«Наука должна быть одухотворенной»

«Наука должна быть одухотворенной»

Наука нескольких последних столетий отличается от науки древности и Средневековья тем, что в ней оказалась утраченной духовно-этическая компонента, которая в более отдаленные эпохи обеспечивалась целостным пониманием человека, а также тем, что еще не было достаточно резкого разделения самого познания на эмпирическое и метанаучное. Философские основания науки оказались ограниченными по преимуществу эмпирическими методами познания, основанными на эксперименте, и наука превратилась в придаток производственной технологии. Такое состояние науки, ее методологии сильно ограничивает возможности познания явлений с более тонкой энергетикой.

О проблемной ситуации в научной сфере, преодоление которой возможно только через обретение ею духовно-этической составляющей, писали и по сей день пишут русские ученые и философы - начиная с Н.И.Пирогова (конец XIX в.) и кончая А.Л.Чижевским (середина XX столетия) и Л.В.Шапошниковой (конец XX - начало XXI вв.). В то же время главная роль в новых подходах к изучению мира и человека по праву принадлежит семье Рерихов. В их трудах идеи новой одухотворенной науки, которая, с их точки зрения, должна опираться на космическое миропонимание, еще в первой половине прошлого столетия получили всестороннюю разработку и системное оформление.

Сегодня человечество шагнуло во второе десятилетие XXI в. Между тем по сравнению с серединой XX столетия, когда Н.К. и Е.И. Рерихи

разрабатывали основы новой одухотворенной науки, ситуация в этой сфере в методологическом отношении не только не изменилась в лучшую сторону, но даже еще более усугубилась. Не случайно многие ученые уже не одно десятилетие говорят о кризисе науки [с. 367-395]1. Такой вывод имеет определенные основания, если к науке подходят с позиций, которые опираются на узкоматериалистическое миропонимание, ограничивающее научное познание явлениями физической реальности. В то же время пессимизм сторонников такого понимания науки может быть преодолим при обращении к новой научной методологии, которая уже не одно десятилетие формируется в трудах русских философов и ученых-космистов. Что же касается суждений о кризисе науки, то они есть не что иное, как симптом неудовлетворительного состояния ее философских оснований. Речь идет прежде всего о применяемой в современной науке теории познания, сформированной европейской наукой нового времени. Современная наука в значительной мере унаследовала этот подход, ориентирующий исследователей на отграничение в процессе познания и объекта, и субъекта, а также на применение эмпирических методов познания, основой которых служит эксперимент, в то время как духовные, или метанаучные, способы познания (интуиция, озарения, сны и т.д.), применяемые человеком в пространстве его внутреннего мира, в философские основания науки практически не введены и ученые в своих исследованиях метанучные способы познания не учитывают.

Но проблема состоит не только в этом. Наука должна быть возвращена к духовным истокам, коренящимся в более высоких структурах Мироздания. Это можно сделать, опираясь на новую теорию познания, которая открывает возможности взаимодействия с такими структурами через внутренний мир человека. Часть ученых уже осознает необходимость формирования таких философских оснований науки, которые включали бы более широкие представления о мире, человеке и возможностях его познания. С нашей точки зрения, роль таких оснований могла бы сыграть философия космической реальности.

Приступая к краткой характеристике проблематики данного сборника, мы видим задачу в том, чтобы выявить основные проблемы книги в связи с ситуацией, сложившейся в современной науке и философии. Поэтому нередко применяемый в предисловиях к изданиям, подобным данному сборнику, подход, состоящий в кратком описании указанных в оглавлении материалов, мы будем использовать лишь отчасти - исходя из необходимости раскрытия основных проблем сборника.

1 Здесь и далее в предисловии в квадратных скобках указываются страницы данной книги - Труды Объединенного Научного Центра проблем космического мышления. Т. 3. М.: МЦР, Мастер-Банк, 2013.

Его методологическую доминанту составляют статьи, авторы которых раскрывают особенности философии космической реальности, и прежде всего новой системы познания. Подход к познавательной деятельности человека, который сегодня формируется в рамках новой теории или системы познания, связанный с духовными путями постижения явлений реального Космоса, уходит своими истоками в глубь тысячелетий. Его зачатки проявляют себя в древних мифах, первых философских системах и произведениях искусства. Внимательный взгляд на историю культуры позволяет обнаружить, что духовные пути познания реальности, которыми пользовались в прошлом выдающиеся личности, приводили их к постижению Высшей реальности. Это давало им возможность применять эмпирические методы и полученные таким путем знания как моменты целостного одухотворенного понимания бытия. Метазнания и эмпирические знания благодаря синтезу сливались в целостную картину Мироздания.

