«Нужно сидеть и спокойно ждать»

Президент Rover Computers Сергей Шуняев объяснил главе компании "Дымов" Вадиму Дымову, почему бизнес, который стареет за три месяца,— это не жуть, а совсем наоборот.

У Сергея Шуняева есть лось. Просто лось. Большой и красивый. Он гуляет по кабинету владельца Rover Computers среди берез. Правда, ненастоящих. Лось, впрочем, тоже ненастоящий. Картинка а-ля "В мире животных" разворачивается на огромном 3D-экране, занимающем две стены.

ВАДИМ ДЫМОВ: Для чего это?

СЕРГЕЙ ШУНЯЕВ: Чтобы видеть, как менеджеры работают.

ВД: Так... лось здесь при чем?

СШ: Мы недавно переехали в этот офис, поэтому пока я просто сделал несколько заставок, которые меняются.

ВД: А вы сможете не только смотреть, но и включиться, чтобы поговорить с сотрудниками?

СШ: Да, смогу.

ВД: То есть Большой Брат следит за тобой. Сотрудники знают?

СШ: Конечно.

ВД: Еще я думал, что вот зайду к Сергею, и у него будет стоять такой огромный компьютер, навороченный.

СШ: Дома у меня да, такой, а здесь нет. Ну, я ж говорю, мы переехали недавно. Здесь все будет меняться.

Меняться приходится и самой Rover Computers. Единственного до недавнего времени российского сборщика ноутбуков (после ухода с этого рынка "НКА-групп" с брэндом iRU) мало того что в последние годы теснят западные производители, так теперь еще и свои дышат в спину. Сборку ноутбуков запустили "К-Системс" и Depo Computers.

Бывший лидер российского рынка мобильных ПК утратил лидерство под прессингом азиатских производителей. В 2007-м, правда, Шуняев сумел вернуть свою компанию по доле рынка если не на первое место, то хотя бы в первую пятерку (наряду с Acer, Asustek, Samsung и Toshiba, по данным ITResearch). Однако в первой половине 2008-го Rover вновь "за бортом". В пятерке лидеров — Acer, Asustek, HP, Samsung, Toshiba, вместе контролирующие 77% рынка ноутбуков.

ВД: Как все-таки так получилось, что вы перестали быть первыми?

СШ: Ну как можно сравнивать нас с какой-нибудь Toshiba или Dell? Которые не то чтобы на порядок, на несколько порядков больше, чем мы. Мы никогда не пытались с ними бороться впрямую. Нам главное выживать, в смысле зарабатывать деньги. Первые мы или нет — какая мне разница, мы зарабатываем на жизнь, и хорошо.

ВД: Но дело в том, что на вашем обороте все это тоже сказалось не лучшим образом. Насколько мне известно, в 2005-м у вас было $200 млн, а в прошлом году — всего $140 млн.

СШ: Вопрос оборота меня волнует, но не тревожит. Гораздо больше интересует прибыль. В этом году она, правда, будет ниже, чем в прошлом. Сколько точно в процентах, я сейчас не знаю. Потому что как отразится кризис — непонятно.

ВД: А вот "К-Системс" и Depo собираются как-то бороться с транснационалами.

СШ: Я знаю людей, которые там работают. Они все из нашей компании — и в Depo, и в "К-Системс". Ничего у них не получится. Давайте посмотрим.

ВД: Правильно ли я понимаю, что чем глубже в Россию проникают западные производители, тем сложнее выживать компаниям, подобным вашей?

СШ: Да. Чем больше они денег тратят на этот рынок, тем сложнее выживать местным производителям. С вами не так?

ВД: С нами нет, у нас другая ситуация. У нас рынок очень пропатриотичный. Плюс у нас нет компании, которая доминировала бы на рынке. В компьютерах мы отдали первенство Западу и не боремся.

СШ: Не только в компьютерах.

ВД: Ну, в автомобилях тоже. В технике, скажем так. К тому же сложилось мнение, что наша техника хуже.

