Коммуникативные приёмы положительной оценки в телеконкурсах (на материале вокального шоу «Голос»)

УДК 81'27 DOI 10.17238^п1998-5320.2016.23.29

А. С. Герасимова, О. С. Иссерс, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

КОММУНИКАТИВНЫЕ ПРИЁМЫ ПОЛОЖИТЕЛЬНОЙ ОЦЕНКИ В ТЕЛЕКОНКУРСАХ

Статья посвящена коммуникативно-прагматическому аспекту речевого взаимодействия в СМИ. Для понимания особенностей коммуникативного поведения в современном теледискурсе актуальна задача описания наиболее типичных речевых средств носителей языка в стереотипных ситуациях, одной из которых становится ситуация оценивания. В данной статье рассматриваются тактические приёмы при положительном оценивании в телешоу.

Ключевые слова: телевизионный дискурс, модель коммуникативного поведения, стратегия оценивания, тактический приём.

Речевое общение является процессом социального взаимодействия, благодаря которому коммуниканты при использовании конкретных видов речи осуществляют свои стратегические и тактические действия. Успешность речевого взаимодействия определяется достижением говорящим своих стратегических целей, а также минимизацией конфликтогенных факторов при общении, что можно отнести к задачам тактического порядка. Для того чтобы выполнились оба условия, говорящий вынужден планировать своё коммуникативное поведение (более широкий термин в отличие от термина «речевое поведение», предложенный И. А. Стерниным [8]). Для человека, привыкшего рефлексировать по поводу собственной речи, стратегическое и тактическое прогнозирование своих высказываний - вполне естественный процесс. Особое значение осознанные навыки речевого поведения приобретают в условиях публичной коммуникации, где цена речевой либо коммуникативной ошибки гораздо выше, чем в межличностном общении.

Для понимания особенностей национального коммуникативного поведения актуальна задача описания наиболее типичных стратегий и тактик носителей языка в стереотипных ситуациях общения. Анализом русского коммуникативного поведения занимались многие исследователи: И. Н. Борисова, Е. М. Верещагин, В. З. Демьянков, О. С. Иссерс, Е. В. Клюев, С. А. Сухих, Т. Е. Янко [1-3, 5-7, 9, 12]. Однако, несмотря на обширную литературу, в современных дискурсивных практиках обнаруживаются новые модели речевого поведения, требующие научного осмысления. К их числу относятся стратегии и тактики публичного оценивания, востребованные в развлекательных жанрах телевидения - конкурсах, шоу и т. п.

В настоящей работе мы попытаемся определить наиболее типичные тактики одобрения и согласия в рамках стратегии конкурсного оценивания. Такой коммуникативный сюжет, регулярно встречающийся в различного рода телеконкурсах, обусловлен ситуацией выбора участников для дальнейших соревнований. Как правило, он, в отличие от отказа, не является конфликтогенным, однако также может привести к коммуникативной неудаче (см. подробнее в работах О. П. Ермаковой, Е. А. Земской, А. Мустайоки, Е. С. Olsina, Б. Verdonik [4, 13-15]), так как потенциально содержит определённый риск для имиджа членов жюри и предполагает обозначение «положительного полюса» на шкале оценки. При решении подобных коммуникативных задач всегда важно остаться искренним и не преувеличить степень похвалы.

Эмпирической базой для исследования послужили 40 речевых ситуаций, отобранных из телевизионного эфира вокального телепроекта «Голос» (1-3 сезоны), в которых певцу разрешается дальнейшее участие в конкурсе. Единицей анализа считается отдельное высказывание члена жюри телешоу, содержащее оценочный компонент.

Любое творческое телешоу («Фабрика звёзд», «Минута славы», «Танцуй» и др.) строится на концепции программы, в которую входит распределение социальных и сценарных ролей её участников. Не является исключением и вокальный телепроект «Голос», где атмосфера концерта и постановки номеров диктует правила двух миров: сцены и закулисья, за порядком которых наблюдают члены жюри - популярные артисты и деятели искусств России (в первых трёх сезонах в него входили А. Градский, Л. Агутин, Пелагея Ханова (псевдоним Пелагея), Д. Билан). Каждый из них предстаёт

в своём амплуа - в зависимости от пола и возраста, профессионального опыта и, что более актуально для нас, речевого поведения.

