"Инновации в России тормозит отсутствие конкурентной среды"

В рамках форума "Открытые инновации" впервые прошла конференция "Композиты без границ". О перспективах российских композитов на мировом рынке, основных трендах, проблемах и надеждах отрасли рассказал генеральный директор холдинговой компании "Композит" ЛЕОНИД МЕЛАМЕД.

— Расскажите, чего вы ожидали от конференции "Композиты без границ"?

— Мы уже проводили конференции по композитам, но в основном они носили инженерный, узкоспециализированный характер. С появлением на горизонте форума "Открытые инновации", который нас пригласил внутри них сделать эту конференцию, она получила скачкообразное развитие, совершенно неожиданное для нас. Посудите сами, на нашей первой конференции было 150 человек, на второй конференции в прошлом году было 250 человек, а в этом году только 700 человек зарегистрировались для работы в секциях, а вообще через стенд на выставке прошло несколько тысяч человек. Мы с таким интересом никогда раньше не сталкивались, совершенно этого не ожидали и очень довольны.

— На форуме вообще и на конференции в частности было очень много международных участников. Как вы себя видите на мировом рынке?

— Мы в общем-то много ездим по миру, потому что для инноваций на сегодняшний день не существует локальных рынков. Хочешь не хочешь, но все равно ты должен производить продукцию для глобального рынка, и поэтому мы пытаемся организовать много партнерств в разных областях: от исследований до маркетинга. Эту конференцию мы проводили совместно с таким мировым лидером, как Dow Chemical. Они два года назад приняли решение, что серьезно начинают инвестировать в композиты высокой прочности и малого веса. И они создали с крупнейшим в мире производителем акрилового волокна турецкой Aksa совместное предприятие и теперь организуют по всему миру партнерства. В частности, взгляд упал на Россию, и это вылилось в то, что они пожелали присутствовать в нашем инжиниринговом центре — Нанотехнологическом центре композитов, который мы создали вместе с инфраструктурным фондом "Роснано".

Они очень стратегичны и решили, что сначала им надо зайти в инжиниринговый центр, куда по замыслу должны приходить те люди, которые выпускают конечные изделия и которым там можно представлять материалы, выпускаемые DowAksa. Больше года шла работа над документами, частично они были подписаны на форуме, а полный пакет юридически обязывающих соглашений будет подписан до конца года. DowAksa получит треть в инжиниринговом центре и вложит 134 млн рублей — это небольшие инвестиции, но это правильный шаг для развития партнерства.

— Для них, вероятно, интересен российский внутренний рынок. А что для вас интересно в данном партнерстве?

— Вы знаете, это не совсем так. Дело в том, что внутренний российский рынок композитов очень маленький, очень архаичный, как почти в любых других областях применения инноваций в России. Сегодня если взять высокопрочные композиты, то российский рынок составляет всего 0,3% от мирового, что в десять раз меньше, чем доля России в мировом ВВП. Естественно, инвесторы и на него смотрят, но им еще очень важны наши компетенции в инженерной области. Мы считаем, что за несколько лет создали неплохую инженерную компанию, построили инжиниринговый центр вместе с инфраструктурным фондом "Роснано", и, думаю, это прежде всего привлекает иностранных инвесторов.

— Что больше всего тормозит внедрение композитов России?

— Как и с любыми другими инновациями — отсутствие конкурентной среды. Это в прессе зачастую инновации описывают как что-то такое романтическое, веселое и интересное, а если вы спросите любого производственника или собственника предприятия, то он скажет, что это крайне рисковое дело, очень тяжелое во внедрении, и успех никто не гарантирует. Если взять в среднем, из каждых трех инноваций или модернизаций одна заканчивается полным провалом, одна работает в ноль, а одна оказывается удачной, и то твое производство потом еще год лихорадит. Поэтому люди в здравом уме занимаются инновациями только тогда, когда ситуация безвыходная, иначе твое производство выметут с рынка конкуренты. А поскольку подавляющее большинство российских предприятий находятся вне конкурентной среды — по самым скромным оценкам, 60% ВВП формируется в госсекторе, то спрос на технологические инновации низок. При этом если посмотреть на относительно небольшую часть нашей экономики, где конкуренция очень высока, например IT и телеком, то там применяются технологии мирового уровня.

— Что нужно российским композитам, чтобы завоевать нишу на мировом рынке?

— То же, что и нероссийским,— быть конкурентоспособным. Этот рынок является быстрорастущим, на нем появляется очень много новых компаний, а поскольку продукт высокомаржинальный, конкурентоспособность во многом зависит от качества инженерной составляющей. Мне кажется, что для успеха нужно не только иметь хорошее производство с оптимальным масштабом, но и глубокие инженерные знания. При этом оптимальный масштаб — это на порядок больше, чем весь российский рынок. Чтобы быть конкурентоспособным, ты должен инсталлировать технологические линии с производительностью несколько тысяч тонн, а объем российского рынка сейчас это несколько сотен тонн. Поскольку рынок фрагментированный, то и линейка продуктов должна быть широкой, если ты хочешь стать универсальным бойцом на рынке.

— Каковы основные драйверы спроса на композиты в мире?

