Искусство звучащего слова. История жанра

УДК 37.0 ББК 74.03

Кириллова М.Е., Житенев Т.Е.

ИСКУССТВО ЗВУЧАЩЕГО СЛОВА. ИСТОРИЯ ЖАНРА

Kirillova M.E. Jitenev T.E.

АЯТ OF SPEAKING WORD. HISTORY OF GENRE

Ключевые слова: искусство звучащего слова, авторское чтение, выразительное чтение, духовно-нравственные основы, дополнительное образование, методические разработки, театральный коллектив, сценическое воплощение.

Keywords: art of speaking word, author’s lecture , expressive lecture, moral and spiritual bases, additional education, methodical development, performance company, stage impersonation.

Аннотация: в статье освещаются вопросы возникновения и развития искусства звучащего слова с давних времен до конца ХХ века. Отмечается значительный вклад, сделанный авторским исполнением классиками русской литературы. ХХ век - время становления искусства чтеца как самостоятельного сценического жанра. Автор статьи указывает на необходимость приобщения детей всех возрастов на основе накопленного опыта к великой русской литературе через искусство звучащего слова.

Abstract : the article covers the questions of origin and development of the art of speaking word from ancient time till the end of 20th century. Author’s execution of Russian literature’s classics contributed a lot to the art of speaking word. The 20th century is the time of formation of the recitationist ’s art as an independent stage genre. The author shows the importance that children of any age introduce to the Great Russian literature with its gathered experience through the art of speaking word.

Театральные традиции общего школьного образования, имея в своем многообразии несколько направлений, прочно установились и развиваются в нашей стране. Такая сценическая форма выражения, как звучащая литература, используется в школьной практике наряду с другими сценическими формами, но ее недостаточная разработанность, отсутствие методических пособий и практических рекомендаций задерживают активное развитие этого жанра в условиях школы. Традиции русской сцены имеют богатый опыт становления искусства звучащего слова, накопленный не одним столетием.

Истоки рождения жанра. Авторское чтение. Процесс рождения, формирования и становления искусства звучащего слова как самостоятельного вида искусства длителен и сложен. Корни его уходят в глубокую старину, когда замечательные мастера живой художественной речи: народные сказители, певцы былин, гусляры, бояны, собиратели и хранители фольклора - переходили из одного города в другой, от одного поселения к другому, пели и рассказывали о

славных делах своего народа, о его горестях и чаяниях, о богатырях и мудрецах, о злых волшебниках и простых тружениках. М. Горький в одной из речей сказал: «Начало искусства слова - в фольклоре»1. Он имел в виду слово письменное, но эта мысль точно определяет и истоки зарождения художественного устного слова.

Исследования и литературные источники говорят нам, что ещё десять веков назад в Древней Руси устное художественное творчество уже отличалось определённой поэтической техникой и композиционностилистическими приёмами. Дальнейшее его развитие породило былинный эпос, который явился уже результатом высокого поэтического мастерства и воплощал глубокое духовное содержание в ярких образах. В печали и в радости наш народ обращался к

1 Горький, М. Заключительная речь на первом всесоюзном съезде советских писателей 1 сентября 1934 года // Собрание сочинений в тридцати томах. Том 27. - М., 1953.

http://az.lib. ru/g/gorxkij_m/text_1934_zakluchtelnaya_re сЫ^Ыш!

выразительному русскому слову. Сколько народных сказителей исходило древнюю Русь, воспевая богатырскую удаль русских людей, их духовную глубину и святость. Благодаря им формировалось сознание исторического, языкового единства всего русского народа на огромном пространстве северо-востока Европы. Народные сказители являлись одновременно и творцами новой литературы. Они не только передавали своим слушателям то, что было издавна сочинено такими же странствующими поэтами, но часто сочиняли сами, и их творения продолжали жить.

Яркое представление о мастерстве народных сказителей дает отрывок из романа

А.М. Горького «Жизнь Клима Самгина»: «С эстрады полился необыкновенно певучий голос, зазвучали веские старинные слова. Помимо добротной красоты слов, было в этом голосе что-то нечеловечески ласковое и мудрое. Однообразно помахивая ватной рукой, похожая на уродливо сшитую из тряпок куклу, старая женщина из Олонецкого края сказывала о том, как мать Добрыни прощалась с ним, отправляя его в поле, на богатырские подвиги. Самгин видел эту дородную мать, слышал её твёрдые слова, за которыми всё-таки слышны были и страх, и печаль, видел широкоплечего Добрыню: стоит на коленях и держит меч на вытянутых руках, глядя покорными глазами в лицо матери. : она не актриса, не играет людей, а людями играет»1.