Особенностями коммуникативных условий в вокальном телепроекте «Голос» являются публичность оценивания и тот факт, что любое оценочное суждение, произнесённое в студии, рассчитано на двойного адресата - участника шоу и массового зрителя у экрана телевизора. Таким образом, выражая своё оценочное мнение, членам жюри надо быть одновременно искренними, чтобы аудитория в зале и у экранов телевизоров поверила в их профессионализм. Поэтому все члены жюри телешоу предстают не столько в образе беспристрастных критиков, сколько в роли наставников, способных помочь ученикам в их творческом росте. Отсюда возникает и большая значимость оценочных суждений как высказываний наставнического, психологического, эстетического характера, что в целом определяет специфику речевого поведения членов жюри.

Ситуация «одобрения и согласия» предполагает, что наставники довольны исполнением участника и готовы работать с ним дальше, поэтому членам жюри ничего не остаётся, как восхититься исполнением, отметить удачные моменты, прокомментировать отличные вокальные данные. По результатам наших наблюдений установлено, что стратегия оценивания в ситуации «одобрения и согласия» включает следующий набор тактик:

1) тактика восхищения;

2) тактика похвалы;

3) тактика комплимента;

4) тактика самооправдания;

5) тактика самопрезентации;

6) тактика уговора;

7) тактика удивления.

Помимо основных тактик рассматриваемая коммуникативная ситуация обслуживается сопутствующими тактическими приёмами (коммуникативными ходами). Например, базовая тактика восхищения реализуется как самостоятельно, так и посредством подкрепляющей её сопутствующей тактики «Нет слов...», которая подчёркивает неоспоримость прекрасных вокальных данных. Тактика комплимента дополняется сопутствующей тактикой «Он похож на N», когда наставники сравнивают исполнение участника с исполнением этого же произведения известным артистом или же апеллируют к внешности звезды. Список сопутствующих тактик остаётся открытым в силу того, что каждая новая речевая ситуация будет предполагать возникновение новых коммуникативных шагов, позволяющих реализовать прагматический потенциал оценочных высказываний. В наши задачи входит рассмотреть базовые тактические приёмы стратегии оценивания в рамках творческого телешоу.

Тактики восхищения, похвалы и комплимента относятся к эмоционально настраивающим тактикам. Все они чем-то схожи между собой, так как их основная коммуникативная цель в любом творческом телепроекте - отметить высокое качество выступления и тем самым вызвать симпатию, расположить к себе не только участника, но и телезрителя. Семантическим ядром данной группы становится крайний полюс положительной оценки - «отлично» / «хорошо». Не всегда можно однозначно дифференцировать тип тактического приёма, однако во многих случаях это можно сделать, ориентируясь на набор лексических средств. В частности, тактика восхищения чаще всего ограничивается оценочными словами «браво», «здорово», «потрясающе», «восхитительно», «класс», «я в восхищении»; междометиями «у-у-у», «а-а-а», «о-о-о», «а-е-е-е», «вау», «ух». Большую роль для этой тактики играет просодическая сторона высказывания - интонация. В ситуации «одобрения и согласия» данная тактика помогает открывать оценочное суждение:

1) Д. Билан: У-у-у-у! У-ху-у-у!

Л. Агутин: Круто это было! Здрасте! Как Вас зовут? Откуда Вы?

2) Пелагея: Вау! Ага!

Д. Билан: Здравствуйте!

3) Л. Агутин: Браво!

Д. Билан: Мне так радостно, потому что Вам радостно!

В контексте всего диалога базовая тактика восхищения, как уже упоминалось ранее, дополняется сопутствующей тактикой «Нет слов», а также тактикой «Обязан был повернуться» или тактикой «Всё ясно». Обратимся к примерам:

1) А. Градский: У-у-у! Так, всё, у нас «no words». Давай, иди целоваться (Смеётся.). Ещё какой экземпляр!

Пелагея: Я счастлива! Всё!

Л. Агутин: Замечательная, очаровательная, потрясающая!

А. Градский: Не фиг говорить!

2) Л. Агутин: Честно говоря, да, я-то 14 уже набрал. Но я просто не мог этого не сделать.

3) Л. Агутин: Знаете, Артур, довольно сложно говорить, когда не о чем говорить. Когда всё сказано пением.

4) Д. Билан: Вы знаете, я в качестве проформы, как будто бы может показаться, скажу. Просто благодаря Вашему исполнению было понятно, что Вы ещё можете, как Вы это можете и насколько здорово. Я это всё почувствовал, поэтому не повернуться не мог, - это было бы нечестно.

