Преступление, совершенное с применением насилия, в терминологии действующего уголовного законодательства

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

регулирования и квалификации: Автореф. дисс... канд. юрид. наук. Краснодар, 2013. С. 11-17; Осокин Р.Б. К вопросу о легальном толковании понятия «порнография» // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2013. Вып. 5 (121). С. 271-273; Осокин Р.Б. Порнография: опыт легального, доктринального и судебного толкования // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2014. № 1. С. 134-138; Осокин Р.Б. Теоретико-правовые основы уголовной ответственности за преступления против общественной нравственности: Автореф. дисс... докт. юрид. наук. М., 2014. С. 16-19; Осокин Р.Б. Теоретико-правовые основы уголовной ответственности за преступления против общественной нравственности: Дисс... докт. юрид. наук. М., 2014. С. 18-21; Пономарева Е.Е. Экологические преступления: законодательный хаос // Библиотека уголовного права и криминологии. 2014. № 3 (7). С. 92-100; Соловьев О.Г. Казуистический способ изложения норм о преступлениях в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК РФ): современное состояние и тенденции // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2014. № 11-1. С. 263-265; Акименко П.А., Осокин Р.Б. Проблемы разграничения уголовной и административной ответственности за противоправные деяния в сфере миграционных правоотношений // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2016. № 1 (24). С. 277-285; ДворецкийМ.Ю., Красносло-бодцеваН.В. Уголовно-правовые проблемы борьбы с экологическими преступлениями: понятие, общая характеристика и виды // Вестник Тамбовского университета. Серия: Политические науки и право. 2016. Вып. 2 (6). С. 61-66; Кокорев В.Г. Криминализация оскорбления религиозных чувств верующих (чч. 1 и 2

ст. 148 УК РФ) // Современная юридическая наука и практика: актуальные проблемы : сборник научных статей. М.: ЮСТИЦИЯ. Т. 3. С. 167; ЮшинаЮ.В. Проблемные вопросы толкования некотрых терминов и понятий объективной стороны преступлений против общественной безопасности // Таврический научный обозреватель. 2016. № 7 (12). С. 30-33 и др.

4 См., напр.: Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М.: БЕК, 1996. С. 52-53; Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования / Под ред. В.Н. Кудрявцева и С.Г. Келиной. М.: Наука, 1987. С. 25; Келина С.Г., Кудрявцев

B.Н. Принципы советского уголовного права. М.: Наука, 1988.

C. 22; Смирнов А.В. Неотвратимость ответственности за совершенное преступление - принцип советского уголовного процесса // Уголовная ответственность: основание и порядок реализации. Самара: СГУ 1990. С. 84 и др.

5 См., напр.: Разгильдиев Б.Т. Уголовно-правовые отношения и реализация ими задач уголовного права РФ. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1995. С. 98-125; Усс А.В. К дискуссии о понятии уголовной ответственности в связи с проблемой нравственного осуждения преступника // Вопросы уголовной ответственности и наказания. Красноярск: Изд-во Красноярского университета, 1986. С. 88 и др.

6 См., напр.: Кропачев Н.М., Прохоров B.C., Тарбагаев А.Н. Уголовная ответственность и применение санкции уголовно-правовой нормы // Гарантии прав личности и проблемы применения уголовного и уголовно-процессуального закон-ства. Ярославль, 1989. С. 52; Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. М.: Проспект, 2009. С. 394 и др.

УДК 34 ББК 67

ПРЕСТУПЛЕНИЕ, СОВЕРШЕННОЕ С ПРИМЕНЕНИЕМ НАСИЛИЯ, В ТЕРМИНОЛОГИИ ДЕЙСТВУЮЩЕГО УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

АНДРЕЙ БОРИСОВИЧ КИРЮХИН,

кандидат юридических наук, доцент, начальник кафедры криминологии Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя

Е-таП: kab010106@mail.ru Научная специальность 12.00.08 - уголовное право и криминология,

уголовно-исполнительное право

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Аннотация. Представлены результаты исследования терминологии насилия как уголовно-правовой категории. Показано значение содержания терминов, обозначающих преступление, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения, для правоприменительной практики. Рассмотрены некоторые спорные вопросы квалификации таких преступлений. Сделан вывод о необходимости комплексного подхода к совершенствованию отдельных положений Уголовного кодекса и определены его основные направления.

