Импортные украшения рук на территории Пермского Предуралья в эпоху средневековья

УДК 902.01

К.В. Моряхина

ИМПОРТНЫЕ УКРАШЕНИЯ РУК НА ТЕРРИТОРИИ ПЕРМСКОГО ПРЕДУРАЛЬЯ В ЭПОХУ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Пермский государственный гуманитарно-педагогический университет, Пермь, РФ

Изучая украшения рук, исследователи (А.А. Спицын, А.П. Смирнов, А.М. Белавин, Н.Б. Крыласова, К.А. Руденко и др.) обращали внимание на наличие импортных изделий, в первую очередь, из Волжской Булгарии и Древней Руси. В данной статье расширены территориальные рамки рассмотрения источников поступления импортных украшений рук. Помимо указанных территорий жители Пермского Предуралья контактировали с кочевниками южных степей и соседними финно-угорскими народами. Также пересмотрены выделенные предшествующими исследователями привозные изделия - ряд из них отнесены к местному производству.

Ключевые слова: украшения рук, импорт, этнокультурные контакты, средневековье, Пермское Предуралье.

K.V. Moriakhina

IMMORTAL DECORATIONS OF HANDS IN THE TERRITORY OF PERM

CIS-URAL TO THE MIDDLE AGES Perm State Humanitarian and Pedagogical University, Perm, RF

Studying jewelry, researchers (A.A. Spitsyn, A.P. Smirnov, A.M. Belavin, N.B. Krylasova, K.A. Rudenko, etc.) drew attention to the availability of imported products, primarily from the Volga Bulgaria and Ancient Russia. In this article, the territorial scope has been expanded, considering the sources of imported jewelry of hand. In addition to these territories, residents of the Perm Cis-Ural region have been in contact with nomads of the southern steppes and neighboring Finno-Ugric peoples. Also to consider are imported products, identified by previous researchers - a number of them are classified as local production.

Key words: hand decorations, imports, ethnocultural contacts, the Middle Ages, the Perm Cis-Ural.

Вопросы, связанные с происхождением изделий, всегда были актуальными в археологической науке. Наибольший интерес у исследователей вызывают импортные украшения, в том числе, украшения рук. Выделение их из общего массива артефактов позволяет реконструировать этнокультурные контакты, определить влияние, оказываемое на местные ремесленные традиции.

Первая попытка выделить импортные украшения рук среди средневековых изделий Пермского Предуралья была предпринята в начале XX в. А.А. Спицыным. К таковым украшениям он отнес перстни с зерно-сканым узором, серебряный перстень с крупной вставкой и перстень с широкой передней вставкой (с ромбическим щитком). По мнению А.А. Спицына, привозные украшения происходили из Поволжья, в большинстве своем из Волжской Булгарии [19, с. 27-45].

В середине XX в. с начавшимися планомерными археологическими исследованиями в Пермском крае был поднят вопрос об этнокультурном влиянии на Пермское Предуралье со стороны Волжской Булгарии и Древней Руси. А.П. Смирнов отмечал, что булгарское влияние прослеживается в плетеных браслетах и перстнях, орнаментированных сканью и зернью, древнерусское -в широких шарнирных браслетах с растительным орнаментом и чернью [18, с. 208-216].

Подробно широкий шарнирный браслет, найденный у д. Сартаковой Чердынского р-на, был рассмотрен В.Ф. Генингом. Исследователь согласился с ранее опубликованными выводами А.П. Смирнова, но допускал, что подобные браслеты могли быть изготовлены в Волжской Булгарии по мотивам древнерусских изделий. По мнению В.Ф. Генинга, на это указывает крупный диаметр зерни, характерный для ювелирного дела Волжской Булгарии [7, с. 135-136].

Позднее шарнирные (или створчатые) браслеты из Пермского Предуралья были рассмотрены Т.И. Макаровой в рамках изучения черневого дела Древней Руси. Исследовательница на основе анализа техники изготовления и орнаментальных мотивов пришла к выводу, что данные браслеты были изготовлены в Волжской Булгарии по аналогии с киевскими украшениями [12, с. 78, 84].

