Становление «Классика»: марксовы дни в Коммунистической академии и формирование образа К. Маркса как историка

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 3 (15). С. 343-348. УДК 930

DOI 10.25513/2312-1300.2017.3.343-348

О. В. Метель

СТАНОВЛЕНИЕ «КЛАССИКА»: МАРКСОВЫ ДНИ В КОММУНИСТИЧЕСКОЙ АКАДЕМИИ И ФОРМИРОВАНИЕ ОБРАЗА К. МАРКСА КАК ИСТОРИКА*

Рассматривается процесс превращения К. Маркса в «классика» советской исторической науки. Одним из инструментов подобной трансформации автор считает празднование пятидесятой годовщины со дня смерти немецкого мыслителя, прошедшее весной 1933 г. во всех ведущих марксистских центрах страны, в том числе в Институте истории Коммунистической академии. Анализируя стенограммы представленных докладов и тексты опубликованных трудов, автор приходит к выводу, что вклад прошедших мероприятий в превращение К. Маркса в «непогрешимого классика» заключался в конструировании базовых составляющих его образа: методологических и источниковедческих принципов работы, общего взгляда на эволюцию человеческого общества и достижений в разработке конкретных тем.

Ключевые слова: марксизм; К. Маркс; классика; советская историография; историческая память.

O. V. Metel

THE FORMATION OF THE "CLASSICS": MARX'S DAYS IN THE COMMUNIST ACADEMY AND THE FORMATION OF THE IMAGE OF K. MARX AS A HISTORIAN

This article discusses the process of turning Marx into a "classic" Soviet historical science. One of the instruments of such transformation, the author considers the celebration of the fiftieth anniversary of the death of German philosopher, held in the spring of 1933 all of the leading Marxist centers of the country and, in particular, in the Institute of history of the Communist Academy. Analyzing the transcripts of the presentations and the texts of the published works, the author comes to the conclusion that the contribution of past events in the transformation of K. Marx in the "infallible classic" was, first, to eliminate all "problematic" places of his biography, and, secondly, in designing it

Keywords: Marxism; Karl Marx; classical; Soviet historiography; historical memory.

Изучение проблемы социального проектирования невозможно представить без обращения к сюжетам, связанным с анализом практики конструирования исторической памяти как широких масс населения, так и отдельных профессиональных корпораций. К числу последних, в частности, можно отнести и научное сообщество историков, также нуждающееся в формировании релевантных представлений о собственном прошлом. И важнейшим инструментом, используемым для решения данной задачи, традиционно

является организация юбилейных мероприятий, приуроченных к годовщине рождения или смерти того или иного историка [1]. Являясь неотъемлемой частью повседневной жизни сообщества историков-профессионалов, юбилейные торжества становятся особенно значимыми в переломные эпохи развития науки, когда фигуры «отцов-основателей» оказываются элементом конструирования собственной идентичности исследователей. Для советской историографии одним из таких периодов стало начало 1930-х гг.,

* Публикация подготовлена при поддержке РФФИ, проект № 16-01-50040.

© Метель О. В., 2017

когда на «историческом фронте» начался процесс формирования единого марксистского подхода к объяснению прошлого человечества, напрямую связанный с утверждением в статусе непогрешимого «классика» исторической мысли К. Маркса.

Безусловно, в Советской России имя К. Маркса «принадлежало» не только историкам. Для нового режима оно выступало одним из инструментов утверждения собственной легитимности [2, с. 69]. Недаром первые шаги по увековечиванию памяти о К. Марксе были предприняты уже в 1918 г., когда в Москве В. И. Лениным был открыт памятник К. Марксу и Ф. Энгельсу, а в стране, объятой Гражданской войной и испытывающей острый дефицит бумаги, исправно выходили брошюры, повествующие о его жизни и популяризирующие его учение [3; 4; 5]. Однако политическая составляющая в конструируемом образе К. Маркса была неразрывно связана с признанием его заслуг в области научной работы. Во многом этому способствовало превращение советского марксизма в методологическую базу для проведения всех научных исследований. И если в 1920-х гг. данный процесс во многом носил творческий характер, предполагая дальнейшую разработку и обсуждение выводов К. Маркса, допуская множественные трактовки его идей, то в начале 1930-х гг. на волне идеологической борьбы на «научном фронте» на смену подобному плюрализму пришло монистическое видение марксизма, исключавшее любые альтернативные прочтения наследия немецкого философа. Безусловно, подобные изменения оказывались невозможны без глубоких трансформаций, которые должна была претерпеть фигура самого К. Маркса, превращавшегося в основоположника «всесильного учения», которому удалось найти ключ к решению любых проблем прошлого и предвидеть пути эволюции человечества в будущем.

