Проблемы квалификации убийств по законодательству Республики Казахстан

М.А. ЖУМАНИЯЗОВ,

главный консультант Комитета по законодательству

и судебно-правовой реформе Мажилиса Парламента Республики Казахстан, кандидат юридических наук

ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ УБИЙСТВ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН

Конституция Республики Казахстан провозгласила высшими ценностями государства - человека, его жизнь, права и свободы. Каждый имеет право на жизнь, и никто не вправе произвольно лишать человека жизни.

Охрана жизни человека занимает центральное место в системе права любого государства. Жизнь - объект судебной и правовой защиты, от нее зависит состояние законности и правопорядка, уровень правовой культуры общества. Защита жизни является целью уголовной политики Казахстана, реализация которой направлено на всестороннее обеспечение охраны жизни мерами предупредительного, уголовного и уголовно-процессуального характера. Жизнь в уголовном праве понимается как общественное отношение, предмет правовой охраны, а не как физиологический процесс, которая является тем общим признаком, который объединяет все виды убийств в одну группу преступлений, посягающих на человеческую жизнь.

Сегодня как никогда остро стоит проблема борьбы с преступлениями против жизни, которые без преувеличения влияют на показатель уровня развития государства и приверженности его международным принципам и стандартам в области прав и защиты личности.

По статистическим сведениям Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры Республики Казахстана, в республике число зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 96 УК РК за 1998-2007 года и 9 месяцев 2008 года_составило: в 1998 г. - 2466, 1999 г. - 2301, 2000 г. - 2288, 2001 г. - 2093, 2002 г. - 1924, 2003 г. - 1931, 2004 г. -2050, 2005 г. - 1804, 2006 г. - 1729, 2007 г. - 1656 и 9 мес. 2008 г. - 1234.

Наглядно можно убедиться в том, что проблема повышения эффективности правовых механизмов борьбы с преступлениями против жизни требует постоянного внимания. Существенное значение в деле охраны жизни имеет уголовное законодательство, призванное пресекать и наказывать наиболее опасные посягательства на личность.

Уголовное законодательство Республики Казахстан по-новому решает вопросы ответственности за преступные посягательства на жизнь. Однако анализ судебно-следственной практики и действующего законодательства указывает на то, что отдельные теоретические и практические вопросы неоднозначны. Необходимость рассмотрения проблемы квалификации преступлений против жизни объясняется тем, что в практической деятельности правоохранительных органов нередко встречаются случаи ошибочной уголовно-правовой оценки преступлений, посягающих на жизнь.

Общеизвестно, что к преступлениям против жизни относятся такие преступления, как: убийство (ст. 96 УК); убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 97 УК); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 98 УК); убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ст. 99 УК); убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 100УК); причинение смерти по неосторожности (ст. 101УК); доведение до самоубийства (ст. 102 УК). Все перечисленные преступления против жизни, за исключением последних двух, относятся к убийствам.

Не обращаясь к анализу каждого состава преступления в силу известных ограничений, мы рассмотрим только лишь некоторые из них.

1. Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч.2 ст. 96 УК). По п. «в» ч.2 ст.96 УК следует квалифицировать убийство лица, которое в силу своего психического или физического состояния не имело возможности оказать преступнику сопротивление и защитить себя от совершаемого в отношении него преступного посягательства. К таким лицам, в частности, могут быть отнесены малолетние, престарелые и тяжелобольные лица, а также лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их возможности правильно воспринимать происходящее. Убийство спящего, а также лица, на-

ходящегося в беспомощном состоянии в связи с алкогольным или наркотическим опьянением тяжелой степени или по другим причинам, следует также квалифицировать как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

До недавнего времени анализ судебно-следственной практики показывал, что Верховный Суд РК не признавал сон беспомощным состоянием, ввиду того, что сон, по их мнению, это физиологическое состояние человека, при котором он не лишается возможности оказать сопротивление виновному лицу. Так, друзья по работе Л., Д., и С., распивали спиртные напитки в доме последнего. В ходе распития спиртного между Л. и Д. произошла словесная ссора, закончившаяся тем, что Л., встал и ушел в спальню. Через некоторое время в спальню зашел Д. и увидев, что Л., спит, совершил его убийство. Органами предварительного расследования и судом первой и второй инстанции действия Д. были квалифицированны как убийство, совершенное в беспомощном состоянии по п. «в» ч. 2 ст. 96 УК. Однако Верховный суд РК не согласился с такой квалификацией и переквалифицировал убийство совершенное Д. на ч. 1 ст.96 УК не признав сон беспомощным состоянием. С таким выводом Верховного Суда РК нельзя было согласиться. Беспомощное состояние жертвы — объективная категория. Это состояние существует независимо от осознания его самим потерпевшим. Поэтому следовало признать как убийство, совершенное в беспомощном состоянии, если потерпевший находился в состоянии сна либо сильного опьянения. Отрадно отметить, что Верховный Суд РК изменил свою позицию по данному вопросу в правильном направлении. Так, в Нормативном постановлении Верховного Суда «О квалификации некоторых преступлений против жизни и здоровья человека» от 11 мая 2007 г., говорится, что «убийство спящего, а также лица, находящегося в беспомощном состоянии в связи с алкогольным или наркотическим опьянением тяжелой степени или по другим причинам, следует также квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 96 УК»1 .

