Музеи-заводы на среднем Урале: осмысление прошлого и индикатор настоящего в культуре индустриального Урала

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ИНДУСТРИАЛЬНОГО^ОРОДА

МУЗЕИ-ЗАВОДЫ НА СРЕДНЕМ УРАЛЕ: ОСМЫСЛЕНИЕ ПРОШЛОГО И ИНДИКАТОР НАСТОЯЩЕГО В КУЛЬТУРЕ ИНДУСТРИАЛЬНОГО УРАЛА Л. Е. Добрейцина

Музеефикация заводов на Урале началась еще в позднесоветский период. В 1972 году было остановлено производство на Усть-Боровском сольза-воде в Соликамске — так называемых Рязанцевких варницах, основанных местными солепромышленниками Рязанцевыми в 1882 году. Сользавод открылся для посетителей как музей в 1986 году и является сейчас единственным в стране комплексом деревянных строений, воссоздающим процесс добычи соли даже не конца XIX, но по сути XVII века, так как технология с того времени не менялась, и

Рязанцевы строили свое производство ПО старым РиС- 3- МУзей соли России в Соликамске (Рязан-

цевские варницы).

моделям.

Варница, внутренний вид (1882).

Солекатная дорожка.

Тяжелая промышленность Среднего Урала представлена музеем-заводом в Нижнем Тагиле. Завод был основан предпринимателями Демидовыми в 1725 году и проработал до 1987 года (с 1957

— в составе Нижнетагильского металлургического комбината). Ныне это крупнейший в стране музей истории развития металлургического производства. От зарубежных аналогов, представляющих, как правило, какую-то одну эпоху, он отличается тем, что здесь на сравнительно небольшой территории демонстрируются конструкции, механизмы, постройки от первой половины XVIII до середины XX веков, а также архитектурные стили от классицизма до модерна.

Плотина реки Тагил до сих пор выполняет свою функцию,

формируя ланд- рис 4 река Тагил и плотина Нижнета-шафт городского гильского завода.

центра с главным

Рис. 1. Музей соли России в Соликамске (Рязан-цевские варницы). Рассолоподъемная башня и соляной ларь (1882).

Рис. 2. Музей соли России в Соликамске (Рязан-цевские варницы). Варничная изба (1882).

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

ИНДуСТРИАЛЬНОГОГОРОДА

водоемом города — Тагильским прудом, а силуэты Музейный комплекс Северского трубного за-домен дают выразительную и яркую по цвету, фор- вода (город Полевской) ведет свое начало с 1970

ме, линиям вертикаль.

Рис. 5. Нижний Тагил. Вид с Лисьей горы на центр города и музей-завод.

Рис. 6. Тагильский пруд, плотина и домна музея-завода (1920-1930-е годы).

года. В 2009 году он был реконструирован и получил название «Северская домна» по своему главному экспонату — доменной печи с литейным двором постройки 1860 года. Печь была реконструирована в 1887 году. Сейчас это единственный образец печи конца XIX века, сохранившийся на Урале (печи Нижнетагильского завода-музея датируются 19201930-ми годами).

Рис. 8. Полевской. Северский трубный завод, музей «Северская домна».

Доменная печь середины XIX века.

Музей позволяет представить весь процесс ли-

тья.

Рис. 7. Нижний Тагил, домны музея-завода

Рис. 9. Фрагмент экспозиции музея «Северская домна»: вододействующее колесо — крупнейшее из сохранившихся на Урале (диаметр 8 м, вес 65 тонн).

#1/2014

Лабиринт

Журнал социально-гуманитарных исследовании

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ индустрилльногтородА

Рис. 10. Фрагмент экспозиции музея «Северская домна»: подножие доменной печи.

Рис. 12. Музей «Северская домна: общий вид домны сверху.

На куполе — цапля, символ заводовладельцев Турчаниновых.

Рис. 11. Фрагмент экспозиции музея «Северская домна»:

желоб, по которому вытекал расплавленный металл.

Постройки в стиле позднего классицизма интересны и с архитектурно-художественной точки зрения и являются, как и тагильские, композиционным центром Северского района города По-левского, видным издалека и сразу привлекающим внимание мощным куполом домны и высокой башней с флюгером, украшенным фигурой цапли

— эмблемы завода при дореволюционных хозяевах Турчаниновых.