В последние примерно 150 лет в эволюции человечества, - и это особенно ярко проявлялось в России, - наступил такой период, когда формирование и применение новой системы познания стало проходить более интенсивно. Достаточно вспомнить в этой связи труды русских философов Серебряного века - В.С.Соловьева, Н.А.Бердяева, С.Н.Булгакова, И.А.Ильина, П.А.Флоренского, а также ученых-косми-стов ХХ в. - В.И.Вернадского, К.Э.Циолковского, А.Л.Чижевского и др. Космическое мироощущение, пространством которого выступает внутренний мир человека, стало находить отражение в творчестве художников (М.К.Чюрлёнис), его мотивы зазвучали в произведениях композиторов (А.Н.Скрябин). Но в развитом виде новая система познания начала применяться в творчестве представителей уникальной семьи Рерихов.

Сегодня эта система познания - предмет исследований группы философов и ученых, среди которых ведущее место занимает крупный философ, известный индолог Л.В.Шапошникова. Ее труды посвящены проблемам философии космической реальности и образуют методологическое ядро данного сборника. В своих работах она убедительно показывает, что дальнейшее развитие науки и философии напрямую зависит от формирования и применения новой теории познания. Именно эта идея получила отражение в первой статье этого сборника. Новая теория познания рассматривается Л.В.Шапошниковой как неотъемлемая часть философии космической реальности, в которой автор видит средство преодоления наукой своих главных проблем. Эти проблемы возникли не сегодня. Причина их возникновения - в давнем отходе науки от Высшего и, как следствие, - в утрате ею духовности.

Магистральное направление дальнейшего развития науки видится Л.В.Шапошниковой в восстановлении ее связи с Высшим, в обретении

наукой благодаря этому духовно-этической составляющей. Это означает, что ученым надо взять на себя нравственную ответственность за результаты своих исследований. Они должны понять, что при переходе на новый уровень развития наука не может оставаться бездуховной. Но для этого нужна новая философская методология. Такая методология существует. Она заложена в философии космической реальности. «Живая Этика, - утверждает Л.В.Шапошникова в своей работе „Наука и Живая Этика", - принесенная нам Рерихами в 20-е и 30-е годы научного „взрыва", есть та философская система, которая содержит новые идеи синтеза, необходимые для серьезной трансформации науки. Некоторые ученые уже обратили внимание на этот труд, большинство пока прошло мимо. Тому есть своя причина. Дело в том, что Живая Этика есть система, на страницах которой уже осуществлен тот синтез основных форм познания, процесс которого только что начинается в культурно-духовном пространстве России и других стран. Этот синтез пока плохо усваивается интеллектом современных ученых. Живая Этика есть опережающий фактор нашего времени. Она рассчитана на будущее. Но нам всем известно, что наше будущее уже началось в прошлом, оно начинается и сегодня, в настоящем»1.

Иными словами, автор видит в Живой Этике ту философскую перспективу, которая уже сегодня постепенно формируется трудами отдельных ученых, стремящихся осмысливать и применять методологию Живой Этики в своих исследованиях. Самое трудное и в тоже время актуальное и, мы бы сказали, необходимое в этом процессе состоит в синтезе двух противоположностей познания - эмпирического и мета-научного. «Основная мысль Учения, - читаем далее в той же статье Л.В.Шапошниковой, - заключается в том, что наука должна быть одухотворенной, нравственной и, наконец, должна повернуться к изучению иных состояний материи, тонких энергий, внутренней духовной структуры самого человека. Наука и те, кто в ней заняты, должны нести нравственную ответственность за все, что выходит из научных лабораторий. Иначе будет невозможно разорвать ту дурную бесконечность, которая может привести к гибели человечества и планеты»2.

Предваряя характеристику основной проблематики статей этого автора в данной книге, обратим внимание на то, что они представляют собой часть докладов Л.В.Шапошниковой, сделанных в течение последних 20 лет на международных научных конференциях, которые проводились по инициативе Международного Центра Рерихов. В этих докладах в кон-

1 Шапошникова Л.В. Наука и Живая Этика //Шапошникова Л.В. Космическая эволюция в свете культурного наследия Рерихов: сборник докл. М.: МЦР, Мастер-Банк, 2011. С. 120.

2 Там же. С. 117.

центрированном и целостном виде сформулированы актуальные проблемы философии космической реальности и, в частности, новой системы познания, от осмысления и применения которой зависит формирование новой научной парадигмы и нового космического сознания. В 2011 г. эти доклады изданы отдельной книгой, на которую мы ссылаемся.

В данном сборнике представлены четыре доклада этого автора, в которых рассматриваются различные проблемы философии космической реальности и, что особенно важно для темы данной книги, многие грани применения новой системы познания. В то же время надо сказать, что идеи этих четырех докладов методологически неразрывно связаны с идеями других докладов и работ данного автора. Это обстоятельство служит основанием для того, что далее мы используем высказывания Л.В.Шапошниковой из доклада, не вошедшего в настоящий сборник.

