Наши студенты - интеллектуалы и интеллигенты

подходами стимулирования их деятельности, но посредством разработки и постоянного поиска новой системы постановки целей и задач обучения на основе актуальных потребностей личности. Учет индивидуальных потребностей личности в образовании способствует поддержанию активности личности в процессе формирования профессиональной конгруэнтности развития личности специалиста. Такая работа важна еще и потому, что при особой организации учебной деятельности, строящейся на понимании интересов личности, возможна ее познавательная инициатива.

Изучение практической деятельности вуза позволяет нам утверждать о недостаточном использовании данных возможностей, этих резервов развития личности специалиста.

В заключение важно отметить, что личность реализует в процессе профессионального развития не государственный заказ, или готовится решать не только государственные, общественные задачи, которые предписаны той или иной специальностью, но и стремится достичь жизненно важных позиций, что представляет для нее актуаль-

Примечания

ную потребность.

Формирование профессиональной конгруэнции личности специалиста происходит в процессе взаимодействия человека с окружающим миром. Предположение, что потребность личности в самоактуализации является качественной характеристикой развития личности в профессии, становится сегодня главным показателем осознанного ее выбора и соответствия ее жизненным устремлениям, свидетельством определенного уровня ее духовного развития и самодостаточности.

Профессиональная конгруэнция личности специалиста в вузовскомобразовании открывает новый этап развития человека в процессе освоения выбранной профессии. Противоречия, которые возникают между личностью и существующей системой образования на различных уровнях, требуютучета образовательных потребностей личности и новых взглядов нанее.В системе современного образования личность проявляется такими качествами, которые характеризуют ее как специалиста, гражданинаи т.д. Остается откры-тымвопрос: «Какие изних будут присущи выпускнику вуза и насколько они совпадаютстре-бованиями кполученной импрофессии?»

1. Ладыжец, Н. С. Университетское образование: идеалы, цели, ценностные ориентации [Текст] / Н.С. Ладыжец. - Ижевск: Изд-во Нижегородского ун-та, 1992.

2. Ахиезер, А. С. Между Я и Другим [Текст] / А.С. Ахиезер // Мир психологии. - 2001. - №3.

3. Ахиезер, А. С. Архаизация в российском обществе. Методологическая проблема [Текст] / А.С. Ахиезер // Общественные науки и современность. - 2001. - №2.

4. Ривес, С. М. Гуманистические воспитательные системы вчера и сегодня [Текст] / С.М. Ривес, Н.М. Шульман; под ред. Н.Л. Селивановой. - М., 1998.

5. Белкин, А. С. Ситуация успеха. Как ее создать? [Текст] / А.С. Белкин. - М., 1991.

6. Борисенков, В. П. Вызовы современной эпохи и приоритетные задачи педагогической науки [Текст] / В.П. Борисенков // Педагогика. - 2004. - № 1. - С. 3-10.

7. Яркина, Т. Ф. Человек как объект социальной педагогики и социальной работы: теоретико-методологический аспект [Текст] / Т.Ф. Яркина. - М., 1996.

А.В. Соколов

НАШИ СТУДЕНТЫ-ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ И ИНТЕЛЛИГЕНТЫ

Скверная репутация у постсоветского поколения молодежи. Жестокий С.С. Говорухин в своей книге «Великая криминальная революция» изрек ужасный приговор: «Растет новое - глупое, необразованное, воровское племя. Растет нация рабов. Удел её в конечном счете - служить иностранцам» [1, с. 83]. Об этом поколении говорят как о «безнадежном», «пожертвованном», печальной ошибке суровой отечественной истории. Авторитетные исследователи

скептически оценивают трудовой энтузиазм постсоветского юношества и приходят к пессимистическому выводу, что формируется «молодое поколение, желающее хорошо жить и все иметь, но не желающее и не умеющее трудиться интенсивно, добросовестно, качественно. Для абсолютного большинства молодежи труд не имеет смысла, не является естественным компонентом жизни, носит характер повинности, принудительности... В перспективе Рос-

сию может ожидать появление целого поколения людей, не обладающих ни знаниями, ни квалификацией, ни желанием трудиться вообще, - поколения отшельников, поколения забытых и заброшенных, прокаженных и отверженных» [2, с. 229-232].

