Сравнительно-типологический анализ литературы о фигурах контраста и противопоставления в русском и английском языках

11. Аксарина Н.А. Жанровые признаки песни-репортажа в творчестве Ю. Визбора // Славяно-русские духовные традиции в культурном сознании народов России: тез. докл. науч.-практ. конф., посвященной Дню славянской письменности и культуры: 2 ч. Тюмень, 2005.

Ч. 2. С. 6-9.

12. Дымарский М.Я. Проблемы текстообразова-ния и художественный текст (на материале русской прозы Х1Х-ХХ вв.). М., 2001.

13. Припадчев А.А. Проблемы исторической лингвистики текста (на материале древнерусских жанровых форм чуда, плача, молитвы). Воронеж, 2004.

14. Лапинская И.П. Ритмическая организация прозаического текста // Инновационные процессы в лингводидактике / Воронеж. гос.

техн. ун-т; отв. ред. Л.В. Квасова. Воронеж, 2007. Вып. 5. С. 63-70.

15. Лапинская И. П. О воздействующем эффекте рассказа И. А. Бунина «Темные аллеи» // И.А. Бунин в диалоге эпох: сб. науч. тр., посвященный творчеству И.А. Бунина / отв. ред. Т.А. Никонова. Воронеж, 2002. С. 164-171.

Поступила в редакцию 14.04.2009 г.

Lapinskaya I.P. Towards the question of the text units (text units in conception developed by V.V. Vinogradov). Sharing and approving with examples V.V. Vinogradov’s conception about plurality of text units the author concentrates attention on the compositional organization of text as fragments succession.

Key words: text; text units; compositional organization; fragment; story; poem.

УДК 802.0

СРАВНИТЕЛЬНО-ТИПОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛИТЕРАТУРЫ О ФИГУРАХ КОНТРАСТА И ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЯ В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ

© Л.А. Корнилова

В статье дается обзор научных трудов русско- и англоязычных лингвистов, исследовавших обобщенно-типизированные выразительные средства реализации принципа контраста, актуализирующиеся в фигурах контраста и противопоставления. Сравнительно-типологический анализ материала основан на лексико-семантическом и структурно-функциональном разборе дефиниций фигур контраста и противопоставления в русской и английской литературах.

Ключевые слова: антонимия; контраст; антитеза; конверсивность; комплиментарность.

Фигуры контраста и противопоставления свойственны всем языковым системам, как свойственна категория противоположности всем общечеловеческим наукам - математике, философии, логике, психологии, биологии, географии и т. д. и т. п. «Контраст может быть определен как семантическая категория ...» [1]. Это до того весомая и всеобъемлющая категория, что можно даже утверждать: «. контраст является основой восприятия» [2]. И в самом деле, без горячего не поймешь холодное, без жесткого - мягкое, без скучного - интересное, без плюса - минус.

Являются языки родственными или нет, состоят в одной языковой семье или в разных, древние они, мертвые или развивающиеся, антонимия тем не менее имеет место быть во всех известных лексико-семантических системах. Это правило распространяется и на исследуемые в данной статье язы-

ки. Несмотря на разносистемность, типологическую и генетическую неродственность, неконтактность русского и английского языков, выявляется универсальное в их фигурах контраста и противопоставления. И даже обнаруживается сходство по лексико-семантической структуре (аффиксальные и лексические антонимы, простые и глобальные, языковые и контекстуальные) и словарному составу: брат - сестра, brother - sister; сын -дочь, son - daughter...