Нахождение потерпевшего в беспомощном состоянии в момент причинения ему смерти должно тщательно проверяться и оцениваться судом. При этом следует иметь в виду, что малолетний или

престарелый возраст потерпевшего, нахождение его в состоянии опьянения сами по себе не во всех случаях могут свидетельствовать о его беспомощном состоянии, поэтому указанные обстоятельства подлежат оценке с учетом конкретных обстоятельств дела (например, при оказании потерпевшим активного сопротивления нападавшему, причинение ему в ответ повреждений и т.п.).

Анализируя юридическую литературу, мы пришли к выводу о том, что практически все авторы единодушны в том, что в данном случае убийство чаще всего совершается при отсутствии сопротивления потерпевшего, неспособного в связи с беспомощным состоянием себя защитить. Большинство исходит из того, что состояние беспомощности может определяться любыми обстоятельствами, другие с этим не согласны. В частности, некоторые авторы не относят состояние алкогольного опьянения и сна к беспомощному состоянию потерпевшего.

Так, по мнению С.В. Бородина, к убийствам, совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшего, кроме убийств тяжелобольных, престарелых, малолетних детей, лиц, страдающих психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее, относятся также убийства лиц, находящихся в состоянии обморока, опьянения или сна, когда они не могут реагировать на действия виновного2 .

Л.А. Андреева считает, что к беспомощным потерпевшим следует отнести тех, кто в силу каких-либо объективных, в том числе личностных, признаков не может оказать сопротивление убийце. По ее мнению, беспомощность может быть обусловлена возрастом (глубокая старость, малолетний возраст), болезнью, физическим недостатком, состоянием сильного опьянения, сном, положением тела (связанный человек) и т.п., т. е. беспомощное состояние имеет место тогда, когда жертва убийства в силу физического или психического состояния не способна защитить себя3 . Аналогичного мнения придерживаются большинство авторов комментариев к статье убийство. Например, беспомощное состояние означает, что потерпевший в силу определенных физиологических или иных причин (малолетнего возраста, старости, болезни, физических недостатков слепота, глухота, отсутствие рук, ног и т.п.) не

1 Комментарий к Уголовному кодексу Республики Казахстан. Общая и Особенная части /Под общ. ред. И.Ш. Борчаш-вили. Изд. 2-е. - Алматы, 2007. - С. 241.

2 Бородин С. В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание. - М., 1994. - С. 101.

3 Андреева Л.А. Квалификация убийств, совершенных при отягчающих обстоятельствах. - С. 12.

пя-1

имеет возможности оказать эффективное сопротивление преступнику. К этому виду убийства можно отнести убийство человека, находящегося в состоянии сна или сильной степени опьянения, а также лишившегося сознания по другим причинам. При этом беспомощное состояние потерпевшего должно быть известно виновному1. Э.Ф. Побегайло относит к беспомощному состоянию бессознательное состояние, тяжелую степень опьянения, сон и прочие2. А.И. Рарог высказал мнение, что по данному пункту квалифицированного убийства следует квалифицировать убийство спящего, тяжело больного, находящегося в сильном опьянении человека, малолетнего и т.п.3. В.В. Ераксин пишет, что к находящимся в беспомощном состоянии необходимо относить больных, престарелых, малолетних, которые не в силах оказать сопротивление виновному, а также лиц, находящихся в бессознательном состоянии, в сильной степени опьянения, спящих и т.д., когда виновный, сознавая это, совершает убийство4.

Иной позиции придерживается С. Дементьев который писал: «Устанавливая ответственность за убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, законодатель имел в виду, что в таком случае потерпевшему причиняются дополнительные, особые страдания. Он сознает, что его сейчас или вскоре убьют, но в силу своего физического состояния не может ни оказать сопротивления, ни позвать на помощь. Это состояние заведомо понимает убийца, значит, действует более цинично и нагло, нежели тот, который, как говорится, убивает «из-за угла». Представляется, что причинение потерпевшему дополнительных, особых страданий охватывается убийством, совершенным с особой жестокостью. Поэтому никакого усиления ответственности в этом случае не требуется, поскольку законодателем данное обстоятельство уже предусмотрено5.

Для квалификации убийства по п. «в» ч. 2 ст. 96 УК необходимо, чтобы нахождение потерпевшего в беспомощном состоянии уже было на момент совершения виновным действий, связанных с причинением ему смерти. При этом для подобной квалификации убийства не имеет значения, сам ли потерпевший привел себя в беспомощное состояние (получил увечье при падении на улице,

употребил алкоголь, наркотики и т.п.) или же такое его состояние наступило в результате действий других лиц.

