Отношение христианской Церкви к театру в контексте научного исследования церковных канонов

И.Н. Чистюхин

Орловский государственный институт культуры (ОГИК),

Орел, Россия

ОТНОШЕНИЕ ХРИСТИАНСКОЙ ЦЕРКВИ К ТЕАТРУ В КОНТЕКСТЕ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ЦЕРКОВНЫХ КАНОНОВ

Аннотация:

В статье рассматриваются проблемы, связанные с научным исследованием отношения Православной Церкви к театру в системе античных зрелищ, существовавших в момент зарождения христианства; обозначена объективная сторона исследования, описан метод изучения христианских канонов; выявлен принцип отбора сочинений Отцов Церкви, касающихся данной темы; показаны сложности и трудности перевода греческих терминов на славянский и русский языки.

Ключевые слова: зрелище, театр, церковные каноны, церковь, христианство.

I. Chistiukhin

Orel State Institute of Culture, Orel, Russia

THE ATTITUDE OF THE ORTHODOX CHURCH TO THEATRE IN THE CONTEXT OF SCIENTIFIC RESEARCH THE «CHURCH RULES»

Abstract:

The article deals with the problems associated with the academic study of the attitude of the Orthodox Church to theatre being a certain methodological system ingrained in the antique culture of spectacles that existed at the dawn of Christianity. The author denotes the objective side of the study, describes his approach to interpreting Christian canons, explaining the principle of work selection when dealing with the heritage of the Holy Fathers of the Church concerning the subject of study. The given analysis provides an insight into the complexities and intricacies of translation of Greek terms into Old Slavic and Russian.

Key words: performance, theatre, church canons, Church, Christianity

За последние две тысячи лет христианство и человеческая культура (искусство в том числе) прошли долгий и разнообразный путь развития. На каких-то этапах они сближались, иногда сливались, в какие-то периоды находились на антагонистических позициях. И, если церковное искусство вобрало в себя лучшие достижения архитектуры, живописи, музыки и литературы, то по отношению к пространственно-временным видам искусства (часто называемых «зрелища») в христианстве сложилось сложное, неоднозначное воззрение. С одной стороны, крайний ригоризм и неприятие любых сценических действ, с другой — более терпимое, иногда даже лояльное, а временами и вполне допустимое отношение (литургическая драма, мистерия, миракль, «Пещное действо» и т.д.).

Но вместе с тем достаточно популярно мнение о том, что Церковь «запрещает» театр, актеры чуть ли не преданы анафеме, что их даже нельзя хоронить на кладбищах и т.д. и т.п. Часто в публицистических статьях можно встретить подобные фразы: «Жесткое отношение было и к актерам, их почитали за нечистых людей и хоронили за оградой кладбищ» [5]. Или еще более риго-ричные: «на кладбищах актеров не хоронили на Руси потому, что профессия их считалась уж больно презренной. Хоронили их за кладбищенской (или за церковной) оградой — вместе с самоубийцами. Наверное, считали их теми, кто еще при жизни самостоятельно и добровольно убил свою душу» [11]. И все это потому, что «лицедей на сцене живет чужой жизнью, примеряет ее на себя и прилюдно изображает (а то и прославляет) чужие грехи. А жизнь на самом деле у него одна, дарованная Всевышним. Стало быть, актер подыгрывает антихристу» [3].

Подобных мнений, повторим, много. Но что при этом нас удивляет прежде всего? Практически все, кто говорит подобное, не может назвать ни одного (!) канона или церковного постановления, где бы такое утверждалось или было четко прописано. Это относится не только к искусствоведам, публицистам, ученым и простым обывателям, но и к священнослужителям. Даже они (хотя бы кому уж как не им знать каноническое право, изучаемое в каждой семинарии), повторяя эти расхожие клише про «запреты» и «анафемы», не могут назвать ни одного канона, утверждающего подобное!

На всем протяжении ХХ века науке, искусству и культуре было все равно, что думает про них христианская Церковь. Но меняются времена, христианство в XXI веке из подпольной веры в России вновь становится значимым общественным институтом, занимает свое место в духовной и нравственной жизни нашей страны, и все больше людей прислушиваются к его голосу. Поэтому именно сейчас важно, чтобы у людей сформировалось правильное понимание того, что Церковь одобряет и приветствует, а что нет. Это значимо и с научной точки зрения, потому что данная сторона взаимоотношений искусства и Церкви совсем не изучена ни в истории театра, ни в искусствоведении.

На сегодня существует только одна дореволюционная работа замечательного историка Церкви, профессора Московской Духовной академии, заслуженного профессора Московского университета Алексея Петровича Лебедева (1845—1908) — «Публичные зрелища и голос древней христианской Церкви по поводу них» [21]. По нашему мнению, это скорее не исследование данной проблемы, а введение в нее, т.к. она отличается односторонностью. В своей работе Лебедев приводит только частные позиции авторитетных церковных иерархов и богословов древности по поводу «зрелищ», и совершенно не рассматривает канонический корпус церковного права по отношению к ним.

В советские годы вышла книга М.И. Чудновцева «Церковь и театр. Конец XIX — начало XX в.» [22]. В ней автор рассматривает Русскую Православную Церковь и русский театр. Но это не столько научное исследование, сколько атеистическая публицистическая брошюра, носящая ярко выраженный антиклерикальный характер. В ней нет ни одного подтверждения или указания на конкретный канон. Кроме того, ссылаясь на решения Эль-вирского и Арелатского соборов, как основания для гонений на актеров (скоморохов) русскими клириками, автор либо не знает, либо сознательно не отмечает, что они не были включены в сборник канонов, известный на Руси под названием «Кормчая». Поэтому критикуемые Чудновцевым церковные служители просто не могли знать постановления этих Соборов.

В зарубежных изданиях, посвященных истории античного и средневекового театров, работ, которые бы полно и всесторонне изложили отношение Церкви к «зрелищам» (и театру в частно-

сти), нет. Мы здесь не говорим о сочинениях Тертуллиана, Августина и др. Отцов Церкви, где они высказывали свое личное отношение к зрелищам, мы говорим о научном исследовании данной проблемы. Таких трудов нами не обнаружено.

При кажущейся очевидности данной темы, широко представленной в современной литературе, публицистике, периодических изданиях и бытовом общении, в научной среде она совершенно не изучена. Таким образом, исследование обозначенной проблемы весьма актуально и крайне необходимо не только для истории Церкви, истории театра и вообще искусствоведения. Она нужна тысячам молодых парней и девушек, решивших посвятить себя профессии режиссера и актера, в искреннем и горячем желании служить людям этим видом творчества. Таким, что встретились автору данных строк, преподающего в институте искусств ряд предметов по истории изобразительного искусства, истории театра и теории драмы.

