Эксплуатация авторитетов в публицистике

Е. В. Тенева

ЭКСПЛУАТАЦИЯ АВТОРИТЕТОВ В ПУБЛИЦИСТИКЕ

Качественные изменения и радикальные трансформации во всех сферах человеческого бытия, произошедшие в XX в. и продолжающиеся до сих пор, поставили под сомнение вопрос об отношениях к прежним ценностям, традициям и авторитетам. В общественном сознании сегодня возникают сомнения не только в значимости прежних ценностей, но и в существовании ориентиров, авторитетных ценностей в данное время. Исследование авторитета в публицистике имеет большое значение, так как именно язык и его средства наиболее ярко демонстрируют изменения в обществе, помогают лучше понять сущность человека и общества. Изменения, происходящие в жизни общества, находят отражение в языке. В большей степени это касается так называемых «качественных» газет и журналов, так как они рассматривают все области повседневной жизни, передают оценку и информацию более непосредственно и достоверно, чем массовые издания и публикации. Поэтому для нас важно изучение своеобразия газетнопублицистической лексики с точки зрения ее культурной ориентированности и наличия авторитетов.

Феномен авторитета присутствует во многих сферах и измерениях человеческого бытия: от социально-политических и правовых отношений до научного познания. Существуют разные подходы к определению авторитета. Так, например, в философии сторонники приоритета веры над разумом рассматривают авторитет как «способ “обоснования” веры путем апелляции к позитивно зарекомендовавшему себя прошлому опыту и практически апробированным учениям», а их противники— как «способ аргументации путем ссылки на известных людей» [1, с. 5]. В психологии авторитетом называется «вид власти, реализующий свои регулятивные функции посредством трансляции образцов поведения и деятельности и основанный на доверии со стороны тех, на кого эта власть направлена» [2, с. 237]. А в культурологии дается более широкое определение авторитета. Здесь он представляет собой «подсистему культуры, надстраивающуюся над нетехнологической, креативной деятельностью, отвечает за процесс целеполагания этой деятельности, за социализацию и выбор жизненных позиций личности» [1, с. 21]. Если же обратиться к Толковому словарю русского языка, то он дает следующее определение авторитета:

1) авторитет — это «общепризнанное значение, влияние, общее уважение»;

2) авторитет — это «лицо, пользующееся влиянием, признанием».

В публицистической литературе авторитет играет очень важную роль: использование автором этого понятия стимулирует мыслительную деятельность читающей аудитории, убеждает реципиента включить предложенную информацию в фонд знаний, помогает автору руководить логикой восприятия и аргументировать свое мнение или позицию. Для читателя газет и журналов, как и для читателя любой другой литературы, очень важно иметь дело с авторитетными специалистами. Согласно Р. Чалдини, «в самом деле, одно из словарных определений авторитета— эксперт» [3, с. 67].

Мы предлагаем следующую дефиницию: авторитет — это культурное понятие,

© Е. В. Тенева, 2010

под которым имеется в виду форма осуществления власти, общеизвестный ориентир (член группы, мнения и высказывания которого являются общепризнанными, или популярная тема), который существует среди членов микросоциальной группы и который является эталоном для подражания. В

публицистической литературе это понятие используется как риторический прием для аргументации и убеждения читателя путем ссылки на известных личностей или известную тему. Мы считаем также, что понятие «авторитет» — одно из существенных составляющих культуры в целом.

Одной из наиболее важных составляющих содержания понятия «авторитет» является пример для подражания, образец, на который ссылаются при принятии решений, но который не закреплен в формальном плане и содержание которого не однозначно, т. е. может по-разному истолковываться. Атрибутивными свойствами инвариативных элементов содержания понятия «авторитет» выступают также уважение, святость, вера и доверие.

