Особенности квалификации фиктивного банкротства

21. Гладких В.И., Соколов И. А., Шумов Р.Н. Преступления, совершаемые в сфере предпринимательской деятельности: Проблемы правоприменения. Монография. - М.: Академия экономической безопасности МВД России, 2008.

22. Гладких В.И., Федотов П.В., Шумов Р.Н. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, совершаемых на рынке недвижимости. Монография. - М.: Международный юридический институт, 2010.

23. Гладких В.И., Федотов П.В., Шумов Р.Н. Криминология. Курс лекций. -М.: ЭКСМО, 2010.

24. Токарчук Р.Е. Момент окончания хищений и его соотношение с принципами и задачами Уголовного кодекса Российской Федерации // Научный вестник Омской академии МВД России. - Омск, 2007. - №3(27). - С.57-60.

25. Эриашвили Н.Д. Присвоение и растрата чужого имущества как формы хищения. Уголовно-правовой анализ. Монография. - М.: Юнити-Дана: Закон и право, 2010.

В.И. Гладких

ОС ОБЕННОСТИ КВАЛИФИКАЦИИ ФИКТИВНОГО БАНКРОТСТВА

Аннотация. В статье дается уголовно-правовой анализ нормы об ответственности за фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ), раскрывается содержание ее основных объективных и субъективных признаков, даются практические рекомендации по квалификации указанного деяния.

Ключевые слова. Фиктивное банкротство, несостоятельность, кредитор, имущественные обязательства, крупный ущерб, должник, арбитражный суд.

Фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ) - достаточно редкое преступление в правоприменительной практике по делам о преступлениях, совершаемых в сфере экономической деятельности. Одной из причин невостребованности данной уголовно-правовой нормы является недостаточная разработанность в теории и практике ряда понятий, характеризующих ее объективные и субъективные признаки.

Попробуем разобраться в этих вопросах.

Непосредственный объект фиктивного банкротства - интересы субъектов, круг которых прямо установлен законом: должника, арбитражного управляющего, конкурсного кредитора, налоговых и иных уполномоченных органов по требованиям по обязательным платежам, государственного органа по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению, иных лиц.

К иным лицам, участвующим в арбитражном процессе, относятся стороны, третьи лица, заявители и иные заинтересованные лица - в делах о несостоятельности (банкротстве) организаций и граждан.

Под интересами субъектов, участвующих в указанных экономических отношениях, важнейшими из которых будут интересы должника и кредитора (и государства в целом), следует понимать: право собственности, имущественные права, имущественные обязательства, имущество, составляющее конкурсную массу должника, права кредиторов на удовлетворение их долговых претензий, законные интересы юридического лица, когда руководитель, действуя в своих интересах, может причинить имущественный вред организации, имущественный интерес, основанный на обязательстве.

Под имущественными обязательствами необходимо понимать обязанность одного лица (должника) совершить определенное действие в пользу другого

© Гладких В.И., 2013

(кредитора), которое может заключаться: в передаче имущества, выполнении работы, уплаты денег, кредитовании, страховании и совместной деятельности, а также обязательств из причинения вреда и необоснованного обогащения, либо воздержаться от определенных действий. Основаниями возникновения обязательств в соответствии со ст. 307 ГК РФ являются договоры, деликты, иные основания, предусмотренные действующим законодательством (акты органов государственной власти, судебные решения и т.д.).

В соответствии со ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав (имуществу) относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, работы и услуги, информация, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность), нематериальные блага.

Предметом преступления, предусмотренного ст. 197 УК РФ, являются имущество либо документы, закрепляющие имущественные права, поскольку посягательство именно на эти предметы приводит к несостоятельности или увеличению неплатежеспособности должника.

Объективная сторона данного преступления характеризуется деянием в виде ложного публичного объявления о несостоятельности юридического лица или индивидуального предпринимателя, последствием в виде крупного ущерба (свыше 1,5 млн. руб.) и причинно-следственной связью между наступившим последствием и совершенными деяниями.

По конструкции объективной стороны данный состав преступления материальный и считается оконченным с момента наступления отмеченного последствия в виде крупного ущерба.

Отличие фиктивного банкротства (ст. 197 УК РФ) от иных криминальных видов банкротств (ст. 195 и 196 УК РФ) заключается в том, что по ст. 197 УК РФ к ответственности привлекают в ситуации, когда «материальных» признаков состоятельности или несостоятельности нет. О несостоятельности лишь ложно заявляется.

