Англоязычное литературоведение к двухсотлетию со дня смерти Джейн Остин

Это были в основном картины итальянских и голландских мастеров XV-XVII вв., и знакомство с этими полотнами нашло отражение в творчестве русского писателя. Так, описание внешности дочерей генерала Епанчина в романе «Идиот», по мнению американской исследовательницы, соотносимо с групповым портретом «Три сестры» венецианского художника П. Веккьо (1484-1528).

Список литературы

1. Касаткина Т. Достоевский, образ мира и человека: Икона и картина // Современные проблемы изучения поэтики и биографии Достоевского: Рецепции, вариации, интерпретации / Под ред. Захарова В.Н., Степаняна К. А., Тихомирова Б.Н. - СПб.: Дмитрий Буланин, 2016. - Вып. 5. - P. 129-146. - (Dostoevsky Monographs).

2. Гарно де Лиль-Адан М.-К.А. «Гений Христианства» в свете По, Бодлера и Достоевского / Пер. c франц. Куровой Е. // По, Бодлер, Достоевский: Блеск и нищета национального гения / Сост., вступ. ст.: Уракова А., Фокин С. - М.: Новое лит. обозрение, 2017. - С. 147-165.

3. Седельникова О. Поэтика визуализации в романе Достоевского «Преступление и наказание» // Современные проблемы изучения поэтики и биографии Достоевского: Рецепции, вариации, интерпретации / Под ред. Захарова В.Н., Степаняна К.А., Тихомирова Б.Н. - СПб.: Дмитрий Буланин, 2016. - Вып. 5. -С. 288-303. - (Dostoevsky Monographs).

4. Сальвестрони С. Библейские и святоотеческие романы Достоевского. - СПб.: Академический проект, 2014. - С. 121-124.

5. Perlina N. Portrayals of Aglaya and Nastasia: Ekphrastic narrative in «The Idiot» // Аспекты поэтики Достоевского в контексте литературно-культурных диалогов / Под ред. Кроо К., Сабо Т., Хорвата Г.Ш. - СПб.: Дмитрий Буланин, 2011. -Вып. 2. - С. 32-49. - (Dostoevsky Monographs).

Зарубежная литература

2018.04.028. Т.Н. КРАСАВЧЕНКО. АНГЛОЯЗЫЧНОЕ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ К ДВУХСОТЛЕТИЮ СО ДНЯ СМЕРТИ ДЖЕЙН ОСТИН.

Ключевые слова: «английский» роман; литературная репутация; биография как жанр; ювеналия; литературный юбилей как социальное событие.

200-летие со дня смерти Джейн Остин 18 июля 1817 г. в Великобритании было отмечено символическим событием: Банк Анг-

лии выпустил в ее честь новую десятифунтовую купюру из полимера особой прочности - вторую в ряду тех, что должны заменить обычные, быстро истрепывающиеся бумажные деньги. Джейн Остин - вторая женщина, после королевы Елизаветы II, чей портрет помещен на британских деньгах. Хотя, как отмечает в эссе «Какая Джейн Остин?» член Американской академии искусств и наук Рут Бернард Изел (Йельский университет)1, ирония кроется в том, что этот портрет - отретушированная версия единственного сохранившегося портрета, сделанного сестрой Джейн - Кассандрой. На этой версии, впервые появившейся на фронтисписе воспоминаний (1870) племянника писательницы - Джеймса Эдварда Остин-Ли, устранены поникшие книзу линии вокруг глаз, разглажены и округлены щеки, сжатые губы смягчены подобием улыбки, т.е. оригинал, резкий и довольно строгий, горький, с некоторым оттенком вызова, изменен. Викторианские родственники были явно озабочены тем, чтобы Джейн Остин выглядела прилично по викторианским меркам, а современные дизайнеры изобразили ее на фоне Годмершемского парка, поместья, принадлежавшего ее богатым родственникам, которые усыновили одного из ее братьев, когда он был подростком. И в этом поместье, как и во многих других, Остин была чужой, аутсайдером. Об этом пишет английский литературовед и историк Люси Уорсли в биографии «Джейн Остин дома»2.

