Официальное функционирование языка в сфере государственной коммуникации

Н.Д. Голев, О.П. Сологуб

ОФИЦИАЛЬНОЕ ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЯЗЫКА В СФЕРЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ КОММУНИКАЦИИ1

Рассмотрение различных социальных институтов под коммуникативным углом зрения стало одним из актуальных направлений научного изучения общества. Главная особенность такого подхода - представление субъектов соответствующего института, обменивающихся информацией различного содержания, как элементов коммуникативной структуры. Интенсивно развивается в настоящее время такое конструирующее коммуникативную модель права направление юриспруденции, как правовая коммуникация (см., например: [Поляков, 2004, 2007; Голев, 2006]). В коммуникативное моделирование вовлечены также и многие другие направления социальной жизни. Так, широко представлено коммуникативное видение СМИ и журналистики (см., например: [Мансурова, 1998; Майданова, 2000; Чернышова, 2007]), активны в современной науке такие понятия, как «художественная коммуникация», «рекламная коммуникация», «информационная коммуникация», «дидактическая коммуникация» и др. На базе коммуникативного подхода формируется общее понятие коммуникативистики как самостоятельной отрасли знания со своими предметом и проблематикой. Получила широкое распространение формула информационной коммуникации, предложенная американским социологом и теоретиком коммуникативистики Г Лассуэлом: кто говорит, что говорит, с помощью каких средств, к кому обращается и с каким результатом [Лассуэл, 1996].

Непосредственным объектом исследования настоящей статьи выступают официальные тексты, являющие продуктом государственной коммуникации. Государственная коммуникация определяется при этом как часть социальной коммуникации, как «коммуникативное взаимодействие власти и общества, направленное на формирование постоянного конструктивного

1 Работа является продолжением и развитием статей: Голев Н.Д. Юридизация естественного языка как юрислингвистическая проблема (Юрислингвистика-2: Русский язык в его естественном и юридическом бытии. - Барнаул, 2000; Голев Н.Д., Сологуб О.П. Государственная коммуникация (параметры официализации текста) // Стереотипность и творчество в тексте. - Пермь, 2007. - Вып. 11. - С. 46-57).

74

диалога с целью обеспечения легитимности существующего порядка и придания стабильности». Таким образом, она «является регулирующим и координирующим механизмом во взаимоотношениях государства и общества, обеспечивая стабильность и эффективность функционирования общественного организма в целом» [Громова, 2002, с. 48]. Подсистемой государственной коммуникации является документная коммуникация; это коммуникация, осуществляемая в целях управления обществом (с другой стороны, осуществляются и обратные процессы, отражающие реакцию общества на государственные акты); в основе документной коммуникации лежат процессы обмена документами между официальными структурами и лицами. Опираясь на общую модель коммуникативного акта, Т.Н. Громова представляет модель государственной коммуникации [Там же], а Н.Н. Кушнаренко - модель документной коммуникации [2000, с. 120]. По установленным каналам коммуникации (межличностным, институциональным, массовым) между коммуникантом/адресантом (органами государственного управления различных ветвей и уровней власти) и реципиентом/адресатом (обществом в целом, различными институтами гражданского общества, индивидуальным реципиентом) передается коммуникат (документ). Коммуникат подвергается процессу кодирования - оформлению документа в соответствии с установленным кодом, иначе, правилами языка, на котором зафиксировано сообщение (такими правилами являются каноны официально-делового стиля, требования нормативных документов - ГОСТов, инструкций и т.п., законы юридической техники). При восприятии документа адресатом происходит декодирование информации, т.е. ее адекватная интерпретация обществом. Процесс документной коммуникации предполагает также каналы обратной связи - просьбы, жалобы и другие обращения граждан. В общем

виде структура государственной коммуникации в ее письменном

" 2 варианте, т.е. документной коммуникации, представлена на рисунке.

Правовая коммуникация представляет частный, но, несомненно, ядерный вариант государственной коммуникации. Такое ее положение вытекает из ее значимости и социальной силы, вытекающей из поддержки мощными институтами. Основные

2 В статье рассмотрена только часть государственной коммуникации -внутригосударственная коммуникация.

