Конгресс сдан

В первый ноябрьский вторник после первого понедельника Демократическая партия США, возглавляемая президентом Бараком Обамой, потерпела сокрушительное поражение на промежуточных выборах в Конгресс. Что за этим последует, выяснял "Огонек"

Республиканцы впервые с 2006 года отвоевали большинство мест в Сенате и значительно упрочили свой контроль над Палатой представителей, получив там самое большое число мандатов со времен Второй мировой войны. В январе, когда Конгресс нового созыва приступит к работе, республиканцы возглавят комитеты в обеих палатах и начнут определять законодательную повестку дня. Понятно, что для Обамы это не сулит ничего хорошего.

Внеплановый референдум

Шесть лет назад Эдвард Сандерс, 59-летний инженер-механик из города Роли — столицы штата Северная Каролина, голосовал на выборах за нынешнего сенатора-демократа Кэй Хэган, а теперь поддержал ее соперника-республиканца Сома Тиллиса. "Мне не очень нравится Тиллис, но у него, кажется, есть желание немного встряхнуть Вашингтон",— говорит американец. Примерно так же думают еще полтора миллиона человек, побывавших 4 ноября на избирательных участках в Северной Каролине.

Накануне выборов Обама признавал, что голосование там может оказаться решающим: "Потеряем Северную Каролину — потеряем Сенат". Так и вышло. Впрочем, партия власти лишилась сенаторских кресел еще от шести штатов: Айовы, Арканзаса, Западной Виргинии, Колорадо, Монтаны и Южной Дакоты.

А республиканцы своего не отдали и теперь располагают в верхней палате Конгресса, по меньшей мере, 52 мандатами из 100. В штате Кентукки лидер нынешнего республиканского меньшинства в Сенате Митч Макконнелл взял верх над своей соперницей из Демократической партии Элисон Ландергэн Граймс и с января станет лидером большинства. Большинство имеет шансы стать еще больше: до сих пор продолжается пересчет голосов на Аляске, где оппозиционный кандидат Дэн Салливэн слегка опережает действующего сенатора-демократа Марка Бегича; второй тур выборов будет проведен 6 декабря в Луизиане, поскольку ни сенатор-демократ от этого штата Мэри Лэндрю, ни ее соперник-республиканец Билл Кэссиди не смогли заручиться необходимой поддержкой 50 процентов избирателей.

Ранее 53 кресла в Сенате принадлежали демократам, 45 — республиканцам и два — независимым законодателям. Всего на кону в ходе этих выборов, которые называются промежуточными, поскольку проводятся "в перерыве" между президентскими, было 36 мест в верхней палате Конгресса (33 — по регулярной ротации, а еще три — освободившиеся во время последней сессии).

Полностью переизбирались все 435 членов нижней Палаты представителей, где расклад сил был 233 на 199 в пользу республиканцев при трех вакансиях. По предварительным данным, они уже увеличили свое преимущество как минимум на 10 мест (в нескольких округах продолжается пересчет голосов, в двух — ожидается второй тур) и могут завоевать там самое весомое большинство с 1928 года.

Кроме того, в 36 штатах проводились губернаторские выборы, успех на которых тоже сопутствовал кандидатам Республиканской партии. Это важно с прицелом на будущее, поскольку местные власти занимаются "нарезкой" избирательных округов и решают другие вопросы, связанные с выборами. Делают они это, как правило, с учетом своих партийных интересов.

Из 36 сенаторских мест, поставленных на голосование, 21 принадлежало демократам, а 15 — республиканцам. Многое давало преимущество оппозиции. Скажем, на ее стороне был "системный фактор": молодежь и нацменьшинства не принимают активного участия в промежуточных выборах; на участки для голосования с большей охотой подтягиваются консервативные белые избиратели, составляющие традиционный электорат республиканцев. Но главная причина поражения партии власти, конечно, не в этом. Все без исключения американские эксперты считают, что во всем виноват Обама, рейтинг популярности которого опустился в некоторых штатах до рекордно низкой отметки в 40 пунктов.

