Российская медь уходит со складов

Запасы российской меди на биржах LME сократились с января 2023 года более чем в два раза. При этом запасы других российских цветных металлов — никеля и алюминия — существенно выросли на фоне опасения санкций и общего снижения спроса на промышленные металлы. Аналитики отмечают, что спрос на медь подталкивает производство электромобилей и развитие ВИЭ, что приводит к дефициту металла.

Фото: Александр Чиженок, Коммерсантъ

Запасы российской меди на складах LME по состоянию на 30 июня составили 22,7 тыс. тонн, что почти в два раза меньше показателей на конец января этого года, когда на складах хранилось 52 тыс. тонн этого металла, следует из последних данных биржи.

Сейчас из общего объема меди на складах LME на металл российского происхождения приходится 66% против 96% на конец января.

Сокращение запасов меди выбивается из общей тенденции. Еще в прошлом году запасы металлов российского происхождения на складах LME стали расти, поскольку потребители стали избегать их приобретения, опасаясь возможных санкций. Общие запасы российских металлов с января выросли на 63%, до 249 тыс. тонн: объемы никеля — на 18%, до 7,9 тыс. тонн, первичного алюминия — в 2,3 раза, до 218 тыс. тонн. Запасы алюминиевых сплавов снизились в два раза, до 200 тонн. Общие запасы на LME за семь месяцев увеличились на 25%, до 451 тыс. тонн, что свидетельствует о замедлении глобальной экономики и сокращении спроса на промышленные металлы.

Как показывают данные биржи, резкое сокращение запасов меди (на 41%) произошло в феврале. В этот период цена на медь незначительно снизилась — на 2%. Крупнейшие экспортеры меди из РФ — «Норникель» и УГМК. «Норникель» в февральском обзоре рынка отмечал значительное снижение запасов рафинированной меди на складах бирж в силу превышения спроса над предложением и сбоев в цепочке поставок. На тот момент компания оценивала общие биржевые запасы меди на LME, SHFE и CME в четыре дня мирового потребления, что является самым низким за 14 лет уровнем.

Запасы меди на бондовых складах в Китае с начала года сократились на 71%, до 55 тыс. тонн, что является самым низким уровнем за более чем десять лет.

В текущем году ГМК ожидает, что рудники и рафинировочные предприятия увеличат производство на 2%, в то время как спрос вырастет на 2%, что приведет к умеренному дефициту в размере 160 тыс. тонн. В долгосрочной перспективе (к 2030 году) дефицит меди может составить 5–9 млн тонн, по оценке «Норникеля», поскольку спрос для производства электромобилей, зеленой энергетики и развивающихся магистральных электросетей превышает производство металла с учетом как всех действующих, так и готовящихся к вводу проектов.

В прошлом году LME вела консультации о запрете поставок алюминия, меди и никеля из России на свои склады. Напрямую этот запрет на деятельности российских компаний не сказывался бы, так как крупные металлургические компании, как правило, продают свою продукцию по долгосрочным контрактам напрямую конечным потребителям, а излишки — трейдерам. Российский металл попадает на склады бирж в основном в ходе вторичных сделок. Давление на биржу оказывала Alcoа, настаивавшая на исключении российского алюминия из листинга биржи, однако в итоге такое решение не было принято.

Мировое потребление меди в 2022 году превысило более 26 млн тонн, а доля России в мировой добыче меди составляет около 4%, комментирует Борис Красноженов из Альфа-банка. Таким образом, запасы на складах LME незначительны относительно мирового потребления. В настоящий момент рынок меди сталкивается с дефицитом из-за недостатка новых крупных экономически привлекательных месторождений, говорит он. С учетом роста потребления меди в секторе электромобилей и возобновляемых источников энергии рынок может столкнуться со структурным дефицитом металла на среднесрочном горизонте.