Повседневность и демографические процессы населения целинных районов Оренбургской области

УДК 314.174

О. В. Кузнецова

ПОВСЕДНЕВНОСТЬ И ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ НАСЕЛЕНИЯ ЦЕЛИННЫХ РАЙОНОВ ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

Необходимость данного исследования вызвана попыткой определения более глубоких связей между демографией и повседневной историей, которую на данный момент многие исследователи повседневности упускают. В статье впервые проводится изучение искусственно сложившейся группы населения целинных районов Оренбургской (Чкаловской) области в первом десятилетии их освоения во взаимосвязи демографических процессов и повседневности. Рассматриваются вопросы гендерных отношений, обусловленных несоразмерностью соотношения полов прибывших на целину, делаются выводы о возникших проблемах в социуме первоцелинников как следствии неверной демографической политики Государства. Анализируется национальный состав, характеризующий форму сосуществования разных национальных традиций на целинных территориях. Характеризуется уровень образования, который непосредственно связан с потребностями в уровне организации культурной жизни первоце-линников. Определяется связь между рождаемостью, смертностью, естественным приростом населения, половозрастным соотношением, миграцией населения с уровнем готовности материально-бытовых условий на

целине. Практически все демографические статистические показатели сравниваются с общесоветскими, что позволяет определить особенности демографических процессов на целине. Таким образом, делаются выводы о ранее не исследуемом влиянии демографических процессов на складывающуюся повседневность первоцелинников. Впервые определяется социальный портрет первоцелинника на базе комплекса исследованных демографических данных.

Особое место в статье уделено вопросам реэмигрантов из Китая, прибывших на освоение целинных и залежных земель. На основе архивных данных анализируется их гендерный, национальный составы, уровень образования, потребности и проблемы взаимоотношений с новоселами из других регионов. Проводится сравнительная характеристика демографических показателей реэмигрантов и первоцелинников из областей и республик СССР Впервые делаются выводы об определяющей роли реэмигрантов в процессе формирования новой искусственной социальной группы на целине в первые несколько лет ее освоения.

Ключевые слова: демографические процессы, целина, социальный портрет, миграция.

O. Kuznetsova

EVERYDAY LIFE AND DEMOGRAPHIC PROCESSES IN VIRGIN LANDS

OF ORENBURG REGION

The need for this research was caused by an attempt to determine deeper links between demography and everyday history, which are now being neglected by many researchers. The article studies the artificially formed population group of virgin lands of the Orenburg (Chkalov) region in the first decade of their development in the relationship of demographic processes and everyday life.

The research considers the issues of gender relations caused by the disproportion of the sex ratio of the newcomers to the virgin lands, concludes the problems in the society as a consequence of the wrong demographic policy of the state. The social structure characterizing the form of coexistence of different national traditions in virgin territories is analyzed.

The article characterizes the level of education, directly related to the needs of the level of organization of cultural life of the first ones who worked virgin land. The relationship between fertility, mortality, natural population growth, sex and age ratio, migration of the population with the level of readiness of material and living conditions in virgin lands is determined. Almost all demographic statistics are com-

pared with the average Soviet, which allows one to determine the characteristics of demographic processes in the virgin lands. Thus, the conclusions about the previously unexplored impact of demographic processes on the daily life of the first ones who worked on virgin land are made. For the first time, the social portrait of the newcomers to the virgin lands based on the investigated demographic data complex is defined.

The special place in the research is given to the issues of re-emigrants from China who came to develop virgin and disused lands. Based on archival data, their gender, ethnic composition, level of education, needs and problems of relations with new settlers from other regions are analyzed. The comparative characteristic of demographic indicators of re-emigrants and the newcomers to the virgin lands from the regions and republics of the USSR is carried out. Conclusions about the determining role of re-emigrants in the process of formation of a new artificial social group on virgin lands in the first few years of its development are made.

Key words: demographic processes, virgin lands, social portrait, migration.

скФУ

Характеристика населения как элемент повседневной истории многие авторы нередко связывают с демографическими процессами. Например, Ю. А. Поляков выделяет историко-де-мографическое направление и историческую демографию, включающие в себя проблемы рождаемости, смертности, естественного прироста населения, проблемы брака, семьи, сексуальных отношений [25, с.128-129]. Но не все авторы считают изучение демографии элементом повседневной истории. Это связано во многом со сложностью определения понятия «повседневность» и сложностью выработки однозначных подходов к ее изучению [12].

Актуальность исследования определяется необходимостью изучения демографических процессов, которые позволяют объяснить и раскрыть некоторые проблемные вопросы повседневности конкретной группы населения, такие как тендерные отношения, традиции семейных связей (отношение к браку вообще; число детей в семье; совместное или раздельное проживание старшего и младшего поколений, что определяет взаимоотношения между ними), национальный состав, характеризующий форму сосуществования разных национальных традиций и т.д.

Но следует отметить, что демографические особенности изменения целинных территорий связаны непосредственно с государственными преобразованиями, начатыми в 1954 г и известными в истории как освоение целины. Поставленная партией и правительством цель по освоению целинных и залежных земель была активно реализована посредством привлечения со всех уголков страны и из-за рубежа представителей различных слоев населения. Произошли значительные миграционные процессы, которые, несомненно, повлияли на медико-демографическую, социально-экономическую, бытовую и культурную среду в целинных районах.