Наиболее полно тема импорта в Пермское Предуралье с соседних территорий была раскрыта А.М. Белавиным в монографии «Камский торговый путь». К булгарскому импорту исследователь относил следующие браслеты: серебряные пластинчатые с округло-расширенными концами, украшенные зернью и сканью или циркульным орнаментом; витые и плетеные, концы которых закрывались скульптурными изображениями фигурок животных или широкими пластинами; створчатые браслеты. По мнению А.М. Белавина, булгарами была заимствована идея создания створчатых браслетов от древнерусского населения, и уже булгарские изделия попадали на территорию Пермского Предуралья. Бул-гарские створчатые браслеты отличаются от древнерусских орнаментом в виде двучастной плетенки, сочетанием разных технологических приемов (зернь, чернение, тиснение, пайка, чеканка, золочение). К импортным булгарским перстням, найденным на территории Пермского Предуралья, исследователем были отнесены щитково-серединные черненые перстни; перстни с сердоликовой или стеклянной вставкой; перстни со щитком, украшенным зернью и сканью; перстни-печатки [4, с. 98-104].

По мнению А.М. Белавина, древнерусский импорт имел меньшее значение, чем булгарский. Но, тем не менее, встречается большое количество древнерусских изделий на территории Пермского Предуралья: перстни с овальным щитком и заходящими концами; серебряные замкнутые с прямоугольным щитком, орнаментированные чернением; перстни с овальным щитком с изображением свастики; бронзовые перстни в два оборота с овальным щитком; серебряные

перстни с круглым щитком, орнаментированным псевдозернью и псевдосканью [4, с. 150-151].

А.М. Белавиным к импортному материалу были отнесены вещи, сделанные в основном из серебра, и выполненные при помощи более сложных технологий, таких как филигрань, чернение, золочение.

В последнее время археологи Урало-Поволжья начинают переосмысливать объем булгарского импорта на территорию Предуралья и Зауралья. Особенно привлекают внимание археологов перстни с чернением - в последнее время стал актуален вопрос: все ли перстни происходят из Волжской Булгарии, или же было и их местное производство.

Казанский археолог К.А. Руденко подвергает сомнению столь широкий импорт булгарских изделий в Предуралье и Зауралье. По его мнению, орнамент на перстнях с чернением, найденных в Предуралье, не характерен для булгарских изделий, и, возможно, такие перстни имеют местное происхождение [16, с. 289]. В другой статье К.А. Руденко в соавторстве с пермскими археологами Н.Г. Брю-ховой и Е.Л. Лычагиной анализируют перстни Плотниковского могильника, что в итоге подтверждает ранее высказанное предположение [5, с. 4-6].

Тобольский археолог А.А. Адамов составил классификацию перстней с чернением, основанную на анализе орнаментации щитка. Проведя статистический анализ встречаемости определенных типов перстней на территории Волжской Булгарии и Предуралья, исследователь отметил, что перстни с орнаментом в виде перекрещенных линий и плетенки (как основного сюжета) не встречаются на территории Волжской Булгарии, в то время как на территории Предуралья их насчитывается 26 экземпляров (с учетом грабительских сборов). Исходя из этого, А.А. Адамов предполагает, что существовал пермский ювелирный центр по изготовлению серебряных перстней, который сложился под влиянием булгар-ских мастеров [1, с. 44-49].

Детальное изучение техники изготовления данных перстней представлено в статье Ю.А. Подосеновой и Н.Г. Брюховой «Перстни "булгарского" типа из материалов Плотниковского могильника родановской археологической культуры: техника изготовления» [6, с. 304-311]. Но, несмотря на то что авторами статьи была подчеркнута необходимость рассмотрения техники изготовления для разрешения вопроса о месте изготовления перстней: Волжская Болгария или Предуралье, вывод по данной проблеме так и не был сделан. Поэтому вопрос до сих пор остается открытым.

Сложившаяся проблема касается не только перстней, но и других категорий украшений. Так, К.А. Руденко рассматривает браслеты с шатонами, с целью выявить первоначальное место их изготовления. Исследователь опирается на опубликованные материалы Древней Руси, Предуралья и Зауралья. В результате К.А. Руденко опровергает сложившееся мнение, что такие браслеты изготавливали в Волжской Булгарии, и разделяет изделия на два типа (к одному из этих

типов относятся только браслеты из Пермского Предуралья). Но происхождение браслетов с шатонами так и не было определено [14, с. 162-165].

