Аутоагрессивная, личностно-психологическая характеристики жён мужчин, больных алкоголизмом, имевших в анамнезе суицидальную активность

целью становится помощь в развитии способности к выражению чувств и интрапсихической (а не «моторной», то есть аутоагрессивной) переработкой стресс-индуцированных переживаний.

Литература:

1. Мидько А.А., Розанов В.А. Гнев и другие личностные предикторы тяжести суицидальной попытки в связи с переживанием безнадежности //

Медицинская психология. - 2011. - № 1. - C. 7077.

2. Bacskai E., Czobor P., Gerevich J. Suicidality and trait aggression related to childhood victimization in patients with alcoholism // Psychiatry Research. -2009. - Vol. 165, № 1-2. - P. 103-110.

3. Conner K.R., Duberstein P.R, Conwell Y., Caine E.D. Reactive aggression and suicide: Theory and evidence // Aggression and Violent Behavior. -2003. - Vol. 8, № 4. - P. 413-432.

Транслитерация:

1. Mid'ko A.A., Rozanov V.A. Gnev i drugie lichnostnye prediktory tjazhesti suicidal'noj popytki v svjazi s

perezhivaniem beznadDzhnosti // Medicinskaja psihologija. - 2011. - № 1. - C. 70-77.

SUICIDAL BEHAVIOR IN MALES: EVALUATION OF HOPELESSNESS AND DEPRESSION ROLES USING STRUCTURAL EQUATION MODELING. PART II. THE PHENOMEN ON OF HOPELESSNESS AND SUICIDALITY: EFFECTS OF STRATIFICATION

A.A. Mid'ko, B.V. Biron, V.A. Rozanov

Odessa I. Mechnikov national university Institute of innovative and post-diploma education, Odessa, Ukrainе

In the second part of this study structural models reflecting effects of double mediation of the influence of the cumulative stress on the risk of serious suicide attempts in men who committed suicide attempts are presented. Mediation was investigated on samples differing by the presence / absence of the Hopelessness. Latent variables Affective dysregulation and Rigid adaptation were use das mediators. Analysis of the models showed significant differences in systemic aspects of mediation between the two sub-samples («hopelessnessfull» and «hopelessnessness"). An alternative model for the sample of men experiencin g hopelessness was proposed. Main conclusion states that hopelessness is a marker of a specific group of suicide attempters.

Keywords: completed suicide, serious suicide attempts, prediction of suicide, Hopelessness, depression.

УДК: [616.89-008.441.13]-055.1

АУТОАГРЕССИВНАЯ, ЛИЧНОСТНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЖЁН МУЖЧИН, БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ, ИМЕВШИХ В АНАМНЕЗЕ СУИЦИДАЛЬНУЮ АКТИВНОСТЬ

А. В. Меринов, О.Ю. Сомкина

ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. академика И. П. Павлова» Минздрава России, г. Рязань, Россия

Контактная информация:

Меринов Алексей Владимирович - доктор медицинских наук, доцент. Место работы и должность: доцент кафедры психиатрии ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова» МЗ РФ. Адрес: 390010, г. Рязань, ул. Высоковольтная, д. 9. Телефон: (491) 275-43-73, e-mail: alex_mer@inbox.ru

Сомкина Ольга Юрьевна - врач-психиатр, аспирант кафедры психиатрии ГБОУ ВПО «Рязанский государственный медицинский университет им. акад. И.П. Павлова. Адрес: 390010, г. Рязань, ул. Высоковольтная, д.9. Телефон: 8 (491) 275-43-73

Изучено влияние наличия суицидальной активности у мужчины, страдающего алкогольной зависимостью, на аутоагрессивные показатели, личностно-созависимые и экспериментально-психологические характеристики их жён. Продемонстрировано, что женщины, состоящие в браках с парасуицидальными мужчинами, страдающими алкоголизмом, достоверно чаще сами обнаруживают суицидальную активность (феномен суицидальной супружеской коморбидности). У них так же значительно чаще встречаются несуицидальные паттер-

ны поведения и широко представлены предикторы аутоагрессивного поведения. Данный контингент женщин имеет высокий суицидальный потенциал и заслуживает пристального внимания.