Особенность экономико-социального состояния региона определяется уникальными первоначальными условиями освоения целины. Обширные степи востока области пустовали. Лишь изредка встречались сельские поселения осевших казахских и башкирских кочевников. После установления в начале 20-х гг. XX в. советского строя их образ жизни резко изменился. Не смотря на это, основой их экономического существования по-прежнему оставалось скотоводство, иногда - сельское хозяйство. Здесь в приоритете сохранялись обычаи традиционной мусульманской провинции, где главную роль играли клановость и родовые связи. Все это вписывалось в мир совет-

ского общества, с его системами государственных учреждений и организаций.

Серьезное изменение политической и экономической жизни этого региона стало возможным только в 1954 г., когда Н. С. Хрущев начал свою первую крупную авантюру в сельском хозяйстве страны - освоение целинных и залежных земель. Целью этой кампании стало как оправданная необходимость увеличения производства зерна в стране, так и попытка демонстрации возможностей СССР в соревновании с европейскими передовыми державами, в том числе и в сельском хозяйстве. В своих воспоминаниях Н. С. Хрущев писал, что перед ним сразу встал вопрос о предварительной необходимости создания инфраструктуры, но помешало этому высокая потребность производства зерна в стране [15, с. 98]. Чтобы выйти из этой ситуации, Н. С. Хрущев инициировал параллельное создание целинной инфраструктуры и распашку земель. Все это стало основанием для решения повседневных и бытовых вопросов жизни новоселов по остаточному принципу.

Серьезные преобразования в укладе и экономике области начались с первых дней пребывания сюда новоселов. Районами освоения целинных и залежных земель стали: Адамовский, Домбаров-ский, Тепловский (Первомайский), Кваркенский, Буртинский, Новоорский, Соль-Илецкий, Ташлин-ский, Акбулакский, Илекский. Здесь были сформированы новые и переведены в формат целинных старые совхозы. В этих районах было освоено в исследуемый период 1,8 млн га или 11 % от общих освоенных целинных земель в РСФСР

Руководство страны понимало, что проще и лучше всего сложные условия воспримет молодежь, поэтому именно на нее и была сделана ставка. В помощь были призваны средства массовой информации, которыми возможные бытовые трудности подавали как романтика новых мест [15, с. 98].

Исходя из вышесказанного, нами была поставлена следующая задачи исследования - на основе подробного анализа проблем повседневной жизни и демографической ситуации среди населения целинных земель реконструировать социальный портрет первоцелинника.

Одним из важнейших показателей, отражающих, в том числе и миграционные процессы в целинных районах в связи со значительной культурно-бытовой неустроенностью и природно-климатическими особенностями территории, следует назвать динамику численности населения на целине (см. таблицу 1).

Таблица 1

Численность населения целинных районов Оренбургской (Чкаловской) области (1954-1965 гг.) (на 1 января каждого года, в тыс. чел.) [23, с.11; 21, с. 23; 3]

Районы 1954 г. 1955 г. 1956 г. 1960 г. 1965 г.

Адамовский 20,8 23,9 32 39,9 34

Акбулакский 31,2 32,2 34,2 31,6 35,8

Буртинский 16,4 16,1 17,6 28,2 --

Домбаровский 15,8 16,2 17,9 21,6 26,9

Илекский 19,9 19 20,9 22 39,6

Кваркенскй 22,6 24,5 25,6 26,2 31,4

Ново-Орский 30,8 28,1 32,7 33,3 ---

Соль-Илецкий 35,2 34,8 35,5 49,9 33,5

Ташлинский 18,3 17,3 18,4 18 29,6

Тепловский (Первомайский) 22 21,3 24,2 25,6 30,9

Итого 233 233,4 259 296,3 261,7

В представленной таблице показано изменение численности населения целинных районов Оренбургской (Чкаловской) области. Из представленных данных можно сделать вывод о стабильном увеличении населения в указанных районах с 1955 по 1960 гг. К 1965 г., по отношению к данным пятилетней давности, происходит некоторое снижение численности населения почти до уровня показателей 1956 г. Обращаясь к каждому району отдельно, видно, что показатели не так однозначны. В год начала освоения целины численность населения каждого района определялась от 15,8 до 35,2 тыс. человек. Уже через год приток населения наблюдается только в 4 районах: в Адамовском, Кваркенском, Акбулакском, Дом-баровском в среднем на 500-2000 человек. В других районах наблюдается отток населения. Все это следует связывать с серьезной неустроенностью материально-бытового и культурного характера. Наибольший приток населения наблюдается в Адамовском и Кваркенском районах. Связывать это следует с площадью освоения целины. Даже при условии высокой миграции кадров численность прибывающих перекрывала выезжающих с целины. Уже с 1956 г. и до середины 60-х годов, численность населения целинных

районов стабильно росла практически во всех целинных районах. Резко повышается численность уже 1960 году. Причиной этому стало создание минимальных повседневно-бытовых условий жизни на целине.

Но если мы обратимся к численному составу рабочих целинных совхозов, занятых в основном производстве зерна и хлеба в области, то он будет меняться в обратном отношении - уменьшаться, в среднем на 200-500 человек с 1955 по 1962, учитывая, что общая численность рабочих совхозов, например, по Адамовскому району, от 500 до 1300 человек. Это позволяет отметить значительную текучесть кадров на целине в связи с элементарной неустроенностью повседневной жизни [5, л. 29; 9, л. 49].