Не случайно президент почти не появлялся на предвыборных мероприятиях вместе с кандидатами демократов, а те чуть ли не открыто пытались от него дистанцироваться. Вдобавок незадолго до дня голосования он допустил непростительную ошибку, заявив, что выборы станут референдумом по вопросу об отношении к его политике. Оппозиция радостно подхватила этот призыв, сделав его чуть ли не своим предвыборным лозунгом.

Как выяснилось, помимо чисто городских и местных проблем американских избирателей больше всего волнуют экономика и создание новых рабочих мест, реформа системы здравоохранения и угроза эпидемии Эбола. А по всем этим вопросам к нынешней вашингтонской администрации есть более чем серьезные претензии. Согласно исследованиям, почти половина голосовавших считает, что американская экономика "не совсем в порядке", а 22 процента убеждены, что она "просто плохая". "Обама не участвовал в этих выборах, но участвовала его политическая программа",— заявил губернатор штата Индиана республиканец Майк Пенс.

Рефлексирующий лидер

Свалить на Обаму едва ли не все грехи пытаются сейчас даже в его собственной партии. "Рейтинг президента не превышает 40 процентов, и этим все сказано",— заметил лидер демократов в Сенате Гарри Рид. Ну как тут не вспомнить совет 33-го президента США Гарри Трумэна: "Если вам нужен друг в Вашингтоне, заведите себе собаку".

Еще говорят, что у Трумэна на столе в Овальном кабинете стояла табличка с надписью "Все решения принимаются здесь". И Обама не спорит, что в конце концов за все отвечает глава государства. "Если внутри партии что-то не в порядке, то я должен нести за это ответственность",— признал он в интервью телекомпании "Си-би-эс".

Обама также не отрицает, что Вашингтон оказался "в политическом тупике" и "люди разочарованы". "Я должен сделать так, чтобы этот город работал лучше",— сказал он, имея в виду не просто столичную бюрократию, а в целом исполнительную и законодательную ветви власти.

Чтобы наладить между ними взаимодействие, потребуются тактические компромиссы и болезненные уступки. Судя по всему, пока ни глава администрации, ни его политические оппоненты, которые до сих пор действовали по принципу "чем хуже, тем лучше", к ним не готовы.

Считается, что все удачливые американские президенты — от Теодора Рузвельта до Билла Клинтона — умели ловко обхаживать, уговаривать, увещевать оппозицию и... безжалостно выкручивать ей руки, чтобы добиться своего. Прагматизм служил им залогом успеха. Обаму же в последние годы постоянно упрекали в отсутствии гибкости и нежелании идти на переговоры с республиканцами.

А еще — в отсутствии лидерства и излишней склонности к рефлексии. Сравнивая нынешнего хозяина Белого дома с его предшественником, президент "Группы Евразия" Иэн Бреннер заметил: "Буш был лидером, которому не нравилось размышлять. Обама — мыслитель, которому не нравится быть лидером".

Обама — идеалист, и само по себе это было бы не так уж плохо, если бы его идеализм всегда был подкреплен профессионализмом. Не только его личным, но и его команды. А пока старейший политобозреватель "Си-би-эс" Боб Шифер задается вопросом: "А ему вообще интересно быть президентом?"

Обама уверяет, что по-прежнему любит свою работу, и обещает успешно провести последнюю четверть матча, то есть оставшиеся два года своего президентства. До сих пор у него успешными были лишь первые два, когда большинство в Конгрессе было на стороне демократов и в стране был принят ряд важных законов.

Дисфункциональный синдром

На словах Обама готов сотрудничать с лидерами республиканцев и даже выпить с Макконнеллом по рюмке бурбона, которым так гордится его штат Кентукки. Однако ни для кого не секрет, что президент и будущий лидер сенатского большинства друг друга недолюбливают. Говорят, что не лучше у него отношения и со спикером Палаты представителей Джоном Бейнером.