75

субъекты правовой коммуникации - официальная (закрепленная законом) власть и народ, «диалог» между ними обеспечивает институт права и его ветви: законодательная (по способу формирования она является представительской, т.е. властью, которую избирает народ, доверяющий ей разработку законов) и законоприменительная, формируемая государственными органами. Данное коммуникативно-правовое пространство состоит из многочисленных частных сфер, образующих пересекающиеся коммуникативные подсистемы, среди них, например, судебная подсистема правовой коммуникации, участниками которой являются фигуранты «от народа» - истец и ответчик, и фигуранты «от государства» - судья, прокурор и адвокат; неодушевленным (но отнюдь не пассивным) фациентом судебной коммуникативной ситуации выступает закон, за которым незримо стоит законодатель, оформляющий волю народа в тексте закона.

Другим важнейшим неодушевленным фациентом государственно-правовой коммуникации (также далеко не пассивным) является язык, выступающий в ней в разных статусах. Прежде всего - в статусе государственного языка, на котором по конституции осуществляются деятельность государственных учреждений, правовая деятельность (в первую очередь в статусе языка судопроизводства), межнациональные отношения, образование и др. Государственный язык - не только средство государственной коммуникации, но он может являться и ее объектом: государство объявляет его официальный статус, регулирует его применение в социальной жизни, в том числе его отношения с другими национальными языками и функциональными разновидностями языка.

Юридический язык (язык закона) как код правовой коммуникации - более узкое понятие, чем государственный язык, хотя и, несомненно, он составляет его ядерную сферу. Тезис о ядерности вытекает из того, что юридический язык задает образцы нормативности, ее требования в сфере языка закона наиболее жесткие и обязательные и в плане предписания, и в плане исполнения. Одно из главных свойств юридического языка -высокая степень легитимности, речь идет здесь не только об утверждении его статуса государственным органом (это вытекает из принадлежности его к государственному языку), но в легитимности его частных компонентов: структуры, терминологии, ее семантики. Разработка текстов закона, соответствующего требованиям юридического языка, вменяется такой специальности права, как юридическая техника, разрабатывающая (регламентирующая) способы воплощения волеизъявления законодателя на языке, признаваемом государственным.

Достаточно часто в литературе используется термин «официальный язык». Обычным является его употребление в качестве синонима термину «государственный язык». Однако гораздо чаще смысл термина «официальный» более широкий, предполагающий все формы деловой документации. И далее в нашей статье этот термин используется именно в этом смысле. Однако и здесь подчеркнем ядерность положения юридического языка как языка закона. В юридической литературе официальность нередко отождествляют с легитимностью. Наиболее ярко это проявляется в понятии «официальное толкование текстов права». Характерная особенность юридического языка (как языка закона) - то, что его терминология является своеобразной принадлежностью государственной власти. Как следствие этого, официальное право на толкование терминов и других положений закона имеет тот орган, который его принял или - в отдельных случаях -Конституционный суд. В этом смысле даже научно-юридическое толкование является неофициальным (доктринальный тип неофициального толкования), равно как и любые другие научные тексты квалифицируются в юридической сфере как неофициальные. Научные разработки понятий-терминов чаще всего предшествуют их появлению в тексте закона, но нередки и случаи, когда научная квалификация того или иного термина-понятия осуществляется уже после его легитимизации. Так произошло, например, с терминами

«оскорбление», «непристойная форма», «честь», «достоинство», «моральный ущерб» и т.п., которые, будучи закрепленными в тексте действующих законов, долгое время функционировали в юридической практике как довольно неопределенные понятия, соотносимые с обиходными значениями соответствующих слов.

Что касается термина «литературный язык», то его применение предполагает другую парадигму - всем другим разновидностям общенародного языка литературный язык противопоставлен по тесно связанным признакам: «высокая степень нормативности», «общепринятость» и «образцовость» («предписательный модус»), которые в их единстве во многих случаях достигают уровня «общеобязательность». Нормативность, общепринятость - важные условия государственной и юридической разновидностей языка, поскольку они обращены к рядовым носителям языка; по этой причине тексты закона и других документов должны быть доступны и понятны всем законопослушным гражданам. Однако одновременно, будучи официальным, он не может быть нелитературным: отнесенность его к закону предполагает использование «узаконенных» языковых средств. Наконец, язык закона является следствием высокопрофессиональной деятельности, в том числе научной, он обращен в значительной мере к профессионалам и адекватно может быть понят только ими. Это основное внутреннее противоречие юридического языка, который одновременно общенародный и узкоспециализированный3. Эту антиномию юридического языка мы неоднократно отмечали и обсуждали в предшествующих работах [Голев, 2000, 2006, 2007].

