Можжевеловые леса и редколесья полуострова Абрау (Северо-Западный Кавказ)

УДК 581.526.42 Е.И. Кузнецова

МОЖЖЕВЕЛОВЫЕ ЛЕСА И РЕДКОЛЕСЬЯ ПОЛУОСТРОВА АБРАУ

В статье изложена современная проблематика реликтовых ксерофильных средиземноморских можжевеловых лесов и редколесий полуострова Абрау. Приводится характеристика основных групп ассоциаций можжевеловых сообществ, основанная на 11-летних исследованиях автора. В настоящее время можжевеловые леса и редколесья подвергаются сильному антропогенному прессу, в связи с чем для сохранения этих уникальных сообществ рекомендуется создание на территории полуострова Абрау заповедника.

Ключевые слова: реликтовые можжевеловые сообщества, уникальность, характеристика сообществ, антропогенное воздействие, проблемы охраны.

Введение. Северо-западная оконечность Большого Кавказа, в пределах которой расположен полуостров Абрау, — единственное место в России, где произрастают реликтовые ксерофильно-среди-земноморские сообщества из можжевельников высокого (Juniperus excelsa1), вонючего (J. foetidissima) и красного (J. oxycedrus). Они образуют нижний горный пояс шириной 1—1,5 км с абсолютной высотой от 0 до 150—200 м, занимая преимущественно крутые, сухие, щебнистые склоны южных румбов. Именно здесь сосредоточено основное флористическое и фитоценотическое богатство региона.

Благоприятные для развития рекреации и туризма природные условия района и наличие здесь морских пляжей приводят к тому, что можжевеловые леса и редколесья полуострова подвергаются сильному антропогенному прессу. Между тем эти сообщества быстро разрушаются под влиянием даже незначительного антропогенного воздействия и очень медленно восстанавливаются.

Несмотря на значительное число публикаций, посвященных флоре и растительности полуострова и близлежащих территорий, в настоящее время работы по детальной характеристике можжевеловых сообществ исследуемой территории автору неизвестны.

Цель статьи — обратить внимание исследователей и общественности на уникальность рассматриваемых сообществ и необходимость сохранения их как объектов биоразнообразия, объектов, представляющих фитосозологический, экологический, фитоценотический, ботанико-географический, научный и ландшафтно-эстетический интерес.

Объекты и методы исследования. Материалом послужили данные исследований, проведенных автором на территории п-ова Абрау в течение 14 лет (с 1992 по 2005 г.). По стандартной методике геоботанических описаний в поясе можжевеловых лесов и редколесий было описано 59 пробных площадей для выявления особенностей состава и струк-

туры исследуемых сообществ. Кроме того, проведен сравнительный анализ аэрофотоснимков 1948 и 1986 гг., что позволило проследить динамику состояния растительного покрова можжевеловых сообществ, а также изменений, происшедших на занимаемых ими площадях.

Ниже приводятся характеристики современного состава и структуры сообществ наиболее распространенных групп ассоциаций можжевеловых лесов.

1. Можжевеловая злаковая на пологих (0—10°) склонах. Сообщества этой группы в исследованном районе приурочены к пологим южным склонам побережья и встречаются лишь на территории пос. Большой Утриш.

Древесный ярус представлен можжевельником высоким высотой 6—8 м и диаметром 30—40 см, отдельные экземпляры достигают 10 м с диаметром стволов 50—80 см. Единичны можжевельник красный, можжевельник вонючий, фисташка тупо-листная. Сомкнутость крон 0,5—0,7. Подрост очень редкий и представлен лишь отдельными экземплярами можжевельника высокого. В подлеске — держидерево (Paliurus spina-christi), роза собачья (Rosa canina), терн (Prunus spinosa) и жасмин кустарниковый (Jasminum fruticans). Травяной ярус разрежен и характеризуется пятнистостью и присутствием большого количества сорных видов из-за того, что этот тип сообществ наиболее сильно подвержен антропогенному прессу. Его проективное покрытие (ПП) — от 3 до 20%, характерны: Achnatherum bromoides, Cerastium holosteoides, Asparagus verticilla-tus, Physospermum cornubiense, Cuscuta planiflora, Bup-leurum rotundifolium, Sisymbrium officinale, Anisantha sterilis, Lagoseris sancta, Lolium perenne, Pyrethrum po-teriifolium. Общее число видов в травостое сообществ данной группы 28.