Последний пример очень ярко демонстрирует динамичную смену сопутствующих тактик: тактика «Нет слов» плавно перетекает в тактику имплицитного уговора - наставник «был бы счастлив» иметь такого участника в своей команде. Дополнительная тактика «Всё ясно» сменяется коммуникативным ходом «Обязан был повернуться», что обеспечивает удачное завершение диалога. Фраза «Это было бы нечестно» апеллирует к искренности мнения наставника, а также усиливает восхищение.

Главное отличие тактики похвалы от тактики восхищения и комплимента заключается в том, что для первой положительная оценка является основной целью. Комплимент и восхищение - удачный способ сообщить о добрых чувствах, благорасположении. Это легко заметить на примерах:

1) Пелагея: Я присоединюсь к Александру Борисовичу. При этом хочу похвалить как раз вот очень интеллигентное начало, очень аккуратненько всё, очень хорошо. И Вы прям статуэточка такая. Вас бы вручить!

2) А. Градский: Я понятия не имел, кто поёт. В этом репертуаре я же не слышал тебя. Я не догадался и нажал, потому что здорово спела. С нужной сипотцой. Ну всё на месте! [...] Лика, выглядишь - просто королева! Королева!

Различия между восхищением, комплиментом и похвалой обнаруживаются ещё и в том, что похвала предполагает оценку качеств, навыков, умений, знаний, таланта адресата. Таким образом, в область диктума включается само исполнение музыкального материала участником, проявленное в условиях телепроекта. Чтобы получить похвалу, необходимо профессионально спеть, проявить себя с положительной стороны.

В контексте телешоу тактика комплимента зачастую дополняется сопутствующей тактикой «Он похож на К» (комплимент через сравнение). Цель данного коммуникативного хода - создание желательных для говорящего ассоциаций, сравнений. Это позволяет перенести позитивную оценку из одной когнитивной области в другую, автоматически приписать достоинства какого-либо известного человека данному конкретному участнику:

1) А. Градский: Ленька, поздравляю! Девка замечательная!

Пелагея: Бриджит Бардо к нам зашла.

2) А. Градский: Ты молодец! Молодец! Умница!

Д. Билан: Вы, конечно, вылитый Дмитрий Хворостовский.

Сравнение конкурсанта может основываться не только на отсылке к реально существующим личностям, но и на метафорическом переосмыслении образа человека. Когнитивное свойство метафоры известно ещё со второй половины XX в. [10]. В комплименте через перенос значения с одного объекта на другой, сходный каким-либо образом с первым, происходит модальная характеристика последнего:

1) Пелагея: Я думаю, что Вы разносторонний человек, такой печальный светлый рыцарь, знаете. И такая какая-то светлая была грусть в Вашем голосе, потому что это очень сложная эмоция, которую очень сложно передать.

2) Пелагея: Мне очень нравятся низкие женские голоса. Я люблю, когда девочки низко разговаривают, низко поют - это настоящее «мясо», вот это вот хорошее, оно у тебя есть.

Д. Билан: Ты говоришь «мясо». Ты посмотри, какая на самом деле невероятная, прекрасная, красивая барышня! Лишнего мяса я не вижу.

Последний пример интересен ещё и тем, что здесь происходит языковая игра, основанная на полисемии: в музыкальном сленге «мясо» означает низкий, приятый, бархатистый грудной тембр. В контексте «лишнего мяса я не вижу» наставник, употребляя слово в прямом значении, акцентирует внимание на стройной фигуре конкурсантки.

Нередко тактики восхищения, похвалы и комплимента используются совместно с тактикой оправдания для того, чтобы сгладить неловкий момент недооценки таланта участника. Конечно, тактика

оправдания более подходит для ситуации «отказа», однако в ситуации «одобрения и согласия» возникают такие моменты, когда наставник не готов взять исполнителя в свою команду. У каждого члена жюри есть на это свои причины, поэтому каждый пытается оправдаться, объяснить, почему хорошее исполнение осталось без должного внимания.

1) Л. Агутин: Александра, у меня горит позорная красная дорожка передо мной, поэтому, казалось бы, я и слова-то не имею права молвить. Но вынужден сказать, что у меня просто технически так получилось, что я не мог уже нажимать кнопку, но я бы это сделал, наверно, уже на третьей Вашей фразе, потому что это просто восхитительно!

