Разнообразие как медиа социального

Коммуникация и динамика разнообразия

С.В. Клягин

РАЗНООБРАЗИЕ КАК МЕДИА СОЦИАЛЬНОГО

В статье рассматривается феномен медиа как возможность для сообщения между собой различных социально-культурных субъектов. Показано, что общественное разнообразие в качестве медиа может выступать важным фактором интеграции социального целого. Медиа и медиальность трактуются в качестве предпосылочных относительно социальных взаимодействий, особого рода «проводящих» сред, которые поддерживают социальные интеракции, в том числе и коммуникацию как практику, выраженную в информационно-смысловых обменах и возможности взаимопонимания в обществе. На этой, медиальной, основе могут создаваться мощные «скрепы» социальной реальности, полнота которой образуется внутри себя непрерывным согласованием разного.

Ключевые слова: медиа, медиальность, коммуникация, разнообразие, социальная реальность.

Динамика и содержание социально-культурного разнообразия изменяются под воздействием череды революционных сдвигов в производственных технологиях и в порождаемой ими информационно-коммуникативной сфере современного общества. Исследователями предлагаются различные определения происходящих под их влиянием общественных трансформаций, в том числе: «информационное общество», общество «коммуникативной революции» (Э. Гидденс), «многоканальное общество» (Э. Тоф-флер), «общество риска» (У. Бек). Эти и другие трактовки выражают неустранимую множественность методологических подходов

© С.В. Клягин, 2013

к пониманию сложности социальной реальности в нынешних исторических условиях.

Особенности современной техногенной цивилизации состоят и в том, что предметом дивергенции становится также сама возможность социокультурного разнообразия на фоне усиливающихся тенденций к унификации и стандартизации общественной жизни под воздействием глобализации и технологических факторов. В нынешних условиях дополнительными возможными оппозициями относительно феномена разнообразия становятся не только социальный морфологический монизм и тотальность, но также социально-культурная анемия и даже «никтойность», формируемые целым рядом факторов (массовизация, понижение уровня жизни, иждивенчество, клиентелизм и др.), воздействующих в настоящее время на социум.

С учетом сказанного видно, что актуальным является поиск адекватных идей и предложений о том, как реагировать на уникальную ситуацию, которую можно назвать своего рода «разнообразием разнообразия».

В современном обществе демаркация, (само)идентификация, интерпретации и регулирование социокультурного разнообразия преимущественным образом осуществляются в коммуникативном формате. Это означает, что необходимо принимать в расчет различные векторы межкультурной коммуникации, широкое распространение в жизни современного общества информационных и знаково-символических систем. Но не только. В широком содержательном формате коммуникативный аспект связан с признанием конституирующей, социально-конструктивной роли коммуникативных практик для социума в целом.

Примеров неуклонного повышения значимости практик коммуникации и коммуникативной методологии очень много1. Вместе с тем необходимо отметить возможность дополнения коммуникативного подхода в изучении социокультурного разнообразия за счет обращения к понятиям «медиа» и «медиальность». При этом следует обратить внимание на две основные эвристические возможности.

Первая из них связана с рассмотрением новейших средств коммуникации, и прежде всего массмедиа. Социокультурное разнообразие в возрастающей степени проявляется в современном мире именно на основе широкого использования технологических инноваций в средствах коммуникации, их комплексирования и интеграции. Более важно, однако, сосредоточиться на второй возмож-

ности, когда могут быть рассмотрены предпосылки осуществления коммуникации как особого рода феномена, в котором порождающим образом для социокультурного разнообразия открывается множественная, в том числе дискретная, онтология социальной реальности.

Перспективы реализации указанных возможностей обусловлены особенностями трактовок понятия «медиа». Их можно обобщить на основе достаточно подробной библиографической эмпирики, собранной в исследованиях ряда авторов.

В целом на социологическом уровне доминируют объектный (что есть?) и институциональный (как используется и работает?) аспекты в рассмотрении понятия «медиа». Однако для адекватного понимания медийности, что особенно показательно для непредметных, например социокультурных, сущностей, важно отказаться от вещно-инструментальных редукций в понимании медиа. Они проявляются, когда медиа непосредственно отождествляются со средствами массовой коммуникации2.

