Особенности реализации речевых тактик и стратегий межличностного общения в поликультурном художественном дискурсе (на примере коммуникативных ситуаций романа Эми Тан «Клуб радости и удачи» и рассказа Д. Лахири «Благословенный дом»)

ISSN 2075-9908 Историческая и социально-образовательная мысль. Том 7 №4, 2015 Historical and social educational ideas Tom 7 #4, 2015_________________________

УДК 81

АРТЕМЬЕВА Полина Сергеевна, аспирант кафедры теории, истории языка и прикладной лингвистики

ОСОБЕННОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ РЕЧЕВЫХ ТАКТИК И СТРАТЕГИЙ МЕЖЛИЧНОСТНОГО ОБЩЕНИЯ В ПОЛИКУЛЬТУРНОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ ДИСКУРСЕ

В данной работе рассматривается структура, цели и методы коммуникации представителей разных культур, представленных в поликультурном художественном произведении. Особое место отводится анализу артефакта культуры как коммуникативной единицы. Материалом исследования послужили произведения современных американских писателей азиато-американского направления Э. Тан «Клуб радости и удачи» и Д. Лахири «Благословенный дом». Изучение коммуникативных тактик и стратегий привлекало внимание лингвистов с 80-х гг. XX в. Множество работ посвящено рассмотрению структуры диалоговой коммуникации в политическом, судебном, а также рекламном дискурсе. Однако недостаточно изученным на данный момент представляется вопрос о реализации коммуникативных стратегий и тактик в поликультурном художественном дискурсе, посвященном описанию/рассмотрению ситуаций простого бытового межкультурного/межличностного общения.

Ключевые слова: коммуникативная стратегия, артефакт культуры, коммуникативная функция, поликультурный текст, структура коммуникативного взаимодействия.

Обращаясь к разным вариантам определения того, что представляет собой коммуникативная тактика, за рабочее определение в данной статье мы принимаем определение Е.П. Чер-ногрудовой: «Коммуникативная тактика <...> рассматривается как совокупность практических ходов в реальном процессе речевого взаимодействия» [4, с. 42], иными словами - это цель, к которой направлено возникшее между людьми коммуникативное взаимодействие. Этой целью для одного из коммуникантов схематично может быть как желание обидеть и показать свое превосходство, если мы говорим о ситуации конфликта, так и стремление наладить конструктивный диалог, упрочить контакт с партнером, если мы говорим об эффективной положительной коммуникации. В зависимости от поставленной цели, говорящий человек подбирает те или иные стратегии, а иными словами, методы ее осуществления. Такие методы в науке о языке получили название коммуникативных ходов.

Методы достижения цели могут меняться, поскольку второй коммуникант, осознав цель первого, еще в самом начале коммуникации выдвигает свои цели, как то: цель оправдания и самооправдания и ухода от разговора в ситуации обвинения или, например, нейтральной позиции поддержания желания наладить контакт в контактоустанавливающей ситуации общения - и начинает применять свои стратегии их достижения, выполняя те или иные коммуникативные ходы, которые могут привести как к прекращению общения вообще, так и к смене коммуникативных ролей коммуникантов в процессе разговора.

Изначально любой диалог направлен на познание другого человека, его мировосприятия, его национально-культурного этнического сознания, а в дальнейшем цели начинают детерминироваться. В основе этого утверждения лежит концепция М.М. Бахтина «свой-чужой», согласно которой «чужие сознания» [1, с. 9-179] невозможно познать как некий абстрактный объект путем наблюдения, анализа и обобщений. Чужое сознание можно познать только путем диалога, какими бы ни были его цели. Вот почему одной из основных задач любого диалога является стремление быть понятым.

DOI: 10.17748/2075-9908.2015.7.4.107-111

ARTEMYEVA Polina Sergueevna, Postgraduate Student, Chair of Theory and History of the Language and Applied Linguistics,

PECULIARITIES OF IMPLEMENTING SPEECH’ TACTICS AND STRATEGIES OF INTERPERSONAL COMMUNICATION WITHIN THE MULTICULTURAL DISCOURSE OF

FICTION

(source’ data of communicative situations from the novel «The Joy Luck Club» by A. Tan and the short story «This Blessed House»

by J. Lahiri

The paper considered a communication framework specific for individuals originated from different cultures, their communication purposes and communicative techniques represented in a multicultural piece of fiction. The study allotted a special place to examination of an artifact of culture as a communicative unit. The fiction pieces by the contemporary American writers of an Asian-American stream, namely «The Joy Luck Club» by A. Tan and «The Blessed House» by J. Lahiri, have served for the source data of research. Studying communication tactics and strategies has drawn attention of linguists since the 1980-ies. A great deal of research papers dealt with the framework of interactive communication considered sequentially in a political and judicial fields of discourse, and an advertising discourse as well. However, for the time being an issue of communication strategies and tactics implemented in a multicultural discourse of fiction (aimed at describ-ing/ examining events of everyday common cross-cultural / interpersonal communication) seems to be still insufficiently covered.

