Терри Иглтон и фредрик Джеймисон о постмодернизме как комплексном явлении

Важное направление современной компаративистики - имагология, где сравниваются разные национальные образы. Мифокритика позволяет эффективно исследовать различные литературные мифы, причем сегодня существенно расширяется круг источников мифологии, ученые обращаются не только к анализу греко-латинских мифов, но и к восточной мифологии, к библейским мифам. Развитие социологии литературы создало направление социопоэтики, интерес к пространственности письма породил геокритику, а внимание к экологическим проблемам - экокритику.

Пятая глава описывает проблемы интердисциплинарности в компаративистике. Сравнительное литературоведение занимается сегодня сопоставлением литературы и научных знаний, не только гуманитарных, литературы и философии, литературы и политики, литературы и разных видов искусства: скульптуры, архитектуры, живописи, музыки, театра, кино и др.

В заключительном разделе монографии Б. Франко подчеркивает гибридность сравнительного литературоведения как дисциплины, указывает на подвижную природу компаративистики, которая все более разнообразит свои исследовательские методы, все более устремляясь к междисциплинарности. В то же время в разнообразных вариантах компаративных исследований можно увидеть «общий элемент, затрагивающий глубинную природу не ее теории, но ее практики. Компаративист - тот, кто наблюдает объект изучения извне, точнее - тот, кто обладает смещенным, сдвинутым взглядом, кто представляет точку зрения меньшинства» (с. 354). Будучи «гражданином мира» (не по происхождению или социальному положению, но по занимаемой критической позиции), компаративист парадоксальным образом через сравнение отдельных национальных литератур осмысляет и исследует мировую литературу в ее целостности.

Н. Т. Пахсарьян

2019.02.002. ЦУРГАНОВА Е.А. ТЕРРИ ИГЛТОН И ФРЕДРИК ДЖЕЙМИСОН О ПОСТМОДЕРНИЗМЕ КАК КОМПЛЕКСНОМ ЯВЛЕНИИ. (Статья).

Ключевые слова: постмодернизм; модернизм; Терри Иглтон; Фредрик Джеймисон; поп-культура; авангард.

Два наиболее влиятельных в настоящее время западных литературоведа - англичанин Терри Иглтон и американец Фредрик Джеймисон - полемизируют о сущности постмодернизма и дают оценку всего комплекса «модернизм-постмодернизм» в качестве свидетельства тех преобразований в сфере духовной деятельности, которые знаменуют собой становление нового менталитета как выразителя «духа современности».

Терри Иглтон (Ferry Eagleton, р. 1943) - ведущий английский критик-марксист; до 2001 г. уортоновский профессор английской литературы в Оксфорде, ныне профессор культурологии в Манчестере; продолжатель деятельности своего учителя видного английского литературоведа Реймонда Уильямса и французского марксиста Луи Альтюссера. Как критик Иглтон работает в сфере соотношений между категориями формальной структуры и непосредственным восприятием текста, - в поле биографического автора и интертекста. Его главный интерес лежит не в области собственно анализа текста, а на уровне обобщений о культуре и идеологии, породивших конкретное произведение. Иглтон предпочитает модернизм постмодернизму, поскольку открытое признание товарной сущности произведения искусства в постмодернизме он расценивает как овеществление искусства.

Фредрик Джеймисон (Fredric Jameson, р. 1934) - американский критик-марксист, преподавал в Гарварде, Калифорнийском университете, Йеле, профессор сравнительного литературоведения и директор программы по теории литературы университета Дьюк. Теоретический проект Джеймисона - многоуровневая теория взаимодействия между историей литературных форм, форм субъективности и стадиями развития капиталистического общества. В литературном произведении он выводит на поверхность его «политическое бессознательное», отразившийся в нем социальный опыт и применяет для этого методы герменевтики. Капитализм, по Джеймисону, прошел в своем развитии фазы рыночного капитализма и монополистического империализма, которым соответствовали реализм и модернизм, а на поздней фазе капиталистического развития - постмодернизм.

Развернувшиеся в западном литературоведении в последние десятилетия ХХ в. и не прекращающиеся до сих пор дискуссии о формировании постмодернизма, о его месте в истории вызвали к

жизни волну интереса к модернизму. Большинство исследователей рассматривают постмодернизм как естественное продолжение модернизма, что не исключает существования между ними напряжения амбивалентных отношений - ощущения внутренней близости и неприятия, преемственности и разрыва традиций, перехода к иному качественному состоянию.

