Лапти как археологический материал: происхождение, классификация, реставрация (на примере находок Свияжска и Казани)

УДК 902.34:069.44

ЛАПТИ КАК АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ: ПРОИСХОЖДЕНИЕ, КЛАССИФИКАЦИЯ, РЕСТАВРАЦИЯ

© 2014 г. Х.М. Абдуллин, М.Ю. Визгалова, А.Г. Ситдиков, А.С. Старков, Ю.В. Федотова, Р.Х. Храмченкова

Статья посвящена вопросам изучения обуви из лыка и бересты XVII - XIX веков из археологических раскопов Казани и Свияжска, включая проблему реставрации изделий. Историко-архивное исследование места раскопок в комплексе с археологическим анализом дало чёткое определение времени бытования каждого артефакта. Изучение археологической обуви выявило морфологию изделий и способы плетения. Применение данных этнографии и археологии помогло раскрыть технологию изготовления предметов, определить генезис и выявить аналоги. Для сохранения уникальных находок была разработана система реставрационных мероприятий, которая сделала возможным восстановить структуру волокна. Отсутствие стандартной методики по консервации и реставрации изделий из растительных волокон для предметов различной сохранности поставило исследователей перед необходимостью комбинировать методики обработки археологических находок из текстиля и дерева. На этапе высушивания предметов использовался способ, позволивший сохранить форму и цвет. Представленная работа является результатом интегрированных исследований специалистов разных научных дисциплин - истории, археологии, реставрации.

Ключевые слова: Свияжск, Казань, Позднее Средневековье и Новое Время, археологическая обувь, лапти, реставрация, морфология.

Лапти являются характерным элементом восточнославянского костюма. С удалением от нас времени бытования данной обуви она постепенно переходит из сферы предметов изучения этнографии в поле зрения археологии. Тема лаптей в археологическом плане изучена мало и на сегодняшний день носит скорее теоретический характер. Представленная работа посвящена некоторым вопросам данной темы, включая проблему реставрации изделий из лыка и бересты, на примере лаптей из раскопок г. Свияжска и Казани.

За полевые сезоны 2012-2013 гг. в Свияжске при раскопках «Татарской

слободки» (рис. 1) под руководством А.С. Старкова была собрана целая коллекция лаптей и их фрагментов из бересты, кожи и лыка. Три из них, имеющие хорошую сохранность, прошли реставрацию. Благодаря уникальному влажному культурному слою прибрежной зоны, сохранившему предметы из органического материала, стало возможным выявить деревянные конструкции домов и хозяйственных построек. Здесь же была собрана уникальная утварь из дерева, изделия из кожи, растительных волокон, ткани. Предметы заслуживают самого детального изучения, поскольку несут информацию о людях,

Рис. 1. План острова Свияжска с указанием места раскопок.

С!)

П;ш1 ис грова-грил С ни яжск.

расположения раскопа «Тапире мя слобаиш»-

£ ол

ю о

Д

О «

§ *

Г)

Я >

>

X и

2

О

Б

населявших Посад в период позднего Средневековья и Нового времени.

На раскопе площадью 900 кв. м удалось выявить более 100 разновременных сооружений XVИ-XVШ вв., определить планировочную структуру и историческую топографию участка исследований. По предварительным исследованиям, в раскопе было обнаружено 6 домовладений: остатки крупных жилых построек с развалами печей, «капитальные» хозяйственные постройки из бревен и «легкие» дощатые конструкции. Здесь же просматриваются следы небольшой улицы шириной до 260 см и значительное количество оград междворовых территорий. В домовладениях выявляется последовательность застройки и их историческая преемственность.

В XVI в. в этом районе проходили улицы: Татарская, Болотная, Кузнечная. Упоминание о них имеются в Писцовой книге Свияжска и уезда 1565-1567 гг. (Список, 1909, с. 36-37; Яблоков, 1907, с.16). С постройкой Куйбышевского водохранилища посады Свияжска были подтоплены, и исследуемая территория стала нежилой (Шакиров, Валиев, 2009, с. 107). Судя по карте 1869 г., здесь располагался квартал, образуемый улицами Старокузнечной, Болотной, Песочной (вдоль берега Щуки), Базарной (вдоль берега Свияги) (НА РТ. Ф. 324, оп. 739, д. 282, л. 1). Фотография конца XIX в. дает представление о застройке данной части посада (рис. 2).

