Психология экономики А. Маслоу, теория ценностей в традиционном обществе и роль эмоционального настроя в теории Дж. М. Кейнса

А.А. Белик

ПСИХОЛОГИЯ ЭКОНОМИКИ А. МАСЛОУ, ТЕОРИЯ ЦЕННОСТЕЙ В ТРАДИЦИОННОМ ОБЩЕСТВЕ И РОЛЬ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО НАСТРОЯ В ТЕОРИИ ДЖ.М. КЕЙНСА

В XXI в. Опубликовано несколько работ в области экономической антропологии. Каково значение этих исследований? Каких последствий можно ожидать в теории и практике экономической науки?

Современные антропологи подчеркивают невозможность описать посредством формальной экономической теории не только особенности хозяйственной жизни традиционных обществ, но и экономическое поведение, свойственное жителям индустриально развивающихся стран, в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В связи с мировым финансовым кризисом представители бизнес-элиты, на форуме в Давосе отрицали адекватность ведущей неолиберальной экономической теории вызовам времени и потребностям экономической ситуации.

Отличие современной формальной теории от реалий традиционной и в определенном смысле современной экономики связано с двумя положениями. Первое касается мотивации поведения человека (в том числе в отношении к труду) и системы ценностей, проявляющейся в хозяйственной деятельности; второе связано с отношением к эмоциям и общению людей. Оба положения в формальной теории характеризуют качества «экономического человека», который постоянно просчитывает каждое свое действие с точки зрения прибыли. Ему чужды эмоции, он не нуждается в общении. Ф. Хайек неоднократно сожалел о наличии у людей таких чувств, как сострадание и взаимопомощь, которые, по его мнению, существенно мешают развитию торгового общества. М. Фридмен, развивая эту же идею, отрицал необходимость общения людей друг с другом. Касаясь функционирования общества, он отмечал, что «система ценообразования справляется с этой задачей (координацией в обществе - А.Б.) без всякого централизованного управления, не нуждаясь при этом ни в общении людей между собой, ни в их любви друг к другу»1.

В действительности же общение является фундаментальной, основополагающей потребностью - способностью людей, благодаря которой осуществляется развитие и функционирование человека, в том числе его телесной основы, организма. Но реальность мало беспокоит теоретиков экономики, в то время как в теории и практике менеджмента и маркетинга используются иные принципы и, что самое главное, другая теория мотивации поведения. В последние 30 лет в экономической литературе доминирует единственная форма мотивации - прибыль, основанная на рациональном расчете. Иных теорий мотивации для экономистов не существует. Между тем одной из наиболее востребованных теорий этого типа является

41

система мотиваций А. Маслоу, широко известная с 1953 г. и существенно отличающаяся от принятой в формальной экономической теории. Маслоу предложил иное видение экономики в целом, концепцию менеджмента в частности.

Теория менеджмента А. Маслоу

В концентрированном виде положения, касающиеся экономики, Маслоу изложил в книге «Эупсихическое управление» (1965). Эта работа получила признание лишь после переиздания в 1998 г. под названием «А. Маслоу о менеджменте». Однако в Японии она получила известность в 1967 г., что способствовало значительному распространению ее основных положений и нашло практическое применение.

Важнейшими условиями организационного развития Маслоу считал принятие совместных решений, взаимное доверие, близость, сотрудничество. Другими словами, коллектив фирмы, предприятия должен обладать единой целостностью, в которой есть возможность самореализации сотрудников. Работа в целом рассматривается как психическое переживание и экономическая активность. По мнению американского психолога, пренебрежение индивидуальными различиями в управлении недопустимо. Основные принципы организации Маслоу изложил в главе «Просвещенные экономика и менеджмент», исходя из посыла, что люди хотят быть движущей силой, а не пассивными помощниками. Вот некоторые положения его теории:

6. Просвещенная экономика должна исходить из того, что отношения между членами организации проникнуты доброжелательностью, а не духом соперничества или зависти.

6а. Мы исходим также из наличия синергизма. Синергизм может быть определен как разрешение дихотомии между себялюбием и бескорыстностью или между эгоизмом и альтруизмом. Возможно такое построение организации, чтобы при преследовании собственных интересов я автоматически приносил пользу всем, хочу того сознательно или нет. При этом когда пытаюсь быть альтруистом и филантропом, я автоматически приношу пользу себе или совершаю действия, отвечающие моим интересам2.

