Новый уголовный кодекс России в контексте социального управления

ЗАОЧНЫЙ КРУГЛЫЙ СТОЛ «НОВЫЙ УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИИ: КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ И ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ»

Н.В. Щедрин*

НОВЫЙ УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИИ В КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

Аннотация. В основу статьи положен тезис о том, что противодействие преступности — разновидность социального управления, которое осуществляется посредством использования двух рычагов: стимулирования и ограничения. Под этим углом зрения рассматривается одна из ключевых категорий противодействия преступности — уголовное воздействие. Выделяются подсистемы уголовно-управляющего воздействия, выстраивается иерархия их целей, исследуются проблемы развития уголовного права на стадиях уголовного правотворчества, правоприменения и правоисполнения, анализируется социально-правовая природа диспозиций и санкций уголовного закона. При подготовке статьи, помимо формально-юридического и сравнительно-правового анализов, синтеза, индукции, дедукции и других логических методов, использован метод системного анализа. В контексте социального управления критически интерпретируются характеристики таких подсистем, как «меры воздействия», «объект», «субъект» и «ресурсы». Чрезмерная криминализация и пенализация приводит к невозможности переработать реально совершаемое количество преступлений, а следовательно, и к неизбежно сопутствующим перегрузке злоупотреблениям. Обосновывается одна из концептуальных идей нового УК РФ — «четырехколейная» модель, в соответствии с которой видами уголовного воздействия являются санкции наказания, безопасности, восстановления и поощрения. На суд читателя выносится авторская редакция Раздела УК «Меры уголовного воздействия». Ключевые слова: социальное управление, противодействие преступности, уголовное воздействие, антикриминальная безопасность, ресурсное обеспечение, новый уголовный кодекс, меры наказания, меры безопасности, меры поощрения, меры восстановления.

Юристы — профессиональные спорщики. Недаром говорят, «где два юриста, там три мнения». Но особо ярые спорщики — криминологи, про которых можно сказать: «где два криминолога — там пять мнений».

Тем не менее мне удалось обнаружить тезис, по которому (о, чудо!) пока еще нет дискуссий. Он формулируется так: «противодействие (предупреждение) преступности — разновидность социального управления». Наиболее четкое выражение этот тезис получил в трудах «криминологического профиля»: А.Г., Г.Г. и Г.Н. Горшенко-

© Щедрин Н.В., 2015

* Щедрин Николай Васильевич — доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой деликтоло-

гии и криминологии Сибирского федерального университета.

[sveroboy@mail.ru]

660075, Россия, г. Красноярск, ул. Маерчака, д. 6, оф. 122.

вых1, В.Н. Кудрявцева2, Э.Э. Раска3, П.П. Осипо-ва4, Н.В. Щедрина5 и др.

В науке уголовного права это положение декларируется реже, но и здесь переход от «статичного» к «динамичному» видению уголовного права отражается даже в терминологии. Если раньше писали главным образом об «уголовной ответственности» или «уголовно-правовом регулировании», то сейчас более модным становится термин «уголовно-правовое (уголовное) воздействие»6.

О.Н. Бибик для обозначения всего комплекса отношений, связанных «с деятельностью государства по профилактике, предупреждению, пресечению преступлений, а также восстановлению нарушенных прав и законных интересов потерпевших», предлагает использовать не привычный термин «уголовная политика», а словосочетание «государственное управление в сфере противодействия преступности»7.

Не вдаваясь в терминологические «разборки» по поводу соотношения понятий «уголовная политика» и «государственное управление в сфере противодействия преступности», сам посыл к рассмотрению проблем противодействия преступности в управленческом ключе мы считаем верным и очень своевременным. При этом комплекс противодействия следует рассматривать не столько в контексте государственного, сколько социального управления. Новая модель противодействия преступности должна исходить, прежде всего, из интересов социума, а потом уже государства.

Необходимость ограничения конституционных прав и свобод граждан в процессе противодействия преступности обусловливает более строгое правовое регулирование в этой части

по принципу «все, что прямо не разрешено федеральным законом, запрещено», который вытекает из положения, сформулированного в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. Преступность — совокупность преступлений, а понятие преступления и виды принудительной реакции на него закреплены в уголовном законе. Поэтому борьбу с преступностью в определенном смысле можно рассматривать не просто как «социальное», а как «социально-правовое» управление.

Система противодействия преступности является элементом системы более высокого уровня, но и сама, в свою очередь, состоит из элементов — подсистем, которые в определенном ракурсе исследования можно рассматривать как самостоятельные системы, состоящие из ряда нижестоящих.

В системе «социально-правового управления противодействием преступности» можно выделить функции правотворчества, правоприменения и правоисполнения. Они реализуются с помощью двух групп подсистем, обеспечивающих материальную и процедурно-процессуальную стороны.

В сегменте управления, который регламентируется в рамках уголовных отраслей (система уголовного воздействия), следует выделять три подсистемы: уголовного правотворчества (?),

уголовного правоприменения

уголовного

1 См.: Горшенков А.Г., Горшенков Г.Г., Горшенков Г.Н. Преступность как объект управленческого воздействия: учеб. пособие. Сыктывкар: Коми респуб. академия госслужбы и упр., 1999.

2 См.: Теоретические основы предупреждения преступности. М.: Юрид. лит., 1977. С. 30-40.

3 См.: Раска Э.Э. Борьба с преступностью и социальное управление: теоретические и методологические аспекты. Таллин: Эести раамат, 1985.

4 См.: Комплексное изучение системы воздействия на преступность. Л.: Изд-во ЛГУ, 1978. С. 12-25.

5 Щедрин Н.В. Основы общей теории предупреждения преступности: учеб. пособие. Красноярск: Изд-во Краснояр. гос. ун-та, 1999. С. 2-16.

6 Полагаем, что термины «уголовно-правовое воздействие» и «уголовное воздействие» являются синонимами. Упреки в том, что слово «уголовное» якобы указывает на его криминальный характер, нами не принимаются. С такими аргументами можно настаивать на переименовании Уголовного кодекса РФ в Уголовно-правовой.

7 Бибик О.Н. Концепция развития уголовного законодательства РФ как основа для формирования новой модели государственного управления в сфере противодействия преступности // Современная уголовная политика: поиск оптимальной модели: материалы VII Рос. конгресса уголовного права. М.: Проспект, 2012. С. 15

правоисполнения (!). Их реализацию призваны обеспечивать подсистемы (системы): уголовно-правотворческий процесс (?), уголовно-правоприменительный процесс (!) и уголовно-право-исполнительный процесс (?). Из перечисленных подсистем в полной мере оформились только те, которые отмечены нами восклицательным знаком. Нормативная основа для них есть в уголовном, уголовно-процессуальном и уголовно-исполнительном кодексах. Материальные и процедурные нормы уголовного правотворчества как самостоятельные и обособленные подсистемы находятся «под вопросом». Уголовно-исполнительный процесс еще не обособился от материального уголовно-исполнительного права. Становление незавершенных отраслей в самостоятельные, развитые подсистемы должно стать одним из важнейших направлений формирования современной концепции противодействия преступности.

Уголовное воздействие в системе противодействия, безусловно, важное, но не единственное и отнюдь не универсальное средство. Противодействие преступности можно сравнить с комплексом мер, которые используются для обеспечения здоровья организма: правила здорового образа жизни, санитария, терапия и хирургия. Меры уголовного воздействия, как и всякое хирургическое вмешательство, должны применяться только в качестве последнего

средства (принцип ultima ratio) для охраны особо значимых ценностей общества. И обязательно в сочетании с другими средствами. Иначе скоро социальный организм превратится в «покрытый шрамами обрубок».

В основе выделения и обособления систем (подсистем) управления лежит принцип целе-полагания. «Матрешечная» иерархия систем определяется «деревом целей». Конечная цель любой управляющей системы является промежуточной по отношению к вышестоящей системе и, наоборот, конечная цель нижестоящей должна рассматриваться как промежуточная по отношению к конечной цели вышестоящей системы. Заметим, что основная часть дискуссий, которые имеют место в науке уголовного права по поводу целей мер уголовного воздействия, вызвана отсутствием понимания их иерархичности. Например, в действующей редакции УК РФ перед уголовным наказанием поставлены цели системы более высокого уровня. Эффективность противодействия преступности в значительной мере определяется правильной постановкой конечной цели, а также построением иерархии промежуточных целей (задач).

