Обречены договариваться

Перспективы зарубежных инвесторов в нефтегазовой отрасли России будут складываться под влиянием не только внутренних факторов, таких как инвестиционный режим и общая деловая среда в стране, но и внешних. В частности, условий присутствия российских компаний на зарубежных рынках и решений, которые в зависимости от этого будут приниматься в России.

Внутренние факторы

Инвестиционный режим в России получил оценку в ходе октябрьского заседания Консультативного совета по иностранным инвестициям (КСИИ). Его итоги свидетельствуют о том, что наряду с налогами и бюрократическими барьерами основными препятствиями для развития бизнеса становятся коррупция и селективное толкование законодательства. Именно на эти причины в первую очередь указывали иностранные инвесторы, одновременно отмечая, что большинство просьб и пожеланий иностранцев, высказывавшихся на заседаниях совета из года в год, Россией попросту игнорируется.

С мнением иностранных инвесторов солидарны и отечественные бизнесмены. Так, по данным Ассоциации менеджеров России и журнала "Деньги", результаты традиционного ежеквартального исследования "Что препятствует развитию российского бизнеса?" приводят к выводу о том, что достижения чиновников на ниве создания помех отечественным бизнесменам достигли невиданных высот.

В рамках исследования были опрошены 144 представителя российского бизнеса, большинство — топ-менеджеры и собственники крупнейших компаний. По результатам рейтинга главных препятствий развитию российского бизнеса на первом месте по-прежнему остается коррупция. Более того, уровень значимости этого фактора существенно возрос. Поэтому неудивительно, что ситуацией наконец-то обеспокоились и российские власти. Новый премьер-министр Виктор Зубков недавно заявил, что России необходимо обуздать коррупцию, которая буквально пронизывает все общество.

На втором месте в рейтинге также традиционно стоят административные барьеры, и их значимость тоже увеличивается. Оба фактора, считают бизнесмены, растут благодаря крайне благоприятной питательной среде — всевластию чиновников и отсутствию в обществе эффективных механизмов влияния на их деятельность.

Впрочем, в тройке лидеров произошли изменения. На третье место вернулся фактор "нехватка квалифицированных кадров". Фактор "налогообложение" сохранил в рейтинге четвертую позицию, но при этом его уровень значимости увеличился. Налицо возрастание обеспокоенности бизнеса недостаточной прозрачностью процедуры сбора налогов, то есть опять речь идет о введении действий чиновников в четкие и понятные рамки.

Далее следуют неразвитость судебной системы, общая политическая и экономическая нестабильность, а также неразвитость и изношенность инфраструктуры.

Таковы главные негативные черты деловой среды в России, избавиться от которых в силу самой природы этих явлений, даже при условии готовности власти направить реальные усилия на их преодоление, в одночасье невозможно. В скором времени к ним добавится ограничение допуска иностранцев к стратегическим месторождениям углеводородного сырья. Этот вопрос, в отличие от проблем с бюрократией и коррупцией, как раз может быть решен одним голосованием Государственной думы, которая в ближайшее время рассмотрит законопроект "О законодательном регулировании участия иностранных инвесторов в стратегических отраслях промышленности России" во втором чтении. Каким будет окончательный вид документа и какое место в нем займет сфера недропользования, в деталях предсказать пока трудно, но в целом западным инвесторам хороших новостей ожидать не приходится.

Почти одновременно, до конца ноября, Минприроды планирует представить на заседании правительства проект поправок в закон "О недрах", устанавливающих порядок допуска иностранных компаний к недрам и лицензирования недропользователей. Каким образом корреспондируют друг с другом эти два документа, пока неясно. Например, на состоявшихся 15 октября парламентских слушаниях председатель профильного комитета по наукоемким технологиям Мартин Шаккум предложил в список 39 стратегических видов деятельности добавить разработку ископаемых.

В свое время против этого выступал министр природы Юрий Трутнев, который считал, что допуск иностранцев к недрам должен регулироваться законом "О недрах". Однако, судя по выступлению замминистра природных ресурсов Анатолия Темкина на заседании КСИИ, поправки в закон "О недрах" не коснутся блока вопросов, связанных с допуском иностранных компаний к освоению российских недр. Теперь МПР предлагает учесть их в законопроекте по доступу иностранных инвесторов в стратегические отрасли экономики, подготовленном Минпромэнерго РФ.

Работа над обоими документами ведется в непубличном режиме, и представление о них, складывающееся по разрозненным высказываниям чиновников, отрывочно и часто противоречиво. Непубличность готовящихся решений, серьезно влияющих на инвестиционную обстановку в стране, тоже можно рассматривать как постоянно действующий фактор российской деловой среды, который сохранится в ближайшей перспективе. На заседании КСИИ на это посетовал президент Exxon Mobil Нил Даффин, сказав, что иностранные инвесторы находятся в неведении о том, какая версия законопроекта об участии иностранных инвесторов в стратегических отраслях России обсуждается сейчас и когда документы будут представлены в Госдуму.

Пока очевидно одно: сфера выбора инвестиционных объектов для иностранных инвесторов будет неизбежно сокращена.