2. Дубово-можжевеловая с подлеском из грабинника и держидерева редкотравная (реже злаково-разнотравная) на пологих (5—15°) склонах. Сообщества этой группы занимают относительно пологие

1 Названия растений приведены по С.К. Черепанову [3].

участки склонов южной и юго-западной экспозиции на высоте 10—50 м над ур. м., местами поднимаясь до абсолютной высоты 100 м.

В древесном ярусе высотой от 3 до 5 м преобладают можжевельник высокий (2—7 единиц) и дуб пушистый (3—8 единиц); единичны: фисташка ту-полистная, можжевельник красный, ясень крас-ноплодный (Fraxinus oxycarpa). Сомкнутость крон древесного яруса сильно варьирует — от 0,1 до 0,4. Подрост редкий и состоит из можжевельников, приуроченных к "окнам", а также из грабинника (Carpinus orientalis), реже — дуба пушистого, ясеня красноплодного.

Отличительная черта этой группы ассоциаций — наличие густого подлеска из грабинника, держидерева и скумпии (Cotinus coggygria) высотой 1,5—2,5 м и сомкнутостью до 0,5. Грабинник нередко приобретает здесь стелющуюся форму. В нижнем ярусе подлеска типичны жасмин кустарниковый и иглица понтийская (Ruscus aculeatus).

Характерная черта травяного покрова — неравномерность распределения. Основная часть видов приурочена к "окнам", где ПП составляет 20—50%. Наиболее часто встречаются: Achnatherum bromoi-des, Alyssum obtusifolium, A. murale, Teucrium polium, Agropyron cristatum, Anisantha tectorum, Campanula komarovii, Linum corymbulosum, L. tenuifolium, Asparagus verticillatus, Cruciata laevipes. Общее число видов в травостое сообществ данной группы 53.

3. Дубово-можжевеловая разнотравная или ред-котравная на склонах крутизной 20—30°. Сообщества этой группы ассоциаций занимают чаще всего нижние части склонов щелей на абсолютных высотах 40—100 м и приурочены в основном к склонам западной, северо-западной и северной экспозициям крутизной 20—30°.

Древесный ярус сложен преимущественно можжевельником высоким (от 6 до 7—8 единиц) с высотой 5—6 м и диаметром ствола 20—35 см. Характерная черта древостоя — наличие в нем дуба пушистого (от 2 до 4 единиц) высотой 5—6 м и ясеня красноплодного. Нередко встречается фисташка, единично — можжевельник вонючий и красный. Сомкнутость крон 0,3—0,5, реже 0,6. В редком подросте отмечен дуб пушистый, можжевельник высокий, грабинник, ясень красноплодный, можжевельник красный.

Подлесок богат видами, в нем преобладают: держидерево, скумпия, грабинник, роза собачья, жасмин кустарниковый, реже бересклет бородавчатый (Euonymus verrucosa), терн, калина гордовина (Viburnum lantana). Сомкнутость подлеска неравномерна и составляет от 0,1—0,2 (под кронами деревьев) до 0,3—0,5 (в "окнах").

Травяной покров характеризуется неравномерностью распределения, степень его проективного покрытия зависит от степени сомкнутости крон древесного и кустарникового ярусов. ПП варьирует от 3 до 50%. Наиболее распространены: Achnathe-

rum bromoides, Dactylis glomerata, Lazer trilobum, Poa angustifolia, Poa bulbosa, Pyrethrum poteriifolium, Smyr-nium perfoliatum, Phleum pratense, Torilis japonica, Dic-tamnus caucasicus, Galium aparine, Piptatherum veres-cens, Brachypodium sylvaticum, Aegonychon purpureo-ca-eruleum. Общее число видов в травостое сообществ данной группы 32.

