Информационная культура и правотворческая техника

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

Л.Ф. Апт

Апт Людмила Фальковна — кандидат юридических наук, доцент, заслуженный юрист Российской Федерации, ведущий научный сотрудник, действительный государственный советник 3 класса в отставке

Российский государственный университет правосудия

Информационная культура и правотворческая техника

Взаимосвязь категорий информации и юриспруденции, в частности правотворческой, прослеживается в юридической литературе начиная с 70-х годов прошлого столетия1. Информационный подход к праву в целом, понимание законодательства как одного из основных видов правовой информации позволили сконцентрировать внимание юридической науки на правотворческой технике, которая стала основным инструментом, необходимым в создании и эксплуатации компьютерных систем, обрабатывающих большие объемы законодательного материала. Поначалу использование элементов нормативного правового акта четко ассоциировалось с их поисковыми возможностями в правовой сфере. Кроме того, практические потребности обработки нормативных правовых актов и их предписаний диктовались не только поиском правовой информации, но и необходимостью проведения ряда работ по систематизации законодательства, в которых тоже использовался поиск нормативных правовых актов и отдельных норм. В настоящее время эти потребности умножились и направлены на проведение правотворческих работ, учитывающих умелое использование основных информационных категорий. А потому проникновение информационных инструментов в правотворчество можно поставить в зависимость от 3-х моментов:

— совершенствование юридических приемов и средств, используемых в актах для поиска правовой информации;

— использование информационных категорий для совершенствования правотворчества;

— использование информационных технологий в систематизации законодательства.

Для облегчения обработки актов в тогда еще мало совершенных автоматизированных информационно-поисковых системах необходимо было прежде всего эффективно использовать его структуру (проектировать нормативные правовые акты со строго фиксированными структурными единицами, снабженными нумерацией; проводить унификацию отдельных элементов, не влияющих на содержание предписаний, — заголовка, а также формы изложения, устанавливать единообразие в употреблении лексики, используемой в правотворчестве; принять стандарты на основные понятия законодательных отраслей).

Результатом этих требований эпохи явились строго идентифицированные структурные единицы Конституции Российской Федерации 1993 года, а затем и других федеральных законов, где части статей впервые были пронумерованы. К сожалению, умение снабжать законодательные акты заголовками было в дальнейшем утрачено, в основном по объективной причине: внедрение компьютерных систем нового поколения, программное обеспечение которых давало возможность вести поиск правовой информации не по ключевым словам в поисковом образе, а по всему тексту акта, закладываемого в ЭВМ.

Облегчение поиска по тексту акта дало возможность составителям проектов нормативных правовых актов не отражать в его наименовании основную тему (например ранее, постановление Совета министров СССР (СМ СССР) «О Министерстве юстиции СССР»). Их стали формулировать в произвольной форме, скажем, «Положение о лицензировании перевозок автомобильным транспортом пассажиров и грузов в международном сообщении, а также грузов в Российской Федерации» или «Правила учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, увольняемых с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, нуждающихся в получении жилых помещений или в улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства»2 и др.

1 Правовая информация / под ред. А.Ф. Шебанова, А.Р. Шляхова, С.С. Москвина // Наука. М., 1974; Москвин С.С. Теоретические проблемы правовой информации в СССР: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1977; Кудрявцев Ю.В. Нормы советского права как средство управления (информационный аспект): автореф. дис. ... канд. М. 1977; Апт Л.Ф. Правовой документ и его основные информационные свойства. Проблемы совершенствования советского законодательства. Труды ВНИСЗ. М., 1977. № 8. Гальгинайтис Ю.Ю. Теоретические правовые проблемы автоматизированных информационно-поисковых систем по законодательству: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1988; Законодательная техника; научно-практическое пособие. М., 2000; Законодательная техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: сборник статей: в 2 т. / под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород, 2001; и др.

