Кости мамонта обкладки жилища Костенок 11 (1а) и их возможное назначение

ПРОБЛЕМЫ АРХЕОЛОГИИ ЭПОХИ КАМНЯ. СПб., 2014.

В.Я. Сергин

КОСТИ МАМОНТА ОБКЛАДКИ ЖИЛИЩА КОСТЕНОК 11 (1А) И ИХ ВОЗМОЖНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ

Описание и исследование остатков жилища Костенок 11 (1А) было проведено в ряде работ (Рогачёв, 1962; Рогачёв, Попов, 1982; Попов, 2002; 2004; Попов, Аникович, 2008), наиболее обстоятельно — в работах В.В. Попова. Значительное внимание В.В. Попов уделил также реконструкции жилища и используемым при этом этнографическим и некоторым другим материалам.

Особенность многих жилищ, сооруженных с массовым использованием костей мамонта — наличие полосы наиболее стабильного положения костей, окружающей черепа. И.Г. Пидопличко называл ее обкладкой цоколя (Пидопличко, 1976. С. 102). Не вдаваясь в уводящие в сторону объяснения, будем называть эту полосу обкладкой ограждения или просто обкладкой. Обкладка слагается из структурно различных частей. Эта ее особенность впервые описана в Костенках 11. А.Н. Рогачёв выделил в обкладке семь групп костей (Рогачёв, 1962. С. 14), В.В. Попов — восемь групп (Попов, 2004. С. 162). Эти вариации вполне естественны, так как статус группы может получить заметно выделяющаяся ее часть или, напротив, объединения костей (Рогачёв, 1962. С. 15).

Ряд особенностей структуры обкладки достаточно выражен и не остался незамеченным исследователями. Под тем или иным углом зрения эти детали рассматриваются и в нижеследующем описании. Оно несколько подробнее и основывается не на выделенных ранее группах костей, а на небольших наиболее однородных группировках, которые, по-видимому, являлись сердцевиной структуры обкладки. Большое внимание уделяется уровням залегания костей и частным обстоятельствам. Впервые дается описание положения черепов. Работа основана на планах масштаба 1:10 (Верещагин, 1960), 1:5 и на спорадических наблюдениях в музейном павильоне Костенок. За возможность проводить их и приют дружески благодарен В.В. Попову. Приводимые иллюстрации также восходят к указанным планам. Ранее по жилищу публиковался лишь мелкомасштабный общий план (рис. 1), детали которого трудно соотносить с описанием.

Остатки жилища залегают в верхней части лессовидного суглинка, на склоне, ориентированном к ВСВ (Рогачёв, Попов, 1982. С. 116, 119). Падение древней поверхности составляло 8-10 см на 1 м (Рогачёв, 1966. Л. 9, 10). Костные развалины вписываются в окружность диаметром 8-8,5 м (рис. 1). В музейном павильоне они предстают в виде наклоненной чаши. Как и в других жилищах поселений среднеднепровского типа, с внутренней стороны обкладки находятся черепа мамонта. Сохранность их плохая, и они недостаточно расчищены. Но дать заметки об их положении на основе осмотра в

павильоне и отдельных указаний Н.К.Верещагина в описи костей мамонта слоя 1а (Верещагин, 1960) все же можно.

На кв. б-42, выходя за его пределы к СВ, залегают 2 черепа (рис. 2), изображенные на рис. 1 как один череп. Череп 194 находится на ЮЗ. Он лежит на левой стороне. Правая бивневая альвеола отсутствует по основание, левая, протянувшаяся к юго-западу, упирается в крупную плечевую кость. Положение черепа 195 менее ясно. Он перевернут, и его затылочная часть обрублена в стенке современной хозяйственной ямы. Ниже проглядывают 1-2 крупные части черепов.

Череп 218 на кв. в-40 (рис. 2) лежит на лобной поверхности затылком к З. Представляет собой правую сторону с зубом. Бивни и альвеолы отсутствуют. Ось черепа почти вертикальна.

Череп 239 на кв. в-39-40 (рис. 2) перевернут, затылок обращен к С, с Ю верхнечелюстная кость без зубов. По ссылке Н.К. Верещагинана и А.Н. Рогачёва, № 239 мог составлять с № 218 один череп.

Череп на кв. в-37 (рис. 3), с СВ сохранились зубы с наклоном жевательной поверхности в эту сторону около 45°. Видна левая височная впадина. Передняя сторона обращена к середине жилища, но лобных костей не заметно. Бивневые альвеолы, если они имеются, должны спускаться вниз. Крупная черепная кость залегает в СЗ углу квадрата.

Череп на кв. б-36-37 (рис. 3). Запись о его положении не сохранилась. Труха из костных клеток свода, а под ней, возможно, и другие кости протягиваются к СВ, за бедренной костью оканчиваясь фрагментом верхней челюсти с круто стоящими небольшими зубами.

Череп на кв. б-35-36 (рис. 3), вероятно, лежит на левой стороне, зубы в СВ выступе. С СЗ как будто бы заметно основание бивневых альвеол. На общем плане (рис. 1) в Ю половине кв. в-36 обозначен еще один череп. В действительности на этом месте находится нижняя челюсть, стоящая на подбородочном выступе зубами вниз к середине жилища. В сходной позиции между ветвями вложена нижняя челюсть детеныша. Это сочетание, которое И.Г. Пидопличко называл «сосенкой» (Пидопличко, 1976. С. 103). Фрагментом черепа является массивная кость на пересечении кв. а-б-36-37 с зубами к ЮЗ. Видимо, вместо нее на плане были ошибочно затушеваны нижние челюсти.

