К вопросу о понятии, классификации и значении юридических фикций

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ, КЛАССИФИКАЦИИ И ЗНАЧЕНИИ ЮРИДИЧЕСКИХ ФИКЦИЙ

ДАНИЛОВА Екатерина Сергеевна

Аннотация. В статье раскрывается проблема определения фикций в праве, выделяются основные признаки юридических фикций, проводится их классификация по различным основаниям. Автором сделан вывод о том, какое значение имеют фикции в правовом регулировании.

Annotation. The article deals with the problem of definition "legal fictions". The author formulates main features of legal fictions. It is dealt with the classification legal fictions according to various criteria. Conclusions are drawn about the value of fictions in legal regulation.

Ключевые слова: правовая фикция, юридическая техника, прием, способ законодательной техники.

Key words: legal fiction, juridical technique, legislative technique method.

В России на современном этапе идет процесс формирования правового государства и гражданского общества, сложился определенный положительный опыт законотворческой деятельности. Однако на данный момент в нем сохраняется множество недостатков, влекущих за собой трудности в правореализации. Гармонизация законодательства в первую очередь связана с совершенствованием юридической техники, поэтому необходимо переосмыслить понимание и использование отдельных ее категорий. Переосмысление должно осуществляться с учетом прошлого опыта российской правовой науки, частью которой является в том числе и юридическая фикция.

Юридическая фикция - правовая категория, которая уже на протяжении многих веков осуществляется в законодательной и правоприменительной практике. История данной категории ведет свои истоки со времен римского права. Впоследствии она была воспринята и интегрирована в правовые системы многих европейских стран, в том числе в российскую правовую систему.

В настоящее время юридическая фикция широко используется российским законодателем. Ее существование в праве оправдывается исключительно правовыми целями, главная из которых - стремление к эффективности правового регулирования.

Само понятие «фикция» происходит от латинского "АсЫо " - выдумка, вымысел.

В Толковом словаре под редакцией Д.Н. Ушакова фикция определяется следующим образом: «Положение, построение, которому ничто не соответствует в действительности, но которым пользуются как допущенным с какой-нибудь определенной целью» .

Определение правовой фикции законодателем не сформулировано, поэтому следует анализировать мнения ученых.

В одной из первых и наиболее значительных работ на тему правовых фикций в отечественной правовой науке - монографии профессора Д.И. Мейера «О юридических вымыслах и предположениях, скрытных и притворных действиях» - под фикцией (fictions juris) понимается «вымышленное существование факта, о котором известно, что оно вовсе не существует или существует в другом виде»2. Также Мейер называет фикции вымыслами права.

Другой исследователь, внесший значительный вклад в изучение фикций, - Г.Ф. Дор-мидонтов - в своей работе уже выделял это понятие в узком и широком смысле. В «самом обширном смысле» он относит к фикциям «явления юридического быта, которые справедливо и несправедливо обозначаются этим словом и производным от него прилагательным, а рав-

1 Толковый словарь русского языка : в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. М., 2000. URL: http://ushdict.narod.ru/

2 Мейер Д.И. О юридических вымыслах и предположениях, скрытных и притворных действиях. Казань, 1854. С. 2.

но близкими ему по значению словами: "вы-

_ ??_ _ «-о? 3

мышленный , мнимыи , притворный и т.п.» . Для точного определения понятия юридической фикции в узком смысле Дормидонтов упоминает о том, что «фикция вообще есть известныи прием мышления, состоящии в допущении существующим известного несуществующего обстоятельства или, наоборот, несуществующим существующего, в решении задачи при помощи ложного положения» ; отсюда он выводит понятие юридическои фикции «в тесном смысле» - это «тот же прием, но допускаемыи и даже предписываемыи в известном случае объективным правом»5.

На сегодняшний момент, по нашему мнению, это понятие в юридическои науке используется лишь в его узком значении.

В советское время З.М. Черниловский, констатируя, что фикция была известна еще римскому праву, ссылается на мнение Р. Иерин-га, который «говорил о ней, как о кажущемся акте, с помощью которого достигается известный результат, одобренный данной системой права. Иеринг характеризовал юридическую фикцию как юридическую ложь, освященную необходимостью; она позволяет избегать трудностей, вместо того, чтобы преодолевать их, и представляет собой своего рода технический обман»6. Сам Черниловский считает, что фикция играет как положительную, так и отрицательную роль7.