В целом размышления Маслоу весьма тесно связаны с активным конфуцианским способом организации «культуры предприятия». Но все же важно знать, была ли воспринята данная теория бизнесом. Да, ее использовали такие крупные компании, как Hewlett-Packard, Apple, Texas Instrument, Levi Strauss.

Основная идея Маслоу проста: отсутствие доверия, обман и дефицит эмоционального общения препятствует самореализации личности на работе. Доверие к человеку, знаки внимания и уважения, дополненные осмысленностью труда, значительно повышают эффективность предприятия.

42

Целью «хорошего общества» (в его терминологии) является достижение комфортного эмоционально-психологического состояния для максимального количества людей. Конечная цель преобразований - достижение людьми радости и счастья, а не максимального стремления к прибыли. Можно обвинить Маслоу и его проект в утопичности. Отчасти это так. Но его социально-психологическая концепция общества и личности намного ближе к реальному человеку, чем «человек экономический» в неолиберализме. И последнее замечание. Система ценностей Маслоу, как и его теория в целом, довольно близка к традиционной системе ценностей, хорошо адаптируется к условиям других культур, что убедительно продемонстрировал пример японского «экономического чуда» 1980-90 гг.

Традиционная система ценностей

Такой взгляд на мир и соответствующая система мотиваций близка к системе ценностей, которую описывали антропологи в традиционном обществе. В конфуцианской традиции, в буддизме и в исламе в рамках экономического поведения и за его пределами существенную роль играет непосредственное общение людей. Определяющую роль коммуникация (как общение) имеет уже в традиционном обществе охотников-собирателей и ранних земледельцев. Результатом общения, как правило, становится достижение некоторых эмоциональных состояний. Определение ценности того или иного продукта или вещи в этом типе культуры связано с их способностью приносить радость людям, поддерживать позитивный эмоциональный настрой. Б. Малиновский подчеркивал чувственный, экспрессивный характер системы ценностей на Тробрианских островах: «Ценность не является результатом интеллектуального осмысления полезности или редкости продукта, но результатом ощущений, вызываемых теми вещами, которые, удовлетворяя человеческие потребности, способны вызвать эмоции»3.

На Тробрианских островах ценятся многие совершенно бесполезные, на наш взгляд, вещи. Одни имеют ценность, потому что красивы и служат предметом созерцания, вызывающим эстетическое наслаждение. Другие ценятся из-за того, что с их помощью можно осуществить коммуникацию посредством встречного дара. Общение в свою очередь способствует позитивному эмоциональному настрою. Получается, что большую роль в жизни тробрианцев играют вещи, которые в той или иной степени приносят им, как правило, радостное возбуждение. Поэтому наиболее ценным будет то, что может обладать эмоциональной отзывчивостью. Накопленное богатство (часто бесполезное) также создает позитивный эмоциональный статус, а временное обладание сменяется радостью дарения. Такую «любовь к дарению и получению подарков ради них самих, активную радость от обладания богатством, хотя бы и передаваемым из рук в руки»4 Б. Малиновский квалифицирует «как основное человеческое побуждение

43

показывать свои вещи, делиться ими с другими и дарить»5. Тем самым удовлетворяется «глубоко укорененная склонность к созданию социальных связей»6, потребность в коммуникации-общении. Обратим внимание на укорененную склонность к образованию социальных связей, которая есть родовое качество человека согласно выводам экономических антропологов. Это положение противоположно отстаиваемому по сей день принципу методологического индивидуализма и модели бесчувственного «экономического человека».

Почти одновременно с публикацией «Аргонавтов западной части Тихого океана» Б. Малиновским вышла книга А. Рэдклифф-Брауна «Андаманские острова» (1922). Особое место в ней отведено анализу экономического поведения и показана определяющая роль эмоциональных отношений в хозяйственной жизни. Центральную роль в изучении жизни островитян А. Рэдклифф-Браун отводит понятию «чувства в культуре». «Общество зависит в своем существовании от присутствия в сознании своих членов определенной системы чувств, при помощи которой регулируется поведение индивидов в соответствии с потребностями общества»7. Британский антрополог отводил системе чувств фундаментальную роль, в том числе и в осуществлении экономической активности. «Социальная функция обрядов и церемоний состоит в поддержании и передаче от поколения к поколению эмоционального характера, от которого зависит существование общества»8.