Лидер социологической науки - В. А. Ядов, осмысливая в 2005 году «вероятный сценарий исторической миссии молодых», предсказывает: «прагматически ориентированные из молодых поколений смогут плавно встроиться в структуры власти, бизнеса, масс-медиа и пр., тогда как "идейным" для этого недостанет их социального и символического ресурса. С учетом миросистем-ных процессов это означает высокую вероятность того, что новые поколения прагматиков вынуждены будут продолжать трансформации российских социальных институтов в прозападном направлении» [3, с. 260]. Этот прогноз прочитывается так: молодые интеллигенты («идейность» всегда была отличительным признаком русской интеллигенции) нежизнеспособны, а будущее принадлежит прагматикам-интеллектуалам прозападной ориентации.

Прогноз В.А. Ядова хорошо сочетается с траурными напевами о конце, об уходе русской интеллигенции. Гуманист и патриот Д.А. Гранин еще в 1997 году не без тревоги вопрошал: «Что если безвозвратно уходит со сцены славная русская интеллигенция? Что если нам предстоит то же, что имеет общество развитого капитализма в других странах, где нет интеллигенции, вместо них интеллектуалы. Совершенно иное качество» [4, с. 360].

Исчезновение «интеллигентщины» горячо приветствуют ностальгически настроенные авторы, которые видят «суть революции» в том, что интеллигенты, «писавшие паскудные статьи и убивавшие губернаторов», уничтожили высокообразованных русских интеллектуалов, которые «верой и правдой служили Престолу и Отечеству». Высказывается надежда, что в постсоветской России «появится возможность возрождения типа русского интеллектуала» [5]. Выходит, что нет необходимости импортировать западную интеллектуальность, коль скоро еще в Российской империи блистала плеяда отечественных интеллектуалов.

Окончательно сбивает с толку академик А.В. Петровский, который обнаружил, что интеллигенция в качестве реальной социально-психологической группы вообще никогда на Руси не существовала, что интеллигенция - это фантом, миф, результат

недоразумения. Поэтому разговоры о конце русской интеллигенции беспредметны, так как хоронить-то некого [6].

Невозможно обречено согласиться с этим приговором, поверить в его справедливость и неотвратимость. Тем более что постсоветское студенчество, законный наследник славы, культуры и богатства Отечества, вовсе не считает себя «потерянным поколением» и не отрекается от интеллигентских традиций.В интеллектуальной элите студенчества формируется гордое самосознание, включающее идею своей исторической значимости, возможно, - мессианства. Вместе с тем формируется поколение более демократичное и свободное в своих суждениях. Поэтому проблема интеллигенции особенно актуальна в наши дни. Очень хочется верить, что все-таки наступит возрождение великой российской интеллигенции, и наше поколение сыграет в нем решающую роль.

Невозможно поверить, что приведенные высказывания принадлежат роковым «погубителям России». С другой стороны, можно усомниться в том, что эти прекрасные речи глубоко продуманы и прочувствованы задорными ораторами. Отсюда - замысел настоящей работы: непредвзято и по возможности объективно получить ответ на два вопроса: во-первых, насколько распространяется на студентов скверная репутация нынешней молодежи?; во-вторых, как соотносятся будущие интеллигенты и интеллектуалы в гуманитарной студенческой среде? Гуманитарное студенчество выбрано постольку, поскольку именно гуманитарная интеллигенция обеспечивает духовную безопасность нации, поскольку «XXI век должен стать веком гуманитарных знаний» [7, с. 102].

Студенчеству посвящена обширная социологическая и педагогическая литература, недавно даже появилось учебное пособие, подытоживающее имеющийся научный материал [8]. Наше исследование интересно не фактическими данными, подтверждающими или корректирующими результаты предшественников, а новой целевой установкой. Мы видим в студенчестве не одну из молодежных социальных групп, а рождающееся в муках постсоветское поколение русской интеллигенции, призванное продолжить или, напротив, завершить историю русской интеллигентности.

