Ими восхищался Л. Н. Толстой. Первопроходцы

ИМИ ВОСХИЩАЛСЯ Л.Н. ТОЛСТОЙ. ПЕРВОПРОХОДЦЫ

А.Н. ПОЛЯКОВ, профессор Международной Славянской академии

1 октября 1857 г. молодой, 28-летний, но уже известный писатель, автор повестей «Детство», «Отрочество» и других произведений, участник военных действий на Кавказе и обороны Севастополя, садится на коня и отправляется в село Моховое, что почти в 300 км от Ясной Поляны. Что же побудило писателя совершить такой далекий и небезопасный путь? Моховое - основное имение старинного дворянского рода Шатиловых Новосильского уезда Тульской губернии (ныне Новодеревеньковский район Орловской обл.). В начале XIX века имением владели Н.В. и И.В. Шатиловы. Моховое находится в лесостепной зоне. Почвенный покров представлен обыкновенными и деградирующими черноземами, а территория -

сильнопересеченной волнистой равнинои, изрезанной многочисленными оврагами, балками, урочищами. Долгие годы лесонасаждения, состоящие из малоценных мягколиственных пород, были расстроены бессис-

темными рубками. Хозяева имения решили улучшить породный состав насаждений и произвести посадки ценных пород. Для этого они пригласили Франца Христиановича Майера. Он родился в 1783 г. в г. Ганновере (Германия), где получил образование по садоводству. В 1801 г. приезжает в Россию и принимает русское подданство. Вначале Франц был управляющим в имениях князя Б.А. Голицина в с. Ломец Новосильского уезда Тульской губ. Здесь он создал большой парк и произвел посадки сибирской лиственницы. В 1817 г. Майер приглашается в имение Шатиловых, где стал управляющим до конца своей жизни. Здесь расцвел его многогранный талант.

Первые посадки производились в 1821 г. Ф. Майером и крепостным С. Носковым в виде прямых тропиночных линий и аллей с целью создания парка, примыкавшего к усадьбе управляющего. Желая получить в достаточном количестве посадочный материал, Майер вначале высевал семена различных деревьев непосредственно в лесу и в приусадебном парке, но под пологом леса семена часто погибали и росли плохо. После многочисленных поисков он закладывает в 1839 г. открытый питомник в пойме реки Раковки, входившей в состав парка. Бывшее под картофелем поле было вспахано, причем за плугом пускался углубитель конструкции Майера. Вспаханное и углубленное до 31 см место делилось на гряды шириной 3,5 м, на которых получали всходы ели, дуба, сосны, лиственницы и других пород. Доращивание производилось в школьном отделении до 4-5 лет. Полив производился с помощью гидравлического насоса конструкции Майера, который приводился в движение течением р. Раковки. Питомник имел поля севооборота и школьное отделение. Семена лиственницы сибирской закупались на Урале и в Дармштадте (Германия), а семена остальных пород собирались с лучших деревьев местных насаждений. До 1841 г. на территории парка

посадки сделаны на площади более 43,6 га, а на пашне, прилегавшей к парку, посеяно в плужные борозды 9,2 га дуба. С 1846 г. началось облесение оврагов по скатам Керде-евского и Мельникова верха посадкой березы, ели, лиственницы и других пород. Майер доказал на деле возможность успешного роста посадок ели, созданных крупномерным материалом, по сравнению с посадкой сеянцев. На основе многолетнего опыта ученый пришел к выводу об успешности посадок рядами с размещением посадочных мест 1,4 м на 1,1 м. Профессор М.К. Турский в течение 5 лет рассылавший семена ели в южные районы России, отмечал успешный рост ели в условиях степи на глубоком тучном черноземе. В качестве примера он приводил Моховое, где посадка ели произведена к 1886 г. на площади более 109 га. С 1821 по 1853 годы в Моховом под руководством Майера посажено 91 га леса, в основном, в виде чистых монокультур. Он глубоко изучил особенности роста на черноземе ели, дуба, сосны обыкновенной и Веймутовой, лиственницы сибирской, березы и других пород и дал рекомендации по их успешному выращиванию, не потерявшие значения до настоящего времени.1 Созданный Майером питомник получил общероссийскую известность. Он снабжал посадочным материалом не только собственное хозяйство, но и хозяйства Тульской, Орловской, Тамбовской, Воронежской и других губерний. Так, за 1839-1848 годы из питомника было отправлено 1 млн 81 тыс. шт. саженцев сибирской лиственницы, 31 тыс. шт. кедра, 791 тыс. шт. различных кустарников. Посадочный материал был высокого качества и отпускался по очень низкой цене (дешевле стоимости выращивания).