2) Пелагея: Я на самом деле не развернулась, просто потому что не стала уж тут мешать. Тут три мэтра, которые знают, мне кажется, что с тобой делать вообще.

В первом примере тактика восхищения завершает высказывание, тем самым подчёркивает безукоризненность исполнения. Если бы не технические причины, наставник обязательно бы нажал кнопку. Интересно то, что достаточно часто члены жюри не поворачиваются к участнику только потому, что считают его более подходящим для команды партнёра. Отсюда рождается вспомогательный коммуникативный ход «Передаю партнёру». Второй пример ярко демонстрирует данную тактику. На наш взгляд, это очень выигрышный вариант ведения беседы, так как даёт возможность не указывать на недостатки исполнения (если таковые есть).

Если члены жюри всё же считают нужным прокомментировать отрицательные стороны выступления участника, то они стараются подкреплять своё мнение объективными аргументами или дать некоторые советы, как исправить неудачные моменты. Такие коммуникативные ходы (дополнительная тактика «поиск недостатков», дополнительная тактика «совет») становятся также вполне эффективными в тактике самооправдания, потому что они помогают не просто извиниться или сгладить ситуацию, а объясняют действия члена жюри. Кроме того, подобные замечания не звучат обидной критикой (ведь участник всё равно попадает в проект), а наоборот, становятся приятным дополнением, пожеланием:

1) Пелагея: Я категорически, к сожалению, можно скажу, не согласна с тем, как Вы работаете со словом. Вот это чисто моё мнение. Я бы спела все слова совершенно иначе. [...] Потому что именно вокальный талант - он безусловен.

2) А. Градский: Димочка забрал Вас, слава Богу! Теперь у него есть возможность с Вами поработать. [...] Но по поводу этого исполнения - кантилены не было совсем, вообще просто. Такая вот вся пятнистая и так далее... Все ноты рваные, за исключением двух-трёх мест, о которых говорил Дима. Значит, мне вот этих двух-трёх мест не хватило. С дыханием надо работать.

Стоит отметить, что, в отличие от ситуации «одобрения и согласия», в ситуации «отказа» коммуникативный ход «Совет» становится самостоятельной тактикой, которая служит для объективизации отрицательной оценки.

Субъективизм положительного оценочного высказывания ярче всего проявляется в тактике самопрезентации, которая тесно соотносится с задачами построения имиджа. Стратегия самопрезентации в телешоу связана с интенцией говорящего не просто создать собственный образ на экране, но и постараться найти точки соприкосновения с участником, тем самым расположив его к себе. Так, при оценивании наставники нередко апеллируют к любимым песням и стилям, личному опыту, чувствам, мыслям, пожеланиям, знакомствам:

1) Д. Билан: Я могу сказать, я просто знаю этого человека, между прочим, кстати, уже года три или четыре. Не могу сказать, что я угадал по первым нотам, но я угадал песню, которую я очень люблю!

2) А. Градский: У меня ситуация несколько сложнее, потому что то, как Вы это делали, и то, зачем Вы это делали, - это как раз то, что мне самому нравится.

Тактика самопрезентации ориентирована на систему нравственных ценностей, вкусов и предпочтений, умений или неумений говорящего. Таким образом участнику предоставляется возможность проанализировать ситуацию и определить, с кем из членов жюри ему/ей будет комфортнее работать, чей репертуар будет легче исполнять. Кроме того, эффективной речевой манипуляцией в данной тактике является категория «свой круг». «Дихотомически противопоставленные концепты «свой» - «чужой» позволяют установить отношения между говорящим, его собеседником и третьими лицами» [5, с. 202]. В такой системе координат наставник осуществляет самопрезентацию, очерчивая «свой круг», включая туда участника, что позволяет добиться запланированного перлокутивного эффекта - воздействовать на исполнителя и забрать его в свою команду.

1) Пелагея: Давай познакомимся сначала! Как Вас зовут? (Участник отвечает: «Злат».) Прекрасно! Меня Пелагея! Странные имена - мы сработаемся!

2) А. Градский: Прекрасно! Наконец-то я слышу родную музыкальную подготовку!

3) Л. Агутин: [...] Понравилось Ваше внутреннее состояние. И я как раз Вашего тембра. Я Вас поздравляю!

В первом примере категория «своих» основана на необычности имён наставника и участника, во втором члена жюри и исполнителя объединяет школа профессиональной подготовки, в третьем -тембр голоса.