В дискуссиях о цели системы противодействия преступности наиболее плодотворной нам представляется идея М.М. Бабаева, согласно которой стержнем уголовной политики должна стать криминологическая8, а в нашей интерпретации — антикриминальная безопасность9. Антикриминальную безопасность можно определить как состояние защищенности системообразующих ценностей социума (объектов особой охраны) от опасностей, исходящих от криминальных деяний физических лиц и организаций (источники опасности), обеспечиваемое посредством установления правил особой безопасности (диспозиций статей Особенной части УК), соблюдение которых поддерживается стимулирующими, а нарушение преследуется ограничительными уголовными санкциями.

Антикриминальная безопасность — это не только состояние, но и цель системы противодействия преступности, достигаемая через поддержание уровня уголовных деяний ниже порога, за которым начнется распад или трансформация одной общественной системы в другую.

Цель подсистемы (системы) уголовного воздействия — защита особо охраняемых объектов посредством: а) установления правил

8 См.: Бабаев М.М. Криминологические основы уголовной политики // Современная уголовная политика: поиск оптимальной модели. С. 319-340.

9 См.: Щедрин Н.В. Категории антикриминальной безопасности // Проблемы кодификации уголовного закона: история, современность, будущее (посвящается 200-летию

проекта Уголовного уложения 1813 г.): материалы VIII Рос. конгресса уголовного права (Москва, 30-31 мая 2013 г.) / отв. ред. В.С. Комиссаров. М.: Юрлитформ, 2013. С. 248-252.

особой безопасности (диспозиций), уголовных санкций и правил их применения (назначения); б) применения (назначения) уголовных санкций к лицам, нарушившим правила особой безопасности; в)исполнения назначенных санкций.

В трактовке понятия «уголовное воздействие» следует выходить за пределы правоприменительной деятельности10. В его объем должны включаться также правотворчество и правоисполнение. Вряд ли кто-то будет отрицать информационное воздействие самого текста уголовного закона. Устанавливая меры реагирования за посягательства на особо охраняемые ценности, правотворец тем самым оказывает «уго-ловно-управляющее» воздействие. А исполнение правоприменительного акта корректирует, часто искажая или ослабляя правотворческие и правоприменительные управленческие импульсы.

Соответствующим образом должны быть «расписаны» цели подсистем уголовного правотворчества, правоприменения и правоисполне-ния, а также цели обеспечивающих их процессуальных подсистем. Несущие конструкции (устои, главные ценности, «скрепы»), на которых стоит современная Россия, провозглашены и закреплены в Конституции: права и свободы человека и гражданина, собственность, общественный порядок и общественная безопасность, безопасная окружающая среда, конституционный строй, мир и безопасность человечества...

Цель уголовно-правотворческой подсистемы — создание уголовного закона, в котором должны быть закреплены правила их особой охраны, а также санкции, которые следует применять к нарушителям этих правил. Цель уголовно-правоприменительной подсистемы заключается в защите объектов особой охраны посредством установления фактов нарушения правил особой безопасности (деяний, запрещенных уголовным законом) и применения мер уголовного воздействия к лицам, допустившим эти нарушения. Цель уголовно-правоисполни-тельной подсистемы состоит в организации исполнения мер уголовного воздействия, которые возложены правоприменителем на лицо, нарушившее уголовный закон.

Поскольку уголовное воздействие может быть прямым и косвенным, оно реализуется на всех трех названных стадиях. Прямое воздействие адресовано уголовному правонарушителю и осуществляется посредством изменения его правового статуса, а косвенное воздействие адресовано всем гражданам и осуществляется посредством угрозы изменения правового

10 К подобному более широкому определению уголовно-правового воздействия склоняет нас М.В. Бавсун, который, кроме применения включает в него создание средств воздействия (Бавсун М.В. Методологические основы уголовно-правового воздействия: монография. М.: Юрлитформ, 2012. С. 27).

статуса, если граждане совершат деяния, запрещенные уголовным законом.

Рассматривая систему «противодействия преступности» в контексте управления следует выделять как минимум четыре подсистемы: «меры воздействия», «объект», «субъект» и «ресурсы».

Подсистема «меры воздействия» включает в себя полный комплекс средств антикриминального воздействия, независимо от уровня, масштаба, субъекта, метода и отрасли права, которая их регламентирует.

А.В. Малько подчеркивает, что все виды социального управления можно представить:

1) в виде со-действия удовлетворению социально-ценных интересов, то есть стимулирования;

2) в виде противо-действия удовлетворению интересов антиобщественных, то есть ограничения11.

Соответственно, противодействие преступности предполагает две взаимоувязанные стратегии: стимулирование (в том числе поощрение) бережного отношения к объектам охраны и ограничение вредного влияния источников криминальной опасности.

Все меры воздействия можно подразделить на две большие группы: а) меры, связанные с ограничением; и б) меры, не связанные с ограничением прав и свобод граждан. В свою очередь, первая группа мер подразделяется на: правила безопасности и санкции наказания, безопасности и восстановления (реституции)12.

Правила безопасности — это части социальных (правовых) норм (диспозиции), содержащие специальные обязанности и запреты, которые необходимо соблюдать, чтобы свести к минимуму вред от определенного источника опасности и (или) предотвратить причинение вреда объекту охраны любым источником опасности. Перефразируя очень популярное в советское время не очень популярного ныне классика марксизма-ленинизма выражение, можно сказать, что правила безопасности существуют там и тогда, где и когда есть объекты охраны и источники опасности. Правила безопасности необходимо дифференцировать на правила безопасности, правила повышенной безопасности и правила особой безопасности.

Разделение технологических правил и правил безопасности, а также дифференциация последних по строгости — занятие очень непростое. Тем не менее это — не прихоть теоретиков или упражнение для обучения студентов. Право-

11 См.: Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. 2-е изд. пераб. и доп. М.: Юристъ, 2005. С. 37.

12 См.: Концептуально-теоретические основы правового ре-

гулирования и применения мер безопасности: монография /

под науч. ред. Н.В. Щедрина. Красноярск: СФУУ 2010.

вое регулирование предполагает нормирование. Кроме того, обеспечение правил безопасности требует гораздо больше ресурсов, чем обеспечение технологических правил, а правила особой безопасности — особо затратны.

Реализация правил безопасности — «дорогое удовольствие» для любых бюджетов. Пора и нам научиться «по одежке протягивать ножки», и сообразно этому, охранять только истинные ценности и пресекать вред реальных, а не придуманных источников опасности.

Диспозиции статей административных кодексов — это правила повышенной безопасности, а диспозиции статей уголовных кодексов — это правила особой безопасности: не убий, не укради, не насилуй... Нарушение правил безопасности влечет за собой применение санкций: наказания, восстановления и безопасности.

Санкции наказания — это части ограничительных социальных (правовых) норм, которые применяются к физическому лицу, нарушившему правило безопасности, и заключаются в лишении законных благ или ограничении прав и свобод соразмерно опасному и противоправному деянию в целях формирования установок о неприемлемости и невыгодности подобных нарушений как у самого нарушителя, так и у окружающих.

Санкции восстановления — это части ограничительных социальных (правовых) норм, которые применяются к физическому лицу или к организации, нарушившим правила безопасности и причинившим при этом вред, и заключаются в обязанности этого лица или этой организации возместить ущерб или иным образом загладить причиненный вред.

Санкции безопасности — это части ограничительных социальных (правовых) норм, которые применяются к физическим лицам или к организациям, нарушившим правила безопасности, и заключаются в обнародовании сведений, изъятии имущества, возложении специальных запретов и обязанностей, ограничивающих возможность повторного нарушения правил безопасности.

Санкции наказания соразмерны опасному деянию; санкции восстановления — ущербу, который причинен объекту охраны; а санкции безопасности — опасности деятеля. Как и правила безопасности, все три вида ограничительных санкций являются межотраслевыми, так как представлены во всех отраслях права (законодательства). За нарушение правил повышенной безопасности применяются санкции админи-стративно-деликтного права, за нарушение правил особой безопасности — санкции уголовного права.