В нашем исследовании, которое проводилось в 2000-2006 годах, приняли участие более 1500 студентов различных гуманитарных специальностей, разных курсов

и разных форм обучения, в том числе 57% очников и 43% заочников. Основными базами исследования были петербургские вузы - Гуманитарный университет профсоюзов (негосударственный вуз) и Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств, имеющий бюджетные и коммерческие отделения. Кроме того, проводились дополнительные и контрольные опросы студентов гуманитарных и негуманитарных специальностей в Санкт-Петербургском университете (факультеты математики, химии, экономической кибернетики), в Электротехническом университете (ЛЭТИ) - специальности: компьютерные технологии и связи с общественностью, в Государственном областном университете на факультетах филологии и истории. В качестве провинциальных вузов выступили Краснодарский государственный университет культуры и искусств и Архангельский филиал Санкт-Петербургского университета культуры и искусств. Среди традиционных специальностей превалировали библиотекари-библиографы (37,5% всех опрошенных) и будущие специалисты в области маркетинговой коммуникации -реклама, связь с общественностью, менеджмент туризма (37,0%).

В первую очередь необходимо разобраться с обоснованностью убийственных приговоров, изреченных разочарованными отцами в адрес беспутных и бездарных детей своих. Нравится ли мне мое поколение? Этот вопрос был поставлен в письменных интервью перед 250 студентам различных курсов (2003-2004 годы). Около 60% ответило утвердительно, 25% - отрицательно, 15% - «и да, и нет». Но общих оценок недостаточно, ведь наши «эксперты» не могут сравнить своих сверстников с молодыми людьми другого времени, они сами принадлежат к постсоветской молодежи и поэтому пристрастны и необъективны. Правда, 25% респондентов, заявивших о разочаровании в своем поколении, показатель довольно высокий. Известно, что когда в 1961 году Б.А. Грушин обратился с вопросом «Нравится ли Вам Ваше поколение, довольны ли Вы его делами?» к советской молодежи, то из более чем 17 тысяч ответивших 78,1% сказали «да» и только 13,7% - «нет». Причем 20% респондентов студенческого возраста 18-22 года, то есть каждый пятый, заявили, что у советской молодежи вообще нет широко распространенных отрицательных черт [9]. Постсоветское поколение гораздо самокритичнее, в нашем опросе лишь три человека из 250

абсолютно положительно оценили свое поколение. Продолжая диалог с этим поколением, попытаемся уточнить, какие отрицательные и какие положительные черты обнаруживают его представители у своих сверстников и насколько весомы эти черты.

Следующий вопрос интервью звучал так: какие отрицательные черты находите Вы у своих сверстников? Семантически близкие ответы были обобщены и выявились, так сказать, осуждаемые постсовет-скимстуденчеством «пороки». После ранжирования этих «пороков» по частоте упоминания, получился следующий их перечень: бесцельное существование (жизнь сегодняшним днем), потребительское отношение к жизни («прожигание жизни»), апатичность, пассивность, иждивенчество, лень, тунеядство, разгильдяйство; алкоголизм, пьянство, наркомания, курение - способы разрушения личного здоровья (отмечая, что, к сожалению, в молодежной среде «принимать наркотики стало модным, престижным и почти обязательным действием», более 70% студентов категорически осуждают эту «повальную тягу» и решительно отвергают для себя перспективу наркомании или алкоголизма); эгоизм, корыстолюбие, жадность, зависть, отсутствие коллективизма, взаимопомощи. Характерны типичные интеллигентские сетования: «Эгоизм и равнодушие - характерные черты нашего времени»; «Все подверженоужас-ной власти денег и зависти»; «Большинство людей вокруг занято погоней за наживой, материальными благами, в которой теряются настоящие человеческие качества, а порой и человеческое достоинство»; «Деньги стали не средством, а целью»; и т.д.

Вместе с тем надо отметить, что эгоизм и корыстолюбие отнюдь не являются предметами всеобщего безоговорочного осуждения, подобно наркомании. Аскетизм вообще чужд постсоветскому поколению, а эгоизм многими признается необходимым условием жизненного успеха. В минуту откровенности одна из девушек воскликнула: «Я понимаю, что нужно, нужно сейчас быть акулой!» Тем не менее эти качества большинство респондентов отнесли к числу отрицательных, порой стыдливо оправдывая их оговорками: «Поскольку жизнь поставила нас перед суровыми условиями выживания, эгоизм должен в нас присутствовать, но в определенной мере, обусловленной совестью, которая будет у человека всегда».

