Дескриптивизм и эссенциализм в определении понятия «Supredoxa»

знании: сб. ст. / АН СССР, Ин-т философии; под ред. Н.П. Деменчука [и др.]. М.: Наука, 1984. С. 19.

4. Смирнов, В.А. Генетический метод построения научной теории / В.А. Смирнов // Философские вопросы построения современной формальной логики. М., 1962.

5. Степин, В.С. К проблеме структуры и генезиса научной теории / В.С. Степина // Философия. Методология. Наука / отв. ред. В.А. Лекторский. М.: Наука, 1972. С. 162.

6. Порус, В.Н. Концепция научных теорий Дж. Снида и В. Штегмюллера / В.Н. Порус // Филос. науки. 1983. № 3. С. 127 - 135.

7. Ленк, Х. Эпистемологические заметки относительно понятий «теория» и «теоретическое понятие» / Х. Ленк // Философия, наука, цивилизация: сб. ст. к 65-летию В.С. Степина / под ред. В.В. Казютинского. М.: Эди-ториал УРСС, 1999. С. 161.

8. Бальцер, В. Новый структурализм / В. Бальцер, Дж. Снид // Филос. и социол. мысль. 1989. № 9. С. 50 - 60; № 10. С. 85 - 100.

9. Бургин, М.С. Номологические структуры научных теорий / М.С. Бургин, В.И. Кузнецов // АН Украины, Ин-т философии. Киев: Наук. думка, 1993. С. 155.

10. Кравец, А.С. Концептуальные модели и развитие физических теорий / А.С. Кравец // Методы научного познания и физика. М.: Наука, 1985.

А.В. НЕХАЕВ

ДЕСКРИПТИВИЗМ И ЭССЕНЦИАЛИЗМ В ОПРЕДЕЛЕНИИ ПОНЯТИЯ “SUPREDOXA”

Приводится критика дескриптивизма и эссен-циализма в определении понятия “supredoxa ” как доктрин, содержащих в своей основе редукционистское требование сведения всего многообразия мнений о некотором предмете к одному-единственному «идеальному».

Внимательный анализ логической формы такой особой познавательной формы, как мнение, отвергает возможность существования «идеального мнения» - БиргеСоха. При этом все редукционистские попытки свести возможное многообразие мнений о некотором предмете к какому-то «идеаль-

ному» предполагают две трактовки определения понятия «супредокса»: дескрипти-вистскую и эссенциалистскую.

Наиболее естественно было бы предположить, что идеальное доксоморфное описание - супредокса - должно представлять собой такое полное описание мира или некоторого фрагмента реальности, что на любой вопрос, который может вызвать данное описание, ответом могут быть или сами предложения, составляющие его, или выводимые из них следствия. Иными словами, согласно дескриптивистской трактовке, супредокса, или наилучшее мнение, -это наиболее подробное и полное либо максимально приближающееся к нему описание мира или фрагментов реальности, т.е., по сути, супредокса - как наивысшее или «идеальное» мнение, при всей его недостижимости - это описание, которое дает своего рода копию предмета.

Однако необходимо отметить, что анализируемая дескриптивистская трактовка понятия «супредокса», помимо своего главного - редукционистского - требования сведения всего многообразия мнений о некотором предмете к одному-единственному идеальному, содержит в себе существенные недостатки и противоречия, которые никак не позволяют с ней согласиться.

Как ни странно, но именно такого рода трактовка супредоксы, как «полного описания» некоторого предмета, оказывается неустранимым симптомом релятивизма -принципиальной невозможности давать объяснения предмету посредством «охватывающих законов» или каких-либо общих утверждений. «Полное описание» () некоторого предмета О образуется следующим образом: прежде всего, берут все логически различимые истинные высказывания (аг а2, ..., ап, ап+1, ...), содержащиеся в предложениях относительно некоторого предмета О, затем из них выделяют предикатные выражения (Ра1, Ра^ >’ Рап , Рап+1 , ) и, наконец, соединяют их в конъюнкцию

,Ра л Ра л ... л Ра л Ра , л  п .

( а1 а2 ап ап +1 , или л Ра ).