Keywords: communicative strategy, artifact of culture, communicative function, multicultural text, communicative interaction framework.

- 107 -

Образование и педагогические науки

Education and Pedagogical Sciences

В данной работе мы рассмотрим структуру, цели и методы коммуникации представителей разных культур в поликультурном художественном произведении, а также артефакт культуры - как коммуникативную единицу культуры.

Материалом исследования послужили рассказ Джумпы Лахири «Благословенный дом» и новеллы романа Эми Тан «Клуб радости и удачи». Подобного рода авторы - это представители сравнительно молодого, возникшего в 60-х гг. XX в. азиато-американского направления в литературе США, писатели с бинарной идентичностью.

Для персонажей подобного рода произведений характерен поиск своего места в мире, попытки определения собственной самоидентификации. Оказавшись в ситуации «пограничного» [2, с. 2] стыка культур, они оказались перед выбором того, к какой культуре себя отнести к культуре окружающего большинства, которая может быть для них связана со всеми теми контактами, что они имеют во внешнем мире, или же к этнической культуре своего родового гнезда, более связанной с уходящими в прошлое явлениями, рассказами, воспоминаниями.

Коммуникативная стратегия «воспоминаний» как переход от настоящего времени к прошедшему позволяет автору показать ту основу, на которой базируется положение в реальном мире того или иного персонажа, то есть предпосылки, которые могут объяснить возникшие коммуникативные неудачи. В большинстве случаев такие переходы возникают как переходы от одной культуры к другой.

Остановимся более подробно на рассмотрении особенностей структуры коммуникативного взаимодействия в поликультурной среде художественного пространства новеллы «Лучшее качество» («The Best Quality»).

Непосредственно перед описанием праздничного ужина возникает сложносоставленный образ краба, которого, еще живого, поместили в кастрюлю и стали варить из него суп. Лексема «краб» обращает на себя внимание постольку, поскольку входит в систему повторов. Только во вступительной части новеллы она употребляется более семи раз, а также является сюжетообразующей во вставном рассказе новеллы, предваряющем основные события и отсылающем к прошедшему времени, к тому истоку, который может объяснить внутреннее эмоциональное отношение персонажа, иммигранта второго поколения, и уже относящемуся к пограничному переходу культур, к ключевому традиционному элементу трапезы китайского Нового года. Лексема «краб» помимо прямого денотативного значения имеет специфическое, присущее китайской культуре символическое толкование посредника между внешним и внутренним миром с дальнейшим выходом на то, что внутреннее ассоциируется с прошедшим, невозвратимым, ушедшим в небытие временем, а внешнее с настоящим, видимым, поддающимся описанию, как происходящее здесь и сейчас действие. Так искусственное смешение внешнего и внутреннего пространства порождает образ хаотичности, в котором, как в определенном выходе из себя, можно увидеть внутреннее содержание, прорывающееся через маску общепринятого и меняющегося с нею местами. Именно подобного рода толкование позволяет объяснить все то, что происходит в дальнейшем за ужином.

Собравшиеся за одним столом персонажи представляют собой два поколения. Если старшее поколение можно отнести к представителям китайской культуры, то младшее - это либо представители американской культуры, либо люди, едва знакомые с китайской культурой, но так и не внедрившиеся до конца в культуру Америки, осознающие главным образом ее ценности, приоритеты и социальную стратификацию, люди как бы оказавшиеся собственным сознанием в пространстве между культурами и ищущие свое место в нем. Исходя из возникающей разницы, мы можем определить коммуникацию, происходящую между ними, как коммуникацию, протекающую в поликультурной среде.