Внешние факторы

Немаловажным фактором в выстраивании дальнейших отношений с иностранными инвесторами в сфере недропользования станет реакция России на энергетический занавес, который намерен опустить перед ней Евросоюз своей новой энергетической доктриной. Как известно,19 сентября Еврокомиссия (ЕК) опубликовала инициативы по либерализации энергорынка ЕС и разделению бизнесов по транспортировке и дистрибуции газа и электроэнергии в Евросоюзе. В первую очередь ограничения могут коснуться планов "Газпрома", а также компаний Саудовской Аравии, Ирана, ОАЭ, против экспансии которых на рынке ЕС высказались глава Европейской комиссии Жозе Мануэл Баррозу и комиссар по энергетике Андрис Пиебалгс. Инициативы ЕК получили поддержку Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), опубликовавшей недавно анализ экономической ситуации в ЕС.

Тот факт, что "Газпром" сначала выбрал именно Total в качестве партнера по разработке Штокмановского месторождения и долгое время тормозил включение в проект самой очевидной по всем показателям StatoilHydro, может служить примером того, как в дальнейшем будут решаться подобные вопросы. "Мы хотим, чтобы другие претенденты улучшили свои предложения, чтобы они стали настолько же интересными, как у Total",— говорил по этому поводу зампред правления "Газпрома" Александр Ананенков.

Насколько же интересны были предложения Total, каковы конкретные условия соглашения "Газпрома" и Total, что именно пообещал лично президент Франции в телефонном разговоре с Владимиром Путиным, предшествовавшем подписанию соглашения, неизвестно. Зато известно, что именно Франция заявила свой резкий протест после опубликования Еврокомиссией плана реформирования европейского энергорынка. Против разделения сфер деятельности энергоконцернов недавно выступила и Gaz de France, главный партнер "Газпрома" на газовом рынке Франции.

Известно и то, что в ходе недавнего визита в Россию президент Франции Никола Саркози пообещал президенту Путину не препятствовать российским компаниям в приобретении акций французских компаний, но на условиях полной взаимности. Такая позиция Франции обеспечивает шансы французских компаний на приобретение акций "Газпрома".

Это уже подтвердилось сообщением, что Total подписала с НОВАТЭКом протокол о сотрудничестве. На этот раз в отличие от первой попытки французской компании войти в бизнес российского независимого газового производителя три года назад сделку полностью поддерживает "Газпром", который с того времени стал блокирующим акционером НОВАТЭКа.

Норвежская же StatoilHydro, после объединения ставшая крупнейшей в мире компанией по добыче на шельфе, имеет и самый большой опыт работы в Арктике. Если бы "Газпром" руководствовался только деловыми соображениями, эта компания с самого начала стала бы партнером "Газпрома" на Штокмане. Однако переговоры об этом продолжались долго и трудно. По-видимому, дело в том, что Норвегия — самый сильный конкурент России на европейском газовом рынке, и поэтому ставки "Газпрома" за Штокман, вхождение StatoilHydro в который дополнительно усилит норвежскую позицию в Европе, были очень высокими. Впрочем, какие конкретно — опять же не раскрывается. Какую цену заплатит StatoilHydro за допуск к Штокману, "Газпром" не сообщает.

Жестко складываются в последнее время и отношения с Германией. Партия "Христианско-демократический союз" подготовила законопроект о защите немецких компаний от нежелательных инвесторов, который готов к рассмотрению в правительстве. Его основное положение — введение барьера в 25% на участие иностранных структур в немецких компаниях. При этом документ предусматривает предоставление правительству права пересмотреть все соглашения, заключенные за последние три года.

В случае принятия законопроекта "Газпром", имеющий разветвленный бизнес в Германии, станет его главной жертвой. Вряд ли понравится руководству России и намерение Германии диверсифицировать маршруты поставок энергоресурсов в страну, минуя Россию. В этом случае можно ждать ответного удара, который затронет интересы немецких компаний, в частности E.ON, который активно входит в энергетику России.

Может быть и хуже

Итак, из чего будет складываться политико-экономический фон, который ожидает иностранного инвестора с весны 2008 года? Базовым фактором следует считать преемственность нынешней президентской власти. Сохранение нынешнего режима при любом должностном варианте действующего президента после выборов 2008 года (вплоть до восстановления Владимиром Путиным через некоторое время своих президентских полномочий через ряд вполне легитимных процедур) обеспечит сохранение сложившихся тенденций на предстоящую перспективу. К ним относятся все имеющиеся административные барьеры и другие упомянутые выше факторы, которые усилятся грядущим ограничением допуска иностранцев к стратегическим месторождениям углеводородного сырья.

Следующее обстоятельство связано с блокированием соглашений о разделе продукции (СРП) и необходимостью иностранных инвесторов приспосабливаться к национальному налоговому режиму. Впрочем, поскольку иностранцы не будут иметь самостоятельных проектов, вопрос о СРП может идти только в применении к шельфовым проектам и по отношению к российским госкомпаниям, которые будут их осуществлять. По аналогии со штокмановским проектом участие иностранных компаний в них может быть сведено лишь к роли подрядчика — с возможностью в качестве бонуса включать часть запасов в собственный баланс.

