Экзистенциальные и онтологические особенности веры в условиях воспитательно-образовательного процесса

составляющей развития отдельных элементов региональной культуры вовсе не означает утраты ими своей самобытности. Речь идет о том, что в процессе межкультурного взаимодействия происходит формирование новой формы социокультурной идентичности, где в наиболее эффективных формах могли бы реализовываться национальные интересы действующих в ней участников и осуществляться совместный поиск решения проблем, имеющих жизненно важное значение для человеческой цивилизации в целом.

Так как Забайкальский край является воротами в Азию не только для Дальнего Востока России, но и для ряда западных регионов страны, то в процессе межкультурного взаимодействия РФ и КНР основой культурной идентичности для населения Забайкалья может стать соединение в себе восточного и западного начал. Становление Забайкальского края как универсального посредника между АТР и Европой способно сгладить межцивилизационные противоречия, вывести диалог между этими регионами на принципиально новый уровень.

В настоящее время очевиден факт того, что Китай расширяет сферы своего влияния не только с позиций экономики и политики, но и с позиции культурного обмена между государствами. Привнося новые элементы в культуру соседнего государства, Китай также заимствует определенные рациональные элементы культуры этой страны. Такое взаимодействие, в свою очередь, приводит к трансформации процессов идентичности народов обеих стран. Однако, как показывает китайский опыт, региональная культура в данном случае ассимилирует в себе необходимые ей нововведения, адаптирует их с точки зрения традиционной культуры и использует для дальнейшего развития.

Литература

1. Бабкина Е.С. Своеобразие историко - философской парадигмы «Восток-Запад» в творчестве Б.А. Пильняка // Проблемы Дальнего Востока. - 2007.- №2.- С. 143.

2. Балакин В.И. О российско-китайских отношениях стратегического партнерства в глобализирующемся мире //Россия и Китай: сотрудничество в условиях глобализации.

- М.: РАН, Институт Дальнего Востока, 2005. - С. 18-41.

3. Декларация принципов международного культурного сотрудничества ООН. [Электронный ресурс]. - URL: http://un.bv/documents/humrights/rightstouse/culturetx1.html. -Загл. с экрана.

4. Ларин В.Л. Межрегиональное взаимодействие России и Китая в начале ХХ1 века: опыт, проблемы, перспективы // Проблемы Дальнего Востока. - 2008. - № 2. - С. 47.

5. Ли Пин. Формирование культурного пространства в приграничных регионах КНР и России (на примере Забайкальского края и Автономного района Внутренней Монголии КНР) // Вестник ЧитГУ. - 2008. - № 5 (50). - С. 134-137.

6. Подписана программа взаимодействия между министерствами культуры России и Китая.[Электронный ресурс].

- URL: http:// www.rian.ru/politics/20020307/85046.html.

7. Пылкова А.А. Приграничье как феномен культуры: на примере Дальнего Востока России [Электронный ресурс]: автореф. дис. ... канд. культурологии. - URL: http://www.dissers.info/abstract 15488.html.

8. Россия и Китай выступают за создание надежной системы стратегической стабильности, основанной на международно-правовых механизмах [Электронный ресурс]. -URL: http:// www.rian.ru/politics/20020307/85046.html.

9. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. - М.: Слово, 2000. - 624 с.

10. Ху Цзиньтао. Доклад на 17 съезде КПК [Электронный ресурс] URL: http://www.anctc.ru/inform/textnews/2007-10-24/44418/? site=2.

Морозова Валентина Сергеевна, канд. филос. наук, доцент кафедры востоковедения Читинского гос. университета, директор Читинского филиала Учреждения РАН, Института Дальнего Востока РАН.

Morozova Valentina Sergeevna, candidate of philosophical sciences, lecturer of department of Oriental studies Chita State University, director of Chita branch of the establishment of Russian Academy of Sciences of the Institute of the Far East.

E-mail: morozova1550@mail.ru

УДК 111:37.01

Р.К. Омельчук

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ И ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ВЕРЫ В УСЛОВИЯХ ВОСПИТАТЕЛЬНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА

В статье проблема веры рассматривается не как религиозный и гносеологический, а бытийно-ценностный феномен. Рассматривается, как диалектика веры и истины реализуется через образование, через становление человека истинным. Обосновывается, что воспитательно-образовательный процесс происходит в смыслоценностном поле веры.

Ключевые слова: онтология веры, экзистенция, образование, уровни образования, становление личности, истина человеческого бытия, ценности, смысл.

