"Займы МВФ надо сокращать"

"Займы МВФ надо сокращать"
       На прошлой неделе Россия достигла договоренностей с МВФ и Парижским клубом кредиторов. О том, как будет дальше развиваться экономическая ситуация в стране, спецкорреспонденту "Коммерсанта" ПЕТРУ Ъ-РУШАЙЛО рассказал спецпредставитель президента России по связям с международными финансовыми организациями МИХАИЛ ЗАДОРНОВ.

Частные инвесторы денег больше не дадут
       — Достигнута договоренность с МВФ, Мировым банком и Парижским клубом кредиторов. Как это повлияет на финансовую ситуацию в стране?
       — На российские счета уже зачислено $800 млн, поступивших в качестве внешнего финансирования, и это значит, что текущие платежи по внешним долгам правительство сможет осуществлять, не привлекая займы из резервов Центробанка. До конца же года, если будут выполнены все условия МВФ и МБРР, мы получим около $4 млрд, то есть примерно столько, сколько нам и надо выплатить по внешним долгам. $1,9 млрд поступит от МВФ и почти столько же — в совокупности от Мирового банка и правительства Японии. Очевидно, что эти деньги дадут возможность ЦБ более спокойно работать на валютном рынке, не тратя валютные резервы на погашение нашего внешнего долга.
       По существу, правительству осталось решить два вопроса: урегулирование задолженности перед Лондонским клубом кредиторов и по облигациям внутреннего валютного займа. Но после достижения договоренностей с Парижским клубом вести эти переговоры, надеюсь, станет легче.
       — А что будет с финансовой политикой страны на международных рынках? Собирается ли Россия вновь на них выходить?
       — До окончания реализации согласованной с МВФ 18-месячной программы имеется потенциальная возможность привлечь дополнительные внешние заимствования, но объективно крайней необходимости в этом нет. При условии увеличения первичного профицита в следующем году мы обеспечиваем финансирование за счет тех источников, которые заложены в нашей программе. Ведь на следующий год примерно такая же сумма, более $3,5 млрд внешних заимствований, будет привлечена от МВФ, правительства Японии и Мирового банка. И выход на международные финансовые рынки в 2000 году, по крайней мере до президентских выборов, мне представляется нецелесообразным. Но в 2001 году, когда предстоит погашение нашего первого выпуска евробондов 1996 года, Россия может при благоприятном ходе событий вновь выйти на финансовые рынки.
       — Что вы называете "благоприятным ходом событий"?
       — Это выполнение той полуторагодовой программы, в рамках которой мы успешно двигаемся на протяжении уже нескольких месяцев. Правительство уже с начала текущего года исполняет бюджет, который лег в основу этой программы и как минимум с мая двигается в рамках денежно-кредитной программы, уже согласованной с МВФ.
       На мой взгляд, ухудшение макроэкономических параметров и общей финансовой дисциплины накануне выборов будет не качественным, а лишь количественным. И после этого, в 2000 году, мы окажемся перед необходимостью реализации более долгосрочной, трех-, может быть, четырехлетней программы правительства и ЦБ, которая должна быть поддержана международным сообществом и в рамках которой будут рассматриваться также и всеобъемлющие решения по проблеме внешнего долга, равно как и перспективы выхода на мировые финансовые рынки.
       — В какой форме вы видите этот выход?
       — Я думаю, что будет продолжено наше взаимодействие с международными финансовыми организациями, хотя здесь, возможно, нужно изменить акценты. В частности, если говорить о Мировом банке, то необходимо к минимуму свести бюджетозамещающие займы, увеличив при этом долю гарантий и инвестиционных займов, направляемых на реализацию широкомасштабных структурных программ — например, на пенсионную реформу, земельную реформу, укрепление Федерального казначейства. То есть использовать средства Мирового банка концентрированно, для разрешения структурных проблем, дающих отдачу в среднесрочной перспективе. А не просто проедать их, как мы это, откровенно говоря, нередко делали в последние годы. А займы Международного валютного фонда нам нужно постепенно сокращать. В этом году, например, мы на $2 млрд уменьшаем свой долг фонду.
       — А займы частных зарубежных инвесторов?
       — Сейчас шансов выйти на подобный рынок практически нет — до выборов частные инвесторы к нам не придут. Они опасаются, что выборы негативно повлияют на экономическую динамику.
       
