Проблемы методологии формирования категориально-понятийного аппарата юридической науки

УДК 340.113

Николай Иванович Панов,

д-р юрид. наук, профессор, академик НАПрН Украины, Национальный юридический университета имени Ярослава Мудрого, г. Харьков

ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ ФОРМИРОВАНИЯ КАТЕГОРИАЛЬНО-ПОНЯТИЙНОГО АППАРАТА ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКИ

Статья посвящена проблеме формирования понятийного аппарата юридической науки. Анализируется общий и универсальный диалектический метод восхождения от абстрактного к конкретному и от конкретного к абстрактному, рассматривается роль логико-гносеологических процедур «абстракция-идеализация»,

«абстракция-отождествления» и категории «конкретное» в формировании категорий и понятий права, обосновывается, что категории и понятия присущи понятийному аппарату как общетеоретических, так и отраслевых юридических наук.

Ключевые слова: категориально-понятийный аппарат; категории права; понятия права; абстрагирование; абстракции идеализации; абстракции отождествления; доктринальные, легальные категории и понятия права.

1. Юридическая наука по своему содержанию представляет собой относительно развитую систему упорядоченных знаний о государственно-правовых явлениях, закономерностях их функционирования и развития. Системообразующими элементами этой науки выступают гипотезы, правовые идеи и теории (специальные теории), концепции, методы, методики и принципы научного познания, правовые институты, нормы и юридические конструкции, факты и явления правовой реальности. Как отрасль специфических знаний, юридическая наука имеет присущую ей упорядоченную систему взаимосвязанных и взаимодействующих понятий и категорий, которые по своей сути и содержанию определяются объектом (предметом) этой науки и одновременно обеспечивают логико-юридическую организацию знаний в сфере государства и права. В своем единстве правовые понятия и категории образуют категориально-понятийный аппарат этой науки1. Одновременно она выступает источником формирования своего понятийного аппарата2. Правовые категории и понятия отражают определенный уровень (срез) знаний (информации) в области государственно-правовых явлений независимо от того, включены ли они или нет понятия в позитивное право - законы или подзаконные нормативно-правовые акты. Эти научные правовые образования, как результат научного познания, безусловно, всегда предшествуют их официальному (нормативно-правовому) признанию и закреплению в правовой материи в процессе правотворчества. Поэтому вызывает сомнение обоснованность утверждения, что понятия считаются правовыми только с помощью правовых норм, что в области права признаются («имеют авторитет») только те из них, которые установлены законодательством [12, с. 28-30; 13, с. 140-141]. Такая позиция, по-существу, ведет к игнорированию активной роли правовой науки (а также юридической практики) в разработке ее понятийного аппарата, не отражает ее активного влияния на правотворчество, и поэтому с ней нельзя согласиться.

Правовые понятия - это основные единицы умственной деятельности человека (его знаний), отражающие существенные, общие (типовые) и отличительные признаки

1 Конструкция «категориально-понятийный аппарат юридической науки» является условной и обозначает собирательное понятие, в объем которого входят как правовые понятия, так и правовые категории.

2 Понятия «категориально-понятийный аппарат» и «понятийный аппарат юридической науки» соотносятся как часть и целое. Последнее включает в себя также и юридическую терминологию.

(свойства, черты) фактов, явлений и процессов в сфере государства и права. Они находят свое закрепление в терминах (словах и словосочетаниях), правовых определениях (дефинициях), включаются в текст права и имеют строгую логико-семантическую определенность с точки зрения их содержания, объема и соотношения с другими понятиями [20, с. 114-115; 15, с. 240-241, 456-460].

Правовые категории - это фундаментальные, наиболее широкие по объему обобщения универсальные правовые понятия, фиксирующие существенные закономерные связи и отношения в сфере правовой действительности. Особенность правовых понятий и категорий состоит в том, что они не только отражают определенный уровень знаний относительно объектов и явлений правовой реальности и выступают средством дальнейшего и углубленного их познания, но и в том, что при включении их в правовые нормы (позитивное право - de lega Ыа) они образуют содержание последних, выполняя важнейшую функцию права - регулятивную и определяя при этом объем и содержание правового регулирования.

