Некоторые теоретические аспекты изучения этнической идентичности

© 2008

Н.Г. Попова НЕКОТОРЫЕ ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Несмотря на большое число публикаций, вопросы, связанные с изучением этнической идентичности личности, до сих пор остаются дискуссионными. Сегодня эту проблему в целом, а также ее отдельные аспекты изучают представители различных наук. Формирование этнического самосознания (этнической идентичности) в современной науке рассматривается как часть процесса социализации личности. Поэтому представляется довольно важным определиться в трактовке таких ключевых понятий, как: «социализация», «этническое самосознание», «этническая идентичность»/«этничность», выяснить, как в процессе социализации происходит развитие и трансформация этнической идентичности.

Исследования феномена «социализации» имеют уже более чем вековую историю. Однако среди представителей различных областей знаний не существует единства в его понимании и толковании. В гуманитарные науки термин «социализация» (от лат. socialis — общественный) пришел из политэкономии, где его первоначальным значением было «обобществление земли и средств производства». Первым термин «социализация» применительно к человеческому сообществу использовал американский социолог Ф.Г. Гиддинс в 1880-х гг. Этот термин он расшифровал как «развитие социальной природы или характера индивида, подготовка человеческого материала к социальной жизни»1.

К середине ХХ в. проблема социализация превратилась в самостоятельную междисциплинарную область исследований. Ведущая роль в разработке теории социализации принадлежала социологии. Постепенно оформились два подхода в понимании процесса социализации. Законодателями первого подхода, который был назван «субъект-объектным» (общество — это субъект воздействия, а человек — его объект), являются французский ученый Э. Дюркгейм и американский — Т. Парсонс. В данном подходе обществу отводится активное начало. Согласно утверждению Э. Дюркгейма, — «общество может выжить только тогда, когда между его членами существует значительная степень однородности», и оно формирует каждого своего члена в соответствии с присущей ему культурой «по своему образцу», а человек «вбирает» в себя эти образцы2.

У истоков второго подхода, названного «субъект-субъектный», стояли американцы Ч. Куни, Дж. Герберт Мид, а также У. Томас и Ф. Знанецкий. В основу данного подхода легли положения о том, что индивид является источником развития общества, поэтому все социальные явления и процессы необходимо рассматривать как результат сознательной деятельности людей, и, изучая те или иные ситуации, необходимо учитывать не только социальные обстоятельства, но и точку зрения индивидов, т.е. рассматривать их как субъектов социальной жизни.

На сегодняшний день существуют вариативные определения понятия «со-

циализация»; но, как правило, все они могут быть рассмотрены в рамках одного из обозначенных подходов. Синтезируя различные подходы, социализацию можно определить как сложный многогранный процесс включения человека в общество, приобретения им социальных качеств, усвоения социокультурного опыта и реализации собственной сущности.

Интересной представляется концепция А.О. Бороноева, который более широко трактует термин «социализация». Он рассматривает «социализацию» в неразрывной связи с процессом «индивидуализации» как два «магистральных пути развития личности», порой противоречащих друг другу. «Социализация», по его мнению, — это процесс становления личности путем освоения индивидом основного набора духовных ценностей, выработанных человечеством. А «индивидуализация» — процесс становления личности путем селекции информации, получаемой индивидом из окружающей среды, и производства новых духовных ценностей, значимых для общества. Индивидуализация осуществляется в основном посредством выбора (книг, друзей, профессии, места работы и т.п.). Социализация же осуществляется в основном посредством принуждения (обязательное среднее образование, обязанность трудиться и пр.). В конечном счете, социализация понимается А.О. Бороноевым как долг личности, а индивидуализация — ее право 3.

Такой подход предполагает, прежде всего, изучение факторов социальной среды, формирующих личность. А поскольку влияющая на личность социальная среда неоднородна, то, как отмечает уважаемый автор, социализацию личности можно разделить на три взаимосвязанных процесса: социумизацию, эт-низацию и культуризацию. Под социумизацией личности понимается освоение индивидом духовных ценностей и опыта только того общества (социума), в котором он воспитывается. Этнизация личности означает освоение индивидом духовных ценностей и опыта только того этноса, к которому он принадлежит. Наконец, культуризация личности предполагает освоение индивидом духовных ценностей и опыта других (как завершивших свой путь в истории, так и современных индивиду) социумов и этносов 4.

