"уложение" Василия Лупу 1646 г. : особенности кодификации права молдавского княжества

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2017. № 5

Е. н. трикоз, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории права и сравнительного правоведения Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД РФ*

«уложение» влсилия лупу 1646 годА: особенности кодификации права молдавского княжества

Исследуется историко-культурная обстановка в Молдавском княжестве в XVI—XVII вв. Основное внимание уделено периоду господаря Василия Лупу, ставшего инициатором создания свода законов под названием «Уложение» в 1646 г. Анализируются цели правовой реформы в Молдавии, успех кодификации права в виде печатного «Уложения» Василия Лупу и его основные источники — византийские (греко-римские) и молдаво-славянские документы.

Ключевые слова: молдавское государство, уложение, кодификация права, источники права, феодальное право, уголовное право, землевладение.

The historical and cultural situation is explored in the Principality of Moldavia during the XVI—XVII centuries. The author analyzes the reign of the prince Vasily Lupu, who initiated the code of laws called "Pravila" in 1646. The main attention is paid to the objectives of legal reform and codification of law in the Principality of Moldavia. The sources of the Vasily Lupu' law code were the Byzantine (greco-roman) laws and the juridical doctrine of Moldavian-Slavic jurists.

Keywords: Principality of Moldavia, pravila, codification of law, sources of law, feudal law, criminal law, land ownership.

Истоки государственности и своеобычного права Молдавского королевства (Regno Moldaviae) находим в конце XIII—XIV вв., когда оно упоминается как отдельное венгерское воеводство, или марка. Впоследствии это государство будет называться также Богдания, Рос-совлахия, Молдославия1. Первоначально сильное влияние оказывала славянская правовая традиция, проникавшая в Молдавское княжество через его торговые, дипломатические и иные контакты с Москвой, Киевом, Болгарией, Сербией, а также через повседневное общение с русинской этнокультурной общиной. В период XIV—XVI вв. княжество позиционировалось как двуэтничное молдавско-славянское государство, ибо почти треть населения были русины (русские

* alena_trikoz@mail.ru

1 Мохов Н.А. Молдавия эпохи феодализма. Кишинев, 1964. С. 117.

насельники, компактно проживавшие на севере страны). Западнорусский (славянский) язык, представляя собой культурно-правовое наследство Киевской и Галицкой Руси, превратился в приоритетный язык делопроизводства, господарской канцелярии, богослужения и церковно-юридической литературы в Молдавии2.

Однако ставленник турецкой Порты — молдавский господарь Василий Лупу (рум. loan Vasile Lupu, 1634—1653; скончался в 1661 г. в Стамбуле) решил расширить культурно-правовые горизонты и этнокультурную самоидентичность Молдавского княжества3. Он взял курс на «румынизацию» страны, ведь именно дунайские княжества долгое время противились вхождению в «Дом Ислама», поддержи -вали византийскую православную идею и не пускали мусульманское право в национальную правовую систему4. В этом свете закономерным видится задуманный Василием Лупу проект кодификации общемолдавского права на румынском языке, а также постепенной унификации судебно-правовой системы.

Выступая ярым покровителем православной культуры, Василий Лупу организовал на собственные средства в Яссах — столице Молдавского княжества первую Славяно-греко-латинскую академию "Scoala Vasilianä", спонсировал возведение «церкви Трех Святителей» и открыл при ней господарскую типографию5. Это место имело символическое значение для молдавской религиозно-правовой культуры, так как здесь был издан первый светский сборник законов — Pravila lui Vasile Lupu. На последующие два столетия он превратился в общемолдавский кодекс, и лишь к середине XIX в. был вытеснен общероссийским законодательством.

Нам точно неизвестно, когда была закончена рукопись «Уложения Василия Лупу», но его финальную редакцию отпечатали в Ясской типографии в августе 1646 г. под названием «Румынская книга наставлений по императорским законам и другим судебным искам» (рум. Carte romaneascä de invätäturä de la pravilele impäräte§ti §i de la alte giudep).

Это была амбициозная и в то же время неотложная практическая задача, с учетом аморфного состояния молдавской правовой системы,

2 См.: Молдавия в эпоху феодализма. Славяно-молдавские грамоты / Под ред. П. В. Советова. Т. 1 (XV в. — первая четверть XVII в.). Кишинев, 1961.