Однажды на занятиях, в группе будущих «артистов драматического театра и кино», когда по программе они осваивали искусство Византии, студенты вполне логично спросили об отношении Православной Церкви к театру. Этот вопрос был задан не из-за простого любопытства: дело в том, что накануне один из преподавателей назвал их будущую профессию бесовской, добавив, что им за это «всем придется гореть в аду». И вот будущие актеры, молодые ребята и девушки, искренне хотели разобраться в этом вопросе: под анафемой ли их профессия и они сами, или же все-таки жить и учиться стоит.

Как оказалось, нет ни одной (!) работы о театре, которая бы опиралась на церковное каноническое право. Встречаются либо популяризированные, либо ригористические или вообще поверхностные публикации. Это и послужило толчком для нашего исследования. Сразу скажем, что перед нами не стояла задача как-то «обелить», «реабилитировать» или «возвысить» театр (и зрелища), нам кажется, он в этом не нуждается, став давно частью общечеловеческой культуры. Важно установить истину, избавиться от клише и псевдомнений.

Как представляется, первое, с чего необходимо начать, — это разобраться в том, какие собственно «зрелища» существовали в эпоху зарождающего христианства, когда оно вырабатывало свое

отношение к ним? И что же подразумевалось в те времена под собирательным термином «зрелища»?

В период возникновения христианства, это слово — «specta-cula» (зрелища) — имело иное содержание, чем сейчас. Зрелищная жанровая палитра была чрезвычайно широка. Например, в Риме под ними подразумевали целый комплекс представлений:

a) «ludi gladiatorii» — игры (бои) гладиаторские;

b) «venationes ludi» — игры (травля) зверей;

c) «ludi cercenees» — игры в цирке, конские ристалища и гимнастические состязания;

d) «ludi scenici» — игры сценические или театральные представления: трагические и комические спектакли;

e) «scurrilibus ludicris» — шутовские представления: выступления мимов, смехотворцев, танцоров, акробатов и т.п.

О любом их этих видов могли писать как о «зрелище». Все они встречаются в правилах (канонах) Поместных и Вселенских Соборов, сочинениях Отцов Церкви, иногда по отдельности, иногда все месте. Первые два вида «зрелищ» не нуждаются в комментариях: эти кровавые игры вызывают неприязнь не только у христиан, но даже и у неверующих людей. Цирковые представления заслуживают отдельного исследования. Конские скачки ближе к азартным играм, ну а гимнастические состязания — это область спорта, и то и другое не относится к нашей теме.

В контексте исследуемой проблемы интереса заслуживают последние два вида. Это игры сценические или театральные представления: трагические и комические спектакли — ludi sce-nici; и шутовские представления: выступления мимов, смехо-творцев, танцоров, акробатов — scurrilibus ludicris.

Нам со школьной скамьи известно древнеримское изречение — «хлеба и зрелищ». Этот возглас выражал основные потребности римской толпы в эпоху Империи. Но вот что за «зрелища» требовал столичный плебс? Это выражение, дошло до нас через X сатиру Ювенала и там, в подлиннике, мы читаем: «Continet, atque duas tantum res anxius optat, Panem et Circenses...» [23, s. 112].

(«Сдержан теперь и о двух лишь вещах беспокойно мечтает Хлеба и Зрелищ.»).

Как мы видим, здесь не общее указание на «зрелища» вообще, но употребляется очень точное наименование — «circenses», буквально: «цирковых игр». Важно это или нет? Без сомнения, для историка искусства разница огромная, но обыватель, возможно, даже не задумается об этой разнице.

Второй весьма немаловажный вопрос: что такое отношение Церкви к чему-либо? Где оно изложено? И как вообще Церковь выражает свои суждения, мнения, выносит определения, где они закрепляются и чем служители руководствуются в своей деятельности? Ответы на эти вопросы можно найти только в каноническом праве. Мнение Церкви — собрание правил (канонов), на основании которых она это мнение или отношение высказывает. Эти каноны составляют корпус канонического права. На основании его формируется система отношений в религиозной и общественной жизни.

На сегодняшний день лишь Православная Церковь, в лице ее 15 Поместных Церквей и 4 Автономных Церквей (Автокефальные: Константинопольская, Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская, Русская, Грузинская, Сербская, Румынская, Болгарская, Кипрская, Элладская (Греческая), Албанская, Польская, Чешских земель и Словакии, Американская и Канадская; Автономные: Синайская, Финляндская, Японская, Китайская), живет и руководствуется в своей деятельности тем каноническим правом, что официально начало складываться с 325 г.

Мы не станем здесь касаться вопросов богословия, отличий догматов Православия, Католичества и доктрин Протестантизма, — это большая и отдельная тема. Отметим лишь то, что эти различия, начинаясь в богословской сфере, переходят в конечном итоге и в область культуры и искусства. Отсюда и различное отношение к этим сферам человеческого бытия в вышеназванных христианских сообществах. Постараемся коротко охарактеризовать эти различия в отношении искусства и культуры, чтобы был понятен ход нашего исследования и почему мы рассматриваем отношение только Православной Церкви к «зрелищам».

Католическая церковь вполне терпимо относилась к различным зрелищам и театру в частности. В эпоху Средневековья в лоне Католической Церкви даже складывались собственные

формы театрального искусства (литургическая драма, мистерия, миракль, моралите). Саксонскую монахиню Росвиту Гандерсгейм (ок. 935 — ок. 1002 гг.), «Католическая Энциклопедия» считает «по праву первым европейским драматургом со времен античности» [6, с. 1265]. Она написала несколько комедий в духе римского драматурга Теренция. В Испании во время зрелого Средневековья сложились особые аллегорические представления — ауто (auto sacramental — «таинственное действо»), которые предваряли евхаристические процессии в праздник Тела Христова. В учебных заведениях иезуитов в ряде европейских стран в XVI веке возникла новая разновидность религиозного театра — «школьный театр», где учащиеся разыгрывали пьесы на благочестивые сюжеты с целью лучшего усвоения материала. Эту практику вскоре восприняли некоторые другие монашеские ордены.

В XX веке отношение католичества к театру было выражено в материалах II Ватиканского собора (1962—1965). Здесь католическая Церковь, утверждая «законную автономию человеческой культуры», настаивает на праве каждого человека «свободно искать истину, выражать свое мнение и распространять его, а также заниматься любым искусством». Участники собора в декрете «Inter mirifica» подчеркивают, что «следует радеть о том, чтобы древнее и благородное сценическое искусство, которое ныне уже распространяется широко, благодаря средствам массовой коммуникации, стремилось дать зрителям культурное и нравственное воспитание. <...> Нужно также воспитывать театральных артистов и помогать им, чтобы своим искусством они успешно содействовали благу общества» [там же.