Несмотря на то, что текучесть населения - достаточно высока, ситуация с естественным движением населения, включающим рождаемость, смертность и естественный прирост, особенно по сравнению с общесоюзными показателями, ха-растеризуется как вполне устойчивая вплоть до рубежа 1950-х - 1960-х годов. Данную тенденцию можно наблюдать в следующей таблице (см. таблицу 2).

Таблица 2

Рождаемость, смертность, естественный прирост населения по Оренбургской (Чкаловской) области [22, с. 45, 162; 18, с.133; 22, с. 194; 10, с. 142; 33, с. 88; 19, с.127]

Годы На 1000 человек населения

Число родившихся Число умерших Естественный прирост

По СССР По области По СССР По области По СССР По области

1950 26,7 27 9,7 9 17 18

1954 26,6 29 8,9 9 17,7 20

1955 25,7 28 8,2 8 17,5 20

1956 25,2 26 7,6 7 17,6 19

1958 25,3 28,3 7,2 7,9 18,1 18,9

1959 25 28 7,6 8 17,4 20

1960 24,9 27,7 7,1 7,2 17,8 20,5

1961 23,8 27 7,2 7 16,6 20

1962 22,4 25 7,5 7 14,9 18

1963 21,1 22,8 7,2 7,6 13,9 12,3

1964 19,5 20,4 6,9 7,2 12,6 10,9

1965 18,4 18,6 7,3 7 11,1 11,6

Ни в архивах, ни в статистических сборниках не сохранилось точных и полных данных о рождаемости, смертности и естественном приросте населения исключительно по целинным районам. Такая ситуация связана с тем, что расчетов в районном разрезе вплоть до 1965 г. статистическими службами не проводилось. Поэтому мы вынуждены характеризовать ситуацию в целом по Оренбургской (Чкаловской) области в расчете на 1000 человек.

Тенденции, характерные для демографических процессов в стране, не всегда повторяются и в Оренбургской (Чкаловской) области. В частности, во второй половине 1950-х годов как в стране, так и в области наблюдается довольно высокий уровень рождаемости. По сравнению с общесоюзными показателями рождаемость в Чкаловской области значительно выше на 1,5-3 единицы. Подобные показатели характерны и для начала 1950-х гг. в нашей области. Такую динамику можно связать лишь с началом освоения целинных земель и притоком населения в восточные районы области даже на фоне значительной возвратной миграции. Во второй половине 1950-х годов рождаемость по СССР постепенно падает в среднем на 1-1,5 единицы, в Чкаловской же области развивается скачкообразно от 28 человек на 1000 населения в 1955 г. до 26 - в 1956 и вновь до 28,3 в 1957 г., оставаясь выше общесоюзных показателей на 1-2 единицы. При столь высокой рождаемости показатели смертности в области превышают общесоюзные лишь в 50 % и, не имея стабильной тенденции к повышению или понижению, незначительно колеблются на 1-2 единицы.

С начала 1960-х происходит постепенный спад рождаемости: к 1965 году, по сравнению с 1954, с 29 человек до 18,6, то есть более чем на 10 единиц. Смертность, при некоторых колебаниях во второй половине 1950-х, оставалась с практически неизменными показателями, в районе 7-7,5 человек на 1000. Естественный прирост населения, снижаясь до 1959 года, самый высо-

кий показатель имел в 1960 году, что совпадает с самым высоким скачком в численности населения по целинным районам. Одновременно резкое снижение рождаемости к 1965 года совпадает со стабильным ростом населения на целине.

Здесь важно сказать и о половой проблеме, которая совершенно не учитывалась при формировании новых целинных совхозов. На первом месте, по воспоминаниям Н. С. Хрущева, стоял вопрос увеличения производства зерна за короткий промежуток времени, на втором - материально-культурное обустройство новоселов, место соотношения полов и их пропорций на целине вообще не оговаривалось [15, с. 98].

Следует проследить половозрастной состав в рамках демографической характеристики целинных районов Оренбургской (Чкаловской) области. Анализ этих демографических данных особенно показал, что именно дисгармония соотношения полов была острой проблемой внутри коллективных отношений, складывающихся в новых целинных совхозах.

К 1955 г. мужчин в возрасте от 18 до 54 лет стабильно больше женщин почти на 17,5 %, в Адамовском, на 21 % в Домбаровском, на 30 % в Кваркенском, на 22,4 % в Ново-Орском районе [4, л. 19].

При этом демографически процент мужчин значительно больше женщин в возрастной группе от 0 до 20-24 лет [20, с. 629]. Со временем происходит численное выравнивание по половому признаку, а затем и вовсе уменьшение численности мужского населения. По данным переписи 1959 года в Адамовском, Домбаровском, Кваркенском и Ново-Орском районах наиболее многочисленная часть населения, прибывшую на целину, составляет группа от 18 до 30 лет, где мужчин стабильно больше женщин [8, л. 51, 128, 142, 191].

Но если проанализировать соотношение мужчин и женщин по сельсоветам целинных районов на 1 января 1960 г., то получится несколько иная картина (см. таблицу 3).

Таблица 3

Половая характеристика сельского населения по сельсоветам целинных районов на 1.01.1960 г. [6, л. 50, 127, 141, 190]

Назв. сельсоветов Адамовский Назв. сельсоветов Ново-Орский

Муж.

