Методологические аспекты формирования интеллектуальной ренты в территориальных инновационных кластерах

ПРОБЛЕМЫ. ПОИСК. РЕШЕНИЯ

18 (207) - 2013

УДК 336.02

методологические аспекты формирования интеллектуальной ренты в территориальных инновационных кластерах

т. м. назарычева,

аспирант кафедры микроэкономики E-mail: russian-science_info@mail. ru Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

В статье исследован механизм формирования и распределения интеллектуальной ренты в территориальных инновационных кластерах. Показано, как основные характеристики кластера влияют на способность присвоения инновационной ренты его участниками. Выявлены особенности присвоения инновационной ренты в кластерах различного типа. Предложены отдельные мероприятия, направленные на совершенствование современной рентной политики России в сфере применения интеллектуального капитала.

Ключевые слова: интеллектуальная рента, механизм, формирование, экономический субъект, инновационный территориальный кластер, открытые инновации.

Одной из особенностей развития мировой хозяйственной системы в начале XXI в. является тенденция роста сложности экономических процессов ввиду перехода к постиндустриальному этапу развития, называемому исследователями новым, инновационным, информационным.

Данный этап стал следствием трансформационных изменений в соотношении факторов производства и их ролей в развитии экономики, повышения значения человеческого фактора и степени интеллектуализации труда. Изменения структуры форм частной собственности сопровождаются усложнением отношений по поводу ее присвоения, ослаблением борьбы за передел производственных ресурсов. Решающим становится эффективное

использование информации, ввиду чего ведущими формами собственности становятся коллективная или смешанная, а индивидуальная утрачивает свое прежнее значение [1].

Трансформация видов конкуренции и появление новых стратегий взаимодействия экономических агентов, а также новых форм присвоения собственности обусловили появление таких форм конкуренции, как кластерные конструкции, в рамках которых соединяются наука и образование, венчурный капитал, квалифицированные кадры, инновационные производства и сети коммерциализации товаров и услуг. Этот симбиоз ускоряет процессы интеллектуального производства, позволяя более точно определить периодизацию и объем извлечения дохода сверх того минимального уровня, который необходим для привлечения интеллектуальных ресурсов [10, с. 14-19] в данной сфере (интеллектуальной ренты1). Способность генерировать инновации и получать сверхприбыль за счет присвоения интеллектуальной ренты имеет большое значение для создания и поддержания конкурентных преимуществ компании в условиях новой экономики [8].

В настоящее время в контексте долгосрочного социально-экономического развития России на различных уровнях обсуждаются две концепции:

1 Под интеллектуальной квазирентой понимается доход сверх минимального уровня, необходимого для удержания интеллектуального капитала (см. [9]).

открытые инновации и кластеры как их естественная среда. Кластерная политика проводится Правительством России с 2005 г. Приоритет кластерного развития был закреплен в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года. В декабре 2010 г. Минэкономразвития России предложило под названием «Инновационная Россия-2020» новый проект стратегии, стержнем которой является создание инновационно-технологических территориальных кластеров.

Сегодня в России существуют 25 действующих инновационных территориальных кластеров в 12 субъектах Федерации (Москва, Санкт-Петербург, республики Мордовия и Татарстан, Красноярский край, Калужская, Московская, Нижегородская, Новосибирская, Самарская, Томская и Ульяновская области) [13-15, 29, 30]. Участниками кластеров являются государственные и частные национальные, региональные и международные компании; представители научного сообщества (технологические парки, университеты), федеральные и региональные органы власти, общественные организации (торгово-промышленные палаты, отраслевые ассоциации и альянсы), финансовые институты.

В этой связи на первый план выходит такой важный аспект рентных проблем теоретического и практического плана, как механизм образования и распределения ренты между различными субъектами кластера, в первую очередь между работниками, компаниями, инвесторами и государством. Каждый из перечисленного списка должен иметь экономическую реализацию своего участия в виде соответствующего дохода.

Хотя в отечественной литературе значительное место отводится исследованию теории ренты, вопросам интеллектуальной ренты почти не уделяется внимания. Симптоматичной является и низкая исследовательская активность в сфере анализа процессов формирования и распределения интеллектуальной ренты на мезоуровне экономики. В отечественных изысканиях вопросы влияния балансов сил на рост инновационного дохода компаний кластера и их способность присваивать инновационную ренту остаются малоизученными.

