О гармонизации законодательства Евразийского экономического Союза в сфере природопользования

УДК 347.2/.3+349

К. В. Колесникова, Р. В. Нутрихин

О ГАРМОНИЗАЦИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА В СФЕРЕ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ

В статье анализируется состояние законодательства Евразийского экономического союза в части закрепления условий и ограничений по отношению к учреждению и (или) видам деятельности хозяйствующих субъектов стран-участниц Союза с целью дальнейшего совершенствования и достижения единообразия в этой сфере. В настоящее время для стран Евразийского экономического союза актуальна реализация социально значимых инфраструктурных и инвестиционных проектов. Это свидетельствует о необходимости принимать во внимание интересы субъектов экономической деятельности каждой из стран-участниц Союза при осуществлении ими предпринимательской деятельности. Значимость вопросов совершенствования нормативно-правовой базы Евразийского экономического союза по отношению к учреждению и видам деятельности хозяйствующих субъектов стран-участниц определяется потребностью в активизации процессов интеграции на уровне данной международной организации, содействия стабильному росту экономик государств-членов Евразийского экономического союза и осуществления рационального использования природных ресурсов. Государствам-участникам Евразийского экономического союза необходимо активно участвовать в разработке нормативно-правовых актов, позволяющих унифицировать и гармонизировать регулирование природоресурс-

ных отношений. В ходе проведенного исследования нормативно-правового закрепления доступа иностранных субъектов к отдельным видам макроэкономической деятельности на территории Евразийского экономического союза определены значимые несовпадения законодательной базы и сделана попытка обосновать ее изменение относительно минимизации и (или) устранения ограничений их доступа на рынок стран Союза. Обзор положений Договора о создании Евразийского экономического союза, касающихся перечня отдельных ограничений и условий деятельности иностранных хозяйствующих субъектов, дает возможность убедиться в осуществлении странами-участницами Союза собственного законотворчества, в соответствии со своими принципами и представлениями о сферах, нуждающихся в дополнительной защите от доступа иностранных субъектов. В такой ситуации закрепление единого подхода к статусу и сферам деятельности иностранных участников должно осуществляться на основе принципа резидентства и в соответствии с логикой функционирования правовой базы единого экономического пространства.

Ключевые слова: Евразийский экономический союз, законодательство о природопользовании, природные ресурсы, принцип резидентства, иностранные хозяйствующие субъекты.

K. Kolesnikova, R. Nutrikhin

ON HARMONIZATION OF THE EURASIAN ECONOMIC UNION LEGISLATION IN THE SPHERE OF NATURE MANAGEMENT

The article analyzes the state of the legislation of the Eurasian Economic Union in terms of fixing the conditions and restrictions in relation to the establishment and (or) activities of economic entities of the member states of the Union in order to further improve and achieve uniformity in this area. Currently, the countries of the Eurasian Economic Union need to implement socially important infrastructure and investment projects. This indicates the need to take into account the interests of economic entities of each of the member states of the Union in their business activities. The importance of improving the regulatory framework of the Eurasian economic Union in relation to the establishment and activities of economic entities of the member states is determined by the need to enhance the processes of integration at the level of this international organization, to promote stable growth of the economies of the member states of the Eurasian Economic Union and the rational use of natural resources. The member States of the Eurasian Economic Union should actively participate in the development of legal acts to unify and harmonize the regulation of natural resource relations. The study of the legal con-

solidation of access of foreign entities to certain types of macroeconomic activities on the territory of the Eurasian Economic Union has shown significant discrepancies in the legal framework and an attempt to justify its change regarding the minimization and (or) elimination of restrictions on their access to the market of the Union. The review of the provisions of the Treaty on the establishment of the Eurasian Economic Union concerning the list of certain restrictions and conditions of activities of foreign economic entities provides an opportunity to verify the implementation by the member States of the Union of their own legislation, in accordance with their principles and ideas about the areas in need of additional protection from access of foreign entities. In such a situation, the consolidation of a unified approach to the status and activities of foreign participants should be based on the principle of residency and in accordance with the logic of the functioning of the legal framework of the common economic space.

Key words: Eurasian Economic Union, environmental management legislation, natural resources, principle of residency, foreign economic entities.