— Стандартный драйвер, который был на протяжении многих лет,— это авиация, и она никогда не уходит. Там большие планы по увеличению парка судов и количества перевозимых пассажиров, и хотя по тоннажу производимых композитов доля будет уменьшаться примерно до 20% к 2020 году, но в денежном выражении, поскольку речь идет о материалах с высокими эксплуатационными характеристиками, доля будет около 40%. Следующее направление — это автомобилестроение, которое, на наш взгляд, будет очень мощным драйвером спроса на материалы высокой прочности и малого веса, и здесь будут большие объемы. В ветроэнергетике поиски эффективности заставляют всех идти в сторону агрегатов с большой единичной мощностью, а это влечет за собой увеличение длины лопасти. Мы уже видим, как испытываются 80-метровые лопасти, и слышим заявления игроков рынка о том, что они конструируют 100- и 120-метровые лопасти. И здесь не обойтись не просто без композитов — все лопасти для ветряков уже и так композитные, а без карбоновых композитов.

Следующий драйвер — трубопроводный транспорт, где в ближайшую пару десятилетий металлические трубы, особенно если речь идет о больших диаметрах, не устоят. Вообще экономика композитов опирается на два базовых преимущества — малый вес при большой прочности и нулевая коррозия. В трубопроводном транспорте вес не очень важен, а вот коррозионные свойства имеют огромное значение. По оценкам "Газпрома", половина затрат на эксплуатацию трубопроводов связана с борьбой с коррозией. Это гигантские деньги, а с композитными трубами этих проблем просто нет. В мировой нефтегазовой индустрии половина новых инсталляций трубопроводов — это уже композитные трубы. Мы создали вместе с "Газпромом" рабочую группу, она должна до конца года ответить на ряд вопросов: посчитать экономику и сказать, какие технологические проблемы надо в первую очередь преодолеть, чтобы перейти на композитные трубы большого диаметра для высоких давлений.

Следующий драйвер — это судостроение. Мы смотрим, как постепенно увеличивается длина судов, полностью построенных из композитов. Начиналось все это с яхтенного спорта, а сейчас мы видим, что для военных целей уже проектируют 70-метровые корабли из композитов. Пока сложно говорить о совсем больших судах, нефтетанкерах, но многие детали таких судов, например надстройки, целесообразно делать из композитов, поскольку это позволяет уменьшить вес и, соответственно, сократить водоизмещение и затраты металла. Строительство — здесь композиты применяются для отделки и ремонта, но использование композитов в самих конструкциях пока неконкурентоспособно с металлом из-за высокой цены. Хотя в некоторых сегментах, например строительстве мостов, у композитов хорошие перспективы, потому что там тоже есть и экономика веса, и экономика коррозии.

— Государство сейчас стимулирует спрос на композиты?

— Мне кажется, государство правильные программы разработало и приняло. Композитам посвящена подпрограмма в госпрограмме по развитию промышленности и повышению ее конкурентоспособности до 2020 года. И есть действительно задача по разработке программ стимулирования спроса, особенно для крупнотоннажного производства, и частично это уже сделано применительно к ветроэнергетике. Сейчас введен механизм договоров на поставку мощности для альтернативной энергетики, а применительно к ветрогенераторам там прописана локализация, и на деле все композитные части должны быть изготовлены в России. А объем рынка там шикарный — $7,2 млрд, и если 20% из этого придется на композиты, это в разы увеличивает наш рынок.

— Какие главные проблемы сейчас есть у холдинга "Композит"?

— Самая главная проблема для нас, так же, как и для всей индустрии,— очень длинные инвестиционные циклы. Во-первых, надо ставить очень масштабное оборудование, чтобы быть конкурентоспособным. Во-вторых, композиты применяются в высоконагруженных конструкциях, которые, будь то самолеты, суда или ветрогенераторы, связаны с безопасностью людей, поэтому период испытания материалов длительный — от полугода до пяти лет. Например, чтобы вам только квалифицировать свой материал для использования в авиации, надо провести 60-70 тыс. испытаний на образцах. Только после этого вы сможете участвовать в тендерах, в которых еще неизвестно, выиграете вы или нет. Поэтому всегда вопрос, как найти на этот долгий цикл инвестора или заемные средства.

— В российских условиях таким инвестором может быть только государство?

— На таких стадиях, когда инвестиционный цикл составляет десять лет, без поддержки государства невозможно. По большому счету в других странах такая же ситуация. Например, в Южной Корее сделали целую "композитную долину" и инвестировали туда $700 млн, тот же подход и в Европе, и в Северной Америке.

На второе место я бы поставил проблему с кадрами. Мы ищем инженеров днем с огнем по всему миру, потому что хороших, действительно опытных инженеров в России мы просто не можем найти. А из-за рубежа в Россию хорошие инженеры даже за тройную зарплату не едут или едут крайне неохотно, в том числе потому, что композиты высокой прочности и малого веса являются материалами двойного назначения. В России мы практически нанимаем только необстрелянную молодежь, и хорошо, если они станут классными специалистами через пять-семь лет, но конкурировать-то надо уже сегодня. Есть очень талантливые российские студенты, но они просто плохо подготовлены: у них никогда не было реальной практики, современное оборудование они не знают, и, самое главное, учат их люди, которые также никогда не имели дела с новейшими производственными установками и технологиями в области композитных материалов, а имеют знания лишь на теоретическом уровне. Это огромная проблема, и я очень надеюсь, что партнерство с Dow нам здесь сильно поможет.

— Чем именно? Их компетенциями?

— Даже не их компетенциями, а возможностью на мировом рынке кадры привлекать. Одно дело, когда тебе предлагают перейти в компанию "Композит", которую в мире мало кто знает, а совсем другое — СП с Dow Chemical.

— На какую долю мирового рынка холдинг "Композит" рассчитывает через десять лет?

— Я считаю, что дойти до уровня, соответствующего доле России в мировом ВВП, то есть примерно 3-3,5%,— это задача тяжелая, но решаемая. Мне кажется, это адекватная, реалистичная цель.