Опыт рецензирования судебно-психологического экспертного исследования в уголовном процессе

Общетеоретические и отраслевые проблемы юридической науки и практики

General Theoretical and Branch-Related Issues of Juridical Science and Practice

УДК 159.9.072 © В. В. Терещенко, 2019 DOI: 10. 24411/1999-6241-2019-12012

19.00.06 Юридическая психология; 19.00.07 Педагогическая психология

Опыт рецензирования судебно-психологического экспертного исследования в уголовном процессе

Терещенко Владимир Валерьевич \

кандидат психологических наук, доцент, доцент кафедры общей психологии, психолог-эксперт.

Е-mail: Terechenko2007@yandex.ru

1 Смоленский государственный университет, Смоленск, 214000, Россия

Аннотация

Введение. В условиях современного законодательства в области экспертной деятельности автором расширены представления об использовании психологических познаний в рамках судебно-психологических экспертных исследований.

Материалы и методы. Использовался судебно-психологический, экспертологический анализ заключения психолога-эксперта, материалов уголовного дела по установлению факта психического воздействия на допрашиваемого со стороны других лиц в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Результаты и обсуждение. Углублено содержание процессуальной формы деятельности психолога-эксперта через формирование профессиональных компетенций (знаниевый, интеллектуальный уровень) и владение структурно-содержательными компонентами экспертной деятельности. Обобщены теоретический и практический аспекты содержания судебно-психологических экспертиз по установлению факта психического воздействия на допрашиваемого со стороны других лиц. Описаны фабула уголовного дела и некоторые фрагменты экспертизы. Представлен опыт рецензирования экспертного исследования. Приведена детальная аргументация оценки экспертного исследования с демонстрацией дефектов, специфики диагностических и экспертных расхождений, недостатков оформления заключения психолога-эксперта. Проанализировано заключение психолога-эксперта в соответствии с требованиями закона, полноты и обоснованности. Акцентировано внимание на значимости объективности, глубокой научной и практической обоснованности и достоверности полученных данных в ходе производства судебно-психологической экспертизы.

Выводы. Исследование психолога-эксперта — это сложная область экспертной практики, требующая особой ответственности и профессионализма. Экспертные заключения должны отличаться объективностью, строиться на научной и практической основе, позволяющей проверить их достоверность.

Ключевые слова: психологические познания; судебно-психологическая экспертиза; психолог-эксперт; рецензирование; экспертное заключение; профессиональные компетенции; оценка заключения.

Для цитирования: Терещенко В. В. Опыт рецензирования судебно-психологического экспертного исследования в уголовном процессе // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2019. Т. 24, № 2(77). С. 208-213. DOI: 10. 24411/1999-6241-2019-12012

Основные положения:

1. При производстве судебно-психологических и комплексных психолого-психиатрических экспертных исследований юристы сталкиваются с одним неоспоримым фактом: каждое уголовное или гражданское дело уникально, каждый подэкспертный обладает ярко выраженной индивидуальностью личности.

2. Важными требованиями к составлению экспертных заключений являются их объективность, обоснованность, построение на прочном научном и практическом фундаменте с учетом профессионализма и личной ответственности эксперта.

Введение. Сложившаяся ситуация в судебной психологии определяется специалистами новой экспертологиче-

ской реальностью — в сжатые сроки правовая база экспертной деятельности в Российской Федерации существенно изменилась. Сегодня судебно-психологическая экспертиза является одним из четко разработанных и внедренных в судебную и следственную практику направлений юридической психологии. Ежегодно проводятся десятки тысяч однородных судебно-психологических и комплексных психолого-психиатрических экспертиз. В нашей стране сложилась система государственных судебно-экспертных учреждений, которые подчинены либо Минздраву России, либо Минюсту России. Однако психологические экспертизы по уголовным и гражданским делам выполняются также и психологами — сотрудниками научно-исследовательских институтов и высших учебных заведений.

Целью исследования служат анализ проведения судебно-психологических экспертных исследований по установлению факта психического воздействия на допрашиваемого со стороны других лиц и детальная проработка оценки экспертного исследования с демонстрацией дефектов, специфики диагностических и экспертных расхождений, недостатков оформления заключения психолога-эксперта.