Многие активные церковные католические деятели были известны своей любовью к драматургии и театру. Так, Кароль Вой-тыла, впоследствии Папа Иоанн Павел II, в молодости играл в любительском театре и написал несколько пьес. Его интерес к театру как раз и свидетельствует о том, что в целом католичество благосклонно относилось и относится к театру. Нападки на театральное искусство начинаются в период Реформации, в некоторых направлениях протестантизма (например, у пуритан).

Как известно, протестантизм с самого начала выступал против театрального искусства, как «учащего безбожному и постыдному сладострастию» [12, с. 819]. В Англии к середине 1590-х

годов, пресвитериане, обвиняя католицизм в моральном падении, стали оказывать существенное влияние на общественно-политическую жизнь страны: они пытались запретить торговлю с католической Испанией, проведение ярмарок по выходным и театральные постановки. В своем неприятии театра протестанты дошли до того, что запретили постановки мистерий, указывая, что в них творятся богохульства. И если Лютер, возмущаясь безнравственностью площадных спектаклей, все же предлагал использовать мистерию для благочестивых целей, то Кальвин совсем изгнал театральные представления из Женевы. Длительная борьба пуритан с католиками завершилась в Англии их победой и их предводитель Оливер Кромвель расправился с английским театром — «капищем дьявола», как его иногда называли пуритане. Театры попросту сожгли, лондонские и провинциальные актеры разбрелись кто куда, разом лишившись статуса придворной челяди (что обрекало их на бродяжничество, т.е. противоправное существование). Лишь спустя почти два десятка лет реставрация королевской власти вернула театр к жизни.

Как было уже отмечено выше, отношение Православной Церкви к зрелищам отражено в канонах — собрании общеобязательных для всех членов Православной Церкви правил о вере, церковном устройстве и церковных обрядах. Правила эти были приняты на Вселенских и на Поместных соборах. Соборы — собрания представителей христианской Церкви (священноначалия и мирян) в ее вселенской полноте, на которых обсуждаются вопросы и выносятся решения догматического (доктриналь-ного), церковно-общественного и судебно-дисциплинарного характера. Канонические постановления, принятые на Соборах, а также ряд правил Святых Отцов составили корпус канонического права Православной Церкви в период с III по IX век.

Правилами или канонами (Kavoveq) называются письменные определения церковной власти, которые имеют силу обязательных законов. Эти правила изложены в основном каноническом сборнике Православной Церкви, изданном в Константинополе в 883 году, который известен под именем «Номоканона». На славянский язык эти каноны переводились во второй половине XI века, под общим названием Номоканон (греч. No^oKavwv = vo^oq — закон, устав + Kavwv — правило) — византийские сборники церковных

правил и императорских указов, касающихся Церкви. С конца XIII века Номоканоны в русской переработке получили название «Кормчие книги», они дополнялись на Руси нормами светского права. В конце XV — начале XVI века «Кормчие» из-за значительного числа разночтений подверглись пересмотру.

Сегодня на русском языке существует «Книга правил». Это сборник, составляющий так называемый «церковный канон» Православной Церкви. В состав ее входят Правила святых апостолов, Правила Вселенских и Поместных Соборов и Правила некоторых Святых Отцов. Это основные законы церковного права. Обыкновенно они входят в состав всех сборников церковного права, как их основная часть, но в виде отдельного сборника издавались Священным Синодом под названием «Книги правил», для большого удобства пользования ими, так как Номоканон и Кормчая, из которых они извлекаются, в целом своем составе содержат более пространный свод правил.

В первый раз она была издана Священным Синодом в 1839 году («Номоканон. Сиречь Законоправильник. Книга правил»), взамен «Кормчей книги», где наряду с греческим текстом параллельно давался перевод канонов на церковнославянский язык, приближенный к русскому языку. В дальнейшем, при переиздании «Книги правил» в нее вошел только перевод (без текста оригинала). Главное достоинство «Книги Правил» состояло в том, что в ней каноны воспроизводились полностью и что сюда вошел лишь основной канонический корпус. Правила были здесь отделены от разнородного правового материала, либо меньшей авторитетности, либо вовсе утратившего силу, которым перегружена «Кормчая». Вместе с тем и «Книга правил» не лишена текстологических недостатков: не везде удовлетворителен перевод, есть и прямые ошибки в переводе отдельных греческих терминов, в связи с чем возникает проблема, которая затрудняет правильное понимание отношения Церкви к «зрелищам».

Современный греческий язык отличается от языка канонов, даже в большей степени, чем современный русский от церковнославянского. В эллинистический период (IV в. до н. э. — I в. до н. э.) сложилась особая форма древнегреческого языка — койне (ко^ еЛАгр1*^ — «общий греческий», или «ко^ бюЛекто^» — «общий диалект»), который стал разговорным и административным языком

всего Средиземного бассейна и примыкающим к нему стран Ближнего Востока. Койне является основным предком современного греческого языка. Литературное койне использовалось в большинстве литературных и научных произведений на греческом языке в постклассический период, в работах Плутарха, Полибия и др.

Койне — это также язык христианского Нового Завета, Сеп-туагинты (перевода Еврейской Библии III в. до н. э.) и наиболее ранних христианских богословских трудов Отцов Церкви. Койне просуществовал в употреблении вплоть до середины IV века, когда с основанием Константинополя в 330 году, начался следующего периода развития языка, известного как среднегреческий язык или византийский язык (V — XV вв.) — язык эллинизированного населения Византийской империи. Следующий этап — новогреческий язык (с XV в.) — язык греческого и эллинизированного населения, проживавшего в поздней Византии, затем в Османской империи, и, наконец, современный письменный, официальный язык (кафаревуса) и разговорный (димотика).

Димотика (б^цопк^ [уХшааа], — «народный [язык]») — современная народная разговорная форма греческого языка. Термин используется с 1818 года. Димотика является термином, применяемым к естественным путем развившемуся разговорному языку греков, это современный греческий язык.

Кафаревуса (кабареиоиаа — «чистая») — консервативная разновидность греческого языка, которая была в Греции XIX и XX веков основным языком государства, общественной жизни и части литературы. Обе формы дополняли друг друга: димотика был бытовой, разговорный формой греческого языка, а кафаре-вуса являлась официальным стандартом греческого языка, на котором происходило обучение в школе, издавались книги, газеты, официальные государственные документы, судопроизводство и т.д. Лишь в 1976 году кафаревуса была упразднена, сейчас все в Греции говорят на димотике. Остатки койне и кафаревусы можно встретить лишь в горных монастырях Афона, в чем автор этих строк мог лично убедиться.