Ни малолетние, ни преклонный возраст сами по себе не исключают, что потерпевший может оказаться отнюдь не беспомощным, если он, к примеру, хорошо вооружен и умело обращается с оружием. К тому же преклонный возраст, в отличие от малолетнего, не имеет четкой нормативной границы. Судебная практика испытывает затруднения в вопросе о том, кого считать «престарелым». Очевидно, это вопрос факта. При равном количестве прожитых лет один человек становится беспомощным в силу возраста, а другой - нет. Это касается и болезни, которая не тождественна беспомощному состоянию.

От убийства лица, находящегося в беспомощном состоянии, следует отличать ситуации, когда потерпевший не способен защитить себя в силу иных причин: внезапность нападения, скрытый или коварный способ лишения жизни. Примером могут служить выстрел снайпера, нападение из засады, неожиданный удар ножом в спину, применение взрывного устройства, отравление пищи и т. п.

В правоприменительной практике сложности возникают при квалификации убийства лица, оказавшегося в беспомощном состоянии в результате действий виновного.

Спорной и непоследовательной по этому вопросу является и позиция Верховного Суда РК содержащаяся в абзаце 4 п. 7 Нормативного постановления «О квалификации некоторых преступлений против жизни и здоровья человека» от 11 мая 2007 г., где говорится, что: «Действия виновного (дача снотворного, алкогольных напитков или наркотических средств, связывание, нанесение ударов, причинение телесных повреждений, повлекших потерю сознания), совершенные в целях приведения потерпевшего в беспомощное состояние и облегчения осуществления умысла на его убийство, являются частью объективной стороны данного преступления. В таких случаях причинение смерти потерпевшему не может быть квалифицировано по пункту в) части второй статьи 96 УК».

В другом Нормативном постановлении Верховного Суда Республики Казахстан от 11 мая 2007 года «О некоторых вопросах квалификации

1 Комментарий к УК Республики Казахстан / Под ред. И.И. Рогова, С.М. Рахметова. А.,2004. - С. 247.

2 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Ю. И. Скуратов и В. М. Лебедева. - М., 1999. - С. 228.

3 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейными материалами и судебной практикой / Под общ. ред. С. И. Никулина. М., 2000. С. 318

4 Комментарий к УК РФ / Отв. ред. В.И. Радченко. - М., 1996. - С. 165.

5 Дементьев С. Понятие беспомощного и бессознательного состояния //Российская юстиция. - М., 1999. - №1. С. 43.

преступлений, связанных с изнасилованием и иными насильственными действиями сексуального характера» в абзаце 3 пункта 5 говорится о том, что: «Нахождение потерпевших в состоянии опьянения может быть признано их беспомощным состоянием, если степень опьянения была такова, что лишала возможности оказать сопротивление виновному. При этом не имеет значения, привел ли виновный потерпевших в такое состояние или же наступление их беспомощного состояния не зависело от его воли.

Из приведенных выше нормативных постановлений видно, что действия виновного в первом случае не признаются беспомощным состоянием лица, который сам приводит потерпевшего в такое состояние (дача снотворного, алкогольных напитков или наркотических средств...), а во втором случае для признания беспомощного состояния не имеет значения, привел ли виновный потерпевших в такое состояние сам или же наступление их беспомощного состояния не зависело от его воли.

На наш взгляд, независимо от того, приводит ли сам себя потерпевший в беспомощное состояние, либо в такое состояние приводит его обвиняемый, следует квалифицировать по п. «в» ч.2 ст. 96 УК как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, если его умыслом охватывается привидение потерпевшего в беспомощное состояние и облегчения осуществления причинения ему смерти.

В свете изложенного считаем наиболее правильным позицию Верховного Суда по данному вопросу применительно к разъяснению содержащегося в абзаце 3 пункта 5 Нормативного постановления Верховного Суда Республики Казахстан от 11 мая 2007 года «О некоторых вопросах квалификации преступлений, связанных с изнасилованием и иными насильственными действиями сексуального характера». А это дает основание поставить вопрос перед Верховным Судом нашей страны о необходимости приведения абзаца 4 п. 7 Нормативного постановления «О квалификации некоторых преступлений против жизни и здоровья человека» от 11 мая 2007 г. в соответствие с предлагаемой нами редакцией.

Убийство лица, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника. Похищение человека относится к преступлениям против свободы. Ответственность за данное преступление, предусмотрена в ст. 125 УК РК. Похищение

человека по характеру и степени общественной опасности относится к тяжким преступлениям. Закон не дает определения похищения человека, поэтому необходимо обращение к доктрине и практике уголовного права.