Свой огромный, почти 55-летний, опыт в области ведения лесного хозяйства в условиях степи Ф.Х. Майер обобщил в трёх томах полного собрания сочинений (1850-1854), в книгах «Опыт сельского благоустройства», «Степное лесоводство». Именно к Майеру в 1857 г. отправился Л.Н. Толстой и, посетив его, записал в дневнике: «Ясная,

’Майер Ф.Х. О заведении разных лесных пород на степном черноземе-М., 1848.

просторная голова». Толстой советовался с ним по различным вопросам сельского и лесного хозяйства, о чем свидетельствует их переписка. Лев Николаевич настолько заинтересовался лесным делом, что готовил проект о лесоразведении в Тульской губернии, представил его министру государственных имуществ (29.Х.1857) и надеялся привлечь к этому Майера. Писатель приобрел в Моховом для посадки в Ясной Поляне 536 саженцев сибирской лиственницы.

Трудно переоценить заслуги Майера и в области сельского хозяйства. Основные его агрономические взгляды изложены в работе «О степях и степных хозяйствах».2 Майер ввел периодическую глубокую вспашку чернозема, для чего применял усовершенствованный им плуг. Вспашка повторялась через каждые 3 года, причем под картофель под зиму на 22-27 см, а под свекловицу - до 31-36 см. Чтобы достичь такой глубины, сначала проход производился плугом или сохою, а затем по проложенной борозде пускался углубитель конструкции Майера, который рыхлил почву без оборота пласта. Опыт показал, что углубление почвы с выведением нового слоя на поверхность даже в условиях чернозема дает отрицательные результаты. Он считал, что чернозем не неистощим, и поэтому ввел удобрение парового поля навозом в виде мелкой запашки. Навоз вывозился зимой санями, сваливался на поле в мелкие кучи, а весной разбрасывался. Майеру принадлежит заслуга в выделении овса, названного в последующем шатал овским. После долгих поисков он нашел лучший из них, который был размножен. Заблаговременно производились тщательная разделка и удобрение земли, удалялись сорняки. Когда хлеб не убран, подбирались лучшие для семян участки, после молотьбы которых велся отбор тяжеловесных семян. Этот отбор осуществлялся с помощью конной швырялки конструкции Майера, отбрасывавшей наиболее тяжелые семена в отдельную емкость. Таким же путем возделывалась пшеница и рожь. Уже после смерти Майера образцы пшеницы демонстрирова-

2Майер Ф.Х. О степях и степных хозяйствах.

лись на Парижской выставке 1866 г. и были удостоены бронзовой медали. Не все опыты дали положительные результаты - удобрение полей известью по истощенному чернозему, неудачные посевы клевера малозимостойкими сортами. Большое внимание ученый придавал семеноводству, считая, что в настоящем хозяйстве посев высококачественными семенами является непременным условием.

Заслуги Ф.Х. Майера в области лесного и сельского хозяйства были отмечены избранием его почетным членом Комитета при Императорском обществе сельского хозяйства, действительным членом Императорского Вольного экономического общества (ИВЭО) и других обществ. 26.VII.1860 г. он скончался и нашел свое последнее успокоение около Казанской церкви в селе Моховом. После его смерти ИВЭО учредило в его память большую золотую медаль. Этой высокой награды был удостоен продолжатель его дела И.Н. Шатилов.

Иосиф Николаевич родился 6 апреля 1824 г. в Москве. Детские годы прошли в Моховом, где он часто бывал в доме Майера, деятельность которого побудила юношу в дальнейшем заниматься естественными науками. Иосиф получил солидное домашнее образование, овладел тремя иностранными языками. Его отец рано умер, а дядя, заменивший отца, посылает племянника в Санкт-Петербург для поступления в корпус инженеров путей сообщения. Однако Иосиф слушает лекции по зоологии в университете и занимается препарированием птиц в зоологическом музее. В 1843 г. Шатилов успешно сдает экстерном экзамены за университетский курс в Харьковском университете и поступает на службу в канцелярию керченского градоначальника. Это не мешает ему принять участие в раскопках 67 курганов, проведенных местным краеведческим музеем. В 26 лет (1850 г.) Шатилов становится уездным предводителем Ялтинского дворянства, но уже в 1852 г. оставляет службу и принимает в управление общее с дядей имение «Тимак» в Феодосийском уезде (ныне совхоз «Приморье»). Здесь под его руководством произведены посадки леса на пло-