2 Собрание законодательства РФ. 1997. № 13, ст. 1514; 1998. № 37, ст. 46.27

Апт Л.Ф. Информационная культура и правотворческая техника

329

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

Неоправданно удлиненные заголовки, игнорирующие традиционные правила юридической техники о том, что заголовок должен быть кратким, емким и отражать содержание акта, явились существенным недостатком его информационной характеристики. Теперь не только правоприменители, но и сами законодатели именуют федеральные законы по номеру (122, 131 и т. д.), так как произнести наименование представляется затруднительным (скажем, Федеральный закон от 22 августа 2004 года № 122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»). Ранее в отечественной законодательной практике номер закона никогда официально не указывался, хотя и считался его реквизитом.

Изменение используемой юридической техники началось с системного последовательного размещения понятий и их толкований, разъяснений в нормативных правовых актах системы законодательства. Соответствие определений одного и того же понятия в базовых федеральных законах, грамотная профессиональная их конкретизация в других законах, а также в подзаконных актах позволяют скреплять и поддерживать системность положений всего законодательства на федеральном и региональном уровнях. Примеров тому множество, хотя имеются и погрешности в изложении дефиниций1.

Основные информационно-технические изменения (которые, впрочем, отразились и на содержании актов) кардинально преобразили весь понятийный аппарат правового регулирования как законодательства, так и судебной практики. Примером подобных изменений в понятийном аппарате можно считать предлагаемое объединение в единый термин «оружейный сейф» всех ранее употреблявшихся лексических единиц, таких как «сейфы», «сейфы металлические», «шкафы для хранения оружия», «ящики из высокопрочных материалов» и «деревянные ящики, обитые железом», прописанные в действующем законодательстве. (п. 59 постановления Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 г. № 814 «Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации»)2.

Такая унификация терминологии дает возможность сократить необъятное число дефинитивных предписаний. Однако в правотворческой системе идет и обратный процесс, когда то или иное понятие конкретизируется и возможно увеличение терминологии.

К достижениям информационной культуры в области юридической техники по праву можно отнести обязательность проставления в федеральных законах указания на источник официального опубликования. Этот технический элемент является отражением конституционного принципа правотворчества, закрепленного в части 3 статьи 15 Конституции Российской Федерации. С помощью данного приема прошла унификация информации об источниках официального опубликования, сопровождающая почти каждый федеральный закон, касающийся изменений ранее изданного3.

В этот же ряд совершенствования правотворческой техники можно поставить и официальное опубликование распоряжений Правительства Российской Федерации, которое ранее отсутствовало; введение официальных источников опубликования подзаконных актов исполнительной власти (часть 3 статьи 15 Конституции Российской Федерации), формирование новых правил подготовки проектов федеральных законов, вносящих изменения в ранее принятые акты, а также изменение правил в отношении грифов и иных юридико-технических средств.

К достижениям информационной культуры можно причислить введение грифов «утверждено» («утверждаю», «одобрено», «рекомендовано», «согласен»), проставляемого на так называемых зависимых актах (правилах, положениях, инструкциях, методических указаниях и т. д.), так как они являются отражением сведений о введении в действие, сроке действия и других данных о действующих актах. Кроме того, введение грифа позволило уменьшить физический объем нормативных правовых документов, что также является одной из его информационных характеристик.

Большое значение для поиска актов в компьютерных системах по законодательству имеет информация о связи акта более высокой юридической силы с нормами актов низшего уровня на основании, во исполнение или в развитие которого он принят. При этом указывается акт в целом или его конкретная структурная единица (статья, часть статьи, пункт), на основании которой акт нижестоящего органа принят.

Приведенные составляющие, проявляющиеся как элементы информационной культуры, отражают непосредственную связь с их идентификацией и поиском в компьютерных системах. Они хорошо знакомы и обстоятельно исследованы как в юридической науке, так и в правовой информатике. Однако имеется ряд информационных характеристик, которые мало исследованы юристами, но играют

1 Законодательная дефиниция: логико-гносеологические, политико-юридические, морально-психологические и практические проблемы / под ред. В.М. Баранова, П.С. Пацуркивского, Г.О. Матюшкина. Н. Новгород, 2007.

2 Комарова Е. Новый ГОСТ сохранит оружие в безопасности // Щит и меч. 2015. 9 июля.

3 Методические рекомендации по юридико-техническому оформлению законопроектов. М., 2004.

