Роль малого отраслевого бизнеса в инновационно-отраслевых кластерах и преодолении территориальной асимметрии

ГУМАНИТАРНЫЕ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ

ПРОБЛЕМЫ

УДК 332.13

Ш. Ш. Губаев, Е. П. Ардашева

РОЛЬ МАЛОГО ОТРАСЛЕВОГО БИЗНЕСА В

ИННОВАЦИОННО-ОТРАСЛЕВЫХ КЛАСТЕРАХ И ПРЕОДОЛЕНИИ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЙ АСИММЕТРИИ

Обосновывается концепция содействия решению проблемы выравнивания асимметрии социально-экономического и культурно-образовательного развития территорий в границах региона через создание малых и средних производств, специализирующихся на изготовлении продукции высокой стадии переработки нефти - широкой гаммы изделий из пластмасс и иного химического сырья. В обоснование выдвигаемых положений приводятся примеры из мирового и отечественного опыта. Идея учтена при формировании концепции развития малого и среднего бизнеса в нефтегазохимическом комплексе, вошедшей составной частью в Программы развития нефтегазохимического комплекса Республики Татарстан.

Современные условия глобализации и конкуренции выдвигают жесткие требования к обеспечению конкурентоспособности России и ее субъектов федерации. При этом основным средством и одновременно целью этого должно стать повышение и относительное выравнивание качества жизни населения в региональном и отраслевом ракурсе. Как известно, экономика России имеет сегодня «шахматную» структуру с точки зрения высокой дифференциации социально-экономического положения различных регионов, отраслей, предприятий, и, как следствие, людей. Становится необходимым снижение раздробленности экономики, «сращивание» ее сегментов за счет формирования среднего класса, активизации малого и среднего бизнеса, появления большого разнообразия новых отраслей, стремления к их экономически рациональному и социально выверенному территориальному размещению.

В Республике Татарстан в региональной отраслевой политике одной из определяющих линий является концепция кластерного развития нефтегазохимического комплекса, обеспечивающая усиление интеграционных и кооперационных связей экономических субъектов как внутри комплекса, так и с другими отраслями региональной экономики. Изначально такие отрасли как нефтегазодобыча, нефтепереработка, нефтехимия и химия рассматривались в республике как целостный объект управления (был специально введен в широкий научно-практический оборот термин «нефтегазохимический комплекс»). Для этих отраслей разрабатываются общие программы, реализуется «объединяющая» стратегия внутриреспубликанской интеграции в области сырьевого обеспечения. Причем речь идет не только о крупных, но и о средних и малых отраслевых предприятиях. Удается реализовывать принцип «конкуренции и кооперации», лежащий в основе и обеспечивающий успех развития кластеров.

Понятие «кластер» (в пер. с англ. - группа) пришло в наш экономический язык из зарубежных источников. В отечественной экономической науке для обозначения группы или комплекса производств оперировали совокупностью терминов «отраслевые и межотраслевые комплексы», «территориально-производственные комплексы», «территориальные научно-промышленные комплексы» и др. Они близки, но не тождественны понятию «кластер». С учетом различных существующих определений [1-4] можно понимать «кластер» как группу территориально близких предприятий различных отраслей, взаимосвязанных в процессе создания добавленной стоимости, характеризующихся общностью деятельности и взаимно дополняющих друг друга. Инновационно-производственный нефтегазохимический кластер региона мы рассматриваем как систему, в которую входят региональные компании от добычи сырья до продукции конечного технологического передела; научно-исследовательские организации; поставщики оборудования и сервисных услуг; финансово-кредитные институты; посреднические фирмы; организации инфраструктуры; образовательные учреждения; а также отдельные муниципальные, региональные и федеральные государственные организации и др. Определяющей предпосылкой к созданию кластеров является кооперативное взаимодействие организаций, наличие особой культуры партнерства и баланса интересов, в том числе между отраслевым бизнесом и государством. На глобальном рынке национальные и региональные кластеры становятся самостоятельными субъектами конкурентной борьбы, во многом отражая конкурентоспособность национальной экономики в целом. Опыт развития нефтегазохимического комплекса-кластера имеет высокое признание в республике и рекомендован к распространению.