В данной статье рассматривается такой параметр государственного языка вообще и юридического языка в частности, как параметр официальности. Одним из направлений анализа

3 Ср. выдержку из статьи российской юридической энциклопедии «Толкование норм права»: «Если в нормативном акте нет определения термина, ему придается общеупотребимое литературное значение. Смысл исследуемого слова толкуется так, как понимал его законодатель в момент издания нормы» [Российская юридическая энциклопедия 1999, с. 2901]. Первое предложение описывает деятельность рядового читателя, второе -профессионала-законоприменителя, способного проникнуть в сознание профессионала-законодателя. Несовместимость данных модусов позволяет трактовать совмещение их в одном тезисе как смысловое противоречие.

выступает исследование процессов

официализации/деофициализации текста и определение факторов, детерминирующих эти процессы. Мы полагаем, что это позволит полнее и глубже раскрыть механизмы формирования и функционирования официального текста. Материалом для данного предмета исследования являются все официальные тексты, функционирующие в сфере государственной коммуникации; данный предмет предполагает привлечение большого массива текстовых документов - от наиболее официальных документов до документов обиходно-делового характера. Наибольшей степенью соответствия заявленному аспекту обладают тексты, возникающие в промежуточной зоне - на стыке официальной и неофициальной речи. К такому стыку относится большое число деловых документов, создаваемых на низовом уровне деловой и правовой коммуникации. Учет текстов разной степени официальности позволит представить анализируемый материал в виде шкалы, на одном полюсе которой расположены тексты максимальной степени, на другой - минимальной степени официальности. Ранее мы осуществляли типологически подобную попытку распределения текстов на шкале степеней юридизации [Голев, 2000, с. 42], которая соотносима со шкалой степеней официализации, но имеет свою специфику4.

Прежде чем приступить к непосредственному анализу процессов официализации текста, необходимо определить основную единицу официального функционирования языка -официальный текст, или документ. Данный термин имеет множество значений и может рассматриваться как в широком, так и в узком смысле. Наиболее общим является определение документа как материального объекта, содержащего значимую информацию, фиксируемую любым способом - посредством знаков письма, изображения, звука и т.п. Документами в этом случае выступают экспонаты музеев, памятники архитектуры, образцы пород и т.п. Для них нерелевантно качество официальности/неофициальности -документом их делает историческая, художественная, научная и иная ценность. В более узком смысле документом могут признаваться письменные произведения как официального, так и неофициального характера (записка, письмо, запись в ежедневнике

4 Анализ степени официальности делового текста, глубины его официализации осуществлен в работах [Сологуб, 2006; 2006а].

80

и т.д.), привлекаемые как вещественные доказательства в судебных процессах и потому обладающие юридической значимостью. В этом случае мы имеем юридические документы (в широком их понимании), здесь также нерелевантен

официальный/неофициальный характер документа. Далее, документ может означать письменный текст, «обслуживающий» государственные отношения, оформленный в установленном порядке и имеющий в соответствии с законодательством правовое значение. Тогда он трактуется как инструмент государственной коммуникации в ее письменной форме. В наиболее узком смысле документ означает письменные произведения, «обслуживающие» производственные отношения. Это управленческие документы, включенные в состав общей документации. В двух последних случаях важным качеством документов является их официальный характер. Для настоящего исследования актуальна трактовка рассматриваемого понятия как инструмента осуществления государственной коммуникации.

Официальный текст, документ выступает как единица конкретного, реализационного уровня. На эмическом (абстрактно-виртуальном) уровне ей соответствует единица, для которой естественным обозначением может стать термин «официалема». Известно, что все эмические единицы проецируются на антиномически организованную ось, полюсами которой выступают «язык как системно-структурное образование» и «язык-функционирование». В первом случае единица - носитель структурной модели-образца. Таковы, например, понятия граммемы, дериватемы, ситуатемы - за всеми ими стоит семантическая или формальная модель (структура), которая в динамическом плане функционирует как структурный образец порождения (в этом плане воспринимается как «правильная» произведенная единица, потому что соответствует модели-образцу). Во втором случае единица выступает как результат реализации нормы выбора, здесь большую роль играет стилистика, в соответствии с которой «правильно», потому что так принято, так обычно говорят, пишут. В первом (структурном) плане создание нового осуществляется по модели, во втором (стилистическом) плане осуществляется выбор готового в соответствии с действующими нормам. Говоря о функционировании официалем, в первую очередь следует подчеркнуть такой, уже упоминавшийся