«Северская домна» — музей, находящийся на территории активно работающего завода и архитектурно являющийся его частью. В связи с этим у посетителей музея создается впечатление пребывания на действующем производстве, а также формируется представление о том, что успехи предков продолжаются в деятельности потомков. До недавнего времени это единство прошлого и настоящего создавало некоторые неудобства, так как экскурсанты могли попасть в музей только через заводскую проходную по территории завода, а это всегда сопрягалось с необходимостью выписывать пропуск, сопровождалось бюрократическими проволочками. Но в 2010 году был обустроен отдельный вход непосредственно в музей, и таким образом это препятствие было устранено. Что же касается заводов в Соликамске и Тагиле, то они — своего рода памятники ушедшей эпохе, на их территории уже не ведется активная производственная деятельность, царит тишина, оживляемая лишь собственно музейными мероприятиями. Промышленная жизнь сосредоточена в других местах, и старые заводы существуют исключительно как музеи или, иначе говоря, как памятники самим себе.

В этом и видится одна из проблем существования таких заводов-музеев, причем существования как реального, физического, так и ментального, символического. Безусловно, сохранение памятни-

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ИНДуСТРИАЛЬНОГО^ОРОДА

ков индустриальной культуры, особенно там, где эта культура столь развита и богата, можно только приветствовать, это важнейшее дело, призванное решать самые разнообразные задачи — от патриотического воспитания местной молодежи до развития туризма и формирования позитивного имиджа города и региона вовне. В то же время содержание таких памятников, масштабных и «капризных» ложится существенным бременем на местный бюджет. Совершенно очевидно, что дело сохранения таких крупных экспонатов не под силу музеям, на балансе которых они находятся. В этом смысле значительно лучшая сохранность и обустроенность музея «Северская домна» по сравнению с музеями в Тагиле и Соликамске связана с тем, что он является частью ныне процветающего завода, в то время как Рязанцевские варницы и Демидовский завод — филиалы местных историко-краеведческих музеев. Деревянные здания Рязанцевских варниц требуют неусыпной заботы и, поскольку ее нет, периодически горят и неизбежно разрушаются. Территория Демидовского завода в Тагиле запущена, материалы, которыми облицована внутренняя поверхность доменных печей, рассчитаны на высокие температуры, и оказавшись без «горячего» производства, под воздействием уральских зим, снега и дождя, также приходят в негодность. Разговоры о необходимости выделять больше средств на поддержание состояния «уникального памятника истории промышленности», как называет местная пресса эти заводы, о привлечении частного капитала, о более активном использовании их как площадок для различных мероприятий и таким образом привлечении денег, пока остаются лишь разговорами.

Анализ впечатлений туристов и местных жителей от заводов-музеев Урала позволяет сделать вывод о том, что пока они не в полной мере выполняют одну из важных своих задач — повышения привлекательности города и региона. В туристической сфере эти объекты рекламируются слабо и известны преимущественно специалистам в сфере уральской промышленности и краеведам. Их ценность, уникальность способны осознать немногие. Цеха, механизмы, суровая красота заводской архитектуры действительно привлекают не всякого,

и пока не сделано почти ничего, чтобы эту привлекательность разъяснить, популяризировать. Территория музеев не облагорожена, это грязное и зачастую, особенно в случае с тагильским музеем, небезопасное место. Посещение ее невозможно без экскурсовода, что связано не только с необходимостью пояснений, но и с бдительностью в отношении безопасности туристов, которые ежеминутно рискуют напороться на острый выступ торчащей арматуры, провалиться в яму или упасть с мостков.

Рис. 13. Нижнетагильский музей-завод: внутренний вид мартеновского цеха (1890-е годы).

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ИНДУСТРИАЛЬНОГО ГОРОДА

Рис. 14. Нижнетагильский музей-завод: внутренний вид мартеновского цеха (1890-е годы).

