Несинтаксические ограничения на инкорпорацию в чукотском

А. И. Виняр, Е. А. Герасименко

НИУ ВШЭ, Москва

НЕСИНТАКСИЧЕСКИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ НА ИНКОРПОРАЦИЮ В ЧУКОТСКОМ1

1. Введение

Данная статья посвящена ранее практически не описанным типам инкорпорации в чукотском языке, а именно: инкорпорации глагольной основы (причастия) в имя, инкорпорации глагола в глагол и инкорпорации пространственных аргументов глаголов перемещения (Цели и Источника). В статье показано, что ограничения на образование этих типов инкорпоративных комплексов наиболее естественно выводятся из семантики их компонентов, а не из синтаксических отношений между этими компонентами.

Статья устроена следующим образом. В Разделе 2 представлена краткая информация о чукотском языке и механизме инкорпорации в нем, в Разделе 3 описана инкорпорация глагольной основы в именную основу. В Разделе 4 дана необходимая информация о глаголах перемещения и их аргументах в чукотском. Раздел 5 посвящен описанию инкорпорации пространственных аргументов глаголов перемещения. В Разделе 6 освещаются отдельные типы инкорпорации глагола в глагол в чукотском и проводится их сравнение с инкорпорацией пространственных участников в глагол. Раздел 7 посвящен обобщению и выводам.

2. Чукотский язык и инкорпорация

2.1. Необходимые сведения о чукотском языке

На чукотском языке, принадлежащем чукотско-камчатской языковой семье, говорят около 5100 человек [ВПН 2010].

1 Статья подготовлена в ходе проведения исследования (№17-050043) в рамках Программы «Научный фонд Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ)» в 2017-2018 гг. и в рамках государственной поддержки ведущих университетов Российской Федерации «5-100».

Из основных фактов грамматики чукотского языка, необходимых для обсуждения материала настоящей статьи, стоит привести следующие. В части видовременных форм оба аргумента обязательно индексируются на глаголе (1), выражение же аргументов полными именными группами не обязательно (подробнее о принципах, определяющих выражение центральных аргументов глагола, см. [Dunn 1999: 341-355]). Падежное маркирование в чукотском подчиняется эргативной стратегии: если центральные аргументы выражены, то агентивный участник переходного глагола маркируется инструментальным падежом, а пациентивный участник переходного (так же как и единственный участник непереходного глагола) маркируется номинативом2 (1)-(2)3.

(1) dthy-e ekk-in wah-0

отец-INS сын-POSS нож-NOM.SG 0-pdne-ni-n

2/3^М-точить-3 SG.A.3.O-3SG.O 'Отец поточил нож сына'.

2 Вслед за работой [Muravyova et al. 2001: 310-311] мы называем падежи в чукотском инструменталисом и номинативом, а не эргативом и абсолютивом. Хотя выбор ярлыка для падежа во многом зависит от описательной традиции, в случае чукотского предпочтительнее называть падеж A-участника инструменталисом. Внутренний (морфо)синтаксис именных групп, маркированных инструментальным падежом, не зависит от того, обозначают ли они Агенса или Инструмент (см. [Dunn 1999: 159-160]), и совпадает с внутренним (морфо)синтаксисом именных групп в других косвенных падежах, отличаясь от поведения именных групп в номинативе.

3 Все примеры без указания источника получены авторами и их коллегами от носителей чукотского языка в ходе полевой работы в с. Амгуэма (Иультинский район, Чукотский АО) в 2016-2017 гг. в ходе совместной экспедиции Школы лингвистики НИУ ВШЭ и ОТиПЛ МГУ. Мы благодарны нашим учителям чукотского языка и другим жителям Чукотского полуострова, с которыми нам посчастливилось встретиться. Также мы благодарны нашим коллегам-товарищам по экспедиции, участникам XIII Конференции по типологии и грамматике для молодых исследователей и в особенности анонимным редакторам и рецензентам настоящей статьи за все комментарии, замечания и пожелания. Любые ошибки, неточности и неверные интерпретации, которые могут встретиться в тексте настоящей статьи, остаются, безусловно, исключительно на совести авторов.

(2) уэтэ-ka-jpa qora-t 0-yantek-w?e-t я-OBL-ABL олень-NOM.PL 2/3.S/A-y6eraTb-TH-PL 'От меня убежали олени'.

Кроме номинатива и инструменталиса, в чукотском языке существует и набор косвенных падежей, выражающих в том числе и значения пространственной ориентации (подробнее см. [Dunn 1999: 115-117, 273-286]). Внутри фонологического слова в чукотском языке действуют правила гармонии гласных и чередования согласных (подробнее о фонологии и морфонологии чукотского языка см. [Muravyova et al. 2001: 293-308]).

2.2. Инкорпорация в чукотском языке

Важной типологической характеристикой чукотского языка является способность переходного глагола инкорпорировать прямой объект (3)-(4), а непереходного глагола — подлежащее (5)4 При инкорпорации зависимый компонент (инкорпорированная основа) теряет всю словоизменительную морфологию и включается в инкорпорирующую словоформу, непосредственно примыкая слева к инкорпорирующей основе (вершинному компоненту).

(3) dthy-e 0-wala-mna-ne-n ekdk-0 отец-INS 2/3S/A-нож-точить-3SG.A.3.O-3SG.O сын-NOM.SG 'Отец поточил нож сына'.

(4a) epeqej-ne riiqd~rii

бабушка-AN.OBL каша-RDP.NOM.SG

0-r-ejmew-ni-n yaakka-ytd

2/3S/A-TR-приближаться-3SG.A.3.O-3SG.O дочь-ALL

(4б) epeqej-0 0-reiqd-n-ejmek-w?-e

бабушка-NOM.SG 2/3S/A-каша-TR-приближаться-TH-2/3SG.S

yaakka-ytd

дочь-ALL

'Бабушка подала кашу дочке'.

4 Инкорпорированное подлежащее, как правило, является пациен-тивным участником [Недялков 1977; 1982], однако см. работу [Po1insky 1990], где представлен альтернативный анализ.

(5) уэт ts-qaa-ysntak-wPa

я lSG.S/A-олень-убегать-ТН

'От меня убежали олени' / 'Мои олени убежали'.

С точки зрения типологии инкорпорации, чукотский можно отнести к языкам III типа ([Mithun 1984; Rosen 1989; Spencer 1995; Baker et al. 2005]). Согласно определению [Mithun 1984], третий тип инкорпорации предполагает выражение с помощью инкорпорированного имени уже известных, не новых и не обладающих дискурсивной важностью участников ситуации ([Mithun 1984: 859]). В чукотском языке продуктивно и регулярно в глагол инкорпорируется пациенс или тема, переставая индексироваться как аргумент этого глагола и «освобождая» аргументную позицию для другой именной группы (ср. (1)-(2) и (3)-(5) соответственно). Инкорпорация в чукотском, как показано в работах [Polinskaja, Nedjalkov 1987; Kozinsky et al. 1988], может быть использована для манипуляции информационной структурой — инкорпорированный аргумент, как правило, не является ни темой, ни ремой высказывания. Схожие свойства наблюдаются и в амгуэмском говоре чукотского языка. Проиллюстрировать это может следующий пример из текста, описывающего зимнюю кочевку. В примере (6) в дискурс впервые вводятся нарты, на которые мужчины грузят сложенные яранги. В следующей клаузе именной корень orws, обозначающий нарты, которые более не являются ни новым, ни центральным участником дискурса, инкорпорированы в основу глагола 'равнять' (7).

(6) n-ine-t-iyey-yd-muri orwd-t ST-INV-MAKE-ноша-MAKE-NP.lPL нарта-NOM.PL '... Загружаем нарты...'.

(7) dnqord qlawal-te потом мужчина-NOM.PL n-orwd-n-peyt-aw-qena-t=?dm ST-нарта-CS-прямой-TR-ST.3SG-PL=EMPH

'Потом мужчины строят загон из нарт (букв. «Равняют нарты»)'.

Наиболее важными работами по инкорпорации подлежащего непереходного глагола и прямого объекта переходного глагола в

чукотском являются [Скорик 1948b; Недялков 1977, 1982; Polinskaja, Nedjalkov 1987; Polinsky 1990; Spencer 1995; Муравьева 2004].