Жители этого района занимались различными ремеслами и промыслами. Предметы кожевенного дела - сапожный молоток, гвозди, колодки, отходы кожаного производства, фрагменты обуви и других изделий, кожаные игрушки, найденные при

раскопках, - указывают на сапожное ремесло. Об изготовлении деревянной посуды свидетельствуют многочисленные находки токарной, долбленой посуды и деревянных ложек. Предметы рыболовного промысла (крючки, грузила, блесны, поплавки, фрагменты сетей и др.) и следы заготовки рыбы (бочки, масса рыбной чешуи) дают картину этого промысла на Средней Волге в XVII-XVШ вв. и заслуживают отдельного исследования. Обнаружены также детали ткацкого станка, орудия для обработки шерсти, фрагменты шерстяных тканей, что говорит о занятии ткачеством. Многочисленные изделия из лыка и бересты и специальные инструменты (кочедыки) свидетельствуют о плетении лаптей и другой утвари. В 20122013 гг. на раскопе были обнаружены берестяные короба и туеса. Как было отмечено выше, в исследуемом раскопе была собрана коллекция лаптей и их фрагментов. Этот вид обуви встречался и в других раскопах на территории Свияжска (Шакиров, Валиев, Ситдиков, 2012, с. 200, рис. 10: 4).

Другая пара лыковых лаптей, прошедшая реставрацию, была обнаружена при раскопках в районе СтароТатарской слободы города Казани в 2013 г. - на пересечении современных улиц Московской и Парижской Коммуны (здание 55/8). Датируются лапти XIX в.

О заселенности интересующего нас участка свидетельствует план г. Казани 1767 г. с указанием существующих усадеб дорегулярной застройки и вновь расчерченными кварталами (РГАДА. Ф. 192, оп. 1, д. 3). На плане четко видно, что интересующий нас участок был застроен. Примечательно также, что перекресток улиц середи-

Рис. 2. Фото Свияжского посада со стороны реки Щука (конец XIX века).

Рис. 3. Фото дома Усманова (Казань, конец XIX века).

ны XVIII в. совпадает с современным перекрестком перед участком по улице Парижская Коммуна, дом № 8.

На другом плане г. Казани второй половины XVIII в., с уже регулярной застройкой, не только данный участок, но и весь квартал, ограниченный современными улицами Парижская Коммуна - Московская - Г. Камала -Н. Столбова, указан как пустопорожний (РГАДА. Ф.1356, оп. 1, д. 1301). Возможно, это стало следствием большого пожара 1749 г., когда выгорела большая часть слободы. После этого события здесь и был организован рынок, или торговая площадь, получившая наименование Сенная. В дальнейшем, вплоть до 1870-х годов, интересующий нас участок, а равно и весь будущий квартал остается нежилым (РГАДА. Ф.1356, оп 1, д. 1300).

Здесь в 1877 г. было построено здание корпуса общественной торговли Сенного базара (так называемый «Усмановский корпус») (рис. 3), строительством которого руководил купец первой гильдии Муртаза Мустафович Усманов. В ходе раскопок, проводимых в рамках охранно-спасательных работ в 2013, во дворе этого дома и была обнаружена целая пара лаптей, датируемых XIX в.

В результате археологических исследований была получена четкая стратиграфия, позволившая установить хронологические рамки изучаемой обуви из Свияжска и Казани от XVII до XIX в.

Реставрация и классификация. Организация в реставрационном отделе Музея археологии РТ с входящей в него группой реставрации по органическим материалам (дерево, кожа, кость, ткань) позволила проводить

исследовательские работы в области реставрации археологических предметов из растительного сырья. Сложность работы реставраторов с подобными находками заключается в том, что предметы пролежали несколько веков во влажном грунте. В результате пребывания в такой среде произошли существенные химические и структурные изменения, которые привели к снижению прочности, уменьшению плотности, увеличению способности к водопоглощению. В процессе высушивания волокнистых материалов в нормальных условиях происходила деформация предметов, приведшая к появлению трещин, расслоению вдоль волокон. Фрагменты изделий из растительных волокон часто рассыпались при стандартной камеральной обработке.

Исходя из вышесказанного, в задачу консервации влажных археологических предметов, извлеченных из раскопов, входило удаление грязи и избыточной влаги. Другой стадией реставрационных мероприятий являлась пропитка артефактов консервантом с целью обеспечения сохранности хрупкого растительного и органического материала. Правильная организация хранения и доставки извлеченных предметов значительно облегчила задачу реставраторов. Извлеченные из земли предметы сразу же паковались в полиэтилен, после чего немедленно переправлялись в реставрационную лабораторию. К каждому изделию требовался индивидуальный подход, исходя из вида натуральных волокон. Ниже приводятся классификация и описание методов консервации и реставрации лаптей в зависимости от вида материала.

Рис. 5. Лыковый лапоть (Свияжск).