Таким образом, можно заключить, что формирование и развитие личности зависит не только от социальных и исторических условий, но и той этнокультурной среды, в рамках которой происходит жизнедеятельность человека 5.

Американский антрополог М. Херсковиц для обозначения вхождения человека в культуру своего народа предложил использовать термин «инкультура-ция». Автор разделял понятия «социализация» и «инкультурация». Социализацию он понимал как «интеграцию индивида в человеческое общество, приобретение им опыта, который требуется для исполнения социальных ролей», а инкультурация, — это «процесс освоения индивидом присущего культуре миропонимания и поведения, в результате чего формируется его когнитивное, эмоциональное и поведенческое сходство с членами данной культуры и отличие от других культур» 6.

Этнолог М. Мид также не считала понятия социализации и инкультурации тождественными. По ее утверждению, социализация — это социальное научение вообще, а инкультурация — процесс научения, происходящий в реальной специфической культуре.

Несколько иное понимание социализации и инкультурации мы находим у Д. Матсумото: — «социализация, как правило, больше относится к процессу и механизмам, с помощью которых люди познают социальные и культурные нормы», а инкультурация — «к продуктам процесса социализации — субъективным, базовым, психологическим аспектам культуры»7.

Среди современных исследователей также не встречается единого мнения о содержании данных понятий. Одни рассматривают «социализацию» и «инкуль-турацию» как синонимы, поскольку человек в процессе своего развития осваивает социокультурное окружение и (приобретает определенный социокультурный опыт)8; другие выделяют инкультурацию в контексте общей социализации личности9.

Инкультурация — это процесс, который начинается с момента рождения человека и продолжается всю жизнь. Выделяются два этапа: детство и зрелость. Наиболее интенсивно инкультурация протекает в детстве, когда осваиваются базовые элементы культуры: язык норм, ценностей и пр. На данном этапе ин-культурация реализуется через воспитание и научения. Особенностью второго этапа — зрелости, является способность индивида к самостоятельному освоению культуры.

Близкими по значению термину «инкультурация» являются понятия «этническая социализация» и «этнизация». В общем смысле они означают освоение индивидом ценностей и опыта этноса, к которому он принадлежит. Речь идет о процесс вхождения человека в этническую среду.

Понятие «этническая социализация» используется в возрастной психологии для обозначения «процессов развития, которые приводят к тому, что у детей формируется поведение, восприятие, ценности и аттитюды, свойственные одной из этнических групп, и они начинают рассматривать себя и других людей членами подобных общностей»10.

В настоящее время в этнопсихологии наряду с понятием «этническая социализация» используется также понятие «культурная трансмиссия». Ряд авторов полагает, что на групповом уровне, социализация и инкультурация включены в «культурную трансмиссию» представляющую собой механизм, с помощью которого этническая группа «передает себя по наследству» своим новым членам, прежде всего детям11.

В целом, с учетом существующих подходов, «социализацию» можно рассматривать как саморазвитие человека в процессе его активного включения и взаимодействия с обществом, как освоение социокультурного опыта, в результате которого реализуется социальная адаптация и автономизация личности. Учитывая содержание инкультурации, на наш взгляд, правильнее рассматривать данный процесс как составляющий процесса социализации, т.к. социальный и культурный аспекты взаимосвязаны, и культурный фактор во многом предопределяет социальные нормы и установки. Исходя из этого, следует признать, что этническая идентичность как личностная характеристика формируется в процессе социализации в результате присвоения традиций, осознания и усвоения этнофором исторически сложившихся образов мыслей, чувств, действий. Системность традиций позволяет соединить прошлое и настоящее конкретного этноса в жизни конкретного человека.

