Прямая речь

Прямая речь

Ваша первая реакция?

Борис Немцов, один из лидеров "Союза правых сил":
       — Красиво получилось! Ельцин ушел так же красиво, как и пришел. И как все тонко рассчитано, ведь таким образом Ельцин дал реальный шанс Путину стать президентом России.
       
Владимир Рыжков, один из лидеров НДР:
       — Я был потрясен. Новость не российского масштаба. Таких блестящих политических ходов было очень мало в истории XX века. Ельцин в очередной раз доказал, что равных ему в российской политике нет. Сейчас, наверное, многие захотели бы внести поправку в свои рейтинги "Событие века" и "Человек века".
       
Геннадий Зюганов, лидер КПРФ:
       — Наконец-то! Это результат десятилетней борьбы коммунистов и патриотов. Народный импичмент Ельцина, ушедшего, как он сам признался, "по совокупности" содеянного им и его командой, состоялся. И это — главный итог парламентских выборов, которые подтвердили политическое превосходство Компартии и НПСР в российском обществе.
       
Руслан Аушев, президент Ингушетии:
       — А мне жаль. Было бы разумнее и логичнее, если бы в оставшееся до выборов время Борис Николаевич оставался над схваткой и выступал в роли арбитра. Тем не менее это очень мужественный поступок.
       
Дмитрий Пурим, генеральный директор корпорации "Совфрахт":
       — Я удивился — все-таки не 1 апреля на дворе, а 31 декабря. Но сразу же погрузился в эстетическое наслаждение от того, как все было сделано! И потом я наслаждался растерянной реакцией общества и всего мира.
       
Борис Громов, кандидат в губернаторы Московской области:
       — Никогда я не верил, что Ельцин уйдет без сюрпризов. Это невозможно. И он проявил не только силу, но и свою слабость. Слабость к сюрпризам. И ко всем достижениям, которыми он войдет в историю, добавил еще одно — стал первым лидером в истории современной России, добровольно оставившим власть. А еще сделал царский подарок всем, сэкономив стране миллиарды, которые ушли бы на предвыборный президентский марафон. Теперь ведь в этом нет необходимости.
       
Вячеслав Никонов, президент фонда "Политика":
       — От Бориса Николаевича я ожидал чего угодно, но меньше всего — досрочной отставки. Я с большим основанием мог полагать, что он останется на своем посту и после июня 2000 года. Загадочно это. Конечно, это решение самого Ельцина. Но как его могли подвигнуть на это?
       
Эдуард Россель, губернатор Свердловской области:
       — Я подумал о том, как тяжело далось ему это решение. Но теперь Борис Николаевич Ельцин будет вписан в историю России золотыми буквами.
       
Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области:
       — 28 декабря, когда мне вручали орден "За заслуги перед Отечеством", речь президента уже была похожа на прощальную. Нам всем показалось, что президент подводит итог. Но предполагалось, что заявление об отставке последует 1-2 января.
       
Николай Федоров, президент Чувашии:
       — После телеобращения я, как юрист по образованию, сразу сверился с Конституцией и сказал себе, что все абсолютно законно. Это самое удачное решение из всех возможных. Уверен, отношение граждан к Борису Ельцину сразу изменилось в лучшую сторону.
       
Кирилл Лятс, директор по стратегическому развитию ОАО "Уралмашзаводы":
       — Меня разбудили друзья и сообщили новость. Признаюсь, был в шоке, хотя отставки я ожидал еще с ноября. Полдня ушло на разговоры с друзьями. А за новогодним столом обошлось без разговоров о Ельцине и Путине: жена и дети у меня, слава Богу, политикой не интересуются.
       
Илья Хацернов, председатель правления Спецстройбанка:
       — Сильная "рокировочка"! А как вовремя! Всего за несколько часов до Нового года. Но никаких тебе неудобств, кроме неувязки с программой телепередач. Но выпили, и со всем справились.
       
Святослав Федоров, генеральный директор МНТК "Микрохирургия глаза":
       — Я перекрестился, поздравил себя и жену с этим радостным событием. Потом у меня не смолкал телефон весь день. Теперь у меня только радужные надежды на будущее.
       
Игорь Балло, президент Ассоциации игорного бизнеса:
       — Я завтракал, когда начали передавать отречение Ельцина. И у меня стало как-то светло на душе. Чего-то подобного я ждал, хотя и не 31 декабря. Вместо того чтобы готовиться к встрече Нового года, мы обсуждали отставку, да и за новогодним столом только об этом и говорили. Кроме того, я уже вышел на работу, хотя планировал долгие каникулы.
       
Анатолий Чубайс, председатель правления РАО "ЕЭС России":
       — Гениальное решение! Поразительно точное, глубокое и мужественное. По масштабам влияния на события в России, и не только в России, Борис Ельцин стал абсолютно беспрецедентной фигурой. И момент выбран поразительно точно: страна проголосовала за движение вперед, за новое поколение политиков. Ельцин дал этому движению такой импульс, который все здравые, глубокие и ответственные политические силы обязаны воплотить в жизнь.
       
Сергей Благоволин, председатель совета директоров инвестиционного банкирского дома "Финпром":
       — Мне позвонил коллега и сообщил, что Ельцин ушел. Пока не включил телевизор, я думал — это шутка. А в новогоднюю ночь была и пьянка, и веселье, и необычно много разговоров о политике. И вывод — хуже не будет.
       
Ксения Пономарева, бывший генеральный директор ОРТ:
       — Моя первая реакция была политически неправильной: все радовались, а мне стало грустно. Кончилась эпоха, которая началась как эпоха надежд. А какой будет следующая, я пока не знаю.