Теоретические предпосылки. Анализируя многолетний опыт судебно-психологической экспертной деятельности в отечественной и зарубежной практике [1-5], отметим, что для ее проведения необходимо не только наличие знаний в области психологической науки, но и владение специальными экспертными методиками для решения диагностических, классификационных и идентификационных задач, вытекающих из вопросов, ставящихся на разрешение эксперту. Судебная и следственная действительность часто предъявляет психологу-эксперту такие задачи, которые нельзя успешно решить без постоянной работы над уровнем своей компетентности [6].

Судебная экспертиза — процессуальное действие, состоящее из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых невозможно без специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем или прокурором, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу *. Особенно важно, что заключение судебно-психологической экспертизы имеет доказательственное значение согласно ст. 74 УПК РФ. Процессуальная форма деятельности психолога-эксперта требует не только сформированных соответствующих профессиональных компетенций, но и владения структурно-содержательными компонентами судебного эксперта-психолога, разработанными на кафедре клинической и судебной психологии факультета юридической психологии МГППУ под руководством профессора Ф. С. Сафуанова. Его модель включает в себя знаниевый компонент, интеллектуальные, практические и универсальные навыки формирования профессионального психолога-эксперта.

К сожалению, в некоторых ситуациях психологическими экспертными исследованиями занимаются практические психологи психологических центров, частных организаций (ООО), не владеющие в должной степени профессиональными компетенциями при решении экспертных задач. Ими не соблюдаются требования ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон о судебно-экспертной деятельности), где четко прописывается структура экспертного заключения.

Остановимся подробнее на одном из экспертных заключений, выбранном нами для рецензирования на том основании, что оно относится к разряду нечасто встречающихся экспертных исследований — судебно-

психологической экспертизы фонограмм и видеозаписей, описанных В. Ф. Енгалычевым и С. С. Шипшиным [7]. Опытные эксперты-практики считают, что необходимо устанавливать факт психического воздействия на допрашиваемого со стороны других лиц, когда имеется информация о том, что на подэкспертного в процессе предварительного следствия оказывалось давление. По их мнению, психологическому анализу подвергаются факторы, связанные с содержанием вопросов, а также с интонационными характеристиками речевого взаимодействия в сочетании с невербальными компонентами общения. В 2016 г. В. Ф. Енгалычевым, Г. К. Кравцовой, Е. Н. Холоповой [8] написана монография, посвященная проблемам судебно-психологической экспертизы по выявлению достоверности-недостоверности информации, сообщаемой участниками уголовного судопроизводства (по видеозаписям следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий), которая расширила представления о специфике данного экспертного исследования. Коллективом научных междисциплинарных исследователей (юристы, психиатры-эксперты, психологи-эксперты) в 2016 г. [9] изложена позиция, что предлагаемый названными выше авторами методический подход является эклектичным и научно не обоснованным. Установление же достоверности показаний путем назначения и проведения судебной экспертизы (психологической, психолого-психиатрической и др.), как предлагается в монографии, на научной основе в настоящий момент невозможно. При несовпадении мнений ученых разных научных школ инициаторы экспертиз — работники судебно-следственных органов по-прежнему считают необходимой форму использования психологических познаний, а именно назначение такого предметного вида экспертизы.

Материалы и методы. Использованы судебно-психологический экспертологический анализ заключения психолога-эксперта, анализ материалов уголовного дела в соответствии с требованиями Закона о государственной судебно-экспертной деятельности.

Результаты и обсуждение. Рецензируемое нами экспертное исследование, осуществленное ООО «Право» (названия организации, фамилии эксперта, лиц, в отношении которых проводилась экспертиза, по этическим соображениям изменены), было назначено в 2016 г. Следственным комитетом РФ по Смоленской области по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ст. 286 УК РФ, по факту применения неустановленными сотрудниками органов внутренних дел физического и психического насилия в отношении М. М. Борисова и О. М. Тихонова. Экспертная оценка судебно-психологического исследования осуществлялась на основании адвокатского запроса коллегии адвокатов Смоленской области. Производство экспертизы было поручено эксперту-психологу О. М. Герасимовой, имеющей высшее психологическое образование, стаж профессиональной психолого-педагогической работы 30 лет, стаж экспертной работы 15 лет.