Церковные каноны были написаны на греческом языке, а точнее на одном из его форм — койне. Ряд сочинений Святых Отцов были написаны на латыни, но их мало. И если латынь с тех пор практически не претерпела никакого изменения, то гре-

ческий язык, как мы показали, развивался довольно существенно. Это крайне важно знать при изучении церковных канонов. Любая малейшая неточность в переводе может привести к совершенно неожиданному смыслу.

Так, например, в уже упомянутой «Книге правил», в Апостольских правилах (Правило 42) на русском языке говорится следующее: «Епископ, или пресвитер, или диакон, игре и пьянству преданный, или да престанет, или да будет извержен» [8, с. 19]. Здесь не совсем понятно, какой игре может быть предан церковный служитель, что позволяет двояко толковать это правило (как игрок в азартные игры, и игрец на сцене).

Откроем более раннее издание (1650), — собрание канонов известное под название «Кормчая». В ней на церковнославянском языке написано: «Игрецъ и п^ница с™ль, Гще не ftстaнетсz, тогдА да извeржетсz» [10, с. 156]. Расшифруем: «Игрецъ и пия-ница святитель аще не останется, тогда да извержется». В толковании на это правило написано: «Гще котОрыи епкСпъ или презвитеръ, или д1аконъ играетъ и глумш^, и люди глумить» [там же, с. 156—157], что означает: «Аще который епископ или пресвитер, или диакон играет и глумится, и люди глумит».

Здесь мы видим, что «игрец» превратился в «глумца». Этимология этого слова такова: «глум» — шутка, смех, потеха, забава; «глумиться» — шутить, смешить, забавлять; «глумец» — потешник, забавник, скоморох; «глумилище» — место глумления [17, с. 881]; «шутка, насмешка, игра» [20, с. 416]; «глумиться» — насмехаться; «глумилище» — игрище, место для пляски [4, с. 124]; «глумилище» — место, устроенное для игр, позорище, «глуми-тель» — шут; «глумление» — шутка, насмешка [15, с. 140].

Но употребляемое в правиле слово «игрец» имеет совершенно иное значение: «лицедей, шут, потешник, скоморох» [18,10]; «иг-ральница»=«плясунья» [4, с. 209]; «игрец» — «лицедей, шут», «игрьць» — игрок в кости [15, с. 260]. Как мы видим, почти одинаковое «игрец» и «игрьць» имело совершенно разное значение.

Таким образом, возникает вопрос: что в этом правиле подразумевается? Игра, как азартное увлечение (кости, карты и т.д.) или игра, как сценическое действие, ибо так тоже можно понять из текста «Кормчей книги». Ответ на этот вопрос невозможен без подлинника.

В Православной Церкви есть два самых авторитетных канонических сборника, в которых приводятся подлинники канонов:

• Синтагма — Zùvxay^a (букв. «сопорядок», от aùv «с» + тауц «порядок» — нечто соединенное), обширный корпус основных источников византийского церковно-канонического права, изданный в Афинах в 1852—1859 годах трудами двух греческих ученых-юристов);

• Пидалион — от греч. n^SaXiov — кормило, руль на корабле — греческий сборник 1793—1800 годов, составленный двумя учеными монахами (Агапием и Никодимом) по распоряжению Патриарха и Синода Константинопольской церкви.

В этих сборниках, в интересующем нас месте находим: «kùPoiç axoXàZwv» [30, с. 58; 29, с. 27]. Греческий текст дает совершенно ясно понимание этого правила: kù^oç — игральная кость, имевшая форму куба с очками на всех шести сторонах, а kùPoiç — это множественное число, т.е. «кости»; axoÀàZwv, от axoÀàZw — иметь досуг, свободное время, отдыхать, посвящать свой досуг или свое время чему-либо. Итак, это выражение означает: «играть в кости», т.е. это правило запрещает клирикам проводить свое время, играя в кости в частности, и в азартных играх вообще, а к актерам и театру это правило никак не относится.

Таким образом, вместо первоначального значения — «играть в азартные игры», в славянском переводе мы встречаем совершенно иное значение — «играть на сцене». Это один из примеров неправильного перевода с греческого на славянский. И действительно, трудно предположить, чтобы святитель (епископ) выступал на сцене как актер, а вот играть в кости, такое, к сожалению, встречалось в Византийской империи, что и запрещало данное правило.

Вообще же это не частный случай, а довольно серьезная проблема — неточность перевода — при изучении канонов, относящихся к «зрелищам».

Священномученик Киприан, епископ Карфагенский в середине III века написал сочинение «Книга о зрелищах» (Liber de spectaculis). В ней, в VI главе он описывает то, что показывали на сцене: «adulterorum fallacias, mulierum impudicitias, scurriles iocos, parasitos sordidos», что можно перевести как «плутни прелюбодеев, бесстыдство женщин, непристойные анекдоты, грязных прихлебателей» [24, с. 814]. В русском переводе мы читаем: «хит-

рости прелюбодеев, бесстыдство женщин, шутовские игры гнусных скоморохов» [2, с. 343]. Нам кажется неуместным в своей критике театра (хотя здесь больше досталось скоморохам), так далеко отходить от первоначального текста и вкладывать в уста святителя то, что он не говорил.

Во многих сочинениях говорится о миме («mimus») и ги-стрионе («histrio») — совершенно разные по своему творчеству актеры, — в русских переводах они называются обобщенным словом «комедиант». Однако же значение этих терминов несколько шире, и относятся они не столько к комедии, сколько вообще к актерскому мастерству.

У Тертуллиана выражения «de artibus» (об искусстве), переводится как «театральном искусстве», «театральных действий», а «artes» («искусства»), как «театральные действа (действия)». Вообще перевод сочинения Тертуллиана «De spectaculis» («О зрелищах») очень тенденциозен. Так, например, в третьей главе, где перечисляются виды зрелищ, после цирка и театра, Тертуллиан упоминает «agonem», что собственно означает «публичные состязания». Но в русских изданиях [16, с. 127; 7, с. 279] эта фраза — «in circum, in theatrum, agonem» — одинаково переводится как «в цирк, в театр, на ристалище, в амфитеатр». Согласимся, это несколько отличается от оригинала.

