Перспективы законодательного закрепления статуса судимости как основной формы реализации уголовной ответственности

УДК 343.2/.7 © А. А. Нечепуренко, 2012

Перспективы законодательного закрепления статуса судимости как основной формы реализации уголовной ответственности

А. А. Нечепуренко *

Приводятся аргументы в пользу осмысления судимости как основного содержательного компонента уголовной ответственности, в пределах сроков которого только и могут применяться иные формы уголовной ответственности. В качестве логического следствия такого статуса судимости предлагается новая редакция ст. 86 УК РФ как переходная законодательная конструкция до вступления в действие следующего, концептуально иного Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ключевые слова: уголовная ответственность, судимость, государственное осуждение, механизм осуждения,

обвинительный приговор, наказание, испытание.

Анализируя различные точки зрения на классификацию мер уголовно-правового принуждения, следует обратить внимание на два принципиальных момента . С одной стороны, предпринимаются попытки абсолютизировать уголовную ответственность путем включения в нее всех закрепленных в уголовном законе мер уголовно-правового принуждения С другой стороны, имеет место чрезмерный акцент как на предложенной законодателем не слишком удачной терминологии, так и на делении таких мер на наказание и иные меры уголовноправового характера . И та и другая теоретические посылки уводят от поиска ответа на основной вопрос о том, каков главный критерий разграничения мер уголовной ответственности и мер уголовной безопасности

Прежде всего отметим сходство всех мер уголовно-правового принуждения по следующим признакам: применяются за нарушение уголовноправовых запретов; назначаются от имени государства; заключаются в различного рода лишениях и ограничениях; их перечень и порядок применения определен уголовным законодательством

Здесь следует обратить внимание на отсутствие в приведенном выше перечне такого признака, как государственное осуждение (порицание) . Между тем именно осуждение ряд ученых считает сущностным для уголовной ответственности Примечательно, что указанную точку зрения начали высказывать практически сразу после введения в Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. термина «уголовная ответственность», и до настоящего времени он является доминирующим в теории уголовного права 1 .

Имеется и законодательный опыт включения государственного осуждения в содержание уголовной ответственности Речь идет об Уголовном кодексе Республики Беларусь (далее — УК РБ), в котором, как отмечает Б . В . Волженкин, впервые в мировой истории уголовного законодательства научное понимание уголовной ответственности получило силу закона 2 . В части 1 ст . 44 данного Кодекса сказано: «Уголовная ответственность выражается в осуждении от имени Республики Беларусь по приговору суда лица, совершившего преступление, и применении на основе осуждения наказания либо иных мер уголовной ответственности в соответствии с настоящим Кодексом» 3 .

В связи с тем, что понятие «государственное осуждение» является основным для разграничения мер уголовной ответственности и уголовной безопасности, попробуем разобраться, что же следует относить к его содержанию Сосредоточиться именно на содержательной стороне осуждения позволяет тот факт, что форма осуждения может быть представлена лишь обвинительным приговором суда, и это вряд ли способно вызвать теоретические разногласия . Гораздо сложнее определить, что скрыто за этой формой

Государственное осуждение преступника, вопреки традиционным представлениям, не может быть сведено к признанию его виновным в совершении какого-либо преступления по приговору суда Следует согласиться с А . А . Тер-Акоповым, который основной смысл вины усматривает в «указании на авторство» конкретного человека в совершении общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом, и наступивших последствиях

* Постоянный автор нашего журнала .