Понятие «этническая идентичность» встречается в научной литературе достаточно часто, однако как уже отмечалось, смыслы, вкладываемые в это понятие, не тождественны. Прежде всего, необходимо определиться в соотношении этнической идентичности и этнического самосознания. В отечественной этнологии одним из основных предметов исследования долгой время было понятие «национальное самосознание».

В 1940—1950-х гг. вопрос об этническом самосознании как основном признаке этноса практически начали активно разрабатывать в России. Рассматривая самосознание, В.В. Мавродин считал его, наряду с языком, одним из основных факторов, определяющих народность как этническое явление12. В трудах В.В. Мавродина и Д.С. Лихачева тех лет были также предприняты попытки охарактеризовать структуру национального самосознания, формы проявления и источники его изучения. В известной работе П.И. Кушнера «Этнические территории и этнические границы» подчеркивалась важность изучения национального самосознания в широком социально-историческом контексте с учетом особенностей развития этнических общностей13.

Важное место в теоретическом осмыслении этнического самосознания занимают работы С.А.Токарева и Н.Н. Чебоксарова 1960-х гг., где впервые речь шла об «этническом самосознании»14. В их трактовке этническое самосознание представляло собой некоторую суммирующую основных признаков этнической общности. Эти публикации открыли научную дискуссию о месте этнического самосознания в структуре этноса.

Следующий этап в разработке этнической теории связан с именем В.И. Козлова, предложившего концепцию этнической общности и впервые выделившего в качестве ее основополагающего признака этническое самосознание, под которым понималось «осознание людьми своей этнической (национальной) принадлежности»15. Своего рода резюмирующей можно считать работу Ю.В. Бромлея «Очерки теории этноса», где обобщались основные выводы советских этнографов16.

При интерпретации понятия «этническое самосознание», Ю.В. Бромлей говорил о возможности более узкой и более широкой трактовки этого термина. В узком смысле оно относится к идентификации человека с определенной этнической общностью, причем наглядным выражением самосознания выступает этноним. В широком смысле «этническое самосознание» дополнительно включает весь комплекс представлений этнофоров о своей этнической общности (ее языке, культуре, историческом прошлом, территории и др.) и, отчасти, о других этнических группах, об этнических ценностях и интересах, а также содержит эмоциональный компонент (стереотипы, чувства и тд.)17. При этом различалось этническое самосознание личности и самосознание этнической общности. Некоторые авторы акцентировали и другие составляющие этнического самосознания. К компонентам, выделенным ранее Ю.В. Бромлеем, представители московского центра этносоциологии добавляли также «интересы, осознаваемые людьми как этнические»18. В дальнейшем многие исследователи, проводящие эмпирические исследования, следовали именно широкому пониманию «этнического самосознания».

Придавая этническому самосознанию важнейшее значение в функциониро-

вании этноса, Ю.В. Бромлей и В.И. Козлов ориентировались на объективистскую оценку его природы. Этнос мыслился лидерами советской этнографии как безусловная данность, а этническое самосознание как субъективный фактор, отражающий объективно функционирующую реальность19.

В рамках направления конструктивизма, которое утвердилось в российской науке в 1980—1990-е гг., этнос превратился в «интеллектуальный конструкт». Заменив категорию «этнос» категорией «этничность», представители конструктивизма отождествляли этничность с этнической идентичностью. Причем индивидуальная идентичность при этом считалась непостоянной, ситуативной, произвольно конструируемой характеристикой.

По мнению одного из наиболее влиятельных теоретиков конструктивизма Ф. Барта, «этничность — это форма социальной организации культурных различий»20. Лидер российской этнологии рубежа ХХ—ХХ1 вв. В.А. Тишков предложил рассматривать «этническую идентичность больше как форму социальной организации, чем выражение культурного комплекса»21, а групповую этническую идентичность как операцию социального конструирования «воображаемых общностей», основанных на вере, что они связаны естественными и даже природными связями22. Однако, как справедливо замечает ряд авторов, крайняя онтологизация, как и крайняя субъективизация этничности (равно как и этноса), недопустима.