В лексикологии основу фигур контраста и противопоставления составляет антонимия. Антонимия является одним из наиболее значимых универсалий семиотической и речевой системы различных языков. В своей широко известной книге «Введение в теоретическую лингвистику» Дж. Лайонз замечает: «Антонимия, или «противоположность по значению», уже давно признана в качестве

одного из важнейших семантических отношений» [3]. Антоним представляет собой тот строительный материал, тот кирпичик, из которого возводятся практически все лексические объекты фигур контраста и противопоставления. «В семантическом поле, т. е. в упорядоченном множестве языковых единиц, объединенных общим (инвариантным) значением, антонимы тесно взаимосвязаны не только друг с другом (ср. полный - худой), но и с иными категориями лексических единиц.» [4, 5]. Учитывая «значительный удельный вес антонимов в словарном запасе языка» [5] и даже, по словам Н.П. Глаголевой, их «количественную необозримость» [6] и исходя из того, что антонимия своей дуалистической сетью покрывает практически все пространство, все области лексико-семантической системы языка и, по сути дела, являются в своих контрастных, семантически оппозиционных проявлениях полярными точками, ученые-лингвисты и взяли в употребление термин «глобальный» антоним, подразделив его, таким образом, на собственно (словарный) антоним и антоним в широком, глобальном смысле слова.

Термин «глобальный» предполагает широкое понимание антонимии как контраста и противопоставления не только по одному, как трактовало 2-е издание «Большой советской энциклопедии» [7], признаку - качеству, но и по многим другим семантическим плоскостям. Уже в 3-м издании «Большой советской энциклопедии» [8] к качественному прибавляются количественный, временной, пространственный параметры. А к «обязательно разных корней» [7] оппозициям в 3-м издании добавлены и «такие пары слов, как «большой» - «небольшой», «спокойный» -«беспокойный», «любить» - «не любить» [8], т. е. однокорневые противопоставления.

При глобальном, многоаспектном понимании антонимии необходимо объединение семантических групп контекстом, акцентирующим внимание на присутствующей противоположности. Эта мысль подкреплена Г.П. Мельниковым в работе «О типах дуа-лизмов языкового знака»: «Антонимами

можно считать языковые знаки, которые могут быть противопоставлены одновременно и по многим семантическим признакам, лишь бы в рассматриваемом контексте эта противоположность действительно подчер-

кивалась. Например, вечером в лесу путникам показалось, что между деревьями стоит медведь. Но потом наиболее зоркий заявляет: «Да не медведь это, а пень». В таком контексте медведь и пень должны расцениваться как ситуативные многоаспектные антонимы. Следовательно, «обычные» антонимы - это лишь одноаспектный вариант многоаспектных антонимов» [9].

Получается, что многоаспектная книга «Антонимия в русском языке» Л.А. Новикова много шире «одноаспектного» «Словаря антонимов русского языка» под его редакцией.

Сжатую и в то же время емкую классификацию фигур контраста представляет в своей книге «Стилистика русского языка (теоретический курс)» В.П. Москвин. В ней он отрицает понятие «глобальной», «многоаспектной» противоположности, развернутого противопоставления, выступает против тех, кто расширяет понятие контраста в лингвистике. Он пишет: «В состав фигур контраста специалисты нередко включают приемы, к контрасту, на наш взгляд, прямого отношения не имеющие - к примеру, развернутое отрицательное сравнение, оксюморон, который следует считать фигурой алогизма; антифразис, являющийся приемом двусмысленной речи». В то же время В.П. Москвин замечает: «Некоторые приемы контраста (такие как аллеотета, парадиастола) исследователями даже не упоминаются» [1].

Различное определение понятия противоположности, неоднозначная трактовка антонимии и фигур контраста, как взятых отдельно, так и в целом, являются ключевым отличительным фактором трудов, посвященных лингвистической оппозиции. Имея в виду антонимию и «противоположность по значению» Дж. Лайонз сетует, что «в этой области царит большая путаница» [3], одну из причин которой он видит в том, что большинство специалистов по семантике уделяют мало внимания различным видам «противоположности». Однако действительное положение дел говорит, что раздел современной лингвистики, посвященный фигурам контраста, делает заметные шаги в своем развитии.