Ключевые слова: жены мужчин, страдающих алкогольной зависимостью, аутоагрессия, суицидальное поведение, суицид

В настоящее время имеется значительное количество работ, посвящённых суицидальной активности мужчин, страдающих алкогольной зависимостью [1-4, 7, 13]. В этих исследованиях предпринимается попытка выделения суицидальных пациентов в некую «особую» клиническую группу, обладающую специфическими характеристиками [12, 14]. С учётом феномена ассортативности при образовании брачной пары и последующем формировании специфических системных отношений в семье, продиктованных таким выбором [5, 6, 11, 16], выделения «особых» клинических вариантов алкогольной зависимости - в нашем случае - парасуицидальных, вероятно, подразумевает существование каких-то особенностей у женщин, находящихся замужем за такими пациентами. Научных исследований, посвященных этой проблематике, нам обнаружить не удалось.

Таким образом, целью исследования являлся ответ на вопрос, обладают ли какими-

либо суицидологическими и личностно - психологическими особенностями жены из браков, где муж, страдающий алкогольной зависимостью, имел классическую суицидальную активность в анамнезе.

Согласно поставленной цели, основной задачей исследования являлась оценка влияния суицидальной активности у супруга на суицидологические показатели, личностно - созави-симые и экспериментально-психологические характеристики их жён.

Материал и методы.

Для получения ответа на поставленные вопросы было проведено обследование 52 жён мужчин, страдающих алкогольной зависимостью (МСАЗ), мужья которых имели в анамнезе суицидальную активность (суицидальные попытки, не приведшие к смертельному исходу) и 73 супруги МСАЗ, мужья которых таковой активности никогда не имели.

Таблица 1

Достоверные отличия в отношении аутоагрессивных паттернов и предикторов их возникновения у женщин, чьи мужья, страдающие алкогольной зависимостью, имеют или не имеют суицидальную активность в анамнезе

Признак Женщины, мужья которых имеют суицидальную активность в анамнезе

* Суицидальная попытка в последние два года 15,38% 1,37%

* Суицидальная попытка в период брака 28,85% 4,11%

* Суицидальная попытка в анамнезе вообще 30,77% 5,48%

*Суицидальные мысли в последние два года 30,77% 10,96%

*Суицидальные мысли в добрачный период 21,15% 4,11%

*Суицидальные мысли в период брака 42,31% 8,22%

*Суицидальные мысли в анамнезе вообще 46,15% 12,33%

Злоупотребление алкоголем в период брака 19,23% 5,48%

Подверженность насилию в добрачные период 17,31% 1,37%

Подверженность насилию в период брака 28,85% 9,59%

Суицид близкого родственника 21,15% 5,48%

Склонность долго переживать стыд 46,15% 27,4%

Неоправданный риск в последние два года 32,69% 5,48%

Неоправданный риск в добрачный период 17,31% 5,48%

Неоправданный риск в период брака 32,69% 6,85%

Уверенность в долгой последующей жизни 38,46% 57,53%

Таблица 2

Достоверные отличия в отношении личностно-психологических показателей у женщин, чьи мужья, страдающие алкогольной зависимостью, имеют или не имеют суицидальную активность в анамнезе

Признак Женщины, мужья которых имеют суицидальную активность в анамнезе

Алкогольная зависимость у отца 72,08% 39,73%

Удовлетворённость браком 21,8±9,1 25,5±9,8

Неоднократные попытки развестись 44,23% 17,81%

ЗПМ «Замещение» 5,1±2,6 4,0±2,2

Возраст в первой группе составил: 40,1±3,9 года, во второй - 41,1±4,2 года. Срок семейной жизни - 14,0±6,5 и 16,2±6,0 года соответственно.

Обследованные респондентки были также сопоставимы по основным социально - демографическим показателям.

В качестве диагностического инструмента использовался опросник для выявления аутоаг-рессивных паттернов и их предикторов в прошлом и настоящем [9], в котором оценивалось наличие признака в анамнезе вообще, а так же, в такие временные отрезки, как последние два года, добрачный, брачный периоды.

