Животные – не товар. Как правильно завести друга семьи?

Животные – не товар. Как правильно завести друга семьи?

Алла Гарферт

Учредитель Общественного движения «НЕТОВАР»

Елена Шадрина:

Доброе утро, дорогие друзья! Сегодня в программе «Выбор родителей» я, Елена Шадрина, соведущая автора программы Татьяны Буцкой. И сегодня у нас гостях удивительный человек – Алла Гарферт, учредитель общероссийского движения «НЕТОВАР». Все время мы про товары говорим, а сегодня будем говорить про нетовары. Что же является нетоваром? Оказалось, что есть такая категория в нашей жизни, и здорово, что мы подняли этот вопрос, потому что я являюсь федеральным куратором общероссийского движения «Совет матерей». Мы, матери, поднимаем на поверхность все вопросы, которые волнуют наше общество, то, что касается детей. И, как оказалось, в семьях живут не только дети, а живут испокон веков также и животные. Вот именно о них мы сегодня будем говорить, и именно они являются нетоваром. И что это за такой больной вопрос, как он возник, нам сегодня расскажет Алла.

Я, на самом деле, удивлена, что вы подняли на поверхность вопрос, который, наверное, никто бы и не задумался поднять, потому что мы все любим животных, мы используем всевозможные способы их купить, кто-то находит на улице, кто-то идет в магазин. И вдруг встал вопрос, который оказался таким больным, таким жутким, и когда мы столкнулись с изучением этого вопроса, мы поняли, насколько это все серьезно, и какие сейчас это приняло масштабы. Алла, рассказывай, как родилась идея, что это за движение?

Алла Гарферт:

Идея родилась спонтанно. После того, как человек в семью принимает животное, особенно, если это происходит осознанно, как это должно быть, после длительной подготовки, после изучения вопроса, после изучения конкретной породы или характера животного, если мы говорим о животном из приюта, у которого нет породы, то человек начинает задумываться о тех условиях, в которых животное должно жить и в которых иногда животное вынуждено жить. Я имею в виду продажи в зоомагазинах.

Общественное движение «НЕТОВАР» занимается запретом, мы пытаемся запретить продажи животных (кошек и собак) в зоомагазинах в нашей стране. Почему мы считаем, что это недопустимо? Когда мы начали свою работу, а движение «НЕТОВАР» – это целая группа специалистов, и это я говорю только об активе – это и юристы, и заводчики, и психологи, и зоопсихологи. В общем, огромное количество специалистов-профессионалов в этой области, которые помогали нам готовить аргументацию, когда мы в начале своей работы попытались разобраться, а так ли уж мы правы, когда считаем, что нахождение животного в аквариуме – это великое зло. Может быть, мы не правы? Поэтому мы стали разбираться с этим вопросом и пришли к выводу, что с любой точки зрения, какой бы мы ни коснулись, будь то психология человеческая, будь то зоопсихология, будь то физическое здоровье животного, такие продажи – это очень большое зло, они не должны существовать. И огромное количество цивилизованных стран уже идут по пути такого запрета, и многие уже давно запретили такие продажи.

Началась эта история год назад с покупки. Я сама мама двух коржей, я вот так называю себя, как есть дети человеческие, а есть дети животные, они тоже наши дети. У меня 2 мальчика породы вельш-корги-пемброк, мы их называем коржиками. И вот однажды в породном сообществе в Фейсбуке мы увидели пост о том, что в магазине продается щенок нашей породы, который, конечно, затронул всех до глубины души. В течение суток собака была выкуплена неравнодушными коржатниками, как мы их называем. Что выяснилось? Естественно, целая куча болезней была у этой собаки, полное безобразие с документами, и большое количество проблем было у семьи, которые взяли эту собаку на свое попечение. Но вопрос том, что люди прошли от и до, все ступени ада и довели собаку до нормального состояния, но не каждый к этому готов. Когда человек приходит в зоомагазин, видит животное, совершает импульсивную покупку, а потом сталкивается с кучей проблем, к которым он не готов, он не знает, что с ними делать – вот о чем движение «НЕТОВАР» в двух словах.

