ВОСПИТАТЕЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ТРАДИЦИЙ СВАДЕБНОГО ЦИКЛА ГОРЦЕВ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА

воспитательный потенциал традиций свадебного цикла горцев северного кавказа

Куначева Фатима Гетагашевна

Кандидат исторических наук, доцент, Карачаево-Черкесский государственный университет имени У.Д. Алиева (г. Карачаевск), e-mail: cunacheva@yandex.ru

Шаков Ахмед Муссалиевич

Кандидат психологических наук, доцент, Высшая школа бизнес технологий (г. Москва), e-mail: shakov78@mail.ru

Булгучева Раиса Магомедовна

Кандидат психологических наук, доцент, заведующая кафедрой психологии, Ингушский государственный университет (г. Магас), e-mail: kit-juli@mail.ru DOI: 10.24411/1029-3388-2020-10092

Аннотация: В данном исследовании анализируются праздники свадебного цикла горцев Северного Кавказа и их воспитательный потенциал. Автор справедливо отмечает важность периода перехода человека из статуса молодежи в статус полноправного социального члена общества. В статье рассматриваются различные праздничные церемонии, сопровождающие этот процесс. Основным методом выступает обзор исторической литературы и полевые исследования. В работе выявлены и описаны особенности горских традиций, которые связаны с таким интересным этнографическим феноменом как игры. В частности, описаны такие игры, как «палочная игра»,» конь и нога» и др. В целом, состязания, всегда включающее моменты острой борьбы и соперничества, выступали важным средством воспитания моральных, волевых и физических качеств молодежи. Весьма популярным видом физических упражнений было лазанье, которое формировало умения и навыки, связанные с трудовой практикой и необходимые во время охоты и в боевых действиях в горах. Так же, на свадьбах устраивались танцы-соревнования, которые формировали эстетические качества молодежи. показано, что народные игры и развлечения в свадебной обрядности горцев

Северного Кавказа имели близкое сходство с играми у народов Средней Азии и Казахстана, а сродняющим фактором являлось многовековое проживание в соседстве и культурное взаимовлияние. В целом автор показывает значение праздников в свадебных обрядах горцев Северного Кавказа для социализации молодежи, формирования необходимых в повседневной жизни навыков.

В современных условиях развития общества происходит усиление процессов глобализации и культурного разнообразия, которые подвергают серьезной переоценке традиционализм отношений горских народов, но воспитательный потенциал народных традиций сохраняется до сих пор.

ключевые слова: Северный Кавказ, духовная культура, архаические обычаи, спортивные игры, свадебный обряд, праздник, матрилокальность, патрилокальность, обряды

educational potential of the traditions of wedding cycle of the HIGHLANDERS oF THE NoRTH cAucASuS

Kunacheva Fatima Getagashevna

Candidate of Historical Scienecs, Associate Professor, Karachay-Cherkess State University named after U.D.Aliev (Karachayevsk), e-mail: cunacheva@yandex.ru

Shakov Ahmed Musayevich

Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor, Graduate school of business technology (Moscow), e-mail: shakov78@mail.ru

Bulgucheva Raisa Magomedovna

Candidate of Psychological Sciences, Associate Professor, Ingush State University (Magas), e-mail: kit-juli@mail.ru DOI: 10.24411/1029-3388-2020-10092

Abstract: This study analyzes the holidays of the wedding cycle of the highlanders of the North Caucasus and their educational potential. The author rightly notes the importance of the period of transition of a person from the status of youth to the status of a full-fledged social member of society. The article discusses the various festive ceremonies that accompany this process. The main method is the review of historical literature and field research. The paper identifies and describes the features of mountain traditions, which are associated with such an interesting ethnographic phenomenon as games. In particular, such games as «stick game»,» horse and leg and others are described. In general the competition always including moments of acute struggle and rivalry, was an important means of educating the moral, volitional and physical qualities of youth. A very popular form of physical exercise was climbing, which formed the skills associated with labor practice and necessary during hunting and fighting in the mountains. Also, dances-competitions which formed aesthetic qualities of youth were arranged at weddings. It is shown that folk games and entertainment in the wedding ceremony of the highlanders of the North caucasus had a close resemblance to the games of the peoples of Central Asia and Kazakhstan, and the related factor was the centuries-old living in the neighborhood and cultural interaction. In general, the author shows the importance of holidays in the wedding ceremonies of the highlanders of the North Caucasus for the socialization of young people, the formation of necessary skills in everyday life.