4. Можжевеловая жасминовая злаково-разнотрав-ная на крутых (20—45°) склонах. Сообщества этой группы распространены достаточно широко, встречаются на абсолютной высоте от 50 до 100—200 м на склонах с крутизной 20—45° и преимущественно западной и северо-западной, реже юго-западной экспозиции.

Основной доминант и эдификатор древесного яруса — можжевельник высокий (5—8 единиц) с высотой 4—6 м и диаметром стволов 20—35 см. Нередко в примеси присутствуют фисташка тупо-листная, дуб пушистый, ясень красноплодный, мож-жевельники красный и вонючий. Сомкнутость крон древесного яруса от 0,3 до 0,5. В подросте — можжевельник высокий, грабинник, дуб пушистый.

Подлесок двухъярусный. Верхний подъярус разрежен (сомкнутость 0,1—0,3) и состоит из скумпии, держидерева, грабинника, розы собачей, пузырника (Colutea cilicica), кизила обыкновенного (Cornus mas). Нижний подъярус подлеска хорошо развит и представлен жасмином кустарниковым, образующим пятна диаметром от 1 до 3 м, его высота 0,5—1 м, сомкнутость 0,1—0,8.

Травяной покров хорошо развит лишь на участках, свободных от жасмина. ПП варьирует от 10 до 40%, его характерная особенность — богатство видами, мозаичность и неравномерность распределения. Наиболее часто встречаются: Achnatherum bromoides, Lazer trilobum, Salvia ringens, Veronica multifida, V. filifolia, Securigera varia, Geranium ro-bertianum, Teucrium polium, Seseli ponticum, Hypericum perforatum, Allium atroviolaceum, Melica transsil-vanica, Cruciata laevipes, G. mollugo, Pyrethrum poteriifolium, Piptatherum verescens, Tordylium maximum. Общее число видов в травостое данных сообществ 69.

5. Можжевеловая злаковая или разнотравно-злаковая на сухих, сильнощебнистых склонах южных румбов крутизной 15—45°. Сообщества этой группы встречаются преимущественно на абсолютной высоте от 10—20 до 200 м, местами поднимаясь до 300 м.

Древесный ярус сложен можжевельником высоким (7—10 единиц) с высотой 3—5 м и диаметром стволов 15—35 см. В примеси к нему отмечены можжевельник вонючий (до 3 единиц), реже — можжевельник красный (до 1—2 единиц). Нередко встречаются фисташка туполистная, дуб пушистый, ясень красноплодный, сумах дубильный. Сомкнутость крон 0,2—0,4, местами до 0,5. В сообществах этого типа отмечается значительное количество сухостоя (до 50%). Подроста мало — единичные

экземпляры можжевельников высокого и вонючего, реже красного.

Подлесок развит слабо. Для его верхнего подъ-яруса характерны: держидерево, скумпия, реже кизил, грабинник. Единичны: жимолость этрусская (Lonicera etrusca), бересклет бородавчатый, акация пузырчатая, роза собачья, скумпия, ежевика иберийская (Rubus ibericus). Сомкнутость верхнего подъ-яруса составляет 0,1—0,2, редко 0,3, высота до 2 м. В нижнем подъярусе высотой 0,5—0,7 м доминирует жасмин кустарниковый, под пологом деревьев — иглица понтийская. Сомкнутость от 0,1 до 0,4.