1. Лапти из липового волокна. Пара лаптей из Татарской слободы города Казани, датированная XIX в. (рис. 5) и лапоть начала XVIII в. из Свияжска (рис. 6) имеют сходную морфологию. Подошва выполнена косым плетением, а головашка - прямым. Подобный лапоть заплетался с носка. Такая обувь, распространенная у татарских крестьян, близка чувашскому и мордовскому типу, откуда в прошлом, по мнению Н.А. Халикова, и была заимствована (Халиков, 1998, с. 37). Археологическая аналогия - лапоть с диагональным плетением подошвы и прямым «личиком» был обнаружен при раскопках Казанского кремля в слое XVI в. (Ситдиков, 2006, рис. 80). Лапти, изготовленные по такому образу, хотя и не отличались высоким качеством, благодаря прямому носку годились на любую ногу, что позволяло заменить износившийся лапоть, а не выбрасывать сразу оба, были легки и дешевы. Поэтому ими охотно пользовались и русские крестьяне.

Особую сложность представляла реставрация лыковых лаптей из Татарской слободы г. Казани (рис. 4). Первоначально в реставрационных исследованиях была опробована методика консервации археологического дерева по методике Е.Л. Малачевской и В.И. Гордюшиной (Гордюшина, Ма-лачевская, Федосеева, 2009, с. 47-58). Однако технология консервации деревянных предметов, казалось бы, близких по составу к лыку и бересте, с погружением их в раствор полиэти-ленгликоля, оказалась непригодной к изделиям из лыка в связи с расползанием находок в растворе на отдельные мелкие волокна. Поэтому в дальнейших изысканиях было решено использовать комбинированную систему об-

работки, использующую особенности методик реставрации дерева, ткани и кожи. Это позволило восстановить структуру растительных волокон с одновременной очисткой, консервацией и реставрацией артефактов. Реставрация лаптей проходила в несколько этапов.

Первый этап реставрационных работ заключался в сушке находок. Для этой цели изделия погружались в смесь силикагеля и манной крупы. Этот тип консервации широко используется при высушивании цветов и растений во флористике (Ба Ж., 2001, с. 8-14). Он хорошо зарекомендовал себя с точки зрения как объемной, так и цветовой сохранности объектов. Однако после извлечения лаптя из высушивающей смеси часть крупы оказалась приклеенной к предметам. В связи с этим сушка других изделий проводилась в чисто силикагельной среде. В результате данной процедуры высушенный предмет мало изменился в объеме и сохранил форму, присущую данной обуви.

На втором этапе проводилась тщательная ручная механическая чистка предмета. Эта длительная и кропотливая процедура позволила освободить лапоть от следов грунта и многочисленной грязи, естественной для него не только как для археологической находки, но и как для бытовой обуви.

Третий этап заключался в одновременной многократной очистке и консервации предмета 5-процентным водно-спиртовым раствором ПЭГ (4% ПЭГ-1500, 1% ПЭГ-400) с помощью кисти. После каждой процедуры пропитки лапоть помещался в герметичную емкость. Процесс консервации занял 8 недель.

Рис. 7. Лапоть из бересты (Свияжск).

Четвертый этап - сушка. Для удаления растворителя обработанное изделие помещали в пластиковый контейнер с целью замедления процесса испарения. Окончательная сушка проводилась при комнатной температуре в темном месте и заняла 5 недель. При этом лапти заворачивались в два слоя крафт-бумаги.

Эта технология позволила хорошо сохранить как структуру, так и цвет изделий, стабилизировав их состояние. Аналогичным способом были восстановлены лыковые лапти из Свияжска.

2. Лапоть из бересты. Берестяной лапоть из раскопа «Татарская слобода», датируемый серединой XVII в. (рис. 7) имеет треугольную головку и сравнительно низкие борта. Такие лапти назывались берестяниками. Это позднесредневековый северный или новгородский тип (Осипов, 2006, с. 69).

Этот лапоть классического косого плетения заплетался с пятки. В данной технике выполнена подошва и носок. Такие лапти более прочные, следовательно были трудоемки и выше ценились (Халиков, 1998, с. 38). Технология плетения пятистрочного лаптя подробно описана известным мастером С.Т. Редичевым (Редичев, 2001, с. 82-86).

Известно, что береста меньше пропускает воду, чем лыко. Появление берестяников в Свияжске, возможно, связано также с использованием их в сырых местах (например, в рыболовном промысле). Поскольку берестя-ники не характерны для населения Средней Волги, можно было сделать предположение об их привозном характере. Однако еще одна находка 2012 г. опровергает эту версию. В

том же комплексе деревянных сооружений, вскрытых во время раскопок, обнаружен клубок бересты (рис. 8) -заготовка берестяной ленты.

По свидетельству другого мастера-плетельщика, В.А. Костылева, заготовленную кору березы сразу отделяли от верхнего слоя, нарезали ленты, складывали в пучки. Пучки разрезали на ленты, скручивали в клубок-заготовку, которую и хранили (Костылев, 1983, с. 32).

