Акционирование ВО

Акционирование ВО

Вместо указа в игру вступает закон

       Еще недавно вокруг проектов президентских указов об акционировании государственных внешнеэкономических объединений (ВО) кипели нешуточные страсти, что, впрочем, вполне объяснимо. Сейчас же приватизация не в моде. Не раз переносившееся заседание коллегии МВЭС, посвященное акционированию ВО, прошло вчера без каких-либо откровений. Окончательное решение отложено до выхода закона "О государственных унитарных и муниципальных предприятиях".
       
Загадка госсобственности
       О каких ВО идет речь? По большому счету приватизация ВО МВЭС — тема не новая. Процесс пошел давно, пролог, кстати, состоялся задолго до начала марша приватизации по Чубайсу, еще во времена Ивана Силаева. Именно тогда был дан "зеленый свет" акционированию ВО "Экспортхлеб". Сейчас же ситуация такая: из полусотни бывших ВО МВЭС в статусе государственных пока пребывает 22, большинство из которых находится на разных стадиях приватизации.
       Дело, однако, не в количестве. Если статус казенного предприятия достаточно четко очерчен в законодательстве, то госпредприятие — загадка: собственность есть, а собственника нет. Это, что называется, наследие прежнего режима. Жесткой, казенной привязки к бюджету нет, и получается, что предприятие, являясь государственным, может активно заниматься собственной коммерческой деятельностью. Распоряжается же всем директор, возможно, выбранный на заре перестройки трудовым коллективом, но ныне уже почти никому не подчиняющийся. Если госпредприятие устояло в своем статусе вопреки ветрам приватизации и к тому же является прибыльным, а таких среди ВО хватает, то вполне понятно нежелание директоров идти на риск приватизации.
       Но в игре под названием "приватизация" участвуют не только сами ВО. Есть желающие через акционирование захватить контроль над ВО, есть и само МВЭС.
       
Ответ ищут банки
       В приватизации ВО есть свои подводные камни, и самый острый из них — долги ВО, накопленные ими главным образом при выполнении государственных обязательств. Именно карту долгов и стали разыгрывать коммерческие банки, решившие обогатить палитру своей деятельности внешней торговлей. Сначала, в сентябре 1995 года, с инициативой выступил консорциум именитых банков, специализирующийся на операциях с российскими долговыми обязательствами, — он обратился в Госкомимущество с предложением передать ему в траст государственный пакет акций приватизируемых ВО. Консорциум, в свою очередь, "выполняет в пределах полномочий доверительного собственника необходимые операции с внешними активами и пассивами России". Цель была поставлена весьма амбициозная, но вскоре активность консорциума пошла на убыль. Падающее знамя подхватил банк "Национальный кредит". Уже 2 октября 1995 года Олег Бойко пишет Анатолию Чубайсу: "'Национальный кредит' готов принять в траст пакеты акций предварительно акционированных государственных внешнеэкономических объединений, а также пакеты акций ранее акционированных ВО: 'Авиаэкспорт' и 'Техснабэкспорт'".
       Был подготовлен соответствующий проект президентского указа, по которому "доверительным управляющим мер по погашению задолженности внешнеэкономических объединений перед третьими лицами" был назван "Национальный кредит". Против достаточно активно выступили и сами ВО, и МВЭС. Они сумели убедить правительство в том, что долги, накопленные еще при СССР, — по существу долги государственные. Соответственно, задача их реструктуризации не относится к компетенции банков — этот вопрос в принципе решен на переговорах с Лондонским клубом. Минфин согласился, тем самым в обосновании проектов, вынашиваемых банками, появилась зияющая брешь.
       
Пароль: "Холдинг"
       Когда карта долгов формально (Минфин не торопится с их вексельным покрытием) оказалась битой, это не охладило пыл приватизаторов. Появился очередной проект президентского указа. Им предусматривалось создание двух холдингов. Открытое акционерное общество "Российские инвестиционные технологии" (которое еще предстояло создать) претендовало на 100% акций каждого государственного ВО, подлежащего преобразованию в акционерное общество открытого типа. Второй холдинг — "Российский экспортно-импортный альянс". Схема та же, отличие только в специализации ВО (в той мере, в какой ее еще можно вычленить). Первый холдинг нацелился на объединения, занимающиеся инвестиционным сотрудничеством, и прежде всего сооружением и реконструкцией объектов за рубежом. Второй — на экспортеров капиталоемкой машиностроительной продукции. Однако одна общая черта с детищем "Нацкредита" налицо. Акции ВО, по проекту указа, передаются холдингам безвозмездно. Бюджет в обоих случаях остается на бобах. Сведущие люди говорят, что за этим проектом стоит "Нацкредит" или, точнее, держащий в этом банке счета Национальный фонд спорта, который известен своей склонностью к проталкиванию рискованных внешнеэкономических проектов.
       В ответ на этот проект появился другой, использующий ту же благодатную тему холдинга. Вместо двух холдингов появляется один — АО "Российский экспорт". Он "консолидирует", во-первых, госпакеты уже акционированных ВО; во-вторых, 51% акций государственных ВО, преобразуемых в АО. При этом из 100% акций уже самого холдинга 51% остается в государственной собственности, 49% может быть продано на вторичном рынке, причем иностранные инвесторы смогут приобрести не более 15%.
       "Технология" этого проекта та же, что и при создании двух холдингов с анонимными владельцами, по существу же разница принципиальная: происходит не приватизация, а, наоборот, превращение аморфной государственной собственности в собственность конкретного контролируемого государством холдинга АО "Российский экспорт". В МВЭС говорят, что автор этого проекта — Госкомимущество. Но очень похоже, что суфлером выступило само МВЭС. Текст проекта подтверждает это дважды. Во-первых, в нем прямо сказано, что представитель МВЭС назначается представителем интересов государства в совете директоров холдинга. Во-вторых, 51% акций самого холдинга предполагается передать в траст на три года государственному Росэксимбанку (51% его уставного капитала оплачен Минфином, 45% — Центральным банком, 1,4% — Росвнешторгбанком, остальное — государственными ВО), который, кстати, является детищем МВЭС. Изюминка же в том, что акционирование есть, а приватизации нет.
       
МВЭС берет паузу
       Пока шла борьба проектов указа (последний из них датирован февралем 1996 года), мода на приватизацию в России прошла. Не зря вопрос об акционировании ВО не один раз переносился на заседаниях коллегии МВЭС. Вчера его все-таки обсудили. Результаты весьма характерны. В МВЭС вспомнили, что в соответствии с законом о введении в действие Гражданского кодекса госпредприятия должны быть преобразованы в государственные унитарные и муниципальные предприятия. Но пока нет ни соответствующего закона, ни даже (насколько известно) его проекта. Для МВЭС главное в том, что есть правовая основа как для приватизации (соответствующий закон и госпрограмма), так и для того, чтобы с ней погодить. И МВЭС выбирает второе. Пауза наверняка продлится как минимум до 16 июня.
       Что потом? Многое зависит от того, кто станет президентом. На решение повлияет и редакция закона об унитарных и муниципальных предприятиях, но идею холдинга рано списывать в архив. Она, как мы видели, весьма полно отражает интересы если не самих ВО, то во всяком случае МВЭС.
       
       ВАДИМ Ъ-БАРДИН