Елена Шадрина:

Основная задача торгового центра – это «все включено», пришел с утра и получил все услуги от и до. Ты можешь сделать себе маникюр, ты можешь купить себе любую вещь, ты можешь купить даже путевку в путешествие. И, с одной стороны, замечательно, когда все собрано в одном месте, но, как мне кажется, такие крупнейшие центры рождают не только положительные моменты, но и болезни. Я назову элементарные примеры. При огромном количестве фастфудов идет ожирение, при огромном количестве магазинов идут шопоголики, то есть это болезнь, которая сейчас действительно есть.

И мне кажется, что зоомагазины тоже приобрели какую-то форму заболевания, потому что продажа живых существ, о которых мы говорим (кошки, собаки, хомяки, шиншиллы), это ни в какие рамки, в голову даже не влезает, потому что зайдя в этот магазин, дети смотрят, они умиляются. Но я сама это все вижу: сердце кровью обливается, видя этих животных. И здесь идет больше эмоциональная покупка, причем она идет 2-х видов.

Первая, когда у ребенка истерика, он говорит: «Купи!» – потому что он подвержен вот этому аромамаркетингу, когда только при входе в торговый центр ты вдыхаешь и понимаешь, что все, тебе нужно купить, ты запрограммирован на это. Вторая – это со стороны взрослых, когда просто жалко. И хорошо, когда это делают такие люди, как вы, которые реально понимают угрозу этому животному, принимают решение купить. А другие – просто жалко, и они приобретают это животное. Причем и в одном, и другом случае эмоция-то проходит, и что происходит дальше животным, вот это другая сторона медали зоомагазина. Здорово, что можно все купить в одном месте! Но давайте как-то разграничивать, смотреть за этим. Как вы собираетесь с этим бороться? Ведь это целая индустрия. Зоомагазины – это сетевые магазины, уже есть закон. Что вы будете делать? У вас небольшая организация, 4 месяца только существуете.

Алла Гарферт:

Да, мы с начала этого года начали активную деятельность.

Елена Шадрина:

Как убрать эти эмоциональные слезы?

Алла Гарферт:

Мало того, что мы небольшая организация, я хочу еще подчеркнуть, что мы работаем за счет собственных средств, мы не ведем никаких сборов. Это исключительно вот той группы специалистов (есть люди низкой социальной ответственности, как сказал Президент, а есть люди высокой социальной ответственности), которые для себя решили, что они готовы за свой счет что-то в нашей стране менять в лучшую сторону. Поэтому, может быть, не все так быстро, как хотелось бы, не все понятно, и есть еще огромное количество вещей, которые можно было бы сделать, но у нас только по две руки у каждого, по одной голове, и тоже есть работа, семьи. То есть это общественная нагрузка, это первое. Второе, мы понимаем, как должно быть. Мы за качественные, умные, хорошие питомники, где созданы все условия для рождения, выращивания и передачи собак или кошек в семью.

Елена Шадрина:

С хорошей генетикой…

Алла Гарферт:

С хорошей, продуманной генетикой, с интересным сочетанием крови. Мы никогда не говорим о том, что все породное разведение нужно запретить и всем убрать собак из приютов. Ни в коем случае! Это личный выбор каждого. Кто-то идет в приют, кто-то хочет породную собаку – это его право, но это должно делаться умно, качественно и на уровне. Это профессия, и должны быть условия, это должны быть дома, а не квартиры. Мы понимаем, что магазин при всем желании не может обеспечить. Меня никто никогда не убедит и ни одного здравомыслящего человека в том, что бокс, 1 квадратный метр, без свежего воздуха, с искусственным освещением, с беспрепятственным доступом третьих лиц к этому животному – это нормально. Это абсолютно не нормально! Щенок не может существовать в аквариуме!

Елена Шадрина:

А какой стресс, какое количество людей мимо проходит…

Алла Гарферт:

Почему говорю: неограниченный круг лиц имеет доступ? Потому что продавец ведь не может отказать, то есть придет пьяный покупатель после кино вечером и скажет: «Достаньте мне песика». Сколько ситуаций, когда их роняют, когда их ломают – бесконечное количество историй мы собираем про то, что покупают с переломами животных, в ужасном совершенно состоянии, когда животные от стресса начинают самотравмироваться и биться головой об стену. Самое элементарное – 5-7 метров нужно щенку для хоть какого-то передвижения, но никак не 1 квадратный метр.