Юридическая техника. 2016. № 10

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

серьезную роль в вопросах правотворчества. Они не связаны с поиском нормативных правовых актов в компьютерных системах, а отражают их специфику как объекта правовой информации. К ним относятся: информационный объем, информационная емкость, информативность и информационная избыточность.

Информационный объем определяется в информатике в учетно-издательских листах, количестве строк и знаков в тексте. Информационный объем нормативного правового акта — первая информационная характеристика, которая дает возможность сравнивать различные источники правовой информации. Необходимо отметить, что в правотворческой деятельности информационный объем для каждого акта в иерархии законодательства не ограничен. Однако это не оправдывает те диспропорции, которые наблюдаются между отдельными структурными элементами нормативного акта. В текущих федеральных законах отдельные части статей насчитывают от 2-х до 4-х страниц текста. Регулирование в полной мере уловить сложно, особенно в тех случаях, когда неоправданно используется прием «выноса за скобки», при котором вначале приводится основное положение (например, «не подлежат налогообла-жению следующие категории населения: ...»), а затем идет перечисление. Иногда такое перечисление насчитывало 33 позиции. При этом необходимо иметь в виду, что эти позиции постоянно претерпевают изменения (дополнения). Информационный объем статей, их частей, а также пунктов, подпунктов актов исполнительной власти должны иметь определенные пропорции, которые способствуют качественному правовому регулированию. Для этого необходимо найти иные приемы юридической техники, с помощью которых формируется текст статьи, ее части (пункта, подпункта).

В настоящее время информационный объем был выбран даже одним из критериев в систематизации административного законодательства Российской Федерации. Правоприменители, по словам депутатов, не могут, а граждане не хотят оперировать кодексом, который по своему объему приблизился к Гражданскому кодексу РФ. Кодекс административных правонарушений Российской Федерации громоздкий и неэффективный. В результате законодательных работ в отечественном правотворчестве будут действовать Административный кодекс и административно-процессуальный. Два названных акта действуют и в Таможенном союзе1.

Одной из важных информационных характеристик следует считать информационную емкость. Это то реальное количество информации в данном объеме, которое определяется общим количеством дескрипторов, значимых ключевых слов. Это количество складывается из совокупности дескрипторов, обладающих повышенной информативностью («высокозначимых»), и дескрипторов, образованных при помощи данных дескрипторов и служебных слов, которые не несут самостоятельного значения, будучи извлеченными из текста. При этом значимость дескриптора определяют, согласно одной точке зрения, путем подсчета частоты ее встречаемости с учетом отношений синонимии, согласно другой — его оригинальностью, большой значимостью для текста. Обе методики используются одновременно, в зависимости от информационных возможностей текста.

Количественно информационная емкость определяется отношением общего числа дескрипторов к числу терминов в тексте. Отсюда следует, что те предписания, которые несут относительно много служебных слов, «литературных», «канцелярских штампов», имеют небольшую информационную емкость. Иногда при составлении нормативных правовых предписаний намеренно жертвуют емкостью, чтобы сделать содержание более понятным и отвечающим эффективности правового регулирования, или применяют избыточность2.

На величину емкости нормативного правового акта оказывают влияние форма выражения (структура нормативного правового акта, под которой понимается определенная организация его материала) и форма изложения (особый стиль, словесное оформление содержания нормативного акта)3 . Их влияние на информационную емкость акта тесно связано. Так, улучшение структуры нормативного акта (выбор наиболее оптимальных приемов правотворческой техники) поможет удалить из его текста определенное количество терминов, не несущих определенной нагрузки. Например, использование приема «выноса за скобки» (выделение в нормативном правовом акте, статье, ее части каких-то близких положений, относящихся непосредственно ко всем другим предписаниям, приводящимся либо в качестве перечня, либо соотносящихся с ними как общая и особенная части) помогает не только удалить лишние термины из текста актов, но и изменяет их структуру, то есть уменьшает объем нормативного правового акта. Современное правовое регулирование сфокусировано и закрепляет достаточно сложные общественные отношения, и это сказывается на стиле их изложения. По мере развития общественной практики усложняются и все более специализируются общественные отношения, что также сказывается на некотором усложнении языка законодательства. Однако важно добиваться, чтобы для каждого субъекта права, которого касается данный правовой акт, он был понятен и доступен.

