Models of author’s consciousness in Russianlanguage literature in Georgia

УДК (UDC) 821.161.1

T. G. Megrelishvili, Full-Professor, Dr. habil., Sciences of Philology, Georgian Technical University, Tbilisi, Georgia

Z. Sh. Guramishvili, Associate Professor, Candidate of Sciences of Philology,

GeorgianTechnicalUniversity, Tbilisi, Georgia

МОДЕЛИ АВТОРСКОГО СОЗНАНИЯ В СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЯЗЫЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ГРУЗИИ

MODELS OF AUTHOR'S CONSCIOUSNESS IN RUSSIAN LANGUAGE

LITERATURE IN GEORGIA

Abstract

Studying the type of author's personality in one's cross-cultural activity is a promising direction in modern cognitive studies.

Goal of the study, on the basis of studying the problems of the culture's subject is to generate and analyze types of author's consciousness allocated in the Russian language literary society in Georgia.

The studies, carried out in a particular period on time indifferent literary aspects in modern Russian language literature in Georgia, according to the acknowledgment of the author as the subject - "conscious person " (B. O. Korman) and the experience of cognitive studies allow us to analyze the features of author's personality in the Russian language Literature in Georgia.

For the first time, the personality of the author of the Russian language Literature in Georgia becomes the object of the scientific study.

Study of the personality of the author, based on the resource of the Russian language Literature in Georgia, allows us to penetrate into the reasons and the origin of the cultural processes, changes and transformations currently taking place in the countries of the post-soviet space.

The results of the given study can be used both for teaching in higher educational institutions and give perspectives to the future studies of the Russian language literature. In particular, the further study of the given phenomenon penetrates into the characteristics of the author's personality, selection of the language of creative work and the cultural features of the authors. The essential "core" of the given study is realization of the phenomenon of the creative personality in the Russian language literature in Georgia that is identified with the support of the conceptual analysis of the Russian language literature in Georgia. Furthermore, the interrelation between the socio-cultural character of the creative personality and the cultural universal, as well as the problem of actualization of a human as the subject of study and creative activity are presented in the modern world.

Keywords:author, culture, the Russian language literature, literary life, author's biography, concept, author's consciousness.

Введение.

Вследствие распада СССР изменились пространственные параметры существовавшего на протяжении почти двух веков единого культурного пространства, что привело к образованию русскоязычной литературной диаспоры - специфическому явлению культурного репертуара современной Грузии.

Мир современного русскоязычного литературного Тбилиси характеризуется наличием как художников, чье поэтическое творчество начиналось еще в 1980-е годы (П.Урушадзе, Н.Селезнева, Е.Джапаридзе, В.Саришвили), так и авторов, пришедших в литературу уже после 1991 года. Пространство текстов русскоязычного Тбилиси располагается, в основном, вне господствующих литературных форм русской литературы, развивающейся в современной России. Однако его организация определенным образом соотнесена с общей структурой культуры эпохи.

Постижение русскоязычной литературы связано с экстралитературоведческими факторами, играющими в современном культурном процессе Грузии немаловажную роль. Среди них можно выделить: изменение типов культурного сознания; многоуровневость и неоднородность самого художественного процесса.

Общеизвестно, что личность как субъект культуры, в силу определенных причин, превращает культуру в личностно центрическое явление. При этом личность выполняет несколько функций: воспроизводит, хранит и обогащает культуру новым опытом. Применительно к личности автора это так же справедливо и важно, так как авторская личность, исполняя все вышеперечисленные функции, обогащает культуру новым художественным опытом. Изучение авторской личности, осуществляющей свое творчество на стыке культур, - перспективное и важное направление в современных когнитивно ориентированных исследованиях.

Некоторые теоретико-методологические подходы к изучению роли авторской личности. Одной из важнейших особенностей научного осмысления произведений русскоязычной литературы Грузии является выделение и анализ социокультурной ипостаси авторской личности. Для этого важным является осмысление опыта научных исследований авторской личности, накопленного литературоведческой наукой.