Проективное покрытие травяного покрова составляет 10—30%. Характерные отличия — мозаич-ность его сложения и богатство видами за счет сильной разреженности крон древесного яруса, а также за счет присутствия здесь наряду с типичными представителями можжевеловых сообществ многочисленных видов, характерных для очень сухих, остепненных склонов. Преобладают злаки: Achna-therum bromoides, Melica transsilvanica, Agropyron cristatum, Aegilops biuncalis, Aegilops cylindrica, Festuca valesiaca, Brachypodium sylvaticum, B. Pinnatum, Anisantha tectorum, Dactylis glomerata, Piptatherum verescens, P. holciforme, Brizochloa humilis, нередки Stipa lessingiana и Stipa pulcherrima. В составе разнотравья: Orlaya daucoides, Teucrium polium, T. ñha-maedrys, Alyssum murale, A. obtusifolium, A. ñalycinum, Asparagus verticillatus, Pyrethrum poteriifolium, Veronica filifolia, Lazer trilobum, Campanula komarovii, Allium atroviolaceum, Hypericum perforatum, Hypericum lydium, Fibigia eriocarpa, Scandix grandiflora, Dictam-nus caucasicus, Galium mollugo, Salvia ringens. Общее число видов в травостое сообществ данной группы 175.

6. Можжевеловая или дубово-можжевеловая на очень крутых (35—50°) приморских осыпных склонах.

Сообщества этой группы приурочены к склонам южных румбов и встречаются фрагментарно, не занимая значительных площадей.

Характерная черта древесного яруса — его низкая сомкнутость (< 0,1). Преобладает можжевельник высокий, в примеси — дуб пушистый. Встречаются также можжевельники вонючий и красный. Высота древесного яруса около 2 м, реже до 3 м. Вследствие неблагоприятных условий произрастания деревья здесь имеют искривленные стволы и кроны зонтиковидной формы. В подросте — можжевельники высокий, красный, вонючий, дуб пушистый. Подлесок также разрежен и состоит из грабинника и сумаха дубильного (Rhus coriaria). Часто встречаются пятна или единичные экземпляры жасмина.

Особый интерес в этих сообществах представляет травяной покров. Для него характерна флора приморских скал и обрывов, преобладают расте-ния-петрофиты и кальцефилы. Степень проективного покрытия составляет 3—15%. Отличительной чертой травяного покрова является также наличие

в его составе большого количества эндемичных видов, характерны: Veronica filifolia, Astragalus utriger, Seseli ponticum, Sideritis taurica, Hypericum lydium, Campanula komarovii, Onosma polyphylla, Cephalaria uralensis, Salvia ringens, Festuca valesiaca, Pimpinella tragium, Iberis simplex, Stipa lessingiana, Stipa pulcherrima, Teucrium polium, T. chamaedrys, Brachypodium pinnatum, Linum tenuifolium, Laser trilobum, Poa ste-rilis, Briza elatior, Asperula taurica, A. lipskyana. Общее число видов в травостое сообществ данной группы 49.

Все можжевеловые сообщества п-ова Абрау имеют общие особенности:

а) естественная разреженность древесного яруса (обычно от 0,1 до 0,4), вследствие чего нижние ярусы испытывают его слабое влияние, а после его утраты в большинстве случаев могут самостоятельно продолжать свое существование и преобразуются в сообщества уже других типов растительности;

б) деревья можжевеловых редколесий имеют своеобразную форму роста: ствол часто искривлен, а крона в большинстве случаев хорошо развита, зонтиковидной формы, нередко спускается до самой земли. Результатом неблагоприятных условий среды является и сравнительно низкая высота деревьев (3—5 м, редко до 8 м) при оптимально возможной 10—16 м. Древесный полог разновозрастный, что В.А. Поварницын объясняет неблагоприятными условиями местообитания, которые не позволяют можжевельникам возобновляться ежегодно [2];

в) травяной покров характеризуется большим флористическим разнообразием, мозаичностью и различием в проективном покрытии под кронами деревьев и на открытых участках. В его составе доминируют ксерофильные или гемиксерофильные виды. Число видов в различных группах ассоциаций колеблется от 28 до 175.

Анализ материала. По данным наших исследований, флора реликтовых ксерофильно-средизем-номорских можжевеловых сообществ полуострова содержит более 548 видов сосудистых растений (что составляет 73% всей флоры п-ова Абрау), относящихся к 302 родам, 67 семействам. Это достаточно много, если учесть, что площадь, занятая ксерофильно-средиземноморскими можжевеловыми сообществами, составляет не более 15% площади всего полуострова.