Парадокс феномена этничности, подчеркивает С.Ф. Чешко, состоит в том, что этничностью можно манипулировать, но ее нельзя сфабриковать23. Этничность, с одной стороны, это групповая солидарность, основанная на представлении об общности происхождения и общности исторических судеб, на общности интересов и культуры; с другой — подобные представления имеют объективную основу в реальном существовании этнического сообщества.

Необходимо отметить, что довольно часто понятия «этническое самосознание» и «этническая идентичность» рассматриваются учеными как синонимы.

Анализ показывает, что в англоязычном варианте данные понятия являются

24

практически взаимозаменяемыми . Обращаясь в монографии «Философия этноса» к вопросу соотношения этих терминов, С.Е. Рыбаков обращает внимание на то, что этническая идентичность не может быть равнозначна этнической идентификации — отождествлению индивида с определенным этносом. Автор заключает, что «этническая (само)идентификация», «этническая идентичность» и «этническое самосознание» — это в большей степени психические феномены, в то время как этничность — это сложносоставное социальное качество личности.

Опираясь на прикладные и теоретические разработки, ряд авторов делают вывод о том, что термины «этническое самосознание» и «этническая идентичность» не являются взаимозаменяемыми, поскольку некоторые аспекты этнического могут существовать на бессознательном уровне и потому не могут входить в содержание понятия «этнического самосознания». Этническая идентичность, в интепретации В.Ю. Хотинец, рассматривается как уровень (наиболее зрелый) этнического самосознания, или как его конечная форма25.

По мнению Г.У. Солдатовой, этническое самосознание шире понятия этническая идентичность, так как последняя является его когнитивно-мотивацион-

ной составляющей. С другой стороны, Г.У. Солдатова соглашается с Е.М. Галкиной по поводу того, что этническая идентичность содержит в себе часть бессознательного, а, следовательно, по определению, не может быть ограничена этническим самосознанием. На основании этого объяснения Г.У. Солдатова считает, что этническая идентичность должна изучаться в двух ипостасях — как концентрированная форма и главная характеристика этнического самосознания и как его «изнанка» — этническое бессознательное26; она определяет этническую идентичность не только как принятие определенных групповых представлений и готовность к сходному образу мыслей, но также как построение системы отношений и действий в различных этноконтактных ситуациях27.

С точки зрения анализа существующих подходов в современной отечественной и западной науке для изучения этнической идентичности очень важными являются работы Т.Г. Стефаненко. Автор рассматривает этническую идентичность как социальный конструкт, который создается аскриптивной, предписываемой обществом этничности, но не сводится и может не совпадать с ней. Этническая идентичность является результатом эмоционально окрашенного процесса идентификации/дифференциации, переживания отношений «Я» и этнической среды. Исходя из этого, Т.Г. Стефаненко дает следующее определение: «этническая идентичность» — это результат когнитивно-эмоционального процесса осознания себя представителем этноса, определенная степень отождествления себя с ним и обособления от других этносов.

При этом Т.Г. Стефаненко разводит понятия этнической идентичности и этничности, считая последнюю социологической категорией, относящейся к определению этнической принадлежности по ряду объективных признаков: этническая принадлежность родителей, место рождения, язык и.т.д. Не стоит также забывать и то, что в реальной жизни этническая идентичность не всегда совпадает с официальной и декларируемой идентичностью (причислением себя к этнической общности), которая проявляется в самосознании28.

Этническая идентичность, по-мнению многих ученых, представляет собой часть социальной идентичности личности29. В ее структуре обычно выделяют два основных компонента — когнитивный и аффективный. Под первым понимают этническую осведомленность — знания, представления об особенностях жизни и традициях своей группы и осознание себя ее членом. Второй компонент включает в себя оценку качеств собственной группы и значимость членства в ней. Ряд ученых в структуре этноидентичности выделяют третий компонент — поведенческий, характерный для социальной идентичности, который отвечает за «построение системы отношений и действий в различных этнокон-тактных ситуациях»30. Однако некоторые исследователи полагают, что его включение может привести к излишнему расширению данной категории31.