Сказанное в полной мере справедливо по отношению к советской исторической науке, для которой в 1920-х гг. К. Маркс отнюдь не был единственным и непререкаемым авторитетом. Напротив, при изучении целого ряда тем и сюжетов

советские авторы обращались к трудам других теоретиков социал-демократии (К. Каутский, Г. Кунов, Ф. Меринг, Г. В. Плеханов и др.), воспринимая их выводы в качестве образца для собственных построений. Превращение К. Маркса в «классика № 1», наряду с Ф. Энгельсом, В. И. Лениным и И. В. Сталиным, в исторической науке началось лишь на рубеже 1920-1930-х гг., что отчётливо проявилось в работе Коммунистической академии, в стенах которой в тот момент функционировали две ведущие марксистские исторические организации: Институт истории и Общество историков-марксистов [6]. Первоначально сотрудниками названных структур была проведена серия дискуссий, призванных выработать «правильный» марксистский подход к изучению прошлого, а затем предприняты усилия по систематизации взглядов К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина на ключевые события всемирной истории. Однако важнейшую роль в деле утверждения в советской историографии авторитета К. Маркса как историка, на наш взгляд, сыграло празднование весной 1933 г. пятидесятой годовщины со дня его смерти. Далее, учитывая ограниченный объём настоящей статьи, мы постараемся представить лишь общую характеристику данного события, отметив основные линии его воздействия на интересующую нас проблему.

Начало серии юбилейных мероприятий, в проведение которых оказались вовлечены все крупные марксистские центры страны, было положено торжественным заседанием, состоявшимся 14 марта 1933 г. в Большом театре. С основными докладами перед собравшимися, в числе которых были все видные представители партийной элиты того времени, выступили Д. З. Мануильский и В. В. Адоратский [7]. Так, секретарь ИККИ охарактеризовал главную составляющую марксизма - учение о диктатуре пролетариата, а директор Института Маркса, Энгельса, Ленина (далее - ИМЭЛ) представил своего рода отчёт учреждения о проделанной работе, познакомив общественность с результатами его публикаторской деятельности [8; 9]. Дальнейшие торжества были перенесены в различные учреждения столицы, подготовившие по данному случаю выставки, научные заседания, доклады для широкой обще-

ственности, научные и научно-популярные издания [10; 11]. Причём, несмотря на то что в организацию юбилейных торжеств были вовлечены все марксистко-ленинские научно-исследовательские центры Москвы, с наибольшим размахом данное событие отмечалось в Коммунистической академии, в стенах которой марксовы дни растянулись более чем на два месяца и прошли в виде научных сессий, организованных всеми ведущими «комакадемическими» институтами. Их официальное открытие состоялось 16 марта 1933 г., когда на торжественном заседании были представлены доклады В. Г. Кнорина «Марксизм-ленинизм и революционная борьба международного пролетариата» и Е. Б. Пашуканиса «Марксистско-ленинское учение о диктатуре пролетариата» [11, с. 184]. Далее на протяжении марта - апреля 1933 г. научные сессии и обсуждение отдельных докладов прошли в институтах истории, философии, экономики, советского строительства и права, мирового хозяйства и мировой политики и других, а ещё раньше, в феврале того же года, Комакадемией были организованы декадники на Урале и в Закавказье, также приуроченные к марксовым юбилейным дням [Там же, с. 184-185]. Подобный размах выглядит тем более впечатляюще, что десятилетием ранее Социалистическая академия почтила память К. Маркса небольшим научным заседанием, отмеченным докладами Е. А. Преображенского «К. Маркс как политический деятель» и Л. И. Аксельрод «К. Маркс как философ» [12, л. 1-30], а партийные инстанции, в 1933 г. организовавшие 1 600 докладов и лекций [11, с. 184], ограничились, как свидетельствуют материалы центральных газет, подборкой литературы о жизни и деятельности революционера [13]. И объяснение подобному факту, на наш взгляд, стоит искать не только в причинах материального характера. Думается, возвеличивание К. Маркса должно было стать опорой новому культу И. В. Сталина и одновременно уравновесить культ В. И. Ленина, ранее приобретшего широкое распространение в СССР [2].