1 Молотов И. В России может появиться административно-процессуальный кодекс // Известия. 2014. 21 октября.

2 Избыточность — см. далее по тексту.

3АптЛ.Ф. Формы выражения и изложения правовых норм в нормативных актах: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1973.

Апт Л.Ф. Информационная культура и правотворческая техника

331

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

Требование ясности и доступности изложения заставляет использовать избыточность и пренебречь информационной емкостью, поставив ее на второй план. Это еще одна специальная информационная характеристика, использование которой приводит к принятию нормативных правовых предписаний более конкретного содержания, развивающих общие установления. Категория избыточности разрабатывалась в юриспруденции в рамках статистической теории информации, связанной с ее количественной стороной, в которых информация рассматривалась как сообщение. Под избыточностью понимается информация, превышающая полную и формально являющаяся лишней в сообщении, то есть таковой, без которой можно точно и однозначно установить смысл и назначение сообщения. В теории информации избыточность сообщения рассматривается как мера возможного сокращения сообщения (без потери информации) за счет использования статистических взаимосвязей между его элементами1. Рассмотрение данной категории информатики по отношению к нормативному правовому акту и технике его составления позволяет определять и регулировать то количество информации, которое будет включено в нормативный правовой акт. Положительная сторона избыточности широко используется при передаче правовой информации посредством законодательства.

Избыточность довольно часто встречается в законодательной практике. Условно ее разделяют на избыточность предписаний и избыточность лексическую2. Типичным примером избыточности законодательных норм можно считать положения законопроекта, внесенного в Государственную Думу РФ, предусматривающего внедрение понятия «иностранный агент» в рекламный бизнес. Составители предлагают дополнить Федеральный закон «О рекламе», закрепив в нем возможность признания иностранными агентами владельцев рекламных конструкций, которые имеют иностранное финансирование и участвуют «прямо или косвенно в освещении политической деятельности», в том числе путем размещения социальной рекламы, агитационный материалов или предвыборной агитации.

Особо оговорено в законопроекте, что надлежит понимать под косвенным освещением политической деятельности. Это размещение «двусмысленных слоганов или образов, имеющих двоякое толкование», а также материалов, «содержащих призыв, заведомо направленный на дестабилизацию общества или создание социальной напряженности».

Владельцы наружной рекламы, признанные иностранными агентами, в соответствии с инициативой депутатов будут вноситься в специальный реестр, должны будут предоставлять отчеты об иностранных источниках и указывать на рекламных щитах свою принадлежность к иноагентам. Как отмечается в пояснительной записке к проекту, такие меры приведут «к повышению открытости деятельности» владельцев билбордов, финансируемых из-за рубежа.

Предложенное регулирование является избыточным по свидетельству профессионального эксперта из Ассоциации коммуникационных агентов России, считающего, что в Федеральном законе «О рекламе» имеются положения о запрете на разжигание вражды, использование оскорбительных выражений и т. д. Кроме того в Законе о выборах указаны определенные ограничения для выборной рекламы. Все запреты уже урегулированы и за их нарушение предусмотрены серьезные штрафы3.

Избыточность предписаний является, как правило, следствием приема воспроизведения, то есть помещения в акте нормативных предписаний, ранее принятых и опубликованных в других нормативных правовых актах. Например, довольно часто в актах субъектов Российской Федерации воспроизводятся дефинитивные предписания федерального законодательства, что в основном связано с определением общезначимых понятий, таких как «лечебно-оздоровительная местность», «информационные процессы», «информационные ресурсы», «документальная информация» и др. Это явление характерно не только для законов, но и для актов исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации. Так, определение понятия «зерно» из Федерального закона «О государственном надзоре и контроле за качеством и безопасностью зерна и продуктов его переработки»4 воспроизведено текстуально в пункте 1.1 Положения о порядке предоставления кредитов из областного бюджета на закупку зерна и продуктов его переработки, утвержденного постановлением правительства Вологодской области5.

Воспроизведение дефинитивных положений федеральных нормативных актов в региональных актах оценивается в юридической литературе по-разному, но в большинстве случаев негативно6. При этом отмечается, что вопрос о том, какие предписания необходимо дублировать, решается исключительно по субъективным соображениям.