В настоящее время созрели предпосылки для укрепления кластерных тенденций. Реализуется масштабная инвестиционная программа, в результате которой получит воплощение идея завершения создания в республике полноценного мегакомплекса производств от добычи природного сырья до выпуска нефтехимической и конечной продукции. Инвестиции в основной капитал за 2006-2008гг. должны составить не менее 154 млрд. рублей. При этом предполагается максимальное «разветвление» нефтехимических цепочек получения добавленной стоимости путем создания широкого спектра малых и средних производств в различных отраслях экономики по переработке продукции «большой химии». Существенен инновационный компонент стратегии развития комплекса, ибо при модернизации предполагается использовать прогрессивные технологии и получать на этой основе целую гамму продуктов, многие из которых, во-первых, еще не выпускаются в России или выпускаются в незначительных объемах, а, во-вторых, на их основе можно создавать с помощью отечественной науки совершенно новые продукты. Появление же многочисленной растущей группы переработчиков пластмасс было бы нерационально не использовать для стимулирования создания в отечественном машиностроении сектора производителей различных видов соответствующего оборудования. Наконец, должны быть прокинуты кооперационные цепочки и в другие российские регионы, имеющие, например, такие развитые отраслевые комплексы, как лесной, биотехнологический, машиностроительный, научный.

Кстати, получение кластерного эффекта стало одним из весомых доводов для победы проекта строительства в Татарстане нового комплекса нефтеперерабатывающих и нефтехимических заводов в конкурсе на получение средств из Инвестиционного фонда Российской Федерации (средства фонда выделены на создание объектов трубопроводной инфраструктуры). На предварительной стадии проработки проекта, в которой принимали участие авторы статьи, была дана оценка кластерного эффекта, которая показала, что чистый дисконтированный денежный поток кластера за период планирования будет в 2 раза

выше в сравнении с аналогичным показателем только по новому комплексу. Дополнительная занятость в секторе малого и среднего бизнеса, ориентированного на переработку продукции комплекса, оценена в размере порядка 7-10 тыс. человек. Бюджетная эффективность кластера в 1,6 раза должна превышать аналогичный показатель только по его ядру (основному комплексу заводов).

Считаем, что в рамках реализации кластерной стратегии необходимо ставить задачу не просто стимулирования активизации малого и среднего отраслевого бизнеса, но «продвижения» его в социально-депрессивные районы республики. Различные районы Татарстана серьезно дифференцированы по качеству жизни населения, уровню средней заработной платы и безработицы, а также различаются обеспеченностью собственными доходами, состоянием инфраструктуры. Показательно, что порядка 60% территорий отнесено к реципиентам. Как следствие, наблюдается существенная разница в культурно-образовательном уровне населения республики. Люди из «глубинки» имеют ограниченные возможности доступа к достижениям мирового научно-технического прогресса, к накопленным цивилизацией знаниям и культурным ценностям, к участию в современном высокотехнологичном производстве, созданию наукоемкого продукта. Но очевидно, что высокий уровень знаний и культуры людей - это и следствие, и причина экономического благополучия общества, следовательно, это важнейшее условие его устойчивости и саморазвития.

Как известно, региональная политика предполагает политику так называемого «выравнивания» резких территориальных диспропорций в социально-экономическом и культурном развитии, прежде всего, за счет перераспределения финансовых ресурсов через механизм межбюджетных отношений. В Татарстане в структуре производимой промышленной продукции, создаваемой прибыли и доходной части бюджетов доминирует нефтегазохимический комплекс, поэтому через бюджетную систему перераспределяются поступления прежде всего от него. Однако, желаемый результат не достигается. Степень «выравнивания» явно недостаточна. И чаще всего наблюдается процесс «распыления» имеющихся ресурсов. Кроме того, это всегда вызывает неудовольствие «донора»: будь то корпоративные интересы или интересы территорий. Поэтому очевидно, что необходимо искать более адекватные инструменты использования богатых природных ресурсов для повышения благосостояния населения. Другими словами, от перманентного дотирования пора уходить, необходимо действовать, как в той мудрости - «не корзину рыбы давать, а удочку для ловли рыбы».

