«Рентабельности нашего бизнеса хватает только на выживание»

Крупнейшее мукомольное производство в Пермском крае — «Пермский мукомольный завод» — в 2016 году впервые за последние годы может снизить выпуск продукции. О сложившейся ситуации на зерновом рынке и о влиянии на мукомольное производство корреспонденту „Ъ“ ВЯЧЕСЛАВУ СУХАНОВУ рассказал генеральный директор завода СЕРГЕЙ ОКИШЕВ.

— Сергей Анатольевич, какие итоги работы предприятия в 2015 году?

— По итогам прошлого года объем производства муки, крупы увеличился на 2% (рост на 2,3 тыс. тонн). Годом ранее рост был более значительным — 4% (5,3 тыс. тонн). В планах на этот год объем производства заложен на уровне 2014 года, то есть по факту ждем снижения выпуска продукции. Всего должны произвести 149,49 тыс. тонн муки и крупы.

— Почему прекращаете рост производства? Что происходит на российском рынке зерна?

— Один из основных факторов — состояние на отечественном рынке зерна. Осенью 2015 года было собрано более 104 млн тонн зерна. Это очень хороший объем. Он дает России возможность закрывать все свои потребности на внутреннем рынке и грузить на экспорт. Но на деле оказывается, что та же пшеница, которая уходит на экспорт, начинает влиять на рост цены на внутреннем рынке. Вообще экспорт в этом сезоне обещает стать рекордным. По оценкам экспертов, его объем может составить более 33 млн тонн. Рост курса валют делает его весьма привлекательным, даже несмотря на введенную экспортную пошлину.

Свою поддержку внутренним ценам на зерно оказывают закупки зерна в государственный фонд. В последний год интервенционный фонд, кстати, стал инструментом, довольно мощно регулирующим рынок зерна. В предыдущие сезоны аграриев не устраивали низкие закупочные цены со стороны государства. Повышение закупочных цен в октябре прошлого года способствовало росту цен, поскольку к потенциальным покупателям зерна добавился сильный конкурент в лице государства.

Если взять динамику последних трех-четырех лет, вы сами увидите, как изменилась стоимость одной тонны зерна. Взять январь 2012 года. Одна тонна пшеницы закупалась по 5511 руб. В декабре 2015 года мы контрактуем пшеницу с аналогичным качеством уже по 12 123 руб. за тонну! Рост более чем в два раза!

— Что происходит с рожью?

— В сложных экономических условиях последних двух лет многие аграрии страны сократили посевные площади под озимую рожь. В результате было собрано всего 2,1 млн тонн, что оказалось на 30% ниже среднегодовых урожаев. Качество собранной по дождливой осени ржи оставляет желать лучшего. Именно эта культура дорожает самыми, пожалуй, высокими темпами. Только за последний год рожь приросла в цене на 45%. Конечно, дефицита ржи нет, мы будем бесперебойно осуществлять поставки зерна на завод и выпускать ржаную муку. Хотя качественную рожь, которую мы традиционно используем при помоле, приходится долго искать. И цена на нее, возможно, будет расти и далее.

— Какие еще сложности у мукомолов?

— Периодически сельхозтоваропроизводители берут «паузу», и количество предложений по поставкам зерновых снижается. Снижаются и объемы предлагаемых партий, что увеличивает для нас, как переработчика, издержки на каждую тонну закупаемого зерна. Основания для таких выжиданий в продажах разные: колебания валют, существенный экспорт зерна, политика государства в части закупки зерна в государственный интервенционный фонд. Достигнутые недавно межправительственные соглашения по поставкам зерна из Сибири в Китай, а также в Монголию тоже «подогревают» цены уже на сибирское зерно.

— Какие ваши прогнозы в ценовой цепочке зерна, муки и хлеба? Что с ценой в этой цепочке будет происходить?

— Ценовой тренд на зерновые культуры означает, что низких цен в мукомольном сегменте ожидать не стоит. При формировании себестоимости муки стоимость зерна составляет львиную долю. В прошлом году она составила 86%. Зерно дорогое. В зависимости от качества мы контрактуем зерно пшеницы в диапазоне 12,5–13 тыс. руб. за тонну.