Следовательно, есть все основания утверждать: чем глубже и совершеннее разработаны (сформированы) правовые понятия и категории юридической науки, тем совершеннее позитивное право как таковое, тем точнее и качественнее оно способно регулировать соответствующие общественные отношения. Вот почему проблема формирования понятий и категорий правовой доктрины является важнейшей ее задачей и собственным назначением. По сути, юридическая наука может быть признана таковой, только когда не только концептуально сформированы и обоснованы ее теоретические основы, но и разработан ее категориально-понятийный аппарат, отражающий ее предметное содержание. Примером могут быть развитые и достаточно совершенные категориально-понятийные системы таких уже сложившихся и устоявшихся наук, как теория государства и права, право конституционное, гражданское, уголовное, наук гражданского и уголовного процессов и др. К специальным теориям, сложившимся в последнее время, можно отнести, например, разработку общей теории борьбы с преступностью и соответствующего ей понятийного аппарата [14, с. 111-120].

2. Формирование правовых понятий и категорий, собственно говоря, не отличается в целом от общей и универсальной процедуры формирования понятийного аппарата в иных сферах научного знания. Суть этой процедуры находит выражение в формализации знаний в области государственно-правовых явлений [1, с. 147-164]. Она заключается главным образом в абстрагировании, т. е. в отвлечении от несущественных, нетипичных (неглавных) черт и свойств таких явлений, в выявлении и фиксировании закономерностей развития и в неизменной их повторяемости (как алгоритма), в установлении наиболее существенных общих (типичных) признаков, свойственных всему классу (виду, типу) этих явлений, которыми последние отличаются от других [17, с. 127; 3, с. 44-48; 2, с. 28-42]. Такая процедура занимает, как правило, довольно длительное время, предполагает большую познавательную и творческую деятельность как на эмпирическом, так и на теоретическом уровнях. Здесь всегда имеет место использование разнообразных познавательных приемов и процедур, таких, к примеру, как поиск и обработка информации, выдвижение научных гипотез и идей, разработка научных теорий и концепций, применение формализованных и социологических (в том числе социометрических) подходов и операций при изучении социально-правовых явлений. К ним также следует отнести использование не только правил формально-логического мышления, но и интуиций, аналогий, а также наблюдений, сравнений, анализа и синтеза, обобщений и др. [23, с. 743]. Все они направлены на получение обобщенных и в то же время фундаментальных (существенных) знаний об объекте исследования [7, с. 10-24]. В результате абстрагирования одна и та же мысль о наиболее существенных свойствах (признаках) объекта или явления государственно-правового характера всегда должна быть выражена в соответствующих понятиях либо категориях с необходимой точностью, предельной четкостью и с помощью адекватных лингвистических приемов и компонентов, т.е. системы взаимосвязанных рядов слов

(терминов), дефиниций, размещенных в строго логическом порядке относительно объекта познания и однозначно отражающих его сущность.