Для оценки личностно-психологических показателей в группах использовались: тест преобладающих механизмов психологических защит (LSI) Плутчека-Келлермана-Конте, тест удовлетворенности брачными отношениями Н.Н. Столина, а также тест Mini-Mult (сокращённый вариант MMPI).

Для решения поставленной задачи было произведено фронтальное сравнение всех изучаемых признаков в группах (аутоагрессивных, личностно-созависимых и экспериментально-психологических).

Статистический анализ и обработку данных проводили посредством параметрических и непараметрических методов математической статистики на базе компьютерной программы Microsoft Excel 2007 (с использованием критериев Стьюдента и Вилкоксона). Выборочные дескриптивные статистики представлены в виде М±т (средней ± стандартное квадратичное отклонение).

Результаты и обсуждение.

Основные отличия в спектрах аутоагрес-сивных паттернов и основных предикторов

аутодеструктивного поведения приведены в таблице 1.

Первое, что обращает на себя внимание, это достоверно высокое количество суицидальных паттернов поведения у женщин, чьи мужья, страдающие алкогольной зависимостью, имеют суицидальную активность в анамнезе - феномен, обозначенный нами как суицидальная супружеская коморбидность (выделенная * часть таблицы).

Акцент в спектре несуицидальных аутоаг-рессивных поведенческих паттерном у женщин, чьи мужья, страдающие алкогольной зависимостью, имеют суицидальную активность в анамнезе, приходится на подверженность насилию как в период брака, так и до него.

В 69,23% имело место семейное насилие (преимущественно, физическое), в остальных - вне семьи (физическое и сексуальное).

Обращает на себя внимание и достаточно высокая частота злоупотребления алкоголем в период брака у женщин, чьи мужья имеют суицидальную активность в анамнезе - почти у 20%. У четверых была диагностирована клиника алкогольной зависимости 1-11 стадии (7,69%). Любопытно, что только трое из них 5,77% употребляли алкоголь преимущественно с мужем, то есть имел место классический супружеский тип алкогольной зависимости [3, 8]. Остальные предпочитали употребление алкоголя «на стороне»: с подругами, с коллегами.

Предикторы аутоагрессивного поведения, достоверно отличающие женщин, чьи мужья имеют суицидальную активность в анамнезе, представлены рискованными моделями поведения и наличием суицидов близких родственников. Отметим так же низкую уверенность в продолжительной последующей жизни, что

отражает существование некого негативного психологического фона в группе.

Перейдём к характеристике личностно-психологических особенностей изучаемой группы. Основные отличия приведены в таблице 2.

Прежде всего обращает на себя внимание частота выявления алкогольной зависимости у отца женщин, чьи мужья имели суицидальную активность в анамнезе. Многие исследователи сообщают об отягощённости анамнеза супруг МСАЗ родительским алкоголизмом, о высокой вероятности у дочерей МСАЗ вступить в брак с зависимым от алкоголя мужчиной [16]. Согласно нашим данным, наличие алкогольной зависимости у отца скорее способствует не просто выбору дочерью мужа, зависимого от алкоголя, а скорее служит фактором вероятного вступления в брачные отношения с МСАЗ, имеющим суицидальную активность.

Так же этих женщин достоверно характеризует меньшая удовлетворённость брачными отношениями с неоднократными «подачами» заявления на развод, которые фактическим распадом брака не завершились.

Весьма показательно, что предпочитаемым психологическим защитным механизм в группе женщин, чьи мужья, страдающие алкогольной зависимостью и имеющие суицидальную активность в анамнезе, является замещение. Напомним, что суть замещения заключается в разрядке подавленных эмоций, которые направляются на объекты, представляющие меньшую опасность или более доступны по сравнению с теми, которые вызвали отрицательные эмоции и чувства. В случае женщин, мужья которых страдают алкогольной зависимостью и имеют суицидальную активность в анамнезе, подавленная агрессия и недовольство мужем проецируется «на себя» [15], что подтверждается частотой суицидальных и несуицидальных аутоагрессивных феноменов у этой группы женщин.