Из 100% зерна нельзя произвести такое же количество муки. Четверть партии по технологии переработки уходит в отруби. Это тоже продукт, который нужен рынку. Но, покупая зерно по 13 тыс. руб., мы продаем отруби по 5 тыс. руб. за тонну. Это потери, которые, естественно, влияют на экономику мукомольного производства и на стоимость муки.

— Какова ценовая политика вашего предприятия, как часто вы пересматриваете цены на вашу продукцию и предупреждаете ли заранее об изменениях?

— В 2015 году предприятие снижало стоимость муки трижды, повышать приходилось четыре раза. В целом по году, если сравнить стоимость муки в январе 2015-го и в январе 2016 года, рост составил менее 1%. Притом что у нас инфляция за 2015 год — 12,9%. За год зерно подорожало на 16%, плюс рост цен на энергоносители и транспорт. А сама мука вполне дешевая — 19–20 тыс. руб. за тонну, если брать высший сорт.

Мы понимаем, что не менее значимое влияние на ценообразование оказывает покупательский спрос. Поэтому завод максимально возможно работает без повышения цен, стараемся держать комфортной цену для основного нашего потребителя — сегмента хлебопечения, что называется, «до последнего». И хлебопеки, соответственно, смотрят на нас и адекватно реагируют. Понимаем, что и у них тоже тяжелая ситуация.

— Какова у вас рентабельность бизнеса?

— Рентабельность бизнеса невысокая. По 2015 году она составляла около 5% с учетом субсидирования. Отдавать кредиты с такой рентабельностью, конечно, тяжело. Мукомольный бизнес — не высокодоходный и финансово затратный.

— Есть ли меры поддержки со стороны государства? Какую помощь оказывает вам краевой минсельхоз?

— Это очень существенная мера. Из бюджетов разных уровней в 2014 году поступило субсидий 28,5 млн руб., в 2015-м — 104,9 млн руб. Если в предыдущие годы субсидии возвращались с запозданием, то в 2015 году мы все получили в срок, в том числе и невыплаченные ранее субсидии за 2013 и 2014 годы. Это благодаря краевому минсельхозу.

Завод получает субсидии на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам и возмещение части затрат на уплату процентов в составе лизингового платежа по лизинговым договорам на покупку оборудования для производства. Вся сумма субсидий является компенсацией ранее понесенных предприятием затрат.

— Учитывая сложившуюся ситуацию с высокими ценами на зерно и низкими на готовую продукцию, какой выход из ситуации для ПМЗ вы видите?

— Мы продолжаем тщательно мониторить ситуацию на рынке зерна и муки. В формате этого курса мы и будем строить свою дальнейшую работу. Главное для нас — даже работая в этих сложных условиях, выпускать продукцию традиционно высокого качества в рамках ГОСТа. К тому же не за горами новый урожай зерна.

— Можно снизить издержки за счет использования более дешевого зерна?

— Некоторые мукомольные предприятия идут на разного рода ухищрения — начинают под маркой ГОСТ производить муку по техническим условиям. Дошло до того, что изменение ГОСТа обсуждается на уровне Государственной думы — с введением в помол так называемого фуражного, непродовольственного зерна. Как можно давать народу небезопасный продукт? Сегодня ни одно мукомольное предприятие не имеет права фуражное зерно использовать для производства муки. Но некоторые это делают, чтобы снизить себестоимость и выжить! Хорошая мука получается только из зерна третьего класса, но это зерно стоит дорого. Мы его покупаем, поскольку, повторюсь, главное для нас — это качество нашей продукции. Отсюда и низкая рентабельность.

— Если у вас рентабельность 5%, как вы реализуете инвестиционную программу?

— В 2015 году мы отметили 60-летие завода. Тогда же акционеры предприятия утвердили программу по модернизации, ведь 60 лет для производства — это серьезный срок. Средства на инвестиции берутся из чистой прибыли предприятия. Благо это позволяет делать выручка завода — по итогам 2015 года она составила около 2,4 млрд руб. Акционеры, отказываясь от законных дивидендов, направляют всю прибыль на дальнейшее развитие предприятия.