3. Общим и универсальным методом формирования правовых понятий выступает, бесспорно, диалектический метод научного познания, включающий, как известно, необходимые и весьма важные этапы «восхождения от абстрактного к конкретному», и далее - «от конкретного к абстрактному». Отметим при этом, что процедура их формирования не может быть сведена лишь к элементарному (упрощенному) процессу восхождения от конкретного к абстрактному [21, с. 436] или только от абстрактного к конкретному [10, с. 69]. Здесь всегда имеют место сложные взаимосвязанные логико-гносеологические процедуры, которые можно охарактеризовать как внутренне противоречивый и одновременно органически взаимосвязанный и взаимодополняющий познавательный процесс. Применение метода восхождения от абстрактного к конкретному особенно актуально в период становления и развития правовых научных теорий и концепций. Причем процедура абстрагирования при восхождении от абстрактного к конкретному может иметь различный характер и содержание. Так, путем применения преимущественно «абстракции - идеализации» [15, с. 11-13, 187-188] формируются новые правовые образования - правовые категории и понятия, не имевшие ранее аналогов ни в науке и нормотворческой практике, ни в чувственно-предметных, т. е. эмпирически данных объектах. Этот метод, на наш взгляд, лежит, в частности, в основе выработки нетипичных нормативных предписаний [8, с. 117], создания юридических конструкций (например, «состав правонарушения», «состав преступления»), юридических фикций («признание гражданина умершим», «процессуальные сроки»), правовых презумпций, выступающих важным средством законодательной техники [24, с. 12-14; 18, с. 186-220]. В результате имеем новые логико-правовые образования - категории или понятия, несущие в себе важное смысловое и прагматическое значение. В них находит отражение и закрепление сущность (квинтэссенция) правовых идей, теорий и концепций, имеющих целью обеспечение эффективного и совершенного по содержанию и форме, а потому и наиболее целесообразного правового регулирования общественных отношений.

Указанная логико-гносеологическая процедура формирования понятий, как представляется, является доминирующей, также при формировании, например, категорий и понятий науки процессуального права - гражданского, уголовного, административного процессов и др. С учетом достижений науки, в том числе праксеологии, здесь разрабатываются логико-гносеологические правовые образования, которые сначала (до их воплощения в правовую материю, в положительное право и правоотношения в виде категорий или понятий) не имели, по сути, аналогов, т. е. конкретных фактов или явлений реальной действительности как определенных объектов или явлений, отражаемых в понятиях. Они являются результатом познавательной и абстрагирующей деятельности («абстракции - идеализации»), направленной на создание и закрепление оптимальных (прагматических) и наиболее целесообразных по форме и содержанию способов и методов деятельности государственных институтов по осуществлению правосудия или иной правоприменительной деятельности.

Метод восхождения от конкретного к абстрактному характеризуется, в частности, тем, что в формирующихся категориях и понятиях всегда отражаются сущностные и закономерные черты (стороны) некоторого класса конкретных и реальных явлений в сфере правовой действительности (сущего). При этом конкретное мыслится не просто как отдельный либо единичный юридический факт или же явление, а как некоторое качество (свойство), принадлежащее определенному виду (типу, классу) либо системе таких фактов (явлений). На основании этого метода, с использованием главным образом процедуры «абстракция - отождествление» [6, с. 67; 15, с. 14; 7, с. 45-50] в правовых категориях и понятиях формируются, отражаются и фиксируются наиболее общие и существенные (типичные) признаки тех или иных правовых явлений реальной действительности, которые отражают их сущностные черты и свойства, закономерности и тенденции развития и

характеризуются постоянной их повторяемостью как алгоритм. Представляется, что именно этот метод позволил сформулировать и обосновать такие категории, как «правонарушение», «преступление», «административное правонарушение» «дисциплинарный проступок» и др. В этих понятиях всегда отражаются наиболее существенные и общие (типовые) признаки, которые свойствены конкретному виду (типу, классу) правонарушений (и, соответственно, каждому из них в отдельности) и которыми они отличаются от других (смежных) правонарушений.

В связи с изложенным отметим, что в каждом из приведенных приемов формирования правовых категорий и понятий обязательным и в известной степени определяющим является учет «феномена конкретного» [12, с. 69-119]. Так, при восхождении от абстрактного к конкретному общие представления, теории, взгляды и идеи трансформируются в правовые категории и понятия лишь с учетом качеств и свойств некоторого конкретного явления (объекта). И хотя в таком случае последний и имеет, бесспорно, идеализированный (умозрительный) характер, он все же должен владеть свойственными ему сущностными признаками, позволяющими отличать его от иных подобных объектов. Здесь общие представления, взгляды и теории всегда как бы «приспосабливаются», «приноравливаются» к конкретному (некоторой умственной модели предмета или явления в его идеализированной форме), что в итоге и дает возможность формировать правовые категории и понятия, которые всегда должны иметь свое собственное предметное содержание относительно четко очерченный объем объектов (явлений), мыслимых в указанных логико-юридических образованиях.

