Реформирование системы школьного образования в СССР в 1917-1930 гг. : организационные и идеологические аспекты

2011 Философия. Социология. Политология №1

УДК 316.4.051

Е.Ю. Быкова

РЕФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ШКОЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СССР В 1917-1930 гг.: ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ И ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

Анализируются действия советской власти по реформированию системы школьного образования в СССР в 1917-1930 гг. При этом выделены следующие аспекты: структурно-организационный, кадровый, классовый, идеологический, содержательный и методический.

Ключевые слова: школьное образование, СССР, реформы.

Современная ситуация в России характеризуется проведением коренных реформ, которые затрагивают абсолютно все сферы жизнедеятельности общества - экономическую, политическую, социальную и др. Развивающееся общество требует перемен и в системе образования - как общеобразовательного, так и профессионального. Школа - в широком смысле этого слова -должна стать важнейшим фактором гуманизации общественно-экономических отношений, формирования новых жизненных установок личности. Произошедший в 90-х годах общесистемный социально-экономический кризис существенно затормозил позитивные изменения в области реформирования системы образования. В современных же условиях образование более не может оставаться в состоянии внутренней замкнутости и самодостаточности, поэтому в 2002 году была принята Концепция модернизации российского образования, наметившая основные направления изменения системы образования до 2010 года.

В Концепции пересмотрены приоритеты образовательной системы России с учетом происходящих в обществе изменений. Однако целесообразность проведения целого ряда намеченных мероприятий до сих пор вызывает сомнения у многих исследователей. Кроме того, инновации в системе образования (ЕГЭ, изменения в школьной программе, в системе финансирования общеобразовательных школ и т. д.) вызывают много споров в научной и педагогической среде. С одной стороны, необходимость реформ назрела уже давно, но, с другой стороны, имеет место постоянная критика проводимой реформы образования.

Подобное положение в области образования, характеризующееся противоречивостью подходов к реформированию образования, поиском новых путей и программ образования, сложилось ещё в начале прошлого века с приходом к власти большевиков. Интересно, что события современности будут развиваться по похожему сценарию: устранение «ошибок» (согласно новой идеологии), поиск новых путей, застой, новаторство. С 1917 по 1930 год были заложены основы для создания советской системы образования, намечены цели и ориентиры, которых придерживалось государство при формировании советской школы. Перед советской властью стояла трудная задача - построение нового общества, а потому требовалось избавиться от всех «пережитков»

прошлого. В связи с проводимыми в данное время реформами системы образования актуально изучение опыта новаторства, который имеет наша страна в этой области. Основным исследовательским вопросом в данном контексте является выяснение эволюции школьной системы, послужившей основой для появления той модели школы, модернизация которой проводится с 1990-х годов.

Для ответа на этот вопрос необходимо проанализировать основные направления реформы образования, проводимой в рассматриваемый период. Можно выделить следующие аспекты: структурно-организационный, кадровый, классовый, идеологический, содержательный и методический. Рассмотрение каждого из них в отдельности позволит сформировать общую картину реформирования, основные задачи и цели - провозглашенные и действительные, позволит провести анализ действий основных акторов реформ.

Структурно-организационный аспект реформирования школьного образования в 1917-1930 гг. касался, в первую очередь, поиска новой структуры для среднего образования.

История советской школы началась с выпущенного в 1917 году Народным комиссариатом по просвещению «Обращения к населению», в котором указывалось, что первой целью новой власти является достижение в кратчайшие сроки всеобщей грамотности населения за счет организации сети школ, отвечающих требованиям всеобщего обязательного бесплатного обучения, организации единой для всех и абсолютно светской школы и пр., а также утвержденного 30.09.1918 г. ВЦИК «Положения о единой трудовой школе РСФСР», призванной заменить собой все ранее существовавшие общеобразовательные учреждения. По данному постановлению школа предполагалась двухступенчатой: первая (пятилетняя) ступень для детей от 8 до 13 лет; вторая (четырехлетняя) ступень для детей от 13 до 17 лет [1. С. 47]. Однако ничего этого не произошло. В течение последующих лет представление о структуре общего образования неоднократно менялось.

Разработкой основ строительства новой системы народного образования занялась Государственная комиссия по просвещению, организованная Декретом от 9 ноября 1917 года. На смену введенным еще Александром I церковно-приходским школам, уездным училищам и гимназиям приходят новые учреждения: церковно-приходские школы заменяются сельскими, а место уездных училищ и гимназий занимает ЕТШ — единая трудовая школа. При последней возникает сеть детских домов — школ для «неблагополучных», ограничивающая их общение с «нормальными» сверстниками.