Опираясь на концепцию авторитета А. А. Степанова, мы будем рассматривать это понятие как систему, состоящую из следующих элементов: носители авторитетного примера (ауктор), сам авторитетный пример (эйдос), подражатели примера (мастер) и продукт, созданный на основе подражания [1, с. 22]. А. А. Степанов говорит о том, что «эйдос» акцентирован на сущности образа, примера для подражания. По мнению А. А. Степанова, основными структурными отношениями между элементами системы «авторитет» выступают: творчество, хранение, интерпретация и пропаганда эйдоса, вглядывание в эйдос и подражание эйдосу.

Выделение видов авторитета основано на элементах системы: эйдоса, ауктора, мастера. Как считает А. А. Степанов, существуют следующие аналитические виды авторитетов: универсальный (общекультурный) и специализированный, положительный и отрицательный авторитеты, а также именной и безымянный авторитеты [1, с. 7]. Мы будем придерживаться классификации авторитетов А. А. Степанова в зависимости от самого авторитетного примера (эйдоса) и рассмотрим следующие виды авторитетов: «универсальный» и «специализированный» , а также «именной» и «безымянный».

Ориентация на адресата является одним из главных принципов любой коммуникации. Это отмечали многие авторы: Монтегю, Славгородская, Арутюнова, Банару, Кухаренко, Каспранский, Сотникова и др. Так, Т. В. Радзиевская, исследуя научный текст (НТ), справедливо отмечает, что адресация НТ узкому кругу специалистов, «посвященных», ограничивает сферу его функционирования. В свою очередь, ограниченность этого круга дает автору НТ возможность достаточно конкретно представлять своих потенциальных читателей, их кругозор и интеллектуальный уровень. То же самое можно сказать и про публицистический текст, в котором авторитеты, адресованные «посвященной» публике, определенному кругу специалистов или знатоков в какой-то области, являются, согласно классификации А. А. Степанова, «специализированными». А те авторитеты, которые адресованы среднестатистическому читателю, «непосвященному» в ту или иную тему или сферу деятельности, являются «универсальными» («общекультурными » ).

Авторитет играет большую роль в публицистической литературе и обладает свойствами, которые помогают читателю «вглядеться» и распознать его в тексте. Одним из таких свойств авторитета является его анонимность. Это излюбленный риторический прием, активно используемый всеми СМИ. При этом осуществляется цитирование документов, оценок экспертов, свидетельских отчетов и других материалов, которые

необходимы для большей убедительности. При этом источник информации не идентифицирован. Если газетная статья или публицистический очерк начинаются словами «источники информируют» или «доктора рекомендуют», это означает, что автору не нужно использовать доказательства для того, чтобы подтвердить, что сообщаемые сведения являются авторитетными и достоверными. Такие авторитеты мы будем называть «безымянными».

Итак, автор использует авторитет, ориентируясь на читателя. Прежде всего надо разобраться, что такое принцип «идентификации» или принцип ориентации на адресата. К. Берк строит свою концепцию риторики на принципе идентификации, в основе которой лежит тот факт, что человечество разделено («The rhetoric <... > considers ways in which individuals are at odds with one another <... > if men were not apart from one another, there would be no need for the rhetorician to proclaim their unity») [4, р. 22]. Для того чтобы противостоять разделению, люди идентифицируют себя с группой. Чтобы убедить адресата, автор должен стать для него «своим», говорить с ним на его языке.