Таким образом, и для индустриальной экономики, как показали психолого-экономические исследования XXI в. и практика менеджмента, и для экономики традиционной, согласно антропологам, необходим настрой, создающий определенное эмоционально-чувственное единство людей. Строго говоря, осознанное или неосознанное эмоциональное единство - это и есть дух народа (общности), его этнопсихология, оказывающая существенное воздействие на хозяйственную жизнь, экономическое поведение и сознание. В психологической теории Мас-лоу последовательно выражены все указанные особенности поведения людей. Системы ценностей восточно-азиатских и исламских стран так же, как и в традиционном обществе, прекрасно вписываются в иерархию потребностей-мотиваций Маслоу. Речь идет в первую очередь о 3-й и 4-й группах потребностей-мотиваций (потребность в любви, сообщности и общении и потребность в самоутверждении, достижениях, признании и престижа). Возникает вопрос: а есть ли экономическая теория, которая использовала бы образ или понятие реального человека и в то же время была близка к ценностным ориентирам, которые рассмотрены ранее? Оказывается, есть. Это теория Дж.М. Кейнса. При адекватном понимании она способна выразить особенности экономического поведения людей в любой культуре.

44

«Социально-психологический человек» Кейнса

Решительный поворот от «экономического человека» был осуществлен Дж.М. Кейнсом. Он отвергал рационалистический индивидуализм вместе с «экономическим человеком», максимизирующим прибыль. Кейнс отрицал рассмотрение участников экономических процессов в качестве атомизиро-ванных индивидов. Индивиды у него не атомы, а молекулы, объединенные в целое. Его теория исходила из посылок, отличных от формальных.

За основу анализа Дж. Кейнс берет представление о человеке, которое весьма близко к реальности. Его «человек в экономике» совместно с другими людьми решает задачи, стоящие перед обществом, размышляет, надеется, прислушивается к своим чувствам. Иное содержание у Кейнса принимает и понятие «рациональное», в частности «рациональное поведение». «Для него рациональное поведение - это целенаправленное поведение, т.е. ориентированное на достижение определенной цели, причем наилучшим способом»9. Он вводит неопределенность в описание экономических процессов и обосновывает невозможность строго рассчитывать будущие состояния общества и рынка. Поскольку за основу анализа он берет реального человека - с его желаниями, склонностями, страхами и надеждами, то важнейшими факторами становятся настроения потребителей и предпринимателей, от поведения которых зависят наряду с историческими и политическими условиями спады и подъемы в экономике.

Характеризуя экономическую концепцию Кейнса, Б. Селигмен отмечает, что «движущей силой экономического процесса эта теория считала поведение людей. Она словно говорила: действия людей, а не слепые и объективные рыночные силы - вот что лежит в основе запасов и потоков, рассматриваемых в экономическом анализе»10. Кейнс связал воедино общепсихологический настрой общества и изменение в хозяйственной активности людей. Важнейшими категориями его анализа были склонность к сбережению, склонность к потреблению, предпочтение ликвидности и побуждение к инвестированию. Взаимоотношение этих показателей, их увеличение / понижение было связано со стабильностью / нестабильностью в обществе и уверенностью / неуверенностью в будущем. Но самое главное то, что Кейнс видел в качестве важнейших движущих / тормозящих сил экономических процессов психологические факторы и особый настрой общества. «Именно наша врожденная жажда деятельности есть та сила, которая движет миром; рациональная половина нашего «я» занимается, как умеет, отбором альтернатив, рассчитывает там, где можно, однако она нередко оказывается во власти наших капризов, настроений и желаний попытать счастье»11. При этом указанная активность может быть социально полезной и деструктивной. При организации хозяйственной жизни надо учитывать эти моменты и разряжать деструктивные импульсы в культурно приемлемой форме.