Сразу же после выборов республиканцы подтвердили, что будут и дальше добиваться отмены ключевых положений реформы системы здравоохранения 2010 года. В народе ее прозвали "Обамакэр", и президент считает ее чуть ли не главным своим достижением. Для него она с самого начала была чем-то вроде священной коровы, а для оппозиции — как красная тряпка для быка.

Продолжаются также распри по поводу иммиграционной реформы. Выступая на пресс-конференции в Белом доме на следующий день после выборов, Обама заявил, что, поскольку Конгресс не желает заниматься этой проблемой, ее придется решать с помощью президентских полномочий, то есть исполнительных указов. Другого выбора у него нет.

Бейнер тут же предупредил, что если глава государства пойдет на это, то отравит колодец, из которого им всем вместе еще предстоит черпать законодательные инициативы. Плевать туда Обаме опасно, его позиции крайне слабы, но если перетягивание каната в Вашингтоне продолжится, то отвечать за это теперь придется в равной мере и республиканцам.

"Существенные идеологические разногласия между двумя партиями, а также их уверенность в том, что активная борьба с политическими оппонентами отвечает их стратегическим целям, не позволят правительству наладить нормальную работу",— считает ведущий эксперт вашингтонского Института Брукингса Томас Манн. По его мнению, республиканцы усилят нападки на администрацию, будут блокировать назначение судей и чиновников, попытаются притормозить "Обамакэр" и закон о финансовой реформе.

Кроме того, новый состав Конгресса, который приступит к работе в январе, будет более консервативным, чем прежний, и о либеральной повестке дня Обаме действительно можно забыть. Не будет ни иммиграционной, ни налоговой реформы, ни всеобъемлющего контроля над оружием, ни общенациональной программы модернизации инфраструктуры, задуманной Белым домом.

Однако говорить о параличе власти в Америке было бы преувеличением. Тот же Манн считает, что администрация и Конгресс вполне могут найти общий язык по таким вопросам, как федеральный бюджет, потолок госдолга, соглашение о свободной торговле со странами Азии, борьба с группировкой "Исламское государство", противодействие эпидемии Эбола.

С прицелом на 2016-й

Как известно, ответственность — та цена, которую приходится платить за власть. У республиканцев теперь стало больше власти, но и спрос с них будет большим, в том числе через два года, когда Америке вновь придется выбирать президента. А пока им предстоит изо всех сил доказывать, что они тоже могут быть правящей партией.

Поможет ли им контроль над Конгрессом установить контроль над Белым домом? Едва ли, считают политологи. В 2016 году будут другие кандидаты, другие проблемы, другой электорат. На президентских выборах американцы голосуют не за партии, а за личности. Некоторые эксперты вообще полагают, что нынешняя победа оппозиции — это манна небесная для Хиллари Клинтон, которую давно прочат в кандидаты от демократов. Тем, кто остается во власти, придется платить по счетам, а с нее взятки гладки...

Ее шансы стать первой женщиной на посту президента США по-прежнему считаются очень высокими. Говорят, что она будет баллотироваться, если позволит здоровье (26 октября ей исполнилось 67 лет).

А вот для российско-американских отношений это не сулит ничего хорошего — во всяком случае, так думают дипломаты в Вашингтоне, вспоминая некоторые высказывания экс-госсекретаря о действиях Москвы. По их мнению, с президентом-республиканцем можно было бы начать с чистого листа, а Клинтон волей-неволей унаследует политику Обамы.

Что касается отношения к России в Конгрессе США, то и при новом составе обеих палат оно останется прежним. Из-за событий на Украине и вокруг нее сегодняшняя Россия воспринимается американскими законодателями и американской политической элитой в целом как недружественное государство. В этом смысле состоявшиеся выборы ничего не изменили.