СШ: В общем-то мы тем и занимаемся, что пытаемся доказать — наше не хуже.

"Ну какой дурак будет компьютеры покупать"

Рассказывая Вадиму Дымову о том, каково положение Rover в кризисное время, Сергей Шуняев не забывает трижды плюнуть через левое плечо.

СШ: Пока еще живы, слава богу.

ВД: Покупают люди ноутбуки в кредит?

СШ: Да, конечно. Мы сами не продаем, но вот у наших дилеров процентов пятьдесят продаж шло раньше в кредит. Сейчас, конечно, другая ситуация. Это не значит, что теперь наши продажи упадут на 50%. Многие из тех, кто планировал покупать ноутбук, все равно купят, пусть даже не в кредит. То есть наши продажи упадут сильно, но не на 50%, а, скажем, на 25%. Но вообще сейчас на нашем рынке ситуация не очень хорошая. Из-за двух вещей — кризиса и перегрева — у всех компаний очень большое затоваривание на складах.

ВД: А вы сильно зависите от кризиса?

СШ: Конечно. Потому что ну какой дурак будет компьютеры покупать, когда есть не на что.

ВД: Зависимость может быть разная — может от того, что покупательная способность снизилась, а может от того, что сам закредитован.

СШ: И так, и так, но с кредитами, по счастью, разобрались, и нас по-прежнему кредитуют, по крайней мере в том же объеме.

ВД: Ставки выросли?

СШ: Нет. Но я не понимаю, что будет дальше с банковским сектором. Хоть и говорят по телевизору, что, во-первых, кризиса нет, во-вторых, всем уже дали деньги, но судя по всему, во-первых, кризис все-таки есть. А во-вторых, деньги, которые дали, все ушли на разрешение банками своих вопросов, например на закупку акций Сбербанка тем же Сбербанком. Поэтому сейчас на нашем рынке кредитование остановлено. Не у нас пока (тьфу-тьфу-тьфу).

ВД: Сокращения планируете?

СШ: Нет, сокращать никого не будем. Единственное — понизим выборочно зарплату, так что, может, кто-то сам уйдет.

ВД: Большой штат?

СШ: Не считая ресторана "Версия 1.0" и завода "Арсенал" — около 500 человек.

ВД: Достаточно много. В принципе, если вам эффективно убрать 100 человек, то это уже будет $100 тыс. Еще у вас в Китае было представительство.

СШ: Закрыли. Китайцы воруют. У нас есть там сейчас несколько представителей, но офис мы закрыли.

ВД: Какие-то позитивные стороны в кризисе есть, как думаете?

СШ: Сейчас я позитивных сторон не вижу никаких.

ВД: А я нашел позитивную сторону и готов поделиться. Кризис заставляет людей задуматься над эффективностью собственного бизнеса.

СШ: Это да.

ВД: Мы улучшили свои показатели во время кризиса, вот прямо улучшили. Во-первых, провели сокращения. Если раньше я мог себе позволить дополнительных людей, которые просто ни черта не делали, как выясняется, то сейчас я всех подчищаю. И с этой точки зрения кризис в чем-то даже полезен. Он заставляет увидеть картинку по-другому.

СШ: У вас тоже сейчас спад?

ВД: Скорее переоценка стратегии. Я намерен был развиваться активно, а теперь больше работаю над эффективностью. На следующий год заморозил инвестпроекты и сосредоточился только на качественных показателях. Безусловно, на меня кризис тоже сильно влияет. Я два года назад сделал облигации и по своей глупости четыре месяца назад не вышел из них. Поверил в рынок и решил остаться. Сегодня так получается, что нужно доказывать банку свою состоятельность.

СШ: Это сложно.

ВД: Ну да, но тем не менее я надеюсь, что все будет нормально.

СШ: Мы все надеемся, но на самом деле может быть что угодно.