В современных российских условиях проблема поиска эффективной парадигмы формирования и распределения интеллектуальной ренты становится все более актуальной. Ее решение предполагает разработку методических подходов, учитывающих

особенности новой экономики и активно развивающейся концепции открытых инноваций, в рамках которых подлежат решению вопросы разработки методологии формирования интеллектуальной ренты на уровне мезоэкономических структур.

Инновации, кластеры и интеллектуальная рента. Впервые понятие «кластер» для целей экономической науки было введено американским экономистом М. Портером. Он определял кластер как «группу географически локализованных взаимосвязанных компаний - поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных услуг, инфраструктуры, научно-исследовательских институтов, вузов и других организаций, дополняющих друг друга и усиливающих конкурентные преимущества отдельных компаний и кластера в целом» [12, с. 22].

Подобная «географическая концентрация» дает основание определять региональные кластеры как важные экосистемы открытых инноваций [28], к факторам успеха которых относят открытое мышление, инициативность, гибкость, кооперацию и др. [24].

Суть концепции открытых инноваций (Н. Chesbrough) [18, 19] состоит в том, что плотность инновационного поля в бизнес-среде, равно как и увеличивающаяся скорость появления новых технологий, лишает смысла сокрытие собственных научно-технических достижений фирмы: фирмы используют как внутренние (собственные) идеи, так и внешние идеи (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) с внешними источниками); границы фирм становятся прозрачными [6]. В табл. 1 обобщены вызовы модели открытых инноваций для бизнеса и регулирующих органов.

В этой связи стратегической целью инновационного кластера является создание экосистемы для развития исследовательской и производственной деятельности, которая смогла бы обеспечить генерацию новых инвестиций, т. е. создание добавочных инвестиций, что является основной стратегией развития любого кластера.

В рамках отношенческого подхода (J. H. Dyer, H. Singh) [4, с. 41-66] стимулом для кооперации в рамках кластерных структур является возможность получения дополнительно отношенческой ренты, которая возникает благодаря разработке и применению механизмов совместного использования знаний в рамках заключаемых контрактов, употреб-

Таблица 1

Вызовы модели открытых инноваций

Для бизнеса Для регулирующих органов

Не существует единственно успешной стратегии для эффективного взаимодействия Открытые инновации - креативный процесс, базирующийся на частной инициативе. Государство может только устанавливать регулирующие правила

Сложно регулировать процессы и изменять сложившуюся культуру Создание институтов взаимодействия

Управление интеллектуальной собственностью требует специальных навыков и квалификации ввиду сложности Эффективное нормативное регулирование вопросов интеллектуальной собственности

Непредсказуемость результатов Выборочное финансирование

Безопасность взаимодействия обеспечивается только благодаря принятию и реализации взвешенных и сбалансированных решений Просветительские компании в СМИ и т. п.

Права обладания варьируются в зависимости от компаний и участников взаимодействия Лучшая политика - гибкая

В процессе взаимодействия трудно добиться истинно доверительных отношений сотрудничества Сложно обеспечить координацию между различными уровнями власти и управления

Источник:разработка автора.

лению дополнительных ресурсов (человеческих и финансовых) и способностей, а также повышению эффективности управления межфирменными взаимодействиями.

Таким образом, экосреда кластера обеспечивает синергетический эффект - тиражирование внутренних инноваций создает для компании дополнительный доход. Структура механизма межфирменного взаимодействия в кластере непосредственно влияет на результаты инновационной деятельности и способность инноваторов присваивать инновационную ренту [21, 22].

По концепции открытых инноваций цепочка создания ценности выглядит следующим образом: автор идеи (собственник объектов интеллектуальной собственности) - посредник - производитель -торговый представитель - потребитель инновационного продукта [7, с. 23-27]. В модели закрытых инноваций данная цепочка состоит из компании-

производителя и конечного потребителя. Контроль на всех стадиях в данной модели, несомненно, снижает энтропию и максимизирует прибыль. Однако в рамках модели открытых инноваций компания может участвовать в неограниченном количестве цепочек ценности, одновременно получая различные формы доходов, полученных в ходе капитализации интеллектуальной собственности (роялти от патентов и прибыль от собственной продукции).

