Cовладающее поведение инвалидов по зрению: феноменология и динамика

ПСИХОЛОГИЯ СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ

Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2018. № 2. С. 29-37. УДК 159.923

DOI 10.25513/2410-6364.2018.2.29-37

С. А. Хазова Е. А. Иванова М. С. Попова

ТОВЛАДАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ ИНВАЛИДОВ ПО ЗРЕНИЮ: ФЕНОМЕНОЛОГИЯ И ДИНАМИКА1

В статье представлены результаты исследования феноменологии и динамики совладающего поведения взрослых инвалидов по зрению (n = 77). Показана специфика выбора копинг-стилей и стратегий людьми с визуальными ограничениями. Описаны семь типологических вариантов совла-дающего поведения от конструктивных проблемно-ориентированного и аутостимулируемого до дез-адаптивного и агрессивно-разрушительного, обусловленных восприятием нарушения, степенью адаптированности и личностными особенностями респондентов. Проанализированы три этапа со-владания с потерей зрения во взрослом возрасте.

Ключевые слова: совладающее поведение; копинг-стили; копинг-стратегии; адаптированность / дезадаптированность; ресурсы совладания; инвалиды по зрению.

S. A. Khazova E. A. Ivanova M. S. Popova

COPING BEHAVIOR OF THE VISUALLY IMPAIRED: THE PHENOMENOLOGY AND DYNAMICS

The article presents the results of the study of phenomenology and dynamics of coping behavior of adults with visual disabilities (n = 77). The specifics of the choice of coping styles and strategies by blind people are shown. Seven typological variants of coping behavior described: from constructive problem-oriented and autocompletemode to the non-adaptive and aggressive-destructive, due to the perception of the violation, the degree of adaptability and personal characteristics of the respondents. Three stages of coping with loss of vision in adulthood are analyzed.

Keywords: coping behavior; coping styles; coping strategies; adaptation / disadaptation; coping resources; visually impaired.

Актуальность исследования совладающего поведения личности, развивающейся в специфических условиях инвалидности, определяется множеством факторов, среди которых ухудшение здоровья населения в целом и значительный рост за последние пятнадцать лет числа людей с ограниченными возможностями здоровья; увеличение темпа жизни и динамичности социальной среды, которые предъявляют всё более жесткие требования к адаптацион-

ным возможностям человека; ориентация медицины, социальной защиты и психологической практики на помощь уязвимым группам населения, на превенцию дезадаптации и деструктивных переживаний людей, находящихся, по образному выражению Д. А. Леонтьева, в «затрудненных условиях развития» [1].

Несмотря на то, что многочисленные исследования не подтверждают более низкого психологического и социального благополучия

1 Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований, отделение гуманитарных и общественных наук, грант 17-06-00812-ОГН.

© Хазова С. А., Иванова Е. А., Попова М. С., 2018

данной социальной группы [1; 2], не подвергается сомнению и тот факт, что их жизнь требует значительных усилий по совладанию даже с повседневными трудностями, мобилизации внутренних и внешних ресурсов для успешной адаптации, продуктивности жизнедеятельности, достижения удовлетворенности жизнью [3; 4].

Одним из вариантов развития в затрудненных условиях является, вне всякого сомнения, развитие людей с визуальными ограничениями. Несмотря на очевидную актуальность и практическую значимость, исследований совладающего поведения инвалидов по зрению не так уж много. Анализ тематики статей в специализированных зарубежных журналах, таких как The Journal of Blindness Innovation and Research или Journal of Visual Impairment & Blindness, а также российских публикаций приводит к выводу о том, что значительная часть подобного рода исследований выполнена на детской и подростковой выборке и касается чаще защитной активности личности (психологических защит) [5; 6]. Данные, полученные авторами о специфике копинг-поведения инвалидов по зрению, свидетельствуют о выборе ими менее конструктивных стратегий совладания, включая прием психоактивных веществ, о низкой эффективности и зависимости копинга от структуры и глубины дефекта и внутренней картины болезни [6; 7], а также от таких личностных факторов, как смысловая сфера личности, ло-кус контроля, эмоциональная устойчивость и т. д. [3; 7-9]. Однако есть и противоположные эмпирические факты, подтверждающие возможность данной категории лиц успешно совладать с повседневными стрессами, несмотря на ограничения, обусловленные инвалидностью [2; 3; 10]. Так, например, было показано, что британские ветераны боевых действий, потерявшие зрение, использовали проактивные способы совладания (постановку целей, обучение новым навыкам, освоение средств реабилитации), не обращались за помощью, считая, что это нанесет ущерб «их чувству гордости и самоуважения», а также использовали социальное сравнение себя с другими, положение которых они воспринимали как худшее [11]. Пожалуй, одним из самых значимых результатов является сочетание условно продуктивных и условно непродуктивных стратегий в совладающем поведении инвалидов по зрению: использование, с одной стороны, форм отвлечения и избегания, с другой - юмористической переработки