In modern conditions of development of society there is an increase in globalization and cultural diversity, which subject to a serious re-evaluation of the traditionalism of the relations of the mountain peoples, but the educational potential of folk traditions is still preserved.

Keywords: North Caucasus, spiritual culture, archaic customs, sports games, wedding ceremony, holiday, matrilocality, patrilocality, ceremonies.

Актуальность исследования состоит в попытке описать праздники свадебного цикла горцев Северного Кавказа, которые издревле имеют высокий воспитательный смысл [1, 3, 4, 10, 23 и др.]. Новизна исследования определяется наличием авторских изысканий, которые вводятся в научный оборот и способствуют более глубокому пониманию проблемы.

Традиционно, празднества, открывавшие свадебный цикл, начинались «игрой в палки», применительно к адыгам впервые описанной Хан - Гиреем [27].

В частности, он описал такой обряд. Собравшаяся в дом жениха сельская молодежь вооружалась длинными палками (дубинами) и занимала почти недоступные для конных места. Пешие били верховых палками с такой силой, что выбивали всадников из седла. Конные прикрывались бурками, увертывались. Ожесточенный бой длился иногда часами. Основная цель игры заключалась в том, чтобы кому-нибудь из верховых ворваться в дом жениха и получить предусмотренный обычаем приз. Во время боя верховые прыгали через плетни, заборы, и, в конце концов, кому-нибудь удавалось ворваться в дом и получить большую чашу бузы с пирогами и подарками. победитель с полученным призом выезжал из дома во двор и громко объявлял, что цель достигнута, после чего бой прекращался. Верховые сходили с коней, пешие бросали палки, и без какой-либо обиды за полученные во время игры увечья или ушибы [28].

У абазин, как и у других народов Северного Кавказа во время приближения свадебного поезда к дому жениха односельчане преграждали ему путь: укрепляли ворота, чтобы всадники не могли перескочить через них, неподалеку от них разводили большой костер, вооружались большими палками, чтобы не подпустить всадников. Всадники-поезжане рвались вперед, наскакивали на пеших. Их цель - во что бы то ни стало преодолеть плотную стену пеших и сооруженные ими преграды и проскочить во двор. Всаднику предоставлялась возможность показать свою храбрость и ловкость. Достаточно было бы одному всаднику проскочить во двор, чтобы считалось, что победа одержана верховыми. Бой сразу же прекращался, и повозка с невестой въезжала во двор. Если же пешие одерживали верх над всадниками, то они отбирали у поезжан флаг и сами заводили повозку с невестой во двор, что считалось большим позором для поезжан, и такие случаи бывали редко. Обычно из состязания победителями выходили всадники. победитель произносил тост, чтобы семья жениха вечно пребывала в благополучии, чтобы новобрачные были счастливы и знали только радости жизни [17].

По мнению М. А. Меретукова, обычай сопротивления односельчан жениха поезжанам, как и обычай сопротивления им односельчан невесты, относится к периоду перехода от матрилокального поселения к патрилокальному. Возводить многие кавказские обычаи ко времени перехода от матрилокальности к патри-локальности со времен М.О. Косвена одна из наиболее распространенных трактовок архаических обычаев и обрядов народов Северного Кавказа [13]. С тем же успехом этот и подобные ему обычаи могут восходить к проявлениям полового тотемизма, блестяще исследованного Э. Краулей в «Мистической розе» [11, с.6].