Теоретическая значимость исследования авторской личности как компонента литературоведческого изучения текстов подчеркивается еще в исследовании Б.В.Томашевского «Литература и биография» (1923), в котором автор выделял два типа писателей: «с биографией» и «без биографии». По мысли исследователя, к первому типу относятся писатели, осуществляющие всей своей жизнью некую писательскую миссию, творя некий конкретный писательский миф, который во многом влияет на восприятие их творчества. К такому типу писателей автор относит романтиков. Как полагает Томашевский, биографии-легенды являются «литературным осмыслением жизни поэта, осмыслением, необходимым как ощутимый фон литературного произведения <...>, как та предпосылка, которую учитывал

25

сам автор, создавая свои произведения» (13, с.8.). Писателей «без биографии», преобладание которых в русской литературе, по мнению Томашевского, фиксируется с середины XIX века, отличает иное: «Их произведения замкнуты в самих себе. Ни одна черта их биографии не проливает никакого света на смысл их произведений. <.. .> Понятно - у этих писателей есть своя - житейская биография. В эту биографию, как житейский факт, входит и их писательская деятельность. Но это биография частного человека, может быть и интересная для историка культуры, но не для историка литературы» (13, с.8.).

Соглашаясь в целом с наблюдениями Томашевского, хочется отметить, что разделение, предложенное Томашевским, сегодня едва ли носит универсальный характер. Уже давно было научно зафиксировано, что вне границ «своего времени» писателей «без биографии», без «литературной личности» не существует. Если творчество писателя оказывается действительно значительным явлением искусства, то оно разрывает рамки своей культурной парадигмы, чтобы начать жить в «большом времени», по меткому определению М.М.Бахтина. При этом читатели, осмысливая прочитанное в соответствии с мировосприятием собственной культурной парадигмы, невольно вынуждены реконструировать личность автора, моделируя информацию, полученную из текста, в соответствии с мерками, общими как для культуры современности, так и для культуры периода создания данного произведения.

В 1930-е годы В.В.Виноградов ввел понятие «образ автора». Построение образа автора на основе восприятия художественного произведения - двунаправленный процесс, в основе которого двусторонняя коммуникация. Виноградов определял образ автора следующим образом: «Индивидуальная словесно-речевая структура, пронизывающая строй художественного произведения и определяющая взаимосвязи и взаимодействие его элементов. Общий принцип стиля литературного произведения. Данная словесно-речевая структура отражается в чередовании разных функционально-речевых типов, в смене разных форм речи, создающей в своей совокупности целостный и внутренне единый образ автора» (3, с. 198.).

В 1970-е годы Б.О.Корман предложил системный подход к проблеме автора. Корман понимает автора как субъект - «носитель сознания», выражением которого является все произведение или совокупность произведений (4, с. 4.).

Опираясь на исследования М.М.Бахтина, который ввел понятие «вненаходимый автор» (в процессе создания произведения автор, по мысли Бахтина, конструирует «художественную модель мира», где сознание автора всегда внеположено сознанию героя; читатель, с одной стороны, должен считать модель мира автора, а с другой - ее оценить, сопоставить с собственной; так возникает специфический диалог с двумя коммуникантами, опосредованный художественным текстом), современные исследователи Н.А.Рубакин, М.Н.Куфаев, С.М.Бородин, В.А.Бородина, В.А.Дмитриев, И.Н.Тараканова и другие разработали коммуникативную модель «автор-читатель».

На сегодня перспективным для исследования личности автора выглядит когнитивное литературоведение: «Когнитивный подход предполагает в литературе особый род менталь-

ной деятельности, поэтому основной задачей когнитивного литературоведения становится изучение репрезентации знания в рамках художественного текста, а также установление и исследование условий возникновения и развития когнитивных систем контекста» (10, с. 126).

В нашем случае для понимания личности автора в русскоязычной литературе Грузии большую роль играет самоидентификация и саморефлексия авторов, которая осуществляется по концептуальным моделям (6, с.366-375.).

Нами был выделен ряд ключевых для мироощущения авторов - представителей русскоязычной литературы Грузии, понятий, помогающих осознанию картины мира, присущей этим авторам. Центральными оказались лежащие в основании постмодернистской эпистемы, антиномичной по своей природе, и имеющие значимое наполнение понятия хаос (эпоха, в которой отсутствуют ценностные ориентиры, время деконструкции), бытие (на примере соотношения идей модерна и постмодерна в культуре), отрицание ценностей культурыпотребления и плюрализм (некий ценностный ориентир). Наиболее сложным для анализа оказалось понятие тип сознания, которое в границах изучаемого явления подразумевает не поиск цельного типа сознания, а преднахождение новых форм отношения индивида с миром, новых ценностей и критериев во всех сферах бытия.