Отсутствие в индивидуальных национальных перечнях стран-участниц Евразийского экономического союза (далее - Союза) единого подхода к установлению изъятий и ограничений в сферах деятельности иностранных участников (значительная часть из которых имеет своими объектами животный мир, земельные участки, континентальный шельф, недра) обусловливает необходимость исследования нормативно-правовых актов, определяющих содержание таких ограничений. С этой целью в статье анализируется состояние законодательства об учреждении и (или) видах деятельности хозяйствующих субъектов стран-участниц Союза, что будет способствовать дальнейшему совершенствованию и достижению единообразия правового регулирования в указанной сфере.

В настоящее время для стран Союза актуальна необходимость реализации социально значимых инфраструктурных и инвестиционных проектов. Приоритетные направления сотрудничества государств в контексте политики устойчивого развития стран ЕАЭС дополняются вопросами обеспечения экологической стабильности и сбалансированного природопользования. Договор от 29 мая 2014 г. (ред. от 15.03.2018) «О Евразийском экономическом союзе» (далее - Договор о ЕАЭС) не содержит отдельного раздела о природопользовании и охране окружающей среды. Это дает исследователям основание говорить о необходимости гармонизации и синхронизации законодательства о природопользовании и охране окружающей среды и ее компонентов в условиях ЕАЭС (к примеру, по трансграничным водным объектам, нефте, -газа добыча и др.) и учета интересов хозяйствующих субъектов каждой из стран-участниц Союза при осуществлении ими предпринимательской деятельности в экологическом секторе [1, л. 82].

Как отмечает Т. М. Матаев на примере государственно-частного партнерства, совершенствование законодательства в области коммерческой деятельности будет признаваться особенно действенным средством поддержки и развития национальной индустрии в ситуации движения к современной экономике, реализации гармонизированной политики в сфере предпринимательства и инвестиционной деятельности на территории стран - участниц Союза [6, л. 3561]. Однако формирование и выполнение общих программ развития в государствах-членах Союза усложняется из-за несовпадения нормативно-правовой основы и спецификой внутреннего регулирования в них.

В ходе проведенного исследования нормативно-правового закрепления доступа иностранных субъектов к отдельным видам макроэкономической деятельности на территории Евразийского экономического союза определены значимые несовпадения законодательной базы и сделана попытка обосновать ее изменение относительно устранения и (или) минимизации ограничений их доступа на рынок стран Союза.

В настоящее время каждая из стран-участниц Союза проводит свою нормативную политику, осуществляет свою нормотворческую деятельность, руководствуясь собственными принципами и представлениями о правовом регулировании в сфере взаимодействия участников объединения между собой по вопросам торговли, учреждения, деятельности и осуществления инвестиций. Как считает А. И. Невский, разрешительная система государств-членов различна, не во всех странах-участницах Союза есть представление об общем количестве всех видов разрешений (согласования, заключения, аттестата, свидетельства, сертификата и т. п.), а также их критериях [7].

Такой подход не позволяет обеспечивать единство правил наднационального законодательства в части унификации и совершенствования правового регулирования указанных отношений. В этой связи нами предлагается расширить применение принципа резидентства, не ограничивая сферу его действия только вопросами таможенного регулирования.

Создание в 2010 году Таможенного союза ЕАЭС положило начало процессам интеграционного сотрудничества по вопросам природопользования и охраны окружающей среды. От этапа к этапу проходило расширение направлений деятельности до образования Евразийского экономического союза. Помимо этого, сотрудничество в сфере природопользования и охраны окружающей среды и ее компонентов оформлялось двусторонними соглашениями между странами-участницами Союза. Так, остается в силе Соглашение Правительства РФ и Правительства Республики Беларусь от 05.07.1994 г., регламентирующее сотрудничество стран в области мер охраны окружающей природной среды, соглашение Правительства РФ и Правительства Республики Казахстан от 07.04.2010 г., посвященное регулированию вопросов совместного использования и охраны трансграничных водных объектов. Названные документы выражают намерения сторон развивать сотрудничество в области рационального использования природных ресурсов согласно принципу экологически обоснованного и устойчивого развития. Вместе с тем, движение по пути интеграции сосредотачивалось, прежде всего, на принятии согласованных решений в области таможенного регулирования и торговой политики.