В течение 1920-х годов дореволюционная структура школьного образования была фактически ликвидирована. «Положением о единой трудовой школе» и «Декларацией о единой трудовой школе» (октябрь 1918 г.) вводилась единая система совместного и бесплатного общего образования с двумя ступенями: 1-я ступень - 5 лет обучения и 2-я ступень - 4 года обучения. Провозглашались право всех граждан на образование независимо от расовой, национальной принадлежности и социального положения, равенство в образовании женщины и мужчины, школа на родном языке, безусловность светского обучения, обучение на основе соединения с производительным трудом.

В результате к середине 1920-х годов в РСФСР сложилась следующая система школьного образования:

начальная школа (1-я ступень) с четырехлетним сроком обучения; семилетняя школа как фундамент всей школьной системы; школа 2-й ступени (девятилетняя средняя школа);

фабрично-заводские семилетки - разновидность семилетней школы в промышленных центрах и районах;

школа крестьянской молодежи, являющаяся продолжением школы 1-й ступени для сельской молодежи;

школа фабрично-заводского ученичества преимущественно для рабочих-подростков с профессиональной установкой, но с сохранением общеобразовательных знаний в объеме семилетней школы;

рабочий факультет, дававший среднее образование рабоче-крестьянской молодежи, поступающей затем в своем большинстве в высшие учебные заведения [2].

О достижениях советской власти в сфере организации и распространения просвещения говорит тот факт, что за короткий период, 1918—1920 годы, несмотря на трудные военные условия, в стране выросло число школ и учащихся. Особенно быстро росло число средних школ: в 1920/21 учебном году по сравнению с 1914/15 учебным годом оно возросло больше чем вдвое, достигнув 4163. Наиболее быстрый рост числа средних школ происходил в сельских местностях: в 1914/15 учебном году в сельских местностях было всего 72 средние школы, а в 1920/21 учебном году сельских средних школ стало 2144, и обучались в них главным образом дети крестьян [3]. Таким образом, новая структура народного образования преследовала главную цель - повысить доступность образования для разных слоев населения и ликвидировать безграмотность среди взрослого населения страны.

Подготовка новых кадров. После прихода к власти коммунистическая партия в своей программе по народному образованию поставила задачу — «превратить школу из орудия классового господства буржуазии в орудие коммунистического переустройства общества». Таким образом, большевики намеревались управлять Россией, используя школу и учительство как инструменты своего влияния. «Судьба русской революции прямо зависит от того, как скоро учительская масса встанет на сторону советской власти», - говорилось в документах VIII съезда Российской коммунистической партии (РКП) в 1918 г. [4. С. 4].

В программе коммунистической партии на школу возлагалась задача «быть не только проводником принципов коммунизма вообще, но и проводником идейного, организованного воспитательного влияния пролетариата на полупролетарские и непролетарские слои трудящихся масс в целях воспитания поколения, способного окончательно установить коммунизм» [4. С. 4]. Власть нуждалась в поддержке, а идеологическое влияние, осуществляемое через институты образования, позволяет сформировать в общественном сознании устойчивую веру в коммунизм и партию. Большая роль в построении новой школы отводилась педагогам. Однако не все учителя поддержали советскую власть, некоторая часть из них поддержала деятельность Всероссийского учительского союза, организовавшего в Москве забастовку учителей

(декабрь 1917 года до марта 1918 года). Кратковременные учительские забастовки имели место и в некоторых других городах. В декабре 1917 года был организован Союз учителей-интернационалистов, к весне 1918 года в который вступило более 12000 членов. В пропагандистских целях Наркомпрос и органы народного образования на местах широко организовывали съезды, курсы и конференции учителей.

«Когда у учителя нет выдержанной классовой линии, школа теряет свое воспитательное назначение, перестает быть крепостью, агентурой советской власти», - так понималось значение школы представителями советской власти [5. С. 123-124]. Заслужить доверие учителей стремились с первых дней советской власти. Так, А.В. Луначарский в своем обращении (29 октября 1917 г.) говорил о необходимости «внимательного отношения к педагогам», что в первую очередь касалось того, что надо учитывать их мнение по поводу готовящихся нововведений. Кроме того, Луначарский обращает внимание на материальные трудности педагогов в стране [6. С. 156-159]. Уже в 1918 году было издано постановление Совета Народных Комиссаров, которое устанавливало прибавку заработной платы народным учителям до 100 рублей в месяц (за ноябрь-декабрь 1917 года) и назначало месячный оклад в 150— 200 рублей, начиная с января 1918 года [3].