Учет в исследовании достижений социологии в области изучения социо-культурных пластов современной Грузии и психологии творческих процессов позволил прийти к интересным выводам. В частности, было установлено, что в сознании прозаиков русскоязычной литературы Грузии поиск личностью некоего внесоциального содержания собственной жизни как состояния «рандеву с самим собой» приобретает сегодня необычайную остроту. Такая обостренность вызвана тем, что на этот процесс наложила свой отпечаток культура модерна, элементы которой сильно проявлены как в поэзии, так и в прозе русскоязычной литературы Грузии. Эта культура, акцентуирующая индивидуальность как творца, так и реципиента, вступает в сознании изучаемых авторов в конфликт с чертами постмодерна - культуры в полном смысле массового общества. Господство среднего человека с набором средних притязаний, возведение банального на пьедестал, унификация как черта эпохи - таковы особенности бытия в эпоху массовой культуры, приведшие к обострению вопроса о личностном самоопределении в авторском сознании русскоязычных литераторов Грузии.

Изучение большого корпуса текстов показало, что возможно выделить несколько наиболее характерных для прозы русскоязычной литературы Грузии моделей культурной самоидентификации. Основными показателями различий между ними являются:

• россиецентризм;

• европоцентризм; самоидентификация в модусе «я - тбилисец».

По мнению И.А.Тарасовой, художественный образ и художественный концепт являются взаимодополняющими единицами авторского сознания [9,с.267]. Обосновывая свою точку зрения, исследователь отсылает нас к гипотезе многоуровневого кодирования

информации, принадлежащей американскому психологу Р.Солсо: «...информация кодируется образно на одном уровне обработки, тогда как на другом, вероятно, более глубинном, она кодируется концептуально. В таком случае ментальный образ можно рассматривать как ступень развертывания концепта, а образ речевой - как способ его проявления» [11, с.276]. Эта точка зрения подтверждает важность исследования типов самоидентификации авторов русскоязычной литературы Грузии, что может служить основанием для исследования собственно типов авторского сознания. Каждый выделенный нами тип самоидентификации напрямую представлен значительным числом персоналий и текстов, охватить которые полностью не представляется возможным в рамках краткого исследования. Одновременно в рамках этой самоидентификации можно рассуждать и о типах авторского сознания как о моделях в русскоязычной литературе Грузии.

Методологические аспекты исследования

Для решения поставленной задачи наиболее перспективным представляет когнитивный подход к изучаемой проблеме. Когнитивный подход предполагает изучение литературных констант как художественных концептов. В психологии творческих процессов литературные константы суть компонент личности автора, влияющий и во многом определяющий ментальный портрет автора, а, следовательно, и авторское сознание. При этом концепты помимо индивидуально-авторского компонента, содержат компонент коллективного опыта - в нашем случае жителей современной Грузии. Авторское сознание транслирует этот опыт, разумеется, художественно интерпретируя его. Таким образом, анализ концептов, оказавших влияние на тип авторского сознания, проведенный на материале текстов русскоязычных литераторов Грузии, позволил создать типовые обобщенные модели сознания русскоязычного автора, характерные для художественно-литературных дискурсивных практик в поликультурных условиях.

Практический анализ

На сегодня можно утверждать, что в Грузии фиксируется культурное явление, которое следует именовать русскоязычной литературой Тбилиси, потому что Тбилиси стал очагом ее локализации. Обозревая пространство текстов, создаваемых представителями русскоязычного литературного Тбилиси, нельзя не заметить, что весь корпус текстов можно условно разделить на, мягко говоря, «наивную словесность» и на тексты реальных мастеров. И этому есть свое объяснение. Авторское сознание тех, чьи тексты можно обозначить, как «наивные», несет на себе отпечаток психологической травмы, вызванной стремительно меняющейся жизнью (7, с. 79).

Для понимания авторской картины мира важным представляется учет выделенных нами концептов художественного мира русскоязычных авторов Грузии (8, Р.1501-1510). Таковыми явились концепты Россия, Тбилиси, Европа. Анализ большого корпуса текстов, а также изучение векторов саморефлексии и самоидентификации позволяют выделить три типа авторского сознания, каждый из которых обладает собственными особенностями.