стресса и обращения за помощью и поддержкой к людям, находящимся в схожей ситуации [12], что, тем не менее, приносило позитивный эффект, улучшало адаптацию и позволяло сохранить автономию.

Целью нашего исследования является доказательство специфики совладающего поведения взрослых, имеющих визуальные ограничения, а также описание его динамики на разных этапах адаптации к нарушению. Наше исследование включало два этапа, на первом из которых описывалась феноменология, на втором - копинг-динамика.

На первом этапе исследования для изучения выбора инвалидами по зрению стилей и стратегий совладающего поведения мы использовали «Опросник способов совладания» Р. Лазаруса, С. Фолкман (WCQ, The Ways of Coping Questionnaire, 1988), адаптированный М. С. Замышляевой, Т. Л. Крюковой, Е. В. Ку-фтяк (2004); методику многомерного измерения копинга «Копинг-поведение в стрессовых ситуациях» Н. С. Эндлера, Дж. А. Паркера (CISS, Coping Inventory for Stressful Situations, 1990), адаптированную Т. Л. Крюковой (2004), а также авторское феноменологическое полуструктурированное интервью. В нашем исследовании приняли участие 50 человек в возрасте от 18 до 65 лет - инвалидов по зрению I группы (острота зрения от 0 до 0,04) и II группы (острота зрения от 0,05 до 0,2). При изложении результатов мы будем использовать и термин «незрячие», который объединяет инвалидов по зрению I (слепые) и II (слабовидящие) групп. Этот термин широко используется в данном значении во Всероссийском обществе слепых и в специальной ти-флореабилитационной литературе [8]. Группа инвалидов подразделялась по степени социальной адаптированности на две подгруппы -адаптированных и дезадаптированных - на основании ряда критериев (всего 12), например: обострение переживания глубокого нарушения зрения при возникновении трудной жизненной ситуации; отсутствие самостоятельных целенаправленных действий по преодолению трудной жизненной ситуации; избегание контактов с людьми, обладающими нормальным зрением; игнорирование личных планов, дел и обстоятельств лиц, которые оказывают незрячему помощь в преодолении трудной ситуации; острое эмоциональное восприятие повседневных жизненных трудностей, обусловленных глубоким нарушени-

ем зрения и др. [8]. Отнесение человека к группе дезадаптированных подразумевало наличие свыше шести критериев дезадапти-рованности. Группа дезадаптированных испытуемых составила 16 человек. В группу адаптированных испытуемых вошли 34 человека. Для выявления различий использовался ^критерий Стьюдента.

Первоначально опишем общие тенденции, характерные для всех незрячих. Так, наиболее выбираемым является проблемно-ориентированный копинг (рейтинг 1), субстиль социальное отвлечение (рейтинг 2), третьим по частоте использования является копинг, ориентированный на избегание (рейтинг 3), четвертое место занимает эмоционально-ориентированный стиль (рейтинг 4), наименее популярным является субстиль отвлечение (рейтинг 5). Иными словами, респонденты в трудных жизненных ситуациях предпочитают делать все необходимое, принимать немедленные меры, анализировать

ситуацию и планировать действия по ее разрешению, а также звонить друзьям, проводить время с близкими людьми, бывать на людях. Показательно, что при этом они мало опираются на предыдущий опыт и не рассматривают альтернативные варианты решения проблем, хотя такие копинг-действия также являются проблемно-ориентированными. По объективным причинам, связанным с нарушением, редко используются походы по магазинам за покупками, посещение кафе, дополнительный сон или стремление побаловать себя «чем-то вкусненьким», популярные у людей, не имеющих визуальных ограничений. Интересно, что данные результаты не в полной мере отражают общевозрастные тенденции. Так, обычно второе место по популярности занимает эмоционально-ориентированный стиль, а не избегание.