щади около 109 га. В 1872 г. на выставке в Москве демонстрировались 38 образцов древесины различных пород из имения Шатиловых в Таврической губернии. Кроме того, при участии известного натуралиста Г.И. Радде Шатилов начинает собирать с 1854 г. коллекцию птиц, которую в 1869 г. в количестве 405 экз. передает Зоологическому музею МГУ. О птицах Крыма он написал 4 статьи и составил каталог орнитологического собрания птиц Таврической губ. В 1870 г. ученый был избран почетным членом МГУ «.. .за содействие устройству Зоологического музея». В 1864 г. умирает его дядя, и Иосиф Николаевич становится единственным владельцем шатиловских имений. Он уезжает из Крыма и поселяется в Моховом. В этом же году его избирают президентом Императорского Московского общества сельского хозяйства (ИМОСХ). Он занимал эту должность (с переизбранием через каждые 3 года) в течение 25 лет, т.е. до конца своей жизни (1889 г.).

Главная цель хозяйства, считал Шатилов, состоит в увеличении и удешевлении производства животных и растительных продуктов. Успех земледелия в средней полосе России зависит главным образом от хорошего удобрения земли и ее своевременной обработки. Тогда бытовало мнение, что богатая черноземная земля не нуждается в удобрении. Поэтому навоз от скотных дворов часто сваливали в ямы и овраги. Шатилов на практике доказал, что удобрение навозом по его методу приводит к повышению урожайности полей. При этом навоз хранился зимой в больших уплотненных кучах, а летом развозился по паровому полю и немедленно запахивался. Такой способ не потерял своего значения и в настоящее время. Шатилов применял глубокую вспашку чернозема, считая, что «углубление пашни... необходимое условие для достижения лучшей обработки земли». При Майере и Шатилове были достигнуты большие успехи в выращивании пшеницы и овса, получив международное признание, о чем говорилось выше. Большое внимание Шатилов уделял травосеянию. Сначала он использовал семена люцерны, покупаемые в Европе. Но она

оказалась непригодной в силу своей слабой зимостойкости. Тогда он проводит опыты с крымской люцерной, произраставшей в его имении «Тамак» и переносившей 20-25 градусные морозы. Внедрение её в Моховом дало хорошие результаты. Шатилов выращивал люцерну не .в полевых севооборотах, а на участках около ферм. Тем самым укреплялась кормовая база хозяйства, получившего возможности для увеличения выхода навоза. Учёный настойчиво выступал за широкое внедрение опытного дела путём отвода части земли под опытные участки. Его младший сын Иван Иосифович, пошел по стопам отца, уже после его смерти, пожертвовал в 1896 г. участок земли в 65,5 га для организации опытной сельскохозяйственной станции, получившей в дальнейшем название Шатиловской.

Продолжая работы по облесению земель, начатые Майером, Иосиф Николаевич вместе с С. Носковым, ставшим после смерти Майера лесничим и смотрителем всех работ, увеличил площадь лесного питомника до 5,5 га, где продолжали выращивать саженцы дуба, ели, лиственницы сибирской, сосны обыкновенной и Веймутова, березы и других пород. Он выделил в питомнике 2 отделения, чтобы «... давать отдых земле посредством очередного запускания отделений под травосеяние».3 Вместо ракит, посаженных в питомнике для затенения молодых деревцев в наиболее жаркие полуденные часы и не приносивших достаточного эффекта, Шатилов ввел затенение всходов рогожами, надвигавшимися на специальные рамы. Этот способ применяется и в настоящее время. Шатилов внес еще ряд новшеств на питомнике. Вместе со своим сыном Иваном он переходит на массовое выращивание саженцев на семенных грядах без их доращивания в школьном отделении, которое сохранялось для получения хорошо развитых растений, предназначенных для парковых и садовых посадок. Были исключены полив и отенения при выращивании лиственных пород, а у хвойных они применялись только до появления всходов. Экспозиция моховского пи-

3Шатилов И.Н. Лесоразведение в Моховом - М., 1885,-С.10

томника демонстрировалась в лесном отделе Политехнической выставки в Москве в 1872 г., а Шатилов был награжден почетным адресом первой степени.

В 1865 г. в Моховое во второй раз приезжал Л.Н. Толстой. Встречу с Шатиловым, продолжавшуюся 5 дней, писатель назвал чрезвычайно приятной и поучительной. И далее: «Это, наверное, самое замечательное хозяйство в России, а сам он один из самых милых по простоте, уму и знанию людей».4 Толстой неоднократно обращался за советами к Шатилову, считая его, как и Майера, наиболее компетентным и авторитетным специалистом в области сельского и лесного хозяйства. Кроме того, он поддерживал Шатилова, когда тот был председателем Московского общества грамотности.