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Ключевые слова: терминология, обозначающая преступление, совершенное с применением насилия, насильственное преступление, квалификация преступлений, бланкетные диспозиции, оценочные признаки, совершенствование уголовного законодательства.

Annotation. The article presents the results of a study of the terminology of violence as a criminal category. Shown is the content of the terms denoting the Commission of a crime of violence or with threat of its application to practice. Discusses some of the issues of qualifications of such crimes. The conclusion about the need for a comprehensive approach to the improvement of certain provisions of the Criminal code and defined main directions.

Keywords: terminology denoting a crime committed with violence, violent crime, crimes qualification, blanket disposition indicators, coercion, and coercion, the improvement of the criminal law.

Специфической чертой действующего уголовного законодательства является то обстоятельство, что оно использует различную терминологию, обозначающую преступление, совершенное с применением насилия или с угрозой применения насилия. В общей сложности, действующее уголовное законодательство использует более двух десятков терминов, обозначающих насильственный способ совершения преступления. В диспозициях подавляющего большинства норм Особенной части УК РФ, предусматривающих ответственность за преступления, совершенные с применением насилия, прямо указывается на совершение преступления «с применением насилия», «с насилием», «преступление, сопряженное с применением насилия», «с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья» и «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья».

Естественно, такое обилие терминов серьезно затрудняет толкование соответствующих норм уголовного законодательства, оказывая, тем самым, негативное влияние на квалификацию преступлений, совершенных с применением насилия. Положение усложняется тем, что, помимо прямого указания в законе, насилие обозначается и другими приемами законодательной техники. Например, Л.Д. Гаухман различал несколько таких приемов, обоснованно полагая, что это могут быть «...действия, которые по существу представляют собой насилие или могут выразиться в насилии, либо указаны последствия насилия в виде причинения смерти или телесных повреждений»1.

Вопрос о терминологии насилия представляется важным и по той причине, что даже в обыденной речи юристов, применяющих нормы уголовного законодательства, встречается ошибка методологического характера при упоминании насилия. Так, казалось бы, все уже привыкли к «крылатому» выражению - «насильственное преступление». Однако, если вдуматься, это словосочетание, механически перенесенное в уголовное право из науки криминологии, не содержит в себе ни одного юридически значимого признака, способного раскрыть содержание этого опасного способа совершения преступления. Вместо этого выражения основной, базисной вариативной лексической единицей, обозначающей насильственной способ совершения уголовно-наказуемого деяния, должно стать следующее словосочетание - преступление, совершенное «с

применением насилия или с угрозой его применения». Такую номинальную дефиницию с успехом можно отнести к явной дефиниции, поскольку она содержит все необходимые для реализации уголовной ответственности признаки преступления, совершенного с применением физического насилия, угрозой применения физического насилия, а равно с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Опрос, проведенный среди практикующих юристов, показал, что они испытывали значительные затруднения, отвечая на вопрос о содержании терминов «физическое принуждение», «применение пытки», «принуждение», «применение насилия», «особая жестокость», «жестокое обращение», «применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия», «насильственный захват власти», «вооруженное сопротивление», «вооруженный мятеж», «сопротивление» и «насильственные действия».

Негативное влияние оказывает и то обстоятельство, что в отдельных случаях действующим законодательством применяются такие лексические единицы, которые не имеют аналогов в современном российском уголовном праве. Например, ч. 2 ст. 213 УК предусматривает ответственность за хулиганство, связанное с «сопротивлением». Такой термин сегодня является устаревшим, поскольку тесно связан с соответствующими положениями ранее действовавшего советского уголовного законодательства, различавшего «сопротивление», «злостное неповиновение» и «посягательство на жизнь». Вместо термина «сопротивление» Уголовный кодекс РФ широко использует словосочетание «применение насилия».

Квалификация осложняется также тем, что диспозиции многих норм об ответственности за преступления, совершенные с применением насилия, содержат, так называемые, «оценочные» признаки, которые призваны отражать отношения между явлениями, характеризовать результат сопоставления такого явления с определенным образцом. Следовательно, сущность таких признаков состоит в том, чтобы помочь правоприменителю сравнить рассматриваемое явление с некоторым понятием и сформулировать на его основе содержание самого этого понятия2. Однако, на практике во многих случаях дело обстоит иначе. Оценочные признаки не решают указанные выше задачи, а, напротив, усложняют их решение. Так, вместо достаточно

70

Вестник Московского университета МВД России

№ 8 / 2016

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

простого лексического выражения «с применением насилия», «с применением насилия или с угрозой его применения», законодатель использует, к примеру, малоинформативные конструкции типа: «.. .соединенные с насилием над журналистом или его близкими.» (ч. 3 ст. 144 УК), «.деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами или иным причинением вреда их здоровью» (ч. 1 ст. 239 УК), «...сопряженные с насилием» (ч. 1 ст. 333 УК) и «сопряженное с насилием» (ч. 1 ст. 335 УК).

