О некоторых вопросах соблюдения прав обвиняемого при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

Эсендиров Магомед Вахитович

аспирант кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Московского государственного института международных отношений

О некоторых вопросах соблюдения прав обвиняемого при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу

Статья посвящена исследованию процедуры избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, а также анализу проблем и формулированию предложений, связанных с совершенствованием института прав обвиняемого в уголовном процессе.

Ключевые слова: обвиняемый, обвинение, уголовный процесс, права, суд, следователь, дознаватель, предварительное расследование, меры пресечения, заключение под стражу.

M.V. Esendirov, Post-graduate of a Chair of Criminal Law, Criminal Procedure and Criminalistics of the Moscow State Institute of International Relations (University) of the Russian Foreign Ministry; e-mail: m.esendirov@gmail.com

About some issues of respecting the rights of accused in case of imprisonment as a form of restrictive measure

The article is devoted to the study of imprisonment procedure as a form of restrictive measure, and the analysis of the problematic issues and the formulation of proposals associated with improving the institute of the rights of accused in criminal proceeding.

Key words: accused, accusation, criminal procedure, rights, court, investigator, inquiry officer, preliminary inquiry, restrictive measures, imprisonment.

В отношении обвиняемого может быть избрана одна из самых строгих мер пресечения - заключение под стражу. Заметим, что, возможно, в силу традиций, возможно, в силу опасения, что обвиняемый скроется, а возможно, в связи с тем, что другие меры пресечения недостаточно четко регламентированы, судьи в большинстве своем избирают именно меру пресечения в виде заключения под стражу. Так, в 2013 г. в суды общей юрисдикции поступили ходатайства об избрании данной меры пресечения в отношении 146993 человек, из них удовлетворено 133311 ходатайств, в том числе в отношении несовершеннолетних - 1849. При этом отказано в удовлетворении ходатайств в силу различных причин в отношении 11942 лиц. Другими словами, 91% из поданных в суды ходатайств об избрании самой строгой меры пресечения ими удовлетворяется.

Избрание меры пресечения в виде заключения под стражу должно быть обусловлено хотя бы одной из целей, предусмотренных уголовно-процессуальным законом: воспрепятствовать возможному сокрытию лица от органов расследования или суда, не допустить продолжения

преступной деятельности лица; во избежание выражения различными способами угроз в адрес свидетелей или иных субъектов уголовного процесса по делу, уничтожения доказательств либо воспрепятствования производству по уголовному делу любым иным способом, а также лицо может быть заключено под стражу в связи с необходимостью исполнения приговора или возможной его выдачи иностранному государству при получении от иностранного государства запроса о выдаче.

Таким образом, цели, которыми должен руководствоваться правоприменитель при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, являются общими и для всех других мер пресечения, предусмотренных законодательством.

Поскольку заключение под стражу связано со значительными ограничениями, касающимися неотчуждаемых прав человека - права на свободу и неприкосновенность, то такие ограничения должны быть оправданы. И, по справедливому замечанию Н.И. Капинуса, оправданы «лишь целями защиты еще более важных социальных ценностей» [1, с. 36]. Наряду со сказанным, заметим, что нашей целью не является идеали-

208

зировать обвиняемого. Говоря о его правах и их ограничении, считаем возможным заметить, что несвоевременно избранная или недостаточно строгая из имеющихся в арсенале следствия или суда мера пресечения не только не обеспечит цели уголовного процесса по делу, но приведет к безнаказанности преступника, а возможно, и к гибели потерпевшего или свидетеля.

Решение вопроса о заключении под стражу отнесено к исключительной компетенции суда (п. 1 ч. 2 ст. 29, ч. 1 ст. 108 УПК РФ). В основе данного требования - ст. 22 Конституции РФ, согласно которой арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению.

Обвиняемому обеспечивается право на доступ к правосудию, в силу п. 16 ч. 4 ст. 47 УПК РФ он является участником судебного рассмотрения вопроса об избрании меры пресечения, что согласуется с международными стандартами в области правосудия, в частности Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, в ст. 5 которой говорится о том, что «каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство, в ходе которого суд безотлагательно решает вопрос о законности его задержания и выносит постановление о его освобождении, если задержание незаконно».