По большому счёту, используя тактику самопрезентации, наставники соперничают между собой и, так или иначе, стремятся привлечь участника «в свой круг». Не выраженная эксплицитно сопутствующая тактика «конкуренция» находит своё явное отражение в тактике уговора.

Может показаться, что уговор ничем не отличается от просьбы. Однако это не так. По мнению О. С. Иссерс, наиболее очевидным отличием уговора от просьбы является «количественный признак», а предварительным условием выбора первой тактики - убеждение говорящего в том, что партнёр не согласится выполнить необходимое с первого раза [5, с. 142]. Различие этих двух тактик имеет ещё и психологическую основу. Уговоры воздействуют на чувства и эмоциональный мир адресата, в то время как просьба направлена на разум человека. Цель уговоров в творческом телешоу - побудить участника присоединиться к команде наставника. Член жюри исходит из того, что исполнитель мог уже запланировать свой выбор и совсем не обязательно в пользу него. Особенностью позиции говорящего является большая личная заинтересованность в таланте участника, при этом далеко не всегда это выражается эксплицитно. По словам М. Ю. Федосюка, в уговорах приводятся доводы и аргументы, которые подчёркивают причину, почему адресату необходимо сделать нечто в интересах говорящего (в нашем случае - присоединиться к команде) [11, с. 94]. Подтверждение этому находим в нашем материале:

1) Пелагея: Я бы очень хотела бы, потому что, мне кажется, Вы очень интересный молодой человек, мне кажется, что у Вас такой вот прямо взгляд думающий, там столько мыслей как будто бы... Мне бы очень хотелось эти мысли услышать и вместе с Вами поработать, вот. [...] Выбирай! Меня!

2) А. Градский: [...]Мне не очень понравилось, как Вы эту вещь сделали, потому что... Объясню, почему: Вы её можете сделать намного лучше при определённом, так сказать (Смеётся.), взаимодействии. Поэтому, захотите исправиться и улучшиться - прошу ко мне! Есть куда улучшаться. Я просто вижу куда.

И в первом, и во втором оценочном высказывании тактика уговора представлена имплицитно -члены жюри зазывают исполнителя к себе, при этом объясняют, почему именно такой выбор будет удачен. Что касается эксплицитности уговоров, то она выражается через перформативные высказывания, типа: «я прошу», «я настаиваю», «я требую». Обратимся к примерам:

1) Пелагея: [...] Я не представляла себе сознательно, как там Вы выглядите и так далее. Мне очень понравилось. Такая лёгкая выбранная Вами манера подачи вообще себя, характера своего. Поэтому я бы тоже мягонько настаивала, Григорий, на прибытии Вас в мою команду. Мне кажется, нам будет очень интересно вместе!

2) Пелагея: Пожалуйста, Пьер, давайте я не буду танцевать? Пожалуйста! Я просто., мне казалось, что там такая вообще... Вы на меня действуете магнетическим образом как будто бы. У меня столько мыслей по поводу того, что мы могли с Вами спеть. Пожалуйста, пойдёмте ко мне в команду! Я настоятельно Вас прошу! Пожалуйста! Серьёзно!

Вторая коммуникативная ситуация открывается интересной фразой: «Пожалуйста, Пьер, давайте я не буду танцевать?». Это не случайно, потому что в рамках телепроекта члены жюри нередко используют невербальные приёмы воздействия на участника - танцы, аплодисменты стоя. В некоторых случаях наставники поют вместе с участником.

Особым приёмом уговаривания является так называемое «канюченье». Этот коммуникативный ход используется в основном детьми и женщинами. Для его успешной реализации субъект должен быть особенно настойчив, а высказывания лишены аргументации. Наш языковой материал показывает, что среди всех членов жюри подобным приёмом пользуется только Пелагея:

1) Пелагея: Доверься, пожалуйста, мне! Выбери меня! Я очень нуждаюсь в тебе! [...] Ямеч-таю о тебе! Пожалуйста, выбери меня!

2) Пелагея: Ну пожалуйста, я хочу 15-го участника Самвела. Хочу! Ну пожалуйста!

Как видим, в представленных примерах нет ни одного намёка на аргументацию, зато присутствует большое количество эмоционально окрашенных повторов одного и того же побуждения.

Особое место среди базовых тактик в стратегии «одобрения и согласия» в телешоу занимает тактика удивления. Данный коммуникативный ход выражается как при помощи языковых средств, так и невербально. Более того, невербальное поведение может подкреплять речевое действие наставника:

1) Д. Билан: Не-е-е-е-т! А-а-а-а!