Подтверждением этого служит введение в действие актов международного уровня, посвященных правилам единообразного таможенного регулирования в Таможенном союзе, формирование таможенного законодательства, разработка и утверждение Таможенного кодекса ТС от 27 ноября 2009 г.; стандартизация механизма таможенного администрирования, которое объединяет в себе одни требования декларирования товаров, внесения платы при совершении таможенных операций и единые таможенные действия; приняты и действуют общие нормы расчета таможенной стоимости и порядок определения

территории производства товаров. Параллельно происходило и осуществление интеграции в других областях экономической деятельности стран-участниц объединения и установление норм их регулирования. В числе таковых оказалось и формирование общего рынка товаров, услуг, труда и капитала. Отмечая трансформацию евразийского интеграционного проекта в экономическое объединение стран и характеризуя сопровождающие его преобразования, Л. В. Щур-Труханович указывает на закономерный рост числа переходящих международной организации полномочий и качественного пересмотра уже закрепленных за ней [10, л. 74].

Дальнейшее развитие Евразийского экономического союза определило необходимость выработки общей стратегии развития единого экономического пространства и усиления интеграции не только в таможенной, но и в других сферах. Этому способствовала единая координация и осуществление внешнеторгового регулирования. В результате к ключевым были отнесены следующие сферы макроэкономической деятельности:

- таможенное тарифное и нетарифное регулирование; - таможенное администрирование; - техническое регулирование ветеринарных, санитарных и фитосанитарных мер; - зачисление и распределение импортных таможенных пошлин;

- установление режимов торговли с третьими странами; - ведение статистики внешней и взаимной торговли; - регулирование и реализация конкурентной политики; - промышленные и сельскохозяйственные субсидии; - энергетическая политика; - естественные монополии; - государственные и (или) муниципальные закупки;

- взаимная торговля услугами и инвестиций; -транспорт и перевозки; - трудовая миграция; -финансовые рынки (банковская сфера, страхование, валютный и фондовый рынки).

Все из перечисленных сфер пунктом 3 Приложения №1 к Договору о ЕАЭС отнесены к согласованным направлениям деятельности Союза, полномочия по управлению и выработке подходов к правовому регулированию которых переданы государствами Евразийской экономической комиссии. В их число вошли также макроэкономическая политика, валютная политика, интеллектуальная собственность и иные сферы, определенные в рамках Союза международными договорами [4].

Однако, по нашему мнению, в законодательстве стран Союза не выработано унифицированного подхода к регулированию общего статуса и не установлено равного доступа иностранных участников к различным видам предпринимательской деятельности, предусмотренным специальными национальными перечнями исключений, ограничений, дополнительных требований и условий в границах Союза для любого государства-участника [8] или нормами Протокола о торговле услугами, учреждении, деятельности и осуществлении инвестиций Соглашения об учреждении ЕАЭС. Предпочтение и выбор той или иной юрисдикции зависит от разных причин - от сформировавшейся системы национального права до мнения об-

щества о принадлежности некоторых природных объектов или объекта социальной инфраструктуры негосударственным инвесторам, в первую очередь иностранным.

Следует согласиться с мнением Н. А. Афанасьевой о необходимости принять за основу достигнутую степень унификации регулирования других сфер макроэкономической деятельности и действующие правила об отмене административного регулирования взаимной продажи товаров в пределах национального рынка стран-участниц Союза [2, л. 6]. Так, статья 89 раздела XXIII Договора о ЕАЭС предусматривает в качестве одной из задач сотрудничества его участников по вопросам охраны и защиты прав на объекты интеллектуальной деятельности гармонизацию их национального законодательства об интеллектуальной собственности. Реализация данной задачи находит свое воплощение в таких основных направлениях как:

- сотрудничество как предоставление благоприятных условий для обладателей авторского права и смежных прав государств-членов;

- введение системы регистрации товарных знаков и знаков обслуживания ЕАЭС и наименований мест происхождения товаров ЕАЭС.

Договор о ЕАЭС предусматривает два способа регулирования статуса иностранных участников и их допуска к экономической деятельности на территории стран-участниц Союза:

- национальный режим при торговле услугами, учреждении и деятельности, согласно которому каждое государство-член предоставляет лицам любого государства-члена в отношении учреждения и деятельности режим не менее благоприятный, чем режим, предоставляемый при таких же (подобных) обстоятельствах своим собственным лицам на своей территории (пункт 24 раздел 6 приложения 16).

