Аналитические конструкции тувинского языка и их грамматикализованные смыслы

PHILOLOGY

УДК 811.512

АНАЛИТИЧЕСКИЕ КОНСТРУКЦИИ ТУВИНСКОГО ЯЗЫКА И ИХ ГРАММАТИКАЛИЗОВАННЫЕ СМЫСЛЫ

Шамина Л.А.

Институт филологии СО РАН, г. Новосибирск

ANALYTICAL CONSTRUCTIONS OF THE TUVAN LANGUAGE AND THEIR GRAMMARIZED MEANINGS

Shamina L.A.

Institute of Philology SB RAS, Novosibirsk

В настоящей статье представлен краткий обзор, выявленных грамматических структур в тувинской глагольной системе, репрезентируемых грамматикализованными аналитическими конструкциями (АК). Как известно, основными источниками грамматикализации АК являются глаголы движения. Существует связь между лексическим значением глагола и его грамматической функцией. Связи, существующие между глаголами и выражаемыми аспектуально-модально-темпоральными смыслами образованных ими АК, безусловно, являются сложными, в первую очередь из-за различных случаев неоднозначности самих глаголов. Анализируются АК с семантикой движения к цели, формируемые глаголами движения (и метафорического движения) и глаголами перемещения в физической и социальной сферах.

Ключевые слова: аналитическая конструкция, глаголы движения, грамматикализация, тувинский язык, проспектив, перегринатив, аспектуальность.

This article presents a brief overview of the revealed grammatical structures in the Tuvan verbal system, represented by grammaticalized analytical constructions (AK). As known, the main sources of grammaticalization of AK are the verbs of movement. There is a connection between the lexical meaning of the verbs and its grammatical function. The connections that exist between verbs and the expressed aspectual-modal-temporal meanings of the AKs they have formed are certainly complex, primarily because of the various cases of ambiguity of the verbs themselves. AKs are analyzed with the semantics of movement towards the goal, formed by the verbs of movement (and metaphorical movement) and verbs of movement in the physical and social spheres.

Keywords: analytical construction, verbs of motion, grammaticalization, tuvan language, prospectus, peregrinative, aspectuality.

Глагольные аналитические конструкции сказуемого тувинского языка активно изучаются в настоящее время. Такие исследования актуальны, т.к. получение научных знаний об этом языке является необходимым этапом для решения основной задачи - описания общей системы построения предложений тюркских языков Сибири. В частности, для определения характера парадигматических отношений в области предложения сибирских тюркских языков в целом и тувинского языка как отдельного представителя этой семьи. Аналитические структуры и их место в конкретных грамматических системах важны для этноклассификационной характеристики тюркских языков Сибири.

Проблема изучения аналитических конструкций (АК) лежит в плоскости пересечения двух уровней: морфологии и синтаксиса. К проблемам морфологии относятся исследования времени глагола, глагольных аспектов, составляющие важный раздел данного уровня. Лексические единицы или словосочетания исходно выступают в ограниченных локальных контекстах и в дальнейшем переосмысляются как имеющие ту или иную синтаксическую и морфологическую функцию.

В настоящей статье представлен краткий обзор, выявленных грамматических структур в тувинской глагольной системе, репрезентируемых грамматикализованными АК. Как известно, основными источниками грамматикализации АК являются глаголы движения (и метафорического движения). Существует связь между лексическим значением глагола и его грамматической функцией. Так глаголы позиции (тур= 'стоять', чыт= 'лежать', олур= 'сидеть') и направленного движения, выражающие длительные действия, грамматикализуются в имперфектив и хабитуалис. Бенефактивные глаголы, выражая аппликативную функцию, расходятся в выражении аспектуальных значений (ал= 'брать' выражает лимитативное значение; бер= 'давать'- инхоатив и результатив); глаголы восприятия передают модальные значения гоноратива и аттемптива.

К глаголам движения относим любые лексемы, обозначающие изменение местоположения в пространстве некоторого объекта. Основными компонентами в составе ситуации движения являются следующие: 1) внутренние: субъект движения, или фигура (то, что перемещается); объект-ориентир или фон (то, относительно чего перемещается); маршрут или путь перемещения. 2) внешние: способ движения; причина движения.

Базовыми моделями выражения компонентов ситуации движения в языках мира являются: «движение + способ движения» ('прыгать', 'бегать'); «движение + маршрут движения» ('входить', 'выходить'); «движение + субъект движения» ('двигаться (о небольших круглых предметах)', 'двигаться (о скользких предметах)'.

