История создания и деятельности Киевского Совета присяжных поверенных (1916-1919 гг. )

Барановский А.А.

ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КИЕВСКОГО СОВЕТА ПРИСЯЖНЫХ ПОВЕРЕННЫХ

Цель: Исследование предпосылок и обстоятельств создания Киевского Совета присяжных поверенных, а также его деятельности за недолгий период существования с 1916 по 1919 г.

Методология: Использовались историко-правовой и формально-юридический методы.

Результаты: Подробно исследована история создания Совета присяжных поверенных округа Киевской судебной палаты от момента подписания соответствующего Высочайшего (царского) дозволения (конец 1915 - начало 1916 г.) и до последних дней работы данного органа адвокатского самоуправления в Киеве (осень 1919 г.), когда город перешел под власть большевиков. Значительное внимание уделено рассмотрению предвыборной кампании, развернувшейся накануне выборов в Совет, а также самой процедуре избрания его состава. Отдельно изучены результаты работы Киевского Совета присяжных поверенных, которые получились не слишком значительными ввиду недолгого времени существования данного органа.

Новизна/оригинальность/ценность: Статья имеет высокую научную ценность, поскольку в ней впервые в украинской и российской юридической литературе исследован вопрос создания и работы Совета присяжных поверенных Киевского судебного округа (1916-1919 гг.).

Ключевые слова: присяжные поверенные, округ Киевской судебной палаты, Совет присяжных поверенных, органы адвокатского самоуправления.

Baranowski A.A.

THE HISTORY OF THE ESTABLISHMENT AND ACTIVITIES OF THE KIEV COUNCIL OF SWORN ATTORNEYS

Purpose: Consideration of the preconditions and circumstances in creation of Kiev Sworn Attorneys Council and its activities for a short period of existence from 1916 to 1919.

Methodology: There were used historico-legal and formal-legal methods.

Results: The creation history of Sworn Attorneys Council of Kiev Court Chamber District is considered in detail - from a moment of signing the royal permission until last days of this instance working as lawyer self-government in Kiev, when the city fell under Bolshevik rule. Considerable attention is paid to pre-election campaign that took place on eve of the elections to Council, and the procedure for electing its members. The results of Kiev Sworn Attorneys Council work are considered separately and turned out to be not very significant in view of brief existence of this Council.

Novelty/originality/value: The article has a high scientific value as creation and operation of Kiev Judiciary District Sworn Attorneys Council (1916-1919) was studied for the first time in the Russian and Ukrainian legal literature.

Keywords: Sworn Attorneys, Kiev Court Chamber District, Sworn Attorneys Council, lawyer self-government.

История киевской присяжной адвокатуры (периода существования Киевской судебной палаты 1880-1919 гг.) очень слабо изучена, и совершенно незаслуженно. Причем не изучена она не только российскими исследователями, но и украинскими. Так, например, одесский адвокат, кандидат юридических наук Н.М. Бакаянова в научной статье утверждает [2], что Киевский Совет присяжных поверенных так и не был создан. Однако это не так. Киевский Совет действительно не попал ни в первую волну открытия советов (С.-Петербургский, Московский и Харьковский, 1866-1874 гг.), ни во вторую (Новочеркасский, Саратовский, Одесский, Казанский, Иркутский, Омский, 1904-1905 гг.), однако была и третья волна - 1916 года, в которой оказались Киевский и Ташкентский советы.

Рассматриваемый в данной публикации Киевский Совет присяжных поверенных появился лишь весной 1916 г., и отчасти именно этим фактом обусловлена его малая известность среди исследователей. Ведь уже в первой половине 1917 года и в Петербурге, и в Киеве начались бурные политические процессы, и все внимание по сей день остается приковано к ним. Между тем Совет присяжных поверенных просуществовал в Киеве с марта 1916 до конца осени 1919 года, когда в Киеве окончательно закрепилась власть большевиков. Ключевые события, происходившие в указанные четыре года в жизни сословия присяжной адвокатуры Киева и окрестностей, рассматриваются далее.

Итак, начнем с того, что, по мнению юристов еще тех времен (то есть конца XIX - начала ХХ века),

изданный в 1874 году (и широко известный среди ученых современности) закон о «временном приостановлении дальнейшего учреждения новых Советов присяжных поверенных в округах тех судебных палат, где они до настоящего времени еще не открыты» не имел абсолютного характера. Согласно анализу юриста Ипполита Богданова, опубликованному в 1896 году в Киеве [26], в законодательстве отсутствуют препятствия к открытию Советов присяжных поверенных в Киевском и Виленском судебных округах. В качестве основных аргументов, помимо прочего, Богданов приводит соображение, что Киевская и Виленская судебные палаты (и соответствующие округа) были созданы позже издания запретительного закона 1874 года (Киевская судебная палата, в частности, образована в 1880 году), и когда Судебные уставы 1864 года вводились в действие на данных территориях «в полном объеме, в соответствующем законе не делалось оговорок, что из объема исключается возможность создания здесь Советов присяжных поверенных». Это соображение тем более справедливо, что, когда Судебные уставы вводились в округе Варшавской палаты (в 1875 году, то есть тоже позже запретительной нормы 1874 года), то в соответствующем законе было прямо прописано, что Совет присяжных поверенных в Варшавском округе не образуется, а его полномочия в отношении адвокатов присваиваются окружным судам.

Однако такое прочтение норм законодательства было присуще лишь киевской адвокатуре, желавшей преобразовать суррогатный орган самоуправления - Распорядительный комитет консультации присяжных поверенных при Киевском окружном суде (существовал с 1881 года) [3], но не Киевской судебной палате, без участия которой создать Совет было невозможно.

Поэтому с мертвой точки дело сдвинулось лишь в самом конце декабря 1915 года, когда император Николай II подписал соответствующее распоряжение об образовании при Киевской и Ташкентской судебных палатах Советов присяжных поверенных [25].

И после того как в начале января 1916 года это «высочайшее дозволение» было официально опубликовано в печати (в том числе сообщение об этом вышло в газете «Киевская мысль», активно писавшей тогда об адвокатских делах), председатель Распорядительного комитета консультации присяжных поверенных при Киевском окружном суде И.Н. Пересвет-Солтан и присяжные поверенные Д.Н. Григорович-Барский, Я.С. Гольденвейзер и И.В. Малютин подали лично Старшему пред-

седателю Киевской судебной палаты Ф.А. Болдыреву прошение, покрытое многочисленными подписями присяжных поверенных, с просьбой разрешить избрание Совета [5, с. 2] (для проведения выборов Совета, согласно процедуре, необходимо было назначить одного из членов Судебной палаты председательствовать на общем собрании присяжных поверенных округа).