Существует масса идей, как можно было бы, предварительно обустроив внутреннее пространство завода, сделать его площадкой для проведения различных мероприятий. Кое-какие шаги в этом направлении делаются — например, с 2006 года ежегодно на территории Рязанцевских варниц проходит фестиваль кузнечного дела «Огни Гефеста», а в Демидовском заводе в 1990-е годы силами музея организовывались «Демидовские ассамблеи». Однако все это события непродолжительные и со своими недостатками. Ассамблеи были мероприятием закрытым, да и проводились они недолго. «Огни Гефеста» пока демонстрируют свою жизнеспособность, но специфика этого фестиваля не имеет ничего общего с производством соли, то есть никак не отражает особенность данного музея и места. По сути, используется только территория, имеющая благодаря деревянным постройкам сельский колорит, но не сам музей. Что касается «Северской домны», то выгодность существования в структуре завода в том, что касается денежного содержания и имиджевой составляющей, в данном случае оборачивается отсутствием мобильности, затрудненностью или даже невозможностью проводить какие-то масштабные акции для привлечения посетителей. Ни один из этих музеев не участвует в крупных проектах типа «Ночи музеев» и пока не создал собственные проекты такого уровня, который позволил бы им действительно позитивно влиять на привлечение посетителей и на популяризацию знаний об Урале вовне. Ни один из музеев,

кстати, не имеет и собственного сайта — сведения о них содержатся лишь на городских информационных интернет-порталах, в статьях специалистов и блогеров.

Более того, наличие таких музеев и позиционирование их как особенно ценных, уникальных, значимых фиксирует внимание именно на индустриальной специфике региона, а такая специфика многими воспринимается негативно и ассоциируется с тяжелым физическим трудом, плохой экологией, недостаточной развитостью сферы культурного досуга и духовности. И нужно признать, что это в основном соответствует реальному положению дел. А состояние музеев, описанная выше их запущенность, отсутствие интересных проектов, с ними связанных, усугубляют образ региона как мрачного, неблагополучного, в котором даже то наследие, которое удалось сохранить, находится на грани гибели в век декларируемой заботы об исторических памятниках.

В семантическом плане наличие музея-завода тоже представляется проблемным. Обычно предмет или явление становятся музейными экспонатами в том случае, когда как реальные предметы и явления они уже никому не нужны, когда они превратились в пережиток ушедшей эпохи. Именно в это время они перестают быть интересны как участники современной жизни и становятся объектами изучения, сохранения, экспонирования и т.п., то есть знаками прошлого. Не свидетельствует ли музеефикация заводов на Урале о том, что эпоха процветания городов-заводов и крупных предприятий позади?

В случае с «Северской домной» такой вопрос, по-видимому, не стоит — музей и завод существуют в связке. В случае с Рязанцевскими варницами ситуация исторически оправдана — поваренную соль в этих краях больше не добывают, градообразующей промышленностью Соликамска являются заводы с другой спецификой, хотя и связанной по-прежнему с добычей калийных и магниевых солей. И, уж конечно, современные технологии настолько разительно отличаются от того, что представляет Усть-Боровский сользавод, что очевидно: этот завод — памятник прошлого. Однако с тагильским

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ИНДУСТРИАЛЬНОГО^ОРОДА

заводом все не так однозначно. Металлургическое производство не просто по-прежнему существует в Тагиле — это один из фундаментов тагильской и шире — уральской экономики. Кроме того, современные власти — от городских до федеральных — до сих пор утверждают приоритет тяжелой индустрии подобного типа и путь Нижнего Тагила как промышленного города, центра черной металлургии. В связи с этим можно сказать, что дело, начатое в 1720-е годы Демидовыми, продолжается.

Рис. 15. Вид Нижнего Тагила с Лисьей горы: на Тагильский пруд, центр города и Нижнетагильский металлургический комбинат.

Однако более близкое знакомство с музеем-заводом, как уже было сказано, навевает мысли о запустении, уходе заводов-гигантов и заводской романтики в прошлое, о том, что металлургическое производство — такой же архаизм, как и выварка соли в деревянных варничных избах. Получается, что позиция властей и официальная концепция городов, подобных Тагилу, входит в противоречие с реальной ситуацией, так как, на наш взгляд, му-зеефикация производства, не говоря уже о непрезентабельном виде этого музея, более объективно представляет умонастроения современных людей и изменившиеся приоритеты времени.

