Перемещенные драгоценности

Перемещенные драгоценности

Выставка Cartier в Запретном городе Пекина

приглашает Екатерина Истомина

"Les Tresors de Cartier: Roi des Joailliers, Joailliers des Rois" — так протяжно, так величественно звучит название грандиозной экспозиции дома Cartier, которая откроется 5 сентября в Запретном городе Пекина. Название это в буквальном смысле королевское: именно так сказал британский монарх Эдуард VII на открытии магазина Cartier на лондонской New Burlington Street в 1902 году. С тех пор крылатая фраза "Король ювелиров, ювелир королей" является негласным девизом дома и почти всегда выносится в названия выставок и каталогов. Выбор королевского изречения в данном китайском случае оправдывается и местом экспозиции — это Императорский дворец Запретного города, где красный цвет могучих вековых стен так сопрягается с фирменным красным цветом Cartier.

Экспозицией с 350 предметами, созданными в период с 1850 по 1970 год, Cartier продолжает свое путешествие по мегаполисам планеты. Это самое главное в мире драгоценное турне стартовало еще в 1989 году, когда музейное собрание Cartier (а его начал комплектовать в 1973-м тогдашний президент Cartier Paris Роберт Хок) уже достаточно разрослось, чтобы быть наконец представленным широкой публике. В 1989-м выставка Cartier состоялась в парижском Petit Palais, а затем отправилась в Санкт-Петербург (1992), Токио (1995), Лозанну (1996), Нью-Йорк (1997), Лондон (1997), Мехико (1999), Чикаго (1999), Берлин (2002), Милан (2003), Шанхай (2004), Киото (2004), Сингапур (2006), Москву (2007), Сеул и Токио (обе — в 2009).

Директор по культурному наследию Cartier Пьер Райнеро сообщил нам перед тем, как вылететь в Пекин на очередную проверку, что композиционные решения экспозиций (как и выставочный состав предметов) довольно сильно разнятся. "В одних городах нам нужно показать именно нашу историю, наши традиции. Просто дать спокойную ретроспективу европейского ювелирного искусства. В других, как это было, например, на московской выставке, мы хотим показать именно техническую эволюцию, наши главные изобретения". По словам Пьера Райнеро, пекинская эпопея станет самой большой за всю историю Cartier: итак, 350 экспонатов, среди которых — драгоценности, ювелирные, наручные, настольные часы, включая и великие Mystery Clock, предметы будуара и предметы для письменного стола.

"В Пекине мы хотели сделать акцент на искусство savoir-faire, на вековую культуру европейского аристократического и буржуазного быта, складывающегося из великого множества маленьких, но бесценных с точки зрения художественного замысла и исполнения вещей",— рассказал господин Райнеро. Именно поэтому в экспозиции так много предметов будуара и предметов для письменного стола — от золотых вечерних сумочек, сигаретниц и пудрениц до настольных скульптурок, часов и несессеров.

"Конечно, большую часть экспозиции занимают драгоценности, как созданные по правилам французского традиционного ювелирного ремесла, так и те, что выходили в Cartier под знаком шинуазри",— сказал Пьер Райнеро. К ним нужно отнести белоснежные драгоценности в стиле гирлянда, изобретенном Луи Картье в 1900 году и, по сути дела, возродившем забытое дворцовое искусство Франции XVIII века. От стиля гирлянда в Пекин делегированы нежные и прозрачные подвески-банты, диадемы и тиары, колье, сотканные из платины и белых бриллиантов. Затем драматические белые вещи закономерно сменяются строгой, физкультурной черно-белой графикой фирменного стиля пантера,— часы-подвески, часы наручные, драгоценности, в том числе и скульптурные. Затем маршируют броские, агрессивные харизматичные украшения и часы ар-деко — с египетскими, японскими и, конечно же, китайскими "спецэффектами".

Пьер Райнеро сообщил нам, что китайское влияние на Cartier стало значительным именно в эпоху ар-деко: лак, нефрит, многоцветный перламутр и его инкрустации заняли почетные места в арсенале французских ювелиров. Плюс традиционные для Китая герои — будды, бодисатвы, драконы, химеры, фениксы, собачки фу (небесные львы Будды). "Каждое новое поколение наших ювелиров вновь и вновь принималось за освоение гигантского мифологического мира Китая. Так химеры и драконы 1920-х серьезным образом отличаются от их собратьев, сделанных, положим, в 1940-х или в 1960-х. Таковы правила дизайна, и мы следуем этим правилам, хотя многим кажется, что наше искусство недвижимо",— рассказал директор по наследию Cartier.

Структура экспозиции будет напоминать странное путешествие: каждый зал — пещера с сокровищами, подсвеченными красным, желтым и "лунным" светом. "Пожалуй, эта выставка — самая инфернальная из всех наших экспозиций. Когда я занимался ее организацией, я видел перед собой темный лабиринт, бесконечный и пугающий, полный прекрасных вещей, мерцающих какой-то смертоносной, неземной красотой",— уже совсем расчувствовался под конец нашего парижского интервью Пьер Райнеро. Его, служащего в Cartier уже добрых 25 лет, можно понять. Ведь однажды крохотная статуэтка Будды, вырезанная парижским мастером из нефрита в каком-нибудь 1927 году, перестанет и вам казаться настольной безделушкой. В ней начнут мелькать давнее время и навсегда ушедшие лица, некогда смотревшие в лик азиатского божества.

Пекин, до 22 ноября