Оценка регулирующего воздействия как элемент расширенного цикла государственного управления

УДК 330.3 ББК 65.05

ОЦЕНКА РЕГУЛИРУЮЩЕГО ВОЗДЕЙСТВИЯ КАК ЭЛЕМЕНТ РАСШИРЕННОГО ЦИКЛА ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

Д. В. Валько

Южно-Уральский институт управления и экономики, Челябинск, Россия

Предложено расширение применения оценки регулирующего воздействия в государственно-управленческом цикле принятия решений. Сквозь призму концепции нового государственного менеджмента в работе обозначены узлы механизма оценки регулирующего воздействия, являющиеся каналами трансляции интересов, информированных и участвующих в процессах государственного управления граждан и других стейкхолдеров. На этой основе рассмотрены возможности оценки регулирующего воздействия и потенциальные источники для формирования государственно-управленческой повестки.

Ключевые слова: общественная инициатива, партисипаторное управление, государственное управление, оценка регулирующего воздействия, новый государственный менеджмент.

REGULATORY IMPACT ASSESSMENT AS THE ELEMENT OF THE EXPANDED CYCLE OF GOVERNMENT ADMINISTRATION

D.V. Valko

South Ural Institute of Management and Economics, Chelyabinsk, Russia

The article suggests expanding the application of the regulatory impact assessment in the public-administration decision-making cycle. Through the prism of the concept of the new public management, the nodes of the regulatory impact assessment mechanism are identified in the work, which are the channels for translating interests that are informed and involved in the processes of public administration of citizens and other stakeholders. On this basis, the possibilities for assessing the regulatory impact and potential sources for the formation of the public-administration agenda are examined.

Keywords: public initiative, participatory management, public administration, regulatory impact assessment, new public management.

В последнее десятилетие реформирование системы государственного управления в России [3] ориентируется на принципы концепции нового государственного менеджмента (НГМ, New Public Management), который выдвигает на первый план тезис об эффективности государственного управления и схожести последнего с корпоративным управлением на высшем уровне [6].

Несмотря на то, что многие отечественные и зарубежные исследователи в своих работах обосновывают качественно различные принципы нового государственного менеджмента, а их обобщение является дискуссионной задачей [12], можно сказать, что центральная идея о мобилизации средств государственного регулирования на основе эффективности [21] и оценке деятельности по результатам осталась неизменной. Причём на смену «веберовскому» подходу к эффективности государственного управления пришёл «менеджериальный» подход, опирающийся на теорию рационально-

го выбора и экономическую эффективность в классическом понимании.

На фоне более чем полувекового становления нового государственного менеджмента всё ещё разворачиваются дискуссии относительно баланса между принципом экономической эффективности и принципом социальной справедливости [9]. В действительности экономическая эффективность является не единственным критерием, определяющим принятие государственного решения, — иногда в политической практике требуется компромисс между эффективностью и справедливостью. И основной вопрос в том, насколько необходимо скорректировать анализ экономических выгод и издержек с учётом аспектов социальной справедливости и распределения1, чтобы

1 Canadian Cost-Benefit Analysis Guide: Regulatory Proposals / Treasury Board of Canada Secretariat, 2007. URL: tbs-sct.gc.ca/rtrap-parfa/analys/analys-eng.pdf

определить воздействие конкретного политического действия (государственного управленческого решения) на особые сегменты общества и предугадать то, какие группы получат чистую выгоду от регулирования, а какие понесут чистые затраты.

Экономической интерпретации затрат и выгод государственного регулирования в рамках концепции нового государственного менеджмента исторически соответствует анализ бюджетно-налоговой эффективности, а компромиссный (в описанном контексте) характер приписывается сравнительно новому инструменту — анализу (оценке) регулирующего (фактического) воздействия [9].

Оценка регулирующего воздействия (ОРВ), известная в мире как Regulatory Impact Analysis или Regulatory Impact Assessment, введена в практику западноевропейских стран в 1970-х гг. Комплексная система ОРВ на всех этапах государственно-управленческого цикла с привлечением к участию групп интересов и граждан — основной элемент концепции умного регулирования2 (smart regulation), показывающий свою эффективность в разных странах по данным ОЭСР и Всемирного банка [13].

ОРВ представляет собой такой анализ нормативных актов, который позволяет не только определить их соответствие целям государственного регулирования, но прежде всего оценить выгоды, издержки и риски тех субъектов, которых такое регулирование касается. С учётом того, что механизм ОРВ предполагает участие всех заинтересованных лиц — стейкхолдеров и широкого круга экспертов, можно сказать, что он наилучшим образом соответствует концепции нового государственного менеджмента в аспекте баланса общественной и экономической эффективности.

