Основания возникновения и виды представительства в уголовном процессе

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2008. № 2 (15). С. 160-167. © О.И. Кондратьева, 2008

УДК 343.13

ОСНОВАНИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ВИДЫ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА

В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

О.И. КОНДРАТЬЕВА

В статье предпринята попытка внесения изменений и дополнений в классификацию видов уголовно-процессуального представительства в действующий УПК РФ с учётом сложившихся на сегодня социальных и экономических реформ.

Разновидности представительства в уголовно-процессуальном праве РФ с учётом свойств и особенностей можно классифицировать на определенные группы.

Классификация - это логическая операция, состоящая в разделении всего изучаемого множества предметов по обнаруженным сходствам и различиям на отдельные группы, или подчиненные множества, называемые классами. Можно отыскать значительное количество оснований для классификации. Некоторые из них в известной степени не лишены интереса. Задача классификации состоит в том, чтобы раскрыть и рассмотреть некоторые существенные черты, характеризующие определенные группы явлений в интересах их лучшего познания. Классификация видов представительства в уголовном судопроизводстве зависит от того, какие их признаки взять за основу деления. Теоретическое значение классификации видов представительства состоит в том, что она указывает пути всестороннего исследования каждого вида представительства. Практическое значение её заключается в том, что она помогает уяснить разные стороны особенностей представительства и добиться правильного применения его на практике. К тому же «классификация содействует движению науки ... со ступени эмпирического накопления знаний на уровень теоретического синтеза, системного подхода. Такой переход возможен лишь при условии теоретического осмысливания многообразия фактов. Практическая необходимость в классификации стимулирует развитие теоретических аспектов

науки или техники, а создание классификации является качественным скачком в развитии знания. Классификация позволяет делать обоснованные прогнозы относительно неизвестных ещё фактов и закономерностей» [1, с. 29].

Большинство авторов (в их числе В.П. Бо-жьев [2, с. 118], Л. Д. Кокорев, Г. Д. Побегайло [3, с. 25], П.М. Туленков [4, с. 22-39]), исследовавших проблему представительства, наибольший интерес уделяют классификации уголовно-процессуального представительства по способу его возникновения. По этому критерию в юридической литературе выделяют два вида представительства: 1) представительство по закону (именуемое также представительством недееспособных, законным или обязательным) и 2) договорное представительство (представительство по соглашению или добровольное).

В отличие от указанных авторов, В.Н. Шпилев, классифицируя представительство по способу возникновения, выделяет: 1) представителей по договору; 2) законных представителей; 3) представителей общественных организаций [5, с. 136]. Аналогичной точки зрения придерживается и В.Д. Адаменко, также выделяя три вида представительства по способу его возникновения: 1) представительство по закону; 2) представительство по соглашению; 3) представительство организаций [1, с. 30]. Полагаем, что классификация по данному основанию наиболее способствует уяснению природы уголовно-процессуального представительства, условий и оснований его появления в су-

допроизводстве, специфики и назначения. В связи с этим возникает необходимость дать краткую характеристику каждому из указанных видов представительства.

Представительство по закону возникает в силу закона, когда в качестве представителя выступают родители, усыновители, попечители, опекуны, представители организаций и учреждений, на попечении которых находится представляемый (п. 12 ст. 5 УПК РФ). Основанием возникновения представительства по закону является факт родства, усыновления (удочерения) либо факт установления опеки или попечительства. Необходимость данного представительства обусловлена отсутствием полной процессуальной дееспособности участника ввиду его несовершеннолетия, некоторых физических недостатков, психической неполноценности.

Представительство по соглашению возникает между представляемым и лицом, осуществляющим представительство, по их взаимному волеизъявлению. В основании представительства по соглашению лежит договор представляемого и представителя. Это может быть договор поручения (по которому представитель берет на себя обязанность отстаивать интересы представляемого) или трудовой договор (когда работник защищает интересы предприятия, упреждения, организации ввиду трудовых отношений). Представителем участника процесса по договору поручения может быть любое лицо, если к тому нет ограничений в законе. Представителем по трудовому договору является только работник представляемого учреждения, организации, предприятия. Как представительство по закону, так и представительство по соглашению регулируются законом. Различие состоит в том, что в первом случае осуществление представительства предусмотрено законодательством, порой даже не согласуясь с желанием представляемого, во втором появление представителя в судопроизводстве полностью зависит от волеизъявления сторон.

