2015. 02. 045-046. Метафора вербальная и визуальная: виды и способы функционирования в дискурсах. (Сводный реферат)

В работе также устанавливается связь между глаголом понимать в его ментально-эмоциональном значении и речевым жанром просьбы, так как наиболее часто в драматургии А.П. Чехова данный глагол употребляется в высказываниях, которые относятся именно к этому жанру. Персонажи не просто постоянно говорят о понимании - они просят понимания как необходимой, жизненно важной ценности, при этом доминирует общеязыковое эксплицитное выражение просьбы через императивную конструкцию: «Чего вы ждете? Какая проклятая философия мешает вам? Поймите же, поймите...» («Дядя Ваня»).

Проведенное исследование подтверждает важность лингвистического подхода к языку чеховских пьес для декодирования мотива коммуникации - одного из ключевых в художественном мире А. П. Чехова.

Е.О. Опарина

2015.02.045-046. МЕТАФОРА ВЕРБАЛЬНАЯ И ВИЗУАЛЬНАЯ: ВИДЫ И СПОСОБЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ В ДИСКУРСАХ. (Сводный реферат).

2015.02.045. ГОРБАЧЕВА ОН., КАМЕНЕВА В.А. Визуальные стилистические средства в социальной интернет-рекламе, или зарождение визуальной стилистики текста // Полит. лингвистика = Polit. linguistics. - Екатеринбург, 2014. - № 2 (48). - С. 124-127.

2015.02.046. ЗУБАКИНА Т.Н. Метафорическое моделирование ис-торико-политического события: (На материале текста мемуаров У. Черчилля) // Полит. лингвистика = Polit. linguistics. - Екатеринбург, 2014. - № 2 (48). - С. 128-138.

Ключевые слова: вербальная метафора; визуальная метафора; визуальное сравнение; метафорические модели; историографический текст; социальная интернет-реклама.

Цель О.Н. Горбачевой и В.А. Каменевой (045) - выявить наиболее частотные визуальные стилистические средства в креоли-зованных текстах современной социальной рекламы, а также установить их формальные особенности, ситуации применения и способы воздействия на аудиторию. Основными образными средствами являются визуальная метафора, визуальное сравнение и визуальная аллюзия. Авторы статьи отмечают, что в социальной

интернет-рекламе обычно применяются визуальные формы знакомых объектов, что способствует пониманию сообщений и правильному акцентированию адресатом их смысловых доминант1.

В гуманитарных исследованиях, посвященных визуальной метафоре, данное образное средство трактуется, в отличие от вербальной метафоры, в рамках двух подходов - сравнительного и субституционального. Интерактивный метод, широко применяемый в последние десятилетия при анализе языковой метафоры, практически не используется. При сравнительном подходе визуальная метафора понимается как «соотнесение двух зрительных образов, которые следует рассматривать как иконические знаки, напрямую отождествляемые с объектами визуализации» (045, с. 125). При субституциональном подходе визуальная метафора определяется как «визуальное представление одного понятия посредством другого» (045, с. 125).

Визуальная метафора, актуализируемая в текстах социальной интернет-рекламы, определяется с позиций субституционального подхода, а именно - как такая субституция визуальной информации, которая напрямую представляет в зрительном образе социальную проблему и передает оценку возможных последствий ее игнорирования. В этом случае в тексте присутствует один визуальный образ - той тематической сферы, в понятиях которой реципиент должен, по мнению адресанта, воспринимать и оценивать проблему. Визуальное сравнение отличается от визуальной метафоры тем, что оно репрезентирует два образа, наглядно демонстрирующих и саму проблему, и то, как она должна восприниматься и оцениваться.

Изучение текстов социальной интернет-рекламы показывает, что существуют предпочтения в использовании тех или иных образов при образной трактовке тех или иных тематических областей. Так, для визуализации призыва соблюдать правила поведения в общественных местах активно применяется зоонимическая метафора: например, изображается человек с головой лягушки, перепрыгивающий через турникет в метро (т.е. безбилетник); или же девушка с головой курицы, громко разговаривающая по телефону в

1 В работе исследуются визуальные средства, адресованные глобальной аудитории. Эти образцы социальной рекламы созданы в разных странах, они учитывают различия культурных традиций и мировосприятий. В частности, выбираются образы, легко идентифицируемые носителями разных культур. - Прим. реф.

общественном транспорте. Смысл сообщений легко выводим: подобное поведение ассоциируется с животным миром и потому оценочно характеризуется как недостойное человека. Визуальная реклама, представляющая проблему борьбы с курением, чаще всего строится на образах, относящихся к темам убийств и самоубийств, например через изображение орудий убийств и их последствий -пистолета, ножа, черепа.

Визуальное сравнение особенно часто применяется для ха-рактеризации таких социальных проблем, как экология, нетерпимое отношение к людям других рас, жестокость и насилие в семье, несоблюдение правил дорожного движения. Сравнение напрямую ассоциирует две сферы или принадлежащие к ним объекты. Например, внутри песочных часов представлены две картинки: одна из них демонстрирует образ чистой планеты Земля, вторая - состояние после экологической катастрофы. Многие изображения объединяют в тексте одной рекламы образы сигареты и пули или сигареты и черепа.