К первому типу можно условно отнести авторов, в чьих текстах наблюдаются следующие черты:

• присутствием в текстах художественных компонентов, вписанных в парадигму классической русской литературы; в текстах актуализируются такие мотивы русской литературы, как странничество, двойничество, изображение лишнего человека в его современной разновидности;

• авторское мироощущение окрашено в тона либо ностальгии по России, ее культуре в первую очередь, либо пропитано такими ментальными компонентами русского сознания, как рефлексия, сострадание к «обычному», чтобы не сказать «маленькому» человеку и т.д.;

• особо выделим фактор осмысления событий недавнего прошлого сквозь призму си-мулякров, угнездившихся в сознании советского человека рубежа 1980-1990-х годов и сыгравших определяющую роль в его дальнейшей судьбе, протекающей уже в новой реальности.

Модель авторского сознания, для которой характерны указанные нарративные практики, может быть определена как рациональная, так как авторы-носители подобной картины мира обладают отличительной чертой - желанием обрести социальные и культурные смыслы в новой жизни. При этом их творчество демонстрирует влияние русской литературы, и в нем обнаруживаются компоненты основного кода русской культуры. Наиболее яркими примерами подобного типа авторского сознания служит творчество Н.Гвелесиани и Романа Фина.

Художественно-биографический роман Романа Фина «Страсти по Матфею», изданный в Тбилиси в 2009 году, - произведение, значительное во многих отношениях. Во-первых, драматична судьба автора, советского диссидента, интеллектуала и ученого. Во-вторых, выделяется героическая без преувеличения попытка художественного осмысления уникального жизненного опыта, включающего в себя диссидентскую деятельность в период 1970-х годов, арест и последующее заключение в психиатрическую больницу, высылку из СССР после принудительного лечения в этой больнице, утрату человеческих связей, крушение самых основ жизни, пребывание в эмиграции в Канаде, наконец, возвращение уже в зрелом возрасте на родину. Все произведение - фиксация отражения в человеческой судьбе недавних этапов истории, и это позволило автору создать художественно-биографический роман своеобразной формы и структуры, с лирико-исповедальными нотами, богатый философской рефлексией.

«Страсти по Матфею» - образец авторского сознания, обращенного глубоко во вутрь. С помощью напряженного диалогизма автора с собой и другими подробно и скрупулезно исследуются фрагменты и факты бытия «авто-я» в тексте, а через это личностное бытие - факты истории. Подобно герою-страннику классической русской литературы, Матфей - alterego автора, путешествует по городам и весям России, и в этом путешествии раскрывается не только «история души» самого Матфея, но и воссоздается образ России периода 1970-2000 гг., увиденной глазами героя. Постановка серьезных нравственных вопросов, чем-то напоминающих «последние вопросы бытия» героев Ф.Достоевского,

29

неоднозначность и нелинейность их разрешений в каждой индивидуальной судьбе персонажей романа, стремление проникнуть в побудительный первоисточник человеческих поступков, а также оценка этих поступков по шкале, в основе которой тезис Достоевского о необходимости сострадания к людям - все это вкупе с особенностями языкового стиля произведения, а также впечатлениями от личного общения с автором позволяет утверждать, что произведение Р.Фина заметное явление в прозе русскоязычной литературы Грузии, а сам автор является носителем философского взгляда на мир, в котором русская литература присутствует как один из центральных компонентов.

Роман Р.Фина, по своей жанровой сути художественно-биографический, на самом деле острием направлен в современную автору действительность. Стремление понять новые человеческие и социальные отношения, стремительно меняющие не только образы, которые человеку с биографией диссидента изначально кажутся неприемлемыми, но и многое из того, что мыслилось как константа культуры, делает авторскую картину мира Р.Фина ментально ориентированной на те константы русской культуры, которые ему кажутся неизменными, универсальными. Сквозь призму этих универсальных авторских компонентов и реализуются повествовательные стратегии в романе. В итоге реалистический взгляд на мир, нетрадиционное мышление позволяют автору не только воссоздать ушедшую эпоху в реалистических красках, но и посредством лирических отступлений, которые присутствуют в романе, выразить свое видение современной ему эпохи и Грузии периода 2000-х годов.