Кроме того, Банк воспроизвел на купюре цитату из романа Остин «Гордость и предубеждение» (1813): «Я заявляю, что, в конце концов, нет большего наслаждения, чем чтение!»; здесь ирония в том, что эти слова принадлежат в романе снобистски настроенному персонажу - Кэролайн Бингли, при этом она зевает и отбрасывает книгу.

В Великобритании вообще популярен жанр литературной биографии, а ныне он обрел особые качества - литературоведы создают так называемые биографии «малых троп», «окольные», т.е. жизнеописания писателей, повествующие не о «прямых» событиях их жизни, а рассказывающие о них по «касательной» - о вещах, которые они любили, домах, местностях, в которых они жили.

1 Yeazell R.B. Which Jane Austen? // New York review of books. - N.Y., 2017. -28.09. - Mode of access: https://www.nybooks.com/articles/2017/09/28/which-jane-austen/

Worsley L. Jane Austen at home: A biography. - N.Y., 2017. - 387 p.

В этом духе написаны две новые, ставшие бестселлерами биографии Остин - «Подлинная Джейн Остин. Жизнь в повседневных деталях» британской исследовательницы Полы Бирн1 и вышеупомянутая «Джейн Остин дома» Л. Уорсли.

Основа творчества Остин (1775-1817), как замечает П. Бирн, -ее частная жизнь. Члены семьи Остин, ее викторианские наследники, стремились сохранить «чистоту» ее облика и представляли ее жизнь спокойной и тихой. Известны мнения Шарлотты Бронте, считавшей, что Остин чужды страсти «бурной жизни» сестер Брон-те, и Элизабет Баррет Браунинг, называвшей ее ограниченной, а также снисходительное суждение Генри Джеймса о писательнице как старой деве или «сереньком дрозде», который, сидя на дереве в саду, рассказывает свои истории. Большинство исследователей творчества Остин убеждены в том, что она предпочитала сельскую жизнь и с подозрением относилась к городским удовольствиям, а горизонты ее жизни были гораздо уже горизонтов ее творчества. П. Бирн отказывается от этого трафаретного представления о писательнице. Как показывают 160 сохранившихся писем Остин, ее жизнь по внешним и внутренним параметрам была гораздо масштабнее, чем предполагает «ее стереотипный образ». Например, она немало путешествовала по Англии. Родилась в Стивентоне (графство Хэмпшир), в 1801 г. с семьей переехала в Бат, а после смерти мистера Остина - в Саутгемптон, в 1809 г. - в Чотон (Хэмпшир), последние недели перед смертью провела в Винчестере (она умерла от Аддисоновой болезни).

П. Бирн написала «полемическую» биографию. Ее цель - избежать, как она считает, опасностей традиционной биографии, которая «имитирует жизнь», создает видимость художественной прозы, изображает триумф героя или героини над обстоятельствами и упрощает сложные связи между искусством и жизнью. Остин писала, основываясь как на наблюдениях, так и на воображении, и П. Бирн стремится не смешивать одно с другим. Она избегает диахронического метода, считая, что традиционная биографическая форма - «от люльки до могилы» - выжата до предела. И вместо этого начинает каждую главу с рассмотрения какого-нибудь объекта, принадлежавшего Остин или ассоциируемого с нею: восточно-

1 Byrne P. The real Jane Austen. A life in small things. - L., 2013. - 380 p.

индийская шаль, подаренная ей тетей, акварель, веленевые записные книжки, кружевная картина, миниатюра из слоновой кости, чек на гонорар, устройство для купания.

Ныне модны исследования тайн и историй вещей. Британский историк Нейл МакГрегор в четырехсерийной передаче на БиБиСи «История мира в 100 объектах и беспокойный мир Шекспира» показал, какие удивительные истории порождает материальный мир. Метод П. Бирн калейдоскопичен, полон неожиданностей, она создает своеобразную социальную и культурную историю времени, в стремлении реконструировать прошлое. И в результате возникает более живой, чем в традиционной биографии, образ Джейн Остин.