Лапти из бересты были обнаружены в Москве при раскопках Манежной площади (Осипов, 2006, с. 189, илл. 276) и во Владимире в слое XVIII в. (Курбатов, 2008, с. 183, рис. 9), они встречались также при раскопках северных городов России. Возможно, технику плетения лаптей из бересты привез в Свияжск выходец из Севера России.

Изделие из бересты имело хорошую сохранность в отличие от лыковых лаптей. Механическую очистку проводили с помощью мягких флейцев. В ходе консервации были использованы методики, разработанные Е.Л. Малачевской и Н.П. Синициной. Очищенный предмет помещали в герметичную емкость, наполненную 5-процентным водно-спиртовым раствором ПЭГ (4% ПЭГ-1500, 1% ПЭГ-400), и выдерживали до максимального насыщения. Компонент ПЭГ-400 позволил придать изделию большую пластичность и осуществить мягкую очистку труднодоступных мест - перекрытий берестяных лент.

Сушка изделий проводилась аналогично лаптю из лыка - в герметичной емкости. По достижении стабилизации окончательное досушивание изделия проводилось в темном месте с доступом воздуха в двух слоях

крафт-бумаги. После проведения данных реставрационных операций объект приобрел экспозиционный вид.

3. Кожаный лапоть. Третьим объектом является фрагмент кожаного лаптя, датируемый концом XVII в. Это часть подошвы со стороны голо-вашки (рис. 9). Он сплетен из лыковых строк, а снаружи имеет подплете-ние из кожаных ремней. Такие лапти являются более долговечными, чем лыковые, которых хватало крестьянину только на неделю (Вахрос, 1959, с. 32).

Кожаные лапти появились очень давно. При раскопках вятичских курганов у села Маливо (совр. Коломенский р-н Московской обл.) в мужском погребении найдены кожаные лапти прямого плетения (Арциховский, 1930, с. 102). Модели же косого плетения были зафиксированы в Ярославле в слое XIV в. Тем не менее единичные находки свидетельствуют об их слабом распространении (Археология Древнего Ярославля, 2012, с. 95). При раскопках в Зарядье (Москва) отмечены лапти, у которых, как у данного вида, кожаные ремешки комбинируются с лыком (Рабинович, 1955, с. 80). Кожаные лапти встречались и при других раскопках Москвы (Осипов, 2006, с. 41).

По заключению Д.О. Осипова, кожаные лапти, занимавшие промежуточное положение между обычными лаптями и поршнями, уступали и тем и другим. Если лапти из растительного материала были легче, удобнее и дешевле кожаной обуви, то поршни выглядели более привлекательно и не пропускали воду (Осипов, 2006, с. 41).

Положительными качествами кожаных лаптей являются их прочность и долговечность. Однако, по наблюде-

ниям С.Т. Редичева, они использовались зимой, так как лучше сохраняли тепло (Редичев, 2001, с. 83).

Реставрация кожаного лаптя проводилась по методике Н.П. Синици-ной (Синицына, 2009, с. 213-221).

Механическая очистка проводилась с помощью флейцев в дистиллированной воде. Затем изделие помещалось в водный раствор ПЭГ- 400, а затем в морозильную камеру. Процедура пропитки и сушки повторялась несколько раз. Во время процесса консервации проводилось шерфова-ние бахтормяной поверхности коже-вой ткани. Эта операция проводилась вручную, с помощью скальпеля. Сложность при шерфовании данного объекта заключалась в присутствии лыкового слоя, который хотя и находится на внешней части кожевой ткани, все же препятствовал работе с обратной стороны кожаных ремешков.

Консервация лаптя из кожи продолжается, так как процесс консервации считается не завершенным до тех пор, пока кожевая ткань не достигнет состояния пластичности.

Существует множество методов реставрации археологического дерева, лыка, бересты и кожи. Однако в нашем случае возникла необходимость разработки новых методических приемов, с учетом адаптации известных методик к конкретным реставрационным задачам, для предметов из растительных волокон. Данный подход позволил правильно определить комплекс мероприятий, направленный на предотвращение последующих разрушений и достижение оптимальных условий продолжительного сохранения археологических лаптей. Обратимость проведенных процессов консервации обеспечит в дальнейшем

Рис. 8. Заготовка берестяной ленты (Свияжск).

Рис. 9. Фрагмент кожаного лаптя (Свияжск).

возможность изучать материал предметов.

Процесс реставрации восстановил структуру волокна, что позволило наглядно рассмотреть и классифицировать лапти по способу плетения, разобрать их морфологию. Изучение лаптей из археологических раскопок с целью выявления генезиса, техноло-

гии, преемственности традиций плетения, а также как предмета реставрационных исследований представляет новацию в изучении плетеной обуви.

Работа явилась результатом коллективной деятельности специалистов как естественных, так и гуманитарных наук: химии, физики, этнографии, истории и археологии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Арциховский А.В. Курганы вятичей. - М., 1930. - 134 с.