Наиболее представительны по числу видов 5 семейств: Asteraceae (87 видов), Fabaceae (53 вида), Poaceae (52 вида), Brassicaceae (38 видов), Lamia-ceae (35 видов). На них приходится почти 50% всей флоры можжевеловых сообществ.

Во флоре описываемых сообществ насчитывается 46 эндемиков (76% всех эндемичных видов п-ова Абрау), из них 7 узколокальных новороссийских эндемиков: Erysimum callicarpum, Campanula komarovii, Cleome iberica, Agropyron cristatum, Veronica filifolia, Seseli ponticum, Sideritis taurica. Доля

эндемичных видов в сложении флоры ксерофиль-но-средиземноморских сообществ полуострова составляет 8,4%. В их флоре также присутствуют 10 третично-реликтовых видов: Pinus pityusa Stev, Juniperus exelsa Bieb, Juniperus foetidissima Willd, Pistacia mutica Fisch. & C.A. Mey, Mespilus germanica L, Cotinus coggygria Scop, Rhus coriaria L, Acer laetum C.A. Mey, Hedera helix L, Viburnum lanta-na L, из которых первые четыре являются эди-фикаторами сообществ. Значительное число видов подлежит государственной охране (27 видов растений, в числе которых можжевельники высокий и вонючий, занесены в Красные книги СССР и РСФСР, 5 видов — в Красную книгу Краснодарского края) [1].

Анализ аэрофотоснимков 1948 и 1986 гг. показал, что прибрежные можжевеловые сообщества в 1948 г. занимали большие площади, чем в 1986 г., так как вырубок в местах их произрастания практически не было, чему способствовала пересеченная местность с крутыми горными склонами, а также отсутствие дорог в районе побережья.

Строительство дорог сильно повлияло на характер и темп изменений, происходящих в растительном покрове полуострова. Если в 1948 г. на территории, охватывающей южный макросклон хр. Навагир, дороги проходили лишь по вершине хребта и антропогенное воздействие на прибрежные можжевеловые сообщества было невелико, то в начале 70-х гг. для строительства на побережье баз отдыха была проложена шоссейная дорога от Новороссийска. В 80-х гг. на побережье развернулось активное строительство турбаз и домов отдыха, построенных преимущественно на месте сведенных реликтовых можжевеловых и фисташково-можжевеловых сообществ. По лесоустроительным данным, за последние 20 лет в Новороссийском мехлесхозе было вырублено 538 га можжевеловых редколесий для обустройства зон отдыха.

Значительный вред наносят реликтовым сообществам неорганизованные туристы. Выбирая самые живописные уголки побережья, более пологие склоны (а именно здесь встречаются высокие старые можжевельники, возраст которых более 250—300 лет), они рубят и ломают деревья и кустарники, вытаптывают травяной покров и подрост, собирают редкие и лекарственные растения, разводят костры, оставляют мусор. В результате исчезают эндемичные и реликтовые растения, в сообществах появляется большой процент сорных видов, ухудшается санитарное состояние сообществ. В легкодоступных для туристов местах побережья отмечается особенно большой процент сухих и усыхающих экземпляров можжевельника высокого.

Отрицательно воздействует на можжевеловые сообщества также нерегулируемый выпас скота, который вытаптывает и поедает молодой подрост и травянистые растения, ломает деревья и кустарники, уплотняет поверхность почвы.

Во время эксперимента по террасированию склонов и искусственному лесонасаждению, проводившемуся в районе полуострова в 80-х гг., естественная можжевеловая растительность на некоторых участках южных склонов была уничтожена, а вместо нее произведены посадки сосны крымской, которая на значительных площадях погибла. Результаты эксперимента оказались прямо противоположны ожидаемым: в этих местах резко активизировались эрозионные процессы.

