Особенности самореализации людей с продуктивной и непродуктивной стратегиями профессионального развития

УДК 159.923.2 : 316.64

О. В. Малова

Особенности самореализации людей с продуктивной и непродуктивной стратегиями профессионального развития

В статье представлены результаты исследования взаимосвязи стратегий профессионального развития с самореализацией личности в современном российском социуме. Выявлена взаимосвязь различных аспектов и проявлений самореализации с активной - пассивной стратегией профессионального развития и гендерные особенности такой взаимосвязи.

Investigation of self-realization of people with productive and nonproductive strategies of professional development is presented. The impact of gender on the interrelation between strategies of professional development and self-realization is shown.

Ключевые слова: стратегия профессионального развития, профессиональное развитие, самореализация личности, профессиональная самореализация, гендерные особенности самореализации, гендерные особенности профессионального развития.

Key words: self-realization, strategies of professional development, gender.

Целью наших исследований является выявление индивидуально-психологических предпосылок и коррелят активной (продуктивной) и пассивной (непродуктивной) стратегий профессионального развития. Под стратегией профессионального развития мы будем понимать способность субъекта к самостоятельному планированию и построению своей профессиональной карьеры, к принципиальному, осмысленному и ответственному ее регулированию в соответствии с поставленной целью достижения профессионального успеха и профессиональной самореализации с учетом существующей социально-экономической ситуации на рынке труда.

Л w W

С понятием «стратегия» в сложившейся в психологической науке традиции его употребления неразрывно связываются признаки, характеризующие субъекта с точки зрения активности и пассивности. При этом активность субъекта и эффективность (успешность) его деятельности рассматриваются как единая комплексная характеристика (К. А. Абульханова-Славская [1], А. А. Деркач [2], Л. А. Ко-ростылева [10], М. Б. Маринов [12], Ю. М. Резник [15]).

© Малова О. В., 2012

Так, К. А. Абульханова-Славская рассматривает стратегию как интегральную характеристику личности, ее способность к самостоятельному построению своей жизни, к осмысленному ее регулированию в соответствии с кардинальным направлением. Стратегия жизни - «это стратегия поиска, обоснования и реализации своей личности в жизни путем соотнесения жизненных требований с личностной активностью, ее ценностями и способом самоутверждения» [1, с. 244].

На таком представлении основывается большинство современных исследователей стратегий профессионального развития, выделяющих активную (эффективную, успешную, продуктивную) и пассивную (неэффективную, неуспешную, непродуктивную) стратегии профессионального развития субъекта.

Л. М. Митина с соавторами [14] выделяют две основные стратегии профессионального развития - а) адаптивное поведение и б) собственно профессиональное развитие. При ориентации на стратегию адаптивного поведения доминирует тенденция к подчинению внешним обстоятельствам в виде выполнения предписанных требований, правил и норм. Специалист, как правило, руководствуется постулатом экономии сил и пользуется, главным образом, наработанными алгоритмами решения профессиональных задач, превращенными в шаблоны и стереотипы. При реализации стратегии подлинного профессионального развития человек осознает свои потенциальные возможности и перспективы личностного и профессионального роста, что побуждает его к постоянному поиску, творчеству. Данная стратегия характеризуется способностью выйти за пределы непрерывного потока повседневной практики, увидеть свою деятельность в целом и превратить ее в предмет практического преобразования. Решающим элементом данного профессионального развития является возможность и необходимость делать выбор, а значит, ощущать свою свободу, с одной стороны, и свою ответственность за все, что происходит и произойдет, с другой [14].

Э. Ф. Зеер и Э. Э. Сыманюк [8] также выделяют две стратегии профессионального развития на основе анализа теории копинг-поведения (coping-behavior): продуктивную (активную) и непродуктивную (пассивную). Для пассивной стратегии характерны процессы подчинения личности интересам и требованиям среды. [8, с. 84]. Активная стратегия профессионального развития определяет, преобразует совокупность обстоятельств и направляет ход жизни. [8, с. 85-86].