Это исконно русское народное творчество отражено и в ряде других произведений русской литературы (А.К. Толстого, К.Г. Паустовского). А.С. Пушкин ходил к Святогорскому монастырю слушать народных сказителей. Устное народное творчество пронесло через века живой интерес русского народа к звучащему слову. Оно впитало в себя основные законы искусства рассказывания - законы, лежащие в фундаменте современного художественного чтения.

Публичное исполнение литературных произведений известно в России с XVIII века. Эта традиция, занесённая к нам из Франции, была напыщенной, условной, приподнято неправдоподобной. Чтение «во

французской манере», в виде «классической декламации», процветало в аристократических салонах и было чуждо народной традиции, где преобладали естественность и простота живой речи. С самого начала XIX века этой декламационной манере чтения было противопоставлено так называемое «авторское» исполнение. Остались свидетельства современников о том, как читали свои произведения А.С. Грибоедов, И.А. Крылов. А.П. Керн, вспоминая, как однажды И.А. Крылова заставили прочитать одну из его басен: «Мы все столпились вокруг него, и я никогда не забуду, как он был хорош... И теперь ещё мне слышится его голос и видится его разумное лицо. »2.

Конечно, главным основоположником «авторских чтений» стал А.С. Пушкин, с появлением которого поэзия вырвалась из узкого салонного круга. Сам царь Александр I свидетельствует, какое широкое распространение получили пушкинские стихи. Отправляя поэта в ссылку, он сказал, что Пушкин «наводнил всю Россию возмутительными стихами; вся молодежь наизусть читает их». Это свидетельство очень важно, оно означает, что стихи не только переписывались, но и звучали там, где собиралась молодежь. А пушкинские строки, написанные с невиданной дотоле простотой, не могли не привести к новой ясной и естественной манере исполнения, где старая декламация, с её условностями, была неприемлема.

Сам Пушкин очень любил читать свои произведения и умел своим исполнением производить на слушателей сильное впечатление. В. В. Вересаев в своей книге «Пушкин в жизни» приводит свидетельство М.П Погодина о том, как А.С. Пушкин читал в доме поэта Д. Веневитинова привезенную из ссылки трагедию «Борис Годунов». «Какое действие произвело на всех нас это чтение - передать невозможно. Мы собрались слушать Пушкина, воспитанные на стихах Ломоносова, Державина, Хераскова, Озерова, которых все мы знали наизусть. Учителем нашим был Мерзляков. Надо припомнить и образ чтения стихов, господствовавший в то время. Это был распев, завещан-

1 Горький, М. Жизнь Клима Самгина. Часть 1. - М., 2011. - С. 121.

2 Керн, (Маркова-Виноградская) А. П. Воспоминания о Пушкине. - М., 1987. - С. 167.

ный французскою декламацией. Наконец, надо себе представить самую фигуру Пушкина. величавый жрец высокого. Вместо высокопарного языка богов мы услышали простую ясную, обыкновенную и, между тем, - поэтическую, увлекательную речь! Первые явления выслушали тихо и спокойно или, лучше сказать, в каком-то недоумении. Но чем дальше, тем ощущения усиливались. Сцена летописателя с Григорием всех ошеломила... А когда Пушкин дошел до рассказа Пимена о посещении Кириллова монастыря Иоанном Грозным, о молитве иноков «да ниспошлет Господь покой его душе, страдающей и бурной», мы просто все как будто обеспамятели. Кого бросало в жар, кого в озноб. Кто вдруг вскочит с места, кто вскрикнет. Кончилось чтение. Мы смотрели друг на друга долго и потом бросились к Пушкину. был потрясен весь наш организм»1.

И.И. Пущин, вспоминая лицейские годы, передаёт общее впечатление от прочитанных Пушкиным «Воспоминаний в Царском селе»: «.Читал Пушкин с необыкновенным оживлением. Слушая знакомые стихи, мороз по коже пробегал у меня. Когда же патриарх наших певцов в восторге, со слезами на глазах бросился целовать его и осенил кудрявую его голову, мы все, под каким-то неведомым влиянием, благоговейно молчали.» 2. Что же так неотразимо действовало на слушателей? Конечно, сами творения Пушкина, но и юношеская, почти детская восторженность, искренность и простота.

Несомненно, что слушал Пушкина и

Н. В. Гоголь. Именно он был первым, кто серьёзно задумался над искусством чтеца и обосновал принципы его развития. В «Выбранных местах из переписки с друзьями» есть два письма: первое адресовано Л** и называется «Чтения русских поэтов перед публикою» (1843 год), второе адресовано

гр. А.П. Т..му и озаглавлено «О театре, об

одностороннем взгляде на театр и вообще об односторонности». Я.М. Смоленский очень подробно анализирует два этих пись-

Вересаев, В.В. Пушкин в жизни http://az.lib.rU/w/weresaew_w_w/text_0130.shtm!

2 Пущин, И. И. Записки о Пушкине. Письма. -Красноярск, 1981. - С. 58.