- режим наибольшего благоприятствования при торговле услугами, учреждении и деятельности, который позволяет каждому государству-члену при аналогичных обстоятельствах устанавливать для услуг, поставщиков и получателей услуг всякого иного государства-члена режим не менее благоприятный, того, что дается равнозначным услугам и поставщикам, получателям услуг третьих стран (пункт 27 раздел 6 приложения 16).

На наш взгляд, второй из способов в меньшей степени применим к регулированию статуса и закреплению ограничений в сферах деятельности иностранных участников на территории стран-участниц Союза, поскольку направлен к выравниванию положения поставщиков и получателей услуг государства-члена и лиц третьих государств. В этой связи остановимся более подробно на правилах национального режима. В частности, п. 26 приложения 16 Договора о ЕАЭС, который содержит изъятие из правил п. 24 данного приложения применительно к праву любого государства-члена реализовывать в отношении учреждения и деятельности иностранных лиц других стран-участниц отдельные ограничения и условия, указанные в национальных перечнях или в

приложении №2 к Протоколу о торговле услугами, учреждении, деятельности и осуществлении инвестиций.

При реализации этого права на практике среди данных сфер в большинстве случаев оказываются:

- условия и порядок доступа, включая его ограничения, к субсидиям и другим средствам государственной поддержки, реализуемым в полном объеме на уровне федеральной, региональной и местной власти (Республика Беларусь, Республика Казахстан, Россия, Республика Армения, Кыргызская Республика);

- нахождение тех или иных земельных участков в собственности и (или) в пользовании иностранных лиц (Республика Беларусь, Республика Казахстан, Россия, Республика Армения, Кыргызская Республика);

- предоставление приоритета в пользовании объектами животного мира на определенной территории или акватории организациям и физическим лицам (Республика Беларусь, Республика Казахстан, Россия);

- ограничения в отношении деятельности в пределах континентального шельфа (Республика Казахстан, Россия);

- ограничения в отношении контрактов и соглашений с инвесторами на осуществление недропользования Республика Казахстан, Кыргызская Республика.

- установление процедуры отбора концессионера и перечня существенных условий концессионного соглашения, права решающего голоса (Республика Беларусь, Республика Казахстан, Россия, Кыргызская Республика);

- учреждение лицами любого другого государства-члена юридических лиц, открытие филиалов и представительств, регистрация в качестве индивидуального предпринимателя на территории закрытого административно-территориального образования, приобретение долей участия в них (Россия);

- первоочередное право участия в осуществлении соглашения о разделе продукции в качестве подрядчиков, поставщиков, перевозчиков или в ином качестве по соглашениям (контрактам) с инвесторами (Россия, Кыргызская Республика);

- землеустройство, техническая инвентаризация и государственная регистрация недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним, оценка государственного имущества для совершения с ним сделок и (или) иных юридически значимых действий, геодезические и картографические работы, результаты которых имеют общегосударственное, межотраслевое назначение (Республика Беларусь, Республика Армения (только граждане);

- выдача заявителю разрешения на совершение сделок по использованию стратегических ресурсов и (или) использованию, приобретению стратегических объектов (Республика Казахстан, Кыргызская Республика).

Кроме того, законодательство некоторых стран-участниц Союза предусматривает отдель-

ные ограничения, отсутствующие в законодательстве других государств. Так, в Республике Армения пользователем недр признается лишь юридическое лицо, включая и иностранные коммерческие организации, а в Кыргызской Республике приобретение лицами других государств -членов ЕАЭС в собственность жилых помещений требует получения согласия уполномоченного органа, жилые помещения в порядке приватизации могут получать только граждане Кыргыстана.

Как видно из вышеприведенного обзора положений Договора о ЕАЭС в части закрепления перечня отдельных ограничений и условий деятельности иностранных хозяйствующих субъектов, указанного в Приложении №2, страны-участницы Союза ведут собственную законотворческую деятельность, руководствуясь своими национальными принципами и представлениями о сферах, нуждающихся в дополнительной защите от доступа иностранных субъектов. При таком развитии событий о реализации гармонизированной политики в сфере предпринимательства и инвестиционной деятельности говорить пока не приходится.

