Личность в ценностно-смысловой интерпретации

ПСИХОЛОГИЯ ЛИЧНОСТИ

Волков А. А.

ЛИЧНОСТЬ В ЦЕННОСТНО-СМЫСЛОВОЙ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

В различных психологических школах, сложившихся на настоящее время, существуют принципиально различные подходы к описанию и изучению феномена личности, однако, все, как бы существенно они не отличались по определению предмета и методов современной психологической науки, так или иначе сводят понимание личностного (личностной сущности, «ядра личности») с пристрастностью человеческой души. Личность становится носителем личностного тогда, когда обретает возможность порождать индивидуальную ценность постигаемого, раскрывать для самого себя то, что в отечественной психологической традиции называется личностным смыслом, и, как следствие, современная теория смысла и смыслообразования становится тем перекрестком в научном поиске, на котором встречаются различные подходы, исследующие, пусть и в очень разных аспектах, сопряженные проблемы, связанные с сутью личностного в человеке.

Для выявления специфики современного понимания личности как носителя определенной личностной ценности необходимо проанализировать, как именно интерпретировалась ценность в концепции смыслового развития на разных этапах становления современной методологии психологической науки.

В отечественной психологии долгое время было принято определять личностный смысл как «индивидуализированное отражение действительного отношения личности к тем объектам, ради которых развертывается ее деятельность, осознаваемое как «значе-ние-для-меня» усваиваемых субъектом безличных знаний о мире, включающих понятия, умения, действия и поступки, совершаемые людьми, социальные нормы, роли, ценности и идеалы» [1, с. 192]. Как видно из определения, центральным конструктом в данном случае выступает не понятие смысла или личности, а деятельность, из которой и выводится сам смысл. При этом выделялся ряд составляющих смысловых систем, побуждающих человека к деятельности - смыслообразующие мотивы; реализуемых деятельностью - отношения человека к действительности, приобретшей для него субъективную ценность (значимость); выражающих личностный смысл - смысловые установки; регулируемых смысловыми установками - поступки и деяния личности. Сам личностный смысл наделяется рядом особенностей, связанных с анализом строения личности в целом. Центральной из этих особенностей выступала производность личностного смысла от места человека в системе общественных отношений и от его социальной позиции [там же].

Традиционно в психологической науке понятие «смысл» неразрывно связано с понятием «личность». Это во многом определяет тот факт, что разработка проблемы смысла нашла свое отражение в различных аспектах изучения свойств личности.

В одних школах личность рассматривается в связи с анализом ее деятельности (А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн), в других центральное место занимает изучение пси-

23

ISNN 1029-3388

хологических отношений личности (В.Н. Мясищев), в третьих - личность исследуется в связи с общением (К.А. Абульханова-Славская, А.А. Бодалев, Б.Ф. Ломов) или в связи с установками (Д.Н. Узнадзе, А.С. Прангишвили).

Несмотря на различие подходов к изучению личности, в качестве одной из ведущих характеристик выделялась направленность, которая выступала в качестве смыслового отношения человека к объективной действительности. В различных концепциях эта характеристика раскрывалась по-разному: как «динамическая тенденция» (С.Л. Рубинштейн), «смыслообразующий мотив» (А.Н. Леонтьев), «основная жизненная направленность» (Б.Г. Ананьев), «доминирующие отношения» (В.Н. Мясищев). По мнению Б.Ф.Ломова, направленность является системообразующим свойством личности, определяющим ее психологический склад [2]. «В глобальном плане направленность можно оценить как отношение того, что личность получает и берет от общества (имеются в виду материальные и духовные ценности), к тому, что она ему дает, вносит в его развитие» [3, с. 8].

Наиболее полное отражение проблема смысла нашла в рамках деятельностного подхода, где личность, ее структура, формирование и развитие обуславливались различными аспектами жизнедеятельности: «личностные смыслы» (А.Н. Леонтьев), «смысловые образования», «смысловые системы» (А.Г. Асмолов и др.), «обобщенные смысловые образования» (Б.С. Братусь), «частные смысловые образования», «вербальный смысл» (В.К. Вилюнас), «операциональный смысл» (О.К. Тихомиров).

В основу деятельностного подхода легли многие положения, изложенные в рамках культурно-исторической концепции Л.С. Выготского. Он одним из первых в отечественной психологии обратился к проблеме смысла как к психологической категории.

