Семейные ценности и рождение детей в молодых семьях, имеющих детей с ограниченными возможностями

УДК 316.356.2 СЕМЕЙНЫЕ ЦЕННОСТИ И РОЖДЕНИЕ ДЕТЕЙ В МОЛОДЫХ СЕМЬЯХ, ИМЕЮЩИХ ДЕТЕЙ С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ

Смирнова Е.Д.

Статья посвящена анализу семейных ценностей молодых семей, имеющих детей с ограниченными возможностями, а также влияния семейной поддержки на желание родить второго и последующих детей. В качестве методологии исследования использовался аксиологический подход. Эмпирической основой исследования стали материалы глубинных интервью с 17 молодыми матерями, имеющих детей раннего возраста, посещающих Территориальный Центр социальной помощи семье и детям Адмиралтейского района Санкт-Петербурга и участвующих в программе «Передышка» компании «Эвричайлд». В ходе исследования подтвердилась гипотеза о том, что матери детей с ограниченными возможностями, имеющие поддержку близких, и, прежде всего, отца ребенка, в большей степени ориентированы на рождение второго ребенка и последующих детей в семье, по сравнению с матерями, не имеющими семейной поддержки. Выявилась связь между наличием полной семьи и высокой степенью ответственности и активности родителей в заботе о детях. Результаты исследования могут быть использованы для разработки стратегических и практических подходов в реализации семейной политики в отношении молодых родителей, имеющих детей с ограниченными возможностями.

Ключевые слова: семейные ценности; молодые семьи, имеющие детей с ограниченными возможностями; рождение последующих детей; семейная поддержка; раннее вмешательство.

THE FAMILY VALUES AND HAVING THE CHILDREN IN THE YOUNG FAMILIES, WHO HAVE CHILDREN WITH DISABILITIES

Smirnova E.D.

This article is dedicated to the analyze of young family values, who have children with disabilities and also the influence of family support to desire to give birth to the second child and the future children. In the capacity of methodology of research used axiological method. Empiric principals of research became the materials of underlying interviews with 17 young mothers, who have infants, visiting Territorial Center of social care to the family and children of Admiralty district St Petersburg and taking part in the program “Relaxation” of the company “Everychild”. In the course of research had confirmed hypothesis, that mothers of limited possibilities children, who have the relatives’ support and first of all child’s father better directed toward the birth of the second child and future children in the family as compared with mothers, who don’t have family support. It’s revealed the connection between presence of complete family and high responsibility level and parents activity in care for children. The results of research can be used for development of strategic and practice methods in family realization policy in the relationship of young parents, who have children with disabilities.

Keywords: family values; young family, who have children with disabilities; having the future children; family support; early interference.

Статья подготовлена по материалам исследования, проведенного при поддержке гранта Тематического плана СПбГУ на проведение фундаментальных исследований; шифр темы 1038167.2011.

Кризис ценностей семейного образа жизни, который наблюдается в настоящее время в России, ведет к тому, что перестают выполняться функции се-

мьи по рождению необходимого для простого воспроизводства поколений числа детей и социализации подрастающих поколений. Ценностный кризис семьи изменяет ценностные ориентации на семейный образ жизни нескольких поколений, вызывая неуклонное ухудшение демографической ситуации в стране. В этих условиях возникает необходимость в изучении семейных ценностей и установок молодых родителей на рождение второго и последующих детей, и факторов, влияющих на данные установки. Одним из факторов снижения рождаемости является страх возможности рождения неполноценного ребенка. Данный фактор усиливается, если первый ребенок родился с нарушениями в здоровье.

Цель нашего исследования заключалась в анализе семейных ценностей молодых семей, имеющих детей с ограниченными возможностями, а также влияния поддержки близких как семейной ценности на желание родить второго и последующих детей. В задачи исследования входил анализ структуры семейных и внесемейных ценностей молодых семей с особыми детьми, исследование различий в установках на рождение ребенка в семье в исследуемой группе матерей, роли семейной поддержки и отца в мотивации рождения еще одного ребенка в семье, изучение отношения молодых родителей к поддержке государства, анализ стратегий взаимодействия матерей со специалистами отделений аби-литации детей с нарушениями в развитии, исследование методов работы специалистов общественных организаций в работе с родителями детей с ограниченными возможностями.

Основная гипотеза исследования заключалась в предположении о том, что матери детей с ограниченными возможностями, имеющие поддержку близких, и, прежде всего, отца ребенка, в большей степени ориентированы на рождение второго ребенка и последующих детей в семье, по сравнению с матерями, не имеющими семейной поддержки.