Череп 100 на кв. Э-Ю-41 (рис. 4) лежит на правом боку, круто углубляясь к СВ. Имеются оба зуба и затылочная часть.

Череп 99 на кв. Э-41 (рис. 4) залегает в перевернутом положении. С З заметно гнездо основания бивня диаметром 5-6 см. Затылочная часть, соответственно, обращена к В.

Череп 61 на кв. Ь-Э-39-40 (рис. 4) перевернут зубами вверх и к ЮВ. Остатки бивне-вых альвеол обращены к С, достигая круто стоящей лопатки.

Череп 60 на кв. Ь-39 (рис. 4) также перевернут, лежит параллельно черепу 61, но затылком к середине жилища и углубляясь в эту сторону.

Череп на кв. Ы-Ь-38 (рис. 5) обращен зубами к СВ, заметна правая скуловая кость. Наклонен к середине жилища под углом около 45°. Низ не просматривается.

Череп на кв. Ь-37-38 (рис. 5) обращен передней стороной к ССЗ. Задняя часть отсутствует до остатков сработанных зубов. Правый зуб налегает на вертлюжную впадину тазовой кости. Под зубами видны бивневые альвеолы, наклоненные к середине жилища.

После того как остатки жилища были раскопаны полностью и на плане проявилась регулярность расположения черепов, возник вопрос о возможном уничтожении 1-2 черепов

в хозяйственной яме, вырытой в 1949 г. Однако в отчете о сборах костей из ямы и отвалов в 1951 г. черепные кости не упомянуты (Рогачёв, 1956. Л. 327). Позднее в публикации жилища было отмечено, что в яме имелось много трухи черепных костей, которая, по мнению А.Н.Рогачёва, могла происходить и из соседних участков, где черепа зафиксированы раскопками (Рогачёв, 1962. С. 16). А через 20 лет сообщалось, что, по словам человека, вырывшего яму, у ее ЮЗ стены были разрублены два черепа (Рогачёв, Попов, 1982. С. 121). Зная дотошность А.Н. Рогачёва в ведении любых дел, окончательные показания хозяина усадьбы можно объяснить лишь неоднократными настойчивым расспросами, во избежание которых в дальнейшем он, наконец, сказал то, что от него хотели услышать. Обломки черепов обязательно попали бы в отвалы, поэтому приходится заключить, что их отсутствие среди других костей означает высокую вероятность того, что на западном участке черепов не было.

Положение большинства черепов в Костенках 11 — перевернутое или на боку, с разной ориентацией. Лишь положение черепов на кв. Ы-Ь-37-38 напоминает о позиции, преобладающей на большинстве поселений, — рострами вниз, лбом к середине жилища. Но неизвестно, вкопаны ли эти черепа в пол. Некоторые из них наклонены к середине жилища. Это признак потери черепами опоры, если они прикладывались к стенам жилища.

Черепа на поселениях среднеднепровского типа составляют непосредственное ограждение жилого пространства. В ряду с ними используются и другие кости . В жилище Мезина они вместе образуют плотный забор (Шовкопляс, 1965. С. 40-47), в жилище 1 Юдинова ограждение представлено практически лишь черепами (Сергин, 1974). В Костенках 11 по разным причинам сложно выделить кости, дополняющие в ограждении черепа. Но ярко выражена обкладка ограждения. Начнем ее описание с северной стороны, на которой значительно преобладают кости конечностей, хотя много и плоских костей.

Квадрат в-41 находится на участке, частично разрушенном хозяйственной ямой (рис. 2). В его ЮЗ четверти лежат две концевые части обрубленных бедренных костей. Одну из них перекрывает крупное ребро. С СВ стороны имеется еще один фрагмент ребра и часть большеберцовой кости, налегающей на лопатку, которая обращена гребнем вверх. К этой же группе разреженных костей можно причислить эпифиз бедренной кости, примыкающий с Зк черепу на кв. в-40, и крупную часть диафиза трубчатой кости у С края черепа. В общем расположении костей можно отметить, что обрубленные бедренные и лопатка ориентированы к середине жилища, а ребра, большеберцовая и диафиз лежат вдоль по внешнему краю обкладки. По внешнему краю участка и севернее имеется несколько мелких костей, фиксирующих древнюю поверхность на отметках около -130 см и чуть глубже от нулевой. Лопатка лежит на поверхности, З конец фрагмента бедра в ЮЗ углу квадрата приподнят, а остальные кости залегают, «зависая» над поверхностью.

Более компактная группа костей связана с небольшим пространством севернее черепа на кв. в-39-40. На череп налегает тазовая кость, возвышаясь над ним суставной чашкой. Вплотную к ней с В находится лопатка, на которую налегает большеберцовая кость с обломанным диафизом. С С на лопатку заходит передняя сторона нижней челюсти, залегающей зубами вниз. Западнее нее вдоль края обкладки лежит малая берцовая кость, и обе кости перекрыты лопаткой, обращенной гребнем вверх. С В от нижней челюсти имеется третья лопатка, лежащая гребнем вниз, и на обе кости налегает локтевая кость, ориентированная вдоль края обкладки. В ее отбитом конце имеется отверстие 7 х 3 см.

