Дополнения и уточнения к списку птиц Зиминско-Куйтунского степного участка (Восточная Сибирь)

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 1999, Экспресс-выпуск 86: 3-9

Дополнения и уточнения к списку птиц Зиминско-Куйтунского степного участка

Ю.И.Мельников

Управление по охране, контролю и регулированию использования охотничьих животных Иркутской области, ул. Тимирязева, д. 28, Иркутск, 664007, Россия

Поступила в редакцию 18 ноября 1999

Несмотря на то, что в результате длительных полевых исследований видовой состав птиц Зиминско-Куйтунского степного участка изучен достаточно полно (Фефелов 1997, 1999; Мельников 1999а,б), его всё же нельзя признать окончательным. Полевые наблюдения в последние годы (ранее собранные материалы подготовлены к печати в декабре 1997), позволили выявить в рассматриваемом районе ещё несколько видов, вероятно, расширяющих свой ареал. Резкие изменения в режиме хозяйствования, выражающиеся в изменениях антропогенной нагрузки и увеличении площади пустошей и залежей, также привели к росту численности ряда видов и, возможно, даже восстановлению популяций исчезнувших или почти исчезнувших из района птиц. Кроме того, в ранее опубликованные списки (Мельников 1999а,б) не были включены виды, достоверность присутствия которых требовала подтверждения. В настоящей работе приводятся материалы, уточняющие имеющиеся в литературе сведения. Порядок и названия видов приведены по Л.С.Степаняну (1990).

Gavia stellata. На Зиминско-Куйтунском участке ранее не отмечалась. Одну особь видели на Солнце-озере 15 мая 1998. Вероятнее всего, это была пролётная птица. О миграции краснозобых гагар вдоль Оки свидетельствуют опросы охотников из дер. Усть-Када, встречавших похожих птиц в районе Барлукского, Антоновского и Карасёвого озёр.

Aythya ferina. Красноголовый нырок на гнездовье и пролёте отмечался значительно реже лысухи. Можно сказать, что все его прежние встречи были единичными (Мельников 1998а, 1999а). Судя по новым данным (Фефелов, Хидекель 1999), в последние 20 лет его численность заметно увеличилась (обычный, но немногочисленный локально встречающийся вид). Необходимы дальнейшие наблюдения за продвижением этой утки на север и освоением ею новых участков Зиминско-Куйтунской лесостепи, хотя, в принципе, данный вид встречается на гнездовье значительно севернее рассматриваемой территории.

Buteo hemilasius. Ранее для Приангарья мохноногий курганник указывался Т.Н.Гагиной (1961) как залётный. В последние десятилетия он стал встречаться в лесостепных районах Предбайкалья. В 1996 доказано его гнездование по восточным участкам реликтовых степей региона (Попов 1997). Дальнейшие наблюдения показали, что мохноногий курганник, несмотря на низкую численность, встречается на многих участках Южного Предбайкалья (Попов 1997, 1999; Попов и др. 1998; Попов, Саловаров 1999; Рябцев 1996). В Зиминско-Куйтунской лесостепи этот вид впервые

отмечен нами 18 сентября 1999 в районе с. Бурук. Три птицы охотились в поле во время вспашки стерни после уборки зерновых. Это явно указывает на постепенное освоение видом лесостепных участков Предбайка-лья. Появление мохноногого курганника значительно севернее основной части его ареала, несомненно, связано с глобальными изменениями климата в сторону потепления на рубеже XX-XXI вв., что привело к заметным изменениям ареалов многих видов птиц (Мельников 19986).

Aquila heliaca. В начале XX в., когда территория осваивалась переселенцами с запада, могильник был здесь достаточно многочислен. В районе, описанном И.В.Фефеловым и В.В.Хидекель (1999), его плотность была по крайней мере в 3-4 раза выше. На это указывают результаты опросов местного населения, проведённых нами в 1950-1960-х. Причём сельские жители хорошо различали многих птиц, имевших народные названия. Например, степной орёл Aquila nipalensis, который сейчас встречается единично, был массовым видом и назывался "тарбазин". В этой связи заметим, что казаки из с. Барлук (одно из самых древних поселений в Иркутской обл.) рассказывали, что по словам их дедов здесь раньше обитали сурки (тарбаганы). Могильник по-прежнему гнездится на данной территории, хотя численность его невелика. Тем не менее, она выше указанной некоторыми авторами (Фефелов 1997; Фефелов, Хиде-кель 1999). В настоящее время нам достоверно известно о гнездовании ещё не менее 2 пар. Они обитают в непосредственной близости от района, обследованного цитируемыми авторами. Однако могильник встречается по всему Зиминско-Куйтунскому степному участку, что, вероятно, уазывает на обитание здесь ещё нескольких пар. Судя по характеру встреч (места, достаточно удалённые друг от друга), общая численность могильника в районе едва ли превышает 8-10 пар.

