О собственности, власти и свободе в конституционном праве

4 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. № 24, ст. 2281.

5 Саблин Д.А. Права человека: учебное пособие. Оренбург, 2004.

6 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1997. № 33, ст. 3895.

7 См.: Ламанов Е.Н. Право граждан на равный доступ к государственной, муниципальной службе и к участию в управлении делами государства // Конституционное и муниципальное право. 2008. № 4.

8 URL: http://kremlin.ru/text/docs/2007/07/138695.shtml (дата обращения: 13.05.2014).

Н.В. Тупиков

О СОБСТВЕННОСТИ, ВЛАСТИ И СВОБОДЕ В КОНСТИТУЦИОННОМ ПРАВЕ

В статье исследуется конституционно-правовой аспект соотношения категорий собственности, власти и свободы. Анализируются понятия власти и свободы, приводится экономическое содержание собственности, определяется соотношение власти и свободы с экономическим содержанием собственности.

Ключевые слова: собственность, право собственности, власть, свобода, экономическое содержание собственности, социальная функция права собственности.

N.V. Tupikov

OWNERSHIP, AUTHORITY AND FREEDOM IN CONSTITUTIONAL LAW

The article is devoted to the study of constitutional law aspect of correlation of ownership, authority and freedom. The author analyses concepts of authority and freedom, demonstrates economical substance of ownership, defines correlation of economical substance of ownership with authority and freedom.

Key words: ownership, right on ownership, authority, freedom, economical substance of ownership, social function of ownership.

Собственность, власть и свобода являются основополагающими категориями конституционного права. В современных условиях их содержание наполняется реализацией принципов рыночной экономики, плюралистической демократии. Взаимосвязь собственности, власти и свободы очевидна. В процессе общественного бытия эти категории взаимно переплетаются и взаимно реализуются. Определение связей, принципов взаимодействия, нахождения баланса в применении указанных категорий — специфическая задача конституционного права.

И.Е. Фарбер в этой связи справедливо отмечал, что смысл конституционного регулирования отношений собственности состоит прежде всего в том, чтобы юридически закрепить и регулировать взаимоотношения политической власти и собственности, определить исходные позиции власти суверенного народа к собственности как основе общественно-политического строя и, наоборот, собственности к делу организации и функционирования народовластия1.

«В своем формализованном, нормативно-правовом выражении проблема соотношения власти и свободы прямо или косвенно пронизывает всю систему конституционного регулирования, «присутствует» в каждом конституционном институте, каждой норме и статье Конституции»2, — отмечает Н.С. Бондарь.

© Тупиков Николай Владимирович, 2014

Аспирант кафедры конституционного и международного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: nick_tupikov@mail.ru

«Нахождение баланса власти и свободы составляет главнейший и деликатнейший смысл конституционного права»3, — полагает М.В. Баглай.

В теоретической конструкции гегелевской философии права центром связи категорий свобода, право, собственность является человек. При этом собственность выступает не просто как одно из направлений и форм выражения свободы и права человека, а образует собой экономическую свободу для свободы и права4. Мнения ученых при этом сходятся в наличии доправовых начал собственности, свободы и власти, которые находятся в области психологии личности, определяющей её волевое начало.

«Лишь в собственности лицо выступает как разум»5, — отмечал Г.В. Гегель. «Личность должна иметь наличное бытие в собственности»6. «В том, что лицо помещает свою волю в вещь, состоит понятие собственности, все остальное — лишь его реализация»7.

Свобода определяется как «способность человека действовать в соответствии со своими интересами и целями, опираясь на познание объективной необходимости»8.

«Власть - это сложный общественный и психологический феномен. Как психологическое явление власть существует в сфере переживаний человека, находится в самой тесной взаимосвязанности с чертами характера людей, обладающих властными полномочиями и осуществляющими власть»9.

