"Нужно добиваться снижения реальной процентной ставки"

Центральный банк снизил ключевую ставку на 100 базисных пунктов — до 11,5%. При этом Банк России готов продолжить смягчение денежно-кредитной политики при ослаблении рисков инфляции. Заместитель директора института "Центр развития" Высшей школы экономики Валерий Миронов ответил на вопросы ведущего "Коммерсантъ FM" Алексея Корнеева.

ЦБ прогнозирует замедление годовой инфляции до 7% к июню следующего года. По состоянию на 8 июня рост цен составил 15,6%. Следующее заседание ЦБ по вопросам денежно-кредитной политики намечено на 31 июля.

— Обоснуйте, с чем связано принятое Центробанком решение?

— Важна реальная ставка, а не та, которая формируется, объявляется в номинальном выражении. Для стимулирования экономического роста, если есть незагруженный фактор производства, ставку можно снижать, причем желательно снижать по сравнению с периодом кризиса или стагнации не менее чем на 3-4 процентных пункта. Сейчас ожидаемая инфляция постепенно снижается, но все еще находится на высоком уровне, и нужно добиваться снижения реальной процентной ставки, то есть в реальном выражении, именно за счет инфляции, потому что наступает второе полугодие, если резко снизить саму процентную ставку, то есть второй рычаг, который позволит удешевить деньги в реальном выражении, то мы можем получить какие-то неприятности на валютном рынке. Потому что, как известно, во втором полугодии, каждого года есть сезонный фактор на валютном рынке, когда и население увеличивает спрос на валюту в связи с отпусками, и предприятия реального сектора, корпорации, банки тоже этот спрос увеличивают в силу ряда сложно формулируемых причин.

Поэтому ЦБ находит такой компромиссный вариант, когда он сигнализирует о том, что готов снизить процентную ставку, потихонечку ее снижает, но не резко, жертвуя в какой-то степени подстегиванием экономического роста, возможности его увеличения в текущей перспективе, но зато выполняя свою главную задачу, за которую он отвечает и по закону, и по духу деятельности этого учреждения. Это инфляция, снижение инфляции, которое тоже очень важно для удешевления кредита, которое является одним из основных факторов ускорения экономического роста.

— Курс доллара сейчас упал ниже 55 руб. То есть рубль укрепляется?

— Есть какие-то конъюнктурные колебания, любая валюта очень сильно в краткосрочном плане колеблется. Но американская валюта, относительно которой мы считаем реальный курс, сейчас вступила в тренд, в пятилетний период укрепления, и поэтому есть опасности некоторого снижения курса в сторону ослабления рубля. То есть не только из-за нашего сезонного фактора, но и в силу внешних причин, поэтому нужно не увлекаться краткосрочным прогнозом, а смотреть на хотя бы несколько месяцев вперед и исходя из этого действовать, иначе можно попасть впросак.

— Я имел в виду, что рынок достаточно вяло отреагировал на решение Центробанка, не так активно.

— Да, рынок отреагировал вяло, и нужно еще учитывать, что возможности резкого снижения процентной ставки никто не прогнозировал, потому что все понимают: чтобы использовать деньги, нужно ведь и факторы производства свободные. Можно подвести коня к воде, но вряд ли можно заставить его пить. И даже если будут дешевые деньги, то в условиях нехватки инвестиций, нехватки свободных мощностей эти деньги, скорее, отправятся на валютный рынок, чем в реальный сектор. Поэтому Центральный банк, имея один основной инструмент — процентную ставку, — не может идеально выполнять две задачи — и снижать инфляцию вместе со стабилизацией валютного рынка, потому что валютный рынок очень сильно влияет на инфляцию через импортную составляющую, и одновременно стимулировать экономический рост.

Если ты имеешь две задачи, ты должен иметь два сильных инструмента. Помимо процентной ставки, это политика, которую проводит Минпромторг, Минэкономики по стимулированию экономического роста за счет неденежных мер, не мер, связанных с кредитной политикой. Нельзя все заставлять делать с помощью одного инструмента, заставлять двигаться вперед-назад, мы будем стоять на месте.

— Насколько реалистичен прогноз регулятора по инфляции, то есть к июню следующего года замедление до 7% — в два раза, с 15,6% до 7%?

— У нас очень сильно импорт замедляется, это связано с торможением, не столько с падением курса рубля, сколько со снижением спроса и условиями спроса. Снижением спроса легко можно добиться сильного снижения инфляции, и здесь нет никаких чудес, вполне реальный прогноз, хотя, может быть, он чуть-чуть завышенный.

— Опять же, к сообщению Банка России, в котором они говорят, что спад ВВП в этом году достигнет 3,2%, — согласны с такими прогнозами?

— Если исходить из того размера девальвации, которая произошла из-за эластичности экспорта-импорта к реальному курсу, то если бы у нас, допустим, не падали инвестиции, не сокращался спрос домашних хозяйств, то у нас чистый экспорт внес бы положительный вклад в размере 3 процентных пунктов. Таков мог быть рост, но у нас снижаются инвестиции очень сильно, вернее, менее сильно, чем ожидалось, но достаточно.

Очень важно, что тормозится потребление домашних хозяйств — это 50% ВВП, и каждый пункт снижения потребления — это минус 0,5% ВВП, поэтому действительно этот прогноз реалистичен, отрицательные факторы превалируют, хотя чистый экспорт дает положительный вклад в рост ВВП. И если мы при этих условиях сумеем активизировать инвестиционный спрос, а затем и спрос, может быть, домашних хозяйств, то мы можем и при положительном вкладе чистого экспорта выйти в следующем году, по крайней мере, на нулевые темпы, а в этом году будет между 3% и 4%.