EXISTENTIAL AND ONTOLOGICAL PECULIARITIES OF FAITH IN UPBRINING AND EDUCATIONAL PROCESS

The article deals with the problem of faith not as a religious phenomenon or phenomenon of the knowledge theory, but as an ex-istantially-value phenomenon. It is considered, how the faith and true dialectics are realized through upbringing and educational process.

Key words: ontology of faith, existence, education, educational levels, formation of a person, true of human being, value, sense.

В современном обществе ощущается дефицит смысла. Один из ведущих мировых специалистов в области повышения эффективности организаций путем глубоких преобразований доктор Ицхак Калдерон Адизес в одном из интервью говорил о том, что многие люди путают духовную жизнь с религиозной. Духовность наполняет жизнь человека смыслом, что позволяет переоценить повседневность и обыденность и преодолеть стереотипность, характерную порой даже для религии. Существует большая разница между верой как феноменом духовной жизни личности и верой как религиозным феноменом.

Попытаемся взглянуть на проблему веры с точки зрения становления наличного человека истинным. В этом случае вера представляется как неотъемлемая часть бытия человека, как личностное отношение к истине, как образование личности. Новизна такого подхода в данном случае заключается в том, что вера рассматривается не как религиозное понятие и не как часть познавательного процесса, дополняющая разум, а бытийно-ценностно. Понимаемая таким образом вера затрагивает самые глубинные основы человеческого существования и связана с обретением человеком смысла, осознанием своего предназначения.

Вера как экзистенциальная ценность играет важнейшую роль в воспитательно-образовательном процессе, который в дальнейшем мы будем обозначать в качестве процесса становления личности. Традиционно такое становление имело религиозный характер, и потому в светской науке сформировался устойчивый стереотип, дискредитирующий экзистенциальные и онтологические особенности веры. Вера как экзистенциально-онтологический феномен представляет собой важнейший инструмент формирования и сущностного самоопределения личности. Без веры нет человека как полноценной, социально компетентной, адекватной личности, осознанно выбирающей свои жизненные цели и способной не только ценить человеческие отношения, окружающий мир, но и защищать эти ценности. Именно поэтому изучение феномена и механизмов веры призвано усовершенствовать и модернизировать воспитательно-образовательные про-

цессы в современном обществе. Воспитательнообразовательный эффект фундируется своеобразием механизма функционирования веры, который заключается в постепенном отождествлении наличного (субъект веры) с истинным (объект веры), или, другими словами, самой личности и того, во что она верит. Такое отождествление приводит к со-единению человека с содержанием принятых им смыслов, что характеризует веру как основу напряженного внутреннего действия по образованию и преобразованию человеком самого себя.

Интеграционные процессы, происходящие внутри личности в процессе становления, можно определить как образование. В процессе такого образования «образуется» личность, формируются ее индивидуальные качества, раскрывается ее уникальность, осознаются ее предназначение и смысл жизни. Такой взгляд на образование впервые предложил М. Хайдеггер в своей статье «Учение Платона об истине» [5]. Именно через призму такого подхода вера и образование как интеграционные факторы личностного становления открывают взаимозависимость экзистенции, трансценденции, ценности и смысла. В свете этого в качестве надежного основания для бытийно-ценностного анализа проблемы веры важным представляется понимание экзистенции, устремленной к трансценденции: именно такой подход к вере объединяет вокруг нее перечисленные категории и дает качественно новую концепцию веры. Реализация этой концепции во многом зависит от комплексного рассмотрения частных подходов, выработанных отдельными мыслителями различных философских школ в рамках общего для них философского интереса.

Наиболее существенными экзистенциальноонтологическими особенностями веры, на наш взгляд, является ее характер: интенциальный, смысло-формирующий, бытийно-ценностный,

личностный, коммуникационный, интегративный, преобразующий, воспитательно-

образовательный. Все эти характеристики способствуют прояснению понятия веры, органично сочетающегося как со сформированной философами ХХ в. теоретико-методологической базой, так и с понятием образования.

Использование этого категориального аппарата в отношении образования в данном случае приводит к раскрытию нескольких его уровней. Можно выделить: 1) предметно-форменный, 2) смыслообразный, 3) чувственно-энергетический и 4) духовно-осознанный уровень образования. Предметно-форменное образование основано на низших мотивациях (принуждение, выгода) и потому не приносит существенных результатов с точки зрения становления личности. Как правило, такой тип образования, с одной стороны, является следствием формальной подачи материала педагогом без получения обратной связи от студентов и должных объяснений и, с другой -обусловлен отсутствием у студентов живого интереса к обсуждаемому вопросу или неустойчивым вниманием к нему. Предметно-форменное образование является поверхностным, поскольку не задействует экзистенциально-онтологических особенностей веры и протекает в атмосфере самоуверенности, не располагающей к диалогу и общению как инструментам передачи ценностей.