Заключение под стражу в качестве меры пресечения может избираться в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет. При этом законодатель усилил гарантии лица, в отношении которого такая мера может быть избрана: всякий раз, избирая данную меру пресечения, суд обязан проверить возможность избрания другой, менее строгой меры, а именно залога или домашнего ареста.

Нарушением прав не будет случай избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет. Однако такие случаи законодатель отнес к исключительным, обусловив их наличием одного из следующих обстоятельств: отсутствие у подозреваемого или обвиняемого постоянного места жительства на территории Российской Федерации; не представилось возможным установить его личность; нарушение лицом ранее избранной меры пресечения; лицо скрылось от органов предварительного расследования или от суда. Данный перечень

является исчерпывающим, и судебное решение о применении меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу в нарушение указанного перечня является нарушением его прав и подлежит отмене.

Динамично развивающееся уголовно-процессуальное законодательство пополнилось новыми нормами, расширяющими гарантии обвиняемых. Так, федеральными законами [2; 3; 4] внесены в ст. 108 УПК РФ (ч. 1.1) дополнения о запрете избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, направленных против собственности, не сопряженных с причинением вреда жизни и здоровью человека (ст. 159-1596, 160, 165 УК РФ), если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении иных преступлений в сфере предпринимательской деятельности (ст. 171-174, 1741, 176-178, 180-183, 185-1854, 190-1992 УК РФ), при отсутствии обстоятельств, указанных ранее для лиц, обвиняемых или подозреваемых в совершении преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет (пп. 1-4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ).

Особые условия установлены для защиты прав несовершеннолетнего обвиняемого. Применение меры пресечения в виде заключения под стражу допускается в случае, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, и лишь в исключительных случаях - преступления средней тяжести.

Таким образом, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу предваряет решение судом вопросов о наличии предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований и отсутствии установленных ст. 108 УПК РФ запретов для ее применения, также исследуется возможность применения менее строгой меры пресечения. Поэтому законодатель в ч. 3 ст. 108 УПК РФ обязал излагать в постановлении о возбуждении ходатайства мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого или обвиняемого под стражу и невозможно избрание иной меры пресечения, приложив к постановлению материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства. Именно данные материалы в суде будут проверены с целью принятия решения о мере пресечения.

Состав участников судебного разбирательства по вопросу о мере пресечения в виде заключения под стражу изложен в ч. 4 ст. 108 УПК РФ. Ее буквальное толкование приводит к

209

следующему. В числе обязательных участников названы: судья районного суда или военного суда соответствующего уровня, подозреваемый или обвиняемый, прокурор, защитник (причем если он участвует в уголовном деле).

По своему усмотрению в судебном заседании вправе участвовать: законный представитель несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, руководитель следственного органа, следователь, дознаватель.

При этом неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, за исключением случаев неявки обвиняемого.

Из сказанного приходим к выводу о том, что обязательной является явка судьи и обвиняемого.

Однако содержание ч. 5 ст. 108 УПК РФ указывает на случаи проведения судебного заседания по данному вопросу в отсутствие обвиняемого. К таковым закон относит объявление обвиняемого в международный розыск.

Нам представляется, что решение такого вопроса, как заключение лица под стражу, требует обязательного участия защитника. Причем вне зависимости от того, присутствует ли обвиняемый в зале заседаний суда или объявлен в розыск. Полагаем, что в целях обеспечения прав подозреваемого, обвиняемого, а также во избежание злоупотреблений стороной обвинения необходимо изменить редакцию ч. 4 ст. 108 УПК РФ. Считаем, что первое предложение ч. 4 ст. 108 УПК РФ следовало бы изложить, например, в такой редакции: «Постановление о возбуждении ходатайства об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня с обязательным участием подозреваемого или обвиняемого, прокурора, защитника, приглашенного подозреваемым или обвиняемым, либо назначенного в порядке статьи 50 настоящего Кодекса, по месту производства предварительного расследования либо месту задержания подозреваемого в течение 8 часов с момента поступления материалов в суд».