2) Д. Билан: Вай-вай-вай! Что это? Это как вообще? Это почему?

3) А. Градский: Да я всё пытаюсь это как-то сопоставить!

Тактика удивления не подразумевает многословности, потому что сама когнитивная эмоция удивления, возникающая в неожиданной ситуации, задерживает развитие мысли, а следовательно, и ограничивает речевой поток. Так как удивление - эмоция, возникающая в связи с неожиданной ситуацией, оно длится недолго и переходит в другое эмоциональное состояние - страх, интерес или радость. В нашем случае исполнение музыкального материала рождает положительные оценки, основанные на неподдельной заинтересованности членов жюри в личности участника, а также на большой радости, что исполнитель попадает в проект:

1) А. Градский: Интересно, неужто Вы и в других стилях также здорово ориентируетесь? Тогда вообще будет сказка!

2) А. Градский: Короче говоря, ты тут с нами со всеми и никуда теперь не денешься! Мы тут все будем этим заниматься, поэтому кого бы ты ни выбрала, все равно мы будем тебя обожать и любить, что бы ты ни делала.

Во втором примере очень удачно представлена сопутствующая тактика «Сокращение дистанции». В контексте публичного общения, требующего учёта этических аспектов, этот коммуникативный ход становится наиболее интересным. В русскоязычной культуре процесс сближения с говорящим происходит не так быстро, как это можно наблюдать в западных странах. Именно поэтому формулы обращения «на Вы» широко распространены в русскоязычной речевой публичной коммуникации. Как видим, в рамках телешоу члены жюри в основном обращаются к конкурсантам «на Вы», однако в ряде случаев наблюдается тенденция использования более неформальных высказываний, которые считаются демократичными, символизируют общение «на равных» между членами жюри и участниками проекта и обеспечивают последним комфорт в межличностном общении. Важно подчеркнуть, что сопутствующая тактика «Сокращение дистанции» может дополнять любую из базовых тактик, описанных нами ранее. Кроме того, к подобным универсальным дополнительным коммуникативным шагам следует отнести сопутствующую тактику «Расспросы» и тактику «Выражение благодарности».

Сопутствующая тактика «Расспросы», с одной стороны, помогает наставнику убедиться в своих догадках относительно участника проекта, с другой - помогает исполнителю перестать волноваться и рассказать о себе. Такая тактика разряжает обстановку конкуренции:

1) А. Градский: Нормально. Дёрнулась, уже проорала - не имеет значения. Всё, всё, всё (Успокаивает участницу, потому что девушка плачет от радости и волнения.) Представьтесь, пожалуйста. Где Вы родились? Что Вы? Как Вы? Сколько Вам лет?

2) Пелагея: Ну, извините, конечно, выбора у Вас нет - чему я бесконечно рада! Как Вас зовут? Или ещё поговорить? О том, какой Вы классный. А чем Вы занимаетесь, Зариф?

Сопутствующая тактика благодарности в ситуации «одобрения и согласия» усиливает положительную оценку, в отличие от ситуации «отказа», где данная тактика сглаживает отрицательные суждения, критику.

1) А. Градский: Ребят, а ребят, прежде чем мы спросим исполнителя, давайте встанем в память о Юрии Сергеевиче Саульском, а? Все ж таки. Я всех попрошу это сделать (Весь зал встаёт.). Спасибо! Вынула просто (Обращаясь к участнице.).

В данном примере наставник искренне благодарит участницу за глубокое точное исполнение музыкального материала. Однако бывает и так, что дополнительная тактика «Благодарность» закрывает оценочное высказывание и служит неким формальным компонентом, своеобразным знаком, что конкурсанту пора покинуть сцену:

2) А. Градский: [...] Вам придётся что-то такое придумать. Эта сторона (исполнения) мне ясна, с ней можно где-то согласиться, где-то нет. А вот надо посмотреть, что ещё. Спасибо большое!

Итак, мы рассмотрели тактики, реализующие интенцию одобрения и согласия в ситуации телешоу, среди которых выделили 7 базовых и 13 сопутствующих. Стоит отметить, что для данной, достаточно простой в психологическом аспекте ситуации тактический арсенал довольно разнообразен, что говорит о желании членов жюри не просто расположить к себе участников, но и любыми способами забрать

понравившихся к себе в команду. Сложнее обстоит дело в ситуации отказа, где наставникам приходится искать нужные слова, чтобы развлекательная телепередача всё-таки осталась развлекательной и в то же время не потеряла элементов шоу, где возможно всё - и радость, и слёзы.