Перечень субъектов управления противодействием преступности обширен и разнообразен. В соответствии со сказанным выше их можно разделить на три группы субъектов:

правотворчества, правоприменения и правоис-полнения. В каждой из названных групп есть негосударственные субъекты, что подтверждает тезис о том, что противодействие преступности — не столько государственное, сколько социальное управление. Место и роль негосударственных и немуниципальных субъектов требует специального исследования. Но ряд предложений на этот счет можно сформулировать уже сейчас. Негосударственные субъекты могут реализовать свой предупредительный потенциал в сферах, не связанных с ограничением прав и свобод граждан, — мерах социальной профилактики. Деятельность этих субъектов в реализации ограничительных мер должна быть вспомогательной и детально регламентированной. Применение ограничительных мер воздействия — это сугубо профессиональная деятельность, которая требует специальной компетенции (в частности, корреспондирующих праву на принуждение, особых обязанностей и повышенной ответственности за злоупотребления правом) субъекта, а также специализированной и длительной профессиональной подготовки. И в этом плане взятый ныне курс на расширение участия общественности в охране правопорядка должен быть подвергнут критическому анализу.

Вторая функция негосударственных субъектов — оценочная. Поскольку конечным потребителем услуг безопасности является население, то здесь обязательна обратная связь. В систему противодействия преступности должны быть встроены различные формы оценки профессионального правотворчества, правоприменения и правоисполнения. Народный здравый смысл призван «окорачивать» юридическую бюрократию, устремленную к доведению всего и вся до нормативного абсурда, причем в индустриальном масштабе13. В организации уголовного воздействия эту функцию здравомыслия призваны выполнять критикуемые ныне суды присяжных.

С позиций теории социального управления «объектом» является не человек, не микросреда, не социальная группа, а совокупность связей — отношений. «Дойдя до человека, коллектива или общества в целом, управленческий импульс закладывает в них или через них программу развития общественных отношений. Акт же управления совершается только тогда, когда складываются новые, предусмотренные управляющей идеей общественные отношения»14.

К какой конфигурации общественных отношений должна быть устремлена система про-

тиводействия преступности, нам еще предстоит уточнить. Но очевидно, что противодействие — это двусторонний процесс: прерывание негативных отношений и втягивание правонарушителя в позитивные.

С учетом специфики уголовного воздействия, верное направление, как нам кажется, предложили исследователи, которые объектом уголовно-правового воздействия считают «правовой статус лица, совершившего общественно опасное деяние»15. Однако уголовное воздействие следует трактовать шире. На уровне правовотворческой, правоприменительной и правоисполнительной стадий уголовное воздействие может осуществляться в информационно-психологической форме, в виде угрозы изменения правового статуса. И не только в отношении лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние (например условное осуждение), но и в отношении неопределенного круга лиц, которые воздерживаются от подобных действий, ознакомившись с текстом уголовного закона или получив информацию о реальном применении санкций. На наш взгляд, объектом уголовного воздействия является просто «правовой статус», без добавления «лица, совершившего общественно опасное деяние».

Специфика правоприменительного уголовного воздействия состоит в том, что оно направлено именно на уголовного правонарушителя и имеет «отврезвляюще-тормозящий» и «пресека-тельный» характер. Однако при этом косвенное воздействие осуществляется на потерпевшего, родственников и близких, а также других лиц, осведомленных о положениях уголовного закона и практике его применения и исполнения16.

Репрессивно-пресекательный потенциал правоприменительного и правоисполнительно-го уголовного воздействия должен быть щадящим, в минимально-необходимой мере ограничивая социально-полезные отношения, а если последнее затруднительно, меры по восстановлению прерванных и воссозданию новых социально-полезных связей должны быть предусмотрены в рамках уголовного правоприменения и правоисполнения или в рамках других подсистем противодействия преступности.

Подсистема «ресурсы» включает в себя: финансово-экономическое, организационное, информационно-аналитическое, научное, кадровое, нормативное и информационно-про-

13 См.: Кристи Н. Борьба с преступностью как индустрия. Вперед, к Гулагу западного образца / пер. с англ. А. Петрова, В. Пророковой; предисл. Я. Гилинского. 2-е изд. М.: Центр содействия реформе уголовного правосудия, 2001.

14 Богодухов А.С. К вопросу об объекте управления // Проблемы совершенствования гражданско-правого регулирования. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1982. С. 162.

15 Чучаев А.И., Фирсова А.П. Уголовно-правовое воздействие: понятие, объект, механизм, классификация. М.: Проспект, 2010. С. 101.

16 См.: Щедрин Н.В. О «теории относительности» уголовного наказания и ее экспериментальной проверке // Тезисы участников 14 Международной Балтийской конференции «Преступление и наказание в современном мире» (Санкт-Петербург, 24-26 июня 2011 г). С. 134-139. URL: http:// deviantology.spb.ru/etc/24-baltic-crime-seminar-theses.pdf

пагандистское обеспечение. Именно от наличия ресурсов мы должны отталкиваться в проектировании новой концептуальной модели управления в сфере противодействия преступности и нового УК.

Объем и качество системы противодействия ограничено количеством, а главное, качеством имеющихся у нее ресурсов17. Использование незаконных методов, укрывательство преступлений, манипуляции со статистикой и другие негативные явления, по большому счету, есть следствие невозможности переработать реально совершаемое количество деяний, которые в настоящее время запрещены уголовным законом. «По одежке протягивай ножки», «выше головы не прыгнешь», «дурная голова ногам покоя не дает» — правила, «отлитые» народом в пословицы, чрезвычайно актуальны для современного этапа развития уголовного права. Система уголовного воздействия, так же как и самая красивая женщина из известного афоризма, «может дать только то, что она может дать».

Меры уголовного воздействия в обязательном порядке должны рассматриваться через призму категорий «издержки — польза», а результаты анализа предъявляться налогоплательщику, после чего многое в наших головах «встанет на свои места». При погружении в финансовые расчеты, карательные притязания электората, а затем и «избранников», принимающих законы, претерпят существенные изменения.

Можно предположить, что профессиональный финансово-экономический анализ благоприятно скажется и на организационном обеспечении системы противодействия преступности. Странно, но факт: категория «менеджмент» сегодня используется во всех сферах управления, кроме противостояния преступности. Неудивительно, что при таком раскладе российская система противодействия преступности продолжает развиваться экстенсивным методом.

Субъекты противодействия привычно продолжают управлять, игнорируя механизм обратной связи. Необходимая для адекватного управления информационно-аналитическая составляющая — в этой системе одно из самых слабых мест. Мониторинг последствий применения мер уголовно-правового воздействия не ведется. Даже одно из преимуществ, которые имеет Россия — сплошное статистическое наблюдение, в полной мере не используется из-за ведомственной закрытости и ма-нипулятивных искажений.

Деятельность по предупреждению преступности — не менее наукоемкая область, чем, например, ядерная физика. Однако научно-исследовательский потенциал, который задей-

17 См.: Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. 2-е изд., пере-раб. и доп. М.: Проспект, 2009. С. 76-78.

ствован в настоящее время для изучения преступности, несоизмерим с масштабами этого сложнейшего социального явления. Научное сопровождение системы уголовного воздействия, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Уголовно-правовая наука продолжает прирастать главным образом за счет усилий вузовских преподавателей, «замордованных» возрастающими бюрократией и учебной нагрузкой. И оптимистических перспектив в этом направлении не просматривается. Корпусов для уголовно-правовых НИИ в наукоградах, увы, не запланировано, «криминологических коллайдеров» строить не собираемся. Последствия уголовного законотворчества не прогнозируются даже с помощью экспертных оценок. Криминологическая экспертиза уголовного закона и его проектов не осуществляется. Многочисленные обращения ученого сообщества игнорируются.

Законодательная власть перед введением в УК новых уголовно-правовых мер не считает нужным апробировать их даже через региональные правовые эксперименты. Если уж «наломаем дров», так сразу в федеральном масштабе. Сегодня вводим кратные штрафы как якобы действенное средство против коррупционных преступлений, а завтра их отменяем уже как неэффективное. Или наоборот: сегодня отменяем конфискацию, завтра вводим ее в другом обличье. Так почему бы предлагаемые новеллы по изменению санкций не вводить посредством экспериментальной проверки? Принять, например, федеральный закон «О правовом эксперименте на территории Республики N и R-ской области по введению кратных штрафов в качестве уголовного наказания», не менее 5 лет монито-рить результаты и только после этого внедрять эту меру во всероссийском масштабе.

В подготовке кадров для «правоприменительного управления» преобладает юридическая догматика, а подготовку или повышение квалификации «правотворцев» не осуществляет ни одно образовательное учреждение. Теория «криминализации — декриминализации» из учебных планов по уголовному праву «испарилась», а криминология в разряд обязательных дисциплин по новым стандартам не входит.