45

Особо выделим то обстоятельство, что рациональный расчет у Кейнса не играет доминирующую роль в экономических процессах. Он носит скорее вспомогательное значение при ведущей роли эмоциональных устремлений. Другими словами, рациональность экономического поведения - далеко не единственный способ поведения человека в хозяйственной жизни. Более того, Кейнс полагает, что немалая часть наших действий, направленная на что-то продуктивное, созидательное, «зависит скорее от самопроизвольного оптимизма, нежели от скрупулезных расчетов, основанных на < ... > гедонистических или экономических мотивах. Вероятно, большинство наших решений позитивного характера, последствия которых скажутся в полной мере лишь по прошествии многих лет, принимаются под влиянием одной лишь жизнерадостности - этой спонтанной решимости действовать, а не сидеть, сложа руки, но отнюдь не в результате определения арифметически средней из тех или иных количественно измеренных выгод, взвешенных по вероятности каждой из них»12.

Кейнс особое внимание уделял долгосрочным инвестициям, существенно воздействующим на будущее экономики. Он обоснованно полагал, что в осуществлении данного процесса помимо прибыли присутствуют другие мотивы, в том числе радость от созидания, свойственная человеку. «Если бы человеку по его природе не свойственно было искушение рискнуть испытать удовлетворение (помимо прибыли) от создания фабрики, железной дороги, рудника или фермы, то на долю одного лишь холодного расчета пришлось бы не так уже много инвестиций»13.

Рассматривая долгосрочные инвестиции, то есть инвестиции в будущее, Кейнс считал, что данный процесс приносит пользу обществу в целом. Но он будет успешным лишь тогда, «когда разумные расчеты дополняются и поддерживаются духом жизнерадостности, что мысль о конечном ущербе <...> просто отбрасывалась бы в сторону, подобно тому, как здоровый человек попросту не думает о смерти»14.

Человеческие решения, направленные в будущее, не могут быть основаны исключительно на строгих математических расчетах, «поскольку отсутствует база для их обоснования»15.

Таким образом, один лишь количественный расчет не может быть основанием для решения. Необходим качественный, эмоциональный выбор, поддержанный определенным настроением. Мы можем получить лишь количественные (вероятностные) рациональные предположения, которые могут быть поддержаны эмоциональным духом оптимизма, веры и интуиции. Жизнь в обществе осуществляется вопреки логике количественного расчета. Решающую роль в успешном функционировании экономики играют «врожденная жажда деятельности», «спонтанная жизнерадостность», «оптимизм». Если же по каким-либо причинам угасает активность и «жизнерадостность» от деятельности, то «предпринимательство хиреет

46

и испускает дух, даже если опасения потерпеть убытки столь же не основательны, какими прежде были надежды на прибыль»16.

«Психология рынка» Кейнса по сей день остается важнейшим компонентом макроэкономического анализа, создателем которого он был. Даже если он ошибался в количественной оценке выделенных им параметров в аспекте влияния их друг на друга, то был совершенно прав, полагая, что они воздействуют друг на друга. Выделенные параметры вместе с эмоциональным настроем, чувством удовлетворения от созидания и социально-политическими условиями образуют целостную систему социально-психологических взаимодействий, во многом определяющих хозяйственные процессы.

Подведем итог характеристики модели человека и особенностей экономического анализа в теории Дж.М. Кейнса. Английский ученый ориентировался на целостное рассмотрение экономики. Индивид у него включен в социальное взаимодействие в определенной группе, прибыль - неединственная мотивация, рациональный расчет - неединственный метод принятия решений. Отношения между людьми рассматриваются как эмоциональные. Взаимодействие людей регулируют различные детерминанты. Существенными факторами экономических процессов являются чувства и эмоции людей, которые в свою очередь зависят от исторических условий. Существует общая цель экономической теории - решение насущных социально-экономических задач и улучшение функционирования экономики в целом. Огромное значение Кейнс придавал балансу между индивидуальным, частным и общественным, а также между государством, частным капиталом и наемными работниками.

