Модернизационный потенциал сетевого взаимодействия в сфере социальной политики

А. А. Гнедаш, Е. В. Морозова

МОДЕРНИЗАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ СЕТЕВОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В СФЕРЕ СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ1

В статье рассматриваются разные типы социальных сетей и конкретные примеры сетевого взаимодействия, позволяющие авторам оценить индивидуальные и коллективные действия сетевых структур в offline- и online-среде, направленные на решение «проблемных мест» социальной политики современной России. Модернизационный потенциал сетевого взаимодействия заключается не столько в решении конкретных социальных проблем и диагностике слабых мест разработки и реализации государственной социальной политики, сколько в том, что сети продуцируют социальные инновации, воспроизводят социальный и человеческий капитал, посредством лоббистской деятельности влияют на принятие политических решений, производят общественные социальные блага, задействованы в процессе социальной и политической мобилизации, участвуют в социализации, ресоциализации и формировании идентичности, являются основой для краудсорсинговых практик.

Ключевые слова: сетевое взаимодействие, социальная политика, offline- и online-социальные сети, модернизационный потенциал, социальные инновации, социальные блага, социальная и политическая мобилизация.

В 2000-х годах новая социальная морфология общества в значительной мере определяется различного рода сетями. Включение и исключение из сети, конфигурация отношений между сетями определяют процессы, протекающие в социально-политических системах. Сети формируют «новые» объединяющие смыслы, практически осваиваемые в offline- и online-пространствах, побуждают участников сети к локальным или масштабным коллективным действиям, направленным на изменения в сфере публичной политики. Эти смыслы и действия особенно важны в сфере социальной политики, характеризующейся дефицитом ресурсов (как материальных, так и концептуальных), для разрешения острых социальных проблем.

Сети являются механизмами «сшивания» социальной политики в местах «разломов», возникших в результате неэффективности или несостоятельности государственной социальной политики и со-

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта № 11-03-00519а «Конструктивный потенциал социальных сетей в сфере публичной политики в условиях модернизации современного российского общества» (2011-2013 гг.). © А. А. Гнедаш, Е. В. Морозова, 2012

циальной защиты, т. е. социальные сети компенсируют «кризис» государственных социальных институтов.

Социальная политика — «политика государства в области социального развития и социального обеспечения, система проводимых субъектом хозяйствования мероприятий, направленных на улучшение качества и уровня жизни определённых социальных групп» (Социальная политика...). Также данную политику государства иногда рассматривают в смысле «социального администрирования по отношению к тем институционализированным (т. е. закреплённым в правовом и организационном плане) социальным услугам, которые обеспечиваются государством» (Джери Д., Джери Дж., 2001). Разные страны предлагают различные модели социальной политики, однако можно выделить наиболее типичные направления социальной политики: обеспечение нормальных условий жизнедеятельности для граждан (от рождения и до смерти); обеспечение социальной защищенности групп граждан (студентов, пенсионеров, людей с ограниченными возможностями, матерей и детей и т. д.), охрана здоровья населения, образовательные услуги, культура и т. д. Данные направления государственной социальной политики с той или иной степенью эффективности реализуются и в России. В последнем официальном предвыборном программном документе — статье В. В. Путина «Строительство справедливости. Социальная политики для России» в феврале 2012 г. были определены такие социальные проблемы, как (Путин, 2012): плохие возможности для реализации гражданами своих профессиональных знаний; высокая дифференциация доходов граждан; разрыв между развитием социальной сферы (социальных услуг, предоставляемых гражданами) и ростом потребностей и возможностей российских семей; увеличение социальных расходов в условиях сокращения населения трудоспособного возраста и увеличения старшего населения.

В. В. Путин отметил особую роль «социальных лифтов» в контексте «продвижения каждого человека на основе его способностей и талантов». В рамках нашего исследования сетевое взаимодействие представляется таким «социальным лифтом», способным не просто обеспечивать условия для продвижения отдельных людей, но и решать определенные социальные проблемы как для отдельных граждан, так и для определенных социально-демографических групп. Стратегической целью социальной политики любого государства является повышение человеческого потенциала и качества жизни населения (Новикова), в данном случае сетевое взаимодействие также является одним из механизмов реализации данной цели и одновременно условием ее достижения.

Эмпирическая база исследования

Данное исследование основывалось на сочетании таких традиционных методов сбора социологической информации, как глубинное интервью и кейс-стади, контент-анализ online-ресурсов и официальных документов. Методом глубинного интервью проводился опрос респондентов (60 респондентов), включенных в различные виды социальных сетей. Учитывая постоянные изменения объема и основных характеристик многообразных социальных сетей, мы не строили репрезентативной выборки, но, пытаясь следовать различным этапам ее конституирования, проводили отбор респондентов по основным представительным типам социальных сетей (профессиональные, проблемные, экологические, сети НКО, женские). С помощью интервьюирования через призму индивидуальных стратегий и жизненных практик были изучены механизмы сетевого взаимодействия и потенциал социальных сетей в решении/артикуляции проблемных вопросов социальной политики РФ.