Тем не менее практическая потребность в использовании знаний социально-управленческого характера постепенно пробивает себе дорогу и в уголовной юстиции. Показательна в этом плане рекомендация п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних»: «Специализация судей по делам несовершеннолетних предусматривает необходимость обеспечения их профессиональной компетентности

путем обучения и переподготовки не только по вопросам права, но и по вопросам педагогики, социологии, подростковой психологии, криминологии, виктимологии, применения ювеналь-ных технологий, используемых в рамках процессуального законодательства».

Структура, стилистика и язык уголовного закона все более и более усложняется. После огромного количества внесенных за полтора десятилетия противоречивых поправок, логику уголовного закона с трудом постигают даже специалисты. А.З. Рыбак ставит вопрос об использовании при подготовке уголовного закона нейро-лингвистического программирования18, но судя по последним законодательным новеллам, не проводится даже элементарная лингвистическая экспертиза.

До адресата, не обремененного юридическим образованием, «уголовно-управляющий импульс» доходит с еще большим искажением. Необходима специально организованная информационно-пропагандистская и разъяснительная работа.

В профессиональном сообществе все настойчивее идут разговоры о необходимости подготовки и принятия нового УК. Действующий УК РФ, по оценкам многих специалистов, был принят как законодательный акт переходного периода. С 1996 г. социальные, экономические и другие параметры российского общества существенно изменились. За прошедший период в Кодекс внесено огромное количество дополнений и изменений, значительная часть которых ставит под сомнение его такие важные качества, как внутренняя непротиворечивость и системность. Сложилась ситуация гоголевской «Шинели»: «заплаточки не на чем положить» — надо шить новую.

Однако есть опасения, что в сложившейся социально-политической и нравственной атмосфере новый УК может получиться еще хуже, чем действующий. Если ножницы законодателя без конца перекраивают нынешний Кодекс, то на чем основывается надежда, что новый уголовный закон будет выкроен по научно выверенным лекалам?

По нашему мнению, спешить с принятием нового УК не следует. Можно и нужно провести «капитальную расчистку» действующего и приступать к обсуждению концептуальных основ нового УК. Цель настоящей статьи — проектирование уголовного законодательства нового поколения должно осуществляться в контексте социального управления. Часть подлежащих учету закономерностей в достаточно общем виде изложена выше. Некоторые из предложений опробуем детализировать ниже.

18 См.: Рыбак А.З. Метамодель языка уголовного права.

URL: http://crimpravo.rU/blog/3208.html#comments (дата по-

сещения: 12.05.2014).

Параметры проектируемого дома в значительной мере определяются средствами, которые заказчик может потратить на его строительство. Основные параметры нового УК должны определяться ресурсами, которые общество может задействовать для охраны наиболее значимых ценностей. В действующем Кодексе, например, в качестве вида наказания предусматривался арест, но средств на арестные дома в казне так до сих пор и не нашли...

Криминализируя и пенализируя неопасные, незначительно опасные или вообще экзотические деяния («оскорбление чувств», «искажение истории»), нынешний законодатель стреляет из уголовно-правовых «пушек по воробьям» или даже просто «по площадям», отвлекая ограниченные ресурсы от защиты подлинных ценностей демократического общества, перечень и иерархия которых закреплены в Конституции РФ.

Согласно Конституции РФ высшей ценностью является человек, его права и свободы (ст. 2). Но если посмотреть на вроде бы бессистемную криминализацию последних лет, просматривается приоритет интересов властно-бюрократического аппарата, а точнее, находящейся при власти социальной группы, основные интересы которой состоят в удержании этой власти. Неадекватное использование дорогостоящих мер уголовной репрессии в отношении оппозиционеров приводит обратному эффекту. Даже далеко не героические представители противоборствующего лагеря получают статус безвинно пострадавших мучеников. А поскольку система уголовной юстиции на преследование оппозиции бросает свои лучшие силы, по-настоящему опасные посягательства на конституционные права и свободы рядовых граждан, в том числе и от властного произвола, остаются без надлежащего реагирования.

При «расчистке» действующего и создании нового УК должна преобладать тенденция декриминализации. Это позволит разгрузить систему уголовной юстиции и сконцентрировать ее потенциал на борьбе с особо опасными для общества деяниями. Для борьбы с деяниями, являющимися источниками опасности и источниками повышенной опасности, следует задействовать другие отрасли права, религию, мораль, корпоративные нормы. Сэкономить уголовную репрессию поможет введение категории «уголовный проступок».

Доктрина российского уголовного права продолжает исходить из устаревших положений классической школы, согласно которой системообразующие категории уголовного права — это «преступление» и «наказание». Мы полагаем, что категориями первого порядка должны стать «уголовное деяние» и «уголовное воздействие». Преступление — это только один из

видов уголовного деяния, а наказание — один из видов мер уголовного воздействия.

Системное толкование ст. 14 УК РФ позволяет однозначно утверждать, что, помимо преступления — то есть «виновно совершенного общественно опасного деяния», существует «невиновно совершенное общественно опасное деяние», и оба являются видами категории более высокого уровня — «общественно опасного деяния». УК РФ оперирует также словосочетаниями «общественно опасное посягательство» (ст. 37), «причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам» (ст. 39, 40, 41, 42), ни одно из которых непосредственно в уголовном законе не определено, а потому не ясно, как они соотносятся друг с другом и, соответственно, с понятием «преступление».

Все юридические факты, с которыми уголовный закон связывает возникновение уголовных правоотношений, должны быть определены непосредственно в УК. На наш взгляд, главным из них должно быть уголовное деяние, видами которого являются уголовное посягательство, уголовный проступок и уголовное преступление.

Введение в УК РФ разд. VI «Иные меры уголовно-правового характера» еще более обнажило тенденцию, в соответствии с которой российское уголовное законодательство из «од-ноколейно-наказательного» постепенно превращается в «многоколейное» — наказание и иные меры уголовно-правового характера. Хотя в последние годы появилось немало публикаций, отвергающих монополию «преступления» и «наказания»19, тем не менее сложившаяся ситуация «многоколейности» и ее перспективы недостаточно артикулированы.

В нашей трактовке действующая модель российского уголовного права уже является «четырех-колейной», то есть включает в себя четыре вида правовых последствий уголовного деяния — мер уголовного воздействия: санкции наказания, безопасности, восстановления и поощрения20.

Из четырех названных санкций в действующем уголовном законе легальное определение

19 См.: Карпов К.Н. Иные меры уголовно-правового характера: система, виды: монография. М.: Юрлитформ, 2012; Пимонов В.А. Иные

20 См.: Кылина О.М., Щедрин Н.В. Российское уголовное право в контексте доктринальных моделей построения уголовно-правовых санкций // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. 2008. № 3. С. 40-49; Щедрин Н.В. Четыре «колеи» российского уголовного права // Уголовное право. 2008. № 4. С. 59-62; Он же. Основные направления реформирования системы мер уголовного воздействия: опыт законодательного проектирования // Криминологический журнал Байкальского университета экономики и права. 2012. № 2. С. 5-13. URL: http://cj.isea.ru/reader/article.asp?id=12353.

имеет только санкция наказания (ст. 43 УК РФ). Несколько сложнее обстоит дело с санкциями безопасности. Несмотря на то, что эти меры давно «квартируют» в российском уголовном законодательстве в виде принудительных мер медицинского характера, режимов уголовно-исполнительных учреждений, специальных обязанностей для условно осужденных и условно-досрочно освобожденных, они до сих пор не удостоились легального определения и полноценного признания в теории. Меры безопасности представлены в уголовном законодательстве в двух ипостасях: 1) в качестве правил особой безопасности, которыми являются диспозиции всех статей Особенной части УК; 2) в качестве одного из четырех видов санкции, которые следуют за нарушение указанных правил, — уголовных санкций безопасности21.

Санкции восстановления в системе российского права «прописаны» главным образом в гражданско-правовой отрасли. Но в последние годы мы наблюдаем начало их «миграции» в уголовное право (ст. 90 УК РФ). Уверены, что меры восстановления в ближайшей перспективе должны поменять статус «нелегальных мигрантов» и обрести «равноправие» с другими уголовными санкциями. Пример тому — уголовное законодательство ФРГ, где в последние десятилетия достаточно успешно реализуется модель «преступник — жертва — компенсация» (Täter-Opfer-Ausgleich — ТОА), в связи с чем немецкие ученые отмечают появление в уголовном праве третьей «колеи» — мер восстановления (die Wiedergutmachung)22.

