Эффективная реализация форм уголовной ответственности и их видов в контексте решения проблем отечественной уголовно-правовой теории и современной правоприменительной практики

УДК 343.2/.7

ЭФФЕКТИВНАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ ФОРМ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ И ИХ ВИДОВ В КОНТЕКСТЕ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ТЕОРИИ И СОВРЕМЕННОЙ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ

© Михаил Юрьевич ДВОРЕЦКИЙ

Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Российская Федерация, кандидат юридических наук, доцент, профессор кафедры уголовного права и криминологии, e-mail: dvoretskiy-68@mail.ru © Владимир Юрьевич СТРОМОВ Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Российская Федерация, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и процесса, проректор по экономико-правовым вопросам и инфраструктурному развитию, e-mail: vladimir_stromov@mail.ru

Рассмотрены направления оптимизации ответственности за преступления на современном этапе противодействия преступности в Российской Федерации. Предметом выступает комплекс теоретических и практических проблем уголовной ответственности, ее понятие, основание, система форм, видов, их реализации и эффективности в отечественной уголовно-правовой теории, законодательной и правоприменительной практике, возникающих в настоящее время. Приводится исторический и уголовно-правовой анализ отечественного уголовного законодательства, в т. ч. мнений групп известных ученых по рассматриваемой научно-практической проблеме. Достижение поставленной цели обеспечивалось решением следующего ряда исследовательских задач, прежде всего, рассмотрением поэтапной истории возникновения и становления уголовно-правовой категории «уголовная ответственность» в отечественной общей теории права и отраслевом законодательстве. Проанализировано и дано сравнение использованию отечественным законодателем уголовно-правовой категории «уголовная ответственность» в Уголовном кодексе Российской Федерации с нормами современного уголовного законодательства зарубежных государств с учетом национальных традиций. Предложено законодателю разработать концептуальные направления совершенствования государственной политики, норм УК РФ, обеспечивающих эффективную реализацию уголовной ответственности. Дан критический анализ норм ныне действующего отраслевого законодательства, вносятся предложения по его оптимизации в контексте повышения эффективности форм и видов реализации уголовной ответственности на современном этапе реформирования УК РФ, поиска оптимальных путей решения наиболее актуальных проблем.

Ключевые слова: эффективность; формы реализации уголовной ответственности и их виды; оптимизация; виды наказания; иные меры уголовно-правового характера; уголовная ответственность; Уголовный кодекс Российской Федерации; эффективная реализация уголовной ответственности.

Проведенное исследование проблем отечественной уголовно-правовой теории и современной правоприменительной практики дает нам основания для следующих выводов, внесения рекомендаций и предложений российскому законодателю и правоохранительным и судебным органам.

Во-первых, юридическая ответственность это предусмотренное нормами права состояние за совершение деяния лица, связанное с ограничением или расширением его правового статуса, необходимого для решения конкретных задач, стоящих перед определенной правовой отраслью и отечественной системой права в целом [1-5].

Во-вторых, уголовная ответственность -это основанный на обвинительном приговоре суда определенный статус преступника, выделяющий его из числа законопослушных граждан путем ограничения его конкретных нормативно закрепленных в УК РФ прав, свобод или законных интересов.

В-третьих, уголовная ответственность в соответствии с действующим уголовно-правовым законодательством подразделяется на следующие виды:

1) уголовная ответственность, не связанная с назначением наказания;

2) уголовная ответственность, связанная с назначением наказания, но без его испол-

нения в момент вступления обвинительного приговора суда в законную силу;

3) уголовная ответственность, связанная с назначением наказания, которое условно полностью либо частично не выполняется;

4) уголовная ответственность, связанная с принудительными мерами воспитательного воздействия;

5) уголовная ответственность, связанная с судимостью, основанная на исполненном наказании;

6) уголовная ответственность, связанная с принудительными мерами медицинского характера;

7) уголовная ответственность, связанная с конфискацией имущества.

В-четвертых, осуществленный нами анализ норм отечественного и зарубежного законодательства дает возможность констатировать наличие целого ряда обстоятельств, связанных с необходимостью востребовать научно-практический потенциал уголовно-правовой категории «уголовная ответственность» и, прежде всего, внести предложения по оптимизации имеющейся системы ее видов, повышению их эффективности [6-8].