В качестве такого инструмента видится стимулирование организации в границах нуждающихся в поддержке районов и городов производств, технологически связанных с углубленной переработкой нефти. Это сфера изготовления широкого спектра готовых изделий потребительского и промышленного назначения, прежде всего всех видов изделий из пластмасс. Специфика данных производств такова, что для их организации не требуются высокие капитальные затраты, сложная транспортно-складская инфраструктура, длительная подготовка специалистов и т.д. Достаточно обычного транспорта для перемещения на любые расстояния, как правило, сыпучих компактно упакованных полимерных материалов. При этом, учитывая значительный потенциальный спрос на подобную продукцию, инвестиции в реализацию этих проектов быстро окупаются, производства являются весьма рентабельными.

Естественно, эта сфера деятельности уже сегодня привлекает желающих организовать производство, в первую очередь, самих крупных компаний, изготавливающих полимеры и желающих продолжить их «передел» либо у себя, либо в своих дочерних фирмах в непосредственной территориальной близости. С одной стороны, это позитивно, однако, с

другой, - неравномерность территориального развития не только не снизится, но значительно возрастет. Одновременно может наблюдаться увеличение экологической нагрузки на промышленно развитые районы, которая уже сейчас в местах концентрации крупных нефтегазохимических производств высока.

С этой точки зрения можно говорить о том, что концепция организации малых производств вблизи от предприятий «большой химии» вступает в своего рода конфликт с концепцией их создания на территориях, остро нуждающихся в повышении социальноэкономического статуса. По нашему мнению, реализация второй концепции будет свидетельствовать о действительно государственном подходе к развитию территорий. Высокое значение она имеет и с точки зрения культурно-инновационного фактора, поскольку следует предполагать повышение инженерной культуры в «глубинке», а следовательно, общей культуры, поскольку доступный и доходный бизнес будет привлекать молодежь, начнет формироваться совершенно иная мотивация поведения, доминантой которой, очевидно, станет тяга к усвоению новых знаний и технологий, желание совершенствоваться.

Малый и средний отраслевой бизнес уже сегодня имеет поддержку в рамках региональной отраслевой политики в форме получения сырьевых ресурсов, развития структурообразующих элементов поддержки, включая инновационную инфраструктуру (особая экономическая зона, технопарки, промышленные округа, инвестиционные и инновационные фонды). Многие предприниматели после того, как принципы построения отношений государства и бизнеса были четко выражены в ходе исполнения отраслевых программ, обрели определенную уверенность - стали собственниками ранее бывших у них в аренде зданий и сооружений, выкупили землю, что позволило позиционироваться в бизнесе надолго, повлекло приобретение новых единиц оборудования, создание технологических цепочек и целых производств. Удалось привлечь в этот сектор современные технологии и оборудование - различные экструдеры, смесевые и вулканизующие аппараты, термопластавтома-ты, оборудование по штамповке изделий и др., в основном, крупнейших мировых производителей (Berstorff, Kurtz, Macchi, Reifenhauser, LMP Impianti, Austrotherm, DMT, Bruckner и др.).

Однако, пока нельзя констатировать массовость и желаемую территориальную диффузию малого и среднего отраслевого бизнеса. Поэтому в дальнейшем в социальнодепрессивных районах его придется создавать практически «с нуля». Это потребует применения системного подхода, реализации «пакета мер» при заинтересованности многих субъектов принятия решений в региональной экономике. В первую очередь, высокую заинтересованность должно проявить руководство территорий. Инициатива может сводиться к формированию и направлению на обучение групп людей для соответствующей профессиональной подготовки, используя для этого, в том числе, систему образовательных кластеров, к внедрению которой приступили в регионе. Отраслевые вузы республики способны подготовить соответствующие обучающие программы. При этом важно сразу предусмотреть дополнительные механизмы возврата обученных специалистов в район - льготы при получении и оплате производственных площадей, по местным и региональным налогам, содействие в организации финансирования, в обеспечении сырьем. Наконец, важно гарантированное обеспечение жильем молодых специалистов.