Линия из единичных костей по внешнему краю продолжена. В нее здесь входит нижняя челюсть. Отклонившаяся к С лопатка отчасти маскирует линию. Прослеживается закономерность, характерная для всей обкладки: кости внешнего края перекрывают кости, располагающиеся посередине, а те — кости внутреннего края. Глубина древней поверхности по нижним частям костей самой обкладки — около -140 см, верхние отметки костей — до -115 см. Кости к Ю от пары черепов, перечисляя с З: тазовая на кв. в-40-41, большеберцовая, еще одна тазовая, локтевая и спаренные локтевые, уходящие под второй череп, — не могли относиться к обкладке. Они входили в ограждение или устройство нижней части стены.

В часть описываемой дуги — наиболее однородная часть обкладки, состоящая из четырех небольших групп определенным образом уложенных костей конечностей и отдельных плоских костей. Учитывая плотность вновь описываемой группы, ее З край можно считать начинающимся с радиально расположенной локтевой кости на кв. в-г-39, перекрытой лопаткой (рис. 3). С В под лопатку заходит еще одна локтевая кость. Параллельно ей залегает плечевая кость. Ю конец локтевой кости налегает на другую лопатку, лежащую гребнем вверх, суставом к северу. Поверх нее и отчасти локтевой находится кость, отмеченная в списке Н.К. Верещагина как метаподий. В ЮЗ части кв. г-38 имеется лопатка, частично перекрытая уже упоминавшейся локтевой, находящейся в паре с плечевой костью. Налегание на З край описанной группы костей лопатки и локтевой кости служит намеком на более позднее ее появление.

Вплотную к описанным костям приложена следующая группа. В Ю части кв. г-38 и южнее горизонтально и параллельно друг другу лежат в направлении к СВ, вероятно, бедренная и плечевая кости. Под ними накрест залегает еще одна плечевая, а под плечевые заходит тазовая кость, лежащая суставной чашей вверх. У З ее конца под крутым углом углубляется крупная трубчатая кость, а Ю находится крупный фрагмент тазовой кости. Кости описанных двух групп залегают до глубины -150 см слоем около 30 см.

Непосредственно к ЮВ на кв. в-г-36-37 и немного далее располагаются еще две группы плотно сомкнутых костей (рис. 3). С З стороны, слегка налегая на край черепа, под углом залегает тазовая кость. К ней примыкает плечевая кость, направленная к В. Севернее, вплотную к ней, лежит еще одна плечевая и две менее определимые по плану кости, одна из которых заходит на другую. СВ четверть жилища в списке Н.К. Верещагина не отражена. Согласно В.В. Попову, на данном квадрате находились четыре плечевые кости (Попов, 2004. С. 166). Вторая группа состоит из трех костей, локализованных в основном на кв. в-36. Продолжая общую ориентацию вдоль края жилища, бедренная кость налегает на плечевую, а та — на еще одну плечевую. Поверх последней лежит фрагмент черепа с зубами. От нижней плечевой к ЮВ протянулась бедренная кость, как бы обозначающая край обкладки на кв. б-в-36. За ней имеется еще один фрагмент черепа. За черепом на кв.б-35-36 ту же роль, что и бедренная, играет бивень. Эти последние группы трубчатых костей, удачно названные В.В. Поповым «связками» (Попов, 2004. С. 166), залегают до глубины -160 см. Они возвышались над поверхностью до 25 см. Кости конечностей и бивень на кв. б-в-37, выходящие за пределы укладки «связок», не имели отношения к обкладке.

Перед описанием западной стороны обкладки необходимо сообщить о составе костей из ямы 1949 г. Из нее и выкида были собраны три крупных обломка лопаток с целыми суставами, локтевая, обломок локтевой, обломки большой и малой берцовой,

тазовой, четыре крупных обломка нижних челюстей, один зуб, фаланга, 12 обломков трубчатых длиной 20-40 см и сотни мелких обломков костей (Рогачёв, 1956. Л. 8). Судя по списку, костей в яме было относительно мало.

З четверть обкладки отличает наличие большого количества нижних челюстей и определенного способа их укладки. В связи с этим к ней отнесен поврежденный ямой участок на кв. а-в-42-43 (рис. 2). На нем с СВ под углом залегает тазовая кость. Над ее нижней частью лежит головка бедра. Возле суставной чаши таза на той же глубине — головка плечевой кости. Под ней проглядывает округлая кость — часть черепного свода или ветвь нижней челюсти. По сторонам от тазовой находятся две лучевые кости. Одна лежит на черепе, конец другой налегает на головку плечевой кости. К З от последней лежит фрагмент бивня, к В — ребро. К З от черепа на правой стороне лежит нижняя челюсть передней стороной к С. К ЮЗ от черепа на левой стороне подбородочным выступом к В лежит вторая нижняя челюсть. Между ней и крупной плечевой на внутреннем краю зажата левая половина нижней челюсти. Часть еще одной челюстной кости заметна под Ю краем лежащей тут же половины плечевой. В отбитом диафизе этой кости образовалось отверстие 6х5 см. По линии большой плечевой кости лежит бедренная, уходящая диафизом под плечевую (рис. 6), далее вплотную к ней — фрагмент плечевой и половина еще одной трубчатой кости.