Анализ копинг-стратегий также позволил зафиксировать интересные факты (табл. 1).

Таблица 1

Выраженность стратегий совладающего поведения

Стратегии совладающего поведения Среднее значение Рейтинг Тестовая норма Рейтинг по тестовой норме

Конфронтативный копинг 47,7 7 53,0 6

Дистанцирование 49,8 6 52,9 7

Самоконтроль 67,8 2 60,4 2

Поиск социальной поддержки 60,9 4 56,0 5

Принятие ответственности 61,7 3 58,4 3

Бегство-избегание 37,3 8 46,5 8

Планирование решения проблемы 69,3 1 63,3 1

Положительная переоценка 57,5 5 57,4 4

Итак, наиболее выбираемыми инвалидами по зрению являются стратегии совладания планирование решения проблемы (М = 69,3), самоконтроль (М = 67,8), а также принятие ответственности (М = 61,7). При этом чаще всего респонденты сосредотачиваются на том, что нужно делать в данной ситуации, удваивают усилия, стараются обдумывать действия, а не поступать импульсивно, контролируют эмоции, принимают на себя ответственность за возникшую ситуацию и стараются, чтобы другие не узнали о том, как им трудно. В то же время, они мало учитывают свой предыдущий опыт, не склонны искать и рассматривать несколько способов решения проблемы, не всегда способны к положительной переоценке трудной ситуации в контексте личностного роста и саморазвития, что

говорит о невысокой гибкости и вариативности их поведения, а также о сложности концептуализации опыта.

Далее, инвалиды по зрению редко обращаются к таким стратегиям как дистанцирование, конфронтативный копинг, бегство-избегание, что соответствует известным в психологии стресса и копинга общевозрастным тенденциям, однако выраженность этих стратегий несколько ниже, чем в норме. Это говорит о том, что для незрячих несвойственны ни когнитивные усилия по снижению значимости ситуации, ни агрессивные усилия по ее изменению, ни стремление избежать ее решения.

Интересно, что в первом случае при анализе стилевых особенностей совладания обнаружилась важность социального отвлечения, которое не всегда связано с поиском ак-

тивной помощи со стороны ближайшего окружения. В то же время стратегия поиска информационной, действенной социальной поддержки, то есть активное обращение к социальным ресурсам, имеет лишь среднюю выраженность. Кроме того, оказалось, что глубина нарушения обусловливает частоту обращения к этой стратегии, которая выражена ярче у слабовидящих, чем у слепых (М1 = 11,96, М2 = 10,04, t = 2,04, р = 0,05). Вероятно, здесь мы сталкиваемся с той же тенденцией, что и в процитированных выше зарубежных исследованиях [11], когда обращение за помощью рассматривается как свидетельство слабости, либо является отражением стремления замкнуться и избежать контактов, как показано в отечественных работах [4; 8].

Против ожидания, нами не выявлено существенных различий в копинг-поведении между

группами адаптированных и дезадаптированных респондентов за исключением единственной стратегии бегство-избегание (М1 = 7,56, М2 = 4,77, t = 2,93, р = 0,005). Можно говорить о том, что дезадаптированные инвалиды устраняются от преодоления трудных ситуаций, не могут самостоятельно решать возникающие проблемы, поскольку считают себя несамостоятельными, зависимыми от окружающих и перекладывают на них ответственность за решение возникающих проблем. Вместе с тем уход от решения проблем помогает им избежать негативных эмоциональных переживаний, обусловленных их высокой повседневной некомпетентностью.

Используя данные интервью, мы выделили семь типов совладающего поведения незрячих (табл. 2).

