Цифра без закона

Цифровые активы, в частности криптовалюты, довольно активно используются бизнесменами во всем мире. Законодательное регулирование этой сферы значительно отстает от практики, при этом в разных странах отношение к виртуальным финансовым инструментам может кардинально отличаться. Какие подходы уже выработаны в России и за рубежом, как решаются возникающие проблемы при использовании финансовых активов, “Ъ” обсудил с юристами.

В российской судебной практике все чаще возникают споры, связанные с использованием криптовалют

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

По прогнозам IDC, к 2021 году не менее половины мирового ВВП будет связано с цифровыми технологиями, при этом правовое поле для этой сферы только формируется. Криптовалюты, технология блокчейн, а также способы их законного внедрения в экономический оборот — одни из самых обсуждаемых вопросов среди предпринимателей и юристов по всему миру.

В международной деловой практике уже сформированы относительно устоявшиеся способы работы с цифровыми и виртуальными активами. Адвокат «Аснис и партнеры» Екатерина Ипполитова рассказывает, что привлечение средств и активов в новые проекты, создаваемые на базе технологии блокчейн, в основном происходит посредством следующих инструментов: ICO (Initial Coin Offering, первичное размещение токенов), IPO (традиционная модель с привлечением инвестиционного банка и эмиссией на традиционной бирже), STO (Security Token Offerings, где секьюрити-токены представляют собой подобие акций компании) и SAFT (договорная модель, позволяющая избегать риска определения актива в качестве секьюрити-токена на ранней стадии инвестиций). Большинство таких проектов предусматривают вложения в криптовалюте (виртуальных активах).

Российский законопроект о цифровых финансовых активах (ЦФА) пока не принят, претензии же к нему только растут. В частности, ряд юристов недоумевает, почему из текста документа к второму чтению убрали такие понятия, как «криптовалюта», «майнинг» и «токены» (вместо этого все описывается в форме цифровых прав, которые выпускаются и обращаются в блокчейне). «Из текущей версии проекта нельзя однозначно сделать вывод о том, что криптовалюта является цифровым правом»,— отмечает Екатерина Ипполитова. «К осени 2019 года в регулировании ЦФА ничего особо не сдвинулось с мертвой точки. Недостатки законопроекта пока так и не были исправлены»,— сетует директор юридической компании «Глазунов и Семенов» Валерий Глазунов.

Отсутствие правового регулирования ЦФА в России приводит к попыткам, с одной стороны, применить к ним действующее гражданское законодательство по аналогии, с другой — расценивать сделки с ЦФА как незаконную деятельность. Управляющий партнер PB Legal Александр Панин отмечает, что споры, связанные с использованием криптовалют, все чаще возникают в российской судебной практике: «Продавцы криптовалюты, не получив за нее оплаты, пытаются взыскивать с покупателя неосновательное обогащение. Покупатели судятся с поставщиками некачественного оборудования для майнинга криптовалюты. Суды исследуют цепочки трансакций с ней при приобретении обвиняемыми наркотических средств».

Валерий Глазунов рассказывает, что после резкого падения курса биткойна зимой 2017–2018 года в правоохранительные органы поступило множество заявлений о мошенничестве криптовалютных бирж, поскольку достаточное количество людей потеряло деньги на этом обвале. Он указывает и на примеры уголовных дел в отношении владельцев площадок, предлагающих гражданам зарабатывать на криптовалюте, но имеющих, по версии следствия, признаки финансовых пирамид.

В связи с появлением в 2018 году дел, где криптовалюта являлась предметом или средством совершения преступления, понадобились разъяснения высшего суда. И в феврале 2019 года понятие «криптовалюта» появилось в постановлении пленума Верховного суда РФ №1, касающемся уголовных дел об отмывании денежных средств. «В нем предметом легализации преступно добытых доходов были признаны денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления»,— говорит Екатерина Ипполитова.

В гражданском правовом поле известно о двух вступивших в силу судебных решениях по ЦФА. Так, в рамках дел о банкротстве Ильи Царькова и Александра Смиренникова суды включили биткойны должников в конкурсную массу, посчитав их видом имущества. «Таким образом, несмотря на неопределенный статус в законодательстве, криптовалюты рассматриваются судами как оборотоспособное имущество, за счет реализации которого могут быть погашены требования кредиторов»,— подчеркивает Александр Панин.

Впрочем, регулирование и использование ЦФА вызывает вопросы не только в России, но и за рубежом. Исполнительный директор HEADS Consulting Никита Куликов указывает, что даже американский регулятор SEC, создавший спецподразделение для рынка цифровых активов, не отличается последовательностью. «Например, SEC выдал разрешение Telegram на привлечение почти $2 млрд инвестиций под даже еще не выпущенный ЦФА. В то же время ICO Rating, напротив, был оштрафован более чем на $200 тыс. за то, что, по мнению регулятора, его владельцы сознательно вводили инвесторов в заблуждение, манипулируя рынком ICO. Ключевой в данной истории является именно трактовка ситуации, ведь ICO проводится под еще не работающий проект, «на перспективу», и, следовательно, реального обстоятельства дел, работоспособности команды и реализуемость идеи оно по определению не выражает»,— рассуждает господин Куликов. Из-за того что SEC волюнтаристски квалифицирует цифровые активы и деятельность с ними как подлежащую лицензированию, многие проекты попросту избегают выхода на американский рынок, добавляет руководитель практики FinTech O2 Consulting Дарья Носова.

На Мальте вопрос с криптовалютами решен кардинально: уже принят целый блок нормативных актов в сфере регулирования виртуальных финансовых активов. «Это пример системного и действительно быстрого реагирования законодателя на новые сущности,— считает госпожа Носова.— В случае Мальты судебные споры, скорее всего, будут сталкиваться с иной проблематикой, в частности с ведением нелицензируемой деятельности и соответствующими санкциями. Здесь, безусловно, подспорьем будет созданный законодателем инструментарий, в частности VFA/VT тест, по которому можно провести правильную квалификацию актива и подрегулируемой деятельности».

В Великобритании до недавнего времени преобладала квалификация криптовалют в качестве информации (данных). Но недавно, по словам Дарьи Носовой, в рамках дела о краже у компании Alphabit 100 ВТС, эквивалентных $1 млн, суд вынес приказ о временной заморозке криптовалюты на бирже Coinbase, согласившись, что к криптоактивам следует применять нормы о праве собственности на имущество. «Это дело еще не завершено, но уже сейчас очевидно, что судебная практика и правовые подходы к цифровым финансовым активам находятся лишь на ранней стадии развития»,— резюмирует она.