Обоснование допустимых уровней содержания нитратов в растениеводческой продукции по критериям риска здоровью

Ш №11

47

моделей позволяют произвести расчет оптимальных (безопасных для здоровья) смещений астрономического и административного времени.

Оценочное время оптимального сдвига административного времени относительно астрономического (оптимального по критерию отсутствия дополнительной заболеваемости) колеблется от 1,0 до 1,6 ч.

На основании проведенного анализа считается, что любое отклонение от полученного оптимального смещения (1,1 ч) будет приводить к возникновению риска нарушений состояния здоровья в виде дополнительных случаев заболеваний эндокринной, сердечно-сосудистой и пищеварительной систем.

Переход Удмуртской Республики во вторую часовую зону, приблизивший регион к своему астрономическому времени, сократил на 13 % продолжительность светлого времени суток с 7 до 23 ч, и на 65 % светлое время суток после окончания рабочего дня с 18 до 23 ч (по расчетам Департамента государственной политики в области технического регулирования и обеспечения единства измерений Минпромторга России) [3].

В найденных гармонических составляющих в динамике обращаемости за медицинской помощью населения г. Ижевска, соответствующих месячным и сезонным циклам, не наблюдается явных систематических и устойчивых различий между временными рядами в разные годы. Однако интенсивность обращения населения за медицинской помощью по поводу травм в 2010 г. заметно больше, чем в 2008 и 2009 гг., причем по всем анализируемым группам населения.

Также прослеживается большая частота обращений взрослого населения в весенний и зимний период 2010 г. по сравнению с аналогичными периодами 2008 и 2009 гг. за медицинской помощью по поводу нарушений сердечного ритма и патологии беременных. По сравнению с аналогичными периодами 2008 и 2009 гг., в 2010 г. выросла интенсивность обращения за медицинской помощью по поводу синдрома раздраженного кишечника у детей.

Позитивный эффект от проживания в соответствии с астрономическим временем подтверждают графические материалы посуточной заболеваемости населения старших возрастов (65—69 лет). Со стороны населения старших возрастов в 2010 г. интенсивность обращений за медицинской помощью не изменилась или даже снизилась по поводу всех маркерных патологий (кроме травм).

Противоречивость результатов, полученных в различных возрастных группах, тем не менее, логично объясняется.

Снижение доли светлого времени суток в структуре суточной активности негативно отразилось на показателях здоровья всех групп населения в виде повышенной травматизации и в виде повышенной обращаемости за медицинской помощью в тех группах населения, в которых время является социальным синхронизатором в большей степени, нежели биологическим (в трудоспособных возрастах и у детей). В группе населения старших возрастов (не работающих) где время синхронизатор, в большей степени, биологический и переход ближе к поясному времени сказался позитивно.

Заключение. Сдвиги административного времени относительно астрономического (в диапазоне до 2,5 часов), существующие на сегодняшний момент в субъектах РФ, не несут угрозы жизни граждан, но имеют слабовыраженные ассоциативные связи с отдельными видами хронических болезней и функциональных нарушений, обусловленных нарушениями регуляторных механизмов вследствие внешнего десинхроно-за. Оценочное время оптимального сдвига административного времени относительно астрономического (оптимального по критерию отсутствия дополнительной заболеваемости) колеблется от 1,0 до 1,6 ч.

В свою очередь, переход на исчисление времени в соответствии с астрономическим, влечет за собой сокращение доли светлого времени в структуре суточной активности населения, и тоже может негативно отразиться на здоровье населения, прежде всего, в трудоспособных возрастах и у детей.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Алексеев В.Б., Лебедева-Несевря Н.А., Барг А.О., Дугина О.Ю., Гасников В.К.Медико-социальные риски десинхронизации административного и астрономического времени в оценках населения регионов России //Социальные аспекты здоровья населения. № 5, 2012. http://vestnik.mednet.ru/content/ view/437/27/lang.ru/.

2. Колесников С.И. Пусть всегда будет лето: []о проблеме перехода на летнее/зимнее время]/ С.И. Колесников; беседовал А.Саргин //Профиль. 2011. № 10. С. 59.