3 Его княжество объединяло так называемую Запрутскую Молдову (ныне в составе Румынии), а также Черновицкую и Одесскую области современной Украины, где проживало значительное число переселенцев с Балканского полуострова.

4 Vezii Gh. Cront. Dreptul bizantin in tarile romine. Pravila Moldovei din 1646 // Studii. 1958. XI, nr. 5. Р. 34.

5 Голант Н. Г. Образ молдавского господаря Василе Лупу (Василия Албанца) в летописях, записках путешественников, легендах и исторических романах // Материалы конф., посв. 90-летию со дня рождения А. В. Десницкой. СПб., 2002. С. 60.

складывавшейся на пересечении двух правовых культур — греко-византийской и романо-германской. При этом Василий Лупу озаботился проблемой централизации и единообразия судебной практики по вопросам землевладения и уголовным делам. В этом остро нуждался правопорядок разобщенных феодальных землевладений молдавских бояр, часто подвергавшихся нападениям разбойников, бунтующих крестьян, необоснованным грабежам татар и турецких сборщиков налогов6. Нередко молдавские крестьяне и разорившиеся ремесленники вступали в отряды казаков, создавая особые военные единицы «дакийцев», и отряды «народных мстителей» (гайдуков).

Накануне кодификации средневековое право Молдавии отличалось пестротой юридической регламентации, множественностью источников и партикуляризмом сословно-этнических правовых подсистем. Конкуренцию общекняжескому законодательству составляли мини-правопорядки в таких социальных группах, как русины, евреи7, цыгане8, «волошские крестьяне»9. Коллизии правовых норм возникали с нормами церковного и феодально-манориального права, городского и торгового права.

Василий Лупу выбрал классический путь преодоления такой децентрализации права, подвергнув его «статутификации» и издав печатный свод законов (господарский высший статут) с параллельной централизацией княжеской юстиции и судебной практики. Известно, что ко времени реформ Василия Лупу по ограничению уголовных привилегий феодалов и унификации судебной процедуры уголовные дела по наиболее опасным преступлениям (убийство, разбой, кража с поличным и др.) были изъяты из сферы вотчинной юрисдикции. К тому моменту уже завершилась так называемая «сорокалетняя судебная реформа» (1588—1628), по итогам которой был выделен са-

6 См. подробнее: Грекул Ф. А. Аграрные отношения в Молдавии в XVI—первой половине XVII вв. Кишинев, 1961.

7 Василий Лупу активно издавал ограничительные грамоты против молдавских евреев — купцов и ростовщиков, хотя относился к ним в целом благосклонно как к подданным государства, разрешая отстраивать свои деревянные синагоги и жить по еврейскому праву. Он ограничивал евреев в ряде гражданских прав, в частности, в «Уложении» 1646 г. предписал строгую санкцию за браки евреев с христианами.

8 Так, молдавские цыгане превращались либо в холопов, либо в крепостных, принадлежавших боярам и монастырям. Согласно «Уложению» 1646 г., они становились объектом продажи, лишались права вести кочевой образ жизни, не создавать семью без согласия хозяина и пр.

9 Северная область так называемого «волошского права» (jus valachicum) в средневековой Молдове представляла собой историческую совокупность обычаев крестьян-скотоводов и пастухов в Карпато-Дунайских землях. Живущая по «волошскому праву» община имела независимое судопроизводство и освобождение от феодальных платежей (Шандра Р., Бедрш М. Ольсьи суди та судочинство за украшським i волоським правом: 1сторико-правове пор1вняння (XrV-XVIn ст.) // В1сник Льв1вського унверси-тету. 2013. Вип. 58. С. 118-120).

мостоятельный вид инквизиционного судопроизводства по делам «злотворецев» (рецидивистов), предполагавший вынесение смертных приговоров. Такая категория преступников не имела права нанимать адвоката, вызывать свидетелей защиты или же откупиться от смертной казни.

Наряду с господарским (княжеским) правотворчеством и сослов-но-правовыми системами феодалов, горожан и торговцев, важнейшее значение имели памятники церковно-канонического (византийского) права. Они циркулировали в стране как рукописные «Номоканоны» и также назывались «Правила» (или «Законник»). Это были сборники церковно-гражданских постановлений, исходивших из текстов законодательного корпуса императора Юстиниана I и других византийских памятников.