Библиографический список

1. Борисова, И. Н. Дискурсивные стратегии в разговорном диалоге // Русская разговорная речь как явление городской культуры / И. Н. Борисова. - Екатеринбург, 1996. - С. 21-48.

2. Верещагин, Е. М. Речевые тактики «призыва к откровенности» / Е. М. Верещагин, Р. Ратмайр, Т. Рой-тер // Вопр. языкознания. - 1992. - № 6. - С. 82-93.

3. Демьянков, В. З. Конвенции, правила и стратегии общения: (Интерпретирующий подход к аргументации) / В. З. Демьянков // Изв. АН СССР. Сер. литературы и языка. - 1982. - Т. 41. - № 4. - С. 327-337.

4. Ермакова, O. П. К построению типологии коммуникативных неудач (на материале естественного русского языка) / О. П. Ермакова, Е. А. Земская // Русский язык и его функционирование: Коммуникативно -прагматический аспект. - М., 1993. - С. 30-64.

5. Иссерс, О. С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи / О. С. Иссерс. - М. : Издательство ЛКИ, 2012. - С. 142, 202.

6. Иссерс, О. С. Люди говорят. Дискурсивные практики нашего времени / О. С. Иссерс. - Омск : Изд-во Ом. гос. ун-та, 2012. - 276 с.

7. Клюев, Е. В. Речевая коммуникация: успешность речевого взаимодействия / Е. В. Клюев. - М., 2002. - 317 с.

8. Стернин, И. А. О понятии коммуникативного поведения // Kommunikativ-funktionale Sprachbetrachtung / И. А. Стернин. - Halle, 1989. - С. 279-282.

9. Сухих, С. А. Речевые интеракции и стратегии / С. А. Сухих // Языковое общение и его единицы : межвуз. сб. науч. тр. - Калинин : КГУ, 1986. - С. 71-76.

10. Теория метафоры : сборник статей / Н. Д. Арутюнова [и др.]; общ. ред. Н. Д. Арутюновой и М. А. Жу-ринской. - М. : Прогресс, 1990. - 512 с.

11. Федосюк, М. Ю. Комплексные жанры разговорной речи: «утешение», «убеждение» и «уговоры» // Русская разговорная речь как явление городской культуры / М. Ю. Федосюк. - Екатеринбург, 1996. - С. 73-94.

12. Янко, Т. Е. Коммуникативные стратегии русской речи / Т. Е. Янко. - М. : Языки славян. культуры, 2001. - 384 с.

13. Mustajoki, A. Risks of miscommunication in various speech genres // Borisova E., Souleimanova O. (eds). Understanding by communication. Cambridge Scholars Publishing, 2013. P. 33-53.

14. Olsina, E. C. Managing understanding in intercultural talk: An empirical approach to miscommunication // Atlantis. 2002. Vol. XXIV (2). P. 37-57.

15. Verdonik, D. Between understanding and misunderstanding // Journal of Pragmatics. 2010. Vol. 42 (5). P. 1364-1379.

A. S. Gerasimova, O. S. Issers, Omsk State University n. a. F.M. Dostoevsky COMMUNICATIVE MEANS OF POSITIVE ASSESSMENT ON TV

The article is devoted to the communicative and pragmatic aspects of oral interaction in mass media. For better understanding of communicative behaviour in a modern TV-discourse it is vital to anylise typical speech patterns used by the people in stereotypic situations where assessing is considered to be the matter. Thus, the article provides communicative tactics of positive assessement in a TV-show.

Keywords: TV-discourse, model of communicative behaviour, assessemnt strategy, tactic means.

Referenses

1. Borisova I. N. Diskursivnye strategii v razgovornom dialoge // Russkaya razgovornaya rech' kak yavlenie gorodskoj kul'tury [Discourse strategies in an oral dialogue. Russian speech as a city cultural phenomenon]. Ekaterinburg, 1996, P. 21-48.

2. Vereshchagin E. M., Ratmajr R., Rojter T. Rechevye taktiki «prizyva k otkrovennosti» [Speech tactics of call to responsibility]. Vopr. Yazykoznaniya, 1992, №6, P. 82-93.