Динамичность, с которой разрабатывается еще недавно практически не освоенный раздел лингвистики, подтверждает Т.Г. Бочина в книге «Стилистика контраста». В ней автор как бы продолжает тему единичного и

глобального контраста, переходя от антонима к антитезе. Работу свою Т.Г. Бочина строит на иллюстративном материале, составленном из пословиц и поговорок русского языка, как представляется нам, самого богатого на фигуры контраста и противопоставления жанра литературы и устного народного творчества [10].

Вообще следует заметить, что в терминологии, касающейся вопросов противоположности, единства в лингвистической литературе нет. Если какое-то единство и присутствует, то в самой широкой синонимической форме. Скажем, с одной стороны, антонимия «глобальная», «речевая», «контекстуальная», «эксплицитная», в «широком», «многоаспектном» смысле слова, с другой стороны, «собственно», «словарная», «простая», «обычная», «языковая», «единичная», «одноас-

пектная», «имплицитная». Справедливости ради, надо сказать, что такая синонимичность не препятствует восприятию текста. Думается, в дальнейшей исторической перспективе, когда раздел противоположности в лингвистике будет более систематизирован, необходимая терминология кристаллизуется и примет устойчивую узуальность. Но без нее лингвистика как раздел науки существовать не может. Дж. Лайонз об этом пишет: «Специальной терминологией располагает любая точная или естественная наука. Используемые лингвистами специальные термины возникли в ходе исследования языка, и их без труда понимает всякий, кто подходит к изучению лингвистики непредубежденно и с интересом». И заключает: «Лингвисты изменяют или пополняют терминологию. во-первых, потому, что многие «традиционные» термины недостаточно точны для выражения научных понятий, и, во-вторых, потому, что современная лингвистика в своей направленности на общую теорию структуры языка значительно продвинулась по сравнению с традиционной грамматикой» [3].

Важнейшим подспорьем в определении понятия противоположности играют лингвистические словари - «Словарь лингвистических терминов» О.С. Ахмановой [11], «Словарь-справочник лингвистических терминов» Д.Э. Розенталя и М.А. Теленковой [12], «Словарь антонимов русского языка» М.Р. Львова [4] и др. Так, Л.А. Новиков в предисловии к словарю Р. Львова пишет:

«Дифференцируя единую сущность, антонимы как знаки «раздвоенного» на противоположности единства одновременно и определяют предел проявления какого-нибудь качества, свойства, действия, и указывают на неразрывную связь противоположностей: горячий и холодный - границы качественной оценки температуры, взаимопроникающие компоненты целого и семантики таких промежуточных слов, как теплый, прохладный и др.» [4]. Автор в своем труде доказывает, что противоположностей не бывает вне единства и взаимопроникновения.

Развернутое определение антонимии представлено в словаре О. С. Ахмановой, где она показывает антонимию не только как качественную контрарность, но и как выражение противоположности разнонаправленных действий, движений, признаков и т. п. В этой связи вспомним 2-е издание Большой советской энциклопедии, в определении антонимии которой доминирует исключительно качественная доминанта.

Это говорит о закономерности отражения не только различных подходов к вопросам противоположности в языковой системе, но и в эволюции и общей тенденции развития понятий антонимии и фигур контраста и противопоставления. В исторической перспективе «антонимы , или слова с противоположным значением, стали предметом лингвистического анализа сравнительно недавно, и интерес к изучению русской антонимии заметно возрастает. Об этом свидетельствует появление целого ряда специальных лингвистических исследований по антонимии и словарей антонимов» [4].

А вот для БСЭ понятие контраста в лингвистике не существует. В статье «Контраст» редколлегия издания дает пояснение: психологическое. С обобщением: «Явление К. широко применяется в различных видах искусства и литературы» [8]. И только.

Нельзя исключать из внимания научнопедагогическую, учебную литературу о фигурах контраста. Ее не так мало. Отметим лишь «Стилистику русского языка» И.Б. Голуба, «Стилистику русского языка (теоретический курс)» В.П. Москвина, «Практическую стилистику русского языка» Г.Я. Сол-ганика [13-15].