Таблица 2

Типы совладающего поведения взрослых с визуальными ограничениями

Описание типа | Стратегии совладания | Пример

Когнитивно-автономный

Не зависит от степени выраженности нарушения зрения; направлен на когнитивный анализ трудной ситуации и вариантов ее разрешения, эмоциональные переживания сведены к минимуму; опора на собственные возможности, обращение за помощью только тогда, когда это видится рациональным; избегание и дистанцирование не выражены проблемно-ориентированный стиль, планирование решения проблемы, самоконтроль и принятие ответственности «Я никогда не тороплюсь, сначала подумаю, как это сделать и что мне для этого надо, а потом начинаю действовать». «В трудной ситуации я думаю о том, как мне решить проблему, а не о том, что мне не хватает зрения»

Эмоционально-экспрессивный

Не зависит от степени тяжести нарушения зрения. Импульсивность в поведенческих реакциях; способ совладания определяется эмоциональным состоянием на момент возникновения проблемы, что может сопровождаться острыми негативными эмоциональными переживаниями или спонтанным желанием устраниться от проблемы; ориентация на активный поиск социальной поддержки (вплоть до манипуляции и давления) эмоционально-ориентированный стиль, отвлечение, конфронтативный копинг, бегство-избегание, социальное отвлечение, поиск социальной поддержки «С этим мне не справиться, об этом лучше не думать». «Хорошо им, они видят, а помочь не допросишься. Неужели им непонятно, как нам всё трудно, ведь мы не живем, а мучаемся?»

Деятельностный

В основном у слабовидящих. Направлен на самостоятельную практическую деятельность по решению обыденных и повседневных проблем, что требует постоянной активности и включенности в происходящее; не ориентирован на получение социальной поддержки планирование решения проблемы, принятие ответственности, положительная переоценка «Да просто беру и делаю, где не вижу, там делаю наощупь, если не получается одним способом, значит пробую другим, ну уж если совсем никак, тогда прошу помочь родных и друзей, например трубы1 покрасить или обои поклеить, если бы видела, и это сама бы сделала. Да и вообще ничего такого особенного, что очень трудно, мне и не надо»

Деструктивный

Преимущественно у слабовидящих и поздноослепших. Несостоятельность, беспомощность, но при этом переоценка своих возможностей; восприятие нарушения как существенного ограничения возможностей; конфликтное поведение эмоционально-ориентированный ко-пинг, конфронтативный копинг, отвлечение, копинг, бегство-избегание «Если бы я видела, где бы1 я сейчас была. Я ищу работу, но мне то зарплату мизерную предлагают, то добираться надо даль страшную по темноте поздно вечером, а в темноте я не вижу»

Окончание табл. 2

Описание типа Стратегии совладания Пример

«На предприятие работать не пойду, не для того я училась и сейчас учусь, На этих предприятиях одно отребье работает. Когда мне трудно, а трудно мне почти всегда, я обращаюсь к маме, только она меня понимает, больше никто. На друзей полагаться нельзя, они оказались изворотливее меня, у кого блат, у кого знакомства или родители богатые. Они добились всего, чего хотели, и теперь смотрят на меня свысока. Про мужа хочу сказать, что он слабак и в жизни без меня и моих родителей ничего самостоятельно сделать не может»

Аутостимулируемый

Характерен для слепых. Ориентирован на активное использование конструктивных стилей и стратегий совладания, смелость при встрече с трудностями, доказательство состоятельности, стремление не обременять своими проблемами близких; требует высоких затрат психологических ресурсов проблемно-ориентированный копинг, самоконтроль, планирование решения проблемы, принятие ответственности «Любую проблему можно решить, если очень постараться, я итак создаю окружающим много проблем. Больше всего помощь других мне нужна для того, чтобы научить меня сделать то, что надо самому, чтобы в следующий раз я никого уже не дергал»

Агрессивно-разрушительный

Чаще наблюдается у слепых, которые неадекватно относятся к своему нарушению (не могут смириться со своей несамостоятельностью). Характеризуется конфликтным поведением, яркими негативными переживаниями, требованием помощи и поддержки в ультимативной или манипулятивной форме эмоционально-ориентированный копинг и конфронтативный копинг «Я потерял зрение, работая на эту страну, передо мною все в неоплатном долгу, и моя семья тоже, потому что и на них я работал. Государство дает мало льгот, у меня все время какие-то проблемы и это меня бесит. Если мне дома не хотят помочь, я напоминаю им, кто я и кто они и почему я ослеп да так, чтобы им тошно стало, и сразу совесть просыпается, сразу всё делают. Работать мне теперь нереально, да и вообще что-то делать, хватит, я поработал пусть теперь другие здоровые работают!»

