Занимательная террористика

       Российские ученые создали собирательный образ террориста. Средний террорист получился человеком психически здоровым, трезвым и образованным.

В 2002 году Российская академия наук подготовила первый сборник научных трудов "Борьба с терроризмом", который был посвящен "уяснению социальной, правовой и психологической природы этого опаснейшего явления". Теперь вышел второй том серии, в котором есть статья "Личность террориста и вопросы борьбы с терроризмом" профессора Юрия Антоняна из НИИ МВД. Это строго научный портрет типичного террориста.

     Профессор Антонян сразу предупреждает о неплодотворности прежних попыток дать общую психологическую характеристику террористам "как шизофреникам, садистам, фанатикам, как ущербным личностям, самоутверждающимся, пожираемым амбициями, морально глухим". После вступления, в котором говорится о том, что для террористов характерен нарциссизм и примат эмоций над разумом, он переходит к строгому анализу результатов анкетирования людей, обвиняемых в терроризме, захвате заложников и похищении людей, и (в качестве группы сравнения) бытовых убийц (см. справку). Количество тех и других респондентов и места проведения опросов в статье не указываются. Но и так понятно, что, раз опрашивались "обвиняемые", происходить это могло только в СИЗО или в медицинских учреждениях закрытого типа.

     Так или иначе, результаты сравнения террористов и бытовых убийц впечатляют. Едва ли не единственный количественный показатель, по которому первые объективно проигрывают вторым,— это возраст. Проще говоря, средний террорист моложе — ему 28 лет.

     Истоки агрессии психологи обычно ищут в детстве. Но в отличие от будущих бытовых убийц у будущих террористов детство было более или менее нормальное. Они почти не страдали от чрезмерного или недостаточного родительского внимания (треть убийц испытывали на себе гиперопеку, а половина, напротив — гипоопеку). Да и в детских играх вели себя адекватнее. Во-первых, охотнее играли с другими детьми. Во-вторых, были менее склонны к социально неприемлемым формам детских игр (то есть не мучили кошек, а играли, скажем, в городки). Да и дальше у террористов все складывалось в целом неплохо: многие получили хорошее образование, отслужили в армии.

     Террористы выглядят гораздо более здоровыми по всем психиатрическим и психопатологическим характеристикам. Весьма показательный пример здесь — аутоагрессия (агрессия по отношению к самому себе). Казалось бы, это характерный признак современных террористов, готовых пойти на суицид ради совершения теракта. Оказывается, бытовые убийцы в два раза чаще пытаются сознательно причинить себе вред. А бредовые и сверхценные идеи овладевают ими в четыре раза чаще.

     Традиционные представления о террористах разрушают и данные о том, чем они руководствуются, совершая преступления. Хотя мотивов может быть несколько, самым популярным остается корысть (две трети респондентов). На втором месте — несколько загадочная формулировка "достижение конкретных целей" (24%). А дальше с большим отрывом идут такие типично террористические мотивы, как уничтожение политических и иных противников, обеспечение торжества своей религии или нации (по 8%), истерическая самоактуализация и получение политических выгод (по 6%), "наведение страха" (4%).

     В общем, террористы вполне благополучные люди — даже чувство вины их не мучает: сожалеют о содеянном всего 8% (убийц — 12,7%).

     Остался открытым лишь один вопрос: почему ученые не сравнивали террористов с обычными законопослушными россиянами? Может, такое сравнение оказалось бы не в пользу среднего россиянина?

СЕРГЕЙ ПЕТУХОВ

 Средний террорист против среднего убийцы (%)

| | Террористы | Убийцы |
| --- | --- | --- |
| Корысть как главный мотив преступления | 68 | 9 |
| Месть как главный мотив преступления | 4 | 10 |
| Социально неприемлемые формы игр в детстве | 12 | 21 |
| Отказ от совместных игр в детстве | 4 | 12 |
| Учет в детской комнате милиции | 6 | 16 |
| Высшее и неоконченное высшее образование | 26 | 10 |
| Занятия умственным трудом | 17 | 5 |
| Уклонение от службы в армии | 13 | 21 |
| Вменяемы | 88 | 63 |
| Невменяемы | 8 | 31 |
| Психически здоровы | 42 | 10 |
| Аутоагрессия | 10 | 20 |
| Шизофрения (у родственников) | 8 (6) | 16 (7,5) |
| Психопатия | 6 | 15 |
| Алкоголизм и наркомания (у родственников) | 4 (8) | 10 (42) |
| Эпилепсия | 2 | 2 |
| Подверженность аффекту | 4 | 23,5 |
| Бредовые и сверхценные идеи | 4 | 22 |
| Умственная отсталость | 4 | 14 |
| Расстройства влечений (то есть инстинктов — пищевого, полового, инстинкта самосохранения и проч.) Сожалеют о содеянном | 2 | 26,5 |
| | 8 | 13 |

Источник: Ю. М. Антонян. Личность террориста и вопросы борьбы с терроризмом.//Борьба с терроризмом.— М.: "Наука", 2004.

"У террориста мир четко поделен на 'наших и 'не наших'"
       Глава лаборатории судебной психологии ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского Фарит Сафуанов рассказал корреспонденту "Власти" Юлии Осиповой, как следует изучать терроризм и бороться с ним.
       
       — Где вы обследуете террористов — в тюрьме или их приводят к вам в институт Сербского на экспертизу?
       — Их обычно убивают, а не отправляют к нам, судебным психологам, на исследование. Так что при изучении психологии террористов мы основываемся, как ни смешно это прозвучит, на публикациях в СМИ и видеосюжетах. Но сугубо профессиональный анализ даже такой информации позволяет делать определенные выводы. Правда, были единичные случаи, когда психология террориста изучалась, что называется, изнутри. Например, в этом году к нам в институт привозили Зарему Мужихоеву (осуждена за подготовку теракта на 1-й Тверской-Ямской улице в Москве.— "Власть"), а еще двумя годами раньше — Салмана Радуева.
       — И какой же вы им поставили диагноз?
       — Без комментариев.
       — Но что-то общее в них вы нашли?
       — Никаких обобщений делать нельзя. Террористы, как все люди, разные. Обобщения обычно дают социологи. И они могут сказать, что средний возраст террориста — около 20 лет. Но это ни о чем не говорит, с таким же успехом террористом может оказаться 15-летний парнишка и 60-летний мужчина. То же касается национальности, цвета глаз, роста — ничего среднего и общего здесь быть не может. Общее у всех террористов заложено внутри. У террориста мир четко поделен на "наших" и "не наших": "наши" — хорошие, "не наши" — плохие.
       — Дети тоже всегда делят окружающих сверстников на "наших" и "не наших".
       — Даже дети при этом понимают, что отношение к "не нашим" не должно выходить за рамки общепринятых социальных норм поведения. У террористов же чувства по отношению к "чужим" полностью притупляются. Это, пожалуй, единственное общее для террористов.
       — Получается, что психологи бессильны дать какие-либо общие рецепты для борьбы с терроризмом.
       — Почему бессильны? У каждого террориста всегда разная мотивация. Кроме того, у них всегда есть своя иерархия — главарь, среднее звено и слепые исполнители. И как раз наиболее неустойчивая мотивация у среднего звена. С этими людьми и надо вести переговоры.