1 См. Терминологический словарь по информатике. М., 1975. С. 143.

2 Кудрявцев Ю.В. различал две разновидности избыточности: меру понятности предписаний (например, определения терминов в расчете на «среднего» потребителя) и меру помехоустойчивости. (Нормы советского права как средство управления: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1977. С. 12.

3 Дятловская Е. Списки иноагентов, возможно, пополнятся рекламными компаниями // Новые известия. 2015. 5 июня.

4 Собрание законодательства РФ. 1998. № 49, ст. 5970.

5 Красный Север. 2015. 29 марта.

6 Соотношение законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации. М., 2003. С. 727—728, 746—748 и др.

Юридическая техника. 2016. М 10

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

Дублирование называют приемом псевдозаконотворчества, мешающим продуктивному развитию законодательства как федерального, так и субъектов Федерации. Он якобы не способствует поиску конструктивных решений проблем, имеющих место в реальных сложных ситуациях, например, в сфере образования это вопрос взаимодействия органов государственной власти различного уровня при обеспечении стабилизации финансового и материального положения образовательных учреждений.

Однако практика дублирования (текстового воспроизведения), скажем, дефинитивных предписаний, не всегда носит негативный характер. Применение этого приема в законодательстве объясняется, в частности, тем, что при формализации концептуальных положений иногда сложно сформулировать стройную систему регуляции без определенных связующих компонентов, в качестве которых выступают дефинитивные предписания. И в этом случае избыточность материала будет оправданна.

При этом необходимо признать, что все же основная причина дублирования как приема правотворческой техники, а потому и избыточности, кроется все-таки в невысоком качестве федеральных законов, не дающих четких ориентиров и границ правотворческой деятельности на региональном уровне1. В полной мере это утверждение относится и к понятийному аппарату правотворчества региональных систем.

Примерами положительного использования категории избыточности могут служить предписания, текст которых содержит примеры правильного понимания регулируемых установлений. Подобное практикуется в актах ведомственного нормотворчества, локальных актах госпредприятий.

В статье приводятся только общие положения избыточности нормативных правовых актов, на основании которых все-таки сложно считать, что, во-первых, в системе законодательства существует своеобразный порог избыточности, переход через который в сторону увеличения загромождает нормативно-правовой материал ненужной информацией, а в сторону уменьшения — ослабляет его коммуникативность, снижает эффективность восприятия и переработки правовой информации; во-вторых, мера избыточности, используемая в настоящее время законодателем, устанавливается интуитивно, складывается в ходе правотворческой деятельности (практики); в-третьих, теоретическая разработка проблемы избыточности нормативных правовых актов и отдельных предписаний имеет практический выход: более точно может быть определена необходимая информационная нагрузка нормативного правового акта в целом и его отдельных частей, усовершенствовано законодательство с учетом характера информации и круга предполагаемых адресатов2.

Дальнейшее исследование этой категории связано с определением и эффективным использованием тех приемов правотворческой техники, которые дают возможность нужным образом регулировать величину информационной емкости нормативного правового акта.

Самой сложной из информационных характеристик является информативность акта, так как она зависит от многих факторов. Под ней понимают то количество информации, которое извлекает из текста конкретный потребитель. В случае с информацией нормативно-правового содержания таким потребителем является население страны (граждане, должностные лица, лица, попадающие под юрисдикцию Российской Федерации). Иными словами, информативность — это степень соответствия тезауруса документа (значащих моментов) тезаурусу потребителя, в частности, нуртезаурусу, отражающему его реальные потребности в период взаимодействия с нормативно-правовым содержанием. В данном случае под тезаурусом понимается организация употребляемой законодателем терминологии и взаимосвязи между лексическими единицами. При определении информативности должны в первую очередь учитываться степень развития потребителя: при неразвитом тезаурусе (потребителя) возникает информационный барьер обучения, и величина информативности будет небольшой либо потому, что потребитель вообще не испытывает потребности в данной информации о законодательстве, либо акт (норма) ему непонятен. При избыточно развитом тезаурусе (сведения о законе, других нормативных правовых актах) понижается вероятность получения информации и содержание многих актов, профилирующих запросы потребителя, окажется ему уже известным. Скажем, более высокой информативностью в области законодательства обладают ученые-юристы, практические работники юридических органов, в меньшей степени она у обычных граждан, так как информационный барьер у первых и вторых будет преодолеваться быстрее.