В данной статье под инновацией мы понимаем «любую (ре) комбинацию существующих и (или) новых ресурсов и (или) технологий, которые имеют потенциал образования ренты для предпринимателей [16, с. 72]. Соответственно, производство инноваций само по себе - не самоцель. Компании должны получать доход от инноваций для достижения успеха и продолжения инновационной деятельности. В условиях невозможности присвоения всей инновационной ренты компании будут инвестировать в новые технологии с известными негативными последствиями для благосостояния и экономического развития.

Имеющиеся за рубежом исследования в основном сосредоточены на вопросе присвоения инновационной ренты в аспекте скорости имитации инноваций конкурентами. С этой точки зрения неспособность компании присвоить ренту от собственных инноваций облегчает имитацию инноваций и снижает эффективность механизмов защиты интеллектуальной собственности как барьеров для подражания [27].

Скорость имитации является производной от следующих факторов:

• потенциал доходности инновационной деятельности;

• эффективность механизмов защиты (патенты, авторские права, товарные знаки и ноу-хау);

• способности конкурентов к имитации (навыки, процедуры, ресурсы);

• доступ конкурентов к информации и знаниям, необходимым для осуществления инновационной деятельности;

• характер знаний, необходимых для осуществления инновационной деятельности;

• возможность передачи инноваций и (или) знаний через границы компании. Негативное действие каждого из этих факторов усугубляется, если компания-инноватор расположена на территории кластера.

Стоит заметить: несмотря на то, что кластеризация может способствовать росту производства ин-

новационной продукции, инновационный кластер в то же время может быть неудачным решением в смыле присвоения инновационной ренты. Вполне вероятно, что при вступлении в социальные и деловые отношения с другими участниками кластера инноватор может оказаться неспособным присвоить всю интеллектуальную ренту (квазиренту). Именно легкость в присвоении доходов от инноваций для компаний за пределами кластера, возможно, привела к выводам, что лучшие фирмы не выиграют от совместного расположения [17, с. 46-76]. Кроме того, могут иметь значение тип и структура самого кластера.

Интеллектуальная рента в кластерной структуре формируется из:

• доходов инноваторов (монопольная рента);

• доходов инвесторов, вкладывающих средства в инновационный процесс (процент на вложенный капитал и премия за риск потери вложенных средств);

• средней прибыли компаний-инноваторов (реализация инновационных товаров и услуг по завышенной цене), гудвилл, доход от патентов, авторских прав, товарных знаков и ноу-хау);

• доходов государства (налог с доходов). Можно предположить, что в различных типах кластеров не существует одинакового уровня межфирменного взаимодействия (сотрудничества, конкуренции). Кроме того, в некоторых видах кластеров одна компания может явно доминировать над другими.

Таким образом, рассмотрение механизма формирования и распределения интеллектуальной ренты в территориальных инновационных кластерах требует исследования вопросов, лежащих за пределами теорий о скорости имитации инноваций конкурентами. Представляется целесообразным рассмотреть эти вопросы в аспекте существующих типологий инновационных кластеров.

Типы кластеров и интеллектуальная рента. Итак, совокупность размещенных на ограниченной территории предприятий и организаций (участников кластера), характеризуется наличием механизма координации деятельности и кооперации участников кластера. Соответственно, можно заключить, что процесс формирования интеллектуальной ренты в кластере стратегически обусловлен его типом. В данной работе автор использовал типологию промышленных районов, предложенную Э. Маркусеном (А. Магкшеп) [23, с. 293-313]. В

соответствии с ней индустриальные районы могут быть следующих видов:

• индустриальные районы Маршалла [26, с. 3751];

• индустриальные районы типа «втулка и спицы» (Hub-and-spoke), в структуре бизнеса которых доминируют одна или несколько крупных, вертикально интегрированных фирм, окруженных поставщиками;

• индустриальные районы, основывающиеся на промышленной платформе сторонних компаний (SateШtemdшtrialplatforms), в структуре бизнеса которых преобладают транснациональные компании и их представительства;

• индустриальные районы на основе государственных организаций и учреждений (State-anchoredindustrialdistricts).

Эта типология выбрана для исследования, так как она построена на следующих критериях:

1) уровень концентрации и конфигурация фирм;

2) внутренняя или внешняя ориентация, встро-енность участников кластера в структуры взаимодействия с компаниями за пределами кластера;

3) организационные структуры управления;

4) роль государства;

5) роль крупных фирм и инвесторов;

6) уровень межфирменного взаимодействия и типы деловых отношений.