Большинство ученых сходятся во мнении, что базовая основа всех этих компонентов, т.е. цельная этническая идентичность складывается к подростковому возрасту, хотя ее формирование начинается в детстве и проходит ряд этапов, соотносимых с этапами психо-физического развития ребенка. Одним из первых в 1951 г. концепцию развития у ребенка этнической идентичности предложил Ж. Пиаже. Развитие этнической идентичности рассматривается им, прежде всего, как создание когнитивных моделей, ответом на которые являются эт-

нические чувства. В частности, Ж. Пиаже выделил три этапа развития этнических характеристик, или этнической идентичности:

1) в 6—7 лет ребенок приобретает первые фрагментарные и несистематичные знания о своей этнической принадлежности, которые он получает, прежде всего, из семьи и непосредственного социального окружения;

2) в 8—9 лет ребенок уже четко идентифицирует себя со своей этнической группой, выдвигает основания идентификации;

3) в 10—11 лет — в младшем подростковом возрасте этническая идентичность формируется в полном объеме. Ребенок способен отмечать уникальность истории своего народа, специфику традиционной бытовой культуры32.

Данный подход к формированию этнической идентичности основывается на уровне развития мыслительной деятельности. Однако в последнее время появляется все больше научных трудов, в которых уточняются и конкретизируются возрастные границы и содержание этапов формирования этнической идентичности. Современные авторы полагают, что формирование этнического идентичности и самосознания начинается еще в раннем детстве. Прикладные исследования показывают, что первые диффузные проявления идентификации с этнической группой обнаруживаются у детей в возрасте 3—4 лет, в отдельных случаях даже раньше, как правило, это данные о внешних различиях. Но практически все психологи согласны с Ж. Пиаже в том, что реализованной этнической идентичности человек достигает в подростковом возрасте, когда самореф-лексия становится наиболее актуальной33.

Американская исследовательница Дж. Финни предложила модель стадиального формирования этнической идентичности34. По ее мнению, внимание следует уделять именно подростковому возрасту, так как именно в этом возрасте формируется основное содержание этнической самоидентификации. Дж. Финни рассматривает становление этнической идентичности подростка по мере исследования реальности и принятия им решений относительно роли этничности в его жизни.

Первая стадия — «непроверенная идентичность» — характеризуется безразличием к исследованию идентичности, отсутствием интереса к проблемам этнических корней и членства в этнической группе. На ней находятся младшие подростки, а также взрослые, не имеющие проблем с этнической принадлежностью.

Вторая стадия — «поиск этнической идентичности» — характеризуется исследованием своей идентичности, стремлением понять значение этничности в собственной жизни. Результат разрешения кризиса этнической идентичности приводит к более глубокому пониманию и оценке своей этничности.

Третья стадия — «реализованная этническая идентичность» — характеризуется ясным, четким и устойчивым ощущением незыблемости своих этнических особенностей, привязанностью к этнической культуре и этнической общности.

Однако следует отметить, что на данном этапе процесс развития этнической идентичности не заканчивается, на последующих этапах формируется этническая осведомленность о своей и чужой группах. Это подтверждается как концепцией Ж. Пиаже, так и более поздними исследованиями35.

В целом, подводя итоги научного дискурса, можно согласиться с Е.П. Бе-

линской и Т.Г. Стефаненко, что в процессе развития этническая идентичность проходит ряд этапов от диффузной до реализованной, а результатом этого процесса является формирование в подростковом возрасте эмоционально-оценочного осознания принадлежности к этнической общности36. Таким образом, закономерностью формирования этнической идентичности является развитие представлений — от осознания внешнего сходства членов этнической группы до глубинного понимания природы этнической общности и своего места в ней.

Рассматривая процесс формирования этнической идентичности, необходимо обратить внимание еще на один аспект, который в последнее время вызывает интерес как среди западных, так и отечественных ученых — это этническая

константность37. Под этнической константностью понимают «появление у ин-

38

дивида чувства неизменности и устойчивости этнических характеристик» . Сторонники когнитивной теории Ж. Пиаже отмечают, что этнические константы закрепляются в сознании индивида в подростковом возрасте, завершая процесс формирования этнической идентичности и процесс поэтапного осознания неизменности основных психосоциальных характеристик в целом.

