О реализации государственной молодежной политики в субъектах Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа

В.П. Букреев, М.Ю. Филиппов

О РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ МОЛОДЕЖНОЙ ПОЛИТИКИ

В СУБЪЕКТАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, НАХОДЯЩИХСЯ В ПРЕДЕЛАХ ЮЖНОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 18.09.2008 № 1383 «О проведении в Российской Федерации Года молодежи» [1] и принятым в его исполнение распоряжением Правительства Российской Федерации от 24.12.2008 № 1955-р [2] в Российской Федерации в 2009 году проводится Год молодежи, что свидетельствует о повышенном внимании руководства государства к значимости и важности проводимой молодежной политики, что дополнительно актуализирует рассматриваемую нами тему.

Современная государственная молодежная политика представляет собой систему государственных приоритетов и мер, направленных на создание условий и возможностей для успешной социализации и самореализации молодежи, развития ее потенциала в интересах государства и является действенным инструментом, влияющим на обеспечение социально-экономического, культурного развития, конкурентоспособности и национальной безопасности страны.

На достижение данных целей направлен целый комплекс мероприятий органов государственной власти и местного самоуправления, а также молодежных и детских общественных объединений, неправительственных организаций и иных юридических и физических лиц.

В этой связи представляется оправданным утверждение тезиса о фактической интеграции отдельных программ и проектов, касающихся молодежи, в единое целое в рамках реализуемой молодежной политики.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 18.12.2006 № 1760-р [3] утверждена Стратегия государственной молодежной политики в Российской Федерации на 2006-2016 годы, которая определяет совокупность приоритетных направлений, ориентированных на молодежь, включающих задачи, связанные с участием молодежи в реализации приоритетных национальных проектов. Стратегия ориентирована преимущественно на граждан Российской Федерации в возрасте от 14 до 30 лет, в том числе на молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, а также на молодые семьи.

В контексте вышесказанного в сфере реализации государственной молодежной политики в Российской Федерации выделены три основных приоритета:

1. Вовлечение молодежи в социальную практику и ее информирование о потенциальных возможностях развития в России.

2. Развитие созидательной активности молодежи.

3. Интеграция молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, в жизнь общества.

Исходя из признания существенной роли самой молодежи, ее объединений в формировании и реализации государственной молодежной политики, действующие в данной сфере нормативные документы предусматривают две группы субъектов регулируемых правоотношений. Первую группу составляют органы государственной власти, органы местного самоуправления (при определенных условиях) и их должностные лица. Вторую группу субъектов составляют молодые граждане и их объединения. Выделение этой группы принципиально важно, поскольку молодежь имеет минимальные возможности для воздействия на общественную жизнь даже в тех вопросах, которые непосредственно затрагивают ее законные интересы.

Ранее правовое регулирование, связанное с проблемами молодежи, характеризовалось принятием в основном ведомственных документов, направленных на решение проблем тех или иных наиболее незащищенных категорий молодежи (инвалиды, дети, оставшиеся без попечения родителей, семьи с низкими доходами и т.д.). В первую очередь, сказанное относится к нормативным актам, принимавшимся на региональном уровне, среди которых в количественном отношении преобладали документы, отстаивающие и реализующие принципы прямых мер социальной защиты, как правило, в виде определения единовременных пособий и компенсаций. Участие самой молодежи и общественных объединений в решении ее проблем оставалось незначительным.

Отмеченное совершенствование нормативной правовой базы в сфере реализации государственной молодежной политики предполагает как подготовку и принятие законов, других нормативных правовых актов, программ по работе с молодежью, так и выработку поправок к уже действующим документам. Так, в ряде субъектов Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа, в связи с накоплением соответствующего практического опыта принятые ранее нормативные акты пересматриваются, их положения уточняются.

В результате подобной работы общие положения государственной молодежной политики (представленные, в частности, в федеральных законах от 28.06.1995 № 98-ФЗ «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» [4], от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях

прав ребенка в Российской Федерации» [5], от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» [6], от 04.12.2007 № 329-Ф3 «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» [7] и др.) приобретают региональную специфику, преобразуются в систему деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления.