Следуя концепции К. Берка, Л. В. Архипова считает идентификацию с адресатом «приемом, поглощающим и подчиняющим себе все прочие риторические приемы» [5, с. 23]. Мы будем разделять эту точку зрения, так как единицы, рассматриваемые в данной работе как риторические приемы (авторитеты), можно считать частными случаями идентификации с адресатом: автор учитывает своего адресата, стремится сделать свою речь для него понятной и приемлемой, т. е. говорит с ним на его языке. Нужно подчеркнуть, что этот случай идентификации является довольно распространенным в публицистических текстах. Е. И. Варгина называет его эксплуатацией авторитетов. Это не только цитирование известных, авторитетных ученых, «лидеров мнения» для подкрепления своей точки зрения, но и эксплуатация популярности, современности темы. Е. И. Варгина утверждает, что при такого рода цитировании упоминание имени авторитетного человека или перечисление ряда авторитетных имен часто заменяет доказательства точки зрения автора: «With Stanley S. Newman we accept three degrees оf phonetic stress» [6, с. 140]. Действительно, одним из неписанных коммуникативных правил является ритуальное «преклонение» перед авторитетом вообще. Предполагается, что человек испытывает подсознательное подчинение, священный трепет перед уходящими ввысь ступенями иерархии. В силу этого обстоятельства авторитет нередко используется в качестве аргумента, который претендует на положение вне критики. Сославшись на авторитет, нередко можно и не беспокоиться о доказательстве своей правоты. К статусу авторитета авторы ПТ апеллируют, чтобы придать значимость себе, своим словам, чтобы оказать давление на собеседника. Хорошо, когда в качестве примеров оратор использует факты и оценочные мнения деятелей науки, специалистов в соответствующих областях деятельности. Следовательно, чтобы быть убедительным, нужно хорошо знать взгляды и установки людей, которых предстоит убеждать, а чтобы слушатели не сомневались в истинности приводимых доводов, нужно ссылаться на источник, авторитетный для них.

Если поделить всю сферу использования понятия «авторитет» в британской «качественной» прессе, то можно выделить следующие основные группы авторитетов.

1. Универсальные (общекультурные) именные авторитеты

В газетах и журналах довольно часто используются общекультурные авторитеты. Это обусловлено спецификой «качественной» прессы, которая, рассматривая хронику

экономических, культурных и политических событий, дает их объективную (независимую) оценку и интерпретацию. Само словосочетание «качественная пресса» уже подразумевает надежность, объективность и авторитетность информации, которую она доносит до читателя.

Как правило, понятие общекультурных авторитетов связано либо с оценкой деятельности всемирно известного «лидера мнения», либо с темой, популярной во всем мире, т. е. известной широкому кругу читателей как внутри страны, так и за рубежом. Как показывает материал, использование авторитета всемирно известной личности — довольно распространенный прием в британской прессе. При использовании авторитетов большую роль играет контекст, использование различных лексических средств и грамматических конструкций. Рассмотрим пример:

(1) In the 1950s the family (of David Davis) moved to a council estate in Tooting, South London. It was only in few miles, where Mr. Major was growing up in his family.

Автор данной газетной статьи рассказывает историю жизни одного британского политика и как бы проводит параллель, включая в его биографию сравнение с другим политиком, авторитетным во всем мире. Причем сравнение с авторитетом используется автором как риторический прием для создания положительной характеристики данного политика. На грамматическом уровне здесь можно отметить использование эмфатической конструкции с местоимением it, которая подчеркивает и усиливает важность используемого авторитета.

Как уже ранее упоминалось, зачастую при использовании имен авторитетных людей, особенно всемирно известных, рядом с другими малоизвестными личностями возникает так называемый «эффект ореола». Эффект ореола — одно из важных свойств понятия «авторитет», которое состоит в том, что авторитет того или иного человека автоматически проецируется на всех окружающих его людей. Так, например, авторитетное мнение все той же Маргарет Тэтчер о политике (David Davis) является своеобразным риторическим приемом и используется автором в качестве пропаганды:

(2) Baroness Thatcher approves of him <. . . >. With a lucrative career ahead of him in the boardroom, Mr. Davis, a favourite of Margaret Thatcher, took a gamble and successfully applied for the safe Conservative seat.

Очевидно, что авторитет и известность Маргарет Тэтчер распространяются и на этого политика и читателю приходится только согласится с тем, что представляемый ему политик—действительно хороший, так как сама Тэтчер одобряет его. Здесь мы имеем дело с манипуляцией, которая эксплуатирует авторитет в целях пропаганды данного политика. С грамматической точки зрения здесь необходимо отметить синтаксическое построение предложения, в центре которого автор располагает вводную конструкцию с именем известного политика, акцентируя таким образом читательское внимание на данном авторитете. Автор использует также различные лексические средства для усиления положительной оценки политика. Это слова с положительным кон-нотативным значением, в которых содержится сема одобрения (глагол approve, существительное favourite), сема успешности (наречие successfully, словосочетание lucrative career).