В чукотском языке существуют и гораздо менее характерные для языков мира (а также менее изученные) типы инкорпора-тивных комплексов. Как отмечено в работах [Скорик 1948b; Muravyova et al. 2001; Муравьева 2004], в чукотском языке в глагол могут инкорпорироваться не только аргументы (3)-(5), но и адъюнкты. В частности, в непереходный глагол может инкорпорироваться участник с ролью Цели (8) [Скорик 1948b: 72-73]5.

(8) 0-yatya-lqat-y?-e walwa-jya-n

2/3 8М-озеро-пойти-та-2/3 SG. S ворон-AUG-NOM.SG 'К озеру пошел ворон'.

Такие примеры цитируются в описаниях [Скорик 1948b, 1977; Muravyova et al. 2001], однако какой-либо информации о регулярности образования таких конструкций не дается. Подробно не комментируется инкорпорация Цели и в работе [Spencer 1995], дающей формальный анализ инкорпорации в чукотском. Мы рассмотрим подобные комплексы и опишем ограничения на их образование в Разделе 5 настоящей работы.

В чукотском языке существуют и инкорпоративные комплексы, в которых соединены основы двух глаголов [Скорик 1948b; Dunn 1999; Виняр 2016]. В этой работе мы сопоставим один из типов инкорпорации глагола в глагол с инкорпорацией имени в глагол (Раздел 6).

Другой особенностью чукотского языка является способность существительных инкорпорировать зависимые имена (9), прилагательные (10) и основы глаголов (11).

(9a) 0-ra-tamnew-ni-n

2/3. S/A-TR-теряться^ SG.A.3.O-3SG.O saj-koka-ken kayaryajpa-n

чай-кастрюля-REL крышка-NOM.SG

5 Следует отметить, что по крайней мере с точки зрения обязательности участник с ролью Цели не является аргументом глагола (t)qat 'пойти' в чукотском. Высказывание qat-y?-i 'пойти-th-2/3sg.s (Он ушел)' вполне может служить ответом на вопрос Emi Alosa? 'Где Алеша?'.

(9б) 0-ra-tamnew-ni-n

2/3. S/A-TR-теряться-3 SG.A.3.O-3SG.O saj-koka-kaY^rYajpa-n чай-кастрюля-крышка-NOM. SG

'Он потерял крышку чайника («чайной кастрюли»)'.

(10a) n-ewdiqd-qin wah

ST-тупой-ST.3SG нож.ШМ^ 0-pdne-ni-n

2/3^/А-точить-3 SG.A.3.O-3SG.O

(10б) awdiqd-waid 0-pdne-ni-n

тупой-нож.ШМ. SG 2/3. S/A-точить -3SG.A.3.O-3SG.O 'Он поточил тупой нож'.

(11a) tawtawd-i?d-n ?dtt?d-qej-0

лаять-ATR-NOM.SG собака-DIM-NOM.SG

0-rd-qametwa-w-ne-n

2/3.S/A-TR-есть-CS-3SG.A.3.O-3SG.O

(11б) tawtaw-?dtt?d-qaj-0

лаять-собака-DIM-NOM.SG 0-rd-qametwa-w-ne-n 2/3.S/A-TR-есть-CS-3SG.A.3.O-3SG.O 'Он покормил лающую собаку'.

Как показано в грамматиках [Dunn 1999; Muravyova et al. 2001], инкорпорация в существительное является необязательной в номинативных именных группах, но обязательна во всех остальных падежах. Таким образом, именная группа всех падежей кроме номинатива всегда представляет из себя одну словоформу. Именно поэтому в данной работе мы рассмотрим только номинативные именные комплексы. Исследование инкорпорации всех типов именных зависимых выходит за рамки данной работы: в этой статье мы рассмотрим только инкорпорацию глагольной основы в именную основу. Эта конструкция без инкорпорации соответствует конструкции «причастие — имя в номинативе» (ср. (11a) и (11б)).

2.3. Теоретические подходы к инкорпорации

До сих пор абсолютное большинство работ по инкорпорации было посвящено «классической инкорпорации», т. е. продуктивному включению имени — внутреннего аргумента глагола (прямой объект переходного глагола и подлежащее неаккузативного глагола) в глагол. Это касается как «лексикалистских» подходов, рассматривающих инкорпорацию как лексическую операцию (см. [Rosen 1989; Spencer 1995]), так и деривационно-синтаксических, анализирующих инкорпорацию как перемещение вершины (headmovement) в синтаксисе ([Baker 1988, 1996; Baker et al. 2005]). При этом по крайней мере некоторые языки (см. [Merlan 1976; Evans 2003]) помимо такой «классической» инкорпорации допускают и инкорпорацию имен, обозначающих участников, не являющихся Темами/Пациенсами. Некоторые недавние формально-синтаксические подходы к инкорпорации ([Muro 2009; Barrie 2015]) обсуждают возможность инкорпорации косвенных объектов, упоминая наличие таких конструкций в языках с инкорпорацией, однако не комментируют ограничения на образование таких конструкций. В результате складывается ситуация, при которой инкорпорация косвенного объекта оказывается вне теоретических дискуссий об именной инкорпорации в целом. C одной стороны, инкорпорация косвенного объекта наблюдается в языках с продуктивной и регулярной инкорпорацией, что говорит о схожести инкорпорации косвенного объекта с «классической» инкорпорацией. C другой стороны, до сих пор малоизвестны ограничения на инкорпорацию косвенного объекта даже в отдельных языках. Это приводит к тому, что некоторые исследователи инкорпорации в принципе не рассматривают инкорпорацию косвенного объекта (и другие «неклассические» случаи инкорпорации), см. рассуждения в [Baker 1996; Baker 2009] о том, что все случаи инкорпорации косвенного объекта являются разновидностью основосложения (compounding), то есть исключительно лексического и непоследовательного процесса.

Такой «игнорирующий» подход к «неклассической» инкорпорации критиковался исследователями языков, в которых «неклассическая» инкорпорация встречается наравне с «классической» (см. [Spencer 1995] для чукотского языка и [Evans 2003] для языка пининь кун-уок). На наш взгляд, вопрос о принадлежности или

непринадлежности двух явлений к одному более общему является скорее вопросом классификации, а не лингвистического исследования (см. [Croft 2001: 29-45]). Куда более важным является детальное рассмотрение поведения и ограничений на образование конструкций в языках мира. Именно поэтому одна из целей нашей работы — показать на материале чукотского языка, что образование комплексов, отличающихся по структуре от «классической инкорпорации», не является непредсказуемым и нерегулярным, хотя и отличается от «классической инкорпорации» в некоторых аспектах. Как мы покажем далее, при инкорпорации глагола в имя, глагола в глагол и пространственного участника в глагол задействованы определенные регулярные правила, что говорит против решения задавать такие комплексы списком в словаре и в пользу дальнейшего изучения подобных конструкций в чукотском и других языках.

3. Инкорпорация основы зависимого глагола в именную вершину

В этом разделе мы рассмотрим особенности категории причастия и инкорпорации причастия в чукотском. В Разделе 3.2 показано, что конструкции с инкорпорированным причастием возможны только при определенной аспектуальной семантике («постоянного признака предмета» или «необратимого воздействия на предмет»). Цель Раздела 3.3 — показать, что на образование инкорпоративных комплексов с зависимым компонентом-причастием в чукотском влияют прежде всего никак не выраженные мор-фосинтаксически характеристики ситуации, обозначенной глаголом.

3.1. Причастие в чукотском

Причастие в чукотском образуется от глагольной основы с помощью двух показателей: -I? и -jo. Вопросы, связанные с образованием и функционированием причастий (в частности — вопрос релятивизации в чукотском), описаны в [Polinsky 1994] и [Dunn 1999: 138-143]. Для целей данной статьи важно лишь то, что причастные формы с положительной полярностью, релятиви-

зующие Б6-участника7 (далее — «активные»), образуются с помощью суффикса -I? (12).

(12) эпап 04?и-т-п

он.ШЗ 2/3.8/Л-видеть-380.Л.3.0-380.0 peqentatэ-i?э-n ymqej-0 упасть-ЛТЯ^ОМ.БО мальчик-NOM.bg 'Он увидел падающего/упавшего мальчика'.