* О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации : федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-Ф3 (в ред. от 08.03.2015). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

На разрешение эксперта-психолога были поставлены следующие вопросы:

1. В каком психологическом состоянии находился свидетель В. И. Рыбкин во время производства видеозаписи заявления по уголовному делу об убийстве А. А. Бурова?

2. Имеются ли на представленной видеозаписи заявления В. И. Рыбкина психологические признаки достоверности (недостоверности) предъявляемой информации?

3. Имеются ли в тексте заявления В. И. Рыбкина признаки психологического воздействия на обвиняемого со стороны других лиц?

4. Имеются ли в тексте проверки показаний на месте с участием свидетеля М. Ф. Лукина от 28.11.2016, зафиксированной на видеозаписи, признаки психологического воздействия на свидетеля со стороны допрашивающего либо других лиц?

5. Имеются ли в тексте проверки показаний на месте с участием потерпевшего О. М. Тихонова от 10.07.2016, зафиксированной на видеозаписи, признаки психологического воздействия на свидетеля со стороны допрашивающего либо других лиц?

6. Имеются ли в тексте проверки показаний на месте с участием потерпевшего М. М. Борисова от 08.07.2016 и 05.08.2016, зафиксированной на видеозаписи, признаки психологического воздействия на свидетеля со стороны допрашивающего либо других лиц?

7. В каком психологическом состоянии находился потерпевший М. М. Бабенко во время производства видеозаписи заявления об отказе от ранее данных свидетельских показаний по уголовному делу об убийстве А. А. Бурова?

8. Имеются ли на представленной видеозаписи заявления М. М. Борисова психологические признаки достоверности (недостоверности) предъявляемой информации?

9. Имеются ли в тексте заявления М. М. Борисова признаки психологического воздействия на обвиняемого со стороны других лиц?

Представленное экспертное заключение состоит из 14 листов. Заключение недостаточно структурировано. Экспертом в качестве основного психодиагностического инструментария использован «метод изучения состава преступления по постановлениям и протоколам проверки показаний на месте с участием фигурантов уголовного дела».

В параграфе «Анализ результатов психодиагностического обследования» говорится, что «в ходе аудио- и визуальной диагностики материала, представленного на диске DVD-R, изъятом 23.09.2016 в ходе производства выемки в прокуратуре Смоленской области, было выявлено, что эксперт в начале проведения экспертизы сразу же отметил неудовлетворительное качество видеопродукции, представленной для анализа... (потерпевший расположен боком или спиной к окну, являющемуся единственным источником света в комнате, что затрудняет диагностику мимических проявлений, сопровождающих речь свидетеля)». Однако, «несмотря на недостатки видеозаписи», эксперт описывает психофизиологическое состояние

подэкспертного: «...сниженный эмоциональный фон настроения, сдержанная, даже „скованная" жестикуляция, приглушенная речь», на основании чего делает вывод о нахождении потерпевшего в состоянии тревожности.

Для примера приведем выдержки из выводов экспертного заключения в отношении потерпевшего М. М. Борисова.

«1. Потерпевший М. М. Борисов во время производства видеозаписи заявления об отказе от ранее данных свидетельских показаний по уголовному делу об убийстве А. А. Бурова... находился в состоянии тревожности (переживания тревоги как субъективного проявления неблагополучия личности).

2. Прямых психологических признаков достоверности (недостоверности) предъявляемой информации на представленной видеозаписи заявления М. М. Борисова не выявлено, но следует обратить внимание на косвенные признаки недостоверности свидетельских показаний: речь М. М. Борисова... эмоционально окрашена, что свидетельствует о личностной значимости происходящего, наличествует виноватый тон от осознания совершения нравственно неприемлемых действий (например, тем, что он оперирует информацией о предполагаемых или планируемых, а не реальных событиях).