Разрабатывая проблему высших психических функций, соотношения аффекта и интеллекта, Л.С. Выготский ставит вопрос о смысловой регуляции деятельности. Определяя смысл, как совокупность всех психологических факторов, сложное динамическое образование, он вводит понятие смыслового поля, под которым понимается осознаваемая человеком актуальная ситуация его поведения. По его мнению, осмысление человеком ситуации в ходе реальной деятельности влечет за собой изменение смыслового поля и реальных действий в ситуации. Динамика реальной ситуации превращается в динамику мысли, при этом обязательно обнаруживается обратное движение - превращение динамики мысли в жесткую и прочную динамическую систему реального действия. Именно данный процесс и делает деятельность реальной [4]. В каждом интеллектуальном движении содержится соответствующее ему эмоциональное отношение к действительности. Эта динамическая смысловая система, как некий целостный компонент, включает в себя аффективные и интеллектуальные процессы в их единстве, позволяет проследить движение от мотива и потребности к мысли, а от нее к деятельности. Возникающее переживание (аффективное отношение действительности), являясь формой единства эмоционального и аффективного, выступает единицей динамической смысловой системы.

Анализируя структуру человеческой деятельности, устанавливая объективные отношения между ее компонентами, А.Н. Леонтьев показал, что смысл создается в результате отражения субъектом отношений, существующих между ним и тем, на что его действия направлены как на свой непосредственный результат (цель). Именно отношение

24

Научно-практический журнал «Гуманизация образования» №1/2013

мотива к цели, указывает А.Н. Леонтьев, порождает личностный смысл, подчеркивая при этом, что смыслообразующая функция в этом отношении принадлежит мотиву. Возникая в деятельности, смысл становится единицами человеческого сознания, его «образующими»: «предмет, имеющий для меня смысл, есть предмет, выступающий как предмет возможного целенаправленного действия; действие, имеющее для меня смысл, есть, соответственно, действие, возможное по отношению к той или иной цели» [5, с. 49].

Для человека в начале смысл выступает как общественное значение и лишь потом как смысл для него самого. Воплощение смысла в значениях - это отнюдь не автоматически и одноместно происходящий процесс, а психологически содержательный, глубоко интимный процесс: «индивид просто «стоит» перед некоторой «витриной» покоящихся на ней значений, среди которых ему остается только сделать выбор», что эти значения (представления, понятия, идеи) «не пассивно ждут его выбора, а энергично врываются в его связи с людьми, образующие круг его реальных событий» [6, с. 155]. Поэтому, если в отдельных жизненных обстоятельствах индивид вынужден выбирать, то это выбор не между значениями, а между сталкивающимися общественными позициями, которые посредством этих значений выражаются и осознаются.

По его словам, за понятием личностный смысл скрывается одна из важнейших проблем - проблема системного психологического исследования личности. Предметная направленность человека, творящего себя самого в процессе свободной деятельности, является связующей нитью между субъектом и миром. По словам А.Н. Леонтьева: «личностные смыслы, как и чувственная ткань сознания, не имеют своего «индивидуального», своего «не психологического» существования. Если внешняя чувственность связывает в сознании субъекта значения с реальностью объективного мира, то личностный смысл связывает их с реальностью самой его жизни в этом мире, с его мотивами. Личностный смысл и создает пристрастность человеческого сознания» [там же, с. 153].

В дальнейшем положения, изложенные в трудах Л.С. Выготского и А.Н. Леонтьева, нашли свое отражение в разработках проблемы смысла, связанных с различными аспектами деятельности.

Так, О.К. Тихомировым было разработано положение о смысловой структуре мышления. Характеризуя процесс решения мыслительной задачи, О.К. Тихомиров и В.А. Терехов в качестве основной характеристики этого процесса выделяют «развитие смыслов определенных элементов ситуации» [7, с. 66-84].

Проблема соотношения смыслов и эмоциональной сферы нашла свое отражение в теории В.К. Вилюнаса. Согласно этой теории, биологические смыслы открываются человеку в форме эмоций «Эмоциональные переживания представляют собой конкретносубъективную форму существования биологического смысла» [8, с. 92]. Личностный смысл, как более высокое образование, получает свое развитие в сознании. При этом собственно эмоциональной в нем остается только основная, «первоначальная» часть. В .К. Вилюнас вводит понятие «смысловые содержания», которые «... отражают отношение <...> воздействий к удовлетворению потребностей субъекта.» [там же, с. 87]. При этом смысловые образования не порождаются самой деятельностью и не представляют того продукта, который фиксирует ее предметное содержание.