Для второй модели авторского сознания характерны следующие компоненты:

• установка сознания на то, что Европа с присущим ей духовным укладом является центром мировой культуры и цивилизации;

• антитеза «Восток-Запад», в которой Запад обладает отчетливо выраженной ценностной окраской;

• «разумность», противопоставляемая «заблуждениям» и «страстям» и понимаемая как универсальное средство совершенствования общества - установка, характерная для европеизированного сознания со времен просветителей;

• необходимость постепенного проникновения европейской цивилизации во все регионы мира, в том числе и в Грузию.

В среде авторов, чья самоидентификация развивается по такой модели, преобладают успешные киносценаристы и драматурги, которые обратились к прозе, имея опыт удачной работы в кино (И.Гаручава, В.Хотяновский) и постановок пьес в театрах (А.Мейпариани, И.Кесскюлль). Возможно, поэтому в их прозе наблюдается характерный прием: авторы в своих коммуникативных текстовых стратегиях стремятся воздействовать на читателя через образы-знаки, известные всем персонажи мировой культуры, политики. При этом подобные персонажи преподносятся с неожиданной стороны, как правило, разрушающей в сознании читателя стереотипы восприятия этих образов. Модель авторского сознания подобного типа может быть определена как новый европеизм.

В качестве иллюстрации данных положений можно обратиться к прозе А.Мейпариани, в частности опубликованному в журнале «Русский переплет» эссе «Апокриф/Ересь тол-30

пы» [9]. В центре эссе размышления автора над вопросом взаимоотношений «гения» и «толпы». По мысли автора, «...людская масса, если разобраться, статична и однообразна в главном - она увлекаема лишь идеями, почитает воплощающих их гениев, пастырей и вождей. Вернее, их образами, сложившимися в ее представлении. Именно представления, символика легенды, слагаясь в формулу успеха, овладевают умами. Сияющие образы, подобно глюкозе, легко усваиваются инфантильным, в общем-то, сознанием обывателя».

Рассматривая генезис стереотипов, которыми питается «толпа», автор приходит к выводу, что на протяжении всей истории человечества, начиная с эпохи античности и до наших дней, интерес «бюргера», «простолюдина», который и является элементарной частицей толпы, к сильным личностям востребован постоянно. При этом в сознании «бюргера», который, если всмотреться в текст эссе Мейпариани, во многом напоминает знаменитого «филистера» немецких романтиков, образ кумира, «звезды» обладает особым магнетизмом, «жреческим статусом», потому что овеян легендами и мифами, самой же толпой и порождаемыми. При этом «толпе» нет дела до подлинных черт и качеств своего кумира. Иллюстрируя эти положения примерами из истории Древнего Рима, средневековой Европы, автор обращается к двум знаковым фигурам русской культуры. Это «первый диссидент монархии», как его именует автор, русский философ-«западник» П.Я.Чаадаев и «русский европеец» А.С.Пушкин. В восприятии судеб обоих «толпа», как утверждает автор, скользила по поверхности, будучи не в силах из-за разницы в образовательном и эстетическом потенциале понять истинной сути этих личностей.

Само по себе эссе не претендует на истину в последней инстанции и даже не претендует на особую оригинальность, однако небезынтересным кажется отметить реакцию на это произведение в среде тбилисской читательской аудитории и в Интернете. В Тбилиси читатели в основном акцентировали свое внимание на языке и стиле изложения материала автором, отмечая его высокую эстетику, а также общие положения о «толпе» и «гении», и не слишком вдавались в подробности приведенных в качестве примеров мифов о Чаадаеве и Пушкине. Интернет-сообщество, напротив, с жаром обсуждало именно эти две фигуры, обходя молчанием центральное положение эссе. Общий тон комментариев Интернет-читателей был таков, что автор следует по стопам А.Синявского, который предпринял попытку демифологизации образа Пушкина в знаменитых «Прогулках с Пушкиным».