Существуют различные типы, виды, сферы проявления власти, различные субъекты власти, масштабы и объемы власти, наблюдаются различные модели, модификации, состояния и вариации власти (единовластие, двоевластие, многовластие, полновластие, всевластие, безвластие, комфорт, деформации, кризис, па- с

—I

ралич власти и т. п.)10. Интерес, однако, представляет конституционно-правовая к сущность названных явлений, в которой они раскрываются как единое целое. р

а

В.Т. Кабышев отмечает всеобщность, единство, равноправие и гарантированность ° самих конституционных прав, свобод и обязанностей человека и гражданина | как принципы, отражающие правовую сущность прав и свобод, определяющие Д характер конституционных связей человека и власти11. При этом В.Т. Кабышев с

—I

считает, что «права человека - это мерило его свободы, определяемое конкретно- н

н

историческими условиями бытия человека. Вся история развития общества й свидетельствует, что каждая ступень его развития была вехой в обретении и и

1Ь

расширении объема свободы человека»12. е

к

Собственность как материальная составляющая общественных отноше- й ний особым образом связывает власть и свободу. По мнению С.А. Зинченко и Д Н.С. Бондаря, соотношение свободы и собственности имеет более глубинные | корни, чем зависимость причинно-следственного характера (как, например, №

го

констатация того очевидного факта, вытекающего из вещных отношений соб- (

9

ственности, что последние служат материальной основой свободы, средством " ее гарантирования и т.д.). «Подобные подходы, — отмечают авторы, — с пози- 4 ции линейного экономического детерминизма во многом являются следствием вульгарно-материалистических представлений о личности, истоках и пределах ее свободы. Они ведут к фетишизации вещных отношений собственности, которые, приобретая всеобщий характер, не освобождают личность, а господствуют над ней, предопределяют ее образ жизни и диктуют варианты поведения как в экономической, так и в политической сфере»13. В отношении связи собственность 217

- свобода они выделяют негативный аспект свободы «свобода от...» и позитивный «свобода для.»14.

Негативный и позитивный аспекты свободы соприкасаются с властью, будучи вместе, оживляют отношения собственности, образуют в них волевой аспект, без которого они теряют смысл. Несмотря на системное, диалектическое единство, власть и свобода представляют собой самостоятельные конституционные ценности, каждую из которых необходимо оценивать с учетом собственной значимости и своих особенностей. Отмеченный Н.С. Бондарем диалектический характер соотношения власти и свободы позволяет сделать вывод о неизбежном наличии в этом соотношении противоречий (противоречия-несовпадения, противоречия-противоположности, противоречия-конфликты)15.

Вышеназванное позволяет сформировать сложноустроенную картину взаимосвязи собственности, власти и свободы в конституционном праве, представляющую собой синергетическую систему категорий, своего рода вектор, сквозь которую реализуется воля индивида в правоотношении собственности, где обнаруживается её экономическая и общественно значимая сущность.

Формально-юридическая сторона исследуемого вопроса в современной конституции представлена следующим образом. Единственным источником власти признается многонациональный народ, Россия провозглашена социальным государством, признается многообразие форм собственности и гарантируется равная их защита (ст. 3, 7, 8 Конституции РФ).

Категориальный пласт конституционно-правовых принципов, образованный отношением человека и власти, конституционных прав как меры свободы * погружается в волевое экономическое поведение индивида как субъекта соб-? ственности. Такое поведение имеет экономическое содержание, представленное $ в ст. 35, 71, 72, 130, 132 Конституции РФ. Анализ указанных норм позволяет | судить о том, что экономическое содержание собственности представлено в

1 виде владения, пользования, распоряжения, управления, ведения. При этом | термины «ведение» и «управление» употребляются в контексте с публичной ак собственностью.

| Представляется, что теория прав собственности предлагает более много-

| сторонний инструмент для определения экономического содержания собствен-

2 ности. «Недаром некоторые авторы даже называют теорию прав собственности ° подправленным и усовершенствованным историческим материализмом»16.