Эти недостатки существенно преодолеваются на смыслообразном уровне и полностью исчезают на уровне чувственно-энергетического образования. Так, смыслообразный уровень характеризуется созданием ярких образов с обязательным разъяснением присущих ему смыслов. Осмысление образа способствует активации интен-циальной, смыслоформирующей и бытийноценностной характеристик веры. Благодаря этим экзистенциальным особенностям веры возникает устойчивая связь студента с изучаемым предметом. Интенция (направленность) на смыслообраз одновременно инициирует смыслоценностное поле веры и настраивает, гармонизирует цели и ценности личности.

Чувственно-энергетический уровень образования также связан с верой и ее онтологическими особенностями. Личностная и коммуникационная характеристики веры инициируются в том момент, когда преподаваемый предмет переживается слушателем-студентом на чувственном уровне. В свою очередь, это становится причиной возникновения у человека желания направить свою энергию на самостоятельное изучение предмета. Так инициируются интегративная и преобразующая характеристики веры, которые способствуют формированию целостной личности путем глубоких внутренних преобразований.

Что касается духовно-осознанного уровня, то на данном этапе становления личность предстает как педагог, который своими направленными усилиями (верой) способствует становлению других личностей истинными. В этом случае посредством личности педагога, воплощающей в себе все человеческие идеалы и ценности, прояв-

ляется воспитательно-образовательный характер веры. Личность педагога в определенной степени воплощает для студента истину человеческого бытия и потому сама является объектом бытийной веры.

Обнаруженные нами экзистенциальноонтологические особенности веры раскрываются в процессе образования личности, ее становления истинной. Вера, таким образом, есть рефлексия человека на истину бытия, которая подробно изучена в работах М. Хайдеггера.

Так, в статье «О сущности истины» немецкий философ утверждает: «Неистинность предложения (неправильность) есть несогласованность высказывания с вещью. Неистинность вещи (не-подлинность) означает несовпадение сущего со своей сущностью» [6, 94]. Интересен пример с двумя пятимарковыми монетами, лежащими на столе, на который опирается в данной статье М. Хайдеггер. Они одинаковы, поскольку выглядят одинаково: общим для них является их внешний вид, и в этом отношении они подобны. Однако ситуация меняется, когда мы говорим о наличных пятимарковых монетах: здесь высказывание согласуется с вещью, а не вещь с вещью, как раньше. Философ задается вопросом: «Каким образом нечто совершенно непохожее, т. е. высказывание, оказывается приравненным к монете?» Монета сделана из металла, а высказывание вообще не является вещественным; монета -круглая, а высказывание вообще не имеет пространственного характера; на монету можно что-то купить, а высказывание о ней никогда не бывает платежным средством. М. Хайдеггер заключает, что сущность уподобления слова (имени или высказывания) и вещи определяется скорее видом той связи, которая является господствующей в отношении между высказыванием и вещью. Сущность этой связи определяет характер и степени уподобления вещи и высказывания о ней.

Из примера о пятимарковых монетах становится очевидным, что внутренняя возможность согласованности вещи и высказывания (правильность) подразумевает присутствие веры. Отметим, что М. Хайдеггер употребляет «правильность» в отношении к высказыванию, поскольку бытийные вера и истина в определенной степени присутствуют в словах и в вещах. Немецкий философ хочет, чтобы само бытие заговорило на своем специфическом языке; а язык - это не только говорение, но и слушание [2, 82-83]. Слушание бытия со вниманием и есть «Ба8ет», или «тут-бытие», или «здесь-есть», или присутствие веры и истины. Фундаментальное хайдег-геровское понятие, рассматриваемое через призму образования личности, указывает на присутствие в человеческом бытии веры как стремле-

ния к истине. Без внимания истине с верой внутренний человек не совпадает во времени и пространстве с человеком внешним, иначе говоря, -тут-отсутствует. Раскрытие смысла бытия осуществляется через правильность экзистенции, подразумевающую слушание, внимание, понимание, присутствие, образование, реализацию.