Метод кейс-стади (изучены и интерпретированы 30 кейсов сетей, относящихся к разным типам) позволил определить репертуар индивидуальных и коллективных действий сетевых структур в offline- и online-среде в процессе постановки/решения социальной проблемы. Создание кейсов предполагало включение в исследовательский арсенал разнообразных методов сбора информации: интервьюирование представителей социальной сети, включенное наблюдение, анализ документов, СМИ и контента сайтов сетевых структур. Позиционирование социальных сетей в online-пространстве и конституирование сетевой общественности на основе online-технологий социальных сетей потребовали использования интерактивного качественного анализа электронных ресурсов, online-интерактивного сбора и анализа социологической информации в режиме реального времени.

Исследование отобранных нами в ходе исследования сетевых структур (например, сеть «Родительство», г. Краснодар, существует с 2005 г., более 2500 человек; сеть «Родители детей-инвалидов», г. Астрахань, существует с 1996 г., включает более 4 тысяч семей; межрегиональная сеть «Солдатские матери»; сеть «Кадетство», более 100 тыс. человек; и другие) позволило расширить знания о конструктивном и деструктивном потенциалах сетевого взаимодействия в сфере социальной политики.

Сетевое взаимодействие и социальные сети: типы и основания для создания

Развитие публичной политики в России в последние годы пока_ 185

ПОЯИТЭКГ. 2012. Том 8. № 3

зало рост социальной активности и готовности граждан объединяться для защиты своих интересов. Данное объединение в первую очередь происходит посредством социальных сетей. В исследовании В. В. Локосова, В. Л. Шульца были выделены шесть наиболее значимых факторов конструктивной консолидации российского общества, среди которых установка на социальное взаимодействие между россиянами была определена ведущей в результате опроса респондентов (Локосов В. В., Шульц В. Л., 2008).

Анализируя субъекты и объекты сетевого взаимодействия, поле деятельности сети (online- и offline-пространство), срок и цели существования сети, можно выделить следующие типы сетей: а) ситуационная социальная сеть — создается усилиями людей (волонтеров, сочувствующих) для решения определенной задачи (например, волонтерская сеть для оказания помощи пострадавшим в Крымском районе Краснодарского края летом 2012 г.); б) online-социальные сети — создаются в online-пространстве для общения, информирования, проблематизации актуальных социально-политических вопросов и создания среды сопричастности (например, почти все родительские и «материнские» форумы; социальная сеть работников образования «Наша сеть»), данные сети, как правило, не выходят в offline-пространство; в) offline-социальные сети — существуют в offline-среде и могут институционализироваться в виде НКО (межрегиональная сеть «Солдатских матерей»), также могут создавать электронные ресурсы сайты для усиления своего потенциала (например, сеть «Кадетство»); г) сеть, возникшая online и вышедшая в offline-пространство (форум «Родительство» в Краснодарском крае, «выросший» в Краснодарскую региональную общественную организацию «Вторая мама»); д) социальные сети, сформированные лидерами мнений, — сети, образованные известными социально-политическими акторами (лидерами мнений / блоггерами) (например, блоггер Доктор Лиза — Елизавета Глинка, самый известный российский специалист в области паллиативной медицины, создатель фонда «Справедливая помощь»).

Сетевые структуры выступают механизмами интеграции в социальные отношения и ресурсами для достижения инструментальных целей. Помимо этого, некоторые исследователи (Дивальд, Людикс) отмечают связь между социальными сетями и социальным неравенством, определяемую, во-первых, качеством интеграции в социальную сеть и уровнем развития самой сети и, во-вторых, тем, какой вклад вносят социальные сети в воспроизводство социального неравенства. Например, 94% выпускников кадетских корпусов поступают в вузы, из воспитанников домов-интернатов — лишь 1,7% (Морозова, Мирошниченко, 2011).

Разные авторы (Кузнецов) выделяют различные функции социальных сетей: информационные, дискуссионные, мобилизационные, кризисные, объединяющие и т. д. Рассматривая практики решения «проблемных» вопросов современной российской социальной политики, можно выделить индивидуальные и коллективные действия сетевых структур в offline- и online-среде, причем репертуар данных действий и инструментов очень обширен: от информационно-просветительской до политической мобилизации и конкретной помощи отдельным людям и семьям.