Для участка характерно залегание нижних челюстей наряду с другими костями по внешнему краю, наличие линии из трубчатых костей по внутреннему, присутствие тазовой кости и различных мелких костей. Уровень нижней части костей колеблется от -130 см с южной стороны до -140 см посередине и несколько более глубокого на северном краю. С Ю верхние отметки костей на 50 см выше основания скопления, в средней — на 30 см, с С верхний уровень западает еще ниже. В сравнении с залеганием единичных костей вне участка и с костями на кв. в-41 данное скопление костей залегает, углубляясь в грунт. Это было отмечено при раскопках (Рогачёв, 1960. Л. 20, 21).

Учитывая строгую привязанность нижних челюстей к обкладке, одна-две нижних челюсти из ямы должны были находиться на З краю кв. а-42 (рис. 6). Продолжение выкладки нижних челюстей прослеживается до кв. Ь-41, но наиболее массово и эффектно челюсти представлены в группе костей на кв. Ю-Я-42-43. Шесть нижних челюстей в виде фестона выдаются к З, образуя своеобразную облицовку, перекрывающую другие кости. Из них нижняя челюсть, обозначенная на месте ямы, имеет восстановленное положение. В описании она фигурировать не будет. Челюсти залегают в позиции, знакомой по Межиричу, — зубами вниз, передней стороной наружу. Прослеживается и укладка в виде «сосенки». В отличие от Межирича, здесь одна из челюстей «сосенки» обращена зубами вверх.

Позади челюстей и частично под ними лежат кости конечностей и три-четыре лопатки. Лопатки подстилают центральную группу челюстей, трубчатые кости залегают радиально и выше, и ниже их. Между ветвей северной нижней челюсти лежит больше-берцовая кость. На СВ краю концами к середине жилища выдаются две локтевые кости, а севернее них — плечевая. Под ними залегают направленные к С обрубленная трубчатая кость и другие кости. На рис. 7 видны трубчатые кости, уложенные позади северной нижней челюсти. Большеберцовая заполняет пространство между ее ветвей. Из-под костей конечностей на соседнюю нижнюю челюсть заходит край лопатки, под ней ребро и еще какая-то кость. Использованы и другие кости. Учитывая их разнородность, кости

залегают максимально слаженно. Под упомянутой лопаткой отмечена еще одна нижняя челюсть (Рогачёв, 1960. Л. 19). Южнее указанных локтевых костей, у края нижней челюсти детеныша, имеется третья локтевая. Поверх нижней челюсти на кв. Ю-42 лежит плечевая кость. Рядом — обломки зубов и еще какая-то кость. Наиболее высоко выступающая кость — средняя нижняя челюсть в троичной «сосенке» (-62 см), остальные челюсти залегают в пределах от -78 до -105 см. Максимальный перепад уровней до 45 см, обычный — до 30 см.

На ЮЗ краю — обкладка наиболее широкая (рис. 4). Как на предшествующем участке, с внешней стороны кости образуют угол. Нижние челюсти от середины кв. Ю-42-43 до кв. Ь-41 располагаются четко по окружности. В СВ углу кв. Э-42 зубами вниз, подбородком к В лежит еще одна челюсть. Половина нижней челюсти находится в ЮЗ углу кв. Э-42, еще одна — к ЮВ от нее и, возможно, также половина налегает на переднюю часть ближайшей в том же направлении челюсти. Согласно А.Н. Рогачёву, на данном участке имеется 9 нижних челюстей (Рогачёв, 1960. Л. 16). Видимо, в качестве единиц учитывались и половины челюстей. Дуга из нижних челюстей является наиболее упорядоченным элементом скопления костей на данном участке и основой его структуры.

Наиболее многочисленны на участке большеберцовые и плечевые кости. Трубчатые кости, залегающие на внутреннем крае, в большинстве уходят под нижние челюсти и фрагмент черепа на кв. Э-42. Нет возможности детально описать их положение. Кости конечностей также радиально уложены между челюстями, и линия этих костей продолжается за пределы распространения челюстей. Участок выделяется и заметным присутствием мелких костей. Особенно много их на ЮЗ краю участка. Четко видно, что промежутки между крупными костями заполнялись, подчас с учетом их изгиба, костями мелких особей, ребрами, позвонками, отделившимися эпифизами, суставными и другими костями. Очевидно, это делалось для уплотнения обкладки с верхней по склону стороны. Вероятно, и плечевая кость у западного края обкладки не откатилась из развала жилища, как считается, а была положена на своем месте или ближе к обкладке с целью увеличить ее непроницаемость. Такова же, по-видимому, роль крупной бедренной кости на кв. Ы-Ь-41-42 и костей к В, ограничивающих обкладку с Ю стороны. Кости залегают в основном с уровня ниже -80 см, уровень основания в очень грубом определении около -100 см.