Более сложное понимание медиа связано с технократическим подходом к социальной коммуникации, с акцентом на исторической динамике технических средств коммуникации. В этом случае медиа отводится роль технических посредников (слова и жесты, сложные знаковые системы, телекоммуникации, компьютерные информационные инфраструктурные комплексы). Завершенное выражение такая точка зрения находит в концепции «медийного фундаментализма» (К. Вульф), где предполагается, что медиа становятся «первоисточником в производстве мира»3.

Дальнейшее проникновение в смыслы рассматриваемого понятия позволяет увидеть что медиа - это не только средство коммуникации, но одновременно также среда и посредник. Медиа, таким образом, всегда гибридно и потому интермедиально. Соответственно, появляется возможность для демаркации понятий, различения понятий «медиа» и «коммуникация». Актуальность коммуникации происходит от возможности, избытка процессуальности медиа. «Голос не просто говорит нечто, что имеет иную природу, чем он сам, скорее, тем, что он нечто показывает, голос, по сути, вносит вклад в "содержание" речи и одновременно превышает, выходит за пределы содержания речи» (К. Вульф)4.

Итак, специфика медиа в отличие от коммуникации на смысловом уровне выражается двумя аспектами: а) медиа создает основу для распространения, воспроизводства коммуникации; б) медиа есть всегда некая «метаобласть» для коммуникации, ее внутрен-

няя, предпосылающая сущность. Вот, например, как может проявляться медиа самой очевидной основы социальной коммуникации - языка: «В качестве образа надлежит ему смиренно превратиться в отображение, чтобы быть всей природой - отказаться от претензии ее познать»5.

Показанные характеристики медиа в социальной реальности осмысливаются в ряде концепций из области философии и теории социальной коммуникации. Основы для этого были созданы в первой трети XX в. в ходе реализации масштабных проектов общественно-производственной индустриализации и обнаружения нетривиальной подоплеки быстрого количественного роста и активной дифференциации социально-культурных интеракций. Еще в 1921 г. немецкий философ Фриц Хайдер, развивая идеи философии техники и философской антропологии в их приложении к осмыслению техногенных искусств, в эссе «Вещь и медиум» сформулировал ключевой вопрос для понимания медиа и роли этого феномена в понимании коммуникации: как происходит, что мы «через непосредственно данное можем узнать нечто Другое?»6. Материальная данность, которая осуществляет функции опосредования, обозначается Хайдером как медиум, опосредованная же данность - как вещь7. Эта концепция была воспринята позднее Н. Луманом, который разработал на ее основе теоретическую модель взаимодействия медиума и формы в актах коммуникации.

Луман приходит к идее медиа (медиума), разбираясь с тем, как возможна коммуникация в условиях ее уникальности и малове-роятности ситуации ее реализации в системном взаимодействии. Он делает предположение о том, что для коммуникации должны иметься предпосылки, «определяющие ожидания вероятности»8. Причем такие предпосылки представлены системой более высокого порядка относительно коммуникативной ситуации и, что важно отметить, обеспечивают в отличие от «точечной» природы коммуникативного взаимодействия перенос информации между системами, участвующими в коммуникации9. Должно быть нечто, что обеспечивает возможность коммуникации и позволяет ей длиться. Н. Луман утверждает: «Когда мы говорим о "медиа коммуникации", мы всегда имеем в виду оперативное использование дифференциации медиального субстрата и формы. Коммуникация возможна лишь как процессирование этой дифференциации»10. В качестве медиа (медиума) может проявляться любая среда или системное состояние. Медиум «циркулирует» в системе. Система в зависимости от степени свободы, «сцепленности» составляющих

ее элементов может находиться в состоянии медиума или формы. Формы же как структуры порядка «способны подсоединяться друг к другу как отдельные операции системы»11. Луман подробно описывает механизм взаимоперехода медиума и формы12. В общем плане можно утверждать, что коммуникация, а также конституируемые ею социальные определенности есть результат своего рода «пульсации» медиального субстрата, который непрерывно движется, как бы «дышит» сменой состояний медиума и формы.

Развернутая концепция «медиа» представлена также в работе современного французского социолога Р. Дебрэ «Введение в ме-диологию»13. Феномен медиа в этом труде рассматривается как необходимое дополнение к коммуникации, призванное обеспечить именно передачу информации и в конечном итоге социально-культурную преемственность, в которой формируются «узы коммунитарной филиации»14. Медиа и медиасферы взаимодействуют с коммуникацией, создают для нее предпосылки, сопровождают и поддерживают коммуникативные интеракции: «Коммуникация и передача являются регистрами, которые надо не сопоставлять, но координировать»15.