Сети в процессе решения социальных проблем

Сети могут представлять собой набор сервисов и инструментов для решения конкретных социальных проблем, что подтверждается проведенными исследованиями. Сетевые оnline-сообщества на основе многочисленных интеракций формируют «сети поддержки», которые трансформируются в реальные гражданские действия в offline-среде. «В 2004 г. на этом форуме www.kuban.ru появилась тема "Родительство", посвященная брошенным детям, находящимся в ужасных условиях в инфекционной больнице. В скором времени наиболее активные участники этого сообщества (в основном молодые мамы), скооперировав свои усилия, посетили эту больницу и организовали сбор продуктов и вещей, необходимых малышам», — рассказывает участница этих событий. Все эти действия были бы невозможны без взаимного доверия, которое генерирует сообщество. Репутация на форуме и взаимные знакомства гарантируют, что собранная помощь действительно будет доставлена в форме благотворительности и именно заявленному адресату.

Позже все та же инициативная группа пользователей форума при активном взаимодействии с департаментом семейной политики Краснодарского края открыла первую в Краснодаре «Школу приемных родителей», а затем и создала общественную организацию «Вторая мама». Участники тех событий вспоминают в ходе интервью: «Мы открыли первую в Краснодаре "Школу приемных родителей". Для этого мы прошли обучение в московской школе. Через год благодаря созданному в Краснодарском крае департаменту семейной политики в нашем крае появилось уже больше 40 подобных школ. И это здорово. До этого времени проблема сиротства стыдливо замалчивалась по всей стране. А значит, практически не решалась. Сейчас данным вопросом активно занимаются, подобные школы усыновителей работают почти во всех регионах, и уровень усыновления возрос в несколько раз».

Школа приемных родителей на деле превратилась в социаль-

ный спутник семьи. Деятельность Школ приемных родителей стала мощным фактором в профилактике «вторичного сиротства» и позволила в Краснодарском крае снизить количество детей, возвращенных из приемных семей, в 3 раза. Гражданская структура на данный момент включена во всероссийскую сеть НКО, направленных на защиту прав материнства и детства, и функционирует на основе грантовой поддержки Общественной палаты РФ (Мирошниченко, Морозова, 2009).

В данное время сеть «Родительство» объединяет разноресурс-ные группы родителей, контакты были перенесены в реальную жизнь, упорядочены и выстроены на системной основе. Например, на форуме «Мама в сети» была актуализирована проблема нехватки мест в детских садах. Впоследствии усилиями родителей-чиновников, представляющих органы государственного и муниципального управления, была инициирована, разработана и реализована в рамках социального партнерства бизнеса и власти краевая программа «Поддержка частных детских садов в Краснодарском крае». В беседе руководитель структуры управления образованием так прокомментировала качество информационного ресурса родительской сети: «Если я хочу узнать, какие проблемы существуют в детских садах нашего города и насколько хорошо работают наши воспитатели, то я захожу на родительские форумы. Там всегда очень оперативно размещают информацию, особенно негативную...».

Сети как ресурс социальных инноваций

Власти в целом относятся позитивно к участию сетей в решении социальных проблем, видя в них прежде всего компенсаторные механизмы, а не источник социальных инноваций (хотя, по сути, это происходит). Примером таких социальных инноваций могут служить феномен «ответственного родительства» и феномен «цифровых мам», возникших именно на базе и в пространстве опПпе-социальных сетей.

Российские исследователи (Женщины в Рунете.) отмечают, что женщины активнее участвуют в тех опПпе-сообществах, которые удовлетворяют потребности в самовыражении, мужчины — потребности в конкуренции. ОпПпе-тип сетевого взаимодействия привлекателен тем, что женщины любого возраста могут получить в домашних условиях днем и ночью информацию о любой проблеме и подключить к обсуждению тех пользователей, с кем происходят или происходили те же проблемные ситуации. Дж. Наспари разделяет формы сетевого взаимодействия на повседневные и стратегические, исходя из данного разделения можно определить, что женские