выше, признак, как легитимность, узаконенность. В качестве примера его воздействия на функционирование языковых единиц в официальной сфере приведем примером с узакониванием в России словосочетаний в Украине (вместо узуального на Украине), из Украины (вместо с Украины) [Голев, 2004, с. 50-53]. Как бы ни было сильно сопротивление стихийных, устоявшихся узуальных норм, они постепенно утрачивают свои позиции. Таково влияние официальности (= легитимности): там, где действует предписание (в официальной сфере), там нормы закрепляются быстрее. Официальная речь оказывает сильное воздействие на книжную речь, например, на страницах газеты оказываются рядом официальная информация и публицистические тексты. Книжное (написанное) в свою очередь влияет на рядового читателя, обычно доверяющего написанному в официальных (или воспринимаемых как таковые) текстах и затем уже осознанно или неосознанно использующего предписанные нормы в своей речи в позиции ее продуцента.

Обратимся далее к конкретному анализу процессов официализации и их параметров. Рассмотрение указанных процессов, реализуемых в различных сферах документной коммуникации, зависит от решения вопроса о классификации документов. Для настоящего исследования актуальной является типология документов по сфере их функционирования: по этому основанию выделяются правовые и деловые документы; первые включают в себя законодательные и юрисдикционные (судебные) документы; вторые - административно-управленческие и административно-коммерческие. Кроме того, актуальным основанием для классификации является функциональный аспект; в соответствии с основными функциями государства документы подразделяются на организационные, распорядительные и информационно-справочные.

Одним из главных качеств, придающим письменному речевому произведению статус официального документа, является его функциональное предназначение - регулирование общественных, производственных отношений. При этом документы, посредством которых реализуется та или иная функция, неравноценны по степени их официальности. Так, наиболее официальными следует признать организационные документы, устанавливающие наиболее общие принципы деятельности какой-

либо официальной структуры (начиная от государства и заканчивая отдельным лицом). Распорядительные документы регулируют решение более оперативных вопросов, что несколько снижает степень их официальности; однако они предполагают исполнение четко сформулированных решений, поэтому процессы официализации остаются здесь превалирующими. Информационно-справочные документы выполняют регулятивную функцию опосредованно: они предоставляют информацию, которая становится основой для принятия организационно-распорядительных актов, - данный факт обусловливает снижение степени официальности данной группы документов.

Другой важный параметр - уровень государственной коммуникации. Высшая форма официализации возникает в законотворческой деятельности, реализуемой на федеральном уровне и призванной отразить устои, основополагающие принципы существования и деятельности государства и его органов, их взаимоотношения с другими общественными структурами, гражданами. Субъектом правовой коммуникации выступают высшие государственные органы и лица5, адресатом - все члены государства, все официальные структуры страны. Определенное влияние на характер юридического документа оказывают и особенности отношений между адресантом и адресатом. В сфере правовой коммуникации государственные акты предполагают неукоснительное их соблюдение всеми членами общества, нарушения расцениваются как выступление против государственных устоев и вызывают серьезные санкции. Содержание документов отличается масштабностью регулирования правовых отношений, действие юридических норм рассчитано на длительный период времени, они излагаются в систематизированном виде. О высокой степени официальности законодательных актов свидетельствует также такой параметр, как процедура изготовления

5 Адресант на данном уровне коммуникации имеет сложную структуру. Авторами законопроектов выступают наиболее авторитетные специалисты в сфере права - депутаты, видные государственные деятели, ученые. На последующих этапах при прохождении документом процедуры обсуждения и редактирования на заседаниях парламентских комиссий, Государственной Думы, Совета Федерации, а также при проведении лингвистической экспертизы и при подписании документа Президентом РФ авторский состав расширяется.

документа. Выделяют следующие этапы законотворческой деятельности:

1) подготовка законопроекта; 2) рассмотрение проекта Государственной Думой РФ; 3) принятие закона Государственной Думой РФ; 4) одобрение закона Советом Федерации РФ; 5) подписание закона Президентом РФ; 6) опубликование закона [Егорова, Милованова, 2002, с. 15]. Оформляются документы на гербовых бланках в соответствии с правилами юридической техники и канонами официально-делового стиля. Предназначенность таких документов для сведения всех членов общества предусматривает особые каналы связи: они доводятся до общественности путем опубликования6.