В исследовании В. Ю. Мамаевой описаны два типа стратегий профессионального развития женщин: стратегия выживания, где главным принципом является зависимость от социальной поддержки государства, и стратегия развития, где важна опора на собственные силы в достижении целей. В основе успешных женских стратегий совладания с трудностями лежат независимость, профессиональная компетентность и чувство самоуважения. В основе неуспешных - защитное или избегающее поведение, сопровождающееся осторожностью, пессимизмом и пассивной выжидательной тактикой, когда в результате женщина делегирует ответственность за свою судьбу близким людям, как правило, мужу [11, с. 118-125].

Необходимо отметить, что в литературе представлены и попытки более дробной классификации стратегий профессионального развития и типологии возможных вариантов стратегий профессионального развития [7, 9]. Однако большинство авторов в качестве существенного компонента профессионального развития называют активность личности и выделяют два основных типа стратегий профессионального развития - активную (продуктивную) и пассивную (непродуктивную), как уже было сказано выше.

В нашем исследовании мы также основывались на наиболее распространенной в литературе и теоретически обоснованной дихотомической классификации стратегий профессионального развития, выделяя два типа стратегий: активная (продуктивная) и пассивная (непродуктивная). Активная стратегия профессионального развития - способность субъекта к активному самостоятельному планированию и построению своей профессиональной карьеры, к принципиальному, осмысленному и ответственному ее регулированию в соответствии с поставленной целью достижения профессионального успеха с учетом существующей социально-экономической ситуации на рынке труда. Пассивная стратегия профессионального развития - безынициативная позиция субъекта в планировании и построении своей профессиональной карьеры, отсутствие принципиального, осмысленного и ответственного стремления к достижению профессионального успеха в условиях конкретной социально-экономической ситуации на рынке труда.

В литературе доминирует мнение, что для личности, успешно реализующей себя в профессии, применяющей активные стратегии профессионального развития, характерны высокие уровни самореализации, чему соответствуют позитивный взгляд на мир, четкость и последовательность в своих действиях, контроль над жизненными ситуациями, креативность, наличие целей и смысла в жизни. Личность же, которая не реализует себя в профессии, применяет пас-

83

сивные стратегии профессионального развития, отличается низким уровнем самореализации, что выражается в недооценке своих возможностей, сопровождается ожиданием указаний и помощи со стороны, пессимизмом.

Так, Л. А. Коростылева, описывая процесс самореализации личности в профессиональной сфере, отмечает, что «адекватные субъективные стратегии самореализации личности обусловлены, прежде всего, фактором жизнетворчества» [10, с. 102].

Э. Ф. Зеер и Э. Э. Сыманюк [8] утверждают, что активная стратегия профессионального развития характерна для людей с оптимистическим мировоззрением, устойчивой положительной самооценкой, реалистичным подходом к жизни и отчетливо выраженной мотивацией достижения.

Однако можно ли утверждать, что самореализация личности однозначным образом связана с профессиональной успешностью, с продуктивной стратегией профессионального развития? Непременно ли профессиональный успех и активное построение карьеры сопутствует внутренней гармонии и самореализации? Однозначность такой взаимосвязи уже ставилась под сомнение в литературе [4].

В настоящей работе мы стремились проверить предположение

о взаимосвязи стратегий профессионального развития с самореализацией личности в современном российском социуме, а также выявить взаимосвязь различных аспектов и проявлений самореализации с активной - пассивной стратегией профессионального развития и определить, имеют ли место гендерные особенности такой взаимосвязи. Наличие последних мы считали весьма вероятным в силу устойчивости гендерных стереотипов, предписывающих самореализацию в профессиональной сфере в первую очередь мужчинам, в то время как женщина остается в общественном сознании прежде всего хранительницей очага.