Одновременно в самом Распорядительном комитете была образована комиссия по подготовке к съезду [5, с. 2]. В её состав были избраны присяжные поверенные Д.Н. Григорович-Барский, М.С. Мазор и Н.Д. Пухтинский. В их задачу входило составление общего списка присяжных поверенных Киевского судебного округа, имеющих право участвовать в выборах Совета, а также подготовка предложений по регламенту проведения голосования.

Тем временем внутри сословия присяжных поверенных Киевского округа началась настоящая предвыборная борьба за право участвовать в работе будущего Совета: произошло разделение адвокатов на группы и курии, развернулась предвыборная агитация, проводились одно за другим разного рода собрания и совещания, освещавшиеся через местные газеты. По большому счету, агитация вокруг представительства в будущем Совете началась еще раньше - в ноябре 1915 года, как только стало известно, что вопрос об открытии в Киевском округе Совета имеет шансы на благоприятное разрешение. Одним из проявлений этой борьбы, и при том наиболее ярким, явилось образование среди членов адвокатского сословия так называемой группы молодых адвокатов, которая, заключив союз с влиятельной «польской группой», сразу приобрела такую силу, что на выборах 20 ноября 1915 г. в Распорядительный комитет консультации присяжных поверенных провела целиком список своих кандидатов, потеснив позиции «старо-комитетской группы» [6, с. 5]. Когда учреждение Совета уже было решено окончательно, и стало ясно, что выборы в него состоятся, группа молодых адвокатов развернула особенно активную деятельность. 22 января 1916 года под председательством присяжного поверенного Л.М. Брилианта состоялось созванное бюро этой группы - многолюдное предвыборное собрание, на котором группа окончательно конституировалась, выработала избирательную программу и присвоила себе наименование «группы обновления».

Избирательная программа «обновленцев», которую было постановлено разослать всем присяжным поверенным, гласила: «Группа членов со-

словия, сплотившаяся для проведения выборной кампании, кладет в основу своей деятельности следующие начала: вновь учреждаемый орган сословного представительства должен быть всецело проникнут началом «демократизма», понимая под последним действительную близость к общей адвокатской массе, к среде всех товарищей; не должно быть обособления и олигархического характера учреждаемого представительного органа, не должно быть такого порядка, при котором доступ членам сословия в Совет был бы хотя в малой степени затруднен сложившимися традициями. Во избежание и в противовес указанным нежелательным началам должен быть введен обязательный, по истечении определенного периода времени пребывания в членах Совета, уход из него части состава без права быть избранным вновь в течение установленного промежутка лет. Таким образом будет достигнуто: во-первых, периодическое обновление Совета и уменьшение тенденции застоя и замкнутости, а во-вторых, отойдет в область прошлого взгляд, что выход из состава представительного органа является чем-то обидным для уходящего» [6, с. 5].

Также «группа обновления» рассмотрела вопрос о числе членов будущего Совета. Было решено, что оно должно быть не менее пятнадцати, то есть максимума, допускаемого законом. Затем перед собранием группы встал вопрос об иногородних представителях в Совете. Опыт Советов других округов показал, что представители провинции не в состоянии более или менее регулярно являться на заседания, и что «их абсентеизм мешает систематической работе», поэтому принимавшие участие в прениях по этому вопросу «обновленцы» высказались за сокращение числа провинциальных представителей, находя в то же время справедливым осуществление хотя бы символического представительства провинции. В итоге собрание пришло к заключению о желательности проведения в Совет хотя бы одного такого представителя, в особенности в том случае, если будет названо лицо, которое известно и за пределами того города или округа, где оно числится в адвокатуре [6, с. 5].

После этого собрание проголосовало записками за выдвижение от «группы обновления» кандидата в председатели. Подавляющее большинство голосов получил Д.Н. Григорович-Барский [6, с. 5]. При этом было решено, что кандидаты в товарищи (заместители) председателя и в члены Совета от «обновленцев» будут названы в дальнейшем...

Однако на этом процесс расслоения киевской адвокатуры в ходе предвыборной борьбы за представительство в Совете присяжных поверенных не остановился. Кроме основных, названных выше («старо-комитетской», «польской» и «группы обновления»), образовалась еще и «группа идейного объединения», которая обратилась к адвокатскому сообществу с изложением своей избирательной программы: «Мы отстаиваем значение идейного элемента при выборах в Совет с той большой убежденностью, что от первого нашего представительства зависит не только устройство форм корпоративной жизни нашего сословия, не имевшего до сих пор самоуправления, но и создание в нем тех этических начал и традиций, которые способствуют развитию и усовершенствованию адвокатуры гораздо полнее, чем написанные нормы». И далее: «Сходясь с «группой обновления» в признании начал демократизма, мы, однако, решительно возражаем против её требований обязательного ухода членов Совета без права их переизбрания в течение определенного промежутка времени, поскольку это в своем последовательном применении легко может привести к торжеству как раз тех течений в адвокатской среде, против которых это требование направляется» [7, с. 3].

Собрание «группы идейного объединения», на котором были провозглашены эти тезисы, состоялось под председательством присяжного поверенного Н.Н. Садовского, однако присутствовало на нем всего человек пятнадцать. Из отдельных выступлений выяснилось, что участники собрания - главным образом лица, отколовшиеся от «группы обновления» после собрания «обновленцев», на котором, по выражению одного из ораторов, «заговорил адвокат-делец, показавший тот тон, в который впадёт сословный орган, если выборы его будут производиться на основе принципов «группы обновления» [8, с. 2].

Тем временем Распорядительный комитет консультации присяжных поверенных при Киевском окружном суде за две недели до выборов Совета обратился к присяжной адвокатуре со следующим призывом: «Товарищи! Наша заветная мечта сбылась! После полувекового ожидания, киевской адвокатуре дано самоуправление. На 26 марта 1916 года назначено общее собрание присяжных поверенных округа Киевской судебной палаты для выбора органа этого самоуправления - Совета присяжных поверенных. По закону (359 ст. Учреждения судебных установлений) выборы могут состояться лишь в том случае, если на собрание явится не менее половины общего

числа присяжных поверенных всего округа (только при Киевском окружном суде тогда состояло около 370 присяжных поверенных [23]). Напоминая об этом, Распорядительный комитет надеется, что все товарищи, как один человек, исполнят свой сословный долг, явятся на собрание 26 марта и дадут возможность киевской адвокатуре вступить на новый путь самостоятельной сословной жизни» [9, с. 2].