Но самым спорным местом является вторая часть Х главы, где речь идет не столько о театральном искусстве как таковом, сколько об искусстве вообще. Здесь мы не встречаем специфических театральных терминов, но везде говорится об искусстве вообще: «ars, artis» — искусство, «artes» — искусства. Нам кажется, что Тертуллиан от разговора о театральном искусстве в первой части этой главы, во второй части ее перешел к искусству как таковому и его возникновению. Но наши переводчики по какой-то причине все отнесли лишь к частному, театральному искусству («театральных действий», «театральные действия», «сих действий», «театральных представлений» [16, с. 136—138; 7, с. 283—284], но не искусству вообще. А вот в английском издании эти слова везде перевели как «arts» [28, с. 239].

Также мы обнаруживаем, что в «Письме к Евкратию о комедианте» епископа Киприана Карфагенского слово «artis» («искусства») переведено как «постыдного искусства» [2, с. 22]. К

сожалению, приходится констатировать, что при переводе подобных текстов, переводчики не скупятся на уничижительные эпитеты по отношению к искусству вообще, и театру в частности. Да так, что в этом могут существенно отступать от оригинала. В данном случае, выражая свое неприятие театрального искусства, переводчик употребил выражение «постыдное искусство», вместо просто «искусства» или «ремесла».

Святитель Василий Великий одной из своих Бесед (Четвертая Беседа на Шестоднев «О собрании вод») касается темы зрелищ. Среди прочего он упоминает и беацат 9аицатоло1^ (греч., от 9аицатоло1еш — показывать фокусы) [25, с. 77], в латинском переводе praestigiatorum 8рес1аси118 (praestigiator — фокусник, 8рес1асиИ8 — зрелища) [26, с. 17], т.е. «представления иллюзионистов, фокусников». Однако в русских переводах мы читаем: «представлениями чудесников» [13, с. 246] и даже «позорами чу-дотворений» [9, с. 12].

Славянские переводчики допускали иногда ошибки даже не потому, что не достаточно хорошо знали греческий язык, а потому, что плохо знали греческую историю, историю античного театра и особенности греческой культуры.

В Апостольских правилах (Правило 18) на русском языке говорится следующее: «Вземший в супружество вдову, или отверженную от супружества, или блудницу, или рабыню, или позорищную, не может быти епископ, или пресвитер, ни диакон, ниже вообще в списке священнаго чина» [8, с. 14]. Кто же такая позорищная?

«Позорищная» происходит от славянского глагола «позор» — зреть, взор. В сербском «позорица» — комедиантка. В словарях мы находим:

• «позор» — (от гл. позреть), взор, взгляд, зрелище, что представляется взору. «Позорянин, позорянка» — зритель, очевидец [19, с. 600];

• «позорище» — театр, арена (стадион) [27, с. 115];

• «позоритель, позорищник, позорник» — тот, кто смотрит игрища, представления; «позорити»=быть зрителем чего-либо; «позорица»=комедиантка, актриса; «позороватися»=быть предметом зрелища; «позорствовати»=показывать всем зрителям, обращать на себя внимание; «позорующий»=зритель [4, с. 445];

• «позорище» — зрелище, всеобщее обозрение. «Позорьник» наблюдатель, зритель [14, с. 466].

Казалось бы, ясно, что здесь подразумевается женщина, которая устраивает некие зрелища, представления. Однако в «Кормчей» на церковнославянском языке написано: «плгсицу» [10, с. 143]. «Плясица» от славян. «плясать» — веселиться, ликовать, торжествовать, шуметь [20, с. 291]; «плясавица» — плясунья; «плясалище» — место для плясания; «плясальник» — который танцует, «плясица» — актриса, кощуница [4, с. 435]; «плясица» — женщина, пляшущая по ремеслу, напоказ, забавляя других [19, с. 337].

В оригинале, на греческом написано — «^ т&у ет ак^^», — что можно перевести как «или сценические», или «и тех, что со цены», что чуть дальше по грамматике, но ближе по смыслу. В этом правиле речь идет об актрисе («ет ак^^», можно перевести еще как «сценическая, т.е. актриса»), которая играет на сцене. По нашему мнению, именно актриса (как работник сцены) является определяющим в понимании данной категории женщин, муж которой не может быть священником. Таким образом, настоящее правило не дозволяет кандидатам в священники вступать в брак ни с вдовою, ни с отверженной своим мужем, ни с блудницею, ни с рабою, и ни с какою из участвующих в представлении зрелищ (на сцене).

Но, как мы знаем, нахождение женщин на сцене было невозможно в древнегреческом театре, это произошло уже в римском, который во многом сильно отличался от классического греческого. Общеизвестно, что в греческом театре играли только мужчины, женщины на сцене появились лишь в IV— III в. до н. э., и то не в театре (9еaтpov), а в представлениях мимов (цфоц). На них (мимов) указывает и то, что это апостольское правило было сформулировано в период со II века и до 325 года н.э. К этому времени греческого театра уже не было несколько столетий, и лишь римские представления могли здесь подразумеваться.

И вот представим себе, что славянский переводчик в IX веке доходит до этого правила. Что такое «ак^^»? Он не знает. Он вообще не понимает что такое «сцена», и соответственно «со сцены», нужно было перевести каким-то близким по смыслу сло-

вом. Его предшественники традиционно переводили словом «позорище» или «позор», ряд терминов относящихся к зрелищам.

Например, в Библии:

• греч. «Gewpiav» — зрелище (2 Макк. 5.26), на славян. — «на позоръ»;

• греч. «Géaxpov» — театр (1 Кор.4.9; Деян.19.29, 31), на славян. — «позорище», «позоръ»;

• греч. «araSiw» — стадион (1 Кор. 9.24), на славян. — «въ по-зорищи».

Вот и появилась в этом правиле «позорищная», что все-таки ближе стоит к греческому тексту, чем, вообще, ничего общего с ним не имеющая, «плясица». Но такой профессии на Руси не было (в отличие от античности), значит, здесь переводчик акцентировал внимание на манере общественного поведения женщины, а не роде ее занятий, как указано в правиле.

В некоторых сочинениях Отцов Церкви, авторитет которых очень высок и к чьим мнениям прислушиваются, встречаются неточности и ошибки, пусть и не критического характера, но тем не менее они есть. Каждый раз там, где речь идет о театре и зрелищах, необходимо тщательно проверять их высказывания на предмет исторического соответствия.

Так в сочинениях Тертуллиана «De spectaculis» («О зрелищах») содержится ряд или ошибок, или недостоверных сведений. В главе V он пишет: «Римляне, приглашая к себе этрусских мастеров, переняли у них и сами зрелища и время их проведения, так что зрелища от лидийцев получили название "игр"» [7, с. 280; 28, с. 244]. Однако этимология, связывающая название страны (Lydia) с названием этрусских актеров (ludii) и сценических игр (ludi scaernci), явно недостоверна.