В связи с быстрым ростом сети школ остро встал вопрос о подготовке новых учительских кадров. В дореволюционной системе народного образования преподаватели средней школы комплектовались напрямую выпускниками университетов без какой-либо специальной подготовки. К концу 1920 года в РСФСР было 57 высших педагогических учебных заведений, в которых обучалось свыше 10 тысяч студентов, 154 трехгодичных педагогических курса для подготовки учителей школы 1-й ступени и 90 одногодичных педагогических курсов с 24 тысячами учащихся [5. С. 464]. В учебные планы педагогических курсов были включены социология, политэкономия, история социализма, Советская Конституция, основные принципы единой трудовой школы. Почти все учительские институты были преобразованы в высшие педагогические учебные заведения для подготовки учителей школ 2-й ступени; были открыты новые педагогические институты.

Таким образом, заслужить доверие педагогов советская власть стремилась, проводя активную разъяснительную и идеологическую работу среди учителей, а также провозглашая более прогрессивные принципы организации народного образования.

Преодоление классовости в советской школе. При реформировании системы образования одной из главных задач являлось преодоление классовости. В данном случае можно выделить 3 основных направления: во-первых, под преодолением классовости советская власть понимала компенсационную (или позитивную) дискриминацию, то есть предоставление преимущественных прав в области образования детям крестьян и рабочих. Новая школа должна была стать основой для справедливого общества, где каждый может рассчитывать на получение бесплатного образования, в то время как «вся старая школа, будучи целиком пропитана классовым духом, давала знания только детям буржуазии. В этих школах молодое поколение рабочих и крестьян не столько воспитывали, сколько натаскивали в интересах той же бур-

жуазии. Воспитывали их так, чтобы создавать для неё пригодных слуг», - так отзывался о старой школе В. И. Ленин на Всероссийском съезде Российского Коммунистического союза молодежи 2 октября 1920 г. [8. С. 298-318].

С другой стороны, фактически преодоление классовости означало внедрение в советское общество «правильной», коммунистической идеологии, а школе в этом случае отводилась первостепенная роль. В число основных показателей, по которым оценивалось развитие советской школы, были включены данные по преодолению классовости, показывающие количество мест в образовании, занятых детьми крестьян и рабочих. «Школа должна быть проводником идейного, организационного, воспитательного влияния пролетариата на полупролетарские и непролетарские слои трудящихся масс в целях воспитания поколения, способного окончательно установить коммунизм», -так была сформулирована одна из основных задач советской школы в программе РКП(б) в марте 1919 года [9. С. 18].

В программе также провозглашался курс на развитие следующих основ школьного и просветительского дела, в частности, среди поставленных задач были следующие:

введение бесплатного и обязательного общего и политехнического образования для всех детей до 17 лет;

создание сети дошкольных учреждений;

полное осуществление принципов единой трудовой школы (преподавание на родном языке, совместное обучение мальчиков и девочек, светское образование, свободное от религиозного влияния);

снабжение учащихся за счет государства;

подготовка новых кадров, «проникнутых идеями коммунизма»;

развитие самой широкой пропаганды коммунистических идей и использование для этой цели аппарата и средств государственной власти [9. С. 18].

Помимо просвещения крестьян и рабочих и внедрения новой идеологии, в работе по преодолению классовости существовало ещё одно, не менее значимое направление - селекция и ограничение чуждых для советского общества элементов. О справедливости школьной системы в советское время судили по доле обучающихся крестьян и рабочих среди учеников школ и вузов. Сравнительно большое количество мест в системе образования ещё долгое время будут занимать «прочие» (буржуазные) элементы советского общества. Данный факт оценивался отрицательно, поскольку в этом случае продолжала существовать опасность антикоммунистической и религиозной пропаганды (чем выше ступень образования - тем доля учащихся рабочих и крестьян существенно снижается: например, в 1926/27 гг. среди учеников школы 1-й ступени было 78,9% крестьян и 9,5% рабочих, а в школе 2-й ступени - 24,7% крестьян и 15,2% рабочих) [10. С. 115]. Постепенно буржуазные элементы будут вытесняться из сферы высшего образования и из педагогической сферы. Таким образом, преодоление классовости на деле превратилось в явную или скрытую дискриминацию в отношении «чуждых» элементов советского общества - бывшей буржуазии.