Наличие древнерусского импорта подтверждается материалами Рождественского могильника. По мнению Н.Б. Крыласовой, новгородское происхождение имели следующие перстни: «усатый», серебряный с овальным щитком, орнаментированный насечками, пластинчатый бесщитковый, спиралевидный [10, рис. 1/4].

На сегодняшний момент внимание исследователей привлекали импортные вещи, попадающие в Пермское Предуралье с территорий Волжской Булгарии и Древней Руси. В данной статье будет рассмотрен более широкий ареал поступления украшений рук на территорию Пермского Предуралья, а также пересмотрена доля импортных изделий из Волжской Булгарии и Руси.

Импортные украшения рук начали встречаться в Пермском Предуралье с конца VIII века. В VШ-IX вв. в Восточной Европе и Зауралье появилась мода на литые перстни со вставкой, т. н. «перстни салтовского типа». Первоначальным местом их изготовления была территория салтово-маяцкой культуры, где они встречаются на памятниках VIII - нач. IX вв. [13, с. 115]. Постепенно оттуда перстни со вставкой проникали к венграм, на Русь и к соседним финно-угорским народам, в Поволжье и на Урал, где их, в том числе, начинают изготавливать на местах в подражание импортным. Перстни салтово-маяцкой культуры изготавливались из низкопробного серебра или бронзы, в качестве вставки использовались сердолик или красное стекло. Щиток мог иметь разный размер, шинка иногда имела рельефный декор. Отмечаются случаи нанесения на вставку резного орнамента в виде птички [13, с. 115]. В Пермском Предуралье типичные салтов-ские перстни (в редких случаях они имеют орнамент на шинке в виде насечек) найдены на Аверинском II, Баяновском, Деменковском, Плесинском, Степаново Плотбище могильниках (рис. 1/1, 16 экз.). Но перстни «салтовского типа» попадали сюда не только из первоначального места их изготовления, но и из соседней Волжской Булгарии. На Баяновском могильнике найден экземпляр с надписью арабской вязью - «Нет Бога, кроме Аллаха». Стоит отметить, что и местными мастерами изготавливались такие перстни. Они характеризуются наличием стеклянной вставки синего цвета.

В это же время с южных территорий в Пермское Предуралье попадают единичные экземпляры кованых серебряных перстней со вставкой из янтаря, имевшие распространение у алан [9, табл. XXXVI]. В виду используемого материала для изготовления украшений их можно отнести к статусным вещам. Такие перстни обнаружены на Аверинском II, Каневском, Плесинском могильниках (рис. 1/2, 3 экз.).

В IX-X вв. этнокультурные контакты населения Пермского Предуралья расширились, в первую очередь, они были ориентированы на финно-угорский мир. Устанавились контакты с населением Ветлужско-Вятского междуречья -

на рассматриваемую территорию попадают браслеты дротовые восьмигранные с кружковым орнаментом и насечками на концах, пластинчатые литые с изображением змей на концах, пластинчатые литые с двумя желобками [2, рис. 31/ц]. Они найдены на Агафоновском II, Баяновском, Рождественском могильниках (рис. 1/4-6, 7 экз.).

На могильнике Степаново Плотбище (рис. 1/10) обнаружен ажурный перстень с волнистой полоской по центру, характерный для Волго-Окского междуречья.

В X-XI вв. из Западной Сибири в Пермское Предуралье попадают пластинчатые браслеты с 3-4 продольными желобками, они были обнаружены на могильнике Степаново Плотбище (рис. 1/3, 2 экз.). В этот период, по мнению А.М. Белавина и Н.Б. Крыласовой, существовала «единая уральская угорская ойкумена, расположенная по обе стороны Уральских гор» [3, с. 257]. Поэтому появление браслетов из Зауралья можно рассматривать как результат тесной связи с соседней территорией.