В научной литературе меры уголовного воздействия традиционно сводятся к правоприменительным мерам принудительно-ограничительного характера23. Но разве меры, стимулирующие к возмещению вреда и к примирению, или различные виды освобождения от наказания не входят в объем уголовного воздействия? Если нет, то как они попали в Уголовный кодекс?

Словосочетание «санкции поощрения» применительно к уголовному праву ввергает многих коллег-криминалистов почти в шоковое состояние и вызывает у них резкое неприятие. Между тем наличие поощрительных норм (как диспозиций, так и санкций), в том числе и в уголовном законодательстве, давно доказано в работах В.М. Баранова, Ю.В. Голика, И.Э. Звечаровского, А.В. Малько, В.Н. Кудрявцева, Р.А. Сабитова и

21 См.: Концептуально-теоретические основы правового регулирования и применения мер безопасности. Красноярск: СФУ 2010.

22 См.: Яохт С1. Ор. ей. Р. 3.

23 Авторы одной из последних монографий уголовно-право-

вое воздействие определяют «как целенаправленную активную деятельность государства, заключающуюся в основанном уголовном законе принуждающем влиянии посредством

лишения либо ограничения прав и свобод лица, совершившего общественно опасное деяние» (См.: Уголовно-правовое

воздействие / под. ред. А.И. Рарога. М.: Проспект, 2012. С. 21).

других авторитетных исследователей. Санкции поощрения указаны в качестве общепризнанной категории права даже в учебном пособии, которое рекомендовано Министерством образования для студентов учреждений среднего профессионального образования24.

Как видим, на сегодняшний день в «периодической системе» санкций уголовного права мы имеем четыре основных «элемента». Однако «без примесей» в уголовном законодательстве они встречаются так же редко, как в природе «чистые» металлы. В большинстве своем меры уголовного воздействия — это «сплавы», в которых параллельно или последовательно сочетаются четыре названных санкции.

При этом часто одни и те же ограничения многофункциональны, то есть в зависимости от целевого предназначения могут выполнять функцию санкций наказания и (или) санкций безопасности и (или) санкций восстановления. Например, «лишение права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью» одновременно является и мерой наказания и мерой безопасности. Любопытно, что в уголовном праве России эта мера значится в перечне мер наказания, а в уголовном праве Германии — в перечне мер безопасности.

Ограничение свободы передвижения может быть как мерой наказания (лишение свободы), так и мерой безопасности (принудительное лечение в психиатрическом стационаре). В самом же наказании в виде лишения свободы при внимательном рассмотрении обнаруживаются элементы кары и мер безопасности (режимы уголовно-исполнительных учреждений), которые создают условия для организации на осужденного интенсивного воспитательного воздействия. В свою очередь, режим психиатрического стационара, помимо обеспечения безопасности самого невменяемого и общества, создает ограничительные «берега» для благоприятного медицинского воздействия.

В уголовно-правовой науке продолжается дискуссия по поводу правовой природы конфискации. А.А. Пропостин считает, что конфискация — это административно-правовая мера безопасности25. По мнению Д.В. Толкова, конфискация имущества имеет двойственную уголовно-правовую природу: мера безопасности и иная мера, имеющая своей целью восстановление правового положения, нарушенного в результате совершенного преступления26. Одна из

основных идей диссертации С.Ю. Самойловой состоит в том, что конфискация в уголовном праве должна использоваться как мера наказания и как иная мера уголовно-правового характера27. В предлагаемой нами трактовке конфискация должна быть закреплена в УК РФ как санкция наказания (общая конфискация), как санкция безопасности (специальная конфискация) и как санкция восстановления (восстановительная конфискация)28.

Мы также полагаем, что часть мер, которые используются в уголовном праве, следует считать комплексными, так как они соединяют в себе разные виды уголовных санкций29. К таковым относятся: условное осуждение, условно-досрочное освобождение, освобождение от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия. В рамках названных комплексов соединяются санкции наказания, определенные судом за совершенное преступление, санкции поощрения (освобождение от наказания в ответ на уголовно значимую заслугу), санкции безопасности в виде специальных запретов и обязанностей и санкции восстановления в виде обязанности возместить (загладить) причиненный преступлением ущерб.

«Четырехколейная» модель уголовного права позволяет относительно безболезненно решить проблему уголовного воздействия на криминальные организации. Вместо уголовной ответственности (читай — наказания) к юридическим лицам, введение которой предполагает наличие искусственной конструкции «вины», мы предлагаем возложение на криминальные организации санкций безопасности и санкций восстановления30.

Несмотря на то, что изложенные выше концептуальные идеи доведены до коллег в многочисленных публикациях, ожидаемого признания они пока не получили. Впрочем, как и аргументированной критики. Это дает нам право самонадеянно полагать, что мнение профессионального сообщества относительно сформулированных выше тезисов находится где-то между: «этого не может быть никогда» и «в этом что-то есть».

24 См.: Малько А.В. Теория государства и права: учебник. М.: Юристъ, 2000. С. 252-256.

25 См.: Пропостин А.А. Конфискация имущества: прошлое, настоящее, будущее: монография. М.: Юрлитформ, 2011. С. 173-176.

26 См.: Толков Д.В. Конфискация имущества как институт уголовного права: автореф. дис. ...канд. юрид. наук. Рязань. 2010. С. 9-10.

27 См.: Самойлова С.Ю. Указ. соч. С. 11.

28 См.: Щедрин Н.В. Многоликая конфискация // Уголовное право : стратегия развития в XXI в.: материалы Х Междунар. науч.-практ. конф. (Москва, 24-25 января 2013 г.). Москва: Проспект, 2013. С. 203-205

29 См.: Щедрин Н., Речицкий А. О комплексном характере института условного осуждения // Уголовное право. 2009. № 5. С. 102-105; Щедрин Н.В., Никитина Н.А. О правовой природе и перспективах института освобождения с применением принудительных мер воспитательного воздействия // Актуальные проблемы российского права. 2013. № 8 (33). С. 1007-1011.

30 См.: Щедрин Н.В., Востоков А.А. Меры уголовно-правового характера в отношении преступных организаций // Совершенствование борьбы с организованной преступностью, коррупцией и экстремизмом. М.: Рос. криминолог. ассоциация, 2008. С. 123-132.

Один из контраргументов против «четырехко-лейной» модели состоит в том, что ее якобы трудно внедрить в уголовное законодательство. Но, как мы уже отмечали выше, фактически эта модель уже воплощена. Ее можно «усилить» путем внесения в действующий УК соответствующих поправок. Однако самый лучший вариант — сделать указанную модель одной из концептуальных идей нового УК РФ.

Чтобы развеять сомнения по поводу возможности практического внедрения «четырехколей-ной» модели в российскую систему уголовного права, мы попытались довести ее до инструментального уровня. Предлагаем для обсуждения и критики предварительный набросок структуры одного из разделов «Меры уголовного воздействия», а также редакцию некоторых статей этого и других разделов будущего УК РФ.

ОБЩАЯ ЧАСТЬ

Раздел... УГОЛОВНЫЙ ЗАКОН

Глава... ЗАДАЧИ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья... Цель Уголовного кодекса Российской Федерации

1. Целью настоящего Кодекса является: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя, мира и безопасности человечества и других объектов и ценностей, провозглашенных Конституцией Российской Федерации.

2. Для осуществления этой цели настоящий Кодекс решает следующие задачи: а) устанавливает, какие опасные для личности, общества, государства и человечества деяния запрещаются под угрозой мер уголовного воздействия; б) устанавливает виды и размеры мер уголовного воздействия, принципы, основания и правила их применения.

Раздел. УГОЛОВНОЕ ДЕЯНИЕ

Статья... Понятие уголовного деяния

Уголовным деянием признаются общественно опасное действие или бездействие физического лица или организации, причиняющие или угрожающие причинением существенного вреда объектам охраны и ценностям, провозглашенным Конституцией Российской Федерации, и запрещенные настоящим Кодексом под угрозой применения мер уголовного воздействия.

Статья... Виды уголовных деяний

Видами уголовных деяний признаются:

а) уголовное посягательство;

б) уголовный проступок;

в) уголовное преступление.

Статья... Понятие уголовного посягательства

Уголовным посягательством признаются:

а) уголовное деяние, совершенное не достигшим возраста уголовного наказания физическим лицом;

б) уголовное деяние, совершенное невменя-

емым физическим лицом;

в) уголовное деяние, невиновно совершенное физическим лицом;

г) уголовное деяние, совершенное организацией.