В качестве примера таких документов можно привести закон Республики Адыгея от 18.02.2004 № 206 (ред. от 21.06.2005) «О государственной поддержке молодежи в Республике Адыгея» [8]; закон Республики Ингушетия от 08.10.1997 № 11-РЗ (ред. от 13.12.2007) «О государственной молодежной политике в Республике Ингушетия» [9]; закон Республики Калмыкия от 18.12.2008 № 65-ГУ-З «О государственной молодежной политике в Республике Калмыкия» [10]; закон Ставропольского края от 28.07.2005 № 40-кз «О молодежной политике в Ставропольском крае» [11] и множество других нормативных актов.

Общей специфической особенностью, характерной для данных нормативных правовых актов, является предполагаемое содержащимися в них положениями взаимодействие органов исполнительной власти с молодежными общественными объединениями, некоммерческими организациями, а также их государственная поддержка. Кроме того, в большинстве из них утверждается инновационный программный подход к материально-финансовому и организационному обеспечению проводимой молодежной политики.

В ряде субъектов Российской Федерации, расположенных в пределах Южного федерального округа, с учетом особенностей ситуации, сложившейся в молодежной среде в каждом из регионов, были разработаны и приняты программные документы, такие как «Молодежь Адыгеи» [12], «Духовно-нравственное воспитание детей и молодежи, развитие и укрепление семейных традиций в Краснодарском крае на 20072010 годы» [13], «Молодежь Кубани» [14], «Молодежь Дона» [15] и другие.

Так, например, в Республике Адыгея была принята республиканская целевая программа «Молодежь Адыгеи» на 2009-2011 годы, которая ставит целью создание условий для включения молодежи Адыгеи как активного субъекта в процессы социально-экономического, общественно-политического, социокультурного развития Республики Адыгея.

В Краснодарском крае планом внедрения краевой комплексной программы реализации государственной молодежной политики «Молодежь Кубани на 2008-2010 годы» предусмотрены мероприятия, направленные на: гражданское и патриотическое воспитание, творческое и интеллектуальное развитие молодых граждан; формирование здорового образа жизни; содействие решению социально-экономических проблем, организации трудового воспитания, профессионального самоопределения и занятости молодежи; организационное, методическое и кадровое обеспечение в области государственной молодежной политики; обеспечение деятельности координаторов работы с молодежью и специалистов по трудоустройству в муниципальных образованиях Краснодарского края; профилактику экстремистской деятельности в молодежной среде Краснодарского края.

Предметный анализ ситуации в сфере практической реализации государственной молодежной политики в субъектах Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа, позволяет сделать вывод о наличии ряда проблем и противоречий.

В первую очередь, отметим последствия мирового финансового кризиса, влекущего за собой сокращение объемов материально-финансового обеспечения имеющихся целевых программ. Отдельные разделы ряда действующих программ подвергаются секвестированию.

Реализация проектов, предусматривающих пропорциональное софинансирование из федерального бюджета и бюджетов соответствующих субъектов Российской Федерации (например, «Обеспечение жильем молодых семей в 2006-2010 гг.»), обеспечивается главным образом за счет федеральных поступлений. Так, в Республике Адыгея в 2006 году денежные средства в объеме 350 тысяч рублей, предусмотренные на покупку оргтехники в рамках программы «Профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», из республиканского бюджета выделены не были. В Республике Дагестан достаточно сложная ситуация сложилась в ходе организации и проведения летнего отдыха и оздоровления детей. Например, в 2006 году фактический объем финансирования по данной программе из федерального бюджета не превысил уровень 2005 года (снизившись по сравнению с 2004 годом более чем на 14 млн рублей), из республиканского бюджета с этой целью с 2000 по 2006 год выделялась неизменная сумма, составлявшая 16 млн рублей, при увеличении стоимости путевки за данный период более чем в 3 раза. В этой связи в 2006 году количество прошедших оздоровление дагестанских детей уменьшилось более чем на 12 тыс. человек по сравнению с предыдущим годом.

Определенное влияние на исполнение целевых программ оказывает общая ситуация в сфере обеспечения законности бюджетного процесса в субъектах Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа. Как известно, наблюдается прирост количества преступлений в финансово-кредитной сфере, должностных преступлений.

Необходимо также отметить, что основными параметрами большинства молодежных программам, действующих в субъектах Российской Федерации, расположенных в пределах Южного федерального ок-

руга, не в полной мере отражен характер сложившейся в молодежной среде ситуации, которой свойственны усиление негативных тенденций в области подростковой преступности, демографии (детская смертность, социальное сиротство), рост числа молодых людей, употребляющих наркотические средства, повышенный уровень безработицы, нарастающее социальное расслоение.