В текстах законов более низких уровней: постановлений, приказов (например, ректора вуза), судебного приговора и тому подобного - используются элементы условного (в той или иной мере) юридического, по отношению к которому элементы собственно юридического языка выступают в лучшем случае как генетическая внутренняя форма. Указанное обстоятельство обусловливает действие общей тенденции деофициализации в сфере правовой (судебной) коммуникации. Хотя, надо отметить, судебные документы весьма разнородны по своему официальному статусу. Основным параметром, определяющим степень официальности документов, является уровень коммуникации. Так, например, решения Конституционного суда в ряде случаев приближаются к законодательным; судопроизводственные же документы, создаваемые на местном уровне и регулирующие более конкретные вопросы деятельности судебных органов, будут менее официальными. Однако судебные документы в целом являются более официальными, чем документы, относящиеся к сфере деловой коммуникации. Определяющим параметром официализации, на наш взгляд, выступают особенности организации юридического текста, определяемые правилами юридической техники.

6 В соответствии с Федеральным законом «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального собрания» официальным опубликованием федерального закона считается публикация его полного текста в «Российской газете», «Собрании законодательства РФ» и «Парламентской газете».

Деловая коммуникация, функционирующая преимущественно на местном уровне, характеризуется еще более узким масштабом своего действия, более низким социальным статусом адресанта и адресата, более упрощенной процедурой создания документов и их обработки. Внутри этой общей группы выделяются частные подгруппы - административно-управленческая и административно-коммерческая коммуникация, также различающиеся степенью своей официальности. Сфера административно-управленческой коммуникации подвергается более жесткому регулированию со стороны государственных органов: здесь действуют ГОСТы, инструкции и другие нормативные документы, содержащие рекомендации по работе с документами. Большое место в документообороте занимают документы на бумажном носителе, что также в определенной степени обусловливает большую степень их официальности. Административно-коммерческая коммуникация подвергается регламентации в меньшей степени и потому характеризуется большей свободой действий; значительная доля документооборота приходится здесь на электронную коммуникацию, которая, по мнению исследователей, существенным образом расшатывает официальные каноны деловой письменной коммуникации.

Наиболее официальными в сфере деловых отношений являются организационные документы (устав, положение, инструкция и др.), регламентирующие принципы деятельности учреждения или лица, занимающегося определенной профессиональной деятельностью. Они составляются компетентными лицами - ведущими специалистами, с обязательным участием юриста, подписываются руководителем, заверяются печатью, имеют гриф утверждения, регистрируются и т.п. Распорядительная функция осуществляется посредством распорядительных документов (приказов, распоряжений, указаний и др.), основное назначение которых - организовать деятельность по исполнению принятых решений. Данная функция обеспечивает текущую деятельность государственных и коммерческих структур, что определяет более низкую степень официальности распорядительных документов. Однако тем не менее реализация данной функции предполагает четкую исполнительскую дисциплину, во многом зависящую от качества исполнения распорядительных документов, степени их официальности. Многие

из этих документов составляются на первом этапе в виде проекта, согласовываются с ведущими специалистами и юристами. Официальность усиливается за счет факта оформления документа на бланке, а также за счет наличия реквизитов, призванных придать документу дополнительную юридическую силу и тем самым -большую степень официальности, - это регистрационный номер, печать.

Действие тенденции деофициализации усиливается в группе информационно-справочных документов (акты, справки, деловые письма, записки и т.д.), отражающих текущую деятельность предприятия. Они, как правило, подвергаются более упрощенной процедуре оформления и обработки: могут исключаться такие операции, как согласование, утверждение, заверение печатью; документы могут исполняться на обычном листе бумаги. Хотя при составлении текста и рекомендуется обращение к формуляру-образцу, тем не менее, допускаются отклонения от него (степень официальности текста в этом случае во многом будет определяться уровнем коммуникативной компетенции составителя документа)7. На современном этапе процессы деофициализации активно реализуются в деловых письмах (особенно электронных). Этот документ направлен на установление, поддержание и регулирование долговременных контактов между организациями, что во многом обусловливает сокращение социальной дистанции между коммуникантами (о чем свидетельствуют, например, повышенные проявления категории вежливости, оценочного и эмоционально-экспрессивного начал). Однако факт установления, поддерживания отношений от лица организации (институциональный адресант) определяет действие тенденции официализации. Наименьшей степенью официальности в деловой коммуникации обладают докладные и объяснительные записки, заявления по производственным вопросам. Они составляются непрофессионалами, вступающими в официальные отношения с руководством (адресант индивидуальный), что проявляется в манере оформления документов: они могут быть исполнены вручную, на обычном (даже тетрадном) листе бумаги, с указанием самого необходимого числа реквизитов; здесь допускаются многочисленные отступления от канонов официально-делового стиля.