В качестве методологии исследования использовался аксиологический подход. Сложная природа ценностей приводит к различным основаниям их классификации. Этимологический анализ понятия «ценность» позволяет вы-

явить его исходное значение — «ценное», значит, положительное. «Мы хотим истолковать «смысл» человеческой жизни, а это удается лишь тогда, когда мы знаем ценности, придающие ей смысл» - пишет Г.Риккерт [1] . М. Рокич выделяет два класса ценностей: терминальные (ценности-цели) — убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования стоит того, чтобы к ней стремиться; инструментальные (ценности-средства) — убеждения в том, что какой-то образ действий или свойство личности является предпочтительным в любой ситуации [2].

В.П. Тугаринов выделил ценности жизни, такие как жизнь, здоровье, радость жизни, общение с людьми и ценности культуры: материальные: техника, жилище, пища, одежда; социально-политические: мир, безопасность, общественный порядок, свобода; духовные: наука, искусство, образование. Ценности — это относительно устойчивое, социально обусловленное избирательное отношение человека к совокупности материальных и духовных общественных благ. «Ценности, — писал В.П. Тугаринов, — это то, что нужно людям для удовлетворения потребностей и интересов, а также идеи и их побуждения в качестве нормы, цели и идеала» [3].

Т. Парсонс, затрагивая проблему изучения семейных и внесемей-ных ценностей, обозначил тенденцию сдвига в современном обществе от семейных к внесемейным ценностям. В частности, он особо выделил повышение значимости такой внесемейной ценности, как образование: «Во все возрастающей степени социализация в аспекте, связанном с успехами во внесемейных ролях, осуществляется в образовательных институтах, которые отделены от семьи. Все больше система образования, а не семья служит непосредственным поставщиком трудовых ресурсов в экономику. Точно так же образовательная система, а не система родства все более определяет место индивидов в системе стратификации» [4]. Парсонс отмечал, что для того чтобы оценить состояние, в котором находится данное общество необходимо определить систему ценностей, которой придерживаются его члены. А тип семейной орга-

низации изменяется в определенных пределах в зависимости от изменений, которые происходят во всей социальной системе, а также в зависимости от преобразующейся системы ценностей данного общества.

По мнению А.И. Антонова и других представителей школы институционального кризиса семьи и семейного образа жизни (В.А.Борисов, В.М.Медков, А.Б.Синельников, Н.Г.Марковская, Л.И. Савинов и др.), все больше людей в наше время хотят удовлетворять свои духовные потребности не внутри семьи, а вне ее [5]. Крах российской семьи, с точки зрения представителей данной школы, обусловлен принятием ценностей индустриально-рыночной цивилизации, вследствие чего в структуре личности доминантными становятся внесемейные ценности, семья и родительство становятся неконкурентноспособными по сравнению с такими ценностями, как повышение социального статуса, уровня образования, квалификации, материального благополучия и т.п.

А.И. Антонов и его последователи среди главных ценностей брака и семьи называют родительство и готовность супругов к исполнению семейных ролей в таких сферах жизнедеятельности семьи, как наведение порядка и уюта в доме, приготовление пищи, уход за ребёнком, исполнение материнских и отцовских обязанностей, рациональное ведение бюджета, внимание и забота друг о друге, досуг семьи, хорошие взаимоотношения с родственниками партнёра, сексуальные отношения, рациональная организация жизни семьи, создание материальной основы семейной жизни, поддержание социальных контактов, знание психических особенностей друг друга. Различает А.И. Антонов и ценности сплочённых и конфликтных семей. Главное их отличие в том, что сплочённые семьи на первое место из шести предложенных в иерархии семейных ценностей ставят рождение и воспитание детей, а на четвёртое свободное время, пропустив на второе и третье места материальный достаток и образование. В конфликтных же семьях ситуация прямо противоположная: ведущей ценностью является свободное время. На четвёртом месте оказываются рождение и воспитание детей.

Остается пока слабо изученной проблема соотношения семейных и вне-семейных ценностей молодых родителей, имеющих детей с ограниченными возможностями. Важной задачей данного направления исследований является выявление факторов, способных повлиять на принятие родителями той или иной системы ценностей, так как от ценностей родителей во многом зависит успешность социализации ребенка с ограниченными возможностями и его полноценное включение в жизнь общества, а так же на принятие решения о рождении последующих детей.