Возможно, необходима большая временная дистанция для того, чтобы не воспринимать любой завод, даже и музеефицированный, как место, тяжелого труда, а не проведения досуга. Наверное, необходимо предпринимать больше усилий для того, чтобы содержать завод-музей в чистоте и по-

рядке, проводить там разнообразные акции, тем самым снимая с него идеологический негатив и утверждая его новые, непромышленные функции. В то же время, общаясь с различными посетителями тагильского завода-музея, мы обнаружили характерное расхождение во взглядах. Приезжие из крупных городов, никогда не жившие в городах-заводах, люди незаводских профессий (журналисты, дизайнеры, фотографы, художники, культурологи и т.п.) с энтузиазмом высказывали именно такие пожелания: проводить на территории завода художественные акции или, например, устроить ресторан в одном из цехов. Большинство же местных жителей и приезжих из других моногородов, инженеров и рабочих искренне недоумевали, зачем это нужно, и не высказывали никакого желания посетить подобный ресторан, спектакль или фестиваль. Думается, дело тут не только в консерватизме провинциалов, но и в том, что для так называемых моногорожан завод — это место работы, а не отдыха, место не привлекательное ни внешне, эстетически, ни с точки зрения связанных с ним тяжелых, не всегда приятных воспоминаний. Кроме того, для большинства из них это место привычное, нечто подобное они видят каждый рабочий день, и неудивительно, что в моменты отдыха им хочется видеть что-то другое. То есть для людей, воспитанных в индустриальном мире, музей-завод — это по-прежнему завод. Для людей же постиндустриальной эпохи музей-завод — это в первую очередь музей или даже культурный объект, арт-объект, его содержательная сторона им либо неизвестна, либо не нужна, не ценна, а ценна лишь внешняя оболочка. Проблема в том, что не только в Тагиле, но и на Урале в целом пока сохраняются и даже где-то пытаются возрождаться пошатнувшиеся было ценности индустриальной эпохи и преобладает первый, «серьезный» взгляд на вещи, в то время как мировое движение культуры склоняет ко второй, «облегченной» точке зрения.

Возможно, отчасти в этом кроется и причина столь невнятного состояния Демидовского завода в Нижнем Тагиле. Тагил — город индустриальный, но при этом достаточно крупный, близкий к динамично развивающемуся Екатеринбургу. С одной

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ИНДуСТРИАЛЬНОїтОРОДА

стороны, в нем самом и в областном центре есть креативные люди, стремящиеся вывести завод-музей, а вместе с ним и город на уровень мировых тенденций, привлечь туристов, совершенствовать досуговую сферу, превратить городской ландшафт в место реализации разнообразных культурных потребностей. С другой стороны, здесь преобладают действующие заводы-гиганты, которые работают во многом по старым принципам и технологиям, поглощают огромные людские, временные, финансовые ресурсы; политика властей направлена на сохранение советской идеологии, славившей человека труда и ставившей во главу угла тяжелую промышленность; наконец, все это находит сочувствие в умах большинства жителей моногородов, до сих пор не имевших возможности перестроиться. В результате мы имеем половинчатую ситуацию. Нерентабельный завод, к тому же обладающий ценными для истории промышленности объектами музе-ефицирован, включен в состав музея-заповедника, по нему водят экскурсии, он иногда используется как площадка для каких-то культурных мероприятий. Но дальнейшего его развития в этом качестве не происходит, важность того, чтобы он не просто стоял как памятник самому себе, но жил, осваивал новые функции, выполнял разнообразные задачи, не осознается теми, кто обладает правом принятия решений и распоряжения финансами, и не инициируется снизу.

Плодом деятельности сторонников «креатива» стала концепция «Демидов-парка», разработанная в начале 1990-х и предполагавшая создание огромной рекреационной зоны в районе старого Тагила с музеем-заводом как ее композиционным и смысловым центром. Показателем же того, чья точка зрения в регионе господствует, является тот факт, что по сей день проект не реализован. На сайте музея изложена история этого вопроса: «Идея проекта возникла у тагильских музейщиков двадцать лет назад, потому что к этому времени была успешно реализована программа музеефикации памятников архитектуры и культуры, в результате которой в 1987 году в городе был создан Нижнетагильский музей-заповедник. Не менее важным обстоятельством стало включение в 1989 году в это музейное

объединение первого в России музея-завода истории развития черной металлургии, учредителями которого стали Министерство черной металлургии СССР и Министерство культуры РФ.

Был разработан план первичной музеефика-ции музея-завода, в который вошел комплекс мероприятий по благоустройству и экологической реабилитации его территории.