Дезадаптивный

Дифференцирующим признаком, отделяющим этот вариант копинга от агрессивно-разрушительного и деструктивного, является полный отказ от преодоления трудностей; характеризуется яркими эмоциональными переживаниями сострадания к себе, обиды на несправедливость судьбы, гнева на окружающих бегство-избегание «Ну, что я могу сделать, ненавижу всех вокруг себя и весь этот мир, плачу, мучаюсь и всё. Просто никто не был на моем месте, поэтому легко другим судить. Одна радость - послушать любимую музыку, больше у меня ничего нет и не будет»

Описывая феноменологию совладающего поведения незрячих, мы можем говорить о таких важных особенностях, как:

- ориентация на проблемно-ориентированные усилия по преодолению трудной ситуации, принятие ответственности за происходящее и выраженный самоконтроль;

- редкое использование различных вариантов отвлечения от стрессовой ситуации, стратегий конфронтативного копинга, дистанцирования и бегства-избегания решения проблемы;

- зависимость частоты выбора стратегии бегство-избегание от степени адаптированно-сти / дезадаптированности;

- противоречивость использования стилей и стратегий, ориентированных на получение помощи от окружающих, а также снижение частоты обращения к социальной поддержке в зависимости от степени тяжести зрительного нарушения;

- низкая ориентация на предыдущий опыт и на когнитивные стратегии реинтер-претации опыта с точки зрения саморазвития;

- наличие типологических вариантов от конструктивных проблемно-ориентированного и аутостимулируемого до дезадаптивного и агрессивно-разрушительного, обусловленных восприятием нарушения, степенью адаптиро-ванности и личностными особенностями респондентов.

На втором этапе нашего исследования изучался вопрос о динамике совладающего поведения инвалидов по зрению, которая также остается малоизученной и представлена лишь в незначительном количестве работ [см., например, 13]. Методический комплекс исследования составили «Опросник способов совладания» Р. Лазаруса, С. Фолкман (WCQ, The Ways of Coping Questionnaire, 1988), адаптированный М. С. Замышляевой, Т. Л. Крюковой, Е. В. Куфтяк (Т. Л. Крюкова, 2007); феноменологическое интервью на основе методики «Линия жизни», которое проводилось в два этапа: на первом незрячим предлагалось представить линию их жизни и отметить на ней три поворотных события, затем оценить их как положительное либо отрицательное, выделить периоды и назвать их; на втором -представить как линию период без зрения и отметить на нем три поворотных события, связанных с потерей зрения, затем разделить линию на периоды и назвать их, а также характерные для человека в эти периоды поведение, мысли, чувства. Выборку исследования составили 27 инвалидов по зрению, имеющих остаток не более 0,1 % в возрасте от 19 до 60 лет, средний возраст 35 лет, 14 поздно-ослепших (стаж слепоты от двух до семнадцати лет) и 13 раноослепших.

Перейдем к результатам исследования.

Первый результат касается отличий со-владающего поведения поздноослепших от копинга раноослепших. Значимые различия (критерий ф* - угловое преобразование Фишера, t-критерий Стьюдента для независимых выборок) касаются поиска социальной поддержки (ф* = 3,04, p = 0,01) и стратегии положительная переоценки (ф* = 3,23,p = 0,01), чаще выбираемых раноослепшими, а также стратегий самоконтроль (ф* = 17,1,p = 0,000) и бегство-избегание (ф* = 4,62, p = 0,01), типичных для поздноослепших. Это связано с более широким спектром поддержки извне у раноослепших (друзья, родственники, специ-

алисты), с их обращением к творческим видам деятельности (музыка, спорт, танцы), с принятием своей слепоты как испытания свыше, миссии, чтобы доказывать пользу незрячих для общества, а также с нахождением в привычной ситуации зрительной деприва-ции [13; 14]. Возможно и обращение к кон-фронтативному копингу в случае нарушения их прав: «Раз, в Воркуте еще жили, пришлось нахамить, потому что у нас молодежь адекватней, чем пенсионеры. Пришла я в поликлинику, пришла я с собакой. Хочется людям иногда общественное мнение привлечь, поговорить, чтобы на кого-то поругались все. [Вот пенсионерка, указывая на меня]: "Вот, она меня в раздевалке толкнула, я чуть не упала". В общем, ... у меня тоже бывает, говорю: "Бабка, закрой рот. Ты сама пришла, меня собака привела". Ну как еще на такое реагировать. Я понимаю, если бы она непосредственно мне сказала, а она сидит и общественное мнение привлекает» (Е., жен., 43 года). Кроме того, раноослепшие больше осознают встающие перед ними трудности (М1 = 1, М2 = 1,92, t = - 2,20, р = 0,04), что позволяет им эффективнее совладать со стрессовыми ситуациями.