3. Имеются в тексте заявления М. М. Борисова... признаки психологического воздействия на обвиняемого со стороны других лиц, что подтверждается психологическим состоянием потерпевшего, находящегося, как было сказано в п. 1, в состоянии тревожности (переживание тревоги как субъективного проявления неблагополучия личности), проявляющемся в неуверенности и осторожности, в изменении показаний, вследствие, с одной стороны, переживания потерпевшим последствий психотравмы, предшествующей заявлению потерпевшего об отказе от ранее данных свидетельских показаний по уголовному делу об убийстве А. А. Бурова (склонение другими людьми потерпевшего М. М. Борисова к изменению ранее данных показаний с применением действий, связанных с физическим и психическим насилием над потерпевшим)».

Основные позиции при оценивании экспертного исследования. При проведении оценки экспертного исследования нами были выделены три основные позиции, при конструировании которых мы руководствовались исследованиями А. А. Ткаченко, С. С. Шипшина и др. [10-15]:

1) оценка соответствия заключения эксперта требованиям закона;

2) оценка полноты судебно-экспертного исследования;

3) оценка обоснованности заключения эксперта.

Что касается первой позиции, то заключение эксперта

не в полном объеме выдерживает требования, закрепленные в Законе о государственной судебно-экспертной деятельности. Во-первых, эксперт по своему усмотрению «для удобства восприятия материала» фрагментарно анализирует представленные позиции в отношении каждого субъекта экспертизы. В то же время согласно законодательству на каждого подэкспертного должно быть выполнено отдельное заключение с выводами эксперта на основании поставленных вопросов работниками судебно-следственных

органов. Во-вторых, структура рецензируемого заключения не соответствует положению ст. 23 указанного Закона: фиксируя в заключении вопросы (приводя их в редакции постановления), эксперт-психолог «на основании исследованных материалов» самостоятельно включает на разрешение экспертизы ряд вопросов. В-третьих, в структуру экспертного заключения не должны входить материалы методического обеспечения исследования.

Рассмотрим вторую позицию. Принцип объективности, всесторонности и полноты исследований (ст. 8 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности) требует, чтобы при проведении исследования эксперты использовали: 1) необходимый арсенал методов, который предоставляет современный научный уровень развития его предметной экспертной специальности; 2) методы, позволяющие эксперту делать обоснованные надежные экспертные выводы. С точки зрения методологии экспертного исследования в судебно-психологической экспертной практике данный предметный его вид трактуется как судебно-психологическая экспертиза определения признаков психического воздействия на подэкспертного в процессе тех или иных следственных действий.

Как следует из представленных материалов, в ходе психологической экспертизы для ответов на поставленные вопросы психологом применялись изучение состава преступления по постановлениям и протоколам проверки показаний на месте с участием фигурантов уголовного дела и анализ видеозаписей с использованием методов визуальной и аудиальной диагностик. Нужно особо подчеркнуть, что в круг задач данного предметного вида экспертизы входит установление наличия или отсутствия признаков психического воздействия на испытуемого в процессе указанного следственного действия. При этом должны не только подвергаться анализу такие факторы, как содержание вопросов допрашивающего с точки зрения их внушающего воздействия, что присутствует в данном заключении (анализ видеозаписей), но и обязательно проводиться экспериментально-психологическое обследование допрашиваемых с применением комплекса используемых в психологической науке методов наблюдения, клинико-психологической беседы, различного рода психологических психодиагностических проб, при использовании которых возможно и юридически значимо установление интеллектуальных, личностных, эмоционально-волевых и иных особенностей, а также склонности к фантазированию и устойчивости к внушающему воздействию, чего в рецензируемом заключении не отражено.

Основной вопрос предметного вида экспертизы, касающийся определения признаков психологического воздействия на испытуемых В. И. Рыбкина, М. Ф. Лукина, О. М. Тихонова, М. М. Борисова, экспертом-психологом выдержан. Однако в перечне вопросов указаны еще два других, которые касаются определения психологического состояния подэкспертных и оценки признаков достоверности

имеющейся информации по данному уголовному делу) должен решаться только судебно-следственными органами, а не психологами-экспертами.

