Пустые деньги

Итоги первого полугодия 2009 года оставляют ощущение затянувшегося межсезонья: острая фаза кризиса позади, прекратилось сжатие ресурсной базы, финансовая система начала насыщаться большими и очень большими деньгами, но понимания того, кому и под какие проекты можно давать кредиты, у банков не сложилось. Поэтому быстрого восстановления и в необходимом объеме кредитования экономики в ближайшее время ожидать не приходится.

Прибыль банков, выступающая основным ресурсом для покрытия будущих потерь, в первом полугодии стремительно сократилась. Весь банковский сектор за полгода заработал символические 6,8 млрд рублей, или 0,02% активов. Из топ-200 30 банков показали убытки (до вычета налога на прибыль), еще 38 — минимальную прибыль (в годовом исчислении — менее 0,5% от средних активов). Кардинально испортили статистику по прибыльности банки, находящиеся на санации.

Активы банковской системы с начала года сократились на 0,9%. Сокращение средств, предоставленных Банком России, на банковских балансах (на 40,5%) было частично компенсировано ростом капитала первого уровня (на 5,5%) и увеличением средств клиентов (на 6,3%). А к концу полугодия изменилось и «качество» этого роста: если в январе—апреле он был обеспечен переоценкой валютных пассивов из-за девальвации, то в мае—июне положительная динамика вкладов населения и средств организаций перестала быть «бумажной».

Кредитование нефинансовых предприятий за первые шесть месяцев 2009 года не рухнуло вслед за промышленным производством на 10–15%, а, напротив, выросло на 2,6%. За этот же период объем кредитования физических лиц, меры по поддержке которого были куда менее масштабными и последовательными, сократился на 7,9%.

Субординированные займы как единый механизм по поддержке банковской системы заработали только с апреля, когда были одобрены кредиты сразу десяти заемщикам. С октября 2008 года, когда Внешэкономбанку было предоставлено право выдавать банкам субординированные займы, и до момента составления представленного рейтинга наблюдательный совет ВЭБа успел одобрить только 16 заявок на общую сумму 276,3 млрд рублей (около 1% пассивов банковского сектора), из которых 200 млрд рублей пришлось на банк ВТБ.

Частные банки, получившие кредиты одними из первых (Ханты-Мансийский банк, НОМОС-банк и Альфа-банк), показали некоторое ускорение роста кредитного портфеля в течение одного-двух месяцев после получения кредита. Но удержать позитивную динамику в последующие месяцы смог лишь Ханты-Мансийский банк.

Что касается кредитов Банка России, выданных в конце 2008 и начале 2009 года, которые позволили на тот момент стабилизировать банковскую систему, то они вообще не могут рассматриваться как источник для средне– и долгосрочного кредитования. Банки, которые привлекли кредиты ЦБ и при этом нарастили кредитование, опирались на более долгосрочные средства клиентов, в то время как средства Центробанка служили «подушкой ликвидности» на случай непредвиденного оттока ресурсов.

Увеличение резервов на возможные потери, подорвавшее прибыльность российских банков, отражает как падение платежной дисциплины (уровень просроченной задолженности по размещенным средствам, рассчитанный на основе отчетности по российским стандартам, с начала года вырос с 2,1 до 4,1%), так и резкое ухудшение финансовых показателей заемщиков. Фактическая доля проблемных кредитов в три–три с половиной раза выше, так как часть из них банки пролонгируют.

На макроэкономическом уровне проблему планируется решить за счет докапитализации банков путем внесения государством в их капитал ОФЗ. С одной стороны, в этом случае появятся еще более сильные механизмы контроля за принятием решений, в том числе и по кредитованию. С другой стороны, эти меры не смогут расширить круг качественных заемщиков в экономике, не укажут кредитным организациям на источники дополнительной прибыли и не повлияют на негативные ожидания банкиров. То есть в масштабах всей экономики проблема не решится, пока банки не поверят в рост экономики.