1=1 1

Таким образом полученная конъюнк-

п

ция предикатов л ра , приписываемых О,

1=1 1

будет включать в себя столько предикатных выражений, сколько имеется истинных предложений относительно О, сколь

© Нехаев А.В., 2008

бесконечно много их бы не было. Однако, тем не менее, суть недостатка дескрипти-вистской трактовки понятия «супредокса» как «полного описания» некоторого предмета Q состоит не в том, сколько именно имеется истинных предложений относительно Q, и даже, не в том, что практически невозможно получить такое «полное описание», а в том, что полученная конъ-

n

юнкция Л ра , или «полное описание Q»

i=i 1

некоторого предмета Q, принципиально не позволяет подвести данный предмет под объяснение согласно какому-либо «охватывающему закону» или общему утверждению, поскольку сфера их была бы ограничена одним-единственным предметом и, соответственно, их нельзя было бы считать «охватывающим законом» или общим утверждением, а всегда исключительно релятивистским объяснением ad hoc. Согласно общепринятым критериям К. Гемпеля, некоторый «охватывающий закон» или общее утверждение не может включать в себя никаких обозначений конкретных объектов, которые являются неустранимыми, т.к. некоторый предмет можно подвести под действие «охватывающего закона» или общего утверждения только в том случае, если имеется описание, которое не содержит неэлиминируемых обозначений. Отсюда, следовательно, поскольку «полное описание Q» предмета Q содержит такого рода обозначения (ведь никак нельзя устранить ни один предикат из конъюнк-

n

ции Л ра ), то этот предмет при данном

i=i 1

описании Q нельзя подвести под общий закон. Таким образом, единственно возможное при «полном описании» объяснение ad hoc всегда будет являться, по сути, автотавтологичным - «Q3Q», и, разумеется, подобного рода объяснение никак не может быть принято в качестве приемлемого. Поэтому отнюдь не случайным является требование К. Гемпеля, согласно которому экспланандум (то, что требует объяснения), описывающий некоторое конкретное явление ю, логически следует из некоторого множества посылок, или экс-плананса, только в том случае, если хотя бы одна из посылок, описывая какие-то условия существования ю, отличается по своей форме от суждения, выражающего экспланандум. Любая попытка что-либо изменить немедленно повлечет за собой

возникновение гетерологического парадокса, наиболее общее определение которого гласит: «х является гетерологическим, если и только если х не имеет свойства, именем которого является х». Иначе говоря, относительно понятия «полное описание» это означает, что «полное описание» будет полным, если и только если оно не будет «полным описанием», что, по сути, обязывает к признанию непротиворечивости эквивалентности, согласно которой ю^ю, что, безусловно, является абсурдным [1].

По сути, неустранимое противоречие оказывается заложенным уже в самой дес-криптивистской трактовке определения понятия «супредокса» (согласно которому она понимается как «полное», или максимально подробное описание мира или фрагмента реальности) и связанным с самим выражением «полное описание», поскольку то, что любое описание не является тем предметом, который оно описывает - не недостаток, а необходимое условие существования его в качестве такового. В действительности любое описание О только и может быть описанием, если существует некоторая характеристика О, которая не включена в него.

Наконец, следует проанализировать вторую возможную трактовку определения понятия «супредокса», предлагаемую доктриной эссенциализма и поражающую, на первый взгляд, своей фундаментальностью, а также, по-видимому, согласующуюся со всеми общепринятыми разумными и здравыми представлениями о такой особой познавательной форме, как мнение. Хотя по сути своей это всего лишь более практичный и реалистичный вариант рассмотренной выше дескриптивист-ской трактовки, согласно которой «идеальное мнение» должно устанавливаться на основе «полного описания». Как полагают сторонники эссенциалистской трактовки определения понятия «супредокса», из-за практической невозможности «полного описания» доксогенты должны указывать то, что является важным или существенным для правильного понимания мира или фрагмента реальности. Таким образом, идеальное доксоморфное описание, или супредокса, т.е. наивысшее и «идеальное» мнение, определяется как такое, которое излагает «сущность» мира или фрагмента реальности.