Наряду с этим следует учитывать то обстоятельство, что Беларусь и Россия продолжают развивать интеграцию в рамках Союзного государства, а Беларусь, Казахстан и Россия состоят в Таможенном союзе и ведут деятельность в рамках Единого экономического пространства. Согласно ст. 20 Договора между РФ и Республикой Беларусь от 08.12.1999 «О создании Союзного государства» его участники образуют на своей территории единое экономическое пространство. В границах Союзного государства применяется в первую очередь унифицированное, а кроме того и единое законодательство, регламентирующее деятельность хозяйствующих субъектов. Оно охватывает как гражданское, так и налоговое законодательство [3].

Установление в национальных законодательствах стран Союза совокупности ограничений применительно к использованию отдельных видов природных ресурсов (земельные участки, недра и континентальный шельф) и (или) объектов недвижимости (жилые помещения), совершению действий с ними (землеустройство, техническая инвентаризация и государственная регистрация недвижимого имущества, приватизация), в сфере инвестиций, может трактоваться как сужение области интеграции в целом [7].

Наличие и применение Договора о ЕАЭС автоматически не гарантирует эффективного правового регулирования отношений в сфере интеграции. Вся нормативно-правовая база Союза, по нашему мнению, должна быть улучшена и доработана за счет включения в сферу наднационального регулирования земельных отношений, недропользования и доступа к другим природным ресурсам.

Как пишет Т. А. Селищева, природопользование имеет ярко выраженный региональный характер, поскольку ресурсы и экосистемы каждой страны (региона) относительно обособлены в пространстве и во времени. Ущерб и эффект, вы-

званный хозяйственной деятельностью в отдельном регионе, всегда проявляется на конкретной территории. По этой причине правовое регулирование ограничений и условий доступа иностранных хозяйствующих субъектов к деятельности в сфере природопользования исключительно на национальном уровне может иметь следствием экологически неравноценный обмен, когда выгоды достаются одним субъектам хозяйствования, а последствия негативного воздействия на природные системы - другим [9, л. 15].

А. Е. Кузнецова главной тенденцией последнего времени называет все возрастающее распространение экологических норм за рамки региональных торговых соглашений о сотрудничестве или устойчивом развитии. На сегодняшний день обязательства в области природопользования, охраны окружающей среды и ее компонентов можно встретить и в других частях региональных торговых соглашений, включая инвестиции (к примеру, дополнительные гарантии на защиту права на экологическое регулирование), интеллектуальную собственность (к примеру, повышенные обязанности по сохранению биологического разнообразия), услуги (экологические услуги). Существенно возрастает активность обсуждения вопросов «озеленения» глав о государственных закупках (содействие «зеленым» закупкам) и субсидиям (ограничение/запрет субсидий, которые причиняют ущерб окружающей среде) [5, л. 61].

По нашему мнению, работа над такой сферой как признание и закрепление единого подхода к статусу и сферам деятельности иностранных участников, включая и правовое положение при-родопользователей, должно осуществляться на основе принципа резидентства и унификации национальных законодательств стран-участниц Союза в соответствии с логикой функционирования правовой базы единого экономического пространства. Разработку нормативных основ закрепления единого статуса участников и общего перечня направлений деятельности в странах Союза следует осуществлять с опорой на действующие акты Евразийской комиссии в сфере таможенного регулирования, которые могут выступать необходимым базисом для развития дальнейшей интеграции в странах Союза. Ключевым из них можно считать положение пункта 17 ст. 2 Таможенного кодекса Евразийского экономического

союза, в котором содержится следующее определение термина «лицо государства-члена» -юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом, созданные в соответствии с законодательством государств-членов, а также физическое лицо, имеющее постоянное место жительства в государстве-члене, в том числе индивидуальный предприниматель, зарегистрированный в соответствии с законодательством государства-члена. Включение аналогичного понятия в общие положения Протокола о торговле услугами, учреждении, деятельности и осуществлении инвестиций Соглашения о ЕАЭС (Приложение №16), по нашему мнению, будет способствовать унификации подходов национальных законодательств к установлению «горизонтальных» ограничений, сохраняемых государствами-членами в отношении всех секторов и видов деятельности и, как следствие, обеспечит полноценный учет интересов хозяйствующих субъектов стран-участниц и создание единого экономического пространства на территории ЕАЭС.