Falco rusticolus. Кречет встречается не только на пролёте, но и зимует. Численность в настоящее время заметно снизилась.

Falco columbarius. Редкий гнездящийся и пролётный вид района (Мельников 1999а). Однако, гнёзд дербника в Прибайкалье не находили, что ставит под сомнение сам факт его гнездования в регионе. В окрестностях с. Бурук во второй половине мая 1964 мы нашли гнездо дербника. Птицы занимали старое гнездо вороны Corvus corone на берёзе, расположенное на высоте 6-8 м. Стация гнездования — парковый крупноствольный берёзовый лес на пологом склоне небольшого распадка среди полей. Сокола вели себя очень агрессивно, атакуя наблюдателя при попытке приблизиться к дереву ближе 100 м. Это указывает на то, что они размножались, хотя само гнездо нами не осмотрено.

Lyrurus tetrix. До 1950-х тетерев был чрезвычайно многочислен. Из-за распашки целинных земель и химизации сельского хозяйства его численность резко сократилась. Около 30 лет она держалась на очень низком уровне (0.5-0.6 ос./ЮОО га). Лишь временами, при благоприятных условиях размножения, наблюдались кратковременные повышения численности. В настоящее время резко сокращено сельскохозяйственное производство, практически не используется химическая обработка посевного материала, резко возросла площадь залежных земель. Всё это, наряду с

климатическими изменениями, вызвало значительное увеличение численности тетерева в 1990-х. Сейчас она достигла 22 ос./ЮОО га и продолжает увеличиваться. В связи с этим необходимо обратить внимание на ещё один фактор. Ранее не вызывало сомнений, что в падении численности тетерева большую роль сыграло массовое использование охотниками малокалиберных винтовок (т.н. "тозовок", калибр 5.6). Между тем, этот способ охоты не прекращался всё время. Изменялась лишь суммарная добыча в соответствии с уровнем численности тетерева. Широко применяется охота "с подъезда" с использованием автотранспорта и в настоящее время. Однако несмотря на это, численность тетерева стала резко увеличиваться. Следовательно, данный фактор не имел ведущей роли в ограничении численности вида, хотя такой способ охоты, конечно, нельзя признать законным. Впрочем, в современной ситуации, при массовом распространением нарезного оружия, бороться с ним очень сложно.

Perdix dauuricae. Ранее бородатая куропатка была крайне многочисленна и практически не использовалась человеком. Её численность резко сократилась после 1965 года. Местами она исчезла полностью. Основными стациями переживания куропаток были посевы многолетних трав и, зимой, межи и заросли сорных трав у силосных ям и отработанных карьеров. Средняя плотность бородатых куропаток составляла здесь 6-8 ос/га (в среднем за многолетний период), но такие участки занимали лишь малую долю потенциально пригодной для обитания вида территории. В настоящее время численность бородатой куропатки начала восстанавливаться, но значительно медленнее, чем тетерева. Сейчас средняя плотность в наиболее оптимальных стациях не превышает 12-18 ос./ЮОО га. С учётом того, что бородатая куропатка никогда не была объектом массовой охоты, можно вполне определённо утверждать, что состояние её населения значительно больше зависит от факторов, связанных с интенсификацией сельского хозяйства. Низкие темпы восстановления численности при высокой плодовитости указывают на более глубокую депрессию популяций этого вида по сравнению с другими видами полевой дичи.

Coturnix cotunix. Ранее один из обычных видов. Уже ко времени начала наших работ численность перепела значительно сократилась (Мельников 1999а), и он встречался преимущественно в посевах многолетних трав. Был достаточно обычен на суходольных лугах в пойме Оки и по сенокосам на её островах (до 0.4 пары/га), причём встречался здесь только при отсутствии выпаса крупного рогатого скота. Известны встречи перепела и в посевах зерновых (Липин 1993; Дурнев и др. 1996), прилегающих к открытым поймам и лугам (до 0.02 пары/га). В настоящее время численность перепела несколько увеличилась. В типичных для него стациях плотность составляет 0.5 самца на 1 км2 (Фефелов 1998). В то же время на сухих сенокосных лугах по островам Оки она достигает 3-4 токующих самцов на 1 км2. Вполне очевидно, что рост численности вида связан с общей деградацией сельского хозяйства.