Эти критерии выделены и для целей последующего анализа.

Стоит отметить, что есть и другие типологии. Так, в пределах каждого из четырех названных типов кластеров могут существовать следующие варианты [24]:

• базовые кластеры (имеют существенное значение для поддержания уровня занятости и являются ядром региональной экономики);

• стратегические кластеры (направленные на формирование международной конкурентной позиции региона в рамках сложившихся трендов глобального технологического развития);

• «кластеры будущего» (новые региональные кластеры, формирующиеся с учетом основных тенденций развития инновационной экономики);

• дополнительные кластеры.

Иной подход к классификации предлагает М. Энрайт (М. Enright) [20], выделяя кластеры работающие, латентные, потенциальные, политически управляемые, желательные. О. Жданова и В. Засько

[5, с. 168] предложили классифицировать инновационные кластеры на:

1) инфраструктурно-инновационные;

2) создаваемые на базе принципиально новых физических принципов и эффектов не существующих в настоящий момент инфраструктур;

3) кластеры заимствования технологической платформы;

4) кластеры создания индустрии по преобразованию существующих типов промышленности.

Индустриальные районы Маршалла [26, с. 37-51] как тип наиболее распространены в Европе. Структура данных кластеров состоит из доминирующих малых инновационных фирм, высокоспециализированных компаний (преимущественно местного происхождения), производящих продуктовые и процессные инновации невысокого качества.

Между участниками такого кластера возникают тесные социальные и деловые контакты. Важно отметить, что миграция кадров между компаниями способствует формированию знаний, характеризующихся исследователями как «местное общественное благо». Как отмечает Э. Маркусен, в таких кластерах наблюдается «витание промышленных секретов в воздухе» [23, с. 293].

С точки зрения особенностей формирования интеллектуальной ренты в данных кластерах можно отметить следующее.

Во-первых, малые инновационные фирмы имеют меньше шансов защитить свои инновации с помощью патентов [25, с. 185-189].

Во-вторых, инновации, генерируемые в кластере, - часто невысокого качества с минимальным уровнем новизны, имеют значения для самих компаний или регионального рынка. Они связаны с незначительными усовершенствованиями тех или иных продуктов или процессов, и компания-инно-ватор не в состоянии получать интеллектуальную ренту в виде надбавки к средней цене и продажи интеллектуальной собственности на протяжении длительного времени (свыше пяти лет).

С исчезновением монополии на выпуск этой продукции надбавка к средней цене уменьшается, а при появлении конкуренции полностью исчезает, что влечет к исчезновению интеллектуальной ренты. Так как компании в кластере обладают схожими знаниями и технологиями, они имеют одинаковые поглощающие способности и легко смогут усвоить и реализовать небольшие нововведения.

В-третьих, с ростом качества инноваций, генерируемых в кластере, возрастает возможность того, что местные механизмы социального контроля присвоят и распределят значительную долю дополнительного дохода инноватора.

Тем не менее надежды компаний на выгоды от межфирменной кооперации, вероятно, касаются и присвоения интеллектуальной ренты. Высокая степень интеграции и социальные ожидания в отношении поведения компаний кластера в аспекте распределения затрат, рисков и инноваций дают основания предполагать, что интеллектуальная рента будет распределена в кластере справедливо.

Кластеры, сформированные по типу «втулка и спицы» (Hub-and-spoke), имеют одну или несколько центральных доминирующих фирм, внешне ориентированных и окруженных мелкими поставщиками. К такому типу относятся большинство автомобильных кластеров (в частности Поволожский автомобильный, Toyota City (Япония) и др.). Структура данного вида может быть различной. При этом доминирующая компания имеет обширные связи с поставщиками, конкурентами и клиентами вне кластера.

Мобильность сотрудников компаний такого кластера существенно ниже, чем в кластерах предыдущего типа. Доминирующая компания диктует условия обмена ресурсами с мелкими поставщиками, контролируя таким образом приток ресурсов в регионе. Кроме того, инновации генерируются подчас специально для доминирующей фирмы, в определенных случаях не являющейся инновато-ром. Скорее она является посредником при передаче технологий между участниками кластера, благодаря чему имеет возможность присвоить долю инновационной ренты. Рыночная власть лидера позволяет ему связать клиентов и поставщиков долгосрочными контрактными отношениями.

