадровой ситуации в постсоветской науке 1990-х - начала 2000-х годов). - Прим. авт.

оказались вне конкуренции: темпы роста их численности почти в 7 раз превышают темпы роста населения; почти в 2 раза - темпы роста дипломированных специалистов с высшим образованием; в 1,6 раза - средние темпы роста ученых всех научных специальностей.

Таблица 1

Темпы роста численности научных работников физико-математического профиля по сравнению с другими показателями, 1950-1970-е годы1

1950 1955 1960 1965 1970 1970 к 1950, в %

Население (млн. человек) 182 198 216 232 244 134

Рабочие и служащие (млн. человек) 40 50 62 77 90 223

Специалисты с высшим образованием (тыс. человек) 1443 2184 3545 4891 6853 475

Инженеры (тыс. человек) 400 598 1135 1631 2486 621

Научные работники (тыс. человек) 162 224 354 665 928 571

Научные работники физико-математического профиля (человек) 10 184 20 077 28 966 63 880 95 272 935

Наука и научное обслуживание (тыс. человек) 714 992 1763 2625 3238 453

Выпуск специалистов из вузов (тыс. человек) 177 246 343 404 631 357

Выпуск аспирантов (человек) 4093 7607 5517 19 240 25 870 632

Как видно из табл. 2, за 20 лет численность ученых физико-математического профиля увеличилась более чем в 9 раз. Такого резкого взлета кадрового потенциала не знала никакая другая отрасль науки. Темпы роста численности научных работников физико-математического цикла на протяжении двух десятилетий существенно превосходили аналогичный показатель в других естественных науках. Это касается как кадров российской науки в целом, так и Российской академии наук. Так, показатель численности ученых физико-математического цикла в 2,6 раза опережал

1 Таблица составлена авторами на основе источника [4, с. 59, 69]. - Прим. авт.

209

численность ученых в химических науках (примечательно, что еще в 1950 г. ученых-химиков было больше, чем ученых физико-математического профиля); в 2,2 раза - в биологических науках, в 1,4 раза - в геолого-минералогических науках.

Таблица 2

Темпы роста численности ученых физико-математического цикла в системе других естественных наук, 1950-1970-е годы1

1970

Отрасли науки 1950 1955 1960 1965 1970 к 1950, в %

Физико-математические науки в целом 10 184 20 077 28 966 63 880 95 272 935

в том числе в РАН 974 2380 4439 6079 8778 901

Химические науки в целом 12 946 16 435 26 237 33 534 45 815 354

в том числе в РАН 1049 2012 3326 4039 5616 535

Биоологические науки в целом 8621 11 009 15 091 27 057 37 342 433

в том числе в РАН 1194 1576 2492 3431 4713 394

Геолого- минералогические науки в целом 1747 2911 7064 11 194 11 520 659

в том числе в РАН 702 1181 1959 - 2466 351

Вместе с тем следует отметить, что темпы роста численности физико-математических кадров в период с 1950 по 1970 г. носили достаточно неравномерный характер. Если разбить их условно на пятилетки, то наибольшие темпы роста кадров пришлись на период с 1960 по 1965 г. (табл. 3).

Таблица 3

Темпы роста численности ученых физико-математического профиля по пятилеткам, в %2

Отрасль науки 1955-1950 гг. 1960-1955 гг. 1965-1960 гг. 1970-1965 гг.

Физико-математические науки 197 144 220 149

1 Таблица составлена авторами на основе источника [4, с. 16, 65]. - Прим. авт.

2 Таблица составлена авторами на основе источника [4, с. 65]. - Прим. авт.

Это, по-видимому, связано с тем, что на это пятилетие приходится значительное число вновь образовавшихся и расширившихся научно-образовательных организаций. К примеру, основаны такие организации физико-математического профиля, как Институт высоких температур (1962), Институт физики твердого тела (1963), Институт физики высоких энергий (1963), Институт теоретической физики (1965; с 1968 г. - им. Л.Д. Ландау), Институт космических исследований (1965), Институт проблем механики и др. [7, с. 168-185]. Такое многообразие институтов в различных областях физики и механики стало возможным благодаря, в частности, активной подготовке высококвалифицированных кадров через систему аспирантуры. Именно в первые два послевоенных десятилетия она получила наибольшую государственную поддержку.

Подготовка аспирантов в области физико-математических наук

В совокупности параметров, характеризующих состояние научных кадров в любой области науки, чрезвычайно важным является их воспроизводство. В формировании научно-кадрового потенциала СССР роль аспирантуры определялась достаточно однозначно: она по праву считалась основным источником высококвалифицированных кадров. Учитывая, что именно доктора и кандидаты наук в подавляющем большинстве занимали ключевые посты в науке и высшей школе, а также работали в органах управления различными отраслями экономики, можно предположить, какое огромное влияние оказывала аспирантура на развитие не только научно-образовательной системы, но и советского общества в целом.

Одной из наиболее важных характеристик проводившейся в СССР работы по подготовке высококвалифицированных научных кадров является объем и уровень аспирантской подготовки. Это в полной мере относится и к подготовке аспирантских кадров в области физико-математических наук, динамика численности которых представлена в табл. 4.