Причастия, релятивизующие Р-участника переходного глагола (далее — «пассивные»), маркируются суффиксом -о (13).

(13) 04?и-т-пе^ 2/3.Б/Л-видеть-380.Л.3.0-380.0-РЬ tajkэ-jo-t ]'ага^ делать-РТСР.РЛВБ^ОМ.РЬ дом-N0М.PL 'Он увидел построенные/строящиеся дома'.

Нужно отметить, что причастные формы, как активные, так и пассивные, в чукотском не различают результативных и нерезультативных значений8, ср. примеры (12), где употребляется активное причастие, и (13), в котором используется пассивное причастие.

Аналитической конструкции как с активным (12), так и с пассивным причастием (13) может соответствовать комплекс, в котором в имя инкорпорирован глагол (14б). Таким образом, общий для чукотских инкорпоративных комплексов порядок Зависимое-Вершина сохраняется (см. глагольные комплексы в

6 Здесь и далее под Б-участником понимается единственный участник (выраженный в чукотском номинативом) синтаксически непереходного глагола, под Л-участником — активный участник (выраженный инстру-менталисом) синтаксически переходного глагола, под Р-участником — пациентивный участник переходного глагола (выраженный в чукотском номинативом). В случае с непереходными глаголами, обозначения БЛ и БР соответствуют агентивным и пациентивным единственным участникам соответственно.

7 Здесь и далее роль участника (Б, Л, Р), которого релятивизует причастие, определяется по отношению к клаузе, обозначенной причас -тием, а не по отношению к клаузе, в которой находится именная группа с причастием.

8 Это семантическое свойство /?-причастия было впервые отмечено в работе [Скорик 1948а].

(3)-(5), где правую позицию занимает глагол). В дальнейшем мы будем называть конструкции типа (14б)-(15) «инкорпорацией глагола в имя».

(14a) tip?ejye-i?э-n yewэsqet-0

петь-ATR-NOM.SG девушка-NOM.SG

'Поющая (в данный момент) девушка / Девушка, которая постоянно поет'.

(14б) tip?ejye-yewдsqet-0 петь-девушка-NOM.SG

'Девушка, которая постоянно поет / Певица'.

(15) emte-waia-jyд-n нести.на.себе-нож-AUG-NOM.SG

'Большой поясной нож' («нож, который носят на поясе»).

В следующем разделе мы рассмотрим семантические типы глагольно-именных комплексов и определим ограничения на их образование.

3.2. Возможные именные комплексы с инкорпорированным глаголом

Так как причастия в чукотском не дифференцированы по аспекту, то и ситуации-процессы, и ситуации-результаты могут быть выражены в чукотском морфосинтаксически одинаковыми аналитическими конструкциями с причастием. Однако далеко не все типы ситуаций могут быть выражены комплексом с глаголом, инкорпорированным в имя. Конструкции с инкорпорированным глаголом выражают более ограниченный набор значений и могут быть поделены на два типа: комплексы, где инкорпорированный глагол обозначает постоянную характеристику участника, обозначенного именем-вершиной (14)-(16), и комплексы, в которых глагол обозначает завершенное действие, повлекшее существенное (часто — необратимое) изменение участника (17)-(19).

(16) 0-?ejyew-m-n kдtYэntд-yenqaj-0

2/3. S/A-звать-3 SG.A3.O-3 SG.O бегать-мальчик-NOM. SG 'Он позвал постоянно бегающего мальчика (того, который все время бегает, бегуна)'.

(17) tэ-piri-y?e-n pэtkэntэ-qepэl-0 1SG.S/A-брать-TH-3SG.O лопаться-мяч-NOM.SG 'Я взял лопнувший мяч'.

(18) 0-resqik-w?i tajkэ-jara-k 2/3.S/A-входить-3SG.S строить-дом-LOC 'Он вошел в построенный дом'.

(19a) tэ-piri-Y?e-n simetэ-i?э-n

1SG.S/A-брать-TH-3SG.O ломаться-ATR-NOM.SG ^цэ-П

чашка-NOM.SG

(19б) tэ-pm-Y?e-n semat-kojцэ-n

1SG.S/A-брать-TH-3SG.O ломаться-чашка-NOM.SG 'Я взял разбитую чашку'.

Различие между двумя типами комплексов возникает из разницы акциональных классов инкорпорированных глаголов. Предельные предикаты, аргумент которых в результате действия получает существенные изменения, образуют комплексы со значением «необратимого изменения» (17)-(19), инкорпорируясь в имя, выражающее измененного участника. В то же время глаголы, обозначающие преимущественно непредельные ситуации, или потенциально предельные ситуации, в которых имя — вершина комплекса не подвергается изменениям, образуют комплексы со значением «постоянной характеристики» (14)-(16). Следует отметить, что значение комплекса не зависит от типа релятивизуемого участника, так как существуют примеры инкорпорации со значением «постоянной характеристики» причастий, релятивизующих как P-участника (15), так и Л-участника (20). Отметим, что комплексы со значением «существенного изменения» образуются только при инкорпорации причастий, релятивизующих 8р- (19) или Р-участников (18). Это объясняется тем, что А или 8л участники как правило не претерпевают изменений в ходе протекания ситуации, обозначенной причастием.

(20а) эпап 0-?ejyew-m-n цinqej-0

он.ШЗ 2/3.S/A-звать-3SG.A.3.O-3SG.O мальчик-ШМ^

kupre-swi-l?d-n

сеть-резать-ATR-NOM. SG

'Он позвал мальчика, режущего сеть'.

(20б) dnan 0-?ejyew-ni-n

он.ШЗ 2/3.S/A-звать-3SG.A.3.O-3SG.O

kupre-swi-yinqej-0

сеть-резать-мальчик-NOM.SG

'Он позвал мальчика, постоянно портящего сети'.

При этом не все глагольные основы могут быть инкорпорированы в имя. Судя по всему, инкорпоративным комплексом не могут быть выражены те ситуации, в результате которых реля-тивизованный участник не изменяется необратимо (перестает или начинает (18) существовать, ломается, меняет форму (17), (19)) и которые не могут пониматься как постоянная характеристика. В примере (21) мальчик не меняется в результате падения необратимо, в отличие от примера (17), где в результате «лопанья» мяч приходит в негодность.

(21a) dnan 0-l?u-ni-n

он.ШЗ 2/3.S/A-видеть-3SG.A.3.O-3SG.O peqetat-l?d-n yinqej-0

падать -ATR-NOM. SG мальчик-NOM.SG

(21 б) *dnan 0-i?u-ni-n

он.ШБ 2/3.S/A-видеть-3SG.A.3.O-3SG.O

peqetat-yenqaj-0

падать -мальчик-NOM. SG

Ожидаемое значение: 'Он увидел упавшего мальчика'9.

Следует отметить, что инкорпорированная глагольная основа не может обладать актуально-длительной интерпретацией (22)-(23).

(22) dnan 0-?ejyew-ni-n

он.ШБ 2/3.S/A-звать-3SG.A.3.O-3SG.O

9 Следует отметить, что интерпретация 'Он увидел мальчика, который постоянно падает' не делает эту конструкцию допустимой.

tip?ejye-l?э-yewэsqet- 0 петь-Ата-девушка-дам^

а. 'Он позвал поющую (любящую петь) девушку'.

б. # 'Он позвал поющую (сейчас, в данный момент) девушку'.

(23а) 0-?ejyew-m-n kэtYэntэ-i?э-n

2/3.S/A-звать-3SG.A.3.O-3SG.O бегать-АШ-ШМ^ цinqej-0

мальчик-^М^

'Он позвал бегущего мальчика'.

(23б) 0-?ejyew-m-n kэtYэntэ-цenqaj-0

2/3. S/A-звать-3 SG.A3.O-3 SG.O бегать-мальчик-ШМ. SG 'Он позвал постоянно бегающего мальчика (бегуна)'. / # 'Он позвал бегущего мальчика'.

Ограничения на значение инкорпоративной конструкции проявляются и в невозможности инкорпорировать в имя основы глаголов перемещения типа 'приходить', 'уходить'. Обозначаемые такими глаголами ситуации, с одной стороны, не оказывают необратимого воздействия на перемещающегося участника, а с другой стороны, не могут быть интерпретированы как его постоянная характеристика (24).