На обусловленность смысла волевыми процессами обращает внимание Ф.Е. Василюк. Смысл, как целостная совокупность жизненных отношений, у Ф.Е. Василюка

25

ISNN 1029-3388

является своего рода продуктом мотивационно-ценностной системы личности и понимается как нечто «...внутреннее и субъективное», отличное от продукта внешней практической и внутренней объективной познавательной деятельности [9, с. 13]. Таким образом, ценность, став реальным мотивом и являясь источником осмысленности бытия, ведет к личностному росту и совершенствованию - «ценность внутренне освещает всю жизнь человека, наполняя ее простотой и подлинной свободой» [там же, с. 125].

Анализируя структуру личности, А.Г. Асмолов в качестве единицы анализа выделяет динамическую смысловую систему. Данная система определяется раскрытием всех видов связи между мотивами, личностными смыслами, установками, поступками и деяниями. Основными характеристиками динамической смысловой системы являются относительная автономность, жизнь внутри себя самой и ее производность от «порождающей ее совокупности деятельностей» [10, с. 123].

А.Г. Асмолов вводит понятие смысловой установки как формы выражения личностного смысла в виде готовности к совершению определенным образом направленной деятельности. «Личностный смысл есть содержание установки» [11, с. 322]. Сам же личностный смысл понимается как результат интериоризации и воплощения в сознании объективных отношений личности в мире. Личностный смысл чего-либо есть отражение содержания отношения личности к действительности. Кроме того, он отражает единство аффективных и интеллектуальных процессов [там же]. Таким образом, личностный смысл есть верхняя ступень в установочной регуляции деятельности. Смысловые установки, являясь релевантными мотивами деятельности, наравне с целевыми и операциональными установками, составляют иерархию установочной регуляции деятельности. Они выполняют функцию стабилизации деятельности в целом: «Именно смысловые установки определяют в конечном итоге устойчивость и направленность поведения личности, ее поступки и деяния» [там же, с. 322].

Таким образом, личностные смыслы, установки, мотивы, наряду с другими личностными образованиями, образуют автономную смысловую систему личности, определяющую динамику личности, отражающую ее внутреннее единство и регулирующую направленность поведения.

Теоретический анализ проблем личности и деятельности позволяет сделать заключение о чрезвычайно широком спектре понимания этого феномена. В психологии, как в отечественной, так и в зарубежной, категория «личность» рассматривается в рамках отдельных научных школ, по большей части, в контексте понятий смысла жизни или же структурных элементов жизнедеятельности. Причем, если в зарубежной психологии преобладают исследования преимущественно смысложизненной проблематики, то в отечественной, по большей части, уклон делается на изучение смысла как единицы сознания, деятельности, личности.

Несмотря на разброс мнений относительно феномена смысла, практически, все исследователи этой проблемы определяют смысл через отношение, которое строится не на определенной связи между реальностью и действительностью, а, прежде всего, на сложной системе связей, которые обуславливают взаимодействие как субъективных отношений к действительности, так и обратное отношение.

26

Научно-практический журнал «Гуманизация образования» №1/2013

В данном контексте проблема изучения смысла личности оказывается вплетенной в изучение феномена самореализации. Системный подход к изучению личности, предложенный отечественными исследователями, позволяет более целостно изучить феномен самореализации.

Библиографический список

1. Проблема человека в западной философии /Под ред. П. С. Гуревича. -М..- 1993.

2. Леонтьев Д.А. Виктор Франкл в борьбе за смысл //В. Франкл. Человек в поисках смысла. - M.: Прогресс, 1990.

3. Леонтьев Д.А. Самореализация и сущностные силы человека //Психология с человеческим лицом: гуманистическая перспектива в постсоветской психологии /Под ред. Д. А. Леонтьева, В. Г. Щур.- М., 1997.

4. Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6 т /М.: Педагогика, 1982. Т5.

5. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. - М.: Политиздат, 1975.

6. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. 2-е изд. М.: Политиздат, 1977.

7. Советова О.С. Возможности самореализации личности в контексте психологии инноваций //Психологические проблемы самореализации личности /Под ред. А. А. Крылова, Л. А. Коростылевой. СПб., 1997, 66-84 с.

8. Вилюнас В.К. Психология эмоциональных явлений. М.: Изд-во Моск. Ун-та, 1976, 92 с.

9. Василюк Ф.Е. Жизненный мир и кризис: типологический анализ критических ситуаций //Психол. жури 1995. Т.16., №3.- 90-101 с.

10. Асмолов А.Г О предмете психологии личности //Вопр. Психол.- 1983., №3.- 118-125 с.

11. Асмолов А.Г. О предмете психологии личности //Вопр. Психол. 1983., №3.- 118-125 с.

27