В тувинском языке основными моделями движения являются: 1) «движение + способ движения» (ужаар летать', чуглур 'катиться', сояр 'ползать'); 2) «движение+ маршрут» (келир 'приходить', чоруур 'уходить', эртер 'проходить').

Значение 'способ движения' и 'маршрут движения' выражается грамматикализованными АК, состоящими из сочетания смыслового глагола в форме деепричастия (или причастия) и вспомогательного глагола, в той грамматической форме, которую требует синтаксическая функция АК.

Доминирующим глаголом, наиболее полно выражающим категориально-лексическую сему группы глаголов движения в физической сфере, является глагол чор= 'идти, ехать, уезжать'. Наиболее общее значение данного глагола - обозначение движения без определенного направления, указание на способность к движению, на нахождение в процессе движения [1, с. 41-47].

Кроме движения в физической сфере, компонент движения также может выявляться в семантике самых разных слов. Языковая концептуализация, например, ситуации видения, направления вербального действия, чувственного или слухового восприятия опирается на метафору движения.

Нами анализировались АК, репрезентирующие метафору движения. Выявлены конструкции модально-инфинитивного типа [2, с. 52-68] с частично десемантизированными глаголами желания или намерения, обладающие возможностью быть грамматикализованными для выражения метафорического движения к будущей ситуации. Такие АК фиксируют состояние «вот-вот совершит действие».

Важным свойством АК как источников, способствующих их грамматикализуемости, является способность языковой единицы быть использованной для описания более широкого круга явлений, чем тот, который соответствует ее основному значению. В области периферии набор источников грамматикализации в тувинском языке потенциально открыт. Нами очерчена ядерная часть источников.

I. АК с семантикой движения в физической сфере

1. АК с семантикой проспектива. Инфинитив, а в этой функции в тувинском языке используются АК инфинитивного типа с падежными формами причастия будущего времени на =ар в позиции первого компонента в сочетании с глаголами с широкой семантикой движения, является одним из грамматикализованных источников выражения значения проспектива в тувинском языке.

В качестве близких к грамматикализации примеров выявлен ряд АК, выражающих проспективную семантику. Рассмотрены разные фазы ситуации и их временная составляющая.

1) Конструкции с проспективным значением в будущем. Проспектив описывает предварительную фазу ситуации и указывает на то, что в точке отсчета имеются предпосылки для последующего ее осуществления. Проспектив выражает такое состояние дел, которое имеет место перед будущей ситуацией и не отвечает за то, состоится или нет ситуация.

(1) Ам барып дYжер сен 'Ты сейчас упадешь'.

2) Конструкции с проспективным значением могут интерпретироваться в прошедшем времени. На проспективное значение в прошедшем времени указывает то, что в момент наблюдения в прошлом все шло к тому, чтобы ситуация осуществилась. Для ее осуществления имелись все предпосылки, но событие так и не произошло. Эксплицитно не сообщаемый, но подразумеваемый компонент смысла высказывания дает основания для такого вывода.

(2) Кээп дYжер частым (ТРС, с. 510) 'Я чуть было не упал'.

Семантика инфинитивных АК - характеристика способов восприятия ситуации говорящим. Описание способов восприятия ситуации говорящим - прерогатива категории аспекта. В некоторый фиксированный момент времени - в период наблюдения - реализуется один из фрагментов ситуации (или вся ситуация в целом). Проспектив (проспективный вид) маркирует подготовительную стадию ситуации. Нами установлено, что в тувинском языке представлены несколько стратегий развития подготовительной стадии ситуации [3, с. 73-79].

Специальному исследованию АК с проспективной семантикой на материале тувинского языка посвящена наша совместная статья [4, P. 321-333].

2. Перегринатив. В центре нашего внимания находилась также семантическая зона передвижения в пространстве. Особый интерес составили АК с семантикой перегринатива. Перегринатив 'идти [куда-либо] с целью совершить там действие (Р)', как одна из граммем проспективного аспекта, - целевого проспектива, в тувинской грамматике не выделяется. Однако в тувинском языке широко используется стратегия образования глаголов, обозначающих движение, в основе которых лежит семантика существительного, от которого они образованы. Словообразовательная структура таких глаголов имеет вид: 'имя существительное (N1) + глаголообразующий аффикс (УЭ):=ла= / =ле= с фонетическими вариантами =на= / =не, =та = / =те=, =да= / =де=': ырла- 'петь' (ыр 'песня'), эмне 'лечить' (эм 'лекарство'), хYнне 'светить' (хун 'солнце'). Суффикс =ла образует глаголы не только от имен существительных, но и от других частей речи.