«Именно к ХХ в., - читаем мы в одном из докладов Л.В.Шапошниковой, - наиболее отчетливо в пространстве Знания сложились два направления познания - научное и вненаучное, или метанаучное. Первое лежало в области эмпирической науки, главный метод познания которой заключался в эксперименте. Наука изучала в основном материю трехмерного физического мира. О том, что существуют более высокие измерения и иные состояния материи, эмпирическая наука могла только догадываться. Однако эти догадки, не подтвержденные экспериментом, не имели научной ценности. Метанаука шла иными путями и в получении самого знания, и в поиске его источников. Со времен глубокой древности в истории человечества существовал метод познания через духовное пространство человека. Значительная часть знаний была добыта именно таким путем. Эти знания шли из пространства высокого состояния космической материи. Они проявились через интуицию, озарения, сны, видения и, наконец, через таинственный процесс, который можно назвать свидетельством. В таком свидетельстве заключалась непосредственная связь с личностями, стоявшими на более высокой, чем человечество, ступени космической эволюции»1. Этими личностями были Космические Иерархи, или Учителя, которые в жизни Рерихов играли определяющую роль и олицетворялись группой индийских философов. С ними Рерихи в течение своей жизни не однажды встречались, беседовали и общались на духовном плане.

Благодаря Учителям к Рерихам приходили знания из пространства высокого состояния космической материи. Не приходится сомневаться, что в этом сложнейшем процессе Рерихи использовали свой дар духовного, или вненаучного, познания, который был одной из важных граней их космического творчества. Нельзя не сказать, что применение

1 Шапошникова Л.В. Земной маршрут космической эволюции. С. 328.

этой системы познания наряду с другими важнейшими компонентами духовно-этического подхода к проблеме способствовало осуществлению миссии Рерихов как Вестников космической эволюции.

Если говорить о новой системе познания, то ее использование открывает новые возможности целостного понимания человеком космической реальности и самого человека как ее неотъемлемой части. Эмпирические методы позволяют путем кропотливой экспериментальной работы познавать внешнюю сторону явлений, материальный аспект их существования, в то время как метанаучные способы познания приоткрывают человеку доступ к знаниям об иной, духовной стороне явлений бытия. Метанаучное, или духовное, познание реализуется в пространстве духовного мира человека. Если посмотреть на процесс познания в целом, то ведущая роль в его пространстве принадлежит духовному познанию, благодаря которому человек соприкасается с более высокими структурами Космоса и получает от них информацию, необходимую для своего эволюционного развития.

Однако метанаучное познание ценно не только как источник получения уникальной космической информации, необходимой для развития человека и человечества. В свете полученного метанаучным путем знания данные эмпирической науки обретают иное звучание, занимая необходимое место в целостном, носящем космический характер, процессе познавательной деятельности человека. Наряду с этим одна из важнейших задач развития науки заключается в том, чтобы использовать эмпирические знания в качестве подтверждения информации, полученной при помощи метанауки. Очень важно учитывать, что в результате применения новой теории познания изменяется сам человек, его духовный мир. Применение ученым метанаучного познания и получаемая им таким образом информация расширяют его сознание, открывая перед ним неведомые ранее энергетические каналы взаимодействия с иными, более высокими структурами Космоса. «Расширение сознания, - отмечает Л.В.Шапошникова, - обеспечивается знаниями, получаемыми от Высшего. Проблема „знаем мы или не знаем" связана с „видим мы или не видим", „осознаем или не осознаем". Нужные нам знания окружают нас, и только расширение сознания позволяет их увидеть, почувствовать и понять. Поэтому процесс расширения сознания идет под, если так можно выразиться, руководством материи более высокого состояния» [с. 22].

Между тем новая система познания пока не получила широкого распространения среди эпистемологов, науковедов, а в научных исследованиях применяется лишь отдельными учеными. В то же время эта система познания обладает таким творческим потенциалом, что нуждается в осмыслении. Поэтому одна из стоящих сегодня перед научным сообществом проблем заключается в том, чтобы постепенно ввести новую

систему познания в основания философии науки и начать использовать эту систему познавательной деятельности в научных исследованиях. Это поможет науке подойти к объяснению явлений иной реальности, а в перспективе - к целостному пониманию человека и мира.

В осмыслении закономерностей космической эволюции невозможно обойтись без учета метаисторических причин земной истории человечества, метаисторического знания. В его реализации на нашей планете важная роль принадлежит сознательным действиям людей, и прежде всего действиям выдающихся личностей. Это еще одна философская проблема, разработка которой непосредственно связана с применением новой теории познания и которую Л. В.Шапошникова ставит в своих работах, включенных в данный сборник. С наибольшей полнотой эта проблема раскрывается в ее статье «Земной маршрут космической эволюции». Само название статьи содержит методологию понимания сути Центрально-Азиатской экспедиции, метаисторических причин земной истории человечества, механизма их реализации в действиях людей. Исследуя проблематику экспедиции Н.К. Рериха и раскрывая ее научные и эволюционные аспекты, Л.В.Шапошникова обращает наше внимание на незримое присутствие неких сил, которые будто бы сопровождали экспедицию на протяжении всего маршрута и оказывали Рерихам нужную в трудных ситуациях помощь. Олицетворением этих сил были Учителя Востока.

