Роль и место еврейской ссылки в карательной системе российской империи

Софья КУРАС

РОЛЬ И МЕСТО ЕВРЕЙСКОЙ ССЫЛКИ В КАРАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

По известным политическим и идеологическим причинам история российских евреев долгое время оставалась закрытой темой. Сегодня возрождается богатая дореволюционная историографическая традиция изучения еврейской истории. При этом исследователи рассматривают положение российских евреев не только в черте еврейской оседлости в центральных регионах России, но и в российской провинции.

На сегодня сложно точно установить время начала ссылки евреев в Сибирь. Известно лишь, что она стала постоянной с 1754 г.

Ю. Островский, опираясь на данные «Обзора Забайкальской области за 1881 год», указывает на незначительное число евреев, присужденных за различные преступления к вечной каторге1. Их потомки вплоть до Февраля 1917 г. занимались торговлей, ремеслом и земледелием. В начале XIX в. в сибирских городах концентрируется значительное количество ссыльных евреев.

Сведения Ю. Островского подтверждают данные Андреаса Каппелера, который подчеркивает, что после разделов Польши под российским владычеством оказалась большая еврейская община2.

В Российской империи между русскими с одной стороны, и иными народами — с другой, никогда не было резкого социального разрыва, географической (территориальной) разобщенности, бытовой обособленности, культурного противостояния и расового антагонизма, характерного для отношений между этносом метрополии и населением колонии в колониальных империях Запада. Уникальной является и сибирская полиэтничность, где сосуществуют национальные группы различных культур и уровней развития.

Жизнь сибирских евреев подчинялась двум противоречивым тенденциям. С одной стороны, жизнь народа, не имевшего своего «национального очага», рассеянного среди многих народов, культур и религий в целях самосохранения предполагала способность к быстрой адаптации, гибкости и восприимчивости чужой культуры. С другой — инстинкт носителя определенных национальных и культурных традиций заставлял искать опору в своей общине, которой принадлежала решающая роль в сохранении национального самосознания. При этом сибиряки в силу смешанности разных этнических, политических, религиозных и культурных типов были более терпимыми к чужакам. Основное качество сибиряков пореформенной России — это толерантность во взаимоотношениях с представителями разных этнических и конфессиональных групп. Дореволюционные исследователи отмечали, что сибиряк, «привыкнув издавна видеть в своей среде ссыльных сектантов разных толков, затем — евреев, магометан, лютеран, католиков, приглядываясь к жизни и верованиям своих близких соседей — буддистов и шаманистов, ... выработал известную веротерпимость взглядов». Удаленный от столиц сибирский регион — край каторги

КУРАС

Софья Леонидовна, к. и. н, старший преподаватель кафедры таможенного права Иркутского государственного университета путей сообщения.

1 Островский Ю. Сибирские евреи. — СПб., 1911, стр. 8.

2 Каппелер А. Россия — многонациональная империя. Возникновение, история, распад. - М., 2000, стр. 71.

и ссылки - давал возможность для интеграции всем желающим.

Законодательство Российской империи способствовало закреплению за евреями исторически сложившихся традиций в определении областей их занятости. Будучи по закону отстранены от престижных в обществе сфер деятельности

- государственного управления и сельского хозяйства, евреи нашли свою «экономическую нишу», которая давала бы возможность для создания материального благополучия. Их уделом стали такие сферы экономики и профессии, которые не были привлекательными для элиты тех народов, среди которых жили евреи. Именно тогда начала формироваться «специализация» целых этнических групп на занятии ремеслом, торговлей, финансами. Сибирь давала евреям возможность развернуться: отсутствие конкуренции, характерной для черты оседлости, неразвитая инфраструктура, веротерпимость и в целом доброжелательное отношение к евреям населения способствовали проявлению их экономической инициативы.

