Б. Н. Чичерин о классификации политических партий в конституционном государстве

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

153

2008. Вып. 2

УДК 347 Р.А. Насибуллин

Б.Н. ЧИЧЕРИН О КЛАССИФИКАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ В КОНСТИТУЦИОННОМ ГОСУДАРСТВЕ

Рассматривается классификация Б.Н. Чичерина политических партий в конституционном государстве.

Ключевые слова: политические партии, борьба за власть, революция.

В русской дореволюционной науке государственного права сложный вопрос о классификации политических партий в конституционном государстве удачно разрешил Б.Н. Чичерин в первой русской монографии по конституционному праву зарубежных государств «О народном представительстве» (1866) [1. С. 682-704]. Б.Н. Чичерин предложил деление партий по основным политическим взглядам на консервативные, либеральные, радикальные и реакционные. По его мнению, человеческое развитие происходит путем борьбы охранительных начал с прогрессивными. В каждом человеческом обществе одни держатся существующего порядка, другие требуют перемен, улучшений. Каждое из этих начал воплощается соответственно в партии консервативной и либеральной. Принципом консерваторов является порядок, а принципом либералов - свобода [1. С. 684].

Радикальная партия, говорил Б.Н. Чичерин, составляет крайность либерализма. Она доводит отвлеченную идею до крайности, не признает ни жизни, ни истории и имеет революционный характер. Беспредельная преданность односторонней идее и готовность все принести ей в жертву дают радикальной партии такую энергию, какою никогда не обладают либералы. Самый суровый из всех деспотизмов тот, который устанавливается радикалами [1. С. 687,688]. Реакционная партия составляет крайность консерватизма.

«Общественной силой партии становятся только тогда, когда к ним примыкают целые классы... Партии существуют и находят приверженцев во всех общественных слоях, но каждому классу, по самой его природе, свойственно известное направление, которое обыкновенно является в нем преобладающим» [1. С. 692]. Консервативная и либеральная партии имеют опору главным образом в высших и средних слоях общества. Опорой консерваторов является аристократия, крупные землевладельцы и часть среднего класса. Опорой либералов выступает большая часть среднего класса - промышленная буржуазия, фабриканты, финансисты, банкиры, купцы, городская интеллигенция.

Радикальные партии ищут опоры в массах. Но по своей природе массы вовсе не склонны принимать живое участие в политической жизни, когда не затрагиваются непосредственные их интересы. Только сильно распространенное неудовольствие или искусственное возбуждение страстей делают их орудием радикализма. Демократы-радикалы постоянно твердят о воле народной, но эта воля редко их поддерживает. Главной опорой радикализма являются низшие слои средних классов, которые, не имея состояния, недовольны

2008. Вып. 2

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

своим положением, а между тем достаточно образованны, чтобы стремиться к переменам. В промышленно развитых странах к ним примыкает и пролетариат. Пролетариат составляет армию, без которой радикализм всегда остается ничтожным [1. С. 695]. Образование без собственности возбуждает в человеке недовольство существующим общественным устройством, в котором нелегко проложить себе дорогу. Образование возвышает требования от жизни при недостатке средств к их осуществлению. Поэтому в этих кругах самая благоприятная почва для радикализма [1. С. 16,17].

Это наблюдение Б.Н. Чичерина в дальнейшем многократно подтверждалось. Борьбу за власть ведет имущее и образованное меньшинство, а народные массы, занятые физическим трудом, не стремящиеся к политической власти и свободе, некомпетентные в сложных вопросах внутренней и внешней политики, могут служить лишь орудием для этой борьбы. Как правильно писал видный русский государствовед, историк права Василий Иванович Сергеевич (1832-1910), «сам народ нигде не управляет, он всегда кем-нибудь управляется. Весь вопрос, кто им управляет: император Наполеон III, нью-йоркский политикан Твид, какой-нибудь железнодорожный капиталист или Бебель? Народ - очень гибкий строительный материал, не более» [2. С. 88].

Консервативные монархисты в России начала XX в. считали, что народные массы - крестьяне, рабочие, ремесленники, мелкие торговцы с их общинной психологией, занятые физическим трудом, испытывающие хроническую нужду, были политически крайне неразвиты и не стремились к политической свободе и конституционному государству. Крестьянин мечтал о даровом наделении его чужой землей, рабочий - о передаче ему всего капитала и прибылей фабриканта. При таком настроении невежественных народных масс предоставление им политических прав, введение всеобщего избирательного права приведет к тому, что они передадут власть социалистическим интеллигентским партиям, которые пообещают им наибольшее материальное благополучие, независимо от степени осуществимости этих обещаний и способов их осуществления. В 1917 г. именно так и произошло. От имени невежественного народа мандат на власть реально могли получить две социалистические партии - эсеров или большевиков, руководящее положение в которых занимала второсортная деклассированная интеллигенция очень разных национальностей. Например, из 53 членов ЦК РСДРП 44 (83%) были работниками умственного труда; в ЦК партии социалистов - революционеров, насчитывавшем 74 человека, интеллигентов было 62 (83, 78%) (подсчитано по: [3. С. 768-779]).

После октябрьской революции 1917 г. правящая коммунистическая партия объявила об установлении диктатуры пролетариата. Выдающийся русский философ права, государствовед, один из ведущих идеологов евразийства Николай Николаевич Алексеев (1879-1964) писал: «Однако в советском государстве фактически вовсе не властвует рабочий класс, а деклассированная интеллигенция очень разнообразного национального состава, объявившая себя хранительницей интересов пролетариата. Эгоистическая и себялюбивая диктатура такой интеллигенции еще хуже, чем диктатура класса, ибо она вырождается в диктатуру наихудшей бюрократии» [4. С. 345]. Росси-

Б.Н. Чичерин о классификации политических.