Такая интерпретация экзистенции М. Хайдеггером является не экзистенциалистской, а онтологической: экзистенция связана не с переживаниями, настроениями, тревогами, страхами и заботами, но с понятием интенциональности, и потому из характеристики отношения мысли и предмета она превращается в характеристику отношения сущего к бытию, которое раскрывается как присутствие [2, 82-87]. Современный человек не способен воспринять «присутствия» того, что является «даром», то есть не осознает ценности жизни как заключенном в бытии смысле. Философ считает, что «понять направление, в каком вещь уже движется сама по себе - значит увидеть ее смысл. Во вникании в такой смысл -суть осмысления. Осмыслением подразумевается большее осознание чего-либо» [5, 251]. Таким образом, бытийная вера личности, определяющая направление всей жизни, связана со смыслом ее экзистенции: в феномене веры - ключ к раскрытию глубин внутреннего мира личности, нахождению ее предназначения.

М. Хайдеггер разработал такой методологический аппарат, опираясь на который мы можем проникнуть вглубь экзистенциально-онтологической сущности веры. Эффективность хайдеггеровской методологии кроется в интегральности его подхода к онтологии, который объединяет феноменологию, герменевтику, персонализм и экзистенциализм. С другой стороны, результатом «онтологического поворота» М. Хайдеггера и создания им так называемой фундаментальной онтологии явилось представление истины как несокрытости наряду с сокрытием веры, ее ниги-лизацией. Посредством этого немецкому философу удалось существенно расширить и углубить научно-философское видение таких проблемных вопросов, как бытие человека и истины, их смысл и ценность на фоне конечности возможностей экзистенции и бесконечности возможностей трансценденции.

Здесь необходимо отметить, что русская религиозная философия Х1Х-ХХ вв. во многом предвосхитила основные идеи экзистенциализма, поставив и решив эти же проблемные вопросы.

Так, Л.Н. Толстого интересовали осознание жизни и ее смысл вне отрыва от бытия человека. По его мнению, человеческое «я» идентифицируется через веру, которая выражает нравственную определенность и направленность жизни, ее

смысл. Вера человека характеризуется не словами и не поступками, но смыслом, понимаемым как внутренняя цельность жизни.

С.Л. Франк, Е.Н. Трубецкой и Н.О. Лосский впервые раскрыли во всей полноте взаимную связь веры с истиной, посвятив этой проблеме значительную часть своих работ. С. Л. Франк утверждал, что истина бытия самораскрывается человеку в сверхчувственном опыте веры, переживаемом в откровении. Мыслитель понимает откровение не так, как это принято в богословском контексте, но в самом широком философском смысле - как активное самораскрытие, исходящее из самой открывающейся реальности и направленное на личность; а также в качестве откровения реальности как таковой. Важно, на наш взгляд, отметить, что для С.Л. Франка «правда», «сердечное знание» и вера являются тождественными понятиями, которые сущностно укоренены в самом человеке. «Вера есть не что иное, как полнота и актуальность жизненных сил духа - самосознание, углубленное до восприятия последней глубины и абсолютной основы нашей внутренней жизни, - горение сердца силой, которая по своей значительности и ценности с очевидностью воспринимается как нечто высшее и большее, чем я сам» [4, 247].

В отношении исследуемого нами аспекта веры научно-философская ценность выводов, сделанных русскими религиозными философами, ничем не уступает важности выводов филосо-фов-экзистенциалистов, включая М. Хайдеггера. Однако и в том и в другом случаях мыслителей в основном интересовала истина бытия, которую одни представляли как Бога, а другие - как Ничто, как Мир, как Другого, как Истину. В данном исследовании наиболее целесообразным нам представляется акцентировать внимание на вере в ее связи со становлением человека истинным (образованием). В этом аспекте бытийная вера и есть образование личности, а точнее - вера и есть образование.

Диалектичность природы человека, соединяющей в себе внешнее и внутреннее, временное и вечное, телесное и духовное, является главной причиной, побуждающей его искать истину. Лежащая в основе такого стремления вера осуществляет функцию моделирования целостности человеческого бытия и делает возможными творческую активность личности и ее развитие в целом. Становление личности (образование), равно как и вера в интересующем нас аспекте, предполагает достижение осознаваемой субъектом истины бытия. Истина рассматривается нами в ценностно-смысловой интерпретации. Такой аспект истины, связанный со спецификой человеческого существования, слабо разработан в философской

литературе, именно поэтому изучение бытийной веры требует прояснения бытийной истины.