Так же при формировании правовых категорий и понятий путем восхождения от конкретного к абстрактному абстрагирующая деятельность познающего субъекта всегда ориентируется на специфические черты конкретных явлений в их обобщенном виде. Причем содержание правовых категорий и понятий должны образовывать только такие признаки, которые отражают в обобщенном виде сущностные (существенные) черты соответствующих явлений или объектов, присущих всему их классу (виду, типу) в целом и поэтому находящих отражение в соответствующих понятиях и категориях. Указанный подход лежит в основе формирования оптимальных по степени обобщения (объему) правовых понятий, что, в свою очередь, дает возможность конструировать с их применением точные (с точки зрения качественной характеристики) правовые нормы, в которых четко и однозначно формулируются предмет и условия правового регулирования, и в то же время (по мере возможности) избегать казуистической (чрезмерно детализированной) формы их изложения в тексте нормативно-правовых актов.

Правовым понятиям всегда присуща относительная статичность, потому что они (с учетом их объема и содержания) достаточно четко фиксируют определенный уровень (срез) знаний о наиболее общих и существенных чертах и свойствах государственно-правовых явлений определенного вида (типа, класса). Однако статичность правовых понятий не абсолютна, поскольку углубление знаний - это всегда непрерывный познавательный процесс. Как и все научные понятия, они относительно подвижны, отличаются необходимым динамизмом, имеют тенденцию к развитию и совершенствованию в соответствии с углублением знаний об объективной действительности. При этом такая тенденция реализуется с помощью 2-х логических взаимосвязанных приемов: а) путем увеличения объема понятия (т. е. круга мыслимых в нем объектов) достигается уменьшение его содержания, при этом сокращается количество признаков, образующих последнее. Этот метод лежит в основе формирования так называемых общих (родовых) понятий, которые могут иметь статус и значение правовых категорий, т. е. предельно широких по объему понятий. К ним относятся, например, такие категории, как «государство», «право», «правонарушение», «юридическая ответственность», «норма права» и др.; б) посредством уменьшения объема понятия, в результате чего увеличивается его содержание, при этом возрастает количество признаков, образующих это понятие.

С помощью таких методов формируются видовые (конкретные) понятия, к примеру: «договор купли-продажи», «договор хранения» - в гражданском праве; «кража», «убийство», «злоупотребление властью или служебным положением» - в уголовном праве и др. Указанные способы имеют взаимосвязанный и взаимодополняющий характер, лежат в основе развития и совершенствования понятийного аппарата юридической науки. Здесь общие (родовые) правовые понятия (категории) дают возможность рассматривать и познавать правовые явления исходя из позиции общего, видовые же (конкретные) понятия - с точки зрения конкретного (отдельного). При этом между родовыми и видовыми понятиями существуют отношения не только координации, но и субординации: вторые «подчинены» первым как по объему, так и по содержанию. Между ними и должны быть отношения подчинения: видовые понятия в основных своих чертах и свойствах должны соответствовать родовым.