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

155

2008. Вып. 2

ей традиционно управляет авторитарный глава государства (князь, царь, император, генеральный секретарь, президент) при опоре на бюрократический правящий слой: дворянско-бюрократический (в монархический период), но-менклатурно-бюрократический (в советский период) и олигархически-бюрократический (в современный период). «Политологи, анализирующие причины знаменитого майско-июньского взрыва 1968 г. во Франции, пришли к выводу, что основной причиной стало перепроизводство социально-гуманитарного знания и соответствующих специалистов» [5. С. 93].

Революции 1905 и 1917 гг., как справедливо отмечал консервативный мыслитель Иван Лукьянович Солоневич (1891-1953), сделала главным образом «второсортная русская интеллигенция». «Именно второсортная, - подчеркивал он. - Ни Ф. Достоевский, ни Д. Менделеев, ни И. Павлов, никто из русских первого сорта при всем их критическом отношении к отдельным частям русской жизни - революции не хотел и революции не делал. Революцию делали писатели второго сорта - вроде Горького, историки третьего сорта -вроде Милюкова, адвокаты четвертого сорта - вроде А. Керенского. Делала революцию почти безымянная масса русской гуманитарной профессуры, которая с университетских кафедр вдалбливала русскому сознанию мысль о том, что с научной точки зрения революция спасительна. Подпольная деятельность революционных партий опиралась на этот массив почти что безымянных профессоров. Жаль, что на Красной площади рядом с Мавзолеем Ильича не стоит памятник неизвестному профессору!» [6. С. 628].

Опорой реакции является часть аристократии, католическое духовенство, часть сельского населения. «Там же, где нет ни властолюбивого духовенства, ни аристократии, стоящей за обветшалые права, может вовсе не быть реакционной партии. В Англии есть консерваторы, но нет реакционеров» [1. С. 696]. Между прочим, этим условиям соответствовала и Россия времен Чичерина.

Обычно низшие классы не выступают на политическую сцену как самостоятельная сила. Даже в республиках они более следуют за средними классами. Поэтому крайние партии только в чрезвычайных обстоятельствах приобретают временный перевес. При нормальном ходе вещей развитие происходит путем борьбы между консервативной и либеральной партиями, которые признают законность существующего строя, расходясь лишь в частных вопросах. Когда нужно упрочить существующий порядок, у власти должна находиться консервативная партия. Наоборот, когда чувствуется потребность в переменах, преимущество получает либеральная партия. «Вследствие этого разумные либералы нередко становятся консерваторами, как скоро требования их исполнены и водворяется желанный порядок вещей. Постоянно стремиться к новым переменам - признак легкомыслия» [1. С. 699].

В эпохи внутреннего мира значение реакционной и радикальной партий состоит в том, чтобы указывать на такие стороны жизни, которые средние партии слишком часто упускают из виду. Только в эпоху переворотов, ожесточенной борьбы господство переходит к радикалам. «Радикализму свобода обязана главными своими победами, одержанными путем революций. В этом состоит его всемирно-историческое значение. Но могучий для битвы

2008. Вып. 2

ЭКОНОМИКА И ПРАВО

радикализм совершенно неспособен к установлению какого бы то ни было порядка. Он слишком далек от настоящей жизни, а поэтому может держаться только деспотизмом. Коль скоро борьба решена, а вследствие того исчезла потребность в чрезмерном напряжении сил, радикальная партия падает сама собой» [1. С. 701,702].

«Разрушительные стремления радикализма влекут за собой реакцию; упорство и односторонность последней, в свою очередь, кидают общество в руки радикалов. Как качающийся маятник, общество только после долгих колебаний возвращается к нормальному состоянию, то есть к владычеству средних партий. Но в человеческих обществах восстановление правильного порядка редко совершается само собою, естественным ходом вещей. Обыкновенно из ожесточенной борьбы и анархии возникает деспотизм, который один в состоянии сдерживать общественные стихии, влекущиеся врозь... чем менее единства в обществе, тем сосредоточеннее должна быть власть. Поэтому чем более расходятся партии, тем необходимее сдерживающая их власть, независимая от общественных влияний. Этим подтверждается и тот закон, который мы вывели из истории представительных учреждений, именно, что вся сила их основана на союзе классов, принимающих участие в политической жизни. Согласие или рознь общественных элементов выражается в отношениях партий, которые из общества черпают свои силы. Представительство прочно, когда партии, споря об отдельных вопросах, делают друг другу уступки и подают друг другу руку для поддержания существующего порядка. Напротив, чем глубже раздоры, чем более средние убеждения заменяются крайними, тем более политическая свобода подвергается опасностям» [1. С. 702,703].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Чичерин Б.Н. О народном представительстве. 2-е изд. - М., 1899.

2. Сергеевич В. И. Всеобщее избирательное право // ЖМЮ. - 1906. - № 5.

3. Политические партии России. Конец XIX - первая треть XX века. - М., 1996.

4. Алексеев Н. Н. Русский народ и государство. - М., 1998.

5. Панарин А.С. Политология: Учебник. 2-е. изд., перераб. и доп. М., 1999.

6. Солоневич И. Великая фальшивка Февраля // Солоневич И. Наша страна. XX век. - М., 2001.

Поступила в редакцию 11.02.08

R.A. Nasibullin, postgraduate student

B.N. Chicherin's views on the classification of political parties in a constitutional state

B.N. Chicherin's classification of political parties in a constitutional state is discussed.

Насибуллин Рафил Ахнафович, аспирант Уральская государственная юридическая академия 620075, Россия, г. Екатеринбург, ул. Комсомольская, 21