ма в своей книге «Читатель, чтец, актер»3. Эти письма, особенно первое - являются основополагающими для понимания искусства чтеца. Позволим привести несколько цитат: «Звуки души и сердца, выражаемые словом, в несколько раз разнообразнее музыкальных звуков»4. «Восторг публики бывает двух родов. Иное дело восторг от того, когда какая-нибудь балетная танцовщица поднимет ногу повыше, и иное дело восторг от того, когда могущественный лицедей, потрясающий словом, подымет выше все высокие чувства в человеке»5. «Прочесть как следует произведение лирическое

- вовсе не безделица: для этого нужно долго его изучать; нужно разделить искренно с поэтом высокое ощущение, наполнявшее его душу; нужно душою и сердцем почувствовать всякое слово его - и тогда уже выступать на публичное его чтение. Чтение это будет вовсе не крикливое, не в жару и горячке. Напротив, оно может быть даже очень спокойное, но в голосе чтеца послышится неведомая сила, свидетель истиннорастроганного внутреннего состояния. Сила эта сообщится всем и произведет чудо: потрясутся и те, которые не потрясались нико-

6

гда от звуков поэзии» .

Конечно, Н. В. Гоголь больше всего ценит на сцене «потрясающее слово», произносимое «могущественным лицедеем», который способен высоко поднять «все высокие чувства в человеке», заставить звучать все «звуки души и сердца»7. Гоголь и сам был прекрасным рассказчиком, как о том свидетельствует С.Т. Аксаков, который слушал авторское чтение «Женитьбы»: «Гоголь читал мастерски.» . Литератор И. Панаев свидетельствует: «Гоголь читал неподражаемо. Между современниками луч-

3 Смоленский, Я.М. Читатель. Чтец. Актер. - М., 1983. - С. 10-20.

4 Гоголь, Н.В. О театре, об одностороннем взгляде на театр и вообще об односторонности // Выбранные места из переписки с друзьями. - СПб., 2005. - С. 153.

5 Там же. - С. 164.

6 Гоголь, Н.В. Чтения русских поэтов перед публикою // Выбранные места из переписки с друзьями. -СПб. 2005. - С. 89.

7 Там же.

8 Аксаков, С.Т. История моего знакомства с Гоголем. Собр. соч. Т. 3. - М., 1956. - С. 156.

шими чтецами своих произведений считаются Островский и Писемский. Но Гоголь читал драматичнее Островского и с гораздо большей простотой, чем Писемский.»1.

Как утверждает в своей книге «Беседа

о чтецах» Г.А. Щербакова, «Ф.М. Достоевский много выступал на публичных литературных чтениях и в студенческих аудиториях. Он не прибегал ни к игре, ни к каким либо позаимствованным эффектам. Сила его исполнения потрясала слушателей»2.

Нельзя не упомянуть, говоря об «авторском чтении», Льва Николаевича Толстого. Читал он, как правило, только в домашнем кругу, но круг этот был очень широк, потому что и в Ясной Поляне, и в его московском доме перебывало огромное количество людей. Свои впечатления о чтении Толстым своих собственных произведений, как художественных, так и философских, и произведений любимых Л.Н. Толстым авторов оставили многие современники: Д.П. Маковицкий, В. Ф. Булгаков, Н.Н. Гусев и др.

Лев Толстой стал первым чтецом в истории становления искусства звучащего слова, чье чтение было записано на фонограф. В 1895 году на сеансе звукозаписи Л.Н. Толстой прочитал свой рассказ «Кающийся грешник». Впоследствии, в девятисотые годы, было сделано много записей, большую часть которых пока восстановить не удалось, но общая продолжительность восстановленного составляет почти полтора часа. Около трёх лет в Ясной Поляне находился подаренный Эдисоном фонограф, что позволило сохранить наговоренные Толстым некоторые письма близким ему людям, сказки, которые он рассказывал своим внукам, памфлет «Не могу молчать», переложения рассказов В.М. Гюго, Н.С. Лескова. Сохранившиеся звукозаписи позволяют нам приблизиться к человеческой индивидуальности Л.Н. Толстого, услышать в его голосе интонации любящего деда или растроганного читателя, уловить душевное состояние говорящего именно в тот момент; мы как бы присутствуем при рождении со-

1 Панаев, И.И. Литературные воспоминания. - Л., 1928. - С. 283.

2 Щербакова, Г. А. Беседа о чтецах. - М., 1967. - С.

13.

кровенных мыслей и чувств писателя.