Ряд трудов посвящен антонимии фразеологических единиц, отдельных частей речи -

прилагательных, существительных, глаголов. Здесь следует обратить внимание на «Антонимию как один из показателей качественности прилагательных» Л.Ю. Максимова, «Однокорневые префиксальные глаголы-антонимы в современном русском языке» Л.А. Вараксина [16]. Каждый из этих трудов является первым шагом в изучении понятия противопоставления. Так, в работе Л.Ю. Максимова впервые наиболее полно исследована основа лексико-семантической противоположности - антонимия прилагательных, которая в фигурах контраста имеет наиболее количественное и ярко выраженное представительство. Особое внимание в работе уделено качественной стороне противопоставления прилагательных.

Антонимии фразеологических единиц посвящена научная работа Г.Б. Мардановой

[17]. Она выполнена на основе сравнительного анализа противопоставления фразеологии английского и татарского языков.

Широкий спектр взглядов на фигуры контраста и противопоставления представлен в «Опыте теории антонимов» Ю.Д. Апресяна

[18], «К проблеме антонимии» и «Семантическом аспекте антонимии (в свете данных афазии)» Э.И. Родичевой [19], в целом ряде работ Л. А. Введенской [20].

Дифференциации понятия антонимии посвящены работы Дж. Лайонза. В своих книгах “Structural Semantics”, “Introduction to Theoretical Linguistics” - «Структурная семантика» и «Введение в теоретическую лингвистику» автор представляет своеобразную типологию противопоставления. Дж. Лайонз выделяет три типа оппозиций значения: дополнительность или комплиментарность (complementarity), антонимия (antonomy), конверсивность (converseness).

При отношении дополнительности члены оппозиции покрывают в своей совокупности все родовое понятие (множество, состоящее из двух элементов). В оппозициях данного вида отмечается отношение строгой импликации, когда отрицание одного члена пары имплицирует утверждение другого и утверждение одного члена пары имплицирует отрицание другого: not married - single (неженатый - холостой), married - not single (женатый - нехолостой).

Сумма крайних членов при антонимии, точнее, при качественной градуальной анто-

нимии не равняется родовому понятию (всему множеству элементов), здесь полностью отсутствует отношение импликации: в родовое понятие оппозиции молодой (young) -старый (old) входят промежуточные члены -пожилой (elderly). «Именно этот факт хорошо известен логикам; именно он отличает антонимы от слов, связанных отношением дополнительности. Более важен, однако, другой факт: предложения, содержащие антонимы, всегда являются сравнительными, если не эксплицитно, то имплицитно» [3].

Третье смысловое отношение противоположности Дж. Лайонза - конверсивность -предполагает перестановку элементов высказывания (предшествующего и последующего членов высказывания), в результате рассматривается одно и то же отношение с разных точек зрения: sell - buy, he sells her a picture = she buys his picture.

Тенденция дифференциации глобального понятия антонимии прослеживается в ряде современных работ. К примеру, Д. Круз в “Lexical Semantics” анализирует и расширяет типологию антонимии Дж. Лайонза.

Книге Д. Круза посвящена статья

Н.П. Глаголевой «К вопросу об антонимии» [6], в которой особое внимание уделяется вопросу о комплиментарностию.

Научный труд Д. Круза не ограничивается упомянутыми Н.П. Глаголевой типами оппозиций. Д. Круз - один из тех ученых, кто рассматривает антонимию как самостоятельный, непростой раздел лингвистики, своими разработками наглядно свидетельствующий о динамике в вопросе изучения антонимии. И здесь позиция Н.П. Глаголевой несколько двойственна. В одной и той же статье автор говорит то: «.Ученые-лингвисты обычно ограничивают объект изучения - антонимию - словами и заметно устойчивыми идиоматическими сочетаниями слов», то: «Классификации антонимических единиц постоянно разнообразятся, дополняются, видоизменяются вследствие расширения и углубления знаний об антонимии» [6].