На формирование и сохранность этнических констант и в целом этнической идентичности влияет ряд факторов, значение которых может быть различным. Среди самых существенных факторов, в большей степени оказывающих влияние выделяют следующие:

— особенности этнической социализации в семье, школе, ближайшем окружении;

— особенности этноконтактной среды, прежде всего, ее гетерогенность или гомогенность;

— статусные отношения между этническими группами: дети из группы этнического меньшинства имеют больше возможностей получения информации и приобщения к культуре этнического большинства;

— степень идеологической направленности общества и др.

В зависимости от степени влияния вышеперечисленных факторов у человека может сформироваться определенная система ценностей (включая этнические константы) и, соответственно, позитивная, либо негативная этническая идентичность.

Наиболее естественным для человека является поддержание или восстановление позитивной этнической идентичности, которая обеспечивает психологический комфорт, чувство безопасности и стабильности. Для этого он прибегает к стратегии, названной А. Тэшфелом и Дж. Тернером стратегией социального творчества. Она может принимать различные формы, связанные с пересмотром критериев сравнения39.

В современной науке выделяют две основные модели измерения этнической идентичности. В линейной биполярной модели развитие идентичности предполагается как движение в направлении одного из двух полюсов: идентификация со своей группой (поддержание позитивной или принятие негативной этнической идентичности) и идентификация с доминантной группой (ложная идентичность, встречающаяся у маленьких детей, и измененная в результате свободного выбора идентичность) — соответствуют полюсам при рассмотрении идентичности на основе линейной биполярной модели (см. рис.1).

В

Рис. 1. Линейная биполярная модель этнической идентичности:

А — высокий уровень идентификация со своей этнической группой (позитивная или негативная идентичность);

В — высокий уровень идентификация с чужой этнической группой (измененная или ложная идентичность).

Однако необходимо согласиться с Т.Г. Стефаненко, которая отмечает, что в реальности человек имеет гораздо больше вариантов выбора, чем полная идентификация с одной этнической группой. Человек может идентифицировать себя сразу с несколькими релевантными группами. Это характерно, например, для потомков смешанных браков, а также для людей, проживающих в полиэт-ничной среде40.

Взглядов на возможную вариативность идентификации сегодня придерживаются многие отечественные и зарубежные исследователи. Так, канадский кросс-культурный психолог Дж. Берри, допуская возможность существования подобной ситуации, предложил модель двух измерений этнической идентичности (см. рис. 2). Он выделяет четыре типа этнической идентичности, при которых связи с другими группами могут сосуществовать относительно независимо друг от друга. Эти типы, согласно Дж. Берри, становятся результирующими

осуществления одной из четырех стратегий: ассимиляции, сепарации, маргина-41

лизации, интеграции .

Для большинства индивидов характерна моноэтническая идентичность, совпадающая с официальной этнопринадлежностью. Но её интенсивность может быть различной: от позитивной этнической идентичности до её крайней формы — этнической гиперидентичности.

Высокий уровень идентификации со своей этнической группой

Высокий уровень идентификации с чужой этнической группой

Рис. 2. Модель двух измерений этнической идентичности (по Дж. Берри):

А — моноэтническая идентичность со своей этнической группой;

Б — биэтническая идентичность;

В — моноэтническая идентичность с чужой этнической группой;

Г — маргинальная этническая идентичность.

Моноэтническая идентичность с чужой этнической группой (измененная этноидентичность) возможна в том случае, когда чужая группа расценивается как имеющая более высокий экономический, социальный статус, чем своя.

Сильная, хотя и разного уровня интенсивности идентификация с двумя группами ведет к формированию биэтнической идентичности42.

Позицию человека на высшем этапе развития называют конструктивной маргинальностью, т.е. это человек-посредник между двумя культурами, человек мультикультуры. Но чаще встречаются люди с негативной маргинальной этнической идентичностью, которые балансируют между двумя культурами, не овладевая в должной мере нормами и ценностями ни одной из них и испытывают внутриличностые конфликты.