Отметим также последствия мирового финансового кризиса, влекущего за собой необходимость сокращения объема материально-финансового обеспечения имеющихся целевых программ.

Говоря о реализации государственной молодежной политики, нельзя не сказать о криминальной обстановке в молодежной среде. Специального раздела государственной статистики МВД России, посвященного именно молодежи, как известно, не существует. Полагаем, что представление об этом можно составить на основании статистики по несовершеннолетним.

В последние три года прослеживается тенденция снижения количества преступлений, совершенных в Южном федеральном округе лицами, не достигшими совершеннолетия (см. табл. № 1). Так, если в 2006 году прирост этого показателя по Южному федеральному округу составил +2,6 % при общероссийском снижении на 2,9 %, то в последующие годы наблюдается отрицательный прирост (снижение) количества преступлений, совершенных несовершеннолетними: в 2007 году на - 1,7 %; в 2008 году на - 8,3 %; в первом квартале 2009 года на - 16,2 %*. Однако справедливо будет отметить, что общероссийский показатель снижения темпа отрицательного прироста выше окружного: в 2007 году - 7,4 %; в 2008 - 16,5 %; в первом квартале 2009 г. - 21 %.

Если рассматривать тенденции по итогам 2008 года по субъектам Российской Федерации, расположенным в пределах Южного федерального округа, то в целом ситуация является стабильной - везде отмечается отрицательный темп прироста, за исключением Республики Адыгея (+66,4 %) и Республики Дагестан (+0,3 %). Максимальный отрицательный уровень прироста достигнут в Республике Ингушетия (-59,1

%), полагаем, что это связано с положительным уровнем темпа прироста в республике в 2007 году (+340 %).

Аналогичная тенденция сохраняется и в первом квартале 2009 года: при общем снижении темпов роста исключение составляют Республика Северная Осетия-Алания (+16,2 %) и Астраханская область (+8,3 %)*.

Таблица 1

Количество преступлений, совершенных несовершеннолетними

или при их соучастии

2006 год 2007 год 2008 год 1 квартал 2009 года

кол-во преступлений темпы прироста

Республика Адыгея 130 -22,2 107 - 17,7 178 66,4 31 -26,2

Республика Дагестан 640 6,3 584 -8,8 586 0,3 142 -23,2

Республика Ингушетия 5 -61,5 22 340 9 -59,1 5 0,0

Кабардино- Балкарская Республика 309 11,2 417 35,0 263 -36,9 77 - 13,5

Республика 249 -18,6 248 -0,4 172 -30,6 59 - 18,1

Калмыкия

Карачаево-Черкесская Республика 161 38,8 160 -0,6 143 - 10,6 28 -24,3

РСО-Алания 164 10,1 162 - 1,2 142 - 12,3 43 16,2

Чеченская Республика 25 -35,9 75 200,0 56 -25,3 9 -55,0

Краснодарский край 2842 12,8 2618 -7,9 2334 - 10,8 437 - 17,9

Ставропольский край 1760 -8,7 1892 7,5 1727 -8,7 363 -20,4

Астраханская область 1340 13,4 1392 3,9 1295 -7,0 325 8,3

Волгоградская область 2116 -6,8 1842 - 12,9 1737 -5,7 396 -2,2

Ростовская область 3242 5,2 3239 -0,1 3055 -5,7 559 -27,6

Всего по Южному федеральному округу 12983 2,6 12758 - 1,7 11697 -8,3 2474 - 16,2

Всего по Российской Федерации 150264 -2,9 139099 -7,4 116090 - 16,5 24054 -21,5

Примечательным является тот факт, что например, по итогам 2006 года картина была полностью противоположная. В 2006 году прирост количества этого вида преступлений составил 2,6 % при общероссийском снижении на 2,9 %. Еще более значим данный прирост был в таких субъектах Российской Федерации, как Республика Дагестан (6,3 %), Карачаево-Черкесская Республика (38,8 %).

В контексте регистрируемого в 2006 году в Южном федеральном округе роста общего числа преступлений, совершенных несовершеннолетними, необходимо отметить значительное увеличение количества преступлений одного из наиболее распространенных в молодежной среде видов - уличных преступлений - на 26,6 %. В Республике Адыгея соответствующий прирост составил 6,7 %, в Республике Дагестан -316,7 %, в Карачаево-Черкесской Республике - 1288,9 %.