Идеологический аспект реформы. В первую очередь школа рассматривалась как идеологический инструмент: воспитание «нового человека» невозможно без проведения коренных преобразований в «устаревшей» системе

образования. Поэтому на начальном этапе (1917 - начало 30-х гг.) главной задачей, стоявшей перед большевиками в области просвещения, было устранение пережитков империализма и классовости в рамках школьного образования.

В 1918 году вышел ряд правительственных документов, которые должны были стать законодательной основой школьной реформы: об отделении церкви от государства и школы от церкви, о праве нерусских народов открывать учебно-воспитательные учреждения с преподаванием на родном языке, о введении во всех типах школ совместного обучения и др. Формирующаяся на данном этапе система воспитывает, прежде всего, члена коллектива, жертвующего собственными интересами в пользу общественных.

В частности, идеи растворения личности в коллективе прослеживаются в работах главных идеологов советского образования П. П. Блонского и Н. К. Крупской. Несмотря на то, что одним из недостатков старой школы Н.К. Крупская считала отсутствие личностного фактора (учитель относится к своим ученикам как к единой массе), в своих работах она, по сути, призывала к полному подчинению личности школьника окружающему его коллективу сверстников: «Юные пионеры стремятся воспитать в своих членах коллективистические истины, потребность разделять и радость, и горе с коллективом, привычку не отделять своих интересов от интересов коллектива, мыслить себя членом коллектива, воспитать в своих членах коллективистические навыки, то есть умение работать и действовать коллективно, организованно, подчиняя свою волю коллективу» [11. С. 3].

Одним из методов идеологической пропаганды была активная критика прежней власти и всего, что было с ней связано. Что же по-настоящему новое предложили сами большевики? Т.Ю. Красовицкая считает, что «новым стало то, что они интерпретировали культуру согласно марксистской методологии как надстроечный фактор по отношению к базисному (экономическому) фактору. Культура - это средство достижения цели, а не цель сама по себе. В этом утилитарном и прагматическом отношении к культуре и выявляется несовместимость большевистского подхода с либеральным подходом. Ленинское утверждение о неразрывной связи школы с политикой - прямое тому доказательство, но это шаг в прошлое, а не вперед не только в философии образования, но и в конкретной политике» [12].

В 1920-х годах проверялись варианты структуры школьного обучения, готовились новые учебные программы, вводилось трудовое обучение, школьное самоуправление. Одновременно в стране шла политизация просвещения.

Становление нового содержания советского образования. Содержательный аспект реформы школьного образования был подробно рассмотрен в 30-е годы. В первые годы советской власти на основании главных мировоззренческих постулатов марксизма была подвергнута критике система содержания и методов обучения дореволюционной школы. Прямо указывалось, что «предметная система приводила школу к оторванности от жизни». Поэтому в работах Крупской и Блонского в 20-е гг. начала развиваться идея трудовой школы - школы, в которой содержание образования предполагает обучение детей конкретным навыкам, которые пригодятся им в трудовой деятельности.

Наибольшим авторитетом в деле образования среди большевиков считалась Н. К. Крупская. В анналах советской педагогики ее считают главным теоретиком советской системы образования. Самой крупной работой Крупской, опубликованной осенью 1917 г., была большая статья «Народное образование и демократия», в которой она предложила марксистскую трактовку истории европейской школы и педагогики, чем нанесла несомненный вред всей отечественной педагогической науке [13. С. 461].

Основная цель работы - проследить развитие идеи совмещения производительного труда с умственным развитием учащихся. В данной работе Н. Крупская приводит идеи Маркса, Ж.-Ж. Руссо, Песталоцци, Оуэна и др., опираясь на которые она приходит к выводу о необходимости перехода от «школы учебы» к трудовой школе. Параллельно с этим Н. К. Крупская подробно рассматривает историю эксплуатации детского труда на заводах и фабриках в европейских странах.