Нам представляется, что высказанное предложение, во-первых, позволит обеспечить права обвиняемого, подозреваемого и, во-вторых, не приведет к затягиванию сроков рассмотрения ходатайства в случае нежелания обвиняемого, подозреваемого воспользоваться помощью защитника.

В защиту прав обвиняемого уголовно-процессуальное законодательство располагает прави-

лом (ч. 7 ст. 108 УПК РФ), согласно которому в том случае, когда судья не усмотрит оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, он вправе по собственной инициативе избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде залога или домашнего ареста. Более того, как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, исходя из положений ч. 2 и 7 ст. 106 УПК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 5 ст. 107 и ч. 3 и 7.1 ст. 108 УПК РФ, решение об избрании меры пресечения в виде залога суд вправе принять не только по результатам рассмотрения ходатайства следователя, согласованного с руководителем следственного органа, или ходатайства дознавателя, согласованного с прокурором, но и по результатам рассмотрения ходатайства, заявленного подозреваемым, обвиняемым, его защитником, законным представителем либо другим физическим или юридическим лицом, а также по результатам обсуждения в судебном заседании возможности применения альтернативных заключению под стражу или домашнему аресту мер пресечения. Исследование судом фактических и правовых оснований для избрания залога должно осуществляться в условиях состязательности и равноправия сторон с обеспечением подозреваемому, обвиняемому возможности довести до суда свою позицию, в частности о виде и размере залога [5].

По собственной инициативе или по ходатайству стороны защиты судья полномочен рассмотреть вопрос и принять решение об избрании меры пресечения в виде залога или домашнего ареста к обвиняемому (подозреваемому). Однако если лицо положительно характеризуется, имеет постоянное место проживания, не намерено скрываться или препятствовать следствию и есть законные основания избрать отличную от заключения под стражу меру пресечения, то почему нельзя избрать, например, личное поручительство или подписку о невыезде?

Нам же представляется, что с учетом всех условий и ограничений, которые установлены в качестве необходимых требований при избрании мер пресечения, можно было бы предоставить суду право избрания любой другой из перечня мер пресечения (ст. 98 УПК РФ), наиболее соответствующей обстоятельствам и личности лица, в отношении которого она избирается как альтернатива заключению под стражу. В этой связи позволим себе высказать предложения по изменению ч. 7.1 ст. 108 УПК РФ, в которой слова «меру пресечения в виде залога или домашнего ареста» заменить словами «иную меру пресечения». Как представляется,

210

данное предложение в большей мере будет соответствовать соблюдению гарантий прав обвиняемого (подозреваемого) и будет полностью соответствовать самостоятельности судебного выбора и принципам уголовного судопроизводства, в том числе и принципу свободы оценки доказательств.

Следует заметить, что гарантиями прав обвиняемого при избрании меры пресечения являются нормы ч. 9 ст. 108 УПК РФ о невозможности повторного обращения в суд с ходатайством о заключении под стражу одного и того же лица по тому же уголовному делу после вынесения судьей постановления об отказе в избрании этой меры пресечения. Исключение составляют случаи возникновения новых обстоятельств, обосновывающих необходимость заключения лица под стражу.

Кроме того, в числе гарантий - право обвиняемого обжаловать решение суда об избранной мере пресечения в 3-суточный срок со дня его вынесения в порядке апелляции, а также в кассационном порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ.

Гарантии прав обвиняемого реализуются, в том числе, посредством обязанности следователя, дознавателя позаботиться о несовершеннолетних детях, других иждивенцах, а также престарелых родителях, нуждающихся в постороннем уходе, если в связи с избранной в отношении обвиняемого мерой пресечения они остались без присмотра и помощи (ст. 160 УПК РФ). Мерами попечения служат в подобных случаях передача на попечение близких родственников, родственников или других лиц либо помещение в соответствующие детские или социальные учреждения.