ОРВ в отечественной практике

По оценке Р. Хана, совокупные издержки от неэффективного государственного регулирования и принятия неэффективных решений варьируют в разных странах от 7 до 19 % ВВП [17]. В связи с этим предполагалось, что систематическое развёртывание ОРВ в России на федеральном, региональном, а затем и муниципальном уровне к 2016 г.3 позволит в крат-

2 Smart Regulation in the European Union: Commission Communication. Brussels, 2010. COM (2010) 543 final 8.10.2010. — URL: aei.pitt.edu/43035/1/com2010_0543.pdf

3 ОРВ внедрена в субъектах Российской Федерации с 2014 г., а в муниципальных образованиях с 1 января 2015 г. на основании Федерального закона от 2 июля

чайшие сроки создать механизм согласования общественных интересов по поводу повышения эффективности регулирования предпринимательской и инвестиционной деятельности и тем самым задействовать резервы повышения эффективности.

Однако существенное влияние на «коэффициент полезного действия» механизма ОРВ оказали местные условия его реализации. Существующий региональный опыт [7] реализации и тиражирования лучших практик ОРВ хотя и выглядит весьма оптимистично, тем более в сравнении с внедрением в регионах «управления по результатам» [5], но тем не менее ещё не достигает заявленной «проектной мощности» [14].

К примеру, технологической платформой ОРВ в настоящее время являются разрозненные интернет-сайты и порталы министерств, администраций муниципалитетов и др., что затрудняет не только исследование лучших практик ОРВ, но прежде всего ориентацию граждан и других заинтересованных лиц в данном процессе [1]. Данную проблему пока не в состоянии решить официальный информационный портал Департамента оценки регулирующего воздействия Минэкономразвития России (orv.gov.ru), поэтому на региональном уровне в ряде субъектов предпринимаются самостоятельные попытки (например, ar.gov6 6.ги^а1иаиоп).

В целом ОРВ, предполагающая основные положительные эффекты на уровне местных сообществ, пока себя в таком качестве не оправдывает [2], то есть, можно сказать, что как инструмент, заимствованный из западной практики и концепции нового публичного менеджмента, ОРВ хотя привлекательна, но неэффективна.

Роль ОРВ в принятии государственных управленческих решений

Что касается роли ОРВ в принятии государственных управленческих решений, то она носит вспомогательный характер, то есть не определяет и не заменяет основные этапы принятия решения, а скорее усиливает качество политической дискуссии и понимание регулируемой ситуации [8]. Другими словами, ОРВ лишь дополняет контекст принятия решения взвешенными эмпирическими данными. На этом основании в системе способов принятия регулирующего решения, по С. Якобсу [18], ОРВ

2013 г. № 176-ФЗ во исполнение Указа Президента РФ от 7 мая 2012 г. «Об основных направлениях совершенствования системы государственного управления».

относится к решениям на основе «эмпирических доказательств».

В целом государственное (публичное) управление и принятие государственно-управленческих (политических) решений становятся предметом целенаправленного изучения в начале XX в., начиная с работы А. Бентли «Процесс управления», 1908 г. [15], и затем изучаются в рамках политологии [22], политической экономии [16] и конституционной экономики [20].

Само по себе принятие государственно-управленческих (политических) решений — это сложный динамический процесс, связанный с сознательным регулированием общественных отношений и ресурсов со стороны государственных институтов. И теоретический анализ играет в нём незначительную роль по причине постоянного дефицита знаний, информации, ресурсов и времени, ограниченных возможностей человеческого интеллекта, а также перманентной неопределённости социальной среды, плохо поддающейся контролю [19].

Опираясь на потенциал концепции партиси-паторного управления (Дж. Вольф, К. Макфер-сон, Дж. Менсбридж) [11], полагающей широкое привлечение просвещённых граждан к государственному управленческому процессу, то есть децентрализацию последнего, смещение центра тяжести в сторону регионального уровня принятия решений и порядка самоуправления локальных сообществ граждан, а также общественный контроль над принятием важнейших государственных решений, мы видим основания для увязки этих приоритетов с принципами НГМ посредством инструментария и возможностей ОРВ по согласованию общественных и государственных интересов.