Аниховский 1145 1202 Будамшинский 829 900

Брацлавский 907 958 Ириклинский 423 915

Буруктальский 469 420 Кировский 1167 425

Восточный 634 610 Колпаковский 1194 1282

Елизаветинский 665 748 Кумакский 2275 1339

Киандинский 501 514 Им. М. Горького 1371 2639

Комсомольский 758 764 Ново-Орский 4069 1560

Озерный 996 910 Итого 11328

Теренсайский 2814 2903 Всего 20388

Тобольский 740 803

Таналыкский 425 487

Шильдинский 1815 2010

Всего 11869

Итого 24198

Название сельсоветов Кваркенский

Муж. Жен. Муж. Жен.

Аландский 677 781 Акжарский 942 979

Кваркенский 1193 1383 Ащебутакский 1038 1082

Кировский 1182 1929 Домбаровский 1001 1058

Кульминский 1301 1359 Еленовский 1234 1233

Уральский 797 846 Красночабанский 619 635

Всего 5150 (45%) 6296 (55%) Полевой 738 675

Итого 11446 Всего 5572

Итого 11234

Из таблицы видно, что мужчин больше, чем женщин в Адамовском районе в 3 из 12 сельсоветах (Буруктальский, Восточный и Озерный); в Ново-Орском районе в 3 из 7 - Кировском, Ку-макском, Ново-Орском; в Кваркенском - нет; в Домбаровском - в 2 из 6 (Еленовский и Полевой сельсоветы). Превышение в целом незначительное - 15-100 человек, за исключением Ново-Ор-ского района, где мужчин больше чем женщин в среднем 740-2500 человек или на 10 %. Все это говорит в пользу полового уравнивания населения целинных районов к рубежу 1950-х 1960-х гг.

В связи с анализом половозрастного состава следует выделить в общей совокупности перво-целинников особую группу вновь прибывших -реэмигранты из Китая. По данным архивов в пер-

Половозрастной состав реэм

вый год освоения целины их прибыло 5073 человека. В то время по внутреннему набору на 31 июля 1954 г., приехало 3212 человек [29, л. 10], из чего можно сделать вывод, что именно реэмигрантов было в 1,5 раза больше на целине, чем всех других категорий, значит из социальный, национальный, половозрастной состав будет определять многие показатели в первый год освоения целины.

В ЦДНИОО сохранились анкеты и автобиографии на реэмигрантов из Китая, прибывших на освоение целинных и залежных земель в Чкалов-скую область в мае-июне 1954 года [32]. Анализ производился по формуле бесповторного отбора А. М. Меркова [16, с. 215] (см. таблицу 4).

Таблица 4

нтов из Китая на 1954 год [32]

Возраст Пол

Муж. Жен. Всего

от 16 до 18 лет 1,6 % 3,8 % 5,4%

18-20 4,6 % 4,2 % 8,8%

21-30 17,8 % 17,8 % 35,6%

31-40 8,2 % 7 % 15,2%

41-50 3,8 % 9,4 % 13,2%

51-60 6,4 % 8 % 14,4%

61-70 3,6 % 2,6 % 6,2%

71-80 0,6 % 0,4 % 1%

81-90 - 0,2 % 0,2%

Всего 46,60% 53,40% 100%

В целом в 1954 году на целину земель в Оренбургскую (Чкаловскую) область прибыло мужчин и женщин в возрасте 18-30 лет больше, чем в других возрастных группах (44,4 %), при этом количество мужчин в этих возрастных группах

превышало женскую часть лишь на 0,4 %, что позволило как-то нейтрализовать половое соотношение. Но при высокой текучести, в том числе и среди реэмигрантов, не нашедших главным образом применения своим специальностям на

целине, данное равновесие было очень хрупким. Одновременно нельзя говорить, что большинство были представители второго поколения (возрастная группа от 16 до 30 лет), так как процент реэмигрантов в общей совокупности возрастных групп от 31 года до 90 лет (50,2 %) составляет чуть более половины.

В повседневном плане данные характеристики всей совокупности первоцелинников в начале изучаемого периода говорят о насущной проблеме нехватки женской части населения, что становилось причиной обострения отношений на повседневно-бытовом уровне. Наложение на соотношение полов на целине материально-культурной неустроенности фактически делало повседневную жизнь крайне сложной.

К рубежу 60-х годов наблюдается установление баланса полов, что значительно нормализует обстановку. Но полностью остроту снять не удалось, и данная проблема оставалась еще актуальной в четвертой части всех целинных районов.

В 1961 году на совещании передовиков Н. С. Хрущевым было объявлено, «что теперь наступает новый, второй этап освоения целинных земель... Районы целины стали крупным центром производства товарного хлеба, теперь их надо превратить также и в крупный центр производства мяса, молока, шерсти» [28, с. 211]. Так как создание мя-

сомолочной продукции требует больше затраты женского труда, то в целинные районы, в том числе Оренбургской области, для работы стали требоваться женщины, а не мужчины, как это было в 1954 году. В результате ситуация в соотношении полов несколько меняется. Судить об этом можно на основе данных об удельном весе женщин в численности рабочих и служащих по совхозам Оренбургской области. В 1960 году по сравнению с 1965 годом их процент увеличился с 30 % до 32 %, что может косвенно свидетельствовать об увеличении численности женского населения в целинных районах [23, с. 152; 21, с. 372].

Важными показателями, на наш взгляд, являются характеристики национального состава населения, так как часто на повседневно-бытовом уровне национальная принадлежность определяет поведение, приоритеты интересов, выбор круга друзей и знакомых, семейные и религиозные традиции.