Захват заложника признается преступлением международного характера. Международная конвенция о борьбе с захватом заложников, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 18 декабря 1979 года, определяет основные направления противодействия этому преступлению. Общественная опасность этого преступления состоит в том, что посягает на общественную безопасность, жизнь, здоровье нередко значительного числа лиц, а также личную свободу и неприкосновенность человека.

Однако в литературе имеются неоднозначные толкования данных понятий. А.Н. Красиков считает, что под убийством, сопряженным с похищением человека и захватом заложника, понимается убийство человека, которого предварительно, помимо воли, насильно лишают или лишили свободы перемещения в пространстве1. Представляется, что данное толкование является излишне узким, не вытекающим из требований закона. Поскольку в законе употребляется словосочетание «сопряженное с похищением либо захватом заложника», а не «убийство похищенного либо захваченного», постольку для подобного ограничительного толкования нет оснований.

По мнению Л.А. Андреевой, убийство может быть совершено как в момент похищения или захвата заложника, так и после того, как похищение или захват уже осуществлены и потерпевший находится в руках преступников2. Мы полагаем, что данное понятие наиболее верно. Однако, исходя из данного определения, можно сделать вывод о том, что потерпевшим может быть только тот человек, в отношении которого совершается или совершалось похищение либо захват. А если в процессе похищения был убит другой человек, подлежит ли в этом случае применению п. «в» ч. 2 ст. 96 УК РК или же имеются основания для вменения виновному убийства с целью облегчить совершение другого преступления? Квалифицированный вид убийства, предусмотренный в п. «в» ч. 2 ст. 96 УК применяется независимо от того, в какой момент потерпевший был лишен жизни: в процессе его похищения, захвата или по истечении определенного времени. Пунктом «в» ч. 2 ст. 96 УК охватывается убийство не только

1 Красиков А.Н. Ответственность за убийство по российскому уголовному праву. - Саратов, 1996. - С. 65.

2 Андреева Л.А. Указ. соч. С. 13.

Г*4!

похищенного человека или заложника, но и убийство других лиц в связи с похищением человека или захватом заложника. Например, убийство лица, препятствующего похищению человека или пытавшегося освободить заложника.

Нередко в специальной литературе подчеркивается, что убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии по своему смыслу очень близко к убийству, сопряженному с похищением человека либо захватом заложника. Так некоторые авторы считают, что похищенный или взятый в заложники человек тоже оказывается в беспомощном состоянии1. Мы не исключаем, что он оказывается в беспомощном состоянии, но квалифицировать такие действия виновного по признаку: убийство лица находящегося в беспомощном состоянии нельзя.

Н.Г. Иванов утверждает, что, убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника может быть в некоторых случаях рассмотрено как частный случай убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. Обстоятельства, сопутствующие похищению человека или захвату заложника, сковывают во многих случаях возможности к сопротивлению или вовсе их устраняют. Поэтому он предлагает в подобных случаях решать вопрос так же, как и при конкуренции общей и специальной нормы — квалифицировать убийство только как сопряженное с похищением человека либо захватом заложника2.

По мнению А.Н. Попова, несмотря на то, что указанные признаки предусматриваются в одном пункте квалифицированного убийства, они не соотносятся между собой как общая и специальная норма. Использование виновным заведомо для него беспомощного состояния потерпевшего во всех случаях должно подлежать самостоятельной квалификации, поскольку оно является самостоятельным основанием для вменения виновному отягчающего обстоятельства. Например, убийство похищенного малолетнего (скажем, в возрасте 5 лет) не может не квалифицироваться и по признаку «заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии», и по признаку «сопряженное с похищением человека». Кроме того, необходимо учитывать, что только та квалификация содеянного виновным ведет к назначению справедливого наказания виновному лицу, которая полно отражает все обстоятельства дела3. Мы раз-

деляем такую позицию и считаем, что убийство, сопряженное с похищением человека или с захватом заложника, следует квалифицировать по совокупности преступлений предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 96 и по ст. 125 или ст. 234 УК, так как эти преступления имеют самостоятельный состав.

2. Убийство, совершенное с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера

В пункте «к» ч. 2 ст. 96 УК предусмотрена ответственность за два самостоятельных вида убийства: а) убийство, совершенное с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение; б) убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.

Ответственность за первый вид предусмотрена при причинении смерти с целью скрыть другое, ранее совершенное преступление, либо преступление, которое виновный замышляет совершить в будущем или облегчить его совершение.

Совершая данное преступление, виновный преследует цель полностью скрыть ранее совершенное преступление или обстоятельства, влияющие на квалификацию и меру наказания. При убийстве с целью облегчить совершение другого преступления виновный может осуществить это деяние, как до совершения намеченного преступления, так и в процессе его осуществления.

Для квалификации действий виновного по п. «к» ч. 2 ст. 96 УК не требуется, чтобы виновный в результате убийства достиг поставленной цели — скрыл другое преступление или облегчил его совершение.