2. Археология древнего Ярославля. Загадки и открытия. 2-е изд., доп. и пере-раб. - М.: ИА РАН, 2012. - 296 с.

3. Ба Ж. Как сушить цветы и составлять букеты. Материал, техника высушивания, аранжировка. - М., 2001. - 118 с.

4. Бусыгин Е.П. Русское население Среднего Поволжья: историко-этнографи-ческое исследование материальной культуры (середина XIX - начало XX вв.) -Казань, 1966. - 404 с.

5. Вахрос И.С. Наименование обуви в русском языке. - Хельсинки, 1959. -268 с.

6. ГордюшинаВ.И., Малачевская Е.Л., Федосеева Т.С. Материалы и технологии для консервации археологических деревянных объектов // Художественное наследие. Хранение, исследование, реставрация. - Вып. 24. - М., 2009. - С. 47-58.

7. Гордюшина В.И., Федосеева Т.С. Консолиданты для укрепления деструкти-рованной древесины // Художественное наследие. Хранение, исследование, реставрация. - Вып. 17. - М., 1999. - С. 86-90.

8. Громов Г.Г. Русская одежда // Очерки русской культуры XVI в. - М., 1977. -389 с.

9. Зеленин Д.К. Восточнославянская этнография. - М., 1991. - 512 с.

10. Зеленин Д.К. Терминология лапотного дела // Сб. МАЭ. Вып. 38. Памятники культуры народов Европы и Европейской части СССР. - Л., 1982. - С. 135-144.

11. Курбатов А.В. К истории лаптя на Руси (жизнь историографических мифов XVIII в.) // ТАС. - Вып. 4. - Т. II. - Тверь, 2001. - С. 225-233.

12. Курбатов А.В. Археологические данные о кожевенно-обувном ремесле в древнем Владимире // Археология Владимиро-Суздальской земли: Материалы научного семинара. - Вып. 2. - М., 2008. - С. 171-190.

13. Старков А.С. Отчет об археологических исследованиях «Татарская Слободка» на территории села Свияжск в Зеленодольском районе Республики Татарстан в 2011 году / Научный фонд Музея археологии Республики Татарстан Института истории им. Ш. Марджани АН РТ.

14.План вновь проектированного расположенияг.Свияжска,КазанскойГубернии. 1869 года. / Национальный архив Республики Татарстан. Ф. 324, оп. 739, д. 282, л. 1.

15. Осипов Д.О. К истории лаптя на Руси // Тверь, Тверская земля и сопредельные территории в эпоху средневековья. - Вып. 6. - Тверь, 2010. - С. 303-308.

16. Осипов Д.О. Обувь Московской земли XП-XVШ вв. - М., 2006. - 202 с.

17. Осипов Д.О. Обувь и другие изделия из кожи, найденные при раскопках в исторической части г. Владимира // Археология Владимиро-Суздальской земли: материалы научного семинара. - Вып. 1. - М., 2007. - С. 134-144.

18. Рабинович М.Г. Великий посад Москвы (по раскопкам 1951 года) // КСИ-ИМК. - Вып. 57. - Москва, 1955.

19. План города Казани с приложением вокруг города селений: конформи-рованный 1767 г. / Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 192, оп. 1, д. 3.

20. План губернского города Казани, составленный с планов на г. Казань утвержденных в 1839, 1842, 1845, 1848 гг. / РГАДА. Ф. 1356. Оп. 1. Д. 1300.

21. План города Казани со слободами и деревнями / РГАДА. Ф. 1356. Оп. 1. Д. 1301.

22. План города Казани с поселенными при нем слободами. 1867 г. / РГАДА. Ф. 1356. Оп. 1. Д. 1302.

23. Салихов Р.Р., Хайретдинов Р.Р. Татарстан ^eмhYрияте: татар халкыньщ та-рихи hэм мэдэни hэйкэллэре

24. Синицына Н.П. Реставрация и консервация археологического текстиля и кожи, разработка методики // Некрополь русских великих княгинь и цариц в Вознесенском монастыре Московского Кремля. Т. I: История усыпальницы и методика исследования захоронений / отв. ред.-сост. Т.Д. Панова. - М., 2009. - С. 213-221.

25. Ситдиков А.Г. Казанский кремль: историко-археологическое исследование. - Казань: Ин-т истории АН РТ, 2006. - 288 с.

26. Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда. Письма и межевания Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (15651567гг.). - Казань, 1909. -143 с.

27. Тишин Д.В., Шакиров З.Г. Дендрохронологический анализ древесины с острова Свияжск // Свияжские чтения. - Вып. II. - Свияжск: Изд. Раифского Бого-родицкого монастыря, 2010. - С. 37-39.