Точное указание на количество персонажей имеет непосредственную соотнесенность с основным символом новеллы, «крабом», и поэтому получает значимость как символика дополнительного содержания, являющаяся одной из составляющих сложного символа. Количество крабов (одиннадцать) приходится строго по одному на каждого, и чтобы это получилось именно так, хозяйка ужина заранее считает и пересчитывает всех, кто может прийти. Согласно традиционной китайской нумерологии, число одиннадцать символизирует переход, избыток и опасность, а также конфликт, мученичество и несдержанность. Однако хозяйка не считает маленькую девочку гостем, по крайней мере, относительно ее желания есть краба, и поэтому считает, что хватит и десяти целых крабов. Опять же, число десять означает духовное достижение, целостность универсума, приводящее к совершенству. И, наконец, один из крабов, мертвый еще до того, как его начали готовить, оказывается на большой раздаточной тарелке как дополнительный, которого никто, как кажется наиболее разумным, не тронет и окажется то количество, которое символизирует лишь то, что каждый может только себе желать на Новый год. В реальной же ситуации востребованных крабов оказалось все-таки одиннадцать, а не десять. Общая

- 108 -

ISSN 2075-9908 Историческая и социально-образовательная мысль. Том 7 №4, 2015 Historical and social educational ideas Tom 7 #4, 2015_________________________

атмосфера гармоничности так и не возникла, преобразовавшись в напряженное состояние несдержанности каждого из персонажей, что во многом передают такие слова, как: scold (брюзжать), confront (противостоять), complaining voice (жалующийся голос), exasperation (раздражение), whine (ныть), teasing grin (дразнящая усмешка).

Изначально ситуация праздничного обеда не подразумевает конфликт, однако буквально с первых слов происходит переход на личности, который затем получает поддержку следующим рядом коммуникативных ходов, ведущих к воплощению соответствующей стратегии коммуникативного сбоя. Жест, указывающий на человека, к которому обращаешься или о котором говоришь, сопровождает начало разговора и, причем, появляется дважды. В одном из предложений о присутствующем человеке говорят так, как об отсутствующем, словно бы он не понимает языка говорящего, а именно в третьем лице и отсылка к нему, позволяющая понять, о ком именно идет речь не по имени, а так, «this one» (этот). Обилие вопросительных предложений, в каждом из которых есть местоимение «you» (ты). Использование предложений с косвенной оценкой себя и окружающих, а также тактики передразнивания.

Стоит отметить, что стратегию коммуникативного сбоя применяют главным образом приглашенные на праздник гости, относящиеся к культуре Китая, а также персонажи, оказавшиеся на перепутье культур и которым еще только предстоит сделать окончательный выбор. Персонажи американцы используют тактику молчания, указывающую на их осознание контакта с другой культурой, попытку присмотреться к структуре самого праздничного вечера и стремление не привнести в него ничего лишнего, что могло бы как-то поставить культуры в контрастное отношение, иными словами, воплощение стратегии на ассимиляцию культур. Что касается инициаторов вечера, то некоторые из них пытаются просто уйти от резкого разговора путем признания авторитета оппонента или же реакции на слова оппонента так, словно бы это комплимент, другие же пытаются использовать стратегию на понижение [3, с. 187], чтобы показать всем истинное лицо своего оппонента: «how petty she was» [5, с. 204] - «какой же мелкой она была».

Особого внимания заслуживают такие реплики, как «Hey, hey, you girls, no more fighting!” [5, с. 204] - «Эй, эй, вы, девочки, больше не ссориться» (Здесь и далее перевод наш. - П.А.), а также рассказ анекдота одним из гостей - которые можно на первый взгляд отнести к контактоустанавливающим стратегиям выхода из конфликтной ситуации, таким как резкое прерывание спорящих и желание изменить настрой собравшихся за одним столом чем-то смешным. Однако анекдот взят из реальной жизни произносящего его и состоит из четырех предложений, в которых местоимение I - я в вариациях I, my - я, мое употребляется три раза, а местоимение she/her - она, ее - два раза и согласно своей смысловой составляющей оказывается более личного содержания, понятного лишь внутри одной семьи, в которой это все произошло, и несмешного, что становится понятным из непосредственного контекстуального окружения. Таким образом, можно сделать вывод о том, что коммуникативная функция этого анекдота лишь частично является контактоустанавливающей и скорее служит одной из стратегий самопрезентации незамеченного персонажа.