В-пятых, основанием уголовной ответственности лица за соучастие в преступлении является совершенное им деяние, содержащее признаки оконченного преступления, предусмотренное нормами Общей и Особенной частей УК РФ и, соответственно, образующее организацию совершения преступления, подстрекательство к совершению преступления, пособничество совершению преступления. Так, например, террористический акт (ст. 205 УК РФ) наказывается лишением свободы на срок от восьми до двенадцати лет. Примечание к ст. 205 УК РФ дает возможность лицу добровольно отказаться от совершения акта терроризма без боязни быть привлеченным к уголовной ответственности, а соответствующим правоохранительным органам реализовать данное право в рамках уголовного закона. В этом случае освобождение лица от уголовной ответственности возможно при наличии двух обязательных условий: своевременного предупреждения органов власти или иного способствования предотвращению осуществления акта терроризма; отсутствия в действиях лица иного состава преступления. Таким образом, данное примечание позволяет освобождать от

уголовной ответственности лиц, совершивших особо тяжкие преступления, о чем свидетельствует санкция рассматриваемой статьи. Основная идея, которой руководствуется законодатель в данной ситуации и иных подобных случаях, предусматривающих возможность освобождения лиц, совершивших преступления, за последующее деятельное раскаяние, понятна. Она заключается в том, чтобы предотвратить наступление максимальных последствий, как можно скорее раскрыть преступление и привлечь виновных к уголовной ответственности.

В-шестых, констатируя фактическую реализацию на законодательном уровне принципа неотвратимости уголовной ответственности и торжества социальной справедливости, что, безусловно, является принципиально важным для отечественного законодательства, мы отмечаем наряду с этим освобождение от уголовной ответственности в соответствии с нормами Общей и Особенной частей УК РФ, которое вступает в явное противоречие с целым рядом других принципов [4, с. 55-56; 9, с. 58; 10, с. 32]. Среди них находится и конституционное положение о презумпции невиновности, поскольку, согласно ст. 49 Конституции РФ, виновность лица в совершении преступления устанавливается вступившим в законную силу приговором суда. Исходя из этого, во-первых, от уголовной ответственности можно освободить только лицо, совершившее преступление; во-вторых, вина лица, совершившего преступление, должна быть установлена приговором суда, вступившим в законную силу; в-третьих, суд освобождает от уголовной ответственности лицо, понесшее ее на основании вступившего в силу обвинительного приговора суда. Фактическая реализация данного принципа невозможна при имеющейся конструкции уголовно-правовых норм, регламентирующих освобождение от уголовной ответственности, т. к. сейчас это происходит не на основании обвинительного приговора суда, вступившего в законную силу, а согласно постановлению лица, производящего дознание, с санкции прокурора либо суда.

В-седьмых, данные нормы противоречат также принципу равенства граждан перед законом. В соответствии со ст. 4 УК РФ: «Лица, совершившие преступления, равны

перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, также других обстоятельств». Это положение предполагает, что лицами, совершившими преступление, являются только те из них, в отношении которых уже имеется обвинительный приговор суда, вступивший в законную силу. Именно он отсутствует в отношении субъектов, освобождаемых от уголовной ответственности по основаниям деятельного раскаяния или примирения с потерпевшим, когда правоохранительные органы своим решением признают их виновными в совершении преступления без привлечения к уголовной ответственности. Перечисленные обстоятельства вызывают необходимость реконструкции уголовно-правовых норм, приведение их в полное соответствие с Конституцией РФ для эффективной реализации декларируемых в уголовном законе задач и принципов [4; 11; 12].

В-восьмых, уголовная ответственность это основанный на обвинительном приговоре суда статус преступника, выделяющий его из числа законопослушных граждан путем ограничения его прав, свобод или законных интересов. Уголовный закон, за исключением истечения сроков давности, не должен освобождать от уголовной ответственности лиц, совершивших преступления. Это противоречит принципам уголовного права, задачам, стоящим перед ним. В этой связи нами предлагается изменение наименований разделов, глав, уголовно-правовых норм, перестановка их местами. В частности, гл. 11 «Освобождение от уголовной ответственности» УК РФ переименовывается и называется «Освобождение от уголовной ответственности или наказания». Ст. 75 опускается на место ст. 76, а место ст. 75 занимает ст. 78 УК РФ. Это единственная норма, которая в настоящее время не противоречит ни презумпции невиновности, ни другим принципам уголовного права. Только данная статья должна регулировать вопросы освобождения от уголовной ответственности. Другие статьи этой главы, в частности ст. 76, 78 УК РФ, должны служить основанием для не назначения лицу, совершившему преступление и привлеченному к уголовной ответственности, наказания.