В главе VIII Тертуллиан сообщает, что будто богиня Цирцея учредила зрелища в честь своего отца — Солнца, и даже дала им свое имя (Цирцея — цирк). И это не так. Этимология, связывающая слово цирк (circus) с именем дочери Гелиоса Цирцеи (Circa), также недостоверна. Название «цирк» происходит от circus («круг», «круглое здание»), им называлось открытое сооружение в виде вытянутого овала, соответствующее современному ипподрому.

В главе Х он пишет: «Театр есть собственно храм Венеры» («theatrum proprie sacrarium Veneris») [7, с. 283; 28, с. 256]. Однако

мы знаем что театр — это храм Диониса. Но свое мнение Тертул-лиан основывает на том историческом факте, что когда Помпей Великий в 55 г. до н.э., построил в Риме театр, то надстроил над ним святилище Венеры. Во время церемонии освящения Пом-пей объявил не об открытии театра, но храма Венеры, к которому он «пристроил ступени для зрелищ» [7, с. 284; 28, с. 258].

Исходя из всего вышесказанного, можно обозначить определенные рамки для исследования проблемы отношения Церкви к театру, изучив:

— канонический корпус христианской Церкви на предмет выявления сущности постановлений о зрелищах. Только каноны, как не подлежащая пересмотру совокупность законов, норм и правил христианской жизни (личной и общественной), могут стать основанием для утверждения, что Церковь так или как-то иначе относится к зрелищам;

— сочинения видных авторитетов Церкви, ее богословов, апологетов, святых, всех тех, кто обладает непререкаемым авторитетом и чьи суждения учитывались при составлении соборных правил (канонов). Эту группу выдающихся церковных деятелей и писателей прошлого часто называют собирательным термином — «Святые Отцы». Сюда входят все те, кто при жизни пользовались авторитетом учителя в делах веры, имели перед Церковью заслуги в области учительства, являлись постоянным выразителем православного учения.

Творения и отдельные суждения Святых Отцов не стоит путать с мнениями отдельных священников, пусть даже и таких харизма-тичных, как протопоп Аввакум. В святоотеческом учении принимается лишь та его часть, по которой имеется единодушное мнение всех, либо большинства Святых Отцов. Этот принцип («сошешш ра1хит» — «согласие отцов»), сформулировал в V веке преподобный Викентий Лиринский. На основании этого принципа Православная Церковь отказала в наименовании «Отцом Церкви» тем христианским писателям, которые отклонялись от христианского учения или по крайней мере давали повод сомневаться относительно своего строгого следования Православию, несмотря ни на их ученость, ни на заслуги перед Церковью и богословием. Таким, как Климент Александрийский, Ориген, Тертуллиан, Лактанций, Евсевий Кесарийский, Феодорит Кирский, Иероним, Августин;

— законы Византийской и Российской Империй, ибо в систему их законодательства были включены ряд церковных канонов, в том числе касающихся зрелищ. Церковь в данном случае не просто оказывала моральное влияние на общество, призывая, например, на Пасху воздерживаться от посещения зрелищ, но ее постановлениям императорами была придана законодательная сила.

Для исследовательской деятельности в обозначенных рамках необходимо соблюдение трех условий:

• знание древних языков (греческий и латынь);

• знание церковного канонического права;

• знание развития человеческой культуры и искусства, истории театра в том числе.

Если не выполнить эти три условия, то любое исследование будет страдать тенденциозностью и однобокостью, кто бы его ни писал: священник, историк или театровед. Но только так мы можем решить эту научно-практическую задачу по установлению отношения Церкви к зрелищам в целом и к театру в частности. Это откроет перед нами новое направление для его научного исследования, позволит выйти на понимание иных смыслов и сущности театрального искусства, взглянуть на него совсем с другой стороны, как явления сложного и многомерного, не только в своей профессиональной деятельности, но и в духовной жизни человека.

Список литературы References

1. Библиотека Творений Св. Отцов и Учителей Западных издаваемая при Киевской Духовной Академии. Книга 2. Творения св. Свя-щенномученика Киприана Епископа Карфагенского. Части 1 и 2. Киев, 1879. Часть 1. Письмо о комедианте.

A library of the writings composed by our Holy Fathers and Western teachers published at Kiev Theological Academy. Book 2. The writings of hi-eromartyr Cyprian the bishop of Carthage. Parts 1 and 2. Kiev, 1879. Part 1. A letter on a comedian.

Biblioteka Tvorenij Sv. Otcov i Uchitelej Zapadnyh izdavaemaja pri Kievskoj Duhovnoj Akademii. Kniga 2. Tvorenija sv. Svjashhennomuchenika Kipriana Episkopa Karfagenskogo. Chasti 1 i 2. Kiev, 1879. Chast' 1. Pis'mo o komediante.

2. Библиотека Творений Св. Отцов и Учителей Западных издаваемая при Киевской Духовной Академии. Книга 2. Творения св. Свя-щенномученика Киприана Епископа Карфагенского. Части 1 и 2. Киев, 1879. Часть 2.

A library of the writings composed by our Holy Fathers and Western teachers published at Kiev Theological Academy. Book 2. The writings of hi-eromartyr Cyprian the bishop of Carthage. Parts 1 and 2. Kiev, 1879. Part 2.

Biblioteka Tvorenij Sv. Otcov i Uchitelej Zapadnyh izdavaemaja pri Kievskoj Duhovnoj Akademii. Kniga 2. Tvorenija sv. Svjashhennomuchenika Kipriana Episkopa Karfagenskogo. Chasti 1 i 2. Kiev, 1879. Chast' 2.

3. «Будь осторожен, лицедей!» / Религия и вера / Newsland / [Электронный ресурс] URL: http://newsland.com/community/43/content/bud-ostorozhen-litsedei/1349744 (дата доступа: 27.04.2016).

«The mummer, beware!» / Religiya i vera / Newsland / [Electronic resource] URL: http://newsland.com/community/43/content/bud-os-torozhen-litsedei/1349744 (last access date: 27.04.2016).

«Bud' ostorozhen, licedej!» / Religija i vera / Newsland / [Jelektronnyj resurs] URL: http://newsland.com/community/43/content/bud-ostorozhen-litsedei/1349744 (data dostupa: 27.04.2016).

4. Дьяченко Г. свящ. Полный церковнославянский словарь. М., 1993.

Dyachenko G(Pr.). A complete Church Slavonic dictionary. Moscow, 1993.

Djachenko G. svjashh. Polnyj cerkovno-slavjanskij slovar'. M., 1993.