сети решают скорее первые задачи, а мужские — вторые (Naspary, 2002). Многозадачность в режиме on-line позволяет участницам социальных сетей с успехом «жонглировать» работой, семьей и домохозяйством. Для современных мам «социальная сеть вплетена в их существование изо дня в день» (Where the moms are...), что приводит к рождению «цифровых мам», которые подключаются к Интернету, по крайней мере, раз в день, технически хорошо подкованы и хорошо разбираются в online-социальных медиа и online-социальных сетях, которые помогают им в плотном графике между работой и семейными делами искать то, что позволяет самовыражаться, находить, что лучше для семьи, и коммуницировать с теми, кто имеет схожие интересы. «Цифровые мамы» по-разному взаимодействуют в online-пространстве: мамы старше 45 лет ищут ответы на свои вопросы/ потребности с помощью интернет-форумов; мамы до 35 лет, скорее всего, в своих поисках будут взаимодействовать с online-социальными сетями. С ростом достижений в области online-технологий увеличилось социальное взаимодействие через сети среди матерей, имеющих детей с особыми проблемами со здоровьем, или семей, потерявших детей. «Цифровые мамы» испытывают чувство социальной безопасности, имея на одной или нескольких online-социальных сетях широкий «круг друзей», они также испытывают чувство уверенности в том, что в сети есть кто-то, кто занят поисками информации или обсуждением проблемы, которые волнуют и их самих. Такие мамы не останутся в беде и будут уверены в завтрашнем дне, в том числе и благодаря включенности в online-социальные сети (Гнедаш, 2012).

Ответной реакцией граждан на проводимую государственную семейную политику становится проблемная мобилизация в «новом измерении» — online-пространстве. Организация и деятельностная активизация социальных сетей для решения тех вопросов жизнедеятельности семьи (причем разных типов семей), где государственная политика «пробуксовывает», иллюстрируются множеством успешных примеров. Высокая результативность деятельности родительских (как совместных, так и сетей отдельно мам, отдельно пап) социальных сетей объясняется, с одной стороны, интерактивностью online-моделей непосредственного взаимодействия пользователей, а с другой, применением неформальных социальных практик и использованием совокупного веса ресурсов всех участников сети для решения вопросов, вызвавших образование данной социальной сети. Проводимая государством пронаталистская политика резонирует с online-точками роста нового гендерного контракта «ответственного родительства».

Сети воспроизводят социальный и человеческий капитал

Родительская сеть по поддержке детей-инвалидов была создана в Астрахани в 1990 г. из семи родительниц, имеющих детей-инвалидов, в основном колясочников. В течение года сеть функционировала для обмена информационными (технологии лечения и реабилитации, возможности качественного обучения, получения социальной помощи и т. д.) и эмоциональными ресурсами (эмоциональная поддержка, чувство сопричастности и т. д.). В январе 1991 г. сеть институционализировалась в «Астраханскую региональную общественную организацию по оказанию помощи детям-инвалидам и их семьям». Первоначально организаторы поставили перед собой такие задачи деятельности как: представлять и защищать права и интересы детей-инвалидов, реализовывать в жизнь установленные для них действующим законодательством льготы и преимущества, решать их социально-бытовые вопросы. В процессе своей деятельности лидера родительской сети смогли не только конструктивно выстроить свои отношения с региональными и местными органами власти, но и привлечь ресурсы других сетевых структур и некоммерческих организаций. Ее деятельность поддерживается Министерством социального развития и труда Астраханской области, Центром занятости населения г. Астрахани. «Мы никогда не шли кричалкой..., а шли и конструктивно разрабатывали с властью наши предложения». Так, например, был создан многофункциональный социально-реабилитационный центр «Русь» санаторного типа, с отделением для молодых инвалидов, где апробируются инновационные методики по реабилитации детей-инвалидов. Организация максимально использует ресурсы других сетевых структур: «Примерно 10% родителей в нашей сети — успешные предприниматели. Им не нужна материальная поддержка, но для них важно, чтобы их дети были востребованы обществом, задействованы в различных мероприятиях. Для этого они мобилизуют ресурсы предпринимательских сетей, нам помогает региональное отделение "ОПОРА России", "ЭкспрессВолга-Банк" и т. д.».

Астраханская региональная общественная организация по оказанию помощи детям-инвалидам и их семьям встроена с сетевое сотрудничество практически со всеми организациями некоммерческого сектора Астраханской области для решения заявленных ими задач. Организацией проводится большая благотворительная работа: создаются группы волонтёров по работе с детьми, проводятся культурно-массовые и спортивные мероприятия, организуются учебные и ознакомительные мероприятия как для детей, так их родителей. Способность формального лидера и неформального лидерского окружения репрезентовать интересы родительской сети и

мобилизовать ее участников на коллективные действия привела к существенным изменениям в реализации социальной политики Астраханской области: создана региональная система поддержки инвалидов, внедрены образовательные и реабилитационные программы для людей с ограниченными возможностями. За 11 лет председательства лидера организации Н. В. Костюченко сеть увеличилась с 42 до 1070 семей, имеющих детей-инвалидов. За этот период разработаны и действуют 9 региональных программ, помогающих детям-инвалидам и их семьям адаптироваться к существующим условиям жизни. Сеть родителей детей-инвалидов в Астрахани ежегодно направляет детей из «сетевых» семей на обучение по специальностям «Социальная работа», «Дефектология» — они получают образование и возвращаются расширять сеть (Мирошниченко, Гнедаш, 2012).