Сравнение со знаменитой личностью, придают человеку, о котором идет речь в статье, своеобразный ореол известности:

(3) By all accounts Jill Dando was a charming woman. She was also an archetypal celebrity. One who is famous for anything they have done. Yet since her death, there

has been an attempt to sanctify her life and turn her into an ersatz Diana, Princess of Wales, and «the people’s presenter» as one pundit dubbed her.

(4) When the young Fliegner sang the soprano part in Pergolesi’s «Stabat Mater» in Berlin a few seasons ago, critics called him «the Placido Domingo of boy sopranos».

В первом случае (3) личные качества и поступки одной знаменитости (Jill Dando) сравниваются с поступками другой, более известной личности (Diana, Princess of Wales). При этом для усиления положительной оценки автор использует различные лексические средства: словосочетание (people’s presenter), прилагательные (charming, famous). Во втором случае (4) голос мальчика сравнивается с голосом знаменитого оперного певца — Пласидо Доминго, авторитет и известность которого переносятся (распространяются) на последнего и повышают его статус в глазах читающей аудитории. При этом имя знаменитого певца Пласидо Доминго в словосочетании (the Placido Domingo of boy sopranos) употребляется здесь в качестве нарицательного, обозначающего эталон оценки певческих способностей мальчика.

Как уже говорилось ранее, цитаты и ссылки на мнение авторитетных людей — излюбленный риторический прием в британской прессе. Они представляют собой важный вспомогательный материал, который позволяет сделать изложение более понятным, наглядным, убедительным и запоминающимся. Цитирование высказываний авторитетных людей оживляет рассказ и вызывает симпатию у читателей, склоняя их на сторону автора статьи. В этом плане интересен следующий пример:

(5) The one great principle of the English law, wrote Charles Dickens, is «to make business for itself. No less a body than the Law Society has striven to prove that Dickens is right».

Прежде всего перед нами цитата — высказывание одного из самых известных писателей XIX в., мнение которого в данном случае является авторитетным не только в области литературы, но и в области права. Мнение Ч. Диккенса относительно законодательной системы и законодателей выступает здесь для автора в качестве морального ориентира, на который ориентируются читатели. В самом названии статьи ( «The law society has let down the profession it represents») содержится скрытая импликация: автор, подчеркивая компетентность и правоту великого писателя, заявляет о безответственности и непрофессионализме современных законодателей, сожалея о том, что со времен Ч. Диккенса ничего не изменилось. Поэтому неудивительно, что статья завершается такой фразой: «The outcome of the Kamlesh Bahl employment tribunal leaves nobody in glory». И читателю ничего не остается сделать, кроме как безоговорочно поверить автору статьи и принять его точку зрения.

Приведем еще один пример подобного рода:

(6) Ronald Reagan called the Soviet Union’s «evil empire».

Перед нами восприятие СССР всемирно известным президентом США, с мнением которого по данному вопросу вряд ли поспорят читатели, знающими, сколь враждебными в годы «холодной войны» были отношения между Великобританией и США, с одной стороны, и СССР, с другой. В этом примере характерно использование прилагательного evil с отрицательным значением, подчеркивающим отношение США к СССР.

Рассмотрим еще один пример:

(7) Ken is really Tony Blair’s preferred Tory leader.

В данной статье автор положительно оценивает деятельность знаменитого политика Тони Блэра. Поэтому упоминание одного только его имени рядом с другим политиком повышает авторитет последнего в глазах читающей аудитории. Здесь мы имеем дело с манипуляцией, которая эксплуатирует именной и общекультурный авторитет в целях пропаганды данного политика. Причастие preferred со значением одобрения и усилительное наречие really в сочетании с существительным leader создают положительную оценку, необходимую для повышения авторитета данного политика (Ken Clarke).