Наиболее просто истина в онтологическом аспекте представляется Платоном в притче о пещере. Для скованных в пещере истина представляется как жизнь теней; для свободных от оков, но все еще пребывающих во тьме пещеры, истина представляется как ограниченная свобода в условиях искусственного освещения; для вышедших на свет истина предстает так, как она есть. В условиях отсутствия смыслоценностного поля веры высказанная сама по себе истина и истина, аналогичным образом воспринятая слушателем, как правило, настолько же сильно отличаются друг от друга, как свет от тьмы. Вследствие этого качество образования существенно снижается и человек истинный как цель такого образования становится экзистенциальной редкостью. Такая истина характеризуется нами как истина наличного человека, которому свойственно неистинное состояние. Неистинное состояние - это бытийная позиция человека, который живет механически, подчиняясь стандартам мысли, поведения, все время оглядываясь на образцы. Все его дела, мысли, убеждения, привычки являются результатом внешних влияний. Такой человек живет не так, как он хочет, а так, как с ним случается. Под наличным человеком мы понимаем индивида, полагающегося в своем действительном бытии на внешние, природноматериальные основания и потому неспособного преодолеть обыденность и размеренность повседневного существования. Однако жизнь дана человеку для осознания того, что полнота истины существует только в состоянии напряжения всех сил человека, раскрывающего во всей глубине индивидуальность личности.

Заметим в этой связи, что до ХХ в. в философских работах, посвященных исследованию истины, то, что сейчас принято называть понятием «Другой», характеризовалось такими понятиями, как абсолютное, трансцендентное, непостижимое. Можно вспомнить Августина Блаженного, который воспринимает истину в качестве абсолютной личности Творца, наделяющей разум человека способностью постичь божественное бытие, а также Ф. Аквинского, который онтологизирует истину, утверждая ее непостижимость человеком только своими усилиями. Для Ф. Аквинского истина - это богочеловек Иисус Христос, бытие которого находится в связи с Творцом и потому всегда истинно. Средневековый философ утверждает, что такая связь есть залог нахождения истины бытия любым человеком, следующим собственным путем.

Для нас Другой интересен прежде всего как личность, доступная наличному человеку для

заинтересованного субъектно-субъектного общения, под которым понимается в первую очередь передача экзистенциальных ценностей. В контексте экзистенциального подхода к образованию под Другим понимается педагог, а наличный человек - слушатель, студент, а под заинтересованным субъектно-субъектным диалогом -воспитательно-образовательный процесс. Человек наличный оценивает Другого поверхностно и потому низводит, стягивает истину до уровня обыденности и конечности. Чтобы узреть истинные ценности и смысл, носителем которых является Другой, необходимо попытаться воспринять истину как личность и устремиться к ее пониманию. Таким образом, устремленность к личностному пониманию есть основа отношений, позволяющих переживать бытие с истиной.

Диалог между человеком и Другим поддерживается внутренней связью, значимой для обеих сторон. Такая связь характеризует тесноту отношений и полноту открытости. В бескорыстном неэгоистическом отношении человека к Другому рождается истина. Истина человеческого бытия - это «возможность быть, то есть возможность создавать какое-то отношение с бытием» [1, 39]. Говорить о возможности быть - значит подразумевать, что нами такая возможность еще не реализована. В мире конечного истинная человеческая природа сокрыта и искажена, поэтому желание быть всегда сопровождается желанием создавать какое-то отношение с Другим, бытие которого истинно. Истина находится в мире субъективности, понятой как мир живого непосредственного переживания человеком своей деятельности, своего творчества и его результатов. Противостоящий человеку мир выстроен как мир человеческих смыслов, а поиск истины является возвращением человека к самому себе. Человек наличный всегда хочет быть истинным, но, как правило, не находит в себе адекватной для этого базы и потому нуждается в определенном идеале вне себя.

Таким образом, если первый аспект бытийной истины в свете экзистенциального образования характеризуется тождеством наличности и совершенства, что самой формулировкой опровергает смысл образования, то второй аспект бытийной истины характеризуется признанием истинности и ценности Другого. Такое отношение - начало экзистенциального образования личности, ее становления истинным, которое находит свое продолжение в преобразовании личности, ее становлении Другим.