Высокая концентрация евреев в Сибири объясняется не только привлекательными экономическими перспективами. Свою роль сыграли и существующие в черте еврейской оседлости мощные факторы, которые толкали людей на переселение в далекую Сибирь: агрессивный антисемитизм, регулярные с 1881 г. погромы в «черте», скученность и крайняя перенаселенность, нищета, безработица и т.д. Так, численность еврейского населения по отношению к общей численности — это 1/10 всего населения губерний черты оседлости. По губерниям процентное соотношение еврейского населения колебалось в пределах между 2,7% и 19,3%. При этом относительная плотность еврейского населения в каждой из губерний существенно отличалась. Так, если в Екатеринославской, Полтавской, Таврической и Черниговской губерниях еврейское население в среднем составляло 1/40 общего населения, то в Виленской и Ковенской губерниях еврейское население составляло 1/7 и 1/5 от общего числа населения соответственно. Все это в целом подтверждает выводы современной отечественной историографии о привлекательности Сибири для евреев.

Современными исследователями истории еврейских общин Сибири выделяют-

ся пять основных источников формирования еврейского населения в Иркутской губернии.

I. 20 ноября 1836 г. Николаем I было принято решение организовать в Тобольской губернии и Омской области несколько еврейских земледельческих колоний. Тем самым евреям впервые предлагалось колонизировать свободные земли Сибири. По мнению В.В. Романовой, этот шаг царя помогал решению двух проблем: во-первых, ускорить хозяйственное освоение сибирской территории; во-вторых, несколько «разгрузить» крайне перенаселенную «черту оседлости», где евреи страдали от нищеты и скученности.

Указ вызвал широкий отклик среди евреев, и количество потенциальных переселенцев во много раз превысило самые смелые расчеты чиновников. Власти оказались не готовыми к таким масштабным мероприятиям, которые длились всего 45 дней. Уже 5 января 1837 г. вышел закон, в котором Николай I повелел: «Переселение евреев в Сибирь приостановить». Вскоре были опубликованы Высочайше утвержденные правила, предписывающие а) переселение евреев в Сибирь решительно и навсегда прекратить; б) земли, отведенные для новых поселений на 1836 и 1837 гг., обратить по другому назначению. Но в течение 1836 г. на казенных землях успели водвориться 1367 человек. Они и их потомки впоследствии расселились по всей Сибири.

II. Значительную часть Иркутской общины составляли военные кантонисты (николаевские солдаты, отставные нижние чины по старому рекрутскому уставу) и их потомки. Этот институт не был еврейским явлением. Кантонисты появились еще в 1721 г., когда Петр I учредил при каждом пехотном полку школу на 50 детей. Евреев стали причислять в кантонисты с 26 августа 1827 г., когда указом Николая I для них была введена натуральная воинская повинность. По специальному «Уставу рекрутской повинности евреев» допускался прием евреев в рекруты с двенадцати лет. Они поступали в кантонисты, а по достижении ими 18 лет

— на полный срок (25 лет) на действительную военную службу. С. Дубнов замечает по этому поводу: «Казарма должна служить . фабрикою для производства нового поколения евреев, освобожденных от своих национальных черт, впол-

не обрусевших и по возможности также окрещенных».

Для сибирских евреев закон имел несколько иное значение. По уже упомянутому закону от 15 мая 1837 г., названному «Правила, заключающие в себе меры против переселения евреев в Сибирские губернии и для уменьшения числа уже поселенных в Сибири евреев», приговоренным к ссылке устанавливались другие виды наказаний.

В царствование Николая I было издано еще порядка 300 актов, касавшихся евреев1.

III. В либеральную эпоху Александра II был принят ряд законов, предоставляющих некоторым категориям евреев право повсеместного жительства в пределах империи. Такую льготу получили: а) купцы I гильдии, пробывшие в этом звании вне черты оседлости не менее 10 лет2; б) лица, имеющие звание коммерции или мануфактур советников; в) лица, имеющие дипломы на ученые степени доктора медицины и хирургии; доктора, магистры или кандидаты по другим факультетам университета и вообще имеющие диплом об окончании высшего учебного заведения; аптекарские помощники, дантисты, фельдшеры и повивальные бабки; лица, изучающие фармацею3; г) винокуры, механики, мастера и ремесленники ряда специальностей, которые пользовались льготой до тех пор, пока занимались данной профессией. Однако эти законодательные послабления вступали в противоречие с рядом сибирских законов. Поэтому «профессиональный» путь проникновения в Сибирь не был для евреев основным.