По его мнению, признать лицо виновным — значит вменить ему содеянное, признать, что это именно он, а не кто-либо другой причинил вред 4 . Такой подход позволяет понять, что констатация виновности лица в совершении преступления является не осуждением, а его юридическим основанием, необходимым связующим звеном между формой и содержанием осуждения Поскольку осуждение представляет собой сущность уголовной ответственности, вполне обоснованными можно назвать суждения о том, что в вине воплощена целостная характеристика преступления и потому она выступает обязательным (необходимым и достаточным) основанием уголовной ответственности 5. Играя роль основания уголовной ответственности, вина оказывает существенное воздействие как на форму, так и на содержание осуждения

Важно также отметить, что вывод о виновности лица фактически может быть облечен не только в форму обвинительного приговора Так, на стадиях судопроизводства, предшествующих вынесению приговора (досудебное и судебное следствие), законодатель требует от следователя (дознавателя) принять мотивированное, со ссылками на имеющиеся доказательства решение о виновности в форме обвинительного заключения (обвинительного акта) (ст. ст. 220, 225 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ)) и от присяжных заседателей обвинительного вердикта — в форме вопросного листа (ст. ст. 339, 343 УПК РФ) . Освобождение от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям (ст. ст. 75, 76, 78, 90 УК РФ) также допускается только в том случае, если доказан факт совершения преступления освобождаемым . Данный факт закрепляется в таком процессуальном документе, как постановление о прекращении уголовного дела (ст. ст. 213, 226, 239, 427, 431 УПК РФ) .

Именно в силу указанной процедуры признания виновным лицо, освобожденное от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, в пределах сроков давности уголовного преследования считается лицом, совершившим преступление, и испытывает на этом основании определенные правоограничения В частности, оно не может быть вновь освобождено от уголовной ответственности и наказания в тех случаях, когда обязательным условием освобождения является совершение преступления впервые (ст. ст. 75, 76, 801 УК РФ) . Однако для того, чтобы выступать в качестве основания осуждения, виновность должна быть не только доказана, но и установлена именно в той форме, в которой это предусмотрено ст 49 Конституции РФ, т е по приговору суда, вступившему в законную силу Причем это должен быть именно обвинительный приговор. Поскольку признание лица виновным в соверше-

нии преступления возможно только в той же форме, в которой проявляется и осуждение, постольку как на теоретическом, так и на законодательном уровне иногда допускается смешение формы и содержания осуждения

К сожалению, даже законодатель Беларуси, продвинувшийся несравненно дальше российского в вопросе осмысления сущности и содержания уголовной ответственности, концептуально не смог отказаться от признания виновности в качестве ключевого момента осуждения Как видно из приведенной выше формулировки ч 1 ст 44 УК РБ, в содержание осуждения он не включает меры уголовной ответственности, а считает, что они применяются на основе осуждения . С другой стороны, формально за пределами осуждения находится и особое правовое состояние судимости, которое, согласно ст 45 УК РБ, создается осуждением и делает возможным применение к осужденным мер уголовной ответственности 6 . Фактически же судимости, наряду с признанием виновности, придается статус содержательного компонента осуждения . Это подтверждается, в частности, тем, что среди форм реализации уголовной ответственности имеется «осуждение без назначения наказания» (ст. ст. 46, 79 УК РБ) . При таком осуждении лицо считается судимым в течение установленного в законе периода (1 год при осуждении за преступление, не представляющее большой общественной опасности, и 2 года — за менее тяжкое преступление), подвергается профилактическому наблюдению и испытывает иные неблагоприятные последствия уголовной ответственности, которые аннулируются только после погашения судимости

К мерам уголовной ответственности в УК РБ отнесено и «осуждение с применением в отношении несовершеннолетних принудительных мер воспитательного характера» (ст. ст. 46, 117), что привело к смешению содержания мер уголовной ответственности и уголовной безопасности Подход беларус-ского законодателя был бы более последовательным, если бы он указал, что принудительные меры воспитательного характера не входят в содержание уголовной ответственности, а являются мерой безопасности и могут применяться и самостоятельно, и в комплексе с мерой уголовной ответственности в виде осуждения без назначения наказания . Занять такую позицию не позволило смещение акцентов в понимании содержания осуждения

Столь тесная связь признания виновности лица в совершении преступления с содержанием осуждения обусловлена тем, что в обоих случаях имманентно присутствует негативная государственная оценка преступника В то же время, сколь важным бы ни был упрек, выражаемый преступнику посредством признания его виновным, это не означает, что такую