Появившаяся возможность звукозаписи сразу дала толчок для возникновения целого направления в искусстве звучащего слова, а с появлением радио расширила аудиторию слушателей до миллионов человек. Уже в 1910 году появилась книга «Живые слова наших писателей и общественных деятелей». Известный звукоархивист Л.А. Шилов в своей книге «Я слышал по радио голос Толстого.» пишет: «Голос прозаика, а ещё больше - голос поэта несёт в самом своём звучании многое из того, что почти или совсем не выразимо на бумаге, но для автора непременно сопутствует тому или иному образу, строке, слову. Всплывая из глубин авторской памяти во время чтения, это облако смыслов и настроений заряжает произносимые слова той эмоциональной энергией, тем магическим током, который передаётся и слушателю»3.

Литературная звукозапись первой половины XX века сохранила для потомков голоса А. Блока, А. Куприна, В. Брюсова,

В. Маяковского, А. Ахматовой, Б. Пастернака, С. Есенина, О. Мандельштама, А. Белого, Н. Гумилёва, И. Бунина, И. Асеева, М. Горького, М. Булгакова, М. Зощенко. Эти произведения в исполнении самих поэтов и писателей, даже и в старых, даже в несовершенных записях дополняют наше представление о тех, кому русская литература так много обязана своей славой и всемирным авторитетом. Голоса дают представление об их живом облике, пожалуй, не меньше, чем портреты в собрании сочинений.

Вторая половина XX века пополнила сокровищницу авторской литературной звукозаписи огромным количеством новых имён, а появление телевидения дало возможность не только слышать, но и одновременно видеть читающего. Тема эта очень обширна и в рамках данного исследования осветить всё многообразие авторских голосов невозможно; подводя итог, можно с уверенностью сказать, что эти голоса дают достаточно много для понимания не только самого автора, его современников и эпохи,

3 Шилов, Л.А. «Я слышал по радио голос Толстого.»: Очерки звучащей литературы. - М., 1989. - С. 6.

но и вечных вопросов, которые ставят перед человеком искусство и жизнь.

Развитие искусства звучащего слова на сценической площадке XX века. Начало исполнения на русской сцене литературных произведений актёрами связано с творческой жизнью Михаила Семёновича Щепкина. До него в великосветских салонах или в узких кругах театралов актёры изредка читали монологи из ролей или стихи. Они, как правило, переносили на совершенно новый литературный материал отмирающие приёмы французской декламации. М.С. Щепкину, как и А.С. Пушкину, пришлось вступить в бой с отжившей свой век манерой воплощения литературы на сцене. М.С. Щепкин был первым актёром, который настойчиво и систематически прививал интерес и любовь к звучащему слову. Друг Пушкина, Гоголя, Белинского, Герцена, он понимал, что хорошая литература есть сила, способная воспитывать народ и его нравы. Он начинает читать Крылова, Пушкина, Шевченко. Тарас Шевченко оставил нам яркое свидетельство о Щепкине-чтеце, который исполнял монолог барона из пушкинского «Скупого рыцаря»: «Прочитал так, что слушатели видели перед собой юношу пламенного, а не 70-летнего старика Щепкина. Гениальный актёр и удивительный старик!»1. А другой слушатель сказал: «Я готов Щепкину-чтецу дать предпочтение перед Щепкиным-актёром»2.

Роль Щепкина в истории звучащего слова неоценима. Он привлёк к участию в «вечерах чтения», организованных им, лучших актёров своего времени: П. М. Садовского и П.С. Мочалова. Начиная с 70-х годов XIX века на литературной эстраде выступает Мария Николаевна Ермолова, которая, как и М.С. Щепкин, достигла высот художественной правды, следуя силой своего таланта основным законам искусства воплощения литературного произведения. «Ермолова - вершина актёрской литературной эстрады - великая и близкая предтеча современного художественного чтения»3.

1 Шевченко, Т.Г. Дневники. - М., 1931. - С. 298.

2 Ежегодник императорских театров. Сезон 18951896 гг. - СПб., 1897. С. - 472.

3 Щербакова, Г.А. Беседа о чтецах. - М., 1967. -

С. 13.

Несмотря на долгую историю возникновения и становления искусства звучащего слова временем рождения его как самостоятельного жанра сценического творчества принято считать 1924 год. Тогда почти одновременно выступили со своими программами А.Я. Закушняк и В.Н. Яхонтов. А.Я. Закушняк, отказавшись от актёрской манеры исполнения литературных произведений, начал усиленный поиск особых средств выразительности, присущие именно этому виду искусства. В своей книге «Вечера рассказа» он писал: «Было ясно, что традиции актёрского приоритета в театре отмирают. Старый театр - театр Ермоловой, Савиной, Давыдова, Садовских и других, стоял где-то в стороне от современности, заметно отставал от жизни.». Но с другой стороны, говоря о современном театре, А. Я. Закушняк тоже выражал своё несогласие: «Голоса потускнели на сцене. Режиссёры изощрялись в выдумке эффектных скульптурных групп. Художники старались превратить сцену в станковую живопись. Бутафоры, реквизиторы и машинисты показывали «чудеса техники». Вся талантливая молодёжь ринулась в новаторский водоворот. Слово, интонация. было отодвинуто в театре на задний план и приглушено; мне хотелось сохранить их, заставить жить полной жизнью, поставить на должную высо-ту»4. Он стал напряжённо искать новые связи сценической формы выразительности с литературой, нового понимания содержания великих произведений и постижения совершенства их воплощения. В его исполнении с эстрады зазвучали «Египетские ночи» А.С. Пушкина, гоголевский «Тарас Бульба», «Униженные и оскорблённые» Достоевского, «Катюша Маслова», отрывки из «Воскресенья» Льва Толстого, проза Чехова, Бабеля, Мопассана, А. Франса, М. Твена, Дж. Лондона. С приходом Закушняка на литературную эстраду начал копиться опыт исполнения художественной прозы.