Анализируя национальный состав Оренбургской (Чкаловской) области, можно утверждать, что русское население значительно преобладает над всеми другими национальными группами населения в целинных районах Исключение составляет только Домбаровский район, где казахов больше (см. таблицу 5).

Таблица 5

Национальный и половой составы сельского населения целинных районов Оренбургской области на 1.01.1960. [7, л. 54, 134, 145, 194]

Адамовский Домбаровский Кваркенский Ново-Орский

Муж. Жен. Муж. Жен. Муж. Жен. Муж. Жен.

Все население 14733 15232 5572 5662 8574 9662 13925 15249

Русские 7430 7404 1767 1698 6229 7246 8675 9787

Итого 14834 3465 13475 28249

Украинцы 1779 2158 1094 1193 357 340 713 792

Итого 3937 2287 697 1505

Казахи 3845 4173 2275 2379 904 951 2942 3058

Итого 8018 4654 1855 6000

Башкиры 100 83 19 12 259 289 229 312

Итого 183 31 548 541

Мордва 501 513 55 70 407 423 202 235

Итого 1114 125 830 437

Татары 481 479 123 94 171 150 791 857

Итого 960 217 321 1648

Прочие 597 422 238 216 247 263 368 208

Во всех без исключения районах в общих показателях идет преобладание женской части населения. В Адамовском, Кваркенском и Но-во-Орском районах по численности, как видно из таблицы, больше всего казахов среди других национальностей, за исключением русского населения, которое составляло соответственно по районам - 26,8 %, 10,2 % и 20,6%. Только в Дом-

баровском районе казахского населения было больше русского почти на 11 %. На третьем месте в национальном составе стоят украинцы, которых больше всего в Адамовском и Домбаровском районах.

Сравнение этих данных с данными более ранних периодов не представляется возможным в связи с отсутствием материала по национально-

му составу позднее, чем перепись 1939 года. А так как специальных данных по национальному соотношению не существует, есть лишь отдельные свидетельства о соотношении национальностей в целинных районах. В частности, по Адамовско-му району в информации уполномоченного по делам православной церкви и религиозных культов за ноябрь 1955 года упоминалось, что «в районе по национальному населению - русские и украинцы, и 40 % казахов» [30, л. 6]. Значит, тенденции в соотношении национальностей в 1955 и 1960 годах совпадают по данному району. Примерно та же ситуация и в других районах, что косвенно подтверждается анализом национального состава по целинным районам за 1970 год [11, с. 8687]. Здесь можно выявить тенденцию сохранения доминирования русского населения, включая теперь и Домбаровский район, где русское население стало превышать казахское, хотя и незначительно. Изменяются лишь количественные суммарные показатели в сторону значительного увеличения.

Несмотря на то, что по национальному составу значительный процент относится к казахскому населению, в качестве высококвалифицированных рабочих, получивших высшее или среднее специальное образование, последние значительно отстают [24, с. 101].

Рост специалистов с высшим и средним образованием в сельском хозяйстве области с 1956 по 1965 год очень незначительный. В 1956 г. специалистов с высшим образованием в сельском хозяйстве Оренбургской (Чкаловской) области было не более 4 % от их общего числа. Причем с 1956 г. по 1965 г. показатели снижаются до 3,5 %. Среднее и специальное образование преобладало в 1956 г. в 2-3 раза чаще, чем высшее. К 1965 г. агрономов, зоотехников, ветеринарных врачей и лесоводов стало меньше на 1,5 %, в то время как число техников возросло на 9,5 % [24, с. 100]. Такое соотношение свидетельствует о том, что большая, определяющая часть специалистов в сельском хозяйстве области, а значит и в целинных совхозах, имели уровень подготовки ниже среднего образования и часто, как подтверждают документы, заканчивали 3,5-месячные курсы училищ механизации сельского хозяйства, где получали специальность трактористов, комбайнеров и бригадиров тракторных бригад [29, л. 28].

О неодинаковом образовательном уровне сельчан и стремлении к получению образования можно судить по данным переписей населения 1959 и 1970 года, где легко просмотреть тенденцию получения образования сельским населением области, так как данные представлены в расчете на 1000 человек населения [11, с. 71].

К 1970 году значительно повысился интерес к получению высшего образования, и его увеличение произошло на 38,5 %. Среднеспециальное образование в 1970 году получили на 10% больше человек, чем в 1959 г. Но это незначительные показатели, тем более что на 1000 человек приходится даже менее 10 получивших высшее и сред-неспециальное образование. Наибольшее уве-

личение, исчисляемое в сотнях, наблюдается в рамках получения среднего общего образования.

Такие данные дают основание для суждения о сохранении тенденции к середине 60-х годов. То есть особенного стремления к получению высшего и среднеспециального образования сельское население не имело, тем более что основная рабочая нагрузка трактористов, комбайнеров и бригадиров не требовала большой профессиональной подготовки.

Образовательный уровень населения совхозов свидетельствует о культурном уровне целинников, определявшем приоритет интересов и качество проведения, например, свободного времени в повседневной жизни.

Стоит сравнить образовательный уровень реэмигрантов из Китая и прибывших на освоение целинных и залежных земель в Чкаловскую область первоцелинников по межобластному и внутриобластному направлению. По нашим подсчетам 65,8 % прибывших реэмигрантов имело среднее и незаконченное среднее образование и по своему происхождению 63 % от общего числа прибывших относились к крестьянству. Среднеспециальную подготовку имели 16,7 %, и 6,4 % были высококвалифицированными специалистами [32].