Необходимым звеном реализации земного творчества космической эволюции выступает творческая деятельность выдающихся личностей, роль которых в Центрально-Азиатской экспедиции (хотя и не только в ней) выполняли Н.К.Рерих и другие члены его семьи - Е.И. и Ю.Н. Рерихи. Уникальная и очень непростая миссия Рерихов в период экспедиции могла быть реализована лишь благодаря водительству Учителей, которые оказывали им помощь не только во многих критических ситуациях, возникавших на маршруте экспедиции, но и в решении стратегических экспедиционных задач, состоявших в изучении эволюционных закономерностей развития человечества и в формировании более высокой энергетики центров культуры, которые возникнут в будущем в регионах, связанных с экспедиционным маршрутом. Помимо информации, приходящей к Рерихам от Учителей и помогавшей решать задачи экспедиции, им открывались метаисторические причины как самой экспедиции, так и исторического процесса в целом. Таким образом, водительство Учителей оказалось возможным в значительной мере потому, что Рерихи обладали даром духовного постижения истины. Эта мысль служит еще одним доказательством того, что в публикуемых в данном сборнике работах Л.В.Шапошниковой проблемы применения новой теории познания поднимаются в связи с творческим

наследием семьи Рерихов. Мы бы сказали больше: в своих исследованиях Л.В.Шапошникова блестяще применяет новую систему познания, что позволяет ей и в собственном творчестве открывать качественно новые возможности философского познания.

Водительство Учителей было определяющим в реализации уникальной миссии семьи Рерихов на нашей планете. Однако очень важная роль в претворении помощи Космических Иерархов принадлежала самим Рерихам - в первую очередь Николаю Константиновичу и Елене Ивановне, получавших, благодаря своему духовному дару, необходимую информацию от Учителей. О Н.К.Рерихе в одной из статей Л.В.Шапошниковой мы читаем: «Ему были ведомы вспышки озарений, подсказки тонкой интуиции, которой он безошибочно владел. В его творчестве мы видим проявления чувствознания, которое Живая Этика считала высшим проявлением совершенного духа» [с. 26].

И еще: «Рерих был одним из первых среди историков своего времени, сочетавшим в себе историю и метаисторию» [с. 51]. «Метаисторический процесс „помимо историков" действовал в полном согласии с космической эволюцией и творил свои образы через духовное поле великого художника. Время и пространство этих образов были другими, и они обретали в земной плотной материи таинственные качества. Прошлое, настоящее и будущее в них было единым целым. И это, в свою очередь, придавало метаисторическому процессу пророческий характер, так четко отразившийся в творчестве Рериха» [с. 55]. Итак, метаистори-ческое знание получило свое оформление и претворение в творчестве Н.К.Рериха и в его глобальных проектах, направленных на реализацию эволюционной миссии его семьи на нашей планете.

Так же как Н.К. Рерих, Вестником космической эволюции была и Е.И.Рерих, осуществившая, помимо многих уникальных философских, переводческих, литературных работ, великий подвиг по созданию под руководством Учителей Востока философской системы Живой Этики. Эта и другие стороны творчества Е. И.Рерих раскрываются в статье Л.В.Шапошниковой «Творец космической эволюции». «Космическая эволюция, - пишет Л.В.Шапошникова, - действует и творит через человека» [с. 43]. Таким человеком, обладавшим даром чувствознания, который можно считать наивысшим уровнем развития и применения новой теории познания, была великая русская женщина, выдающийся философ Елена Ивановна Рерих. «Выполняя важнейшую эволюционную миссию передачи на Землю очередного учения о космической эволюции, - пишет Л.В.Шапошникова, - Елена Ивановна избежала неверных подходов к идеям информации, которую она получала от Учителей, и в реальности оказалась надежным мостом между космическими мирами высшей, тонкой, материи и низшей, плотной. Неся в себе миссию помощи

Высшего низшему в космической эволюции человечеству, она стала не только инструментом в процессе космической эволюции, но и ее важнейшим творцом на планете Земля в конце второго тысячелетия от Рождества Христова» [с. 45]. Иными словами, Е.И.Рерих в своем космическом творчестве плодотворно применяла методы духовного познания, составляющие основу метанауки. Добавим к сказанному, что определенная часть содержащихся в Живой Этике знаний была реализована семьей Рерихов, и в частности Еленой Ивановной, выполнявшей миссию духовной «водительницы» своего семейства.