Молодые интеллигенты в принципе отвергают насилие и осуждают агрессив-

ность, насилие, жестокость, озлобленность, цинизм, хулиганство, преступность, особенно возмущают болваны-скинхеды и дикие подростковые банды. Молодые интеллектуалы же рассуждают в духе социального дарвинизма: «Выживаетсильнейший».

Лживость, лицемерие, безответственность, расхлябанность, предательство, ловкачество, по мнению многих, превратились в «норму, обычное явление», и вместе с тем они особенно ненавистны для дружелюбных и откровенных молодых людей. Более половины студентов заявили, что считают ложь и предательство самыми гнусными и отвратительными явлениями в общении между людьми. Осуждаются аморальность, распущенность, разврат. Степень порочности здесь оценивается по-разному. Некоторые студенты сдержанно констатируют: «Молодежь все больше и больше отклоняется от моральных и эстетических принципов и полностью отдает себя миру игры и виртуальных развлечений»; другие более категоричны: «У нас сплошной беспредел, никто не знает границ порядка, морали и приличного поведения, а точнее сказать, знают, но совершенно с ними не считаются». Рассадником порока, по мнению многих, являются пресса и телевидение. Отдельные студенты замечают: «духовный мир молодежи начинаетистощаться: любовь становится "быстрой", дружба и бизнес несовместимы», «мало кто знает современных поэтов, писателей, художников, ученых», «мало кто ходит на выставки искусства, в музеи, если это не музей пива» и т.п.

Более трети студентов раздражают хамское поведение, бескультурье, грубость, бездуховность (низкие духовные интересы), неуважение к старшим. Типичными проявлениями подобных недугов служат «утрата женственности девушками и рыцарской галантности юношами», «замусоривание среды обитания (город, лес, улица, парадная)», «пренебрежение прошлым и полное равнодушие к будущему» и т.п. Часто молодые люди самокритично повторяют: «Наше поколение не способно жертвовать собой ради ближних, страны и мира так, как это делали наши бабушки и дедушки. Мало кто сейчас смог бы повторить их подвиг». Однако упрек в недостаточной патриотичности нельзя адресовать всему поколению. Исследование показало, что потенциальными эмигрантами, готовыми сменить гражданство, «если это окажется выгодным и полезным для меня», является треть студентов, но есть другая треть, которую «будущее страны глубоко волнует,

потому что судьба России - моя судьба».

Добрая половина нашихреспондентов протестует против огульного отнесения своего по-колениякразряду «потерянных», «развращенных», «бездуховных», «жестоких»ит.д.

Третий вопрос интервью касался ИШ, свойственных представителям молодого поколения. Эти качества, на которые, кстати сказать, не обращают внимание критически настроенные социологи молодежи, чаще всего прямо противоположны осуждаемым отрицательным чертам. Очень многие (но не все) студенты отмечают среди своих товарищей целенаправленность, деловитость, организованность. Это не удивительно. Ведь стать студентом - значит сделать жизненный выбор, сделать заявку на вхождение в интеллектуальную элиту, принять на себя определенные обязательства перед близкими людьми и перед самим собой, мобилизовать свои духовные ресурсы. Большинство студентов это понимает и вырабатывает целеустремленность и деловитость как качества характера.

Нынешнее студенчество ценит самостоятельность, самодостаточность, независимость, свободолюбие. Нельзя не приветствовать такие высказывания: «Многие хотят стать независимыми материально, желают не сидеть на шее у родителей, а напротив, помогать им. И добиваться всего своим умом, талантом, рвением»; «Я желаю быть и буду хозяином своей судьбы, обязанным только себе как своими достижениями, так и неудачами». Постсоветские студентки особенно ревниво дорожат своей независимостью и самостоятельностью и готовы немало потрудиться для их приобретения. Можно сказать, что в студенческом сознании свершилась полная эмансипация женщин, о которой мечтали русские барышни в XIX веке.

Молодые люди не без гордости заявляют: «Мы - первое поколение подлинно свободных людей»; «Мы - первое свободное русское поколение, не знающее старых обычаев, нравов, догматов». Вместе с тем многие из раскрепощенных юношей и девушек проявляют мудрую озабоченность: «Избытоксвободы вреден»; «Свобода стимулирует построение иллюзорных планов на будущее». Групповые опросы показали, что не более 15% студентов приветствуют свободу слова без всяких ограничений, а 70% требуют, чтобы свобода слова сочеталась с ответственностью за сказанное.