Для осуществления эмпирического исследования индивидуально-психологических особенностей лиц с различными стратегиями профессионального развития оказалось необходимым сформировать выборку, включающую в себя две группы взрослых: с пассивной стратегией и с активной стратегией профессионального развития. Для формирования выборки мы использовали объективные показатели: для пассивной стратегии профессионального развития состояние «хронической безработицы», понимаемое как отсутствие работы в течение длительного периода времени. В литературе неоднократно указывалось на то, что хронически безработные отличаются использованием пассивных стратегий профессионального развития. Так, Л. А. Коростылева отмечает, что

лица, обращающиеся за содействием в службы занятости, испытывают выраженные затруднения в профессиональном росте, для них характерно «стереотипное использование сценариев, некритично воспринятых и оформившихся в более ранние годы, что приводит к применению непродуктивных, фиксированных, автоматически актуализируемых стратегий» [10, с. 102].

М. А. Бендюков, который провел масштабное исследование безработных [3], также утверждает, что для них типичной является пассивная стратегия, которая проявляется прежде всего в фактическом уходе индивида с рынка труда, в переносе активности в сферы, не связанные с восстановлением занятости.

С помощью сотрудников центра занятости г. Череповец нами была сформирована выборка, включающая в себя 94 женщины и 87 мужчин (средний возраст - 36 лет), на протяжении последних 1,5 лет постоянно или с редкими перерывами числившиеся как нуждающиеся в трудоустройстве, последние 4-6 месяцев они состоящих на учете в Центре занятости и нигде не работающих. Эти мужчины и женщины имели среднее или среднеспециальное образование и не посещали дополнительные курсы, в том числе по повышению квалификации или переквалификации. От предложенного в центре занятости места трудоустройства, они, как правило, отказывались после 1-3 месяцев работы, объясняя причину увольнения несоответствием оплаты труда и выполняемой работы, отсутствием хорошего коллектива и т. п.

Как нам представляется, состояние такой хронической безработицы является достаточно надежным индикатором отсутствия успеха в профессиональной деятельности. Отсутствие стремления к повышению уровня образования и квалификации у данных мужчин и женщин также рассматривается нами как показатель пассивной стратегии.

В качестве группы людей с активными стратегиями профессионального развития мы избрали группу успешно работающих жителей того же региона, совмещающих свою профессиональную деятельность с получением высшего образования на базе имеющего среднеспециального (студенты заочного обучения), 109 женщин и 86 мужчин (средний возраст - 32 года). Данным группам были присвоены условные названия «Продуктивные» и «Непродуктивные». Для определения особенностей самореализации в группах использовался тест Самоактуализационный тест (САТ).

Результаты обследования респондентов с различными стратегиями профессионального развития по тесту САТ представлены в табл. 1 и на рис. 1.

Средние значения показателей респондентов с различными стратегиями профессионального развития по тесту САТ

Шкалы САТ Продуктивные Непродуктивные

Тс 10,28 6,32*

I 55,95 40,88*

Sav 14,33 6,89*

Ех 13,11 8,44*

Fr 7,60 6,15**

S 8,45 5,79*

Sr 10,81 5,30*

Sa 12,11 7,00*

Nc 7,41 4,38*

Sy 5,04 3,29*

А 8,94 4,95*

С 10,93 6,29*

Сод 7,34 5,09**

Сг 9,02 5,94*

* - различия значимы по ^критерию Стьюдента на уровне 0,01 **- различия значимы по ^критерию Стьюдента на уровне 0,05

Ряд 1 - продуктивные Ряд 2 - непродуктивные

Рис. 1. Результаты обследования респондентов с различными стратегиями профессионального развития по тесту САТ

По результатам, представленным в табл. 1 и на рис. 1, можно видеть, что уровень самоактуализации респондентов с продуктивными стратегиями профессионального развития по всем шкалам

86

опросника статистически значимо выше уровня непродуктивных. Существенная разница показателей имеет место по базовым шкалам опросника: по шкале I - шкала поддержки, которая измеряет степень независимости ценностей и поведения субъекта от воздействия извне («внутренняя - внешняя поддержка»), и по шкале Тс (Шкала ориентации во времени). Шкала Тс характеризует, во-первых, способность субъекта жить настоящим, т. е. переживать настоящий момент своей жизни во всей его полноте, а не просто как фатальное следствие прошлого или подготовку к будущей «настоящей жизни»; во-вторых, ощущать неразрывность прошлого, настоящего и будущего, то есть видеть свою жизнь целостной. Именно такое мироощущение, психологическое восприятие времени субъектом свидетельствует о высоком уровне самоактуализации личности. Низкий балл по шкале означает ориентацию человека лишь на один из отрезков временной шкалы (прошлое, настоящее или будущее) и (или) дискретное восприятие своего жизненного пути.