Методологическое обеспечение и общая координация работ по решению данной проблемы уже сейчас закреплены за главным их инициатором - ОАО «Татнефтехимин-вест-холдинг», реализующим в последние несколько лет широкую информационноконсультативную кампанию в социально-депрессивных районах, направленную на обучение, стимулирование появления у местных предпринимателей, администраций и общест-

венности интереса к развитию отраслевого бизнеса. Кроме того, эта структура способна оказать действенную помощь в определении перспективных продуктов для организации выпуска малыми предприятиями, в выборе наиболее приемлемого по цене и качеству оборудования, в содействии в обеспечении сырьем, в разработке бизнес-планов и софинанси-ровании некоторых проектов.

Министерство экономики и промышленности Татарстана и Агентство по развитию предпринимательства должны стать главными координаторами в вопросах организации схем финансирования с прямым или косвенным участием средств регионального и федерального бюджетов и фондов, а также в организации взаимодействия с ведомствами и предприятиями республики, участие которых необходимо для решения стоящих на пути реализации данной идеи задач. Целесообразно также предусмотреть введение в систему индикативного управления региона определенных показателей, сигнализирующих о появлении, результатах функционирования, инвестиционной и инновационной активности новых производств изделий из пластмасс в территориальном разрезе. Министерство строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства могло бы разработать механизмы содействия в подготовке производственных площадей, соответствующих технологическим и экологическим требованиям, а кроме того, содействовать обеспечению государственного заказа на продукцию малого отраслевого бизнеса строительного назначения. Наконец, целесообразно вовлечь и различные финансово-кредитные организации республики и России. Отдельно важно подчеркнуть актуальность развития инфраструктуры в социально-депрессивных районах, которая становится залогом «продвижения» в них новых знаний и технологий, кадров, материальных и духовных благ, что повышает привлекательность территорий для ведения бизнеса и жизни людей. В этой связи заслуживают безусловной поддержки намерения федеральных органов власти использовать средства Инвестиционного фонда Российской Федерации для развития всех видов инфраструктуры в регионах.

«Катализатором» роста малого отраслевого бизнеса является расширяющаяся сырьевая база в нефтегазохимическом комплексе республики. Увы, сегодня крупные предприятия «большой химии», как уже было отмечено выше, стремятся выполнять несвойственную им функцию выпуска малотоннажных продуктов, которую с успехом могли бы взять на себя субъекты малого бизнеса, что характерно и для мировой практики. В развитых странах мира небольшие производства изделий из пластмасс, как правило, «разбросаны» по всей стране, в том числе в ее периферийных районах. Причем это выгоднее и с экономической точки зрения, поскольку гораздо эффективнее перевозить сырье (полимеры), чем готовые изделия (практически «воздух»). Поэтому для производства изделий из пластмасс жесткая территориальная привязка к «сырьевикам» отнюдь не обязательна, напротив, производства, как правило, смещены не к сырьевой базе, а к районам сбыта. И многие зарубежные государства осознанно использовали потенциал химии и нефтехимии в оживлении экономической активности на депрессивных территориях.

Если же крупный бизнес стремится участвовать в «завершении» своих технологических цепочек, то, по крайней мере, новые предприятия с его участием необходимо организовывать в социально-депрессивных районах. В этой связи показателен также опыт японских компаний (хотя работающих не в области химического, а электротехнического производства - однако, важен сам подход) в решении проблем, связанных с территориальной дифференциацией. Так, Мацусита Коносуке, известный и почитаемый в Японии руководитель и основатель одной из ныне крупных компаний, приводит пример под названием «предприятие как общественное дело» [5]. Он отмечает, что в 1968 году, присутствуя на