Третий аспект истины бытия связан не просто с экзистенцией, но с личностным бытием в его связи с трансценденцией. Классическое понимание экзистенции как существования личности

еще не предполагает переживания истины как действительного бытия. Наша позиция в этом случае сводится к пониманию истины как добровольной устремленности человека трансценди-ровать, а трансцендирования - как основного критерия достижения истины бытия. Истина, достигаемая личностью в процессе трансценди-рования, наиболее близка к полноте бытия по сравнению с иными состояниями личностного бытия: в обыденном состоянии человек ограниченно воспринимает как истину о себе, так и истину бытия-в-мире, в состоянии экзистенции он адекватно воспринимает только истину «са-мо-бытия», только пытаясь понять «инобытие» [3]. Иными словами, через Другого человек постигает себя истинного.

Человек, узнавший то, для чего ему нужна истина, и устремившийся к реализации этой истины внутри себя, становится истинным. Раскрытие философами социально-онтологической природы человека подчеркивает ее исключительный характер, который позволяет увидеть особое место человека среди других предметов и явлений окружающего мира. Именно человек и его личностные качества являются основным, главенствующим результатом успешного функционирования процесса образования. Однако человек никогда, ни в одной вещи не выражает себя полностью, он всегда значительнее любого своего дела и свершения. Человек есть условие своего собственного существования: он всегда меняется, всегда преодолевает свое сегодняшнее состояние - в этом проявляется его универсальность и свобода.

С точки зрения предлагаемой нами концепции истина, личностно воспринимаемая в качестве духовно-нравственного идеала, есть правда. Правда как личностно воспринимаемая истина тесно связана с ценностями, смыслом и идеалом. Иначе говоря, правдой для человека является личностная истина, ценность которой реально осознается в результате обретенного жизненного опыта. Истина является объективно всеобщим и не может быть схвачена с помощью только рационального мышления, однако посредством личностной правды она приоткрывается понимающему осмыслению веры. Истина как духовно-нравственный идеал (правда) и есть платформа, на которой встречаются бытийная вера и образование личности.

Вера есть своеобразный синтез разнообразных внутренних сил личности, причем не логи-чески-понятийный, а внерациональный, взывающий к целостности и образующий целое. В процессе такого экзистенциального образования объектно-субъектное отношение заменяется на субъектно-субъектное. Мир, Истина, Другой

оказываются персонифицированными, определенными через личностное начало, которое характеризуется наличием самосознания и самосознания.

В качестве рабочего определения мы предлагаем следующее: вера - это способность непосредственного постижения истины, обладающей самостоятельной данностью, присутствующей в сфере человеческого опыта. Исходя из этого, можно считать, что вера коренится именно в духовном опыте человека, проникая во все сферы человеческого бытия. Вера не является феноменом исключительно религиозного опыта, а связана с получением опыта вообще, с жизненной реализацией ценностей, со становлением, образованием и преобразованием личности. Попытаемся обосновать этот тезис.

Так, существенную роль в экзистенциальном образовании играет тот факт, что вера представляет собой внерациональный фактор. Такая вера придает особую экзистенциональную ценность тем или иным смыслам человеческой жизни или, иными словами, судит о значимости тех ценностей, которые выбирает человек. Однако подлинное значение ценностей определяется тогда, когда речь идет об определенной перспективе сохранения каких-либо объектов, связанных с субъектом тесными отношениями (например, другая личность, община, раса, государство, культура). Отношение, основанное на ожидании актуализации в бытии определенных подлинных перспектив, и представляет собой бытийную веру. Такая вера - источник и опора жизни личностной экзистенции, и потому, когда говорится, что единой верой жив человек, надо понимать веру как спасающую ото сна и омертвения. Только для человека, обладающего такой верой, жизнь раскрывается как процесс бесконечного творческого становления, для остальных жизнь -это неизвестность, окрашенная переживаниями страха и тревоги.

Вера характеризуется нами в качестве ценностного отношения, внутренней связи личности с чем-то проявленным в бытии как истинное (таковыми можно полагать Мир, Истину, Другого). Вера и истина связаны посредством бытийного диалога, поскольку если не было бы истины, не возникала бы вера. Причиной появления веры является существование истины. Очевидно, что вера в качестве стремления к определенному совершенству бытия, к истине в одной из своих модификаций присуща каждому человеку. Так, например, концепция здравого смысла Т. Рида онтологически рассматривает веру, полагая ее заложенной в «конституцию человеческой природы». Предметом веры является истина, представляемая человеком в одной из ее модифика-

ций. В истине заложен неисчерпаемый и глубокий смысл, открываемый человеком через феномен личностной веры. В вере человек стремится преодолеть собственную временность через обращение к вечности и ее смыслам.