Второе – прогулки. В момент взросления собаке для социализации и приучения к естественным процессам требуется выгул 5-7 раз в день. Если допустить, что в зоомагазине находится одновременно 3 щенка (3х7=21), то есть 21 раз кто-то из сотрудников должен погулять с собакой. Это реально? Давайте будем честными, это нереально. А потом, мы понимаем, где находятся торговые центры. Куда он его поведет, на парковку? Это второе. Третье – ветеринарная помощь. Ни один зоомагазин не имеет в штате ветеринарного врача. Следующий момент: есть общеизвестные кинологические и фелинологические организации в нашей стране, которые пользуются уважением, это общепринятый образец документов. Так вот, они не имеют дело с зоомагазинами, мы ни одного случая не нашли в нашей стране, чтобы заводчики сдавали в зоомагазины своих животных. Кто их туда сдает? Их туда сдают разведенцы – это черный, серый рынок, которому мы предоставляем официальный рынок сбыта: «Пожалуйста, продавайте!»

Дальше, что такое взять в семью животное? Это ведь долгий процесс, это надо все взвесить, изучить породу, особенности, 10 раз подумать, можешь ли ты себе это позволить, проконсультироваться. Если вы приходите в нормальный питомник, вас 10 раз проконсультируют: «У вас возраст такой детей, вот это очень большая собака для квартиры». Кто этим в магазине будет заниматься? Продавец? Ему все равно.

Елена Шадрина:

Перед эфиром я сделала опрос в нашей ассоциации «Совет матерей». Единогласно все сказали о том, что принятие решения, чтобы завести животное, должно быть настолько обдуманным и продуманным, потому что животное в итоге ляжет на плечи взрослых людей. И как бы ребенок ни просил и что бы он ни делал, вот здесь вопрос. Опять-таки, в магазине эмоция «Купи!», истерика. Родители ведь сейчас делают такие вещи, чтобы просто ребенок не капризничал – какая разница, живая игрушка, не живая игрушка. И я тоже думаю: «Господи, а как страшно! Кто потом вырастет из этих детей?» То есть когда идет эмоциональная покупка – купил, поиграл, надоело – и какое количество сейчас оказывается на улице, это же просто страшно! Сейчас я смотрю и в Фейсбуке, и во всех социальных сетях: «Заберите животное, возьмите!» Целые выставки организовываются! Мне кажется, что такого не было никогда.

Алла Гарферт:

А мне кажется, такого не было никогда, то есть миллионов бездомных животных в нашей стране.

Елена Шадрина:

И страшно то, что это будущее поколение детей, которые растут на этом, то есть видят животных в клетке – первый момент; второе – принося домой и сказав: «Надоел», – потому что нужно заниматься, причем это может сказать и ребенок, и взрослые. И что тогда происходит с обществом? Безусловно, проблема реальна, она имеет катастрофический сейчас масштаб. «И что делать-то?» – извечный чернышевский вопрос.

Алла Гарферт:

Я консультировалась перед эфиром с нашими психологами по этому вопросу и сделала для себя следующие выводы. Во-первых, детей совсем маленьких, то есть мы говорим о родителях сознательных, которые в Вашей организации, в частности, присутствуют, потому что это крайне приятно, что такая единогласная поддержка со стороны мам, потому что кто, как не мама? Как вот это пресловутое: все из семьи. И вот это из семьи. Кто-то учит ребенка: «Мы в ответе за тех, кого приручили», – а кто-то: «Ну, конечно, сыночек, поиграл да выкинул». И потом отсюда и получается вот этот костяк общества, который превалирует, который будет через какое-то время в нашей стране локомотивом, или будет основной частью нашего общества, от того, что сегодня мы будем вкладывать в голову своих детей.

Так вот, что касается советов психологов, совсем маленькие дети не должны видеть таких вещей в принципе, потому что им будет сложно объяснить. Они эмоционально будут чувствовать, что это плохо, неправильно. Они не смогут свои эмоции объяснить, маме будет сложно со своей стороны объяснить, что это такое. То есть если мы говорим о 2-, 3-летних детях, то им вообще такие вещи видеть противопоказано. Что касается подростков, с ними нужно разговаривать тем же языком, которым мы разговариваем между собой, объяснять, что животное – это не товар, что такая покупка сама по себе неправильная, она неэтичная, она носит характер нездоровый совершенно. Это что касается детей.