Одним из результатов проделанной работы явилось то, что в середине 1990-х годов стало очевидно, что сохранение и показ отдельных памятников индустриального наследия и архитектуры является недостаточным. Гораздо перспективнее и важнее использовать их в контексте, в котором они существовали — сохранить культурный ландшафт. Такое понимание диктует единые требования использования как исторического наследия, так и природно-ландшафтных памятников, объединяя их в единый комплекс. Нижний Тагил уникален тем, что в нем имеются все необходимые условия

— здесь сохранился большой комплекс индустриальных, архитектурных, этнографических и природных памятников, показывающих всю специфику развития уральской металлургии, уральского города, формирование его культуры и быта. Правильность такого подхода также подтверждает мировой опыт» [3].

Далее расписывается история работы над проектом по годам, указывается, какие именно объекты войдут в его состав, объясняется его роль в развитии города. «В 1999 году по концепции музея-заповедника была принята целевая программа «О строительстве индустриально-ландшафтного Демидов-парка в Нижнем Тагиле на период 19992005 гг.». Но, к сожалению, в 2001 году она была снята с финансирования [...] Концептуальные, научные основы создания «Демидов-парка» разработаны, были начаты даже некоторые работы по их реализации. Но в первом десятилетии XXI века осуществление этого проекта приостановилось по ряду причин [...] Сейчас происходит некий ренессанс, активизация его реализации. Благодаря новому видению развития города, региона пришло понимание, что историческое и индустриальное

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

индустриального^орода

наследие — это не многозатратная обуза для бюджета, а уникальный ресурс, правильное использование которого может дать новый импульс экономическому развитию города и региона.

Это проявилось в создании проекта эко-инду-стриального парка «Старый демидовский завод», как первого этапа осуществления проекта Деми-дов-парка» [3].

В ленте новостей городского информационного сервера Нижнего Тагила за 15 марта 2012 года читаем: «Создание эко-индустриального технопарка «Старый Демидовский завод» является первым этапом реализации проекта «Демидов-парк». Это инновационный подход к сохранению объектов индустриального наследия, в основе которого не консервация музейного комплекса — Нижнетагильского металлургического завода и прилегающих к нему территорий, а его оптимальное сохранение, адаптация и использование.

Эко-индустриальный технопарк предполагает создание на территории завода трех зон — исторической, историко-производственной и историко-досуговой, на которых разместятся инновационное металлургическое производство, мастерские народных промыслов, экспозиционные площади для промышленных выставок, зимний сад, детский технопарк, молодежный центр и пр. Планируется восстановить узкоколейку. [...] Таким образом, завод-музей становится объектом интересным и для тагильчан, и для туристов. Кроме того, проект в перспективе может стать одним из рычагов экономического развития города и региона.

В основе эко-индустриального технопарка

— результаты многолетней работы научных сотрудников музея-заповедника и Уральской архитектурной академии, воплотившиеся в проект Демидов-парка. В разработке проекта активное участие принимает ЕВРАЗ-холдинг, который кроме обеспечения расчистки территории, водного канала и других работ, финансирует научные исследования, касающиеся изучения, реконструкции и масштабного моделирования заводских зданий ХУШ-Х1Х веков и многого другого» [2].

При чтении этого текста возникает четкое ощу-

щение иллюстрации к Екклезиасту («Время разрушать, и время строить»). Всплеск прекрасных идей и правильных слов сменяется апатией и разочарованием в собственных недавних проектах, затем проекты возрождаются, но беда в том, что за время простоя материальная база неизбежно утрачивает многие ценные детали и подробности, вместе с нею утрачивается важная информация, а также и вера в нужность как проекта, так и самого объекта.

На городском портале Нижнего Тагила можно встретить вот такие, например, оптимистические сообщения о «Демидов-парке»: «16 августа в Нижнетагильском музее-заповеднике «Горнозаводской Урал» состоялось выездное заседание межведомственной рабочей группы Управления Минкуль-туры России по Уральскому федеральному округу и региональной рабочей группы Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области. Главной целью заседания стало ознакомление с работой по исполнению поручения Президента РФ от 24.06.2011 № Пр-1782 и от 20.08.2012 № Пр-2217 «О разработке и принятии документов территориального планирования и градостроительного зонирования, установлении границ территорий и зон охраны, а также соблюдении правового режима земель на территории музеев-заповедников». [...] Участники совещания ознакомились с объектами музея-заповедника, включая музей-завод истории развития техники черной металлургии — памятник истории и культуры, не имеющий аналогов в России [. ]. Комиссия отметила высочайший профессионализм коллектива музея-заповедника в разработке концепции реновации историко-культурного наследия Нижнего Тагила. Было принято решение способствовать скорейшему оформлению охранных зон на территории города и переводу Нижнего Тагила в категорию исторических поселений Российской Федерации» [4]. Ниже Общественный муниципальный совет города поместил приглашение для всех желающих поработать на благоустройстве территории музея-завода. А далее, в комментариях, написанных рядовыми гражданами города, можно прочесть такой, например, анонимный отзыв: «Писали недавно на местных сайтах — а что, Диден-