Совершенно очевидно, что величина информационной емкости акта всегда больше его информативности, так как каждый нормативный правовой акт по отношению к данному потребителю несет большее или меньшее количество бесполезной для него информации.

Квалифицированное пользование характеристиками поможет законодателю в создании нормативных правовых актов с большей информативностью, что в значительной мере будет способствовать вопросу совершенствования отечественного законодательства и практики его применения. Все три

1 Соотношение законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации. М., 2003. С. 746.

2 См.: Кудрявцев Ю.В. Нормы советского права как средство управления: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1977. С. 13.

Апт Л.Ф. Информационная культура и правотворческая техника

333

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

характеристики — информационная емкость, информационная избыточность и информативность — надо анализировать в тесном единстве, так как создание каждого нормативного правового акта нельзя рассматривать с точки зрения только потенциала законодателя. На другом конце передачи находится потребитель правовой информации (гражданин, должностное лицо и др.) с его информационным потенциалом. При насыщении нормативного правового акта большой информационной емкостью возникает опасность, что величина информативности такого акта будет неадекватна его информационной емкости.

Соотношение этих двух характеристик зависит от многочисленных факторов, влияющих на информативность правового акта. О некоторых из них было сказано выше. Анализ и изучение таких факторов — тема, заслуживающая внимания законодателей всех уровней.

Информационные технологии и систематизация законодательства. Законодательный процесс в современных условиях состоит из длящихся непрерывных процедур: на смену одним, ранее изданным, актам принимаются другие, которые изменяют и дополняют их, а также действие одних нормативных предписаний распространяется на иные. Включение подобных поправок в систему действующего законодательства обеспечивается работами по его систематизации1. И в них использование информативных технологий приобретает, на наш взгляд, всеобъемлющий характер. Наиболее типичным и актуальным можно считать учет легальных дефиниций и составление текущих редакций2 актов российского законодательства.

Эти два «блока» имеют для систематизации законодательства первостепенное значение.

1. Учет легальных дефиниций осуществляется в сформированном информационном массиве, являющимся банком понятий и определений, присутствующих в текстах отечественных нормативных правовых актов. Сведения о понятийном аппарате содержатся в виде словарных статей, сгруппированных в алфавитном порядке. Словарная статья состоит из словарных слов, то есть понятия (термина), его определения, являющегося дословной выдержкой из текста, воспроизводит нормативное положение акта. Далее в словарной статье приводится ссылка на источник права, то есть на нормативный акт (нормативные акты) и его (их) структурную единицу. В том случае, если определение изменилось, ссылка на источник включает указание на два или более нормативных акта, содержащих первоначальную и текущую редакции текста определения. Неидентичные тексты определений, имеющих общее наименование понятий (терминов) из различных актов, объединяются в одну словарную статью, внутри которой заглавное слово заменяется знаком тильда (~).

Оформление подчинено правилам нормотворческой техники и включает также указание на источник (источники) официального опубликования акта (актов), из которых взято понятие и его определение. Расположение словарных статей, относящихся к одному и тому же понятию (термину), тексты определений которых собраны из различных правовых актов, подчинено традиционным правилам систематизации законодательного материала: верховенству закона над всеми иными нормативными актами — тексты приводятся в соответствии с иерархией актов; приоритетностью кодифицированных актов перед актами текущего нормотворчества; хронологии — определения из юридических актов одинаковой юридической силы располагаются согласно времени их принятия.

Использование подобных информационных технологий учета понятий и определений позволяет уже сейчас:

— признать феномен создания в отечественном праве языка законодательства устоявшимся;

— выявить системные и межотраслевые понятия законодательства и упорядочить их дефиниции;

— понять, что сформированный массив законодательного материала в целом носит разносторонний характер, во многих аспектах крайне противоречив, а потому нуждается в систематизации.

