С директора что возьмешь

Верховный суд РФ (ВС) определит пределы ответственности директоров обанкротившихся компаний. После взыскания с одного из руководителей убытков право требования долга было продано за незначительную сумму. Но кредитор решил привлечь директора еще и к субсидиарной ответственности. В практике параллельное предъявление таких требований не редкость, и суды иск удовлетворили. Но юристы считают его необоснованным, так как размер присужденных убытков превышал общую сумму долгов банкрота.

Фото: Сергей Бобылев, Коммерсантъ

ВС разберется, в каком случае может быть отказано в требовании привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (КДЛ, чаще всего ими выступают бывшие руководители и владельцы компании). В рамках дела о банкротстве ООО КС-КОМ его конкурсный управляющий в 2020 году добился судебного решения о взыскании с экс-директора должника Алексея Семенова 11,5 млн руб. убытков. Причиной стало безосновательное снятие руководителем денег со счетов компании в 2010–2015 годах.

Единственный кредитор банкрота — ООО «Строительная компания "СпецСтройСтандарт"» — проголосовал за продажу права требования к директору на банкротных торгах, одобрив низкую начальную цену. В итоге право купило физлицо за 140 тыс. руб. Позднее кредитор, которому банкрот остался должен 4,8 млн руб., подал новый иск к экс-директору — о привлечении к субсидиарной ответственности за доведение компании до банкротства и невозможность погашения всех долгов. «СпецСтройСтандарт» ссылался на тот же вывод денег, а также на непередачу документов управляющему.

Арбитражные суды трех инстанций отклонили претензии по снятию средств как тождественные основанию взыскания убытков. Но суды согласились привлечь директора к субсидиарке на 4,8 млн руб. за непередачу документов и активов.

Алексей Семенов обжаловал эти решения в ВС, считая неправомерным привлечение его к ответственности после взыскания убытков. Экс-директор ссылается на то, что основания по обоим искам почти совпадают. Кроме того, присужденный судом размер убытков значительно превышал размер долга банкрота, но «СпецСтройСтандарт» сам одобрил продажу этого требования за гораздо меньшую сумму. Таким образом, по мнению господина Семенова, действия самого кредитора лишают его права добиваться субсидиарной ответственности. По этим доводам дело передали в экономколлегию ВС.

Адвокат юргруппы «Яковлев и партнеры» Елена Мякишева считает позицию ВС важной, поскольку «суды выносят разные решения по этому вопросу». Она отмечает, что ситуация, когда к КДЛ предъявляют параллельно несколько требований, «типична для банкротных дел»: «Это повышает шансы кредиторов на возврат средств».

Арбитражный управляющий Сергей Домнин поясняет разницу между убытками и субсидиарной ответственностью тем, что последняя наступает за действия по причинению вреда кредиторам, которые повлекли банкротство или сделали его неизбежным.

Убытки обычно предполагают не столь масштабный вред. Есть разница и в объеме ответственности. Убытки взыскиваются в размере конкретно причиненного ущерба, а размер субсидиарной ответственности зависит от суммы реестровой задолженности банкрота, оставшейся непогашенной.

Господин Домнин считает, что нельзя взыскать сначала убытки, а потом привлечь к субсидиарной ответственности (или наоборот), если претензии к КДЛ тождественны. По мнению старшего юриста РКТ Дианы Варданян, в деле КС-КОМ претензии совпадают, а непередача документов управляющему выглядит «формальной причиной, направленной на создание видимости иных оснований».

На возможность подачи второго иска, по словам Сергея Домнина, влияет и размер присужденной суммы по первому иску.

Если он равен или превышает реестровый долг банкрота, это «предполагает, что права кредиторов восстановлены», хотя и не означает фактического получения ими всех средств: «Кредитор сам выбрал способ распоряжения требованием убытков с директора в виде продажи с торгов, утвердил невысокую цену, следовательно, сам несет риски неполучения суммы».

Тот факт, что конкурсная масса пополнилась лишь на 140 тыс. руб., «не может быть вменен директору, он объясняется недоработкой управляющего и недальновидностью кредитора», соглашается госпожа Варданян.

Кредитор мог сам купить право требования убытков с директора и взыскивать их даже после завершения банкротства, но не стал этого делать, подчеркивает юрист INTANA Legal Владислав Крюков, также считающий увеличение ответственности экс-менеджера необоснованным.