При таком разнообразии мнений как-то не обратили внимания на авторские приоритеты, которые, безусловно, располагаются на стороне непонятых, как утверждает автор, «толпой» Пушкина и Чадаева. И дело тут даже не в том, разделяет ли писатель философские воззрения второго и считает ли близкими для себя тексты первого, сколько в самой установке сознания автора на примат индивидуального над массовым. Очевидно, что само эссе острием направлено в проблемы современности и служит примером протеста самого автора против характерной для нашей эпохи массовой культуры тенденции к усреднению, унификации до степени усвояемости массовым сознанием явлений высокого. Перед нами своеобразное проявление отрицания ценностей культурыпотребления. И в этом планеав-торское сознание Мейпариани, не будучи идентичным сознания Р.Фина и Н.Гвелесиани, совпадает с их установками. Можно предположить, что отрицание ценностей культуры

потребления - один из компонентов собирательной картины мира русскоязычного литератора Грузии.

Третья модель описывает авторов, чья творческая самоидентификация реализуется в модусе «я - тбилисец». Для этой модели типичны:

• изображение Тбилиси как хронотопа;

• канонизация образа Тбилиси периода середины - третьей четверти ХХ столетия;

• восприятие мира с позиции «горожанин-тбилисец»;

• карнавализация современности;

• осмысление и оценка новой мифологии города, начавшей складываться на рубеже XXI века.

Эта группа достаточно многочисленна. Модель данного типа авторского сознания может быть определена как мифоцентрическая (с учетом мифологизированного восприятия Тбилиси и при осознании разных типов мифолологизации - в недалеком прошлом и на современном этапе развития русскоязычной литературы).

Ярким было творчество тбилисского прозаика Карена Абгарова, чей единственный сборник рассказов был издан незадолго до смерти автора в 2003 году и в произведениях которого образ тбилисца предстает во всем своем многообразии. В сборник вошла и великолепная повесть «Кукла Серго», действие которой происходит в Тбилиси 1930-х годов, а главный герой предстает человеком, утратившим душу на пути духовных и нравственных подмен. Повесть удивительным образом перекликается с киношедевром Т.Абуладзе «Покаяние» и отличается великолепно воссозданным колоритом старого Тбилиси.

В этом модусе может быть рассмотрена авторская личность Артема Аракеляна, раскрывающаяся в рассказе «Сикстинская мадонна»[1]. Построенный по типу платоновского «Пира», рассказ повествует о типичных жителях Тбилиси, уже немолодых, бывших одноклассниках, собравшихся в одном из небольших ресторанчиков в старой части города для веселой дружеской пирушки, которая неожиданно превратилась в философский диспут о любви. Колорит места, типично тбилисские темы застольной беседы, язык, богатый сугубо тбилисскими языковыми клише, - все это узнаваемо и призвано в пределах малого жанра рассказа воссоздать облик родного автору города, увиденного глазами его коренного жителя.

К этой же группе представителей русскоязычной прозы Грузии относится и Ростом Ломадзе-Неллин, автор цикла рассказов из городской жизни «Картинки недавних лет» [5]. В этих небольших по объему художественных зарисовках воскресают реалии Тбилиси самых мглистых его времен - 1993-начала 2000-х годов. Прочтение текстов сквозь призму второго плана позволяет увидеть скрытые в них смыслы. Символически переданы реалии тогдашней жизни: падение курса национальной валюты, обнищание основной массы городского населения, отсутствие электроэнергии неделями, ставшие отнюдь не романтическим атрибутом, а необходимостью свечи, керосиновые лампы; разбитые дороги; грабежи на улицах; толпы беженцев, занимающихся уличной торговлей. Болью и грустью проникнуто отношение автора к своим героям: немолодому сыну, покупающему изредка в одной и той пирожковой пирожок для престарелой матери; торговцу содой, рекламирующе-32

му свой товар на рынке громким возгласом на грузинском языке, который переводится на русский как «Основа для изготовления Боржоми»; валютным менялам и многим другим персонажам городской уличной жизни - людям, в одночасье оказавшимся выброшенными из привычного круга интересов, дел и озабоченных только одним - выживанием. Однако автор замечает и другие составляющие собирательного образа тбилисца тех лет, и тогда он описывает одинокого ночного слушателя радио, который в городе, лишенном света, слушает работающий на батарейках старый радиоприемник для того, чтобы поучаствовать в радиовикторине и опознать стихи Гёте и музыку Чайковского. И эта викторина становится для него, зимней ночью одиноко сидящего в холодной, нетопленной квартире, доказательством: тбилисцы живы, навалившиеся проблемы не в состоянии уничтожить что-то главное в них, позволяющее оставаться людьми.

