Брифинг

Борис Родоман, автор работ по теоретической географии и экологии человека

Коттеджные поселки в ближних пригородах, которые завтра сольются с большим городом,— варварское расточение пространства, а это началось у нас давно, еще с садово-дачных халуп на шести сотках. Ведущие советские архитекторы, мыслители в сфере архитектуры и транспорта были против, но пошли на поводу у обывателя, у рынка. Конечно, мы видим, как эта коттеджная субурбия уничтожает природный ландшафт. Причем в нашей стране она уничтожает природу, даже не являясь постоянно обитаемой, а оставаясь загородным складом недвижимости, рыночное будущее которой проблематично. По-видимому, просто некуда больше деньги вкладывать.

Андрей Туманов, депутат Госдумы, председатель Союза садоводов Москвы

У нас нет дорог, нет коммуникаций в нужном количестве, это главное. На пустое место никто не поедет, сами понимаете. О том, как важны коммуникации, говорит простая закономерность: как только в населенный пункт приходит магистральный газ, все его дома становятся обитаемыми. Если до газификации половина домов в селе может пустовать, то после там уже сложно купить недвижимость. Еще больше привлекает людей работающая в селе школа.

Никита Покровский, социолог

Действительно, город некомфортный. Мне как социологу видно, что уровень неудовлетворенности городской жизнью как таковой, а не какими-то ее отдельными дефектами, постоянно возрастает... Мы (социальные географы.— "О") сходимся на дистанции 300-400 километров периферии, где уже возможен какой-то более или менее устойчивый контакт с природной средой.