Привлекательны жизненная активность, оптимизм, уверенность в будущем, предприимчивость, трудолюбие, напористость.

Вот типичная жизненная программа: «Я хочу создать крепкую семью (и это самое главное), сделать головокружительную карьеру, добиться прочного материального положения, чтобы у моих детей было все, чего не было у меня, и вместе с тем не утратить своих лучших человеческих качеств. Я хочу быть спокойным за свое будущее и будущее своих детей».

Не первое, но и не последнее место в реестре положительных качеств занимают интеллектуальность, умственное развитие, творческие способности (креативность), талантливость. Часто упоминаются «быстрое освоение новой информации», «высокий творческий потенциал», «универсальные таланты и способности».

«У своих сверстников я ценю в первую очередь тягу к знаниям. Расхожее мнение о молодежи современной, что это поколение пепси, я не разделяю. Наше поколение читающее, готовое учиться и получать образование, стремящееся к духовности, к творчеству». Для некоторых студентов идеалом служит образ русского интеллигента. Например: «Моя самая заветная мечта и стремление - стать интеллигентом. В мои планы входит отдавать все свои силы на то, чтобы развиваться, стараться впитать в себя как можно больше знаний и умений, никогда не лениться и делать все с благими намерениями. Это моя установка, которую я никогда не нарушу». Других привлекает образ удачливого бизнесмена-интеллектуала.

Усердная учебная деятельность мотивируется двояко. Немногие, пожалуй не более 10% студентов, испытывают бескорыстную, неутолимую жажду познания, свойственную подлинным ученым и философам. Большинство рассматривает знания как доходный вид собственности, способный приносить немалые дивиденды в капиталистическом обществе. Его представители свидетельствуют: «Мы готовы сделать все, чтобы потенциальный работодатель смог найти в нас гармоничное сочетание профессиональных качеств, обаятельной внешности, интеллекта и многого, многого другого».

Появление в автопортрете постсоветской молодежи альтруизма, доброты, дружелюбия, гуманизма, кажется противоестественным, но о них многократно упоминают разные авторы. Например: «Истинная жизнь - это жизнь по законам нравственности, гуманности и справедливости. Я точ-

Примечания

нознаю, что я альтруист»; «Я в первую очередь думаю об окружающих, и только потом о себе. Я люблю не себя, я люблю других людей»; «Я хочу жить не только ради себя, но больше ради других (для общества, страны, своей семьи)»; «Нужно всегда оставаться человеком, который может не стыдиться за свое прошлое, который может идти вперед, не переступая через людей, а следуя своим принципам, в которых не будет места жестокости, коварству и бесчеловечности»; «Мы знаем, что полно живет лишь тот, кто не остается равнодушным к проблемам других, кого волнует не только собственное благосостояние, кто тянется к прекрасному и делает вклад в его сохранение и создание. Я верю, что, несмотря ни на что, я и мое поколение сможем оставить достойный след в истории нашего Отечества» и т.п.

Несмотря на неблагоприятную духовную атмосферу, они, дети кризисного социума, не утратили гуманистический оптимизм и альтруистическую ответственность за судьбу своей Родины. Чем же объясняется их порочная репутация, многократно подтвержденная авторитетными исследователями? Дело в том, что наши социологи изучают молодежь в целом как единую возрастную группу, не учитывая её раскол на две части: с одной стороны, - молодежная масса, не обладающая высокой образованностью, развитыми духовными интересами и не стремящаяся к ним; с другой стороны, - студенчество, претендующее на приобщение к научному творчеству и культурному наследию. Поскольку студенчество составляет, по данным профессора В.А. Лукова, «примерно десятую часть молодых россиян» [10, с. 64], его интеллигентность тонет в неинтеллигентной массе. Получается дезориентирующая «средняя температура по госпиталю», которая является типичным примером «статистической лжи».

Нетрудно заметить, что, осуждая «отрицательные качества» своего поколения, наши респонденты, как правило, имели в виду не свое окружение, а молодежную массу. В то же время «положительные качества» они относили к себе. Я полагаю, что эта диспропорция оправдана, потому что она соответствует реальной действительности.