В X-XII вв. устанавливаются связи между Пермским Предуральем и Бело-зерьем. Первоначально Белозерье выступило в качестве посредника - через эту территорию в Пермское Предуралье попадали широкосерединные перстни с желобками, характерные для Скандинавии. По мнению И.А. Суминой, восточным рубежом распространения подобных перстней было Белозерье [20, рис. 3/14]. Но, вероятно, оттуда они шли дальше на Восток. Такие перстни обнаружены в Предуралье в погребениях X в. на Плесинском и Степаново Плотбище могильниках (рис. 1/8, 3 экз.). В XI-XII вв. отмечается упрочнение наметившихся связей, между Предуральем и Белозерьем устанавливается взаимный обмен. Оттуда происходят широкосерединный перстень с имитацией плетенки и перстни с шестиугольным щитком. В Белозерье указанные украшения изготавливали из оловянно-свинцового сплава [20, рис. 7], обнаруженные в Пермском Предуралье на Саламатовском I городище и Плотниковском могильнике изделия (рис. 1/7, 9, 7 экз.) имеют аналогичный состав металла.

В X в. Волжская Булгария окончательно формируется как государство, ставшее крупным экономическим и политическим центром, оказавшим существенное влияние на соседние территории, в том числе, Пермское Предуралье. Наряду с другими материалами на рассматриваемую территорию попадают серебряные украшения. В конце XI - начале XIII в. в Волжской Булгарии пользовались популярностью серебряные кованые перстни с чеканным или гравированным рисунком, выделенным чернью. Но за пределами Булгарии они встречаются редко [15, с. 60-61]. Из массива аналогичных серебряных перстней к булгарскому импорту можно отнести лишь четыре экземпляра с прямоугольным щитком (рис. 1/11-14), которые идентичны по орнаментальным мотивам и технике изготовления, - с растительным орнаментом, с рисунком из переплетенных геометрических фигур в виде диагонального креста, с рисунком из

сдвоенных трилистников. Изделия происходят из раскопок крупных поселенческих памятников, таких, как Рождественское, Саламатовское I городища, Ка-линское селище. Остальные (9 экз.) были изготовлены местными мастерами под влиянием булгарских ювелирных традиций, и имеют ряд особенностей: обрамление щитка бордюром, орнаментация боковых граней разделенными треугольниками, своеобразие декора, сочетание чернения и золочения. Изделия, созданные в «подражание», появляются с XII в. и получают распространение в XIII в., когда в Волжской Булгарии прекращается выпуск перстней после нашествия монголо-татар. Такие украшения, получившие в литературе название перстни «булгарского типа», в Пермском Предуралье встречены на Сала-матовском I городище, селище Телячий Брод, Антыбарском, Плотниковском могильниках. Перстни «булгарского типа» также встречаются в Северном Предуралье на памятниках вымской культуры и в Зауралье в Тобольско-Иртышском междуречье. Вероятно, перстни с орнаментом в виде плетенки или диагонального креста попадают на территорию Зауралья в XIII в. с группами мигрантов из Пермского Предуралья. Стоит отметить, что украшения с таким орнаментом характерны для уральского региона, и не встречаются в Волжской Булгарии.

Помимо рассмотренных выше перстней к булгарскому импорту можно отнести плетеные браслеты с раскованными концами, кованые перстни с овальным щитком и зерно-сканым декором, которые встречаются на памятниках Пермского и Удмуртского Предуралья. Плетеные браслеты получили широкое распространение в Волжской Булгарии, ряд из них дополнительно украшены вставкой, и не вызывает сомнение их происхождение [15, с. 176]. В Пермском Предуралье такие изделия обнаружены на Агафоновском II могильнике и у с. Верх-Язьва (рис. 1/15).

Перстни с круглым щитком, украшенным зерно-сканным декором, не получили особого распространения в Волжской Булгарии. Вероятно, не пользуясь спросом на месте изготовления, изделия попадали на соседние территории -в Пермское и Удмуртское Предуралье. В Пермском Предуралье перстни дополнительно покрывались золочением, что характерно для пермских изделий XI века. Украшения были обнаружены на Аверинском II, Агафоновском II, Рождественском, Степаново Плотбище могильниках (рис. 1/16, 8 экз.).

Створчатые браслеты, браслеты с шатонами, перстни-«колпачки», которые ранее исследователи относи к булгарскому импорту, скорее всего, к таковым не относятся, поскольку аналогичных изделий на территории Волжской Булгарии не обнаружено. Перстни-«колпачки» отличаются от булгарских изделий своими техническими характеристиками: зернь неровная и крупнее, чем на булгарских, скань заменена на торсированую проволоку. Данные украшения являются продуктом ремесленного производства пермских ювелиров. Вероятно, указанные браслеты тоже изготавливаться на рассматриваемой территории под влиянием булгарских мастеров или с их участием.