В-девятых, предложенная конструкция ч. 2 ст. 76 УК РФ предполагает внесение изменений и в примечания статей Особенной части УК РФ, которые регламентируют освобождение от уголовной ответственности лиц за их посткриминальное поведение. Также следует внести изменения и в другие примечания исследуемой группы статей.

В-десятых, законодательное наименование ст. 73 «Условное осуждение» УК РФ неудачно, т. к. при условном осуждении лицо фактически осуждается реально, безусловно. Оно лишь обеспечивает условное неисполнение назначенного наказания. Поэтому статью следует назвать так: «Условное неисполнение назначенного наказания».

В-одиннадцатых, освобождение несовершеннолетних от уголовной ответственности необоснованно как с позиции природы уголовного права, так и с позиции предупреждения новых преступлений, что предполагает изменения в ст. 90 УК РФ «Применение принудительных мер воспитательного воздействия».

В-двенадцатых, требует изменения и ст. 92 УК РФ «Освобождение от наказания несовершеннолетних с применением принудительных мер воспитательного характера в виде направления в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органа управления образованием».

В-тринадцатых, эти же меры, являющиеся видом уголовной ответственности, могут применяться и к взрослым гражданам, совершившим преступления [13, с. 53-54; 14; 15]. Поэтому уместно обратиться к институту передачи на поруки, хорошо известному УК РСФСР 1960 г. В этой связи предлагается соответствующая норма, которая должна быть размещена в гл. 11, вместо утратившей силу ст. 77 «Освобождение от наказания с передачей виновного лица на поруки».

В-четырнадцатых, законодатель в УК РФ использует различную терминологию при описании последствий, возлагаемых на лиц, совершивших преступления, тем самым затрудняется реализация уголовно-правовых принципов, осложняется реализация задач уголовного права, не в полной мере обеспечивается охрана личности, общества и государства. В этой связи предлагается оставить в нем лишь фразу «уголовная ответственность», а там, где она непосредственно связана с наказанием, то и слово «наказание», отредактировав уголовно-правовые нормы

представленные в ст. 2, 3, 6, 7, 9 УК РФ. Эти изменения диктуют необходимость создания базовой статьи, в которой следует дать понятие уголовной ответственности, ее виды. Это служило бы бесспорным свидетельством того, что именно она является правовым последствием для лиц, совершивших преступления. Исчерпывающий перечень видов уголовной ответственности, имеющийся в предполагаемой статье, будет подтверждать единство их юридической природы.

В-пятнадцатых, изменению подлежит наименование раздела третьего «Наказание», гл. 9 «Понятие и цели наказания, виды наказаний», наименование и содержание ст. 43 «Понятие и цели наказания», наименование гл. 10 «Назначение наказания», наименование и содержание статей.

В-шестнадцатых, поскольку основанием уголовной ответственности выступает не состав преступления, а деяние, содержащее его признаки, предлагаются соответствующие изменения в УК РФ. Требуется отредактировать ст. 8 «Основание уголовной ответственности». Она должна состоять из трех частей, где первая часть должна регламентировать ее основание за преступление оконченное, вторая - за неоконченное преступление, третья -за преступление, совершенное в соучастии.

В-семнадцатых, представленная авторская трактовка основания уголовной ответственности требует внести необходимые изменения в нормы Общей и Особенной частей, оперирующие понятием «состав преступления».

В-восемнадцатых, предлагаемые изменения и дополнения ныне действующих уголовно-правовых норм УК законодательно оформят существование уголовной ответственности, не связанной ни с наказанием, ни с принудительными мерами воспитательного или медицинского характера, и приведут их в соответствие с Конституцией РФ [16, с. 42].

В-девятнадцатых, представленное основание уголовной ответственности вступает в существенное противоречие с целым рядом уголовно-процессуальных норм отечественного законодательства, в которых законодатель использует словосочетание «состав преступления». Представляется, что в отношении данных категорий понятийно-терминологического аппарата позиция, сформулированная им в УПК РФ, не является совсем последовательной и оптимальной. Так, соглас-

но ст. 21 УПК РФ «Обязанность осуществления уголовного преследования»: «В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные настоящим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления». Следовательно, возбуждение уголовного дела уголовно-процессуальный закон однозначно связывает с преступлением, его признаками. На наш взгляд, это в полной мере соответствует позиции материального права в той части, в которой закон конструирует преступление из соответствующих признаков (например, в ст. 14 УК РФ законодатель называет такие признаки, как общественная опасность, противоправность, виновность, угроза уголовного наказания), но противоречит УК РФ в части, регламентирующей основание уголовной ответственности.