Елена Шадрина:

Когда профессиональные заводчики продают животное, вы делаете какой-то опрос, кому вы это продаете? Есть какие-либо требования к покупателям?

Алла Гарферт:

Во-первых, я не заводчик и никакого отношения к этой профессии не имею, просто очень уважаю труд людей. Я расскажу свою историю. Мой ребенок просил собаку на протяжении 5-ти лет, и когда мы в семье решили, что будем брать собаку, это был очень долгий процесс, мы искали, потому что хотели определенную породу.

Елена Шадрина:

А как вы готовились, почему эту породу выбрали?

Алла Гарферт:

Породу выбрал ребенок, и о ней он, собственно, и мечтал. А потом мы стали изучать породу и поняли, что она конкретно наша.

Елена Шадрина:

Он визуально выбрал?

Алла Гарферт:

Он очень много читал о ней, узнавал, смотрел ролики.

Елена Шадрина:

А сколько ребенку?

Алла Гарферт:

На тот момент, когда мы взяли первую собаку, ему было 11. Достаточно взрослый, но просил он очень долго. Очень показательный случай, когда мы выбрали заводчика, с кем мы хотели бы иметь дело, я ей позвонила и сказала: «Здравствуйте, мы хотим собачку для нашего мальчика». И при достаточно высокой стоимости этой породы заводчик мне ответила следующее: «Когда нужна будет для семьи, можете мне позвонить», – и положила трубку.

Елена Шадрина:

5 баллов!

Алла Гарферт:

5 баллов, абсолютно! Поэтому когда у меня интересуются заводчиками, которых мы рекомендуем и уважаем, я всегда говорю: «Люди, готовьтесь к допросу с пристрастием». И на мой взгляд, чем больше вопросов задает заводчик потенциальной семье, тем лучше это его характеризует, значит, ему не все равно, где будет жить его животное. Вообще, хороший заводчик остается на связи всю жизнь, то есть он всегда на связи с семьей, что бы ни случилось. Вот я могу позвонить своему заводчику в 3 часа ночи.

Елена Шадрина:

То есть это как дети?

Алла Гарферт:

Абсолютно! Складываются взаимоотношения уже дружеские. И я хочу сказать, что для меня это индикатор – отношение заводчика к животному. Если ему не все равно, куда животное попадет, значит, с таким же неравнодушием животное было рождено и выращено. Это сразу видно, это очень подкупает. И ничего подобного в магазине вы никогда в жизни не найдете.

Елена Шадрина:

Конечно, там только: «Купи!»

Алла Гарферт:

У меня был случай, когда попросили порекомендовать, причем это был не наш заводчик, и очень хорошие знакомые обратились к другому заводчику по породе, она их выслушала и сказала: «Вы знаете, у меня вот только девочка есть, а вам нужен мальчик …» – по ряду каких-то объективных вещей. И тоже, казалось бы, продай… У хорошего заводчика не первостепенен вопрос продать во что бы то ни стало, ему в первую очередь нужно подобрать отличную семью для конкретного щенка – вот задача номер раз, а все остальное второстепенно. Тогда, как в магазине – это товар в боксе. Пожалуйста, любой желающий живодер – платите деньги, забирайте, спасибо, до свидания.

Елена Шадрина:

Есть такое выражение, что животное очень похоже на своих хозяев. Просто по собственному опыту скажи, они такими становятся, или они такими рождаются?

Алла Гарферт:

Если говорить о внешности, я сегодня пришла со своим старшим, можете оценить, насколько мы похожи.

Елена Шадрина:

Да-да, одно лицо!

Алла Гарферт:

А что касается характера, есть такое распространенное мнение, что животные становятся такими, как-то перенимают атмосферу семьи, то есть как близкие подруги между собой становятся похожи. На самом деле, я считаю, что люди немного меняются с приходом животного в семью, если это любимое животное, осознанное, выбранное, начиная с каких-то элементарных вещей чисто физических. Вот я, например, никогда в жизни не ходила пешком до 33-х лет, как тот самый Сеня «в булочную на такси», я ездила так. И теперь, начиная с 33-х лет, это мое любимое времяпрепровождение – гулять со своими собакам, я обожаю просто! А что касается каких-то вещей, понятно, что мы стараемся лишний раз не повышать голос, особенно, когда щенок в доме. Конечно, мы похожи между собой, мы же одна семья.