Статья... Понятие уголовного проступка

Уголовным проступком признается виновно совершенное достигшим возраста уголовного наказания вменяемым физическим лицом уголовное деяние, за совершение которого предусмотрена уголовная санкция наказания в виде лишения свободы менее чем на 1 год или уголовная санкция наказания, не связанная с лишением свободы.

Статья. Понятие уголовного преступления

Уголовным преступлением признается виновно совершенное достигшим возраста уголовного наказания вменяемым физическим лицом уголовное деяние, за совершение которого предусматривается уголовная санкция наказания в виде лишения свободы на срок от 1 года и выше.

Статья... Иные уголовно значимые юридические факты

Иными уголовно значимыми юридическими фактами признаются противоправные и правомерные деяния, события и обстоятельства, с которыми настоящий Кодекс связывает изменение правового статуса физического лица или организации, совершивших уголовное деяние.

Статья... Уголовно значимая заслуга

Уголовно значимой заслугой признается социально одобряемое деяние, событие или иное обстоятельство, с которым уголовный закон связывает исключение применения меры уголовного воздействия, освобождение от нее или ее смягчение.

Раздел... МЕРЫ УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Глава... ПОНЯТИЕ, ЦЕЛИ И ПРИНЦИПЫ ПРИМЕНЕНИЯ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Статья... Понятие мер уголовного воздействия

Меры уголовного воздействия есть предусмотренные настоящим Кодексом меры государственного принуждения, а также меры, полностью или частично отменяющие или смягчающие меры государственного принуждения.

Статья. Виды мер уголовного воздействия

Видами мер уголовного воздействия являются:

а) уголовные санкции наказания;

б) уголовные санкции безопасности;

в) уголовные санкции восстановления;

г) уголовные санкции поощрения.

Статья... Принцип соединения мер уголовного воздействия

Уголовные санкции наказания, безопасности, восстановления и поощрения могут назначаться одновременно или друг за другом в любой последовательности.

Статья... Запрет одновременного назначения основных уголовных санкций наказания

Не допускается одновременное назначение основных уголовных санкций наказания.

Статья... Принцип неотвратимости мер уголовного воздействия

Каждое уголовное деяние должно получить соответствующую уголовно-правовую оценку, а лицо, его совершившее, — меру уголовного воздействия.

Статья... Принцип соразмерности мер уголовного воздействия

Уголовные санкции наказания должны быть соразмерны характеру и степени тяжести уголовного преступления или уголовного проступка.

Уголовные санкции безопасности должны быть соразмерны общественной опасности физического лица или организации, которая выразились в уголовных деяниях и иных уголовно значимых юридических фактах.

Уголовные санкции восстановления должны быть соразмерны характеру и размеру ущерба, причиненного уголовным деянием.

Уголовные санкции поощрения должны быть соразмерны уголовно значимой заслуге.

Глава... УГОЛОВНЫЕ САНКЦИИ НАКАЗАНИЯ

Статья... Уголовная санкция наказания

Уголовная санкция наказания есть предусмотренная настоящим Кодексом мера государственного принуждения, назначаемая судом.

Уголовные санкции наказания применяются к физическому лицу, совершившему уголовное преступление или уголовный проступок, и заключаются в лишении законных благ или ограничении прав и свобод этого лица.

Статья... Цели уголовных санкций наказания

Уголовные санкции наказания применяются в целях формирования установок о неприемлемости и невыгодности совершения уголовных деяний как у самого лица, совершившего уголовное преступление или проступок, так и у окружающих.

Статья... Давность применения уголовных санкций наказания

Статья... Виды уголовных санкций наказания

Видами уголовных санкций наказания являются:

а) уголовное порицание;

б)публикация приговора;

в) штраф:

г) лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью;

д) лишение специальных и почетных званий, государственных наград, классных чинов;

е) обязательные работы;

ж) принудительные работы;

з) общая конфискация;

и) ограничение свободы;

к) лишение свободы.

Статья... Основные и дополнительные санкции наказаний

Исправительные работы, принудительные работы, обязательные работы, ограничение свободы, арест, лишение свободы применяются только в качестве основных санкций наказаний.

Уголовное порицание, штраф, лишение права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью применяются как в качестве основных, так и дополнительных санкций наказаний.

Лишение специального и почетного звания, государственной награды или классного чина и публикация приговора применяются только в качестве дополнительных санкций наказаний.

Глава... УГОЛОВНЫЕ САНКЦИИ БЕЗОПАСНОСТИ

Статья... Понятие уголовных санкции безопасности

Уголовная санкция безопасности есть предусмотренная настоящим Кодексом мера государственного принуждения, назначаемая судом.

Уголовная санкция безопасности применяется к физическому лицу или к организации, которые совершили уголовное деяние, и заключается в обнародовании сведений, изъятии имущества, возложении специальных запретов и обязанностей.

Статья... Цели уголовных санкций безопасности

Уголовные санкции безопасности применяются к физическому лицу или организации в целях ограничения возможности совершения ими новых преступных деяний и создания условий для эффективного воспитательного и медицинского воздействия.

Статья... Давность применения уголовных санкций безопасности

Статья... Виды уголовных санкций безопасности

Видами санкций безопасности являются:

а) публикация судебного решения о применении мер безопасности;

б) включение в перечень преступных организаций;

в) специальная конфискация;

г) специальные запреты;

д) специальные обязанности;

е) специальные режимы.

Статья... Публикация судебного решения о применении уголовных санкций безопасности

Решение суда о применении уголовных санкций безопасности в необходимых случаях может быть опубликовано в средствах массовой информации.

Статья... Включение в перечень криминальных организаций

В перечень криминальных организаций, подлежащий опубликованию, включаются организации, в отношении которых принято судебное решение о ликвидации или запрете деятельности.

Статья... Специальная конфискация имущества

Специальная конфискация имущества есть принудительное, безвозмездное обращение в пользу государства следующего имущества:

а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений;

б) денег, ценностей и иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации);

в) орудий, оборудования или иных средств совершения преступлений.

Статья... Специальные запреты

1. На физическое лицо могут возлагаться специальные запреты:

а) занимать определенные должности;

б) заниматься определенной деятельностью;

в) посещать определенные места;

д) покидать жилище;

ж) покидать административный район;

з) контактов с определенными лицами.

2. На организацию могут возлагаться специальные запреты:

а) ликвидация юридического лица;

б) запрет на осуществление деятельности;

в) запрет на осуществление определенной деятельности;

г) временный запрет на осуществление деятельности.

Статья... Специальные обязанности

1. На физическое лицо могут возлагаться обязанности:

а) регистрации;

б) освидетельствования;

в) пройти курс социально-психологического тренинга;

г) пройти курс лечения от алкоголизма или наркомании;

д) пройти процедуру медиации;

е) пройти курс обучения.

Статья... Специальные режимы безопасности

Специальный режим безопасности есть комплекс специальных запретов и обязанностей, возлагаемых на физическое лицо или организацию.

1. К физическим лицам могут быть применены:

а) режим закрытого лечебного заведения для алкоголиков и наркоманов;

б) режим закрытого лечебного заведения для оказания психиатрической помощи;

в) режим закрытого учебно-воспитательного учреждения;

г) режим превентивного надзора.

2. К организациям может быть применен режим ограничения предпринимательской деятельности.

Глава... УГОЛОВНЫЕ САНКЦИИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ

Статья... Понятие уголовной санкции восстановления

Уголовная санкция восстановления есть предусмотренная настоящим Кодексом мера государственного принуждения, назначаемая судом.

Уголовная санкция восстановления применяется к физическому лицу или к организации, которые совершили уголовное деяние, и заключается в обязанности этого лица или этой организации возместить ущерб или иным образом загладить вред, причиненный этим уголовным деянием.

Статья... Цели уголовных санкций восстановления

Меры уголовного восстановления применяются в целях возмещения и заглаживания морального и материального вреда, причиненного уголовным деянием.

Статья... Давность применения уголовных санкций восстановления

Статья... Виды уголовных санкций восстановления

Видами уголовных санкций восстановления являются:

а) обязанность принести публичное извинение;

б) обязанность возместить вред в натуральном виде;

в) обязанность возместить вред в денежном эквиваленте;

г) восстановительная конфискация.

Глава. УГОЛОВНЫЕ САНКЦИИ ПООЩРЕНИЯ

Статья... Понятие уголовной санкции поощрения

Уголовная санкция поощрения есть предусмотренная настоящим Кодексом мера государственного позитивного стимулирования, назначаемая судом.