Представительство организаций возникает из отношений членства в организации, на попечении или иждивении которой находятся подозреваемый, обвиняемый или потерпевший. Этот вид представительства регулируется уставом организации и нормами права.

По участникам процесса различают: а) представительство обвиняемого; б) представительство потерпевшего; в) представительство гражданского истца; г) представительство гражданского ответчика; д) представительство организаций. Классификация представительства по участникам процесса обусловлена различием интересов участников, разным процессуальным положением представляемого в уголовном судопроизводстве.

По стадиям процесса известны: а) представительство в стадии возбуждения уголовного дела; б) представительство в стадии предварительного расследования; в) представительство в предварительном слушании дела; г) представительство в главном судебном разбирательстве; д) представительство в апелляционной инстанции; е) представительство в стадии исполнения приговора; ж) представительство в надзорной инстанции; з) представительство при возобновлении производства по делу ввиду вновь открывшихся или новых обстоятельств.

Классификация представительства по стадиям процесса необходима потому, что в уголовном судопроизводстве допускается такая ситуация, при которой возможно участие одного или различных представителей участника в стадиях производства по уголовному делу. Представляемый решает, доверить ли представителю защиту своих прав и интересов во всех стадиях, в нескольких или в одной из них. Если представитель допущен и принимает участие в судопроизводстве и представляемый недоволен его деятельностью, то он может отказаться от представителя в любой стадии процесса и обратиться с ходатайством в надлежащий орган или к соответствующему должностному лицу о допуске для участия в производстве по делу другого лица.

Однако при ненадлежащей, с точки зрения обвиняемого, защите прав и интересов в одной из стадий он может воспользоваться помощью другого адвоката-защитника в последующих стадиях уголовного процесса (ст. 50 УПК РФ). Названная классификация способствует исследованию вопросов, возникающих при реализации представителем своих полномочий в ходе движения дела по стадиям уголовного судопроизводства.

Мы уверены, что с учётом сложившихся на сегодняшний день социальных и экономических реформ в обществе назрел момент существенных изменений и дополнений классификации видов уголовно-процессуального представительства и внесения корректив по этому вопросу в действующий уголовно-процессуальный закон. На наш взгляд, с учётом изложенных точек зрения уголовнопроцессуальное представительство следует классифицировать по следующим критериям. Представительство по способу возникновения, представительство по участникам процесса, представительство по стадиям процесса, представительство по формам досудебного производства: а) представительство на предварительном следствии; б) представительство при производстве дознания.

В науке уголовно-процессуального права основания возникновения представительства адвокатом интересов потерпевшего в достаточной мере не исследовались. Такие ученые, рассматривавшие деятельность ад-воката-представителя потерпевшего, как: Л.Д. Кокорев, Г.Д. Побегайло [3, с. 39], Ю.И. Стецовский [6, с. 133-134], В.Е. Юрченко [7, с. 86-87], Н.А. Якубович, Л.В. Батищева, Е.С. Радутная, Г.И. Пичкалева [8, с. 51], главным образом анализировали вопрос о допуске последнего к участию в процессе и не затрагивали оснований возникновения представительства. В свою очередь, В.Д. Адаменко, уделив внимание основаниям возникновения уголовно-процессуального представительства как такового, не ставил перед собою задачу их конкретизации применительно к представительству, осуществляемому тем или иным участником процесса, без чего более или менее полная разработка поставленного нами вопроса невозможна [1, с. 34-63].

Представляется, что под основаниями возникновения представительства следует понимать юридические условия, необходимые для его существования и развития. К таковым, на наш взгляд, относятся: признание лица, пострадавшего от преступления, потерпевшим; осведомлённость потерпевшего о наличии у него процессуального права иметь представителя; отсутствие обстоятельств, исключающих участие адвоката в качестве представителя потерпевшего; не-

способность потерпевшего в полной мере осуществлять процессуальные права и отстаивать свои интересы.

В соответствии с положениями ст. 42 УПК РФ лишь гражданин, признанный потерпевшим от преступления, наделяется соответствующим объёмом процессуальных прав. Таким образом, одной из объективных предпосылок возникновения представительства является признание лица, пострадавшего от преступления, потерпевшим и наделение его процессуальными правами, включая право иметь представителя. Согласно данной норме, потерпевшим признается лицо, которому преступлением причинён моральный, физический или имущественный вред; о признании гражданина потерпевшим дознаватель, следователь и судья выносят постановление.