На первый взгляд, предлагаемая трактовка кажется безупречной, и лишь немногие усмотрят в ней недостатки. Безусловно, эссенциалистская трактовка определения понятия «супредокса» верно указывает на то, что каждый доксогент стремится сделать в процессе создания и выдвижения им своей доксы - а именно совершить адекватный и приемлемый «переход от бесконечного к конечному»1, т.е. от мира к мнению о нем, являющийся, по сути, основной проблемой всякого познания. Более того, данная трактовка позволяет достичь приемлемого и удобного компромисса между конкретностью и неопределенностью. Разумеется, доксогента должно интересовать, что является «важным или существенным» в том фрагменте реальности, который выступает в качестве предмета его мнения. Иными словами, вполне определенное осмысленное множество высказываний (докса) не должно утомлять перечислением любых, даже самых незначительных фактов, но, тем не менее, это не означает, что из данного замечания о целях доксоморфного познания можно вывести приемлемое определение понятия «идеальное мнение» - супредоксы. Более внимательный анализ предлагаемой эссен-циалистской трактовки приводит к серьезным и неразрешимым затруднениям. Прежде всего, необходимо прояснить смысл выражения «сущность мира», или «сущность фрагмента реальности», т.е. выяснить, где следует искать или где находится эта «сущность», если она вообще есть? Отвечая на поставленный вопрос, необходимо подчеркнуть, что, во-первых, безусловно, «сущность», т.е. некоторую вполне определенную ингерентную структуру, не следует искать в самом мире, поскольку у самого мира нет никакой «сущности». Иными словами, в реальности не существует таких явлений или аспектов, которые, к радости доксогента, помечены ярлыком «сущность», следовательно, по сути, выражение «сущность фрагмента реальности» не является идентифицирующей дескрипци-

1 При этом надо понимать, что толкование, которое обрел этот переход во вполне определенной системе некоторого доксогента, может принадлежать только этой системе, соответственно в другой системе толкование этого перехода будет иным. См.: Шеллинг, Ф.В.Й. Философские письма о догматизме и критицизме / Ф.В.Й. Шеллинг //Сочинения: в 2 т. М., 1987. Т.1. С. 64.

ей некоторого вполне определенного действительного фрагмента или аспекта самого мира - ведь будь это так, процесс познания оказался бы очень простым занятием. Во-вторых, следует отметить, что рассматриваемое выражение «сущность фрагмента реальности» обозначает нечто конструктивистское по своим свойствам, а не что-то действительное в самом мире, т.е. каждый раз, когда употребляется выражение «... это является сущностью мира, или фрагмента реальности», то, по сути, идет указание на некоторую вполне определенную интерпретацию реальности - док-су, а не на часть действительного мира. Отсюда можно утверждать, что «сущность мира» или любая другая структура, инге-рентно полагаемая в мир, всегда есть творение доксогента. Соответственно этому, эссенциалистская трактовка определения понятия «супредокса» должна принять следующую форму: после внимательного установления и анализа фактов доксогент конструирует «нечто», что следует называть «сущностью» познаваемого им мира, или фрагмента реальности, и затем представляет это «нечто» в своем мнении. Однако, несмотря на то, что модифицированная эссенциалистская трактовка определения понятия «супредокса» кажется безупречной, в действительности это не так. Предполагается, будто в процессе познания доксогент имеет дело вовсе не с одной вещью - мнением, а с тремя - миром, его «сущностью» и ее доксоморфным описанием, представленным в том или ином вполне определенном мнении. Но доксо-гент либо описывает в своей доксе мир или фрагмент реальности, либо создает вполне определенное мнение, имплицитно содержащее некоторую «точку зрения» на мир или фрагмент реальности. Более того, посредством высказываний, включаемых им в состав своего конечного осмысленного множества - доксы, предлагая конкретный способ описания мира или фрагмента реальности, он делает обе эти вещи одновременно. Это, соответственно, не позволяет сказать, что он изображает «сущность» или иную ингерентную структуру мира, хотя и оставляет возможность для предположения, что некоторое вполне определенное мнение доксогента демонстрирует то, что этот доксогент считает «сущностью» мира или фрагмента реальности,