"Мы люди маленькие"

Интерес производителей к сегменту мобильных ПК не удивителен — продажи ноутбуков растут стремительными темпами. Если верить ITResearch, в 2007 году в России было продано 2,5 млн ноутбуков — на 63,9% больше, чем в 2006-м. Сегмент настольных ПК более скромен — рост на 9,5%, до 9,4 млн штук. В этом году ситуация похожая. За первое полугодие объем поставок мобильных ПК составил 1,47 млн, на 62,7% больше, чем за аналогичный период 2007-го. Понятно, что в свете кризиса все не будет столь безоблачно, но тренд очевиден.

Однако Rover Computers, как уверяет Сергей Шуняев, несмотря на тренд, не планирует до последней капли крови биться за не поделенные еще мировыми гигантами 23% рынка мобильных ПК. Rover делает основную ставку на гаджеты — маржинальность там выше, чем у ноутбуков. Совсем недавно Rover выпустил мини-ноутбук Rover Neo (так называемый "нетбук"), который планирует продавать в салонах сотовой связи как гаджет.

ВД: Почему гаджеты, когда рынок ноутбуков постоянно растет?

СШ: Мы локальная компания. В связи с тем, что сейчас идет глобальная битва за Россию, мы, как люди маленькие, стараемся занять какую-то нишу, где сможем спокойно жить. Вот, например, наш ноутбук Roverbook стоит примерно $600, его продавать достаточно сложно. Тогда мы выпускаем коммуникаторы Rover PC (хорошие коммуникаторы сейчас стоят дороже ноутбуков) и спокойно влезаем в нишу с большей прибыльностью. Вообще, на гаджетах сейчас делается основная прибыль. Надо просто чувствовать тенденции. На рынке ноутбуков, пока там идет ценовая игра, бессмысленно пытаться что-то заработать, нужно сидеть и спокойно ждать, когда все утихнет.

ВД: На каких именно гаджетах зарабатываете?

СШ: Прежде всего это коммуникаторы, потом mp3-плееры, аксессуары (внешние хард-диски, внешние DVD, флеш-накопители, блоки питания и т. д.). Сейчас у нас оборот гаджет-направления и ноутбуков делится примерно пополам, ну, может, ноутбуков чуть побольше. С точки зрения чистой прибыли, процентов девяносто дают гаджеты. На коммуникаторах и mp3-плеерах маржа очень большая — 35%, на ноутбуках — 15%.

ВД: Я не являюсь поклонником техники, тем не менее мечтал заниматься таким бизнесом, как вы. Не знаю почему, но меня всегда тянуло к железкам. Но вот я подумал — ведь у вас бизнес очень быстро стареет?

СШ: Продукция — да, время жизни одной модели устройства — три месяца.

ВД: Да, не дай бог себе такой бизнес, который стареет за три месяца. Это же жуть.

СШ: Почему, наоборот, хорошо.

ВД: Отчего же?

СШ: Компьютер — это расходный материал. Он не сильно от картриджа отличается. Время другое — по меньшей мере год вы им пользуетесь. А картридж за месяц уходит. Но все равно срок понятен, и это хорошо, планировать можно.

ВД: Насколько я понял, стратегия выживания локальных производителей — просто правильно реагировать на новые тренды?

СШ: Да, совершенно верно.

ВД: Дизайн играет какую-то роль? Вы прибегаете к услугам разработчиков?

СШ: Нет, не прибегаем, мы настолько не поднялись, чтобы делать свой дизайн. Можно, конечно, его делать, но это связано с дополнительными расходами, которые мы то ли потянем, то ли не потянем. Не хотим рисковать. Поэтому у нас стандартные китайские устройства, которые все лучше и лучше по дизайну.

ВД: Кто сегодня глобальные игроки?

СШ: В ноутбуках очень сильны китайские компании — Acer, Asustek. Также американцы Dell и HP, ну и Toshiba тоже трепыхается.

ВД: Что произошло с IBM?

СШ: Они продали брэнд китайцам — компании Lenovo.

ВД: Вы ведь с Lenovo тоже вели переговоры по продаже доли в своей компании?