Сети диагностируют «острые» проблемы в социальной

сфере

ОпПпе-граждане РФ посредством социальных сетей могут формировать новую политическую повестку: один из постоянных блог-геров «Живого журнала», описал в своем «ЖЖ» историю о том, как его жене пришлось в одной из московских больниц провести две недели на стуле рядом с кроватью больного ребенка, и по завершении поста предложил президенту Медведеву «самому поспать на стуле». Ссылка на пост дотоле никому неизвестного человека стремительно разнеслась по социальным сетям, тему также поддержали СМИ. Впоследствии на блоговолну отреагировал и сам Д. А. Медведев, в результате чего началась проверка имущества целого ряда медицинских учреждений по всей России.

Двое ведущих радиостанции «Маяк» 4 октября 2012 г. в прямом эфире рубрики «Болячки» посмеялись над детьми, неизлечимо больными муковисцидозом. В результате ряд общественных организаций РФ подали в Роскомнадзор заявления о недопустимости оскорбительных действий со стороны профессиональных ведущих зарегистрированной в качестве СМИ радиостанции. Роскомнадзор квалифицировал реплики ведущих как действия, нарушающие требования статьи 49 Закона «О средствах массовой информации», которая обязывает журналиста при «осуществлении профессиональной деятельности уважать права, законные интересы, честь и достоинство граждан». В рамках своих полномочий ведомство напомнило главному редактору радиостанции «Маяк» о персональной ответственности за выполнение требований, предъявляемых законом к деятельности средств массовой информации. В результате

ведущие были уволены (см.: Уволены ведущие.). Данное событие также спровоцировало работу над созданием кодекса журналистской этики в Роскомнадзоре. Помимо этого, ситуация привлекла внимание общественности к самой проблеме заболеваемости му-ковисцидозом, к участию государства и общества в облегчении участи этих больных.

Социальный лоббизм и влияние сетей на принятие политических решений

В постсоветское время первая попытка создания общественно-политической организации кадетов была предпринята в 1987 г., когда на собрании представителей 16 суворовских училищ был создан Центральный совет Всесоюзного клуба суворовцев. Совет возглавил летчик-космонавт Владимир Джанибеков, выпускник Ташкентского суворовского училища 1960 г. В 2004 г. была создана МАСНКО (Международная Ассоциация Суворовских, Нахимовских и Кадетских Объединений «Кадетское братство»), а в 2007 г. — Всероссийское общественное объединение кадетов «Российское кадетское братство». 22 августа 2008 г. состоялась Учредительная конференция представителей десяти государств СНГ и дальнего зарубежья, в которых действуют кадетские организации. В работе конференции приняли участие представители кадетских организаций России, Армении, Белоруссии, Болгарии, Латвии, Литвы, Казахстана, Молдовы, Сербии, Украины, Эстонии. В ходе работы конференции был утвержден Устав, определяющий новый формат Международной ассоциации «Кадетское братство», избраны руководящие органы. Общественные организации выпускников суворовских военных, нахимовских военно-морских училищ, специальных военных школ и кадетских корпусов созданы в большинстве субъектов Российской Федерации. Они насчитывают около 100 тыс. членов и объединены в Общероссийский союз кадетских объединений «Открытое содружество суворовцев, нахимовцев и кадетов России», который стал весомой и авторитетной частью гражданского общества России.

В Екатеринбурге 16-20 сентября 2011 г. проходил Третий общекадетский съезд «Открытого содружества суворовцев, нахимовцев и кадетов России». Съезд принял обращение к гражданам, объединениям кадетов и кадетам России, Президенту России и Правительству Российской Федерации, Совету Федерации и Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, иерархам Русской Православной Церкви, к институтам гражданского общества страны, к общественным организациям стран СНГ и дальнего зарубежья «О необходимости сохранения суворовской

военной школы как исторической школы подготовки и воспитания государственных служащих с детства и дальнейшего развития кадетского образования и воспитания в системе суворовских военных училищ и кадетских корпусов».

Различного рода обращения используются кадетскими организациями довольно часто. 16 февраля 2009 г. представители 60 выпусков суворовских и нахимовских училищ направили Президенту России письмо с просьбой защитить эту структуру патриотического воспитания молодежи от министерства обороны, возглавляемого Анатолием Сердюковым. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, как подчеркивалось в письме, стало решение министра обороны РФ прекратить участие воспитанников суворовских, нахимовского и военного музыкального училищ в Параде Победы 9 мая на Красной Площади. Участие суворовцев и нахимовцев в военном Параде стало не просто привычным ритуалом, а нашей национальной традицией и предметом государственной гордости, олицетворением заботы государства о воспитании молодых поколений защитников Родины. Суворовцы разных поколений видят в позиции Минобороны не просто административные ошибки, а целенаправленные шаги по уничтожению суворовской военной школы. Похоже, что суворовские училища уже попали в «список непрофильных активов» и подлежат тихой ликвидации в ходе «реформирования армии», — считают авторы письма. Действенность петиции была невелика, но после отставки А. Сердюкова вопрос был решен незамедлительно.

