Выше знамя советского тренера!

Премьер России Владимир Путин вчера принял в Ново-Огарево знаменитого хоккейного тренера Виктора Тихонова, которому исполнилось 80 лет, и выслушал беспощадную неюбилейную критику, с которой Виктор Тихонов обрушился на главного тренера хоккейной сборной России Вячеслава Быкова. У специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ КОЛЕСНИКОВА сложилось впечатление, что премьер был полностью согласен с тем, что говорил тренер.

Перед тем как в рабочий кабинет премьера Владимира Путина в Ново-Огарево вошел тренер Виктор Тихонов, глава правительства увлеченно листал альбом, который он, видно, собрался подарить тренеру в день 80-летия последнего (а не первого).

Альбом Владимир Путин листал так заинтересованно, что, казалось, ему даже жаль будет сейчас расстаться с ним.

— Виктор Васильевич, добрый день! — расцвел премьер, когда великий хоккейный тренер Виктор Тихонов, выигравший с советской сборной несколько чемпионатов мира и Олимпийских игр, вошел в кабинет.— Позвольте поприветствовать вас в день вашего рождения. С юбилеем!

Когда Виктор Тихонов минут за 30 до этого вышел на крыльцо резиденции, а потом медленной шаркающей походкой подошел к машине, из которой забрал какие-то бумаги, я подумал о том, как же он на самом деле крепок — переживший такие бури за скамейкой запасных на таких матчах, которые и не снились его последователям. 80 лет для таких переживаний, а вернее, страданий — не предельный, а запредельный возраст.

Премьер вручил ему грамоту от правительства и альбом — от себя. Выяснилось, что альбом называется, конечно, "Россия. Великая судьба". Премьер добавил, в последний раз кинув взгляд на альбом (на этот раз, мне показалось, уже с нескрываемым сожалением), что тренер действительно много сделал для величия России.

— Спасибо большое! — отозвался тренер, но ответной любезности от него не последовало, хотя она просто напрашивалась.

Премьер поинтересовался, чем сейчас занимается тренер.

— Сейчас на даче работаю,— признался Виктор Тихонов.— Всех отправил на дачу, все там.

Он говорил тихо, медленно, как и положено человеку, который много чего сделал для величия России, вернее СССР, а потом помаленьку отошел от дел.

— Сейчас перерыв, отпуск...— не спеша продолжил он.— А потом помогать надо восстанавливать ЦСКА! Хоккейная сборная всегда была на основе ЦСКА! Я все же не верю, что может быть базовая команда там... в Уфе (он даже слово это выговорил с недоумением.— А. К.). Это должно быть в Москве!

Все изменилось в одно мгновение.

Как только Виктор Тихонов заговорил о хоккее и о своем ЦСКА, все стало другим: его голос, тон, глаза...

— Ну, они показывают результаты хорошие...— сказал премьер, имея в виду, видимо, ЦСКА.

— Результаты результатами...— Виктор Тихонов, казалось, искал слова, чтоб ответить помягче, да в последний момент передумал.— Но в плей-офф-то проиграли!

Впрочем, разговор про ЦСКА интересовал премьера явно не в первую очередь. Но был разговор, который интересовал. Премьер спросил: "Что надо делать для того, чтобы мы добивались результатов, которых от нас ожидают болельщики?"

Премьер не отделял себя сейчас от хоккейных дел. Было похоже, что он даже решил в них наконец вмешаться. Две последние Олимпиады он только смотрел, как наши проигрывают, смотрел внимательно, но до сих пор не вмешивался ни во что.

— Я вот сейчас докладывал на исполкоме ФХР (Федерация хоккея России.— "Ъ")...— заговорил Виктор Тихонов, и было понятно, что юбилей интересует его гораздо меньше, чем то, что он собирался теперь сказать.— Докладывал и Быков (главный тренер сборной России Вячеслав Быков.— А.К.). Члены исполкома задавали нам вопросы. Я единственный, кто был негативно настроен по отношению к выступлению сборной команды. Я сказал, что серебряные медали — это все же для нашей страны хорошо, но у меня есть ряд замечаний, которые относятся к этому штабу (сборной.— А. К.). Я, например, по Олимпийским играм был уверен, что этот штаб не справится. С таким составом нас обыграли!.. Наш состав был настолько сильный, что здесь все специалисты говорили, что это фаворит номер один!

