Пропади оно проповедью

13 декабря президент России Владимир Путин в Ярославле принял участие в работе Всероссийского форума «ПроеКТОриЯ» и посвятил общение с его участниками проблеме выбора их будущей профессии. А как считает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников, рассказал и о своей будущей профессии.

В Ярославле проходил форум «ПроеКТОриЯ». Он расположился на территории ледовой «Арены 2000». Здесь было много классов, в которых занимались группы по интересам. Я обратил внимание, что развиты разнообразные ролевые игры. Школьники, например, выстраивались друг напротив друга, ведущая объясняла, что одна шеренга должна пугать другую с помощью воображаемого копья или как огнедышащий дракон, и приглашала:

— Добро пожаловать в Средневековье!

Это была едва ли не первая фраза, которую я услышал на Ярославской земле. Ярославль — это, конечно, не Москва, кто спорит, но все-таки не настолько.

Зал, где должен был пройти открытый урок форума, посвященный выбору профессии, был буквально снизу доверху исписан названиями этих профессий. Надо признать, все было сформулировано с умом. Так, я видел: «инженер имплантантов», «инженер-мехатроник в автомобилестроении» (то есть, видимо, автослесарь), «конструктор нейронных сетей», а значит, похоже, программист. А, нет, программист — это «IT-архитектор»… То есть подросткам пытались показать красоту, как я понял, инженерных профессий в надежде на то, что они начнут их осваивать.

А пока их учили, чтобы они не потеряли в ожидании Владимира Путина интерес к действительности, всяким веселым командным жестам и движениям:

— Побежала лошадка на скачках!.. Барьер! (то есть надо хлопнуть в ладоши.— А. К.)… Босиком по камешкам… (пошуршать ладонями дружка об дружку.— А. К.)… Чавкаем!.. Громче чавкаем! — кричала то ли им, то ли на них восторженная девушка-аниматор.

Молодые люди шуршали и чавкали, стесняясь, по-моему, друг друга. Мне казалось, что все это не лучший способ настроить их на разговор с президентом о жизни и судьбе, но я допускал, что заблуждаюсь и что надо просто прислушаться к тому, как «лошадки бегут по болоту…» — и сразу станет легче без Владимира Путина, который еще даже не приземлился в Ярославле, и может быть, вообще даже расхочется видеть его…

Владимир Путин между тем все же прилетел, и даже очень скоро, а может, это и правда время так пролетело за шуршанием и чавканьем… И вот уже президент России объяснял подросткам, что они живут в век технологической революции, что зарождается новый технологический уклад… То есть объяснял то, что на самом деле должны были объяснять ему, может быть, они сами. А в действительности это было то, о чем не стоило даже и говорить: все и так уже давно слишком очевидно.

Между тем Владимир Путин продолжал. По его мнению, технологическая революция приводит к «изменению условий жизни людей».

— Вот все больше и больше людей,— говорил российский президент,— начинают работать неполную трудовую неделю и в удаленном доступе, просто в интернете работают! Нужно же обеспечить их права!

Не факт, что они об этом, честно говоря, кого-нибудь просили, но факт, что им это теперь обеспечат.

С внедрением цифровых технологий будет высвобождаться, по словам президента, большое количество работников.

— А куда их деть? — спрашивал он подростков, которые, видимо, должны были занять места этих людей, но проблема состояла в том, что эти места подлежали не освобождению, а сокращению. То есть Владимир Путин готовил их сейчас к очень трудной жизни, в которой им предстоит нечеловеческая борьба за каждое рабочее место под солнцем.

Происходящее называлось «Открытым уроком», который транслировался во все 20 тыс. российских школ, способных такое транслировать, но Владимир Путин настаивал:

— Для меня это не урок, а для вас это не проповедь.

Он пытался говорить так, чтобы им было интересно. То есть он старался для них и даже говорил:

— Важно, что вас вообще что-то интересует,— признавался Владимир Путин.

Мне, честно говоря, это тоже казалось просто невероятным.