В ряде случаев возможна очень слабая, четко не выраженная этническая идентичность или даже ее полное отсутствие на осознаваемом уровне, когда человек отрицает значимость этнической принадлежности как в своей жизни, так и в обществе в целом, указывая, прежде всего, на уникальность своей личности. При таком варианте подростки довольно часто в качестве референтной выбирают группу сверстников, идентифицируя себя с нею43, или же декларируют свою гражданскую, либо космополитическую идентичность, называя себя гражданами мира.

Таким образом, можно согласиться с рядом исследователей, которые полагают, что ослабление и утрата этнической идентичности может привести к негативным последствиям для идентичности человека в целом, поскольку оборачивается разрушением целостности «Я — концепции» и разрывом связей с какой бы то ни было культурой, лишая человека психологической поддержки,

44

чувства уверенности и определенности .

ПРИМЕЧАНИЯ

1. МудрикА.В. Социальная педагогика. М., 2000. С. 8.

2. Дюркгейм Э. Социология: Ее предмет, метод, предназначение / Пер. с фр. А.Б. ГофманаМ., 1995. С. 124.

3. Введение в этническую психологию / Под ред. Платонова Ю.П., Бороноева А.О., СПб., 1995. С. 69-70.

4. Там же. С. 72.

5. Там же. С. 66.

6. Herskovits М.О. Les bases de l’ anthropologie culturelle. 1967.

7. Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. М., 2003. С. 105.

8. Садохин А.П. Этнология. М., 2001. С. 150.

9. Белинская Е.П., Стефаненко Т.Г. Этническая социализация подростка. М.; Воронеж, 2000. С. 5-9.

10. Там же. С. 54.

11. Стефаненко. Этнопсихология. С. 106-107

12. Мавродин В.В. Образование Древнерусского государства. Л., 1945.

13. Кушнер П.И. Этнические территории и этнические границы. М., 1951. С. 8.

14. Токарев С.А. Проблемы типов этнических общностей ( к методологическим проблемам этнографии) // ВФ. 1964. №11; Чебоксаров Н.Н. Проблемы типологиза-ции этнических общностей в трудах советских ученых // СЭ. 1967. № 4.

15. Козлов В.И. Проблема этнического самосознания и ее место в теории этноса. // СЭ. 1974. № 2. С. 84.

16. Бромлей Ю.В, Очерки теории этноса. М., 1983.

17. Рыбаков С.Е. Философия этноса. 2001. С. 86.

18. Арутюнян Ю.В., Дробижева Л.М., Сусоколов А.А. Этносоциология: Учебное пособие для вузов. М., 1998. С. 166-167.

19. Там же. С. 164.

20. Рыбаков. Ук. соч. С. 83.

21. Тишков В.А. О феномене этничности // ЭО. 1997. №3. C. 6

22. Там же. С 13

23. Чешко С.В. Человек и этничность // ЭО. 1994. №6. С. 38-39

24. Винер Б.Е. К построению качественной регрессивной модели этнической идентичности //Журнал социологии и социальной антропологии. 1998, № 3. С. 17

25. Хотинец В.Ю. Этническое самосознание. СПб., 2000.

26. Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998. С. 43

27. Дробижева Л.М., Аклаев А.Р., Коротеева В.В., Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации. М., 1996. С. 296.

28. Стефаненко. Ук. соч. С. 10.

29. Белинская, Стефаненко. Ук. соч. С. 75.

30. Дробижева, Аклаев. и др. Ук. соч. С. 296.

31. Белинская, Стефаненко. Ук. соч. С. 77.

32. ПиажеЖИзбранные психологические труды. М., 1969.

33. Снежкова И.А. К проблеме изучения этнического самосознания у детей и юношества. (По материалам г. Киева и Закарпатской области) // СЭ. 1982. № 1. С. 80-88; Айгумов З.И. Особенности самосознания молодежи традиционных этносов Дагестана в условиях межэтнического взаимодействия: Дис. ... канд. пси-хол. наук. М., 1997.

34. Phinney J.S. A three-stage model of ethnic identity development in adolescence // Ethnic identity: Formation and transmission among Hispanics and other minorities. Albany, 1993. Р. 61-79.