Существующая законодательная регламентация признания лица потерпевшим порождает ряд серьезных проблем как теоретического, так и практического плана. При этом в литературе неоднократно обращалось внимание на то, что уже сами основания для признания лица потерпевшим сформулированы далеко не безупречно. По сути, это уголовно-правовые основания, предполагающие необходимость констатации факта причинения лицу преступлением морального, физического или имущественного вреда. Так например, Р.Д. Рахунов [9, с. 246], Я.О. Мото-виловкер [10, с. 123], В.П. Божьев [11, с. 169], В.Г. Ульянов [12, с. 11] справедливо отмечают, что в легальном определении потерпевшего не разграничены, смешаны понятия потерпевшего в материально-правовом и процессуальном смысле.

Указанная законодательная формулировка оснований появления в уголовном деле потерпевшего оказывает отрицательное влияние на своевременность решения о признании потерпевшим, побуждая следователей и дознавателей принимать его при наличии достоверных доказательств, безусловно подтверждающих факт причинения лицу того или иного вреда. Буквальное толкование закона в том смысле, что соответствующий орган вправе вынести постановление о признании потерпевшим лишь тогда, когда убедится, что потерпевшему действительно причинен при совершении преступления моральный, физический или имущественный вред

[13, с. 11], влечет за собой затяжку в признании лица потерпевшим и, следовательно, в обеспечении его права отстаивать свои процессуальные интересы [14, с. 172].

В.П. Божьев в этой связи обращает внимание на то, что на предварительном следствии следователь выносит постановление о признании потерпевшим, как правило, после привлечения лица в качестве обвиняемого, так как именно к этому моменту он располагает доказательствами, указывающими на совершение определенным лицом конкретного преступления, которым причинен тот или иной вред [11, с. 93-96]. Другие исследователи этой проблемы: Л.Д. Кокорев [15, с. 56], В.А. Лазарева [16, с. 117], В.А. Булатов [17, с. 12], также фиксировали «запоздалое» признание лиц потерпевшими. При этом анкетирование практических работников, проведенное в 1999 г. в Российской Федерации В. А. Булатовым, показало, что лица, пострадавшие от преступлений, как правило, признаются потерпевшими при их первом допросе - в 30 % случаях, после установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого

- в 28 %, после предъявления обвинения в окончательном варианте (перед окончанием расследования) - в 42 % [17, с. 10].

Совершенно очевидно, что чем раньше пострадавший от преступления сможет принять участие в производстве по уголовному делу в качестве потерпевшего, тем больше создается возможностей для защиты его прав как нарушенных преступлением, так и составляющих процессуальный статус потерпевшего. Кроме этого, легальное определение потерпевшего не согласуется с закрепленным в Конституции РФ (ст. 49) принципом презумпции невиновности. Исходя из этого принципа, факт совершения преступления устанавливает только суд, следовательно, и наступление определенных последствий в виде причинения вреда может признать исключительно суд. Поэтому, точно следуя предписаниям закона (ст. 42, 299 УПК РФ), можно сделать единственный вывод: признать лицо потерпевшим может только суд одновременно с вынесением обвинительного приговора [11, с. 97].

Однако такое утверждение при всей его внешней логичности вряд ли способствует

укреплению законности, так как потерпевший тогда уже не сможет использовать подавляющее большинство предоставленных ему процессуальных прав. Поэтому в научной литературе получила поддержку точка зрения, высказанная Р.Д. Рахуновым [9, с. 247], В.Н. Шпилевым [5, с. 99-100], А.М. Лариным [18, с. 41], Н.А. Ясельской [19, с. 189], Я.О. Мотовиловкером [10, с. 123-126], о том, что основанием для признания лица потерпевшим должны служить сведения, с достаточной вероятностью указывающие на вред, причиненный ему преступлением (например, заключение судебномедицинского эксперта о причинении потерпевшему вреда здоровью и т. д.).

Существенно нарушает права и законные интересы лиц, пострадавших от преступления, отсутствие четкого определения момента, когда пострадавшее от преступления лицо должно быть признано потерпевшим. В действующем УПК ничто не препятствует следователю признать лицо потерпевшим непосредственно перед окончанием предварительного следствия. Нередки, к сожалению, и совершенно нетерпимые случаи, когда лицо, пострадавшее от преступления, вообще не признается потерпевшим на стадии предварительного расследования [20, с. 17].

