Архитекторы окопались в Александровском саду

Архитекторы окопались в Александровском саду
       Московские архитектурные функционеры выступили против открытого международного конкурса на проект павильона в Александровском саду. Такие места они берегут для себя.
       В Центральном Доме журналиста они созвали "круглый стол" "Проблемы сохранности Александровского сада" и дали бой организаторам конкурса. Московские власти не смогли стерпеть того, что в столице что-то пытаются сделать в обход мэрии и прикормленных ею зодчих. Объявляя открытый конкурс, два федеральных министерства грозят разрушить монополию москвичей, до сих пор самовластно распределявших заказы и запрещавших иностранцам что-либо строить в Москве иначе как в компании с глубоко авторитетным местным начальником.
       Парадокс ситуации заключался в том, что все самые ужасные архитектурные проекты, которыми московские архитекторы и скульпторы осчастливили горожан, готовились и утверждались в строжайшей тайне, без всяких конкурсов и "круглых столов". Поэтому на острие атаки поставили пострадавших от Минкульта представителей музеев Московского Кремля и функционеров московской службы охраны памятников. Попытавшись объединить как "карманных" противников, которые давно согласовывают все необходимые мэрии нарушения и сносы, так, вероятно, и искренних защитников города. Уже в день объявления конкурса — 26 января — Ъ предрекал скандал между московскими и федеральными властями. Так и произошло.
       Заслуженный архитектор РФ Юрий Сдобнов зачитал письмо министру культуры. Он написал, что конкурс грозит разрушением московской святыни и что он считает ошибкой свое согласие войти в жюри конкурса. Тем самым вице-президент Союза архитекторов России зарекомендовал себя человеком не только предусмотрительным, но и очень последовательным. Владимир Коротаев, директор московского Института генплана, сказал, что в Александровском саду павильону не место. Но вот в построенном Баженовым Царицыно — в самый раз. По счастливому совпадению Институт генплана как раз занимается Царицыно и готов взяться. Виктор Виноградов, замдиректора института "Спецпроектреставрация", с большим знанием дела отметил, что вся эта история задумана только ради денег.
       Так говорили архитекторы. Музейщики и "охранники" выступали еще эмоциональнее, так, как будто бы Александровский сад и вправду поставлен под удар и не сегодня-завтра там возведут Кремлевский дворец съездов, или памятник Петру I, или торговый комплекс "Охотный ряд". Недаром заместитель директора музеев Московского Кремля Ирина Маркина пригрозила конкурсу санкциями ЮНЕСКО и Совета Европы на том именно основании, что Александровский сад и так уже донельзя изгадили. В ответ один из организаторов конкурса, директор Музея архитектуры Давид Саркисян, недипломатично спросил собравшихся, не с их ли благословения 300 квадратных метров и решетку сада заменили бронзовыми уродами Церетели. Собравшиеся утерлись.
       Действительно, закон решительно препятствует строительству в Александровском саду (как препятствовал, впрочем, и Зурабу Церетели). Маловероятно, чтобы итогом конкурса стал реальный павильон, возведенный у Кремлевской стены. Но любопытнее всего, что скандал начался не по поводу строительства. А по поводу конкурса, который даст в итоге всего лишь несколько десятков открытых для обсуждения проектов. Речь идет о первом за 70 лет открытом архитектурном соревновании, принципиально важном для нашего искусства. Когда-то таким же событием стали конкурсы на Дворец Советов и Наркомтяжпром, давшие кроме довольно-таки чудовищного проекта Иофана целую кипу замечательных архитектурных решений, собранием которых до сих пор гордится Музей архитектуры.
       Что является темой нового конкурса? Великий российский зодчий Василий Баженов по заказу Екатерины II спроектировал Большой Кремлевский дворец. Одновременно со строительством дворца архитектор предлагал перепланировать Кремль, Красную площадь и прилегающие к ним территории. Часть стен была разрушена, но затем строительство остановили. От этого замысла в коллекции принадлежащего Госстрою Музея архитектуры осталась знаменитая деревянная модель размером более 50 квадратных метров и высотой 6 метров. Она требует нескольких лет реставрации (по разным расчетам, от 5 до 15). Госстрой собирается выставить эту модель у Кремлевской стены и на глазах публики ее реставрировать. Архитекторы со всего мира приглашены дать свои предложения для павильона, в котором могла бы разместиться модель.
       Требование отменить конкурс еще до его начала выглядит совершеннейшей истерикой, равно как и самоотводы членов жюри, слишком тесно связанных с московским строительным комплексом. Если согласиться с домыслами о том, что невинный на вид проект является эшелонированной интригой федеральных властей против московских, видимо, надо признать, что задуман он очень удачно. И место выбрано неплохо — площадка в Марьиной роще не смогла бы вызвать такого непристойного скандала и выставить московские архитектурные власти в таком дурацком виде.
       
       АЛЕКСЕЙ Ъ-ТАРХАНОВ