28. Шакиров З.Г., Валиев Р.Р. Новые археологические данные об освоении Сви-яжского острова в эпоху средневековья // Научный Татарстан. - 2009. - № 2. -С. 103-111.

29. Халиков Н.А. Промыслы и ремесла татар Поволжья и Приуралья (середина XIX - начало XX.). - Казань, 1998. - 100 с.

30. Шакиров З.Г., Валиев Р.Р., Ситдиков А.Г. О застройке посадской части Свияжска (по материалам раскопок 2008 г.) // ПА. - 2012. - № 2. - С. 184-210.

31. Яблоков А. Город Свияжск Казанской губернии и его святыни (историко-ар-хеологический очерк). - Казань, 1909. - 143 с.

Информация об авторах:

Абдуллин Халим Миннуллович, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (г. Казань, Российская Федерация); Xalimabd@mail.ru

Визгалова Мария Юрьевна, лаборант-исследователь, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (г. Казань, Российская Федерация); mutqueen@mail.ru

Ситдиков Айрат Габитович, доктор исторических наук, директор, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ, зав. кафедрой, Казанский (Приволжский) федеральный университет (г. Казань, Российская Федерация); sitdikov_a@mail.ru

Старков Андрей Сергеевич, научный сотрудник, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (г. Казань, Российская Федерация); 2647425@mail.ru

Федотова Юлия Валерьевна, лаборант-исследователь, Казанский (Приволжский) федеральный университет (г. Казань, Российская Федерация); yulia.fedotova86@ yandex.ru

Храмченкова Резида Хавиловна, кандидат физико-математических наук, зав. лабораторией, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (Казань, Российская Федерация); rezidahram@mail.ru

BAST-CHOES AS ARCHAEOLOGICAL MATERIAL: ORIGIN, CLASSIFICATION, RENOVATION (A CASE-STUDY FROM THE FINDS OF

SVIYAZHSK AND KAZAN)

H.M. Abdullin, M.Yu. Vizgalova, A.G. Sitdikov, A.S. Starkov, Yu.V. Fedotova, R.H. Hramchenkova

The present article is concerned with studying of the bast-shoes and birch bark of the 17-19th centuries from archaeological excavations of Kazan and Sviyazhsk, including the problem of restoration products. Historical and archival investigation archaeological sites in conjunction with archaeological analysis gave a clear definition of time of the existence of each artifact. Research in archaeological footwear showed the morphology of products and techniques of weaving. Use of data on ethnography and archaeology helped the authors to reveal technology of manufacturing the objects as well as determine the genesis and identify counterparts. The system of restoration measures was developed for conservation of the unique findings, which made it possible to recover the structure of the fiber. The absence of standard methods for conservation and restoration the products made of plant and fibers for the safety of various items faced the researchers with the need of combination of processing techniques for archaeological finds of textiles and wood. At the stage of drying the items it was used a method which allowed to preserve the shape and color. This work is the result of an integrated research performed by the experts of different disciplines such as history, archaeology, restoration.

Keywords: Sviyazhsk, Kazan, Late Middle Ages and the New Time, archaeological shoes, bast-shoes, restoration, morphology.

REFERENCES:

1. Artsikhovskiy A.V. Kurgany vyatichey [Mounds of the Vyatichi]. Moscow, 1930, p.134.

2. Arkheologiya drevnego Yaroslavlya. Zagadki i otkrytiya. 2-e izd., dop. i pererab. [Archaeology of the ancient Yaroslavl. Mysteries and discoveries. Second ed.,

supplementary and processed)]. Moscow: Institute of Archaeology of Russian Academy of Sciences Publ., 2012, 296p.

3. Ba Zh. Kak sushit' tsvety i sostavlyat' bukety. Material, tekhnika vysushivaniya, aranzhirovka [How to dry flowers and make bouquets. The material, the technique of drying arrangement]. Moscow, 2001, 118 p.

4. Busygin E.P. Russkoe naselenie Srednego Povolzh'ya: istoriko-etnograficheskoe issledovanie material'noy kul'tury (seredina XIX - nachalo XX vv.) [Russian population of the Middle Volga region: historical and ethnographical research of material culture (the middle of the XIX - beginning of the XX centuries)]. Kazan, 1966, 404 p.

5. Vakhros I.S. Naimenovanie obuvi v russkom yazyke [Name of shoes in Russian language]. Helsinki, 1959, 268 p.

6. Gordyushina V.I., Malachevskaya E.L., Fedoseeva T.S. Materialy i tekhnologii dlya konservatsii arkheologicheskikh derevyannykh ob"ektov [Materials and technologies for the conservation of archaeological wooden objects]. In: Khudozhestvennoe nasledie. Khranenie, issledovanie, restavratsiya [Artisticheritage. Storage, research, restoration]. Moscow, 2009, issue. 24, p. 47-58.