Процесс фрагментации киевской адвокатуры продолжился и далее. Помимо уже названных «центров силы», оформилась еще и «группа беспартийных». Наконец, имелось множество «диких», как их тогда называли, ни к кому не примкнувших адвокатов. Такое положение дел, по мнению киевской прессы того времени [10, с. 2], грозило опасностью для адвокатуры округа вовсе остаться без Совета, поскольку ни одна из борющихся групп не обладала большинством, и голоса при итоговом подсчете могли разделиться так, что не избрали бы вообще никого. Понимая это, «группа обновления» предприняла попытку договориться по вопросу о выборах в Совет присяжных поверенных со «старо-комитетской» и «польской» группами, но этот маневр не имел успеха ввиду отказа последних двух от всякого рода сношений с «обновленцами». Исходя из этого, «группа обновления» стала искать соглашения с «беспартийной» группой (в состав которой в значительной мере входили так называемые «правые элементы») и с вновь образовавшейся «еврейской группой», в союзе с которыми «группа обновления» надеялась провести свой список кандидатов, несколько измененный в соответствии с новой коалицией [11, с. 1].

Одновременно в Распорядительный комитет поступило заявление за подписью тридцати присяжных поверенных, которые просили созвать экстренное собрание адвокатов для обсуждения сложившегося положения вещей и достижения компромисса по списку кандидатов в Совет [10, с. 2]. Комитет поддержал данную инициативу, и уже 20 марта 1916 года состоялось общее собрание адвокатов по вопросам, связанным с предстоящими выборами Совета присяжных поверенных. Председателем предвыборного собрания был избран И.В. Малютин, присутствовало около 150 человек, в том числе и несколько представителей от провинциальной адвокатуры. В ходе прений представители «обновленцев» подтвердили, что они блокируются с «беспартийными», или, как их называли некоторые, «правыми». На что председатель «беспартийных» присяжный поверенный И.С. Рогозин указал, что, хотя «группу

беспартийных» и называют «правой», или «черной», но это неверно: в неё действительно входят некоторые правые, но есть в ней и много людей «другого образа мыслей». Представители «старокомитетской» и «польской» групп, в свою очередь, заявили, что они вступили в блок [12, с. 2].

Присяжный поверенный О.О. Радецкий предложил создать согласительную комиссию для составления общего списка кандидатов в Совет. После бурных прений было решено предложить каждой конкурирующей группе избрать по два человека из своего состава в данную комиссию, дабы эта комиссия представила единый список кандидатов в Совет, приемлемый для всех образовавшихся коалиций. Этот согласованный компромиссный список планировалось утвердить на последнем общем предвыборном собрании прямо накануне выборов - за день до их проведения [12, с. 2].

Однако, не дожидаясь решений согласительной комиссии, «старо-комитетская группа» сыграла на опережение и выпустила своё (долгожданное для многих) заявление, опубликовав его в газетах: «Ввиду предстоящих выборов в киевский Совет присяжных поверенных в сословии образовалось несколько групп, выработавших каждая свою платформу. Не входя в критическую оценку платформ других групп, мы, совместно с товарищами поляками, в настоящем обращении кратко формулируем те основные требования, которые, с нашей точки зрения, должно предъявлять к кандидатам в члены Совета. Эти требования следующие: 1) Безупречная в нравственном и профессиональном отношении репутация; 2) Член Совета должен быть прежде всего и больше всего адвокатом (avocat), а не поверенным (avoué), ибо в нашей деятельности должен преобладать элемент общественного служения и правозаступничества. Если мы являемся поверенными (avoué), то лишь в той мере, как это требуется существующими законоположениями, объединяющими в одном лице и адвоката, и поверенного. Из этого вытекает и наш взгляд на Совет как на учреждение сословного, а не профессионального характера;

3) Член Совета должен быть тесно связан с корпорацией. Связь эта устанавливается в процессе совместной продолжительной адвокатской работы, поэтому не может быть членом Совета лицо, только формально принадлежащее к сословию;

4) Член Совета по своему опыту, знанию жизни и сословных традиций должен быть лицом, подготовленным к ответственному выполнению высоких обязанностей судьи по товарищеским делам;

5) Член Совета должен быть лицом прогрессив-

ного образа мыслей, но его политические убеждения ни в коем случае не должны препятствовать совершенно беспристрастному отправлению им судебных функций; 6) Член Совета является преемственным носителем свято чтимых традиций, выработанных полувековым общественным служением русской адвокатуры; 7) Члены Совета должны быть лицами, независимыми от каких-либо учреждений и, тем более, от каких-либо лиц; 8) Членами Совета должны быть товарищи, сумевшие благодаря личным качествам и труду завоевать себе известность как в рядах сословия, так и в обществе» [13, с. 4].

К своему заявлению «группа старого комитета» приложила список рекомендованных кандидатов в члены Совета (см. табл. 1).

В ответ коалиция из «группы обновления», «группы беспартийных» и «еврейской группы» выпустила своё обращение к представителям сословия: «Товарищи! Несмотря на вотум общего собрания 20 марта об образовании согласительной комиссии из представителей всех групп для составления общего списка кандидатов в Совет, несмотря на полную возможность осуществления этого вотума, так как все группы изъявили готовность идти на уступки в своих требованиях, такое соглашение не состоялось потому, что небольшая старо-комитетская группа, при поддержке польской группы, решила дать сословию Совет в лице старого распорядительного комитета и разослала свой список раньше, чем собралась согласительная комиссия, проявив тем самым свое нежелание считаться с постановлением общего собрания.

Увы, «польская группа», шедшая на последних выборах (20 ноября 1915 г.) в Распорядительный комитет рука об руку с «группой обновления», на настоящих выборах вернулась к «старому комитету», так как увидела, что «обновленческая группа» не склонна принимать куриальность (имеется в виду национальное квотирование, резервирование мест в списке), как не отвечающую интересам сословия. Произошел раскол, но этот раскол, перед угрозой остаться совсем без Совета или иметь Советом старый комитет, объединил другие группы, несмотря на существующие между ними разногласия, и эти группы сплотились для достижения одной конечной цели - избрания

Совета, построенного на тех сословных и профессиональных требованиях, о которых гласит «платформа» старого комитета, и, кроме того, на подчеркиваемых нами началах: стойкости, широкой общественности, деловитости и работоспособности... Будущее с новым председателем сулит нам лучшие надежды, прошлое - со старым представителем сословия - создало безнадежность! Голосуйте, товарищи, за весь предлагаемый нами список, не руководствуясь симпатиями или антипатиями к отдельным лицам, иначе голоса разобьются» (см. табл. 1) [14, с. 2].