Среди сохранившихся ко времени правления Василия Лупу рукописных кодификаций на славянском языке укажем на «Законник» 1451 г., составленный дьяконом Драгомиром в Тарговиште (Валахия). Эти «Правила Драгомира» широко применялись в разбирательстве гражданских и уголовных дел с целью унификации правопорядка и укрепления княжеской юстиции. Затем при Стефане III Великом статус источника церковного права получил трактат «Алфавитная Синтагма» Матвея Властаря в славянском переводе, в который были включены важные нормы церковного и гражданского права. «Синтагма» была переписана в Яссах Дамианом в 1495 г. Кроме того, в княжестве пользовалось популярностью «Шестикнижие» фессалоникского судьи Константина Арменопуло 1345 г., которое в свою очередь было переработкой византийского «Прохирона» IX в., содержавшего нормы церковного, гражданского, уголовного и процессуального права. Этот законодательный сборник помог приспособить реципированное римское право к феодальным отношениям Молдовы.

После небольшого перерыва к середине XVII в. при Василии Лупу снова активизировалась систематизаторская деятельность законников-канонистов. Особую роль в законотворчестве господаря всегда играл логофет, который возглавлял его канцелярию, мог руководить Боярской радой и скреплял все акты государственной печатью. Исторически важную роль в кодификации права сыграл придворный логофет Василия Лупу — Евстратий. Он известен тем, что еще в 1632 г. перевел на румынский язык «Номоканон» Мануила Малаксы. Затем в 1640 г. в монастыре Говора был переиздан славянский канонический сборник — «Малый номоканон» ("Pravila mica") в переводе Михаила Моксалия на румынский язык.

Рассмотрим источниковую базу «Уложения» Василия Лупу, что предопределило его светскую ориентированность и превалирование уголовно-правовых начал.

Первая часть «Уложения» была основана на обычном праве, судебной практике и отчасти княжеском законодательстве Молдовы, но в большей мере на византийских частноправовых нормах. Они были позаимствованы логофетом Евстратием из так называемого "Leges Rusticae" (лат. rus — деревня, земля-пашня). Это был византийский «Земледельческий закон», который издавался в конце VII — начале VIII в. в качестве дополнения к знаменитой «Эклоге» Льва III Исавра (717—741 гг.) наряду с «Военным законом» и «Морским родосским законом»10.

Действительно, первые 16 глав «Уложения» Василия Лупу были, по сути, переводом на румынский язык с небольшими дополнениями норм «Земледельческого закона». Его нередко сравнивают с полицейским крестьянским уставом, описывавшим обычные проступки и преступления в сельскохозяйственном быту на основе обычного права славян и крестьянской практики. В «Земледельческом законе» содержались нормы о различных потравах и кражах леса, полевых и садовых плодов, о проступках пастухов и повреждениях животных и др. Однако, в отличие от этого византийского памятника, в котором вообще не упоминался колонат (крепостное право), а напротив, закреплялась личная крестьянская собственность и общинное землевладение, «Уложение» Василия Лупу юридически оформило процесс закрепощения молдавских крестьян. Так, в Главе первой (ст. 18) молдавского свода находим окончательное прикрепление вечинов (феодально-зависимых крестьян) к земле и полный запрет перехода крестьян от одного феодала к другому.

«Уложение» 1646 г. открывалось небольшим Предисловием, затем шла первая часть под названием «Правила составленные, выбранные и извлеченные» (рум. Pravile tocmite, alease scoase pentru). Это был блок из 16 подразделов, или глав (princina), содержавших нормы земледельческого характера. Это были в основном предписания, адресованные молдавским «землепашцам и пастухам»: о воровстве (рум. furtu^ag — кража); о причинении вреда скотом и причинении ущерба пашне; об уничтожении и повреждении скота и деревьев; случаи пожаров; дела по поводу найма услуг, возведения мельниц и построек, посадок на чужом участке. Здесь почти все нормы имели сословный характер, закрепляли статус физического лица в зависимости от его социального положения в сословной иерархии молдавского государства (бояре, дворянство, лендлорды, крестьяне)11.