Далее к В, до кв. Ы-Ь-37, характер обкладки значительно меняется (рис. 4, 5). Наиболее существенным структурным элементом становятся небольшие группы сомкнутых плоских костей, помещенные с внутренней стороны. По другим признакам эта полоса делится на два участка. На первом — наряду с плоскими костями велико значение и крупных костей конечностей. Этим сохраняется преемственность с предыдущим участком. Но местоположение и роль костей конечностей здесь иные. З граница очередного участка может быть проведена между крайней нижней челюстью и плечевой костью на кв. Ь-41, а далее к Ю в обход с З двух крупных костей конечностей. С В стороны участок заканчивается З третью кв. Ы-39.

Лопатки и тазовые кости располагаются по внутреннему краю обкладки на небольшом расстоянии от черепов. Они состоят из двух компактных групп. В первой — три лопатки, залегая вверх гребнем, последовательно заходят друг на друга с З стороны. В В группе на тазовую и лопатку налегает одна, а на нее — другая лопатка. Поверх последней лежит край еще одной тазовой кости. С З она заходит под бивень и ложится на край

нижней лопатки первой группы. Эти детали показывают, в каком порядке укладывались кости описываемых групп. Кости В группы и нижняя лопатка З были уложены до момента появления перекрывшей их тазовой кости. После этого были уложены верхние лопатки З группы. Кроме последовательности укладки костей фиксируется то, что сам процесс составил шесть последовательных действий. Можно было бы расширить подобные наблюдения, включив различные кости, лежащие к Ю от групп плоских костей. Представляется, что выяснение внутренней «стратиграфии» костных скоплений способствовало бы пониманию того, как они формировались.

Кости конечностей залегают в средней и внешней частях обкладки. В средней части они ориентированы поперек обкладки и перекрывают ближайшие края плоских костей или налегают на них. От челюсти на кв. Ь-41 к В следуют: плечевая кость, большеберцовая, плечевая с надрубами на северном конце, плечевая с отверстием 11х8 см в отбитом конце и небольшая кость конечности, налегающая на среднюю по уровню лопатку. Вместе с нею, также в радиальном направлении, уложены мелкие удлиненные кости конечностей. С внешней стороны кости конечностей лежат по краю обкладки. На пересечении кв. Ы-Ь-41-42 — это бедро, севернее параллельно ему — возможно, плечевая. Следующие кости уложены также в два, но более сближенных ряда. Причем каждая последующая кость закрывает зазор между концами костей. Первая из них — локтевая, сросшаяся с лучевой, остальные — плечевые. На В стороне участка краевые кости конечностей приближаются к костям средней полосы и даже к плоским костям на кв. Ы-39-40. При этом они перекрывают Ю части трубчатых и плоских костей. На стыке данного участка с предыдущим образовался клин, свободный от крупных костей. Он-то и был в первую очередь заполнен мелкими костями. На З стороне участка кости залегают в пределах от -79 см до более -100 см, на В — от -83 см приблизительно до -110 см, т. е. в пределах 20-30 см.

Участок к В от кв. Ы-Ь-37-39 (рис. 4, 5), как отмечено, аналогичен только что описанному по наличию плотных групп плоских костей. Но на нем отсутствуют крупные кости конечностей. Вновь фиксируются челюстные кости, имеется бивень и несколько обломков ребер. По характерной разрозненности костей вне группировок тазовых и лопаток границу между участками можно провести, включая лопатку в ЮЗ углу кв. Ы-39. Под эту лопатку уходит сустав лопатки, обращенной гребнем к земле. Дистальный конец второй лопатки лежит на третьей лопатке, находящейся в СЗ углу кв. Ы-38. Суставом она ориентирована внутрь жилища, гребнем вверх. Четвертая лопатка, входящая в группу, также перекрывает предыдущую. Как и у двух первых лопаток, ее сустав направлен к З, гребень вверх. Промежуток между лопатками и ближайшим черепом заполнен двумя половинами нижних челюстей, а с другой стороны от лопаток вдоль внутреннего края залегают два крупных фрагмента костей конечностей, затем половина нижней челюсти и несколько мелких костей. Они находятся на одном уровне, по-видимому, уложены здесь. Использование нижних челюстей в обрамлении жилого пространства — специфическая деталь данной группы костей. В случаях перекрывания кость, расположенная севернее, уходит под более южную. Верхние отметки костей — около -104 см, низ очень приблизительно определяется на уровне -130 см.

Вторая группа также состоит из четырех плоских костей. Она примыкает с ЮВ к черепам. Крайней с ЮЗ залегает лопатка, обращенная гребнем вверх, суставом к Ю.

На нее заходит тазовая кость, обращенная суставной впадиной к северу. На ее край и край еще одной половины таза, расположенной севернее, налегает также половина таза. Своим суставом и плоскостью она заходит под С череп. Из-под Ю черепа на С заходит большеберцовая кость. Все кости имеют наклон к С. Южнее на внешнем краю обкладки лежат два ребра, маленькая кость конечности, нижняя челюсть и бивень, уходящий под челюсть своим основанием. На пространстве возле черепов верхний и нижний уровень залегания костей сближены от -120 см до -145 см.

