'Le politiquement correct' (политическая корректность) как социолингвистическая проблема

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 10 (225).

Филология. Искусствоведение. Вып. 52. С. 82-84.

А. Л. Маматкулов

‘LE POLITIQUEMENT CORRECT’ (ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОРРЕКТНОСТЬ) КАК СОЦИОЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

В статье изложены особенности ‘Le politiquement correct’ (политической корректности) как одной из важнейших проблем современной социолингвистики. Описываются вопросы взаимосвязи социологии и лингвистики, а также рассматривается политкорректность как социолингвистическое явление.

Ключевые слова: лингвистика, социология, социолингистика, политкорректность.

В течение многих лет лингвистов интересовала проблема связи языка и общества. Появляющиеся в языке новые слова и словосочетания, новые значения слов, выражающие возникшие в обществе новые понятия, в свою очередь, помогают людям глубже осознавать окружающий их мир, точнее передавать свои мысли.

Поэтому проблемы взаимосвязи языка и общества вызвали интерес у лингвистов разных стран мира.

По мнению С. Г. Тер-Минасовой, язык является зеркалом культуры, в котором отражаются общественное самосознание народа, его менталитет, национальный характер, образ жизни, традиции, обычаи, мораль, система духовных ценностей, мироощущение, видение мира [4. С. 14].

Языковые средства всегда были, есть и будут средством воспитания, распространения знаний, мобилизации людей на решение насущных жизненных проблем [3. С. 82].

Изучение социальной обусловленности языка, которой в широком плане занимается социолингвистика, помогает глубже проникнуть в его природу и выяснить условия функционирования в обществе, ибо между общественными функциями языка и языковой системой существуют тесные связи.

Связь между языкознанием и социологией позволит полнее выяснить характер причинных отношений между языком и обществом.

В конце XIX - начале ХХ века формируется лингвистическое направление, известное как французская социологическая школа.

В 60-е годы ХХ века социологическое направление становится одним из ведущих в лингвистических исследованиях: появляется термин ‘социолингвистика’. Эту науку лингвисты определяют как перспективу языка, как объект, взятый для анализа, и, являясь тако-

вым, он исходит не из лингвистики и не из социологии, а из нового автономного знания.

Под социолингвистикой мы, вслед за

О. С. Ахмановой, понимаем: «...Раздел языкознания, изучающий причинные связи между языком и фактами общественной жизни» [1. С. 444].

‘Le politiquement correct’ (политическая корректность) как новая языковая манера появилось относительно недавно, в 80-е годы прошлого столетия. Актуальность данного явления в современном обществе стала одной из основных причин его изучения и развития.

‘Le politiquement correct’ - явление, тесно связанное с идеей культурного плюрализма, это корректность по отношению к различным этническим, возрастным и другим группам общества. Это стремление никого не обидеть словом, а также желание завуалировать или скрыть негативные явления действительности.

Для данной манеры свойственен отказ от прямых наименований, желание «округлить, отполировать язык, обойти острые углы», «чтобы он не ранил» чувства других людей и не затрагивал «наиболее болезненные точки» общества [7. С. 11].

Подобное стремление «смягчить» речь приводит к появлению многочисленных новых номинаций, развернутых синтаксических конструкций.

Политическая корректность или политкорректность имеет дело не столько с содержанием, сколько с символическими образами и корректировкой языкового кода. Речь декодируется знаками антирасизма, экологизма, терпимого отношения к национальным и сексуальным меньшинствам, борьбы против СПИДа. Терпимость манифестируется в смягченных выражениях (например, вместо ‘черные’ - ‘афроамериканцы’, вместо ‘инвалиды’ - ‘нуждающиеся в физической поддержке’) [2. С. 279-280].

Ж. Дойер в своей статье, опубликованной в газете “Le Monde” (23.02.1993), называет явление политкорректности повсеместной «лито-томанией», а также приводит, на наш взгляд, необычный, но чрезвычайно точный эпитет

- ‘ce gout de pansement verbal (склонность к «словесным бинтам»).

П. Мерль называет новую языковою манеру «un exercice langagier parfois delicat, sou-vent perilleux, toujours hypocrite,.. qui consiste en l'art difficile de choisir ses mots de maniёre a nepas froisser les minorities, quelles qu'elles soi-ent» (Языковая манера, порой тактичная, часто рискованная, всегда лицемерная, <... > состоящая в труднейшем искусстве выбора слов таким образом, чтобы не ранить, не обидеть представителей каких бы то ни было меньшинств).

Л. В. Цурикова полагает, что политическую корректность можно определить как «поведенческий и языковой феномен, отражающий стремление носителей языка преодолеть существующую в обществе и осознаваемую обществом дискриминацию в отношении различных членов этого общества» [5. С. 94].

По мнению Н. Н. Шульгина, политкорректность представляет собой «запрещение обсуждать негативные стороны собеседника и его группы самоидентификации» [6. С. 56].

С. Г. Тер-Минасова рассматривает политкорректность в большей степени применительно к области языка: «Политическая корректность языка выражается в стремлении найти новые способы языкового выражения взамен тех, которые задевают чувства и достоинства индивидуума привычной языковой бестактностью и/или прямолинейностью в отношении расовой и половой принадлежности, возраста, состояния здоровья, социального статуса, внешнего вида и т. п.» [4. С. 216].

Таким образом, исходя из приведенных выше определений, можно говорить о многогранности, многоаспектности понятия ‘политическая корректность’.

Здесь необходимо оговорить, что политкорректная манера затрагивает только определенный срез лексики, а именно так называемую «медицинскую» лексику, «лексику труда», социально-админстративную лексику, а также все слова и выражения, так или иначе связанные с понятием исключительности. Мы выделили три основные цели, для достижения которых прибегают к политкорректной манере:

1. Во-первых, к ней обращаются с целью

не обидеть кого-либо или избежать неловких, щекотливых ситуаций (в основном, в так называемой «медицинской» области и сфере косметологии).