К «игре в палки» по сути близки две другие спортивные игры - состязания в абхазо- адыгских культурах: «конные и пешие» и «сквозь строй» (второй вариант). первую из них, весьма популярную и часто проводимую на свадебных торжествах, записал и опубликовал во второй половине XIX века Н. Дубровин. Он пишет, что «несколько десятков наездников окружили арбу, накрытую красною тканью, и должны были довести ее до дома новобрачной в целости, а это было трудно сделать: пехота, вооруженная дубинами, высыпавшая из аула, старалась захватить арбу в свои руки и сорвать с нее покрывало - обычай, составлявший исключи-

тельную особенность свадебного торжества. Конные бросились на пеших, желая смять их и тем открыть арбе путь к аулу. Пешие защищались отчаянно, поражая без пощады лошадей и их всадников длинными дубинами, и, прорываясь к арбе, старались сорвать покрывало. Несколько человек, сидевших в арбе, то отбивались от преследователей, то понуждали коней, торопясь достигнуть заветной сакли. первый натиск конных прошел благополучно для пеших, но второй, последовавший быстро за первым и более ожесточенный, прорвал пехоту в самой середине, и арба понеслась. Наездники торжествовали уже победу, а пехота была в отчаянии, но радость одних и печаль других были непродолжительны: один из пеших нанес сильный удар дубиною по голове лошади, запряженной в арбу, и животное пало на месте. Толпа бросилась на оставленную повозку, и в одно мгновение красного покрывала как не существовало - только небольшие клочки его ходили по рукам многочисленных победителей» [5 с.15].

При игре «сквозь строй» играющие становились в два ряда и образовывали коридор, по которому должен был проехать всадник на лошади. Этот проезд затруднялся тем, что люди стояли близко и мешали проезду. Кроме того, в коридоре встречались препятствия: при въезде нужно было повернуть налево и перепрыгнуть через повешенную бурку, затем на скаку схватить лежащие с обеих сторон на земле монеты, срубить яйцо, прикрепленное на столбе или на высоком пне [25].

Еще одним спортивным состязанием конной молодежи на свадьбе у абазин была «борьба за сафьян» или «борьба за кожу». Спор шел о том, кому последнему удастся выхватить из рук его владельца сафьян, выделанный из козлиной кожи, стрелой умчаться от преследователей и бросить его в окно или в дверь любимой девушки, подчеркнув тем самым свои намерения и показать заодно свою удаль джигита и лихого наездника.

У адыгов эта игра была очень популярна. Только у адыгейцев имеется несколько ее вариантов. Вот два из них.

Борьба за сафьян проводилась в последний день свадьбы. Все участники этой игры являлись в специальной форме: в коротком овчинном полушубке до колен и в брюках из этой же овчины. Это делалось для того, чтобы во время игры не рвалась одежда и при падении игрока с лошади на землю не было повреждений. Каждый игрок имел хорошо испытанного во многих состязаниях коня. Все участники игры выстраивались на назначенном месте. Хозяин дома, т.е. отец жениха, с какого-нибудь возвышения бросал конным игрокам выделанную козлиную или баранью кожу (сафьян), по преимуществу красную, пригодную для пошивки местных народных чувяков. Игрок, поймавший кожу, мчался с ней на коне и держал ее в руке, как флаг. Другие игроки старались ее отнять. Завязывалась борьба, продолжавшаяся иногда несколько часов. Победителем обычно выходил тот, кто обладал хорошим скакуном и отличными физическими качествами: захватив кожу, он привозил ее обратно в селение и забрасывал во двор к девушке - признанной красавице. После окончания игры все участники собирались в доме жениха, где победителю вручались ценные призы. За игрой следила судейская коллегия из почетных стариков, которые в прошлом сами являлись неоднократными участни-

ками подобных игр и состязаний. Имена победителей этой игры долго хранились в народной памяти [25].