Рассмотренные приемы формирования правовых понятий и категорий лежат в основе разработки так называемых «понятийных рядов» юридической науки, в которых все понятия (категории) (с точки зрения объема отражаемых в них правовых явлений) находятся между собой в четком соотношении и иерархической соподчиненности: всегда расположены в порядке от более общего к менее общему, от общего к единичному (конкретному) [5, с. 129]. Понятийный ряд образуют, например, такие взаимосвязанные понятия (категории), как «правовое поведение», «правонарушение», «преступление», «кража», «кража в крупном размере», «кража в особо крупном размере» и др. Так же прослеживается четкая закономерность, когда с уменьшением объема понятия увеличивается количество признаков, составляющих его содержание, к примеру, при конструировании составов преступлений или иных правонарушений с квалифицирующими признаками. Однако здесь проявляется и другая закономерность: понятия менее общего уровня обобщения должны соответствовать признакам понятий более высокого уровня обобщения. В этом, собственно, и проявляется методологический аспект формирования правовых понятий и понятийных рядов юридической науки. Нарушение этих логико-гносеологических закономерностей формирования категориально-понятийного аппарата может привести к ошибкам не только при определении системы понятий и правовых норм в каждой из юридических наук, но и к ошибкам в правотворчестве и в правоприменении.

5. Изложенное дает основания подчеркнуть особое и весьма важное методологическое значение в правоведении абстракций наиболее высокого уровня обобщения, которые мы относим к классу «правовые категории». Однако такой подход разделяют не все ученые, а некоторые из них считают даже, что юриспруденция «почти не знает категорий». Лишь с «большой натяжкой» можно «присвоить ранг категорий» незначительной части из них, культивируемых в теории государства и права (например, «правоведение», «ответственность», «право», «государство» и др.) [4, с. 90]. Вероятно, приведенная позиция базируется на высказанном в философской литературе взгляде, согласно которому категории признаются формой («средством») только философского познания, а не частно-научного, в сфере которого имеют место лишь понятия [16, с. 53] (в том числе, очевидно, и в правоведении - Н. П.].

Но с приведенным утверждением вряд ли можно согласиться. Отметим прежде всего, что с точки зрения логико-гносеологической природы процедуры формирования как категории, так и понятия в своей основе и по своей сути не имеют различий. Особенностью является лишь то, что категории по сравнению с понятиями по объему обобщения имеют более высокий уровень. Они являются предельно широкими по объему и при этом отражают основные и общие знания о предметах и явлениях объективного мира, их закономерных связях и опосредованиях на уровне общего, фиксируют наиболее общие и существенные черты и свойства (признаки) этих явлений. Естественно, что каждая из наук (а не только философия) по мере углубления знаний относительно своего предмета, его содержания и увеличения детализированных разработок в сфере системы понятий способна путем использования различных методов научного познания (в том числе и

абстрагирования) разрабатывать суждения и представления наиболее высокой степени обобщения относительно предмета исследования и на этой основе формировать абстракции на уровне категорий.

Основанием для признания таких абстракций в качестве категорий является их универсальность и фундаментальность, которые связаны с высоким уровнем обобщения знаний в каждой из наук. Абстрактное (общее) и конкретное, конечно, находятся в определенном противоречии. Но известно, что только их противоречивое единство, взаимодействие и переходы одного в другое обеспечивают реализацию потенции общего в познании конкретного. Вот почему их особая логико-гносеологическая и методологическая роль категорий в познании конкретного, обусловливает их объективную потребность с точки зрения их продуктивности и эффективности в получении новых знаний [9, с. 88-90]. С учетом изложенного считаем убедительным мнение ученых, признающих наличие категорий не только в философии, но и в любых других науках (к примеру, в частных) и подразделяющих категории и соответствующие понятия на философские и частно-научные (специальные) [19, с. 103; 9, с. 87, 88]. Аналогично и в правоведении: правовые категории, объективно существующие наряду с понятиями, не только фиксируют в весьма обобщенном и одновременно в достаточно концентрированном виде определенный уровень знаний о фактах и явлениях правовой реальности с точки зрения общего, но вместе с тем всегда выступают важным средством получения новых знаний в сфере конкретного (единичного). При этом правовые категории имеют место в науках как общетеоретических юридических - философии права, общей теории государства и права [5, с. 75-92; 22, с. 1016; 11, с. 3-51], так и в отраслевых- гражданском праве, гражданском процессе, уголовном праве, уголовном процессе и др. [2, с. 113-117; 20, с. 114-115; 27, с. 64]. Ассимилируя знание философии, иных общественных наук, философии права и общей теории государства и права на уровне общего, эти категории представляют собой достаточно высокий уровень фундаментальных знаний в сфере отраслевых юридических наук, структурируют эти знания, превращают их в стройную, логически взаимосвязанную систему научных абстракций и существенно влияют на содержание понятийного аппарата каждой из этих наук в целом.