Проанализируем третью позицию. Из заключения экспертизы следует, что при судебно-психологическом экспертном исследовании психолог-эксперт решал правовые вопросы (вторгался в область, являющуюся прерогативой органов дознания, следствия, суда), а также давал неквалифицированные, профессионально неграмотные, явно противоречивые оценки психологического состояния под-экспертных («состояние тревожности», «переживание тревоги как субъективного проявления неблагополучия личности»). В заключении эксперт-психолог указывает, что для аудио- и визуальной диагностики представленный материал имеет неудовлетворительное качество («плохо слышна речь подэкспертного, невозможно рассмотреть мимические реакции...»), однако при этом описывает психофизиологическое состояние подэкспертного («лицо покрыто потом», «состояние тревожности»). Во-первых, судебно-психологическая экспертная оценка в целях определения психических (эмоциональных) состояний обвиняемых, подозреваемых, потерпевших и свидетелей требует обязательного очного судебно-психологического освидетельствования подэкспертных лиц для достоверного и объективного установления характера эмоционального состояния при взаимодействии с другими людьми. Во-вторых, невозможно оценить эмоциональное состояние по данному предметному виду экспертизы только на основании психологического анализа их показаний (по материалам дела). Теория и практика современной судебной экспертизы, объектом которой является психическая деятельность определенных лиц, требуют в тех случаях, когда идет речь о нарушении осознанной регуляции действий, углубленного психологического исследования, использования биографического метода, методов наблюдения, беседы, экспериментально-психологического исследования познавательных процессов и индивидуально-психологических особенностей. Без учета преморбидных личностных особенностей (в частности, повышенной внушаемости, склонности к фантазированию), особенностей реагирования на различные ситуации (в частности, на психотравмирующие обстоятельства) невозможно с высокой степенью вероятности оценить эмоциональное состояние подэкспертного лица. Очевидно, что только один психологический анализ поведения под-экспертных В. И. Рыбкина, М. Ф. Лукина, О. М. Тихонова, М. М. Борисова в материалах видеозаписей не может служить основанием категоричных выводов о наличии того или иного состояния эмоциональной сферы в интересующие судебно-следственные органы периоды времени.

Таким образом, рецензируемое заключение эксперта в части ответов на вопросы 1-9 не соответствует в полном объеме требованиям Закона о государственной судебно-экспертной деятельности. Анализ примененных методов исследования свидетельствует о неполноте экспертного заключения. Эксперт выходит за пределы своей профессиональной компетенции, решает правовые вопросы, вторгаясь в компетенцию работников судебно-следственных органов. Выводы эксперта противоречивы, недостаточно

обоснованы конкретными материалами уголовного дела, объективными сведениями о психическом состоянии подэкспертных. В заключении не рассматриваются и доказательно не опровергаются альтернативные экспертные гипотезы. В целом все выше сказанное позволяет усомниться в научной обоснованности и полноте заключения эксперта.

Выводы. Экспертные исследования психолога-эксперта — это чрезвычайно сложная область экспертной практики, требующая от экспертов особой ответственности и профессионализма. Современные экспертные заключения должны отличаться объективностью, строиться на прочном научном и практическом фундаменте в пределах компетенции специалиста-психолога, что позволяет проверить не только обоснованность таких заключений, но и их достоверность с учетом принятых в судебно-психологической экспертной практике научно-практических данных.

Современные перспективы развития психологической экспертной деятельности определены новыми тенденциями в юридической психологии, прежде всего судебной. Судебно-психологическая экспертиза — это постоянно развивающийся организм, обогащающийся разрабатываемыми теоретическими и методическими подходами, методами исследования. Следственная и судебная практика, изменяющееся законодательство очерчивают иные рамки деятельности экспертов, что, в свою очередь, ставит перед ними дополнительные задачи, способствует развитию новых направлений судебно-психологической экспертизы. При этом требуют соблюдения фундаментальные принципы экспертной практики — независимости и личной ответственности эксперта. Высокий профессионализм эксперта и качественное экспертное заключение — конечная цель происходящих в экспер-тологии реформ.

Список литературы

1. Терещенко В. В. Формы использования специальных психологических познаний в уголовном процессе при расследовании групповых преступлений с участием подростков // Психопедагогика в правоохранительных органах. 2016. 4(67). С. 84-87. DOI: 10.24411/1999-6241-2016-14021

2. Сафуанов Ф. С. Актуальные теоретические и методологические проблемы комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы [Электронный ресурс] // Психология и право. 2011. № 2. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2011/ n2/40889.shtml (дата обращения : 01.03.2018).