Инновации в этих кластерах главным образом являются продуктом деятельности центральной фирмы, способной запатентовать любое качественное новшество для защиты прав интеллектуальной собственности и имеющей финансовые ресурсы для защиты своих интеллектуальных прав.

Без активного кадрового обмена динамика потоков знаний между фирмами также значительно ниже, чем в кластерах маршаллианского типа. Доминирующая фирма скорее всего будет разрабатывать собственные (внутренние) инновации, сохраняя монопольные права на потенциальные доходы. Таким образом, вполне вероятно, что центральные фирмы

кластера смогут получить монопольно высокие доходы, владея уникальными объектами интеллектуальной собственности, как в случае, если инновации являются внутренними, так и в случае, если они были разработаны компаниями-поставщиками.

Индустриальные районы, основывающиеся на промышленной платформе сторонних компаний, имеют в структуре бизнеса преобладание транснациональных компаний и их представительств. Часто возникновение таких кластеров является результатом государственной политики по привлечению прямых иностранных инвестиций. Это могут быть фирмы, производящие высокотехнологичные товары (услуги), которые стремятся использовать низкую стоимость местных ресурсов (например трудовых), как правило, являющиеся дочерними предприятиями крупных иностранных транснациональных корпораций.

В данных кластерах доминируют крупные и почти полностью внешне ориентированные компании, имеющие минимальный уровень взаимодействия внутри кластера ввиду доминирования более тесных связей с центральным офисом или с иными дочерними предприятиями в других регионах.

Уровень взаимодействия доминирующих и местных инновационных компаний невысок. Следовательно, источником новых знаний, вероятно, будут внутренние НИОКР, а обмен знаниями будет происходить посредством личного общения сотрудников и менеджеров центрального офиса и дочерних компаний. Это способствует рекомбинации знаний, полученных в разных регионах мира. Можно предположить, что эти компании способны генерировать значительное количество качественных инноваций.

Многие подобные межфирменные сети создаются именно с исследовательской целью. С учетом того, что эти компании в значительной степени осуществляют свои операции автономно, нечасто обмениваясь информацией с другими организациями кластера, имитация инноваций практически невозможна. Таким образом, доминирующие компании данного в кластерах данного типа будут присваивать очень большую долю интеллектуальной ренты.

Согласно стратегии «Инновационная Россия-2020», одним из очевидных приоритетов, который фактически начал реализовываться на практике, является перенос науки в вузы [11]. Основные меры государственной поддержки будут направлены на усиление кадровой составляющей вузовской науки,

обновление оборудования, участие вузов в создании малых предприятий, поддержку их кооперации с предприятиями и др. [2;3,с. 17-18]. В этой связи индустриальные районы на основе правительственных институтов (организаций, предприятий) являются одним из наиболее интересных типов кластеров для изучения, так они, предположительно, будут использоваться в качестве бизнес-моделей инновационного развития в России.

Поддержка государством кластеров этого типа традиционно осуществляется посредством принятия решения о размещении на их территориях крупных научно-исследовательских центров, университетов и т. п. Характер и масштабы местной экономической деятельности зависят от вида таких «якорных» организаций. В зависимости от этого будут изменяться и характеристики самого кластера.

Вокруг таких организаций может возникнуть множество поставщиков, с которыми они заключат краткосрочные соглашения. Ввиду того, что такие компании финансируются государством, непосредственное влияние на процессы, происходящие в кластере, оказывают политические факторы. Кроме того, связь «якорных» организаций с клиентами и поставщиками, как правило, носит локальный характер и попадает под местное регулирование.

Инновационная динамика кластеров данного типа также зависит от вида «якорной» организации. Некоторые, возможно, вызовут генерацию большого числа инноваций и будут более наукоемкими. Другие потребуют меньшей генерации. Такими кластерами, в частности, являются города, растущие вокруг университетов (в том числе российские наукограды).

Определение особенностей присвоения инновационной ренты в этом типе кластеров представляется достаточно сложным. Может существовать множество сценариев. Представляется возможным остановиться на одном из них, когда «якорной» организацией является центр научных исследований, а остальные компании кластера - инновационные малые и средние компании, расположенные на территории одного кластера или за его пределами.