(24а) 0-?ejyew-m-n ekwetэ-i?э-n

2/3. S/A-звать-3 SG.A3.O-3 SG.O уйти-ATR-NOM. SG

эt^ЭYЭ-n

Oтец-NOM.SG

(24б) *0-?ejyew-m-n ekwet-эt^ЭYЭ-n

2/3.S/Л-звать-3SG.Л.3.O-3SG.O уйти-отец-NOM.SG Ожидаемое значение: 'Он позвал ушедшего/постоянно уходящего отца'.

С другой стороны, глагол ekwet- 'уйти' может быть инкорпорирован в своем переносном значении, образуя комплексы со значением 'ушедший навсегда, умерший Х' (25). В этом случае можно считать, что инкорпорированный глагол обозначает ситуацию, необратимо изменяющую релятивизованного участника.

(25) ekwet-3tl9Y9-n

уйти-отец-NOM.SG 'умерший отец'

Таким образом, глагольно-именные комплексы в чукотском образуются в том случае, когда инкорпорированный глагол обозначает либо постоянную характеристику участника, либо ситуацию, существенно (или необратимо) изменяющую участника. Из этих принципов следуют и описанные выше ограничения на инкорпорацию. Кроме того, оба принципа в некотором смысле объединены общим компонентом. Оба типа инкорпорации глагола в имя выражают «постоянный признак»: либо приобретение этого постоянного признака (инкорпорация со значением «необратимого изменения»), либо обладание этим постоянным признаком (инкорпорация со значением «постоянной характеристики»). Семантика инкорпорированных в имя глаголов, таким образом, близка семантике предикатов индивидного уровня (individual-level predicates, см. [Kratzer 1995]) в других языках.

В следующем разделе мы обсудим, почему подобные ограничения на инкорпорацию глагола в имя с трудом поддаются описанию с точки зрения анализа инкорпорации как синтаксической трансформации.

3.3. Инкорпорация в имя: возможность синтаксического описания

Для представления чукотских глагольно-именных комплексов как результата трансформации аналитической конструкции необходимо, чтобы каждому инкорпоративному комплексу соответствовал некоторый аналитический аналог. Если ограничения на образования комплексов являются синтаксическими, то способность или неспособность аналитической конструкции преобразовываться в инкорпоративную должна зависеть от синтаксических свойств конструкции.

Нельзя сказать, что инкорпорация глагола в имя носит нерегулярный характер — если причастие обозначает постоянную характеристику или ситуацию, повлекшую необратимое изменение релятивизуемого имени, то, согласно нашим данным, инкорпорация причастия в имя является вполне регулярным процессом. Однако разница между конструкцией с причастием, у которой

существует инкорпоративный синоним, и конструкции с причастием, семантика которой не может быть выражена с помощью инкорпоративного комплекса, лежит только в области семантики (ср. примеры (26a) и (26б)).

(26a) 0-?ejyew-ni-ne-t tip?ejye-i?d-t

2/3. Б/Л-звать-3 SG.A.3.O-3 SG.O-PL петь-ATR-NOM.PL

yewdsqet-ti

девушка-NOM.PL

'Он позвал поющих девушек'.

'Он позвал постоянно поющих девушек (певиц)'.

(26б) 0-?ejyew-ni-ne-t tip?ejye-yewdsqet-ti

2/3.S/Л-звать-3SG.A.3.O-3SG.O-PL петь-девушка-NOM.PL

# 'Он позвал поющих девушек'.

'Он позвал постоянно поющих девушек (певиц)'.

Таким образом, для инкорпорации причастия в чукотском наиболее естественным является описание без обращения к аналитическому аналогу инкорпоративной конструкции. Инкорпорированный в имя глагол может выражать значение постоянного признака или необратимого изменения участника, обозначенного релятивизованным именем, независимо от того, как синтаксически устроена аналитическая конструкция с именем, выражающая то же значение. С другой стороны, инкорпорированный в имя глагол никогда не выражает некоторых значений (таких как семантика актуальной длительности).

4. Чукотские глаголы перемещения

4.1. Выражение направления (Path) и способа (Manner) перемещения в чукотском

В этом разделе мы кратко опишем необходимую информацию о глаголах перемещения в чукотском. Здесь представлены только основные сведения, необходимые нам в дальнейшем изложении.

Направление и траектория перемещения (Path) лексика-лизуется в основе глагола10, в то время как характер или способ

10 Это означает, что разные комбинации этих значений выражаются разными глагольными основами.

перемещения (Manner) [Talmy 2000] в большинстве случаев выражается конвербом, оформленным показателем инструменталиса11 (27).

(27) yinqej-0 jara-Ytd 0-ekwet-Y?-i

мальчик-NOM.SG дом-ALL 2/3.8/Л-уйти-ТИ-2/3.80.8 kdtY3ntat-a kaletkora-jpd бежать-INS школа-ABL 'Мальчик побежал из школы домой'.

Глагол, выражающий способ перемещения, может быть инкорпорирован в глагол, обозначающий перемещение (28).

(28a) Ya^a-t 0-ekwetd-rkdt riy-e

птица-NOM.PL 2/3^/Л-уйти-1РЕУ^ лететь-INS

(28б) Yafya-t 0-riy-ekwetd-rkdt

птица-NOM.PL 2/3^/Л-лететь-уйти-1РЕУ^ 'Птицы улетают / собираются улететь'.

При этом сами глаголы, кодирующие способ перемещения (летать, бегать), скорее не способны самостоятельно выражать направленное перемещение (ср. (27) и (29)), а при самостоятельном употреблении в наиболее перфективной форме12 выражают начало движения (30) или протекание процесса движения в прошлом13 (29).

(29) ^yinqej-0 jara-Ytd 0-kdtYdntat-Y?-e мальчик-NOM.SG дом-ALL 2/3^/Л-бежать-ТН-2/3^ kaletkora-jpd

школа-ABL

'Мальчик бежал из школы домой'.

(30) yinqej-0 0-kdtYdntat-Y?e мальчик-NOM.SG 2/3. S/A-бежать-2/3 .SG 'Мальчик побежал'.

11 Остается вопросом, является ли подобный нефинитный глагол вершиной зависимой клаузы (как другие чукотские конвербы [Dunn 1999: 244]).

12 В чукотском языке наиболее перфективная форма является немаркированной.

13 Возможно, что процессуальные интерпретации таких глаголов в форме аориста возникают как импликации (побежал ^ бежит).

Существует несколько основных наименее специфицированных (с точки зрения способа перемещения или типа перемещающегося участника) глаголов перемещения (в (28) один из них сочетается с субъектом-животным, в (32) — с человеком): pkir-'прибыть' (31), ekwet- 'уйти' (32), 'пойти'14 (35), Yaia-

'пройти, обогнать' (34) ире^эпШ- 'вернуться' (33). Как видно из примеров ниже, способ перемещения, обозначенного этими глаголами, может быть выражен с помощью инкорпорации в них основ глаголов с соответствующим значением.

(31) YaiYa-t 0-riye-pkir-Y?e-t птица-дам^ 2/3^/А-взлететь-прибыть-Ш^ weem-sormэ-k

ре^^ШЕ^С

'Птицы прилетели на берег речки'.

(32) tэ-ra-raswэy-akwat-Y?a

1 SG.S/Л-FUT-бежать.в .гонке-уйти-та 'Я побегу в соревнованиях'.

(33) эt^ЭYЭ-n отец-ШМ^ 0-r?iie-peiqэntet-Y?i

2/3^/Л-скакать.в.гонке.на.оленях-вернуться-2/3 SG. S 'Отец прискакал обратно на олене'.

(34) ymqej-e raswэn-Yala-m-ne-t мальчик-1Ш бежать-обогнать-3SG.Л.3.O-3SG.O-PL цeekkeqeY-ti

девочка-дам^

'Мальчик бегом обогнал девочек'.

14 Основа глагола ^эи 'пойти' встречается в двух разных формах — срединной и начальной (без первого согласного). Разница в зна -чении между 'пойти' и eкwet- 'уйти' кажется достаточно слабо выраженной. В большинстве контекстов носители считают эти глаголы взаимозаменяемыми, некоторые предпочитают использовать только один из этих глаголов.

(35) ^э1уэ^э-^э^у?а

1 БО^/Л-бежать-пойти-ТН 'Я побежал'.