3. Новиков Н.Ю. Отмена переходов на летнее и зимнее время в Российской Федерации /Н.Ю. Новиков //Федеральный справочник. М., 2011. Вып. 25. С. 189—194.

Контактная информация:

Алексеев Вадим Борисович, тел.: 8 (342) 236-32-70, e-mail: vadim@fcrisk.ru

Contakt Information Alekseev Vadim, phone: 8 (342) 236-32-70, e-mail: vadim@fcrisk.ru

ОБОСНОВАНИЕ ДОПУСТИМЫХ УРОВНЕЙ СОДЕРЖАНИЯ НИТРАТОВ В РАСТЕНИЕВОДЧЕСКОЙ ПРОДУКЦИИ ПО КРИТЕРИЯМ РИСКА ЗДОРОВЬЮ

П.З. Шур, Д.А. Кирьянов, Н.Г. Атискова, В.М. Чигвинцев, Е.В. Хрущева JUSTIFICAION OF ACCEPTABLE NITRATE LEVELS IN CROP PRODUCTS USING HEALTH RISK CRITERIA

P.Z. Shur, D.A. Kiryanov, N.G. Atiskova, V.M. Chigvintsev, E.V.Khrushcheva ФБУН «ФНЦ медико-профилактических технологий управления рисками здоровью населения», г. Пермь Проведено обоснование допустимых уровней содержания нитратов в растениеводческой продукции по критериям оценки риска. Результаты оценки риска показали, что при экспозиции на уровне гигиенических нормативов стран Таможенного союза риск для здоровья как канцерогенный, так и неканцерогенный не превышает допустимых уровней, что указывает на возможность дальнейшего их использования в качестве критериев безопасности для здоровья населения.

Ключевые слова: оценка риска здоровью, нитраты в растениеводческой продукции, метгемоглобинемия, допустимые уровни.

Acceptable nitrate levels in crop products of Custom Union justification using risk assessment criteria was performed. As a result of health risk assessment under the exposure levels, correspond with Custom Union nitrate hygienic standards, carcinogenic and non carcinogenic risks were acceptable that allows further its employment as safety criteria for human health.

Keywords: health risk assessment, nitrate in crop products, methemoglobinemia, acceptable levels.

В настоящее время происходит активный процесс интеграции России в Европейское сообщество и сближение, в том числе, законодательства в области обеспечения безопасности пищевой продукции, в рамках которого одной из наиболее важных задач является гармонизация порядков установления критериев безопасности.

В ряде стран и международных сообществ нормативы содержания химических веществ в продуктах питания устанавливаются с учетом результатов оценки риска здоровью, так по критериям риска здоровью в Российской Федерации были установлены безопасные уровни содержания тетрациклина, рактопамина и L. monocytogenes [1—3].

Также на сегодняшний день важной остается проблема накопления нитратов в пищевой продукции, так, в соответствии с Commission Regulation (EC) № 655/2004 по вопросу нитратов в продуктах питания для детей и подростков, установление нормативов содержания нитратов в продуктах, проводилось с

учетом данных научного комитета по продуктам питания и результатов оценки вероятной связи между уровнями нитратов в продуктах питания с концентрацией нитрозаминов, которые являются канцерогенами.

Таким образом, актуальным является обоснование используемых в странах Таможенного союза допустимых уровней содержания нитратов в продуктах растениеводства, как основного источника поступления нитратов экзогенно [6] по результатам оценки риска здоровью.

По результатам идентификации опасности для настоящей оценки риска здоровью в качестве критического ответа были выбраны развитие метгемоглобинемии (% метгемоглобина от общего объема гемоглобина), а также вероятность возникновения канцерогенных эффектов [5], при этом наиболее чувствительной группой населения являются дети, что связывается с рядом факторов, включающих более высокие уровни потребления жидкости на килограмм массы тела, повышенный риск раз-

48

ЗНиСО ноябрь №11

Таблица 1. Уровни поступления нитратов с растениеводческой продукцией и соответствующие им дозы для различных сценариев экспозиции

Сценарий 1 Сценарий 2 Сценарий 3 Сценарий 4 Сценарий 5

Поступление нитратов, мг/сутки 202,2 47,9 70,5 87,5 84,0

Доза нитратов, мг/кг/сутки 3,4 2,1 1,3 1,5 1,4

Таблица 2. Вероятные уровни содержания метгемоглобина для различных условий экспозиции нитратами