Если сравнить эти показатели с данными о прибывших на целину в 1954 году, то из 3212 человек, направленных в 69 МТС области, только 1,7 % имели высшее образование, что более чем в 3,5 раза меньше, чем у реэмигрантов [29, л. 10].

По социальным характеристикам первоцелин-ников нами была предпринята попытка составления их социального портрета.

Исходя из предшествующего исследования, всех первоцелинников следует разделить на следующие социальные категории: рабочие промышленных предприятий, колхозники, реэмигранты из Китая, мобилизованные воины и заключенные по административным делам, рабочие совхозов. Среди всех перечисленных категорий самую многочисленную часть вновь прибывших в 1954-1957 гг. на целину составляли промышленные рабочие в возрасте от 18 до 24 лет (от общей численности прибывших их доля по стране равнялась 54,4 %) [1, с.128-129, 228]. Рабочие колхозов и совхоз чаще прибывали на целину в качестве руководящих кадров. Особенно увеличился приток колхозников после преобразования экономически слабых колхозов в совхозы и концу 1958 г. по стране процент колхозников уже составлял 30% от общей численности рабочих совхозов [1, с. 229]. Пик прибытия новоселов на целину - рубеж 1950-1960-х гг.

Так как совхозы - государственные предприятия, то общие тенденции кадровой наполняемости по всей стране будут схожи, в том числе и в Оренбургской (Чкаловской) области.

Отдельно следует охарактеризовать социальный портрет реэмигрантов из Китая. Большая часть из них, судя по автобиографиям, родилась в крестьянских семьях - 63 %, но более 65 % из возрастной группы от 16 до 40 лет и с детства жили и воспитывались в городе. Их городской

образ жизни выделялся высоким уровнем культуры [13, с. 84; 2, 14; 26]. Естественно, что культурно-массовая организация досуга на целине никак не могла соответствовать их запросам.

По национальному составу реэмигранты из Китая в абсолютном большинстве - русские. Более 60 % реэмигрантов имели среднее образование, остальные - среднеспециальное и незаконченное среднеспециальное, высшим образование было у единиц - 6,5 % [32], но это не мешало им еще в эмиграции заниматься преподаванием, журналистикой и офисной работой [27, с. 19]. Многое реэмигранты получили в домашнем воспитании, сохранившем традиции дореволюционного российского образования. Эта рафинированность не позволила им прижиться на целине и, хотя из общей численности вновь прибывших, реэмигранты в первый год превышали все другие категории первоцелинников, почти все они покинули целину в короткий промежуток времени по причине невозможности применения своей профессии [30, л. 28].

В результате анализа демографических изменений населения целинных районов Оренбургской (Чкаловской) области мы пришли к следующим выводам:

- динамика численного состава целинных районов на протяжении всего изучаемого периода характеризуется неодинаковыми показателями. Следует отметить миграционные процессы, свидетельствующие о невнимании к бытовым проблемам целинников. А в некоторых районах отмечено даже стабильное падение численности населения;

- анализ половозрастного состава в начале изучаемого периода говорит о насущной проблеме нехватки женской части населения, выливающейся в обострение на повседневном уровне отношений внутри мужской части и становящейся причиной отъезда с целины. К рубежу 50-х-60-х годов происходит некоторое половое выравнивание, несмотря на то, что проблема нехватки жен-

ской части населения остается актуальной ещё в % целинных сельсоветов и разрешается только к концу изучаемого периода;

- национальный состав населения целинных районов, определяющий во многом поведение, привычки, традиции в семейной и бытовой сферах, характеризуется доминированием русского населения, но с большим процентом казахского. Особенной динамики в изменении соотношений национальностей на целине за изучаемый период не произошло, что дает возможность говорить о стабильности национального состава целинных районов;

- рождаемость, смертность и естественный прирост населения в целом повторяют общесоюзные тенденции, но характеризуются более высокими показателями по рождаемости и естественному приросту и незначительными колебаниями по смертности во второй половине 1950-х годов. Падение рождаемости в первой половине 1960-х годов и увеличение продолжительности жизни населения свидетельствует о старении населения в целом, что объясняет многие особенности межличностных и семейных отношений в повседневной жизни;

- попытка анализа образовательного уровня первоцелинников Оренбургской (Чкаловской) области выявил отсутствие среди них стремления к получению высшего и среднеспециального образования, что объясняется отсутствием необходимости большого числа высококвалифицированных специалистов в целинных совхозах;

- формирование социального портрета первоцелинников показала, что большая часть из прибывших в 1954 г. - молодежь, в том числе и реэмигранты из Китая. Уровень образования первоцелинников с территории Советского Союза был невысоким, в основном приезжали для овладения новой сельскохозяйственной профессией. Исключение составляли реэмигранты, имеющие высшее образование в 3,5 раза чаще прочих категорий первоцелинников.

Источники и литература

1. Богденко М.Л. Совхозы СССР (1951-1958 гг.). М.: Наука, 1972. 376 с.

2. Глухих Д. Штрихи театральной жизни русского Харбина // Проблемы Дальнего Востока. 1995. №4. С. 129-138.

3. Государственный архив Оренбургской области (далее - ГАОО). Ф.Р-1003. Оп.10. Д.148. Л.167; Д.125. Л.128; Д.104. Л.14.