В данной работе Н.К. Крупская приходит к выводу о необходимости перехода от «школы учебы» к трудовой школе. Параллельно с этим Н.К. Крупская подробно рассматривает историю эксплуатации детского труда на заводах и фабриках в европейских странах. Однако данная критика заканчивается предложением «бороться не с привлечением детей к производительному труду, а с капиталистической эксплуатацией этого труда» [14. С. 81]. Таким образом, возникает явное противоречие: автор выступает против эксплуатации детского труда, приводя в доказательство последствия, к которым это приводит (ухудшение здоровья детей, нарушение в развитии), и в то же время предлагает привлечь всех учащихся детей к производительному труду - что с экономической точки зрения является очень выгодным для страны.

Вопросам единой трудовой школы и трудового воспитания посвятил свои труды и П.П. Блонский, который подробно разработал содержание и методики преподавания в данных заведениях. Если в работах Н.К. Крупской очевидно прослеживается политический и идеологический интерес введения трудовой школы, то работа П.П. Блонского, наоборот, более приближена к реальной педагогической практике. Так, автор основательно разбирает вопрос необходимости введения трудового воспитания у школьников. Основной смысл данной новации он видит в том, что, «получая трудовое воспитание, ребенок развивается как существо, умеющее заставлять природу служить человеческим потребностям. Трудовое воспитание есть воспитание властелина природы. Цель образования - введение ребенка во владение современной индустриальной культурой» [15. С. 7].

Позднее эти идеи нашли свое воплощение на практике. Так, в теоретическом разделе ежедневника учителя цель трудовой школы была сформулирована следующим образом: «Воспитывать полезного члена общества, жизнерадостного, здорового, работоспособного, проникнутого общественными инстинктами, обладающего организационными навыками, ... стойкого борца за идеалы рабочего класса, умелого строителя коммунистического общества». Для реализации поставленной цели предполагалось «.приобрести знания и навык в определенной профессии, в определенной области промышленности» [16].

В работах Н. К. Крупской и П. П. Блонского много внимания уделено сравнению традиционной школы (или «школы учебы», как называет её Надежда Константиновна) с трудовой школой, школой трудового воспитания. К недостаткам традиционной школы они отнесли:

- излишнюю теоретизированность, оторванность от практической деятельности

- «бумажный» метод обучения

- то, что в результате получается не умелый, понимающий весь процесс в целом, инициативный, самостоятельный рабочий, а просто послушный, исполнительный и необученный чернорабочий, которого на фабрике или заводе необходимо будет всему учить заново.

Кроме того, по мнению П. П. Блонского, в силу того, что в программе традиционной школы числятся оторванные от реальности предметы, такие как латынь и риторика, в результате она «воспитывает людей с аристократическим презрением к народной массе».

Однако, несмотря на внешне прогрессивную направленность программы развития новой школы, предложенной Н. К. Крупской и П. П. Блонским, поддержки у многих учителей страны она не получила. Педагоги отмечали «перекос» школы в сторону трудовой деятельности, во многом утилитарный характер планировавшегося образования. Известный педагог И.М. Гревс отмечал, что сам по себе физический труд не может быть поставлен во главу угла. Задача школы - дать знания, развить мышление. Физический труд должен иметь место в общеобразовательной школе, но играя не самостоятельную, а служебную роль. Находившиеся в эмиграции В.В. Зеньковский и С.И. Гессен упрекали советскую школу в противопоставлении материализма идеализму. «Всякое навязывание одной "единственно правильной", "наиболее жизненной" идеологии уродует человека и отвращает его от духовности истины», -говорили они [13. С. 456]. Таким образом, критики новой концепции школы полагали, что нельзя построить подлинно демократическую школу, отбрасывая культуру прошлого, идеалы и традиции, накопленные мировой и русской педагогической мыслью, или отбирая из них только подходящее для решения политических задач.

Луначарский в своей статье «О социальном воспитании» (1918) заострил вопрос о цели воспитания: для кого воспитывается человек: для себя или для общества. Ответ: ребенок воспитывается в интересах социалистического общества. Этим должны определяться и формы, и содержание, и методы работы школы. Эта установка, обусловленная идеями большевизма, определяла все направление последующего строительства советской школы [13. С. 460].