Полагаем, что одним из факторов, определившим снижение темпов прироста преступлений среди несовершеннолетних, не может не являться реализация Стратегии государственной молодежной политики в Российской Федерации (2006 года) и соответствующих нормативных актов в субъектах Российской Федерации.

Достаточно значимым фактором, влияющим на общественную и криминогенную ситуацию в молодежной среде, является уровень занятости населения. Проведенный анализ свидетельствует, что 45 % от общего числа несовершеннолетних лиц, изобличенных в совершении преступлений в 2008 году в субъектах Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа, на момент преступного посягательства не имели постоянного источника доходов (по России - 28,5 %). В Республике Ингушетия значение данного показателя составляет 92,9 %, в Краснодарском крае - 58,1 %, в Астраханской области - 57,6 %, в Чеченской Республике - 57,5 %, в Кабардино-Балкарской Республике - 27,6 %*. В силу указанных обстоятельств основным мотивом преступного поведения данной категории лиц являлась необходимость обеспечения минимального прожиточного уровня для них и членов их семей.

Как представляется, последствия финансово-экономического кризиса на Юге России в части роста молодежного криминалитета скажутся позднее. Соответствующий анализ полагаем сделать по итогам 2 квартала 2009 г.

Вызывает тревогу рост экстремистских проявлений в молодежной среде. В Российской Федерации и в целом по Южному федеральному округу отмечается активное участие молодежи в возрасте от 14 до 30 лет в организованных массовых экстремистских акциях и их объединение в неформальные молодежные организации (группировки) экстремистско-националистической направленности и экстремистские сообщества. По итогам 2008 года темпы прироста преступлений экстремисткой направленности по сравнению с 2007 годом составили по России +29,2 %, по Южному федеральному округу +32,1 %. При этом этот показатель в Республике Ингушетия составил +300 %, в Кабардино-Балкарской Республике +200 %, в Ставропольском крае - 75,5 %**.

В качестве фактора, благоприятствующего экстремизму, можно отметить деятельность зарубежных неправительственных организаций, фондов, ориентированных на деструктивное воздействие на молодежь. В республиках Северного Кавказа традиционно действуют международные исламские организации: «Исламик Релиф», «Спасение» (МИОС), «Беневоленс Интернешнл Фаундейшн»« (БИФ, штаб-квартира расположена в г. Чикаго, США), «Джамаат Ихья Ат-Турас Аль-Ислами» (штаб-квартира в Кувейте), «Лашкар Тайба» (штаб-квартира в Пакистане), «Аль-Хайрия», «Аль-Харамейн», «AL-Haramein Foundation» (образовательный центр в США), «Катар» (штаб квартира в Катаре), «Икраа» и «Ибрагим бен Ибрагим» (штаб-квартиры в г. Джидда, Саудовская Аравия) и другие, финансируемые Пакестаном, Кувейтом и Саудовской Аравией.

Для субъектов Российской Федерации, расположенных в пределах Южного федерального округа, где преобладает славянское население, фиксируется деятельность радикальных молодежных организаций и движений - «скинхеды», «Русское национальное единство» (РНЕ), Национально-державная партия (НДПР), Национал-большевистская партия (НБП), «Движение против нелегальной иммиграции» (ДПНИ), «Авангард красной молодежи» и др., которыми активно культивируются идеи русской национальной исключительности. «Живучесть» этих движений основана на реакции отдельных групп молодых людей на продолжающуюся миграцию выходцев из республик Северного Кавказа и Закавказья, которые зачастую демонстрируют открытое пренебрежение к сложившимся в указанных регионах культурным и национальным традициям.

Негативное воздействие на ситуацию в Северо-Кавказском регионе оказывают также сохраняющиеся межнациональные очаги напряженности. При этом в качестве основного носителя радикальных идей и активного участника противостояний все чаще в них выступает молодежь.

Поддерживаем точку зрения С. Фридинского о том, что проявления экстремизма в молодежной среде в настоящее время стали носить более опасный для общества характер, чем за все прошедшие периоды существования Российского государства. Увеличивается количество преступлений, поднимается уровень насилия, его проявления становятся все более жестокими и профессиональными. Экстремизм стал повседневной реальностью нашего существования, превратился в угрозу национальной безопасности государства. В этой ситуации проблема борьбы с молодежным экстремизмом становится общегосударственной задачей, включающей в себя различные аспекты ее реализации [16].

