«Настал момент, когда уже пора записать Баха»

Перед выступлением в Москве на фестивале Le Jazz аккордеонист Ришар Галльяно ответил на вопросы Григория Дурново.

Вы только что выпустили альбом, посвященный произведениям Баха. Как вы пришли к этой идее?

Самым естественным образом. Когда я был гораздо моложе, я много играл Баха на аккордеоне. Кроме того, многие аккордеонисты исполняют сочинения для органа. И вот сейчас мне почти 60, я записал немало дисков в самых разных стилях. Я играл джаз, играл мюзетт, отталкиваясь от мюзетт, стал играть другую французскую музыку, а отталкиваясь от джаза — музыку Астора Пьяццоллы. И я сказал себе, что настал момент, когда уже пора записать Баха, но иначе, чем это делают другие. Я выбрал произведения для скрипки, для клавесина, для флейты, для виолончели. Аккордеон придает новую краску произведениям Баха. У людей возникает удивление, когда они это слышат. Я записал этот альбом с квинтетом — две скрипки, альт, виолончель и контрабас. Этих музыкантов я знаю давно, с ними я играю музыку Пьяццоллы. Они играют классическую музыку, и для меня, исполняющего джаз, единственной точкой соприкосновения с ними была как раз музыка Пьяццоллы, в которой помимо собственно танго многое взято от классической музыки. С этим ансамблем я работаю уже больше десяти лет.

Вы выбрали для исполнения ряд очень известных произведений, например "Шутку", которую играют просто везде. Это был сознательный ход?

Раньше я ее никогда не играл, здесь я исполняю "Шутку" не на аккордеоне, а на маленьком инструменте под названием аккордина. Я не хотел, чтобы мой диск получился слишком элитарным. Да и к тому же "Шутка" или "Ария" — это настоящие шедевры, и тот факт, что они очень известны, не должен препятствовать их исполнению. К сожалению, найти версию "Шутки" для аккордеона довольно сложно, и я подумал, что поставить "Шутку" первым треком на диске — хороший способ привлечь внимание, а потом слушателю уже можно предложить Концерт фа минор для клавира с оркестром или фрагменты "Искусства фуги".

В Москву вы привозите проект Tangaria, что вы можете о нем сказать?

Это не проект, это счастье! В Tangaria играет скрипач из моего баховского ансамбля Себастьян Сюрель, прекрасный музыкант, который может одинаково превосходно играть классическую музыку и импровизировать. Замечательный контрабасист Филипп Ар, настоящий джазмен, обладающий мощным звуком. Необычность нашего ансамбля обусловлена тем, что в нем участвует перкуссионист Рафаэль Мехиас из Венесуэлы, чемпион по игре на маракасах. Он вносит в нашу музыку ощущение, которое можно найти в кубинских танцах. А поскольку в Венесуэле одним из традиционных танцев является вальс, самое интересное в том, как друг с другом смешиваются французский вальс-мюзетт и венесуэльский вальс. Я играю тему из французского вальса, после чего перехожу к джазовой импровизации, а он ведет ритм венесуэльского вальса. Мне кажется, это мой лучший состав за последние годы. Мы играем не только вальсы и танго, у нас есть баллады, есть произведения Пьяццоллы не в форме танго, есть мои произведения в латиноамериканском духе вроде "Sertao" и "Tangaria". Кстати, пьесу "Tangaria" я начал сочинять на юге Франции и никак не мог придумать вторую часть. Она пришла ко мне, когда я был в Сибири несколько лет назад и сидел в номере после концерта.

А джазовые стандарты или того же Баха вы с Tangaria будете играть?

Баха, думаю, нет, разве что мою собственную пьесу "Aria", которая написана в баховском стиле. Что касается стандартов, у нас в репертуаре есть интересная версия "Autumn Leaves" — в форме медленной сальсы. Мне кажется, важно сохранять то, что было заложено в произведении изначально. "Autumn Leaves" изначально медленная пьеса, а в таком составе, как у нас, ее естественно играть в кубинской манере.

Какие у вас планы после нынешнего турне?

Я собираюсь сосредоточиться на сочинительстве, потому что последние годы я очень много ездил с концертами и у меня почти не было времени на то, чтобы сесть и сочинить что-нибудь новое.