Факультативные пространственные участники с ролью Цели при этих глаголах оформляются аллативом, а участники с ролью Источника — аблативом (27) (кроме глагола уа1а- 'обогнать', являющегося Л-лабильным и не рассматриваемого далее). Тем не менее, глаголы различаются тем, в какой из двух точек (Цель или Источник) находится участник в перфективной ситуации. Часть глаголов обозначает достижение Цели (то есть завершение перемещения), а часть — покидание Источника (то есть начало перемещения). В двух следующих разделах мы поделим представленные основные глаголы перемещения на эти две группы. Это разделение не обязательно говорит о том, что для глаголов первой группы Цель является аргументом, а Источник — адъюнктом (и наоборот), а скорее демонстрирует разницу семантики глаголов этих двух групп.

4.2. Глаголы, выражающие достижение Цели Основным глаголом, ориентированным на «достижение конечного пункта траектории (Цели)», является глаголpkir- 'прибыть', который в форме аориста не имеет процессуальной интерпретации, а означает только достижение Цели (36).

(36) эНЭУЭ-П waam-etэ отец-ЫПМ.БО 2/3.Б/Л-прибыть-ТН-2/3.8О.8 река-ЛЬЬ vezdehod-a

вездеход-ШБ

'Отец приехал к реке на вездеходе'.

Другим таким глаголом являетсяре^эШе^ 'вернуться' (37)15:

(37) t-peiqэntet-y?a-k jara-k tэ-qametwa-rkэn

1 БО.Б/Л-вернуться-ТН- 18О.Б дом-ШС 18О.8/Л-есть-1РЕУ 'Вернулся (домой), сижу дома и ем'.

15 Некоторые носители употребляют этот глагол чаще в значении 'развернуться'.

4.3. Глаголы покидания Источника и начала движения к Цели Другие глаголы в наиболее перфективной форме обозначают начало движения к Цели (38)-(39).

(38) эt^ЭYЭ-n yaiwэi-epэ 0-ekwet-Y?-i отец-шм^ стадо-Л^ 2/3^/А-уйти-1Н-2/3^^ ramaj-etэ

поселок-ALL

'Отец ушел со стада в поселок'.

(39) miYsir-etэ

работа-ALL 2/3. S/A-пойти-TH-2/3.SG. S 'Он пошел на работу'.

В отличие от остальных вышеперечисленных глаголов, у глагола (в имперфективной форме возможна актуально-длительная интерпретация (40).

(40) welэtkora-Ytэ tэ-iqэtэ-rkэn! магазин-ALL ^^/А-пойти-ОТУ

{— Куда ты идешь?} '— Я иду в магазин!'

Данное разделение на глаголы «достижения Цели» и глаголы «покидания Источника» оказывается важным с точки зрения ограничений на инкорпорацию, несмотря на то, что не накладывает на глаголы и их пространственных участников никаких собственных морфосинтаксических ограничений (клаузы с глаголами обоих типов могут содержать как Цель (выраженную именной группой, оформленной аллативом), так и Источник (выраженный именной группой, оформленной аблативом)).

5. Инкорпорация пространственных участников в чукотском

5.1. Инкорпорация участника с ролью Источника перемещения

Некоторые из рассмотренных нами выше глаголов ^Ыг-'прибыть', ре^эШе^ 'вернуться'16) допускают инкорпорацию

16 Не все носители допускают инкорпорацию какого-либо пространственного участника в этот глагол. Возможно, это связано с тем, что для ряда информантов глаголре^эМе^ значит 'развернуться', а не 'вернуться'.

участника с ролью Источника перемещения, оформленного аблативом в аналитической конструкции (41)-(42).

(41а) ymqej-0 0-jara-pker-y?-e

мальчик-NOM.bg 2/3.Б/Л-дом-прибыть-ТН-2/3.8О.8

kaletkora-ytэ

школа-ЛЬЬ

(41 б) ymqej-0 Ф^^г-у?^

мальчик-NOM.bg 2/3.Б/Л-прибыть-ТН-2/3.8О.8 jara-jpэ kaletkora-ytэ дом-ЛБЬ школа-ЛЬЬ 'Мальчик пришел из дома в школу'.

(42а) 0-ramaj-paiqэntat-y?-e

2/3. Б/Л-поселок-вернуться-ТН-2/3. БО. Б

(42б) 0-peiqэntet-y?-iramaj-yэpэ

2/3. Б/Л-вернуться-ТН-2/3 .БО.Б поселок-ЛБЬ 'Он вернулся из поселка'.

Глаголы, инкорпорирующие Источник, не способны инкорпорировать Цель перемещения (43), независимо от того, выражен или нет при этом Источник отдельной словоформой (43б)-(44).

(43а) *ymqej-0 0-jam-pker-y?-e

мальчик-NOM.bg 2/3.Б/Л-дом-прибыть-ТН-2/38О.8

kaletkora-jpэ

школа-ЛБЬ

Ожидаемое значение: 'Мальчик пришел из школы домой'.

(43б) ymqej-0 0-jara-pker-y?-e

мальчик-NOM.bg 2/3.Б/Л-дом-прибыть-ТН-2/38О.8

# 'Мальчик пришел домой'. 'Мальчик пришел (сюда) из дома'.

(44) 0-ramaj-paiqэntat-y?-e

2/3. Б/Л-поселок-вернуться-ТН-2/3 БО.Б

# 'Он вернулся в поселок'. 'Он вернулся из поселка'.

Можно было бы предположить, что глаголы «достижения Цели» инкорпорируют именно Источник, а не Цель перемещения,

так как Источник перемещения для этих глаголов гораздо меньше претендует на аргументный статус, чем Цель. Забегая вперед, стоит отметить, что синтаксически при этих глаголах и Цель, и Источник ничем не различаются (как и при глаголах «покидания Источника») — как и другие именные группы в чукотском (см. [Dunn 1999]), они могут быть и переставлены, и опущены.

5.2. Инкорпорация участника с ролью Цели перемещения Глагол ekwet- 'уйти'17 и лексический суффикс -yt 'GO.TO'18, обозначающие «покидание Источника и движение к Цели», инкорпорируют Цель перемещения (45)-(46).

(45a) yinqej-0 0-kaletkor-akwat-y?-e jara-jpd

мальчик-NOM.SG 2/3.S/A-школа-yйти-TH-2/3SG.S дом-ABL

(45б) yinqej-0 0-ekwet-y?-i jara-jpd

мальчик-NOM.SG 2/3. S/A-yйти-TH-2/3SG.S дом-ABL kaletkora-ytd школа-ALL

'Мальчик ушел из дома в школу'.

(46) 0-kopra-ytd-y?e

2/3. S/A-сеть-ОС. TO-2/3.SG.S 'Он пошел к сетям'.

Как и в случае с глаголами с инкорпорацией Источника перемещения, приведенный выше глагол способен инкорпорировать участника только с определенной ролью. Глагол ekwet- 'уйти' не может инкорпорировать Источник перемещения (ср. (45) и (47)).

17 Глагол ^эи 'пойти', рассмотренный в Разделе 4.3, согласно большинству информантов, не способен инкорпорировать ни Цель, ни Источник. Возможно, это связано с тем, что он синонимичен лексическому суффиксу ^ 'GO.ro'. По крайней мере, сконструированные инкорпоративные комплексы с вершиной ^эи многими информантами заменяются на аналогичные с этим суффиксом.

18 Эту морфему следует считать скорее суффиксом, так как, несмотря на лексическое значение 'пойти куда-то', самостоятельно она не употребляется. Здесь и далее комплексы с ^ 'GO.ro' мы будем называть инкорпоративными, а не деривационными, поскольку они развились в процессе грамматикализации инкорпоративных комплексов инкорпора-тивных комплексов.

(47) *yinqej-0 0-kaletkor-akwat-y?e jara-yts мальчик-NOM.SG 2/3.8/Л-школа-уйти-2/380.8 дом-ALL 'Мальчик ушел из школы домой'.

Стоит отметить, что инкорпорированный элемент в таких комплексах мало ограничен лексически. Инкорпорированной, как и при других типах инкорпорации, может быть как исконно чукотская лексика, так и заимствованные слова (48).