Весьма любопытно, что аналогичная спортивная игра под названием «коп-кар» («козел») бытовала у народов Средней Азии и Казахстана еще в середине XIX века. Это говорит об огромном удельном весе «копкара» среди многочисленных видов спортивных игр народов Средней Азии и Казахстана [7, 12, 14, 16, 26, 29].

Возвращаясь к адыгской свадьбе, отметим, что интересной и темпераментной конной игрой было «утащить шапку», или «догони и отними». Она обычно затевалась во время проводов свадебного поезда с невестой из дома за околицу ее селения или до определенного места между всадниками со стороны жениха и верховыми из аула невесты, по обычаю ее провожавшими. Когда они прощались, наиболее ловкий из верховых аула невесты схватывал шапку одного из гостей и скакал обратно к себе. Хозяин шапки должен был догнать похитителя. «Если лошадь гостя догоняла похитителя, он отнимал свою шапку и опять присоединялся к свадебному поезду. Если же лошадь гостя оказывалась слабее лошади похитителя, гость лишался своей шапки». Но обычно «потерявший» шапку по возвращении домой в скором времени посылал своего представителя к унесшему его шапку с приглашением к себе в гости его с другими всадниками из селения невесты, и только при таком условии шапка возвращалась ее владельцу [9].

Видимо, перед нами еще один реликт свадебных антагонизмов. Состязания по случаю семейных событий не всегда можно дифференцировать, особенно в их эволюции. Так, конная игра «взять и убежать» вначале являлась одним из обязательных номеров программ молодежных игр, посвященных свадебному празднеству. Затем у многих народов она превратилась в массовую игру, применяемую во всех народных торжествах. В конце XIX - начале XX века она практиковалась не только по случаю свадьбы, но и в других случаях.

Такое же примерно содержание имеет конноспортивная игра, распространенная у абазин и проводимая во время следования невесты в дом жениха. Она заключалась в следующем. Молодые люди, выделенные для сопровождения невесты, проскакав один круг, бросались в сторону невесты. И тому, кто первым оказывался возле невесты, кидали платок. Остальные наездники, стараясь отнять его, устраивали погоню за всадником, успевшим схватить подарок. Обладатель платка должен был хранить его долго, как воспоминание о памятном дне. Что интересно - платок вешался на голову лошади. Это должно было, по-видимому, напоминать всем, что данный наездник - обладатель ценного подарка за свою победу в играх. Обладателем «подарка» становился тот, у кого лошадь была резвее и выносливее. Наиболее подходящими для этого являлись сильные и выносливые лошади, так как участникам во время игры часто приходилось преодолевать крутые подъемы и спуски, пробивать себе путь через плотное кольцо состязающихся. Разумеется, что такую повышенную нагрузку могли выдерживать только специально подготовленные лошади. победители награждались дорогими подарками [18].

Информант не приводит название игры. Тем не менее очевидно, что речь

идет об игре «взять и убежать», которая является одним из обязательных компонентов спортивных игр и развлечений на свадебном празднестве у горцев Северного Кавказа.

Таким образом, конная игра «взять и убежать» имела несколько вариантов. По содержанию все они являлись почти одинаковыми, лишь несколько отличаясь по форме, являлась первоначально одним из обязательных номеров программ молодежных игр и развлечений, посвященных свадебной обрядности. В конце XIX и начале XX века она практиковалась не только по случаю свадьбы, но и во многих других торжественных случаях.

Очень близкой к перечисленным вариантам игры «взять и убежать» была игра, проводившаяся в Осетии. Во время ввода жениха в дом невесты, когда кто-либо из молодежи со стороны невесты, подкравшись к группе дружков жениха, срывал с последнего шапку и убегал. А вводить жениха в дом невесты без головного убора обычаем не допускалось. Поэтому тут же срочно предпринимались все меры к тому, чтобы выкупить шапку жениха. В отдаленном прошлом для выкупа шапки жениха служили дорогие вещи, что- либо из мужской одежды или конской сбруи, а позже три пирога с курицей и графином араки и деньги, или что-нибудь одно из них, в зависимости от возможностей гостей. И только после этого жених мог получить свою шапку и войти в дом невесты [19].