СШ: Мы с ними работаем по коммуникаторам. А продажу давайте не обсуждать сегодня — когда продадим, мы это скажем.

ВД: Были еще переговоры с фондами...

СШ: Пока не будем это обсуждать.

ВД: Да, сейчас, я думаю, очень нужно осторожно обсуждать такие темы.

СШ: Вы с Чичваркиным поговорите на эту тему. Очень рекомендую. Я просто встречался с ним недавно. Человек очень сильно изменился после продажи "Евросети".

ВД: Да, изменился? Почему?

СШ: Ну как, я думаю, он надеялся больше получить.

ВД: А мне он нравится, я думаю, он хороший парень. Несмотря на то, что трешует иногда.

СШ: Хороший, да.

ВД: Россия — такая страна, где все время надо быть начеку. Честно скажу: мне иногда хочется подурачиться, но всегда думаешь, как ты будешь воспринят сообществом. Вот у меня большая компания, оборот в этом году уже будет полмиллиарда долларов. И как-то вот думаешь об этом.

СШ: Ну, не знаю, возможно, вы и правы.

"Мы очень не любим работать с сетями"

В прошлом году Шуняев купил в Александрове за $4 млн завод "Арсенал", чтобы собирать там свою технику. Сегодня он уже не исключает возможности расстаться с производством.

ВД: Бытует мнение, что собирать в России ноутбуки нельзя, маржи не будет никакой.

СШ: Правильно, не надо собирать, мы не будем этого делать.

ВД: Так вы же на "Арсенале" собираете.

СШ: Собираем. Я же не сказал, что мы не собираем, я сказал, что не будем собирать.

ВД: Почему?

СШ: Все приходит к тому, что надо в Китае собирать. Есть таможенные моменты, благодаря которым коммуникаторы, например, выгодно собирать в России — пошлина на комплектующие меньше, чем на готовую продукцию. А mp3-плееры невыгодно. Мы будем что-то, конечно, собирать в России, это касается техники hi-end, а в основном все будет выпускаться в Китае.

ВД: Что с "Арсеналом" будет?

СШ: Продадим.

ВД: Что сейчас там собираете?

СШ: Свое и чужое.

ВД: Люди там квалифицированные?

СШ: Нет. Это сборочное производство.

ВД: Мне интересно — у людей тоже веры нет в будущее? Что вот я работаю на заводе в Александрове, мы сейчас собираем компьютеры Rover, я буду улучшаться, поступлю в радиотехнический техникум. Есть такой тренд, или люди не верят в будущее?

СШ: Вы знаете, дело в том, что нашему производству нужно какое-то количество квалифицированных людей, но не очень большое. В основном там нужны люди на конвейер, которые просто аккуратно выполняют свою функцию.

ВД: Китайцы в этом плане лучше?

СШ: Нет, они точно так же работают. Китайцы дешевле, но это ладно, потому что здесь тоже недорого. Но если взять всю логистику, то есть доставку сюда запчастей, получается, что лучше собирать там. В нашем деле важно, чтоб как можно меньше денег было заморожено в сроки поставки — время в пути и т. д. Нам нужно, чтобы товар как можно скорее попал к конечному потребителю, иначе он успеет устареть.

ВД: Вы как-то хотели в Китае строить завод, причем говорили, что он обойдется вам всего в $1 млн. Чем дело кончилось?

СШ: Хотели, но сейчас я считаю, что чем меньшим владеешь в бизнесе и чем больше отдаешь на аутсорсинг, если это возможно, конечно, тем лучше.

ВД: Да, согласен. Интернет у вас в планах есть?

СШ: Да. Я надеюсь, что года за три мы полностью перейдем на прямые продажи. Мы запускаем новый сайт, на котором все можно купить.

ВД: Было бы здорово, если бы в интернете можно было самому себе собрать компьютер, это был бы очень сильный ход.

СШ: Да, это у нас тоже будет. Знаете, есть такое понятие: mongolian barbeque.

ВД: Нет, не знаю.