И, наконец, немаловажным фактором станет реакция России на выдвинутое Европейской комиссией предложение об ограничениях распространения деятельности иностранных компаний в газовом и энергетическом бизнесе. Эта инициатива, формально касающаяся любых иностранных компаний, явно направлена в первую очередь против "Газпрома", и ее принятие скажется на энергетической политике России. Вне зависимости от смены личности президента от власти следует ждать адекватного ответа: не пускаете вы — не пустим и мы.

Это означает, что политические соображения в решении вопросов о допуске иностранных компаний к российским недрам будут и впредь превалировать над деловыми. Более того, если европейский занавес действительно будет опущен, следует ожидать ужесточения политики России по отношению к уже имеющимся проектам с иностранным участием вплоть до вытеснения их с российского отраслевого рынка. Для этого Россия располагает большим запасом и свободных финансовых средств, которые позволят выкупать контроль над проектами, и наработанных механизмов принуждения иностранных инвесторов уступить свою долю — через "невыполняемые условия лицензионных соглашений и экологического законодательства".

Значение фактора резкого похолодания во взаимоотношениях России и Европы для обеих сторон было повергнуто анализу, проведенному Кембриджской ассоциацией по энергетическим исследованиям (CERA).

CERA: анализ и рекомендации

Нарастающий кризис доверия угрожает российско-европейским газовым отношениям, которые на протяжении многих десятилетий были фундаментальной частью экономики обеих сторон. Таков вывод исследования "Безопасность будущего — в сохранении газового взаимодоверия", проведенного Кембриджской ассоциацией по энергетическим исследованиям (CERA) в связи с публикацией 19 сентября 2007 года Еврокомиссией инициатив по либерализации энергорынка ЕС и разделению бизнесов по транспортировке и дистрибуции газа и электроэнергии в Евросоюзе.

В исследовании подчеркивается, что кризис доверия ни в коей мере не должен пониматься как кризис поставок газа в будущем. Фундаментальные причины аналитики CERA видят в комбинации структурных изменений в России, Европе и в самом газовом бизнесе.

Изменения в России состоят, во-первых, в том, что впервые после советской эры страна нуждается в крупномасштабных инвестициях в добычные и транспортные проекты нового поколения. Во-вторых, по мере восстановления экономики внутренний спрос на энергоносители становится все большим конкурентом для поставок на внешние рынки.

Наконец, в-третьих, укрепление российской экономики обеспечило формирование сильно централизованной политической власти в стране, которая использует энергетические ресурсы как ключевой элемент внешней политики.

Изменения в Европе связаны с расширением Европейского союза до сверхмногонационального объединения, вобравшего в себя за последние годы 13 новых государств (с увеличением общего количества членов с 15 до 27). Новая структура вызвала к жизни необходимость либерализации в газовом и электроэнергетическом секторах. Новое звучание приобрела экологическая безопасность, которая востребовала обращение к возобновляемым энергоносителям, снижению выбросов парниковых газов и сохранению энергии.

Газовая индустрия в силу расширения географических векторов торговли, развития рынка сжиженного газа и эволюции финансовых моделей транспортного бизнеса приобрела более глобальный, нежели региональный характер. В дополнение к уже состоявшимся изменениям впереди ожидаются дополнительные, включая введение новых правовых нормативов в Европе, которые трансформируют европейские газовые рынки, а также предстоящую смену руководства в России.

Какие риски несут эти изменения

Главная опасность состоит не в перебоях или прекращении поставок газа, а в деградации отношений, на которых базируются экономики России и Европы.

Опасения Европы связаны с транзитными рисками, сверхзависимостью от российского и центральноазиатского газа и экспортной монополии.

Озабоченность России фокусируется на рисках, с которыми придется столкнуться в результате набирающих силу процессов либерализации европейских рынков, опасениях дискриминации своих интересов в Европе и дальнейшем распространении политики и правил Европейского союза за пределы территории нынешнего ЕС.

По мере того как отношения России и Европы становятся более сложными и неоднозначными, каждая из сторон ищет пути ослабить напряжение. Для Европы, где собственная газодобыча вышла на крутую кривую падения, наиболее привлекательной и реальной альтернативой становится сжиженный газ. Для России выходом из положения представляется переориентация поставок газа на Восточную Азию, увеличение цен на внутреннем рынке до паритета с зарубежными поставками или сдерживание добычи и сохранение газа в недрах.

Однако очевидно, что СПГ для Европы и внутренний рынок для России еще долгое время будут оставаться лишь альтернативными вариантами, в то время как для Европы поставками по умолчанию остается российский трубопроводный газ, а для России Европа по-прежнему основной рынок сбыта газа собственных производителей.

Конструктивным движением вперед, рекомендует CERA, должно стать признание значения происходящих перемен и выработка механизма совместного управления стрессовыми ситуациями. Адекватное реагирование на новую ситуацию состоит в осознании, что газовая взаимозависимость двух регионов способна обеспечить экономические и экологические преимущества обеим сторонам на десятилетия вперед.

Ольга Виноградова, обозреватель журнала "Нефтегазовая вертикаль"