В такой напряженной обстановке прямо накануне выборов в Совет состоялось, как и предполагалось, последнее предвыборное и весьма многолюдное собрание киевских и иногородних адвокатов, его ведущим вновь был избран И.В. Малютин [15, с. 4]. Председатель созданной на собрании 20 марта согласительной комиссии присяжный поверенный А.К. Михаловский констатировал, что компромисса между расколовшимися группами достичь не удалось, однако отметил, что в обоих конкурирующих списках есть имена пяти кандидатов (именно такое минимальное количество человек необходимо было для открытия Совета), избрание которых обеспечено. Это И.Н. Пересвет-Солтан, Д.Н. Григорович-Барский, И.В. Малютин, И.Л. Шраг и М.С. Мазор. Также согласительная комиссия предложила в Совет кандидатуры Б.Е. Гисена и Я.С. Гольденвейзера -по одному человеку из каждого альтернативного списка. Далее выяснилось, что «еврейская группа» не уполномочивала своих представителей присяжных поверенных И.О. Лейтмана и С.И. Добро-ва поддерживать список кандидатов от «группы обновления» и «беспартийных», поскольку они были делегированы лишь в общую согласительную комиссию. Однако присяжный поверенный И.О. Лейтман пояснил собранию, что вопрос поддержки списка «обновленцев» обсуждался им по телефону с представителями бюро «еврейской группы»... [15, с. 4]

Как бы то ни было, но по итогам дальнейших длительных прений и взаимной критики никаких резолюций и решений последним общим пред-

Таблица 1

Список кандидатов в Совет присяжных поверенных Киевской судебной палаты от блока «старо-комитетской» и «польской» групп:

Председатель Совета - И.Н. Пересвет-Солтан;

товарищ председателя - В.К. Калачевский;

члены Совета: Б.А. Белявский, Г.И. Вильчинский, Я.С. Гольденвейзер, С.И. Горбунов, Д.Н. Григорович-Барский, С.Г. Крупнов, А.И. Лещинский, И.В. Малютин, М.С. Мазор, Т.А. Попов, В.-М.Э. Тарнавский, М.А. Хондзын-ский и И.Л. Шраг

Список кандидатов в Совет присяжных поверенных Киевской судебной палаты от коалиции «группы обновления», «группы беспартийных» и «еврейской группы»:

Председатель Совета - Д.Н. Григорович-Барский;

товарищ председателя - И.В. Малютин;

члены Совета: Л.М. Брилиант, Б.Е. Гисен, С.Н. Гусковский, Н.Н. Кор-нейчик-Севастьянов, Ф.Б. Кржижановский, Н.С. Крыжановский, Н.Л. Лит-вяк, М.С. Мазор, Д.В. Мияковский, И.Н. Пересвет-Солтан, Н.Д. Пухтинский, С.Т. Рыжков и И.Л. Шраг

выборным собранием киевской адвокатуры принято не было. К выборам Совета киевская адвокатура подошла с двумя вариативными списками кандидатов от расколовшихся групп влияния и пятью общепризнанными кандидатами.

26 марта 1916 года в зале гражданского департамента Киевской судебной палаты был аншлаг. Для выборов первого в истории Киева Совета присяжных поверенных съехалось более 300 адвокатов из округа Киевской судебной палаты. Тут были киевляне, представители Житомира, Чернигова, Умани, Нежина, Чигирина, Могилева, Черкасс и других местечек, входивших в Киевский судебный округ. Председательствовавший в собрании избранный специально для этого месяц тому назад Киевской судебной палатой её член Л.И. Рыжов обратился с речью: «31 декабря 1915 года началась новая эра для киевской адвокатуры: опубликовано Высочайшее повеление об открытии в округе Киевской судебной палаты Совета присяжных поверенных. Общим собранием департаментов Судебной палаты мне оказана честь председательствовать в общем собрании присяжных поверенных Киевского округа для выбора Совета. Объявляю собрание открытым!» [4, с. 3].

Речь Л.И. Рыжова была покрыта шумными аплодисментами. По предложению председательствующего собрание избрало из своего состава двух секретарей, а также десять счетчиков для подсчета записок. После переклички и установления наличия кворума (явилось 306 присяжных поверенных из 537 человек [24, с. 7], числящихся за Киевским судебным округом, при необходимой явке для легитимности собрания в 50 %), присяжный поверенный Н.В. Сац предложил почтить вставанием память умершего накануне профессора истории права Киевского Университета имени Святого Владимира Михаила Флегонтовича Вла-димирского-Буданова и избрать депутацию для возложения венка на его гроб. Предложение было одобрено [16, с. 4].

Затем собрание проголосовало за то, что намеревается избрать 15 членов Совета. Была начата подача записок с намеченными кандидатами в председатели Совета, затем - в товарищи председателя и, наконец, в члены Совета. Ввиду отсутствия согласия выбора при баллотировке, о чем подробно говорилось выше, голосование затянулось, особенно при выборе председателя и его товарища (заместителя).

После подачи в президиум записок (каковых оказалось 293 штуки) с кандидатами в председатели Совета выдвинутые таким образом лица баллотировались шарами (белый шар - голос «за»,

черный - «против»). Вопреки ожиданиям, среди поданных кандидатов в председатели оказалось не два заранее предложенных адвокатским группами лица - И.Н. Пересвет-Солтан (от «старого комитета» и поляков) и Д.Н. Григорович-Барский (от «группы обновления» и беспартийных), а три. Указанные двое получили 126 и 156 записок соответственно, но еще 7 записок предложили в председатели Л.Н. Гладкова, который не стал, чтобы не вмешиваться в схватку фаворитов, снимать свою кандидатуру, хотя, например, получившие по одной записке С.Н. Цемш и И.В. Малютин, напротив, свои кандидатуры без промедления сняли [24, с. 7-8]. В этой связи можно предположить, что выдвижение третьего кандидата для баллотировки шарами, возможно, было не что иное как хитрый ход одного из основных конкурентов, рассчитанный на то, чтобы раздробить голоса соперника. Дело в том, что Л.Н. Гладков был членом Распорядительного «старого» комитета еще с 1906 года [22, с. 2], и потому, в известном смысле, являлся конкурентом Пересвета-Солтана за голоса «старой гвардии».