В соответствии с п. 37 и 38 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» [1] должник может подать заявление в арбитражный суд.

Указанное заявление подписывается руководителем должника - юридического лица или лицом, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на подачу заявления о признании должника банкротом, либо должником -гражданином.

В заявлении должника должны быть указаны: сумма требований кредиторов по денежным обязательствам, в том числе срок исполнения которых наступил на дату подачи в арбитражный суд заявления должника, в размере, который не оспаривается должником, с указанием причин возникновения задолженности; сумма задолженности по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, оплате труда работников должника и выплате им выходных пособий, сумма вознаграждения авторов результатов интеллектуальной деятельности; размер задолженности по обязательным платежам; обоснование невозможности удовлетворить в полном объеме требования кредиторов или существенного осложнения хозяйственной деятельности при обращении взыскания на имущество должника либо иных действий, явившихся основанием для подачи заявления; сведения о принятых к производству судами общей юрисдикции, арбитражными судами, третейскими судами исковых заявлениях к должнику, об исполнительных документах, а также об иных документах, предъявленных для списания денежных средств со счетов должника в безакцептном порядке; сведения об имеющемся у

должника имуществе, в том числе о денежных средствах, и о дебиторской задолженности.

К заявлению должника прилагаются документы, подтверждающие: наличие задолженности, а также неспособность должника удовлетворить требования кредиторов в полном объеме; основание возникновения задолженности; иные обстоятельства, на которых основывается заявление должника; список кредиторов и должников заявителя с расшифровкой кредиторской и дебиторской задолженностей и указанием адресов кредиторов и должников заявителя; бухгалтерский баланс на последнюю отчетную дату или заменяющие его документы либо документы о составе и стоимости имущества должника-гражданина.

Главное, что в указанных документах содержатся заведомо ложные сведения о, якобы, предстоящем банкротстве.

Установление реального финансового положения лжебанкрота после соответствующего им заявления представляет значительные трудности, т.к. такое заявление, несомненно, делается после основательной предварительной подготовки. В частности, прячутся на различных счетах подставных фирм финансовые активы, составляются «липовые» договоры с иными участниками экономических отношений, уничтожаются либо переписываются в нужном ключе бухгалтерские документы и пр.

Под последствиями фиктивного банкротства понимается крупный ущерб. Понятие «крупный ущерб» означает имущественные потери и является оценочным. Критерии оценки ущерба включают совокупность факторов, определяющих имущественное положение потерпевшей стороны.

Вместе с тем, видимо, одним крупным ущербом нельзя ограничиваться, так как последний может сопровождаться, например, банкротством предприятия-партнера, сокращением большого количества рабочих мест, срывом на продолжительное время работы служб, обеспечивающих жизнедеятельность населения и производственных структур, а также совершением в совокупности с фиктивным банкротством иных преступлений.

С субъективной стороны указанные преступления совершаются с прямым умыслом. Точка зрения о том, что данные преступления могут совершаться с косвенным умыслом, вызывает сомнения, поскольку коммерческий риск является одним из элементов предпринимательской деятельности. В случае признания возможности совершения незаконных банкротств с косвенным умыслом, любое действие, повлекшее несостоятельность, могло бы расцениваться как уголовно наказуемое.

Мотивами совершения фиктивного банкротства являются личные интересы и интересы других лиц. Целями совершения преступления являются: приведение коммерческой организации или индивидуального предпринимателя к банкротству, невыполнение или несвоевременное выполнение денежных обязательств, извлечение материальной выгоды для себя, незаконное удовлетворение своих интересов, либо интересов третьих лиц и т.д.

К субъектам данных преступлений следует отнести: индивидуального предпринимателя, руководителя коммерческой организации, собственника коммерческой организации, руководителей любых некоммерческих организаций, а равно граждан, не являющихся предпринимателями.

В юридической литературе уже делались попытки объяснить, кого нужно понимать под «руководителем» либо «собственником организации» применительно к криминальным банкротствам. Был сделан правильный вывод о некорректности использования легального понятия «собственник организации», поскольку это противоречит п. 3 ст. 213 ГК, где сказано, что сами «коммерческие и некоммерческие организации... являются собственниками имущества».

Данные требования закона корреспондируются с совместным постановлением Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. [7], в п. 22 которого сказано, что «при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч. 2 п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями». Таким образом, нормы гражданского законодательства имеют более широкое применение по субъектам ответственности за несостоятельность (банкротство) по сравнению с нормами уголовного закона. В то же время объективная сущность криминального банкротства и банкротства, признаваемого гражданско-правовым деликтом, обнаруживает определенную общность.