7. Gordyushina V.I., Fedoseeva T.S. Konsolidanty dlya ukrepleniya destruktirovannoy drevesiny [Consolidates for the strengthening of destructional wood]. In: Khudozhestvennoe nasledie. Khranenie, issledovanie, restavratsiya [Artistic heritage. Storage, research, restoration]. Moscow, 1999, issue 17, p. 86-90.

8. Gromov G.G. Russkaya odezhda [Russian clothing]. In: Ocherki russkoy kul'tury XVI v. [Essays in Russian culture of the XVI century]. Moscow, 1977, 389 p.

9. Zelenin D.K. Vostochnoslavyanskaya etnografiya [The Eastern Ethnography]. Moscow, 1991, 512 p.

10. Zelenin D.K. Terminologiya lapotnogo dela [Terminology of the bast-shoes making]. In: Sbornik Muzeya antropologii i etnografii. Pamyatniki kul'tury narodov Evropy i Evropeyskoy chasti SSSR [Collection of Museum of Anthropology and Ethnography. The monuments of culture of the peoples of Europe and the European part of the USSR]. Leningrad, 1982, issue 38, 144 p.

11. Kurbatov A.V. K istorii laptya na Rusi (zhizn' istoriograficheskikh mifov XVIII v.) [History of bast-shoes in Russia (life of the historiographical myths of the XVIII century)]. In: Tverskoy arkheologicheskiy sbornik [Tver Archaeological Collection]. Tver, 2001, issue 4, vol. II, p. 225-233.

12. Kurbatov A.V. Arkheologicheskie dannye o kozhevenno-obuvnom remesle v drevnem Vladimire [Archaeological data on leather and shoe-making crafts in the ancient Vladimir]. In: Arkheologiya Vladimiro-Suzdal 'skoy zemli: Materialy nauchnogo seminara. [Archaeology of the Vladimir-Suzdal Land: Proceedings of scientific seminar]. Moscow, 2008, issue 2, p. 171-190.

13. Starkov A.S. Otchet ob arkheologicheskikh issledovaniyakh «Tatarskaya Slobodka» na territorii sela Sviyazhsk v Zelenodol'skom rayone Respubliki Tatarstan v 2011 godu [Report on archaeological investigations "The Tatar settlement" at the Svijazhsk village in Zelenodolsk district of Tatarstan Republic in 2011]. Nauchnyy fond Muzeya arkheologii Respubliki Tatarstan Instituta istorii im. Sh. Mardzhani AN RT. [Scientific Foundation of the Museum of Archaeology of Tatarstan Republic attached to Institute of History named after Sh. Mardjani, Tatarstan Academy of Sciences].

14. Plan vnov' proektirovannogo raspolozheniya g. Sviyazhska, Kazanskoy Gubernii. 1869 goda [The plan of the newly designed location, Sviyazhsk, Kazan Province. 1869.]. Natsional'nyy arkhiv Respubliki Tatarstan. [National archives of Tatarstan Republic]. Found 324, inventory 739, case 2826, sh. 1.

15. Osipov D.O. K istorii laptya na Rusi [Towards the history of bast-shoes in Russia]. In: Tver', Tverskaya zemlya i sopredel'nye territorii v epokhu srednevekov'ya [Tver, Tver region and adjacent territories in the Middle Ages]. Tver, 2010, issue 6, p. 303-308.

16. Osipov D.O. Obuv' Moskovskoy zemli XII-XVIII vv. [Shoes of Moscow Land in the XII-XVIII centuries]. Moscow, 2006, 202 p.

17. Osipov D.O. Obuv' i drugie izdeliya iz kozhi, naydennye pri raskopkakh v istoricheskoy chasti g. Vladimira [Shoes and other leather items found during excavations in the historical part of Vladimir]. In: Arkheologiya Vladimiro-Suzdal'skoy zemli: materialy nauchnogo seminara [Archaeology of the Vladimir-Suzdal lands: Proceedings of scientific seminar]. Moscow, 2007, issue 1, p. 134-144p.

18. Rabinovich M.G. Velikiy posad Moskvy (po raskopkam 1951 goda) [Great Posad of Moscow (according to excavations 1951)]. In: KSIIMK [Brief Communications by Institute of History of Material Culture]. Moscow, 1955, issue 57.

19. Plan goroda Kazani s prilozheniem vokrug goroda seleniy: konformirovannyy 1767 g. [Plan of the city of Kazan with the application around the city of villages: conterminously 1767]. Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv drevnikh aktov (RGADA) [Russian state archive of ancient acts]. Found 192, list 1, case 3.

20. Plan gubernskogo goroda Kazani, sostavlennyy s planov na g. Kazan utverzhdennykh v 1839, 1842, 1845, 1848 gg. [Plan of the provincial city of Kazan, compiled with plans approved by the city of Kazan in 1839, 1842, 1845, 1848]. Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv drevnikh aktov (RGADA) [Russian state archive of ancient acts]. Found 1356, list 1, case 1300.