Кроме того, мы считаем, что помимо декларируемых возможностей, более широкий взгляд на реализацию ОРВ в рамках государственно-управленческого цикла позволяет усмотреть в данном механизме потенциал к формированию материала для политической повестки.

Место ОРВ в расширенном цикле государственного управления

Как известно, государственно-управленческий цикл принятия решений распадается на следующие основные этапы (рис. 1):

I. Определение приоритетных проблем и формирование политической повестки. На этом начальном этапе собирается, селектируется и анализируется предварительная информация, необходимая для принятия политического решения [4]. Дополнение данного этапа связями (на рис. 1 обозначены штриховой

Рис. 1. Расширенная реализация ОРВ для государственно-управленческого цикла принятия решений

линией) с расширенной реализацией ОРВ позволило бы отбирать приоритетные проблемы на основе изучения сформулированных и отработанных в процедуре интересов, запросов, требований отдельных индивидов, социальных групп, общественных объединений и групп интересов.

II. Разработка и рассмотрение альтернативных вариантов политического решения общественных проблем. Данный этап систематически дополняется традиционной реализацией механизма ОРВ.

III. Окончательный выбор, формулирование и легитимизация государственного управленческого решения. Это основной этап, технологически осуществляемый субъектами государственного управления.

IV. Реализация и проведение в политическую практику принятых государственных решений.

V. Контроль за ходом осуществления решения и обратная связь с его результатами. Это завершающий весь цикл принятия решения этап, который также, с необходимостью, дополняется реализацией механизма ОРВ и оценки фактического воздействия (ОФВ). На данные механизмы отчасти возлагаются функции рефлексии принятого решения, или (в канве НГМ) — функции контроля удовлетворённости клиента.

На рис. 2 показана обобщённая схема процедуры ОРВ проектов нормативных и правовых актов (НПА), в которой штриховыми линиями обведены потенциальные источники предложений и акцентов для политической повестки.

Если посмотреть на обозначенные узлы механизма ОРВ сквозь призму концепции НГМ, то в сущности они являются каналами трансляции интересов, информированных и участ-

I

Обсуждение идеи(концепции) предлагаемого правового регулирования

15-21 день

Государственный орган — разработчик

1. Размещение на официальном сайте уведомления об обсуждении идеи (концепции) предлагаемого правового регулирования.

2. Сбор и обработка предложений, поступивших в ходе обсуждения.

3. Составление сводки предложений с указанием сведений об их учёте или причинах отклонения, размещение сводки на официальном сайте.

4. Мотивированный выбор наилучшего способа решения обсуждаемой проблемы.

5. Принятие решения о подготовке проекта НПА либо об отказе от введения предлагаемого правового регулирования.

II

Разработка проекта НПА, формирование сводного отчёта

15-21 день

Государственный орган — разработчик

1. Подготовка проекта НПА.

2. Размещение на официальном сайте уведомления об обсуждении (публичных консультациях) проекта НПА.

3. Сбор и обработка предложений, поступивших в ходе обсуждения, с указанием сведений об их учёте или причинах отклонения, размещение сводки I на официальном сайте.

4. Корректировка проекта НПА на основе сводного отчёта по результатам публичных консультаций.

5. Направление проекта НПА и сводного отчёта для подготовки заключения по ОРВ.

7-21 день

Государственный орган — уполномоченный по ОРВ

1. Предварительное рассмотрение проекта НПА и сводного отчёта.

2. Подготовка заключения об ОРВ.

3. Направление заключения об ОРВ разработчику НПА и размещение его на официальном сайте.

Рис. 2. Потенциальные источники для управленческой повестки в механизме ОРВ

вующих в процессах управления, граждан (по аналогии с потребителями, трансформирующими потребности в рыночный спрос). Расширенная реализация механизма ОРВ с использованием этих каналов и формирование необходимых связей с постановкой повестки, по нашему мнению, позволят повысить адаптивность государственно-управленческого цикла к динамике политической обстановки и экономической ситуации.

Кроме того, рассмотренные каналы также являются источниками общественных инициатив, которые могут быть направлены по принадлежности сферы регулирования, рассматриваемого в процедуре ОРВ нормативного правового акта, тому или иному лицу, принимающему соответствующие решения. В данном случае общественную инициативу мы понимаем в трактовке указа Президента РФ как

«предложение гражданина России по вопросам социально-экономического развития страны, совершенствования государственного и муниципального управления»4.