Например, для обозначения толстого человека вместо слова ‘un gros’ в новой языковой манере употребляется политкорректное словосочетание ‘une personne forte’ (дословно ‘сильный человек’).

А для того, чтобы «мягко» обозначить человека некрасивого, урода появляется перифраза ‘une personne а physique particulier / atypique’ (‘человек с нестандартной внешностью’).

Аббревиатура ‘une MST может заменять словосочетание ‘une maladie venerienne’ для обозначения венерической болезни.

2. Второй причиной появления многочисленных политкорректных переименований является стремление различных политических и административных деятелей скрыть негативные явления действительности, «завуалировать» и смягчить слишком «резкие» обозначения. В связи с этим появляются следующие замены:

Перифраза ‘unplan sociald'accompagnemenf иногда используется вместо ‘licenciement’ для обозначения увольнений.

Словосочетание ‘un voyage organise non-vo-lontaire’ может употребляться в значении ‘deportation’ (ссылка).

Аббревиатура ‘un SDF’ обозначает в политкорректной манере бездомного, бродягу вместо ‘un clochard’.

3. Третьей целью, с которой обращаются к политкорректной лексике, является стремление повысить статус говорящего.

Говорить в политкорректной манере модно. Этим можно объяснить появление многочисленных заимствований из английского языка (‘management в значении ‘администрация предприятия’, ‘engineering’ в значении ‘разработка’, ‘комплексное проектирование’ и др.), а также употребление сложных перифраз типа ‘un pays en voie developpement’ для обозначения бедных, неразвитых стран, ‘une mesure d'encouragemenf в значении ‘пособие’, ‘субсидия’ и т. п.

Тенденция к всеобщей политической корректности становится особенно актуальной в 8090-х годах прошлого века, вовлекая общество в обсуждение политических, экономических проблем, проблем религии, искусства и т. д.

Итак, первое требование ‘политической корректности’ - это избегать действий и выражений, которые могли бы напомнить кому-

нибудь о его принадлежности к одной из угнетаемых ранее социальных групп и тем самым вольно или невольно нанести оскорбление, напомнив человеку о перенесенных им или его предками унижениях. Если бы ‘политическая корректность’ ограничивалась рамками этого простого требования (с которого, как правило, и начинается почти каждая ее единица). то можно было бы отождествить ее с обычной вежливостью, дополненной широкой демократической позицией, предполагающей признание равенства всех людей независимо от расы, пола и вероисповедания.

Однако тривиализация ‘политической корректности’ невозможна. Ее требования выходят далеко за рамки обычной вежливости по двум причинам. Во-первых, потому что ‘политическая корректность’ требует не только вежливости, во-вторых, потому, что обычная вежливость предполагает некоторые ограничения, налагаемые особенностями языка и традиционными стереотипами поведения. ‘Политическая корректность’ не признает никаких преград на своем пути, смело перестраивая язык и разрушая вековые привычки и стереотипы.

Все вышесказанное подтверждает возможность изучения политической корректности как комплексного явления социокультурной сферы. Как мы видели, ‘политическая корректность’ как совокупность всех явлений, обозначаемых этим термином, обладает всеми признаками социокультурного явления. Во-первых, она включает в себя определенную систему норм и правил поведения, фактически уже успевших стать традициями, которые обеспечивают социокультурную идентификацию индивида и помогают решить некоторые проблемы, возникающие в связи с его этнической идентификацией. Во-вторых, она включает в себя сложившееся общественное движение, характеризующееся определенными социальнодемографическими параметрами, определенной динамикой развития и наличием элементов институализации. В-третьих, что не менее важно, под влиянием ‘политической корректности’ происходят определенные социокультурные трансформации не только в среде ее сторонников, но и в обществе в целом. Они выражаются,

с одной стороны, в тенденции к оформлению организованного противодействия ‘политической корректности’, которое, правда, еще не достигло уровня общественного движения, с другой стороны - в том, что отдельные нормы ‘политически корректного’ поведения, не вступающие в прямое противоречие с традиционными нормами, постепенно воспринимаются обществом в качестве универсальных.

Можно сказать, что психологической основой ‘политической корректности’ является обостренное чувство социальной справедливости, недаром в качестве одного из синонимов ‘политической корректности’ часто используется слово ‘sensibilite’ (что означает ‘чувствительность’, или в данном контексте, скорее ‘чуткость’), а в качестве его антонима

- ‘insensibilite’ (‘нечувствительность’, ‘нечуткость’).

В основе определения ‘политической корректности’ как социокультурного процесса лежит установленный нами факт, что она находит свое практическое выражение в трансформации норм речевого поведения, а также связанной с ними системы оценок.

Список литературы

1. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов. М. : Совет. энцикл., 1969. C. 444.

2. Комлев, Н. Г. Словарь иностранных слов. М. : Эксмо-пресс, 1999. C. 279-280.

3. Маматов, А. Э. История и теория языковой нормы. Шымкент : Акад. языков «Бейнал-шы», 2006. С. 82.

4. Тер-Минасова, С. Г. Язык и межкуль-турная коммуникация. М. : Слово, 2000. С. 14, 216.

5. Цурикова, Л. В. Политическая корректность как социокультурный и прагмалингви-стический феномен // Эссе о социальной власти языка. Воронеж, 2001. С. 94.

6. Шульгин, Н. Н. За горизонтами политкорректности // Вопр. философии. 2003. № 6. С. 56.

7. Brunet, S. Les mots de la fin du siecle. P., 1996. Р. 11 (=Бруне, С. Слова в конце века. Париж, 1996. С. 11).