Эмпирической основой исследования, проведенного в ноябре 2011 года, стали материалы глубинных интервью с 17 молодыми матерями с маленькими детьми (до 3 лет) с ограниченными возможностями, посещающих Территориальный Центр социальной помощи семье и детям Адмиралтейского района СПб и участвующих в программе «Передышка» компании «Эвричайлд». Предтечей появления районных территориальных центров помощи семье и детям был Санкт-Петербургский Институт раннего вмешательства [6], который перенял шведский опыт по реабилитации младенцев без изъятия их из семей в специализированные интернаты. Санкт-Петербургский Институт раннего вмешательства - научно-практический центр, оказывающий услуги семьям, имеющим детей с нарушениями, и осуществляющий образовательные программы для специалистов в области раннего вмешательства и абилитации. Раннее вмешательство - система помощи семьям с детьми с функциональными нарушениями в развитии, а также детям группы социального и биологического риска. Созданные в России и других странах СНГ при поддержке Института службы раннего вмешательства всецело направлены на поддержку семьи. Они создаются как альтернатива закрытым интернатным сегрегационным учреждениям, где дети вынуждены проживать вне семьи по причине имеющихся у них нарушений или сложной семейной ситуации. Основные права ребенка, такие как право на семью и право на развитие, принадлежат всем детям, независимо от того, есть ли у них нарушение в развитии или проблемы в семье. Одним из важнейших

принципов при построении программ реабилитации является принцип максимальной интеграции (включения) в сообщество и доступности будущего образования в обществе обычных детей, а также принцип нормализации жизни людей с нарушениями.

В программах раннего вмешательства важная роль отводится родителям, их активность и мнение являются столь же значимыми, как и участие профессионалов. Центры раннего вмешательства формируют у родителей новое отношение к ребенку, они начинают смотреть на него не с медицинской точки зрения, а с социальной, меняется ценность ребенка. На первом этапе специалистами фиксируется достаточно низкий уровень индивидуальной ответственности за свое здоровье и здоровье детей, стратегии родителей в отношении здоровья детей пассивны, и в основном ориентирована на помощь медицинских учреждений и социальных служб. Родители активно занимаются здоровьем своих детей, но главным образом с помощью «выбивания» направлений на диагностические обследования и походы к специалистам [7]. Постепенно родители вовлекаются в новую социально-терапевтическую среду и сами начинают верить в себя, в то, что они могут помочь своему ребенку. Анализ исследовательского материала показал, что усилия специалистов центров способствовали: 1) достижению родительской идентичности; 2) установлению привязанности между родителями и младенцем; 3) закреплению ответственной позиции отца по отношению к ребенку; 4) получению своевременной реабилитационной помощи; 5) получению психологической поддержки; 6) сохранению ребенка в семье; 7) обучению навыкам ухода за малышом; 8) получению информации; 9) солидарной поддержки родителей друг друга [8]. Таким образом, можно сказать, что центры раннего вмешательства формируют и поддерживают семейные ценности молодых родителей с особыми детьми.

В ходе исследования были выявлены две полярные группы матерей, характеризующиеся диаметрально противоположными позициями по отношению к возможности рождения последующих детей. Респондентки первой группы

отнеслись к возможности рождения последующего ребенка положительно, а респондентки второй группы - отрицательно. Так же позиции данных групп разошлись в отношении распределения ответственности за судьбу ребенка между родителями и государством: представительницы первой группы считают необходимым наличие баланса ответственности между родителями ребенка и государством с акцентом на собственную активную позицию: «Я считаю, что государство помогает. Кто хочет, идут и берут от государства, а те, кто не хотят - сидят дома и жалуются на государство» (Ир., 30 лет, ребенок-инвалид), «Скорее родительская ответственность намного больше, чем государственная должна быть» (А., 24 г., ребенок-инвалид). Представительницы же второй группы полагают, что основной груз ответственности за судьбу их ребенка должно нести государство, стремятся вызвать жалость для получения сочувствия и других форм поддержки и занимают позицию жертвы: «Нет никакой поддержки ни от кого. Есть инфляциями я считаю, что было бы хорошо, если бы наше государство, чем содержать эту огромную когорту социальных работников, давали бы одноразовую адресную финансовую помощь каждой многодетной семье, например тысяч 100» (Б.,23 г., ребенок-инвалид). Для матерей первой группы характерно преобладание таких семейных ценностей, как ценность детей, сохранение полной семьи, участие отца в воспитании ребенка, любовь к ребенку и терпение: «Любить настолько, чтобы просто забыть о себе» (Н., 33 г., ребенок-инвалид). Так же для них оказались значимыми доброта, отзывчивость близких людей, супруга (супруги), родственников, друзей, готовность их в любое время оказать помощь: «Папа у нас хороший, всё время помогал воспитывать и сейчас занимается ребёнком. Бабушки приезжали (живут в других районах), сидели с ребёнком, когда мне нужно было уйти..» (Ир., 30 лет, ребенок-инвалид). Представительницы данной группы занимают активную и ответственную позицию по отношению к здоровью и развитию своих детей, принимают участие в рекомендованных специалистами программах реабилитации, владеют информацией, которая может быть полезна для

здоровья и развития их детей, ищут и используют все возможные шансы для улучшения состояния своих детей. Они тесно взаимодействуют с другими родителями, имеющими детей с ограниченными возможностями, осуществляют совместные действия по достижению насущных нужд своих детей.