выступающие в качестве предметов его мнения. Таким образом, необходимо подчеркнуть, что не существует двух таких вещей, как «сущность» мира или фрагмента реальности, и доксоморфное представление этой «сущности», а есть только одна вещь или, скорее, один род вещей - мнения. Безусловно, можно по тем или иным причинам предпочитать одно мнение многим другим из уже имеющихся по какому-то общему для них предмету и, как следствие, оценивать данное мнение как выражающее «сущность» фрагмента реальности, но - и в этом состоит основная мысль отстаиваемого возражения эссенци-ализму - когда говорится о «сущности» мира или фрагмента реальности, то, по сути, речь всегда идет о мнениях, т.е. вполне конкретных содержаниях некоторых осмысленных конечных множеств высказываний, и ни о чем более. Соответственно, если выражение «сущность» мира или фрагмента реальности вообще имеет какой-нибудь смысл, то только в том случае, когда оно обозначает вполне определенное мнение.

Теперь, если вернуться к эссенциалист-ской трактовке определения понятия «суп-редокса», согласно которому супредоксой -или «идеальным» - является такое мнение, которое передает «сущность» мира или фрагмента реальности, то, поскольку выражение «сущности фрагмента реальности» всегда относится к какому-то конкретному мнению, имеются две альтернативы: либо считать обозначаемое данным выражением мнение тождественным супредок-се, т.е. «идеальному» мнению, либо нет. Тогда, в соответствии с последней из альтернатив, супредокса («идеальное» мнение) определяется как такое, которое сообщает мнение, отличное от «идеального», что, очевидно, абсурдно, хотя в то же самое время, согласно первой из указанных альтернатив, если «идеальное» мнение, т.е. суп-редокса, и мнение, обозначаемое выражением «сущность фрагмента реальности», тождественны, то в этом случае супредок-са определяется как мнение, которое является изложением «идеального», а это означает idem per idem. Иными словами, мнение, излагающее «идеальное» - супредок-су, либо ему тождественно, а это тавтологичное утверждение, либо нет, что, в свою очередь, является внутренне противоречивым утверждением. Следовательно, каза-

лось бы многообещающая эссенциалист-ская трактовка определения понятия supredoxa, или «идеального мнения», так же как и дескриптивистская, не позволяет наполнить данное понятие приемлемым содержанием, поскольку мы либо впадаем в противоречие, либо утверждаем, что любое мнение, взятое per se как языковая структура, предоставляющая способ описания мира, является «идеальным», что бессмысленно.

В целом следует отметить, что наиболее очевидным недостатком как дескрип-тивистских, так и эссенциалистских, а также всех других возможных представлений о супредоксе является их явное или неявное верование, основная суть которого заключается в том, что любое мнение всегда является в той или иной степени отображением, а точнее, отражением некоторой «сущности», или ингерентной структуры, присущей предмету мнения, а это принципиально игнорирует природу такой особой познавательной формы, как докса. Кроме того, все идеи относительно супре-доксы начинаются с некоторого априорно-интуитивного представления о мнении, которое затем объявляется «фундаментальной» или «идеальной» структурой мнения. Такие априорно-интуитивные представления всегда являются результатом абстрагирования от свойств реально существующих мнений, в ходе которого очень многие из этих важнейших свойств, по сути, исключаются как попросту неинтересные или случайные эпифеномены. Более того, какими бы ясными и убедительными ни были аргументы в пользу таких априорно-интуитивных абстракций, оказывается невозможно обосновать их приемлемость, обращаясь лишь к природе действительных мнений. Как следствие, такого рода аргументы просто показывают, какие мнения являются предпочтительными для того или иного доксогента, но они никогда не говорят о доксе или ее мыслимом содержании - мнении - как таковых, а сообщают лишь об эстетических, прагматических или семантических пристрастиях этих док-согентов.

Литература

1. Вригт, Г.Х. Гетерологический парадокс / Г.Х. Вригт//Логико-философские исследования: избр. тр. М., 1986. С. 449 - 482.