4. ГАОО. Ф.Р-1003. Оп.10. Д.125.

5. ГАОО. Ф.Р-1003. Оп.10. Д.148.

6. ГАОО. Ф.Р-1003. Оп.16. Д.33.

7. ГАОО. Ф.Р-1003. Оп.16. Д.33.

8. ГАОО. Ф.Р-1003. Оп.16. Д.33.

9. ГАОО. Ф.Р-1465. Оп. 6. Д.1449.

10. Женщины и дети в СССР: стат. сб. М.: Статистика, 1969. 207 с.

11. Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. Пол, возраст, состояние в браке, уровень образования, национальность, родной язык, источники существования. Оренбург: Статуправление Оренбургской области ЦСУ РСФСР, 1972. 104 с.

12. Кузнецова О. В. История повседневности на локальном уровне: подходы и трудности // Вестник Челябинского государственного университета. 2007. № 21. С. 128-133.

13. Маркизов Л. Киноконцертная жизнь в русском Харбине // Проблемы Дальнего Востока. 1996. №4. С. 82-91.

14. Мелихов Г. В. Ф. И. Шаляпин в Китае // Проблемы Дальнего Востока. 1991. №1. С.148-156; 1991. №2. С. 140-156.

15. Мемуары Н. С. Хрущева // Вопросы истории. 1994. №12. С. 91-113.

16. Мерков А. М. Демографическая статистика. М.: Медицина, 1965. 215 с.

17. Народное хозяйство РСФСР в 1964 г.: стат. ежегодник. М.: Статистика, 1965. 576 с.

18. Народное хозяйство Чкаловской области: стат. сб.. Чкалов: Чкаловское книж. изд-во, 1957. 139 с.

19. Население СССР 1987: стат. сб. М.: Финансы и статистика, 1988. 439 с.

20. Население СССР, 1988: стат. ежегодник / Госкомстат СССР. М.: Финансы и статистика, 1989. 639 с.

21. Оренбургская область в цифрах: ст. сб. Оренбург: Статуправление Оренбургской области, 1966. 465 с.

22. Оренбургская область в цифрах. 1934-1973 гг.: стат. сб. / под ред. О.М. Туля. Челябинск: Южно-Уральское книж. изд-во, 1974. 244 с.

23. Оренбургская область за 25 лет: ст. сб. Оренбург: Оренбургское книж. изд-во, 1960. 203 с.

24. Оренбургская область за 50 лет Советской власти: стат. сб. Челябинск: Южно-Уральское книжное изд-во, 1967.138 с.

25. Поляков Ю. А. Человек в повседневности (исторические аспекты) // Отечественная история. 2000. №3. С.128-129.

26. Русский Харбин: сб. воспоминаний. М.: МГУ, 1998. 272 с.

27. Смирнов С. В. Эмигранты в Северной Маньчжурии (нач. 1920-х-1945-х гг.): проблемы социальной адаптации: автограф. дисс. ... канд. ист. наук. Екатеринбург, 2002. 24 с.

28. Хрущев Н. С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства. Т.5. М.: Госполитиздат, 1963. 494 с.

29. Центр документации новейшей истории Оренбургской области (далее - ЦДНИОО). Ф.371. Оп.17. Д.1965.

30. ЦДНИОО. Ф.371. Оп.17. Д.2010.

31. ЦДНИОО. Ф.371. Оп.18. Д.1143.

32. ЦДНИОО. Ф.8003. Оп.2. Д.1. 88л.; Д.2. 170л.; Д.3. 164л.; Д.4. 196л.; Д.5. 182л.; Д.6. 190л.; Д.7. 292л.; Д.8. 98л.; Д.9. 229л.

33. Шелестов Д. Взрыв или катастрофа? // Родина. 1999. №10. С.86 - 92.

References

1. Bogdenko M. L. Sovhozy SSSR (1951-1958 gg.) (State farms of the USSR (1951-1958). Moscow: Nauka, 1972. 376 p. (In Russian).

2. Gluhih D. Shtrihi teatral'noj zhizni russkogo Harbina (Touches of the theatrical life of the Russian Harbin) // Problemy Dal'nego Vostoka. 1995. No.4. P.129-138. (In Russian).

3. Gosudarstvennyj arhiv Orenburgskoj oblasti (GAOO). F.R-1003. Inv.10. D.148. L.167; D.125. L.128; D.104. L.14. (In Russian).

4. GAOO. F.R-1003. Inv.10. D.125. (In Russian).

5. GAOO. F.R-1003. Inv.10. D.148. (In Russian).

6. GAOO. F.R-1003. Inv.16. D.33. (In Russian).

7. GAOO. F.R-1003. Inv.16. D.33. (In Russian).

8. GAOO. F.R-1003. Inv.16. D.33. (In Russian).

9. GAOO. F.R-1465. Inv. 6. D.1449. (In Russian).

10. Zhenshhiny i deti v SSSR: stat. sb. (Women and children in the USSR: statistical compendium). Moscow: Statistika, 1969. 207 p. (In Russian).

11. Itogi Vsesojuznoj perepisi naselenija 1970 goda. Pol, vozrast, sostojanie v brake, uroven' obrazovanija, nacional'nost', rodnoj jazyk, istochniki sushhestvovanija (The results of the all-Union census of 1970. Gender, age, marital status, level of education, nationality, mother tongue, sources of livelihood). Orenburg: Statupravlenie Orenburgskoj oblasti CSU RSFSR, 1972. 104 p. (In Russian).