В-двадцатых, одновременно в уголовно-процессуальный норме ч. 1 ст. 24 УПК РФ, определяющей перечень оснований отказа в возбуждении уголовного дела или прекращении уголовного дела, ситуация совсем иная. Так, в одном случае законодатель связывает исключение производства по уголовному делу с совершением преступления, точнее, с отсутствием события преступления, в другом - с отсутствием в деянии состава преступления. По нашему мнению, отечественный законодатель занимает наглядно выраженную непоследовательную позицию в рассматриваемом вопросе, когда он требует возбуждать уголовное дело по одному основанию (в частности, по обнаружению признаков преступления), а прекращать его либо не возбуждать по другому основанию, а именно за отсутствием состава преступления. Нам представляется, что таким же по правовой значимости обстоятельством является наряду с деянием, в котором отсутствует состав преступления, отсутствие события преступления. Следовательно, законодательное противоречие имеется не только между нормами ст. 21 и 24 УПК РФ, но и между п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 ныне действующего уголовно-процессуального закона. На наш взгляд, в целях устранения несоответствия между материальным и процессуальным отраслями права законодателю необходимо внести изменения и дополнения в п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Представленная примерная редакция позволяет устранить несоответствие между нормами уголовно-процессуального законодательства, и, что не менее важно, определить необходимую связь между законодательством уголовным и уголовно-процессуальным [17]. Таким образом, реализация предложенных нами изменений в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство обеспечит эффективное выполнение задач национального законодательства в части охраны интересов личности, общества, государства, обеспечения мира и безопасности человечества, предупреждения преступлений при обязательном соблюдении всех декларируемых законодателем уголовно-правовых принципов.

На наш взгляд, имеющиеся в данном исследовании научно обоснованные выводы и рекомендации могут быть востребованы теорией уголовного права, а предложения по совершенствованию отечественного законодательства должны быть приняты во внимание в процессе внесения дополнений и изменений в действующий УК РФ. Они имеют определенную уголовно-правовую значимость и могут быть использованы для реализации позитивных научно-практических целей.

1. Кудрявцев В.Н., Лазарев Б.М. Дисциплина и ответственность: пути укрепления // Советское государство и право. 1981. № 6. С. 74-75.

2. Сахаров А.Е. Планирование уголовной политики и перспективы развития уголовного законодательства // Планирование борьбы с преступностью. М., 1982. С. 10-11.

3. Малеин Н. С. Неотвратимость и индивидуализация ответственности // Советское государство и право. 1982. № 11.

4. Астемиров З.А. Уголовная ответственность // Энциклопедия уголовного права. СПб., 2007. Т. 8.

5. Стручков Н.А. Уголовная ответственность и ее реализация в борьбе с преступностью. Саратов, 1977.

6. Стручков Н.А. О наказании, системе его видов и иных мерах уголовно-правового воздействия // Актуальные проблемы уголовного права. М., 1988. С. 91-102.

7. Санталов А.И. Теоретические вопросы уголовной ответственности. Л., 1982.

8. Ретюнских И.С. Уголовная ответственность и ее реализация. Воронеж, 1983.

9. Зельдов С.И. Уголовно-правовые меры воздействия как форма реализации принципа неотвратимости ответственности // XXVI съезд

КПСС и укрепление законности и правопорядка. М., 1982.

10. Курляндский М. Уголовная ответственность и меры общественного воздействия. М., 1965.

11. Огурцов Н.А. Юридические факты и ответственность в советском уголовном праве // Проблемы уголовной ответственности и наказаний в свете решений XXVII съезда КПСС. Рязань, 1987. С. 44-57.

12. Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968.

13. Осипов П.П. Теоретические основы построения и применения уголовно-правовых санкций. Л., 1976.

14. Щербаков В.В. Уголовная ответственность и ее основание: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1998.

15. Сакаев А.И. Система наказаний по уголовному праву России (История и современность): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1999.

16. Пионтковский А.А. О понятии уголовной ответственности // Советское государство и право. 1967. № 12.

17. Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. М., 2009. С. 395-399.

1. Kudryavtsev V.N., Lazarev B.M. Distsiplina i otvetstvennost': puti ukrepleniya // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1981. № 6. S. 74-75.

2. Sakharov A.E. Planirovanie ugolovnoy politiki i perspektivy razvitiya ugolovnogo zakonodatel'stva // Planirovanie bor'by s prestupnost'yu. M., 1982. S. 10-11.

3. Malein N.S. Neotvratimost' i individualizatsiya otvetstvennosti // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1982. № 11.