отрицательную государственную оценку преступника следует отождествлять с осуждением

Вряд ли оправданно сводить осуждение и лишь к тем правоограничениям, которые заключены в мерах уголовной ответственности, в частности в наказании, на чем настаивает ряд ученых, определяя его через понятие «осуждение» 7. Необходимо признать, что абсолютизация наказания как исторически первой формы государственной реакции принудительного характера на совершение преступления длительное время не позволяла взглянуть на уголовноправовую реальность под другим, более широким углом Например, судимость традиционно рассматривается как правовое явление, производное от наказания Спорным было лишь то, считать судимость последствием наказания 8 или его признаком 9. Достаточно подробный анализ различных аспектов этих двух основных воззрений на судимость в теории уголовного права дается М . В. Граматчиковым, который сам считает судимость правовым состоянием, обусловленным осуждением преступника к конкретной мере уголовного наказания 10 . Отведение судимости такой второстепенной, подчиненной по отношению к наказанию роли не могло не сказаться и на восприятии ее соотношения с другими, производными от наказания формами реализации уголовной ответственности Так, в юридической литературе можно встретить утверждение о том, что условное осуждение и отсрочка исполнения приговора, как и наказание, порождают судимость п.

Если указанная позиция еще каким-то образом была выводима из двоякого законодательного подхода к институту судимости по Уголовному кодексу РСФСР 1960 г. , то в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 г. можно обнаружить хотя и достаточно противоречивый, но уже концептуально иной подход к роли судимости в системе уголовноправового принуждения Впервые в уголовном законодательстве России появилось нормативное закрепление временных границ судимости Согласно ч 1 ст. 86 УК РФ лицо считается судимым со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу и до момента погашения или снятия судимости . В этих пределах особое правовое состояние судимости существует независимо от того, применяются ли какие-либо еще правоограничения уголовной ответственности Действительно, осужденный считается судимым до приведения в исполнение обвинительного приговора в течение сроков давности (ч 1 ст 83 УК РФ), в период уклонения от отбывания наказания (ч 2 ст 83 УК РФ), в течение сроков давности при освобождении от наказания по болезни (ч 4 ст 81 УК РФ), в период отбывания наказания или прохождения испытания в форме условного осуждения, а также в установленное законом время после отбы-

тия наказания (чч 3, 4 ст 86 УК РФ), в период прохождения испытания в форме условно-досрочного освобождения (ч 7 ст 79 УК РФ) и отсрочки отбывания наказания (ч 1 ст ст 82, 821 УК РФ) Этот новый, более высокий статус судимости был отмечен наукой уголовного права практически сразу после вступления в силу Уголовного кодекса Российской Федерации В частности, автор научного комментария к ст 86 УК РФ В Д Филимонов подчеркнул, что правило ч. 2 настоящей статьи («Лицо, освобожденное от наказания, считается несудимым») требует ограничительного толкования и, по смыслу ст. ст. 79-83 УК РФ, осужденные в течение определенных сроков после освобождения от наказания в большинстве случаев признаются имеющими судимость 12 .

Более четкая позиция законодателя по отношению к институту судимости, вероятно, способствовала тому, что в последнее время наметилось принципиально иное осмысление соотношения наказания и судимости. Например, А . Ф. Мицкевич, проведя достаточно детальный анализ уникальных свойств судимости, пришел к следующему заключению: «... судимость не является качественной характеристикой уголовного наказания Она есть самостоятельное явление, имеющее тесную связь с уголовной ответственностью и наказанием, однако правовая природа ее значительно отличается от природы уголовного наказания» 13. Такой посыл об особом статусе судимости важен, но недостаточен для объяснения характера ее связи с уголовной ответственностью Для этого представляется своевременным сделать еще один шаг в понимании судимости и воспринимать ее в качестве содержательного компонента государственного осуждения Причем речь должна идти о том, что правоограничения судимости являются не дополнительным, а базовым комплексом правоограничений уголовной ответственности Остановимся на обосновании данного тезиса более подробно

Уже сам факт наличия статуса судимого налагает на лицо массу отягощений по сравнению с несуди-мыми гражданами в виде угроз более сурового уголовно-правового и уголовно-исполнительного принуждения при нарушении в этот период уголовноправовых предписаний, а также в виде ограничений, касающихся как конституционных прав и свобод (избирательное право, равный доступ к государственной службе, свободный выбор рода деятельности и профессии, участие в отправлении правосудия и др ), так и иных прав граждан (в сфере действия актов гражданского состояния, разрешительной системы и др . ) 14 .