Горизонтальная трансляция подобных инициатив предусмотрена самим механизмом ОРВ в режиме обмена «лучшими практиками регулирования». Но вертикальная трансляция таких инициатив, поскольку они заведомо ориентированы на конкретную проблему или последствия регулирования, должна работать по всей «вертикали власти» и независимо от того, учтена ли инициатива в итоговом регулировании. К сожалению, существующие

4 Указ Президента РФ от 4 марта 2013 г. № 183 «О рассмотрении общественных инициатив, направленных гражданами Российской Федерации с использованием интернет-ресурса «Российская общественная инициатива».

реализации ОРВ в регионах России вертикальной связностью не обладают, а горизонтальная связность не подкреплена фактическими мерами к своему стимулированию.

Во всяком случае использование для указанной цели сводок замечаний по ОРВ конкретных НПА представляется нам целесообразным и в большей степени соотносящимся с интересами конкретных стейкхолдеров, чем общественные инициативы, размещаемые на федеральном портале «Российская общественная инициатива».

Несмотря на то, что на сегодняшний день даже «лучшие практики» ОРВ в регионах России являются в сущности пустой политической формальностью и достигаемая эффективность не соответствует мировой практике, потенциал данного инструментария всё же заметен, а в рассматриваемом нами аспекте ОРВ может стать системным дополнением государственно-управленческого цикла и повысить институциональную эффективность местного и регионального управления.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Валько, Д. В. Институционализация общественного участия в государственном регулировании экономики в условиях информатизации / Д. В. Валько // Науч. тр. Вольн. экон. об-ва России. — 2016. — Т. 201. — С. 365—384.

2. Валько, Д. В. К вопросу о развёртывании ОРВ в муниципальных образованиях Челябинской и Свердловской областей / Д. В. Валько // Развитие территориальных социально-экономических систем: вопросы теории и практики : сб. науч. ст. XIV Междунар. науч.-практ. конф. молодых учёных. — Екатеринбург : Ин-т экономики УрО РАН, 2016. — С. 201—203.

3. Гусарова, М. В. Управление по результатам в системе государственного управления в России: подходы и результаты реформирования за последние 10 лет / М. В. Гусарова, М. А. Овчинникова // Вопр. гос. и муни-цип. упр. — 2014. — № 1. — С. 98—126.

4. Дегтярёв, А. А. Основы политической теории: процесс принятия государственных решений / А. А. Дегтярёв. — М. : Высш. шк., 1998. — С. 119.

5. Калгин, А. С. Управление по результатам на региональном уровне: контроль или результативность? / А. С. Калгин // Вопр. гос. и муницип. упр. — 2012. — № 3. — С. 35—60.

6. Калгин, А. С. Административная реформа и административные ценности: анализ реформ в русле Нового государственного управления / А. С. Калгин ; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М. : Изд. дом Высш. шк. экономики, 2014.

7. Колегов, В. В. Особенности институционализации оценки регулирующего воздействия на региональном уровне. Опыт внедрения в Москве / В. В. Колегов // Вопр. гос. и муницип. упр. — 2013. — № 2. — С. 141—164.

8. Колегов, В. В. Оценка регулирующего воздействия: опыт внедрения на региональном уровне / В. В. Колегов // Экон. наука соврем. России. — 2014. — № 1 (64). — С. 111—121.

9. Красильников, Д. Г. Современные западные управленческие модели: синтез New Public Management и Good Governance / Д. Г. Красильников, О. В. Сивинцева, Е. А. Троицкая // Ars Administrandi. — 2014. — № 2. — С. 45—62.

10. О стимулировании инклюзивного роста с помощью более совершенного регулирования: роль оценки регулирующего воздействия [Электронный ресурс] : 12-е собр. Комитета по регулятор. политике, 15—16 апр. 2015 г., Конференц-центр ОЭСР, Париж, Франция. G0V/RPC(2015)4. — URL: orv.gov.ru/Files/ GetFile?fileid=8bc3dcda-2a31—4950-ba7f-b8dfd84d8e64

11. Скакун, О. Ф. Теория государства и права / О. Ф. Скакун. — Харьков : Консум ; Ун-т внутр. дел, 2000. — 704 с.

12. Тютин, Д. В. Эволюция нового государственного управления: логика эффективности, результативности и менеджмента публичных ценностей / Д. В. Тютин // Теория и практика обществ. развития. — 2014. — № 5. — С. 179—181.