С XI в. в Пермское Предуралье попадают изделия древнерусского импорта. Среди украшений рук к новгородскому производству [17, с. 97, 122, 129, 132, 135, 137] можно отнести перстни с «усами» XI в., рубчатые перстни XI-XIII вв., перстни с круглым щитком, орнаментированным розеткой или свастикой XIII-XIV вв., с квадрифолийным щитком XIII в., с овальным вытянутым щитком XI-XIII вв., с ромбическим щитком XIII-XIV вв., витые браслеты из двух проволок XII-XIII вв. Перечисленные изделия в Пермском Предуралье обнаружены на Агафоновском II, Рождественском, Плотниковском, Телячий Брод могильниках, Городищенском, Саламатовском I городищах, селище Телячий Брод, Запоселье, местонахождениях у с.Дубленово, Златино, Горт-Кушет (рис. 1/17, 18, 20-24, 26; 13 экз.). Увеличение количества импортных изделий в XIII в. связано с усилением влияния Новгорода на Пермское Предуралье, которое стало возможным после падения Волжской Булгарии.

Помимо этого с древнерусских земель в Пермское Предуралье попадают изделия из Земли Вятичей и Твери. К древностям вятичей [8, с. 209] можно отнести витые перстни XI в., пластинчатые браслеты с завернутыми в спираль концами XI-XIII вв., которые происходят из раскопок Рождественского, Салама-товского I городищ, могильника Степаново Плотбище (рис. 1/19, 27; 4 экз.). В XI-XIII вв. у вятичей получают распространение ложновитые перстни. Обнаруженные в Пермском Предуралье аналогичные изделия являются продуктами местного производства, поскольку отличается их техника изготовления: вятичи отливали перстни в двухсторонних формах, в то время как пермские изделия отлиты по восковой модели. К тому же были обнаруженные бракованные образцы с остатками литникового канала.

К импорту из Твери можно отнести только один перстень сер. XIV в. [11, рис. 103/3] - перстень с овальным щитком, орнаментированным знаком бесконечности, из материалов селища Телячий Брод (рис. 1/25).

Ранее исследователями к древнерусскому импорту были отнесены еще перстни с овальным щитком, орнаментированным насечками, пластинчатые бесщитковые и спиралевидные. Указанные изделия, на наш взгляд, изготавливались в Пермском Предуралье. Перстень с овальным щитком визуально напоминает новгородский, но изготовлен иным способом: в Новгороде такие перстни получали путем литья [17, с. 130], у пермского экземпляра кованый щиток, припаянный к шинке. Пластинчатые бесщитковые и спиралевидные перстни получают широкое распространение в Древней Руси и у финно-угорских народов. Распространение таких изделий является следствием «моды», и изготавливались они на местах.

Наличие импортных украшений рук отражает общую картину этнокультурных контактов средневекового населения Пермского Предуралья, которые фиксируются и по другим материалам - височным кольцам, подвескам, бытовым предметам и т.д. Характер этих связей был неоднозначным. С установле-

нием контактов с кочевниками южных степей на территорию Пермского Пре-дуралья попадают статусные вещи - появляются первые серебряные украшения рук. С расширением этнокультурных связей меняется и их характер. Взаимоотношения с финно-угорским миром носили двухсторонний характер: как на территории Пермского Предуралья встречаются импортные вещи, так и пермские изделия обнаружены в Белозерье, Поволжье, Зауралье. Возникновение по соседству государственных образований - Волжской Булгарии и Древней Руси -приводит установлению влияния этих территорий на Пермское Предуралье, которое проявляется в поступление импортных изделий и заимствованию ювелирных традиций. Изучение ювелирного ремесла Пермского Предуралья позволило пересмотреть роль импорта - ряд изделий, ранее отнесенных к таковым, отличаются по технике изготовления и декоративным элементам и являются продуктом местных ремесленников.

Библиографический список

1. Адамов А.А. Серебряные перстни с чернением булгарского типа из Предуралья // Труды КАЭЭ. - Вып. IX. - Пермь: ПГПУ, 2014. - С. 44-49.