На наш взгляд, данный суффикс можно рассматривать как источник грамматикализации перегринатива в тувинском языке. Имя существительное с включенной морфемой перегринатива образует глагол направленного движения 'совершить действие с целью...'. Сочетание образованного таким образом глагола в форме деепричастия на =п с последующим глаголом движения образует бивербальную грамматикализованную АК. В семантике таких АК актуализируется целевое значение: 'идти с целью совершить действие'. Они формируются отыменными глаголами движения, которые можно назвать глаголами с инкорпорированной целью движения.

(3) Ацчы-даа боозун алгаш, диицнеп чорупкан (МЛПТ, с.122) 'И охотник свое ружье взял, белковать пошел'.

Конструкции с перегринативным значением движения по направлению к цели являются источником грамматикализации формы целевого проспектива. В тувинском языке, как и в других тюркских языках, имеются АК, в которых сочетаются два глагола движения: один в форме деепричастия на =п, другой - в финитной. Семантика таких АК - ориентация движения относительно субъекта. Такую пространственную ориентацию вносит вспомогательный компонент. Он является показателем направления и локализации (директивным маркером), именно в его семантике содержится сема направления.

Нами исследовались также грамматикализованные деепричастные АК с директивными маркерами направления и локализации в роли второго компонента. В роли директивных маркеров выступает пары соотносительных глаголов, противопоставленных по признаку ориентации движения на субъект наблюдения: кел= 'приходить', выражающий направленность действия в сторону говорящего; бар= 'уходить', выражающий направленность действия от говорящего. Вспомогательный глагол Yн= 'выходить' выражает направление движения вертикально вверх и изнутри, а глагол дYш= 'падать'- вниз.

Глагол киир= 'входить' с аффиксом каузативного залога =гир=указывает на направление движение внутрь объекта. Вспомогательные глаголы ал= 'брать' и бер= 'давать' выражают метафорическое направление движения в социальной сфере. Аспектуальное значение таких АК - результативное состояние (цессатив).

В иерархической структуре ЛСГ глаголов движения вершинным является глагол чор= 'ходить, двигаться', а глаголов позиции - тур= 'стоять'. Эти вспомогательные глаголы, способны, в силу своей абстрактности, структурировать АК для описания широкого круга явлений действительности. Именно поэтому они служат для выражения глагольной ориентации в составе АК.

(4) Эш-вврунуц мурнунга мактанырын бодап турар (ШС, с. 5) 'Он собирается похвастаться перед друзьями' .

Глаголы направленного движения в тувинском языке формируют целевые конструкции. Для выражения цели при глаголах движения (супин) используются три стратегии: первая представляет грамматикализованную АК, состоящую из причастия будущего времени на =ар с обязательным посессивным оформлением аффиксом 3-го л. =ы и послелога -биле 'с'; вторая представлена АК с послелогом дээш 'чтобы'.

(5) Куш хааны часкыдан ундуруг твледип эккээри-биле ундуруг хавырыкчыларын чоруткан (МЛПТ, с. 60) 'Хан птиц отправил сборщиков к летучей мыши, чтобы они принесли от нее дань.'

(6) А Дуктуг-Ары ачазыныц чевээн каастаар дээш, чечек чулуп аар дээш чоруткаштыц ...(МЛПТ, с.56) 'Дуктуг-Ары, чтобы украсить могилу отца, пошел нарвать цветов,..'

Третья стратегия представлена аналитической конструкцией с целевым депричастие =п и глаголом движения.

(7) Бир-ле катап Довураккай деп кижи врге-куске влуруп, ажы-твлун, уш уруун, кадайын азыраар дээш чоруткаштьщ, ол бодунуц кылып алган чадырындан аза бергеш, вске уцгурже кире берген....(МЛПТ, с.82). 'Однажды человек по имени Довураккай пошел охотиться на сусликов-мышей, чтобы прокормить своих трех дочерей и жену, когда возвращался, заблудился, прошел мимо своего шалаша и зашел в логово [зверя].'

Особый вариант целевой конструкции выражает отрицание неверного понимания цели действия (конструкции целевой коррекции). С отрицательной частицей эвес 'не' сочетается глагол движения в главной ПЕ, в зависимой ПЕ отрицания нет.