35. Piaget J, Weil A.M. The development in children of the idea of the homeland and the relations with other countries // International Social Science Medical Journal. 1973. Psychology of intergroup relations. Chicago, 1986. Р. 223-227; Романова О.Л. Развитие этнической идентичности у детей и подростков: Автореф. дис. канд. психол. наук. М., 1994; Быструшкина Н.Г. Психологические аспекты ситуаций межнационального взаимодействия. Дисс. ... канд. псих. наук. Ярославль, 1999.

36. Белинская, Стефаненко. Ук. соч. С. 87.

37. Ocampo K. A., Bernal M. E, Knight G.P. Gender, race, and ethnicity: the sequencing of social constancies // Ethnic identity: Formation and transmission among Hispanics and other minorities. Albany, 1993. Р. 11-30.

38. Белинская, Стефаненко. Ук. соч. С. 86.

39. Tajfel H., Turner J.C. The social identity theory of intergroup behavior // Psychology of intergroup relations. Chicago, 1986. P. 7 — 24.

40. Стефаненко Т.Г. Социальная психология этнической идентичности. Автореф. дис. док. псих. наук. М., 1999. С. 229.

41. Berry J.W., Pleasants M. Ethnic tolerance in plural societies. Paper given at the international conference on Authoritarism and Dogmatism. Potsdam, N. J., Wiley. 1984.

42. Bennett M.J. A developmental approach to training for intercultural sensitivity // Journal of International Relations. 1986. Vol. 10. Р. 179-196.

43. Белинская, Стефаненко. Ук. соч. С. 107.

44. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М., 2006.

SOME THEORETICAL ASPECTS OF STUDYING ETHNIC IDENTITY

N.G. Popova

The problem is studying the ethnic identity (ethnic consciousness) of a person. There submitted interpretations of such concepts as «socialization», «ethnic consciousness», «ethnic identity» and processes of development and transformation of ethnic identity in the course of socialization. The result of the research is a conclusion that weakening and loss of the ethnic identity could lead to negative consequences for identity of the person, as far as it turns out to be a destruction of integrity within «I — concept» and a break of relations with any culture, depriving the person of any psychological support, feeling of confidence and clarity.

© 2008

А.С. Севостьянов РУКОПИСЬ И.Г. САФЬЯНОВА: ЛЕГЕНДА «ТЕМИР-САЛ»

Иннокентий Георгиевич Сафьянов является известной личностью в истории Тувы; и известность эта связана, прежде всего, с его политической деятельностью. В то же время, его заслуги в изучении Тувы практически не нашли отклика в литературе. В связи с этим, в данной статье ставится цель показать И.Г. Сафьянова не как участника революционных событий, способствовавшего созданию Тувинской народной республики, а как талантливого краеведа.

Иннокентий Георгиевич Сафьянов родился в 1875 г. в г. Минусинске в семье известного купца и золотопромышленника Георгия Сафьянова. Его отец отличался либеральными взглядами, проявлял живой и деятельный интерес к культурной жизни края. Его дом был клубом для ссыльной интеллигенции. Он оказывал всяческое содействие в открытии музея в Минусинске, материально поддержал экспедиции по изучению Тувы.

В становлении молодого Иннокентия Сафьянова большую роль играло демократическое крыло сообщества политических ссыльных Енисейского края. Отправленный в Красноярскую гимназию, уже в 5 классе он попал в число политически неблагонадежных учеников; в 15 лет был исключен из учебного заведения и выслан с вольным билетом под надзор родителей. Отец, напуганный таким оборотом дела, решил отправить его в Туву, в одну из своих факторий. С тех пор его судьба оказалась связанной с Тувой. По мысли отца, живя с его консервативными приказчиками, Иннокентий должен был избавиться от «крамольной заразы», но вместо этого И. Сафьянов развернул среди них активную пропагандистскую деятельность.

В Туве И. Сафьянов жил подолгу. Изъездил её вдоль и поперек, овладел тувинским и монгольским языками, хорошо знал жизнь и быт местного населения. Находясь среди тувинского народа, он постепенно стал одним из лидеров