Coturnix japónica. В конце XX в. японский перепел стал встречаться в Южном Предбайкалье, местами достигая довольно высокой плотности (Попов и др. 1998; Фефелов 1998). В 1997-1998 он определённо гнездился

в восточной части Зиминско-Куйтунской степи у ст. Куйтун и с. Уян (Фефелов 1998). В августе 1998 мы обнаружили его на западной границе этой степи у пос. Уховский. Следовательно, вид распространён к западу значительно дальше, чем известно из современной литературы. На более восточных участках японский перепел, вероятно, встречается в подходящих стациях повсеместно. Так, в конце июля 1999 на маршруте длиной 10 км в окрестностях дер. Идыга (Эхирит-Булагатский нац. округ) мы слышали 4 самцов, а в 1998 перепел встречен в Талькинской пади у пос. Первомайский (Попов и др. 1998). Обзор встреч, сделанный И.В.Фе-феловым (1998), подтверждает мнение о широком распространении японского перепела в восточной части Южного Предбайкалья.

Gallínula chloropus. Во время подготовки списка птиц Зиминско-Куйтунской степи встречи камышницы здесь ещё не были известны. В 1998, в день открытия охоты, 2 молодые птицы встречены на зарастающем пруду у дер. Чеботариха. По свидетельству охотников, в августе 1997 здесь же видели выводок камышницы. В настоящее время это очень редкий, эпизодически гнездящийся вид северной лесостепи данного участка Предбайкалья (Мельников 1999в).

Fúlica atra. С 1950-х, когда нами были собраны первые сведения о птицах рассматриваемого района, лысуха встречалась крайне редко. Даже самым заядлым охотникам, всё своё время отдававшим любимому занятию, она не была известна. За весь период детальных исследований территории лысуха оставалась очень редкой. Рост численности вида, отмеченный в последнее время (Фефелов, Хидекель 1999) мог, таким образом, начаться с конца 1970-х-начала 1980-х, когда обследования проводились нами значительно реже.

Otis tarda dybowskii Taczanowski, 1874. По рассматриваемой территории проходит северная граница ареала исчезающего восточносибирского подвида дрофы. Данных о состоянии дрофы здесь в прошлом очень мало. Известно, что она гнездилась здесь повсеместно, в т.ч. и на самых северных "осколках" степи. По нашим опросным сведениям, собранным среди местного населения в 1950-1960-х, в конце XIX-начале XX вв. она гнездилась на самом западной участке реликтовых третичных степей монгольского типа (Зиминско-Куйтунская лесостепь) в окрестностях дер. Успенский-1 и Масляногорск (бассейн Оки). Дрофа была хорошо известна первым переселенцам, когда участки нетронутой степи занимали здесь большую площадь. В период наших опросов ещё встречались люди, подтверждающие её встречи. Она была хорошо известна казачьему населению. Казаки дер. Барлук (Куйтунский р-н), называвшие дрофу "птица-баран", нередко устраивали на неё специальные охоты. Отдельные дрофы до сих пор встречаются в регионе. Так, летом 1992 в Куйтунском р-не пастухи неоднократно встречали пару в урочище Тыкей. В сентябре браконьеры видели здесь 3 птицы. Возможно, что пара гнездилась и вырастила 1 птенца. Тот год отличался очень тёплой затяжной осенью, снег выпал только после 12 ноября. 13 ноября в урочище Майский ельник (окрестн. дер. Барлук) я встретил на поле следы кормящейся дрофы. Идя по следу, мне удалось вспугнуть крупного самца дрофы из небольшой

куртины соснового подроста по кроме поля. Больше дрофы нам не встречались. В предыдущие годы от пастухи рассказывали о добыче летом

2 птиц. Судя по описанию, это были дрофы. Следовательно, до сих пор отдельные особи залетают к прежней северной границе ареала и даже пытаются гнездиться. Это подтверждается и наблюдениями на сопредельных участках ареала дрофы в Южном Предбайкалье.