В инструментальной реализации коммуникативных практик без достаточного внимания к сфере медиа происходит свертывание горизонтов социального действия, история разбивается на эпизоды, жизнь человека хаотизируется в отдельных ситуациях спорадической социальной активности. «В инверсии целого и части, или в подчинении длительному эфемерному, можно видеть признак подлинного кризиса цивилизации - а это официальное имя кризисов передачи»16.

В подробной характеристике медиа, представленной в труде Р. Дебрэ, могут быть выделены признаки медиа, существенные для понимания роли этого феномена в сохранении в обществе социально-культурного разнообразия.

Во-первых, Р. Дебрэ подчеркивает необходимость дополнения использования того или иного средства коммуникации социальными институтами и инфраструктурами. Коммуникация возможна только в организованной материи. Во-вторых, в медиа важна функция передачи (transmission), которая представляет собой «взаимодействие организованной материи и материализованной организации» (социального или технического устройства, инструмента и института)17. Так, например, алфавит и письменность для раскрытия и сохранения своего социального потенциала должны поддерживаться усилиями школы, системы образования,

хранением и распространением письменных текстов. В отличие от коммуникации, которая ориентирована на пространственный охват, медиа и медиасферы ориентированы во времени, формируют социальные сети, структуры и процессы, длинные схемы социально-культурного взаимодействия. В концепции медиологии отмечается значимость организационного оформления передачи как основы социально-культурной преемственности: «...передавать означает организовывать, а организовывать - волей-неволей создавать иерархию»18. В-третьих, для медиа как передачи имеет принципиальную значимость проясняющее, согласующее и «прочитывающее» развертывание преемственности в пространстве-времени субординированных социальных форм, в которых к тому же представлено символическое измерение: «Чтобы вступить в коммуникацию, достаточно заинтересоваться. Чтобы должным образом передавать, необходимо преобразовывать, а то и преоб-ражать»19. Развивая и всесторонне обсуждая в дальнейшем эту мысль, Р. Дебрэ, соглашаясь с позицией Э. Гуссерля, использует для характеристики медиасферы такой емкий образ, как «коалиция медиумов», а также «объект, наделенный духом»20.

Проекция темы коммуникативных практик и опосредующих их сфер медиа на рассмотрение социально-культурного разнообразия достаточно актуальна в современных условиях. С одной стороны, «луженая глотка коммуникации» (Р. Дебрэ) способствует детализации, дроблению социальной реальности. С другой стороны, очевидные обстоятельства массовизации и стандартизации информации об интересах и позициях различных социально-культурных субъектов заставляют задуматься о природе и перспективах видимой множественности социальной реальности21. Наряду с расширением технологических возможностей для самовыражения различных социально-культурных общностей в настоящее время происходит концентрация мощи (политической, экономической, военной) в нескольких основных мировых центрах влияния. Коммуникация порождает социальное и культурное разнообразие, но не сохраняет и не продолжает его.

Таким образом, понимание разнообразия в современном мире предполагает именно широкую трактовку феномена и практик социальной коммуникации, их предпосылок, опосредований и последствий. В феноменах медиа и медиальности обнаруживается та область «дальнодействия», которая предшествует не только материально-вещественным социальным интеракциям, но и коммуникации как более «тонкому» относительно них

механизму информационно-смыслового взаимодействия. Медиа разнообразия «погружено» в конгломерат этих разноуровневых взаимодействий, порождается, сохраняется и устраняется ими. Декларации и описания разнообразия сами по себе являются важным сообщением, отправляемым социальными субъектами во внешнюю среду и используемыми для оправдания собственной идентичности и жизненной судьбы. Через разнообразие создается потенциал социальной сообщительности. В нем обнаруживается мощность объединяющей социум энергии, ибо действенное сосуществование инакового гораздо более показательно для общественной связности, чем компоновка пассивных социальных одинаковостей.

Трактовка разнообразия в качестве медиа социального включает в себя все основные характеристики, уже показанные в представленном кратком обзоре содержания понятий «медиа» и «медийность».