Уголовная санкция поощрения применяется к физическому лицу или к организации, которые хотя и совершили уголовное деяние, но имеют уголовно значимую заслугу для исключения применения меры уголовного воздействия, для освобождения от нее или ее смягчения.

Статья... Цель уголовных санкций поощрения

Уголовные санкции поощрения применяются в целях стимулирования социально одобряемого поведения физического лица или деятельности организации.

Статья... Виды уголовных санкций поощрения

Видами уголовных санкций поощрения являются:

а) исключение применения мер уголовного воздействия;

б) освобождение от мер уголовного воздействия;

в) применение более мягкой меры уголовного воздействия;

г) смягчение мер уголовного воздействия.

Статья... Давность применения уголовных санкций поощрения

Статья... Уголовно значимые юридические факты, исключающие применение мер уголовного воздействия

Уголовно значимыми юридическими фактами, исключающими применение мер уголовного воздействия, являются:

а) необходимая оборона;

б) причинение вреда при задержании лица, совершившего уголовно-наказуемое деяние;

в) крайняя необходимость;

г) физическое и психическое принуждение;

д) обоснованный риск;

е) выполнение приказа или распоряжения.

Глава... КОМПЛЕКСНЫЕ МЕРЫ УГОЛОВНОГО

ВОЗДЕЙСТВИЯ

Статья... Понятие комплексных мер уголовного воздействия

Комплексные меры уголовного воздействия есть меры, в которых параллельно или последовательно соединяются уголовные санкции наказания, безопасности, восстановления и поощрения.

Статья... Виды комплексных мер уголовного воздействия

Комплексными мерами уголовного воздействия являются:

а) условное осуждение;

б) условно-досрочное освобождение;

в) освобождение от наказания с назначением принудительных мер воспитательного воздействия.

Глава. НАЗНАЧЕНИЕ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Статья... Общие правила назначения мер уголовного воздействия

Статья... Общие правила назначения уголовных мер наказания

Статья. Уголовно значимые юридические факты, отягчающие уголовные меры наказания

Уголовно значимыми юридическими фактами, отягчающими уголовные санкции наказания, являются:

Статья... Уголовно значимые юридические факты, смягчающие уголовные санкции наказания

Уголовно значимыми юридическими фактами, смягчающими уголовные санкции наказания, являются:

Статья... Общие правила назначения уголовных санкций безопасности

Статья... Общие правила назначения уголовных санкций восстановления

Статья... Общие правила назначения уголовных санкций поощрения

Статья... Общие правила назначения комплексных мер уголовного воздействия

Глава... ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

Глава. ОСОБЕННОСТИ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ОТНОШЕНИИ ЛИЦ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА

Глава. ОСОБЕННОСТИ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ ПРИ МНОГОКРАТНОМ СОВЕРШЕНИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЯНИЙ И ИХ РЕЦИДИВЕ

Глава. ОСОБЕННОСТИ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ОТНОШЕНИИ АЛКОГОЛИКОВ, НАРКОМАНОВ И ЛИЦ, СТРАДАЮЩИХ ПСИХИЧЕСКИМИ ЗАБОЛЕВАНИЯМИ

Глава. ОСОБЕННОСТИ МЕР УГОЛОВНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ОТНОШЕНИИ ОРГАНИЗАЦИЙ

Библиография:

1. Бабаев М.М. Криминологические основы уголовной политики // Современная уголовная политика: поиск оптимальной модели: материалы Рос. конгресса уголовного права (31 мая — 1 июня 2012 г.) . — М..: Проспект, 2012. — С. 319-340.

2. Бавсун М.В. Методологические основы уголовно-правового воздействия: монография. — М.: Юрлитформ, 2012. — 200 с.

3. Бибик О.Н. Концепция развития уголовного законодательства РФ как основа для формирования новой модели государственного управления в сфере противодействия преступности // Современная уголовная политика: поиск оптимальной модели : материалы VII Рос. конгресса уголовного права. — М.: Проспект, 2012. — С. 14-18.

4. Богодухов А.С. К вопросу об объекте управления // Проблемы совершенствования гражданско-правого регулирования. — Томск : Изд-во Том. ун-та, 1982. — С. 162.

5. Горшенков А.Г., Горшенков Г.Г., Горшенков Г.Н. Преступность как объект управленческого воздействия: учеб. пособие. — Сыктывкар: Коми респуб. академия госслужбы и упр, 1999. — 92 с.

6. Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Проспект, 2009. — 400 с.

7. Карпов К.Н. Иные меры уголовно-правового характера: система, виды: монография. — М.: Юрлитформ, 2012. — 208 с.

8. Комплексное изучение системы воздействия на преступность. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1978. — С. 12-25.

9. Концептуально-теоретические основы правового регулирования и применения мер безопасности: монография / под науч. ред. Н.В. Щедрина. — Красноярск: СФУ, 2010. — 324 с.

10. Кристи Н. Борьба с преступностью как индустрия. Вперед, к Гулагу западного образца / пер. с англ. А. Петрова, В. Пророковой; предисл. Я. Гилинского. — 2-е изд. — М.: Центр содействия реформе уголовного правосудия, 2001. — 224 с

11. Кылина О.М., Щедрин Н.В. Российское уголовное право в контексте доктринальных моделей построения уголовно-правовых санкций // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. — 2008. — № 3. — С. 40-49.

12. Малько А.В. Теория государства и права: учебник. — М.: Юристъ, 2000. — 304 с.

13. Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. — 2-е изд. пераб. и доп. — М.: Юристъ, 2005. — 250 с.

14. Пимонов В.А. Иные (некарательные) меры в уголовном законодательстве России: современное состояние и перспективы. URL: http://www.crimpravo.ru/blog/u_zakon/1653.html.

15. Пропостин А.А. Конфискация имущества: прошлое, настоящее, будущее: монография. — М.: Юрлитформ, 2011. — 264 с.

16. Раска Э.Э. Борьба с преступностью и социальное управление: теоретические и методологические аспекты. — Таллин: Эести раамат, 1985. — 215 с.

17. Рыбак А.З. Метамодель языка уголовного права. URL: http://crimpravo.ru/blog/3208.html#comments.

18. Самойлова С.Ю. Конфискация имущества в российском уголовном законодательстве: дис. ... канд. юрид. наук. — Омск. 2011. — 197 с.

19. Теоретические основы предупреждения преступности. — М.: Юрид. лит., 1977. — 256 с.

20. Толков Д.В. Конфискация имущества как институт уголовного права: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Рязань. 2010. — 23 с.

21. Уголовно-правовое воздействие: монография / под ред. А.И. Рарога. — М.: Проспект, 2012. — 288 с.

22. Чучаев А.И., Фирсова А.П. Уголовно-правовое воздействие: понятие, объект, механизм, классификация: монография. — М.: Проспект, 2010. — 320 с.

23. Щедрин Н.В. Категории антикриминальной безопасности // Проблемы кодификации уголовного закона: история, современность, будущее (посвящается 200-летию проекта Уголовного уложения 1813 г.): материалы VIII Рос. конгресса уголовного права (Москва, 30-31 мая 2013 г.) / отв. ред. В.С. Комиссаров. — М.: Юрлитформ, 2013. — С. 248-252.

24. Щедрин Н.В. Многоликая конфискация // Уголовное право: стратегия развития в XXI в.: материалы Х Меж-дунар. науч.-практ. конф. (Москва, 24-25 января 2013 г.). — М.: Проспект, 2013. — С. 203-205.

25. Щедрин Н.В. Основные направления реформирования системы мер уголовного воздействия: опыт законодательного проектирования // Криминологический журнал Байкальского университета экономики и права. — Иркутск. — 2012. № 2. — С. 5-13. URL: http://cj.isea.ru/reader/article.asp?id=12353.

26. Щедрин Н.В. Основы общей теории предупреждения преступности: учеб. пособие. — Красноярск: Изд-во Краснояр. гос. ун-та, 1999. — 58 с.

27. Щедрин Н.В. О «теории относительности» уголовного наказания и ее экспериментальной проверке // Тезисы участников 14 Международной Балтийской конференции «Преступление и наказание в современном мире» (Санкт-Петербург, 24-26 июня 2011 г). — С. 134-139. URL: http://deviantology.spb.ru/etc/24-baltic-crime-seminar-theses.pdf

28. Щедрин Н.В. Четыре «колеи» российского уголовного права // Уголовное право. — 2008. — № 4. — С. 59-62.

