Азербайджано-северокавказские параллели в общественно-культурных трансформациях во второй половине XIX – начале XX века

"Культурная жизнь Юга России" № 2 (49), 2013

16 -

Культура и общество. Философия. Социология

С. И. АЛИЕВА

АЗЕРБАЙДЖАНО-СЕВЕРОКАВКАЗСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ В ОБЩЕСТВЕННО-КУЛЬТУРНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЯХ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВЕКА

Рассматриваются социально-политические течения на Кавказе (тюркизм, джадидизм) как выражение потребностей мусульманского общества.

Ключевые слова: тюркизм, джадидизм, мусульманское общество, светское образование.

В начале ХХ века критическое положение мусульманских народов Азербайджана и Северного Кавказа привело к обострению национального вопроса и активизации региональной общественной мысли. Развитие печати, появление газет на тюркском языке оказали влияние на рост национального самосознания, дали возможность пропагандировать этнические ценности и традиции, способствовали распространению социально-политических движений мусульманских народов Российской Империи. Поскольку неудовлетворенность социально-экономическими преобразованиями требовала коренного изменения политической системы и решения других актуальных проблем, наметилось противостояние консервативных, либеральных и революционных тенденций.

Внедрение просветительских идей, реформу культуры в Азербайджане связывают с именами Дж. Мамедкулизаде, О. Ф. Неманзаде, М. А. Са-бира, Узеира и Джейхуна Гаджибейли, а также многих других литераторов и публицистов, которые в своих сатирических произведениях высмеивали пороки общества. Главным для них стали пробуждение интереса к знаниям и борьба с невежеством: приобщение к наукам должно было изменить будущее народа к лучшему, способствуя утверждению свободы, равенства, социальной справедливости.

Постепенно из просвещенных, не ограниченных сословными предрассудками представителей разных слоев населения сложилась тюркоязычная интеллигенция.

Нельзя не отметить, что общественно-политическая мысль на мусульманском Кавказе сформировалась благодаря введению светского образования, которое дало возможность противостоять существовавшему государственному устройству и произволу по отношению к этносоциумам. Реформы учебно-воспитательного процесса в мусульманских школах вытекали из необходимости приобщения к достижениям мировой науки: сугубо традиционного (религиозного) обучения было недостаточно для того, чтобы обеспечить прогрессивное развитие. Просветители выступали за модернизацию не только образования, но и сложившегося образа жизни.

Во второй половине XIX - начале ХХ века интеллигенцией Азербайджана и Северного Кавка-

за овладели идеи единения всех тюрок, развития тюркского языка, реформирования образования и культуры. Они воплотились в таких общественно-политических течениях, как пантюркизм и джадидизм. В различных формах тюркизм распространился и среди многих иных народностей России, включая крымских и поволжских татар, жителей Средней Азии. Основная его цель была объединить все тюркские народы на основе общего литературного языка и общей культуры, сформировать политические организации для борьбы за национальное возрождение. Российские власти связывали такую деятельность с влиянием Турции, поскольку проводниками соответствующих идей в основном являлись выпускники учебных заведений этой страны: в Османском университете (Стамбул) получили образование многие видные северокавказские просветители (Н. Цагов, И. Хидзетль, Х. Тлицерук и др.) [1]. Однако, хотя Стамбул оказывал поддержку и покровительство тюркизму, само это течение было продуктом российской действительности [2].

К интеллигентам новой формации принадлежал, в частности, азербайджанский просветитель Ахмед Агаев, разносторонняя деятельность которого пришлась на период культурного и политического возрождения. Выходец из среды выдающихся азербайджанских деятелей, стремившихся изменить положение своего народа, А. Агаев в своих статьях писал об общности тюркоязычных народов и подчеркивал консолидирующую роль единственного в то время независимого мусульманского и при этом тюркоязычного государства -Османской империи.

К началу ХХ века произошел отрыв этнического тюркизма от мусульманского, крепло движение на региональном уровне. Но упоминания об этом было достаточно для обвинения в принадлежности к младотуркам. Напомним, что с 1905 года в Салониках стал действовать центр младотурецко-го движения, возглавляемый Ниязи-беем и Энвер-беем (Энвер Паша); с этого момента начался рост просветительского движение в Турции, затем в Египте (и параллельно - в Российской Империи). Всех, кто обращался к своим сородичам с различными призывами, причисляли к националистам.