Основываясь на содержании этих характеристик, отметим, что медиа разнообразия может рассматриваться как комплексное средство социальной коммуникации, с помощью которого распространяется определенное сообщение о специфике и состоянии социокультурной общности. Коммуникативное средство и сообщение функционально сочетаются с «поддерживающей» их институциональной и социально-организационной средой. Медиальная устойчивость медиа, как бы напряжение его действенности, создается разностью потенциалов в упорядочении социально-коммуникативной среды, циклическим взаимодействием медиального субстрата (медиума) и формы. Сочетание в формате единого медиасредства и такой, «проводящей», среды коммуникации обеспечивает не только восприятие, но и сохранение, социальное «укоренение» сообщений, т. е. их социально-культурную преемственность, передачу. В формате медиа разнообразия эта преемственность осуществляется во взаимодействии между иерархизированными, связанными неслучайной субординацией социально-культурными образованиями, причем с учетом как предметного, фактуального, так и знаково-символического аспектов этого взаимодействия.

Такова в общем плане модель разнообразия как медиа социального.

Обратимся далее к прикладному содержанию феномена медиа относительно диверсифицированных социокультурных областей и общностей. Медиа разнообразия в общем плане зависит от того,

как может трактоваться феномен разнообразия в жизни человека и общества.

Демаркация этого общественного состояния и социального качества проводится обычно по различным основаниям: системно-организационному, синергетическому, культурологическому, социально-антропологическому, социологическому и др. Эти основания могут соответствовать определенным объектным областям социума, а также концептуальным, в том числе научно-дисциплинарным, ракурсам в их рассмотрении.

В характеристике содержания социокультурной множественности, ее места и роли в общественной жизни важно обратить внимание на то, что разнообразие является важнейшим диагностическим признаком уровня развития социально-культурной общности (системы) и ценностью, культивируемой и транслируемой в этой системе. Такой подход является общим философским, и его смысл может быть проиллюстрирован в качестве одного из возможных примеров проницательными суждениями К.Н. Леонтьева, который еще в XIX в. заметил, что «...высшая точка развития не только в органических телах, но и вообще в органических явлениях, есть высшая степень сложности, объединенная внутренним деспотическим единством»22.

В самом процессе развития К. Леонтьев выделял три основных периода, вполне вписывающихся и в современные виталистские метафоры социальных процессов, которые отличаются чертами: «1) первичной простоты, 2) цветущей сложности, 3) вторичного смесительного упрощения». Причем мыслитель подчеркивал именно универсальность этого закона, которому подчинены и государственные организмы, и целые культуры мира, и жизнь человеческих сообществ вплоть вообще до всего существующего23.

Исторический опыт и актуальные социальные траектории разнообразия позволяют наметить два основных стратегических вектора для формирования медиального компонента этого феномена.

Первая стратегия, назовем ее стратегией социального плюрализма, ориентирована на вариативность, сложность общественной жизни как некий идеал и желаемый принцип общественно-политического обустройства социума. Сообщением, которое транслируется в таким образом трактуемом медиа разнообразия, является множественность разного, основанная на равенстве образующих ее элементов. При этом равенство может проявляться даже в признании и утверждении уникальности частного, индивидуального как базового правила уравнивающего порядка. Распространение

и внедрение сообщений социального плюрализма поддерживается развитой институциональной средой (провозглашение разделения властей, равенства всех перед законом, признание неприкосновенности частной собственности) и информационно-коммуникативной инфраструктурой (наличие разветвленной системы СМИ, гомогенизирующих и направляющих распространения сообщений плюрализма). Медиальным субстратом как предпосылающей, проводящей средой для передачи такого сообщения является одинаковость, воспроизводимая совокупность единичного, самоподобного и самодостаточного своей инаковостью как таковой. Формой же, «сгустком» сообщительности, а также базой для создания и передачи сообщений в формате медиа социального плюрализма является разность, дробность как основа для индуктивного, идущего «снизу вверх» собирания и воспроизводства социальной общности. Преемственная социокультурная передача как результат действия медиа плюрализма осуществляется в пространстве однородной множественности, на обеспечение транспарентности, «прозрачности» которого и направляется соответствующая социально-институциональная активность. Механизмы трансляции медиа социального плюрализма основаны на использовании преимущественно смежных, «горизонтальных» социальных дискурсов, рационально нормированных и/или стандартизированных коммуникативными практиками социальных конвенций и компромиссов.