Шкала поддержки (I) измеряет степень независимости ценностей и поведения субъекта от воздействия извне («внутренняя -внешняя поддержка»). Человек, имеющий высокий балл по этой шкале, относительно независим в своих поступках, стремится руководствоваться в жизни собственными целями, убеждениями, установками и принципами, что, однако, не означает враждебности к окружающим и конфронтации с групповыми нормами. Он свободен в выборе, не подвержен внешнему влиянию. Низкий балл свидетельствует о высокой степени зависимости, конформности, несамостоятельности субъекта, внешнем локусе контроля.

Также обращают на себя внимание большие различия показателей по шкалам Sav - шкала ценностных ориентаций, Sr - шкала самоуважения, Sa - шкала самопринятия, А - шкала принятия агрессии, С - шкала контактности.

С целью определить наличие гендерных особенностей взаимосвязи самореализации личности и стратегий профессионального развития мы рассмотрели показатели теста САТ, разделив результаты испытуемых по группам мужчин и женщин. В табл. 2 и на рис. 2 представлены результаты выполнения теста САТ в группах продуктивных и непродуктивных мужчин и женщин.

Результаты выполнения теста САТ в группах продуктивных и непродуктивных мужчин и женщин

Шкалы САТ Продуктивные Непродуктивные

мужчины женщины мужчины женщины

Тс 11,84 9,03* 5,95 6,55**

I 60,51 52,10* 41,34 40,15**

Sav 13,60 14,78 7,09 6,67**

Ex 12,99 13,11 8,32 8,46**

Fr 8,83 6,62* 5,71 6,42

S 8,92 8,03 5,79 5,74**

Sr 11,93 9,90 5,38 5,19**

Sa 13,34 11,10 6,69 7,16**

Nc 8,22 6,75 4,57 4,20**

Sy 5,65 4,55* 2,94 3,52**

A 10,69 7,56 4,81 5,00**

C 12,37 9,76* 5,95 6,49**

Cog 9,10 5,95* 4,81 5,25

Cr 10,25 8,03* 5,87 5,93**

* - статистически значимые различия (по t-критерию Стьюдента на уровне 0,05) между продуктивными мужчинами и женщинами

** - статистически значимые различия (по t-критерию Стьюдента на уровне 0,05) между продуктивными и непродуктивными женщинами

Различия между всеми показателями продуктивных и непродуктивных мужчин статистически значимы

Между непродуктивными мужчинами и женщинами статистически значимые различия отсутствуют.

Можно видеть, что показатели по тесту САТ для продуктивных мужчин значительно выше, чем для непродуктивных мужчин, по всем шкалам различия статистически значимы по t-критерию на уровне 0,01. Обращают на себя внимание существенные различия прежде всего по базовым шкалам Tc - ориентация во времени,

I - поддержка, а также по шкалам Sav - ценностные ориентации, Sr - самоуважение, Sa - самопринятие, A - принятие агрессии, C - контактность, Cog - познавательные потребности, Cr - креативность.

Результаты продуктивных и непродуктивных женщин показывают значимые различия по всем шкалам опросника, кроме шкал Fr и Cog.

Шкала сензитивности к себе Fr, как известно, определяет, в какой степени человек отдает себе отчет в своих потребностях и чув-

88

ствах, насколько хорошо ощущает и рефлексирует их. Шкала познавательных потребностей Cog определяет степень выраженности у субъекта стремления к приобретению знании об окружающем мире. Последняя шкала наряду со шкалой Cr (шкала креативности) составляют блок отношения к познанию в тесте САТ. Однако по шкале Cr подгруппа продуктивных женщин показывает значимое превосходство перед непродуктивными.