В подобных структурах дополнительный доход, как правило, присваивается инноватором ненадолго, так как диффузия инноваций как внутри, так и вне кластера препятствует получению интеллектуальной ренты в течение длительного периода (свыше пяти лет). Инновации могут быть разработаны по контракту, заключенному с центром научных исследований. При этом высококачественные новшества,

скорее всего, будут разработаны самой «якорной» организацией. В любом случае она сохранит за собой право на результаты инновационной деятельности и будет в состоянии защитить их от имитации, а соответственно, и сможет получать интеллектуальную ренту в течение длительного периода.

По итогам проведенного исследования можно предложить следующие формы получения доходов, получаемых в ходе капитализации интеллектуальной собственности на уровне кластера (рис. 1, табл. 2).

Интеллектуальную ренту необходимо распределять между всеми участниками кластера, по итогам деятельности которых образуется этот доход. Одним из наиболее актуальных в свете рассматриваемой проблемы является вопрос разработки хозяйственного механизма распределения, который может стать существенным фактором воздействия на использование результатов инновационной деятельности участников кластера.

В отсутствие заранее согласованного механизма учета образования и распределения интеллектуальной ренты между различными субъектами кластера не существует реальной возможности воздействия на инновационное развитие территории. Можно предложить следующий способ формирования интеллектуальной ренты в инновационном кластере (рис. 2).

Сегодня разработчиками стратегии «Инновационная Россия-2020» констатируется «недоиспользование потенциала реализации механизмов кластерной политики» в России. Данная проблема в числе прочего связывается с отсутствием достаточного финансирования (ограничен набор инструментов финансовой поддержки кластерных проектов из бюджетных источников).

Особого внимания заслуживает такой фактор, препятствующий развитию кластерного подхода, как отсутствие венчурного капитала. Интеллекту-

Основные участники капитализации Автор - собственник объектов интеллектуальной собственности Инвестор Инноватор Государство

Компания-поставщик «Якорная» (доминирующая) компания

Форма дохода Авторское вознаграждение, роялти Часть прибыли плюс процент за риск Авторское вознаграждение/ роялти/, прибыль от реализации инновационной продукции Прибыль реализации инновационной продукции Налог с доходов создателя объектов интеллектуальной собственности, инвестора и компании-инноватора

Источник:разработка автора.

Рис. 1. Формы доходов от капитализации интеллектуальной собственности

Таблица 2

Особенности присвоения инновационной ренты в зависимости от типа инновационного кластера

Тип кластера Особенности

Индустриальные районы Маршалла Продукция кластера - не высокие по качеству инновации; компании кластера скорее всего присвоят небольшую часть их инновационной ренты, которая делится с другими участниками кластера по принципу справедливости

Индустриальные районы типа «втулка и спицы» Доминирующие фирмы могут генерировать как внутренние инновации, так и инновации независимых фирм кластера; доминирующие фирмы скорее всего присвоят большую часть инновационной ренты независимо от того, являются они разработчиками инноваций или нет

Индустриальные районы на промышленной платформе сторонних компаний Доминирующие компании скорее всего генерируют инновации самостоятельно или совместно с другими дочерними компаниями и присвоят всю инновационную ренту

Индустриальные районы на основе государственных организаций и учреждений «Якорные» компании скорее всего будут сами разрабатывать специфические инновации или заключать контракты на их разработку; присвоят большую часть инновационной ренты

Источник:разработка автора.

Субъект кластера Автор идеи - собственники нновационного продукта Поставщик «Якорная» компания Инвестор

Форма инновационного дохода Монопольная рента Дифференциальная рента 1-го-рода Дифференциальная рента 1-го и 2-го родов Абсолютная рента плюс процент риска

Источник:составлено автором.

Рис. 2. Механизм формирования и распределения интеллектуальной ренты на уровне кластера

альная рента как доход от использования инноваций может и должна направляться на инновационное развитие территории. Для этого необходимо понимать, на обеспечение каких конкурентных преимуществ экономики региона нацелены те или иные типы кластеров.

Возможно, наиболее важной является разработка и реализация эффективной нормативно-правовой базы, стимулирующей инновации и их защиту. Неспособность фирм присвоить инновационную ренту в полном объеме в некоторых случаях может быть обусловлена отсутствием соответствующих правовых норм и положений, а это можно изменить вмешательством регулирующих органов. Не стоит ожидать от компаний, что они будут выделять значительные человеческие, материальные и финансовые ресурсы для разработки инноваций, если их конкуренты или другие участники кластера имеют возможность завладеть потенциальной рентой раньше.