А.Я. Закушняк заложил основы искусства рассказывания. Он не побоялся сказать, что в результате своей работы над созданием образа рассказчика, он делается «как бы

4 Закушняк, А.Я. Вечера рассказа.- М., 1984. - С. 10-11.

вторым автором»1.

В. Н. Яхонтов начал выступать хотя и одновременно с А. Я. Закушняком, но совершенно от него независимо. Монтажные принципы В. Яхонтова - замечательная страница в истории нашей культуры. Он создал форму литературного монтажа, где самый различный литературный материал подчинён единой идее или теме, которой задался исполнитель. Это как бы новое произведение, созданное для звучания, в котором исполнитель и автор (или авторы) совмещаются в одном лице. Яхонтов именовал некоторые свои программы спектаклями, а книгу свою назвал «Театр одного актёра», хотя в этом театре и ставились пьесы, но актёр был один. Он не играл один за всех, его образы - это литературные образы, а не театральные. «Я связан со спецификой своего искусства, которое служит прежде всего слову в его чистом виде, то есть звучащему слову и называется оно художественным чтением, а не театром»2. А. Я. За-кушняк и В. Н. Яхонтов первыми из чтецов ввели нас в мастерскую жанра, первыми задумались над принципами его развития, первыми соединили всё хорошее, чем владеют актёры театра, читающие свои произведения авторы и исполнители, выступающие на сцене с литературным материалом. Они оставили нам свой опыт создания нового искусства - искусства звучащей литературы.

Благодаря этому в 30-е годы бурно расцветает искусство художественного чтения. Следуя определившимся законам нового сценического жанра, актёры всё больше отходят от разыгрывания литературных произведений, а в подборе репертуара всё чаще переходят от малых форм к крупным, к целым литературным программам. Именно в 30-е годы формируется плеяда чтецов, которыми по праву гордится русская культура: В. И. Качалов, Д. Н. Орлов,

А.И. Шварц, В. Н. Аксёнов, И. В. Ильинский, Д. Н. Журавлёв, С.А. Кочарян, Эм. Каминка, Ю. Кольцов, Н. Мордвинов, А. Коонен и другие. Многие работы чтецов остались на пластинках.

В 1937 году был проведён 1-й Всесо-

1 Закушняк, А.Я. Вечера рассказа.- М., 1984. - С. 18.

2 Там же. - С. 159.

юзный конкурс мастеров художественного чтения, это был конкурс только чтецов. Он продемонстрировал большое мастерство исполнителей, их высокую духовность и нравственную культуру. Конкурс окончательно утвердил право художественного чтения на существование в качестве самостоятельного искусства, нужного русскому народу и любимого им.

Справедливость последних слов подтвердило активное участие чтецов в концертной деятельности в дни Великой Отечественной войны. По свидетельству Всеволода Аксёнова, настоящего подвижника искусства звучащего слова, «ни одна концертная фронтовая бригада не обходилась без участия мастера художественного сло-ва»3. Выступления чтецов на фронте были едва ли не самыми любимыми, самыми нужными и понятными.

Антон Шварц, вспоминая свои выступления в составе концертных бригад, перечисляет некоторые места своих встреч с бойцами Красной Армии и Флота: танковая армия под Мценском, Брянский фронт, 1 -я воздушная армия на Западном фронте, 9-я армия Западного фронта, действующие части Балтийского флота, в частях 1 -го Украинского фронта в Польше и т. д. С какой теплотой он вспоминает об отзыве, который дало его выступлению командование Брянского фронта в декабре 1942 года: «Особенно хочется отметить лауреата Всесоюзного конкурса мастеров художественного чтения Антона Шварца, который своим проникновенным словом дал возможность бойцам познакомиться с героическим прошлым своего народа»4.