Что характерно для писателей с бинарной идентичностью, так это особый акцент на принятие или неприятие культурами друг друга. Так, в приведенной выше ситуации возникают персонажи - представители другой по отношению к культуре собравшегося большинства культуры. Никакой сюжетообразующей функции они не несут, и если убрать из текста их малочисленные реплики, то ничего не изменится, однако важно само то, как они воспринимают взаимодействие культур и какую стратегию занимают в этом взаимодействии. Стратегия на аккультурацию в межкультурных отношениях является не только одной из ведущих в творчестве Эми Тан, но и характерной для других писателей -представителей азиато-американского направления в американской литературе. Так в рассказе Джумпы Лахири «Благословенный дом» («This Blessed House»), в котором тоже происходит встреча гостей на званом вечере, можно проследить стратегию на аккультурацию персонажей американцев, с уважением и интересом относящихся к традиционной индийской кухне, подхватывающих идею игры поиска сокровищ, которой увлекается хозяйка.

Как в новелле Эми Тан «Лучшее качество» первый конфликт разгорается вокруг одного из артефактов китайской культуры, а именно краба, так и в рассказе Джумпы Лахири «Благословенный дом» конфликт выстраивается вокруг артефактов христианской культуры. Можно говорить о том, что это лишь еще один пример, подтверждающий выявленную нами закономерность, присущую авторам данного литературного направления, о том, что в их творчестве всегда показано отношение к элементам другой культуры. Однако, как правило, отношение к проявлениям иной культуры, даже если это культовые предметы иной культуры, ограничивается внешним интересом к ним, таким как поверхностное рассмотрение, попытка попробовать, если это съедобно, однако попробовать согласно своему представлению о том, как это правильно

- 109 -

Образование и педагогические науки

Education and Pedagogical Sciences

есть, просто потрогать и отложить, поставить на полку. Так в вышеупомянутом рассказе Джум-пы Лахири семья молодых индуистов находит в своем доме предметы, являющиеся знаковыми для христианской культуры, но, несмотря на то, что они ставят эти предметы на видное место -каминную полочку, они так и не обращаются к поиску истинного смысла этих предметов, они для них так и остаются лишь вещами: «he could sweep Twinkle’s menagerie into a garbage bag and get in the car and drive it all to the dump» [6, c. 155] - «он мог смести зверинец Твинкл в мусорный мешок и сесть в машину, и увести все это на помойку», которые могут быть либо привлекательными и занятными - pretty и spectacular, либо глупыми и бессмысленными - silly и idiotic. На фоне разного отношения к артефактам чужой культуры выстраивается конфликт между мужем и женой, упирающийся главным образом в тактику манипулирования и молчания. Так, когда Твинкл нашла в саду статуэтку девы Марии и поставила ее на видное место, Сан-джив принял решение поставить свою жену перед фактом, что он находит нужным статуэтку просто выбросить. После фраз о том, что: «Don’t you dare!» [6, c. 149] - «Ты не посмеешь!», Твинкл стала плакать, зная, что ее муж никогда не допустит того, чтобы женщина плакала. Званый ужин просто окружает Санджива с его отсутствием всякого интереса к постеру Иисуса Христа, и библейским заповедям, напечатанным на полотенце, молчанием на фоне общей увлеченности всех и каждого поиском нового «атрибута для коллекции», а именно предмета христианской культуры на чердаке. Те же тактики конфронтации мы можем проследить и у Эми Тан, когда на крабовом ужине Вейверли манипулировала Джун, заставляя думать о том, что та простовата и неталантлива, так как она не может научиться стилю через то, что стала читать смешным дикторским голосом фразы из рекламного слогана, созданного Джун для фирмы, на которой работала Вейверли, давать свою субъективную оценку выполненной работы: «it’s not...sophisticated» [5, c. 205] - «это как-то не сложено» и презентовать свой стиль, соответствующий стилю фирмы как стиль, который люди, его не чувствующие, не могут понять. А молчание матери Джун, позволяющее всем конфронтационным репликам быть терпеливо выслушанными: «I don’t like crab!» [5, c. 203] - «Мне не нравится этот краб!» - «How can you wear this color anymore?» [5, c. 202] - «Как ты вообще можешь носить этот цвет?» - «How do you know what is Chinese, what is not Chinese?» [5, c. 203] - «Как ты можешь знать, что есть китайское, а что не китайское?» - «You mean you still go to that guy on Howard Street? <...>Aren’t you afraid?» [5, c. 204] - «Ты хочешь сказать, что ты до сих пор ходишь к тому парню на Говард Стрит?» -«Maybe I could afford Mr. Rory’s prices if someone’s firm paid me on time» [5, c. 204] - «Возможно я бы смогла позволить себе оплачивать цены Мистера Роари, если бы чья-то фирма оплачивала мою работу вовремя».