(8) Мацаа бажыц тудар дээш келген эвес мен (М.К-Л., с. 28) 'Сюда дом строить чтобы, не пришел я.' 'Я сюда пришел не для того, чтобы дом строить.'

II. АК с семантикой движения в социальной и интеллектуальной сфере

Метафорическое движение в социальной сфере, выражается АК с бенефактивными глаголами «смены собственника» бер= 'давать', ал= 'брать'. В семантике первого содержится сема 'для другого лица', в семантике второго - 'для себя'. Эти глаголы широко используются в составе полностью или частично грамматикализованных конструкций.

(9) Мецээ адыц чугаалап бер (ТРС, с. 132) 'Скажи мне своё имя'.

(10) Ацгырактыц мунуп чораан аъдын Донгак чедип алган (КБ, с. 94-104) 'Лошадь, которую Ангырак водил, Донгак взял с собой'.

Движение в интеллектуальной сфере выражается бивербальной АК, где форму деепричастия на =п принимает глагол чугаалаар 'говорить', сочетающийся с глаголом

ал= 'брать'. Эта АК представляет результат метафорического переноса ситуации движения в интеллектуальную сферу.

(11) Аъжын-чемин чооглап, арыг сеткилиц-биле чугаалажып ал (К.кт, с. 27) 'Угощения отведай, с чистыми мыслями поговори с ними'.

Наиболее распространенный путь грамматикализации глагола бер= 'давать' в тувинском языке - формирование аппликативных конструкций. При переосмыслении ситуации 'давать' в тувинском языке сохранился самый важный компонент толкования

- 'сделать так, чтобы имел другой'. Большинство АК с первым компонентом в форме деепричастия на =п и бенефактивным глаголом бер= имеют аппликативное значение

- совершение действия в пользу лица, не являющегося субъектом действия.

(12) Ававыс чемин биске Yлегилеп берген (ССА) 'Наша мать еду нам поделила'.

Здесь субъект действия - ававыс 'наша мать'. Потребитель результата, - биске 'нам'. Знаменательный глагол в составе АК характеризует действие, в результате которого производится предоставление некоторого физического объекта в собственность другого лица. Это глаголы в форме деепричастия на =п: Yлегилеп 'делить'. Производство действия и передача результата этого действия осуществляется одним лицом.

Конструкции с каузативно-пермиссивной функцией. В результате грамматикализации глагола бер= в АК произошел семантический сдвиг -метафоризация - от прототипического значения «смены собственника» к каузативно-пермиссивному, императивному (императивно-гортативному).

Конструкции императивно-гортативной семантики. Член глагольной парадигмы императива гортатив используется говорящим для выражения желания реализации некоторой ситуации, при этом подразумевается непосредственное участие говорящего и адресата в процессе осуществления ситуации (давай споем!).

Как императивы, так и гортативы выражают пожелания говорящего о будущем состоянии ситуации. Императив используется в тех случаях, если ответственным за осуществление действия становится адресат. Гортатив включает в себя намерение говорящего также поучаствовать в реализации желаемой ситуации.

(13) Ырлап берейн! 'Спою-ка (тебе или кому-то еще').

Исполнителем действия в будущем является адресат говорящего, т.е. второе

лицо.

(14) Ырлажып берээли! Ырлап берээли! 'Давай споём!'

В этом примере берээли 'давай' [споем] имеет референцию к двум участникам ситуации - говорящему и одному слушающему, в отличие от давайте споем, где слушающих несколько. Противопоставление двух императивных форм 1-го лица, различающихся числом адресатов, является весьма распространенным явлением в языках мира. В тюркских языках, как отмечала Е.И. Убрятова, категория «исключительности и включительности - живая грамматическая категория» [5, с. 310].

В тувинском языке каузативные значения приказания, повеления, просьбы или пожелания имеют лишь формы 2-го и 3-го лица единственного и множественного числа.

В пермиссивных конструкциях при глаголе ал= в значении 'позволить', может появиться отрицание.

(15) Эник ыт артап кире албас 'Щенок не может перелезть' (не способен).

В отличие от бенефактивных АК, пермиссивные конструкции реализуют ситуацию, когда передача результата действия осуществляется другим лицом.

Таким образом, подытоживая сказанное выше, подчеркнем тот факт, что в тувинском языке системным результатом грамматикализации бенефактивных глаголов являются аппликативные, каузативно-пермиссивные, императивные конструкции. Употребление глагола бер= 'дать / давать / выдавать / подавать' сопровождается метафоризацией базового значения «смены владельца».