Определенную сложность в судебно-следственной практике представляет отграничение убийства совершенное с целью скрыть другое преступление, от простого убийства. В таких случаях необходимо более внимательно изучать все обстоятельства уголовного дела. Например: Р. в вечернее время на почве личных неприязненных отношений избил З., причинив ему умышленно средней тяжести вред здоровью. Далее Р. с целью сокрытия совершенного накануне преступления против З., совершил его убийство, задушив руками. При изложенных выше обстоятельствах органами расследования и городским судом о том,

1 Комментарий к УК РК. Книга 1 / Под ред. И.И. Рогова, С.М. Рахметова. - Алматы, 2004. С. 247.

2 Уголовное право. Особенная часть: Учебник /Под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. - М., 1998. С. 52.

3 Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. - СПб.,2003. - С. 321.

что Р. убийство З. совершил с целью сокрытия ранее совершенного в отношении его преступления, является ошибочным. В ходе рассмотрения данного дела, Верховный Суд РК, установил, что после ссоры и драки Р. и З. помирились, Р. помог потерпевшему умыться, и они легли спать. З. не высказывал намерений заявлять в органы о содеянном Р., весь день находился в квартире С. и на предложение последней отказался и от медицинской помощи. Поздно вечером придя к сожительнице в квартиру и вновь застав там З., Р. возмутился этому и убил его, задушив руками. На этом основании Верховный Суд РК пришел к выводу, что действия Р. следует квалифицировать, как умышленное убийство на почве неприязненных отношений тем самым переквалифицировал действия Р. с п. «к» ч.2 ст.96 УК РК на ч.1 ст.96 УК РК1.

Как убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение может быть квалифицировано убийство в том случае, когда мотивом его совершения явилось стремление путем убийства потерпевшего облегчить совершение нового или сокрыть ранее совершенное субъектом убийство или другим лицом преступление, о котором известно этому потерпевшему. При этом не имеет значения, в отношении самого потерпевшего или в отношении других лиц совершено скрываемое преступление, относится ли оно к категории умышленных, тяжких или неосторожных преступлений, достиг ли виновный в результате убийства своей цели. Убийство с целью скрыть другое преступление может быть не только тогда, когда об этом преступлении еще не было сообщено в соответствующие органы, либо когда сообщение о преступлении поступило, но виновный не был осведомлен об этом, но и в случаях, когда сообщение о преступлении в соответствующие органы поступило и этим органам известно лицо, совершившее преступление, и виновный осведомлен об этом.

Если виновный совершил убийство потерпевшего, выполнявшего свою профессиональную деятельность, либо общественный или служебный долг, с целью облегчить совершение другого преступления или с целью его сокрытия, деяние надлежит квалифицировать по п.п. «б» и «к» ч. 2 ст. 96 УК.

Под убийством, сопряженным с изнасилованием, насильственными действиями сексуального характера следует понимать умышленное причинение смерти потерпевшей (потерпевшему), совер-

шенное при покушении на совершение указанных преступлений или в процессе их совершения.

Под изнасилованием следует понимать половое сношение в естественной форме с лицом женского пола против или помимо его воли, совершенное с применением насилия или с угрозой применения насилия к потерпевшей или другим лицам, либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей.

Действия, совершенные с целью удовлетворения половой страсти и совершенные при тех же обстоятельствах в неестественной форме с лицами женского или мужского пола (лесбиянство, мужеложство и т.п.), следует считать иными насильственными действиями сексуального характера.

Для квалификации изнасилования и иных насильственных действий сексуального характера не имеет значения моральный облик, социальный статус, поведение потерпевшей (потерпевшего), предыдущие взаимоотношения виновного лица и потерпевшей (потерпевшего).

Противоправное умышленное причинение смерти потерпевшей (потерпевшему) в процессе изнасилования либо при совершении насильственных действий сексуального характера или покушения на совершения указанных преступлений или после окончания насильственного полового акта, насильственных действий сексуального характера, совершенное с целью сокрытия содеянного, либо по мотивам мести за оказанное сопротивление, действия виновного следует квалифицировать по совокупности по п. «к» ч. 2 ст. 96 и соответствующей ст. ст. 120 или 121 УК. Квалифицируя указанные действия виновных, орган, ведущий уголовный процесс, должен указывать все квалифицирующие признаки, предусмотренные п. «к» ч. 2 ст. 96 УК, а также соответственно другими пунктами ч. 2 ст. 96 и соответствующими частями ст. ст. 120 или 121 УК.

Умышленное причинение при изнасиловании либо совершении насильственных действий сексуального характера, либо при покушении на совершение указанных преступлений, легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевших, а также причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти потерпевших, охватывается диспозицией соответственно ст.ст. 120, 121 УК и дополнительной квалификации не требует. Тяжесть причиненного вреда здоровью устанавливается на основании экспертного заключения, полученного в соответствии с Правилами органи-

1 Приговор городского суда и постановление судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Казахстан за 2004 г.