В завершение краткого обзора основных проблем статей Л.В.Шапошниковой хотелось бы сказать об эволюционной роли Пакта Рериха, которая рассматривается Людмилой Васильевной в работе «Метаисторический смысл Пакта Рериха». С точки зрения Л.В.Шапошниковой, этот Пакт, взятый в единстве со Знаменем Мира и объединяющий в себе земное и космическое, выполняет метаисторическую функцию. «Пакт Рериха, -подчеркивает Л.В.Шапошникова, - является одним из важнейших моментов этого метаисторического процесса. Именно через этот Пакт шла реальная связь земного исторического процесса с космической эволюцией» [с. 38]. И еще одно очень важное суждение автора относительно Пакта Рериха: «Космической задачей Пакта Рериха, созданного в сотрудничестве с Высшим, является защита эволюционной энергетики планеты Земля» [с. 40]. Проблемы, посвященные новому космическому мышлению и главному в нем - новой системе познания, составляют теоретическую основу статей Л.В.Шапошниковой. Вместе с тем отмеченные вопросы не исчерпывают проблемного поля этих статей. Упомянув главные из них, мы лишь хотели показать методологическую направленность исследований Л.В.Шапошниковой, которые реализуются в пространстве нового космического мышления благодаря применяемой этим мыслителем новой системе познания.

Составители сборника отдают себе отчет в том, что философия космической реальности представляет собой качественно новое явление в области философии по сравнению с традиционными философскими доктринами и неклассическими концепциями в философии. Как всякое по-настоящему новое, философия космической реальности, в частности, выполняющая функции новой научной методологии, встречает в научном сообществе огромное сопротивление и принимается далеко не всеми учеными. Прежде всего, по этой причине идеи космического мышления едва ли могут быть в какой-то короткий исторический период в более или менее полном объеме приняты научным сообществом и внедрены в научные исследования. Можно предположить, что этот процесс будет достаточно длительным и непростым. Всем ученым, стремящимся использовать космическое миропонимание в качестве методологии,

надо быть готовым к тому, что их продвижение по этому пути потребует от них огромных усилий. Между тем уже сегодня отнюдь не без их участия формируются новые подходы в философии, науке и культуре. О плодотворности таких творческих усилий свидетельствуют работы Л. В. Шапошниковой. Методологию этого мыслителя, вытекающую из философии Живой Этики, разделяют и стремятся применять некоторые ученые. Скажем несколько слов о проблематике их статей, включенных в предлагаемый читателям сборник.

Проблему эволюционной роли метанаучного знания, объединяющего систему «космическая эволюция - вестники космической эволюции -метаистория - культура», раскрывает В.Г.Соколов. «Главным связующим элементом во всей этой системе, - отмечает автор, - элементом, который пронизывает ее, является знание. Речь идет об эволюционно необходимом знании, в нашем случае - о Живой Этике» [с. 76]. Автор подходит к этой системе с точки зрения ее эволюционного развития. Он прослеживает, как метаисторическое знание реализуется в историческом процессе, проникая через все элементы этой системы и приводя к расширению сознания людей и к действиям по реализации метаисторических знаний.

В.В.Фролов, рассматривая проблему расширения сознания, отмечает, что в этом процессе важное место занимает синтез, который представляет собой целостное понимание различных граней космической реальности. Чем выше уровень целостности, на который поднимается сознание человека, тем более выражена его способность к синтезу. Именно элементы синтеза в познании или синтез как сложившееся качество человека, встречающееся пока чрезвычайно редко, есть важнейшее направление расширения его сознания. Как отмечается в Живой Этике, расширение сознания не сводится к допущению всего, что превратило бы сознание в «постоялый двор», то есть некоему накопителю информации, а представляет собой увеличение «восприимчивости и распознавания» человека в процессе его взаимодействия с Высшим. Существенным аспектом взаимодействия метанауки и науки, отмечается в этой статье, выступает то, что эмпирическая наука предоставляет все больше данных, подтверждающих метанучные положения Живой Этики [с. 82-107].

Взаимодействие человека с Высшим невозможно без применения новой теории познания, в рамках которой «синтез научного и вне-научного способов познания станет критерием новой науки» [с. 115] -пишут М.Куцарова и О.А.Лавренова. Главным инструментом познания, отмечают далее эти авторы, выступает сердце, которое, по мнению Л.В.Шапошниковой, «ведет интеллект». В статье также показывается методологическая значимость развиваемых этим мыслителем положений Живой Этики для современной науки. Так, Л.В.Шапошниковой, подчеркивают авторы статьи, впервые в науке поставлен вопрос об эволюции

духа, человеческого мышления и сознания прежде всего благодаря тому, что она применяет новое мышление.