Имеющиеся факты свидетельствуют о том, что процесс грамматикализации для этих глаголов продолжается и их значение в составе АК становится все более абстрактным. Компонент 'в пользу другого лица' у глагола бер= в ходе дальнейшей десемантизации может стать несущественным и он превратится в маркер нового участника ситуации, не совпадающего в общем случае ни с агенсом, ни с пациенсом.

Выводы. В результате проведенного исследования, нами установлено, что в тувинском языке глаголы движения в физической сфере и глаголы перемещения формируют АК с семантикой движения к цели. АК с первым деепричастным или причастным компонентом в комбинации с глаголами с широкой семантикой движения являются одним из грамматикализованных источников выражения значения проспектива в тувинском языке. Такие АК характеризуют способы восприятия ситуации говорящим. В некоторый фиксированный момент времени, например, в период наблюдения, реализуется один из фрагментов ситуации (или вся ситуация в целом). Проспектив маркирует подготовительную стадию ситуации. Поскольку способы восприятия ситуации говорящим описываются категорией аспекта, то можно сказать, что в тувинском языке АК характеризуют глагольную категорию аспекта -«проспективный вид».

Аспектуальная система тувинского языка базируется на связях между различными типами глаголов. Это находит отражение в формируемых ими АК. Связи, существующие между глаголами и выражаемыми аспектуально-модально-темпоральными смыслами образованных ими АК, безусловно, являются сложными, в первую очередь из-за различных случаев неоднозначности самих глаголов. В результате взаимодействия грамматического значения (задающего точку зрения на ситуацию) и акционального типа глагольной лексемы и развивается аспектуально-темпорально-модальное значение АК в целом.

Аспектуальные структуры отличает важная роль пространственных траекторий движения в системе тувинского глагольного вида, выражаемых однонаправленными и разнонаправленными глаголами движения. Эти пространственные траектории, являясь необходимыми элементами аспектуальности, репрезентируют эту систему, так как все виды движения можно представить в виде метафорических продолжений этих траекторий, которые также имеют отношение к аспектуальным характеристикам.

На парадигматическом уровне степень интеграции грамматикализованных АК в парадигму и степень интеграции парадигмы в систему языка прослеживается достаточно четко. В глагольную парадигму настоящего (конкретного и относительного) времени входят грамматикализованные деепричастные и причастные АК с четырьмя вспомогательными глаголами (три глагола позиции и один глагол движения). Парадигма косвенных наклонений тувинского языка пополнилась причастными АК с вспомогательным глаголом тур= [б].

На синтагматическом уровне прослеживается определенная степень спаянности грамматикализованой единицы с контекстом: свободная сочетаемость у глагола тур= и ограниченная степень свободы сочетаемости у остальных глаголов этой группы. Вспомогательные глаголы олур=, чыт=, чор= имеют избирательную сочетаемость, и каждый из них может модифицировать лишь определенный круг смысловых глаголов. Ограничения на сочетаемость обусловлены лексико-семантической группой смыслового глагола.

В ходе грамматикализации для передачи определенного смысла возникает новое средство; как правило, оно является более выразительным и экспрессивным, нежели прежняя форма, и подразумевает определенное участие говорящего в создании новой аналитической структуры.

Библиографический список

1. Барыс-Хоо В. С. Глаголы с инкорпорированной семантикой цели движения в современном тувинском языке в сопоставлении с другими тюркскими языками // Языки коренных народов Сибири. Вып. 16. Новосибирск, 2005. С. 41-47.

2. Шамина Л. А. Конструкции модально-инфинитивного типа в тувинском языке // Языки коренных народов Сибири. Вып.1. Новосибирск: НГУ, 1995. С. 52-68.

3. Шамина Л. А. О проспективе в тувинском языке // Северо-Восточный гуманитарный вестник ИГИиПМНС СО РАН. Якутск 2014. № 1. С. 73-79.

4. Shamina L.A., Bayr-ool A.V. Means of Expressing Prospective Semantics in the Tuvan Language II Prospective and Proximative as Grammatical Categories edited by Agnes Korn and Irina Nevskayal WIESBADEN 2017. LUDWIGREICHERTVERLAG. P. 321-333.

5. Убрятова Е. И. Еще раз об исключительности (эксклюзиве) и включительности (инклюзиве) в якутском языке // Языки народов Сибири. Грамматические исследования. Новосибирск 1991. -С. 3-10.