В связи с тем, что законодательно объем право-ограничений для судимого лица не определен, в теории уголовного права предпринимаются оригиналь-

ные попытки разрешить данную ситуацию путем ограничения правового значения судимости только уголовно-правовыми последствиями и ликвидации общегражданских последствий 15 либо включения в содержание судимости последствий уголовноправового и уголовно-исполнительного характера и отнесения ограничений общеправового характера в самостоятельный уголовно-правовой институт, именуемый мерами постпенитенциарного воздействия 16 . Некоторые ученые, полагая, что действие судимости порождает определенные правоограни-чения, считают ее одной из форм реализации уголовной ответственности 17. Их оппоненты утверждают, что судимость не входит в содержательный компонент ответственности, и отводят ей роль последствия уголовной ответственности 18 . К аналогичным выводам приходят и те ученые, которые называют судимость «правовой оболочкой уголовной ответственности» Так, А К Музеник считал, что состояние судимости содержит лишь угрозу возможного усиления наказания за вновь совершенное преступление Ограничения же, которые испытывает лицо в период срока судимости, по его мнению, лежат за рамками уголовного правоотношения 19. Напротив, А . Н. Тар-багаев называл судимость «синонимом уголовной ответственности», однако в содержание судимости он не включал ничего, кроме признания лица преступником, а совершенного им деяния — преступлением Какие-либо правоограничения, вытекающие из уголовного законодательства и иных отраслей права, ученый также относил к последствиям судимости и, соответственно, последствиям уголовной ответственности 20

В юридической литературе высказывались и иные, весьма интересные суждения относительно особого статуса судимости, заслуживающие поддержки и более глубокого осмысления Например, А . И . Бойцов считает, что судимость представляет собой состояние осужденности, осуждение, развернутое во времени, в динамике, временную характеристику уголовной ответственности как процесса, имеющего начальную (вступление приговора в законную силу) и конечную (погашение и снятие судимости) точки отсчета 21. Н . М . Кропачев видит в судимости государственное осуждение, в котором и проявляется сущность уголовной ответственности, и вполне резонно полагает, что сроки судимости должны быть связаны не с видом назначенного наказания или фактом освобождения от него, а с категориями преступлений в зависимости от их тяжести 22 .

Следует подчеркнуть, что споры по поводу статуса правоограничений, налагаемых на лицо в период судимости, носят принципиальный характер, поскольку речь идет о законодательных гарантиях от возможных злоупотреблений в сфере обеспече-

ния прав и свобод человека и гражданина . Если выводить правоограничения, вытекающие из факта осуждения лица, за рамки уголовной ответственности, то становится неясным, на каком основании эти правоограничения человек должен претерпевать Только включение судимости в содержание уголовной ответственности позволяет считать таким основанием факт совершения преступления .

В то же время возникают вопросы относительно того, почему ограничения правового статуса судимого лица закреплены не только в уголовном, но и в других федеральных законах и возможен ли принципиально иной подход к решению данной проблемы

В сравнительно недалеком прошлом отечественный законодатель стоял на иных позициях. Как в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. 23, так и в Уголовном уложении 1903 г. 24 имелось такое комплексное дополнительное наказание, как лишение и ограничение прав, которое включало лишение прав сословия (состояния), поражение служебных прав и преимуществ, поражение прав семейных и собственности (имущественных). Например, по Уголовному уложению поражение служебной правоспособности лишало осужденного возможности состоять на службе в армии и флоте, быть избирателем или избираемым в земских, городских или общественных собраниях, быть опекуном или попечителем, третейским судьей, присяжным заседателем и др. Подобные правопоражения имели силу не только во время отбытия основного наказания, но и после него, в течение установленных в Уложении сроков 25 .