У представительниц второй группы отсутствует полная семья, нет поддержки отца ребенка, носит недостаточный характер или полностью отсутствует помощь от близких родственников и друзей. Поддержка центра реабилитации оказывается так же недостаточной для этой категории матерей в силу того, что посещают они его не регулярно, ссылаясь на различные сложности своей жизни (трудно добираться, не хватает времени и т.д.) или на неэффективность работы специалистов центра. Респондентки данной группы испытывают страх рождения последующих детей, главным образом из-за отсутствия поддержки со стороны отца ребенка: «На 6-м месяце беременности отец ребенка меня просто выгнал. До шестого месяца мы жили вместе и все было нормально, а после у него что-то щелкнуло в голове, и он сказал, что жить ради ребенка он не собирается... И до сих пор у меня какой-то осадок остался и страшно начинать все сначала» (А., 21 год, ребенок-инвалид).

В ходе исследования было выявлено, что среди занимающих активную, ответственную позицию больше матерей с высшим образованием и наличием полной семьи, имеющих поддержку отца ребенка или поддержку близких родственников (своих родителей, родителей мужа). В данной группе матерей страх рождения неполноценного ребенка не является доминирующим. Напротив, у матерей, которые в одиночку воспитывают ребенка, не имеют поддержки от близких родственников, не имеют высшего образования, доминирует страх рождения последующего неполноценного ребенка, они занимают более пассивную, потребительскую позицию, переносят большую часть ответственности за здоровье и развитие ребенка на государство. Некоторые из них не используют в полном объеме и те возможности, которые предоставляют государственные

реабилитационные учреждения, не выполняют разработанные специалистами программы реабилитации.

Что касается внесемейных ценностей, среди представительниц обеих групп преобладают ценности обеспеченности жильем, стабильного материального достатка, наличия свободного от ухода за ребенком времени для работы, учебы. Доминирующей среди внесемейных ценностей является ценность обеспеченности жильем. Даже среди первой группы матерей, обладающей поддержкой семейного круга, решимость родить второго ребенка снижается из-за отсутствия необходимых жилищных условий: «Хотели бы еще иметь ребенка, но сейчас просто квартирный вопрос не позволяет» (А., 24 г., ребенок-инвалид, проживают в коммунальной квартире).

Таким образом, обнаруживается связь ценности рождения последующих детей с наличием полной семьи и с поддержкой близких родственников, с межпоколенной поддержкой. По результатам исследования одной из серьезных проблем семей с особыми детьми является уход из семьи отца. В такой ситуации наличие поддержки близких родственников оказывается решающей для воспитания ребенка: «Что касается моей мамы, то она самый главный у меня помощник. Если бы не мама, то я бы не смогла работать, или нужно было бы искать няню, или бросать работу» (О., 30 лет, двое детей), «Я осталась с родителями жить, и только они мне и помогали. Помогали материально, т.к. я уже работать не могла» (С., 28 лет, с мужем в разводе, ребенок-инвалид).

В ходе исследования подтвердилась гипотеза о том, что матери детей с ограниченными возможностями, имеющие поддержку близких, и, прежде всего, отца ребенка, в большей степени ориентированы на рождение второго ребенка и последующих детей в семье, по сравнению с матерями, не имеющими семейной поддержки. Так же выявилась связь между наличием полной семьи и высокой степенью родительской ответственности и активности. Был выявлен дополнительный фактор межпоколенной поддержки, влияющий на желание родителей иметь еще детей.

Подводя итоги исследования нужно отметить важность работы центров абилитации, возникших на базе Института раннего вмешательства, в воспитании у родителей детей с ограниченными возможностями новой социальной модели отношений со своими детьми, в которой преобладает парадигма семейных ценностей и активная жизненная позиция родителя. Уникальный опыт специалистов некоммерческой организации, использование инновационных методов работы, таких как методы, основанные на общности эмоциональных переживаний родителей и детей, методы разработки совместных групповых решений, методы интеграции семей, находящихся в трудной жизненной ситуации, в социальную и культурную жизнь, методы активизации внутренних ресурсов семей, методы развития инструментальной и экспрессивной компетентности родителя [9 с. 407] позволяют усилить семейные ценности и сформировать активную позицию молодых родителей.