Более того, существует реальная угроза, что действующие сегодня в Российской Федерации разрозненные, порой противоречивые по своим псевдоидеологическим и ценностно-мировоззренческим позициям более 300 молодежных экстремистских организаций (группировок) со строгой дисциплиной и иерархией будут объединяться и «выдвинут» единого лидера - их идеолога-вдохновителя (таковой, например, присутствует в крупных террористических организациях), и единую идеологию (псевдоидеологию). Появление такого лидера-идеолога, который объединит все эти молодежные экстремистские организации (группировки), приведет к созданию в стране единого «националистического» фронта, что будет «прямой» угрозой основам конституционного строя и безопасности государства и вполне может привести к вооруженным мятежам и насильственному захвату власти в стране, т.е. к «националистическому» перевороту [17].

Таким образом, в сфере противодействия экстремизму в Российской Федерации необходимо противопоставить активное взаимодействие федеральных и региональных органов государственной власти, местного самоуправления, правоохранительных органов, средств массовой информации, политических партий и общественных организаций.

Здесь, полагаем, будет уместным возвратиться к плану основных мероприятий по проведению в Российской Федерации Года молодежи в 2009 году, который предусматривает комплекс мер по вовлечению молодежи в социальную практику и ее информированию о потенциальных возможностях саморазвития; обеспечению поддержки научной, творческой и предпринимательской активности молодежи; реализации общероссийских молодежных программ и проектов; патриотическому воспитанию молодежи; пропаганде здорового образа жизни; развитию массового спорта; содействию формирования правовых, культурных и

нравственных ценностей среди молодежи; поддержки молодых людей, попавших в трудную жизненную ситуацию; нормативному правовому и научному обеспечению работы с молодежью; развитию международного молодежного сотрудничества.

Во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 18.09.2008 № 1383 «О проведении в Российской Федерации Года молодежи» органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, расположенных в пределах Южного федерального округа, приняты соответствующие нормативные акты, предусматривающие проведение аналогичных мероприятий регионального и муниципального уровня.

Например, постановление правительства Республики Дагестан от 27.02.2009 № 52 «О проведении в Республике Дагестан Года молодежи» и аналогичные распоряжение правительства Республики Ингушетия от 6.02.2009 № 61-р, распоряжение Правительства Республики Калмыкия от 31.12.2008 № 423-р, распоряжение Правительства Кабардино-Балкарской Республики от 23.01.2009 № 15-рп, постановление главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 24.12.2008 № 1378, распоряжение губернатора Ставропольского края от 5.02.2009 № 56-р и т.д.

В целом следует признать, что те программы, которые приняты и реализуются в указанных субъектах Российской Федерации, страдают существенными недостатками. Ими не в полной мере учитываются новые реалии и угрозы, сформировавшиеся в последнее время, в частности, речь идет о последствиях финансово-экономического кризиса, которые проявились в росте количества безработных, что, в свою очередь, сформирует новые миграционные процессы и, как следствие, рост количества экстремистских проявлений и т.д.

В последнее время отмечается повышение активности так называемых новых религиозных движений, представляющих собой, как правило, мистические или языческие вероучения либо философские движения. Большинство из них - это закрытые для общества образования с тоталитарной структурой, пропагандирующие псевдорелигиозную либо эзотерическую догматику, осуществляющие оккультные практики, с помощью которых воздействуют на сознание своих адептов.

Опасность таких вероучений заключается в десоциализации их участников, подавляющую часть которых составляет молодежь. Это ведет к отрыву их от традиционных религий, что создает определенную проблему, поскольку ценности, пропагандируемые адептами новых вероучений, не соотносятся, а чаще прямо противоречат установлениям и нормам, заложенным в традиционных религиях и признаются социально одобряемыми.

В ряды сторонников нетрадиционных вероучений в основном рекрутируются представители православной молодежи.

Некоторые социальные практики нетрадиционных религиозно-философских движений являются асоциальными и даже преступными. Распространены общества, практикующие незаконное врачевание, а такие общества, как сатанисты, осуществляют ритуальные жертвоприношения.

При этом каких-либо специальных мер, адекватных той опасности, которая угрожает обществу от деятельности нетрадиционных религиозных движений, в их отношении не принимается, при том, что высокая степень активности таких движений наблюдается в Краснодарском, Ставропольском краях, Ростовской области.