3. Dem'yankov V. Z. Konvencii, pravila i strategii obshcheniya: (Interpretiruyushchij podhod k argumentacii) [Conventions, rules and strategies of communication: (Interpretating way of argumentation)]. Izv. AN SSSR. Ser. literatury i yazyka, 1982, T. 41, № 4, P. 327-337.

4. Ermakova O. P., Zemskaya E. A. K postroeniyu tipologii kommunikativnykh neudach (na materiale estestvennogo russkogo dialoga) [Typology of miscommunication (based on the material of Russian language)]. Moscow, Nauka, 1993, P. 30-64.

5. Issers O. S. Kommunikativnye strategii i taktiki russkoj rechi [Communicative strategies and tactics of the Russian speech]. M.: Izdatel'stvo LKI, 2012, P. 142, 202.

6. Issers O. S. Lyudi govoryat... Diskursivnyepraktiki nashego vremeni [People are talking... Modern discourse types]. Omsk: Izd-vo Om. gos. un-ta, 2012, 276 p.

7. Klyuev E. V. Rechevaya kommunikaciya: uspeshnost' rechevogo vzaimodejstviya [Oral communication: successful speech interaction]. M., 2002, 317 p.

8. Sternin I. A. O ponyatii kommunikativnogo povedeniya // Kommunikativ-funktionale Sprachbetrachtung [Meaning of the term «communicative behaviour»]. - Halle, 1989. - P. 279-282.

9. Suhih S. A. Rechevye interakcii i strategii [Speech interactions and strategies]. Kalinin: KGU, 1986, P. 71-76.

10. Arutyunova N. D. Teoriya metafory: sbornikstatej [The theory of metaphor]. Moscow, Progress, 1990. - 512 s.

11. Fedosyuk M.Yu. Kompleksnye zhanry razgovornoj rechi: «uteshenie», «ubezhdenie» i «ugovory» // Russkaya razgovornaya rech' kakyavlenie gorodskoj kul'tury [Complex speech genres: «consolidation», «persuasion» and «remonstrance». Russian speech as a city cultural phenomenon]. Ekaterinburg, 1996, P. 73-94.

12. Yanko T. E. Kommunikativnye strategii russkoj rechi [Communicative strategies of the Russian speech]. Moscow, Yazyki slavyan. kul'tury, 2001, 384 p.

13. Mustajoki A. Risks of miscommunication in various speech genres // Borisova E., Souleimanova O. (eds). Understanding by communication. Cambridge Scholars Publishing, 2013, P. 33-53.

14. Olsina E. C. Managing understanding in intercultural talk: An empirical approach to miscommunication // Atlantis. 2002. Vol. XXIV (2). P. 37-57.

15. Verdonik D. Between understanding and misunderstanding // Journal of Pragmatics. 2010. Vol. 42 (5). P. 1364-1379.

© А. С. Герасимова, О. С. Иссерс, 2016

Авторы статьи:

Анастасия Сергеевна Герасимова, аспирантка, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского. Оксана Сергеевна Иссерс, доктор филологических наук, профессор, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.

Рецензенты:

Н. В. Орлова, доктор филологических наук, профессор, Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского.

Н. Д. Федяева, доктор филологических наук, профессор, Омский государственный педагогический университет.

УДК 070 (091) Б01 10.17238^п1998-5320.2016.23.36

А. В. Ляпина,

Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского

АКСИОСФЕРА ФРОНТАЛЬНОГО МЕДИАТЕКСТА ЖУРНАЛА «КОСТЁР» ЗА 1941-1945 гг.

В статье рассматривается аксиосфера пионерского журнала «Костёр» за 1941-1945 годы. Несмотря на общий исследовательский интерес к ценностным аспектам средств массовой информации, аксиосфера художественной периодики для детей на сегодняшний день в науке представлена фрагментарно. По итогам изучения обложки журнала делаются выводы о том, что медиатекст демонстрирует базовые ценности российского общества, среди которых ведущее место занимает патриотизм с присущими ему признаками: «преданность отечеству», «готовность к любым жертвам в интересах родины и её граждан». Визуальный ряд утверждает значимость семейно-родового союза. Ключевые слова: аксиосфера, аксиология, журналистика, журнал «Костёр», Великая Отечественная война.

Аксиологический подход - один из ведущих в современной гуманитарной науке. Интерес к этому исследовательскому направлению, в том числе в журналистике, обусловлен тем, что средства массовой информации как явление культуры изначально соотносятся с миром ценностей, обладают ценностной значимостью.