Елена Шадрина:

А где спят? Как ты относишься ко сну?

Алла Гарферт:

Это, наверное, непедагогично сейчас будет, но наши собаки спят везде, в том числе в моей кровати – для нас это нормально. Может быть, это непедагогично и негигиенично, но для нас это нормально, более того, для нас это счастье.

Елена Шадрина:

Это тоже показатель того, насколько близкие отношения, насколько принимается это животное в доме. Давай вернемся все-таки к этим магазинам, которые продают животных. Что делать родителям? Не как специалисты, а просто давай порассуждаем. Заходит мама…

Алла Гарферт:

Тут нечего рассуждать, потому что у меня простое видение, очень односложное: не ходить в магазины. Просто я призываю открытым текстом, призываю к общероссийскому бойкоту магазинов, которые торгуют живым товаром – это наша официальная позиция нашего общественного движения – просто игнорировать, просто бойкотировать эти магазины.

Елена Шадрина:

Ты говорила, что вы делаете даже видеосюжеты, фотографии – где?

Алла Гарферт:

У нас есть официальная группа в Фейсбуке, называется «НЕТОВАР», ее очень легко найти. Последнее видео нам прислали, на нем щенок джек-рассел-терьера в ужасающем физическом состоянии в одном из магазинов крупной сети товаров для животных, оно набрало более 20 тысяч просмотров, уже огромное количество комментариев. Это такой пример, как не должно быть, но происходит в XXI веке в России, в столице нашей Родины. Это, конечно, ужас, если это оценивать.

Елена Шадрина:

А это большая порода, крупная?

Алла Гарферт:

Джек-рассел – это, если помните, фильм «Маска», не особенно крупная. Но крупные породы более-менее защищены от таких продаж, потому что понятно, что щенок алабая даже в 2 месяца просто огромный. То есть это, как правило, мелкие и средние породы. Больше всех, конечно, страдают малыши чихуахуа от зоомагазинов, потому что это самая оптимальная для таких продаж порода. Но, как я уже сказала, это и кокер-спаниели, это и джек-расселы, и вельш-корги, то есть совершенно не приспособленные к таким условиям малыши.

Елена Шадрина:

Я только сейчас подумала, а в этом магазине возврат товара есть?

Алла Гарферт:

В течение одного дня. У нас юристы изучали договоры, с которыми мы смогли ознакомиться, и они пишут, что возврат возможен в течение одного дня.

Елена Шадрина:

То есть взяли домой, поиграли и вернули…

Алла Гарферт:

Вы вообще можете себе представить эту формулировку. Например, тот щенок, которого мы выкупали год назад, с которого все началось – это коржик, его зовут Макс, он счастлив в своей семье, но семье пришлось отнести…

Елена Шадрина:

Больной был?

Алла Гарферт:

Больной, конечно! У него было 3 довольно серьезных диагноза, при этом щенок продавался по очень высокой цене, я могу ее озвучить, если нужно – это 80 тысяч рублей.

Елена Шадрина:

А какие-то справки медицинские прилагались?

Алла Гарферт:

Вы знаете, оно, конечно, прилагалось, но если я начну подробно описывать эту ситуацию, мы так углубимся – придется разбираться в терминологии, у нас эфира не хватит. Но если резюмировать коротко, неправильно все в документах. Начнем с того, что щенок просто болен. Или возьмем этого джек-рассела, которого, по утверждению магазина, они якобы на следующий день продали. Да его нельзя было продавать! Извините, у него раны на голове! Поэтому, если коротко, просто в ненадлежащем виде документы, если говорить о документах, и в ненадлежащем состоянии здоровья зачастую эти собаки и кошки. Огромное количество историй. Была история про бенгальского кота со сросшимся переломом.