После Октябрьской революции 1917 г. советская власть, продекларировав отказ от буржуазного законодательства, на деле сохранила многие законодательные подходы, в том числе и в уголовно-правовой сфере . Так, уже в Уголовном кодексе РСФСР 1922 г. содержалось такое наказание, как поражение прав В Уголовном кодексе РСФСР редакции 1926 г. его статус изменился на меру социальной защиты судебноисполнительного характера, и оно стало именоваться «поражение политических и отдельных гражданских прав». В соответствии со ст. 31 УК эта мера заключалась в лишении на срок не свыше 5 лет активного и пассивного избирательного права, права занимать ответственные государственные должности, исполнять общественные обязанности и носить почетное звание, права занятия выборных должностей в промышленных и торговых организациях и обществах, родительских прав . Эти поражения в правах могли назначаться в совокупности или по отдельным их категориям 26 .

Однако уже в Уголовный кодекс РСФСР 1960 г названное наказание включено не было, посколь-

ку российский законодатель пошел по весьма необычному пути наполнения содержания судимости правоограничениями, отраженными в иных нормативных актах законного и подзаконного характера Такой подход, конечно же, существенно затруднил как на практическом, так и на теоретическом уровне идентификацию данных правоограничений как уголовно-правовых Возможно, исключение из системы наказаний поражения прав было политическим шагом, демонстрацией гуманизации нового уголовного законодательства Не исключено и то, что это был концептуальный подход, направленный на понимание статуса судимости как уголовно-правового института В результате такая мера, как поражения прав, когда-то заключенная в комплексном дополнительном наказании, в большинстве своем приобрела статус правоограничений, обязательных для всех лиц, привлеченных к уголовной ответственности На настоящий момент лишь незначительная часть таких правоограничений сохранилась в статусе наказаний: лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью

Поскольку столь резкая смена статуса правоо-граничений, сравнительно недавно входивших в содержание дополнительного наказания, теорией уголовного права до конца еще не осознана, мы имеем весьма противоречивый институт судимости, содержательная часть которого распределена во множестве федеральных законов, непосредственно не направленных на борьбу с преступностью Например, анализ законодательства о государственной службе (Федеральные законы «О государственной гражданской службе Российской Федерации», «О воинской обязанности и военной службе», «О прокуратуре Российской Федерации», «О полиции» и др.) позволяет заключить, что лицо, имеющее неснятую или непогашенную судимость, в настоящее время не допускается к прохождению государственной службы (за небольшим исключением, касающимся лиц, уже проходящих военную службу) Казалось бы, такое общее правоограничение для всех судимых, по крайней мере, после принятия Закона от 27 июля 2004 г № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе в Российской Федерации» требует обсуждения вопроса о целесообразности сохранения в ст 47 УК РФ «Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью» запрета занимать должности государственной службы Этого, тем не менее, не происходит уже многие годы, хотя налицо ненужное дублирование право-ограничений судимости и указанного наказания Более того, упоминание о лишении права занимать

определенные должности необходимо будет исключить из названия и содержания ст 47 УК РФ, если законодатель решит поднять требования к личным качествам муниципального служащего до уровня государственного служащего Причем это должно произойти одновременно с внесением соответствующих изменений в Федеральный закон от 2 марта 2007 г № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской Федерации» В свою очередь, следовало бы исключить из указанных законов упоминания об ограничениях, связанных с осуждением к различным видам наказаний, поскольку в период осуждения, независимо от вида назначенного или отбываемого наказания, все осужденные, согласно ч 1 ст 86 УК РФ, считаются судимыми Подобные противоречия и наслоения вряд ли преодолимы без унификации правоограни-чений судимости