— Что входит в программу реконструкции, ее основные этапы, финансовый объем?

— Замене подлежит устаревшее технологическое оборудование. Вводим в эксплуатацию новые элементы, например автомобильные разгрузчики. Строим склады, у нас их нехватка. Много мероприятий направлено на автоматизацию процесса, исключение тяжелого физического труда. Автоматизируем непосредственно и сам технологический процесс. Производственно-технологическая лаборатория контролирует производство муки в онлайн-режиме на всех участках. Поговорите с нашими партнерами: одно из достоинств пермской муки — это стабильность в качестве. В нашей продукции не может быть всплесков вверх-вниз. Такие всплески для любого технолога хлебопекарного завода настоящая беда. В 2012 году на предприятии было установлено и введено в промышленную эксплуатацию уникальное оборудование — гранулятор для выпуска гранулированных отрубей и фотосепаратор для работы с потоком зерна. Это очень дорогое оборудование, его могут позволить себе только крупные мельницы. С помощью фотосепаратора мы подготавливаем к помолу на 100% очищенное зерно. Фотосепаратор делает 6 тыс. операций в секунду. Представляете, по транспортерной ленте зернышко к зернышку идет зерно, оно сканируется. Если ядро не соответствует параметрам, отщелкивается и поступает в отходы.

В 2016 году мы инвестируем в собственное производство более 70 млн руб. В 2015 году эта сумма составила 50 млн руб. Каков объем инвестиций будет в 2017 году — пока загадывать не хочу, из-за курса валют оборудование постоянно дорожает. Доля импортного оборудования высока. Два года назад станок фирмы BUHLER стоил 1,5 млн руб., сегодня — 3,5 млн руб. А у нас их не один десяток.

— Какова ваша доля на рынке?

— Пермский мукомольный завод производит 1,5% муки в Российской Федерации. По этому показателю мы входим в десятку крупнейших мельниц России.

По нашим оценкам, емкость рынка муки в Прикамье составляет 13–14 тыс. тонн в месяц. Так что мы можем обеспечить почти всю потребность земляков в этом, пожалуй, самом необходимом продукте! Потребление хлеба в Пермском крае, как и в целом по стране, ежегодно снижается. В 2015 году в РФ потребление упало среднем на 1,5–2%. Это очень много.

— С чем это связано?

— В первую очередь, с изменениями в структуре питания. В последние годы мы стали есть больше мяса, овощей, фруктов. Есть и влияние диет. Но о полезности хлеба известно давно. Он содержит массу витаминов, которые иногда и негде взять.

— Та мука, что не попадает в пермские магазины и в пекарни, куда уходит?

— Большая часть остается непосредственно в Пермском крае. По нашим оценкам, доля рынка продукции ОАО «Пермский мукомольный завод» здесь — более 65%. Остальное — поставки в близлежащие регионы: Удмуртию, Башкирию, Татарстан, Екатеринбург, Киров, Вологду.

— Кто ваши основные конкуренты?

— Мы их считает партнерами. В первую очередь это производители Омского региона, Челябинской области (ТМ «Увелка», «Макфа»), Екатеринбурга, Сарапула. В Пермском крае — ЗАО «Чусовская мельница».

Большинство мукомольных производств расположены в хлебных регионах, где выращивается зерно, но одного — районированного сорта. Как правило, такие переработчики вынуждены работать с монозерном, которое непосредственно находится в регионе. В данном случае параметры муки хотя и соответствуют ГОСТу, но, по нашему мнению, не обладают тем набором хлебопекарных качеств, который ценится именно хлебопеками. Пермский мукомольный завод работает с разными зерновыми регионами страны: Сибирью — это Алтай, Новосибирск, Красноярск, Омск, Тюмень, Уралом — Курган, Поволжьем — Самара, Саратов. Получаем зерно из Центрального Черноземья и даже из Волгограда. И в каждом регионе зерно имеет свою особенность — по целому ряду качественных показателей, по хлебопекарным свойствам. И от правильного сочетания, включения в помольную партию зерна из разных географических житниц завод выигрывает в качестве конечного продукта. Мы создаем помольную партию зерна, обеспечивающую при дальнейшей переработке улучшенные хлебопекарные и вкусовые свойства муки. Это наше явное конкурентное преимущество.