На основании вышеизложенного мы можем сделать выводы о том, что для писателей с бинарной идентичностью характерно особое отношение к тематике артефактов культуры, вокруг которых могут выстраиваться те или иные текстовые ситуации, как то: коммуникативная ситуация конфликта, основными стратегиями реализации которой могут выступать аспекты умолчания, невосприятия, стратегии на понижение и на повышение, особого рода преломление стратегий манипулирования. Важным аспектом творчества подобного рода писателей также является выявление отношения разных половозрастных и национальных групп к артефакту определенной культуры. Так артефакт может выполнять сюжетообразующие и символические функции в поликультурном тексте.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Бахтин М.М. Проблемы творчества Достоевского (1929) [Электронный ресурс] - Киев: Next, 1994. - С. 9-179. URL: http://az.lib.ru/d/dostoewskij_f_m/text_0420.shtml (дата обращения 23.03.2015).

2. Кливенкова Д.А. Проблема поиска идентичности в азиатско-американской литературе США (на примере романа «Клуб радости и удачи» Эмми Тан) // Забайкальский гос. гум.-пед. ун-т им. Н.Г. Чернышевского. IV Международная студенческая электронная научная конференция «Студенческий научный форум» 15 февраля - 31 марта 2012 г.

3. Семкин М.А. Коммуникативные стратегии и речевые тактики конфронтационных электоральных риторик (на материале третьего этапа дебатов президентской предвыборной кампании США 2012 г.) / Политическая лингвистика. - 1(47). - 2014. - С. 186-190.

4. Черногрудова Е.П. Основы речевой коммуникации: учебное пособие / Е.П. Черногрудова. - М.: Экзамен, 2008. - 126 с.

5. Tan A. The Joy Luck Club. - New York, 1989. - Р. 125

6. Lahiri J. Interpreter of Maladies. Stories. - Boston - New York, 1999. - Р. 198.

REFERENCES

1. Bakhtin M.M. Problems of Dostoevsky's work (1929). [Problemy tvorchestva Dostoevskogo (1929)] Kiev. Next. 1994. pp. 9-179. Available at: http://az.lib.ru/d/dostoewskij_f_m/text_0420.shtml (date accessed: 03/23/2015).

- 110 -

ISSN 2075-9908 Историческая и социально-образовательная мысль. Том 7 №4, 2015 Historical and social educational ideas Tom 7 #4, 2015_________________________

2. Klivenkova D.A. The problem of finding identity in Asian-American literature United States

3. Semkin M.A. Communication strategies and tactics confrontational speech electoral rhetoric (on the basis of the third stage debate of the presidential election campaign, USA 2012).[ Kommunikativnye strategii i rechevye taktiki kon-frontacionnyh jelektoral'nyh ritorik (na materiale tret'ego jetapa debatov prezidentskoj predvybornoj kampanii SShA 2012 g.)]. Political Linguistics 1 (47). 2014. P. 186-190.

4. Chernogrudova E.P. Fundamentals of Speech Communication: a tutorial. E.P. Chernogrudova.[ Osnovy rechevoj kommunikacii: uchebnoe posobie / E.P. Chernogrudova.]. Moscow: Exam. 2008. 126 p.

5. Tan A. The Joy Luck Club. New York. 1989. P.125.

6. Lahiri J. Interpreter of Maladies. Stories. Boston - New York. 1999 P.198.

Информация об авторе Information about the author

Артемьева Полина Сергеевна, аспирант, кафедра теории, истории языка и прикладной лингвистики, Институт филологии и журналистики, Саратовского государственного Университета им. Н.Г. Чернышевского,

Саратов, Россия artemiev.saratovnedra@yandex.ru

Получена: 14.04.2015

Artemyeva Polina Sergueevna, Postgraduate Student, Chair of Theory and History of the Language and Applied Linguistics, Institute of Philology and Journalism, Saratov State University named after N.G. Chernyshevsky,

Saratov city, Russian Federation artemiev.saratovnedra@yandex.ru

Received: 14.04.2015

- 111 -