В.М. Горшенев определял фикцию как «закрепленное в правовых актах и используемое в юридической практике нормативное предписание в виде специфического способа (приема), выражающегося в провозглашении существующими факта или обстоятельства, в действительности не имеющих места»8. Он считает, что регулятивное воздействие фикции состоит в том, что «с ее помощью обеспечивается определенная устойчивость принятого

3 Дормидонтов Г.Ф. Классификация явлений юридического быта, относимых к случаям применения фикций. Ч. I : Юридические фикции и презумпции // Вестн. граждан. права. 2011. № 3. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc; base=CJI;n=52552

4 Там же.

5 Там же.

6 Черниловский З.М. Презумпции и фикции в истории права // Советское государство и право. 1984. № 1. С. 104.

7 Там же. С. 105.

8 Горшенев В.М. Нетипичные нормативные предписания

в праве // Советское государство и право. 1978. № 3.

акта применения права в ситуации, когда обнаружена невосполнимая неизвестность»9.

Как особый прием понимает фикцию и профессор Н.И. Матузов, отмечая, что он «заключается в том, что действительность подводится под некую формулу, ей не соответствующую или даже вообще ничего общего с ней не имеющую, чтобы затем из этой формулы сделать определенные выводы»10. Он уверен в необходимости этого для некоторых практических нужд, поэтому фикции закрепляются в праве. Н.И. Матузов делает справедливый вывод: фикции «как бы дополняют собой классические правовые нормы... именно они помогают выходить из наиболее затруднительных ситуаций и коллизий»11.

М.Л. Давыдова по данному вопросу пишет, что категорию «фикция» юристы используют в нескольких значениях:

- понятие «фикция в праве» «обозначает такие ситуации в правотворчестве или право-реализации, когда законы не соответствуют регулируемым общественным отношениям, а правоприменительная практика не соответствует законам»;

- явления фиктивного правового состояния «носят юридический характер, регулируются законом, их существование признается правом, хотя и оценивается чаще всего негативно (фиктивный брак и т.п.)»;

- правовые фикции как прием (средство) юридической техники «представляют собой специфические правовые положения, с помощью которых конструируется несуществующая условная правовая реальность. Данные явления, будучи абсолютным вымыслом, не только существуют с юридической точки зрения, но и являются необходимыми элементами механизма правового регулирования» .

И.А. Исаев уверен: «юридическая фикция всегда ищет и заполняет пустые места, пробелы, ее построения дополняют незавершенную систему, стремясь сделать ее законченной», проекты и обосновывающие их юридические

9 Горшенев В.М. Указ. соч. С. 117.

10 Теория государства и права: Курс лекций / под ред. Н.И. Ма-тузова, А.В. Малько. М., 2001. С. 218.

11 Теория государства и права. С. 218.

12 Давыдова М.Л. Проблемы понятия и классификации правовых фикций // Вестн. ВолГУ. 2009. № 11. С. 17-18.

фикции создают тот порядок, о котором мечтает законодатель .

Таким образом, российские ученые придерживаются различных подходов к определению правовой фикции. Большинство из них понимают под фикцией особый прием юридической техники. Однако следует отметить, что фикция должна определяться с различных позиций: как прием юридической техники, как фиктивные нормы и как фиктивные правоотношения.

Ученые, как правило, одинаково видят цель создания и использования юридических фикций: они придают правовому регулированию определенность, конкретность и четкость. Представляется, что фикции дополняют классические правовые нормы и помогают выходить из наиболее затруднительных ситуаций.

Переходя к вопросу о признаках юридических фикций, следует обратиться к справедливому утверждению И.Л. Ишигилова о том, что выделить универсальные признаки юридических фикций сложно, так как они представляют собой большое разнообразие и отличаются между собой14.

Однако такие признаки учеными все же выделяются:

1. Фикции «для своего объекта регулирования вычленяют те обстоятельства, которые находятся в состоянии невосполнимой неиз-вестности»15.

2. Фикциям придается значение юридических фактов16. При этом фикции сами по себе не являются юридическими фактами, а лишь «замещают юридические факты в тех случаях, когда динамика правовых отношений ожидает наличия факта, а реальная действительность... допускает пробел» .

3. Фикции имеют намеренно деформирующий характер, который, как считает М.Л. Давыдова, может заключаться:

- в искусственном уподоблении или приравнивании понятий и обстоятельств, различ-

13 Исаев И.А. Непроявленный язык закона // LEX RUSSICA (Науч. тр. МГЮА). 2006. № 1. С. 19-20.