Кроме сказанного, обвиняемый (подозреваемый), заключенный под стражу, не лишается права на имущество или жилище и в силу этого вправе рассчитывать на их сохранность, обеспечить которые является обязанностью лица, в чьем производстве находится уголовное дело. Наряду с этим обвиняемый имеет право и на уведомление его о принятых по сохранности его имущества и жилища мерах.

В силу п. 42 ст. 5 УПК РФ содержание под стражей - пребывание лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, либо обвиняемого, к которому применена мера пресечения в виде заключения под стражу, в следственном изоляторе либо ином месте, определяемом федеральным законом. Законодатель, формулируя перечень прав обвиняемого, вполне обоснованно не мог в ст. 47 подробно изложить все права, которыми может

распоряжаться обвиняемый. По этой причине порядок реализации прав обвиняемым в процессе содержания под стражей урегулирован в соответствии со ст. 95 УПК РФ Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» [6], ст. 17 которого называется «Права подозреваемых и обвиняемых».

Обвиняемый вправе обжаловать действия и решения, нарушающие нормы закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в период исполнения им меры пресечения в виде заключения под стражу. Причем на обвиняемого распространяются общие правила о порядке обжалования действий, бездействия или решений должностных лиц и органов, в том числе и право обжалования их в Европейский суд по правам человека. Так, поданные А.Н. Денисенко и В.В. Богданчиковым жалобы в Европейский суд по правам человека были рассмотрены, Суд установил ряд нарушений ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с жестоким обращением со стороны сотрудников правоохранительных органов при нахождении заявителя под стражей, с неэффективностью соответствующего расследования по жалобе заявителя, а также в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе № ИЗ-77/2 Москвы и здании суда [7, с. 7, 34-59]. Вследствие чего Суд постановил обязать государство выплатить заявителю в течение трех месяцев 5000 евро (пять тысяч евро) плюс любой налог, который может быть взыскан с указанной суммы. Надо сказать, что это не единственное решение Европейского суда по вопросам нарушения прав лиц, находящихся под стражей [8]. В качестве примера можно привести Постановление ЕСПЧ от 10 января 2012 г. «Дело "Ананьев и другие (Ananyev and others) против Российской Федерации"» (жалоба № 42525/07, 60800/08), где по делу обжалуются нечеловеческие условия содержания заявителей под стражей в следственных изоляторах (по делу допущено нарушение требований ст. 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод), а также ряд других постановлений Европейского суда [9; 10].

Следует отметить, что за обвиняемым, в отношении которого избрана мера пресечения «заключение под стражу», сохраняется право участвовать в выборах.

Время пребывания лица под стражей засчи-тывается в срок отбывания им наказания, если впоследствии будет постановлен обвинительный приговор суда.

211

Обвиняемый имеет право на изменение меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую в случае выявления у него тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей и удостоверенного медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования [11].

К законным правам лица, привлекаемого в качестве обвиняемого, относится право быть реабилитированным и получить компенсацию вреда, причиненного ему незаконно примененным к нему уголовным преследованием (ч. 4 ст. 11, ст. 133-138 УПК РФ). Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пп. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пп. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, имеет право на реабилитацию - право,

которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Таким образом, исследование регламентации порядка избрания и применения меры пресечения в виде заключения под стражу позволяет говорить о том, что обвиняемый наделен широким комплексом прав, однако нормы УПК РФ небезупречны в части регулирования порядка осуществления установленных прав и в силу сказанного нуждаются в совершенствовании. Представляется, что изложенное видение необходимых изменений и дополнений в нормы действующего законодательства послужит оптимизации правового статуса обвиняемого, а также его защите в уголовном процессе.

1. Капинус Н.И. Меры пресечения в российском уголовном процессе // Следователь. 1998. № 5.

2. О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 29 дек. 2009 г. № 383-ф3 (в ред. от 7 февр. 2011 г.) // Рос. газ. 2009. 31 дек.