3. Сафуанов Ф. С. Судебно-психологическая экспертиза. М., 2015. С. 421 с.

4. Amado B. G., Arce R., Farina F. Undeutsch hypothesis and Criteria Based Content Analysis: A meta-analytic review. The European Journal of Psychology Applied to Legal Context. 2015. Vol. 7. No. 1. Pp. 3-12.

5. Anson D. A., Golding S. L., Gully K. J. Child sexual abuse allegations: Reliability of criteriabased content analysis. Law and Human Behavior. 1993. Vol. 17. № 3. Pp. 331-341.

6. Енгапычев В. Ф., Шипшин С. С. Судебно-психологическая экспертиза. Калуга, 1997. 170 с.

7. Енгапычев В. Ф., Шипшин С. С. Практикум по судебно-психологической экспертизе. Калуга, 2013. 212 с.

8. Енгапычев В. Ф., Кравцова Г. К., Хопопова Е. Н. Судебно-психологическая экспертиза по выявлению признаков достоверности/недостоверности информации, сообщаемой участниками уголовного судопроизводства (по видеозаписям следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий) : монография. М., 2016. 328 с.

9. Смирнова С. А., Макушкин Е. В., Аснис А. Я. и др. О неправомерности определения достоверности показаний путем судебной экспертизы // Психология и право. 2016. Т. 6, № 3. С. 61-78. doi:10.17759/psylaw.2016060306.

10. Ткаченко А. А. Судебная психиатрия. Консультирование адвокатов. М., 2006. 504 с.

11. Шипшин С. С. К вопросу о предмете и объекте комплексной психолого-психофизиологической экспертизы [Электронный ресурс] // Психолого-педагогические исследования. 2013. № 4. URL: http://psyjournals.ru/psyedu_ru/2013/n4/65749.shtml (дата обращения: 01.03.2018).

12. Аувяэрт Лембит, Кукпина О. А. Психологическая оценка невербального поведения подэкспертного, зафиксированного на видеозаписи, при производстве комплексной психолого-психофизиологической судебной экспертизы // Комплексная психолого-психофизиологическая экспертиза: современное состояние и перспективы развития : сб. статей междунар. науч.-практ. конф., 22-23 сентября 2016 г. Калуга, 2016. С. 20-23.

13. Хопевчук А. Г. Криминалистический анализ зарубежных методов детекции лжи: тенденции и определение перспектив // Инновации в науке : сб. ст. по мат-лам LIII междунар. науч.-практ. конф. Новосибирск, 2016. № 1(50), ч. I. 124 с.

14. Васкэ Е. В., Виноградов А. П. Судебно-психиатрические, судебно-психологические и комплексные экспертизы: особенности назначения и проведения в ходе предварительного следствия : учеб.-метод. пособие. Н. Новгород, 2016. 88 с.

15. Коченов М. М. Судебно-психологическая экспертиза: теория и практика // Избранные труды. М., 2010. 352 с.

Поступила 28.02.2018

UDC 159.9.072 © V. V. Tereshchenko, 2019 DOI: 10. 24411/1999-6241-2019-12012

19.00.06 Juridical Psychology; 19.00.07 Pedagogical Psychology

Experience of the Review of the Forensic Psychological Expert Examination

in Criminal Procedure

Vladimir V. Tereshchenko \

Candidate of Sciences (Psychology), associate-professor, associate-professor at the department of General Psychology, expert psychologist.

E-mail: Terechenko2007@yandex.ru 1 Smolensk State University, Smolensk, 214000, Russia

Abstract

Introduction. The author broadened his understanding of the use of psychological knowledge with regard to forensic psychological expert examination under modern legislation in the field of expert activity.

Materials and Methods. The author used forensic psychological and expert analysis of an expert psychologist's resolution, of the criminal case file concerning the fact of using psychic impact on the interrogatee by other people according to the requirements of the Federal Law No 73 "On Public Forensic Expert Activity in the Russian Federation" dated May 31, 2001.

