Как долг на голову

Крупнейший кредитор «Мечела» Газпромбанк (ГПБ) неожиданно решил взыскать у компании 12 млрд руб. задолженности, связанной с нереструктурированным кредитом от 2010 года с участием BNP Paribas и UniCredit. «Мечел» просит суд отозвать иск, так как утверждает, что ГПБ даже не пытался вступить в переговоры. Эксперты отмечают, что сейчас у «Мечела» достаточно средств, чтобы погасить требования по иску ГПБ, однако подача иска грозит кросс-дефолтом по остальным обязательствам компании и может потенциально запустить ее банкротство.

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

Газпромбанк подал в Арбитражный суд Москвы два иска к «Мечелу» и его дочерней структуре «Управляющая компания Мечел-Сталь». В одном из исков заявлено требование о взыскании 11,9 млрд руб., во втором сумма претензий не указана. В банке не стали комментировать иски, а «Мечел», по данным “Ъ”, 4 апреля ходатайствовал суду об их отзыве на том основании, что истец не предпринял попыток досудебного урегулирования.

В «Мечеле» утверждают, что не имеют просроченной задолженности перед ГПБ и погашают кредиты с опережением графика, поэтому обращение банка в суд стало неожиданностью для компании.

«Мечел» пока не получил исковые заявления, но предполагает, что речь идет об обязательствах перед иностранными кредиторами по кредитам под гарантии экспортных агентств, которые не были реструктурированы. «Нам известно, что финансирование одного из траншей данного кредита было предоставлено Газпромбанком иностранному банку, который и является кредитором "Мечела". От данного иностранного банка компания не получала требований о принудительном взыскании в судебном порядке»,— отметил представитель «Мечела».

Видимо, речь идет о кредите на общую сумму в $471,2 млн, который «Мечел» взял в 2010 году на строительство универсального рельсобалочного стана на Челябинском металлургическом комбинате. Организатором синдиката был BNP Paribas (его транш составлял €103 млн), также участвовали UniCredit (€89 млн) и ГПБ ($219,4 млн). Срок погашения перед Газпромбанком истек в июле 2019 года, а перед BNP Paribas и UniCredit — в январе 2021 года. В отчете 20F за 2020 год «Мечел» указывал, что наличие просрочки дает возможность кредиторам потребовать единовременной выплаты долга либо обратить взыскание на залоги. «Если ECA-кредиторы прибегнут к принудительному взысканию долга, это может привести к кросс-дефолту по другим нашим обязательствам и досрочному взысканию практически всей нашей задолженности»,— отмечала тогда компания. В отчете 20F за 2021 год «Мечела» говорилось, что задолженность по этому кредиту составляет 33 млрд руб.

ГПБ — крупнейший кредитор «Мечела», а второй по величине — ВТБ. «Мечел» не раскрывает отчетность, но его финансовое положение улучшилось после реструктуризации кредитов ГПБ в 2020 году и благодаря росту цен на уголь в 2021–2022 годах. По оценкам «Ренессанс Капитала», выручка компании по итогам 2022 года выросла на 6%, до $5,7 млрд, EBITDA — на 3%, до $1,7 млрд. Чистый долг сократился на 19%, до $3 млрд, а соотношение чистого долга к EBITDA составило 1,9 (на 21% ниже уровня 2021 года). На конец 2020 года соотношение доходило до 7,9.

Аналитики, опрошенные “Ъ”, не драматизируют ситуацию. Кирилл Чуйко из БКС полагает, что едва ли ГПБ прибегнет к агрессивному подходу, сейчас «Мечел» зарабатывает достаточно, чтобы решить свои долговые истории.

«Думаю, речь идет скорее о шагах обеих компаний к выстраиванию позиций для переговоров»,— отмечает он.

Партнер и руководитель санкционной практики АБ «А-Про» Екатерина Макеева говорит, что, предположительно, речь о требовании погасить транш иностранному банку, который, в свою очередь, был профинансирован Газпромбанком. «Если это предположение верно, то вопрос, который сначала предстоит решить суду, будет ли Газпромбанк надлежащим истцом. Если финансирование предоставлялось пулом кредиторов, то да»,— отмечает юрист. По ее мнению, риски кросс-дефолта по другим обязательствам «Мечела» есть.

Партнер NSP Арам Григорян говорит, что в случае объявления кросс-дефолта кредиторы «Мечела» вправе предъявить к нему требования о полном досрочном погашении задолженности, с чем компания может не справиться. В этом случае «Мечел» может воспользоваться механизмом реструктуризации долга. «Вероятно, иностранные кредиторы не будут вступать в переговоры о реструктуризации. В этом случае "Мечел" ждет банкротство, и ход этого банкротства будет определять тот кредитор, который первым дойдет до российского суда с заявлением о банкротстве»,— отмечает юрист. По мнению господина Григоряна, Газпромбанк стремится занять место кредитора, который сможет потенциально инициировать процедуру банкротства. Иностранные кредиторы в этом случае встанут перед выбором — либо продать требование к «Мечелу» с дисконтом и закрыть для себя эту историю, либо включиться в процедуру банкротства, которая потенциально может растянуться на годы.