Возвращаясь к проблеме утверждения авторитета К. Маркса в советской исторической науке, укажем, что наибольшую роль в данном процессе, безусловно, сыграла сес-

сия Института истории Коммунистической академии, прошедшая с 25-го по 31 марта 1933 г. и призванная определить вклад немецкого автора в развитие мировой исторической мысли. Открывшаяся чередой пленарных докладов (Н. М. Лукин «Маркс как историк», А. М. Панкратова «Маркс об исторической роли пролетариата» и Г. С. Зайдель «Маркс об уравнительном социализме»), она была продолжена заседаниями исследовательских групп института, в рамках которых также были представлены выступления историков-марксистов А. И. Малышева и С. Г. Томсин-ского «Маркс и русский исторический процесс», Л. Г. Райского «Маркс и рабочее движение в Соединённых Штатах», Р. А. Авербух «Маркс и октябрьское восстание в Вене» и А. Г. Пригожина «Маркс о социально-экономических формациях» [14; 15]. Одновременно с организацией докладов к юбилею К. Маркса сотрудниками института были подготовлены печатные труды, вошедшие, в частности, в тематические выпуски журнала «Историк-марксист» (№ 1-2 за 1933 г.) и сборник «История пролетариата в СССР».

Уже сама тематика докладов и печатных работ участников сессии имела серьёзное значение для превращения К. Маркса в «классика № 1» для советских историков. Затрагивая столь разные сюжеты, искусственно объединённые именем К. Маркса, советские учёные подчёркивали универсальный характер его мысли, внёсшей вклад в рассмотрение практически любой исторической проблемы. В то же время наибольшее значение для утверждения авторитета К. Маркса как историка имели доклады Н. М. Лукина и А. Г. Пригожина, посвящён-ные, в отличие от остальных текстов, не «узким» сюжетам, характеризующим творчество немецкого мыслителя, но базовым аспектам его «исследовательской программы» [16; 17]. Недаром в скором времени оба текста появились в советской печати, став доступными широкой общественности [18; 19].

Н. М. Лукин, занимавший на тот момент пост директора «комакадемического» Института истории, представил доклад, тематически вполне соответствовавший его статусу: он постарался дать общую характеристику К. Маркса-историка, вписав его творчество в общий контекст развития мировой истори-

ческой мысли. Десятилетием ранее подобную задачу пытался решить М. Н. Покровский, представивший, однако, крайне общие рассуждения, снабжённые отсылками к современности (деятельности большевиков в 1918 г.), но практически лишённые анализа конкретных достижений немецкого революционера на историческом поприще [20]. Н. М. Лукин избрал иной путь. Систематизировав и обобщив все основные положения советской литературы, характеризующие К. Маркса как историка, он представил целостный нарратив, затрагивающий такие важные вопросы, как источники формирования исторических воззрений немецкого революционера, его методологические принципы, особенности работы с историческими документами и влияние на последующую традицию. Представив развитие западной историографии ХУ1-ХУШ вв. как неуклонное движение к формированию материалистического понимания истории, Н. М. Лукин стремился доказать, что, заимствуя идеи у предшественников (Г. Гегель, романтическая школа, французские историки периода Реставрации), К. Маркс сумел собрать разрозненные элементы в «одну стройную монистическую систему», соединив «материализм и диалектику, материализм и историзм» [18, с. 13]. В результате, анализируя общественное развитие с материалистических позиций, он открыл базовые законы, позволившие покончить с субъективизмом и представить объективную картину эволюции прошлых эпох [Там же, с. 15, 19]. Новые открытия нашли своё отражение в главных исторических произведениях К. Маркса, посвящённых революционным периодам: «Капитале», «Классовой борьбе во Франции с 1848-го по 1850 г.», «Восемнадцатом брюмера Луи Бонапарта» и «Гражданской войне во Франции». Все они, по словам Н. М. Лукина, представляли собой лучшие образцы материалистического объяснения истории. Созданные на основе глубокого анализа пусть и ограниченного источникового материала, данные тексты демонстрировали также прекрасное знакомство их автора с исследовательской литературой. Однако, по мысли советского автора, К. Маркс не был беспристрастным «кабинетным» учёным. Напротив, именно следование принципу партийности