Вторая стратегия, назовем ее стратегией общественного разнообразия, ориентирована на формирование, сохранение и развитие органически целого ансамбля социально-культурных различий. Сообщением в таком медиа разнообразия является родственная слаженность в сосуществовании и взаимном обогащении социокультурных разностей, возможность развития и роста различного в рамках единого целого. Многоканальный, «пакетный» и сетевой, способ распространения такого сложного сообщения обеспечивает уже не просто среда, живая социальная телесность, «пористое» органическое пространство, пронизанное множеством социально-информационных сосудов-капилляров. Медиальной основой для передачи и укоренения такого сообщения является уже не разделение, но именно единство в полноте своего разнообразия. Формой же, обеспечивающей создание и «стыковку» отдельных сообщений в преемственной сообщительности, выступает сопряженная близость, которая обнаруживается в соединении неслучайных различий, причастных к явленности разного как отличного, т. е. сочетанных и со-чин-енных ликов, аспектов единого объеди-

няющего смысла-образа. Социокультурная преемственность, передача в медиа общественного разнообразия, является не только имущественно социальной, но преимущественно конфессиональной. Основным фактором социокультурной преемственности становится возрастание в уподоблении определенному образу мировоззренческих ценностей культуры. На уровне общинности это проявляется в повседневном труде осознания и принятия другого, а потом и себя как другого. Каждый такой акт является символическим событием, «ступенькой» смиренного и постепенного возвышения для человека и участвующих в общественной жизни общностей-ансамблей. Такое действие становится не только достижением, но и достоянием, результатом внутренней работы, в которой отдельное и частное восхищаются, т.е. возвышаются в становящейся полноте, в отличное и причастное. Разнообразие открывается как осуществовавшаяся временным человечеством вечность, расцвеченная в многообразии общественного совместного строительства взаимодействием культур и людей от-важных.

В завершение предложенных рассуждений важно отметить, что в разнообразии как медиа социального находит выражение большая вариативность практических интерпретаций обозначенных стратегий медиативного подхода к процессам социальной дивергенции. Причем ни одну из обозначенных стратегий нельзя отнести и к определенному общественно-политическому или идеологическому лагерю. Для характеристики отличий между указанными стратегиями может быть предложен целый список разграничительных линий. К ним могут относиться такие содержательные оппозиции, как номинализм-реализм, светское-сакральное, собирание единичного - воплощение единого, одинаковое-подобное, равное-родственное, отрытое-откровенное, познание-исповедание, дробность-изоморфизм, технология-традиция, цивилизация-культура. Соответственно, предложенная модель медиа разнообразия может содержательно наполняться по разным основаниям. И очевидно, что большинство указанных разграничений с уже сложившимися, привычными демаркациями социального плюрализма могут не совпадать. Важно подчеркнуть именно множественность, многообразие возможных интерпретаций социального многообразия в качестве медиа социального.

Примечания

1 Вопросам жизни современных обществ в условиях роста социально-культурного разнообразия были посвящены конференции Европейской коммуникативной и образовательной ассоциации (ECREA, http://www.ecrea. eu): «Коммуникативная политика и культура в Европе» (Барселона, 2008); «Транскультурная коммуникация - межкультурные сопоставления» (Гамбург, 2010).

2 Федоров А.В. Терминология медиаобразования // Искусство и образование. 2000. C. 33; Кириллова Н.Б. Медиакультура: от модерна к постмодерну. М.: Академический проект, 2005. C. 19.

3 Вульф К. Антропология: История, культура, философия. СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 2007. C. 156.

4 Там же. C. 156-159.

5 Хоркхаймер М. Диалектика просвещения: философские фрагменты. СПб.: Медиум, Ювента, 1997. C. 32.

6 Цит. по: Кузнецова Е.И. Медиакультура в коммуникативном пространстве цивилизация. Н. Новгород: Изд-во Нижегородского гос. ун-та, 2008. C. 33.

7 Для исследовательской перспективы необходимо отметить потенциал в интерпретации медиа, который содержится в бытийной сообщительной онтологии вещи, что концептуально представлено М. Хайдеггером в его широко известной статье «Вещь».

8 Луман Н. Медиа коммуникации. М.: Логос, 2005. C. 7.

9 Там же. C. 8, 11.

10 Там же. C. 11.

11 Там же. C. 16.

12 Там же. C. 7-21.

13 Дебрэ Р. Введение в медиологию. М.: Праксис, 2009.

14 Там же. С. 19.

15 Там же. С. 32.

16 Там же. С. 21.

17 Там же.

18 Там же. С. 27.

19 Там же. С. 29.

20 Там же. С. 71.

21 См., например: Бергер П. Многоликая глобализация: Культурное разнообразие в современном мире. М.: Аспект Пресс, 2004.

22 Леонтьев К.Н. Византизм и славянство // Храм и Церковь. М., 2003. C. 75.

23 Там же.