Результаты исследования

На основе проведенного исследования можно констатировать следующее:

• выявлены, проанализированы и систематизированы основные типы авторского миро-видения, а также описаны особенности каждого из этих типов;

• на основе каждого из выделенных типов авторской картины мира путем анализа соответствующих художественных текстов были построены модели авторского сознания, получившие условное наименование рациональная, новый европеизм, мифоцентри-ческая; данные модели построены на основе анализа текстов (тематика, проблемы, идеи художественного текста, идиостиль писателя и т.д.), а также учета предлагаемой конкретным автором концепции мира;

• в проведенном анализе с учетом осознаваемой нами неизбежной разницы между авторскими личностями стало возможным выделение общих закономерностей многообразия личностного бытия, что и было положено в основание предлагаемых моделей авторского сознания.

Выводы

В ходе исследования русскоязычной литературы Грузии в контексте авторского сознания были сделаны следующие выводы.

Исследование коммуникативной структуры произведений русскоязычных авторов Грузии с целью обнаружения субъектных форм выражения авторского сознания в текстах показало опосредованность фабулы восприятием авторов основных выделенных концептов их художественного мира - концептов Россия, Тбилиси, Европа. В тех случаях, ког-даповествованиепроецируется через воспоминания нарратора (Р.Фин, А.Ломадзе-Неллин), выявляется просветительская функция текста. Авторы сознательно акцентируют внимание на узловых моментах повествования, которые определяются основной проблемой - проблемой памяти. В тех отрывках текстов, где автор обращается к художественному вымыслу, обычно можно наблюдать отсылку к гносеологическим проблемам человеческого сознания.

Авторская коммуникативная стратегия направлена на активное сотворчество с читателем, способным опознать и расшифроватьв тексте те коды, которые сознательно использует автор. Таким образом осуществляется диалог в модусе «автор - идеальный читатель». Авторская установка на мифологическое осмысление культуры организует особый абрис текста, что способствует восприятию адресатом всего описываемого как эталонного (А.Ломадзе-Неллин), но при этом вступающего в конфликт с современностью: современность воспринимается как негативное время культуры, а прошлое как идеальное.

Особенности авторского моделирования мира у авторов русскоязычной литературы Грузии позволили выделить типы авторского сознания, каждый со своим центральным ориентиром, которые, рассматриваемые с позиций психологии творческих процессов, могут быть определены как проявление поиска утраченной гармонии, желания обрести новый облик самоидентичности, скорректированный под влиянием нового психологического и социального опыта.

Таким образом, выявленные особенности организации авторского сознания позволяют определить философско-эстетическое мировосприятие авторов - представителей русскоязычной литературы Грузии как опосредованное системой отношений между субъектами сознания в данных текстах. Авторское отношение, выступающее в качестве генерализующего центра, выражается в художественной структуре всех уровней: субъект-но-содержательном и субъектно-формальном. Интенция авторского сознания, направленная к единению всех элементов текста, позволяет говорить о стремлении автора к целостному онтологическому мировосприятию.

В дальнейшем исследования в рамках выработанных моделей выражения авторского сознания относится возможность изучения данного феномена в творчестве ряда других авторов русскоязычной литературы Грузии. Это позволит выработать общие закономерности в реализации смыслопорождающего механизма в творческом сознании русскоязычных авторов Грузии. Таким образом, авторское сознание проявляется в следующих формах:

• художественно-литературной - поэтика прозы характеризуется такими чертами, как тяготение к малым жанрам, автобиографическому повествованию, в плане художественного изображения - деконструкцией мифов прошлого, стремлением к осознанию новой реальности бытия;

• рациональной - желание обрести социальные и культурные смыслы в новой жизни.

Таким образом, русскоязычная проза Грузии переживает процессы, характерные для культурной парадигмы постмодерности. Авторская самоидентификация и саморефлексия отражают суть формирования нового авторского сознания, тяготеющего к постижению параметров динамично развивающегося мира.

References:

1. Arakelian A. (2012) Sikstinskaia Madonna [Sistine Madonna] //Na kholmakh Gruzii, № 15. -ICCN 1512-3960 [URL: http://kholmy-gruzii.ucoz.com/], 32-39.