2. Архипов Г.А. Марийцы IX-XI вв. К вопросу о происхождении народа. -Йошкар-Ола: Марийское книжное изд-во, 1973. - 197 с.

3. Белавин А.М., Иванов В.А., Крыласова Н.Б. Угры Предуралья в древности и средние века. - Уфа: БГПУ, 2009. - 278 с.

4. Белавин А.М. Камский торговый путь: средневековое Предуралье в его экономических и этнокультурных связях. - Пермь: ПГПУ, 2000. - 200 с.

5. Брюхова Н.Г., Лычагина Е.Л., Руденко К.А. Перстни из раскопок Плотниковского могильника (коллекция раскопок 2010 г.) // Вестник Музея археологии и этнографии Пермского Предуралья. - Вып. III. - Пермь: ПГГПУ, 2010. - С. 4-6.

6. Брюхова Н.Г., Подосенова Ю.А. Перстни «булгарского» типа из материалов Плотниковского могильника родановской археологической культуры: техника изготовления // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. - 2015. - Т. 17. - № 33. - С. 304-311.

7. Генинг В.Ф. Серебряный браслет из Верхнего Прикамья // КСИМК. -1955. - Вып. 57. - С. 135-136.

8. Зайцева И.Е., Сарачева Т.Г. Ювелирное дело «Земли вятичей» второй половины XI-XIII вв. - М.: Индрик, 2011. - 404 с.

9. Кантемиров Э.С., Дзаттиаты Р.Г. Тарский катакомбный могильник VIII-IX вв. н.э. // Аланы: история и культура. Alanica III. - Владикавказ, 1995. -C. 259-314.

10. Крыласова Н.Б. Начало «древнерусской колонизации» Прикамья и ее роль в появлении новой территории под именем «Пермь» // Труды КАЭЭ. -Вып. IX. - Пермь: ПГГПУ, 2014. - С. 28-39.

11. Лапшин В.А. Тверь в XШ-XV вв. по материалам раскопок 1993-1997 гг. - СПб.: Изд-во ф-та филологии и искусств СПбГУ, 2009. - 588 с.

12. Макарова Т.И. Черневое дело Древней Руси. - М.: Наука, 1986. - 156 с.

13. Плетнева С.А. На славяно-хазарском пограничье. Дмитриевский археологический комплекс. - М.: Наука, 1989. - 288 с.

14. Руденко К.А. Атрибуция серебряных пластинчатых браслетов с ша-тонами из Предуралья и Зауралья (к вопросу о булгарском импорте) // Человек и север: антропология, археология, экология. - Тюмень: ИПО СО РАН, 2015. -С. 162-165.

15. Руденко К.А. Булгарское серебро. Древности Биляра. - Казань: Заман, 2015. - Т. II. - 528 с.

16. Руденко К.А. Ювелирные изделия Приуралья и Зауралья: к вопросу о булгарском импорте XI-XIV вв. // XVII Уральское археологическое совещание. - Екатеринбург-Сургут: Изд-во «Магелан», 2007. - С. 288-289.

17. Седова М.В. Ювелирные изделия Древнего Новгорода (X-XV вв.). -М.: Наука, 1981. - 196 с.

18. Смирнов А.П. Очерки древней и средневековой истории народов Среднего Поволжья и Прикамья // МИА. - 1952. - № 28. - 278 с.

19. Спицын А.А. Древности камской Чуди по коллекции Теплоуховых // МАР. - 1902. - № 26. - СПб.: Имп. Арх. комиссия. - 110 с.

20. Сумина И.А. Металлические перстни средневекового Белозерья // Труды ГИМ. - 1999. - Вып. 111. - С. 167-189.

Рис. 1. Импортные украшения рук на средневековых памятниках Пермского Предуралья:

1, 4 - Баяновский могильник, 2, 8 - Плесинский могильник, 3, 10 - Степаново Плотбище могильник, 5 - Агафоновский II могильник, 6, 16 - Рождественский могильник, 7, 9, 13, 18, 19, 27- Саламатовское I городище, 11, 12, 23 - Рождественское городище, 14 - Калинское селище, 15 - местонахождение у с. Верх-Язьва, 17 - местонахождение у с. Горт-Кушет, 20, 24, 25 - селище Телячий Брод, 21 - местонахождение у д. Златино, 26 - Запосельское селище