Баллотировочные ящики были предъявлены общему собранию для осмотра, а затем заведены приглашенным механиком. К каждому из трех ящиков был прикреплен плакат с фамилией кандидата в члены Совета. К подаче голосов шарами присяжные поверенные приглашались строго в алфавитном порядке [24, с. 8].

Спустя несколько часов баллотировка шарами принесла следующие результаты: Д.Н. Григорович-Барский - 164 белых шара против 130 черных; И.Н. Пересвет-Солтан - 135 белых против 159 черных; Л.Н. Гладков - 32 белых при 243 черных шарах [16, с. 4]. Апологеты «старого комитета», естественно, были разочарованы итогами. Действительно, если гипотетически голоса Гладкова можно было бы приплюсовать к результатам Пересвета-Солтана, то он обошел бы Григорови-ча-Барского с минимальным преимуществом. Но неожиданное появление третьего кандидата, при этом не снявшего свою кандидатуру, смешало все карты... Таким образом, избранным председателем Совета оказался кандидат от «группы обновления» и беспартийных Дмитрий Николаевич Григорович-Барский.

Далее приступили к подаче записок с кандидатами в товарищи (заместители) председателя Совета. Согласованный кандидат «польской группы» и «старого комитета» В.К. Калачевский (15 записок о выдвижении) снял свою кандидатуру в пользу И.Н. Пересвета-Солтана (113 записок), также сняли свои кандидатуры Н.Д. Пухтин-

ский и Я.С. Гольденвейзер, получившие по одной записке. От «обновленцев» и беспартийных шел И.В. Малютин (103 записки). На сей раз результаты голосования шарами не принесли сюрпризов: Пересвет-Солтан получил 155 белых и 107 черных и стал заместителем главы Совета. Малютин набрал лишь 122 белых шара против 139 черных [16, с. 4].

Процедуры голосования и подбития результатов выбора председателя Совета и его товарища завершились лишь к шести часам вечера, а собранию предстояло еще избрать и 13 членов Совета, к чему оно немедленно и приступило. После подачи записок с кандидатами в члены Совета выяснилось, что за Л.Н. Гладкова на сей раз была подана лишь одна записка (не исключено даже, что его сыном - присутствовавшим здесь же присяжным поверенным А.Л. Гладковым). При том на этот раз Гладков-старший от баллотировки шарами отказался, что еще больше укрепляет уверенность, что его выдвижение третьим кандидатом в председатели Совета было инспирировано специально для внесения смущения в голосование. Также свои кандидатуры снял еще целый ряд лиц, набравших минимальное количество голосов через записки. Некоторое замешательство, однако, возникло, когда почему-то отказался от баллотирования шарами списоч-ник «обновленцев» С.Н. Гусковский (причины не ясны), получивший 33 записки, но зато свою кандидатуру не стал отзывать независимый кандидат

B.В. Уляницкий, получивший 11 записок. В итоге на голосование было поставлено 23 кандидата [24, с. 10] - все (за исключением независимого Уля-ницкого) из двух объявленных заранее списков групп (табл. 1). Баллотировка белыми и черными шарами дала следующие результаты: Б.А. Белявский - 174 против 102, Г.И. Вильчинский - 143 против 113, Я.С. Гольденвейзер - 197 против 80,

C.Г. Крупнов - 164 против 113, И.В. Малютин - 183 против 93, М.С. Мазор - 225 против 52, Т.А. Попов - 150 против 127, В.Э. Тарнавский - 146 против 130, И.Л. Шраг - 265 против 11, В.К. Калачевский -205 против 72, Ф.Б. Кржижановский - 215 против 60, Н.Д. Пухтинский - 157 против 120, С.И. Горбунов - 139 против 137 [24, с. 11-12]. Остальные баллотировавшиеся кандидаты не получили перевеса белых шаров над черными. При этом возник вопрос, считать ли господина Горбунова избран-

ным, поскольку по отношению к кворуму собрания он не получил абсолютного большинства. Чтобы пресечь возникшие по этому поводу споры, Горбунов снял свою кандидатуру, и собрание решило ограничиться избранием вышеперечисленных 12 членов Совета [24, с. 11-12].

Таким образом, «польская» и «старо-комитетская» группы провели из своего списка товарища председателя и 8 членов Совета, а из списка «обновленцев» и беспартийных прошли председатель и два члена (Кржижановский и Пухтинский). Господа Шраг и Мазор проводились по обоим спискам. Оглашение результатов выборов, установивших создание в Киевском судебном округе Совета присяжных поверенных в количестве 14 персон, было встречено оживленными рукоплесканиями.

В своей «тронной речи» перед полным залом избранный председатель киевского Совета присяжных поверенных Д.Н. Григорович-Барский поблагодарил председательствовавшего в собрании представителя Киевской судебной палаты Л.И. Рыжова за успешно проведенное заседание и обратился к коллегам с призывом «оставить за порогом разногласия», чтобы совместно приступить к работе созданного Совета, «свято храня наши сословные традиции» [16, с. 4]. Следом от имени молодой адвокатуры с приветственным словом к старшим коллегам выступил старшина киевского Совета помощников присяжных поверенных Е.П. Рябцев: «Мы вместе с вами переживали унылое время недавних лет, мы вместе с вами испытывали тревогу последних дней, и теперь мы вместе радуемся, что осуществилась наша мечта. Мы радуемся, потому что с избранием Совета присяжных поверенных в нас зародились надежды, и с этими бодрыми надеждами я, от имени молодой адвокатуры, приношу вам, первому Совету присяжных поверенных в Киеве, низкий поклон и горячий товарищеский привет!» [16, с. 4].

Затем была оглашена телеграмма от присяжного поверенного Н.К. Муравьева из Москвы: «Первому общему собранию, объединяющему в одну товарищескую семью всю киевскую адвокатуру без различия национальности и вероисповедания, шлет горячий привет и пожелания плодотворной работы Муравьев» [16, с. 4]. На этом процедура избрания Совета была завершена, и уполномоченные лица подписали протокол.

Таблица 2

Состав Совета присяжных поверенных округа Киевской судебной палаты (избран 26 марта 1916 года):

Председатель Совета - Д.Н. Григорович-Барский; товарищ председателя (заместитель) - И.Н. Пересвет-Солтан; члены Совета: Б.А. Белявский, Г.И. Вильчинский, Я.С. Гольденвейзер, С.Г. Крупнов, И.В. Малютин, М.С. Мазор, Т.А. Попов, В.Э. Тарнавский, И.Л. Шраг,

В.К. Калачевский, Ф.Б. Кржижановский, Н.Д. Пухтинский

Далее следует сказать несколько слов об избранном председателем Киевского Совета присяжных поверенных Дмитрии Николаевиче Григоровиче-Барском. Его биография весьма доходчиво была изложена в киевской прессе практически сразу после дня голосования [16, с. 4].

