Банкротство с выселением

Как стало известно “Ъ”, состоялись первые торги по продаже единственного жилья гражданина-банкрота. После трех лет противостояния должника и кредиторов последние победили. Гражданину предоставили взамен новую квартиру, почти в пять раз меньше прежней. По мнению юристов, это решение может спровоцировать множество аналогичных дел, а роскошное жилье снова начнут регистрировать на детей и бывших супругов.

По итогам банкротных торгов 22 июня единственная квартира Аркадия Поторочина была продана ООО «Правознай» за 8,25 млн руб. (начальная цена составляла 9,1 млн руб.), следует из данных ЕФРСБ. История началась в мае 2018 года. Тогда господин Поторочин с долгами в 21,4 млн руб. был признан банкротом. Должник попросил исключить из конкурсной массы его двухуровневую пятикомнатную квартиру в Екатеринбурге площадью 147,3 кв. м как единственное жилье. В июле 2018 года Арбитражный суд Свердловской области удовлетворил его просьбу, но кассация в январе 2019 года отправила спор на новое рассмотрение.

Тем временем кредиторы в связи с отсутствием у должника другого имущества решили действовать. В феврале 2019 года они проголосовали за замену двухуровневой квартиры на «однушку» в том же городе площадью 31,7 кв. м (при соцнорме в 10 кв. м), учитывая, что должник холост и не имеет иждивенцев. После этого суды на втором круге рассмотрения отклонили ходатайство банкрота о защите «роскошного жилья», отметив, что новая квартира «разумно достаточна для удовлетворения конституционно значимых потребностей в жилище для одного человека».

Но должник не сдался и декабре 2020 года снова попросил исключить двухуровневую квартиру из конкурсной массы. По его мнению, замещение квартиры противоречит постановлению Конституционного суда (КС) от 14 мая 2012 года, которое исключает такую возможность до внесения изменений в закон, а действия кредиторов «фактически лишают гражданина частной собственности». Господин Поторочин также сослался на позицию Верховного суда (ВС) по делу Дмитрия Стружкина о том, что кредиторы не вправе навязать должнику замещающее жилье (см. “Ъ” от 24 октября 2020 года).

Но в феврале 2021 года суд прекратил производство по ходатайству, пояснив, что спор «разрешен ранее», позиция же ВС высказана после вступления в силу решений о судьбе двухуровневой квартиры и обратной силы не имеет. Апелляция и кассация с этим согласились. В результате квартира, которую кредиторы сочли «слишком роскошной», продана с торгов.

Опрошенные “Ъ” юристы отмечают, что это первый известный случай продажи единственной квартиры банкрота с предоставлением ему более скромного жилья. «Я не слышал о других подобных торгах и не встречал их в практике»,— говорит старший юрист «Арбитраж.ру» Артем Комсюков. «Подобных дел найти не удалось»,— подтверждает и партнер юрфирмы «Степачков и Сурчаков» Никита Степачков.

Партнер MGP Lawyers Денис Быканов подчеркивает, что в «развитых иностранных правопорядках» нет абсолютного иммунитета единственного жилья без оглядки на его стоимость, «иначе можно вложить все деньги во дворец и получить защиту от кредиторов».

По мнению господина Степачкова, рассматриваемое дело — попытка судов восполнить пробел в законодательстве и «уйти от неоправданно высокой защиты должника».

«В обществе существует определенный запрос на взыскание роскошного жилья должника. И Конституционный суд недавно допустил изъятия из правила об абсолютном иммунитете единственного жилья»,— отмечает Денис Быканов. КС 26 апреля разрешил в ряде случаев предоставлять должнику замещающее жилье площадью не меньше соцнормы (см. “Ъ” от 28 апреля).

Юристы полагают, что теперь подобные случаи будут встречаться все чаще. «Дело Поторочина выглядит первой ласточкой, за которой должны полететь стаи со всех уголков страны»,— говорит господин Комсюков. Денис Быканов согласен, что решений о замещении жилья должника будет все больше, и это может мотивировать власть наконец-то урегулировать вопрос в законе. Господин Степачков уверен, что «новый ожидаемый вектор судебной практики заставит многих состоятельных граждан взглянуть на проблему защиты своих активов по-новому». По всей видимости, полагает господин Комсюков, формальными собственниками жилья снова будут делать несовершеннолетних детей и бывших супругов.

По данным сервиса «Екатдом», рыночная стоимость проданной квартиры должника составляет около 11–12 млн руб., то есть она реализована минимум на 25% дешевле реальной цены.

На банкротных торгах цена продажи почти всегда сильно ниже. Так, по данным ЕФРСБ, за последние пять лет реализовать имущество должников на первых-вторых торгах (с начальной ценой на 10% меньше рыночной стоимости, определенной оценщиком) удается лишь в 5–7% случаев. В остальных случаях продать актив удается только при публичном предложении (на третьих или четвертых торгах) со снижением цены на 70–80% к рыночной.