Визуальная аллюзия определяется авторами как употребление широко известного в мире образа или персонажа для привлечения внимания к какой-либо проблеме или для аргументации ее оценки. При применении этого типа визуального образа особенно важно учитывать возрастные особенности аудитории. Так, образ Супермена на больничной койке под капельницей (реклама направлена на борьбу с распространением СПИДа) нацелен прежде всего на молодежь; изображение таких персонажей, как Спящая Красавица или Принц Чарминг в рекламе, направленной на борьбу с курением, позволяет эффективно донести смысл до детской аудитории.

В заключение отмечается, что создание и тиражирование визуальных образов в социальной рекламе происходит в настоящее время очень активно. При обращении к адресатам, принадлежащим к разным лингвокультурам, визуальные образы дают возможность сократить потерю информации.

Т. Н. Зубакина (046) исследует концептуальную метафору в военных мемуарах У. Черчилля как средство индивидуально-авторского моделирования историко-политической реальности. Материалом для исследования послужил 1-й том мемуаров, напи-

санный в 1948 г. и посвященный Первой мировой войне1. Метафоры и метафорические модели трактуются в русле теории М. Блэка и его последователей как проявление взаимосвязи языка и мышления / мировосприятия субъекта.

Высокий прагматический потенциал метафоры активно используется в социально-политическом дискурсе, в том числе в историографических текстах с целью моделирования исторической реальности в соответствии с оценками и целями автора и в то же время согласно диктуемым культурой и языком традициям. Исследователь В. Вжосек назвал историографию игрой метафор, отмечая, что прошлое постигается историками «в свете категорий, данных им культурой, в границах которой им суждено существовать и мыслить» (046, с. 129). В. Вжосек полагает, что метафоры, свойственные той или иной лингвокультуре, становятся частью мышления носителей языка и в своей устойчивости и изменчивости обусловливают исторические образы мира2.

Метафоры, выявленные в военных мемуарах У. Черчилля, свидетельствуют о доминировании антропоморфной модели. Активную роль в конструировании текста играют модели 'Нация / государство - человек' и 'Нация / государство - преступник / враг / жертва'. Данные модели применяются при описании действий стран - участниц военных действий и их состояний в результате войны. Например: Germany, the head of the offence «Германия, предводитель нападения»; hungry Germany «голодная Германия»; The whole life energy of the greatest nations had been poured out in wrath... «Вся жизненная энергия великих наций излилась в гневе...». В этих фрагментах актуализируются следующие антропоморфные модели: 'Германия - преступник, инициатор нападения', 'Германия - страдающая жертва' и 'Нации-победительницы - испытывающие эмоции и действующие личности'. Помимо антропоморфной, в тексте мемуаров воспроизводятся следующие метафорические модели: природоморфная, социоморфная, артефактная и модель точных наук. К природоморфной относится предикат poured out «излилась» (о «жизненной энергии» наций) в приведен-

1 Churchill W. The Second World war. - Boston, 1948. - Vol. 1: The gathering

storm.-711 p.

2

Вжосек В. Историография как игра метафор: Судьбы новой исторической науки // Одиссей: Человек в истории. - М., 1991. - С. 60-74.

ном выше примере. Социоморфная модель связана с антропоморфной, и модель 'государство - преступник' может рассматриваться как ее проявление. Внутри социоморфной модели выделяется, в свою очередь, экономическая - она употребляется в тех случаях, когда речь идет об уплате Германией контрибуции. При этом Германия представлена как должник, и ее положение описывается и оценивается У. Черчиллем исходя из концепта преступления. Модель точных наук и артефактная модель встречаются в исследуемом тексте реже, однако они также применяются и воспроизводятся: The result of the Great War had trembled in the balance «Результат Великой войны колебался на весах» и Her [Germany's] military system shivered in fragments «Военная система Германии распадалась на части».

Особый интерес для оценки позиции автора мемуаров представляют метафорические модели стран Антанты, которые изображаются сочувственно: 'Британия - мирный человек', 'Франция -воин', 'Россия - больной человек', 'США - щедрый человек'. Например: Russia was in ruin and convulsion «Россия находилась в разрухе и в конвульсиях»; The United States was profusely lending money to Europe «Соединенные Штаты щедро одалживали деньги Европе». К изображению миролюбия Британии добавляется ирония, когда автор описывает действия двухмиллионной британской армии, которая «бродит» по Франции, а не сражается: Britain... tramp the plains of Artois and Picardy.

В заключение приводятся два вывода. Первый состоит в том, что метафоры в мемуарах Черчилля имеют текстовый характер, поэтому, как правило, метафорические модели применяются комбинированно и охватывают продолжительные фрагменты. Второй вывод касается того, что при анализе метафорического моделирования исторического события необходимо учитывать экстралингвистические основания, такие как участие автора историографического текста в событии и связанная с этим субъективная позиция.

Е.О. Опарина

2015.02.047-051. ФРАЗЕОЛОГИЯ В ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИ-ЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ ТЕКСТА. (Сводный реферат). 2015.02.047. БАРАНОВ АН., ДОБРОВОЛЬСКИЙ ДО. Речевые формулы в языке Достоевского: Семантические и прагматические