Основным способом создания лесных культур Иосиф Николаевич считал посадку саженцев в борозды по скатам оврагов и ровным местам. Это позволяло применять конные орудия и снижало трудоемкость работ. Площадь, отводимая под посадку, подвергалась глубокой вспашке, после которой два года велось сельхозпользование (зерновые культуры), а далее нарезались борозды, куда сажались взятые из питомника сеянцы различных пород. С питомника продолжалось снабжение посадочным материалом высокого качества и по низкой цене хозяйств ряда губерний. Так, с 1848 по 1883 годы из Мохового было отпущено 8 962 526 саженцев различных хвойных и лиственных пород, что вполне достаточно для облесения около 1700 га земель. А в самом Моховом с 1853 по 1889 годы было облесено 166,8 га на истощенных пашнях, оврагах и балках. Облесение имело целью защитить поля от ветров, а почвы от эрозии. Посадки велись в виде узких полос площадью 10-90 га с учетом высоты местности и направления господствующих ветров. Посадки производились не только в виде чистых, но и смешанных культур - березы с лиственницей и березы с сосной Веймутова. Так, при посадке березы в смеси с лиственницей сибирской отмечался почти одинаковый рост и нетре-

4Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений, 1936-1953,-М.: Гослитиздат-Т. 61.-С.95.

бовательность к грунту, ценность их в хозяйственном отношении. К тому же до полного роста лиственницы можно было сделать 2-3 оборота рубки березы. Были предложены начатые при Майере посадки ивы белой вдоль реки и по болоту с целью его осушения на площади 2,2 га. Создаваемые леса имели не только агролесомелиоративное значение, но и приносили большие доходы. Так, с 1,1 га леса в 60-70 лет чистый доход составлял свыше 1000 рублей.

Оригинальная система лесоразведения в Моховом в условиях лесостепи состояла в том, что создавался не сплошной лесной массив, а перелески-колки площадью 10-90 га, посаженные главным образом на склонах балок и оврагов. Между ними располагались пахотные поля, по границам которых сажались полезащитные полосы.

В 1871 г. проф. В.Т. Собичевский выступил на годичном собрании Петровской академии с призывом об организации в России опытных лесоводческих станций. Одним из первых на этот призыв откликнулся И.Н. Шатилов, который предложил организовать такую станцию в Моховом. В конце 1871 г. здесь под руководством Собичевского было заложено 3 пробных площади, а к 1884 г. их стало уже 20. Измерения на некоторых пробах произвел проф. М.К. Турский, отметивший успешный рост ели, лиственницы, дуба и особенно сосны Веймутова. К сожалению, архивные материалы и сами пробные площади к настоящему времени не сохранились. В Моховое неоднократно приезжали профессора В.В. Докучаев, В.Я. Добровлянский, А.В. Тюрин. В 1906-1907 годах в Моховом провел обстоятельное исследование почв под лесонасаждениями будущий профессор, а тогда стипендиат высшего оклада М.Е. Ткаченко. Шатилов неоднократно выступал против хищнической рубки леса и за установление общественного контроля над лесами, находившимися в частной собственности. Будучи членом комиссии по преобразованию открытой в 1866 г. Петровской земледельческой и лесной академии, Иосиф Николаевич внес ряд предложений по улучшению учебного процесса и приема в академию. Он предлагал обеспечить доступ в нее

лучшим ученикам средних земледельческих училищ, выходцам из земледельческих сословий, молодым людям, имевшим практический стаж работы.

За большие успехи на посту президента ИМОСХ Шатилов награжден орденом св. Станислава I степени. Он избирался почетным членом Московского лесного общества и Петровской академии, был вице-президентом иностранной секции Парижской сельскохозяйственной академии и членом 31 научных и сельскохозяйственных обществ. В ноябре 1889 г. ему присуждается большая именная золотая медаль, вручение которой должно было состояться в январе 1890 г. Однако 26.XII.1889 г. Иосиф Николаевич скоропостижно скончался. Накануне он писал в Москве благодарственное письмо членам ИМОСХ. Внезапная смерть помешала ему дописать свое послание, последним предложением которого было: «В сельскохозяйственном деле успех достигается не годами, а десятками лет». Эти слова в полной мере относятся и к лесохозяйственному делу, которому Шатилов отдал 25 лет своей жизни.