Д.Н. Григорович-Барский родился в 1872 году. В 1896 г. он окончил юридический факультет Киевского университета и поступил кандидатом на судебные должности при Киевской судебной палате. Затем последовательно занимал должности секретаря прокурора окружного суда, судебного следователя в местечке Городище и товарища прокурора окружного суда сначала в Житомире, потом в Киеве. В этой должности он пробыл до 1907 г., когда ему пришлось оставить государственную службу.

Это произошло во время выборов в Третью Государственную думу, когда Григорович-Барский, будучи заместителем председателя участковой избирательной комиссии, остался при особом мнении о правильности подсчета голосов вышестоящей комиссией (он был с ней не согласен), в результате чего ему вскорости было предложено перевестись на службу куда-нибудь подальше - в провинциальный окружной суд. Тогда Григорович-Барский подал в отставку.

С этого момента началась его общественно-политическая деятельность. В 1910 г. Григо-ровича-Барского избирают гласным Киевской городской думы. Как политический деятель он занимал определенную позицию, будучи членом партии кадетов. В последней он играл заметную роль и был избран членом Центрального Комитета партии.

Адвокатская деятельность Д.Н. Григоровича-Барского началась в 1908 г. Всем было памятно его участие в качестве защитника в деле Бейлиса. Выступал он и по делу об убийстве мальчика Паси-кова («Фастовское дело»). Из других процессов, в которых он принимал участие, следует отметить громкое дело Винницкой военной организации, где он защищал полковника К.М. Оберучева.

Сословие адвокатов не раз выражало Григоро-вичу-Барскому свое внимание и доверие, избирая его председателем общих собраний, а 20 ноября 1915 г. - товарищем председателя Распорядительного комитета [17, с. 2], теперь уже уступившего свое место новому сословному органу - Совету.

На своё первое заседание Совет присяжных поверенных Киевского округа собрался уже на следующий день после выборов. В заседание Совета 27 марта 1916 года явились 13 его членов во главе с председателем Д.Н. Григоровичем-Барским, от-

сутствовал лишь уехавший из Киева по срочному делу товарищ председателя И.Н. Пересвет-Сол-тан. После обмена приветственными репликами с представителями киевского Совета помощников присяжных поверенных собрание приступило к рассмотрению вопросов внутреннего распорядка вновь созданного органа и распределению обязанностей между отдельными членами Совета. Так, казначеем был избран Ф.Б. Кржижановский, библиотекарем - Н.Д. Пухтинский, а секретарями - И.В. Малютин и С.Г. Крупнов. Далее были избраны две комиссии - одна (редакционная) для составления проекта Наказа (регламента) Совета, другая - хозяйственная, которой, в свою очередь, было поручено заняться вопросами ремонта и оборудования будущего помещения Совета в здании Присутственных мест. В состав первой вошли Я.С. Гольденвейзер, Н.Д. Пухтинский и И.В. Малютин, в состав второй - Я.С. Гольденвейзер, Т.А. Попов и Ф.Б. Кржижановский [18, с. 2].

Одним из первых решений Совета стало установление размера разового взноса при поступлении нового члена в сословие присяжных поверенных Киевского округа. Сумма такого взноса была определена в размере 25 руб. При этом ежегодный сословный взнос для каждого адвоката округа, как решил Совет, должен составлять не менее 25 руб., одновременно, однако, каждый адвокат волен сам установить себе размер ежегодного взноса в «общий котёл», исходя из своих заработков, при рекомендованном шаге ставки 25-50-75100 рублей [24, с. 14-15].

Кроме того, было решено заседания Совета проводить еженедельно по субботам, правда, в первое время, как подчеркивалось, они будут проходить чаще ввиду большого объема стоящих перед Советом первоочередных задач [24, с. 14-15].

Следующей важной страницей в жизни киевской присяжной адвокатуры стало торжественное общее собрание адвокатов округа 20 ноября 1916 года. Приурочено оно было, как обычно, к очередной годовщине Судебных уставов и проводилось в здании Киевского окружного суда.

Избранный председателем этого собрания присяжный поверенный Л.М. Брилиант в своей речи указал, что в течение многих лет «празднование этого дня было в сущности номинальным, так как Судебные уставы систематически урезались, а права адвокатов сокращались», но как раз в этом - 1916 - году у киевской адвокатуры есть возможность встретить день 20 ноября в праздничном настроении. И понятно почему. Во-первых, сословие получило давно ожидаемый Совет присяжных поверенных, во-вторых, в этом же

году, наконец, «разрядилась душная атмосфера национальных ограничений, и несколько десятков помощников присяжных поверенных получили долгожданную возможность самим стать присяжными поверенными». По этому поводу, приветствуя вновь вступивших членов сословия, Л.М. Брилиант также выразил сожаление о недопущении [Минюстом] до звания тех, «быть может, не менее достойных товарищей», которые пока еще не были включены в состав сословия [19, с. 4]. В заключение он отметил, что данное собрание является первым общим собранием адвокатов Киевского округа после создания Совета присяжных поверенных в Киеве.

Далее последовал доклад председателя Совета Д.Н. Григоровича-Барского о деятельности избранного сословного органа за истекшие к тому моменту 7,5 месяцев его существования. За это время при Совете были учреждены и развили свою деятельность четыре комиссии: хозяйственная, библиотечная, историческая и комиссия по выработке наказа (регламента) Совета. Кроме того, было положено начало проведению периодических конференций присяжных поверенных и их помощников по вопросам научно-юридическим, экономико-социальным и проблемам профессиональной этики. На конец 1916 года, согласно докладу председателя, в составе округа Киевской судебной палаты всего числилось 583 присяжных поверенных, из них 75 были призваны под знамена (в армию) и 42 проживали в других округах [19, с. 4].

Также Д.Н. Григорович-Барский отметил, что Совет в течение отчетного периода времени принял участие, через своих представителей, в петроградском и московском совещаниях адвокатов по случаю 50-летия существования там Советов присяжных поверенных, приветствовал открытие нового ташкентского Совета, а также участвовал в чествовании заслуженного общественного деятеля и адвоката Д.В. Стасова.