14 Ишигилов И.Л. Понятие юридических фикций // Сибир. юрид. вестн. 2007. № 1 (36). С. 3.

15 Панько К.К. Фикции в уголовном праве: В сфере законотворчества и правоприменении : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 9.

16 Там же.

17 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 17.

ных или даже противоположных в действительности;

- признании реальными несуществующих обстоятельств и отрицании существующих (например, запись усыновителей родителями ребенка);

- признании существующими обстоятельств и ситуаций до того, как они стали существовать на самом деле или возникли позже, чем это было в действительности (например, изменение даты рождения усыновленного ре-бенка)18.

4. Соглашаясь с К.К. Панько, М.Л. Давыдова называет еще один признак фикции: она имеет императивный (неоспоримый) характер, то есть не предусматривает возможность появления таких ситуаций, которые не охватываются установленным ею правилом .

И.Л. Ишигилов рассматривает этот признак под другим углом зрения. По его мнению, он распадается на два подпризнака. «Первый характеризует саму правовую норму, которая содержит юридическую фикцию, а второй -адресован правоприменительному органу» . Первый подпризнак говорит о том, что фикция может и не соответствовать реальной действительности, но при этом она звучит однозначно, признавая явление как существующее «без колебаний». Второй подпризнак - общеобязательность. Его содержание состоит в том, что правоприменитель должен поступать, исходя из предписанных правовыми нормами положений, содержащими юридические фикции, несмотря на то, что несуществующее положение налицо .

Хотя правовые фикции могут и не соответствовать реальной действительности, они не подлежат оспариванию. И оспаривать их нет необходимости, ведь правотворческий орган специально идет таким способом и легально их закрепляет.

Р.К. Лотфуллин отмечает: «для юридической фикции характерна юридическая неопровержимость. Она сконструирована таким образом, что возможность доказывания обратного

18 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 17.

19 Там же.

20 Ишигилов И.Л. Указ. соч. С. 5.

21 Там же.

исключена»22. Однако в его работе встречается противоречие, поскольку затем он говорит о том, что на практике могут встречаться фикции, содержащие механизм опровержения.

Поэтому предпочтительной представляется точка зрения И.Л. Ишигилова, который считает, что данный признак следует называть именно неоспоримостью .

Среди прочих признаков нужно отметить следующий: фикция «содержится, закрепляется и описывается в правовых нормах»24. В противном случае назвать данную фикцию юридической мы не можем. Этот признак можно назвать формальным или формально определенным.

Трудно согласиться с мнением тех авторов (среди них А.В. Мелехин25 и Р.К. Лотфул-лин26), которые говорят об абсолютной ложности юридических фикций. Действительно, существуют доказательства относительной ложности фикций. Ишигилов приводит одно из них: признание лица умершим (что предусмотрено ст. 45 ГК РФ); но в то же время законодатель предусматривает случай явки лица, которое объявлено умершим (ст. 46 ГК РФ). Он справедливо делает вывод: юридическая фикция - это положение, которое может не соответствовать (но может и соответствовать) действительности27.

Очень важным признаком считается легальность юридической фикции, так как он характеризует последнюю как законное явление. «Легальность юридических фикций характеризуется их очевидностью и преднамеренностью создания»28. Очевидность юридической фикции характеризуется тем, что они никогда не подразумеваются, не предполагаются, а прямо предусмотрены правовыми нормами. Преднамеренность создания говорит о том, что правотворческий орган сознательно идет по такому пути регулирования отношений29.

Подводя итог вышесказанному о признаках правовой фикции, нужно отметить, что

22 Лотфуллин Р.К. Юридические фикции в гражданском праве : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 13.

23 Ишигилов И.Л. Указ. соч. С. 5.

24 Там же.

25 Мелехин А.В. Теория государства и права : учеб. М., 2009. С. 378.

26 Лотфуллин Р.К. Указ. соч. С. 6.

27 Ишигилов И.Л. Указ. соч. С. 4.

28 Там же. С. 5.

29 Там же.

отечественные ученые называют различные признаки, подчас даже противоречащие друг другу (как в случае с абсолютной и относительной ложностью); однако можно выделить ряд признаков, которые являются основными и традиционно называются в юридической литературе. Среди них: общеобязательность, очевидность, императивный характер юридических фикций. Кроме того, правовые фикции замещают юридические факты, имеют намеренно деформирующий характер и придают правовому регулированию определенность, конкретность и четкость.