Журнал социально-гуманитарных исследований

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^НДуСТРИАЛЬНО1““РОД^^

ке [...], 19 лет правившему городом, не предоста- люди, готовые к ним и готовые их осуществлять. вить документы было несколько лет назад при его В то же время не хотелось бы, чтобы музей-завод “правлении” передать под защиту Юнеско этого превратился в Диснейленд только ради желания завода с прилегающими территориями? [...] А кто доказать всему миру, что и Тагил — не промышлен-дал указание убрать охрану с территории всего за- ный монстр, а место, где можно хорошо провести вода? Наверное, ген. директор НТМК ? Одни что- время.

то пытаются сохранить (я имею [в виду] бывшего «Рядовые» посетители музеев-заводов, по

директора этого парка [...]), а другим пофиг не- крайней мере, те из них, кто участвует в дискуссиях выгодно? А с моста Горбатого уже не один год во- в интернете, вполне четко формулируют проблемы руют, сдирают, отрывают по ночам железо ограж- как конкретного музея, так и всей сферы в целом. дения? Милиции говорили она рядом! Никакого Вот несколько отзывов на статью о музее «Север-эффекта! [...] Какой Демидов-парк? Все заросло ская домна» в «Живом Журнале»: «В Полевском

бурьяном и не охраняется, поломано и растащено, музей на балансе завода, как важный элемент пи-

ржавеет! Свет на мосту разбивают воришки! Вы- ара. А в Нижнем Тагиле состояние улиц не сильно годно было кому-то делать деньги на этой земле? лучше состояния музея. В общем, всё как всегда от Кому ясно! Мечтатели!» [4]. хозяина зависит»; «За счёт ухоженности выглядит

Таким образом, возникает вопрос — зачем и гораздо лучше, чем в Тагиле, где мелкие “экспона-кому нужны заводы-музеи, в частности, на Урале? ты” просто разбросаны по территории и частично Сейчас они фактически нужны историкам, краеве- заросли травой. А ассортимент везде примерно дам, школьникам и студентам для изучения, регио- один и тот же — домна, прокатный цех, водяной нальным властям как предмет гордости и козырная ларь - поэтому новый музей имеет все шансы за-карта, журналистам как информационный повод менить довольно-таки несуразный тагильский

— негативный, если там что-нибудь обрушилось комплекс»; «По сравнению с Тагилом завод-музей или сгорело, и позитивный, если местные власти в Полевском еще и более “концентрированный”. и музейщики совместно с приезжими специали- Конкретно вододействующий завод 1840-х годов, стами провели очередной семинар/конференцию/ в то время как Тагильский завод — это, скорее, совещание по вопросам сохранения и дальнейшей собирательный образ металлургического завода эксплуатации «уникального культурного памят- 1780-1930-х годов. То есть, у них и принципиально ника». Их реальный потенциал не используется, а разные ниши. В целом же Тагильский завод-музей современное состояние говорит, если вдуматься, хотя и самый раскрученный, но, по-моему, самый

о кризисном положении уральской промышлен- неудачный на Урале. Фактически просто бросили ности и в целом городов-заводов, возможно, не старый завод и объявили его музеем» [1]. Наконец, меньше, чем экономические и производственные существует и такая точка зрения: «В Верхней Си-показатели. Во всяком случае, нагляднее. Запущен- нячихе есть совершенно потрясающие (и местами ный вид завода-музея в Нижнем Тагиле наряду с даже действующие) макеты разных этапов метал-обилием планов, проектов и отдельных высказыва- лургического производства. В образовательном ний в прессе по его современному использованию плане существенно превосходит любые музеи-за-демонстрирует глубокий ментальный кризис этого воды...» [1].