Восточноиндийская шаль ведет П. Бирн к исследованию колониальной торговли (в частности опиумом) и судьбы молодых, порой находившихся в отчаянной бедности, женщин, которые отправлялись в Бенгалию, чтобы найти себе мужа. Среди 11 женщин, плывших в Бомбей в январе 1752 г., была и будущая жена Уоррена Хейстингса, первого генерал-губернатора Бенгалии, имевшего отношение к семье Остин. На том же пароходе в Бомбей прибыла и Фила, сестра отца Джейн Остин - Джорджа. Она вышла замуж за бизнес-партнера Хейстингса - Тайсоу Хэнкока. А по Калькутте ходили слухи о том, что Хейстингс удочерил дочь Филы - Элизу Хэн-кок и дал ей приданое 10 тысяч фунтов. Эта, возможно, незаконная дочь Хейстингса была кузиной Джейн Остин, очень близкой ей.

Элиза, вышедшая замуж за французского дворянина, часто гостила в семье Остин, что, кстати, уберегло ее от ужасов Французской революции. В 1794 г. на гильотине погиб ее муж, и с тех пор Джейн Остин не любила французов. Элизе нравились флирт и театр; ее участие в домашних спектаклях семьи Остин, возможно, послужило источником сцены флирта между Генри Кроуфордом и Марией Бертрам в романе «Мэнсфилд-парк» (1814), который, как и романы «Эмма» (1816) и «Доводы рассудка» (опубл. посмертно в 1818), писался Джейн Остин в шумной гостиной в Чотоне.

Очень многое из предметов повседневного обихода семьи в уютном доме Остин, по наблюдению П. Бирн, было собрано по всему миру.

Отец Джейн в Стивентоне (Хэмпшир) был приходским священником, принадлежавшим к «срединной англиканской церкви», т.е., как и его дочь Джейн, верующим последовательным, но не ис-

товым. Джейн очень ценила людей, которые, как и ее отец, были приверженцами «патерналистского христианского торизма». Их дом не был типичным для приходского священника. В семье Остин, отличавшейся широкими взглядами на жизнь, любили остроумие, шутки, черный юмор, много острили, смеялись, читали романы. За Джейн ухаживали, но она так и не вышла замуж, возможно, потому, что искренне верила: замужество действует на женщину удушающе и лишает ее «голоса». Ее жалобы и откровения личного характера сосредоточены в основном в письмах сестре Кассандре. В них очевидны остроумие Джейн и даже язвительность, озадачивавшая поклонников. Переписывалась она и с подругой - Мартой Ллойд, с племянниками и племянницами. Ее подлинная внутренняя жизнь особенно явна в юношеских произведениях, полных категоричных мнений, сильных страстей, уверенности в себе. Очевидна ее склонность к сатире. У нее было очень живое, можно сказать, необузданное, воображение. О своих романах она говорила как о детях. И надеялась, что ее книги дают возможность смеяться над собой и другими людьми.

В отличие от распространенного представления об Остин как о старой деве, П. Бирн создает образ женщины веселой, терпеливой, забавной, застенчивой, сдержанной, любящей детей. Она обожала свою капризную младшую сестру Кассандру, которая выросла очень романтичной, в отличие от самой Джейн, ценившей деньги и одобрение.

Не очень убедительно П. Бирн объясняет, почему Джейн Остин прямо не писала об актуальных для ее времени политических событиях, например о Французской революции, войне с Наполеоном. По мнению исследовательницы, они слишком многое значили для нее. Согласно другому объяснению, она отторгала штормовые события времени и тяготела к покою и одиночеству, необходимым для творчества. На взгляд П. Бирн, Джейн Остин более, чем любой другой великий английский писатель, служит образцом гётевского наблюдения: гений, прежде всего, проявляется в ограничении.