Results and Discussion. The content of the procedural form of an expert psychologist activity is deepened through the formation of professional competencies (knowledge, intellectual level) and possession of structural and content components of expert activity. The theoretical and practical aspects of the content of forensic psychological examinations conducted to establish the fact of psychic influence of the interrogated by other persons are generalized. The plot of the criminal case and some fragments of the examination are described. The experience of peer review of the expert examination is presented. The detailed argumentation of the evaluation of expert examination with a demonstration of defects, the specifics of diagnostic and expert discrepancies, and the shortcomings in the formulation of an expert psychologist's resolution is given. The expert psychologist's resolution is analyzed in accordance with the assessment and the requirements of the law, completeness and validity. The focus is made on the importance of objectivity, the profound scientific and practical validity and reliability of the data obtained during the forensic psychological examination.

Conclusions. Examinations carried out by expert psychologists is a complex area of expert activity requiring peculiar responsibility and professionalism. Expert resolutions should be objective basing on scientific and practical grounds facilitating their verification.

Keywords: psychological knowledge; forensic psychological examination; expert psychologist; review; expert resolution;

professional competencies; assessment of the resolution.

Citation: Tereshchenko V. V. Experience of the Review of the Forensic Psychological Expert Examination in Criminal Procedure. Psychopedagogy in Law Enforcement. Vol. 24, No. 2(77), 2019. Pp. 208-213 (In Russ). DOI: 10. 24411/1999-6241-2019-12012

References

1. Tereshchenko V. V. Forms of Using Special Psychological Knowledge in Criminal Procedure in the Investigation of Group Crimes Involving Teenagers. Psychopedagogy in Law Enforcement. 2016. 34

2. Safuanov F. S. Actual Theoretical and Methodological Problems of Complex Forensic Psychological Psychiatric Examination. Psychology and Law. 2011. No 2. URL: http://psyjournals.ru/psyandlaw/2011/n2/40889.shtml

3. Safuanov F. S. Forensic Psychological Examination. Moscow, 2015. 421 p.

4. Amado B. G., Arce R., Farina F. Undeutsch hypothesis and Criteria Based Content Analysis: A meta-analytic review. The European Journal of Psychology Applied to Legal Context. 2015. Vol. 7. No. 1. Pp. 3-12.

5. Anson D. A., Golding S. L., Gully K. J. Child Sexual Abuse Allegations: Reliability of Criteria-Based Content Analysis. Law and Human Behaviour. 1993. Vol. 17. № 3. Pp. 331-341.

6. Engalychev V. F., Shipshin S. S. Forensic Psychological Examination. Kaluga, 1997. 170 p.

7. Engalychev V. F., Shipshin S. S. Workshop on Forensic Psychology. Kaluga, 2013. 212 p.

8. Engalychev V F., Kravtsova G. K., Kholopova Ye. N. Forensic Psychological Examination for Revealing Signs of Reliability/ Unreliability of Information Reported by Participants in Criminal Proceedings

9. Smirnova S. A., Makushkin E. V., Asnis A. Ya., et al. On the Illegitimacy of Determining the Reliability of Evidence through Forensic Examination [Electronic resource]. Psychology and Law. 2016. Vol. 6. No. 3. Pp. 61-78. doi:10.17759/psylaw.2016060306.

10. Tkachenko A. A. Forensic Psychiatry. Advising Lawyers. Moscow, 2006. 504 p.

11. Shipshin S. S. On the Subject and Object of the Complex Psychological Psychophysiological Examination. Psychological and Pedagogical Researches. 2013. No. 4. URL: http://psyjournals.ru/psyedu_ru/2013/n4/65749.shtml

12. Auvyaert Lembit, Kuklina O. A. Psychological Assessment of Non-Verbal Behavior of the Examinee, Recorded on Video during the Complex Psychological Psychophysiological Forensic Examination. Complex Psychological and Psychophysiological Examination: Current State and Development Prospects

13. Kholevchuk A. G. Forensic Analysis of Foreign Methods of Lie Detection: Trends and Outlining the Prospects. Innovations in Science

14. Vaske E. V., Vinogradov A. P. Forensic Psychiatric, Forensic Psychological and Complex Examinations: Peculiarities of Purpose and Usage during the Preliminary Investigation. Nizhny Novgorod, 2016. 88 p.

15. Kochenov M. M. Forensic Psychological Examination: Theory and Practice. Selected Works. Moscow, 2010. 352 p.

Submitted 28.02.2018