Наконец, бич прибрежных можжевеловых лесов и редколесий — пожары, которые в условиях летнего сухого периода для них особенно губительны. Крутые горные склоны зачастую недоступны для наземной пожарной техники, поэтому попытки ликвидировать очаги пожара чаще всего не дают результатов. Так, в 1993 г. в районе одной из турбаз пожар выжег около 1,5 га можжевеловых сообществ, в 2000 г. в устье Лобановой щели — около 3 га можжевеловых редколесий. Многолетние наблюдения на пробных площадях, подвергшихся пожару, показали, что можжевеловые сообщества трудно поддаются восстановлению. И если после пожара в древесном ярусе редколесий может восстановиться фисташка, не сгорающая полностью, корневой порослью восстанавливается дуб пушистый, то можжевельники сгорают практически без восстановления. Лишь при мелкоочаговом характере пожара сохранившиеся фрагменты можжевеловых сообществ являются источником семенного материала для их дальнейшего возобновления. Места выгоревших можжевеловых сообществ зарастают ксерофильными кустарниками с преобладанием держидерева. Травяной покров сообществ, подвергшихся пожару, достаточно быстро восстанавливается. В нем всегда доминирует чий костровый.

Антропогенное воздействие на можжевеловые сообщества привело к замене их во многих местах зарослями грабинника и ксерофильных кустарников. По лесотаксационным данным, в начале 60-х гг. можжевеловые сообщества занимали на территории Анапского, Новороссийского и Геленджик-ского мехлесхозов более 4,5 тыс. га, а к 1986 г. их осталось лишь около 2 тыс. га. Вырубка фисташ-ково-можжевеловых лесов и редколесий, произрастающих преимущественно на крутых южных склонах, приводит к усилению эрозионных процессов. Не менее важно также санитарно-гигиеническое значение этих сообществ. Они обогащают воздух антисептическими веществами. Один гектар можжевелового леса выделяет за день до 30 кг фитонцидов [1].

Выводы. 1. Анализ современного состояния можжевеловых сообществ показал, что сообщества п-ова Абрау по сравнению с другими районами северо-западного побережья Черного моря характеризуются более слабой антропогенной нарушен-ностью, что дает возможность использовать этот район в качестве эталона при оценке экологиче-

ского состояния средиземноморских ландшафтов, подвергающихся активному преобразованию со стороны человека.

2. Необходимо оценить предельно допустимые рекреационные нагрузки на территорию полуострова и ограничить приток туристов, чтобы избежать деградации сообществ под действием массового отдыха.

3. Для сохранения реликтовых восточносреди-земноморских ксерофильных лесов и редколесий п-ова Абрау необходимо безотлагательно выделить участки уцелевших можжевеловых сообществ в ре-

зерваты — хранители богатейшего гено- и цено-фонда, где должны быть проведены исследовательские, оздоровительные и восстановительные работы с целью остановки процесса их деградации. Наиболее разумным нам представляется создание на территории п-ова Абрау заповедника.

Автор благодарит доцента кафедры биогеографии географического факультета МГУ Е.Г. Суслову, а также А.П. Серегина, в разные годы принимавших участие в сборе гербария, за помощь в его определении.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Литвинская С.А. Растительность Черноморского побережья России (средиземноморский анклав). Краснодар, 2004.

2. Поварницын В.А. Типы лесов Черноморского побережья между районами Сукко и Пшадой // Тр. Бот.

Кафедра биогеографии географического факультета МГУ: аспирант, e-mail: norka34@rambler.ru

ин-та АН СССР. Сер. 3. Геоботаника. 1940. Вып. 4. С. 643—707.

3. Черепанов С.К.Сосудистые растения России и сопредельных государств (в пределах бывшего СССР). СПб.: Мир и семья, 1995.

Поступила в редакцию 27.12.2006

E.I. Kuznetsova

JUNIPER FORESTS AND WOODLANDS

OF THE ABRAU PENINSULA

Actual problems of the relic xerophyte Mediterranean forests and woodlands of the Abrau Peninsula are discussed. Main groups of associations of juniper cenoses are described basing on the 11 years of studies carried by the author. At present juniper forests and woodlands are expected to severe anthropogenic pressure. In order to protect these unique cenoses a natural reserve should be established within the Abrau Peninsula territory.

Key words: relikt juniper communities, unicities, characteristic of communities, antropogenic influence, problems of protection.