7 П

60 п

50 1

40 “1-1  Ряд1

30  Ряд2  Ряд3

20  Ряд4

10 п Г flm п ГЬ п П

:ih In nfoldln h III [in Г¥т1 In llnlin щ

4 с/ 0- <f- <Ъ с}- ф

Ряд 1 - продуктивные мужчины Ряд 2 - продуктивные женщины Ряд 3 - непродуктивные мужчины Ряд 4 - непродуктивные женщины

Рис. 2. Результаты выполнения теста САТ в группах продуктивных и непродуктивных мужчин и женщин

По результатам, представленным в табл. 2 и на рис. 2, видно, что показатели самореализации продуктивных мужчин и женщин достаточно близки, хотя имеются и статистически значимые различия по ряду характеристик. Особенно выраженные различия имеют место по шкале синергии ^у), которая определяет способность человека к целостному восприятию мира и людей, к пониманию связанности противоположностей, таких как игра и работа, телесное и духовное, а также по шкале познавательных потребностей (Сод), которая определяет степень выраженности у субъекта стремления к приобретению знании об окружающем мире.

Статистически значимые различия имеют место по базовым шкалам опросника Тс (шкала компетентности во времени) и I (шкала поддержки).

Женская часть продуктивной выборки имеет показатели, статистически значимо ниже мужчин по шкалам Fr (шкала сензитивности к себе), которая определяет, в какой степени человек отдает себе отчет в своих потребностях и чувствах, насколько хорошо ощущает и рефлексирует их; С (шкала контактности); Cr (шкала креативности).

В то же время значимые различия отсутствуют между продуктивными мужчинами и женщинами по шкалам Sav (шкала ценностных ориентаций); Ex (шкала гибкости поведения); S (шкала спонтанности); Sr (шкала самоуважения); Sa (шкала самопринятия); Nc (шкала представлений о природе человека); A (шкала принятия агрессии).

Обращает на себя внимание то, что все различия в показателях САТ, как значимые, так и статистически незначимые, в нашей выборке продуктивных оказались исключительно в пользу мужчин.

Интересно, что результаты непродуктивных мужчин и женщин не отличаются друг от друга статистически значимо. Критерий Стьюдента не показал значимости различий показателей САТ ни по одной шкале. Данный факт в определенной степени противоречит представленным в литературе данным о том, что гендерные различия в самореализации в максимальной степени проявляются при низких уровнях профессиональной успешности и не выражены у людей профессионально успешных [10]. Однако наши данные созвучны результатам других исследователей [5, 6], которые показали, что с ростом профессиональной успешности и активности гендерные различия не стираются, а, напротив, усиливается дифференциация по гендерному признаку. В частности, представления об интеллектуальных способностях мужчин и женщин у женщин с пассивными стратегиями профессионального развития различаются слабо, в то время как для женщин с активными стратегиями профессионального развития характерно подчеркивание гендерных различий в выраженности отдельных свойств интеллекта и общей его структуре1.

Таким образом, результаты нашего исследования полностью подтвердили предположение о том, что людям с продуктивными стратегиями профессионального развития свойственны более высокие уровни самореализации, чем тем, кто не стремится к профессиональной карьере.

1 Обе группы женщин при этом считают, что женский интеллект в целом выше мужского.

Представляют интерес выявленные гендерные аспекты взаимосвязи показателей самореализации с особенностями стратегий профессионального развития. Наиболее высокие уровни самореализации в нашей выборке продемонстрировали продуктивные мужчины. Показатели самореализации у продуктивных женщин несколько уступают показателям продуктивных мужчин. Различия в показателях продуктивных и непродуктивных женщин существенны, однако менее выражены, чем для мужчин. Статистически значимые различия между непродуктивными мужчинами и женщинами не проявились.