Между тем назрела необходимость решительных действий. Значимым событием стало составление петиции с просьбой расширить права

мусульман. Группа доверенных лиц - А. А. Топ-чибашев, А. Агаев, А. Гусейнзаде - должна была довести до сведения правительства требования азербайджанских тюрков. Этот шаг означал волю к переменам и веру в то, что проблема может быть решена «сверху», несмотря на репрессивную политику царизма. В петиции говорилось о прекращении дискриминации мусульман и предоставлении тюркам равных прав, как и другим народам России, содержалось требование предоставить национальные и гражданские права, право на культурное развитие. В дальнейшем было направлено еще несколько петиций, отражавших насущные проблемы: невозможность для мусульман Кавказа обучаться в ряде вузов (медицинские, электротехнические и др.) и получать образование на родном языке, ограничение в приеме на работу по многим специальностям, ущемление прав мусульманских народов со стороны правительства, необходимость ввести земские учреждения на началах полного самоуправления, допустить мусульман к участию в земстве и городском самоуправлении. Мусульманские народы Кавказа были ограничены в праве приобретать недвижимость, заниматься торговлей, некоторые слои населения были лишены сословных прав дворянства и купечества. Крестьяне нуждались в выкупе наделов, малоземельные и безземельные - в наделении землей. Налоги взимались без учета местных реалий и были непосильными. На Кавказе не существовало суда присяжных, выборного института мировых судей. В особой докладной записке предлагался ряд мер, необходимых для улучшения ситуации. Всего к сентябрю 1905 года мусульмане Южного Кавказа направили царю 486 петиций с просьбами отменить ограничения в отношении мусульман и мусульманского духовенства.

В связи с растущим революционным и национально-освободительным движением представители Бакинской Думы на заседании 8 марта 1905 года решили направить своих представителей (до этого предполагалось от самоуправления города Баку) на Особое совещание под председательством Булыгина, чтобы рассказать о ситуации на Южном Кавказе. По инициативе А. Агаева, Бакинская Дума постановила направить телеграммы городским главам Дербента, Темир-Хан-Шуры и других азербайджанских городов, чтобы они присоединились к этому решению [3].

В середине августа 1905 года в Нижнем Новгороде начал свою работу Первый съезд мусульман России, на котором было принято решение о создании партии «Иттифаги-муслимин» («Всероссийский мусульманский союз»), звучали призывы к единению мусульман Российской Империи. Представители тюркской общественности наняли волжский пассажирский пароход и 15 августа на борту парохода «Густав Струве» провели первый Учредительный съезд («Мугтабар меджлис»). Прозвучала идея объединения тюрок-мусульман и образования мусульманской партии, была сформулирована проблема «единой нации» (под этим понималось единство тюркских народов; формулировка означала отказ от отождествления нации

с религиозной принадлежностью, что свидетельствовало о желании придать объединению светский характер).

Надо отметить, что в самой Османской империи произошли кардинальные перемены: султан Абдул-Хамид был отстранен от власти в апреле 1909 года, вместе с этим отошли на второй план идеи исламизма. Их заслонили идеи тюркизма и международный приоритет младотурков. Все это находило отклик в среде российских тюрок-мусульман, в том числе и в Азербайджане и на Северном Кавказе.

Особую важность в этот период приобрело реформаторство в сфере образования. В 1883 году по инициативе известного крымско-татарского общественного деятеля и публициста Исмаилбека Гаспринского в Крыму открылась первая школа, где преподавание велось на основе нового метода «усул джадид». Такого рода учебные заведения стали открываться во всех частях Российской Империи.

Введение новых методов в систему образования и образ жизни вызывало недовольство консервативного духовенства.

Последователи джадидизма, стремясь к обновлению общественной жизни, к модернизации во всех ее сферах, ратовали за создание культурно-просветительских учреждений, развитие национальных языков, печатание книг, журналов и газет на национальных языках. Огромную роль в жизни и просвещении мусульманского населения сыграла газета «Экинчи» («Пахарь», 1875-1877), первая в Российской Империи, издававшаяся на азербайджанском языке Гасан беком Зардаби (Ме-ликовым) [4].

В начале ХХ века в Кубанской области появляются новометодные школы, созданные молодыми духовными лицами, получившими образование в Османском университете, в Каире, в Казани и Уфе, в учебных заведениях, где было увеличено число светских предметов. И на Кавказе русской администрацией отмечалось формирование группы лиц со средним и высшим образованием, «стремящихся изобразить собою местную мусульманскую интеллигенцию и оказывать непосредственное влияние на самое управление областью» [5]. Во главе дагестанской группы стоял Асельдор Казаналипов - основатель просветительского общества, чиновник особых поручений IV класса при Наместнике Кавказском. Проводниками аналогичных идей в Дагестане стали Магомед Кади Дибиров, Абусупьян Акаев, Али Акаев и др. Власти опасались, что такая интеллигенция постепенно сможет вытеснить русскую администрацию [6].