7 В некоторых случаях документы (например, справка, акт и др.) имеют трафаретную форму, что повышает степень их официальности.

86

Рассматриваемые документы подвергаются также и упрощенной обработке: они не всегда регистрируются и подшиваются в дела, не заверяются печатью и т.п. Однако тем не менее такие документы обладают определенной степенью официальности, поскольку выполняют основную функцию служебного документа - быть средством регуляции производственных отношений. В силу активной реализации тенденции деофициализации эти документы получили статус полуофициальных.

Как полуофициальные квалифицируются и обращения граждан в официальные инстанции, регулирующие деятельность официальных лиц и органов (исковые заявления, обращения в административные органы, учреждения, отзывы в «Книге жалоб и предложений»)8. Эти документы, независимо от уровня их официальности, подлежат обязательному рассмотрению компетентными органами и лицами, а также подвергаются процедуре обработки (регистрации, оформлению в дела). Авторами обращений являются частные лица, выступающие от своего имени (иногда адресант может быть и коллективным). Степень официальности исполнения документов во многом определяется уровнем коммуникативной компетенции их авторов (исключение составляют исковые заявления, которые составляются строго по образцу, регламентирующему характер излагаемой информации и способ ее языкового оформления; при оформлении данного вида документа его составители нередко прибегают к помощи консультантов). Коммуниканты, обладающие высоким уровнем

8 Исключением являются письма-жалобы, направляемые в редакцию газеты. Они не могут быть признаны документами, поскольку, во-первых, нередко составляются в надежде авторов на публикацию в целях привлечения внимания общественности к той или иной актуальной проблеме (а это характеризует речевые произведения как публицистические). Во-вторых, даже если редакция и рассматривается адресантом как орган, способствующий разрешению проблемы, тем не менее данный орган не обладает официальными полномочиями, он может лишь повлиять на действия компетентных лиц и органов. В большинстве же случаев редакция выступает как посредник в решении проблемы. Данный факт обусловливает то обстоятельство, что адресанты не воспринимают исполняемое ими речевое произведение как документ: как правило, письма в редакцию оформляются в виде личных писем. В редакциях газет этот материал также не квалифицируется как официальный документ: письма не регистрируются, не оформляются в дела, по ним не принимаются официальные решения.

коммуникативной компетенции в сфере делового письменного общения, как правило, составляют обращения в любой орган в соответствии с канонами официально-делового стиля. В противоположном случае документы создаются в виде личного письма, при изложении проблемы преобладает эмоционально-оценочное начало. Большинство же обращений, как показывает материал, представляют собой контаминированные тексты, в которых официальное начало переплетено с обиходно-бытовым. В известной степени официальность документов, составляемых в ситуации обращения в официальную инстанцию, может определяться характером той или иной инстанции, ее статусом. Так, например, обращения в административные органы и в ЖЭУ имеют определенные различия, обусловленные указанным обстоятельством: последние отличаются описанием различных бытовых подробностей, межличностных отношений и пр. Другим фактором, влияющим на степень официальности документа, будет являться временная дистанция между произошедшим событием и фактом создания документа. При наличии определенной временной дистанции (в случае обращений в административные органы, учреждения) авторы документов имеют время обдумать ситуацию, постараться ясно и кратко изложить ее в тексте, оформить документ в соответствии с канонами официально-делового стиля (при этом возможно создание черновых вариантов документа). Временная дистанция практически отсутствует при написании отзыва в «Книгу жалоб и предложений», что обусловливает спонтанный характер записей. Кроме того, оформляя текст «по горячим следам», авторы нередко находятся в возбужденном эмоциональном состоянии, что также накладывает отпечаток на характер текста, существенно снижая уровень его официальности. Однако при всем при том данные тексты должны квалифицироваться как документы, поскольку они включены в сферу официальных отношений, рассматриваются на официальном уровне компетентными лицами, на их основе выносятся соответствующие решения.