Объяснением выявленных аспектов гендерных особенностей взаимосвязи самореализации со стратегиями профессионального развития, на наш взгляд, может служить предположение о меньшей относительной значимости фактора активной и успешной профессиональной деятельности для самореализации женщин, чем для мужчин. Такое предположение соответствует известным гендерным стереотипам, где подчеркивается значимость для женщины в первую очередь социальной роли хранительницы очага. Из нашего предположения следует, что среди непродуктивных женщин с большей вероятностью, чем среди непродуктивных мужчин, могут присутствовать лица с высокими уровнями самореализации в других сферах жизнедеятельности, а среди продуктивных женщин с большей вероятностью, чем среди продуктивных мужчин, могут присутствовать лица, ощущающие недостаточность самореализации, несмотря на достаточно успешную жизнь в профессии.

Необходимо все же отметить, что выявленные гендерные особенности не дают оснований подвергнуть сомнению общий вывод о взаимосвязи самореализации со стратегиями профессионального развития, так как статистически значимые различия показателей самореализации между продуктивными и непродуктивными имеют место как для мужчин, так и для женщин.

Список литературы

1. Абульханова-Славская К. А. Стратегия жизни. - М.: Мысль, 1991.

2. Акмеология / под ред. А. А. Деркача. - М.: изд-во РАГС, 2004.

3. Бендюков М. А. Психология профессионального кризиса у безработных: автореф. дис. ... д-ра психол. наук. - СПб., 2009.

4. Богатырева О. О., Марцинковская Т. Д. Профессиональная самореализация в пространстве личностного развития // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2009. № 1(3). URL: http://psystudy.ru

5. Дессау В. А., Мироненко И. А. Имплицитные представления о «мужском» и «женском» интеллекте // Вестник Санкт-Петербургского ун-та. Сер. 12. Психология, социология, педагогика. - 2009. - Вып. 2. - Ч.1. - С. 300-307.

6. Дессау В. А., Мироненко И. А. Эмпирическое исследование гендерных стереотипов обыденных представлений об интеллекте методом контент-анализа свободных ответов респондентов // Вестник ЛГУ. №2 - СПб.: ЛГУ им. А.С. Пушкина, 2010. - С. 81 -9б.

7. Ермолаева, Е. П. Психология социальной реализации профессионала. - М.: Изд-во Институт психологии РАН, 2008.

8. Зеер Э. Ф., Сыманюк Э. Э. Психология профессиональных деструкций: учебное пособие для вузов. - М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2005.

9. Иванченко Г. В. Карьера vs профессиональный успех: имплицитные концепции выпускниц высшей школы // Карьера, семья и материнство в жизни современной женщины: материалы науч.-практ. конф. «Женщина и карьера»: сб. ст. / под ред. К. В. Солоед. - М.: МгОпУ им. М. А. Шолохова, 2004.

10. Коростылева Л. А. Психология самореализации личности: затруднения в профессиональной сфере. - СПб.: изд-во: Речь, 2005.

11. Мамаева В. Ю. Социальная адаптация женщин в условиях формирования рыночных отношений // Экология и труд: сб. науч. тр. Вып. II. - Омск, 1998. - С.118-125.

12. Маринов М. Б. Трансформация стратегии жизни личности в индивидуализирующемся обществе. - М.: изд-во «Социально-гуманитарные знания», 2008.

13. Пряжников Н. С. Методы активизации профессионального и личностного самоопределения: учеб.-метод. пособие. - М.: Изд-во Моск. психолого-соц. инта; Воронеж: МОДЭК, 2002.

14. Психологическое сопровождение выбора профессии: научно-

методическое пособие / Л. М. Митина, Л. В. Брендакова, И. В. Вачков и др.; под ред. д-ра. психол. наук Л.М. Митиной. - М.: Московский психолого-социальный институт, Флинта, 1998.

15. Резник Ю. М., Смирнов Е. А. Жизненные стратегии личности (опыт комплексного анализа). - М.: Институт человека РАН, Независимый ин-т гражданского об-ва, 2002.