Как бытие-в-мире, так и экзистенциальное образование подразумевает стремление к некоему идеальному бытию, образ которого формируется жизненными ценностями личности и культивируемыми ею смыслами. Данный тезис является косвенным доказательством укорененности веры в природе человека, поскольку твердая внутренняя убежденность в существовании истинного бытия и есть вера в самом общем смысле, а устремленность человека ко всему истинному, идеальному, совершенному и есть проявление такой веры. Таким образом, каждый человек верит в истину, отношение к которой он проявляет всей своей жизнью. Более того, экзистенциальное образование становится возможным на почве бытийной веры как ценностного отношения к своей собственной жизни. Сегодняшний человек верит в актуализацию желаемого им будущего проекта своей завтрашней жизни. То, что сегодня будет воспитано в человеке, завтра станет социальной реальностью. Иначе говоря, какие ценности станут сегодня истиной бытийной веры для человека, именно такого человека получит общество, именно такую истину он и понесет окружающим его людям. По сути, социальная среда (жизненный мир) является полем для продвижения определенных экзистенциальных ценностей. Своим примером, своей жизнью каждый человек утверждает конкретные ценности в качестве общественной нормы, социальнокультурного идеала. Посредством этой актуализации определенных ценностей в конкретную форму бытия, представляемого как истинного, у самой личности и всех тех, кто попадает в ее жизненный мир, формируется соответствующая форма бытийной веры.

Жизненный мир - это мир в его значимости для человека, мир, в пространстве которого обнаруживается бытийная вера; он является конкретно-исторической основой взаимосогласованного опыта, интерсубъективной идентификации любого смысла. Понятие жизненного мира включает в себя мир человеческого опыта, который открывается в качестве конституированной субъективности сферы значений и горизонта, определяющего все возможности действий субъективности. Жизненный мир характеризуется полем экзистенциальной напряженности бытия, внутри которого осуществляются субъектносубъектные отношения (интерсубъективность). Понятие интерсубъективности способствует созданию образа жизненной реальности, состоящей

из множества «я», в рамках которой личность не только строит отношения, но стремится раскрыть себя, свое предназначение, смысл бытия-в-мире. Жизненный мир таким образом постепенно прорисовывает конкретный человеческий образ, его «я» - именно в этом поле действует бытийная вера.

В данном случае необходимо пояснить, что субъект и объект веры рассматриваются нами исключительно с онтологических позиций. Так, во-первых, под субъектом веры мы понимаем человека, так или иначе переживающего свое бытие-в-мире, а под объектом веры - саму истину или Другого, раскрывшего истину в большей степени, чем субъект. Другой представлен для субъекта в качестве личности, воплотившей истину в своей жизни и потому рассматривающей ее не как средство, но как цель. Как уже отмечалось, под субъектом веры можно подразумевать слушателя, студента, а под объектом - педагога, его личностные качества или экзистенциальные ценности, оживающие в жизненном мире преподаваемой им дисциплины. Во-вторых, человек и истина только до определенного уровня находятся в субъектно-объектных отношениях, поскольку в процессе становления веры эти отношения трансформируются в субъектно-субъектные. Субъектно-субъектные отношения характерны для межличностного диалога, фундаментом которого являются уже не потребности, но ценности и смыслы. Приведем отстраненный пример из области научных достижений современной психологии. Выявлено, что человек усваивает 10% информации, которую слышит, 20% информации, которую видит, 30% информации, которую видит и слышит одновременно, 50% информации, которую обсуждает с другими, 70% информации, которую усваивает через непосредственное участие, и 90% информации, которой учит других. Таким образом, студент, выступающий в качестве учителя, реализуется максимально возможным образом. В-третьих, отношения субъекта и объекта веры могут рассматриваться нами как бытийный диалог себя наличного и себя истинного. Иначе говоря, бытийная вера является движущей силой и жизненной опорой даже состоявшейся личности, педагога. Самоанализ, характерный для внутреннего мира целостной и самодостаточной личности, раскрывает истину уже не только поступка, но и его мотивов.

Таким образом, вера заключается во влечении субъекта веры ко всему, что в той или иной степени соответствует истине. Именно вера впервые проявляет для наличного человека его истинную сущность: открывая для себя истину Другого, он одновременно раскрывает собственную истину. Поступок в узком онтологическом смысле про-

является во влиянии совершенных человеком усилий на состояние его настоящего и последующего существования. Что касается личности Другого, отметим: истина бытия комплексно реализуется им через трансцендентный поступок, соединяющий в себе совершенство действия, совершенство понимания всех обстоятельств этого поступка и совершенство осознания его конечной цели. Иными словами, трансцендентный поступок есть объективное проявление истины бытия на всех уровнях бытия личности (в данном случае - личности Другого). В этой связи становится ясно, что объект веры по сравнению с ее субъектом более совершенен и истинен во всех отношениях. Он влияет на субъект в той степени, в которой бытие последнего соответствует истине.