IV Главным источником формирования еврейской колонии в Сибири, впрочем как и всего остального сибирского населения, была ссылка и каторга.

1 Романова В.В. Власть и евреи на Дальнем Востоке. Стр. 24—25.

2 28 февраля 1857 г. был принят закон, разрешавший сибирским евреям, кроме ссыльных поселенцев, записываться в купечество на общем основании, вместе с семьями, включая сыновей. Позднее евреям, записанным государственными крестьянами и пользовавшимся правом постоянной оседлости в Сибири, было предложено переходить в мещане и вести торговлю. В 1866 г. было разрешено записываться в купеческое сословие на общих основаниях и детям ссыльных поселенцев, как рожденным в Сибири, так и переехавшим туда с родителями, а также евреям, сосланным за Урал без лишения прав состояния.

3 Рабинович Ю.В. Евреи дореволюционного

Иркутска: меняющееся меньшинство. С. 53.

В царствование Екатерины II вследствие раздела Польши огромная масса евреев перешла в русское подданство: на ее территории оказалось около 1,5 млн евреев— ашкиназов4. Екатерина II ликвидировала прежний правовой статус евреев как особой этнорелигиозной группы (сословия) и с 1780-х гг. евреи были интегрированы в сословную систему российского государства. Тогда же возникла и черта оседлости, с появлением которой евреи были лишены возможности отлучаться за ее пределы без специального разрешения. Тем самым российские евреи утрачивали права свободного повсеместного проживания в пределах Российской империи. Этим правом они могли пользоваться лишь в пятнадцати западных и южных губерниях, указанных в законе. Сибирские же губернии и области в законе указаны не были. Следовательно, Сибирь являлась закрытой для поселения там евреев.

До конца XIX в. евреи попадали в Сибирь в основном за уголовные преступления. По подсчетам Е.Н. Анучина, в период с 1827 по 1846 гг. было сослано 939 иудеев (876 мужчин и 63 женщины), что составляло 1,41% от общего числа ссыльных в этот период. К середине XIX в. они были пятой по численности этнической группой среди ссыльных. В этот период высоким был процент ссыльных евреев, осужденных за уголовные преступления. Так, например, 592 человека (или 63,1%) были сосланы за воровство5.

Важнейшим показателем состояния общества является уровень преступности. Уже до революции ученые констатировали, что евреями совершаются своеобразные преступления, отличные от преступлений других народов, чему в конце XIX

в. существовали различные объяснения: 1) еврейские преступления являются следствием врожденных особенностей еврейской расы; 2) особые виды преступности у евреев обусловлены занятостью в специфических социальных функциях.

Несколько иной взгляд на проблему возрастающей преступности высказывали ученые по уголовной биологии и политике, которые пришли к выводу о том, что уровень бедности способен влиять на преступные наклонности людей, так как, по их мнению, очень немногие пре-

4 Романова В.В. Власть и евреи на Дальнем Востоке. Стр. 20.

5 Анучин Е.Н. Исследования о проценте сосланных в Сибирь в период с 1827—1846 гг. — СПб., 1873, стр. 136—137.

ступники являются людьми нравственно испорченными1. В отечественной историографии имелись исследователи, стремившиеся определить степень влияния уровня грамотности населения на повышение преступности, в результате чего они пришли к выводу, что: а) преступность в России находится в причинной связи не с грамотностью, а с характером занятий населения; б) грамотность есть лишь явление, показывающее наличие других факторов, следствием которых является высота уровня преступности2. Эти выводы подтверждаются данными статейных списков сосланных в Иркутскую губернию преступников иудейского вероисповедания, чей уровень грамотности был крайне низким3.