Поздноослепшие после потери зрения попадают в тяжелую, непривычную ситуацию. Это, с одной стороны, повышает требования к самоконтролю, заставляя человека вкладывать дополнительные усилия для сдерживания эмоций, с другой стороны, резко сужает и обедняет социальную сеть, вынуждая ограничиваться помощью близких. В то же время использование негативного сравнения по вертикали с теми, кому хуже, позволяет им мысленно облегчить сложность своего положения.

Динамика копинг-поведения проявляется в значительном изменении стратегий поведения на разных этапах совладания с потерей зрения. При этом динамики совладания у раноослепших в нашем исследовании на данном этапе не выявлено. Вероятно, это дело будущего. Итак, интервью позволило выделить три этапа в динамике совладния у позд-ноослепших: этап потери, разделяющий жизнь на «до» и «после», характеризующийся как травма, этап фрустрации и этап адаптации и принятия (табл. 3).

Таблица 3

Динамика совладающего поведния поздноослепших

Этап и его длительность Описание этапа и стратегий совладания Пример из интервью

Этап потери (этап неприятия) от 0,5 до 4,5 лет Конфронтативный копинг, проявляющийся в склонности к рискованным действиям и агрессивным усилиям изменить ситуацию. Поиск решения проблемы: поиск информации, экспериментирование с разными вариантами лечения «В Ярославле поспорила с врачом: он не хотел попробовать. Может быть, это был мой последний шанс». «Мы ходили по всяким бабкам и они тоже надежду давали». «Оперировался в Москве. Не помогло. Потом поехал в Израиль. Там было слишком дорого. Потом поехал в Китай. В Китае прооперировали». «Больницы искал по Москве, в Федоровском центре был. Все мысли были направлены, просматривались все таблетки, микстуры, рекламы, где только не искал»

Этап фрустрации От 0,5 года до 1,5 лет Бегство-избегание: приходит ощущение безысходности, отрицание статуса инвалида; человек избегает общения с окружающими, перестает заниматься делами, отдается фантазиям, ждет чуда в виде возвращения зрения, уход от трудности через сон, лекарственные препараты, алкоголь, еду «Когда друзья приходили за мной погулять, они мне шнурки на ботинках завязывали». «Страх, что я выйду с этой палкой, буду нервничать, я нервная, что я буду кого-то просить, тут ходить, спрашивать. Все думают, что я вижу, что обманываю. Боюсь пойти с этой палкой, боюсь, что не получится. Тяжело»

Этап принятия потери и адаптации Проблемно-ориентированные стратегии (обучение использованию средств реабилитации, освоение бытовых навыков). Самоконтроль (сдерживание эмоций, удержание от необдуманных поступков, ориентация на пример уважаемого человека). Принятие ответственности (понимание важности собственных усилий для адаптации) «Вот, и мама у меня тут она, в общем, зашивалась, забегивалась вообще со всеми проблемами, вот, и приходилось ей еще что-то по дому делать. Я сижу, думаю:"Вот сижу как это, полено. Чего я. Дай-ка попылесосю А чего я. Сейчас потихонечку и пропылесосю все". Раз, взяла пылесос, попылесосила. Так, вроде ничего, нормально получилось. Потом думаю: "Ну а чего я, и пыль могу повытирать. Тоже так попорядочку, так вот пойду, пойду, пойду, повытеру". Ну вот так вот потихоньку и начала одно, другое, потом третье, вот, стирать, как бы, вот такие вот домашние дела все делать. Потом готовить научилась»

Необходимо отметить, что на этапе фрустрации условно неадаптивная стратегия бегство-избегание является необходимой и вполне эффективной, способствует совлада-нию и переходу на следующий этап - этап принятия. Однако использование этой стратегии долгое время приводит к дезадаптации. Кроме того, показательными являются различия в копинг-действиях стратегии поиск решения проблемы на этапах непринятия потери и адаптации. В первом случае это ориентация на поиск информации и способов возвращения зрения, во втором - это проблемно-ориентированные усилия по адаптации к новому статусу.