Отметим так же и тот факт, что рассматриваемые группы жён МСАЗ не обнаруживают достоверных отличий в личностном профиле (Mini-Mult) и представленности паттернов в поведении и мышлении, отвечающих за соза-висимые модели реагирования, то есть в этом отношении сходны.

Выводы:

1. Проживание в браке с МСАЗ, имеющим суицидальную активность, предполагает присутствие определённых суицидологических и

психологических особенностей у их жён, которые достоверно реже встречаются у жён из браков, где у мужа не отмечалось в анамнезе суицидальных паттернов.

2. У жен из семей суицидальных МСАЗ достоверно чаще обнаруживаются собственная суицидальная активность в мыслях и поведении (феномен суицидальной супружеской ко-морбидности), отмечается высокий уровень представленности несуицидальных аутоагрес-сивных паттернов и предикторов саморазрушающего поведения.

3. Факт наличия суицидальной активности у мужа, страдающего алкогольной зависимостью, является значимым фактором риска ауто-агрессивного, в том числе суицидального поведения у их жен, что следует учитывать в суицидологической практике.

4. Полученные данные помогут более дифференцированно строить терапевтический процесс как в рамках супружеской терапии наркологического заболевания у мужа, так и при коррекции состояния созависимости у супруги.

Литература:

1. Аминов Х.А., Имамов Ш.А., Дусов А. и соавт. Некоторые данные о связи между личностными особенностями больных хроническим алкоголизмом и характером суицидальных действий // Суицидология. - 2010. - № 1. - С. 27-28.

2. Ворошилин С.И. Алкогольный фактор среди причин роста самоубийств в СССР и в постсо-ветстких государствах // Суицидология. -2012. - № 2. - С. 23-33.

3. Егоров А.Ю. О типологии супружеского алкоголизма // Вестник клинической психологии. -2005. - Том 3, № 1. - С. 51-56.

4. Зотов П.Б., Уманский М.С. Суицидальное поведение больных алкоголизмом позднего возраста в условиях синдрома отмены алкоголя (на примере Юга Тюменской области) // Суицидология. - 2012. - № 3. - С. 41-48.

5. Меринов А.В., Шустов Д.И. Аутоагрессия в семьях больных алкоголизмом // Наркология. -2010. - № 9. - С. 59-63.

6. Москаленко В.Д., Гунько А.А. Жены больных алкоголизмом: опыт изучения психопатологии // Журнал невропатологии и психиатрии. -1994. - Том 94, Вып. 1. - С. 51-54.

7. Селедцов А.М., Кокорина Н.П., Москвина Я.В. Депрессивные состояния и суицидальные тенденции в клинике алкоголизма // Суицидология. -2010. - № 1. - С. 44-45.

8. Шайдукова Л. К. Супружеский алкоголизм // Российский психиатрический журнал. - 2005. -№ 5. - С. 53-61.

9. Шустов Д.И., Меринов А.В. Диагностика ауто-агрессивного поведения при алкоголизме методом терапевтического интервью. Пособие для врачей психиатров-наркологов и психотерапевтов. - Москва, 2000. - 20 с.

10. Шустов Д.И. Аутоагрессия, суицид и алкоголизм. - Москва: Когито-Центр, 2005. - 214 с.

11. Эйдемиллер Г., Юстицкис В.В. Психология и психотерапия семьи. - СПб., 1999. - 652 с.

12. Berglund M., Tunving K. Assaultive alcoholics 20 years later // Acta Psychiatr. Scand. - 1985. - Vol. 71, № 2. - P. 141-147.

13. Buydens-Branchey L., Branchey M.N., Noumair D. Age of alcoholism onset. 1. Relationship to psychopathology [see comments] // Arch. Gen. Psychiatr. - 1989. - Vol. 46, № 3. - P. 225-230.

14. Cloninger C.R. et al. Genetic heterogeneity and classification of alcoholism // Adv. Alcohol. and Subst. Abuse. - 1988. - Vol. 7, № 3-4. - P. 3-16.

15. Potter-Efron R.T, Potter-Efron P.S. Outpatient co-dependency treatment // Alcohol. Treat. Quart. - 1989. - Vol. 6, № l. - P. 151-167.