одном из региональных совещаний, он «был чрезвычайно поражен» тем, что представители префектуры Коти, а также островов Сикоку и Кюсю жаловались на то, что «в результате отлива населения, префектуры, в которых они живут, приходят в запустение». В то время более чем в половине префектур Японии население ежегодно сокращалось, тогда как в крупных городах, напротив, сосредотачивалось, вызывая перенаселение со всеми негативными последствиями, и «эта неравномерность распределения населения становилась большой проблемой для всей Японии». Мацусита решил, что такое явление необходимо ликвидировать, причем не только политическими методами, но и силами самих предприятиям - это, на его взгляд, «и есть один из элементов возложенной на предприятие социальной ответственности». Предприниматель обратился к общественности, к деловым кругам, а также сделал это направление одним из главных в стратегии своей фирмы, которая впредь должна была создавать свои заводы в тех районах, в которых тенденция недонасе-ленности была наиболее сильной, и предоставлять местным жителям работу.

Показательно также, что подобная стратегия размещения производства оказалась вполне совместима со стратегией обеспечения его эффективности. Мацусита указывает, что изначально предполагалось, что новые заводы в экономическом плане «будут уступать тем, которые расположены в окрестностях крупных городов», поэтому при их строительстве исходили только из «высоких соображений». Но в действительности эти заводы добились даже большей результативности, используя «различные приемы», за счет которых удавалось покрывать «свои недостатки в экономичности». «И я думаю, - пишет Мацусита, - что одной из причин этого было то, что подобная политика встречала одобрение со стороны местных жителей, и они во многом оказывали свою помощь».

Этот пример указывает на существование позитивного опыта участия бизнеса в решении проблемы преодоления территориальной асимметрии. Поэтому, возвращаясь к основной линии статьи, следует еще раз подчеркнуть, что поддержка развития малых и средних отраслевых производств в социально-депрессивных районах Татарстана со стороны крупного бизнеса неоценима во всех формах - и сырьевой, и организационной, и инвестиционной, и идеологической. При этом конфликт концепций размещения производств вблизи крупных нефтегазохимических предприятий и в наиболее нуждающихся районах республики имеет взаимовыгодное разрешение.

Стратегически весьма перспективно также включение развиваемой нами идеи территориального размещения в современную градостроительную политику, которая должна предполагать перепрофилирование, реформирование, ликвидацию или вывод за пределы крупных городов в менее крупные и развитые районы химических производств, с реабилитацией освобождаемых территорий и их использованием в интересах городского развития. Тем более, что ряду химических предприятий (например, в г.Казани) не удалось сформировать достаточный потенциал для эффективного функционирования в новых условиях хозяйствования. Следует подчеркнуть, что подобная политика характерна для многих городов развитых стран мира, придерживаются ее и власти российских мегаполисов, таких, например, как Москва и Санкт-Петербург. Например, в Москве с 1999 года из центра города было выведено 285 предприятий, около 180га земли было возвращено в хозяйственный оборот [6, С. 101]. Масштабная программа перебазирования, реформирования, перепрофилирования промышленных предприятий, реабилитации высвобождаемых территорий, особенно в историческом центре города, реализуется с 2002 года в Санкт-Петербурге [7, С. 9].

Вывод промышленности из центральных городов на периферию, как и в целом политика децентрализации и территориальной диффузии деловой, образовательной и куль-

турной активности - традиционная функция региональных и муниципальных органов власти. Ее можно рассматривать как политику сглаживания «провалов рынка». Действительно, спонтанное центростремительное формирование территориальных точек активности -процесс закономерный, миграция человеческого капитала и бизнеса в такие точки вполне естественна. С одной стороны, это ведет к повышению экономического потенциала региона, но, с другой стороны, способно подорвать его благополучие и устойчивость, поскольку неизбежными становятся побочные негативные эффекты (экстерналии) в виде экологической, демографической и ресурсной перенапряженности на одних территориях и «оголения» других, роста дифференциации в уровне жизни по оси «центр-периферия», и, как следствие, социально-экономической напряженности.