Как видно, темпы роста численности аспирантов физико-математического профиля существенно опережали рост аспирантов-химиков. Так, если в 1950 г. численность последних была в 1,4 раза больше аспирантов физико-математического профиля, то через два десятилетия картина изменилась на прямо противоположную: теперь аспирантов-физиков было в 2,2 раза больше, чем аспирантов-

химиков. Данные таблицы свидетельствуют о скачкообразном росте численности аспирантов физико-математического профиля. Она увеличилась с 3435 аспирантов в 1960 г. до 11 729 аспирантов в 1975 г., т.е. почти на 336%. Однако изменения аспирантских кадров за 15 лет, если разбить этот период на три пятилетки, носили крайне неравномерный характер: от взлета численности аспирантов, который пришелся на первую пятилетку (1960-1965) и составил 293%, до спада на 2% числа аспирантов физико-математического профиля, который пришелся на третью пятилетку (1970-1975). В это же пятилетие спад численности аспирантов химического профиля был еще более значительным - на 24%.

Таблица 4

Динамика численности аспирантов в области физико-математических наук в сопоставлении с аспирантами-химиками за период с 1960 по 1975 г.1

Отрасли науки 1960 1965 1970 1975 1965-1960, в % 1970-1965, в % 1975-1970, в %

Все отрасли в СССР 36 754 90 294 99 427 95 675 + 246 + 10 - 4

Физико-математические 3435 10 066 11 729 11 538 + 293 + 17 - 2

Химические 2402 5372 5313 4023 + 224 - 1 - 24

Таковы резкие изменения численности аспирантских кадров, которые были обусловлены, несомненно, изменениями в кадровой политике государства в сфере науки. Это неслучайные изменения государственной кадровой политики, их причины требуют особого и тщательного науковедческого анализа, который выходит за рамки данной статьи. Приведем далее в табл. 5 динамику численности кандидатов наук по отраслям.

И здесь, в группе естественных наук, за двадцатилетний период показатель темпов роста кандидатов физико-математических наук (901%) существенно превосходил аналогичный показатель не только кандидатов химических (430%), но и биологических (481%), геолого-минералогических (509%) наук. Во многом схожая картина наблюдалась в формировании кадрового корпуса докторов физико-математических наук [14, с. 81].

1 Таблица составлена авторами на основе источника [15, с. 202]. - Прим. авт.

Таблица 5

Динамика численности кандидатов наук по отраслям наук, 1950-1970-е годы1

Отрасли наук Численность кандидатов наук 1970-1950, в %

1950 1955 1960 1965 1970

Всего: в том числе по отраслям наук: 45 530 77 961 98 262 134 427 224 490 493

I. Естественные науки: 10 667 17 809 22 286 34 824 60 616 568

Физико-математические 2486 5364 6814 12 151 22 403 901

Химические 3088 4639 5652 7632 13 284 430

Биологические 3571 5544 6804 10 557 17 182 481

Геолого- минералогические 1522 2262 3016 4484 7747 509

II.Технические науки 12 649 20 653 26 396 34 818 63 512 502

III. Социогума-нитарные науки: 9161 20 101 25 291 33 729 50 937 556

Исторические 2209 5780 6888 7795 9711 440

Экономические 1777 3762 4932 7856 14 929 840

Географические 737 1347 1594 1942 2676 363

Философские 546 1207 1864 3177 5356 981

Филологические 1868 4062 5212 6755 9310 498

Юридические 434 1027 1339 1637 2381 549

Педагогические 1080 1923 2289 3130 4498 416

Искусствоведение 323 617 707 842 1262 391

Архитектура 187 376 466 595 814 435

IV. Другие науки 12 815 18 457 23 157 27 556 43 130 337

Несмотря на то что абсолютная численность кандидатов физико-математических наук почти втрое уступает численности кандидатов технических наук, первые тем не менее по темпам роста почти вдвое превосходят кандидатов технических наук. Численность кандидатов физико-математических наук в среднем по темпам роста также почти вдвое превышает численность кандидатов наук в области социогуманитарных исследований. Единственной дисциплиной, которая по темпам роста численности кандидатов наук (в период с 1950 по 1970 г.) превысила физико-математические науки, оказалась философия (981%), хотя физико-матема-

1 Таблица составлена авторами на основе источника [14, с. 82]. -

Прим. авт.

213

тические науки в 1970 г. по абсолютной численности кандидатов наук более чем в 4 раза превзошли философские науки.

Таким образом, важно добавить, что кадровый взлет наблюдался не только в физике, но и в других естественных науках, а также в социогуманитарных дисциплинах.

Здесь затронута лишь одна из науковедческих характеристик сообщества физиков - количественный анализ кадровых тенденций в развитии физики 50-60-х годов. Остаются незатронутыми такие характеристики, как: место физиков в рейтинговой системе других профессий; мобильность физиков, их миграция в другие естественно-научные дисциплины; гендерный анализ научного сообщества, включая роль и достижения женщин-физиков; зарплата физиков в сопоставлении со средней зарплатой по стране; особенности академического сообщества физиков; сравнительно-науко-ведческий анализ советского и американского физических сообществ и др.