В пользу изменения правового регулирования, определяющего единый статус иностранных участников в сфере природопользования свидетельствуют следующие доводы: наличие ограничений для отдельных видов природных ресурсов и (или) объектов недвижимости (жилые помещения), совершения действий с ними, необходимость улучшения и доработки нормативно-правовой базы за счет включения природопользования в сферу наднационального регулирования и ярко выраженный региональный характер природопользования. Все перечисленное подтверждает целесообразность пересмотра подхода к установлению условий и ограничений деятельности иностранных хозяйствующих субъектов в сфере осуществления природопользования.

Таким образом, совершенствование нормативно-правовой базы Союза по отношению к учреждению и (или) видам деятельности хозяйствующих субъектов стран-участников может стать одним из факторов усиления интеграционных процессов на евразийском пространстве, содействуя устойчивому экономическому росту стран-участниц ЕАЭС и преодолению экологических проблем, сдерживающих их продвижение по пути устойчивого развития.

Литература

1. Алихаджиева А. С. Экологическая Россия в условиях ЕАЭС: перспективы развития // Современные евразийские исследования. 2015. №1. С.81-86.

2. Афанасьева Н. А. Путь от Таможенного союза к Евразийскому экономическому союзу // Российско-белорусская интеграция: от идеи к воплощению: сборник научных статей участников конференции / сост. Кривцов В. Н., Горбачёв Н. Н. Минск: Ковчег, 2016. С.5-8.

3. Договор между РФ и Республикой Беларусь от 08.12.1999 «О создании Союзного государства» // Собрание законодательства Российской Федерации. 14.02.2000. №7. ст. 786.

4. Договор о Евразийском экономическом союзе (Подписан в г. Астане 29.05.2014) (ред. от 15.03.2018) // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://www.pravo.gov.ru (Дата обращения: 17.05.2019).

5. Кузнецова А. Е. Экологические положения для торговых соглашений с участием Евразийского экономического союза (ЕАЭС) // Управленческое консультирование. 2018. №5 (113). С.59 - 68.

6. Матаев Т. М. Современные направления регулирования государственно-частного партнерства в странах ЕАЭС // Российское предпринимательство. 2016. Т.17. №24. С.3561-3572.

7. Невский А. И. Внутреннее регулирование учреждения и любой деятельности - основа для реализации обязательств в рамках Евразийского экономического союза, включая производство, торговлю товарами и услугами // СПС «КонсультантПлюс», 2019 г.

8. Решение Высшего Евразийского экономического совета от 23.12.2014 №112 (ред. от 16.10.2015) «Об утверждении индивидуальных национальных перечней ограничений, изъятий, дополнительных требований и условий в рамках Евразийского экономического союза для Республики Армения, Республики Беларусь, Республики Казахстан, Кыргызской Республики и Российской Федерации» // Официальный сайт Евразийской экономической комиссии. URL: http:// www.eurasiancommission.org/ (Дата обращения: 17.05.2019).

9. Селищева Т. А. Проблемы устойчивого развития экономики в странах Евразийского экономического союза // Проблемы современной экономики. 2018. №2. С.15-21.

10. Щур-Труханович Л. В. К вопросу о конституционной обеспеченности передачи государствами-членами полномочий Евразийскому экономическому союзу и Европейскому союзу // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2016. №4. С.69-76.

References

1. Alihadzhieva A. S. Jekologicheskaja Rossija v uslovijah EAJeS: perspektivy razvitija (Environmental Russia in Eurasian Economic Union: prospects of development) // Sovremennye evrazijskie issledovanija. 2015. No. 1. P.81-86. (In Russian).

1. Afanas'eva N. A. Put' ot Tamozhennogo sojuza k Evrazijskomu jekonomicheskomu sojuzu (The path from the Customs Union to the Eurasian Economic Union) // Rossijsko-belorusskaja integracija: ot idei k voploshheniju: sbornik nauchnyh statej uchastnikov konferenci. Minsk: Kovcheg, 2016. P.5-8. (In Russian).