Мировой опыт дает еще один яркий пример - Китай. На первый взгляд, очевидно, что на стадии восстановительного или ускоренного роста территориальные диспропорции неизбежны, труднопрогнозируемы и трудноуправляемы. Например, в Китае именно развитые восточные густозаселенные районы страны становятся местами размещения новых нефтеперерабатывающих и химических мегакомплексов, организуемых совместно с зарубежными транснациональными компаниями. Кроме того, осознавая сохраняющийся значительный разрыв между небольшим числом предприятий-лидеров и основной массой нефтехимических производств, правительство Китая приступает к созданию сети специализированных химических парков с льготным таможенным и налоговым режимом, нацеленных на привлечение в страну средних и малых химических компаний развитых стран. И практически все эти парки опять же расположены в прибрежной восточной зоне, что позволяет им использовать импортное сырье [8].

Однако, целый ряд примеров дает основания полагать, что с повестки дня не сходит и политика выравнивания территориальных диспропорций. Так, например, в западной части страны (менее развитой и населенной) предполагалось строительство нового нефтехимического комплекса в г.Ланьжоу совместно с компанией «Шеврон Филипс Кемиклз», но со временем этот проект был признан американской компанией неэффективным. Однако, Китай не отказался от его реализации и будет вести строительство комплекса самостоятельно [8]. Кроме того, Китай только с недавнего времени и достаточно осторожно ужесточает политику в отношении размещенных по всей стране маломощных и низкоэффективных нефтеперерабатывающих заводов (так называемых «социальных НПЗ») и химических производств. Да и попытка создания особых зон для малого отраслевого бизнеса свидетельствует о том, что в стране дается адекватная оценка всех нежелательных последствий создания крупных совместных предприятий с мировыми ТНК, в данном случае, в виде монополизации рынка, перекосов в соотношении «крупный-средний-малый» бизнес, нарастающих территориальных диспропорций.

Таким образом, проблемы территориальных диспропорций остро стоят как перед развитыми, так и перед развивающимися странами, и решаются они различными методами в зависимости от этапа развития, институциональной и культурной специфики страны и регионов. На наш взгляд, коррекция территориальных «провалов рынка» должна входить в функциональную сферу отраслевой, градостроительной и социально-экономической политики региона. Синергия их совместного действия позволит получить эффект больший, чем если эта задача будет решаться точечно. Причем как в масштабах России в целом, так и в таких ее «:нефтяных» регионах, как Татарстан, можно рационально использовать «сырьевое» конкурентное преимущество путем кластерообразования и инициации каскадных эффектов. Необходимо предусмотреть задействование потенциала малого и среднего производства в химической и нефтехимической промышленности, что, как было показано, спо-

собно существенно содействовать преодолению асимметрии в уровне развития различных

территорий.

Литература

1. Маршалл А. Принципы экономической науки. В 3-х томах. Т.1. - М., 1993.

2. Практика экономического развития территорий: опыт ЕС и России / Под общ. ред. С.Клесовой, Я.Дранева. М.: Изд-во «Сканрус», 2001. - 144с.

3. Портер М. Международная конкуренция: конкурентные преимущества стран. - М.: Международные отношения, 1993. - 896с.

4. Ялов Д.А. Кластерный подход как технология управления региональным экономическим развитием // Компас промышленной реструктуризации. 2003. №3(4). С. 10.

5. Мацусита Коносукэ. Философия практического менеджмента / Пер. с яп. - Токио: Искра Инда-стри, 1990.

6. Ардемасов Е.Б. Маркетинг производственных объектов // Инновации. 2005. №4 (81). С. 101.

7. Ветлугин С.Ю. Об основных направлениях промышленной политики и работе по созданию промышленных зон в Санкт - Петербурге // Компас промышленной реструктуризации. 2003. №3(4). С. 9.

8. Проскуряков В.И. Стимулирование зарубежных инвестиций как предпосылка формирования современного нефтехимического комплекса КНР // Нефтепереработка и нефтехимия. 2005. №9. С. 3-8.

© Ш. Ш. Губаев - д-р экон. наук, проф., зам. ген. директора ОАО «Татнефтехиминвест-холдинг»; Е. П. Ардашева - канд. экон. наук, нач. отдела экономического анализа ОАО «Татнефтехимин-вест-холдинг».