В философии Живой Этики проблема энергетической природы всего сущего ставится в полный рост. В этом Учении говорится о «психической энергии», «всеначальной энергии», «сердечной энергии», «энергии мысли» и т.д. Сегодня эта проблема в науке привлекает внимание исследователей. «Наша позиция, - отмечает Е.М.Егорова, - в общих чертах такова: приближение к научному познанию „высших" явлений мы представляем себе как естественную эволюцию сознания, постепенное осознание „осязаемости" тонких энергий, осознание присутствия „тонкой компоненты" во многих известных и, казалось бы, изученных процессах и явлениях» [с. 173]. В этом высказывании отчетливо выражены непростые особенности познания тонких энергий, обещающего, как нам представляется, качественное приращение знаний о явлениях космической реальности.

Пространством такого познания не может не быть пространство культуры, которой Рерихи придавали особое значение, ибо видели в культуре энергетическую основу эволюционного развития человечества. Изучение культурных особенностей народов Азии было одной из основных задач Центрально-Азиатской экспедиции. Эту тему на примере исследований Ю.Н.Рерихом культур народов Азии во время данной экспедиции затрагивает А.Федотов [с. 132-166]. После прочтения статьи болгарского востоковеда приходит понимание, что многообразие явлений культуры, которые охватил своими исследованиями Ю.Н.Рерих (отметим блестящее владение Юрия Николаевича многими языками азиатских народов), могло быть осмыслено им только благодаря познанию духовному, или метанаучному, даром которого он безусловно обладал.

Интересный материал, расширяющий наши представления о культуре Тибета, содержится в статье А.В.Постникова [с. 434-460], которая свидетельствует о том, что культура Центральной Азии, составлявшая предмет исследований Ю. Н.Рериха, продолжает интересовать современных ученых. Еще одно подтверждение этому - книга В.А.Воропаевой «В поисках единого культурного пространства (Ю.Н.Рерих и российские исследователи истории Востока)»1, рецензия на которую опубликована на страницах данного сборника [с. 587-593].

Завершая небольшой обзор работ, в которых находят воплощение идеи философии космической реальности, отметим, что в этих статьях нельзя не увидеть преемственности как с космическим мироощущением Рерихов, так и с работами Л.В.Шапошниковой. В рассмотренных

1 См.: Воропаева В.А. В поисках единого культурного пространства (Ю.Н.Рерих и российские исследователи истории Востока) / Под ред. А.Ч.Какеева. Бишкек: КРСУ, 2010.

выше статьях идеи Рерихов и подходы Л.В.Шапошниковой получают определенное развитие. Важной особенностью указанных статей выступает анализ взаимодействия новой теории познания и эмпирической науки, оказавшейся в силу разных причин оторванной от своих духовных корней.

В то же время, рассматривая взаимоотношение космического мышления и науки в том виде, в каком последняя трактуется в Живой Этике, нельзя не заметить, что наука здесь не подразделяется ни на гуманитарную, ни на естественную компоненты, а рассматривается как целостное явление. Важно также отметить, что в новой, одухотворенной науке эмпирические и метанаучные знания понимаются как грани единого процесса познавательной деятельности человека.

Помимо вопросов, непосредственно касающихся новой системы познания, в ряде статей сборника ставится проблема расширения научной методологии. Особая ценность таких статей, помимо оригинального научного содержания, состоит в том, что их авторы стремятся расширить методологию классической науки. Не случайно Т.П.Григорьева, которая как бы обобщает сложившиеся среди части ученых взгляды на традиционно понимаемые субъектно-объектные отношения, отмечает, что «преодоление линейности и закрытости, которых и нет в природе, ведет от схемы к жизни, от объекта, которым можно распоряжаться по своему усмотрению <...> к его единству с субъектом» [с. 412]. Эти ученые проводят свои исследования на материале или в контексте таких научных направлений, как космология (Г.М.Идлис), биология (А.Г.Назаров), квантовая механика (М.Б.Менский), синергетика (С.П.Курдюмов, Е.Н.Князева, Т.П.Гигорьева), науковедение (Н.Д.Панов), глобалистика (Н.Н.Моисеев). Рассматривая проблемы исследований, в которых обобщаются некоторые основные тенденции развития современной науки и предпринимаются попытки расширения научной методологии, авторы отражают некоторые существенные черты сложившейся в современной науке ситуации.

Даром постижения через пространство своего духовного мира, который составляет важнейшую сторону новой системы познания, обладал ряд выдающихся ученых ХХ столетия. Их называют русскими кос-мистами. Это В.И.Вернадский, К.Э.Циолковский и А.Л.Чижевский. Именно благодаря такому дару эти ученые смогли разработать многие идеи космического миропонимания, которые были затем в переосмысленном виде восприняты и оформлены в целостное космическое мировоззрение семьей Рерихов. Так, К. Э. Циолковскому было присуще некое внутреннее зрение, благодаря которому он размышлял над «вопросом всех вопросов» - смыслом существования Мироздания и мог оценивать все со своей, «присущей только ему, „космической точки

зрения". Ею он проверял все свои гипотезы и теории», - утверждает в своей статье Т.П.Сергеева [с. 204].