16. Schuckit M.A. et al. Women who marry men with alcohol-use disorders // Alcohol. Clin. Exp. Res. -2002. - Sep. - Vol. 26, № 9. - P. 1336-1343.

17. Watzlawick P., Bevin J. Jackson D.D. / Вацлавик П., Бивин Дж., Джексон Д. Прагматика человеческих коммуникаций: Изучение паттернов, патологий и парадоксов взаимодействия / Пер. с англ. А. Суворова. - М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. - 320 с.

Транслитерация:

1. Aminov H.A., Imamov Sh.A., Dusov A. i soavt. Nekotorye dannye o svjazi mezhdu lichnostnymi osobennostjami bol'nyh hronicheskim alkogolizmom i harakterom suicidal'nyh dejstvij // Suicido-logija. -2010. - № 1. - S. 27-28.

2. Voroshilin S.I. Alkogol'nyj faktor sredi prichin rosta samoubijstv v SSSR i v postsovetstkih gos-udarstvah // Suicidologija. - 2012. - № 2. - S. 23-33.

3. Egorov A.Ju. O tipologii supruzheskogo alkogoliz-ma // Vestnik klinicheskoj psiholo-gii. - 2005. - Tom 3, № 1. - S. 51-56.

4. Zotov P.B., Umanskij M.S. Suicidal'noe povedenie bol'nyh alkogolizmom pozdnego vozrasta v uslovi-jah

sindroma otmeny alkogolja (na primere Juga Tju-menskoj oblasti) // Suicidologija. - 2012. - № 3. - S. 41-48.

5. Merinov A.V., Shustov D.I. Autoagressija v sem'jah bol'nyh alkogolizmom // Narkologija. - 2010. - № 9. -S. 59-63.

6. Moskalenko V.D., Gun'ko A.A. Zheny bol'nyh alkogolizmom: opyt izuchenija psihopatologii // Zhurnal nevropatologii i psihiatrii. - 1994. - Tom 94, Vyp. 1. -S. 51-54.

7. Seledcov A.M., Kokorina N.P., Moskvina Ja.V. De-pressivnye sostojanija i suicidal'nye tendencii v klinike alkogolizma // Suicidologija. - 2010. - № 1. - S. 44-45.

8. Shajdukova L.K. Supruzheskij alkogolizm // Ros-sijskij psihiatricheskij zhur-nal. - 2005. - № 5. - S. 53-61.

9. Shustov D.I., Merinov A.V. Diagnostika autoagres-sivnogo povedenija pri alkogo-lizme metodom tera-pevticheskogo interv'ju. Posobie dlja vra-chej psihi-atrov-narkolo-gov i psihoterapevtov. - Moskva, 2000. - 20 s.

10. Shustov D.I. Autoagressija, suicid i alkogolizm. - Moskva: Kog-ito-Centr, 2005. - 214 s.

11. Jejdemiller G., Justickis V.V. Psihologija i psi-hoterapija sem'i. - SPb., 1999. - 652 s.

AUTOAGGRESSIVE AND PSYCHOLOGICAL CHARACTERISTICS OF THE WIVES OF MEN ALCOHOLICS WITH A HISTORY OF SUICIDAL ACTIVITY

A.V. Merinov, O.Y. Somkina Ryazan State Medical University, Russia

The article studies the influence of presence of suicidal activity in men suffering from alcohol dependence on suicidal indexes, personal-codependent and experimental-psychological specifications of their wives. It has been found out that women married to «suicidal» men suffering from alcohol dependence as distinct from wives of «non-suicidal» men suffering from alcohol dependence authentically show suicidal activity more frequently (phenomenon of suicidal matrimonial co-morbidity).

They also reveal non-suicidal behavioral patterns more frequently and prosuicidal predictors are quite common in them. This contingent of women has high suicidal potential, so they should be given careful attention during therapeutic work.

Keywords: wives of men suffering from alcohol dependence, autoagression, suicidal behaviour.

Открыта подписка на журнал «Суицидология»>

Индекс подписки: 57986 Каталог научно-технической информации (НТИ) ОАО «Роспечать»