зации производства судебно-медицинской экспертизы утвержденными приказом Министра здравоохранения РК от 20 декабря 2004 г. № 875/1.

Возникает вопрос: сколько квалифицирующих признаков предусмотрено в п. «к» ч. 2 ст. 96 УК? Если убийство совершено, с целью скрыть изнасилование, достаточно ли квалифицировать его как «сопряженное с изнасилованием»? По этому вопросу нет единого мнения. Думается, что квалифицирующий признак здесь один. Формулировка его зависит от конкретных обстоятельств дела. В случае совершения убийства для облегчения или сокрытия изнасилования или насильственных действий сексуального характера следует говорить об убийстве, «сопряженном с изнасилованием и т.д.» Первая часть формулировки п. «к» должна использоваться, когда речь идет об облегчении или сокрытии любого другого преступления. И, напротив, убийство может быть квалифицировано как сопряженное с изнасилованием, если оно не связано с облегчением или сокрытием этого преступления (например, из мести за оказанное при изнасиловании сопротивление).

3. Убийство по мотиву социальной, национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. «л» ч. 2 ст. 96 УК).

Одной из гарантий соблюдения конституционных прав граждан Казахстана является усиление уголовной ответственности за преступные деяния, совершенные по мотивам национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.

Содержание употребляемых в законе понятий можно раскрыть, обратившись к толковым словарям русского языка. Национальность означает принадлежность к какой-нибудь нации, а нация - это исторически сложившаяся устойчивая общность людей, образующаяся в процессе формирования общности их территории, экономических связей, литературного языка, особенностей культуры и духовного облика. На земле имеется более 250 стран и несколько тысяч народов.

Все люди, исходя из своего внешнего облика, принадлежат к одной из рас- европеоидной, негроидной или монголоидной. Раса - это исторически сложившаяся группа человечества, объединенная общностью наследственных физических признаков (цветом кожи, глаз, волос, формой черепа и др.), обусловленных общностью происхождения

и первоначального расселения1.

Религия — это одна из форм общественного сознания, совокупность духовных представлений, основывающихся на вере в сверхъестественные силы и существа (богов, духов), которые являются предметом поклонения2.

В мире насчитывается несколько мировых религий (буддизм, ислам, христианство) и десятки тысяч систем верований. Ненависть - это чувство сильной вражды, злобы, а вражда - отношения и действия, проникнутые неприязнью, ненавистью3.

Из данного определения видно, что ненависть и вражда - однопорядковые, взаимозаменяемые понятия, выражающие неприязнь к другому человеку, основанную на каких-либо обстоятельствах. Таким образом, убийство признается совершенным по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти (вражды), если оно было вызвано неприязнью к человеку другой национальности, расы, религии4.

В психологии дается следующее определение ненависти: «Ненависть - стойкое активное отрицательное чувство человека, направленное на явления, противоречащие его потребностям, убеждениям, ценностям. Ненависть способна вызвать не только соответствующую оценку своего предмета, но и активную деятельность, направленную против него. Формированию ненависти обычно предшествует острое недовольство, вызываемое нежелательным развитием событий, или систематическое накопление более слабых воздействий источника отрицательных переживаний; предметом ненависти в таких случаях становится реальная или воображаемая причина этих событий»5.

А.В. Наумов отметил, что в основе религиозного мотива преступления лежит не нравственное чувство, а стремление человека к собственному благополучию. Он подчеркивает: «Действительная роль религиозного мотива убийства заключается в том, что виновный по своему невежеству ставит в причинную связь свои действия и наступление последствий в «загробной жизни», т.е. таких, какие в действительности наступить не могут. Чтобы обеспечить себе «лучшую жизнь», необходимо совершить «подвиг» во имя бога. Таким «подвигом»

1 Ожегов С.И. Указ. соч. - С. 397.

2 Там же. С. 656.

3 Там же. С. 674.

4 Попов А.Н. Указ. соч. - С. 886.

5 Краткий психологический словарь. - М., 1985. - С. 206.

оказывается, например, принесение в жертву других людей. Чем большую жертву принесет верующий, тем большего благополучия «достигнет» он в будущем. Отсюда особая жестокость убийств, совершенных на религиозной почве, их особая низменность и повышенная общественная опасность»1.

Л.А. Андреева пишет: «Под мотивом рассматриваемых убийств, следует понимать побуждения, основанные на негативной оценке конкретной расы, нации (народа) либо религии. Убийца стремится подчеркнуть неполноценность потерпевшего в силу принадлежности его к той или иной расе, национальности или религии либо пропагандировать путем убийства исключительность своей национальности, расы, религии»2.

Наиболее полно содержание рассматриваемого мотива раскрыла Т.В. Кондрашова. Она полагает, что убийство, совершенное по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, может иметь место в случаях, когда: 1) убийство совершается с целью спровоцировать вражду или рознь, 2) убийство совершается из неприязни, ненависти к лицам, принадлежащим к другой расе, нации, конфессии, 3) мстят за вероотступничество или нежелание примкнуть к какой-либо конфессии3.