Через свой внутренний мир с высокой космической реальностью был связан и В.И.Вернадский. В то же время у него возникали идеи, которые он разрабатывал и оформлял, опираясь на эмпирическую науку и рациональное мышление. Об этом пишет в своей статье В.Г.Назаров [с. 220-257]. Можно сказать, что В.И.Вернадский, если использовать язык философии космической реальности, объединял в своем творчестве возможности эмпирической науки и метанауки. Это позволяло ему формировать новую, одухотворенную науку, которой должны быть доступны духовные моменты космической реальности, ее целостное понимание. Не менее одаренной натурой был А.Л.Чижевский. Он известен как ученый и мыслитель, поэт и художник, несший в себе синтез метанаучного и научного познания мира.

Известный ученый, астрофизик Г. М. Идлис, развивая идеи А.Л.Чижевского, на обширном историко-научном материале исследует зависимость от циклов солнечной активности появления на Земле известных ученых. «<...> годы рождения и смерти каждого человека, - пишет Г.М. Идлис, - приходящиеся на соответствующие исторические эпохи повышенной или пониженной солнечной активности и определяющие свойственные ему психологические особенности и время его жизни, в конечном счете оказываются одинаково значимыми, закономерно взаимосвязанными» [с. 362].

Русские ученые, которым было доступно духовное видение бытия, успешно применяли его в своей научной деятельности, привнося в научный оборот новые идеи, питавшие формирование космического мышления. Это давало им возможность всесторонне и в то же время целостно подходить к познанию различных граней реальности, в которой они всегда стремились отыскивать космические истоки.

Научно-философское творчество русских космистов оказало огромное влияние на развитие научной методологии. Оно подготовило почву для возникновения и восприятия учения Живой Этики и в то же время сформировало пространство творческого поиска, в котором не могли не появиться такие выдающиеся российские ученые, как, например, Н.Н.Моисеев и С.П.Курдюмов. Им в сборнике посвящены интересные статьи и воспоминания. Знакомство с их творчеством приводит к выводу о том, что их идеи направлены на изменение и расширение давно сложившейся научной парадигмы. Эти идеи служат питательной почвой для формирования космического мироощущения. Если говорить об академике РАН Н.Н.Моисееве (ему посвящены воспоминания А.Г.Назарова [с. 470-514]), то для понимания особенностей творчества этого ученого представляются важными как его концептуальные идеи о взаимодействии

общества и биосферы, так и способность ученого к интуитивному постижению тех проблем, которыми он занимался. «Я привык, - замечает Н.Н.Моисеев, - доверяться своей интуиции: она меня не подводила. Но и не давала никаких разумных аргументов для объяснения своей позиции» [с. 483]. В то же время Н.Н.Моисеев для осмысления глобальных проблем человечества (к примеру, угрозы ядерной войны) эффективно применял средства эмпирической науки. Так, в начале 80-х гг. прошлого столетия Н.Н.Моисеев со своими сотрудниками, используя математические методы, подтвердил гипотезу Карла Сагана о том, что в случае ядерного конфликта на Земле возникнет ядерная ночь и как следствие - ядерная зима.

Не меньшее значение для развития научной методологии имеют работы по синергетике члена-корреспондента РАН С.П.Курдюмова, в которых он исследовал правила объединения относительно простых структур в сложные, то есть «правила совместной жизни и взаимосогласованного устойчивого развития сложных структур в мире вообще» [с. 524]. Если вдуматься в его работы, то можно обнаружить, что в них просматриваются родственные черты методологии, которая применяется в трудах Н.Н.Моисеева. С.П.Курдюмов стремился связать философские положения с результатами «математического моделирования и вычислительного эксперимента» [с. 522]. Наиболее яркие свидетельства научной деятельности С.П.Курдюмова и его качеств как самоотверженного ученого мы находим в воспоминаниях его ученицы Е.Н.Князевой. «Согласно Курдюмову, - пишет она, - синергетика есть философия надежды, синергетика может служить в качестве методологии конструирования желаемого или предпочитаемого будущего. Отсюда вытекает особая роль человека в выборе и созидании будущего, которое он желает» [с. 525]. В методологических подходах Н.Н.Моисеева и С.П.Курдюмова есть общая особенность. Если выразить ее на философском уровне, можно сказать: будущее во многом зависит от человека. В связи с новыми трактовками сознания обратим внимание на идеи современных философов, разделяющих такое понимание сознания, в границах которого сознание и окружающий человека мир составляют единую реальность. Деление процесса познания на субъект и объект, утверждает вслед за Ф.Варелой и М.Мерло-Понти Е.Н.Князева, ушло в прошлое, ибо реальное функционирование сознания представляет собой коэволюцию человека, его тела и среды обитания. «Когнитивная система, - пишет автор в статье „Нелинейная динамика сознания", - встроена, укоренена как внутренне - в обеспечивающем ее деятельность материальном нейронном субстрате, так и внешне - включена во внешнее ситуативное физическое и социокультурное окружение» [с. 261].