Кадетские организации используют технологии социального лоббизма, причем основным предметом лоббистской деятельности выступают два пункта: законодательное обеспечение системы кадетского образования и закрепление за кадетами статуса резерва государственной гражданской службы. Особый ресурс социального лоббизма — деятельность кадетов в органах федеральной и региональной государственной власти. Выпускник Кавказского краснознаменного суворовского военного училища (СВУ) генерал-лейтенант А. Н. Шишков на протяжении ряда лет являлся первым заместителем Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности; выпускник Калининского СВУ Б. Громов, в прошлом депутат Государственной Думы, занимал пост губернатора Московской области; министром иностранных дел РФ в 1998-2004 гг. был выпускник Московского СВУ И. Иванов. Кадеты широко представлены в депутатском корпусе всех уровней, в руководящем составе силовых ведомств.

Основными технологиями выступают информационные кампа-

нии и публичные слушания в федеральных и региональных органах законодательной и представительной власти, представительных органах местного самоуправления. Целью этой деятельности, по мнению одного из лидеров кадетского движения России А. Н. Шишкова, является выработка единого государственного подхода к формированию государственной политики по развитию законодательной поддержки системы кадетского образования и воспитания, исключающей ведомственную обособленность. Сложилась парадоксальная ситуация: кадетское образование не имеет четкого правового статуса, полноценной образовательной программы и поддержки федерального центра. 70 кадетских корпусов находятся в ведении Министерства образования и науки, 19 учебных кадетских учреждений — ведомственные. Прежде всего, закон должен ввести в правовое поле понятие «кадетское образование», четко сформулировав его специфику. Кадетское образование должно квалифицироваться как начальное профессиональное образование для государственной военной службы и первая ступень системы непрерывного профессионального военного образования.

Как показывает анализ практик институционализации кадетской сети в публичной политике современной России, этот процесс отличается разнообразием форм и внутренней, зачастую латентной, конфликтностью. Созданные кадетами общественные структуры охватывают разные сегменты сети, и между ними нет понимания по ряду принципиальных вопросов организации деятельности движения и его позиционирования в политическом пространстве. При существующих разногласиях и противоречиях между организациями сама сеть воспринимается всеми участниками как безусловная ценность. Кадетское образование будет оставаться востребованным в ситуации «социального дефолта» (А. Н. Шишков), поиск выходов из которого привел гражданское общество к опыту старой отечественной школы. Дополнительными стимулами развития кадетского движения и кадетского образования являются востребованность патриотических идей и дефицит социальной справедливости в современной России. Основанное на высоких идеалах служения Отечеству, доверии и солидарности, кадетское движение является примером самоорганизации гражданского общества.

Сети в производстве общественных благ

Кейсы деятельности сетей волонтерской помощи пострадавшим в результате пожаров летом 2010 г. и пострадавшим в результате наводнений в Крымском районе Краснодарского края летом 2012 г. иллюстрируют, как сеть консолидирует значительную часть общества, в том числе ученых, бизнесменов, местных жителей и «дале-

ких» добровольцев, для производства социальных благ в кризисных ситуациях. Особенность данных сетей заключается в том, что участники сети соорганизуются для помощи конкретным людям: создаются «ресурсные» группы для сбора вещей, продуктов питания, медикаментов, гигиены и доставки всего перечисленного до места чрезвычайного события; создаются психологические группы помощи, что совсем не входит в компетенции государственных и местных органов, занятых ликвидацией последствий. Оказываемая волонтерскими сетями помощь носила комплексный адресный характер в отличие от помощи официальных структур. Отъезжающих для помощи потопленцам-крымчанам волонтеров-студентов, помимо «прямого» инструктажа по оказанию непосредственной помощи в разборе завалов, просили также немедленно останавливать свою трудовую деятельность и просто «слушать» пострадавших, обратившихся с рассказами об ужасах пережитых событий. Данное «проговаривание» страшного события оказывало психологический эффект снятия стрессовой нагрузки. Отражение деятельности сети в online-пространстве позволяло сравнивать информацию в официальных СМИ с тем, что происходило на самом деле. Борьба с пожарами летом 2010 г. показала, что сетевые структуры действовали быстрее, мобильнее, ресурснее, не только post factum, но и упреждая возможные развития критических ситуаций. Таким образом, ситуативные сети становятся реальной системой менеджмента кризисных ситуаций.