29. Щедрин Н.В., Востоков А.А. Меры уголовно-правового характера в отношении преступных организаций // Совершенствование борьбы с организованной преступностью, коррупцией и экстремизмом. — М.: Рос. криминолог. ассоциация, 2008. — С. 123-132.

30. Щедрин Н.В., Никитина Н.А. О правовой природе и перспективах института освобождения с применением принудительных мер воспитательного воздействия // Актуальные проблемы российского права. — 2013. — № 8 (33). — С. 1007-1011.

31. Щедрин Н., Речицкий А. О комплексном характере института условного осуждения // Уголовное право. — 2009. — № 5. — С. 102-105.

32. Roxin Cl. Strafrecht. Allgemeiner Teil. 3 Aufl. Bd. 1. — München: Verlag C.H. Beck, 1997.

Материал поступил в редакцию 23 августа 2014 г.

NEW CRIMINAL CODE OF RUSSIA WITHIN THE FRAMEWORK OF SOCIAL ADMINISTRATION

Schedrin, Nikolay Vasilievich — Doctor of Law, Professor, Head of the Department of Delict Studies and

Criminology of the Siberian Federal University.

[sveroboy@mail.ru]

660075, Russia , Krasnoyarsk, ul. Mayerchaka, 6, of. 122.

Review. The article is based upon the thesis that fighting crime is a type of social administration, and it is performed via two means: stimulation and limitation. From this standpoint the author views one of the key categories in the sphere of fighting crime: criminal influence. The author singles out the subsystems of criminal administrative influence, forming hierarchy of its goals, studying the problems of development of criminal law at various stages of law-making, implementation and execution of law, analyzing social legal nature of dispositions and sanctions in criminal law. When preparing the article the author used systemic analysis, formal legal and comparative legal analysis, synthesis, induction, deduction, and other logical methods. Within the context of social administration, the author provides critical interpretations of subsystems, such as «means of influence», «object», «subject», «resources». Excessive criminalization and penalization of acts

causes the situation when it becomes impossible to deal with the amount of crimes, and to the abuses following from overloading the system. The author substantiates one of the conceptual ideas of the new Criminal Code of the Russian Federation, which is the «four-lane» model, according to which the types of criminal influence are sanctions of punishment, security, restoration and encouragement. The author also provides his own version of the Chapter of the Criminal Code «Measures of criminal influence».

Keywords: social administration, fighting crime, criminal influence, anti-criminal security, resources guarantees, new criminal code, means of punishment, means of encouragement, means of restoration.

Bibliography:

1. Babaev M.M. Criminological fundamentals of criminal policy // Modern criminal policy: searching for an optimum model: materials of the Russian Criminal Law Congress (May 31 — June 1, 2012). — M.: Prospekt, 2012. — P. 319-340.

2. Bavsun M.V. Methodological fundamentals of the criminal law influence: a monograph. — M.: Yurlitform, 2012. — 200 p.

3. Bibik O.N. Development concept for criminal legislation in the Russian Federation as the basis for the formation of the new model of state administration in the sphere of fighting crime // Modern criminal policy: searching for an optimum model: materials of the Russian Criminal Law Congres. — M.: Prospekt, 2012. — P. 14-18.

4. Bogodukhov A.S. On the issue of object of administration // Problems of improvement of civil law regulation. — Tomsk: Izd-vo Tom. un-ta, 1982. — P. 162.

5. Gorshenkov A.G., Gorshenkov G.G., Gorshenkov G.N. Crime as an object 5 for administrative influence: manual. — Syktyvkar: Komi respub. akademiya gossluzhby i upr, 1999. — 92 p.

6. Zhalinskiy A.E. Criminal law waiting for a change: theoretical and instrumental analysis. 2nd Ed. — M.: Prospekt, 2009. — 400 p.

7. Karpov K.N. Other measures of criminal legal character: system, types: a monograph. — M.: Yurlitform, 2012. — 208 p.

8. Complex studies of the system of influence upon crime. — L.: Izd-vo LGU, 1978. — P. 12-25.

9. Conceptual and theoretical fundamentals of the legal regulation and application of security measures: a monograph / Sci. Ed. by N.V. Shchedrin. — Krasnoyarsk: SFU, 2010. — 324 p.

10. Christie N. Crime Control as Industry; Towards Gulags, Western Style / Translation by A. Petrov, V. Prorokova; foreword by Y. Gilinskiy. — 2-nd ed. — M.: Tsentr sodeystviya reforme ugolovnogo pravosudiya, 2001. — 224 p.

11. Kylina O.M., Shchedrin N.V. Russian criminal law within the context of doctrinal models for the formation of criminal law sanctions // Kriminologicheskiy zhurnal Baykal'skogo gosudarstvennogo universiteta ekonomiki i prava. — 2008. — № 3. — P. 40-49.

12. Malko A.V. Theory of state and law: manual. — M.: Yurist, 2000. — 304 p.

13. Malko A.V. Stimuli and limitations in law. — 2nd Ed. — M.: Yurist, 2005. — 250 p.

14. Pimonov V.A. Other (non-punitive) measures in criminal legislation of Russia: modern situation and perspectives. URL: http://www.crimpravo.ru/blog/u_zakon/1653.html.

15. Propostin A.A. Confiscation of property: past, present and future: a monograph. — M.: Yurlitform, 2011. — 264 p.

16. Raska E.E. Fighting crime and social administration: theoretical and methodological aspects. — Tallin: Eestiraa-mat, 1985. — 215 p.

17. Rybak A.Z. Meta-model of langage of criminal law. URL: http://crimpravo.ru/blog/3208.html#comments.

18. Samoylova S.Y. Confiscation of property in Russian criminal law: Dissertation Thesis for PhD in Law. nauk. — Omsk. 2011. — 197 p.

19. Theoretical fundamentals of crime prevention. — M.: Yurid. lit., 1977. — 256 p.

20. Tolkov D.V. Confiscation of property as an institution of criminal law: Dissertation Thesis for PhD in Law. — Ryazan'. 2010. — 23 p.

21. Criminal law influence: a monograph / Ed. by A.I. Raroga. — M.: Prospekt, 2012. — 288 p.

22. Chuchaev A.I., Firsova A.P. Criminal law influence: definition, object, mechanism, classification: a monograph. — M.: Prospekt, 2010. — 320 p.

23. Shchedrin N.V. Categories of anti-crime security // Problems of codification in criminal law: history, modern situation, future (devoted to the 200th anniversary of the draft Criminal Code of 1813): materials of the VIII Russian Congress of Criminal Law (Moscow, May, 30-31, 2013) / Ex. ed. V.S. Komissarov. — M.: Yurlitform, 2013. — P. 248-252.

24. Shchedrin N.V. Many faces of confiscation // Criminal law: strategy of development in the XXI century. Materials of the XI International Scientific and Practical Conference, Moscow, January 24-25, 2013). — M.: Prospekt, 2013. — P. 203-205.

25. Shchedrin N.V. Main directions for the reform of the system of measures of criminal influence: legislative drafting experience. Irkutsk. — 2012. — № 2. — P. 5-13. URL: http://cj.isea.ru/reader/article.asp?id=12353.

26. Shchedrin N.V. Fundamentals of the crime prevention theory: manual. — Krasnoyarsk: Izd-vo Krasnoyar. gos. un-ta, 1999. — 58 p.

27. Shchedrin N.V. On the probability theory in criminal punishment and its experimental proof // Theses of Participants of the 14th International Baltic Conference «Crime and Punishment in the Modern World» (St. Peterburg, June 24-26, 2011). — P. 134-139. URL: http://deviantology.spb.ru/etc/24-baltic-crime-seminar-theses.pdf

28. Shchedrin N.V. Four «lanes» of the Russian criminal law. // Ugolovnoe pravo. — 2008. — № 4. — P. 59-62.

29. Shchedrin N.V., Vostokov A.A. Means of criminal legal character against criminal organizations // Improvement of fighting against organized crime, corruption and extremism. — M.: Ros.kriminolog. assotsiatsiya, 2008. — P. 123-132.

30. Shchedrin N.V., Nikitina N.A. On the legal nature and perspectives of the institute of release with application of forced educational measures // Aktual'nye problemy rossiyskogo prava. — 2013. — № 8 (33). — P. 1007-1011.

31. Shchedrin N., Rechitskiy A. On complex character of the institution of criminal prosecution // Ugolovnoe pravo. — 2009. — № 5. — P. 102-105.

32. Roxin Cl. Strafrecht. Allgemeiner Teil. 3 Aufl. Bd. 1. — München: Verlag C.H. Beck, 1997.