Возьмем еще один пример:

(8) At a press conference in Paris, he [George Bush] announced the crowd that he had heard that French food is good (Jacques Chirac, he said, had exclusively revealed this to him).

Здесь перед нами два именных авторитета, которые в то же время являются общекультурными авторитетами. Один из них (Джордж Буш) полностью полагается на авторитетное мнение другого. Примечательно, что ссылка на второго президента дана в скобках как дополнительная информация, поскольку ни для кого не секрет, что французская кухня превосходна. Поэтому высказывание Жака Ширака как авторитетного человека здесь не столько подтверждает это распространенное мнение, сколько показывает иронию автора статьи по поводу «невежества» Буша и ограниченности его познаний в области мировой культуры, в частности национальной культуры Франции, неотъемлемой частью которой является французская кухня. Именно поэтому второе предложение автор дает в скобках, оформляя его не как прямую речь, а, скорее, как свой комментарий. Однако в этом высказывании присутствует еще и ирония Буша по отношению к самому себе, а также его уважение и доверие авторитетному мнению французского президента.

2) Специализированные именные авторитеты

Вторым видом авторитетов в классификации относительно эйдоса являются специализированные именные авторитеты, в качестве которых выступают имена людей, малоизвестных во всем мире, но авторитетных в рамках какой-то одной микросоциаль-ной группы (одной страны, одной специальности и т. п.). Использование авторитетов такого вида приводит к тому, что большинство читателей, как правило, теряют интерес к высказыванию, поскольку оказываются вне круга посвященных, отвергают ссылку на авторитет и начинают скептически относиться к информации. Рассмотрим пример:

(9) I was never a professional like de Hooch, Van Miers Mets and others.

Этот пример взят из частного письма одного британского художника, который пишет ответ директору Национальной Галереи в Лондоне. Говоря о себе и о своем призвании, он заявляет, что никогда не претендовал на то, чтобы быть профессионалом в отличие от тех художников, которых он считает таковыми. Он называет имена и фамилии людей, которые, по его мнению, являются авторитетами в области живописи. Поскольку адресатом данного сообщения являются не все читатели газеты, а лишь директор Национальной Галереи, которому известны эти художники, то такое использование авторитетов вполне оправдано. Поэтому неудивительно, что эти имена ничего не говорят читателю, который не является специалистом в данной области искусства и в этой ситуации выступает не в качестве адресата, т. е. не участвует в процессе передачи информации. Употребление лексемы professional не убеждает читателя, если он не имеет знаний по данному вопросу.

Интересен также заголовок одной из статей по экологии:

(10) Who needs a rubbish incinerator larger than Guildford Cathedral? Eighty five towns if you believe the expert, John Richardson.

Перед нами прямое обращение к читателям, которые, по мнению автора статьи, знают некого Джона Ричардсона — эксперта по данному вопросу. Однако вряд ли имя данного человека, вероятно, авторитетного в определенном круге специалистов, является известным всей читающей аудитории. Такое употребление авторитета не только не убедит читателя, но и, наоборот, вызовет у него сомнения по поводу истинности излагаемой информации.

Возьмем еще один пример:

(11) Mr. Steward, a famous world-class computer nerd, has written software to sniff out what might be termed «interesting coincides» in the vast universe of scientific literature.

Автор статьи идентифицирует себя с читателем, которому неизвестен данный авторитет, поэтому он намеренно использует здесь такую грамматическую конструкцию, как пояснение или уточнение («a famous world — class computer nerd»), чтобы читатель был в курсе дела и не чувствовал себя вне круга «посвященных».

(12) The role of opposition, indeed «The opposition», has one of the weakest definitions in British politics. Edward Stanley, 14th Earl of Derby and thrice Conservative P.M., in the mid-19th century, took the view that «The duty of an Opposition is very simple <...>— to oppose everything and propose nothing».