Важными являются и различия в ресурсах совладания (для выявления различий использовался t-критерий Стьюдента для независимых выборок) между поздноослепшими и раноослепшими. Раноослепшие респонденты используют большее количество ресурсов для адаптации, чем поздноослепшие (М1 = 4,14, М2 = 6,75, t = -4,26, p = 0,000). К таким ре-

сурсам относятся хобби, тифлосредства, помощь друзей и посторонних, личный пример более адаптированного инвалида по зрению, наличие профессии. Для раноослепших более характерна трудовая занятость и вовлеченность в трудовую деятельность, чем для поздноослепших, что является важнейшим копинг-ресурсом. Они трудоустроены на такие должности, как сборщик бумажных фильтров (5 человек), культ-массовый организатор (1 человек), аккомпаниатор (1 человек), массажист (3 человека), психолог (1 человек). Это объясняется сильной мотивацией не отличаться от зрячих людей, не уступать им по социальному статусу. Из интервью: «У меня есть стремление стать такой же, как остальные, как зрячие люди, минимизировать различие между нами. Это можно было сделать только благодаря поступлению в институт и устройству на работу» (И., жен., 30 лет). 100 % мужчин и 83 % женщин отмечают устройство на работу как значимое событие; все респонденты как поворотные от-

мечают события, связанные с развитием карьеры. В отличие от раноослепших, поздно-ослепшие чаще называют события, которые относятся больше к их здоровью и семейной жизни. На разных этапах совладания со стрессом потери поздноослепшие опираются на различные ресурсы:

- на первом этапе - помощь специалистов, деятельная и информационная помощь семьи;

- на втором - эмоциональная помощь семьи;

- на третьем - использование средств реабилитации (компьютер и телефон с речевым выводом), помощь семьи и личный пример более адаптированного инвалида по зрению. Респонденты двух групп различаются и по количеству используемых тифло-средств (М1 = 2,49, М2 = 5,50, t = -4,02, р = 0,000).

Таким образом, совладающее поведение поздноослепших характеризуется не только особенностями по сравнению с совладающим поведением раноослепших, но и ярко выраженной динамикой: оно проходит три этапа, на каждом из которых используются специфические стратегии совладания. Выводы

Совладающее поведение инвалидов по зрению имеет существенные отличительные черты, собственную феноменологию и динамику. Это проявляется как в различиях стилей, стратегий и отдельных копинг-действий между совладанием незрячих и людей, не имеющих визуальных ограничений, в наличии специфических типов совладания инвалидов по зрению, так и в особой копинг-динамике, связанной с ситуацией потери зрения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Леонтьев Д. А. Факторы и психологические механизмы развития личности в затрудненных условиях // Инклюзивное образование: методология, практика, технология: материалы междунар. науч.-практ. конф. (20-22 июня 2011, Москва). М., 2011. - С. 69-70.

2. Горьковая И. А., Микляева А. В. Характеристика качества жизни подростков с нарушениями зрения в контексте их жизнестойкости // Клиническая и специальная психология. - 2017. - Т. 6. - № 4. - С. 47-60.

3. Леонтьев Д. А., Александрова Л. А., Лебедева А. А. Специфика ресурсов и механизмов психологической устойчивости студен-

тов с ОВЗ в условиях инклюзивного образования // Психологическая наука и образование. - 2011. - Т. 3. - С. 80-94.

4. Попова М. С., Хазова С. А. Динамика совладания и копинг-ресурсы лиц с визуальными ограничениями. В кн.: Защитная система личности и стресс / под ред. Е. В. Куфтяк. -М.: Мир науки, 2017. - С. 84-95.

5. Реунова А. А. Механизмы адаптационной системы детей с нарушением зрения // Психология стресса и совладающего поведения: ресурсы, здоровье, развитие: материалы IV междунар. науч. конф. Кострома, 22-24 сент. 2016 г.: в 2 т. / отв. ред.: Т. Л. Крюкова, М. В. Сапоровская, С. А. Хазова. Кострома: КГУ им. Н. А. Некрасова, 2016. - Т. 1. - С. 156-158.

6. Куфтяк Е. В. Дети с дефицитами развития: особенности психологических защит и ко-пинг-стратегий // Вопросы психического здоровья детей и подростков. - 2017. - № 3. -С. 25-33.