(48) 0-kino-akwat-y?e19 2/3.S/A-кино-уйти-2/3SG.S 'Он пошел в кино'.

5.3. Инкорпорация других участников в глаголы перемещения Существуют также инкорпоративные комплексы с вершиной — глаголом перемещения, в которых инкорпорированный элемент является Фигурой (перемещающимся участником) (49). Такая конструкция родственна инкорпорации единственного не-агентивного участника в глагол (см. пример (5) в Разделе 2.2), однако отличается от нее большей активностью инкорпорированного участника.

(49) t-re-remksi?9-pkir-y?e

1 SG.S/A-FUT-гость-прибывать-ТН

em-re-miysiren-y-e

REST-DES -работать-DES -INS

'Ко мне придут гости, чтобы поработать'.

Такие комплексы с глаголами перемещения являются лекси-кализованными, и большинством носителей допускается только инкорпорация существительного remksl? 'тот, кто ходит в гости, гость'. При этом более свободно инкорпорируют Фигуру глаголы способа перемещения (см. Раздел 4.1). Как правило, такие инкор-поративные комплексы описывают интенсивное и неконтролируемое движение множественных участников (50).

19 Следует отметить, что в данном примере не соблюдаются правила гармонии гласных чукотского языка, что может быть свидетельством неполной интеграции заимствованного существительного.

(50a) ajwe пэтпэтэ-k Ya-Yatya-reya-len

вчера поселок-LOC РЕ-птица-лететь-РЕ.ЗБО 'Вчера в поселке летало много птиц'.

(50б) ajwe Ya-qora-r?eia-ien

вчера РЕ-олень-скакать-РЕ.ЗБО 'Вчера олени сильно много носились'.

Следует отметить, что глаголы r?ile- 'скакать', riye- '(вз)ле-теть' и другие подобные им глаголы «характера перемещения» не могут инкорпорировать ни Источник, ни Цель перемещения.

Кроме того, инкорпорация участников с ролью Цели или Источника невозможна в глаголы неконтролируемого перемещения, единственный актант которых является Пациенсом. В этом случае инкорпоративный комплекс всегда будет «трактовать» инкорпорированное имя как Пациенса ситуации (51).

(51a) dnpdnasY3-n Ya-peqetat-len nota-sq-etd

старик-NOM. SG PF -упасть -PF.3SG земля-SURF-ALL

orw-epd

нарта-ABL

'Старик упал с нарты на землю'.

(51б) dnpdnasY3-n Y-°rw3-peqetat-ien

старик-NOM. SG PF-нартa-упасть-PF.3SG 'У старика просела (сломалась) нарта'.

Это, в свою очередь, может отражать некоторую иерархию ролей, доступных для инкорпорации (на вершине которой находится Пациенс) [Spencer 1995]. Однако, как мы убедились, включить роли Источника и Цели в эту иерархию затруднительно. В данном случае возможность инкорпорировать зависит не столько от самих ролей, сколько от семантики глаголов. Более того, возможность инкорпорировать не зависит от того, насколько инкорпорируемая роль претендует на статус аргумента глагола. Если глаголы «достижения Цели» инкорпорируют Источник, то для глаголов, семантически близких к 'пойти', ожидаемой была бы также инкорпорация Источника, однако такие глаголы инкорпорируют Цель. Каждый глагол допускает инкорпорацию только одной из этих ролей в обратной зависимости от ориентации глагола на «достижение Цели» или «покидание Источника».

В следующем разделе мы рассмотрим инкорпорацию глагола в глагол в чукотском, ограничения на которую во многом близки к ограничениям на инкорпорацию имен с ролью Цели или Источника.

6. Инкорпорация глагола в глагол

В чукотском выделяется два основных типа глагольно-гла-гольных комплексов20. Как и в других конструкциях инкорпорации в чукотском, вершина инкорпоративного комплекса находится справа, а зависимое — слева. Первый тип — инкорпорация глагола образа действия, обозначаемого инкорпорирующим глаголом, см. (31)—(35), (53). Второй тип — инкорпорация непереходных глаголов в глаголы перемещения со значением 'отправиться заниматься Х' (52) и 'прийти, позанимавшись Х'. Таким образом, при первом типе инкорпорации инкорпорированный глагол передает только характер ситуации, обозначенной инкорпорирующим глаголом, а при втором типе — отдельную ситуацию, связанную с ситуацией, обозначенной инкорпорирующим глаголом.

(52) tэ-re-r?ii-ekwet-y?e eryatэ-k

1 БО.Б/Л-гиТ-скакать.в .оленьей.гонке -уйти-ТН завтра-ЬОС

'Завтра я уеду на гонки на оленях'.

(53) tэ-ra-mswэy-aкwat-y?a

1 БО.Б/Л-гиТ-бежать.в .гонке-уйти-ТН

'Я побегу в гонке'.

В этой статье мы рассмотрим только второй тип инкорпорации глагола в глагол, так как, кроме описанных выше лексических ограничений, существуют дополнительные семантические ограничения на этот тип инкорпорации. Эти ограничения связаны с рассмотренным выше разделением глаголов перемещения на глаголы «достижения Цели» и глаголы «покидания Источника» (см. Раздел 4).

20 Обоснование трактовки таких конструкций как инкорпорации, а не как сериализации, а также более подробный анализ этих и других типов инкорпорации глагола в глагол в чукотском см. в [Виняр 2016].

6.1. Глагольный статус инкорпорированных элементов Так как глагольно-глагольные комплексы во многом по семантике напоминают инкорпорацию имен с ролью Цели и Источника, следует убедиться, что инкорпорированные основы действительно являются глаголами. В чукотском языке достаточно много основ, способных без дополнительных дериваций получать именное или глагольное оформление и выполнять роль как предиката, так и аргумента [Молл, Инэнликэй 1957]. Тем не менее, существует способ определить, действительно ли основы, встречающиеся как зависимый компонент глагольно-глагольных комплексов, являются глагольными.

В глагольно-глагольных комплексах в зависимой позиции встречаются прежде всего корни qaa-nta- 'олень-GO.DO, пасти оленей', г?Ие- 'скакать в оленьей гонке', п^ 'дежурить ночью (в стаде)', jop- 'осматривать территорию на олене'. Все эти глаголы сочетаются с глагольным показателем движения с целью (тойоп-сит-ригро8е) -sqiw 'отправляться делать что-то', однако не сочетаются с именным лексическим суффиксом схожей семантики -nta 'GO.DO, пойти заниматься Х', вербализующим именную основу. Ср. (54а) ниже, где суффикс -sqiw 'отправляться делать что-то' присоединяется к глагольной основе, пример (54б), где суффикс присоединяется к основе гш- 'дежурить ночью (в стаде)', способной инкорпорироваться в глагол (56), и пример (54в), где суффикс не присоединяется к именной основе.

(54а) эt^ЭY-e цеЬ>э1-0

отец-1Ш стадо-дам^ 0-aYtatэ-sqew-ne-n 2/3.S/A-гнать-MCP-3SG.A.3.O-3SG.O 'Отец пошел гнать стадо'.

(54б) 0-riu-sqik-w?-i

2/3.S/A-дежурить.ночь.в.стаде-MCP-TH-2/3.SG.S 'Он пошел дежурить ночью'.

(54в) *0-kopm-sqek-w?-e

2/3. S/A-сеть-MCP-TH-2/3. SG. S

'Он пошел за сетями'. / 'Пошел к сетям'.

Суффикс -nta 'ОО.БО' присоединяется к именным основам (55а), но не присоединяется ни к одному из рассматриваемых корней (55б) и не присоединяется к глагольным основам (55в).

(55а) 0-kopra-nta-y?e

2/3.8/Л-сеть-ОО.БО-2/3.8О.8 'Он пошел за сетями'.

(55б) * 0-riu-sqik-w?e

2/3.8/Л-дежурить.ночь.в.стаде-ОО.БО-2/3.8О.8 'Он пошел дежурить ночью'.

(55в) *эЛэу^ цеЬ>э1-0

отец-МБ стадо-ЫОМ.БО 0-aytatэ-nta-nen

2/3.8/Л-гнать-ОО.БО-38О.Л.3.О-38О.О 'Отец пошел гнать стадо'.