О своих собственных выступлениях в составе фронтовых бригад, а также о выступлениях своих товарищей по жанру вспоминают многие мастера чтецкого искусства: Д. Н. Орлов, Н. Мордвинов, Д.Н. Журавлёв, В. И. Качалов и многие другие. Выступления проходили на передовой прямо в окопах, в госпиталях, в концертных залах блокадного Ленинграда, в цехах заводов в глубоком тылу. Мобильность искусства

3 Аксенов, В.Н. Искусство художественного слова. - М., 1962. - С. - 18.

4 Шварц ,А. В лаборатории чтеца.- М.- 1968. - С. 161.

чтеца, для которого не нужно ни декораций, ни костюмов, ни оркестрового сопровождения, ни большого сценического пространства, позволяла исполнителям работать на самых неприспособленных сценических площадках. В то же время живое слово стало одним из самых востребованных жанров, который способен касаться глубинных, сокровенных струн человеческого сердца.

Именно в военные годы начала активно оформляться организационная сторона чтецкого искусства. Московская филармония включает в состав концертных бригад многих актёров различных театров. Д.Н. Журавлёв в своей книге «Жизнь. Искусство. Встречи» вспоминает, что «в ночь с 24 на 25 июля прямым попаданием фугасной бомбы был разрушен театр Вахтангова», в котором он работал. Театр эвакуировали. Это обстоятельство окончательно определило творческую судьбу исполнителя, он окончательно перешел на эстраду. Жизни чтеца во время войны посвящена в книге отдельная глава.

После войны, в 50-е годы, концертные организации Москвы и Ленинграда создают специальные отделы, группирующие вокруг себя чтецов. В клубах, учреждениях, научно-исследовательских институтах и, что особенно важно, в школах литературные концерты приобретают регулярный характер. С 1958 года Большой зал библиотеки им. Ленина становится постоянной афишной площадкой чтецов со своим контингентом слушателей. В это же время возобновляются конкурсы чтецов. Эти конкурсы отражают растущее значение искусства звучащего слова, его важность в духовном воспитании людей всех поколений. Конкурсы обнаруживали чрезвычайное разнообразие форм и направлений работы чтецов, разнообразие ярких творческих индивидуальностей, которые используют в своём исполнении различные средства художественной выразительности. В этот период на профессиональную чтецкую эстраду приходят Г. Сорокин, Ю. Мышкин, Я. Смоленский, вслед за ними начинают выступать с литературными произведениями С. Юрский, А. Познанский, А. Кутепов, А. Кузнецова, Р. Клейнер. Кто- то из них пришёл в жанр звучащего слова, полностью посвятив ему

всё своё время и творческие силы, как Антонина Кузнецова, Вадим Маратов, Юрий Мышкин, Валерий Токарев. Другие совмещали это занятие с работой в театре, или с преподавательской деятельностью, как Сергей Юрский, Александр Кутепов, Яков Смоленский.

70-80-е годы XX века стали расцветом для искусства художественного слова. Его популяризации и распространению очень способствовали грамзаписи, радио и телевидение. Постоянно проводились конкурсы чтецов, после которых на чтецкой эстраде появлялись новые имена.

Использование накопленного опыта в практике сегодняшней школы. Создание педагогических условий для формирования у детей духовно-нравственных основ средствами искусства звучащего слова - дело далеко не простое. Но некоторый опыт существует. К настоящему времени в педагогической практике стали появляться различные методические программы, адресованные руководителям различных детских объединений по искусству художественного слова и выразительного чтения. Фундаментом для этих разработок стали исследования прошлых столетий.

Еще в середине XIX века передовые педагоги начали поиск приемов и методов выразительного чтения. Это наименование стало общепризнанным термином и широко применяется и в наше время. Первым методистом, разработавшим вопросы выразительного чтения, стал Ф. И. Буслаев, который в 1840 году выпустил книгу «Преподавание отечественного языка». В этой книге он дает ценные советы по освоению детьми текстов под руководством учителя. Советы этого педагога не утратили своей практической значимости и по сегодняшний день: как учитель должен направлять ученика при заучивании текста на память, как вместе с языком образовывать и развивать все духовные способности. Ф. И. Буслаев рекомендует совершенно правильно: от понимания к чувству.

В 70-80-е годы XIX века к широкой пропаганде выразительного чтения и к популяризации сведений по методике самого искусства чтения и его специфике приступили авторы, которые освещали законы и

приемы выразительного чтения: П. Д. Боборыкин, Д. Д. Коровяков, В. П. Острогорский, Д. Д. Семенов. Они впервые поставили вопрос о необходимости подготовки учителя как чтеца-мастера. В адрес учителей направляются пособия по искусству чтения, авторы которых считают выразительное чтение в школах и художественное чтение на эстраде по существу одним и тем же искусством. В 1872 и 1882 годах П. Д. Боборыкин выпустил две книги: «Театрально искусство» и «Искусство чтения», там он указывал на необходимость исследовать педагогическую сторону вопроса как самостоятельную. Он предлагал создать школьную методику выразительного чтения, опирающуюся на законы профессионального искусства. П. Д. Боборыкиным освещаются вопросы о роли учителя, об индивидуальном подходе к учащимся, о соответствии материала личным качествам исполнителя о воспитательном значении выразительного чтения «образцовых произведений».