21. Plan goroda Kazani so slobodami i derevnyami [Plan of the city of Kazan with large villages and villages]. Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv drevnikh aktov (RGADA) [Russian state archive of ancient acts]. Found 1356, list 1, case 1301.

22. Plan goroda Kazani s poselennymi pri nem slobodami. 1867 g. [Plan of the city of Kazan with a settlement with him Sloboda, 1867]. Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv drevnikh aktov (RGADA) [Russian state archive of ancient acts]. Found 1356, list 1, case 1302.

23. Salikhov R.R., Khayretdinov R.R. Tatarstan ^emhyriyate: tatar khalkynyn tarikhi ham madani haykallare

24. Sinitsyna N.P. Restavratsiya i konservatsiya arkheologicheskogo tekstilya i kozhi, razrabotka metodiki [Restoration and conservation of archaeological textiles and leather, the development of techniques]. In: Nekropol' russkikh velikikh knyagin' i tsarits v Voznesenskom monastyre Moskovskogo Kremlya. T. I: Istoriya usypal'nitsy i metodika issledovaniya zakhoroneniy [Necropolis of Russian grand duchesses and queens in the Ascension Monastery of the Moscow Kremlin. Vol. I. History tombs and graves of research methodology]. Compiled and edited by T.D. Panova. Moscow, 2009, pp. 213-221.

25. Sitdikov A.G. Kazanskiy kreml': istoriko-arkheologicheskoe issledovanie [Kazan Kremlin: historical and archaeological research]. Kazan, 2006. 288 p.

26. Spisok s pistsovoy i mezhevoy knigi goroda Sviyazhska i uezda. Pis'ma i mezhevaniya Nikity Vasil'evicha Borisova i Dmitriya Andreevicha Kikina (1565-1567gg.) [List of census and survey book of the town Sviyazhsk and District. Letters

and survey by Nikita V. Borisov and Dmitry Andreevich Kikin (1565-1567)]. Kazan, 1909, 143 p.

27. Tishin D.V., Shakirov Z.G. Dendrokhronologicheskiy analiz drevesiny s ostrova Sviyazhsk [Dendrochronological analysis of wood from the island of Sviyazhsk]. In: Sviyazhskie chteniya [Sviyazhsk reading]. Sviyazhsk, Raifa Virgin's monastery Publ., 2010, issue II, p. 37-39.

28. Shakirov Z.G., Valiev R.R. Novye arkheologicheskie dannye ob osvoenii Sviyazhskogo ostrova v epokhu srednevekov'ya [New archaeological data on development of the Sviyazhsk island in the Middle ages]. In: Nauchnyy Tatarstan [Scientific Tatarstan], 2009, no. 2, p.103-111.

29. Khalikov N.A. Promysly i remesla tatar Povolzh'ya i Priural'ya (seredina XIX -nachalo XX.) [Crafts of the Tatars of the Volga River and the Cis-Urals regions (middle of the XIX - beginning of the XX.)]. Kazan, 1998, 100 p.

30. Shakirov Z.G., Valiev R.R., Sitdikov A.G. O zastroyke posadskoy chasti Sviyazhska (po materialam raskopok 2008 g.)[Concerning the building of the Sviyazhsk Posad (according to excavations 2008)] In: PA [Volga River Region Archaeology]. 2012, no. 2, p.184-210.

31. Yablokov A. Gorod Sviyazhsk Kazanskoy gubernii i ego svyatyni (istoriko-arkheologicheskiy ocherk) [The town of Svijazhsk of Kazan province and its holy sites (historical and archaeological survey)]. Kazan, 1909, 143 p.

Information about the authors:

Abdullin Khalim M., Ph.D. (History), senior research scientist, Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov, Tatarstan Academy of Sciences (Kazan, Russian Federation); Xalimabd@mail.ru

Vizgalova Mariya Yu., laboratory researcher, Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov Tatarstan Academy of Sciences (Kazan, Russian Federation); mutqueen@ mail.ru

Sitdikov Ayrat G., Dr. habil. (History), Director of Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov, the Tatarstan Academy of Sciences, Head of Department, Kazan (Volga Region) Federal University, (Kazan, Russian Federation); sitdikov_a@mail.ru

Starkov Andrej S., research scientist, Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov Tatarstan Academy of Sciences (Kazan, Russian Federation); 2647425@mail.ru

Fedotova Yulia V., laboratory researcher, Kazan (Volga Region) Federal University, (Kazan, Russian Federation); yulia.fedotova86@yandex.ru

Khramchenkova Rezida Kh., D.Sc. (Phisics-Mathematics), head of laboratory, Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov Tatarstan Academy of Sciences (Kazan, Russian Federation); RezidaHram@mail.ru