Scolopax rusticóla. В последние десятилетия численность вальдшнепа заметно увеличилась. В настоящее время это обычный, но немногочисленный гнездящийся и пролётный вид (Мельников 1999г).

Chlidonias niger. Гнездование достоверно установлено только для устья р. Иркут (Мельников 1989; Мельников, Пронкевич 1991). Несмотря на наблюдающийся в данном месте пролёт к северу, чёрная крачка пока нигде более не отмечалась. Однако при кратковременных экскурсиях в июле 1998 пару крачек видели на одном из прудов у дер. Тулюшка. Судя по поведению птиц, вполне вероятно, что они здесь гнездились. Хорошо было видно, как крачки ловили стрекоз в полёте и опускались в траву на дальнем конце пруда, где, скорее всего, находился выводок. Кроме того,

3 чёрных крачек встретили 7 июня 1999 на заросшем рогозом водоёме у г. Зима (Фефелов, Хидекель 1999).

Remiz pendulinus. Во время непродолжительных экскурсий летом и осенью 1998-1999 мы встретили пару и две небольшие стайки ремезов (возможно, выводки) в пойме Оки в районе дер. Усть-Кзда, в 12-15 км от места находки старого гнезда (Мельников 19996). Таким образом, можно достаточно уверенно говорить о ремезе как о редкой гнездящейся птице Зиминско-Куйтунской лесостепи.

Таким образом, с учётом дополнения списка 9 видами И.В.Фефе-ловым (1999), в настоящее время на Зиминско-Куйтунском степном участке зарегистрировано 287 видов птиц. В целом этот список на данный момент можно считать исчерпывающим. Основная волна расселения птиц, выселившихся в 1970-1980-х с территории Юго-Восточной Азии (Мельников 19986), уже закончилась. Мало вероятно, что следующее вселение будет столь же массовым, но при сохраняющейся тенденции потепления климата это вполне возможно.

Значительные выселения птиц из Юго-Восточной Азии обусловлены обширными и продолжительными засухами, имеющими катастрофический характер и повторяющимися примерно раз в 100 лет (Mel'nikov 1992, 1998). В результате многие массовые виды осели на гнездование в Прибайкалье и сейчас пытаются осваивать новые арены жизни. Несомненно, подобные выселения происходили и раньше. Поскольку такие явления очень редки, собранный во время последнего выселения материал очень ценен, поскольку позволяет проследить попытки закрепления видов на новых территориях.

В то же время постепенное расширение ареалов западных птиц к востоку (около 40 видов) может привести к появлению в регионе ещё новых видов. Прежде всего, это кулик-сорока Haematopus ostralegus (Мельников 1999д), а также птицы, встречающиеся на западных окраинах Иркут-

ской обл.: серая ворона Corvus cornix, камышевка-барсучок Arcocephalus schoenobaenus, болотная камышевка А. palustris, северная бормотушка Hip-polais caligata, садовая славка Sylvia borin, мухоловка-пеструшка Ficedula hypoleuca, луговой чекан Saxícola rubetra и коноплянка Acanthis cannabina. Тем более, что многие из названных видов встречаются сейчас значительно восточнее Зиминско-Куйтунской лесостепи, хотя там не отмечены. Не менее вероятны встречи и птиц, гнездящихся в настоящее время близ границ Иркутской обл. в Красноярском крае: лугового конька Anthus pratensis, жулана Lanius collurio, зарянки Erithacus rubecula и соловья Luscinia luscinia. Возможно появление и некоторых типично восточных видов.

Литература

Гагина Т.Н. 1961. Птицы Восточной Сибири (список и распространение) // Тр.

Баргузинского заповедника 3: 99-123. Дурнев Ю.А., Мельников Ю.И., Бояркин И.В. и др. 1996. Редкие и малоизученные позвоночные животные Предбайкалья: распространение, экология, охрана. Иркутск: 1-287.

Липин С.И. 1993. Перепел Coturnix coturnix Linnaeus, 1758 // Редкие животные

Иркутской области (наземные позвоночные). Иркутск: 142-143. Мельников Ю.И. 1989. Распространение и экология чёрной крачки на границе ареала в Восточной Сибири // Исследования по экологии и морфологии животных. Куйбышев: 46-55. Мельников Ю.И. 1998а. Динамика половой структуры и миграции пластинчатоклювых птиц в среднем течении р. Оки (Лено-Ангарское плато) // Тр. Бай-кало-Ленского заповедника 1: 78-84. Мельников Ю.И. 19986. Орнитологические находки в дельте реки Селенги

(Юго-Западное Забайкалье) // Орнитология 28: 104-107. Мельников Ю.И. 1999а. Птицы Зиминско-Куйтунского степного участка (Восточная Сибирь). Часть 1. Неворобьиные// Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 60: 3-14.