С того времени прошло уже более ста лет, а проблемы, поставленные этими авторами, остаются и по сей день не вполне разрешенными, но не потерявшими своей остроты. Со страниц педагогических журналов исчезли материалы, посвященные искусству художественного слова, и развитие этого вида искусства замедляется из-за отсутствия грамотно и глубоко разработанных содержательных программ и методик, по которым педагогам было бы легко и интересно работать. К тому же недостаточно четкая терминология может ввести в заблуждение начинающего педагога. Для более ясного понимания необходимо выделить среди этих исследований по искусству звучащего слова два направления. Следует учитывать, что разделение это весьма условно.

Первое направление почти все внимание уделяет развитию и укреплению речевого аппарата, работе над детской пластикой, над формами общения со зрителем и другими средствами сценической выразительности. Авторы этих программ, методических разработок и рекомендаций руководствуются огромным багажом актерского опыта, который в русской театральной традиции возрос на фундаменте системы

К.С. Станиславского. Законы органической творческой природы человека, открытые применительно к искусству драматического театра, являются законами сценической жизни и артиста-чтеца. Есть высокопрофессиональные программы, составленные целыми коллективами авторов для учащихся начальных, средних и старших классов (Б.А. Буяльский, Л.А. Горбушина, Е.Д. Дмитриева, Т.Ф. Завадская, О.В. Кубасова, Б.С. Найденов, Л.И. Павлова, М.А. Рыбникова, Н.М. Соловьева, Н.Н. Шевелев, Е.В. Язовицкий и др.).

Другое направление - это те программы, в которых уделяется много внимания формированию навыков глубокого анализа литературных произведений, но сценическому воплощению этих произведений много места не отводится. В этих методиках не делается акцент на развитие речевых, эмоциональных, пластических ресурсов обучаемых. К таким методикам относятся работы Д.Л. Мали, Ю.Б. Орлицкого, Ю.А. Тимофеевой, Л.В. Тодоровой, З. А. Шелесто-вой, Н.В. Черемисиной-Ениколоповой. Представление авторов о сценическом воплощении литературных произведений как

о наилучшем способе воспитания в ребенке эстетически-художественных понятий, конечно, очень верно. И такие авторы, как

О.Л. Кабачек, В.И. Казакова, И.А. Кочерги-на, Л.Ю. Орлова, Т.Д. Полозова и др. верно полагают, что глубокое изучение литературного произведения является наилучшим способом воспитания в ребенке навыков творческого чтения. Но для достойного сценического воплощения любого произведения художественной литературы далеко не достаточно только проникновение в литературный материал, необходимо овладеть и техническими способами сценического действия. На соединение двух направлений должны быть направлены усилия педагога, так как только этот путь ведет к тому, что выступление чтеца может стать фактом искусства художественного слова. Этот путь определяли многие мастера слова и их наставники (Г.В. Артоболевский, М.Г. Германова, Д.Н. Журавлев, О. М. Итина, Д.Н. Катышева, Р.Р. Майман, С. Т. Никольская, Б.Г. Моргунов, З. В. Савкова и др.). Но все разнообразие рекомендованных профессио-

налами методов и форм работы по воплощению художественного произведения в сценическую форму нужно еще адаптировать применительно к сегодняшней педагогической практике.

Автором данной работы создана образовательная программа, адресованная руководителям детских коллективов по искусству звучащего слова. Программа рассчитана на 5 лет обучения и к ней прилагаются методические рекомендации. Главная задача, поставленная составителем программы -это духовно-нравственное развитие обучающихся.

И наиболее благоприятные условия для реализации такой задачи созданы в системе дополнительного образования. Здесь педагог имеет возможность выработать наиболее эффективную стратегию индивидуального развития каждого ребенка, используя многообразный спектр педагогических методик. Здесь успешно разрешается вопрос противоречий между основной программой по литературе и духовными потребностями школьников. Как известно, предмет литературы в общеобразовательной школе «становится предметом науки, а наука, как известно, требует и необходимого усилия, и известного понуждения, и, главное, известного плана и системы».