Поскольку фикции в праве являются довольно распространенным явлением, возникает необходимость в их классификации. Отечественные исследователи делят их по определенным основаниям.

I. Фикции можно разделить по сфере существования:

- на теоретические, которые, являясь частью правовой доктрины, не выступают самостоятельными регуляторами. Так, в качестве правовых фикций в литературе традиционно рассматриваются конструкции юридического лица, государства и др. Независимо от факта закрепления в нормативном тексте их условно можно назвать понятийными, они не устанавливают правил, а предполагают наличие допущения в самом понятии;

- нормативные фикции - это правовые положения, закрепленные в тексте закона в виде отдельных регулятивных нормативных предписаний. Именно об этих правовых велениях принято говорить как о средствах юридической техники, поэтому именно они подвергаются классификации30.

Можно дать сначала укрупненную классификацию фикций, а затем подробно провести ее по отраслям. Однако следует оговориться: «большинство фикций так или иначе связано с частным правом. Причина проста: вымысел, если и даст сбой, затронет лишь небольшой круг лиц и не приведет к дестабилизации правовой системы в целом»31.

II. 1. Цель материально-правовых фикций состоит в том, чтобы обеспечить нормальное развитие общественных отношений, преодо-

30 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 19.

31 Кашанина Т.В. Юридическая техника : учеб. М., 2011.

С. 201.

леть состояние неопределенности, невоспол-нимости тех или иных фактов либо информации о них32. К таким фикциям относят:

а) гражданско-правовые (местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей (п. 2 ст. 20 ГК РФ))33;

б) уголовно-правовые (лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли. сроки. (ч. 1 ст. 78 УК РФ)34. «Этот вид уголовно-правовой фикции позволяет законодательно устанавливать временные пределы возможности привлечения лица к уголовной ответственности и отбывания наказания»)35;

в) административно-правовые (не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости. (ст. 2.7 КоАП РФ))36;

г) трудовое право (трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя (ст. 67 ТК РФ))37;

д) семейное право (запись усыновителей в качестве родителей усыновленного ребенка (ст. 136 СК РФ))38;

е) налоговое право (в случае направления требования об уплате налога по почте заказным письмом оно считается полученным по истечении шести дней с даты направления заказного письма (п. 6 ст. 69 НК РФ))39.

32 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 20.

33 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. 23.06.2014 г.) // Российская газета. 1994. № 238-239. 8 дек.

34 Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (ред. 21.07.2014 г.) // СЗ РФ. 1996. № 25. Ст. 2594. 17 июня.

35 Панько К.К. Указ. соч. С.16.

36 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (ред. 21.07.2014 г.) // Российская газета. 2001. № 256. 31 дек.

37 Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (ред. 28.06.2014 г.) // Российская газета. 2001. № 256. 31 дек.

38 Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. 05.05.2014 г.) // Там же. 1996. № 17. 21 янв.

39 Налоговый кодекс Российской Федерации (часть пер-

вая) от 31 июля 1998 г. № 146-ФЗ (ред. 28.06.2014 г.) // Там же.

1998. № 148-149. 6 авг.

Данная фикция «способствует оптимизации налогового процесса, а точнее, одного из его производств: производства по исчислению и уплате налога». Она «обеспечивает конкретность решения сложной процессуальной ситуации, а значит, и ясность налогового законодательства» .

2. Процессуально-правовые фикции призваны преодолевать процессуальную недисциплинированность сторон, сокращать ход и объем производства по делу, экономить силы судей, смягчать процессуальные формальности. Без процессуальных фикций правильное и справедливое рассмотрение и разрешение дела часто бывает невозможным41. К ним относятся:

а) гражданско-процессуальные (при отсутствии сообщения о перемене адреса лица, участвующего в деле, судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится (ст. 118 ГПК РФ))42;

б) арбитражно-процессуальные (лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если:

- адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи или арбитражным судом;

- несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд (ч. 4 ст. 123 АПК РФ))43;

в) уголовно-процессуальные (уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужден-

40 Карасева М.В. Презумпции и фикции в части первой Налогового кодекса РФ // Журн. рос. права. М., 2002. № 9. С. 80.

41 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 21.

42 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ (ред. 21.07.2014 г.) // Российская газета. 2002. № 220. 20 нояб.

43 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ (ред. 28.06.2014 г.) // Российская газета. 2002. № 137. 27 июля.

