В самом прямом переносном смысле

В МИД РФ во вторник объяснили, почему российская делегация накануне отказалась от участия в консультациях с американцами по Договору о стратегических наступательных вооружениях (ДСНВ). Объяснили дважды: устно — помягче, письменно — пожестче. Из обеих версий следовало, что проблема не в самих стратегических вооружениях, а в конфронтации вокруг Украины. И судя по всему, о скором возобновлении консультаций по ДСНВ можно забыть.

Замглавы МИД России Сергей Рябков

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

«Политический сигнал»

После того как в понедельник стало известно, что Россия неожиданно отказалась от участия в заседании двусторонней российско-американской консультативной комиссии по ДСНВ, у многих возник вопрос: а почему? Мероприятие обсуждалось несколько месяцев, дата и место были согласованы и уже даже публично названы (29 ноября — 6 декабря, Каир), рабочие документы подготовлены. И вдруг в Госдепартаменте США буквально накануне заявили: российская делегация в одностороннем порядке проинформировала их о переносе встречи. В американском внешнеполитическом ведомстве добавили, что «готовы провести заседание комиссии в любые кратчайшие сроки». В российском МИДе в понедельник подтвердили, что мероприятие переносится, но не уточнили, почему и на когда (см. “Ъ” от 29 ноября).

Во вторник российская сторона дала ответ на эти вопросы — причем сразу в двух вариантах — дипломатичном и ультимативном.

Первый представил заместитель главы МИД РФ Сергей Рябков. «По большому счету ситуация складывалась так, что у нас не оказалось другого выбора, решение принималось на политическом уровне. Мы столкнулись с ситуацией, когда наши американские коллеги по ряду направлений демонстрировали не просто нежелание воспринимать наши сигналы и считаться с нашими приоритетами, а действовали в противоположном ключе»,— сказал он журналистам в кулуарах конференции в Фонде им. Горчакова. А далее пояснил, о чем именно речь: «Здесь есть, разумеется, эффект происходящего на Украине и вокруг нее, не буду это отрицать. Контроль над вооружениями и диалог в этой сфере не может обладать иммунитетом к тому, что вокруг, и более широкая картинка — достаточно непростая, по большому счету тревожная — сказалась на этом». Россия, по его словам, сочла необходимым послать США «политический сигнал», а потому проинформировала их о том, что консультации переносятся.

Сергей Рябков назвал еще одну причину переноса встречи, но уже скорее второстепенную. Стороны, как следовало из его комментария, до конца так и не согласовали программу работы двусторонней консультативной комиссии. Вашингтон настаивал на том, что ее ключевой темой должно стать возобновление инспекций в рамках ДСНВ (договор предусматривает до 18 таких проверок в год с каждой стороны, но они не проводятся с 2020 года — сначала из-за коронавируса, затем по решению РФ). У России же, по словам Сергея Рябкова, были иные приоритеты. Москва хотела подробнее обсудить проблему возможной обратимости конверсии американских баллистических ракет подводных лодок и тяжелых бомбардировщиков (Россия предполагает, что США, выводя свои БРПЛ и ТБ из зачета, делают это так, чтобы в любой момент сделать их вновь пригодными для оснащения ядерным оружием). “Ъ” подробно писал об озабоченностях сторон в предыдущем номере.

«В совокупности все это предопределило перенос»,— резюмировал Сергей Рябков. При этом он подчеркнул, что встреча не отменена, а именно перенесена.

«Мы будем американцам предлагать новые даты, но это не произойдет сиюминутно. Видимо, какая-то пауза вслед за произошедшим последует»,— сказал дипломат. Как долго она продлится, он не уточнил.