Сети в процессе социальной и политической мобилизации

В апреле 2010 г. женщины Санкт-Петербурга создали общественное движение «Молодые мамы — за справедливый закон», цель движения — добиться принятия Закона о страховании материнства с целью защиты работающих матерей в период беременности, родов и отпуска по уходу за ребенком. Все участницы движения были либо уволены в период беременности, «декретного отпуска», либо не получили от работодателей пособия по беременности и родам и уходу за ребенком. В декабре 2010 г. в ряде городов РФ (Москве, Санкт-Петербурге, Новгороде, Солнечногорске, Саратове, Брянске, Ижевске, Иркутске, Перми, Владимире, Архангельске, Вологде, Омске и др.) подобные движения и общественные организации провели протестные акции беременных женщин, которым, согласно поправкам в Закон «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», изменили систему расчета декретных и больничных выплат. Благодаря согласованию действий в сети и проведению акций протеста

(Гнедаш, 2012), будущим мамам удалось создать прецедент. В результате политическое вмешательство президента и премьер-министра потушило разгоревшийся в обществе конфликт и фактически отодвинуло перспективу снижения декретных выплат на два года. Вопрос об изменении декретных выплат остается открытым, и власти придется вернуться к его решению уже в конце 2012 г.

Политическая мобилизация такого рода организаций и движений приводит и к конкретным результатам для отдельных лиц: Санкт-Петербургская общественная организация «Общество содействия социальной защите граждан «Петербургская ЭГИДА», созданная в 2002 г. (см.: Общество содействия.), оказывает юридическую и просветительскую помощь гражданам, пострадавшим от трудовой дискриминации, в том числе беременным женщинам и женщинам с малолетними детьми, женщинам, незаконно уволенным и оставшимся без пособий на детей. В 2010 г. «Петербургская Эгида» вела 16 судебных дел о восстановлении на работе незаконно уволенных женщин и взыскании причитающихся им пособий.

Социализация, ресоциализация и формирование идентичности через социальные сети

Сеть российских немцев включает немцев, которые родились в России, в пределах границ СССР по состоянию на 1937 г. Это определение распространяется также на лиц, проживавших длительное время на обозначенной территории и заявивших о своеи" идентичности с народом российских немцев. Поэтому краснодарская региональная сеть охватывает не столько коренных жителей Кубани, сколько разнородные мигрантские группы из бывших республик СССР, объединенные общей идентичностью. Региональная сеть российских немцев включает более 18 тыс. человек.

Основной целью многих россииских немцев на протяжении длительного времени является переезд в Германию, что стало одной из причин создания различных организаций. Отличительной характеристикой сети является ее высокая степень институционализа-ции. На современном этапе этническая сеть российских немцев представлена совокупностью различных общественных организаций, оказывающих социально-экономическую помощь представителям данной этнической группы, а также содействующих восстановлению и развитию их национального языка и культуры. В целом она является частью глобальной сети подобных структур, функционирующих на всей территории России, бывших республик СССР и Германии.

Сети предоставляют своим участникам различные виды ресурсов. Во-первых, эмоциональную поддержку, сочувствие, сопережи-

вание: «Я здесь стал чувствовать себя человеком» (мужчина, 49 лет, Армавир); «Приходя сюда, в общину, все неприятности остаются за спиной, потому что здесь теплые отношения и поддержка...» (женщина, 35 лет, Краснодар). Во-вторых, ресурсы символической поддержки: в каждом городе сетью российских немцев организуются курсы изучения немецкого языка и культуры, посещение которых является одной из главных целей членов этого сообщества. Кроме того, таким способом российские немцы обмениваются различной информацией, в том числе неформальными услугами: «Да, мы оказываем друг другу помощь: я, вот, например, работаю в банковской сфере, и при случае всегда помогаю, чем могу. Те, кто работают в других сферах... преподаватели, таксисты, — тоже...» (женщина, 29 лет, Армавир). Председатели обществ российских немцев оказывают существенную помощь в сборе необходимой информации и документов. Кроме того, они на основе своих неформальных контактов решают проблемы немцев с органами власти: «Иногда у людей бывают проблемы: приезжает человек, вот, из Казахстана, не знает закон, все сроки у него вышли... какие вопросы? У меня их за два часа зарегистрировали...» (председатель одного из обществ) (Мирошниченко, Морозова, 2009).