Сопоставление соответствующих норм гражданского и уголовного законодательства, связанных с вопросами несостоятельности (банкротства), свидетельствует о возможном выделении в качестве самостоятельного субъекта уголовной ответственности - члена совета директоров. В настоящее время эта фигура не охватывается понятием «руководитель коммерческой организации». Более того, согласно ст. 42 Закона управляющий, с которым подписан соответствующий договор, вправе осуществлять полномочия единоличного исполнительного органа, не являясь при этом генеральным директором либо президентом общества. Одним из направлений деятельности управляющего является совершение им различных сделок от имени общества, для чего не требуется получения доверенности. Следовательно, полномочия управляющего в данной области экономических отношений становятся дискреционными.

Кроме того, необходимо указать на еще одно обстоятельство. Системный анализ показывает, что на досудебной и судебной стадиях гражданско-правовых отношений кредитор не имеет уголовно-правовой защиты от действий недобросовестного должника, который скрывает свое имущество или имущественные обязательства, сведения о наличии имущества, его размере, местонахождении, передаче имущества в иное владение, отчуждении или уничтожении и т.д., если должником является физическое лицо (не предприниматель) либо некоммерческая организация (такие организации, за исключением потребительских кооперативов или благотворительных и иных фондов, по действующему законодательству банкротству не подлежат - ст. 65 ГК РФ), а также коммерческая организация, не имеющая явных признаков банкротства.

Отдельные правоприменители полагают, что ст. 197 УК РФ охватывает только такие незаконные действия, которые совершаются с целью обмануть кредиторов. Однако заявление о фиктивном банкротстве может быть сделано и с расчетом не выплачивать задолженности перед бюджетом, т.е. долги в допустимо широком смысле, и даже по согласованию с кредиторами (налоговые и иные уполномоченные органы Законом 2002 г. к числу собственно кредиторов не относятся) либо в отсутствие кредиторов как таковых. В последнем случае цели обмана кредиторов, очевидно, нет. Представляется, однако, что формулировка уголовно-правового запрета позволяет охватить действием ст. 197 УК РФ и подобные ситуации.

Поэтому причинение крупного ущерба следует расценить как преступное фиктивное банкротство в случае, если ему предшествовало заведомо ложное объявление о несостоятельности, сделанное либо для введения в заблуждение кредиторов, от которых требуется совершить определенные юридически значимые действия (дать согласие на объявление организации банкротом, отсрочить платежи и

др.), либо для признания лица банкротом. И в том, и в другом случае кредиторам, бюджету, фондам будет причинен ущерб, при признании которого крупным виновный понесет ответственность по ст. 197 УК РФ [6, с.117-118].

В связи с тем, что ст. 197 УК РФ сконструирована по типу «материальных» составов, установить признаки преступления возможно только после окончания конкурсной процедуры (которая может длиться не один год), после завершения которой и выясняются последствия банкротства. Процесс «ожидания» наступления указанных в законе последствий сведет на нет саму идею борьбы с рассматриваемыми преступлениями. К этому времени уже будут утрачены письменные и вещественные доказательства, а свидетельские показания получить очень трудно. Тем более что эти деяния по степени общественной опасности, причиненному вреду и способу посягательства на чужие имущественные права мало отличаются от мошенничества, которое влечет ответственность и в том случае, когда размер ущерба не является крупным.

Мошеннические действия нередко сочетаются с неправомерными действиями при банкротстве (ст. 195), преднамеренном банкротстве (ст. 196), фиктивном банкротстве (ст. 197 УК).

Как справедливо отмечается в юридической литературе, «в конструкцию составов этих статей законодателем заложены юридические обобщения, позволяющие наказывать за преступления, совершенные в различных сферах, разные по фактическим обстоятельствам, но единые по преступной направленности. Квалификация преступления устанавливается с учетом характера вины. Если вина умышленная, выясняется цель - необходимый элемент умышленного действия и в зависимости от цели определяется квалификация преступления. При этом должно учитываться различие между понятиями - цель преступления и мотив, толкнувший на его совершение» [2, с.80-82; 3, с.57; 4, с.149-152; 5, с.20].

Общими признаками для названных составов преступлений являются, во-первых, совершение действий, связанных с банкротством, и, во-вторых, специальный субъект - руководитель или собственник коммерческой организации (при неправомерных действиях при банкротстве - должника-организации) либо индивидуальный предприниматель (при неправомерных действиях при банкротстве -еще и кредитор, знающий об отданном ему предпочтении несостоятельным должником в ущерб другим кредиторам).