Список литературы

1. Риккерт Г. Философия жизни. Минск: Харвест; М.: АСТ, 2000.С.21

2. Рокич М. Природа человеческих ценностей. М.; Нью-Йорк, 1973. 276 с.

3. Тугаринов В.П. Избранные философские труды. Л.,1988. С.271

4. Парсонс Т. Система современных обществ / Пер, с англ. Л.А. Седова и А.Д. Ковалева. Под ред. М.С. Ковалевой. М.: Аспект Пресс, 1998. С.135

5. Антонов А.И. Изучение репродуктивных установок как одна из важнейших задач социально-психологического исследования семьи. // Материалы XII Международного семинара по исследованию семьи. М., 1972. С. 13-24

6. Официальный сайт Института раннего вмешательства. ЦКЪ: http://eii.ru/about/istoriya_instituta

7. Безрукова О. Н. Демографическая политика государства в области рождаемости: пути преодоления кризиса //Вестник Санкт-Петербургского университета. 2008. Серия 12, выпуск 3: социология семьи и демография. С.196-211.

8. Безрукова О. Н. Ресурсы и сети поддержки ответственного родительства в молодых семьях. СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2011. С.188

9. Безрукова О.Н., Курганова Г.С. Развитие семейной политики Санкт-Петербурга на основе оценки эффективности системы работы с семьями и детьми социального риска // Социальная политика и социология. 2009. №6. С. 398-413.

References

1. Rikkert G. Filosofiya zhizni [Philosophy of life]. Minsk: Harvest; Moscow: AST, 2000. p. 21.

2. Rokich M. Priroda chelovecheskikh tsennostey [The nature of human’s values]. Moscow; New York, 1973. 276 p.

3. Tugarinov V.P. Izbrannye filosofskie trudy [The selected philosophical works]. Leningrad: LGU, 1988. p. 271.

4. Parsons T. Sistema sovremennykh obshchestv [The System of Modern Societies]. Moscow: Aspekt Press, 1998. 135 p.

5. Antonov A.I. Izuchenie reproduktivnykh ustanovok kak odna iz vazh-neyshikh zadach sotsial'no-psikhologicheskogo issledovaniya sem'I [The study of reproductive purposes how as one of the important task of socio-psychological research of the family]. Materialy XII Mezhdunarodnogo seminara po issledovaniyu sem'i [Materials of XII international seminar on the research of the family]. Moscow, 1972. pp. 13-24.

6. Ofitsial'nyy sayt Instituta rannego vmeshatel'stva [Official site of the institute of early interference]. http://eii.ru/about/istoriya_instituta

7. Bezrukova O. N. Demograficheskaya politika gosudarstva v oblasti ro-zhdaemosti: puti preodoleniya krizisa [State Demographic Policy: Ways of Resolving the Crisis]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta, Series 12, no. 3 (2008): 196211.

8. Bezrukova O. N. Resursy i seti podderzhki otvetstvennogo roditel'st-va v molodykh sem'yakh [The resources and the support networks of the responsible parenthood at the young family. Saint Petersburg State University], 2011. p. 188.

9. Bezrukova O.N., Kurganova G.S. Razvitie semeynoy politiki Sankt-Peterburga na osnove otsenki effektivnosti sistemy raboty s sem'yami i det'mi sotsial'nogo riska [Development of family policy of Saint-Petersburg based on assessment of the effectiveness of system of work with vulnerable families and children]. Sotsial'nayapolitika i sotsiologiya, no. 6 (2009): 398-413.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Смирнова Екатерина Дмитриевна, ассистент кафедры «Государственное и муниципальное управление» факультета массовых коммуникаций

Санкт-Петербургский государственный университет кино и телевидения ул. Правды, д.13, Санкт-Петербург, 191119, Россия e-mail: eds-smirnova@rambler.ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Smirnova Ekaterina Dmitrievna, research assistant of public administration department, faculty of mass communication

Saint Petersburg State University of Cinema and Television 13, Pravdi street, Saint Petersburg, 191119, Russia e-mail: eds-smirnova@rambler.ru

Рецензент:

Виноградов Валерий Дмитриевич, доктор социологических наук, заведующий кафедрой социологии политических и социальных процессов Санкт-Петербургского университета