и резкая критика в адрес своих оппонентов позволили немецкому революционеру представить строго объективные исторические выводы. И именно так должны поступать его советские последователи, обрушивающие огонь своей критики на буржуазных историков и их сторонников из лагеря социал-фашистов, ревизующих марксизм. Выводы Н. М. Лукина, представленные в более чётких формулировках, вошли в состав передовицы к первому номеру журнала «Историк-марксист» за 1933 г., в которой были провозглашены ключевые качества и заслуги К. Маркса как историка: следование принципам объективности, партийности и практицизма, способствовавшим превращению истории в подлинную науку [21].

Однако если доклад Н. М. Лукина носил легитимирующий характер, освящая именем К. Маркса черты, присущие самой советской исторической науке, то выступление А. Г. Пригожина преследовало иную цель. Активный участник Гражданской войны, выпускник исторического отделения Института красной профессуры, ведущий на протяжении 1920-х гг. преподавательскую работу в столичных и провинциальных коммунистических университетах, в 1932 г. он стал одним из ведущих сотрудников Государственной академии истории материальной культуры, куда он был «внедрён» с целью утверждения марксизма [22]. И одним из направлений его деятельности на данном поприще стала разработка формационного учения, изложенного А. Г. Пригожиным в докладе на интересующей нас сессии Института истории Комакадемии. Значения данного доклада ни в коем случае не должен затушёвывать тот факт, что он был представлен не на пленарном заседании, а на собрании группы по истории докапиталистических формаций. Подобное решение скорее объяснялось институциональной принадлежностью докладчика, чем поднимаемыми им сюжетами. Кроме того, включение в пленарное заседание отнюдь не гарантировало подлинного внимания к теме и её широкого обсуждения, о чём, в частности, красноречиво свидетельствовал пример выступления Г. С. Зайделя, вовсе не привлёкшего внимания участников сессии [15, с. 115]. Чего нельзя сказать о выводах А. Г. Пригожина. Как утверждали

H. Н. Ванаг и Н. М. Лукин, он подвёл итог дискуссиям по проблеме общественно-экономических формаций, дебатировавшейся в советской науке с 1930 г., выявив закон их движения [14, с. 70; 15, с. 114]. Действительно, опираясь на труды К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина, А. Г. Пригожин дал марксистское определение общественно-экономических формаций и выстроил процесс их постепенной эволюции от доклассового к бесклассовому обществу через рабовладение, феодализм и капитализм [17]. И хотя автор совершенно игнорировал конкретный исторический материал, который практически отсутствовал в тексте доклада, ему удалось представить стройный теоретический каркас, лёгший в основу советского варианта марксистской периодизации всемирно-исторического процесса.

Таким образом, юбилейная сессия, по-свящённая пятидесятилетию со дня смерти К. Маркса, стала важнейшим этапом в складывании в границах СССР его «культа», сочетавшегося с утверждением немецкого революционера в статусе «классика» советской исторической науки. В результате совместных усилий партийных функционеров, пропагандистов и исследователей К. Маркс превратился в основоположника «всесильного учения» -надысторическую личность, не знавшую сомнений и не допускавшую ошибок. В исторической науке ему принадлежала честь открытия единственного научного метода - материалистического объяснения истории, позволившего отыскать подлинные причины тех или иных событий прошлого. В целом в глазах участников рассматриваемой нами сессии «комакадемического» Института истории К. Маркса как историка отличали интерес к самым разным темам и сюжетам при наиболее пристальном внимании к капиталистической эпохе, глубокое знание источников и владение различными техниками работы с ними, суровая (и справедливая!) критика своих оппонентов и отстаивание принципов партийности в историческом исследовании.