ное уголовное дело подлежит прекращению... в случае истечения сроков давности уголовного преследования (ч. 3 ст. 24 УПК РФ))44.

III. Правовые фикции могут также быть классифицированы по степени обязательности. Нет сомнений в том, что «любая фикция императивна с точки зрения возможности опровержения установленного ею правила»45. Тем не менее степень обязательности применения фикции для суда может быть различной. В зависимости от нее правовые фикции делятся на два вида:

1. Императивные фикции устанавливают обязанность суда признать те или иные обстоятельства. Эта обязанность обозначается в тексте использованием слов «считается», «признается» и др. : «.началом исчисления срока для признания безвестного отсутствия считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем» (ст. 42 ГК РФ).

2. Диспозитивные (или оценочные) фикции предполагают возможность выбора для судьи, предоставляя ему право применить соответствующее правило. После применения фикции судом она не может быть оспорена. Подобные предписания содержат формулировки «суд вправе признать», «суд вправе обосновать» и т.п. Например: «Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения» (ст. 178 ГК РФ).

IV. Классифицируют юридические фикции также по источнику: фикции, закрепленные в Конституции РФ; в международных нормативных правовых актах; в федеральных конституционных законах и федеральных законах; в нормативных актах Президента РФ, актах палат Федерального Собрания РФ, нормативных актах Правительства РФ, иных актах министерств и ведомств; в конституциях и уставах субъектов Российской Федерации, их

законах и подзаконных актах; в актах о местном самоуправлении; в локальных актах48.

V. По характеру воздействия выделяют фикции:

1. Социально одобряемые. Таких фикций подавляющее большинство. Применение фикций в некоторых случаях, например, в гражданском судопроизводстве ставит другую сторону в привилегированное положение. Так, при применении ст. 167 ГПК РФ истец, явившийся в суд, получает очевидную процессуальную льготу (при условии отсутствия противоположной стороны): никто не будет опровергать его доводы, а суд при вынесении решения будет основываться на представленных доказательствах.

2. Социально не одобряемые. Это фикции, негативно влияющие на тех или иных участников правоотношений. Так, согласно ч. 3 ст. 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым49. Эти положения дополняют обычные процессуальные нормы и предназначены для преодоления негативных последствий недисциплинированности лиц, участвующих в деле.

VI. В зависимости от принадлежности к той или иной части правовой системы говорят о фикциях: публично-правовых, то есть фикциях, используемых в публично-правовых отношениях; частноправовых, то есть фикциях, используемых в частном праве50.

Правовые фикции классифицируются по большому количеству критериев. Однако необходимо заметить, что не существует единой системы классификации фикций, а некоторые виды классификации не лишены элемента относительности.

44 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. 21.07.2014 г.) // Там же. 2011. № 249. 22 дек.

45 Давыдова М.Л. Указ. соч. С. 22.

46 Там же.

47 Там же.

48 Танимов О.В. Система юридических фикций в современном российском праве // Вестн. Рос. правовой акад. М., 2007. № 1. С. 16.

49 Там же.

50 Душакова Л.А. Правовые фикции : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2004. С. 13.

Подводя итог всему вышеизложенному, следует отметить отсутствие достаточно четкого определения понятия правовой фикции, отвечающего ее истинной природе и роли в праве. В связи с этим предлагаем наиболее верное и полное, на наш взгляд, авторское определение юридической фикции:

Юридическая фикция - это универсальный прием юридической техники, используемый в исключительных случаях на стадиях правотворчества и правоприменения, состоящий в признании существующим заведомо не существующего факта или наоборот, обладающий императивностью и выполняющий роль юридического факта в ситуации невосполнимой неизвестности.

Значение юридических фикций заключается в том, что они устраняют неопределенность в правовом регулировании; помогают упростить юридические отношения и сделать

правовое регулирование устойчивым и стабильным; сокращая ход и объем правовой деятельности, облегчают установление конкретных обстоятельств и тем самым способствуют процессуальной экономии; вносят четкость и стабильность в правовое регулирование, дисциплинируют участников правовых отношений, являются своеобразным гарантом их субъективных юридических прав и свобод.

Использование в правотворчестве юридической фикции в некоторых случаях является единственно возможным средством регулирования общественных отношений в сложных ситуациях невосполнимой неизвестности. Правовая фикция в качестве приема юридической техники всегда является исключительным средством, применяемым законодателем в случаях, когда иными средствами достижение поставленных целей невозможно. Юридическая фикция способствует эффективной юридической деятельности.