В целом, состязание, всегда включающее моменты острой спортивной борьбы и спортивного соперничества, могло служить ценнейшим средством воспитания моральных, волевых и физических качеств участников, являясь суровым, мужественным, но вместе с тем увлекательным видом конноспортивных игр.

Так же, на свадьбах устраивались танцы-соревнования. Один из вариантов описал И. Базоркин у ингушей. «Женитьбу Калоя праздновал весь Эгиаул... Весь день плясала и веселилась молодежь. Вечером затеяли играть в «невесту». Девушки с песнями расходились по горе и прятали одну из своих подружек. А когда они возвращались, молодые люди с зажженными факелами кидались отыскивать ее. Тот, кто находил «невесту», приводил ее во двор и при всех получал от нее поцелуй [2].

Весьма популярным видом физических упражнений было лазанье. Оно являлось одним из древнейших народных умений, связанным с трудовой практикой: во время сенокоса в горных условиях, а также во время охоты и в боевых действиях в горах. В лазанье на обмазанный животным жиром столб состязались и на многих семейных празднествах, и в дни траурных событий.

Т. Керашев в книге «Дочь шапсугов» рекомендует герою Анчоку лазать по гладкому столбу, чтобы выработать силу в руках и развить мышцы верхнего плечевого пояса [8]. Лазанье по столбу часто практиковалось у чеченцев и ингушей.

Таким образом, народные игры и развлечения в свадебной обрядности горцев Северного Кавказа имели близкое сходство. Сродняющим фактором являлось многовековое проживание в соседстве и культурное взаимовлияние.

В современных условиях развития происходит усиление процессов глобализации [6, 15, 21], растут межнациональные экономические и культурные контакты

[20, 24]. Непрерывная череда изменений продолжает подвергать серьезной переоценке традиционализм семьи и межсемейных отношений [22, 30], но воспитательный потенциал народных традиций продолжает сохраняется.

ЛИТЕРАТУРА

1. Актуальные проблемы социальной психологии и психологии профессиональной деятельности. СПб.: Изд-во НИЦ - АРТ, 2015.

2. Базоркин И.М. Из тьмы веков. М.,1971.

3. Балова Д.Ю., Китова Д.А. Психологические особенности представлений студентов о создании семьи // Прикладная психология и психоанализ. 2011. № 1. С. 9.

4. Гараганов А.В., Китова Д.А. Методологические принципы исследования потребностей как основы социальной активности личности // Вестник УРАО. 2016. № 2. С. 104-107.

5. Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. Т.1. СПб., 1871.

6. Журавлев А.Л., Китова Д.А. Глобальные процессы как объект социально-психологического исследования // Человеческий фактор: проблемы психологии и эргономики. 2017. № 4(85). С. 4-9.

7. История Казахской ССР. Алма-Ата.1957.Т.1.

8. Керашев А. Дочь шапсугов. Майкоп, 1951.

9. Кокиев Г. А. Некоторые сведения о древней истории адыгов (кабардинцев). Нальчик.1946. 220с.

10. Китова Д.А. Место семьи в структуре жизненных ориентаций молодежи // Человеческий фактор: проблемы психологии и эргономики. 2017. № 1(81). С. 35-43.

11. Краулей Э.1905. «Мистической розе»: Исследование о первобытном браке. СПб.,1876.

12. Маеев Н. Азиатский Ташкент//Материалы для статистики Туркестанского края. СПб., 1876.

13. Меретуков М. А. Семья и брак у адыгских народов. Майкоп,1987.

14. Молодов В.Э. Народные развлечения у сартов //Закаспийское обозрение. Ташкент. 1900. № 67. С. 59 - 69.

15. Нестик Т. А., Журавлев А.Л. Психология глобальных рисков. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2018.

16. Область сибирских и оренбургских киргизов. Оренбург.1872. №57.