— Вообще, найти себя в жизни — это самое главное,— пытался втолковать он им.

«Вот я же себя нашел…» — по-моему, именно это сейчас подразумевалось.

— Я долго выбирал свою профессию,— признавал президент, и в зале смеялись, не понимая, видимо, что он не работу президентом имеет в виду, а ситуацию, когда у него и правда был выбор: стать профессиональным юристом или профессиональным спортсменом. В итоге, как часто бывает, с ним случилось третье. И он таким образом стал профессиональным разведчиком.

Более того, Владимир Путин рассказывал теперь, что сейчас его больше всего интересует, честно говоря, генетика и искусственный интеллект.

Конечно, в остальном и в остальных он давно по всем признакам разочаровался.

Но все-таки было еще интересно: больше чего же все-таки интересует?

И я понял, что именно эти его слова придется потом всем вспоминать: не тем ли самым Владимир Путин и займется, когда… А когда? Вот именно тогда.

Президент исчерпывающе сформулировал свое отношение к интернету:

— Кто-то называет это панацеей, кто-то — помойкой. Как бы то ни было, но это — возможность!

Для кого-то — так, между прочим, и не реализованная.

Одной девушке Владимир Путин рассказал то, чего до сих пор не говорил никому: что в ее возрасте у него зафиксировали очевидные способности к математике. «Один преподаватель в школе организовал внеклассный кружок математики. Я не знаю, как меня туда занесло. Это и не математика была… Это не то, что в школе: семь на ум пошло, шесть с ума сошло…» — объяснял Владимир Путин. А преподаватель доказывал ему тогда, что развивает абстрактное мышление, и констатировал: «У тебя получается!»

Об этой грани своего таланта Владимир Путин по каким-то причинам предпочитал до сих пор не распространяться. Скорее всего, за все эти годы просто к слову не пришлось.

И сейчас второпях, опять пытаясь убедить их, что надо действовать самостоятельно, чтобы хоть что-то получилось, он вспоминал даже «Интернационал»:

— Никто нам не поможет: ни царь, ни бог и ни герой…

И я представлял себе, как только ленивый не вспомнит теперь с особенным удовольствием, что не «поможет», а «не даст нам избавленья» же! Но и ленивый тоже вспомнит.

И уж можно не сомневаться: мало не покажется…

Владимир Путин рассказывал молодым людям, что президентом может стать каждый, но что этому надо посвятить жизнь. Он, правда, умалчивал, что для этого еще и звезды должны сойтись особым образом, и только над одним-единственным человеком, и так, как больше не сойдутся никогда, и уж тем более так, как он сам ни за что не мог даже и представить. Да как же можно было только предположить, что с ним может так поступить жизнь…

И Владимир Путин вспоминал, уже не в первый раз, как его вызвал Борис Николаевич Ельцин и сказал, что хочет предложить его кандидатуру на пост председателя правительства, а потом — и на должность президента, и спросил: «Вы согласны?»

— Я сказал: «Нет». Он человек своеобразный: «Почему это?»

Вот что Владимир Путин сделал сейчас впервые в жизни: он попробовал повторить Бориса Ельцина, и у него даже, по-моему, вышло, та самая интонация.

— Я сказал: «Я не готов»,— закончил эту историю Владимир Путин.

Но главное, что потом он все-таки оказался готов.

Молодые люди слушали Владимира Путина внимательно, но никакой сверхчувствительности не демонстрировали. Похоже, на самом деле им все это было не так уж интересно. Это было так далеко… Далеко даже от даты их рождения. То есть им в лучшем случае давали сейчас ответы на пару экзаменационных вопросов по новейшей истории России. А подавляющее большинство из них этот экзамен и сдавать не собирались: их интересовала работа копирайтером чат-ботов, например… А для этой работы такое знание, может быть, даже противопоказано.

Нет, это был не лучший разговор Владимира Путина с частью его народа. Может быть, потому, что сидевшие в зале не были такой уж неотъемлемой его частью.

Да и он тоже.