Между тем по многим составам преступлений вообще не требуется принимать каких-либо мер к установлению потерпевшего. Правы авторы, обращающие внимание на то, что, например, по делам о причинении телесных повреждений, кражах, мошенничестве, разбоях, грабежах, изнасилованиях в подавляющем большинстве случаев имеются вполне определенные сведения о лице, которому причинен вред [21, с. 170; 8, с. 45]. Поэтому по таким делам наличествуют основания не только для возбуждения уголовного дела, но и для признания лица, которому причинен вред, потерпевшим [22, с. 144145]. Исходя из сказанного, целесообразно дополнить ст. 146 УПК РФ частью пятой следующего содержания: «. если известно лицо, пострадавшее от совершения преступления, одновременно с возбуждением уголовного дела оно признаётся потерпевшим, а если вместе с сообщением о преступлении заявлен гражданский иск, лицо признаётся также гражданским истцом».

На наш взгляд, подобная «осторожность» в признании потерпевшим объясняется заботой ведущих уголовный процесс органов, в первую очередь, не о пострадавшем от преступления, а о своих собственных узкопрофессиональных интересах, оглядкой на желаемый для отчёта о проделанной работе «конечный результат», стремлением облегчить себе жизнь, сократив до минимума сферу общения с пострадавшим и ответственность перед ним. Отсюда очевидна необходимость определения в законе момента, после наступления которого соответствующее лицо должно быть признано потерпевшим. В этой связи заслуживают поддержки предложения о том, что применительно к преступлениям против конкретных лиц само возбуждение дела по существу одновременно выражает признание соответствующих лиц пострадавшими от преступления. Поэтому представляется целесообразным объединение решений о возбуждении дела такого рода и о признании лица потерпевшим в одном постановлении следователя.

В научной литературе есть и другие радикальные предложения по решению обозначенной проблемы. Так, по мнению Ю.Н. Белозерова, П.П. Марфицына [26, с. 11] и А.В. Абабкова [27, с. 64-67], необходимо разграничить понятие «заявитель», чьи права преступным посягательством нарушены не были, и «заявитель», которому преступлением причинен вред, при этом последнего называть «пострадавшим» в отличие от потерпевшего, признаваемого таковым по постановлению соответствующего органа. По существу, авторы предлагают ввести в уголовный процесс нового участника, который после возбуждения уголовного дела может стать потерпевшим.

А. Тихонов [28, с. 26] и Б.Т. Акрамход-жаев [20, с. 18] высказывают другую точку зрения, которая состоит в том, что необходимо признавать потерпевшими всех лиц, обращающихся в компетентные органы с заявлением о совершении в отношении них преступлений, с момента принятия заявления. В этом случае заявлениям пострадавших предлагается придать статус жалоб, как они понимались в ст. 301-303 Устава уголовного судопроизводства 1864 г., т. е. жалоба должна рассматриваться как совокупность повода

- основания «влечь за собой немедленное возбуждение уголовного дела без всяких доследственных или предследственных проверок» [29, с. 159]. Данный подход поддержан в Концепции судебной реформы в Российской Федерации [30, с. 88-90].

Из всех названных точек зрения наиболее приемлемой нам представляется последняя, опирающаяся на исторический опыт, а кроме того, позволяющая отказаться от стадии возбуждения уголовного дела в её нынешнем состоянии, когда фактически уголовный процесс превратился в «буфер», ограждающий органы власти от обременительных хлопот по расследованию неперспективных, на их взгляд, дел. Вместе с тем, хорошо понимая, что данный подход может быть реализован в будущем, необходимо рекомендовать практическим работникам следственных аппаратов руководствоваться смыслом предложенной нами выше ч. 5 ст. 146 УПК РФ по тем делам, где причинение вреда преступлением определённому лицу очевидно.

Кроме того, основанием возникновения представительства адвокатом интересов потерпевшего следует считать осведомлённость потерпевшего о наличии у него права иметь представителя. Без этого потерпевший в принципе не сможет воспользоваться имеющимся у него правом на представление его интересов адвокатом. Не случайна поэтому необходимость своевременного информирования гражданина, вовлечённого в уголовный процесс в качестве того или иного участника, о принадлежащих ему правах. Это рассматривается как одна из гарантий прав личности [31, с. 131], а разъяснение прав - в качестве составной части или элемента их обеспечения [24, с. 61; 32, с. 10].