Последний отрезок окружности, замыкающий жилое пространство, сохраняет близость с предшествующим участком по разреженности костей вне скоплений, а также по наличию нижних челюстей и лопаток. Но характерно присутствие четырех крупных костей конечностей. На кв. Ь-36 зубами вниз, передней стороной к западу залегает нижняя челюсть с ребром между ее ветвями. К СВ от нее плотно смыкаются ребро, позвонок и какие-то мелкие кости, затем две кости, одна из которых тазовая. Последняя в ряду — маленькая нижняя челюсть, лежащая зубами вниз. Любопытно отметить, что она и две челюсти, входящие в оформление края обкладки с ЮЗ от нее, ориентированы передней стороной по часовой стрелке, как и три лопатки, расположенные далее до кв. Ы-41.

В СЗ углу кв. Э-36 начинается более крупное скопление костей. Здесь с наклоном к С стоит плечевая кость и перпендикулярно ей с наклоном к З — большая берцовая. К ней с другой стороны примыкает отбитая до зубов передняя часть нижней челюсти. Севернее ее — крупная нижняя челюсть. Она лежит зубами вниз, передней стороной к северу. С З на нее налегает фрагмент плоской кости, а на плоскую — отбитый конец трубчатой кости. Сочленение этой кости лежит на лопатке, ориентированной суставом кЗ, гребнем вверх. На ней лежит фрагмент лопатки. Севернее лопатки находится локтевая кость, за ней еще одна лопатка, ориентированная подобно предыдущей. За лопаткой лежит локтевая кость. Ее проксимальное сочленение — на гребне лопатки. В локтевую кость упирается подбородочный выступ челюсти, отбитой до зубов. Со средней части кв. Я-36 до черепов зафиксированы лишь фрагмент плоской кости, обломок небольшой трубчатой, обломок дистального конца лопатки и несколько мелких обломков других костей. Восточнее, на кв. Я-35, расчищена нижняя челюсть с зубом и горизонтально лежащая крупная кость конечности.

Несмотря на малочисленность костей в промежутке от кв. Ь-37до кв. Я-35-36 и некоторую хаотичность их расположения, здесь также заметны признаки существования обкладки: наличие лопаток и костей конечностей, ориентированных к середине жилища по внутреннему краю обкладки и нижних челюстей на внешнем краю. Верхний и нижний уровни костей в скоплении на кв. Э-Ю-36 от -126 см до приблизительно -150 см. Севернее, до черепов, оба уровня снижаются приблизительно на 15 см. Углубление поверхности здесь резче.

Жилища поселений среднеднепровского типа еще слабо изучены. Фиксация многих деталей, необходимых для восстановления их облика и конструкции, не могла быть заранее предусмотрена. Перед раскопками стояла задача выполнения максимума работ. Документация их стоила огромных усилий, и в ней не могли найти места регулярные наблюдения, например, за характером перекрывания, налегания, касания костей, положения их в слое ограждающего сооружения и развала жилища. Каждое жилище имело оригинальные черты, но максимальные размеры и углубленность жилища Костенок 11 могли в чем-то значительнее отделять его конструкцию от устройства других жилищ. Коснемся здесь моментов, связанных с черепами и обкладкой.

Черепа, за исключением ЮВ пары, лежат в перевернутом виде на лобных костях, боку, занимая край углубления, которое в верхней по склону стороне составляло около 56 см, в нижней — до 30 см (Аникович, Попов, Платонова, 2008. С. 212). На краю котлована врыть черепа общепринятым способом — вниз бивневыми альвеолами — было невозможно, оставалось только положить их. В связи с этим было интересно установить, как соотносятся с пониженным ЮВ краем имевшиеся на нем черепа и как они закреплены.

А.Н. Рогачёв обратил внимание на то, что ЮЗ пара черепов значительно выдается внутрь жилища, и предположил, что черепа сползли по склону (Рогачёв, 1960. Л. 17). Но обкладка позади черепов не нарушена и в ней нет свободного участка, на котором могли бы располагаться черепа первоначально. Возникает вопрос, не были ли черепа приложены к стене жилища (что, по всей вероятности, широко использовалось в строительстве), а при ее разрушении завалились вперед? Но выдвинуты вперед и практически находятся вне обкладки ЮВ и СВ черепа. Между ограждающими конструкциями и черепами существует полоса, не заполненная выкладками из костей. В некоторой мере сходная особенность конструкции имелась у жилища 1 Юдинова. В нем обкладка, отойдя от окружности из черепов, описывает большую петлю и вновь соединяется с нею (Сергин, 1974. С. 237). Объяснение данного явления у этих жилищ может оказаться разным.

При возведении жилища использовались все крупные кости мамонта (Попов, 2004. Табл. 4). Причем в обкладке явно преобладают плечевые, большеберцовые кости, лопатки и нижние челюсти. Как следует из описания, группы однородных или одноименных костей (иногда и разнородных) образуют специфические структурные элементы, которые можно считать простейшими или первичными конструкциями. Они присутствуют на всем пространстве обкладки с большим количеством костей, кроме ЮЗ участка, где основу составляет дуга из нижних челюстей и, вероятно, кв. б-в-42 с недостаточно ясной структурой. Первичными конструкциями были «связки» из трубчатых костей и скопления из трех-пяти плоских костей, лежащих со взаимным перекрыванием. Вероятно, и «фестон» из нижних челюстей был первичной конструкцией, перекрывшей конструкцию из плоских костей. К первичным конструкциям с определенной технической целью и соблюдением намеченного порядка прикладывались другие кости. Участки обкладки различной протяженности приобретали те или иные сходные черты.