12. Kuznecova O. V. Istorija povsednevnosti na lokal'nom urovne: podhody i trudnosti (The history of everyday life at the local level: approaches and difficulties) // Vestnik Cheljabinskogo gosudarstvennogo universiteta. 2007. No.21. P.128-133. (In Russian).

13. Markizov L. Kinokoncertnaja zhizn' v russkom Harbine (Cinema and concert life in Russian Harbin) // Problemy Dal'nego Vostoka. 1996. No.4. P.82-91. (In Russian).

14. Melihov G. V. F. I. Shaljapin v Kitae (F.I. Chaliapin in China) // Problemy Dal'nego Vostoka. 1991. No.1. P.148-156; 1991. No.2. P.140-156. (In Russian).

15. Memuary N. S. Hrushheva (Memoirs N. S. Khrushchev) // Voprosy istorii. 1994. No.12. P.91-113. (In Russian).

16. Merkov A. M. Demograficheskaja statistika (Demographic statistics). Moscow: Medicina, 1965. 215 p. (In Russian).

17. Narodnoe hozjajstvo RSFSR v 1964g.: stat. ezhegodnik. (National economy of the RSFSR in 1964.: statistical yearbook). Moscow: Statistika, 1965. 576 p. (In Russian).

18. Narodnoe hozjajstvo Chkalovskoj oblasti: stat. sb.. (National economy of Chkalovregion: statistical collection). Chkalov: Chkalovskoe knizh. izd-vo, 1957. 139 p. (In Russian).

19. Naselenie SSSR. 1987: stat. sb. (The population of the USSR. 1987: statistical compendium). Moscow: Finansy i statistika, 1988. 439 p. (In Russian).

20. Naselenie SSSR, 1988: stat. ezhegodnik (The population of the USSR, 1988: stat. yearbook) / Goskomstat SSSR. Moscow: Finansy i statistika, 1989. 639 p. (In Russian).

21. Orenburgskaja oblast' v cifrah: st. sb. (Orenburg region in numbers: statistical collection). Orenburg: Statupravlenie Orenburgskoj oblasti, 1966. 465 p. (In Russian).

22. Orenburgskaja oblast' v cifrah. 1934-1973 gg.: stat. sb. (Orenburg region in numbers. 1934-1973.: statistical collection) / ed by O. M. Tulja. Cheljabinsk: Juzhno-Ural'skoe knizh. izd-vo, 1974. 244 p. (In Russian).

23. Orenburgskaja oblast' za 25 let: st. sb. (Orenburg region over 25 years: statistical collection). Orenburg: Orenburgskoe knizh. izd-vo, 1960. 203 p. (In Russian).

24. Orenburgskaja oblast' za 50 let Sovetskoj vlasti: stat. sb. (Orenburg region for 50 years of Soviet power: statistical collection). Cheljabinsk: Juzhno-Ural'skoe knizhnoe izd-vo, 1967.138 p. (In Russian).

25. Poljakov Ju. A. Chelovek v povsednevnosti (istoricheskie aspekty) (Man in everyday life (historical aspects) // Otechestvennaja istorija. 2000. No.3. P. 128-129. (In Russian).

26. Russkij Harbin: sb. vospominanij. (Russian Harbin: a collection of memories). Moscow: MSU publ., 1998. 272 p. (In Russian).

27. Smirnov S. V. Jemigranty v Severnoj Man'chzhurii (nach. 1920-h-1945-h gg.): problemy social'noj adaptacii: abstract of thesis. (Emigrants in Northern Manchuria (early 1920s-1945's): problems of social adaptation: thesis abstract of candidate of historical Sciences). Ekaterinburg, 2002. 24 p. (In Russian).

28. Hrushhev N. S. Stroitel'stvo kommunizma v SSSR i razvitie sel'skogo hozjajstva (Construction of communism in the USSR and the development of agriculture). Vol. 5. Moscow: Gospolitizdat, 1963. 494 p. (In Russian).

29. Centr dokumentacii novejshej istorii Orenburgskoj oblasti (CDNIOO). F. 371. Inv. 17. D. 1965. (In Russian).

30. CDNIOO. F.371. Inv.17. D.2010. (In Russian).

31. CDNIOO. F.371. Inv.18. D.1143. (In Russian).

32. CDNIOO. F.8003. Op.2. D.1. 88l.; D.2. 170l.; D.3. 164l.; D.4. 196l.; D.5. 182l.; D.6. 190l.; D.7. 292l.; D.8. 98l.; D.9. 229l. (In Russian).

33. Shelestov D. Vzryv ili katastrofa? (Explosion or disaster?) / D. Shelestov, V. Minaev // Rodina. 1999. No.10. P.86-92. (In Russian).

Информация об авторе

Кузнецова Ольга Вячеславовна - кандидат исторических наук, доцент отделения экономики, гуманитарных и естественнонаучных дисциплин филиала Российского государственного университета нефти и газа (национальный исследовательский университет) имени И. М. Губкина (Оренбург) / olgavk1983@mail.ru

Information about the author Kuznecova Ol'ga - PhD in History, Associate Professor, Department of Economy, Humanities and Natural Science, Russian State University of Oil and Gas named after I. Gubkin (the branch in Orenburg) / olgavk1983@mail.ru