Система отношений между участниками инновационных кластеров требует институционального оформления и нормативного закрепления в виде положений о должном поведении участников регионального инновационного социального партнерства и справедливом распределении доходов между основными участниками инновационного процесса.

Целесообразным на данном этапе развития законодательства является заключение участниками кластера контрактов, определяющих условия распределения интеллектуальной ренты, в том числе в зависимости от величины активов той или иной фирмы и их ценности для развития кластера, а также расширение использования таких механизмов вывода внутренних идей компаний на рынок через внешние каналы, как стартапы, свободное лицензирование и отказ от патентной защиты. Это в целом соответствует концепции открытых инноваций и эволюции в исследовании патентов и их влияния на инновации на новом этапе развития экономики. Скажем, выгода отказа от патентной защиты результатов инновационной деятельности может перевесить возможные риски. Компании кластера могут потерять долю рынка, но в

итоге достичь больших объемов продаж за счет повышения спроса конкурентов на свой продукт.

Выводы и предложения. В настоящее время инновации чаще всего разрабатываются посредством совместных усилий фирм, объединенных в кластерные структуры. Компании сотрудничают с целью использования существенных дополнительных средств для разработки и применения инноваций. Подобное сотрудничество может сопровождаться потерей определенной доли будущей инновационной ренты.

К основным характеристикам кластерной структуры, влияющим на результаты инновационной деятельности и на способность присвоения инновационной ренты его участниками, относятся:

• уровень концентрации и конфигурация фирм;

• внутренняя или внешняя ориентация;

• встроенность участников кластера в структуры взаимодействия с компаниями за пределами кластера;

• организационные структуры управления;

• роль государства, крупных фирм и инвесторов в формировании кластера;

• уровень межфирменного взаимодействия и типы деловых отношений. Закономерности формирования интеллектуальной

ренты в кластере стратегически обусловлены его типом. Анализ четырех типов кластеров (Э. Маркусен) и их влияния на присвоение инновационной ренты позволяет сделать вывод о том, что специфические особенности кластера, помимо указанных характеристик (особенности связей между компаниями, кадровые миграции, наличие «якорных» (доминирующих) фирм) определяют наиболее вероятных субъектов присвоения инновационной ренты. Место и цели взаимодействия между сотрудниками, менеджерами и фирмами являются основными факторами, определяющими как результат инновационной деятельности, так и дополнительный доходот генерируемых инноваций.

Интеллектуальную ренту необходимо распределять между всеми участниками кластера, по итогам деятельности которых образуется этот доход. Наличие

- 57

действенного механизма распределения интеллектуальной ренты может стать фактором воздействия на эффективное использование результатов инновационной деятельности участников кластера и повысить возможность его воздействия на инновационное развитие территории. Для этого в первую очередь необходимо разработать эффективную нормативно-правовую базу, стимулирующую инновации и их защиту, а также обеспечить закрепление региональным законодательством норм и положений, направленных на установление системы справедливых рентных отношений между участниками инновационных кластеров.

Список литературы

1. Вардапетян В. В. Организационно-экономические факторы развития кластеров в России. М.: Межд. ин-т кластер. политики, 2011.URL: http://tcipoint. aspu. ru/images/ File/Vilen %20Vardapetyan. pdf.

2. ВасильеваМ. В. Макроуровневые параметры и ориентиры реализации концепции социально-экономического развития России/Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2009. № 17.

3. ВасильеваМ. В., Федорова О. В. Развитие системы финансирования инвестиционных проектов в рамках государственно-частного партнерства в России //Экономический анализ: теория и практика. 2011. № 9.

4. Голованова С. В., Авдашева С. Б., Кадочников С. М. Межфирменная кооперация: анализ развития кластеров в России // Российский журнал менеджмента. 2010. Т. 8. № 1.

5. Жданова О., Засько В. Формирование институциональных условий развития нанотехнологий с применением кластерной модели // Экономическая политика. 2011. № 5.

6. Иващенко Н. П., Денисова С. А. Инновационный процесс и формы коммерциализации новшеств. URL: http:// www. msu. ru/projects/amv/doc/h6_1_6_1_nom3_2.pdf.