Елена Шадрина:

Очень похожую мы сейчас делаем акцию, мы собираем по магазинам треугольники, которые в машину делают – типа они защищают детей от аварии. И наш «Совет матерей» также делает сейчас широкомасштабную всероссийскую акцию, мы подписали соглашение с Росстандартом. Закон тоже издали, его поменять нельзя, но мы будем делать все возможное, чтобы запретить продажу в магазине. И я думаю, что вам нужно будет идти тем же самым путем, потому что это решит проблему. Чем больше будет таких фотографий и сюжетов, тем быстрее обратят на это внимание.

Это должны быть какие-то питомники, профессиональные заводчики. А выставки? Там же тоже идет продажа этих животных. Здесь как?

Алла Гарферт:

На самом деле, мне неизвестны случаи продаж на выставках. Выставка – это мероприятие, где распределяются титулы между представителями той или иной породы, там не продаются животные, насколько мне известно.

Елена Шадрина:

Я была на ВДНХ, и я четко помню, что мы пришли смотреть на кошек. И вот котята, клетка, мама-победительница в орденах, медалях, и тут же котята…

Алла Гарферт:

Поймите, они же не живут на этой выставке. Даже если их привез заводчик, понятно, что какие-то методы продажи должны иметь место быть. Я же говорю о загерметизированных месяцами и законсервированных животных, не видящих ни воздуха, ни света, а потом мы имеем проблемы с психикой, со здоровьем.

Елена Шадрина:

А вы вступали в контакт с магазинами? Какие-то телодвижения в эту сторону делали?

Алла Гарферт:

В двух словах, как мы видим движение нашей кампании. В конце прошлого года был принят многострадальный законопроект об ответственном обращении с животными. Сейчас готовится ряд поправок в этот законопроект и правительственных документов, которые внесут коррективы, потому что там очень много всяких пунктов, которые не точны на 100 процентов. И мы разработали свои предложения в постановление Правительства и передали свои предложения в Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации, и уже их рассматривают.

Мы предлагаем формулировки, при которых никто не пострадает, но конкретно будет запрет на продажу кошек и собак всех возрастов и пород во всех зоомагазинах России. Для того чтобы нас услышали, нам, конечно же, нужно общественное мнение, чтобы общество тоже сказало свое слово, что оно против таких продаж. Для этого мы создали петицию, эта петиция за очень короткий срок собрала уже более 16 тысяч голосов, то есть мы чувствуем поддержку адекватных слоев населения. Соответственно, мы очень надеемся, что нас услышат в Правительстве, и будет принята такая поправка. И мы очень рассчитываем на помощь широких слоев нашего населения.

Что касается вопроса по поводу зоомагазинов. Зоомагазины на сегодняшний день действуют в рамках закона, то есть морально-этическая сторона их не беспокоит совершенно, они считают, что на помойке еще хуже. Понятно, на помойке еще хуже, а давайте мы не будем вообще такую альтернативу создавать. Причем тут помойка? Мы говорим о том, что такие продажи – это не есть хорошо. Поэтому мы планируем выходить с открытыми письмами на руководство крупнейших российских сетей зоомагазинов для животных – все они пишут у себя на сайтах: «Мы магазины для животных». Так коль вы для животных, давайте мы уберем этот живодернический аспект из вашей работы, и мы вас все за это будем очень уважать. Мы будем выходить с официальным предложением, но, честно говоря, есть большие сомнения, что нас услышат, потому что, насколько нам известно, на сегодняшний день есть только одна крупная сеть, которая принципиально не торгует животными. Мы сами очень ее уважаем, но мы ее никогда не упоминаем, дабы нас не обвинили в том, что мы лоббируем интерес. Мы не за кого-то, мы против продаж.

Подавляющее большинство (мелкие зоомагазины, то есть не сетевые), как правило, не занимаются такими продажами – это накладно, это не особенно выгодно, это болезни. А крупные могут себе это позволить, но и для них это не столько вопрос прибыли, сколько вопрос живой рекламы.

Елена Шадрина:

Даже сейчас в торговых центрах, особенно в детских специализированных, когда ты заходишь, люди с животными тебя встречают при входе и тут же тебе предлагают сфотографироваться с несчастной обезьяной, попугаем, даже дикие животные, пантеры – ужас какой-то! Конечно, московский зоопарк прекрасный, он большой, широкий, сделали все возможные условия. Но ты обрати внимание, что существуют еще и маленькие зоопарки, их в торговых центрах открывают.

Алла Гарферт:

Они запрещены новым законом, контактные зоопарки запрещены.