О другом «расколе» - расколе студенчества на интеллигентов и интеллектуалов поговорим в следующей статье.

1. Говорухин, С. С. Великая криминальная революция [Текст] / С.С. Говорухин. - М, 1993.

2. Ильинский, И. М. Молодежь и молодежная политика. Философия. История. Теория [Текст]

/ И.М. Ильинский. - М., 2001.

3. Ядов, В. А. К вопросу об исторической миссии молодого поколения [Текст] / А.К. Ядов / / Отцы и дети: Поколенческий анализ современной России. - М., 2005.

4. Гранин, Д. А. Интелегедты [Текст]: [статьи, выступления, эссе] / Д.А. Гранин. - СПб., 2007.

5. Кирилов, С. Интеллектуалы и интеллигенты [Текст] / С. Кирилов // Москва. - 1993. - №5. - С. 126-130.

6. Петровский, А. В. Интеллигенция при наличии отсутствия [Текст] / А.В. Петровский // Литературная газета. - 2005. - 19-25 октября.

7. Моисеев, Н. Н. Судьба цивилизации. Путь Разума [Текст] / Н.Н. Моисеев. - М., 2000.

8. Петрова, Т. Э. Социология студенчества в России: Этапы и закономерности становления [Текст] / Т.Э. Петрова. - СПб.: Изд-во «Бельведер», 2000.

9. Грушин, Б. А. Четыре жизни России в зеркале опросов общественного мнения. Эпоха Хрущева [Текст] / Б.А. Грушин.- М., 2001. - С. 159-222.

10. Социальный статус и имидж гуманитарной интеллигенции: иллюзии и реальность [Текст]: круглый стол // Социологические исследования. - 2001. - №11.

Г.В. Шейнис

ПЕРСПЕКТИВЫ И ЗАДАЧИ РАЗВИТИЯ ЭКОЛОГО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Этическое регулирование отношения человека к природе, экологическое просвещение и поиск новых подходов к формированию экологической культуры различных социально-возрастных групп населения - актуальная проблема в современных условиях.

Представления о природе являются необходимым структурным элементом целостного образа мира как субъективной, пристрастной модели, развивающейся на основе системы деятельностей. Только человек с верным отношением к миру, природе, жизни может стать условием существования для другого (человека, животного, растения...). Необходимо в связи с этим, чтобы «человек и ощущал, и осознавал себя как ... часть природы» (С.Л. Рубинштейн), во взаимодействии с которой он «проявляется» и «формируется». Поэтому экологическая проблематика занимает особое место в современных общественных дискуссиях. И сегодня нельзя ограничиваться призывами, запретами. Главный приоритет -формирование отношения к природе как ценности, формирование экологической культуры человека в целом.

Наиболее перспективным средством в этом плане является организация экологического просвещения широких слоев населения посредством различных мероприятий и форм деятельности силами профессионально подготовленных специалистов в области эколого-просветительской деятельности.

Антиприродное поведение человека обусловливается рядом обстоятельств: при

наличии этических знаний - отсутствием опыта и необходимой убежденности; наличием противоречия между знанием и опытом, который дает микросреда и сфера личного общения; наличием неправильных знаний и порочного опыта.

Концепция господства над природой глубоко укоренилась в сознании представителей крупных цивилизаций, выведенные путем многовековых наблюдений, опыта природопользования экологические традиции почти полностью утрачены. Представление о неисчерпаемости природных богатств, созданное отсрочкой эффекта разрушительного действия, не позволило в моральном сознании человека утвердиться оценке потребительского отношения к природе как нравственно осуждаемой и асоциальной деятельности. Экологическая мораль неразрывна с общими нравственными установками личности и связана с общественной моралью.

В общении с природой личность облагораживается и относится к ней как к одной из самых высоких общественных и индивидуальных ценностей (И.Д. Зверев). Природа является источником психоэмоциональной энергии, жизненно необходимой для формирования психологически здоровой личности. Природа - поле, на котором разворачивается экологическая деятельность (как «связанная с миром природы»), строятся многоплановые, гуманные отношения с ней, которые затем сами становятся условием развития личности и начинают ее характеризовать.