Ф. Джеймисон пишет, что под понятие «постмодернизм» попадают произведения всех видов искусства, отличающиеся непривычностью, вызывающей определенное сопротивление. Это поэзия Джона Эшбери как реакция на ученую модернистскую поэзию 1960-х годов; работы художника Энди Уорхола и поп-арт; музыкальное творчество Джона Кейджа в кино - все, что восходит к Годару, т.е. современное авангардное кино и видео; в литературе -романы Уильяма Берроуза, Томаса Пинчона, Ишмаэля Рида, французских «новых романистов». Названные варианты постмодернизма возникают как специфическая реакция против устоявшихся форм высокого модернизма, завоевавшего сегодня университеты, музеи, художественные галереи и фонды. Эти когда-то подрывные, боевые стили: абстрактный экспрессионизм, поэзия Паунда, Элиота, Уоллеса Стивенса; интернациональный стиль в архитектуре (Ле Корбюзье, Фрэнк Ллойд Райт), Стравинский, Джойс, Пруст, Манн -воспринимались как скандальные, шокирующие. Но для поколения 1960-х годов они превратились в часть истеблишмента, во враждебное искусство, без разрушения которого нельзя было идти дальше. Отсюда следует, как считает Иглтон, что должно существовать столько же разновидностей постмодернизма, сколько существовало разновидностей высокого модернизма. Это существенно осложняет задачу описания постмодернизма как единого целого, поскольку единство этого нового импульса, если оно вообще есть, существует не само по себе, но заложено в том самом модернизме, чье место постмодернизм пытается занять.

Существенная черта вариантов постмодернизма - стирание в нем некоторых принципиальных границ, прежде всего разрушение старого разграничения между высокой и так называемой массовой, или поп-культурой.

Не менее важный показатель - размывание старых категорий в сфере современной теории. В прошлом поколении еще существовал самостоятельный язык философии - системы Сартра и феноме-

нологии, работы Витгенштейна, философия языка, - а наряду с ним поддавались разграничению профессиональные языки прочих академических дисциплин: политологии, социологии, литературной критики. Сегодня же все больше приходится иметь дело просто с «теорией», которая одновременно включает в себя все эти дисциплины и не является ни одной из них. Этот новый дискурс распространяется все шире, прежде всего во Франции, и знаменует конец философии как таковой. Примером служат труды Мишеля Фуко -это философия, история, общественная теория или политология? Вопрос неразрешимый, и Ф. Джеймисон полагает, что такой теоретический «дискурс» тоже следует считать проявлением постмодернизма.

Ученый понимает «постмодернизм» как обозначение периода. Этот термин соотносит появление новых формальных черт в культуре с появлением новых форм общественной жизни и новым экономическим порядком - с тем, что называют постиндустриальным обществом или обществом потребления.

Эта новая эпоха капитализма начинается в США послевоенным бумом конца 1940-х - начала 1950-х годов, во Франции - установлением Пятой республики в 1958 г. 1960-е годы во многих отношениях - переходный период, когда новый международный порядок (неоколониализм, компьютеризация, распространение электронной информации) одновременно утверждается и испытывает потрясения в силу собственных внутренних противоречий, а также в силу сопротивления извне.

Т. Иглтон очевидно предпочитает модернизм постмодернизму, потому что открытое признание товарной сущности произведения искусства в постмодернизме он расценивает как безнадежное овеществление искусства, политическое соглашательство, капитуляцию перед капитализмом. Статус произведения искусства как товарного фетиша в модернизме Иглтон расценивает более оптимистично с точки зрения будущего искусства.

Модернизм был авангардистской игрой с будущим, кардинально изменившим наше представление об обществе. Это прежде всего ощущение краха традиционной культуры, породившего потребность в создании нового искусства, способного передать опыт эмоционального переживания духа современности. Один из основных лозунгов модернистской литературы был сформулирован в 30-е

годы Эзрой Паундом: «Make It New» - как требование кардинального обновления, призыв к оригинальности и новаторству.

Классические разновидности модернизма прошлого основывались на создании собственного индивидуального стиля. Модернистская эстетика была органично связана с концепцией уникальности личности, способной выработать собственное уникальное видение мира. «Современные писатели и художники неспособны больше создавать новые миры, новые стили; все уже создано; возможно лишь ограниченное число комбинаций; все уникальные комбинации уже испробованы»1.

Когда в начале 1960-х годов модернизм и его доминантная эстетика были приняты в академических кругах, а классики высокого модерна стали изучаться в школах и университетах и стали частью так называемого канона, постмодернизм начал отсчет своей эпохи. «Новые способы потребления: заложенное в товары быстрое устаревание, дальнейшее ускорение в смысле мод и стиля; беспрецедентное распространение рекламы, телевидения и средств массовой информации; замена старого противостояния между городом и деревней, между центром и провинцией, универсальная стандартизация жизни, культура пригородов; рост плотной сети скоростных шоссе и культуры, ориентированной на автомобиль - вот некоторые черты, обозначающие окончательный разрыв с предвоенным

обществом, в котором высокий модернизм все еще оставался офи-

2

циально непризнанным, почти подпольным движением» .

Формальные черты постмодернизма во многом выражают логику позднего потребительского капитализма. Размышляя о существовании критического заряда этого искусства, Ф. Джеймисон пишет: «Все согласны, что модернизм был направлен против своего общества: он критиковал, отрицая, бросал вызов, подрывая, вставая в оппозицию. Можно ли утверждать что-либо подобное о постмодернизме и его социальной направленности, есть ли в постмодернизме способы сопротивления логике общества потребления?» Этот вопрос ученый оставляет открытым.

1 Jameson G. Postmodernism, or the cultural logic of late capitalism. - N.Y., 1991. - P. 279.

2 Там же. - С. 292-293.