13. Монтэн, Ш.-А. Умное регулирование: глобальный вызов для лиц, принимающих решения [Электронный ресурс] / Ш.-А. Монтэн, 2012. — URL: montin.com/documents/SR1200%20_RUS.pdf

14. Шеломенцев, А. Г. Межрегиональный анализ и оценка уровня развития института оценки регулирующего воздействия в муниципальных образованиях УрФО / А. Г. Шеломенцев, С. В. Дорошенко, Д. В. Валько // Вестн. Уфим. гос. нефтяного техн. ун-та. Наука, образование, экономика. Сер. Экономика. — 2017. — № 2 (20).— С. 84—97.

15. Bentley, A. The Process of Government: A Study of Social Pressures / Bentley, A. — Classic Reprint, 1908.— Routledge, 1995. — 534 p.

16. Buchanan, J. M. Jr. The Sveriges Riksbank Prize in Economic Sciences / J. M. Buchanan Jr. — In Memory of Alfred Nobel. — 1986. — URL: nobelprize.org/nobel_prizes/economic-sciences/laureates/1986/press.html

17. Hahn, R. W. Reviewing Regulatory Reform: a Global Perspective / R. W. Hahn. — Washington : AEI-Brookings Joint Center for Regulatory Studies, 2000.

18. Jacobs, S. H. Regulatory Co-operation for an Interdependent World: issues for government / S. H. Jacobs ; OECD. Regulatory Co-operation for an Interdependent World. — Paris, 1994.

19. Lindblom, Ch. The Policy-Making Process / Ch. Lindblom, E. Woodhouse. — Prentice Hall, 1992. — 176 p.

20. McKenzie, R. Constitutional Economics: Containing the Economic Powers of Government / R. McKenzie. — Lexington : Mass, 1984. — 254 p.

21. Osborne, D. Reinventing Government: How the Entrepreneurial Spirit Is Transforming the Public Sector / D. Osborne, T. Gaebler. — N. Y. : Plume, 1993. — 432 p.

22. Truman, D. B. The Governmental Process. Political Interests and Public Opinion / D. B. Truman. — N. Y., 1951. — 576 p.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Валько Данила Валерьевич — кандидат экономических наук, заведующий лабораторией социально-экономических исследований Южно-Уральского института управления и экономики. Челябинск, Россия. valkodv@inueco.ru

REFERENCES

1. Val'ko D. V. Institutsionalizatsiya obshchestvennogo uchastiya v gosudarstvennom regulirovanii ekonomiki v usloviyakh informatizatsii [Institutionalization of public participation in the state regulation of the economy in the context of informatization]. Nauchnye trudy Vol'nogo ekonomicheskogo obshchestva Rossii [Scientific works of the Free Economic Society of Russia], 2016, vol. 201, pp. 365—384. (In Russ.).

2. Val'ko D.V. K voprosu o razvyortyvanii ORV v munitsipal'nykh obrazovaniyakh Chelyabinskoy i Sverdlovskoy oblastey [On the question of the deployment of ODS in the municipal formations of Chelyabinsk and Sverdlovsk regions]. Razvitie territorial'nykh sotsial'no-ekonomicheskikh sistem: voprosy teorii i praktiki [Development of territorial socio-economic systems: theory and practice]. Yekaterinburg, 2016. Pp. 201—203. (In Russ.).

3. Gusarova M.V., Ovchinnikova M.A. Upravleniye po rezul'tatam v sisteme gosudarstvennogo upravleniya v Rossii: podkhody i rezul'taty reformirovaniya za poslednie 10 let [Results Management in the Public Administration in Russia: Approaches and Results of Reform over the Last 10 Years]. Voprosy gosudarstvennogo i munitsipal'nogo upravleniya [Issues of state and municipal management], 2014, no. 1, pp. 98—126. (In Russ.).

4. Degtyaryov A.A. Osnovy politicheskoi teorii: Protsess prinyatiya gosudarstvennykh reshenii [Fundamentals of Political Theory: The Process of State Decision Making]. Moscow, 1998. (In Russ.).

5. Kalgin A.S. Upravleniye po rezul'tatam na regional'nom urovne: kontrol' ili rezul'tativnost'? [Results-based management at the regional level: control or effectiveness?]. Voprosy gosudarstvennogo i munitsipal'nogo upravleniya [Issues of state and municipal management], 2012, no. 3, pp. 35—60. (In Russ.).

6. Kalgin A.S. Administrativnaya reforma i administrativnye tsennosti: analiz reform v rusle Novogo gosudarstvenno-go upravleniya [Administrative reform and administrative values: analysis of reforms in the mainstream of the New Public Administration], preprint WP8/2014/05, HSE, 2014. (In Russ.).