6. Научные правовые абстракции (категории и понятия), как результат познавательной деятельности, отражают в обобщенном виде сущностные стороны и закономерные связи правовой реальности, ее объектов, фактов, событий. В этом заключается их важнейшее гносеологическое значение. Иногда в научной литературе теоретический срез юридической науки в виде его категориально-понятийного аппарата рассматривают в качестве метода познания правовой действительности и тем самым их отождествляют [25, с. 176]. По нашему убеждению, методологическое значение понятий и категорий правовой науки заключается в том, что они являются средством, инструментарием углубленного познания сущности государственно-правовых явлений. С их помощью, с одной стороны, раскрываются («препарируются») содержание и сущность фактов и явлений правовой реальности, а с другой - она отражается в систематизированном логико-гносеологическом контексте на категориально-понятийном уровне. На основании имеющихся знаний разрабатываются правила и способы оперирования категориями и понятиями в конкретных познавательных процедурах в процессе движения научного знания от старого к новому. Самостоятельно, вне этого методологического аспекта умственной деятельности «познающего субъекта», научные абстракции не могут дать новых знаний, потому что они лишь отражают определенный срез (уровень) последних. Следовательно, эти научные абстракции сами по себе не могут в полной мере признаваться самостоятельным и специфическим методом познания права. Методологический аспект категорий и понятий права и его отраслей проявляется в их системности, взаимообусловленности и взаимосвязи, в их динамике и тенденции к развитию и совершенствованию. При этом в ходе научного анализа чрезвычайно важно раскрыть и реализовать связи категорий и понятий правовой науки с ее предметом, общим

(диалектическим) и специальными методами познания. Только при таком комплексном подходе к познанию правовых явлений находит свое проявление методологическое значение правовых категорий и понятий [21, с. 373]. Впрочем, надо снова подчеркнуть, что правовые понятия и категории, безусловно, составляют структурные элементы (единицы) содержательной части юридической науки. Образно выражаясь, они являются «опорными пунктами», «кирпичиками», ее первоосновой, необходимыми отправными компонентами, составляющими содержание и сущность правовой доктрины.

7. В зависимости от своего статуса - реального места и роли в правовой науке и практике - правовые понятия (категории) могут быть, на наш взгляд, подразделы на 2 большие и относительно самостоятельные группы, которые условно назовем «доктринальные» и «легальные». Доктринальные (теоретико-правовые) - это правовые понятия (категории), которые, выступая результатом познавательной деятельности, относятся непосредственно к сфере науки и посредством которых выражаются те или иные «научные теории», «учения», «концепции» юридической науки. Как результат познавательной деятельности, они, собственно говоря, составляют содержание и фундамент («становой хребет») последней, несут в себе первичную, обобщенную и базовую (фундаментальную) правовую информацию о соответствующих государственно-правовых явлениях. Легальные (нормативно-правовые) - это понятия (категории), получившие официальное (нормативное) закрепление и фиксирование в соответствующих нормативно-правовых актах - в законах и подзаконных нормативно-правовых актах. Они являются принадлежностью не только юридической науки, но и позитивного права. Будучи носителями научной информации и сохраняя относительно собственного происхождения статус доктринальных в виде результата (среза) научно-познавательной деятельности, легальные понятия имеют особенно важное юридическое значение, поскольку они императивным путем определяют объем (круг) и содержание общественных отношений, выступающих предметом правового регулирования, устанавливая при этом содержание, характер и объем последнего. Так, путем определения в ст. 11 УК Украины понятия «преступление» с указанием присущих ему признаков законодатель определяет грань тех актов поведения человека, которые только и могут быть признаны преступными и наказуемыми. За пределами этого легального понятия, безусловно, не может быть ни преступления, ни наказания. Красноречиво высказался по этому поводу еще в 1904 г. известный российский ученый-юрист Г. Ф. Шершеневич: только с помощью формального понятия (в нашей интерпретации «легального», или «нормативно-правового» - Н. П.) возможно разрешить сомнение: представляет ли собой данный случай юридический вопрос и где сторона юридическая граничит с другими [26, с. 28].