Мотивом данного убийства выступает стремление подчеркнуть неполноценность потерпевшего в силу принадлежности его к определенной национальности, расе, той или иной религии или конфессии. С другой стороны, подчеркивается исключительность той или иной национальности, расы или религиозной конфессии. Преступные цели могут быть весьма различными: от обострения межнациональных отношений до отмщения за вероотступничество Виновный причиняет смерть лицу в связи с тем, что он относится к другой национальности, расе или религиозной конфессии.

Основанием для квалификации причинения смерти на почве кровной мести выступает кровная обида. Субъектом данного вида преступления могут быть лишь лица тех национальностей и народностей, у которых сохранился данный обычай. Кровная месть в связи с убийством родственника состоит в обязанности мстить за это и передается из поколения в поколение.

Эти обычаи в каждом конкретном случае необходимо изучать для полноты установления обстоятельств убийства. Например, женщина вне кровной мести. Если она совершит убийство, то за это убийство отвечает ближайший родственник мужского пола. Лишение жизни женщины считается недостойным поведением для настоящего мужчины.

При квалификации убийства по п. «л» ч. 2 ст. 96 УК должно быть установлены доказательства, подтверждающие, что виновный действовал по мотиву социальной, национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды или на почве кровной мести. В частности, следует выяснять, принадлежит ли виновный к той группе населения, которая признает обычай кровной мести, имел ли место до совершения данного преступления факт убийства человека, находился ли виновный с ним в родственных отношениях, из каких источников ему стало известно, что насильственное лишение жизни его родственника совершено потерпевшим или его родственниками и др. обстоятельства. Кровную месть, как мотив убийства, служащий основанием для квалификации убийства по этому квалифицирующему признаку, следует отличать от убийства, которое совершено на почве личных неприязненных отношений, возникших в связи с предшествующим убийством родственника виновного4.

При квалификации убийства, совершенного в связи с социальной, национальной, расовой или религиозной ненавистью или враждой следует устанавливать, что именно принадлежность потерпевшего к определенной части населения, его вероисповедание явились мотивом совершения преступления. При этом для квалификации убийства по п. «л» ч. 2 ст. 96 УК достаточно установить, что враждебное или ненавистническое отношение выражено к конкретному лицу, оказавшемуся жертвой преступления, либо вообще к неопределенному кругу лиц другой веры, национальности, занимающих определенное социальное положение в обществе, к числу которых принадлежал потерпевший.

4. Убийство, совершенное с целью использования органов или тканей потерпевшего

С. 92.

1 Наумов А.В. Российское Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. - М., 1996.

2 Андреева Л.А. Указ. соч. С. 40.

3 Кондрашова Т.В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновенности. - Екатеринбург, 2000. - С. 127.

4 Комментарий к УК РК Общая и Особенная часть, 2-е издание, исправленное и дополненное / Под общей ред. д.ю.н., профессора академика АЕНРКБорчашвили И.Ш. - Алматы, 2007. - С. 235-319.

п*п

Научно-технический прогресс в медицине (возможность пересадки органов или тканей одного человека другому) породил потребность в соответствующем донорском материале, стоимость и спрос, на которые весьма высоки. Это может привести к совершению убийства с целью продажи каких-либо органов или тканей потерпевшего для последующей трансплантации.

При квалификации по данному пункту признаку определяющую роль играет цель совершения убийства. Но убийство будет считаться оконченным независимо от того, использовал ли виновный органы или ткани потерпевшего. В специальной литературе распространенно мнение, что органы и ткани убитого используются для трансплантации в качестве донорского материала. Но законодатель ведет речь не только о трансплантации, под которой в соответствии с п.19 Закона РК «Об охране здоровья граждан» от 7 июля 2006 г. понимается пересадка, приживление тканей и (или) органов (части органов) на другое место в организме или в другой организм, а вообще об использовании органов и тканей для различных целей: использование в промышленности, каннибализм и т.п.

Деяние подлежит квалификации по п. «м» ч. 2 ст. 96 УК в тех случаях, когда умысел виновного направлен на убийство потерпевшего, а мотивом его совершения является цель использования органов или тканей убитого человека. Цель использования тканей и органов человека означает намерение их использования в медицинских целях. При этом для квалификации убийства по данному квалифицирующему признаку не имеет значения, были ли после совершенного убийства фактически использованы органы и ткани убитого.

Если при совершении данного убийства виновный руководствовался корыстными мотивами, то его действия необходимо квалифицировать по совокупности: п.п. «з» и «м» ч. 2 ст. 96 УК. С учетом выделенной законодателем специальной целью, это убийство может совершаться только с прямым (заранее обдуманным) умыслом.