То есть тренер делал сейчас виноватым за проигрыш сборной именно этот штаб и лично Вячеслава Быкова.

— Сейчас один из важных вопросов — это вопрос легионеров,— продолжал тренер.— Мы тоже отрицательно относились к тому, что у нас с каждым годом увеличивается их число: у нас 140 легионеров играют. Я считаю, что это неправильно. Я Медведеву Александру Ивановичу (президент КХЛ.— "Ъ") сказал, что это не годится, потому что мы "закроем" нашу молодежь.

— Роста не будет,— подтвердил премьер, не очень, по-моему, уверенно ронявший свои замечания (в конце концов, он вырос, как и все люди его поколения, на победах советской сборной и на реальном величии ее тренера).

Было впечатление, что за пять минут они вообще поменялись местами и что хозяин этого кабинета сейчас Виктор Тихонов.

— Ваше отношение я знаю,— поощрительно сказал тренер.

— Я говорил об этом применительно к футболу, но здесь разницы никакой...— проговорил премьер.

— Да, то же самое,— кивнул тренер.— Дальше что у нас будет? Вот представьте, что не приедут наши легионеры — все, провал! Сейчас чехи обыграли нас составом, который мы обязаны были в любом случае обыграть. Какие могут быть вопросы судейства!.. У нас такой состав, который превосходил все составы!.. Канадцы привезли одного золотого мальчика. Американцы — молодая команда, шведы — три серьезных игрока... И чехи держались благодаря невероятному труду Ягра (нападающий Яромир Ягр.— "Ъ"). Он, конечно, сплотил команду. И те ребята, которые у нас в чемпионате играют, они нас обыгрывают. Так не должно быть!

Премьер согласился энергичным кивком головы.

— Поэтому раньше работала у нас вторая сборная, которую мы тоже с Борисом Александровичем Майоровым возглавляли. Она тогда очень много дала молодых ребят! Я считаю, что последние турниры, которые с пафосом описывали наши журналисты... 15 международных турниров мы выиграли!.. А молодежь-то не ставили! Все остальные привозили команды молодых, а мы выиграли, но потом оказалось, что у нас резерва нет...

— Нет перспективы,— вздохнул премьер.

Он соглашался с каждым словом тренера. Ситуация была, надо признать, уникальная. Такого авторитета тренеры часто не имеют даже у игроков.

— Да! — воскликнул тренер.— Резерва у нас не оказалось! Сейчас самый главный вопрос — его подготовка. Если мы этого не сделаем, до Олимпиады не дотянем! Если из этого (ванкуверского.— А. К.) состава одна треть сохранится — это еще хорошо...

Виктор Тихонов давно уже не сдерживал себя, но сказал еще не все. Похоже, сказать-то было некому.

Правда, говоря так про Вячеслава Быкова, Виктор Тихонов никого не предлагал взамен. Себя же он предложить все-таки не мог — по чисто техническим, так сказать, причинам. Но мне казалось, он должен справедливости ради вспомнить, в каких условиях тренировал сам: не было тогда никаких легионеров, все хоккеисты, слава богу, были здесь, под боком, а спортивная дисциплина подкреплялась партийной и железным занавесом для хоккеистов, наверное, и тогда мечтавших поиграть за океаном.

Но Виктор Тихонов об этом ничего не сказал.

— И последнее заявление нашего тренерского штаба было о том, что "мы должны четыре года работать"! Я считаю, что так не должно быть. Два года — да...— добавил он.

И то, судя по всему, он был в этом как минимум не уверен.

— А если будет негативно? — продолжил тренер.— Мы тогда такие неустойки должны платить! Это так же, как Хиддинку! (прежний тренер сборной России по футболу Гус Хиддинк.— "Ъ").

Он имел в виду, что если результатов не будет, то четырехлетний контракт придется расторгнуть досрочно.

— Мы не должны платить. Мы должны обратить внимание на подготовку нашего резерва! Это главный вопрос! Члены исполкома немножко испугались, но я высказал все! И у Быкова ни на одно замечание возражений не было. Но нигде не напечатали этого...

— Ну теперь напечатают,— засмеялся премьер.

Вот и печатаем.