Елена Шадрина:

Эта индустрия поползла, то есть люди на этом зарабатывали деньги, и продолжают зарабатывать, и продолжают выходить с этими животными, чтобы дети фотографировались. При этом сколько случаев заболеваний, травм, то есть за это никто не хочет отвечать, все хотят только получать прибыль. Это, конечно, маркетинговый ход, и все-таки запрещенный ход, удар ниже пояса. Почему я говорила, что хочется, чтобы озвучили, потому что есть честные компании, которые играют по-честному, а есть те, которые используют запрещенные приемы.

Но я думаю, что при отзывах на странице в Фейсбуке, когда вы будете получать после этого эфира публикации фотографий, как мы это делаем с треугольниками, мы обязательно прикладываем адрес магазина и название магазина, и все становится прозрачным, люди сами делают выводы. Поэтому, «Совет матерей», дорогие девчонки! Я призываю вас подключиться к этой акции – это такая тема, близкая для нас с вами, для родителей – дети, животные, все в одном доме живут. Не оставайтесь равнодушными!

А вот есть ли какие-то примеры западных компаний? Все время же говорят, что там все по-другому, там все выстроено. Вы не изучали истории?

Алла Гарферт:

Международный опыт еще не так богат, к сожалению. Но многие страны, по-моему, больше 20-ти штатов Соединенных Штатов Америки уже отказались от такой практики продаж. Последний был Лос-Анджелес, потому что он из Калифорнии. А что касается европейских стран, там Великобритания, громкий закон у них был, который запрещал в том числе и использование животных в качестве инкубаторов, там громкая была история. Поэтому если резюмировать, можно сказать, что большинство развитых стран уже идут по этому пути, и я надеюсь, что Россия станет одной из них. Потому что, в конце концов, это ведь и престижно с точки зрения уровня страны на международной арене, потому что как сказал классик, по отношению к старикам и животным можно судить об уровне общества. Поэтому мы призываем к тому, чтобы быть на уровне и гуманным способом устраивать животных в семьи.

Елена Шадрина:

Я читаю вопросы от наших мам. Как подобное зрелище влияет на психику ребенка, и чему он учится, глядя на домашних животных в стеклянных боксах, каким образом это формирует его картину мира? Ребенок пришел, видит животное…

Алла Гарферт:

Не нужно ему его видеть. То есть мы возвращаемся к тому, что просто зачем лишний раз травмировать психику ребенка? Очевидно, что в лучшем случае ребенок проведет параллель, что он пришел в магазин – ему купили машинку, а вот он пришел в другой магазин – ему купили собачку. И потом мы получим отношение, равное к живому и к неживому существу, это в лучшем случае. В худшем случае ребенок может получить психологическую травму от такого зрелища.

Возвращаясь к той самой импульсивной покупке, может быть, из лучших соображений, пытаясь предотвратить истерику ребенка, или следуя своим инстинктам и желаниям помочь, защитить это животное, совершают эту импульсивную покупку – зачастую она тоже выходит всем боком, потому что нужно думать и о вопросах не только содержания, но есть чисто медицинские аспекты (в конце концов, проверить, есть ли у тебя аллергия). Возвращаясь к питомникам, вы можете приехать, взять щенка, посидеть с ним, полежать, побыть в помещении, где живет щенок. Потому что зачастую просто взять на руки недостаточно, нужно находиться в помещении, как говорится, «здесь русский дух, здесь Русью пахнет» (щенячий дух). Вам это разрешат. В магазине вы этого сделать не можете никак – в бокс вы что ли залезете метровый? Поэтому может такая ситуация возникнуть, что вы его принесете домой, и действительно возникнет аллергия.

Елена Шадрина:

Сейчас такое количество этого заболевания, то есть это процент достаточно высокий среди детей. И плюс ко всему, конечно, нужен тоже совет. Скажи все-таки, как выбирать? Ведь кошки и собаки – это разные вещи абсолютно! Тут надо гулять, здесь надо рано вставать. Вроде бы все говорят: «Да, мы заводим», – а потом с утра начинается: «Камень, ножницы, бумага, раз, два, три, кто пойдет гулять?» Вроде бы дети говорят: «Я все буду делать», – потом ребенок ничего не хочет делать. Как готовить семью, как готовить ребенка к тому, чтобы завести животное? Есть ли какие-то конкретные рекомендации, когда вы хотите завести кошку либо собаку, опять-таки, собаку маленькую, собаку большую?