Интересной идеей, которая естественным образом вливается в современное русло размышлений о проблемах сознания, выступает пред-

ставление о фазовом переходе, «озарении» сознания, в результате которого происходит прорыв в изучении предмета. «Это фазы озарения, ин-сайта или качественного изменения уровня знания какого-то предмета» [с. 263], - отмечает Е.Н.Князева.

Необычные свойства сознания, открывающиеся и находящие объяснение с позиций новейших интерпретаций квантовой механики, также позволяют говорить, что современная наука подходит к объяснению новых качеств сознания, существенно расширяющих научные представления об этом сложнейшем феномене. В этом отношении показательна интерпретация М.Б.Менского квантово-механических явлений и феноменов сознания как единой квантовой реальности. С его точки зрения, при выключении «явного сознания» (во время сна, транса или медитации) могут быть использованы возможности «сверхсознания». Это, по его мнению, составляет более высокий уровень функционирования сознания, на котором оно способно интуитивно выбирать лучшие возможности, могущие стать основой будущих действий человека. «Режим, - пишет М.Б.Менский, - в котором выключено явное сознание, можно назвать режимом бессознательного. А ту форму восприятия мира, которая оказывается при этом доступной, можно назвать сверхсознанием» [с. 299]. Именно в состоянии «выключения явного сознания» в пространстве «единой квантовой реальности» перед человеком открываются возможности включения интуиции.

Стремление подойти к более широкому пониманию проблемы сознания и в целом к осмыслению космического мироощущения обнаруживает себя в различных науках все более отчетливо. Это относится и к исследованиям по истории науки, и к анализу ее современной проблематики. Рассматривая научно-философские взгляды В.И.Вернадского, А.Г.Назаров помимо раскрытия историко-научных идей выдающегося ученого отмечает, что на всех этапах творческой деятельности ему была присуща постановка проблем нового научного мировоззрения [с. 220-257].

Несмотря на определенные различия в подходах к исследуемой проблематике, в статьях сборника присутствует существенная особенность - их авторы не удовлетворены сложившимися в науке подходами ко многим проблемам и предлагают нетрадиционные решения по их осмыслению. Этот методологический мотив с особой силой звучит в трактовке категорий «сознание», «субъект познания», «объект познания» и др. Точки зрения авторов данного сборника на указанные и другие категории отражают представление, приближающееся к той реальной роли, которую эти категории играют в процессе научного познания реального Космоса. Иначе говоря, постановка вопроса об изменении научной методологии с неизбежностью влечет за собой необходимость формирования таких ее философских оснований, которые адекватны реальному

процессу научного познания, ориентированному на выявление законов реального космоса.

В заключение еще одно соображение. То, что космическое мироощущение получает в научном сообществе, среди культурных деятелей творческий отклик, подтверждается фактами современной научной и культурной жизни. К примеру, в Болгарии с конца 70-х гг. ХХ в. благодаря инициативам С.Н.Рериха и усилиям известного государственного деятеля этой страны Л.Живковой были созданы благоприятные предпосылки формирования космического сознания. Поэтому вполне объяснимо, что в 2008 г. именно в Софии прошла международная научно-общественная конференция «Русский космизм и новое космическое мировоззрение», о которой в данном сборнике рассказывают ее участники М.Куцарова, А.Г.Назаров и А.В.Стеценко [с. 545-554]. Также не случайно и то, что в 2008 г. в Болгарии в составе Болгарского Национального общества имени Рерихов создано Болгарское отделение ОНЦ КМ Международного Центра Рерихов, о чем пишут М.Куцарова и А.Федотов [с. 555-561].

Проблематика нового космического мышления в структуре научной деятельности Международного Центра Рерихов играет ведущую роль. Так, в 2009 г. при ученом совете МЦР по инициативе Л.В.Шапошниковой была создана группа Живой Этики, в которую вошли исследователи философии космической реальности разных стран [с. 562-567]. Международный Центр Рерихов, расширяя свое научное и культурное присутствие за рубежом, одной из главных составляющих своей деятельности считает научную, в рамках которой первое место занимают проблемы космического мышления, и прежде всего новой системы познания. Об этом свидетельствуют доклады сотрудников МЦР на международных научных конференциях в Белоруссии, Украине, Киргизии, Индии, Китае, Монголии и других странах [с. 538-544]. Словом, космическое мироощущение дает свои всходы в пространстве науки и в других сферах культуры. В связи с этим нельзя не сослаться на Л.В.Шапошникову, считающую, что «важнейшая задача переживаемого нами момента, который можно характеризовать как переход на новый эволюционный виток, заключается в необходимости ввести Живую Этику в научный оборот, сделав ее энергетическое мировоззрение неотъемлемой частью методологии новой синтетической системы познания»1.

В.В.Фролов

1 Шапошникова Л.В. Наука и Живая Этика. С. 122.