Действующий уголовно-процессуаль-

ный закон (ст. 189 УПК РФ) обязывает органы, ведущие уголовный процесс, разъяснить потерпевшему его права. В юридической литературе многие учёные неоднократно обращали внимание на тот факт, что разъяснение потерпевшему процессуальных прав носит формальный характер, когда вместо разъяснения производится ознакомление с ними, либо потерпевшему предлагается лишь подписаться под постановлением, где изложены его права, при этом потерпевший не в состоянии уяснить их содержание и не знает,

каким образом их осуществлять (С.А. Шейфер, В.А. Лазарева [33, с. 20], Н.А. Якубович, Л.В. Батищева, Е.С. Радутная, Г.И. Пичкале-ва [8, с. 50], В С. Шадрин [29, с. 162-163], П С. Яни [34, с. 9], О.И. Рогова [35, с. 17]).

Кроме того, по нашему мнению, требованиям обеспечения прав лица, пострадавшего от преступления, не отвечает и положение ст. 189 УПК РФ, согласно которому следователь разъясняет права потерпевшему лишь при его допросе. Получается, что если следователь не планирует допрос потерпевшего, а потерпевший не явится к следователю по собственной инициативе, то он так и не будет знать о своих процессуальных правах, в том числе и о праве иметь представителя. Поэтому заслуживает внимания предложение А.И. Ларина, Э.Б. Мельниковой, В.М. Савицкого о направлении копии постановления о признании лица потерпевшим с разъяснением принадлежащих ему прав потерпевшему по почте, а при его явке - о вручении ему [36, с. 169].

В этой связи предлагаю дополнить ст. 42 УПК РФ частью одиннадцатой следующего положения: «Права и обязанности обязательно должны быть разъяснены потерпевшему до начала производства процессуального действия с его участием и до выражения им какой-либо позиции в качестве участника процесса. Суд обязан разъяснить явившемуся в заседание суда потерпевшему принадлежащие ему права и возложенные на него обязанности, независимо от того, были ли они разъяснены в ходе досудебного производства по уголовному делу. По просьбе потерпевшего орган, ведущий уголовный процесс, обязан разъяснить его права и обязанности повторно».

Существенной предпосылкой возникновения представительства адвокатом интересов потерпевшего служит отсутствие обстоятельств, исключающих участие адвоката в этом качестве. Согласно действующему законодательству адвокат не вправе участвовать в деле в качестве представителя потерпевшего, если ранее он участвовал в деле в качестве судьи, прокурора, следователя, дознавателя, секретаря судебного заседания, судебного пристава, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика или понятого; если он состоит в родственных отношениях с долж-

ностным лицом, которое принимало или принимает участие в производстве по данному уголовному дела, или лица, интересы которого противоречат интересам участника уголовного судопроизводства, заключившего с ним соглашение об оказании защиты; если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, имеющему противоположные с подзащитным либо доверителем интересы гражданского истца, гражданского ответчика (ст. 72 УПК РФ).

Вышеуказанные обстоятельства являются основанием для отвода адвоката от участия в деле в качестве представителя потерпевшего исходя из того соображения, что представителем потерпевшего может быть лишь лицо, которое в состоянии объективно решать возложенные на него процессуальные задачи.

Положения ст. 72 УПК РФ не вызывают возражений, за исключением одного момента, когда адвокат, являющийся родственником кого-либо из состава суда или обвинителя, не может быть представителем потерпевшего. По нашему мнению, П.М. Туленков [37, с. 124] и В.Е. Юрченко [7, с. 85] правы, считая, что указанные должностные лица, а не представитель потерпевшего подлежат устранению от участия в деле. Об этом прямо говорит и ст. 61 УПК РФ. Действительно, и состав суда, который будет рассматривать дело, и прокурор, который будет участвовать в судебном разбирательстве, обычно заранее неизвестны, поэтому нелогично устранять от участия в деле адвоката-представителя потерпевшего, который, возможно, участвовал в деле ещё со стадии предварительного расследования, только потому, что он является родственником прокурора или кого-либо из состава суда. Вполне возможно без какого-либо ущерба для дела произвести замену этих лиц, а не адвоката-представителя потерпевшего. Однако, на наш взгляд, необходимо расширить основания для отвода представителя потерпевшего на ранних стадиях уголовного процесса, относя к их содержанию не только нахождение в родственных отношениях с должностным лицом, которое участвует или участвовало в расследовании или рассмотрении уголовного дела судом, но и другие отношения личной зависимости представителя потерпевшего с указанными лица-

ми, а также зависимость от этих лиц по

службе.

1. Адаменко В.Д. Советское уголовно-процессуальное представительство. - Томск, 1978.

2. Божьев В.П. Представительство в уголовном процессе // Учен. зап. ВНИИСЗ. - М., 1968. -Вып. 15.