Алла Гарферт:

Я думаю, что нет универсального рецепта по той простой причине, что каждая семья разная, ситуация у всех разные (жилищные условия, количество детей, возраст детей, состояние здоровья, количество свободного времени). Поэтому дать универсальный рецепт, что возьмите 100 грамм того, 100 грамм этого, смешайте, и будет вам счастье – такого не бывает, нужно каждый вопрос рассматривать индивидуально.

Но я хочу сказать о другом. Вы упомянули прогулки с детьми, когда дети обещают. По мнению специалистов-кинологов, до 12-14 лет вообще нельзя одного ребенка отпускать гулять с собаками по ряду причин, если правильно и осознанно подходить к вопросу. И многие другие вещи: в ветеринарку ребенок не повезет животное; выкупать, даже среднюю породу; принять грумера или отвести в грумеру тоже ребенок не сможет. Поэтому давайте будем реалистами: ребенок будет воспитываться, и прививаться ему ответственность будет, глядя на вас, на то, как вы обращаетесь с животным. Сам он, скорее, как англичане говорят, «не воспитывайте детей, воспитывайте себя», вы своим примером должны показать своему ребенку, как должно быть. А потом, когда вы будете в пожилом возрасте, ребенок вспомнит, как вы обошлись с вашей собакой, и покажет вам то, чему вы его научили в детстве. Поэтому надо индивидуально смотреть, что за семья, какие пожелания. Вообще, я всем говорю: «Заведите собаку, вы не пожалеете».

Елена Шадрина:

Либо кошку. Но читая отзывы от «Совета матерей», от девушек из разных регионов, читала, как заводили животных согласно характеру, то есть не просто смотрели на картинке, а реально выезжали на выставки, общались с разными породами, чтобы понять вот этот тактильный контакт даже при наличии шерсти.

Классический пример: кошки есть пушистые, есть лысые – это же тоже уникальные, это не каждый человек заведет, кто-то даже боится. И этот выбор достаточно серьезный. А маленькие и большие собаки? Все-таки есть же какие-то особенные требования по помещению? Большая собака – нужно, чтобы большая квартира была, большой дом…

Алла Гарферт:

Разумеется! Это просто на уровне здравого смысла. Лена, мы понимаем, что в однокомнатную квартиру тащить 3-х алабаев – это на уровне бреда. Хотя кто-то живет, и, может быть, люди счастливы, поэтому я с этого и начала…

Елена Шадрина:

Больше эгоизм?

Алла Гарферт:

Я допускаю такую историю, что будет 3 собаки, и человек счастлив – возможно, каждому свое. Не могу сказать, что присутствие большой собаки в маленькой квартире – это априори беда и несчастье. Нет, я так не считаю.

Елена Шадрина:

Слушай, а когда с маленьким животным по улице ходят бесконечно, это как?

Алла Гарферт:

Для меня нормально. Я вообще за Dog Friendly среду, мне очень нравятся заведения, куда можно ходить с собаками. Я честно могу сказать, что я хожу со своими собаками везде, и собаки почище людей будут. Поэтому я «за», но это мое субъективное мнение, оно не связано с моей общественной деятельностью, это просто мое частное мнение, как владельца животного.

Елена Шадрина:

Тема настолько животрепещущая, потому что любая счастливая семья – это та, в которой есть дети и есть животные, когда все друг друга любят, когда все друг о друге заботятся. И так же, как принимают решение, что в семье должны появиться дети, так же должны взвешенно принимать решение, что должны появиться животные: какое животное, в каких условиях оно будет жить. Напомню, что у нас в программе была Алла – учредитель общероссийского движения «НЕТОВАР». Алла, спасибо огромное!

Алла Гарферт:

Лена, это Вам спасибо огромное! Очень приятно было побеседовать! Если у кого-то остались вопросы, в группе «НЕТОВАР» в Фейсбуке мы всегда на связи и готовы ответить на них. Спасибо всем большое за поддержку!

Елена Шадрина:

Спасибо всем! До свидания и хорошего дня! До новых встреч!