Ооциальные сети и краудсорсинг

Каналом успешного решения проблемных социальных вопросов является публичное обсуждение законопроектов. Например, Закон «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» вызвал широкий резонанс в обществе, в родительских социальных сетях и среди специалистов. В Государственную Думу в течение 2011 г. были направлены тысячи писем с конкретными требованиями и предложениями, разными организациями были проведены десятки мероприятий по всей стране: круглые столы, пресс-конференции, форумы, пикеты и митинги, написано множество статей и аналитических материалов. Общественностью активно использовалась возможность давать и оценивать комментарии к законопроекту на сайте общественного обсуждения законопроекта, например, на сайте Democrator.ru были собраны тысячи подписей. Очень многие претензии к законопроекту предъявили и медицинские эксперты. Критика закона была настолько очевидна, что Президент Д. А. Медведев в июле 2011 г. на специальном совещании перенес запланированное принятие закона на осеннюю сессию. Более того, под давлением общественности и экспертов из первоначального текста были исключены наиболее опасные нормы, но за два дня до второ-

го чтения эти нормы внезапно были возвращены в закон, и, в итоге закон был принят.

***

Конвертируя сетевые ресурсы в различные формы капитала, акторы сетей и сами сетевые сообщества демонстрируют эффективность публичных практик в решении общественно значимых социальных проблем, причем именно эффективность сетевого взаимодействия позволяет говорить о высокой степени модернизацион-ного потенциала сетевого взаимодействия в решении «проблемных» мест государственной социальной политики. Модернизацион-ный потенциал сетевого взаимодействия заключается не только в решении конкретных социальных проблем и диагностике слабых мест разработки и реализации государственной социальной политики, сколько в том, что сети продуцируют социальные инновации, воспроизводят социальный и человеческий капитал. Посредством лоббистской деятельности они влияют на принятие политических решений, производят общественные блага, задействованы в процессе социальной и политической мобилизации, участвуют в социализации, ресоциализации и формировании идентичности, являются основой для краудсорсинговых практик.

Литература

Гчедаш А. А. Женские сообщества в online-пространстве: «режимы видимости» в публичной политике РФ // Человек. Сообщество. Управление. 2012. № 1. С. 97-104.

Гчедаш А. А. Ресурсы, типы и функции женских online-социальных сетей в публичной политике // Сетевые ресурсы и практики в публичной политике: материалы Всероссийской конференции молодых политологов 8-11 октября 2012 г. Краснодар: Просвещение ЮГ, 2012. С. 48-53.

Джери Д., Джери Дж. Большой толковый социологический словарь. Т. 1. «А - О». М.: АСТ, 2001.

Дивальд М., Людике Й. Изменения в социальных сетях ФРГ и трансформация в восточной Германии // www.cisr.ru/files/publ/soc_ner/6_soc_neravenstvo.pdf

Женщины в Рунете // http://www.2010.rif.ru/upload/52a/22apr.rif2010--a.skanavi.ppt

Кузнецов П. Г. Роль социальных сетей и других новых медиа в формировании гражданского общества и национальной идентификации в Республике Беларусь // http://gdf.su/index.php?option=com_content&view=article&id=84:soc-media&catid=1: latest-news&Itemid=99 (Kuznetsov P. G. Role of social networks and other new media in

formation of civil society and national identification in Republic of Belarus //

http://gdf.su/index.php?option=com_content&view=article&id=84:soc-

media&catid=1:latest-news&Itemid=99)

Локосов В. В., Шульц В. Л. Основания консолидации российского общества

Мирошниченко И. В., Гнедаш А. А. Социальные сети как агенты институциональных изменений в публичной политике регионов: межрегиональные исследования // Социально-гуманитарное знание. 2012. № 9.

Мирошниченко И. В., Морозова Е. В. «Инвесторы» политического капитала: социальные сети в политическом пространстве региона // Полис. 2009. № 2. С. 60-76.

Морозова Е. В., Мирошниченко И. В. Институционализация социальной сети в сфере публичной политики

Новикова К. Н. Современное состояние отдельных сфер социальной политики // www.rusrand.ru/Dokladi3/Novikova.pdf

Общество содействия социальной защите граждан «Петербургская ЭГИДА» // http://spb-egida.ru/

Путин В. В. Строительство справедливости. Социальная политики для России // http://www.kp.ru/daily/3759/2807793/

Социальная политика // http://ru.wikipedia.org/wiki/

Уволены ведущие радиостанции «Маяк» //

http://www.nr2.ru/incidents/409254.html

Naspary J. Post-Soviet Chaos: Violence and Dispossession in Kazakhstan. London: Sterling; Virginia: Pluto Press, 2002.

Where the moms are: shopping, blogging, networking, and strategizing online // http://sphhs.gwu.edu/departments/pch/phcm/casesjournal/volume4summer/editorials/V4 s edit2.cfm