Историко-науковедческий анализ динамики кадрового потенциала послевоенной советской науки позволяет сделать следующие выводы.

1. В 50-60-х годах XX в. темпы роста численности советских ученых опережали темпы роста населения в целом. Из всех категорий ученых самые большие темпы наращивания имели место среди ученых физико-математического цикла. Это убедительно свидетельствует о целенаправленной научной политике государства по опережающему взращиванию специалистов в области физики, астрономии, математики, механики.

2. За 20 лет численность ученых физико-математического профиля значительно увеличилась. Это касается как ученых-физиков в СССР в целом, так и в АН СССР в частности. Также наблюдался рост и числа ученых высшей квалификации - кандидатов и докторов физико-математических наук. Это стало возможным благодаря активному развитию института аспирантуры, целенаправленной государственной подготовке высококвалифицированных кадров. Достаточно сказать, что за пятилетие (1960-1965) рост численности аспирантов в области физико-математических наук, согласно науковедческим данным, составил 293% (при среднем росте среди всех отраслей наук - 246%).

3. Историко-научный и историко-науковедческий подходы являются не взаимоисключающими, а взаимодополняющими в исследовании многогранной картины научного сообщества физиков 50-60-х годов XX в.

Нам представляется, что систематический анализ советского научного сообщества 50-60-х годов, начавшийся с изучения атомного проекта, не случайное и кратковременное событие, не прецедент, а начало некой общей тенденции (которая со временем, на наш взгляд, охватит и период с 1970 по 2000-е годы) реализации новой полидисциплинарной историко-научной программы, ориентированной на комплексное (вкупе с историками химии, биологии, геологии, электроники, космонавтики, информатики и др.) осмысление социальной истории отечественного естествознания и техники послевоенного периода (второй половины ХХ - начала ХХ1 столетия).

Литература

1. Аллахвердян А.Г., Агамова Н.С. Кадровый взлет в «золотые годы» советской физики: Историко-науковедческий анализ // Научное сообщество физиков СССР, 1950-1960-е годы: Документы, воспоминания, исследования / Сост. и ред. В.П. Визгин, А.В. Кессених. - СПб.: РХГИ, 2007. - Вып. 2. - С. 129-143.

2. Бернал Д. Д., Маккей А.Л. На пути к «науке о науке» // Вопросы философии. -М., 1966. - № 7. - С. 154-161.

3. Визгин В.П. «Золотые годы» советской физики // Институт истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова. Годичная научная конференция, 2001. -М.: Диполь-Т, 2001. - С. 46-47.

4. Визгин В.П., Кессених Ф.В. Физическое сообщество СССР 1950-1960-х годов // Научное сообщество физиков СССР, 1950-1960-е годы / Сост. и ред. В.П. Визгин, А.В. Кессених. - СПб.: РХГИ, 2005. - Вып. 1. - С. 13-95.

5. Добров Г.М. Наука о науке. Введение в общее наукознание. - Киев: Наукова думка, 1966. - 271 с.

6. Дюментон Г.Г., Левина Е.С. Пути взаимоинтеграции методов и результатов социологов и историков науки в исследованиях закономерностей ее развития // Институт истории естествознания и техники им. С.И.Вавилова. Годичная научная конференция, 2005. - М.: Диполь-Т, 2005. - С. 120-123.

7. Лайтко Х., Ланге Б. Из истории формирования науковедения // Вопросы философии. - М., 1982. - № 3. - С. 42-53.

8. Лахтин Г. А. Организация советской науки: История и современность. - М.: Наука, 1990. - 218 с.

9. Микулинский С.Р., Родный Н.И. «Наука» как предмет специального исследования (к формированию «науки о науке» - науковедения) // Вопросы философии. - М., 1966. - № 5. - С. 25-38.

10. Микулинский С.Р., Родный Н.И. История науки и науковедение // Очерки истории и теории развития науки / Под ред. В.С. Библера, Б.С. Грязнова, С.Р. Микулинского. - М.: Наука, 1969. - С. 35-66.

11. Микулинский С.Р. Еще раз о предмете и структуре науковедения // Вопросы философии. - М., 1982. - № 7. - С. 117-131.

12. Научное сообщество физиков СССР, 1950-1960-е гг.: Документы, воспоминания, исследования / Сост. и ред. В.П. Визгин, А.В. Кессених. - СПб.: РХГА, 2005. - Вып. 1. - 720 с.

13. Научное сообщество физиков СССР, 1950-1960-е гг.: Документы, воспоминания, исследования / Сост. и ред. В.П. Визгин, А.В. Кессених. - СПб.: РХГА, 2007. - Вып. 2. - 752 с.

14. Научно-техническая революция и изменение структуры научных кадров СССР. - М.: Наука, 1973. - 200 с.

15. Научные кадры СССР: Динамика и структура / Под ред. В.Ж. Келле, С. А. Кугеля. - М.: Мысль, 1991. - 284 с.