17. Полевой материал автора. Информатор Цахилова Рая Гажмаевна, 80

лет, г. Карачаевск.2018.

18. Полевой материал автора. Айсанова Рая Османовна, возраст 85 лет. Записано в а. Инжич -Чукун в 2018.

19. Полевой материал автора. Хутова Софья Абубекировна, возраст 78 лет. Записано а. Красный восток в 2018.

20. Проблемы социальных конфликтов в современной психологии: сущность, детерминанты, регулирование М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2018.

21. Психологические исследования глобальных процессов: предпосылки, тенденции, перспективы М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2018.

22. Психологические проблемы семьи и личности в мегаполисе. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2012.

23. Психология субъектности: основные проблемы и пути решения. Коллективная монография. СПб.: Изд-во ООО «НИЦ АРТ», 2016.

24. Соснин В.А., Нестик Т.А., Китова Д.А., Юревич А.В. Массовое сознание и поведение как объекты исследования в социальной психологии // Институт психологии Российской академии наук. Социальная и экономическая психология. 2017. Т. 2. № 4. С. 71-105.

25. Стародубцев А.А. Народные физические упражнения и игры на адыгов в XIX и начале XX века: Рук. Дис. ... педагогических наук. М.1961.

26. Тамаша Л.С. На Памирах // Туркестанские областные ведомости. Таш-кент.1896. № 11. С. 9-15.

27. Хан-Гирей. Записки о Черкесии. Нальчик.1978.

28. Ханыков Н. Описание Бухаринского ханства. СПб.,1843.

29. Хороший А. Сугут. Топографически - этнографические очерки// Туркестанские областные ведомости. 1871. № 46.

30. Шаков А.М., Китова Д.А. Отношение к собственности как предмет психологического исследования // Гуманизация образования. 2017. № 1. С. 74-80.

REFERENCES

1. Aktual'nye problemy social'noj psihologii i psihologii professional'noj deyatel'nosti. [Actual problems of social psychology and psychology of professional activity]. SPb.: Izd-vo NIC - ART, 2015.

2. Bazorkin I.M. Iz t'my vekov. [From the darkness of centuries].M.,1971.

3. Balova D.YU., Kitova D.A. Psihologicheskie osobennosti predstavlenij studentov o sozdanii sem'i [Psychological features of students ' ideas about creating a family]. Prikladnaya psihologiya i psihoanaliz. 2011. no. 1. pp. pp. 9.

4. Garaganov A.V., Kitova D.A. Metodologicheskie principy issledovaniya

potrebnostej kak osnovy social'noj aktivnosti lichnosti [Methodological principles of the research needs as the basis of social activity of the personality]. Vestnik URAO.

2016. no. 2. pp. 104-107.

5. Dubrovin N.F. Istoriya vojny i vladychestva russkih na Kavkaze. [History of war and Russian rule in the Caucasus]. T.1. SPb., 1871.

6. ZHuravlev A.L., Kitova D.A. Global'nye processy kak ob»ekt social'no-psihologicheskogo issledovaniya [Global processes as an object of social and psychological research]. CHelovecheskij faktor: problemy psihologii i ergonomiki.

2017. no. 4(85). pp. 4-9.

7. Istoriya Kazahskoj SSR. [History of the Kazakh SSR]. Alma-Ata.1957.T.1.

8. Kerashev A. Doch' shapsugov. [The daughter of the Shapsugs]. Majkop, 1951.

9. Kokiev G.A. Nekotorye svedeniya o drevnej istorii adygov (kabardincev). [Some information about the ancient history of the Adygs (Kabardians) ]. Nal'chik.1946.

10. Kitova D.A. Mesto sem'i v strukture zhiznennyh orientacij molodezhi [Some information about the ancient history of the Adygs (Kabardians) ]. CHelovecheskij faktor: problemy psihologii i ergonomiki. 2017. no. 1(81). pp. 35-43.

11. Kraulej E.1905. «Misticheskoj roze»: Issledovanie o pervobytnom brake. [The mystic rose: a Study in primitive marriage]. SPb.,1876.