Как уже отмечалось, существенную роль в хозяйственной жизни играет эмоциональный настрой. В сочинениях Кейнса нет положений об учете культурной специфики в экономике, но его исследования касаются индустриального мира. Исключительное внимание к психологии бизнеса и потреблению / накоплению, особенностям поведения людей дает возможность органически соединить его теорию с этнокультурной спецификой индивидов, их этнопсихологией. Модель человека, которую использовал Кейнс, более содержательна, конкретна и ближе к реальному человеку. Хотя «экономический человек» более абстрактен и далек от действительности, он фундаментально отличается от кейнсианской модели человека, так же как теория Кейнса радикально отличается от неоклассической (формальной, либеральной) теории. Экономическая теория Кейнса дала миру иную модель человека в экономике - «человека социально-психологического», которую можно использовать при воздействии той или иной культуры (религии) на хозяйственную жизнь людей. Модель «социально-психологического человека» Кейнса показывает, что возможны другие решения проблемы поведения человека в хозяйственной жизни.

47

Идеи Кейнса о психологии хозяйственной жизни созвучны выводам классиков экономической антропологии, сделанным в 1920-1970 гг. и получившим подтверждение в исследованиях XXI в. Основное сходство позиции Кейнса и экономических антропологов - это признание определяющей роли чувств, эмоциональной составляющей в экономической активности. Не менее важно, что цель экономического функционирования, по Кейнсу, - удовлетворение потребностей общества в целом - близка к задачам хозяйственной жизни, описанной экономическими антропологами. Кроме этого идеи Кейнса имеют много общего с теорией менеджмента Маслоу и его теорией мотиваций. Вполне возможно, что концепция Маслоу могла быть использована в теории Кейнса для понимания побуждающих стимулов в экономическом поведении людей, а теория Дж.М. Кейнса - для описания индустриальных экономик и хозяйственной жизни традиционных обществ, для Западной Европы и Восточной Азии.

Резкий рост экономик восточно-азиатского региона обусловлен в определенной степени присутствием эмоционального фактора в экономическом поведении и использованием этнопсихологических традиций этих стран. Кроме этого нередко долгосрочные инвестиции, которые определяют успешность экономики, были сделаны не с расчетом на сиюминутную прибыль, а с желанием достичь чего-то особенного, вызывающего коллективную радость от созидания, гордость от достигнутого; другими словами, добиться материальных результатов, имеющих духовное значение, продемонстрировать силу духа (как это было в Японии) в соревновании с другими. У человека всегда есть желание создать нечто чудесное («Сингапурское чудо», «Южнокорейское чудо», «чудо города Шанхай»).

Вполне обосновано предположить, что на основе теории Кейнса и теории менеджмента Маслоу можно создать универсальную экономическую теорию, которая будет исходить из потребностей не столько капитала, сколько целостных общностей людей. Тогда ее можно использовать при будущем реформировании экономики.

А как же настоящее? Значение исследований в области экономической антропологии для понимания процессов, происходящих в мировой экономике, состоит в демонстрации явных отличий в экономическом поведении и мотивах производственной деятельности в восточноазиатских странах, которые занимают все более значимое место по годовому ВВП. Можно предположить, что со временем это окажет влияние на мировую экономику. Этому будут способствовать также изменения в экономике Южной Америки, где во многих странах ориентируются на культурно специфические стереотипы экономического поведения.

К сожалению, неоклассическая теория стала культом, которому фанатично поклоняются экономисты. По-прежнему сокращаются бюджетные расходы, банки субсидируют триллионными кредитами. Может быть, данные действия имеют совершенно иную направленность, существенно

48

отличную от декларируемой цели - достижения роста. Более того, падение спроса в Испании и Италии ведет к падению производства в Германии, 40% экспорта которой идет в Европу. Так, в 2012 г. покупка новых автомобилей в Греции упала на 46%, Испании - на 32, в Италии - на 20%. Решение МВФ и Еврокомиссии в той или иной форме о конфискации вкладов суверенной страны Кипра нанесло сокрушительный удар (в первую очередь именно психологический) по устоям рыночной системы в целом.

В то же время ничего не сделано для того, чтобы обуздать волну бесчисленных спекуляций. Каждый день в мире совершаются спекулятивные сделки на $1,3 трлн, в 50 раз превышающие объем торгового обмена реальных товаров. Весьма существенно при этом то, что, по существующим оценкам, в 2012 г. в мировых финансовых потоках присутствовало деривативов как минимум на $650 трлн. Мировой объем ВВП составлял $65-70 трлн. Таким образом, имеется превышение над ВВП почти 1000%, но это мало кого тревожит, хотя по поводу 120% превышения госдолга Италии мировые СМИ весьма бурно выступали. Возникает вопрос: а кто будет оплачивать разницу и за счет кого (или чего) будет устраняться дисбаланс? Между тем финансовый кризис длится уже 5 лет и, как ожидается, мировая экономика в течение 10 лет будет пребывать в депрессивной фазе, весьма выгодной самым богатым. Кризис может остановить нечто экстраординарное, например обвал на биржах.