В связи с этим полезно обсудить вопрос о введении отдельной частью ст 86 УК исчерпывающего перечня правоограничений для лиц, являющихся судимыми. Ревизия всех имеющихся правоограниче-ний судимости, сопровождаемая широкой научной дискуссией, помогла бы выявить избыточность или, напротив, пробельность в их системе 27. Возможно, следует разделить эти ограничения на те, которые, в соответствии со ст 64 Конституции РФ, составляют основу правового статуса личности, и иные право-ограничения При наличии перечня невозможно было бы устанавливать новые правоограничения в отношении судимого лица, не внеся соответствующих изменений в указанную статью Уголовного кодекса Российской Федерации Кроме того, само существование такого перечня оказывало бы весьма существенное превентивное воздействие на лиц, склонных к совершению преступлений В качестве промежуточного шага следовало бы уже на данном этапе указать в ст 86 УК РФ, что в течение срока судимости на осужденного распространяются как право-ограничения, установленные данным Кодексом, так и другие ограничения прав и свобод, содержащиеся в законодательстве Российской Федерации

Если не принимать во внимание рассмотренный выше фактор государственного осуждения, то крайне затруднительно провести четкую границу между мерами уголовной ответственности и иными мерами уголовно-правового принуждения Подобное разграничение вряд ли выводимо из общей теории права, поскольку на этом уровне вполне обоснованно производится абстрагирование от особенностей механизма принуждения в конкретной отрасли права

Конечно, меры уголовно-правового принуждения зачастую трудно различимы по целям, объему правоограничений, субъектам применения и срокам . Однако механизм принуждения в этих мерах принципиально различен . Лишь в мерах уголовной ответ-

ственности присутствует элемент осуждения лица, совершившего общественно опасное деяние, что предполагает обязательное установление вины, ее фиксацию в единственно процессуально возможной форме обвинительного приговора, а также возникновение на определенный срок состояния судимости (осужденности), в рамках которого только и могут быть применены меры уголовной ответственности Иные меры уголовно-правового принуждения (меры безопасности) фактом своего применения осуждения не порождают, даже если соблюдена форма обвинительного приговора Можно спорить о содержании института судимости, его совершенстве и путях оптимизации, но нельзя не обращать внимание на то, что уже в современном виде он является атрибутом уголовной ответственности

В контексте приведенных выше аргументов можно заключить, что основой для разграничения всей совокупности мер уголовно-правового принуждения служит механизм их применения По такому критерию можно выделить меры уголовной ответственности, которые применяются только в рамках осуждения, и меры безопасности, которые не связаны этими пределами, имеют гораздо более широкую сферу действия и могут применяться как наряду с осуждением, так и без него Механизм осуждения включает в себя два обязательных компонента: обвинительный приговор как единственно возможную форму осуждения и судимость как минимальную совокупность карательных правоогра-ничений, налагаемых в равном объеме на всех лиц, осужденных за совершение преступления определенной категории

Изложенное выше дает основание заключить, что судимость является основным содержательным компонентом уголовной ответственности Она играет роль своеобразной правовой «платформы», в рамках которой только и могут применяться такие меры принуждения, как наказание и испытание 28 . Именно они, наряду с судимостью, и являются мерами уголовной ответственности

Логическим следствием такого понимания судимости должны стать значительные корректировки ее законодательного регулирования в действующем Уголовном кодексе России и еще более существенные в будущем

На первом этапе в ст 86 УК РФ целесообразно произвести следующие изменения:

а) ввести понятие судимости как меры уголовной ответственности;

б) исключить возможность аннулирования судимости в связи с освобождением лица от наказания;

в) установить зависимость срока судимости не только от формы реализации уголовной ответственности, но и от тяжести совершенного преступления,

что подразумевает введение определенных минимальных сроков судимости для всех осужденных, независимо от того, назначено им наказание и испытание или нет В новом уголовном законодательстве следует пойти еще дальше и установить сроки судимости в зависимости только от категории преступления Исключительно в рамках этих значительно более продолжительных сроков должна будет осуществляться реализация иных форм уголовной ответственности;