Похороны Иосифа Николаевича состоялись 31.XII. 1889 г. в Моховом. Могила его находится за оградой Казанской церкви, недалеко от могилы Майера. Так закончили свой путь два славных деятеля России, пионеры степного лесоразведения на черноземах. Но остались их посадки, самым старым из которых 130-150 лет. Какое их состояние? На этот вопрос нам удалось в определённой мере ответить в 1998 году. В настоящее время Моховское лесничество Новосильского лесхоза Орловской обл. состоит из 47 кварталов в виде урочищ. Лесопокрытая площадь равна 1369 га, из которых особо ценные массивы занимают 1082 га. В их числе лесные культуры (673 га), куда входят и плюсовые (самые лучшие) насаждения с преобладанием сибирской лиственницы. Среди них посадки, созданные в свое время Майером и Шатиловым. В 1998 г. нами была заложена серия постоянных пробных площадей для длительных наблюдений за ходом роста насаждений. В качестве примера приведем данные некоторых из них. Это посад-

ка сибирской лиственницы в возрасте 148 лет, состоящая из двух ярусов. В I ярусе чистая без примеси лиственница со средними диаметром 50,4 см и высотой 40,8 м. II ярус состоит из ели, клена й вяза. Древостой относится к I б классу бонитета и имеет запас в I ярусе 1051,9 м3/га, во II ярусе 49,6 м3/га, т.е. общий запас равен 1101,5 м3/га. Это посадка, созданная под руководством Майера. Другая пробная площадь характеризует также посадку лиственницы сибирской в возрасте 129 лет в I ярусе со средними диаметром 46,7 см и высотой 41,3 м. II

ярус состоит из клена и липы. Запас лиственницы I яруса равен 873,8 м3/га, а II яруса 44,6 м3/га, т.е. общий запас составляет 918, 4 м /га. Древостой также относится к высшему I б классу бонитета. Все деревья древостоя находятся в хорошем состоянии. Этот участок был посажен под руководством Шатилова. Оба участка являются эталонами лиственничных культур, выращенных на черноземах.

Посадки Ф.Х. Майера и И.Н. Шатилова ещё долгие годы будут неувядающим зелёным памятником их создателям!

О ВИДОВОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ СИБИРСКОГО КЕДРА

Н.П. МИШУКОВ, ВНИИХЛесхоз

При обсуждении вопроса о систематическом положении сибирского кедра (сосны кедровой сибирской) в научной литературе очень часто, правда, довольно однозначно отмечается неправильность его ботанического названия кедром, в связи с тем, что относится он к роду сосна (Ріпш), а не кедр (Сєсіпіб). Эта условность его названия кедром, как и всех других кедровых сосен, общеизвестна, признана многими учеными, в том числе и ботаниками - систематиками. Нет необходимости подробно останавливаться на этом вопросе, тем более что в нашей стране русское название кедр к кедровым соснам давно и широко употребляется, по крайней мере, за два века до введения бинарной номенклатуры видов, да и в западной дендрологической литературе немало таких примеров.

В данной работе интерес представляет другая сторона вопроса, а именно, правомерность отнесения сибирского кедра к рангу самостоятельного вида. Мнение о видовом отличии сибирского кедра от сосны кедровой (Ріпш сешЬга Ь.), научное описание и название которой в 1753 г. дал Карл Линней, одними дендрологами поддерживается на протяжении почти двух веков, другими -отвергается.

Известный исследователь научных трудов и жизни великого шведского ботаника Е.Г. Бобров считает, что сосна кедровая как вид был описан К. Линнеем на основе материалов из Альп Швейцарии (Бобров, 1978). Есть, однако, и противоположное мнение: под названием сосна кедровая Линнеем описан вид, встречающийся как в Западной Европе, так и на Урале и Сибири (Овсянников, 1934; Непомилуева, 1974; Крылов, Таланцев, Козакова, 1983 и др.). Мы также согласны с этой точкой зрения,считая, что Линнею в то время была хорошо известна и сосна кедровая, произрастающая на Урале и Сибири. Он был в тесных корреспондентских отношениях с такими известными естествоиспытателями России, как И. Амман, И. Гмелин, Г. Демидов, А. Карамышев, С. Крашенинников, Г. Стел-лер и целый ряд других исследователей Урала и Сибири. От них он получал различные материалы по флоре Сибири, в том числе и для разведения сибирских растений в ботаническом саду в Упсале (Бобров, 1970). Вполне вероятно, что среди этих материалов были и образцы сибирского кедра - растения, поражавшего всех натуралистов величием, красотой и ценностью. Конечно, это следует рассматривать лишь как предполо-