7. Kolegov V.V. Osobennosti institutsionalizatsii otsenki reguliruyushchego vozdeistviya na regional'nom urovne. Opyt vnedreniya v Moskve [Features of the institutionalization of the assessment of regulatory impact at the regional level. Experience of implementation in Moscow]. Voprosy gosudarstvennogo i munitsipal'nogo upravleniya [Issues of state and municipal management], 2013, no. 2, pp. 141—164. (In Russ.).

8. Kolegov V.V. Otsenka reguliruyushchego vozdeistviya: opyt vnedreniya na regional'nom urovne [Regulatory impact assessment: implementation experience at the regional level]. Ekonomicheskaya nauka sovremennoyRossii [Economic science of modern Russia], 2014, no. 1 (64), pp. 111—121. (In Russ.).

9. Krasil'nikov D.G., Sivintseva O.V., Troitskaya E.A. Sovremennyye zapadnyye upravlencheskiye modeli: sintez New Public Management i Good Governance [Modern Western management models: the synthesis of New Public Management and Good Governance]. Ars Administrandi, 2014, no. 2, pp. 45—62. (In Russ.).

10. O stimulirovanii inklyuzivnogo rosta s pomoshch'yu bolee sovershennogo regulirovaniya: rol' otsenki reguliruyushchego vozdeistviya [On the promotion of inclusive growth through better regulation: the role of regulatory impact assessment]. Available at: orv.gov.ru/Files/GetFile?fileid=8bc3dcda-2a31—4950-ba7f-b8dfd84d8e64 (In Russ.).

11. Skakun O.F. Teoriya gosudarstva i prava [Theory of Government and Rights]. Khar'kov, 2000. 704 p. (In Russ.).

12. Tyutin D.V. Evolyutsiya novogo gosudarstvennogo upravleniya: logika effektivnosti, rezul'tativnosti

i menedzhmenta publichnykh tsennostey [Evolution of New Public Administration: The Logic of Efficiency, Efficiency and Management of Public Values]. Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya [Theory and practice of social development], 2014, no. 5, pp. 179-181. (In Russ.).

13. Monten S.-A. Umnoye regulirovaniye: global'nyy vyzov dlya lits, prinimayushchikh resheniya [Smart regulation: a global challenge for decision-makers]. 2012. Available at: montin.com/documents/SR1200%20_RUS.pdf (In Russ.).

14. Shelomentsev A.G., Doroshenko S.V., Val'ko D.V. Mezhregional'nyy analiz i otsenka urovnya razvitiya instituta otsenki reguliruyushchego vozdeistviya v munitsipal'nykh obrazovaniyakh UrFO [Interregional analysis and assessment of the development level of the Institute for Regulatory Impact Assessment in Municipalities of the Urals Federal District]. Vestnik Ufimskogo gosudarstvennogo neftHanogo tekhnicheskogo universiteta. Nauka, obrazovaniye, ekonomika. Seriya Ekonomika [Bulletin of the Ufa State Oil Technical University. Science, education, economics. Ser. Economy], 2017, no. 2(20), pp. 84-97. (In Russ.).

15. Bentley A. The Process of Government: A Study of Social Pressures (Classic Reprint, 1908). Routledge, 1995. 534 p.

16. Buchanan J.M. Jr. The Sveriges Riksbank Prize in Economic Sciences in Memory of Alfred Nobel, 1986. Available at: nobelprize.org/nobel_prizes/economic-sciences/laureates/1986/press.html

17. Hahn R.W. Reviewing Regulatory Reform: A Global Perspective. AEI-Brookings Joint Center for Regulatory Studies, Washington, 2000.

18. Jacobs S.H. Regulatory Co-operation for an Interdependent World: issues for government. OECD. Regulatory Co-operation for an Interdependent World, Paris, 1994.

19. Lindblom Ch., Woodhouse E. The Policy-Making Process. Prentice Hall, 1992. 176 p.

20. McKenzie R. Constitutional Economics: Containing the Economic Powers of Government. Lexington, Mass, 1984. 254 p.

21. Osborne D., Gaebler T. Reinventing Government: How the Entrepreneurial Spirit Is Transforming the Public Sector. N. Y., Plume, 1993. 432 p.

22. Truman D.B. The Governmental Process. Political Interests and Public Opinion. N. Y., 1951. 576 p.