На ЮЗ краю обкладки имеется возможность в некоторой мере восстановить порядок появления основных групп костей. Дуга из нижних челюстей, протянувшаяся от «фестона» к ЮВ, была уложена единовременно, когда поверхность в данном месте была почти свободной от костей. Навстречу, от кв. Ы-40 до крайней нижней челюсти протягивается четкая полоса трубчатых костей, лежащих вдоль внешнего края и перпендикулярно ему. За ней сохраняется только ряд перпендикулярно ориентированных костей, лежащих менее регулярно между челюстями и на них. Они появились позднее нижних челюстей и показывают, что укладка костей могла охватывать соседние участки. К числу раньше всего появившихся костей обкладки относятся кости внутренней стороны, торчащие из-под других костей. На каждом участке строительство было не одноактным. Значительное отличие строения обкладки в С части от З и Ю свидетельствует, вероятно, о сооружении их разными людьми. Положение костей удостоверяет наличие обкладки с Ю к В стороне до кв. Ю-36 или Я-36. За ними в промежутке до черепов, должно быть, находился вход в жилище.

В первой интерпретации остатков жилища кольцевая полоса костей была принята за каркас костно-земляной стены, а черепа — за вероятную подкладку для жердей, на которые опиралась крыша (Рогачёв, Попов, 1982. С. 121). Еще раньше остовом земляной стенки считал выкладки жилища 1 Юдинова П.П. Ефименко (Ефименко, 1958. С. 206). Что могла представлять собой стена и как были использованы в ней кости — осталось неосвещенным. В ряде работ В.В. Попов развил и конкретизировал прежний подход. По его мнению, жилище окружала стена или крутой вал шириной в основании около 1 м и высотой 70 см. Для его сооружения была использована земля из котлована жилища. Отталкиваясь от принципа строительства земляных плотин, В.В. Попов предположил, что кладка из подобранных камней, укрепляющая крутой склон насыпи плотины, в случае Костенок 11 могла быть заменена кладкой из подручного материала — костей мамонта. Были выделены кости, игравшие ключевую роль в сооружении. Наклонные трубчатые кости первоначально должны были стоять вертикально и являлись стойками, а трубчатые, уложенные в теле вала горизонтально вдоль и поперек, служили связями между ними. Плоские кости использовались с внутренней стороны в качестве экрана, сдерживающего сползание грунта вниз. Остальные кости укладывали по секциям в процессе отсыпки вала (Попов, 2002. С. 91; 2004. С. 183, 184; Попов, Аникович, 2008. С. 213).

Насколько убедительна мысль о наличии кругового вала? Возможно, попытка детально рассмотреть подоснову теоретической модели по плану является слишком прямолинейной, но другого пути оценки ситуации как будто бы нет. На плане жилища схеме реконструкции соответствует небольшой юго-западный участок обкладки с поперечно и продольно лежащими костями. На северо-восточном участке кости в основном находятся в «связках». Так они не могли бы лечь при разрушении пространственно сложной фигуры. На юго-восточном участке трубчатые кости единичны, на западном в виде пучка торчат из-под нижних челюстей в середине жилища. В таком же положении, то есть не на предназначенном месте, находятся единичные и парные кости по внутреннему краю кольцевой структуры. Многие трубчатые кости мелковаты для стоек, а имеющиеся крупные очень малочисленны или залегают не там, где можно было бы ожидать. Плоские кости не образуют, как следовало бы, сплошного ряда вдоль внутреннего края обкладки. Возникают вопросы и в отношении заполнения вала костями: зачем было выкладывать под засыпку «фестон» из нижних челюстей, а рядом дугу из единичных челюстей? На юго-западном участке среди крупных костей отмечены выкладки из мелких костей, заполняющих свободные пятна поверхности. Если бы кости были положены в грунт на один из уровней засыпки вала, при постепенном его разрушении они не могли бы ни сохранить, ни приобрести выразительный порядок. За малым исключением, кости обкладки, по-видимому, находятся там, где их уложили на землю или на другие кости. Лишь поставленные кости могли изменить угол наклона или лечь.

Предположение о возможном существовании земляной стены или вала возникло в связи с уверенностью в том, что без земляного покрова кости мамонта не имели бы наблюдаемой степени сохранности (Рогачёв, 1962). Но раскопан ряд аналогичных жилищ, на которых обкладка едва представлена или отсутствовала (Добраничевка, Гонцы, жилище 5 Юдиново). Сохранность костей у них не уступает Костенкам 11. Подбор костей на участках и их укладка свидетельствуют о стремлении усилить плотность обкладки. Но без заполнения промежутков между костями землей обкладка не могла бы защитить

жилище от склонового стока. И вместе с тем этого, по-видимому, было достаточно, и более мощное сооружение не требовалось. Судя по однообразно-суглинистому составу породы, заполнившей котлован и покрывшей кости обкладки, склоновый смыв был энергетически слабым.

Засыпку обкладки землей трудно обосновать. Единичные «зависающие» кости на северном краю — недостаточный аргумент для обкладки в целом. В связи с глубоким выветриванием части костей более вероятными представляются два варианта погребения обкладки. 1. Обкладка была присыпана землей, и интенсивное выветривание возвышающихся костей отражает момент ее размыва до того, когда она была покрыта склоновыми осадками. 2. Если кости не были засыпаны полностью, выветривание могло означать медленное захоронение обкладки.