Таким образом, в основе формирования и функционирования делового текста лежит сложный, динамичный механизм, детерминируемый характером взаимодействия противоположно направленных тенденций - официализации/деофициализации, который в свою очередь определяется влиянием целого ряда параметров, а именно: 1) функциональным назначением документа; 2) уровнем государственной коммуникации; 3) регулируемой сферой

деятельности; 4) свойствами адресанта и адресата; 5) каналом связи между ними; 6) характером ответственности за исполнение документа; 7) процедурой изготовления документа; 8) наличием реквизитов, усиливающих юридическую силу документа; 9) правилами организации текста; 10) характером обработки документов; 11) степенью регулируемости работы с документами нормативно-законодательными актами; 12) свойствами субстрата; 13) временной дистанцией между фактами события и составления документа.

Библиографический список

Голев Н.Д. Лингвистические тупики юридической техники // Юрислингвистика-8: Русский язык и современное российское право : межвуз. сб. науч. тр. / под ред. Н.Д. Голева. - Кемерово; Барнаул, 2007. -С. 92-104.

Голев Н.Д. Об объективности и легитимности источников лингвистической экспертизы // Юрислингвистика-3: Проблемы юрислингвистической экспертизы : межвуз. сб. науч. тр. - Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2002. - С. 14-29.

Голев Н.Д. О специфике языка права в системе общенародного языка и ее юридического функционирования // Юрислингвистика-5: Юридические аспекты права и лингвистические аспекты языка : сб. науч. тр. - Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2004. - С. 39-57.

Голев Н.Д. От редактора: Правовая коммуникация в зеркале естественного языка // Юрислингвистика-7: Русский язык как феномен правовой коммуникации : межвуз. сб. науч. тр.. - Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2006. - С. 8-38.

Голев Н.Д. Юридизация естественного языка как юрислингвистическая проблема // Юрислингвистика-2: Русский язык в его естественном и юридическом бытии. - Барнаул, 2000.

Голев Н.Д. Государственная коммуникация (параметры официализации текста) / Н.Д. Голев, О.П. Сологуб // Стереотипность и творчество в тексте. - Пермь, 2007. - Вып. 11. - С. 46-57.

Громова Т.Н. Государственная коммуникация: теоретическая модель и региональная практика // Теория коммуникации & прикладная коммуникация. - Ростов-на-Дону, 2002. - Вып. 1.

Егорова Н.А., Милованова М.В. Кодекс как вид документа / Н.А. Егорова, М.В. Милованова // Секретарское дело. - 2002. - №4.

Кушнаренко Н.Н. Документоведение. - Киев, 2000.

Лассуэл Г. Коммуникативный процесс и его структуры // Современные проблемы социальной коммуникации. - СПб., 1996.

Майданова Л.М. Газетно-публицистический стиль: метаморфозы коммуникантов // Культурно-речевая ситуация в современной России. -Екатеринбург, 2000.

Мансурова В.Д. Роль коммуникативной конвенции в формировании парадигмы журналистского творчества // Человек -коммуникация - текст. - Барнаул, 1998. - Вып. 2, ч. 2.

Поляков А.В. Общая теория права: проблемы интерпретации в контексте коммуникативного подхода: [курс лекций] : учебник / А.В. Поляков; С.-Петерб. гос. ун-т. - СПб. : Изд-во СПбГУ 2004. - 863 с.

Поляков А.В. Российский правовой дискурс и идея коммуникации [Электронный ресурс]: учеб. пособие / А.В. Поляков. - [Б.м., б.г.]. -URL: http://www.msk-arbitr.ru/upload/artide.php?id=380 (02.11.07).

Российская юридическая энциклопедия. - М. : Инфра-М, 1999.

Сологуб О.П. Коммуникативная категория тональности и ее роль в формировании официального характера делового текста // Вестник Поморского университета. Сер.: Гуманитарные и социальные науки. -2006. - № 7. - С. 157-160.

Сологуб О.П. О глубине официализации делового текста и методике ее измерения // Вестник Поморского университета. Сер.: Гуманитарные и социальные науки. - 2006. - №6. - С. 248-251.

Чернышова Т. В. Тексты СМИ в ментально-языковом пространстве современной России. - М. : УРСС, 2007.