2. Dogovor mezhdu RF i Respublikoj Belarus' ot 08.12.1999 «O sozdanii Sojuznogo gosudarstva» ("On the establishment of the Union state") // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. 14.02.2000. No. 7. Art. 786. (In Russian).

3. Dogovor o Evrazijskom jekonomicheskom sojuze ("On the Eurasian economic Union") (Podpisan v g. Astane 29.05.2014) (red. ot 15.03.2018) // Oficial'nyj internet-portal pravovoj informacii. URL: http://www.pravo.gov.ru, (Accessed: 17.05.2019). (In Russian).

4. Kuznecova A. E. Jekologicheskie polozhenija dlja torgovyh soglashenij s uchastiem Evrazijskogo jekonomicheskogo sojuza (EAJeS) (Environmental provisions for trade agreements with the participation of the Eurasian economic Union (EAEU)) // Upravlencheskoe konsul'tirovanie. 2018. No.5 (113). P. 59-68. (In Russian).

5. Mataev T. M. Sovremennye napravlenija regulirovanija gosudarstvenno-chastnogo partnerstva v stranah EAJeS (Modern trends in the management of the public-private partnership in the countries of the EAEU) // Rossijskoe predprinimatel'stvo. 2016. Vol.17. No.24. P. 3561-3572. (In Russian).

6. Nevskij A. I. Vnutrennee regulirovanie uchrezhdenija i ljuboj dejatel'nosti - osnova dlja realizacii objazatel'stv v ramkah Evrazijskogo jekonomicheskogo sojuza, vkljuchaja proizvodstvo, torgovlju tovarami i uslugami (Internal regulation of the institution and any activity as the basis for the implementation of obligations within the framework of the Eurasian economic Union, including production, trade in goods and services) // SPS «Konsul'tantPljus», 2019. (In Russian).

7. Reshenie Vysshego Evrazijskogo jekonomicheskogo soveta ot 23.12.2014 № 112 (red. ot 16.10.2015) «Ob utverzhdenii individual'nyh nacional'nyh perechnej ogranichenij, iz#jatij, dopolnitel'nyh trebovanij i uslovij v ramkah Evrazijskogo jekonomicheskogo sojuza dlja Respubliki Armenija, Respubliki Belarus', Respubliki Kazahstan, Kyrgyzskoj Respubliki i Rossijskoj Federacii» ("On approval of individual national lists of restrictions, exemptions, additional requirements and conditions within the framework of the Eurasian Economic Union for the Republic of Armenia, the Republic of Belarus, the Republic of Kazakhstan, the Kyrgyz Republic and the Russian Federation") // Oficial'nyj sajt Evrazijskoj jekonomicheskoj komissii. URL: http://www.eurasiancommission.org/ (Accessed: 17.05.2019). (In Russian).

8. Selishheva T. A. Problemy ustojchivogo razvitija jekonomiki v stranah Evrazijskogo jekonomicheskogo sojuza (Problems of sustainable economic development in the countries of the Eurasian Economic Union) // Problemy sovremennoj jekonomiki. 2018. No. 2. P. 15-21. (In Russian).

9. Shhur-Truhanovich L. V. K voprosu o konstitucionnoj obespechennosti peredachi gosudarstvami-chlenami polnomochij Evrazijskomu jekonomicheskomu sojuzu i Evropejskomu sojuzu (On the issue of constitutional security of the transfer of powers by member States to the Eurasian Economic Union and the European Union) // Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedenija. 2016. No. 4. P. 69-76. (In Russian).

Информация об авторах Колесникова Кира Владимировна - кандидат юридических наук, доцент кафедры экологического, земельного и трудового права юридического института Северо-Кавказского федерального университета (Ставрополь) / mail.kira@ yandex.ru

Нутрихин Роман Владимирович - кандидат юридических наук, доцент кафедры экологического, земельного и трудового права юридического института Северо-Кавказского федерального университета (Ставрополь) / nut-roman@ yandex.ru

Information about the authors Kolesnikova Kira - PhD in History, Associate Professor, Chair of Environmental, Land and Labor Law, Institute of Law, North-Caucasus Federal University (Stavropol) / mail.kira@yandex.ru

Nutrikhin Roman - PhD in History, Associate Professor, Chair of Environmental, Land and Labor Law, Institute of Law, North-Caucasus Federal University (Stavropol) / nut-roman@yandex.ru