г) указать, что объем правоограничений судимости не исчерпывается предписаниями, содержащимися в уголовном законодательстве, а включает в себя иные ограничения прав и свобод, установленные законами Российской Федерации Такой вариант установления содержания судимости мог бы рассматриваться как переходный до проведения ревизии всех законов, содержащих правоограничения для лиц, имеющих судимость, и установления исчерпывающего перечня правоограничений в ст 86 УК РФ или соответствующей статье следующего Уголовного кодекса Российской Федерации

С учетом изложенного институт судимости может быть законодательно закреплен в следующем виде:

«Статья 86. Судимость

1. Судимость есть мера уголовной ответственности, заключающаяся в совокупности ограничений прав и свобод, налагаемых в равном объеме на всех лиц, осужденных по вступившему в законную силу обвинительному приговору суда за совершение преступления определенной категории.

2. Судимость погашается, если после отбытия (исполнения) наказания (основного и дополнительного) или прохождения испытания истекли следующие сроки:

а) один год при осуждении за преступления небольшой тяжести;

б) три года при осуждении за преступления средней тяжести;

в) шесть лет при осуждении за тяжкие преступления;

г) восемь лет при осуждении за особо тяжкие преступления.

3. Если осужденный после отбытия (исполнения) наказания или прохождения испытания вел себя безупречно, то по ходатайству осужденного или его законного представителя суд может снять с него судимость. При этом судимость может быть снята по истечении не менее половины сроков, указанных в части второй настоящей статьи.

4. Лицо, осужденное без назначения наказания или с назначением наказания и освобождением от его отбывания, считается судимым в течение сроков, указанных в части второй настоящей статьи.

5. Лицо, осужденное за совершение преступления, в отношении которого обвинительный приговор не был приведен в исполнение, считается судимым в течение сроков, указанных в части второй статьи 83 настоящего Кодекса.

6. Судимость в соответствии с настоящим Кодексом учитывается при рецидиве преступлений и при назначении наказания. В течение срока судимости на осужденного распространяются и другие ограничения прав и свобод, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

7. Погашение или снятие судимости аннулируют все правовые последствия, с ней связанные».

Указанный подход к законодательной регламентации судимости предполагает внесение изменений и в ч. 4 ст. 18 УК РФ «Рецидив преступлений». Если с предписаниями пп. «а» и «б», введенными по соображениям гуманизма, можно согласиться, то содержание п «в» вызывает его неприятие Прежде всего, в данном пункте законодатель предлагает не учитывать при признании рецидива случаи, когда осужденный (независимо от категории ранее совершенного преступления) в период прохождения испытания совершает умышленное преступление средней тяжести, тяжкое или особо тяжкое преступление Такое решение нельзя признать логичным в плане усиления уголовной ответственности за рецидив преступлений Указание же на то, что при признании рецидива не учитываются снятые и погашенные судимости, является излишним, поскольку дублирует содержание ч 6 ст 86 УК РФ, согласно которой погашение и снятие судимости аннулируют все правовые последствия, связанные с судимостью Изложенное выше позволяет высказать предложение об исключении п «в» из ч 4 ст 18 УК РФ

1 См. , напр. : Ной И. С. Вопросы теории наказания в советском уголовном праве . Саратов, 1962. С. 122 ; Прохоров В. С., Кропачев Н. М., Тарбагаев А. Н. Механизм уголовноправового регулирования . Красноярск, 1989. С. 170 ; Му-зеник А. К. Дифференциация уголовной ответственности: формы и виды // Уголовное право и современность : межвуз . сб. науч. тр. Красноярск, 1998. С. 21 ; Егоров В. С. Теоретикоправовой анализ мер принуждения по уголовному закону России. Пермь, 2006. С. 114-116 .

2 Уголовный кодекс Республики Беларусь / предисл. проф . Б . В . Волженкина ; обзорная статья А . В . Баркова . СПб . , 2001 С 21

3 Там же . С. 116 .