5. «Из истории возникновения театра и отношения к нему христианской Церкви» / Портал Credo.ru / [Электронный ресурс] URL: http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=36877

«Glimpses of theatre history and the attitude of the Christian Church» / Portal Credo.ru /[Electronic resource] URL: http://www. portal -credo.ru/site/?act=news&id=36877

«Iz istorii vozniknovenija teatra i otnoshenija k nemu hristianskoj Cerkvi» / Portal Credo.ru / [Jelektronnyj resurs] URL: http://www. portal -credo.ru/site/?act=news&id=36877

6. Католическая Энциклопедия: В 5 т. М., 2002—2013. Т. 4. 2011.

The Catholic Encyclopedia: In 5 vols. M., 2002—2013. Vol. 4. 2011.

7. Квинт Септимий Флорент Тертуллиан. Избранные сочинения / Сост. и общ.ред. А.А. Столярова. М., 1994.

Quintus Septimius Florent Tertullian. Selected writings / Compiled and edited by of A. Stolyarov. Moscow, 1994.

8. Книга Правил Святых Апостол, Святых Соборов Вселенских и Поместных, и Святых Отец. М., 1893.

The Book of The Epistles, and of The Holy Fathers, Councils Oecumenical and Local. Moscow, 1893.

Kniga Pravil Svjatyh Apostol, Svjatyh Soborov Vselenskih i Pomestnyh, i Svjatyh Otec. M., 1893.

9. Книги Великих Пастырей Церковных и Учителей всея Вселен-ныя Григория Богослова, Василия Великого, Афанасия Александрийского, Иоанна Дамаскина. Собраны и переведены Иеромонахом Архистратига Михаила Чудова монастыря Епифанием. М., 1665.

The book of the Great Pastors of the Church and Teachers of all the Universe St.Gregory the Theologian, St. Basil the Great, Athanasius of Alexandria, John of Damascus. Collected and translated by monk Epiphanius from Alexius' Archangel Michael (Chudov) Monastery. Moscow, 1665.

Knigi Velikih Pastyrej Cerkovnyh i Uchitelej vseja Vselennyja Grigorija Bogoslova, Vasilija Velikogo, Afanasija Aleksandrijskogo, Ioanna Damaskina Sobrany i perevedeny Ieromonahom Arhistratiga Mihaila Chudova monastyrja Epifaniem. M., 1665.

10. Кормчая (Номоканон). Отпечатана с подлинника Патриарха Иосифа. Отпечатано с издания 1650 г. М., 1912—1913.

The Book of the Helmsman (Nomocanon). A printed copy of 1650 edition . Moscow, 1912—1913.

Kormchaja (Nomokanon). Otpechatana s podlinnika Patriarha Iosifa. Otpechatano s izdanija 1650 g. M., 1912—1913.

11. Новости от 17.12.2012 / «Эхо Москвы» / [Электронный ресурс] URL: http://echo.msk.ru/news/970992-echo/comments.html (дата доступа: 27.04.2016).

News broadcast from 17.12.2012 / «Ekho Moskvy» / [Electronic resource] URL: http://echo.msk.ru/news/970992-echo/comments.html (access date: 27.04.2016).

Novosti ot 17.12.2012 / «Jeho Moskvy» / [Jelektronnyj resurs] URL: http://echo.msk.ru/news/970992-echo/comments.html (data dostupa: 27.04.2016).

12. Протестантская культура / Религиоведение. Энциклопедический словарь. Под редакцией А.П. Забияко, А.Н. Красникова, Е.С. Эл-бакян. М., 2006.

The Protestant culture / Religious studies. An encyclopaedic dictionary. Ed. by A. Zabiyako A. Krasnikova, E. Elbakyan. Moscow, 2006.

Protestantskaja kul'tura / Religiovedenie. Jenciklopedicheskij slovar'. Pod redakciej A.P. Zabijako, A.N. Krasnikova, E.S. Jelbakjan. M., 2006.

13. Святитель Василий Великий. Творения: В 2 т. М., 2008. Т. 1. Догматически-полемические творения. Экзегетические сочинения. Беседы. (Серия «Полное собрание творений святых отцов Церкви и церковных писателей». Книга 3).

St. Basil The Great. Writings: in 2 Vols. Moscow, 2008. Vol. 1. Dogmatic and polemical writings. Exegetical essays. Conversations. (Series "The Complete works of the Church Fathers and ecclesiastical writers." Book 3).

Svjatitel' Vasilij Velikij. Tvorenija: V 2 t. M., 2008. T. 1. Dogmaticheski-polemicheskie tvorenija. Jekzegeticheskie sochinenija. Besedy. (Serija «Pol-noe sobranie tvorenij svjatyh otcov Cerkvi i cerkovnyh pisatelej». Kniga 3).

14. Старославянский словарь (по рукописям X—XI веков) / Под редакцией Р.М. Цейтлин, Р. Вечерки и Э. Благовой. М., 1994.

Old Slavonic dictionary (based on the manuscripts of X—XI centuries) / Ed. by R. Zeitlin, R. Vechyorka and A. Blagova. Moscow, 1994.

Staroslavjanskij slovar' (po rukopisjam X—XI vekov) / Pod redakciej R.M. Cejtlin, R. Vecherki i Je. Blagovoj. M., 1994.

15. Старчевский А.В. Словарь древнего славянского языка. СПб., 1899.

Starchevsky A. V. A dictionary Old Slavonic. Saint Petersburg, 1899.

StarchevskijA.V. Slovar' drevnego slavjanskogo jazyka. SPb., 1899.

16. Творения Тертуллиана, христианского писателя в конце второго в начале третьего века / Пер. Е. Карнеева: В 4 ч. Издание второе. СПб., 1849—1850. Часть вторая. 1849.

The works of Tertullian, a Christian writer of the end of the II — beginning of the III century / Translated by. E. Karneev. In 4 parts. Second edition. Saint Petersburg, 1849—1850. Part two. 1849.

Tvorenija Tertulliana, hristianskogo pisatelja v konce vtorogo v nachale tret'ego veka / Per. E. Karneeva: V 4 ch. Izdanie vtoroe. SPb., 1849—1850. Chast' vtoraja. 1849.

17. Толковый Словарь Живого Великорусскаго Языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное издание под редакцией проф. И.А. Бодуэна-де-Куртенэ: В 4 т. СПб.; М., 1903—1909. Т. 1. А-З. 1903.

Explanatory Dictionary Of The Living Great Russian Language Of Vladimir Dahl. Third, revised and significantly enlarged edition under the editorship of Professor I. A. Baudouin de Courtenay: In 4 vol. S.-Petersburg-Moscow, 1903-1909. Vol. 1. A-Z. 1903.