« Теория прав собственности исходит из базового представления о том, что

| любой акт обмена есть по существу обмен пучками правомочий: «Когда на е рынке заключается сделка, обмениваются два пучка прав собственности. 1 Пучок прав обычно прикрепляется к определенному физическому благу или

0

° услуге, но именно ценность прав определяет ценность обмениваемых товаров:

3 вопросы, относящиеся к формированию и структуре компонентов пучка прав,

1 предшествуют вопросам, которыми, как правило, заняты экономисты. Эконо-| мисты обыкновенно принимают пучок прав как данный и ищут объяснение,

чем определяются цена и количество подлежащего обмену товара, к которому относятся эти права»17.

При этом правомочия в экономическом содержании собственности как система для экономики не имеет значения, а в праве единого подхода к данному вопросу не наблюдается. В этой связи система экономических правомочий может

218

представляться следующим образом. Определяемое бессрочностью управление

как волевой элемент высшего уровня проходит сквозь определенную призму юридико-экономических прав: на иммунитет, на доход, на капитальную стоимость, на остаточный характер, на переход вещи по наследству, завещанию, в порядке правопреемства, обязанности воздерживаться от использования вещи вредным для других способом и ответственности в виде взыскания. Владение, пользование и распоряжение как волевой элемент низшего, непосредственного уровня под влиянием управления находит отражение в конкретных юридических актах.

В настоящее время наблюдается диалектическое столкновение экономической и социальной сущности общественных отношений собственности. Ведь социальная сущность этих отношений, раскрывающаяся в теории социальных функций18, также представляет собой связи людей, однако на основе уз социальной солидарности, часто противоречащих экономическим интересам. Примечательно, что область возникающих противоречий между экономической и социальной субстанциями в собственности призвана разрешать социальная функция права собственности.

В Российской Федерации социальная функция права собственности прямо не закреплена в Конституции. «Однако из системной связи ст. 35 Конституции с другими ее положениями о социальном государстве (ст. 7), относящимися к основам конституционного строя Российской Федерации, а также с другими положениями (ч. 1 ст. 9, ч. 3 ст. 17, ст. 34, ч.2 ст. 36, ст. 39) следует, что право собственности не имеет абсолютного характера и осуществляется под условием тех обязанностей и обременений, которые вытекают из ее функций в современном социальном государстве»19, — отмечает В.Д. Зорькин.

Представляется, что роль социальной функции права собственности обширна и состоит в постоянном принятии мер юридической техники по установлению баланса власти и свободы в отношениях собственности.

1 См.: ФарберИ.Е. Проблемы конституционного права. Саратов, 1969.

2 Бондарь Н.С. Власть и свобода на весах конституционного правосудия: Защита прав человека Конституционным Судом Российской Федерации. М., 2005.

3 Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: учебник для вузов. 4-е изд., изм. и доп. М., 2003. С. 3.

4 См.: Гегель Г.В. Философия права. Введение. М., 1990. С. 100-110.

5 Там же. С. 100.

6 Там же. С. 108.

7 Там же. С.109.

8Араб-оглы Э.А. Свобода (социальн.) // Большая советская энциклопедия. М., 1969-1978.

9 Кабышев В.Т. С Конституцией по жизни. М., 2013. С. 56.

10 См.: Халипов В. Кратология. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/Halip/01.php (дата обращения: 29.08.2013).

11 См.: Кабышев В.Т. Указ. раб. С. 54.

12 Там же. С. 186.

13 Зинченко С.А., Бондарь Н.С. Собственность - свобода - право. Ростов-н/Д, 1995. С. 8.

14 Там же. С.11.

15 См.: Бондарь Н.С. Указ. раб.

16 Капелюшников Р.И. Экономическая теория прав собственности. Правовые предпосылки. М., 1990.

17 Demsetz H. Toward a theory of property rights // American Economic Review, 1967. Vol. 57. № 2. P. 347.

18 См.: Дюги Л. Конституционное право. Общая теория государства. М., 1908. С. 13.

19 Зорькин В.Д. Современный мир, право и Конституция. М., 2010. С. 202.