4 Тер-Акопов А. А. Преступление и проблемы нефизической причинности в уголовном праве . М . , 2003. С. 88.

5 Никулин С. И. Нравственные начала уголовного права . М. , 1992. С. 30 .

6 Уголовный кодекс Республики Беларусь / предисл. проф . Б . В. Волженкина ; обзорная статья А . В. Баркова . С. 21-22.

7 См . , напр . : Дуюнов В. К. Проблемы уголовного наказания в теории, законодательстве и судебной практике Курск,

2000. С. 49-52 ; Мицкевич А. Ф. Уголовное наказание: понятие, цели и механизмы действия . СПб . , 2005. С . 36-47.

8 См. , напр. : Хан-Магомедов Д. О. Освобождение от наказания . М . , 1964. С. 39 ; Марцев А. И. Специальное предупреждение преступлений . М ., 1987. С . 18 ; Наумов А. В. Российское уголовное право . Общая часть : курс лекций . М . , 1996. С. 481.

9 См. , напр. : Уголовное право . Часть Общая / под ред. И . Я . Козаченко и З. А . Незнамовой. М., 1997. С. 315 ; Никонов В. А. Уголовное наказание. Поиск истины. Тюмень, 2000 С 12-13

10 Граматчиков М. В. Судимость в уголовном праве России Красноярск, 2003 С 7-22

11 Музеник А. К., Уткин В. А., Филимонов О. В. Условное осуждение и отсрочка исполнения приговора . Томск, 1990 С 7

12 Уголовный кодекс Российской Федерации: постатейный комментарий / под науч. ред. Н. Ф. Кузнецовой и Г. М. Миньковского . М. , 1997. С. 162-163.

13 Мицкевич А. Ф. Указ соч С 25

14 Подробнее см . : Гришко А. Я., Потапов А. М. Амнистия . Помилование. Судимость. М. , 2009. С. 191-228.

15 Уголовный закон: Опыт теоретического моделирования . М. , 1987. С. 203-206.

16 Горобцов В. И. Теоретические проблемы реализации мер постпенитенциарного воздействия . Орел, 1995. С. 40-43.

17 См. , напр. : Тащилин М., Годило Н. Уголовная ответственность и формы ее реализации // Уголовное право . 2004. № 4 . С. 54.

18 Журавлев М., Журавлева Е. Понятие уголовной ответственности и формы ее реализации // Там же . 2005. № 3 . С 31

19 Музеник А. К. Указ . соч. С. 26 .

20 Тарбагаев А. Н. Понятие и цели уголовной ответственности Красноярск, 1986 С 62

21 Советское исправительно-трудовое право . Л . , 1989. С 206

22 Кропачев Н. М. Механизм уголовно-правового регулирования : дис . ... д-ра юрид . наук в форме научного доклада СПб , 2000 С 51

23 Российское законодательство Х-ХХ веков : в 9 т. М ., 1988. Т. 6 : Законодательство первой половины XIX в . С. 177-188.

24 Там же . М . , 1994. Т. 9 : Законодательство эпохи буржуазно-демократических революций . С. 278-283.

25 Таганцев Н. С. Русское уголовное право : в 2 т Тула,

2001. Т. 2. С. 200-216.

26 Сборник материалов по истории социалистического уголовного законодательства (1917-1937 гг.). М. , 1938. С. 232-234.

27 Недостаточно убедительными представляются доводы ученых, которые в конце 80-х гг. XX в. считали создание такого перечня в уголовном законе невозможным и ненужным. Эти соображения были основаны на ином, доминирующем в тот период восприятии судимости как правового последствия отбытия лицом наказания за совершенное преступление и нежелательности сохранения общегражданских последствий, связанных с наличием судимости

28 Понятием испытание охватывается совокупность мер, заменяющих наказание под угрозой его отбывания в случае уклонения от исполнения установленных судом обязанностей в виде запретов и предписаний в период испытательного срока Эти меры закреплены в ст ст 73, 79,82, 821 УК РФ