6. Шамина Л. А. , Ондар Ч. С. Глагольные аналитические конструкции с первым причастным компонентом в тувинском языке // Новосибирск. Изд-во НГУ, 2003. - 238 с.

7. Шамина Л. А. Грамматикализация глаголов «смены собственника в тувинском языке» Международный научно-исследовательский журнал. Екатеринбург 201б. № 12 (54). Ч. 2. С. 91-93.

Bibliograficheskij spisok

1. Barys-Hoo V. S. Glagoly s inkorporirovannoj semantikoj celi dvizhenija v sovremennom tuvinskom jazyke v sopostavlenii s drugimi tjurkskimi jazykami Il Jazyki korennyh narodov Sibiri. Vyp. 16. Novosibirsk, 2005. S. 41-47.

2. Shamina L. A. Konstrukcii modal'no-infinitivnogo tipa v tuvinskom jazyke II Jazyki korennyh narodov Sibiri. Vyp.1. Novosibirsk: NGU, 1995. S. 52-68.

3. Shamina L. A. O prospektive v tuvinskom jazyke Il Severo-Vostochnyj gumanitarnyj vestnik

IGliPMNS SO RAN. Jakutsk 2014.№ 1. S. 73-79.

4. Shamina L.A., Bayr-ool A.V. Means of Expressing Prospective Semantics in the Tuvan Language // Prospective and Proximative as Grammatical Categories edited by Agnes Korn and Irina Nevskaya/ WIESBADEN 2017. LUDWIG REICHERT VERLAG. P. 321-333.

5. Ubrjatova E. I. Eshhe raz ob iskljuchitel'nosti (jekskljuzive) i vkljuchitel'nosti (inkljuzive) v jakutskom jazyke // Jazyki narodov Sibiri. Grammaticheskie issledovanija. Novosibirsk 1991. - S. 3-10.

6. Shamina L. A., Ondar Ch. S. Glagol'nye analiticheskie konstrukcii s pervym prichastnym komponentom v tuvinskom jazyke // Novosibirsk. Izd-vo NGU, 2003. - 238 s.

7. Shamina L. A. Grammatikalizacija glagolov «smeny sobstvennika v tuvinskom jazyke» // Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal. Ekaterinburg 2016.№ 12 (54). Ch. 2. S. 91-93. Список источников:

КБ - Кыргыс Балчый. YYлгедигнинялазы. «Кызыгаар». - С. 94-104. Кызыл, 2008. К.кт - К-Э. Кудажы. Уйгу чок Улуг-хем. Красный том. Кызыл, 2002.

МЛПТ - Мифы, легенды, предания тувинцев // Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 2010.

М. К-Л. - М. Кенин-Лопсан. Чылгычынын ее. Кызыл, 1980 (электронная версия).

ССА - С. Сарыг-оол. Ачгыр-оолдуч тоожузу (электронная версия).

ТРС - Тувинско-русский словарь. М., 1968.

ШС - Шачгыр-оол Сувач ХYн-Херелден аалчылар. Кызыл, 1994.

Шамина Людмила Алексеевна - доктор филологических наук, главный научный сотрудник Института филологии СО РАН, e-mail: Shamina_la@mail.ru

Shamina Ludmila - Doctor of Philology, principal scientific researcher Institute of Philology of Siberian Branch, e-mail: Shamina_la@mail.ru

УДК 811.512.156

О СРЕДСТВАХ ВЫРАЖЕНИЯ ПОСЕССИВНОСТИ В ТУВИНСКОМ ЯЗЫКЕ

Каксин А.Д.

Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова, г. Абакан

ABOUT MEANS OF EXPRESSION OF POSSESSIVENESS IN THE TUVAN LANGUAGE

Kaksin A.D.

Khakass State University N.F. Katanov

Статья посвящена категориальной семантике, одной из важнейших языковых универсалий, каковой является притяжательность. Рассматривается ядро плана выражения указанной семантики в тувинском языке: суффиксы (показатели) личной принадлежности и другие грамматические средства. Набор этих средств в тувинском языке сопоставляется с аналогичным набором в других тюркских языках (в частности, в хакасском языке, соседнем по отношению к тувинскому).

Ключевые слова: языковые универсалии, притяжательность, средства выражения, суффиксы притяжательности, тюркские языки, тувинский язык.

Article is devoted to category semantics of one of language universal ideas which the possessiveness is. Also the plan of expression of the specified semantics in the Tuvan language is considered: suffixes (indicators) of personal accessory and other grammatical means. A set of these