В данном примере автор для определения термина «the opposition» цитирует авторитетное мнение политика, известного, по всей видимости, лишь узкому кругу знатоков британской истории и политики. Для того чтобы ввести читателей в курс дела, автор использует такую грамматическую конструкцию, как уточнение.

3) Безымянные или имплицитные авторитеты

Авторитеты могут быть анонимными. При этом осуществляется цитирование документов, оценок экспертов, свидетельских отчетов и других материалов, которые необходимы для большей убедительности. Рассмотрим следующий пример:

(13) It is informed on good authority that Broody, who vanished within days of the shooting, has carried out a string of violent attacks.

Автор данной статьи ссылается на достоверные, авторитетные источники. Однако имя этого источника не называется, оно остается вне ведения читателя. Использование пассивной конструкции с формальным it придает повествованию более объективный характер. В свою очередь, словосочетание on good authority еще больше усиливает эту объективность и авторитетность излагаемой информации. Таким образом, упоминание имени источника здесь вовсе не обязательно, поэтому автор использует универсальный безымянный авторитет (on good authority).

Возьмем такой пример:

(14) One explanation is simple enough: the experts’ estimates are very close to the official figures.

Ссылка на экспертов (авторитетов в своей области) дает читателю уверенность в том, что предлагаемая автором информация истинна. Существительное expert выступает здесь в качестве безымянного авторитета. С подобной ситуацией мы сталкиваемся в следующем примере:

(15) The prominent scientists want world ban on people cloning.

Здесь также нет необходимости перечислять имена конкретных ученых, поскольку словосочетание the prominent scientists подразумевает под собой всех авторитетных специалистов в области науки, на мнение которых читатель может положиться.

Как видно из примеров, журналисты используют безымянные (имплицитные) авторитеты для того, чтобы подчеркнуть объективность, достоверность и авторитетность сообщаемых сведений.

Итак, авторитеты используются автором для манипуляции читательским мнением и пропаганды авторской точки зрения. Примечательно, что апелляция к авторитету является, как правило, не столько логическим, сколько эмоциональным воздействием на читателя. При этом автор прибегает к довольно широкому арсеналу средств: дискурсные средства (аллюзии, цитаты), грамматические средства (эмфатические и пассивные конструкции с формальным it, уточнения, вводные конструкции, приложения), лексические средства (имена собственные, прилагательные, причастия, нарицательные существительные и глаголы с положительным или отрицательным коннотативным значением, усилительные наречия).

Понятие «авторитет» является одним из существенных составляющих культуры в целом, поэтому знание о данном понятии, о его свойствах и закономерностях употребления дает возможность использовать эти знания в самых различных областях формирования общественного мнения. Очень важно также подчеркнуть, что авторитеты — независимо от их обоснованности или необоснованности, истинности или ложности — являются неотъемлемым элементом любой культуры и уже самим фактом своего существования оказывают воздействие на психологию и поведение людей. Основная роль использования данного риторического приема при реализации основных функций газетно-публицистического стиля — эмоциональное воздействие автора на читателя с целью пропаганды излагаемой информации, а также реализация принципа языковой краткости (передача части сообщений имплицитно).

Литература

1. Степанов А. А. Онтогносеологическая концепция авторитета: Автореф. дис. ... д-ра филос. наук. Томск, 2002.

2. Стефаненко Т. Г. Этнопсихология: Учеб. пособие для студентов ин-тов по спец. «Психология». М., 1999.

3. Бушев А. Б. Неориторика для оценки манипуляции в массмедиа. М., 2001.

4. Burke K. A rhetoric of motives. Berkeley; Los Angelos; London, 1962.

5. Архипова Л. В. Риторический прием автоинтерпретации как средство организации дискурса: Дис. ... канд. филол. наук. СПб., 2002.

6. Варгина Е. И. Научный текст и его воздействие (на материале английского языка). СПб., 2004.

Статья поступила в редакцию 17 июня 2010 г.