2. Bakhtin M.M. (1979) Estetika slovesnogo tvorchestva. [Aesthetics of Verbal Creativity.] Sost. S.G.Bocharov [Complier -Bogachov C. G.] Moscow, "Iskustvo", 1979, p. 424.

3. Vinogradov V.V. (1961) Problema avtorstvai teoriia stilei [Problems of Authorship and Theories of Styles]-Moscow.

4. Korman B.O. (1972) Izuchenie teksta khudozhestvennogo proizvedeniia [Study of the Text of a Literary Composition]. Uchebnoe posobie - Moscow.

5. Lomadze-Nellin Rostom (2012) Kartinki nedavnikh let [Pictures of Recent Years] // Na kholmakh Gruzii, № 15, 86-115.

6. Megrelishvili T. (2012) Modeli samoidentifikacii I samorefleksii v proze predstavitelei sovremennoi pusskoiazychnoi literatury Gruzii [Models of Self-identification and Self-reflection in the Prosaic Representatives of the Modern Russian language Literature in Georgia.] - "Vernut'sia v Rossiiu stikhamil prozoi..." Literatura russkogo zarubezhiia / Powrócic do Rosji wierszami i proz% Literatura rosyjskiej emidracji. ["Return to Russia with Poems and Prose." Literature of the Russian Emigrants] - Akademia Pomorska w Slupsku, Slupsk, p.366-375.

7. Megrelishvili T. Guramishvili Z. Sovremennaia russkoiazychnaia literature Gruzii: konceptosfera I nacional'naia identichnost' [Modern Russian Language Literature in Georgia: Concept and the National Identity.]. - Art Sanat. Special Issue of the International Virtual Forum -Istambul, 2016 Yumanitarian aspects in geokultural Space. P.77-85.

8. Megrelishvili T. Relationship Between the Concepts of the Artistic Worlds Picture and the Discourse of the Georgian Poetry Written in the Russian Languages // "Humanities & Social Sciences", 2015 8 (7), P.1501-1510.

9. Meipariani A. (2010) Apokrif/Eres' tolpy [Apocrypha/ Heresy of the Crowd] // Russkii pereplet [URL: http://www.pereplet.ru/text/meypariani23oct02.html].

10.Romanenko A.S. (2014) Problema opredeleniia metodologicheskogo podkhoda k izucheniiu literaturnykh constant [Problem in determining the methodology of learning the Literary Constant]-VestnikTGPU (TSPU Bulletin). 2014. 9 (150).

11.Solso R. (2006)Kognitivnaia psikhologiia [Cognitive Psychology] - 6-e izd. — SPb.: Piter [The 6th Edition.Saint-Petersburg], 2006, P. 589. Foreign Literature (from the series "Masters of Psychology").

12.Tarasova I.A. Obraz ili concept? K voprosu o kategoriiakh avtorskogo soznaniia [Image or Concept? On the categories of the Author's Consciousness. Lingual Existence of a Human and Ethnos: Psycho-lingual and Cognitive Aspects] // Iazykovoe bytie cheloveka I etnosa: psikholingvisticheskii I kognitivnyi aspekty. Materialy Mezhdunarodnoi shkoly-seminara(V Berezinskie chteniia). Resources of the international schools seminar (The 5thBerezina Lecture). Edition 15, INION RAN, MSLU, 2009. p. 262-267.

13.Tomashevskii B.V. (1923) Literatura I biografiia [Literature and Biography] // Kniga i revoliuciia [Book and Revolution] №4 (28).

Information about the authors:

Megrelishvili Tatiana. The Georgian Technical University (Tbilisi, Georgia) - Full-Professor, Doctor of Philological Sciences, Member of FIPLV (International Federation of Language Teacher Associations), GCLA (Georgian Comparative Literature Association), ICLA (International Comparative Literature Association), co-founder of the CCU Association (Cross-Cultural Universe), President of the Association „LiteraAuthor of more than 180 scientific works, among them, five monographs. E-mail:tatamegre@gmail.com

Guramishvili Zaira. The Georgian Technical University (Tbilisi, Georgia) - Associate Professor, Candidate of Philological Sciences (PhD), member of the association "Litera ". Author of more than 50 scientific works, among them, one monograph, two textbooks.