Сергей Игнатьев разошелся с Сергеем Игнатьевым

Прошедшее в пятницу годовое собрание акционеров Сбербанка заметно отличалось от состоявшегося накануне аналогичного мероприятия ВТБ. Владельцы акций Сбербанка склонны были не конфликтовать и требовать компенсации за снижение стоимости акций, а, по их собственным словам, "решать вопросы". В итоге, по наблюдению обозревателя "Ъ" СВЕТЛАНЫ Ъ-ДЕМЕНТЬЕВОЙ, неразрешимое противоречие у Сбербанка возникло лишь с одним акционером — Банком России.

Персонал Сбербанка, задействованный в проведении годового собрания (оно прошло в центральном офисе банка на улице Вавилова), демонстрировал непривычную клиентоориентированность. Очереди при регистрации отсутствовали, консультанты без запинки отвечали на любые вопросы, с акционерами разговаривали уважительно, поили, кормили и даже предусмотрели для них дежурный медпункт. Ровно в 10.00 порядка 200 человек, в основном мужчины в деловых костюмах, заняли места в зале и приготовились слушать. Собрание вел глава наблюдательного совета Сбербанка, председатель Банка России Сергей Игнатьев. В президиуме кроме главы Сбербанка Германа Грефа сидели заместители господина Игнатьева в наблюдательном совете Сбербанка и ЦБ Георгий Лунтовский и Алексей Улюкаев. Последний еще накануне вел собрание акционеров ВТБ в Петербурге.

Герману Грефу было легче, чем его коллеге — главе ВТБ Андрею Костину, все-таки не он проводил "народное" размещение акций, а его предшественник Андрей Казьмин. Начав с не слишком приятной для акционеров информации (Сбербанк рос ниже рынка и продолжил терять позиции на рынке вкладов, но это станет "предметом его личного пристального внимания на ближайшую перспективу"), господин Греф перешел к успехам.

"Ставки по пятилетним обязательствам Сбербанка находятся на минимальном для российских банков уровне,— похвастал он.— А котировки акций Сбербанка хоть и упали в результате финансового кризиса, но меньше, чем у других банков". Усомниться у акционеров не было никакой возможности: из слайда за спиной Германа Грефа было очевидно, что минус 22,6% у Сбербанка с начала мирового кризиса — это явно лучше, чем минус 41,2% у ВТБ, минус 63,1% у Citigroup и даже минус 32,6% у 20 крупнейших банков мира.

Собрание подходило к кульминации — выступлению самих акционеров. И "Роснефть", и ВТБ столкнулись с явным раздражением своих миноритариев, а их собрания заканчивались скандалами. На этом фоне "народные" акционеры Сбербанка вели себя гораздо более сдержанно.

"Наш Сбербанк эффективно работает, но его работа могла бы быть еще лучше",— тактично заметил Михаил Игнатьев, представившийся директором международного института кибернетики. Он предложил свои услуги для "осуществления моделирования мировой динамики в целом и по странам, чтобы лучше понять ту ситуацию, которая складывается в мире, и ту нишу, которую занимает наш крупный банк".

Другие выступающие были настроены еще более практично. Дмитрий Удалов попросил создать комитет по работе с миноритарными акционерами (с таким же предложением выступали и акционеры ВТБ, правда, высказывали его в более резком тоне), а также предложил начислять дивиденды не с чистой прибыли, а с капитализации. Дмитрий Захаров, приехавший на собрание из Хабаровска, высказал пожелание дешево кредитовать под залог акций Сбербанка не только сотрудников, но и "широкий круг акционеров". Игорь Уваров из Кисловодска и вовсе обратился к Герману Грефу с личной просьбой: воздействовать на Военно-страховую компанию, не желающую выплачивать страховое возмещение по имуществу, заложенному в обеспечение кредита в Сбербанке.

Всех выступающих дослушали, не выключая микрофонов, вопрос со страховой компанией Герман Греф пообещал поставить на личный контроль, комитет по работе с миноритариями создать и учесть пожелания миноритариев при разработке программы лояльности до конца года.

Недопонимание у Сбербанка возникло только с его главным акционером — ЦБ. Выяснилось это уже на пресс-конференции по итогам собрания. "Как председатель наблюдательного совета Сбербанка я не против увеличения доли на рынке вкладов, но не забывайте, что я еще глава Банка России, и с этой позиции такая стратегия развития банка не кажется мне очевидной",— признал конфликт интересов Сергей Игнатьев.

Самым счастливым после собрания выглядел Алексей Улюкаев. "Это несравнимо,— радостно сообщил он "Ъ".— После ВТБ я еле выполз из зала".