«Only Watch принадлежит всем нам»

В часовом мире у Люка Петтавино особая роль. Уроженец Монако организовал аукцион Only Watch, чтобы спасти своего сына Поля, болевшего неизлечимой сейчас болезнью — мышечной дистрофией Дюшенна. Люк Петтавино спешил, но не успел, его Поль умер. Но остался Only Watch, и его создатель помогает другим в надежде, что врачи найдут наконец лечение. Перед новым, девятым аукционом мы поговорили о духе и смысле его работы.

Основатель и организатор Only Watch Люк Петтавино

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— За годы Only Watch превратился в биеннале часового искусства.

— Мне как раз кажется, что ничего не изменилось, ни спонтанность, ни благородство людей, ни их готовность помочь. Все равны. Если кто-то хвастается, то лишь своей креативностью. Я думаю, главное — что Only Watch принадлежит всем нам, кто участвует в аукционе и его подготовке. И зрителям тоже. Это и очень прочно, и очень хрупко. Хрупко, потому что нет никакого контракта, все основывается на человеческом слове, но это слово приводит в действие весьма серьезную машину.

— На биеннале бывают призы, победители и проигравшие, есть ли что-то подобное на Only Watch?

— Я считаю, что проигравших нет, есть только победители. Если был сделан достойный проект, его оценят. Only Watch — это школа для всех нас.

Даже если гипотетическая недоработка отразится на чьем-то результате, кто мы такие, чтобы за это упрекать, я могу разве что сказать: «Жаль, что вы не приложили больше усилий». Если придут сто человек, у них будет сто мнений.

— Вы начинали с того, что обходили часовые марки с просьбами о помощи. Но теперь Only Watch сам стал маркой, институцией, которую не обойти.

— Мы затеяли Only Watch потому, что есть люди, которые больны и умирают. Это учит нас стойкости, и когда я вижу, что жизнь моего Поля превратилась в такое множество чудес и память о нем не исчезла, это хоть немного меня утешает. Уверен, часовщики думают так же, когда приходят ко мне.

— Мы всегда встречались с вами на Женевском салоне и Базельской ярмарке, но теперь нет салонов, где же вы будете брать свою добычу?

— Скажете тоже, добычу! Ну теперь зверь бежит на ловца, мы получаем множество запросов на участие. Пусть нет салонов, но многие хотят оказаться на Only Watch.

— Если часовщик стремится участвовать, как он поступает?

— Присылает письмо по электронной почте. Или находит наш телефонный номер, звонит, и мы разговариваем.

— Есть ли какой-нибудь приемный комитет, который решает, могут ли часы оказаться в коллекции Only Watch?

— Нет, ничего такого нет.

— Значит, это вы все решаете?

Люк Петтавино во время аукциона Only Watch

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— Не совсем. Я не специалист в часовом деле, моя сила скорее в умении объединять энергии разных людей. И если я в затруднении, я могу сделать один-два звонка специалистам, необязательно всегда одним и тем же — иногда часовщикам, иногда журналистам, иногда коллекционерам. И постараться понять, что они думают.

— Существует какая-то очередь?

— Никаких списков ожидания. Есть время от аукциона до аукциона, есть число участников, которое не может быть бесконечным, есть необходимость баланса разных категорий часов. Но это ведь не точная наука, и я беру на себя свою долю риска, когда говорю кому-то: «Послушайте, это, может быть, еще немного рано представлять, давайте лучше подумаем о следующем аукционе, у вас будет больше времени». Но никогда не говорю это категорично, свысока.

— А великие марки, столпы ваших продаж, беспокоятся ли они о том, кто с ними рядом?

— Вообще-то никто никогда меня не спрашивал: «Кто там будет в этом году?» Никто и никогда! Даже в частных разговорах. Участники видят список 1 июля, как все остальные.

— Участники спрашивают вашего совета в процессе работы?

— Такое бывает, но только я сразу признаюсь, что ничего не понимаю в часовом деле. Я не отношу себя к экспертам. Но я что-то чувствую, у меня есть свое мнение, и я могу дать совет, но только тогда, когда меня спрашивают. А когда я не знаю, что ответить, я так и говорю.

— Второй раз подряд у вас на Only Watch выступает российский часовщик Константин Чайкин.

Люк Петтавино во время аукциона Only Watch

Фото: Алексей Тарханов, Коммерсантъ

— Он гений, этот парень. Вот прекраснейший пример того, как люди, не принадлежащие к большим маркам, оказываются на аукционе. Мне кажется, его посоветовал Франсуа-Поль Журн. Константин делает не просто технически интересные вещи, он очень понятен людям.

— Для независимых часовщиков Only Watch — еще и рекламная платформа. Вы думали об этом?

— Это очевидно, надо быть нечестным, чтобы этого не признавать, но для нас это не проблема. И уж точно, в гораздо большей степени Only Watch — фантастическая платформа для общения. Мы здесь только потому, что делаем важное дело вместе.

— В этом году торги проходят в огромном выставочном зале. Проект растет.

— В прошлый раз был настоящий аншлаг, я не могу постоянно отвечать «нет». Мне советовали ограничиться меньшим залом, говорили, что я рискую разрушить ощущение элитарности события. Да мне все равно! Сила проекта еще и в возможности сказать: «Я это видел, я это чувствовал, я был со всеми».