Доктринальные и легальные правовые понятия в своем сочетании и единстве образуют понятийный аппарат правовой доктрины. Причем трансформация понятий доктринальных в легальные всегда свидетельствует о переходе научных правовых знаний в позитивное право. Этот переход - «связующий мостик» между правовой доктриной и позитивным правом. Здесь между ними всегда наблюдается органическая взаимозависимость: чем глубже и детальнее разработаны научные правовые понятия и категории, тем в большей степени они воспринимаются позитивным правом как закономерность, включаются в его содержание как структурные единицы. И наоборот: чем более совершеннее понятия и категории, входящие в положительное право, в его отдельные отрасли, институты и нормы, тем в большей степени они обогащают юридическую науку (доктрину) и способствуют ее развитию. Причем слабо разработанные, неапробированные и не воспринятые должным образом правовой наукой юридические понятия, которые высказываются порой на уровне гипотетических суждений и других недостаточно сформированных решений, не могут рассматриваться как нормативно-правовые новеллы и не должны предлагаться субъектам правотворчества в порядке de lege ferenda.

От чисто интуитивных, от общих и неопределенных суждений, от понятий - гипотез следует отличать новые понятия, которые образуются в формирующихся правовых науках,

к примеру в таких, как конституционный, административный процесс, экологический процесс и др. Названные понятия формируются первоначально в рамках традиционных отраслевых наук, и по мере становления, развития и отделения их от наук традиционных, более-менее четкого и полного определения их предметного и систематизированного содержания они должны войти в категориально-понятийный аппарат соответствующих новых правовых наук как их составляющие (единицы). Такие новеллы являются вполне положительным и закономерным явлением в сфере развития и формирования этих новых юридических наук или же в специальных теориях и соответствующих им дисциплинах.

Список литературы: 1. Алексеев Б. Т. Философские проблемы формализации знания / Б. Т. Алексеев. - Л. : Изд-во ЛГУ, 1981. 2. Бабаев В. К. Советское право как логическая система : учеб. пособие / В. К. Бабаев. - М., 1978. 3. Бабаев В. К. Формальная определенность и возможность формализации законодательства / В. К. Бабаев // Сов. государство и право. - 1978. - № 4. 4. Бойко А. И. Язык уголовного закона и его понимание : монография / А. И. Бойко. - М.: Юрлитинформ, 2010. 5. Васильев А. М. Правовые категории. Методологические аспекты разработки системы категорий теории права /

A. М. Васильев. - М., 1976. 6. Горский Д. П. О видах научных абстракций и способах их обоснования / Д. П. Горский // Вопр. философии. - 1961. - № 9. 7. Горский Д. П. Обобщение и познание / Д. П. Горский. - М. : Мысль, 1985. 8. Горшенев В. М. Нетипичные нормативные предписания / В. М. Горшенев // Сов. государство. и право. - 1978. - № 3. 9. Готт В. С. Категории современной науки / В. С. Готт, Э. П. Семенюк, А. Д. Урсул. - М.: Мысль, 1984. 10. Денисов Ю. А. Абстрактное и конкретное советском правоведении / Ю. А. Денисов, Л. И. Спиридонов. - Л., 1987. 11. Епанешников Н. В. Социалистическое право, его основные категории / Н. В. Епанешников. - М., 1958. 12. Жеребкин В. Е. Содержание понятий права (логико-юридический анализ): автореф. дис. ... д-ра юрид. наук / В. Е. Жеребкин. - Харьков, 1980. 13. Жеребкин В. Е. О нормативной природе юридических понятий / В. Е. Жеребкин // Актуальные проблемы формирования правового государства: тез. докл. научн. сообщ. Респ. научн. конф. - Харьков: Юрид. ин-т, 1990. 14. Зеленецкий В. С. Общая теория борьбы с преступностью: Концептуальные основы /