7. Киселева А. А., Кузьмин М. Ю. Особенности копинг-стратегий у лиц с ограниченными возможностями здоровья // Acta Boimedica Scientifica. - 2017. - Т. 2. - № 5. -С. 129-135.

8. Иванова Е. А. Психологические факторы преодоления жизненных трудностей инвалидами по зрению: дис. ... канд. психол. наук. - М., 2010. - 175 с.

9. Попова М. С., Хазова С. А. Смысложизненные ориентации как фактор совладания с трудностями у взрослых с визуальными ограничениями // Ананьевские чтения - 2017: Преемственность в психологической науке:

B. М. Бехтерев, Б. Г. Ананьев, Б. Ф. Ломов: материалы междунар. науч. конф., 24-26 октября 2017 г. / отв. ред. Л. А. Головей, А. В. Шаболтас. - СПб. : Айсинг, 2017. -

C. 437.

10. Хазова С. А., Адеева Т. Н., Тихонова И. В. Варианты жизни в затрудненных условиях развития // Вестник КГУ. Серия: Педагогика. Психология. Социокинетика. - 2017. -№ 4. - С. 178-183.

11. Stevelink Sh. A. M., Malcolm E. M., Fear N. T. Visual impairment, coping strategies and impact on daily life: a qualitative study among working-age UK ex-service personnel // BMC Public Health. - 2015. - № 15. - Р. 1118.

12. Bittner A. K., Edwards L., George M. Coping strategies to manage stress related to vision loss and fluctuations in retinitis pigmentosa // Optometry. - 2010, Sep. - № 81 (9). -Р. 461-468.

13. Тюнеева Е. В. Особенности адаптации к ситуации болезни пациентов с офтальмологической патологией. - М., 2012. - URL: http:// psycho-step.ru/literatura-po-psihilogii/otslojka-setchatki (дата обращения: 27.04.2015).

14. Кондюхова Т. Н. Внутренняя картина болезни в психологической структуре личности

Информация о статье Дата поступления 15 февраля 2018 Дата принятия в печать 4 мая 2018

Сведения об авторах

Хазова Светлана Абдурахмановна - д-р

психол. наук, проф. кафедры специальной педагогики и психологии Института педагогики и психологии Костромского государственного университета (Кострома, Россия). E-mail: hazova_svetlana@mail.ru.

Иванова Екатерина Александровна - канд. психол. наук, методист отдела сопровождения коррекционного образования, доц. кафедры воспитания и психологического сопровождения Костромского областного института развития образования (Кострома, Россия). E-mail: eai1982@mail.ru.

Попова Мария Станиславовна - магистрант первого курса специальности «Социальная психология» Института педагогики и психологии Костромского государственного университета (Кострома, Россия). E-mail: zakalinamariya@mail. ru.

Для цитирования

Хазова С. А., Иванова Е. А., ПоповаМ. С. Совладающее поведение инвалидов по зрению: феноменология и динамика // Вестник Омского университета. Серия «Психология». 2018. № 2. С. 29-37. DOI 10.25513/2410-6364. 2018.2.29-37.

инвалидов по зрению: автореф. дис. канд. психол. наук. - СПб., 2004. - 78 с.

Article info

Received February 15, 2018 Accepted May 4, 2018

About authors

Khazova Svetlana Abdurakhmanovna - Doctor of Psychological sciences, Professor of the Department of special pedagogy and psychology, Institute of pedagogy and psychology, Kostroma State University (Kostroma, Russia). E-mail: hazova_svetlana@mail. ru.

Ivanova Ekaterina Aleksandrovna - Candidate of Psychological sciences, Methodologist of correctional education support Department, associate Professor of education and psychological support Department of Kostroma regional Institute of education development (Kostroma, Russia). E-mail: eai1982@mail.ru.

Popova Mariya Stanislavovna - Student (master student) in Social psychology Institute of pedagogy and psychology, Kostroma State University (Kostroma, Russia). E-mail: zakalinamariya @mail.ru.

For citations

Khazova S. A., Ivanova E. A., PopovaM. S. Coping Behavior of the Visually Impaired: the Phenomenology and Dynamics. Herald of Omsk University. Series «Psychology», 2018, no. 2, pp. 29-37. DOI 10.25513/2410-6364.2018.2.2937. (In Russian).