— Кстати, а пермское зерно вы используете?

— Пермский край — зона рискованного земледелия. Здесь есть хозяйства, которые выращивают продовольственное зерно, но, к сожалению, в небольших объемах. И в большинстве это рожь. Как правило, урожайность ее в наших широтах невысока. Значительная часть зерна используется крестьянами для собственных нужд: на семена, для корма скота. ПМЗ сотрудничает с более чем 25 хозяйствами Прикамья. Все товарное зерно, которое они могут произвести, мы обязательно закупаем.

— Есть ли у вас проблемы в отношениях с хлебопекарными холдингами?

— Проблем нет. Мы трудимся вместе целым комплексом: произвести зерно — это одно, переработать его в муку — это другое, испечь хлеб — третье, реализовать — четвертое. Предприятия хлебопечения тоже находятся на грани выживания. Любая торговая сеть возвращает им непроданную часть партии хлеба. У них также есть свои отраслевые проблемы, связанные с развитием технологии и обновления оборудования.

— Продукты питания в последнее время значительно дорожают, но это не касается муки и хлеба. Они по-прежнему дешевы. Почему?

— Хлеб входит в группу социальных товаров. За его стоимостью пристально следят правительства РФ и Пермского края. Соответственно, они ведут мониторинг стоимости муки.

К примеру, в Германии стоимость хлеба примерно в пять-семь раз выше, и это даже не из-за курса евро. Мой ответ: исторически сложилось так, что хлебопеки и мукомолы должны зарабатывать немного. Хотя и им надо обновлять оборудование, переходить на новые технологии. Если этого не делать, это будет путь к гибели отрасли, хронически страдающей от недофинансирования. В 2015 году на Алтае остановилось три мукомольных завода. Уже несколько лет не работает в Прикамье Верещагинский комбинат хлебопродуктов.

Раз в квартал я бываю на заседании правления Российского союза мукомолов. Последняя статистика оттуда: за 2015 год часть мукомольных предприятий уже отработала с убытками. Это не свидетельствует о хорошем состоянии отрасли. Любой бизнес создается для извлечения прибыли. Акционеры вкладывают средства, чтобы окупить и приумножить их. Пока 5% рентабельности нашего бизнеса хватает только на выживание: здесь подлатать, там подлатать, здесь зарплатой обеспечить сотрудников. Это не лучшая норма рентабельности, она не предполагает развития. Фактически мы только держим себя в рамках работоспособности, но развивать современное предприятие на эти деньги действительно сложно.

— Как решаются вопросы продовольственной безопасности в Пермском крае? Есть ли стратегический запас зерна?

— Администрация завода в разное время неоднократно предлагала создать в Пермском крае региональный зерновой фонд в объеме 50 тыс. тонн для обеспечения продовольственной безопасности края. Такие фонды действуют в ряде субъектов РФ и выполняют свою роль для стабилизации цен на продовольственном рынке. Общество готово выступить заказчиком по формированию и хранению фонда. Целью регионального фонда является создание страхового резерва зерна для устойчивого снабжения населения Пермского края хлебопекарной мукой в необходимом ассортименте.

— Какие прогнозы на урожай 2016 года?

— Основным фактором, формирующим конъюнктуру рынка зерна в ближайшее время, будет состояние озимых, посеянных под урожай 2016 года. По мнению экспертов, пока виды на урожай хорошие, и если аграрии будут иметь необходимые ресурсы (топливо, минеральные удобрения, возможность ремонтировать и закупать технику, доступные кредиты, семена), то и урожай в стране снова будет весомым. Хватит и на экспорт, и на внутренние нужды. Сегодня в России зерна достаточно. Вопрос в том, насколько оно качественное. Далеко не всё зерно, которое нам предлагают, мы покупаем. А вот качество зерна при сложных погодных условиях прошлой осени оставляет желать лучшего. Формировать объемы пшеницы мукомольных кондиций сегодня непросто. За зерно с повышенными качественными характеристиками надо давать большую премию в цене.