B. С. Зеленецкий. - Харьков: Изд-во при Харьк. гос. ун-те, 1994. 15. Кондаков Н. И. Логический словарь-справочник / Н. И. Кондаков. - М. : Наука, 1976. 16. Конкин М. И. Проблемы формирования и развития философских категорий / М. И. Конкин. - М., 1980. 17. Ольминецкий А. Г. Проблемы формирования правовых норм / А. Г. Ольминецкий // Сов. государство и право. - 1974. - № 2. 18. Панько К. К. Теория и практика законотворчества в уголовном праве: монография. - М. : Юрлитформ, 2011. 19. Розенталь М. М. О характере развития философских категорий / М. М. Розенталь. - М. : Коммунист, 1972. 20. Словарь терминов по теории государства и права : учеб. пособие / рук. авт. кол. Н. И. Панов. -Харьков: Основа, 1997. 21. Сырых В. М. Логические основания общей теории права / В. М. Сырых. - М., 2000. - Т. 1. 22. Тененбаум В. О. Государство: система категорий / В. О. Тененбаум. - Саратов : Изд-во Саратов. ун-та, 1971. 23. Философский энциклопедический словарь. - М., 1983. 24. Черданцев А. Ф. Юридические конструкции и их роль в науке и практике / А. Ф. Черданцев // Правоведение. - 1972. - № 3. 25. Шабалин В. А. Методологические вопросы правоведения / В. А. Шабалин. - Саратов, 1972. 26. Шершевич Г. Ф. История философии права. - Казань,1904. - Вып. 1. 27. Юридична енциклопедiя : в 6 т. - К. : Укр. енцикл., 2001. - Т. 3.

ПРОБЛЕМИ МЕТОДОЛОГП ФОРМУВАННЯ

КАТЕГОР1АЛЬНО-ПОНЯТ1ЙНОГО АПАРАТУ ЮРИДИЧНО1 НАУКИ

Панов М. I.

Стаття присвячена проблемi формування понятiйного апарату юридично'1' науки. Аналiзуeться загальний i унiверсальний дiалектичний метод сходження вщ абстрактного до конкретного i вщ конкретного до абстрактного, розглядаеться роль лопко-гносеологiчних процедур «абстракщя-iдеалiзащя», i «абстракщя-ототожнення» i категорп «конкретне» у формуванш категорiй та понять права, обгрунтовуеться, що категорп й поняття притаманнi понятiйному апарату як загальнотеоретичних, так i галузевих юридичних наук.

Ключовг слова: категорiально-понятiйний апарат; категорп права; поняття права; абстрагування; абстракцп iдеалiзацii; абстракцп ототожнення; доктринальнi, легальнi категорп i поняття права.

PROBLEMS OF METHODOLOGY FOR FORMING A CATEGORICAL AND CONCEPTUAL APPARATUS OF THE LEGAL SCIENCE

Panov M. I.

The article is devoted to the problem of formation of concept framework. General and universal dialectic method of transition from abstract to concrete and then from concrete to abstract is analyzed the roll of logiko-gnoseological procedures "abstract idealization" and "abstraction identification" and the category "concrete" is the formation of categories and legal concepts is considered, that categories and concepts characteristic of concept framework a general theoretic and definite and definite legal sciences.

Key words: concept framework, categories of law, legal concepts, abstracting, abstraction - idealization, abstraction of identification, doctrine, legal categories and legal concept.

Поступила в редакцию 20.05.2014 г.