Tolkovyj Slovar Zhivogo Velikorusskago YAzyka Vladimira Dalya. Trete, ispravlennoe i znachitelno dopolnennoe izdanie pod redakciej prof. I.A. Bo-duehna-de-Kurteneh. V 4 t. S.-Peterburg-Moskva, 1903—1909. T. 1. A-Z. 1903.

18. Толковый Словарь Живого Великорусскаго Языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное издание под редакцией проф. И.А. Бодуэна-де-Куртенэ: В 4 т. СПб.; М., 1903—1909. Т. 2. И-О. 1905.

Explanatory Dictionary of the Living Great Russian Language by Vladimir Dahl. Third, revised and significantly enlarged edition under the editorship of professor I. A. Baudouin de Courtenay: In 4 vols. Saint Petersburg-Moscow, 1903—1909. Vol. 2. I-O. 1905.

Tolkovyj Slovar' Zhivogo Velikorusskago Jazyka Vladimira Dalja. Tret'e, ispravlennoe i znachitel'no dopolnennoe izdanie pod redakciej prof. I.A. Bo-dujena-de-Kurtenje: V 4 t. SPb.; M., 1903—1909. T. 2. I-O. 1905.

19. Толковый Словарь Живого Великорусскаго Языка Владимира Даля. Третье, исправленное и значительно дополненное издание под редакцией проф. И.А. Бодуэна-де-Куртенэ: В 4 т. СПб.; М., 1903—1909. Т. 3. П-Р. 1907.

Explanatory Dictionary of the Living Great Russian Language by Vladimir Dahl. Third, revised and significantly enlarged edition under the ed-

itorship of professor I. A. Baudouin de Courtenay: In 4 vols. Saint Petersburg-Moscow, 1903—1909. Vol. 2. P-R. 1905.

Tolkovyj Slovar' Zhivogo Velikorusskago Jazyka Vladimira Dalja. Tret'e, ispravlennoe i znachitel'no dopolnennoe izdanie pod redakciej prof. I.A. Bo-dujena-de-Kurtenje: V 4 t. SPb.; M., 1903—1909. T. 3. P-R. 1907.

20. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка / Перевод с немецкого и дополнения члена-корреспондента АН СССР О.Н. Тру-бачева. Под редакцией и с предисловием проф. Б.А. Ларина. Издание второе, стереотипное: В 4 т. М., 1986—1987. Т. 1. А-Д. 1986.

Fasmer M. Etymological dictionary of Russian language / Translation from German and addenda by corresponding member of the USSR Academy of Sciences O. Trubachev. Editing and foreword by prof B. Larin. Second edition: In 4 vols. Moscow, 1986—1987. Vol. 1. A-D. 1986.

Fasmer M. Jetimologicheskij slovar' russkogo jazyka // Perevod s ne-meckogo i dopolnenija chlena-korrespondenta AN SSSR O.N. Trubacheva. Pod redakciej i s predisloviem prof. B.A. Larina. Izdanie vtoroe, stereotipnoe: V 4 t. M., 1986—1987. T. 1. A-D. 1986.

21. Церковно-исторические повествования общедоступного содержания и изложения: Из давних времен Христианской Церкви. Издание второе / Собрание церковно-исторических сочинений профессора, доктора богословия А.Лебедева: В 10 т. М., 1896—1905. Т. 3. 1903.

Church-historical narrative of popular character and narrative: from the earliest times of the Christian Church. Second edition / A collection of works on church and history by professor, doctor of theology A. Lebedev: In 10 vols. M., 1896—1905. Vol. 3. 1903.

Cerkovno-istoricheskie povestvovanija obshhedostupnogo soderzhanija i izlozhenija: Iz davnih vremen Hristianskoj Cerkvi. Izdanie vtoroe / Sobranie cerkovno-istoricheskih sochinenij professora, doktora bogoslovija A.Lebe-deva: V 10 t. M., 1896—1905. T. 3. 1903.

22. Чудновцев М.И. Церковь и театр. Конец XIX—XX вв. М., 1970.

Chudnivtsi M. I. The Church and the theatre. The end of the XIX—be-

ginning of the XX century, Moscow, 1970.

Chudnovcev M.I. Cerkov' i teatr. Konec XIX—XX vv. M., 1970.

23. D. Junii Juvenalis Aquinatis. Satyrae. Ex recensione Henrici Chris-tiani Henninii. — Mannheii, Cura & Sumptibus Societatis literatae, 1781.

24. Migne J.-P. Patrologiae Cursus Completus. Series Latina. Tomus IV. S. Cyprianus. — Parisiis, editores et J.-P. Migne, 1891.

25. Patrologiae Cursus Completus. Series Graeca. Patrologiae Graeca. Tomus XXIX. ed. J.-R. Migne. — Paris, 1857.

26. Sancti Patris Nostri Basilii, Caesareae Cappadociae Archiepiscopi, Opera omnia quae exstant, vel quae ejus nomine circumferuntur. Tomus Primus. — Venetiis, MDCCL.

27. Slovnik jazyka staroslovenskeno. Lexicon linguae Palaeosloveni-cae. — Praha, Nakladatelstvi Ceskoslovenske Academie Ved, 1958—1994. T. III. П-Р.1982.

28. Tertullian. Minucius Felix. With an English translation by Gerald H. Rendall, B.D., Lirr.D., LL.D. Based on the unfinished version by W. G A. Kerr. — Cambridge, Massachusetts, Harvard University Press London, William Heinemann LTD, 1977.

29. ni"|6dA.iov тг|с; vorpr^c; vr|6c;, тг|с; Mia; Ayta;, KaGoAiK^; Kai AnoaroAiK^s twv op9o66i;a>v ЕкнА^а;: napd Ayamou Iepo^ovd^ou, Kai №ко6гщои Mova^ou. Ек515ета1 vuv to Seurepov uno KwvaravTivou TKap^noAd rou OAu^mou. — Ev AG^vai;, Ек тг|; Tu-no^pa^^a; rou eKSorou Kwvaravrtvou TKap^noAd, 1841.

30. Zuvray^a twv ©eiwv Kai Iepwv Kavovwv uno Г. A. PdAAn Kai M. П6тАг|, e^Kpiaei t^; Ayia; Kai MeydAn; rou Xpiarou EKKAnaia; Kai iepa; Zuvo5ou rn; EKKAnaia; rn; EAAd5o;. T. 1-4. — AGr^naiv, 1852—1854. T. 2. 1852.

Данные об авторе:

Чистюхин Игорь Николаевич — доцент кафедры режиссуры и мастерства актера Орловского государственного института культуры. Email: dom26@list.ru

Data about the author:

Chistiukhin Igor — associate professor, Department of directing and acting, Orel State Institute of Culture. E-mail: dom26@list.ru