Противоречивость и несоответствие терминов и дефиниций в разных сферах государственной жизни и областях права более наглядно проиллюстрированы в различных словарях-справочниках и тематических изданиях3.

Формирование массива терминов и определений из актов законодательства (помимо законодательных актов в него предположительно необходимо включить дефиниции из указов и распоряжений Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации) обусловлено это, на наш взгляд, тем, что в актах исполнительной власти подчас не всегда правомерно конкретизировались понятия, употребляемые в законах. Эксплуатация имеющегося массива уже сейчас дает возможность вести текущую систематизацию понятий и определений в законотворческом процессе путем использования только легальных дефиниций, иногда поднимая на уровень законодательных те,

1 Учет понимается как одна из форм неофициальной систематизации: включение в систему законодательства новых элементов (предписаний).

2 Одна из форм систематизации — локальное инкорпорирование.

3 См.: Информатика в терминах и определениях российского законодательства. М., 2000; Словарь-справочник терминов и определений российского законодательства по обороне и безопасности. М., 2003; Словарь-справочник по местному самоуправлению (термины, понятия, определения из российского законодательства). М., 1999; и др.

Юридическая техника. 2016. № 10

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА КРУГЛОМ СТОЛЕ

которые эффективны в правоприменении. Кроме того, системе законодательства удается избежать введения новых дефиниций, число которых непомерно возрастает по сравнению с регулирующими предписаниями.

Разумеется, что словарные статьи законодательного материала могут со временем стать частью компьютерной системы с соответствующим поисковым языком. Можно предположить, что в качестве последних будет, наряду с алфавитным поиском использоваться и классификационный язык, приближенный (или совпадающий) с Классификатором, правовых актов1. Для нужд профессиональной инкорпорации потребуются также дополнительные сведения о дефинициях, входящих в информационный массив: об их изменяемости (дополнениях); сроке действия (временном или постоянном); характере конкретизации и распространения (только на данный закон или в системе института, отрасли, области права), а также об имеющихся выводах судебной практики.

Кроме того, рассматриваемые технологии применимы для учета понятий и определений актов законодательства субъектов Российской Федерации. Учет дефиниций регионального законодательства позволяет провести упорядочение последнего на основе лексического анализа федеральных актов. Таким образом, легальные правовые дефиниции федерального уровня создают условия для упорядочения всего понятийного аппарата системы российского законодательства, служат своеобразной основой правовой системы.

2. Информационные технологии ведения «текущих редакций» законов и других нормативных правовых актов не представляют в настоящее время особой новизны2. Они используются как на федеральном, так и на региональном уровнях. Однако рамки использования подобных технологий могут быть значительно расширены. Текущие редакции, то есть инкорпорированные тексты законодательных актов, представляют собой готовый материал для создания (формирования) хронологических и тематических собраний законодательства как на региональном, так и на федеральном уровнях. Рассматриваемые издания, как правило, снабжаются хронологическими и предметными указателями, которые также формируются с помощью информационных технологий.

Анализ уже подготовленных региональных собраний законодательства свидетельствует о том печальном факте, что, широко используя компьютерные технологии, подчас игнорируют правовые методики составления подобных изданий, тогда как эффективное использование информационных технологий предполагает глубокое знание предмета компьютеризации. Удачным сочетанием предмета и использования информационных технологий может служить Свод законов СССР, составленный профессиональными юристами советской эпохи с помощью автоматизированной системы, реализованной на ЭВМ «Риалите-2000» и удостоенной серебряной медали ВДНХ СССР.

В новой эпохе компьютерного века право уже неотделимо будет от информатики, информационных технологий. Появятся новые правотворческие приемы, новые информационные технологии, которые все-таки будут базироваться на идеях современников.

1 Классификатор правовых актов, утвержденный указом Президента Российской Федерации от 15 марта 2000 года № 511 // Собрание законодательства РФ. 2000. № 12, ст.1260.

2 См.: АптЛ.Ф., Ветров А.Г. Особенности составления текущих редакций законодательных актов в правовых базах данных // Информационные ресурсы. 1997. № 2. С. 21—23.

Апт Л.Ф. Информационная культура и правотворческая техника

335