Формировалась группа светски образованных людей. Это были дети горцев, которые обучались 10 лет в пансионах, знакомясь с европейской, российской культурой и, помимо общих знаний и представлений о мире, получали также сведения о родной земле, культуре своего народа. Кроме пансионов, были открыты и другие учебные заведения: реальное училище и женская гимназия в Темир-Хан-Шуре, городское училище и жен-

18 "Культурная жизнь Юга России" № 2 (49), 2013

ская гимназия в Дербенте Горского отделения для учащихся-горцев в Ставропольской мужской гимназии. Немаловажную роль сыграло основанное в Темир-Хан-Шуре «Общество просвещения туземцев-мусульман Дагестанской области» (1905 г., председатель - П. Эмиров) [7]. Во второй половине XIX века появились «Нальчикское благотворительное общество», «Общество образования горцев Северного Кавказа», Черкесское благотворительное общество, затем - «Общество распространения образования среди кабардинцев и горцев Нальчикского округа» и «Кружок кабар-дино-горской молодежи» [8]. В 1910 году арабист и тюрколог Магомед Кади Дибиров приступил к обучению детей в Дагестане тюркскому языку. Вместе с дагестанским печатником Магомедом Мирзой Мавраевым он активно способствовал распространению тюркских газет и журналов. В учебных заведениях создавались студенческие землячества. Часть молодежи стала разделять националистические взгляды, часть - социалистические; горцам, получившим образование в военно-учебных заведениях, были свойственны монархические убеждения.

Детей из аристократии горцев и дагестанских мусульман по согласованию с военным губернатором (наместником области) отправляли на учебу в училища Темир-Хан-Шуры, Ставрополя и Баку. По инициативе просветительско-благотворитель-ных обществ и зажиточных граждан открывались в Дагестанской области татарские школы и типографии, распространявшие среди населения газеты о Кавказе на татарском языке (это с опаской расценивали как начало «отатаривания» всего Нагорного Дагестана). Темир-Хан-Шуринский меценат Г. З. Тагиев основал новометодную школу (педагоги получили образование в Стамбуле) и первый педагогический институт [9].

В 1915 году в Стамбуле стал функционировать Комитет по защите прав мусульманских тюрко-татарских народов России под началом Юсуфа Акчуры. Под эгидой Комитета разрабатывались программы создания независимого Туркестана и восстановления Крымского и Казанского ханств. Распространение подобной идеологии привело к антироссийским восстаниям в Средней Азии (1916) и в следующем году охватило тюрко-му-сульманское население Урала, Крыма и Кавказа. Напомним, что Энвер Паша возглавил народно-освободительное движение в Средней Азии, а Ахмед Заки Валиди - в Башкортостане. Большевики, сначала пытавшиеся пойти на сотрудничество с лидерами тюркизма, вскоре отказались от этой идеи.

Характерное для духа времени воззвание Ставропольского мусульманского общества к мусульманам Ставропольской губернии и всего Северного Кавказа (март 1917 г.) содержало мысль о том, что только образованность даст возможность выдвигать достойных и грамотных людей на выборы в Учредительное собрание.

В рамках движения мусульманских учащихся и учителей России начался сбор пожертвований для строительства школы и мечети [10]. Первыми

преподавателями светских школ являлись бывшие выпускники медресе. Переходу от религиозной идентичности к этнической, процессу отделения этнического сознания от религиозного посвящены труды многих писателей, публицистов, поэтов и общественных деятелей (А. Бакиханов, М. Ф. Ахундов, М. Казимбек и др.).

Так национальная мысль мусульманских народов прошла трансформацию от тюркизма до этнического национализма. В Азербайджане понимание единства и солидарности тюрков привело к осознанию национальных прав и созданию самостоятельной нации - азербайджанских тюрков (и, в перспективе, светского демократического азербайджанского государства). В северокавказском общественном движении возник раскол на национально-демократическое и религиозно-освободительное направления. Одно из них составляли последователи горского демократического движения (создания Горской республики); другое -сторонники шариатского государства (имамат, эмиратство). Им противостояли приверженцы советского строя.

На Северном Кавказе ислам играл консолидирующую роль и был залогом культурного единства. Однако духовенство тоже разделялось на радикальное и прогрессивно настроенное. Последнее выступало за национальное возрождение, культурное развитие, разработку национального языка, организацию обучения на родном языке, включение светских предметов (географии, арифметики и т. д.) в программу духовных учебных заведений. Его представители (Д. Хатков, М. Набоков, А. Набоков, И. Бекух, Н. Цагов, Х. Гугов, С. Натхо, С. Бахов и др.) способствовали превращению медресе в национальные школы и у адыгов. Мусульманский просветительский центр возник в Баксане (Кабарда) - и там в медресе началось преподавание на родном языке. Огромную роль при открытии национальных мусульманских школ играла кавказская диаспора Турции.