города, не знающего, куда ему двигаться дальше - Внешнее благополучие музея «Северская до-

то ли цепляться за образ промышленного гиганта мна» отражает положение дел в Полевском — тоже советского типа, то ли идти по пути модернизации. городе-заводе, но меньшего масштаба, к тому же с Пока он пытается совместить эти модели, и состо- предприятием, продукция которого востребована яние городской среды, в первую очередь историче- и который, поэтому, имеет возможность сохранять

ской ее части, показывает, насколько это трудн°. хотя бы видимость старой модели благополучного

Очевидно, что перемены нужны, что в городе есть и самодостаточного моногорода. Нам не удалось

35

Лабиринт

Журнал социально-гуманитарных исследований

#1/2014

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ

ИНДУСТРИАЛЬНО"™2РОДА

найти никаких свидетельств дискуссий, планов и сомнений относительно судьбы и пути развития города и музея. Он функционирует как музей в классическом понимании этого слова, сохраняет цельность и не видит необходимости превращаться в нечто иное для привлечения публики.

Рис. 16. Музей «Северская домна»: интерьер прокатного цеха с экспозицией музея.

и тагильчане, что свидетельствует о кризисе самой модели моногорода — не важно, преуспевает ли в данный момент градообразующее предприятие или нет.

Многие идеологи возрождения моногородов силами культурных акций считают, что музеи должны играть в этом процессе ключевую роль. В индустриальных городах эта роль отводится в первую очередь музеям-заводам. Однако реальное положение вещей на Урале, на наш взгляд, далеко от оптимистического. Слишком многое нужно еще преодолеть в психологии людей, определить в стратегии развития самого региона, чтобы музеи-заводы превратились из констатации негатива в символ преодоления этого негатива и стремления к более интересной и насыщенной жизни. Мало просто остановить производство и объявить территорию музеем. Нужно еще «видеть перспективу», то есть ответить на вопрос, чем должен стать этот музей, какова его миссия и как она соотносится с развитием города в целом.

Список литературы и источников

1. Уагаиёе). Полевской (Северск). Часть 2: Север-

ская домна. [Электронный ресурс] // Ьіуеіоигиаі.

2010.08.08. иЯЬ: Ьйр://уагапдеі.1іуеіоигпа1.

еош/298031.Ьіш1 (дата обращения 14.04.2013).

2. В Нижнем Тагиле руководителям крупнейших музеев страны представлен проект технопарка «Старый Демидовский завод». [Электронный ресурс]. // Нижний Тагил: городской информационный сервер. - Лента новостей. - 15.03.2012. иКЬ: http://rde.ntagi1.ru/?ш=news_1oca1&id=5073 (дата обращения 14.04.2013).

3. Демидов-парк. [Электронный ресурс]. // Нижнетагильский музей-заповедник «Горнозаводской

Однако в противоречие с этой внешне благопо-„ „ , , Урал»: официальный сайт. ик.Ь: ш!р://тшеит-П:.

лучной картинкой вступает тот факт, что большин-

1 г / -г ru/index.php?option=coш_content&view=artic1e&id

ство полевчан даже зрелого возраста, не говоря уж =9&Itemid=10 (дата обращения 13.10.2013). о молодых, считают жизнь в своем городе скучной

4. «Демидов-парк» в Нижнем Тагиле: проект

и ездят развлекаться и просвещаться в областной

оценен по достоинству. [Электронный ресурс] // центр — благо он расположен совсем рядом. А _ „ тт _ ч

г ^„ г Tagi1City.ru (Городской портал Нижнего Тагила). -

многие покидают Полевской навсегда или желают

. „ . тг 21 августа 2013. ик.Ь: http://tagi1city.ru/news/science/

это сделать в ближайшем будущем. Как, впрочем,

Рис. 17. Музей «Северская домна»: интерьер прокатного цеха, экспозиция

ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ ^^^^^^^^^^^^^^^^^^^НДУСТРИАЛЬНОГ“ОРОДА

deшidov-park-v-nizhneш-tagi1e-proekt-ocenen-po-dostoinstvu.html (дата обращения 13.10.2013).

Источники иллюстраций:

Уarandej. Полевской (Северск). Часть 2: Северская домна. [Электронный ресурс] // LiveJourna1.

2010.08.08. иКЬ: http://varandej.1ivejourna1.

com/298031.htm1 (дата обращения 14.04.2013).

Набор открыток «Музей истории соли России». Управление культуры и кино администрации г. Соликамска, Соликамский краеведческий музей, 2002.

Нижний Тагил: на перекрестках веков. 17222002. Альбом. Фото Козлов А., Комлик Ф. и др. Н. Тагил, 2005. Сканирование автора статьи.