В письме Анне Остин от 9 сентября 1814 г. Джейн заметила, что трех-четырех семейств в провинциальном городке вполне достаточно для романиста, но, по мнению П. Бирн, это был скорее совет для ее племянницы, начинающей писательницы. Самой ей нужно было большее. Она любила путешествия и побывала в Лон-

доне, Бате, Кенте, на разных британских курортах. Бирн описывает мини-историю путешествий Остин и воссоздает их атмосферу - с заставами, разбойниками, «туристическими бумами».

Остин было трудно найти издателей, она начала печататься лишь благодаря военным связям брата. «Разум и чувствительность» (1811) и «Гордость и предрассудки» (1813) впервые опубликованы малоизвестным издательством «Эгертоновская военная библиотека» (Egerton's Military Library).

Свою роль сыграли в ее жизни домашние спектакли, она (в противоречие другим версиям) участвовала в них и была к тому же страстным театральным зрителем: бывала на спектаклях с Сарой Сиддонс, с трагиком Эдмундом Кином. Романы самой Остин легко перелагаются на язык сцены и кино.

В биографии П. Бирн Джейн Остин предстает «профессионалом», готовым пожертвовать личной жизнью ради искусства романиста. При жизни писательницы Вальтер Скотт в журнале «Куо-терли ревью» в 1815 г. высоко оценил ее творчество, а позднее писал о том, что она «изящным касанием» делает значительными самые обыкновенные предметы и характеры. Философ, литературный и театральный критик Джордж Генри Льюис (1817-1878) и историк Томас Маколей (1800-1859) сравнили ее с Шекспиром задолго до того, как ее принадлежность к высшей лиге английских писателей стала общепризнанной. Возможно, подлинный культ писательницы начался после выхода в свет «Мемуаров» (1870) Дж. Остин-Ли.

За относительно короткую жизнь - 42 года - Остин успела немало: она написала девять романов, два из них - незавершенных: «Уотсоны» (1804-1806), незаконченный, видимо, из-за смерти отца, и «Сэндитон», создававшийся в 1817 г. Известны и ее юношеские произведения - сочиненные, когда ей не было еще 15 лет -«Любовь и дружба», «История Англии», «Замок Лесли», а также «Леди Сьюзен» (возможно, 1793-1794, опубл. 1871); в них уже очевидны наблюдательность и стилистическая изысканность.

Кэтрин Сазерленд и Фрейя Джонстон (колледж Св. Анны, Оксфорд) в новом издании «Ювеналии»1 Джейн Остин, как и

1 Austen J. Teenage writings / Ed. with an introduction and notes by Sutherland K., Johnston F. - Oxford, 2017. - 336 p.

П. Бирн, считают, что уже в ее ранних (от 11-12 до 17 лет) литературных сочинениях для семейного круга, собранных ею в тетрадях под заглавием «Том первый», «Том второй», «Том третий», можно различить черты зрелой Остин. В этих ранних текстах очевиден поиск Остин своей формы, но в них преобладали пародии, веселые преувеличения, сменявшиеся сдержанными, прозаичными характеристиками, в то время как героини пили, крали и по любому поводу «сходили с ума». В 1815 или 1816 г. уже ставшая известной Остин отдала часть этих тетрадей племяннице и племяннику -начинающим писателям следующего поколения.