10 См.: Византийский земледельческий закон / Текст, исслед., коммент. — Е. Э. Липшиц, И. П. Медведев, Е. К. Пиотровская; под ред. И. П. Медведева. Л., 1984.

11 Istoria dreptului Romanesc / Pod red. V. Hangi, P. Narcu. Bucure§ti, 1980. Vol. 1. Р. 209.

«Уложение» 1646 г. легализовало складывавшуюся годами практику закабаления свободных крестьян и расхищения общинных земель, юридически закрепив крепостные порядки в Молдове. Было запрещено принимать и укрывать беглых крестьян, о чем прямо сказано в ст. 18 данного кодекса: «Когда убежит крестьянин от своего места и от своего господина, никто не должен его принять, ...а должен вернуть в село, откуда он бежал»12.

Перед нами типичный феодальный свод норм, который был характерен для большинства средневековых государств Европы, направленный на защиту феодальных интересов и их земельной собственности, санкционирующий закабаление крестьян, прикрепление их к земле, подкрепленное сословным неравенством. В то же самое время посредством кодификации крепостного права государство начинает вмешиваться в частные правоотношения вотчинника с крестьянином, определяя норму его эксплуатации и степень зависимости от феодала. В усмирении бесчинств, феодальной вольницы и легальном ограничении манориального права крупных феодалов (боярства) были заинтересованы представители нового сословия — служилого дворянства (крутяне). Они поддерживали господаря Молдовы в его решении провести централизацию управления и кодификацию права, лишив тем самым уголовных привилегий феодалов и стабилизировав правопорядок.

Рассмотренная выше первая часть «Уложения» 1646 г. завершалась пятью подразделами (с 12 по 16), которые содержали описание дел, подведомственных господарской таможне. Сюда также были включены уголовные составы хищений «землепашцев» (краж и грабежей), что явилось своего рода переходным звеном ко второй, сугубо уголовно-правовой части данного молдавского кодекса.

Вторая часть «Уложения» под названием «Господарские правила относительно проступков» (рум. Pravile imparate§ti pentru) была основана на переводах логофета Евстратия из трудов знаменитого итальянского юриста Просперо Фариначчи (Prosper Farinaccius, 1554— 1618 гг.)13. Он был успешным итальянским магистратом, адвокатом по уголовным делам в Риме и служил при дворе двух римских пап Климента VIII и Павла V. Его популярная книга о ереси " Tractatus de Haeresi" (Рим, 1616 г.) длительный период использовалась инквизиционными трибуналами в ряде католических стран, в частности Испании и Португалии. П. Фариначчи прямо упоминается в молдавском «Уложении» как «великий учитель и составитель сводов» (гл. 66, ст. 8). Особенно много цитат было позаимствовано из его уголовно-

12 Carte romaneasca de invajatura, 1646. Bucure§ti, 1961. Р. 56.

13 Istoria dreptului Romanesc. Р. 208.

правового трактата под названием "Praxis et Theoricae Criminalis". Эту работу Фаринациус писал на протяжении 1594-1614 гг., включив в нее множество прогрессивных положений уголовно-правовой теории, вследствие чего книга стала авторитетной и неоднократно переиздавалась в европейских странах.

В этой обширной второй части «Уложения» Василия Лупу содержались нормы собственно уголовного права. По своей структуре (систематике) это был своего рода мини-уголовный кодекс Молдовы, который открывался пространной «Особенной частью» с отдельными уголовными проступками, а затем шли предписания «Общей части».

Различные составы преступлений были перечислены в первых пятидесяти главах Особенной части «Уложения» в таком порядке: оскорбление, фальшивомонетничество, присвоение обнаруженного клада, убийство, нанесение ран, двоеженство, растрата приданого, семейные проступки, жестокое обращение мужа, избиение жены, изгнание жены, нарушение обязанности следовать за мужем, сводничество, похищение человека, святотатство, ересь, изнасилование, мужеложство, кровосмешение, клевета (гл. 1-50).