К концу XIX в. доля евреев в ссылке и на каторге значительно возросла по сравнению с серединой века, что было зафиксировано канцелярией Иркутского генерал-губернатора. Евреи составляли уже более 3,7% от числа находящихся на причислении в пределах губернии к 1 января 1898

г. При этом среди ссыльнопоселенцев их число составляло 3,2%, среди сосланных на житье — 2,6%, среди сосланных в административном порядке — 7,4%. В это время в генерал-губернаторстве находилось на причислении 127 996 человек (без учета каторжан). Евреев же насчитывалось 7 946 человек. При этом на причислении в Иркутской губернии находилось 68,5% сосланных в Сибирь евреев. По данным Всероссийской переписи 1897 г. Иркутская губерния насчитывала 514 267 человек, в том числе евреев 7 4814. В иркутской колонии на рубеже веков численность евреев достигла 3 642 человек, что составляло более 7% постоянного городского населения. Правовые ограничения сибирских евреев привели к тому, что значительную часть колонии состав-

1 Гогель С.К. Новое учение о преступлении и наказании // Журнал Министерства Юстиции, 1897, №9, стр. 153—154; Жижиленко А.А. Нищенство и бродяжество перед уголовным законом // Журнал Министерства Юстиции, 1898, №7, стр. 167.

2 Заменгоф М.Ф. Грамотность и преступность (Опыт уголовно-статистического исследования) // Журнал Министерства Юстиции, 1912, №5, стр. 97.

3 Курас С.Л. Статейные списки как источник по истории формирования еврейского общества в Иркутской губернии в начале XX века // Исследования молодых ученых. Межвузовский сб. ст. Вып. V. — Улан-Удэ, 2003, стр. 7.

4 Еврейская энциклопедия / Под общей ред. Л.

Каценельсона и Д.Г. Гинцбурга. —СПб., т. 8, столб. 234—235.

ляли лица, не имеющие право жительства в Иркутске.

В начале XX в. изменился качественный состав ссылки. В нем все более преобладали евреи, сосланные за антиправительственную политическую деятельность. По подсчетам Н.Н. Щербакова, среди политических ссыльнопоселенцев в Сибири в 1908—1910 гг. они составляли 13,8%, в 1911—1914 гг. — 18,6%, в 1915— 1916 гг. — 17,0%. Анализ национального состава административно сосланных в Сибирь дает не менее значительные цифры. В 1906—1909 гг. евреи составляли в этой категории 13,1%, в 1913 г. — 23,2%, в 1915 г. — 8,0%.

Таким образом, евреи составляли в сибирской ссылке в рассматриваемый период вторую по численности (после русских) этническую группу5.

V. Большое число евреев попало в Сибирь, добровольно следуя за своими сосланными родителями или супругами. За 1895—1897 гг. в Иркутскую губернию добровольно проследовали 226 человек (78 женщин, 56 мальчиков и 92 девочки), что составляло около 38% прибывших ссыльных. К 1 января 1898 г. в губернии числилось 2811 добровольно прибывших в Сибирь за ссыльными евреев (21 мужчина, 882 женщины, 871 мальчик и 1037 девочек), или 51,6%. Скорее всего, реальная численность этой категории была значительно выше цифр официальной статистики.

Кроме перечисленных путей формирования еврейского общества, в Иркутской губернии были, конечно, и другие. Например, массовые, часто нелегальные, переезды евреев в Иркутскую губернию из других районов Сибири. Это явление стало одним из последствий официальной политики. Если в черте оседлости иудеям запрещалось проживать в сельской местности, что и привело к большой скученности в городах и местечках, то в Сибири власти не приветствовали их причисление к городам.

Таким образом, несмотря на правовые ограничения, российские евреи имели возможности попадать в Сибирь. При этом основным источником формирования еврейского населения края были ссыльнопоселенцы и их дети.

5 Щербаков Н.Н. Численность и состав политических ссыльных в Сибири (1907—1917 гг.) // Ссыльные революционеры в Сибири (конец XIX века- февраль 1917 года). — Иркутск, 1973, вып.1, стр. 199—242.