Офшоры признают необходимым злом

Офшоры признают необходимым злом

Госдума продлит обход правительством запретов на господдержку компаний с их участием

Право правительства снимать запрет на господдержку компаний с офшорным участием свыше 25% предлагается продлить на 2024 год — законопроект, предусматривающий такую пролонгацию, внесен вчера в Госдуму и поддержан Белым домом. Объясняется инициатива тем, что компании не успевают закончить исключение иностранных элементов из своей структуры из-за препятствий в «недружественных» странах. Эксперты подтверждают, что это непростой процесс, который требует времени — к тому же сейчас под запрет на господдержку могут попасть и компании, в структуре которых есть элементы из ряда «дружественных» стран.

Одному из идеологов борьбы с иностранным участием в российских компаниях, депутату Владимиру Гутеневу, приходится своими руками разбирать возведенные для них барьеры

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Депутат Владимир Гутенев («Единая Россия»), ранее выступавший с инициативами по деофшоризации, вчера внес в Госдуму законопроект о продлении на год — до конца 2024-го — полномочий правительства по установлению изъятий из запрета на субсидирования и бюджетных инвестиций в компании с офшорным участием. В Белом доме идею поддержали. Условия господдержки ужесточены с 2023 года — на нее не могут претендовать организации с долей прямого или косвенного участия офшорных компаний более 25% (ранее — 50%; для определения запрещенного офшорного звена используется список Минфина из 57 стран и территорий, включая Швейцарию, Кипр, Гонконг, ОАЭ).

Изначально расширение запрета планировалось с 2022 года, но было отсрочено по просьбе бизнеса — «для адаптации». Как отмечает депутат, под его действие попали, в частности, «системообразующие предприятия, реализующие крупные инвестиции» — например, в производство минеральных удобрений и подвижных составов. До конца 2023 года предусмотрена возможность предоставления компаниям послаблений в порядке, определяемом Белым домом — правительство утвердило его в июле (см. “Ъ” от 9 марта).

Объясняется инициатива тем, что «стало очевидно» — процесс исключения офшорных компаний из структуры владения российских юрлиц не завершится до конца года из-за отказов в предоставлении необходимых для этого юридических и бухгалтерских услуг в «недружественных» странах.

Отмечаются и сложности с получением согласия на такие изменения от иностранных инвесторов холдинговых компаний — «применение агрессивных мер по изменению структуры владения» без их согласия, говорится в пояснительной записке, может иметь «крайне негативный эффект» для экспорта товаров из РФ, импорта комплектующих и технологий, а также привести к потере финансовых и производственных активов.

По словам партнера департамента налогов и права ДРТ Татьяны Кофановой, «ограничения касаются крайне широкого круга компаний из абсолютно всех индустрий». Как добавляет управляющий партнер NSV Consulting Limited Сергей Назаркин, использование офшорных компаний «практиковалось почти во всех секторах», включая нефтегазовый, финансовый, сферу услуг, недвижимости — многие «избавились от иностранной надстройки или находятся в процессе реструктуризации». Партнер налоговой практики «ТеДо» Галина Науменко полагает, что «отсрочка поможет компаниям, которые по объективным причинам не могут убрать из структуры "недружественные" элементы, не лишиться поддержки».

Партнер группы по оказанию услуг в области международного налогового планирования Kept Александр Токарев отмечает, что ограничение господдержки далеко не единственный драйвер исключения зарубежных компаний из своих структур.

Сам процесс, добавляет он, небыстрый и требует времени, в том числе из-за сложностей в работе с иностранными сервис-провайдерами (вплоть до полного отказа работать с иностранными компаниями российских групп), а также — с осуществлением платежей за услуги и уплаты налогов, без чего завершить процесс невозможно.

«Не стоит ожидать, что бизнес полностью уйдет из офшоров,— говорит Сергей Назаркин.— Сейчас полным ходом идет процесс смены юрисдикций — лидерами по регистрации новых холдингов являются ОАЭ и соседние страны Персидского залива, которые принимают клиентов с Кипра, Голландии, Латвии и других стран ЕС». Впрочем, добавляет Татьяна Кофанова, список Минфина накладывает ограничения и на компании с конечными бенефициарами из «дружественных» государств (например, компаний из Китая, которые часто имеют в своей структуре Гонконг, или из ОАЭ). «Их использование в структуре группы необходимо для простоты расчетов с партнерами»,— поясняет она. По мнению госпожи Кофановой, стоит предусмотреть возможность неприменения запрета, если компания документально подтверждает, что конечный бенефициар — лицо из «дружественного» государства, и обязуется не распределять дивиденды на период реализации инвестпроекта с использованием субсидии и двух последующих лет.