Сценарий Поступление нитратов с продуктами питания растительного происхождения, мг/сутки Уровень метгемоглобина, %

Сценарий 1 202,2 1,03

Сценарий 2 47,9 0,24

Сценарий 3 70,5 0,36

Сценарий 4 87,5 0,45

Сценарий 5 84,0 0,43

Таблица 3. Уровни канцерогенного риска для различных условий экспозиции нитратами

Сценарий Поступление нитратов с продуктами питания растительного происхождения, мг/сутки Уровень канцерогенного риска

Сценарий 1 202,2 2,92х10-5

Сценарий 2 47,9 6,92х10-6

Сценарий 3 70,5 1,02х 10-5

Сценарий 4 87,5 1,26х10-5

Сценарий 5 84,0 1,21х10-5

вития кишечных инфекций, более высокую склонность гемоглобина детей, нежели гемоглобина у взрослых, к окислению, несовершенства желудочно-кишечного тракта, приводящие к повышению рН желудка, что в свою очередь создает благоприятную среду для нитратвосстанавливающей микрофлоры и восстановления нитратов до нитритов, кроме того, наличие у детей раннего возраста менее активной, в сравнении с более старшими детьми и взрослыми, метгемоглобинредуктазы, а следовательно, ее способность метаболизировать излишки мет-гемоглобина также ниже [5].

На этапе оценки зависимости «доза—ответ» на основании опубликованных результатов исследований действия нитратов были построены экспоненциальные модели зависимости возникновения неканцерогенного (1) (метгемоглобинемия) [7] и канцерогенного (2) [4] ответов от уровня поступления нитратов с продуктами питания растительного происхождения. При моделировании вероятности возникновения метгемоглобине-мии учитывался факт превращения 8 % нитратов, поступающих с продуктами питания в нитриты.

1 0,000639-х

у = 1 - е ,

1 1.44Б-07-Х

у = 1 - е- , где

у — процент метгемоглобина в крови (1), канцерогенный риск (2), а х — количество поступившего в организм нитрата (мг/человек/день).

Оценка экспозиции проводилась на основе рекомендуемого и фактического среднесуточного потребления пищевых продуктов растительного происхождения в РФ и допустимых в странах Таможенного союза уровней содержания в них нитратов (ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», утв. Решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. № 880).

В ходе оценки экспозиции были сформированы 5 сценариев, учитывающих поступление нитратов с продуктами питания растительного происхождения при рекомендуемом уровне поступления овощей и картофеля (максимальные значения диапазона) (сценарий 1), при среднем фактическом уровне потребления населением в возрасте от 1 до 11 лет (сценарий 2), в возрасте от 11 до 18 лет (сценарий 3), в возрасте от 18 до 60 лет (сценарий 4), в возрасте старше 60 лет (сценарий 5) и допустимые уровни содержания нитратов в овощах и картофеле, принятые в странах Таможенного союза.

Для разработанных сценариев было рассчитано возможное суточное поступление нитратов с овощами и картофелем, а также дозы нитратов с использованием стандартных значений средней массы тела для детей (22,6 кг), подростков (53 кг) и взрослых (60 кг). Полученные уровни возможного суточного поступления нитратов и значения суточных доз нитратов, поступающих с продуктами растительного происхождения для различных сценариев, представлены в табл. 1.

По результатам моделирования зависимости «доза-ответ» были получены вероятные уровни содержания метгемоглоби-на для рассматриваемых 5 уровней экспозиции (табл. 2).

Уровни содержания метгемоглобина для всех исследуемых сценариев находятся в диапазоне от 0,24 % (сценарий 2) до 1,03 % (сценарий 1). С учетом того, что фоновый уровень метгемоглобина составляет от 1 до 3 %, а нарушения со стороны здоровья наблюдаются при уровнях более 10 %, результаты оценки риска здоровью допустимых уровней содержания нитратов в растениеводческой продукции показали отсутствие риска развития неканцерогенных эффектов (метгемоглобине-мии), связанных с поступлением нитратов с продуктами растительного происхождения.