СШ: Это когда стоит стол с разными продуктами, вы выбираете то, что вам надо, сваливаете в одну тарелку, и вам все вместе это готовят. Если вы сходите на сайт, например, Puma.com, то увидите, что там есть mongolian barbeque — сделай себе кроссовки. Выбираешь там себе такую кожу, сякую... Мы будем делать то же самое. До конца года, думаю, запустим.

ВД: Вы будете это все продвигать?

СШ: Да, конечно.

ВД: Какой у вас вообще бюджет на продвижение?

СШ: Мы тратим около $200 тыс. в месяц своих и не своих денег.

ВД: В смысле — не своих?

СШ: Ну, Intel и т. д.

ВД: Сергей, если не секрет, каковы у вас затраты на продвижение в сетях?

СШ: С сетями вопрос очень индивидуальный сейчас. Практически каждая отгрузка оговаривается отдельно. Невозможно оценить. Мы очень не любим работать с сетями.

ВД: С точки зрения того, что это низкорентабельно?

СШ: Да, очень низкорентабельно.

ВД: С продуктами такая же ситуация. Самое низкорентабельное — работать с сетями.

СШ: Поэтому мы и хотим продавать напрямую, со своего сайта. Мы и сейчас продаем, но очень мало — скажем, сотню штук в месяц.

ВД: Это хорошо, что у вас есть такая возможность, потому что колбасу, например, нельзя продавать с сайта.

"В окна смотреть в Москве не люблю"

Колбасу нельзя продавать в интернете, а ноутбуки можно. Еще можно превращать в бизнес свои увлечения. Как это делают и Шуняев, и Дымов — оба "в свободное от работы время" рестораторы, байкеры и меломаны.

ВД: У вас ведь есть свой мотосалон?

СШ: Да, небольшой.

ВД: Там "Харлеи" продаются?

СШ: Да, но в основном мы сейчас занимаемся тюнингом.

ВД: Какой у вас мотоцикл?

СШ: У меня Harley-Davidson, штук шесть-семь.

ВД: У меня немножко другая история, я тащусь от мотокросса и эндуро. У меня KTM Adventure 990 для путешествий, а Honda для кросса.

СШ: И как KTM?

ВД: Да вообще, я считаю, что 990-й просто идеальный мотоцикл для поездок по России на дальние расстояния. Езжу на нем регулярно. Например, в Суздаль. У меня там дом и производство керамики. Я люблю вообще города, где есть какая-то свобода. В Москве отдохнуть не получается никак. Наверное, потому что я все-таки не "московский", а "владивостокский". Я терпеть не могу эти пробки, они меня из себя выводят, эти кольца — первое, второе, третье... Братство кольца какое-то, честное слово. Такая закольцованная жизнь.

СШ: Нет, я скорее люблю Москву, чем нет, но в окна смотреть в Москве не люблю.

ВД: Поэтому у вас в кабинете нет окон?

СШ: Ну да. А зачем они? Чтобы увидеть что? Я до дома доезжаю, и там уже можно в окна смотреть. Кстати, насчет Суздаля — что за керамическое производство у вас там?

ВД: Можно приехать с семьей туда, приглашаю, поселиться там, полепить. Прямо вот глина там, мастер обучит, обожгут и потом в "Республике" заберете это все.

СШ: В "Республику" я хожу часто.

ВД: Это у меня такая отдушина. Я сам там периодически встаю за прилавок. В отличие от чиновников мне доставляет удовольствие быть с людьми и работать с людьми. Если говорить о людях — у вас же вроде много родственников в компании работают?

СШ: Они не занимают большие должности.

ВД: А ваша жена, которая была вице-президентом?

СШ: Она сейчас работает в моем ресторане.

ВД: Слушайте, ну мы с вами похожи — вы мотоциклист, я тоже, у вас есть ресторан, у меня тоже, "Дымов N1".

СШ: Да, точно. Я еще занимаюсь организацией концертов — инвестирую в дружественную компанию TCI. В этом году ничего в этом направлении не делал, в следующем собираюсь привезти AC/DC, Rammstein традиционно.