3. О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 7 апр. 2010 г. № 60-ФЗ (в ред. от 6 дек. 2011 г.) // Рос. газ. 2010. 9 апр.

4. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 29 нояб. 2012 г. № 207-ФЗ // Рос. газ. 2012. 3 дек.

5. О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 дек. 2013 г. № 41 // Рос. газ. 2013. 27 дек.

6. О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений: федер. закон от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ (в ред. от 28 июня 2014 г.) // Рос. газ. 1995. 20 июля.

7. Дело «Денисенко и Богданчиков (Denisenko and Bogdanchikov) против Российской Федерации»: постановление Европейского суда по правам человека от 12 февр. 2009 г. // Бюл. Европейского суда по правам человека. Рос. изд. 2012. № 8.

1. Kapinus N.I. Restrictive measures in the Russian criminal trial // Investigator. 1998. № 5.

2. About modification of part one of the Tax code of the Russian Federation and separate acts of the Russian Federation: fed. law of Dec. 29, 2009 № 383-FL (in ed. of Febr. 7, 2011) // Rus. newsp. 2009. Dec. 31.

3. About modification of separate acts of the Russian Federation: fed. law of Apr. 7, 2010 № 60-FL (in ed. of Dec. 6, 2011) // Rus. newsp. 2010. Apr. 9.

4. About modification of the Criminal code of the Russian Federation and separate acts of the Russian Federation: fed. law of Nov. 29, 2012 № 207-FL //Rus. newsp. 2012. Dec. 3.

5. About practice of application by courts of the legislation on measures of restraint in the form of detention, house arrest and bail: resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation of Dec. 19, 2013 № 41 // Rus. newsp. 2013. Dec. 27.

6. About detention of suspects and the crimes accused of commission: fed. law of July 15, 1995 № 103-FL (in ed. of June 28, 2014) // Rus. newsp. 1995. July 20.

7. Case «Denisenko and Bogdanchikov (Denisenko and Bogdanchikov) against the Russian Federation»: resolution of the European Court of Human Rights of Febr. 12, 2009 // Bull. of the European Court of Human Rights. Rus. ed. 2012. № 8.

8. Panteleeva K.A. Ineffectiveness of the Russian means from inadequate conditions of detention: the analysis of the «pilot» Resolution of the European Court of Human Rights «Ananyev

212

8. Пантелеева К. А. Неэффективность российских средств правовой защиты от ненадлежащих условий содержания под стражей: анализ «пилотного» Постановления Европейского суда по правам человека «Ананьев и другие против России» // Современное право. 2013. № 9. С. 98-105.

9. Дело «Ананьев и другие (Ananyev and others) против Российской Федерации» (жалоба № 42525/07, 60800/08): постановление Европейского суда по правам человека от 10 янв. 2012 г. // Бюл. Европейского суда по правам человека. 2012. № 8.

10. Дело «Бурдов (Burdov) против Российской Федерации» (№ 2) (жалоба № 33509/04): постановление Европейского суда по правам человека от 15 янв. 2009 г. // Рос. хроника Европейского суда. 2009. № 4.

11. О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений: постановление Правительства РФ от 14 янв. 2011 г. № 3 (в ред. от 4 сент. 2012 г.) // Рос. газ. 2011. 21 янв.

and others against Russia» // Modern law. 2013. № 9. P. 98-105.

9. Case «Ananyev and other (Ananyev and others) against the Russian Federation»: resolution of the European Court of Human Rights of Jan. 10, 2012 (complaint № 42525/07, 60800/08) // Bull. of the European Court of Human Rights. 2012. № 8.

10. Case «Burdov (Burdov) against the Russian Federation» (№ 2) (complaint № 33509/04): resolution of the European Court of Human Rights of Jan. 15, 2009 // Russian chronicle of the European Court. 2009. № 4.

11. About medical examination of suspects or the crimes accused of commission: resolution of the Government of the Russian Federation of Jan. 14, 2011 № 3 (in ed. of Sept. 4, 2012) // Rus. newsp. 2011. Jan. 21.

213