Встречаются и явные просчеты законодательной техники. Например, ч. 1 ст. 150 УК предусматривает ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем угрозы. В то же время, ч. 3 ст. 150 УК повышает ответственность за то же деяние, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения. Налицо конкуренция обеих частей этой статьи в случае совершения преступления с угрозой применения насилия. Конечно, можно предположить, что под угрозой в приведенном примере законодательство подразумевает обещание виновного уничтожить имущество несовершеннолетнего, а не применить к нему физическое насилие. Но тогда это противоречит принципу единого понимания одних и тех же терминов, используемых уголовным законом, поскольку во всех остальных случаях угроза, выступая в качестве психического насилия, является разновидностью насильственного способа совершения преступления.

Эти и другие примеры, иллюстрирующие сложности толкования определенных терминов в процессе квалификации совершенных деяний, свидетельствуют об определенном несовершенстве действующего уголовного законодательства об ответственности за преступления, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения. Для устранения отмеченных недостатков, а также снижения уровня возможных ошибочных решений, необходим комплексный подход к совершенствованию соответствующих положений Уголовного кодекса, включающий в себя следующие направления.

1. Совершенствование Общей части действующего уголовного законодательства, что предполагает:

• разработку, принятие и использование единой терминологии, обозначающей совершение преступления с применением насилия или с угрозой его применения;

• изменение формулировок ряда статей Общей части Уголовного кодекса с целью дифференциации уголовной ответственности и индивидуализации наказания за совершение преступления с применением насилия или с угрозой его применения: ст. 15 (Категоризация преступлений); 18 (Рецидив преступлений); 30 (Приготовление к преступлению и покушение на преступление); 35 (Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору,

организованной группой лиц или преступным сообществом (преступной организацией); 37 (Необходимая оборона); 58 (Назначение осужденным к лишению свободы вида исправительного учреждения); 63 (Обстоятельства, отягчающие наказание); 73 (Условное осуждение); 74 (Отмена условного осуждения или продление испытательного срока); 79 (Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания) и 86 (Судимость).

2. Изменение формулировок отдельных положений Особенной части действующего уголовного законодательства с целью использования в них единой терминологии, устранения двусмысленности в толковании закона и снижения уровня сложностей при квалификации соответствующих деяний.

Реализация предлагаемых мер невозможна без концептуального понимания преступления, совершаемого с применением насилия или с угрозой его применения. Учитывая это обстоятельство, представляется целесообразным дополнить Уголовный кодекс ст. 8-1, содержащей разъяснения отдельных терминов, используемых уголовным законодательством, в том числе, понятие преступления, совершаемого с применением насилия или с угрозой применения насилия.

Статья 8-1. Разъяснение отдельных терминов Уголовного кодекса

1. Для целей единообразного и точного применения положений, определяемых терминами, используемыми в настоящем Кодексе, устанавливаются следующие их определения.

2. Под преступлением, совершенным с применением насилия или с угрозой его применения, понимается любое умышленное физическое, психическое, с использованием оружия или иных предметов внешнее воздействие на личность другого для достижения определенного желаемого или допускаемого преступного результата, противоречащего его воле, желаниям и интересам, сопряженное с нанесением ударов, побоев, совершением иных действий, связанных с причинением вреда жизни или здоровью различной степени тяжести, физической боли либо с ограничением свободы потерпевшего лица.

Воплощение в жизнь вышеперечисленных мер позволит провести универсализацию терминологии, насилия в уголовном законодательстве, упростить толкование соответствующих норм и оказать, тем самым, положительное влияние на квалификацию преступлений, совершенных с применением насилия или с угрозой его применения.

1 Гаухман Л.Д. Насилие как средство совершения преступления. М.: «Юридическая литература», 1974. С. 74.

2 См.: Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд., перераб. и доп. М., «Юристъ», 2007. С. 116 и сл.