4. Astemirov Z.A. Ugolovnaya otvetstvennost' // Entsiklopediya ugolovnogo prava. SPb., 2007. T. 8.

5. Struchkov N.A. Ugolovnaya otvetstvennost' i ee realizatsiya v bor'be s prestupnost'yu. Saratov, 1977.

6. Struchkov N.A. O nakazanii, sisteme ego vidov i inykh merakh ugolovno-pravovogo vozdeystviya // Aktual'nye problemy ugolovnogo prava. M., 1988. S. 91-102.

7. Santalov A.I. Teoreticheskie voprosy ugolovnoy otvetstvennosti. L., 1982.

8. Retyunskikh I.S. Ugolovnaya otvetstvennost' i ee realizatsiya. Voronezh, 1983.

9. Zel'dov S.I. Ugolovno-pravovye mery voz-deystviya kak forma realizatsii printsipa neotvratimosti otvetstvennosti // XXVI s"ezd KPSS i ukreplenie zakonnosti i pravoporyadka. M., 1982.

10. Kurlyandskiy M. Ugolovnaya otvetstvennost' i mery obshchestvennogo vozdeystviya. M., 1965.

11. Ogurtsov N.A. Yuridicheskie fakty i otvetstvennost' v sovetskom ugolovnom prave // Problemy ugolovnoy otvetstvennosti i nakazaniy v svete resheniy XXVII s"ezda KPSS. Ryazan', 1987. S. 44-57.

12. Leykina N.S. Lichnost' prestupnika i ugolovnaya otvetstvennost'. L., 1968.

13. Osipov P.P. Teoreticheskie osnovy postroeniya i primeneniya ugolovno-pravovykh sanktsiy. L., 1976.

14. Shcherbakov V.V. Ugolovnaya otvetstvennost' i ee osnovanie: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. Saratov, 1998.

15. Sakaev A.I. Sistema nakazaniy po ugolovnomu pravu Rossii (Istoriya i sovremennost'): avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. Samara, 1999.

16. Piontkovskiy A.A. O ponyatii ugolovnoy otvetstvennosti // Sovetskoe gosudarstvo i pravo. 1967. № 12.

17. Zhalinskiy A.E. Ugolovnoe pravo v ozhidanii peremen: teoretiko-instrumental'nyy analiz. M., 2009. S. 395-399.

Поступила в редакцию 28.02.2015 г.

UDC 343.2/.7

EFFECTIVE REALIZATION OF FORMS OF CRIMINAL RESPONSIBILITY AND THEIR TYPES IN THE CONTEXT OF DECISION OF PROBLEMS OF NATIVE CRIMINAL-LEGAL THEORY AND MODERN LAW ENFORCEMENT PRACTICE

Mikhail Yuryevich DVORETSKY, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russian Federation, Candidate of Law, Associate Professor, Professor of Criminal Law and Process Department, e-mail: dvoreckiy-68@mail.ru

Vladimir Yuryevich STROMOV, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russian Federation, Candidate of Law, Associate Professor of Criminal Law and Process Department, Vice Rector for Economical and Law Questions and Infrastructural Development, e-mail: vladimir_stromov@mail.ru

The directions of optimization of responsibility for crimes at modern stage of crime counteraction in Russian Federation are reviewed. The subject is the complex of theoretical and practical problems of criminal responsibility, its concept, basement, system of forms, types, their realization and efficiency in native criminal-legal theory, legislative and law enforcement practice, which appear at the moment. Historical and criminal-legal analysis of native criminal legislation is given, including the opinions of groups of the famous scientists on the reviewed scientific-practical problem. The achievement of the aim was provided by the decision of the raw of research tasks, first of all, reviewing stepwise the history of appearance and becoming of criminal-legal category 'criminal responsibility" in native general theory of law and branch legislation. The comparison on use by native legislator of criminal-legal category "criminal responsibility" in Criminal Code of Russian Federation with norms of modern criminal legislation of foreign state taking into consideration national traditions is analyzed. It is proposed to the legislator to work out conceptual directions of improvement of state policy, norms of Criminal Code of Russian Federation providing effective realization of criminal responsibility. The critical analysis of norms of the working branch legislation is given, the proposals on its optimization in the context of increasing the efficiency of norms and types of realization of criminal responsibility at modern stage of reformation of Criminal Code of Russian Federation, search of optimal ways of decision the most relevant problems are made.

Key words: efficiency; forms of realization of criminal responsibility and their types; optimization; types of punishment; other measures of criminal-legal character; criminal responsibility; Criminal Code of Russian Federation; effective realization of criminal responsibility.