Теперь, когда можно с уверенностью говорить о глагольно-глагольном статусе рассматриваемых комплексов, рассмотрим ограничения на их образование.

6.2. Инкорпорация глагола в глаголы «покидания Источника» Как и в случае с инкорпорацией именных участников, глаголы «покидания Источника» допускают единственно возможный тип отношений между вершинной и зависимой основами: целевой («уйти делать что-то») (56), но не временной («уйти, сделав что-то») (57). Аналитическим аналогом для комплекса служит конструкция с зависимой конвербной клаузой цели, в которой конверб маркируется сочетанием морфем рестриктива, дезидера-тива и инструменталиса, иногда рассматриваемыми вместе как циркумфикс (56б).

(56а) tэ-nju-iqэt-y?e kэtyэnt-a2l

1БО.В/Л-дежурить.ночью-пойти-ТН бежать-МБ

21 Необходимо сделать комментарий по поводу формы глагольного корня rэju/nju 'дежурить ночью'. Как и у некоторых других корней чукотских глаголов, у этого корня используется одна форма в позиции начала слова (гэ'/и, как в (57б)) и другая форма в том случае, если корню в слове предшествует какая-либо морфема (п(э^, как в (56)).

(56б) td-iqdt-Y?e kdtY9nt-a

^^/А-пойти-ТН бежать-INS em-re-nju-y-e

REST-DES -дежурить.ночью-DES -INS 'Я побежал дежурить ночью в стаде'.

(57а) td-nju-iqdt-Y?e kdtY9nt-a

1SG.S/A-дежурить.ночью-пойти-TH бежать-INS

# 'Я побежал, подежурив'.

(57б) td-iqdt-Y?e kdtY9nt-a rdju-k

1SG.S/A-пойти-TH бежать-INS дежурить.ночью-LOC 'Я побежал, подежурив'.

6.3. Инкорпорация глагола в глаголы «достижения Цели» При инкорпорации глаголов в глаголы «достижения Цели»

у инкорпорированного элемента возникает только семантика предшествования (58), а целевая семантика оказывается невозможной (59). Аналитическим аналогом такого инкорпоративного комплекса является конструкция с конвербной клаузой, где конвербный показатель (аналогичный локативу) обозначает предшествование.

(58а) ajwe qaa-nta-pker-Y?-e

вчера олень-GO.DO-приходить-TH-2/3SG.S

(58б) ajwe 0-pkir-Y?-i qaa-nta-k

вчера 2/3.S/A-приходить-TH-2/3SG.S олень-GO.DO-LOC 'Он вчера приехал, выпася оленей'.

(59а) *ajwe qaa-nta-pker-Y?-e

вчера олень-GO.DO-приходить-TH-2/3SG.S

# 'Он вчера приехал пасти оленей'.

(59б) ajwe 0-pkir-Y?-i

вчера 2/3 .S/A-приходить-TH-2/3SG.S am-ra-qaa-nta-y-a REST-DES-Oлень-GO.DO-DES-INS 'Он вчера приехал пасти оленей'.

6.4. Инкорпорация в глаголы перемещения: обобщение Если сравнить инкорпорацию пространственных участников

в глагол (Раздел 5) и глагола в глагол (Раздел 6), то можно отме-

тить некоторые общие ограничения на инкорпорацию. Глаголы «достижения Цели» инкорпорируют локативного участника с ролью Источника и глаголы, обозначающие предшествующее действие, а глаголы «покидания Источника» инкорпорируют участника с ролью Цели и глаголы, обозначающие действие, являющееся целью перемещения. Примечательно, что оба типа глаголов допускают инкорпорацию как одного из локативных участников, так и основы зависимого конверба. «Предпочтения» глаголов при инкорпорации гораздо лучше описываются в семантических (сходство пространственной цели и действия-цели), чем в морфосинтаксических терминах (сложно говорить о сходстве конвербной конструкции с именными зависимыми в аллативе или аблативе). Более того, кроме семантического типа глаголов перемещения (который морфосинтаксически никак не выражен), мы не видим никаких свойств, которые бы допускали инкорпорацию имен или глаголов с ролью Цели (или Источника) в одних случаях и не допускали бы ее в других.

Возможным объяснением такого параллелизма ограничений на инкорпорацию в синтаксически разных конструкциях является развитие инкорпорации глаголов в глаголы перемещения из уже закрепившейся в языке инкорпорации (в те же самые глаголы) имен, обозначающих пространственных участников, однако поиск доказательств этой гипотезы является нетривиальной задачей.

Логичным было бы предположить, что более древняя конструкция к настоящему времени могла бы частично грамматикализоваться или служить источником для образования лексических аффиксов. В чукотском существуют суффиксы, возникшие из вершин как именно-глагольных, так и глагольно-глагольных комплексов. С одной стороны, в чукотском существуют два лексических суффикса, связанных с перемещением и присоединяющихся к именным основам: -у 'пойти к Х' (также присоединяется и к глагольным основам), -nta 'пойти и заняться Х' (55). С другой стороны, существует и глагольный суффикс «движения с целью» -sqiw 'пойти делать Х' (54).

Функционально мотивировать такое распределение ограничений на инкорпорацию имен и глаголов в глаголы перемещения достаточно сложно. Остается не до конца ясным, что делает глаголы типа 'уйти' инкорпорирующими Цель, а глаголы типа

'прийти' — инкорпорирующими Источник. Возможно, что дальнейшее изучение свойств рассмотренных глаголов и, в целом, кодирования ситуации перемещения в чукотском сможет предоставить адекватное объяснение. Тем не менее, стоит отметить, что подобные ограничения не сводятся к некоторым общим линейным иерархиям, таким как иерархия пациентивности, предложенная для чукотской инкорпорации в работе [Spencer 1995].

7. Выводы

При анализе инкорпорации глагола в имя (Раздел 3), пространственного участника в глагол (Раздел 5) и глагола в глагол (Раздел 6) установлено, что ограничения на эти типы инкорпорации связаны прежде всего с семантическими свойствами конструкций. Кроме того, схожие ограничения накладываются на образование инкорпоративных комплексов из разных аналитических конструкций (Разделы 5, 6), а схожие морфосинтакси-чески конструкции демонстрируют разное поведение с точки зрения инкорпорации (Разделы 3, 5).

Все рассмотренные типы инкорпоративных комплексов не являются «канонической» инкорпорацией объекта глагола в глагол. Инкорпорация глагола-причастия в имя (Раздел 3) и инкорпорация глагола в глагол (Раздел 6) задействует другие части речи (или те же части речи, но занимающие другие иерархические позиции в комплексе), а инкорпорация пространственных участников в глагол (Раздел 5) затрагивает участника с другим семантическим отношением к предикату (Источник или Цель, а не Пациенс или Тема). Тем не менее, все эти типы инкорпорации могут быть описаны с помощью некоторых правил, и инкорпоративные комплексы не являются нерегулярными элементами, требующими закрепления в лексиконе. Образование таких комплексов — процесс со своими правилами и ограничениями, которые не являются непоследовательными или бессистемными, как часто утверждается об инкорпорации участников, не занимающих позицию внутреннего аргумента глагола (см. в частности обсуждение в [Baker 1996]).

Список условных сокращений

1, 2, 3 — показатели лица участников ситуации; a — активный участник переходной конструкции; abl — аблатив; all — аллатив; an — одушевленный участник; atr — показатель активного причастия / атрибутивизации; aug — аугментатив; cs — показатель, встречающийся преимущественно в глаголах изменения состояния; des — дезидератив; dim — диминутив; emph — эмфатическая клитика; fut — будущее время; go.do—лексический аффикс со значением 'пойти и начать делать что-то'; go.to — лексический аффикс со значением 'пойти куда-то'; ins — инст-рументалис; inv—инверсив; ipfv—имперфектив; loc — локатив; nom — номинатив; o — прямой объект; make — вербализующий циркумфикс со значением 'делать'; mcp — motion-cum-purpose (движение с целью); obl — косвенный падеж; pf — перфект; pl — множественное число; poss — посессивный показатель; ptcp.pass — показатель; пассивного причастия; rdp — редупликация; rel — относительный показатель; rest — рестриктив; s — единственный актант непереходного глагола; sA — аген-тивный актант непереходной конструкции; SP — пациентивный актант непереходной конструкции; sg — единственное число; side — суффикс со значением 'край предмета'; sim — показатель одновременности; surf — показатель локализации «на поверхности»; th — тематический показатель на глаголе; tr — транзитивизирующий показатель.