3. Кокорев Л.Д., Побегайло Г.Д. Адвокат-представитель потерпевшего в советском уголовном процессе. - Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1969.

4. Туленков П.М. Участие представителей на предварительном следствии в советском уголовном процессе: учеб. пособие. - Волгоград: Высш. следств. школа, 1976.

5. Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса.

- Минск: Изд-во БГУ, 1970.

6. Стецовский Ю.И. Адвокат в уголовном судопроизводстве. - М.: Юрид. лит, 1972.

7. Юрченко В.Е. Гарантии прав потерпевшего в судебном разбирательстве. - Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1977.

8. Якубович Н.А., Батищева Л.В., Радут-ная Е.С., Пичкалева Г.И. // Охрана конституционных прав личности на предварительном следствии: метод. пособие. - М., 1989.

9. Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности по советскому праву. -М.: Госюриздат, 1961.

10. Мотовиловкер Я.О. Понятие потерпевшего в советском уголовном процессе // Правоведение. - 1969. - № 3.

11. Божьев В.П. Условия допуска потерпевшего к участию в предварительном следствии // Предварительное следствие в условиях правовой реформы: сб. науч. тр. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1991.

12. Ульянов В.Г. Реализация прав потерпевших в российском уголовном процессе: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Краснодар, 1998.

13. Кокорев Л. Д. Потерпевший от преступления в советском уголовном процессе. - Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1964.

14. Юридическая конфликтология / отв. ред. академик В.Н. Кудрявцев. - М., 1995.

15. Кокорев Л.Д. Некоторые вопросы виктимоло-гии, её влияние на признание лица потерпевшим и его участие в расследовании и профилактике преступлений // Виктимология и профилактика правонарушений: сб. науч. тр.

- Иркутск, 1979.

16. Лазарева В.А. Охрана прав и законных интересов несовершеннолетних потерпевших в советском уголовном процессе: дис. . канд. юрид. наук. - Куйбышев, 1980.

17. Булатов В. А. Обеспечение следователем прав, законных интересов и безопасности по-

терпевших и свидетелей: автореф. дис. . канд. юрид. наук. - Волгоград, 1999.

18. Ларин А.М. Конституция и уголовно-процессуальный кодекс // Государство и право. -1993. - № 10.

19. Ясельская Н.А. Потерпевший в уголовном процессе // Актуальные проблемы государства и права в современный период: сб. ст. -Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1996.

20. Акрамходжаев Б. Т. Обеспечение прав и законных интересов потерпевшего на предварительном следствии: автореф. дис. . канд. юрид. наук. - М., 1992.

21. Ларин А.М. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе (Сравнительное исследование). - М.: Наука, 1993.

22. Иванов О.А. Процессуальное положение потерпевшего // Вопросы теории и практики уголовного судопроизводства: сб. науч. тр. -М., 1984.

23. Фоков А. Адвокат-представитель потерпевшего в советском уголовном процессе // Советская юстиция. - 1983. - № 1.

24. Ларин А. М. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. - М.: Юрид. лит., 1986.

25. Шварц О.А. Организационные и процессуальные гарантии прав человека и гражданина на судебную защиту (сравнительно-правовой анализ): автореф. дис. . канд. юрид. наук. -М., 1999.

26. Белозеров Ю.Н., Марфицын П.П. Обеспечение прав и законных интересов личности в стадии возбуждения уголовного дела: учеб. пособие. - М., 1994.

27. Абабков А.В. Процессуальное положение потерпевшего в уголовном процессе: дис. . канд. юрид. наук. - М., 1998.

28. Тихонов А. Потерпевший: Уголовно-процессуальный аспект // Советская юстиция. -

1993. - № 19.

29. Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений: монография. -Волгоград: Волгоград. юрид. ин-т МВД России, 1997.

30. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. - М., 1992.

31. Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе (предмет, цель, содержание). - М.: Юрид. лит., 1973.

32. Сильчева Н.П. Правовые и психологические основы участия в советском уголовном процессе потерпевшего от преступления: авто-реф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1974.

33. Шейфер С.А., Лазарева В.А. Участие потерпевшего и его представителя на предварительном следствии: учеб. пособие. - Куйбышев, 1979.

34. Яни П.С. Обеспечение прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1995.

35. Рогова О.И. Пределы проявления диспози-тивности в уголовном судопроизводстве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Томск,

1994.

36. Ларин А.И., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России: лекции-очерки I под ред. проф. В.М. Савицкого. - М.: Изд-во БЕК, 1997.

37. Туленков П.М. Представительство в советском уголовном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1971.