Поступательное развитие образованности вместе с мусульманским сознанием, осуществлявшееся духовной интеллигенцией на Северном Кавказе, в период советской власти оказалось замещено становлением системы светского образования. Однако это не отменило тот факт, что у истоков формирования национального самосознания, организации исторической памяти народа, реализации культурно-просветительских реформ стояли национальная интеллигенция и духовенство.

Литература и источники

1. Емтыль З. Я. Адыгская интеллигенция: формирование и деятельность в исторической динамике конца XIX в. - начала 30-х гг. XX в. Краснодар, 2010. С. 84-85.

2. Аршаруни А., Габидуллин Х. Очерки панисламизма и пантюркизма в России. М., 1930. С.12-13.

3. Алиева С. И. Азербайджан и народы Северного Кавказа (XVШ - начало XXI вв.). Баку, 2010. С. 284, 287.

4. Исхаков С. М. Российские мусульмане и революция (весна 1917 г. - лето 1918 г.). М., 2004. С. 10-11.

5. Государственный архив политических документов управления делами Президента Азербайджанской Республики. Ф. 276. Оп. 8. Д. 269. Л. 197-198.

6. Там же. Л. 198-204.

7. Емтыль З. Я. Адыгская интеллигенция ... С. 86-87.

8. Напсо М. Д. Истоки дружественных связей русского и северокавказского народов // Современный быт и культура народов Карачаево-Черкесии. Вып. 1. Черкесск, 1983. С. 28.

9. Исхаков С. М. Российские мусульмане и революция ... С. 168.

10. Алиева С. И. Изменения системы образования в Азербайджане и на Северном Кавказе во второй половине XIX - начале XX века // Культурная жизнь Юга России. 2012. № 2. С. 26.

s. I. ALIYEVA. AZERBAIJAN-NORTH cAucAsIAN pARALLELs IN SOCIO-CULTURAL TRANSFORMATIONS IN THE SECOND HALF OF THE XIX - EARLY XX CENTURY

The socio-political movements in the Caucasus (turkism, jadidism) as a reflection of needs of muslim society are considered in the article.

Key words: turkism, jadidism, muslim society, secular education.

Ф. Г. ГАДЖИЕВА

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА ДАГЕСТАНА В СФЕРЕ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Автор статьи характеризует государственные мероприятия первых лет советской власти в области народного просвещения.

Ключевые слова: народное образование, трудовая школа, религиозная школа.

После утверждения в России советской власти вопросы обучения перешли в ведение Народного комиссариата просвещения, созданного в составе Совета народных комиссаров. Тогда по декрету «Об организации дела народного образования в Российской республике» были созданы местные органы народного образования.

В январе 1918 года председатель Совнаркома В. И. Ленин подписал декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви, в котором говорилось: «Преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы, не допускается» [1]. «Положение о единой трудовой школе Российской Социалистической Федеративной Советской Республики» (от 16.10.18) предписывало немедленно приступить к разработке плана создания сети школ; составить сметы на их постройку и оборудование, на содержание педагогического состава, на организацию питания учеников, снабжения их обувью, одеждой и необходимыми книгами; произвести учет всех детей соответствующего возраста - от 6 до 17 лет [2]. Затем было опубликовано постановление Народного комиссариата просвещения «О школах национальных меньшинств»: народности, населявшие РСФСР, получали (при условии укомплектованности классов) право обучаться на своем родном языке, но с обязательным преподаванием языка, на котором говорило большин-

ство населения. Подобные учебные заведения являлись государственными, на них распространялось положение «О единой трудовой школе РСФСР», управление ими осуществлялось Нар-компросом, областными или губернскими отделами народного образования [3].

Согласно Программе РКП(б) на 1919 год, к первоочередным задачам реформ относились организация бесплатного обязательного общего и политехнического образования для всех детей обоего пола до 17 лет; утверждение принципов единой трудовой школы с преподаванием на родном языке; снабжение пищей, одеждой, обувью и учебными пособиями за государственный счет [4].

Весной 1918 года, с установлением советской власти, приступили к созданию новых школ и в Дагестане. За короткое время областной Военно-революционный комитет сумел проделать значительную работу. Прежде всего на майском совещании в Темир-Хан-Шуре был решен вопрос о зарплате педагогов и других служащих (оклады назначались в соответствии с декретом Совнаркома) [5].

В августе 1918 года на созванном местным Военно-революционным комитетом Первом Дагестанском областном съезде учителей присутствовало 103 делегата и 17 гостей с различными докладами («Ручной труд как предмет общеобразовательной программы», «О Темир-Хан-Шу-ринском клубе народного просвещения», «Пение