Обращаясь к внутренней деятельности Совета, Григорович-Барский указал, что за истекшие 7,5 месяцев Советом были рассмотрены 211 дисциплинарных дел (из которых окончательно решены 52, причем обвинительные резолюции вынесены лишь по четырем из них, и по трем делам прокурор судебной палаты заявил протест). За это же время в Совет поступило около 1600 бумаг, получивших входящий номер, а исходящих документов оказалось свыше 1900 [24, с. 20].

Из других моментов жизни сословия председатель Совета отметил приглашение адвокатов к участию в составе Киевского военно-промыш-

ленного комитета, куда от Совета присяжных поверенных были избраны Ф.Б. Кржижановский и И.В. Малютин. Далее в ходе своего выступления Д.Н. Григорович-Барский подробно остановился на истории ходатайства Совета об утверждении группы помощников-евреев в звании присяжных поверенных. Председатель Совета подчеркнул, что в этом деле был проведен со всею строгостью принцип старшинства стажа. В конечном счете Советом были приняты в сословие 95 человек, из них 38 евреев не были утверждены Министерством юстиции (утверждены лишь 33), таким образом, итоговое число новобранцев составило 57 человек [24, с. 19-20].

Закончил свою речь перед собранием Григорович-Барский предложением послать приветственную телеграмму в Государственную Думу, в которой, в частности, было указано, что «строительство счастья и мощи государства доступно лишь правительству, действующему в союзе с народным представительством и ответственному перед ним. Киевская адвокатура верит, что неизбежен и уже близок день, когда такое правительство будет призвано к власти». Последние слова телеграммы были покрыты шумными аплодисментами всего зала. Единогласно было постановлено отправить телеграмму по назначению [20, с. 4].

После речи председателя с докладами-отчетами выступили члены Совета. Присяжный поверенный Т.А. Попов отчитался о состоянии средств кассы Совета ко дню собрания, а председатель хозяйственной комиссии Я.С. Гольденвейзер, в свою очередь, подробно доложил о деятельности подведомственной ему комиссии. Ее членам пришлось много поработать, главным образом, по приисканию, устройству и оборудованию нового помещения для Совета и его канцелярии в здании Киевского окружного суда. В частности, выяснилось, что на весь ремонт и перепланировку комнат Совета ушло около 5200 рублей, из них 1800 рублей потрачено только на выполнение условия суда (при выделении помещения Совету было поставлено условие оборудовать «удобства» не только для себя, но и для суда) [24, с. 27]. Наконец, председатель библиотечной комиссии Н.Д. Пухтинский дал обстоятельный очерк состояния библиотеки и читальни Совета.

Далее был заслушан краткий доклад Я.С. Гольденвейзера об учреждении при Совете ревизионной комиссии для ревизирования хозяйственной и финансовой отчетности Совета. По этому вопросу возникли оживленные прения: нужна ли вообще ревизионная комиссия. Попутно присяж-

ный поверенный И.М. Очан внес предложение наряду с ревизионной (материальной) комиссией образовать еще и контрольную комиссию для проверки всей деятельности Совета. После обсуждения собранием было постановлено избрать лишь ревизионную комиссию, исключительно для ревизии денежной отчетности по делам Совета, однако, вместе с тем, было решено в дальнейшем обсудить в Совете вопрос об организации и контрольной комиссии для более широкой надзорной деятельности. Состав же ревизионной комиссии был установлен из пяти человек и трех к ним кандидатов (запасных) [19, с. 4].

Затем присяжным поверенным Е.И. Фиалков-ским были сделаны два сообщения: 1) о существующей с начала войны (Первой мировой) в Киеве адвокатской кассе для оказания помощи призванным в армию присяжным поверенным, их помощникам и членам их семей и 2) об учреждении новой окружной киевской адвокатской кассы для присоединения к всероссийской адвокатской военной кассе. Заслушав отчет о состоянии дел, собрание одобрило отчет киевской военной кассы. Далее последовал доклад И.П. Кельберина о вновь учреждаемой всеобщей пенсионной общеадвокатской кассе. Собрание одобрило доклад в целом и постановило просить Совет отпечатать его, разослать членам сословия и тогда внести его в одно из ближайших общих собраний для обсуждения и принятия дальнейших решений по пенсионному вопросу [19, с. 4].

Внеочередное заявление сделал В.К. Калачев-ский. Он обратился к собранию с горячим призывом пойти навстречу существующему в Киеве при Союзе городов юридическо-консультацион-ному отделу и вынести постановление об обязательности для членов сословия поочередного посещения госпиталей Союза с целью опроса раненых и больных об их юридических нуждах и доведения собранной информации до сведения юридического отдела для дальнейшего направления дела. Это был «первый опыт самообложения адвокатуры трудовой помощью в пользу жертв войны», предложение после краткой дискуссии было принято собранием [19, с. 4].

Под конец заседания адвокаты приступили к рассмотрению изготовленного Советом проекта наказа (регламента) Совета, который должен был регулировать жизнь не только самого выборного органа, но и всего сословия в Киевском округе. В ходе начавшегося обсуждения возможных поправок присяжный поверенный Г.И. Горнштейн обратил внимание собрания на отсутствие в уже столь поздний час законного состава, и собрание,

за отсутствием кворума, было объявлено закрытым [24, с. 39-42]. Насколько можно судить по сохранившимся источникам, наказ киевского Совета присяжных поверенных так и не был принят, в научных библиотеках сохранился лишь отпечатанный к описанному торжественному собранию проект [21]. В пользу того, что до наших дней дошел лишь проект наказа, говорит тот факт, что в нем не учтена ни одна из обсуждавшихся (и даже принятых) на собрании 20 ноября 1916 года поправок. [24, с. 39-42]

После победы в Петрограде в конце зимы 1917 года Февральской революции, в Киеве начались активные политические процессы, но Совет присяжных поверенных просуществовал здесь с перерывами вплоть до осени 1919 года, когда город окончательно перешел под власть большевиков. Согласно «Киевским воспоминаниям» киевского адвоката Алексея Гольденвейзера (сына известного присяжного поверенного Александра Гольденвейзера), изданным в шестом томе «Архива русской революции» в Берлине в 1922 году, на 1 октября 1919 года были назначены общие сборы адвокатов Киевского судебного округа для избрания нового состава Совета присяжных поверенных. Однако собрание не состоялось из-за очередного вооруженного нападения на Киев большевиков [1, с. 264]. Жертвой последних, среди прочих, оказался и товарищ председателя Совета присяжных поверенных киевского округа И.Н. Пересвет-Солтан, расстрелянный еще раньше - в августе 1919 года - чрезвычайкой как видный представитель польской диаспоры, считавшейся большевиками неблагонадежной. Как свидетельствует в своих воспоминаниях Алексей Гольденвейзер, Пересвет-Солтан был расстрелян «по обвинению в связях с польскими легионами» [1, с. 253].

