Что жечь вместо нефти?

Рустэм Хамитов, руководитель Федерального агентства водных ресурсов:

— Воду. Уже существуют технологии, позволяющие получать водород и кислород, используя воду в качестве топливного элемента. А для создания такой технологии используется энергия, вырабатываемая солнечными батареями. Пока это очень дорогостоящие процессы, но будущее именно за ними. Кроме того, у нас в стране есть наработки, позволяющие сжигать воду и нефтепродукты в пропорции 20:80. Это экологично и экономично.

Владимир Сорокин, коммерческий директор компании "АльфаСтрахование":

— Биоэтанол, если от голода не умрем. На самом деле я сторонник альтернативной энергии ветра и солнца.

Эдуард Волков, академик РАН, директор Энергетического института им. Г. М. Кржижановского:

— Искусственную нефть, получаемую из угля и сланца. Эти вещества можно перерабатывать, имея энерготехнологическую схему их использования. Из угля можно получить небольшое количество жидких продуктов, а из сланцев — до 14%. 20 лет назад в Эстонии была внедрена технология по производству сланцевой смолы, причем стоимость искусственной нефти — $15-20 за баррель.

Игорь Коган, председатель правления Оргрэсбанка:

— Может, скоро доллары?

Евгений Тарло, член Совета федерации, член правления ЕврАзЭс:

— Биотопливо. Причем то, которое получается из отходов целлюлозы, а не зерна. Эта технология уже применяется в России. Недавно автомобили "Лада Калина" на биотопливе проехали от Иркутска до Тольятти.

Мирослав Мельник, председатель совета директоров компании "Бетта-групп":

— Лучше ничего не жечь. Природа дала нам неиссякаемые источники энергии в виде солнца, ветра, воды. Я думаю, что восполняемые источники энергии рано или поздно придут на смену нефти. А что бы мы ни сжигали — даже самогонку, сделанную из рапса,— все равно придем к дефициту этого вида энергии. Так что о переходе на биотопливо говорить бесперспективно.

Валентина Назаренко, вице-президент Российского Зеленого Креста:

— Естественные продукты. Это называется "умная энергетика". Особый интерес представляет биогаз, при создании которого используются отходы животных, птиц. Такие технологии очень перспективны: они экономят энергию и освобождают землю от токсичных отходов. В США активно используют ветровую энергию, и нам ничто не мешает последовать их примеру, тем более что пространство позволяет — взять хотя бы азиатскую часть России. Даже в Москве есть несколько мест, где вполне можно установить ветровые станции, например на Воробьевых горах, на юге столицы. При грамотном использовании это поможет обеспечить электроэнергией близлежащие районы.

Виктор Шаповал, заместитель гендиректора ОАО МОЭСК:

— С экономической точки зрения лучше нефти только газ. На втором месте — уголь. Но есть и традиционное российское топливо — торф. Первоначальное развитие энергетики России шло именно с торфа. Тем более что сегодня есть дополнительные разработки, которые повышают эффективность его сжигания.

Михаил Тарасенко, председатель Горно-металлургического профсоюза России, депутат Госдумы:

— Нужно развивать угольную промышленность и ядерную энергетику. К биотопливу я отношусь скептически: оно может применяться, но далеко не в тех масштабах, которые сопоставимы с нефтью. И все-таки, пока есть нефть, мы будем пользоваться нефтью. А когда она закончится, будем искать энергоносители в космосе.

Алексей Яблоков, член-корреспондент, советник РАН:

— В самом коротком периоде в качестве альтернативных источников энергии, безусловно, надо будет использовать газовые ресурсы. Однако наиболее рациональным было бы использование органического возобновляемого топлива. Не дров, конечно, а древесного спирта. В долгосрочной же перспективе самая экономически выгодная технология — геотермальная энергетика. Ее можно развивать где угодно — в любой точке России есть возможность создания тепловых установок, получающих энергию из недр земли. Теплая подземная вода есть везде. А потенциал ее огромен — например, теплое подземное озеро в Ленинградской области способно дать больше энергии, чем Ленинградская АЭС. Но из-за нефтяного и атомного лобби геотермальные технологии не развиваются государством, хотя требуют гораздо меньше вложений. На атомную энергетику государство тратит $50 млрд — десятая часть этих денег, вложенная в геотермальные разработки, помогла бы полностью вытеснить опасную огневую энергетику.

Владимир Полеванов, президент консорциума "Золотой мост", бывший губернатор Амурской области:

— Водород. У нас неограниченные запасы водорода, причем даже в центральной части — в Липецкой и Воронежской областях. Да и добыча водорода легче и дешевле, чем добыча нефти, запасы которой сокращаются. Водородные залежи — на глубине 1-2 км. Уверен, что уже через несколько лет российское производство перейдет на водород.