ВД: А моя любимая группа Manic Street Preachers. Знаете такую?

СШ: Конечно.

ВД: Они недавно приезжали. Мне кажется, первое поколение бизнесменов — это такие люди, в большей степени творческие. Я думаю, что про нас лет через сто еще будут вспоминать, что вот были такие люди, и чем они только ни занимались. Потому что потом наши бизнесы, которые отойдут в наследство детям или будут проданы кому-то, трансформируются, станут более жесткими, системными. Поэтому здорово, что сейчас все вот так. А с другой стороны, может, и не здорово. Было бы приятно, если бы я был, скажем, третьим. Пришел бы уже так, папину империю реставрировал — и все.

СШ: Абсолютно согласен.

Компания: Rover Computers

Владельцы: президент Сергей Шуняев и четыре топ-менеджера компании

Оборот в 2007 году: $140 млн

Активы: завод "Арсенал" в Александрове

Брэнды: Roverbook, RoverPC, Rovermate, Roverscan, Rovermedia, Rovershot

Количество сотрудников: 500 человек

Резюме

Вадим Дымов:

— Довольно интересная и содержательная беседа у нас получилась. Хотя мы занимаемся вроде бы абсолютно разными бизнесами, проблемы наши очень схожи: логистика, таможня, налогообложение. С удивлением узнал, что в связи с воровством в Китае пришлось свернуть офис, я думал эта проблема у нас в стране гораздо острее стоит. Возможно, трудности дистанционные, и в России Сергею проще все контролировать.

Отличная идея с сайтом, на котором можно самому собрать компьютер, очень важно, чтобы там все было удобно и понятно. Жаль, такое нельзя сделать с колбасой, например. Хотя кто знает, что будет лет через пять. Абсолютно верное, по-моему, решение Rover Computers — реагировать на глобальные изменения и тренды, использовать их. Таким образом они могут быть даже эффективнее в отдельных сегментах на локальном рынке, чем транснациональные компании. Тем не менее я бы еще раз подумал о собственном дизайне для устройств и некоторых гаджетов. Коммуникаторы, компьютеры и mp3-плееры — такие вещи очень часто на виду, люди хотят их показывать, гордиться ими. Особенно молодежь.

Желаю Сергею и его компании выстоять в непростые времена и стать лучше. Все предпосылки для этого есть.

Сергей Шуняев:

— Мне очень понравилась атмосфера нашей встречи. Я получил удовольствие, общаясь с Вадимом Дымовым. Жаль только, колбасы он с собой не принес, а то бы мы подегустировали. И получили бы еще большее удовольствие.

А если серьезно, когда встречаются люди, каждый из которых преуспел в своей области, знакомятся, общаются — они взаимно полезны друг другу. Полезны главным образом возможностью обмениваться накопленными мыслями, идеями и азартом. Ну и для дела подобные встречи никогда не бывают лишними.

Успешное предпринимательство требует совершенно противоположных качеств: скрупулезности и энтузиазма одновременно. Вадим — интуитивный бизнесмен, как и я. Плюс мы оба игроки и в жизни, и в бизнесе. Кроме того, мы оба создали и развиваем бизнесы в России, что немаловажно. Конечно, очень разные бизнесы. Но всегда ведь интересно узнать, что творится на чужой поляне. И про свою рассказать. То есть себя показать и на других посмотреть. К тому же выяснилось, что у нас с Вадимом много общего — мы оба байкеры, рестораторы, оба любим музыку. А когда интересы общие, то и разговор лучше клеится.

77% российского рынка ноутбуков контролируют пять западных компаний. Когда-то Rover был здесь лидером. Теперь его задача — найти и застолбить свою нишу

$1 млн — столько должно было стоить Rover строительство завода в Китае, если бы кризис не спутал все планы

9990 руб.— такова самая низкая цена новинки от Rover — мини-ноутбука Roverbook Neo