Литература

Виняр 2016 — А. И. Виняр. Чукотские глагольно-глагольные компаунды: к противопоставлению инкорпорации и сериализации глагольных основ // Типология морфосинтаксических параметров. Материалы международной конференции «Типология морфосинтаксических параметров 2016». Вып. 3. М.: Московский педагогический государственный университет, 2016. С. 66-88. [A. I. Viniar. Chukotskie glagol'no-glagol'nye kompaundy: k protivopostavleniiu inkorporatsii i serializatsii glagol'nykh osnov [Chukchi verb-verbal compunds: towards contrast between incorporation and serialization of verbal stems] // Tipologiia morfosintaksicheskikh parametrov. Materialy mezhdunarodnoi konferentsii «Tipologiia morfosintaksicheskikh parametrov 2016». Vyp. 3. M.: Moskovskii pedagogicheskii gosudarst-vennyi universitet, 2016. P. 66-88]. ВПН 2010 — Всероссийская перепись населения 2010. Том 4. Национальный состав и владение языками, гражданство. п. 5. Владение языками населением Российской Федерации (http://www.gks.ru/ free doc/new site/perepis2010/croc/Documents/Vol4/pub-04-05.pdf). [Vserossiiskaia perepis' naseleniia 2010. Vol. 4. Natsional'nyi sostav i

vladenie iazykami, grazhdanstvo. p. 5. Vladenie iazykami naseleniem Rossiiskoi Federatsii. (http://www.gks.ru/free doc/new site/perepis 2010/croc/Documents/Vol4/pub-04-05.pdf)l.

Молл, Инэнликэй 1957 — Т. А. Молл, П. И. Инэнликэй. Чукотско-русский словарь. Л.: Учпедгиз, 1957. [T. A. Moll, P. I. Inenlikei. Chukotsko-russkii slovar' [Chukchi-Russian dictionary]. L.: Uchpedgiz, 1957].

Муравьева 2004 — И. А. Муравьева. Типология инкорпорации. Диссертация на соискание ученой степени доктора филологических наук, РГГУ, М., 2004. [I. A. Murav'eva. Tipologiia inkorporatsii [Typology of incorporation]. Dissertatsiia na soiskanie uchenoi stepeni doktora filologicheskikh nauk, RGGU, M., 2004].

Недялков 1977 — В. П. Недялков. Посессивность и инкорпорация в чукотском языке (инкорпорация подлежащего) // В. С. Храковский (ред.). Проблемы лингвистической типологии и структуры языка. Л.: Наука, 1977. С. 108-138. [V. P. Nedialkov. Posessivnost' i inkor-poratsiia v chukotskom iazyke (inkorporatsiia podlezhashchego) [Possessivity and incorporation in Chukchi (incorporation of subject)] // V. S. Khrakovskii (ed.). Problemy lingvisticheskoi tipologii i struktury iazyka. L.: Nauka, 1977. P. 108-138].

Недялков 1982 — В. П. Недялков. Чукотские глаголы с инкорпорированным подлежащим // С. Д. Кацнельсон и др. (ред.). Категория субъекта и объекта в языках различных типов. Л.: Наука, 1982. С. 135-153. [V. P. Nedialkov. Chukotskie glagoly s inkorporirovannym podlezhashchim [Chukchi verbs with an incorporated subject] // S. D. Katsnel'son et al. (ed.). Kategoriia sub"ekta i ob''ekta v iazykakh razlichnykh tipov. L.: Nauka, 1982. P. 135-153].

Скорик 1948a — П. Я. Скорик. О причастиях в чукотском языке // Известия АН СССР. Отделение литературы и языка. Т. VII. Вып. 4. С. 317-327. [P. Ia. Skorik. O prichastiiakh v chukotskom iazyke [On Chukchi participles] // Izvestiia AN SSSR. Otdelenie literatury i iazyka. Vol. VII, Vyp. 4. P. 317-327].

Скорик 1948b — П. Я. Скорик. Очерк по синтаксису чукотского языка: инкорпорация. Л.: Учпедгиз, 1948. [P. Ia. Skorik. Ocherk po sin-taksisu chukotskogo iazyka: inkorporatsiia [Sketch in Chukchi syntax: incorporation]. L.: Uchpedgiz, 1948].

Скорик 1977 — П. Я. Скорик. Грамматика чукотского языка. Часть вторая. Глагол, наречие, служебные слова. Л.: Наука, 1977. [P. Ia. Skorik. Grammatika chukotskogo iazyka. Chast' vtoraia. Glagol, narechie, sluzhebnye slova [Chukchi grammar. Part 2. Verb, adverb, function words]. L.: Nauka, 1977].

Baker 1988 — M. C. Baker. Incorporation: A theory of grammatical function changing. Chicago: University of Chicago Press, 1988.

Baker 1996 — M. C. Baker. The Polysynthesis Parameter. Oxford: Oxford University Press, 1996.

Baker 2009 — M. C. Baker. Is head movement still needed for noun incorporation? // Lingua 119, 2009. P. 148-165.

Baker et al. 2005 — M. C. Baker, R. Aranovich, L. A. Golluscio. Two types of syntactic noun incorporation: Noun incorporation in Mapudungun and its typological implications // Language 81, 2005. P. 138-176.

Barrie 2015 — M. Barrie. Two kinds of structural noun incorporation // Studia Linguistica 69(3), 2015. P. 237-271.

Dunn 1999 — M. Dunn. A Grammar of Chukchi. Ph. D. Dissertation, ANU, Canberra, 1999.

Evans 2003 — N. Evans. Bininj Gun-wok: a pan-dialectal grammar of Mayali, Kunwinjku and Kune. Canberra: ANU, 2003. Vol. 1-2.

Kozinsky et al. 1988 — I. S. Kozinsky, V. P. Nedjalkov, M. S. Polinskaja. Antipassive in Chukchee: Oblique object, object incorporation, zero object // M. Shibatani (ed.). Passive and voice. Amsterdam: John Benjamins, 1988. P. 651-706.

Kratzer 1995 — A. Kratzer. Stage-Level and Individual-Level Predicates // G. Carlson, F. Pelletier (eds.). The Generic Book. Chicago; London: The University of Chicago Press, 1995. P. 125-175.

Merlan 1976 — F. Merlan. Noun incorporation and discourse reference in modern Nahuatl // International Journal of American Linguistics 42, 1976. P. 177-191.

Mithun 1984 — M. Mithun. The evolution of noun incorporation // Language 60, 1984. P. 847-894.

Muravyova et al. 2001 — I. A. Muravyova, M. A. Daniel, T. Ju. Zhdanova. Chukchi language and folklore in texts collected by V. G. Bogoraz. Part 1, Part 2. M., 2001. (Manuscript).

Muro 2009 — A. Muro. Noun incorporation: A new theoretical perspective. Ph. D. Dissertation, Universita degli Studi di Padova, Padua, 2009.

Polinskaja, Nedjalkov 1987 — M. S. Polinskaja, V. P. Nedjalkov. Contrasting the absolutive in Chukchee // Lingua 71, 1987. P. 239-269.

Polinsky 1990 — M. Polinsky. Subject incorporation: Evidence from Chukchee // K. Dziwirek, P. Farrell, E. Mejias-Bikandi (eds.). Grammatical relations: A cross-theoretical perspective. Stanford: Stanford Linguistics Association, CSLI, 1990. P. 349-364.

Polinsky 1994 — M. Polinsky. Relativization in Chukchee // H. Aronson (ed.). Linguistic Studies in the Non-Slavic Languages of the Commonwealth of Independent States and the Baltic Republics. Chicago: Chicago Linguistic Society, 1994. P. 241-262.

Rosen 1989 — S. T. Rosen. Two Types of Noun Incorporation: A Lexical Analysis // Language 65, 1989. P. 294-317.

Spencer 1995 — A. Spencer. Incorporation in Chukchi // Language 71, 1995. P. 439-489.

Talmy 2000 — L. Talmy. Toward a Cognitive Semantics. Vol. II: Typology and Process in Concept Structuring. Cambridge, MA: MIT Press, 2000.