Необходимо отличать умышленное убийство, совершенное с целью использования органов и тканей человека, от причинения по неосторожности смерти при принуждении лица к изъятию его органов и тканей либо в результате насильственного изъятия у него органов и тканей, ответственность за которые предусмотрена соответственно ч. 3 ст. 103 и ч. 3 ст. 113 УК.

5. Убийство, совершенное лицом, ранее совершившим убийство, за исключением деяний, предусмотренных статьями 97-100 УК

Квалифицирующий признак I совершение убийства лицом, ранее совершившим убийство, предусмотренный п. «н» ч. 2 ст. 96 УК, означает противоправное лишение жизни не в первый раз и подлежит вменению в тех случаях, когда виновный к моменту совершения преступления имеет неснятую и непогашенную судимость по ст. 96 УК, и должен учитываться только при квалификации действий лиц, к которым этот признак непосредственно относится.

Организаторы, подстрекатели, пособники убийства, совершенного исполнителями при указанном квалифицирующем признаке, а равно и при иных отягчающих обстоятельствах, предусмотренных ч. 2 ст. 96 УК, несут ответственность только в тех случаях, когда им об этом заранее было известно.

Если лицо совершило несколько убийств, не объединенных единым умыслом, и ни за одно из них не было осуждено, то все деяния в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 11 УК подлежат квалификации по п. «н» ч. 2 ст. 96 УК (при наличии оснований и по другим соответствующим пунктам). При этом не требуется отдельной квалификации первого по времени совершенного убийства по части 2 или части 2 ст. 96 УК.

При совершении убийства и покушении на убийство каждое деяние подлежит самостоятельной квалификации как совокупность преступлений. Преступления, предусмотренные ч.ч. 1 и 2 ст. 96 УК РК, относятся к особо тяжким преступлениям.

В заключение исследования проблем квалификации убийств, считаем, что по своей сути указание на сопряженность убийств с похищением человека, с разбоем, вымогательством или бандитизмом, с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера — это учтенная реальная совокупность преступлений, которую следовало бы квалифицировать по одной статье УК. В этой связи предлагаем вообще полностью отказаться от такого рода конструкций (преступление, сопряженное с совершением другого преступления). Квалифицирующим обстоятельством убийства может быть какое-либо из обстоятельств, так или иначе характеризующих признаки основного состава данного преступления (мотив, цель, спо-

соб действия, количество потерпевших и т.д.), но никак не совершение другого преступления. Только в таком случае убийство и другие пре-

ступления необходимо будет квалифицировать самостоятельно, и назначать наказание по совокупности преступлений.

Автор б±л гылыми мацалада К^азацстан Республикасыньщ цолданыстагы цылмыстыц зацнамасы жэне гылым - авторлардыц устанымы негiзiнде адам eMipiHe царсы цылмыстарды саралауга байла-нысты проблемаларга талдау жасайды.

In the given scientific article the author on the basis of the operating criminal legislation of Republic Kazakhstan and positions ofscientists-authors spends the analysis ofproblems of the crimes connected with qualification against human life

В данной научной статье автор на основе действующего уголовного законодательства Республики Казахстан и позиций ученых-авторов проводит анализ проблем, связанных с квалификацией преступлений против жизни человека.

Институт законодательства Республики Казахстан представляет:

ТНРЁ filtlf I

АРМЯНй-К11 АКСКИЙ

СУДКВННК 15iУ 1>94

Кыпчакско-польская версия Армянского Судебника Мхитара Гоша и Армяно-кыпчакский Процессуальный кодекс. Львов, Каменец-Подольский, 1519-1594 / Составители А.Н. Гаркавец, Г.С. Сапаргалиев. Алматы: Дешт и Кыпчак Баур, - 2003. - 792 с.

Адаптация Армянского Судебника 12-13 вв. к новым условиям была выполнена во Львове, и 5 марта 1519 г. Польский король Сигизмунд I Старый утвердил латинский текст Судебника для львовских армян с существенными исправлениями и дополнениями. Перевод на кыпчакский и польский языки сделан тогда же и тоже во Львове. Здесь публикуется армянский оригинал в русском переводе, латинский, кыпчакский и польский тексты Судебника.

Кыпчакский текст подготовлен к печати по трем рукописям, хранящимся во Вроцлаве, Париже и Вене. Наиболее полной из них является вроцлавская рукопись 1523 года, содержащая на 53 дополнительных кыпчакских статей больше, чем парижская 1568 года и венская 1575 года. Поэтому ее авторы и взяли за основу при составлении критического текста.

Глубоко разработанная специальная кыпчакская терминология, примененная в Судебнике и в изначально составленном на кыпчакском языке Процессуальном кодексе 1523-1594 гг., свидетельствует о непрерывности кыпчакской юридической традиции, восходящей к древнетюркской тенгрианской эпохе.

Издание памятника имеет целью способствовать развитию казахской и инотюркской юриспруденции на национальной языковой основе.