Девони Лузер (университет шт. Аризона) прослеживает, как постепенно формировалась литературная репутация Джейн Остин, ее невероятная популярность1. При жизни ее успех был умеренным. Изменение в ее литературной репутации произошло в 1833 г., после того как издатель Ричард Бентри выпустил ее первое «собрание сочинений», а их иллюстратором стал английский художник Фердинанд Пикеринг (1811 - ок. 1882). Среди тех, кто формировал литературную репутацию Остин, была и актриса, режиссер Розина Филиппи (1866-1930), известная и как защитница прав женщин; она первая осуществила театральные инсценировки романов писательницы. В результате тысячи девушек выступали перед публикой в викторианских гостиных со смелыми монологами Элизабет Бен-нет - героини романа «Гордость и предубеждение». Д. Лузер опровергает распространенное мнение о том, что феминистки ХХ в. первыми оспорили правомерность благообразного, отретушированного образа писательницы, созданного ее викторианскими родственниками; исследовательница приводит свидетельства того, что британский Парламент в 1872 г. обсуждал позицию Остин по женскому вопросу в контексте прений по поводу законопроекта о расширении прав женщин, и обе стороны дискутирующих обращались к писательнице за аргументами в поддержку их позиции. Согласно депутату-консерватору, «несравненная» Остин была бы против законопроекта, либерал из Корка был уверен в обратном. Другой консерватор заявил, что он против предоставления прав женщинам, чтобы «сохранить их привилегии» - это был Эдвард Натчбулл-Хьюджсен, внучатый племянник писательницы, который в 1884 г.

1 Looser D. The making of Jane Austen. - Baltimore, 2017. - 291 p.

впервые издал ее письма. Битвы от имени Остин продолжались и в дальнейшем. Суфражисты в 1909 г. поставили спектакль «Шествие великих женщин», где роль писательницы исполнила видная суфражистка Уинифред Майо.

Д. Лузер пишет о последующих иллюстрациях романов писательницы, их сценических и киноадаптациях, в частности о фильме, поставленном в 1940 г. американской компанией «Метро Гол-ден Майер» по роману «Гордость и предубеждение» с британскими актерами - Эйлин Грир-Гарсон и Лоуренсом Оливье; о включении романов Остин (в фрагментах или сокращенном виде) в школьные программы как рекомендуемое или как обязательное чтение. На рубеже XIX-XX вв. были модны любительские постановки сцен из романов Остин, где героини дерзят и не принимают предложения руки и сердца, что Д. Лузер связывает с феминизмом, эпохой «Новой женщины».

Тема «дом Джейн Остин» давно волновала исследователей и поклонников. В начале ХХ в. Констанс Хилл и ее сестра Эллен запечатлели свое путешествие через «страну Остин» («Austen-land»), написав и проиллюстрировав книгу «Джейн Остин: Ее дома и друзья» (Jane Austen: Her Homes and Her Friends, 1902). Современную биографию «Джейн Остин дома» Люси Уорсли начинает с цитаты издателя XIX в. Ричарда Бентли, заметившего, что Остин - «писательница дома», ей свойственно стремление одинокой женщины к своему очагу. Многих биографов озадачивало расхождение между жизнью Остин и ее творчеством. Как и П. Бирн, Л. Уорсли убеждена в том, что писательница предпочла не выходить замуж, чтобы быть свободной, независимой; ей, по меньшей мере, пять раз делали предложение, но она отказывала. Л. Уорсли описывает дома, в которых Остин жила сама, и дома, которые она описала в своих романах: дома приятные и дома-«тюрьмы». Такой ракурс позволил создать образ Остин, существенно отличающийся от общепринятого представления о ней как о женщине, жизнь которой была лишена событий.

В то же время Л. Уорсли считает, что не любовь и ухаживания, а именно проблема обретения своего дома как домашнего очага была движущей силой сюжетов Остин. В книге описаны разные места, где она жила - от дома приходского священника в Стивен-тоне до «последнего дома» в Уинчестере, в соборе которого она

похоронена. Л. Уорсли создает образ женщины, гораздо больше познавшей трудные экономические обстоятельства и социальное неравенство, чем хотели бы признать ранние создатели ее образа. Л. Уорсли напоминает о том, что в Стивентоне родители Джейн занимались сельскохозяйственными работами. У матери Остин были коровы, она выращивала картошку, а порой из-за финансовых трудностей семья принимала учеников, превращая дом в учебный пансион.

