Cara о A. Lange & Sohne

Вальтер Ланге, человек, заново открывший легендарную немецкую мануфактуру A. Lange & Sohne, выпустил книгу мемуаров под названием The Revival of Time.

"Возвращение домой" и "возрождение времени" — темы фирменные для мануфактуры из Гласхютте. История часового дела семьи Ланге, начавшаяся в 1845 году, была прервана бомбежкой союзников 8 мая 1945-го, а потом экспроприацией фабрики — "в пользу народа ГДР". После образования ГДР Гласхютте, деревню под Дрезденом, одно из главных часовых мест Германии, покинули те, кто заправлял здесь сто лет. Ланге были в числе эмигрантов: они уехали в 1947-м, отказавшись подписать договор о передаче мануфактуры государству. Вальтеру Ланге, правнуку основателя компании Адольфа Ланге, было тогда 23 года. 20 апреля 1948 года фабрику экспроприировали, в 1951-м мануфактура превратилась в заводик будильников, "russian chronometers", как называет их Ланге.

Мемуары Ланге начинает с темы возвращения. После падения Берлинской стены он вернулся и застал "свою Германию" в упадке. Ланге упоминает тех, кто помог вернуться,— это Михаил Горбачев и его "перестройка и гласность". В самом начале 1990-го Ланге приехал в Дрезден и увидел "советский Дрезден" — пятиэтажки, типовые карусели, детсады, поликлиники и школы, из-под асфальтовых плит растет трава.

На возрождение мануфактуры и создание новых "первых" часов — Lange 1 — Ланге потратил пять лет. Ему помогали инженеры и дизайнеры IWC. "Я благодарен за помощь, однако нужно было возрождать немецкий часовой стиль, который серьезно отличается от швейцарского",— пишет Ланге. Отличительным знаком часов A. Lange & Sohne стала большая дата, напоминающая часы на здании Дрезденской оперы, сделанные в 1842 году Иоханом Христианом Фридрихом Гюткасом (чья дочь была замужем за Адольфом Ланге).

Ситуация в Восточной Германии середины 90-х драматична, пишет Ланге. Утрачены былые надежды на достойную жизнь, безработица и одновременно неумение работать по-западному. Это неумение Ланге заметил еще во время своего первого посещения ГДР, в 1976 году. "Саксония — богатейший промышленный край,— пишет Ланге,— Audi, DKW, Horch, Wanderer, составившие когда-то Auto Union, были именно из Саксонии. А теперь люди разучились здесь работать!"

Большая глава в книге посвящена 30-м годам и приходу к власти национал-социалистов. Ланге пишет, что он, будучи десятилетним ребенком, не слышал "положительных оценок" деятельности сторонников Гитлера от родителей. Те ратовали за "свою Саксонию" и обращали мало внимания на то, что происходило в Берлине и Мюнхене. Ланге говорит, что после того, как его школьную христианскую организацию слили с гитлерюгенд, он принимал участие в кружках и субботних тренировках этого "общества". Ланге пишет, как оказался свидетелем вторжения немцев в Судеты. "Это было войной цветов, потому что немецкую армию чехи встречали с цветами,— утверждает Ланге.— Когда Германия напала на Польшу, я тоже наивно думал, что это будет война с цветами в руках. Я ошибался". В 1942-м Ланге оказался на восточном фронте.

В новое дело Ланге и его партнеры вложили 3 млн германских марок. На первых порах не хватало оборудования, и что-то даже привезли из Шаффенхаузена, из мануфактуры дружественной IWC. Трудно было со всем — даже с телефонной связью. Но часовщики — одни из самых терпеливых людей на свете. В 1998-м в Гласхютте завершилось строительство нового здания мануфактуры. В том же году в старом, отстроенном здании мануфактуры открыли часовую школу A. Lange & Sohne. В 2000 году A. Lange & Sohne купила Richmont Group, в собрании которой только легендарные мануфактуры и ювелирные дома.

Вальтер Ланге рассказал корреспонденту "Ъ-СТИЛЬ" Екатерине Истоминой, зачем он написал эту книгу.

— Драматическая история вашей мануфактуры сегодня широко известна. Бомбежки, эмиграция, возвращение, открытие мануфактуры заново, открытие часовой школы...

— Я хотел написать не только книгу о мануфактуре моей семьи — прадеда Адольфа, его сыновей Ричарда и Эмиля, дяди Отто, отца, сестер Сильвии и Эдели, брата Фердинанда. Моя семья — часть истории Германии. Мой взгляд — взгляд немца, потерявшего малую родину — Гласхютте. Но я вернул себе родину. Я старый и больной человек, это моя первая и последняя книга. Я не писатель, но я постарался дать понять, что такое отдельно взятая семья, оказавшаяся в центре великих потрясений. Я написал правду — и про то, как состоял в гитлерюгенде, как воевал, как был ранен, как бомбили мой дом. Как мы наотрез отказывались подписывать документы об передаче фабрики, как бежали в Западный Берлин, как остался в Гласхютте мой дядя Отто, один из лучших мастеров Германии по карманным часам. Его я так больше никогда и не увидел.

— Кому вы предназначали свой труд?

— Конечно, в первую очередь поклонникам и коллекционерам часов A. Lange & Sohne. Среди них много сорокалетних — это меня радует. Коллекционеры собирают не только часы A. Lange & Sohne, но и все, что с ними связано,— книги, каталоги. От тех старых, довоенных A. Lange & Sohne немного-то и осталось! Я после бомбежек ходил и собирал винтики и корпуса — хотел хоть что-то сохранить.

— Вы сами какие часы A. Lange & Sohne носите?

— Я ношу турбийон, который мы выпустили еще в 1994 году — это одна из первых моделей возрожденной мануфактуры. Тогда турбийон не был еще таким модным, как сейчас. Я вообще-то люблю старые вещи. Езжу на старом "Мерседесе", 1966 года. Мне сейчас уже больше ничего не нужно.

Walter Lange, "The Revival of Time", Econ, 2005