Современая ситуация, характеризующаяся кризисными явлениями в финансовой и экономической сферах, не могла не оказать влияния на отношения в молодежной среде, наиболее динамичной и лабильной в политическом отношении. Произошло свертывание многих социальных программ, в том числе и ориентированных на поддержку молодежных инициатив. Усиление негативных тенденций в сфере занятости вызвали дополнительное напряжение в молодежной среде, что является фактором, благоприятствующим росту антиобщественных настроений, создает угрозу повышения уровня преступности, неконтролируемой миграции.

В качестве меры совершенствования молодежной политики, проводимой органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, расположенных в пределах Южного федерального округа, представляется оправданным пересмотреть их структуру. Как правило, их функции включают в себя также вопросы спорта, туризма и т.п. Вместе с тем, например, для республик Северного Кавказа актуальными являются вопросы межнациональных и конфессиональных отношений в контексте молодежной политики. В регионах с преимущественно славянским населением - противодействие процессу вовлечения молодежи в радикальные движения, организации нетрадиционной (оккультной) направленности.

Полагаем, что весь комплекс мер по реализации молодежной политики в Российской Федерации будет способствовать не только усилению позитивных тенденций среди молодежи, снижению уровня преступности, но и окажет существенное влияние на снижение политического напряжения, экстремистских настроений в обществе, будет способствовать новым достижениям молодежи в социально-экономической, общественно-политической, творческой и спортивной сферах, построению и развитию полноценного российского общества.

Литература

1. Указ Президента Российской Федерации от 18.09.2008 № 1383 «О проведении в Российской Федерации Года молодежи» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. № 38. Ст. 4281.

2. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 24.12.2008 № 1955-р // Собрание законодательства Российской Федерации. 2009. № 3. Ст. 420.

3. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 18.12.2006 № 1760-р // Собрание законодательства Российской Федерации. 2006. № 52 (ч. III). Ст. 5622.

4. Федеральный закон от 28.06.1995 № 98-ФЗ «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» // Собрание законодательства РФ. 1995. № 27. Ст. 2503.

5. Федеральный закон от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1998. № 31. Ст. 3802.

6. Федеральный закон от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» // Собрание законодательства РФ. 1999. № 26. Ст. 3177.

7. Федеральный закон от 04.12.2007 № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2007. № 50. Ст. 6242.

8. Закон Республики Адыгея от 18.02.2004 № 206 (ред. от 21.06.2005) «О государственной поддержке молодежи в Республике Адыгея» // Собрание законодательства Республики Адыгея. 2004. № 2.

9. Закон Республики Ингушетия от 08.10.1997 № 11-РЗ (ред. от 13.12.2007) «О государственной молодежной политике в Республике Ингушетия» // Ингушетия. 1998. № 16-17.

10. Закон Республики Калмыкия от 18.12.2008 № 65-ГУ-З «О государственной молодежной политике в Республике Калмыкия» // Хальмг Унн. 2008. № 229.

11. Закон Ставропольского края от 28.07.2005 № 40-кз «О молодежной политике в Ставропольском крае» // Сборник законов и других правовых актов Ставропольского края. 2005. № 20. Ст. 4852.

12. Республиканская целевая программа «Молодежь Адыгеи» на 2009-2011 годы // Ведомости Государственного Совета - Хасэ Республики Адыгея. 2008. № 32.

13. Закон Краснодарского края от 6.03.2007 № 1188-КЗ «Об утверждении краевой целевой программы "Духовно-нравственное воспитание детей и молодежи, развитие и укрепление семейных традиций в Краснодарском крае" на 2007-2010 годы» // Информационный бюллетень Законодательного собрания Краснодарского края. 2007. № 51.

14. Закон Краснодарского края от 11.02.2008 № 1394-КЗ «О краевой комплексной программе реализации государственной молодежной политики в Краснодарском крае "Молодежь Кубани" на 2008-2010 годы» // Кубанские новости. 2008. 14 февраля.

15. Закон Ростовской области от 30.12.2005 № 456-ЗС «Об Областной целевой программе "Молодежь Дона" на 2006-2010 годы» // Наше время. 2006. 18 января.

16. Фридинский С.Н. Молодежный экстремизм как особо опасная форма проявления экстремистской деятельности // Юридический мир. 2008. № 6.

17. Мусаелян М.Ф. Экстремизм как угроза национальной безопасности Российской Федерации //

Журнал российского права. 2009. № 3.