Коренные изменения в содержание образования и его организацию были внесены в 1923 г., когда в практику школы стали вводиться «комплексные программы». Тем самым в основу всего учебно-воспитательного процесса были положены жесткая политизация и идеологизация, рассмотрение человеческой личности как средства для построения коммунистического общества [11. С. 463]. В соответствии с этими принципами содержание учебного материала в программах государственного ученого совета (ГУСа) концентрировалось вокруг трех тем: природа, труд, общество. Главное внимание уделялось трудовой деятельности человека, которая должна была изучаться в связи с

природой как объектом этой деятельности и общественной жизнью как следствием трудовой деятельности. При комплексном построении учебных программ предметная система обучения практически ликвидировалась. Наиболее полно комплексный подход был реализован в учебных программах для школ 1-й ступени, где содержание традиционных учебных предметов объединялось вокруг той или иной комплексной темы: «Наш город», «Наша деревня», «Праздник 1 Мая» и т.д.

В программах 1923-1927 гг. предусматривались различные уровни таких комплексов - полной интеграции (начальная школа), комбинирования (интеграция на уровне отдельных разделов учебного предмета в 5-7-е классах), координации изучения предметов в старших классах.

А.В. Луначарский об этих программах писал следующее: «Это есть нечто в полном смысле замечательное. Это такая вещь, которая, если мы сумеем ее развить, будет иметь всемирное значение». Ему вторил М.Н. Покровский: «Марксистский подход к преподаванию чрезвычайно облегчается принятой в наших учебных планах комплексной системой. Она как нельзя лучше способствует превращению обучения в средство распространения известного мировоззрения. Марксистским мировоззрением может, при комплексной системе, быть проникнут каждый урок, каждая беседа с учащимися» [1].

Первый опыт реализации новых программ показал, что они хотя и помогали устанавливать связь между школой и жизнью, привлекать учащихся к активной общественной деятельности, однако не обеспечивали овладения учащимися систематическими знаниями и формирования у них учебных навыков. В результате в 1927/28 учебном году были введены программы ГУСа в новой редакции - первые обязательные для всех школ государственные программы. Они предполагали сочетание комплексного и предметного обучения.

Оценивая комплексные программы ГУСа, следует подчеркнуть, что в тех исторических условиях программы ГУСа хотя и вводили в учебный процесс новое содержание, необходимое для решения идеологических и политических задач, поставленных перед школой, однако интересы формирующейся личности в них практически игнорировались. Комплексное построение учебных программ явно мешало овладению учащимися основами наук [13. С. 463].

Большинство учителей-профессионалов не приняло комплексного построения учебных планов и программ, что нашло отражение в выступлениях, прозвучавших на I Всесоюзном съезде учителей (1925), где программы ГУСа были подвергнуты острой критике. Спустя 30 лет, в одной из «установочных» статей в 1955 г. известный историк педагогики и методолог Ф.Ф. Королев характеризовал деятельность ряда педагогов и деятелей Наркомпроса в 1920-е годы как «самоновейшие прожектерские выдумки буржуазной педагогики, сдобренные революционной фразеологией и модными этикетками» [1].

Однако главной задачей Наркомпроса и органов народного образования оставалась реализация идеи политехнического образования и связи обучения детей с производительным трудом. Принцип политехнизма проявлялся в стремлении к максимальному соединению обучения с производительным трудом, который должен был иметь общественно значимый характер, но да-

леко не всегда соответствовал возрастным особенностям учащихся. В 1927 году труд был введен в школу как особый предмет обучения [13. С. 463464].

Изменения в методике преподавания. Как уже говорилось ранее, создание советской школы предусматривало становление не только нового содержания, но и новых методов общего образования, что выражалось в появлении новых учебных программ, учебной литературе для учащихся и методических пособий для учителей.

Так, основной формой организации учебной работы в начальной и средней школе с 1920-х годов постепенно становился урок со строго определенным расписанием занятий и твердым составом учащихся при ведущей роли учителя. Значительные изменения вносились в практику учета знаний учащихся: преподаватель должен был в ходе учебного процесса внимательно изучать каждого ученика и на этой основе в конце каждой четверти составлять характеристику его успеваемости по своему предмету. После долгого перерыва была признана целесообразной дифференцированная оценка знаний учащихся, что нашло отражение во введении системы отметок: отлично, хорошо, посредственно, плохо, очень плохо. Серьезное внимание стало уделяться подготовке стабильных, постоянных учебников по всем предметам. В период действия комплексных программ таких учебников не было. Уже к 1933/34 учебному году школа получила учебники по математике, физике, химии, зоологии, обществоведению, географии, истории, литературе [11. С. 465].