Итак, вера, которая ставит своей целью истину, определяет правильное направление активности; без истины активность веры не инициирована. Рассмотренный нами механизм инициирования веры истиной более глубоко раскрывает сущность взаимосвязи веры и истины в рамках бытийного диалога. Такой подход позволяет четко проследить, что вера есть экзистенциальный ответ истине. Можно заключить, что человек достигает просветления как качественной стадии экзистенциального образования, отвечая верой «просвету» истины. Такое субъектно-субъектное отношение возникает в ситуации диалога наличного человека с истиной: истина посредством долженствования требует преобразования наличного человека в истинного, а наличный человек, в свою очередь, посредством веры ожидает желаемого.

Переживая бытие-в-мире, человек рано или поздно сталкивается с чем-то истинным, и его сознание становится способным воспринимать человеческую конечность, незаконченность, несовершенство. Источник подлинной активности как раз и состоит в осознании несоответствия желаемого и достигнутого, возможного и действительного, истинного и наличного. В этот момент и зарождается бытийная вера, фундаментом которой является свобода выбора человеком того или иного содержания ценностно-смысловых образований для ориентации в сложившихся условиях. Начало становления человека истинным в этой связи возможно только в том случае, если осознавший свое несоответствие истинным идеалам человек начинает отвечать истине бытийной верой. Такое внутреннее движение, такой экзистенциальный поступок есть первый шаг к просветлению истиной.

Данное исследование, ставящее своей целью привлечь внимание учителей, преподавателей, воспитателей, педагогов к проблеме вере как ин-

дивидуально-экзистенциальному фундаменту

образования и преобразования личности, во многом подтверждено посредством практического опыта. Автору в течение двух лет практически ежедневно представлялась возможность обсуждать актуальные для учащейся молодежи Иркутской области, Улан-Удэ и Красноярска экзистенциальные ценности. Проблемы современного образования, отношения с педагогами и родителями, развитие качеств, выбор профессии и поиск индивидуального предназначения, отношения с противоположным полом, долг и ответственность, общественные отношения, а также такие вечно актуальные темы, как дружба, любовь, свобода и смысл жизни, - вот, пожалуй, лишь небольшой перечень затрагиваемых в обсуждениях проблем и вопросов.

Как показала практика, само существование системы образования основано на образовании (становлении) каждой конкретной личности. Эффективность любой методики целиком зависит от бытийной веры, в ценностно-смысловом поле которой происходит общение студента с педагогом. Живое и заинтересованное общение как процесс обмена истинными ценностями - вот единственный метод качественной преемственности между поколениями. Без бытийной веры педагог - не педагог, а студент - не студент, поскольку именно отношение веры связывает их в процессе живого, экзистенциального образования и преобразования личности. Роль веры в этом процессе сложно переоценить.

Литература

1. Аббаньяно Н. Структура экзистенции. Введение в экзистенциализм. Позитивный экзистенциализм и другие работы / пер. с ит. А. Л. Зорина. - СПб.: Алетейя, 1998. - 506 с.

2. История современной зарубежной философии: компаративистский подход / отв. ред. М.Я. Корнеев. - СПб.: Лань, 1997. - 480 с.

3. Мамардашвили М.К. Мой опыт нетипичен. - СПб.: Азбука, 2000. - 396 с.

4. Франк С. Л. Духовные основы общества. - М.: Республика, 1992. - 511 с.

5. Хайдеггер М. Время и бытие: ст. и выступления / пер. с нем. - М.: Республика, 1993. - 447 с.

6. Хайдеггер М. О сущности истины // Философские науки. - 1989. - №4. - С. 91-104.

7. Хайдеггер М. Основные понятия метафизики (пер. и прим. А.В. Ахутина и В.В. Бибихина) // Вопросы философии. - 1989. - №9. - С. 116-163.

Омельчук Роман Константинович - канд. филос. наук, ст. преп. каф. соц.-экон. дисциплин Восточно-Сибирской государственной академии образования

Omel'chuk Roman Konstantinovich, cand. of philosophical science, senior teacher of department of social and economy disciplines of East-Siberian State Academy of Education.

E-mail: R.Om@list.ru