12. Maeev N. Aziatskij Tashkent [Asian Tashkent]. Materialy dlya statistiki Turkestanskogo kraya. SPb., 1876.

13. Meretukov M. A. Sem'ya i brak u adygskih narodov. [Family and marriage in the Adyghe peoples]. Majkop,1987.

14. Molodov V.E. Narodnye razvlecheniya u sartov. [Folk entertainment at the Sarts]. Zakaspijskoe obozrenie. Tashkent. 1900. no. 67. pp. 59 - 69.

15. Nestik T.A., ZHuravlev A.L. Psihologiya global'nyh riskov. [Psychology of global risks]. M.: Izd-vo «Institut psihologii RAN», 2018.

16. Oblast' sibirskih i orenburgskih kirgizov. [The oblast of the Siberian and Orenburg Kirghiz]. Orenburg.1872. №57.

17. Polevoj material avtora. Informator Cahilova Raya Gazhmaevna, 80 let. [The informant of the tsakhilov Paradise Garmaeva, 80 years]. g. Karachaevsk.2018.

18. Polevoj material avtora. Ajsanova Raya Osmanovna, vozrast 85 let. [Isanova Paradise O., age 85 years]. Zapisano v a. Inzhich -CHukun v 2018.

19. Polevoj material avtora. Hutova Sof'ya Abubekirovna, vozrast 78 let. [Hutovo Sophia Abubakirovna, age 78 years]. Zapisano a. Krasnyj vostok v 2018.

20. Problemy social'nyh konfliktov v sovremennoj psihologii: sushchnost', determinanty, regulirovanie. [Problems of social conflicts in modern psychology: essence, determinants, regulation]. M.: Izd-vo «Institut psihologii RAN», 2018.

21. Psihologicheskie issledovaniya global'nyh processov: predposylki, tendencii, perspektivy. [Psychological studies of global processes: prerequisites, trends, prospects]. M.: Izd-vo «Institut psihologii RAN», 2018.

22. Psihologicheskie problemy sem'i i lichnosti v megapolise. [Psychological problems of family and personality in the metropolis]. M.: Izd-vo «Institut psihologii RAN», 2012.

23. Psihologiya sub»ektnosti: osnovnye problemy i puti resheniya. [Psychology of subjectivity: the main problems and solutions]. Kollektivnaya monografiya. SPb.: Izd-vo OOO «NIC ART», 2016.

24. Sosnin V.A., Nestik T.A., Kitova D.A., YUrevich A.V. Massovoe soznanie i povedenie kak ob»ekty issledovaniya v social'noj psihologii [Mass consciousness and behavior as objects of research in social psychology]. Institut psihologii Rossijskoj akademii nauk. Social'naya i ekonomicheskaya psihologiya. 2017. T. 2. no. 4. pp. 71-105.

25. Starodubcev A.A. Narodnye fizicheskie uprazhneniya i igry na adygov v XIX i nachale XX veka: Ruk. [Folk physical exercises and games on the Adygs in the XIX and early XX century: Hands]. Dis. ... pedagogicheskih nauk. M.1961.

26. Tamasha L.S. Na Pamirah. Turkestanskie oblastnye vedomosti. Tashkent.1896. no. 11. pp. 9-15.

27. Han-Girej. Zapiski o CHerkesii. [The informant of the tsakhilov]. Nal'chik.1978.

28. Hanykov N. Opisanie Buharinskogo hanstva. SPb.,1843.

29. Horoshij A. Sugut. Topograficheski - etnograficheskie ocherki. Turkestanskie oblastnye vedomosti. 1871. no.46. pp. 34-39.

30. SHakov A.M., Kitova D.A. Otnoshenie k sobstvennosti kak predmet psihologicheskogo issledovaniya [Psychological studies of global processes: prerequisites, trends, prospects]. Gumanizaciya obrazovaniya. 2017. no.1. pp. 74-80.