Ведущее место в советской школе занимает коммунистическое воспитание учащихся, усвоение ими политических знаний как на уроках, так и в процессе внеклассной и внешкольной работы. Так, на уроках обществоведения в 1920-е годы учащимся школ 2-й ступени давались элементарные знания о политическом устройстве СССР, их знакомили с революционным движением в России и на Западе, с историей Коммунистической партии. Преподаватели общественно-исторических дисциплин давали учащимся основные политические понятия согласно новой идеологии, воспитывали политическое сознание учеников. Предполагалось, что все это пробудит у учащихся интерес к строительству нового общества, основанного на коммунистической идеологии.

Таким образом, первые годы советской власти в основном были посвящены поиску новых путей развития образования в соответствии с большевистской идеологией. Этот период характеризуется неоднозначным отношением к различным нововведениям, процессом отрицания всего старого, попытками создания школы труда вместо школы учебы. Среди населения проводилась активная пропаганда коммунистической идеологии, выражавшаяся, в частности, в предоставлении преимущественных прав во всех сферах общества, в том числе и в образовании, крестьянам и рабочим. Данная компенсационная дискриминация отразилась и на содержании образования, и на его кадровом составе: большое внимание стало уделяться классовому происхождению учителей и педагогов. За основу советской системы образования, таким образом, была взята модель единой трудовой школы, главными принципами которой являлись принцип политехнизма и идеологическая направленность воспитания подрастающего поколения страны.

Литература

1. Логвинов И. И. Об истории нашей школы и ее сегодняшних бедах // Новое в психологопедагогических исследованиях: теоретические и практические проблемы психологии и педагогики. М.: Издательство Московского психолого-социального института, 2008. № 1. 116 с. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.bim-bad.ru/

2. Константинов Н.А., Медынский Е.Н., Шабаева М.Ф. Советская школа и педагогика в период восстановления народного хозяйства и социалистической индустриализации (19211930) [Электронный ресурс] Режим доступа: http://student.km.ru/

3. Константинов Н.А., Медынский Е.Н., Шабаева М.Ф. История педагогики. М.: Просвещение, 1982. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.detskiysad.ru/ped/

4. О начальной и средней школе // За высокое качество советской школы. Л.: Издание обл-политпросветцентра, 1934. 80 с.

5. Тов. Кучинский // Трения по поводу доклада А.К. Аболина «На новых путях». М.; Л.: Работник просвещения, 1929. 210 с.

6. Луначарский А.В. Обращение народного комиссара по просвещению 29 октября 1917 года // Сборник декретов. Вып. 1. 250 с.

7. Высшие педагогические курсы // Педагогическая энциклопедия: В 4 т. / Гл. ред. И.А. Каиров. Т. 1. М.: Советская энциклопедия, 1964. С. 464; - [Электронный ресурс] Режим доступа: http://frontiers.nsc.ru/

8. Ленин В.И. Задачи союзов молодежи (Речь на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического союза молодежи 2 октября 1920 г.) // Полн. собр. соч. Т. 41. С. 298-318.

9. Программа РКП(Б) 18-23 марта 1919 г. // Народное образование в СССР. Общеобразовательная школа: Сборник документов 1917-1973 гг. / Сост. А.А. Абакумов и др. М., 1974. С. 18.

10.Авербах Л. На путях культурной революции. 2-е изд. М.; Л.: Московский рабочий, 1928. 150 с.

11.Детское коммунистическое движение: Сборник статей и речей Крупской, Ярославского, Бухарина и др. М.: Молодая гвардия, 1926. 144 с.

12.Красовицкая Т.Ю. Идеи Н.К. Крупской и их роль в истории большевистского эксперимента // Новый исторический вестник. 2002. №1(6). [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.nivestnik.ru/

13.История педагогики и образования. От зарождения воспитания в первобытном обществе до конца ХХ в.: Учебное пособие для педагогических учебных заведений / Под ред. акад. РАО А.И. Пискунова. 2-е изд., испр. и дополн. М.: ТЦ «Сфера», 2001. 512 с.

14.КрупскаяН. Народное образование и демократия. М.: Книгоиздательство «Коммунист», 1919. 132 с.

15.Блонский П.П. Трудовая школа. Ч. 1-2. М.: Литературно-издательский отдел Народного комиссариата по просвещению, 1919. 180 с.

16.Хомякова К. Развитие представления о школьной дисциплине в советский и постсоветский периоды // Первое сентября. 2001/25/5 [Электронный ресурс] Режим доступа: http:// his.1september.ru/