Мельников Ю.И. 19996. Птицы Зиминско-Куйтунского степного участка (Восточная Сибирь). Часть 2. Воробьиные // Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 61: 3-13.

Мельников Ю.И. 1999в. Новые данные о распространении камышницы Gallínula chloropus в Прибайкалье // Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 64: 3-6. Мельников Ю.И. 1999г. Современное состояние популяций вальдшнепа Scolopax

rusticóla в Восточной Сибири // Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 62: 9-14. Мельников Ю.И. 1999д. Кулик-сорока Haematopus ostralegus — новый вид орнитофауны Предбайкалья// Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 71: 16-18. Мельников Ю.И., Пронкевич В.В. 1991. Новые данные о границе ареала чёрной

крачки в Восточной Сибири// Орнитология 25: 164-165. Попов В.В. 1997. Редкие виды птиц лесостепи Иркутской области: сезон 1996 г. // Проблемы сохранения биологического разнообразия Южной Сибири (тез. докл.). Кемерово: 53-55.

Попов В.В. 1999. Мохноногий курганник Buteo hemilasius в Прибайкалье // Рус.

орнитол. журн. Экспресс-вып. 62: 15-17. Попов В.В., Саловаров В.О. 1999. Хищные птицы лесостепи Предбайкалья в послегнездовой период//Вестн. ИГСХА 14: 48-50.

Попов В.В., Саловаров В.О., Кузнецова Д.В. 1998. Интересные встречи птиц в лесостепи Иркутской области: сезон 1998 г.//Вестн. ИГСХА 13: 24-25.

Рябцев В.В. 1996. Мохноногий курганник // Редкие и малоизученные позвоночные животные Предбайкалъя: распространение, экология, охрана. Иркутск: 174.

Степанян JI.C. 1990. Конспект орнитологической фауны СССР. М.: 1-728.

Фефелов И.В. 1997. Редкие виды птиц в Куйтунском районе Иркутской области Ц Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 7: 7-10.

Фефелов И.В. 1998. Японский перепел Coturnix japónica в Предбайкалье // Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 50: 4-26.

Фефелов И.В. 1999. Дополнение к списку птиц Зиминско-Куйтунского степного участка (Восточная Сибирь) Ц Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 69: 3-5.

Фефелов И.В., Хидекель В.В. 1999. Находки некоторых редких и малоизученных птиц на Зиминско-Куйтунском степном участке (Восточная Сибирь) // Рус. орнитол. журн. Экспресс-вып. 76: 11-14.

Mel'nikov Yu.I. 1992. Population dynamics and changes of breeding range limits of waders in the arid zone of Central Asia // Migration and International Conservation of Waders. Odessa: 25-26.

Mel'nikov Yu.I. 1998. Population and range fluctuations of Asian Dowitcher Limno-dromus semipalmatus in the Central Asian arid zone Ц International Wader Studies 10: 351-357.

Ю OS

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 1999, Экспресс-выпуск 86: 9-11

О задерживающихся до поздней осени и редко зимующих птицах Байкало-Ленского заповедника

Н.М.Оловянникова

Байкало-Ленский заповедник, ул. Декабрьских событий, д. 47, Иркутск, 664026, Россия Поступила в редакцию 3 ноября 1999

На берегах Байкала на открытых степных участках и склонах Байкальского хребта, где снежный покров менее мощный или вовсе отсутствует, а морозы значительно слабее, остаются на зимовку некоторые птицы, в целом не характерные для зимней орнитофауны заповедника. В данном сообщении приведены наши наблюдения в 1988-1999 годах.

Milvus migrans. Чёрный коршун гнездится в заповеднике и обычен на пролёте. Зимой в Прибайкалье наблюдался 22 февраля 1998 в районе мыса Шартла, 23 февраля у мыса Тытери. 22 марта 1998 летящую птицу видели над заливом Покойники. 28 апреля 1998 коршуна видели на метеостанции Солнечная (мыс Покойники), потом коршун появился здесь в конце мая и всё лето и осень держался возле метеостанции.