Результаты моделирования вероятности развития канцерогенных эффектов при поступлении нитратов с овощами и картофелем представлены в табл. 3.

Уровень канцерогенного риска для всех исследуемых сценариев экспозиции находится на уровне предельно допустимого (1 х 10—6— 1 х 10-4), при этом максимальный уровень канцерогенного риска был получен для сценария 1, учитывающего рекомендуемые нормы потребления продуктов питания растительного происхождения и допустимые значения содержания нитратов в этих продуктах (2,92 х 10-5).

Уровень канцерогенного риска для всех исследуемых сценариев экспозиции находится на уровне предельно допустимого (1 х 10—6— 1 х 10-4), при этом максимальный уровень канцерогенного риска был получен для сценария 1, учитывающего рекомендуемые нормы потребления продуктов питания растительного происхождения и допустимые значения содержания нитратов в этих продуктах (2,92 х 10-5).

При оценке неопределенностей результатов проведенной оценки риска необходимо, помимо прочего, учитывать неопределенности, связанные с потреблением пищевых продуктов различными группами населения в различных регионах страны; условиями выращивания, хранения и обработки продуктов растительного происхождения; вариабельностью в популяции параметров моделей «доза-ответ»; оценкой конверсии нитратов в нитриты, которая учитывалась при математическом моделировании зависимости «экспозиция — эффект (ответ)».

Таким образом, результаты оценки риска, связанного с допустимыми уровнями содержания нитратов в продуктах растениеводства, показали, что при экспозиции на уровне гигиенических нормативов стран Таможенного союза как при рекомендуемом, так и при фактическом уровнях потребления продуктов растительного происхождения, риск для здоровья как канцерогенный, так и неканцерогенный не превышает допустимых уровней, что указывает на возможность дальнейшего их использования в качестве критериев безопасности для здоровья населения.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Зайцева Н.В., Шур П.З., Аминова А.И., Кирьянов Д.И., Камалт-динов М.Р. К оценке дополнительного риска заболеваний желудочно-кишечного тракта, ассоциированного с дисбио-зом кишечной микрофлоры вследствие воздействия остаточных концентраций тетрациклина в пищевых продуктах //Здоровье населении и среда обитания. 2012. № 7 (232). С. 46—48.

2. Зайцева Н.В., Шур П.З., Атискова Н.Г., Кирьянов Д.А., Ка-малтдинов М.Р. Оценка безопасности допустимых уровней содержания L. Monocytogeneses в пищевых продуктах по критериям риска здоровью населения //Анализ риска здоровью. 2013. № 2. С. 4—14.

3. Онищенко Г.Г., Попова А.Ю., Тутельян В.А., Зайцева Н.В., Хо-тимченко С.А., Гмошинский И.В., Шевелева С.А., Ракитский В.Н., Шур П.З., Лисицын А.Б., Кирьянов Д.А. К оценке безопасности для здоровья населения рактопамина при его поступлении с пищевыми продуктами //Вестник Российской академии медицинских наук. 2013. № 6. С. 4—8.

4. IARC (2010). Ingested nitrate and nitrite and cyanobacterial peptide toxins. International Agency for Research on Cancer, Lyon. 464 pp. (IARC Monographs on the Evaluation of Carcinogenic Risks to Humans, Volume 94).

5.. IPCS; Poisons Information Monograph G016: Nitrates and nitrites. (September 1996). Available from, as of October 24, 2006: http: //www.inchem.org/documents/pims/chemical/pimg016.html.

6. Lundberg, J.O., Weitzberg, E. and Gladwin, M.T. 2008. The nitrate-nitrite-nitric oxide pathway in physiology and therapeutics. Nature Reviews Drug Discovery 7, 156—167.

7. Shuval, H.I. and N. Gruener. 1972. Epidemiological and toxicological aspects of nitrates and nitrites in the environment. Am. J. Public Health. 62(8): 1045—1052.

Контактная информация:

Шур Павел Залманович, тел.: 8 (342) 238-33-37, e-mail: shur@fcrisk.ru

Schur Pavel,

р^га: 8 (342) 238-33-37, e-mail: shur@fcrisk.ru