Подводя черту под сравнительно-типологическим анализом литературы о фигурах контраста и противопоставления, приходится констатировать, что научные труды, посвященные одному из самых молодых разделов лингвистики, еще не так обширны и глубоко разработаны. Им не хватает устоявшейся,

единообразной, какой располагает любая точная или естественная наука, узуальности, что ведет к не всегда оправданному само-творчеству в терминологии. А неологизмы, чрезмерная синонимичность отдельных понятий порой и приводят к «большой путанице» [3]. Однако, рассматривая литературу о фигурах контраста и противопоставления на протяжении с исторической точки зрения не такого большого периода, видно, что она имеет как универсальный, так и дифференциальный подход к проблематике противоположности в необозримом спектре языков и наречий, что она достаточно разнообразна, дискутивна и, самое главное, имеет динамику развития.

1. Москвин В. П. Стилистика русского языка. Ростов н/Д, 2006. С. 327-328.

2. Квинн В.Н. Прикладная психология. СПб., 2000. С. 59.

3. Лайонз Дж. Введение в теоретическую лингвистику. М., 1978. С. 21, 485, 490.

4. Львов М.Р. Словарь антонимов русского языка. М., 1984. С. 5, 9.

5. Новиков Л.А. Антонимия в русском языке. М., 1973. С. 45.

6. Глаголева Н.П. К вопросу об антонимии // Актуальные вопросы английской филологии: межвузов. сб. науч. тр. Пятигорск, 2001. С. 40.

7. Большая советская энциклопедия / гл. ред. С.И. Вавилов: в 50 т. М., 1950. Т. 2. С. 525.

8. Большая советская энциклопедия / гл. ред. А.М. Прохоров: в 30 т. М., 1970. Т. 2. С. 67, 94.

9. Мельников Г.П. О типах дуализмов языкового знака // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. М., 1971. № 5. С. 54-58.

10. Бочина Т.Г. Стилистика контраста: очерки по языку русских пословиц. Казань, 2002. С. 12-14.

11. Словарь лингвистических терминов / под ред. О.С. Ахмановой. М., 1966.

12. Словарь-справочник лингвистических терминов / сост. Д.Э. Розенталь, М.А. Теленкова. М., 1976.

13. Голуб И.Б. Стилистика русского языка. М., 1997.

14. Солганик Г.Я. Практическая стилистика русского языка. М., 2006.

15. Максимов Л.Ю. Антонимия как один из показателей качественности прилагательных: автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 1958.

16. Вараксин Л.А. Однокорневые префиксальные глаголы-антонимы в современном русском языке: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Куйбышев, 1968.

17. Марданова Г. Б. Сопоставительный анализ фразеологических антонимов в английском и татарском языках: автореф. дис. . канд. филол. наук. Казань, 1998.

18. Апресян Ю.Д. Опыт теории антонимов // Структурно-математические методы моделирования языка: тез. докл. Всесоюз. науч. конф. Киев, 1970. С. 8-10.

19. Родичева Э.И. К проблеме антонимии. М., 1968.

20. Словарь антонимов русского языка / под ред. Л.А. Введенской. Ростов н/Д, 1995.

Поступила в редакцию 29.05.2009 г.

Kornilova L.A. Comparative-typological analysis of literature about the figures of contrast and opposition in Russian and English languages. The article presents the review of scientific works written by Russian and English speaking linguists, who had studied generally typified expressive means of realization of the principle of contrast, which are organized in the figures of contrast and opposition. The comparative-typological analysis of the material is based on the lexical-semantic and structurally-functional examination of definitions of the figures of contrast and opposition in Russian and English literatures.

Key words: antonymy; contrast; antithesis; converseness; complementarity.