7. Исламутдинов В. Ф. Эффективность бизнес-моделей открытых инноваций: синергетический подход // Сб. науч. трудов Sworld по м-лам межд. науч.-практ. конф. 2010. Т. 13. № 4.

8. Касьянова А. К. Роль интеллектуальной ренты в современной экономике. URL: http://www. innclub. info/wp-content/uploads/2012/02/касьянова. doc.

9. Кузык Б. Н., Яковец Ю. В. Россия-2050: стратегия инновационного прорыва. 2-е изд., доп. М.: Экономика, 2005. 624 с.

10. МитинА. Н. Инновационный потенциал интеллектуальной ренты // Бизнес, менеджмент и право. 2010. № 1.

11. Об утверждении Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года: постановление Правительства РФ от 08.12.2011 № 2227-р.

12. ПортерМ. Конкуренция: пер. с англ. М.: ИД «Ви-льямс», 2007. 608 с.

13. Программа развития Нижегородского индустриального инновационного территориального кластера. URL: http://cdrom01.economy. gov. ru.

14. Скобарев А. А., Лячин В. И. Двойственность и противоречия интеллектуальной собственности в развитой рыночной экономике // Молодой ученый. 2012. № 2.

15. Скоблякова И. В., Титов Л. Ю. Подходы к оценке интеллектуальной ренты // Аудит и финансовый анализ. 2010. № 2.

16. Шумпетер Й. Теория экономического развития. М.: Прогресс, 1982. 401 с.

17. Brennan K. A., Clark C. L., Shaver P. R. Self-report measurement of adult attachment: An integrative overview. In J. A. Simpson &W. S. Rholes (Eds.). Attachment theory and close relationships New York: Guilford, 1998.

18. Chesbrough Н. Open Innovation and Open Business Models: A new approach to industrial innovation Presentation to Joint OECD/ Dutch Ministry of Economic Affairs Conference on «Globalization and Open Innovation». Dec. 6, 2006. URL: http:// www. oecd. org/science/innovationinsciencetechnology andindustry/37915612.pdf.

19. ChesbroughН. Open Services Innovation: Rethinking Your Business to Compete and Grow in a New Era. Presentation to CIMIT. October 23, 2011. URL: http://www. cimit. org/ images/events/ciw102511/HenryChesbrough_102511.pdf.

20. Enright M. Survey on the Characterization of Regional Clusters: Initial Results/ Enright M. et al. [Working Paper Institute of Economic Policy and Business Strategy: Competitiveness Program University of Hong Kong and the Competitiveness Institute]. Barcelona, Spain, 2000.

21. FerreiraM. P., Serra F., Maccari E. When the innovator fails to capture rents from innovation // Latin American Business Review. 2012. № 13(3).

22. FerreiraM. P., Serra F. R., Costa B. K., Maccari I. A., Couto H. R. Impact of the Types of Clusters on the Innovation Output and the Appropriation of Rents from Innovation // J. Technol. Manag. Innov. 2012, Vo. 7, Issue 4.

23. Markusen A. Sticky places in slippery space: A typology of industrial districts // Economic Geography. 1996. № 72(3).

24. Open Innovation, Cluster Development and Innovation Policy as Enablers of Regional Competitiveness. INNO-Views Policy Workshop. Open Innovation in a Globalised World Brussels, February 26-27, 2009. URL: http://www. proinno-europe. eu/sites/default/files/3_2_Klein7994.pdf.

25. Park W. G. Intertemporal imitation-risk smoothing // Economics Letters. 1997. № 54. URL: http:// nw08.american. edu/~wgp/econ_lett97.pdf.

26. Pyke F., Becattini G., Sengenberger W. The Marshallian industrial district as a socio-economic notion. Industrial Districts and Inter-firm Cooperation in Italy. International Institute for Labour Studies, Geneva, 1990.

27. Richard A.J. Technological paradigm, innovative behavior and the formation of dissipative enterprises // Small Business Economics. 1991. № 3.

28. Terstriep J., LUhje C. Do clusters as open innovation systems enhance firms' innovation performance? URL: http:// www. iat. eu/aktuell/veroeff/2012/terst01.pdf.

29. URL: http://www. poria. ru/files/buklet_TIK. pdf.

30. URL: http://http://www. strf. ru/material. aspx?CatalogId=221&d_no=36504.