ЛИТЕРАТУРА

I. Богомазова О. В. В. О. Ключевский: историко-научные и социальные практики увековечи-

вания памяти об историке в XX - начале XXI веков : автореф. дис. ... канд. ист. наук. -Казань, 2013.

2. Тумаркин Н. Ленин жив! Культ Ленина в Советской России. - М. : Академический проект, 1997.

3. Маркс К. Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта. - Харьков : Т-во потреб. о-в Юга России, 1918.

4. Маркс К., Энгельс Ф. О коммунизме. - Пг. : Изд-во Петрогр. сов. р. и с. д., 1918.

5. Ленин В. И. Карл Маркс. Краткий биографический очерк с изложением марксизма. - М. : Прибой, 1918.

6. Гришаев О. В. Создание Коммунистической академии и её роль в развитии исторической науки в Советской России в 20-е годы ХХ века // Вестник Воронежского государственного университета. Серия «История. Политология. Социология». - 2011. - № 2. - С. 27-33.

7. Торжественное заседание в Большом театре, посвящённое 50-й годовщине со дня смерти К. Маркса // Известия. - 1933. - 15 марта (№ 72). - С. 1.

8. Мануильский Д. З. Марксизм как учение о пролетарской диктатуре // Карл Маркс - основатель коммунизма. - М. : Партийное издательство, 1933. - С. 56-87.

9. Адоратский В. В. О работе ИМЭЛ по выявлению и публикации литературного наследства К. Маркса // Известия. - 1933. - 16 марта (№ 73). - С. 2.

10. Жемчужина А. Как прошёл в Москве юбилей Карла Маркса // Борьба классов. - 1933. -№ 5. - С. 116-121.

11. К 50-летию со дня смерти Маркса // Историк-марксист. - 1933. - № 2. - С. 184-188.

12. АРАН. Ф. 350. Оп. 1. Д. 16.

13. К 40-й годовщине смерти К. Маркса // Правда. - 1923. - 15 марта (№ 57). - С. 4.

14. Ванаг Н. Некоторые итоги научной сессии Института истории // Историк-марксист. -1933. - № 3. - С. 65-72.

15. Лукин Н. М. К итогам 50-летия со дня смерти Карла Маркса. О сессии Института истории Комакадемии // Борьба классов. - 1933. -№ 5. - С. 112-115.

16. АРАН. Ф. 359. Оп. 1. Д. 196.

17. Там же. Д. 201.

18. Лукин Н. М. Маркс как историк // Историк-марксист. - 1933. - № 2. - С. 2-40.

19. Пригожин А. Г. К. Маркс и проблема социально-экономических формаций. - Л. : ГАИМК, 1933.

20. АРАН. Ф. 350. Оп. 2. Д. 34.

21. Маркс и историческая наука // Историк-марксист. - 1933. - № 1. - С. 3-10.

22. Люди и судьбы. Биобиблиографический словарь востоковедов - жертв политического террора в советский период (1917-1991) / сост. Я. В. Васильков, М. Ю. Сорокина. -СПб. : Петербургское востоковедение, 2003. -URL: http://www.memory.pvost.org/pages /index2.html (дата обращения: 01.07.2017).

Информация о статье

Дата поступления 30 июня 2017 г.

Дата принятия в печать 12 июля 2017 г.

Сведения об авторе

Метель Ольга Вадимовна - канд. ист. наук, старший преподаватель кафедры всеобщей истории Омского государственного университета им. Ф. М. Достоевского

Адрес для корреспонденции: 644077, Россия, Омск, пр. Мира, 55а E-mail: olgametel@yandex.ru

Для цитирования

Метель О. В. Становление «классика»: марксо-вы дни в Коммунистической академии и формирование образа К. Маркса как историка // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 3 (15). С. 343348.

Article info

Received June 30, 2017

Accepted July 12, 2017

About the author

Metel Olga Vadimovna - Candidate of Historical sciences, senior lecturer of the Department of World History of Dostoevsky Omsk State University

Postal address: 55a, Mira pr., Omsk, 644077, Russia

E-mail: olgametel@yandex.ru For citations

Metel O. V. The Formation of the "Classics": Marx's Days in the Communist Academy and the Formation of the Image of K. Marx as a Historian. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2017, no. 3 (15), pp. 343-348. (in Russian).