МВФ нами доволен
       — А как сам МВФ оценивает экономическое положение России?
       — На совете директоров МВФ раздавали обзор состояния российской экономики, который не делался уже два года. Подобные обзоры выпускаются периодически для каждой страны-участника. Например, наряду с нами делался обзор американской экономики. И специалисты фонда воспользовались этим для того, чтобы дать общий обзор того, что происходило в российской экономике с 1992 года. Было выделено несколько периодов: "начало реформ" — 1993-1996 годы, "период наибольших ожиданий" — примерно с января до сентября 1997 года, "время сильного давления на денежные власти" (с октября 1997-го по август 1998 года) и "послекризисный период". По оценке специалистов МВФ, данные последних трех месяцев, то есть второго квартала 1999 года, говорят о том, что страна преодолела кризис. И я думаю, что и само решение Фонда и Мирового банка о возобновлении кредитования России — это последняя точка в годичном цикле, который потребовался России для преодоления августовского кризиса.
       Кроме того, все эксперты МВФ признают, что макроэкономическая ситуация в России развивается лучше, чем ожидалось. При этом, однако, они прямо говорят, что сохраняется недоверие к способности правительства и ЦБ последовательно и настойчиво реализовывать согласованную программу действий. Мы можем доказывать, преодолевать это недоверие только своими конкретными шагами. Ведь не секрет, что наши программы не раз приостанавливались, например, в 1993-м и 1997 годах. И непоследовательность действий правительства за весь период реформ породила устойчивое недоверие к способности российских властей целенаправленно осуществлять экономическую и финансовую политику.
       Также в докладе МВФ отмечается, что в России, как правило, первая половина года начинается очень жестко и принимается целый ряд достаточно активных мер. Во второй же половине года экономическая политика обычно ослабляется — вводятся массовые зачеты, снижается сбор налогов и т. п. Усилия по выполнению бюджета все время напоминали движение по принципу "шаг вперед — два шага назад". В частности, 1996 год стал, безусловно, теми двумя шагами назад с точки зрения финансовой дисциплины и сбалансированности бюджета в целом.
       
Дума поймет правительство
       — Хотелось бы вернуться к займам Мирового банка и японского Эксимбанка. Ведь эти займы должны быть использованы в бюджетных расходах. А вы сказали, что они пойдут на выплаты внешнего долга.
       — Да, это бюджетозамещающие займы. И их получение связано с проведением реформ в отдельных отраслях: в социальной сфере, в угольной промышленности. Но это не значит, что эти деньги конкретно идут в соответствующую сферу. Эти ресурсы, безусловно, учитываются, но поступают в общий котел бюджета и расходуются на то, что необходимо в соответствии с бюджетной росписью в данный конкретный момент.
       — А как быть с задолженностью перед ЦБ в $6 млрд? Правительство собирается ее погашать?
       — Эти средства будут возвращаться поэтапно, часть в этом году, часть — в следующем. Имеется предварительная договоренность между Минфином и ЦБ о графике погашения этого долга. Откуда возьмется валюта? Только постепенно из бюджета. При этом расчет может производиться не в валюте, а в рублях.
       — В проекте бюджета на следующий год предусмотрен первичный профицит порядка 3%. За счет чего он будет достигнут?
       — Прежде всего, за счет дополнительного увеличения сбора доходов. Уже сейчас предварительные данные за семь месяцев этого года показывают, что уровень сбора всех доходов в бюджет приблизился к 13% ВВП, хотя я с осторожностью отношусь к расчету ВВП по текущему году, поскольку макроэкономическая ситуация после девальвации изменилась и несколько изменена сама методика расчета ВВП Госкомстатом.
       — А что произошло с методикой Госкомстата?
       — "Дооценка" ВВП для учета объемов теневой экономики и малого бизнеса меньше, чем в прошлом году. С другой стороны, при расчете ВВП учитываются зачеты и бартер, а в последнее время доля "живой" денежной составляющей увеличилась, что, естественно, провоцирует снижение цен конкретных сделок. Соответственно, при продаже тех же самых товаров или услуг за "живые" деньги номинальный объем оказывается меньше, чем он был бы при зачете. Получается "фиктивное" снижение ВВП. Тем не менее 13% ВВП — это средний уровень сбора налогов за первые семь месяцев текущего года. И в следующем году правительство собирается его увеличить.
       — А какой была собираемость налогов в прошлом году?
       — В прошлом году за первые семь месяцев было собрано всех платежей в бюджет около 10% ВВП.
       — Как же Госдума примет такой бюджет в 2000 году? Все-таки усиление финансовой дисциплины в год выборов...
       — Думаю, так же, как прошло через Думу большинство законов, которые правительство вносило в рамках программы, согласованной с МВФ. Если отбросить всю политическую шелуху, на самом деле понимание ситуации у членов парламента есть.
       — И понимание необходимости сокращения расходов тоже?
       — В бюджете-2000 не предусмотрено даже относительного сокращения расходов. Есть поле для поиска компромисса с парламентом, хотя, разумеется, буквально накануне выборов найти этот компромисс будет не так просто.