Затем в этой же части «Уложения» располагался блок глав (51-78) с предписаниями общего характера, в которых закреплялись принципы и институты уголовного права, общеприменимые ко всем составам преступлений. Положения этой «Общей части» уголовного права шли в следующем порядке: 1) обстоятельства, смягчающие наказание (обман, ярость, возраст, опьянение, безумие, местные обычаи, действие в толпе, подчинение приказу старшего, бессилие и слабость натуры, сонное состояние, любовь, боярство, проворство, изменчивость натуры, глухонемота, родство); 2) соучастие в преступлении (побуждение и совет совершить зло, помощь в совершении проступка, нахождение на месте преступления, оказание помощи после совершения преступления, укрывательство, наказание того, кто учит совершить зло, и того, кто благодарит виновного после преступления, и др.).

Таким образом, именно «Уложение» Василия Лупу 1646 г. способствовало закреплению системности и определенности в молдавском средневековом праве. Оно сыграло важную историческую роль в формировании национально-языкового и культурно-правового единства в придунайских княжествах. Так, в 1652 г. в Тырговиште (княжество Валахия), находясь под впечатлением успеха кодификации в соседней Молдавии, опубликовали церковно-светский сборник «Законо-правильник» ("Indreptarea legii"), переведенный монахом Даниилом (в соавторстве с Игнатием Петрици и Пантелеймоном Лигаридом). В первый отдел этого кодекса (417 глав) вошли юридические тексты из «Уложения» Василия Лупу и «Номоканона» Мануила Малаксы. Во второй отдел включили церковно-канонические тексты: «Синопсис»

с толкованиями Аристина и «Теологию» Анастасия Синаита (VII в.)14. Данный религиозно-правовой свод 1652 г. получил широкую известность как «Великое уложение Матея Басараба» ("Pravila cea Mare a lui Matei Basarab"), всеобъемлющий свод церковных и гражданских норм, применявшийся в румынских землях, в особенности в Транс-ильвании, вплоть до XIX в.

В целом, средневековую правовую систему Молдавии следует отнести к категории «гибридных» (дуалистических) правовых систем, так как она сформировалась на перекрестке нескольких правовых культур и правовых традиций разных семей права15. В современный период право этой страны относится к романо-германской правовой культуре, хотя и сохраняет элементы и институты, типологически близкие к бывшей семье социалистического права. Но, с другой точки зрения, сейчас на юридической карте мира выделяют отдельную правовую культуру — так называемую славянскую правовую семью, объединяющую страны Восточной Европы на основе правовой традиции «трех братских восточнославянских народов».

Список литературы

1. Византийский земледельческий закон / текст, исслед., коммент. — Е. Э. Липшиц, И. П. Медведев, Е. К. Пиотровская; под ред. И. П. Медведева. Л., 1984.

2. Голант Н. Г. Образ молдавского господаря Василе Лупу (Василия Албанца) в летописях, записках путешественников, легендах и исторических романах // Материалы конф., посв. 90-летию со дня рождения А. В. Десниц-кой. СПб., 2002.

3. Грекул Ф. А. Аграрные отношения в Молдавии в XVI—первой половине XVII вв. Кишинев, 1961.

4. Молдавия в эпоху феодализма. Славяно-молдавские грамоты / Под ред. П. В. Советова. Т. 1 (XV в. — первая четверть XVII в.). Кишинев, 1961.

5. Шандра Р., Бедрш М. Сшьсью суди та судочинство за украшським i волоським правом: юторико-правове пор1вняння (ХГУ—ХУШ ст.) // Вюник Льв1вського ушверситету. 2013. Вип. 58.

6. Bulei Dumitra. Via^a culturalâ §i cartea tipâritâ în vremea lui Matei Basarab // Tyragetia. Serie nouâ. 2013. Num. 2(22).

7. Carte româneascâ de învâ^âturâ, 1646. Bucure§ti, 1961.

8. Istoria dreptului Românesc / Pod red. V. Hangi, P. Narcu. Bucure§ti, 1980.

9. Vezii Gh. Cront. Dreptul bizantin in tarile romine. Pravila Moldovei din 1646 // Studii. 1958. XI, nr. 5.

14 Bulei Dumitra. Viaja culturalâ §i cartea tipâritâ în vremea lui Matei Basarab // Tyragetia. Serie nouâ. 2013. Num. 2(22). P. 89-96.

15 Трикоз Е. Н. Гибридные правовые системы и их место в смешанном правовом семействе // Вестн. ун-та имени О. Е. Кутафина (МГЮА). 2017. № 4(32). С. 91-98.