Система дополнительного образования имеет широкие возможности для развития и активизирования новых ресурсов. Художественно-эстетическое направление в данной среде является носителем воспитательного потенциала, который служит под-

спорьем для развития духовного мира человека, показывая нашу реальность через художественные образы и эмоциональные состояния. Благодаря тому, что в дополнительном образовании все потребности и творческие потенции обучающихся находятся в пространстве свободного выбора, атмосфера внеклассных занятий приближает сердца педагогов и учеников друг к другу, а передача мыслей и чувств носит глубоко личностный характер. «Такого рода отношения невозможны в огромных современных учебных «комбинатах»... и школа не становится общим пространством жизни, совместного бытия». В данной ситуации творческая деятельность режиссера-

педагога и юных исполнителей, проходящая в комфортной доверительной обстановке, имеет большие возможности в осуществлении духовно-нравственного воспитания детей средствами искусства звучащего слова.

Накопленный опыт педагогов-

методистов и мастеров художественного слова по подготовке учащихся к сценической деятельности никогда не утратит своей востребованности. Внедрение в современную школьную практику внеклассных мероприятий по искусству звучащего слова, формирующихся на базе русской литературы, служат общей задаче воспитания духовно-нравственного миропонимания у школьников. И обогащают детский театральный коллектив таким репертуаром, в котором соединены духовная глубина и высокие художественные достоинства.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Аксаков, С.Т. История моего знакомства с Гоголем. Собр. соч. Т. 3. - М., 1956.

2. Аксенов, В.Н. Искусство художественного слова. - М., 1962.

3. Вересаев, В. В. Пушкин в жизни. http://az.lib.rU/w/weresaew w w/text 0130^Мт1

4. Гоголь, Н.В. О театре, об одностороннем взгляде на театр и вообще об односторонности // Выбранные места из переписки с друзьями. - СПб., 2005.

1 Твардовский, А. Т. Статьи и заметки о литературе. - М. 1961. - С. 205.

2Лихачёв, А. Е. Воспитание и духовность (заметки православного педагога) // Педагогика. - 2001. -№ 3. - С. 34.

5. Гоголь, Н.В. Чтения русских поэтов перед публикою // Выбранные места из переписки с друзьями. - СПб., 2005.

6. Горький, М. Заключительная речь на первом всесоюзном съезде советских писателей

1 сентября 1934 года// Собрание сочинений в тридцати томах. Том 27. - М., 1953. http://az.lib.ru/g/gorxkii m/text 1934 zakluchtelnaya rech.shtml

7. Горький, М. Жизнь Клима Самгина. Часть 1. - М., 2011.

8. Егоров, О. Г. Искусство художественного слова. Материалы к программе элективного курса http://rus.1september.ru/article.php?ID=200702204

9. Закушняк, А.Я. Вечера рассказа. - М., 1984.

10. Кабачек, О. Л. Психологические условия становления субъектности в совместной литературно-творческой деятельности дошкольников.: автореф. дис. ... канд. психол. наук. -М., 2006.

11. Кириллова, М.Е. Духовно-нравственный аспект воспитания в русской педагогической мысли XVIII - начала XX века // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. Серия «Гуманитарные науки и образование». - 2011. - Выпуск восьмой. - С. 120-126.

12. Кириллова, М.Е. Сценическое искусство как важная составляющая воспитательного процесса школьника // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. Серия «Гуманитарные науки и образование». - 2009. - Выпуск второй. - С. 105-117.

13. Козырь, В. И. Общественная ценность дополнительного образования // Внешкольник. Воспитание и дополнительное образование детей и молодежи. - 2005. - № 10 (103).- С.1-

5.

14. Кочергина, И. А. Выразительное чтение как средство постижения художественного произведения студентами - филологами: автореф. дис. ... канд. пед. наук. - М., 2005.

15. Куликов A. C. Отечественная культурно-педагогическая традиция в духовнонравственном становлении личности школьника: автореф. дис. ... канд. пед. наук. - Елец, 2006.

16. Лихачёв, А. Е. Воспитание и духовность (заметки православного педагога) // Педагогика. - 2001. - № 3. - С. 33- 36.

17. Орлова, Л. И. Выразительное чтение как метод воспитания и развития дошкольников, младших школьников творческими читателями.: автореф. дис. ... канд. пед. наук. - М., 2004.

18. Панаев, И.И. Литературные воспоминания. - Л., 1928.

19. Полозова, Т. Д. Внеклассное чтение как творческая деятельность учащихся: авто-реф. дис. ... д-ра. пед. наук. - М., 2000.

20. Пущин, И. И. Записки о Пушкине. Письма. - Красноярск, 1981.

21. Смоленский, Я.М. Читатель. Чтец. Актер. - М., 1983.

22. Твардовский, А.Т. Статьи и заметки о литературе. - М., 1961.

23. Шелестова, З. А. Выразительное чтение как вид творческой деятельности на уроке литературы // Выразительное чтение в вузе и школе. - М., 1992.

24. Шварц, А. В лаборатории чтеца. - М., 1968.

25. Шилов, Л.А. «Я слышал по радио голос Толстого.»: Очерки звучащей литературы.

- М., 1989.