Во многих исследованиях самой различной направленности, которые можно отнести к поведенческой экономике, приводится критика исходных догм формальной теории и отвергаются математические модели, используемые для экономических расчетов в особенности для анализа рисков. По мнению экспертов, «банки и инвестиционные компании ведут мировую экономику в будущее, рискуя повторить прошлое»17 (спад 2008-2009 гг.). Среди экспертов ширится мнение, что экономику следует трактовать в контексте человеческих отношений. Для более полного познания экономического поведения необходимы всесторонние психологические исследования, которые «сулят навсегда изменить наши фундаментальные предположения о функционировании всей экономики в целом и наше понимание мотивации отдельных участников рынка, которые покупают дома или акции»18. В последние годы появились исследования, полностью опровергающие столь любимый экономистами подход «методологического индивидуализма»19.

Но, видимо, самое главное в рассматриваемом комплексе проблем -необходимость менять общетеоретический подход в экономической теории, «философию экономики» и отказаться от механистического материализма XVII в.

49

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8 9

10

іі

12

13

14

15

16

17

18 19

Розанваллон П. Утопический капитализм. М.: Новое литературное обозрение, 2007. С. 28.

Rozanvallon P. Utopicheskij kapitalizm. M.: Novoe literatumoe obozrenie, 2007. S. 28. Маслоу А. Маслоу о менеджменте. Самоактуализация. Просвещенный менеджмент. Организационная теория. С.-Петербург: Питер, 2003. С. 56.

Maslou A. Maslou o menedzhmente. Samoaktualizacija. Prosveshhennyj menedzh-ment. Or-ganizacionnaja teorija. S.-Peterburg: Piter, 2003. S. 56.

Малиновский Б. Избранное. Аргонавты западной части Тихого океана. М.: Росспэн, 2004. С. 182.

Malinovsky B. Izbrannoe. Argonavty zapadnoj chasti Tihogo okeana. M.: Rosspjen, 2004. S. 182.

Там же. С. 184. Tam zhe. S. 184.

Там же. С. 185. Tam zhe. S. 185.

Там же. Tam zhe.

Radcliffe-Brown A. Andaman Islanders. Cambridge, 1922. Р. 330.

Там же. Tam zhe.

История экономических учений / под ред. В. Автономова, О. Ананьина, Н. Макашевой. М.: Инфра-М, 2009. С. 603.

Istorija jekonomicheskih uchenij / pod red. V. Avtonomova, O. Anan’ina, N. Maka-shevoj. M.: Infra-M, 2009. S. 603.

Селигмен Б. Основные течения экономической мысли. М.: Прогресс, 1968. С. 505.

Seligmen B. Osnovnye techenija jekonomicheskoj mysli. M.: Progress, 1968. S. 505. Кейнс Дж.М. Общая теория занятости, процента и денег. М.: Гелиос АРБ, 2011. С. 157.

Kejns Dzh.M. Obshhaja teorija zanjatosti, procenta i deneg. M.: Gelios ARB, 2011. S. 157.

Там же. С. 155. Tam zhe. S. 155.

Там же. С. 145. Tam zhe. S. 145.

Там же. С. 156. Tam zhe. S. 156.

Там же. С. 157. Tam zhe. S. 157-Там же. С. 156. Tam zhe. S. 156.

Фридмен Д. Формула экономической катастрофы // В мире науки. 2012. № 1. С. 58. Fridmen D. Formula jekonomicheskoj katastrofy // V mire nauki. 2012. № 1. S. 58. Стикс Г. Наука о пузырях и крахах // В мире науки. 2009. № 10. С. 45.

Stiks G. Nauka o puzyrjah i krahah // V mire nauki. 2009. № 10. S. 45.

Новак М. Почему мы помогаем друг другу // В мире науки. 2012. № 9.

Novak M. Pochemu my pomogaem drug drugu // V mire nauki. 2012. № 9.

50