В этой связи вопрос об отграничении мошенничества от указанных преступлений возникает тогда, когда специальный субъект обращает в свою пользу или в пользу других лиц чужое имущество посредством представляющих собой обман действий, описанных в диспозиции ст. 197 УК РФ. Такое деяние содержит признаки мошенничества, если чужое имущество обращено в пользу виновного или других лиц и умысел на это возник до совершения обмана, состоящего в неправомерных действиях при банкротстве, преднамеренном или фиктивном банкротстве.

При квалификации деяния в одних случаях применяется правило квалификации преступлений при конкуренции части и целого, а в других - нет. Причем частью является способ, т. е. действия, указанные в диспозициях ч. 1 и 2 ст. 195, ст. 196 или 197, а целым - хищение путем мошенничества (ст. 159 УК).

Названное правило применяется в случаях, когда: 1) деяние содержит состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 159 УК, и способом его совершения являются действия, описанные в ч. 1 и 2 ст. 195, ст. 196 и 197 УК (покушение на это деяние и приготовление к его совершению квалифицируются по ст. 30 и ч. 3 ст. 159 УК); 2) деяние содержит состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 159, и способом его совершения являются действия, указанные в ч. 1 или 2 ст. 195

(покушение на это деяние и приготовление к его совершению квалифицируются по ст. 30 и ч. 2 ст. 159).

В других случаях указанное правило квалификации преступлений применено быть не может. Так, поскольку приготовление к мошенничеству, ответственность за которое установлена ч. 1 ст. 159, ненаказуемо, постольку приготовление к содеянному, подпадающему под признаки этой нормы), способом совершения которого являются действия, описанные в ст. 197 УК РФ, и квалифицируется соответственно.

Во всех иных случаях, т.е. когда мошенничество содержит состав преступления, предусмотренный ч. 1 или 2 ст. 159 УК РФ, и обман выражается в фиктивном банкротстве, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений: ч. 1 или 2 ст. 159 и ст. 197 УК РФ. Это обосновывается тем, что состав фиктивного банкротства не охватывают состава преступления мошенничества, в том числе предусмотренного ч. 1 и 2 ст. 159, а квалификация содеянного только по ч. 2 ст. 159 исключается, так как установленное в санкции этой нормы дополнительное наказание в виде штрафа - является менее строгим, чем соответствующее наказание, предусмотренное в санкциях ст. 197 УК РФ. Покушение на рассматриваемое деяние также квалифицируется по совокупности преступлений: ст. 197, ст. 30 и ч. 1 или 2 ст. 159 УК РФ.

Литература

1. ФЗ №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 // Собрание законодательства РФ. - №43. - 28.10.2002. - Ст. 4190.

2. Бакрадзе А.А. Особенности квалификации мошенничеств: Монография. -М.: Академия экономической безопасности МВД России, 2011. - С.80-82.

3. Бакрадзе А. А. Преступления против собственности, совершаемые путем обмана или злоупотребления доверием: эволюция и общая характеристика: Учебное пособие. - М.: Академия экономической безопасности МВД РФ России, 2009. - С.57.

4. Бакрадзе А. А. Теоретические основы уголовно-правовой охраны собственности от преступлений, совершаемых путём обмана или злоупотребления доверием. Дис. ... докт. юрид. наук. - М, 2011.

5. Колб Б. Банкротство и преступление // Законность. - 1996. - №9. - С.20.

6. Мешков В.В. Противодействие фиктивному банкротству: уголовно-правовой и криминологический аспекты. Дисс. ... канд. юрид. наук. - М., 2006.

7. Правовая система «КонсультантПлюс» [Электр. ресурс]: www.consultant.ru.

Л.Л. Грищенко, В.И. Гладких

О СОВРЕМЕННЫХ ПРИНЦИПАХ ПРАВОВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ОХРАНЫ ОБ ЩЕСТВЕННОГО ПОРЯДКА И ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Аннотация. Статья посвящена рассмотрению проблемных вопросов правового обеспечения охраны общественного порядка и общественной безопасности в современных условиях. В ней рассматриваются основные принципы правового обеспечения охраны общественного порядка и общественной безопасности, роль и место органов внутренних дел по защите конституционных прав личности и общества.

Ключевые слова. Принцип, право, закон, общественный порядок, общественная безопасность, всеобщность, единый подход, целесообразность,

© Грищенко Л.Л., Гладких В.И., 2013