Л. Уорсли создает живую картину осложнений жизни семьи после того, как отец Джейн принял решение выйти в отставку и поселиться в Бате, и особенно после его смерти. При чтении романа Остин «Эмма» (1816) может создаться впечатление, что ее автору свойствен взгляд на мир богатой наследницы, но это не так. Писательница познала трудности жизни без собственного дохода. Ей все больше приходилось думать о размерах гонораров. Так, ей удалось добиться более высокого гонорара за «Эмму» - она прервала контракт с издателем Томасом Эгертоном и подписала другой, более выгодный - с Джоном Мюрреем, в свое время издававшим Байрона и Вальтера Скотта, сохранив при этом свои авторские права, - со временем ее писательский профессионализм явно возрастал. Книга Л. Уорсли вышла в том же месяце, что и на британском телевидении ее документальный фильм «Джейн Остин: За закрытыми дверями» («Jane Austen: Behind Closed Doors») - о домах, в которых жила Остин.

Мнение о том, что главное стремление Остин - «поиск дома» опровергает Рут Б. Изел в уже упомянутом эссе «Какой была Джейн Остин?». Она отмечает «современный поворот» в романе «Доводы рассудка» (1817), отрицающем мечту о постоянном доме. Вместо этого Остин в своем последнем завершенном романе посылает героиню Анну Элиот в «морское путешествие» с мужем - капитаном Уэнтвортом. Предсказание Л. Уорсли о том, что Анна будет преданно сопровождать его, пока не появятся дети, опровергается тем, что модель для их отношений писательница, возможно, видела в основанном на равенстве мужчины и женщины бездетном браке других персонажей романа - адмирала и Софьи Крофт, урожденной Уэнтворт.

В том же ключе - пересмотра образа писательницы написана и книга Хелены Келли (Оксфорд) «Джейн Остин, тайный ради-

кал»1. Основание для характеристики Остин как радикала дают, по мнению Х. Келли, романы писательницы. «Гордость и предубеждение» содержит умеренную критику земельной аристократии, героиня выступает против классовых предубеждений, а уж роман «Доводы рассудка» исключает возможность увидеть в Остин консерватора, хотя в романах «Мэнсфилд-парк» и «Эмма» на поверхности утверждается status quo. Однако Х. Келли считает, что современники Остин умели читать между строк: британский консерватизм усилился после Французской революции, поэтому писательница могла лишь намекать на участие церкви в работорговле -например, в «Мэнсфилд-парке» Фанни Прайс появляется на балу с крестиком и цепочкой (символический намек на рабство) на шее.

Интерес к творчеству Остин со временем не убывает. В «Избранной библиографии» Д. Лузер приводит более ста названий -большая часть этих публикаций приходится на период с 2000 года.

2018.04.029. ХЕЛЬФЕР МБ. СЕКРЕТ ЭКБЕРТА. HELFER M.B. Eckbert's Secret // Deutsche Vierteljahrsschrift für Literaturwissenschaft und Geistesgeschichte. - Stuttgart: Metzler, 2016. -Vol. 90, N 2. - S. 229-248.

Ключевые слова: Л. Тик; «Белокурый Экберт»; образ отца; дискурсивные конструкции.

В основе анализа рассказа Л. Тика «Белокурый Экберт», предложенного М. Хельфер, лежат два лингвистических наблюдения.

Во-первых, «Белокурый Экберт» - рассказ «с секретом» («narrative of concealment»), язык и композиция которого «само-рефлексивны». В начале вокруг героя очерчивается круг - он замкнут в пространстве, в замке (Schloss), в себе («eine gewisse Verschlossenheit»), круг общения ограничивается Филиппом Вальтером («...ein Mann, an welchen sich Eckbert geschlossen hatte»). Все три слова имеют общий корень «schloss». Действие «запускается», когда Экберт раскрывает перед Вальтером двери своего дома, свою тайну и душу (немецкое слово «тайна» - «Geheimnis"» заключает в себе слово «дом» - «Heim»).

1 Kelly H. Jane Austen, the Secret radical. - N.Y., 2017. - 318 p.