43 42 АО 3 9 38 37 36 35

Рис. 1. Костенки 11 (1а). Кости мамонта в остатках жилища. Заливкой обозначены черепа/

42 ¿ц ¿10 39

0 о

/Т \ лШ^ ^_^ с^ ШР \\ ]

Ш 1 *

2 fЗ ?4

Рис. 2. Костенки 11 (1а). Северо-западный край жилища. Обозначения для данного и следующих рисунков: 1 — кость с пятном выветривания; 2 — черепная труха; 3 — наклон костей до 30 градусов; 4 — наклон костей свыше 30 градусов. Черепные кости обведены жирной линией.

38 37

Рис. 3. Костенки 11 (1а). Северо-восточный край жилища.

Рис. 4. Костенки 11 (1а). Юго-западный край жилища.

38 37 3S

Рис. 5. Костенки 11 (1а). Южный край жилища.

Рис. 7. Костенки 11 (1а). Укладка костей на кв. Я-42-43. ^ Фото А.Н. Рогачёва.

43 42

I * / /* / 1 г Ф

§

да

г г" 1'

шк \ / /| / * * .

Рис. 6. Костенки 11 (1а). Западный край жилища.

Информация о статье

Автор: Сергин Виктор Яковлевич — ФГБУН Институт археологии РАН, Москва, Россия, tatjanasergina@ inbox.ru

Название: Кости мамонта обкладки жилища Костенок 11 (1а) и их возможное назначение Резюме: Основой строения кольцевой структуры в Костенках 11 (1а) являются плотные группы из нескольких однородных костей мамонта. С добавлением других костей они превращались в более крупные скопления, состоящие из разнородных костей. Нет основания считать, что первоначально кости были заложены в земляной вал, при разрушении которого спроецировались на свое место.

Ключевые слова: жилища, кости мамонта, группы костей, земляной вал.

Литература

Аникович, Попов, Платонова, 2008 — Аникович М.В., Попов В.В., Платонова Н.И. Палеолит Костенковско-Борщевского района в контексте верхнего палеолита Европы // Труды Костенковско-Борщевской археологической экспедиции ИИМК РАН. Вып. 1. СПб., 2008. 304 с.

Верещагин, 1960 — Верещагин Н.К. Опись костей мамонта, обнаруженных в верхнем культурном слое пункта А Аносовской 2 стоянки (Костенки11) // Архив ИИМК. 1960. Ф. 35. Оп. 1. Ефименко, 1958 — ЕфименкоП.П. Костёнки 1. М.; Л., 1958. 470 с.

Пидопличко, 1976 — ПидопличкоИ.Г. Межиричские жилища из костей мамонта. Киев, 1976. 238 с. Попов, 2002 — Попов В.В. Жилища аносовско-мезинского типа на стоянке Костенки 11 // Хронология и периодизация верхнего палеолита Восточной Европы. Воронеж, 2002. С. 4-12.

Попов, 2004 — Попов В.В. Кости мамонта в конструкции жилища аносовско-мезинского типа на стоянке Костенки 11 (Аносовка 2) // Stratum plus. 2003-2004. № 1. С. 157-186.

Рогачёв, 1956 — Рогачёв А.Н. Отчет о работах палеолитической экспедиции ИИМК 1956 г. // Архив ИА. 1956. Р-1. № 1327.

Рогачёв, 1960 — Рогачёв А.Н. Отчет о работе палеолитической экспедиции в 1960 г. // Архив ИА. 1960. Р-1. № 2213.

Рогачёв, 1962 — Рогачёв А.Н. Об аносовско-мезинском типе палеолитических жилищ на Русской равнине // КСИИМК. 1962. Вып. 92. С. 12-17.

Рогачёв, 1966 — Рогачёв А.Н. Отчет об исследовании Костенок в 1966 году // Архив ИА. 1966. Р-1. № 3307. Рогачёв, Попов, 1982 — Рогачёв А.Н., Попов В.В. Костенки 11 (Аносовка 2) // Палеолит Костенковско-Борщевского района на Дону (1879-1979). Некоторые итоги полевых исследований / Под ред. Н.Д. Праслова, А.Н. Рогачёва. Л., 1982. С. 116-132.

Сергин, 1974 — Сергин В.Я. О размере первого палеолитического жилища в Юдинове// СА. 1974. № 3. С. 236-240. Шовкопляс, 1965 — Шовкопляс И.Г. Мезинская стоянка. К истории среднеднепровского бассейна в позднепа-леолитическую эпоху. Киев, 1965. 328 с.

Author: V.Ya. Sergin

Title: Mammoth bones from the dwelling facing at Kostenki 11 (1a) and their possible function Abstract: Dense groups of several homogeneous mammoth bones are the construction basis of a ring structure at Kostenki 11 (1A). Combined with bones they turned into larger groups of heterogeneous bones. There is no reason to believe that initially these bones were embedded in a ground shaft, which destruction has resulted in the bone projections into their places.

Keywords: dwelling, mammoth bones, bone assembladges, dwelling facing.