Пристатейный библиографический список

1. Архив русской революции: в 22 т. Изд. И.В. Гес-сена. Берлин, 1921-1937. Т. 6.

2. Бакаянова Н.М. История возникновения адвокатского самоуправления на украинских землях // Вестник Запорожского национального университета. Юридические науки. 2015. № 3. С. 16.

3. История русской адвокатуры. Т. 3: Сословная организация адвокатуры / под ред. М.Н. Гернет. М., 1916. С. 32-33.

4. Киевлянин. 27 марта 1916.

5. Киевская мысль. 21 января 1916 г.

6. Киевская мысль. 24 января 1916 г.

7. Киевская мысль. 6 марта 1916 г.

8. Киевская мысль. 7 марта 1916 г.

9. Киевская мысль. 11 марта 1916 г.

10. Киевская мысль. 10 марта 1916 г.

11. Киевская мысль. 14 марта 1916 г.

евразийская  > 5 (30) 2017 <

12. Киевская мысль. 21 марта 1916 г.

13. Киевская мысль. 23 марта 1916 г.

14. Киевская мысль. 25 марта 1916 г.

15. Киевская мысль. 26 марта 1916 г.

16. Киевская мысль. 27 марта 1916 г.

17. Киевская мысль. 21 ноября 1915 г.

18. Киевская мысль. 29 марта 1916 г.

19. Киевская мысль. 22 ноября 1916 г.

20. Киевская мысль. 21 ноября 1916 г.

21. Наказ Совета присяжных поверенных округа Киевской судебной палаты. Киев, 1916. Без тит. л. и обл.

22. Отчет Распорядительного комитета консультации присяжных поверенных при Киевском окружном суде с 1 ноября 1905 по 1 ноября 1906 г.

23. Отчет Распорядительного комитета консультации присяжных поверенных при Киевском окружном суде с 15 октября 1913 г. по 1 октября 1914 г. / Список присяжных поверенных при Киевском окружном суде на 1 ноября 1914 года.

24. Первый отчет Совета присяжных поверенных округа Киевской судебной палаты (с 26.03.1916 по 01.01.1917). Киев, 1917.

25. Собрание узаконений и распоряжений прав-ва. Отд. I. 1916, 15 января. № 11. Ст. 36.

26. Учреждение советов присяжных поверенных: [Об отсутствии закон. препятствий для учреждения советов присяж. поверенных в окр. Киев. и Вилен. судеб. Палат] / [Ип. Богданов]. Киев, 1896.

References

1. Arhiv russkoj revoljucii: v 22 t. Izd. I.V. Gessena. Berlin, 1921-1937. T. 6.

2. Bakajanova N.M. Istorija vozniknovenija advoka-tskogo samoupravlenija na ukrainskih zemljah // Vestnik Zaporozhskogo nacional'nogo universiteta. Juridicheskie nauki. 2015. № 3. S. 16.

3. Istorija russkoj advokatury. T. 3: Soslovnaja or-ganizacija advokatury / pod red. M.N. Gernet. M., 1916. S. 32-33.

- адвокатура

4. Kievljanin. 27 marta 1916.

5. Kievskaja mysl' 21 janvarja 1916 g.

6. Kievskaja mysl' 24 janvarja 1916 g.

7. Kievskaja mysl' 6 marta 1916 g.

8. Kievskaja mysl' 7 marta 1916 g.

9. Kievskaja mysl' 11 marta 1916 g.

10. Kievskaja mysl' 10 marta 1916 g.

11. Kievskaja mysl' 14 marta 1916 g.

12. Kievskaja mysl' 21 marta 1916 g.

13. Kievskaja mysl' 23 marta 1916 g.

14. Kievskaja mysl' 25 marta 1916 g.

15. Kievskaja mysl' 26 marta 1916 g.

16. Kievskaja mysl' 27 marta 1916 g.

17. Kievskaja mysl' 21 nojabrja 1915 g.

18. Kievskaja mysl' 29 marta 1916 g.

19. Kievskaja mysl' 22 nojabrja 1916 g.

20. Kievskaja mysl' 21 nojabrja 1916 g.

21. Nakaz Soveta prisjazhnyh poverennyh okruga Ki-

evskoj sudebnoj palaty. Kiev, 1916. Bez tit. l. i obl.

22. Otchet Rasporjaditel'nogo komiteta konsul'tacii prisjazhnyh poverennyh pri Kievskom okruzhnom sude s 1 nojabrja 1905 po 1 nojabrja 1906 g.

23. Otchet Rasporjaditel'nogo komiteta konsul'tacii prisjazhnyh poverennyh pri Kievskom okruzhnom sude s 15 oktjabrja 1913 g. po 1 oktjabrja 1914 g. / Spisok pris-jazhnyh poverennyh pri Kievskom okruzhnom sude na 1 nojabrja 1914 goda.

24. Pervyj otchet Soveta prisjazhnyh poverennyh okru-ga Kievskoj sudebnoj palaty (s 26.03.1916 po 01.01.1917). Kiev, 1917.

25. Sobranie uzakonenij i rasporjazhenij prav-va. Otd. I. 1916, 15 janvarja. № 11. St. 36.

26. Uchrezhdenie sovetov prisjazhnyh poverennyh: [Ob otsutstvii zakon. prepjatstvij dlja uchrezhdenija sovetov prisjazh. poverennyh v okr. Kiev. i Vilen. sudeb. Palat] / [Ip. Bogdanov]. Kiev, 1896.

EURASIAN

5 (30) 2017

— advocacy

Нлевъ. Присутственны« кгЬста.

Рис. 1. Присутственные места - место расположения Киевской судебной палаты, Киевского окружного суда и других учреждений. В этом самом здании проходили собрания и съезды присяжных поверенных Киевского судебного округа, располагался Распорядительный комитет, а затем и Совет присяжных поверенных.

1-ый

ОТЧЕТЪ

Совета присяжных! пойрошш

ОКРУГА

Невской Судебной Палаты.

Съ 26-го марта 1916 года по 1-е января 1917 года.

К I Е В Ъ.

Типографа Первой Невской Артели Печатнаго Д£да. Трехсв*тмтельскм Ь.

1917 ^^ЗЯШШНЦ^ Г

Рис. 2. Титульный лист первого (и, как оказалось, последнего) отчета Киевского Совета присяжных поверенных (за период 26.03.1916-01.01.1917).