На вопрос “Ъ”, ожидает ли РФ, что США выполнят какие-то ее требования, прежде чем будет объявлена новая дата заседания, замминистра ответил так, что можно было понять — и нет, и да. С одной стороны, он сказал, что Москва не ведет с Вашингтоном «диалог в режиме проведения предварительных условий». А с другой — добавил, что Россия «конечно, хотела бы согласовать работоспособную программу сессии, сбалансированную, отвечающую интересам обеих сторон». И дал понять, что надо урегулировать и «крупные вопросы, которые доминируют в нашей повестке дня с США», поскольку они, по его признанию, «на сегодня важнее какой-то техники и механики работы в рамках ДСНВ». Причина переноса, подчеркнул Сергей Рябков, «в большей мере политическая, чем техническая». Иными словами, надо что-то делать с Украиной.

«Высочайший уровень токсичности и враждебности»

Чуть позже российскую позицию по этому же вопросу — но в более резком тоне — в своем Telegram-канале изложила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова. Решение российской стороны о переносе на более поздний срок сессии двусторонней консультативной комиссии было, по ее словам, принято «с учетом той крайне негативной ситуации в российско-американских отношениях, которая была создана Вашингтоном и продолжает неуклонно деградировать». «На всех направлениях отмечаем высочайший уровень токсичности и враждебности со стороны Вашингтона. В рамках развязанной против нас тотальной гибридной войны практически каждый шаг США применительно к России подчинен патологическому стремлению навредить нашей стране везде, где только возможно»,— заявила она.

Эта ситуация, по словам Марии Захаровой, «не могла не затронуть и сферу контроля над вооружениями, которую невозможно рассматривать как нечто автономное и существующее в отрыве от геополитических реалий».

«Нужно иметь очень своеобразную логику, чтобы говорить России о сдержанности, транспарентности и предсказуемости в военных вопросах, одновременно помогая киевскому режиму убивать наших военных и мирное население в российских регионах, предоставляя для этого все более разрушительные средства вооруженной борьбы и направляя на Украину американских инструкторов, советников и наемников»,— заявила она.

Техническую сторону вопроса Мария Захарова также не обошла стороной. По ее словам, Россия наблюдает постоянные попытки США «подправить» установленный ДСНВ баланс и изменить его в свою пользу. «Это проявлялось, в частности, в полностью нелегитимном выводе американской стороной из зачета по договору значительной части своих стратегических наступательных вооружений, которые в Вашингтоне объявили переоборудованными или переименовали так, чтобы они перестали подпадать под договорные определения»,— пояснила она, добавив, что Россия долго работала с США над этим вопросом и в чем-то даже добилась некоторого прогресса, но проблема пока остается нерешенной.

«Вместе с тем из выступлений американских официальных лиц прямо следовало, что делегация США едет в Каир для того, чтобы продавить возобновление инспекций, а не для обсуждения “российских озабоченностей”»,— продолжила дипломат, добавив, что кризис в функционировании инспекционного механизма ДСНВ возник по вине американской стороны. Как ранее писал “Ъ”, из-за санкций США российские инспекторы столкнулись с серьезными трудностями визового и логистического характера. США же заверяют, что эти проблемы решаемы.

Как бы то ни было, Россия, по словам Марии Захаровой, продолжает считать ДСНВ важным инструментом обеспечения предсказуемости и предотвращения гонки вооружений.

«Ожидаем от США добросовестных усилий по созданию условий для проведения сессии двусторонней консультативной комиссии в 2023 году и возвращения к полноформатному выполнению всех положений договора»,— резюмировала дипломат.

Если под «созданием условий» понимать все же не готовность США обсуждать российские озабоченности в рамках самого ДСНВ, а Украину, конфликт вокруг которой, судя по обоим комментариям, стал главной причиной переноса каирской встречи, то в обозримом будущем консультации по договору могут и не состояться. Нет оснований полагать, что США ради этого выполнят российские требования и прекратят поставлять украинцам вооружения и направлять на Украину советников. Если не будет ни заседаний комиссии, ни инспекций, то неизбежно станет вопрос о жизнеспособности ДСНВ — последнего двустороннего договора между Россией и США в сфере контроля над вооружениями.