Проблемы литературного наследия Томмазо да Челано

М. С. Самарина

ПРОБЛЕМЫ ЛИТЕРАТУРНОГО НАСЛЕДИЯ ТОММАЗО ДА ЧЕЛАНО

После смерти Франциска Ассизского в 1226 г., давшего мощный толчок развитию религиозной поэзии, францисканский орден, основанный им, прошел долгий путь развития, создав один из самых больших пластов средневековой религиозной литературы. Помимо текстов самого Франциска, в XIII в. францисканская литература включает различные жанры, среди которых житийная литература (Томмазо да Челано, Бонавен-тура), исторические хроники (Анжело Кларено, Салимбене), теологическая литература (Бонавентура), научная (Дунс Скотт, Роджер Бэкон, Уильям Оккам), мистическая литература (Раймунд Луллий, Анджела да Фолиньо), проповеди (Антоний Падуанский, Бертольд Регенсбургский), эпистолярная литература (Клара Ассизская), рассказы о путешествиях (Джованни Плано Карпини, Бартоломео да Кремона), поэзия (Якопоне да Тоди).

Автором наиболее известных францисканских жизнеописаний стал знаменитый в ордене деятель, сподвижник и ученик Франциска, эрудит и знаток классической литературы Томмазо да Челано, написавший трилогию о жизни Франциска — два жизнеописания, «Трактат о чудесах», «Легенду святой Клары» и несколько гимнов для богослужения. Томмазо да Челано приписывается также одно из самых поразительных стихотворных произведений средневековья — текст «Реквиема» (“Dies irae”—«День гнева» ).

Собственная жизнь Томмазо бедна событиями. Немногие факты его биографии стали известны только из-за их соотнесенности с жизнью Франциска Ассизского — личности, настолько затмившей его собственную, что и само имя Томмазо да Чела-но воспринимается только в той или иной связи с событиями жизни самого любимого итальянского святого. Тем не менее известно его пребывание в монастыре Монтекас-сино, откуда происходят интереснейшие памятники итальянского языка периода «начал», и в том числе первый памятник итальянского языка «Монтекассинские тяжбы». Как известно, библиотека и архив бенедиктинского аббатства Монтекассино — святыни итальянистики1 — сыграли первостепенную роль в сохранении бесценных древних рукописей, как и предписывал устав бенедиктинского ордена. Не исключено, что Томмазо обнаружил в монастырских архивах латинские гимны XI-XII вв. на тему страшного суда, обработал их и составил из них впоследствии «День гнева».

Самое древнее из известных ныне церковных жизнеописаний Франциска Ассизского («Первое жизнеописание» (“Vita prima”) Томмазо да Челано, 1228-1229) — это высокохудожественное произведение, написанное в возвышенно-назидательном стиле на латыни. Жизнеописание хотя и получило одобрение папы, все же оказалось неполным, поэтому церковью было дано указание составить «Второе жизнеописание» (“Vita secunda”). Для этого в 1244 г. генерал ордена Крешенцио да Йези предложил всем

© М. С. Самарина, 2009

францисканцам, имевшим достоверные сведения о жизни Франциска, представить их Томмазо да Челано, который к тому времени был назначен официальным историографом францисканского ордена. В связи с этим «Второе жизнеописание» оказалось намного обширнее первого. Томмазо да Челано при написании этих жизнеописаний не был первооткрывателем и руководствовался уже существующими агиографическими образцами: это «Жизнеописание св. Мартина» Сульпиция Севера, «Жизнеописание Св. Бенедикта Нурсийского» из «Диалогов» Григория Великого, жизнеописание Бернарда Клервоского Гийома де Сен-Тьерри.

Томмазо да Челано принадлежит также еще одно сочинение — «Трактат о чудесах» (“Tractatus de miraculis”, 1252-1253). Это не только собственно житийное, но и историческое сочинение, так как автор, кроме описания чудес, совершенных самим Франциском (главное из них — чудо стигматизации) и его последователями, уделяет большое внимание развитию и распространению францисканского ордена.

Основная идея трилогии — «францисканская новизна», а сам Франциск Ассизский предстает как «новый человек», обновивший мир. Здесь, как нигде, присутствует главная идея францисканского движения — идея духовного возрождения мира. Челано, говоря о Франциске, постоянно употребляет выражения «святая новизна», «обновление», «новый дух» и «новый порядок», называет его «новым евангелистом», отмеченным «новизной чуда» (имеется в виду явление стигматизации, действительно новое для истории религии). При этом Челано подчеркивает и новое позитивное мировосприятие Франциска — его радость и веселье, его чувство «религиозного оптимизма».

У Челано Франциск является уже не только в качестве мистического ангела — Серафима, “angelo del sesto sigillo”; автор намечает и принципиально новые черты Франциска, который предстает в совершенно другом качестве — в качестве второго воплощения Христа и явления его в мир. Явление миру Франциска Ассизского — это «Тайна, внушающая трепет». Центральный эпизод жизнеописания Томмазо да Челано — это мистическое видение одному из монахов распятого Франциска в образе Христа. Во «Втором жизнеописании» Челано также подчеркивает францисканскую новизну, но уже в другом аспекте: Франциск — реформатор и спаситель церкви. Здесь в качестве центральных оказываются два эпизода: «говорящее» распятие из Сан Дамиано, просящее Франциска восстановить Храм, и вещий сон папы Иннокентия III, в котором Франциск удерживает рушащееся здание церкви. Через несколько десятилетий, в конце XIII в., этот тезис (Франциск — второе явление Христа) распространится среди левого крыла францисканского ордена (спиритуалов), приведет к резкому конфликту с церковью, вследствие чего спиритуалы будут отданы в руки инквизиции и погибнут на кострах.

Челано приписываются также два гимна о св. Франциске: “Sanctitatis nova signa”, а также “Fregit victor virtualis”, но с большой долей сомнения.

Что касается авторства «Дня гнева», более известного как «Реквием», то здесь положение более определенное. Еще Бартоломео да Пиза, францисканский автор XIV столетия, упоминал об этом тексте как о части заупокойной мессы и подтверждал авторство Томмазо да Челано2. Первые известные нам его рукописи содержатся во францисканских миссалах XIII в. (неаполитанском и римском), а также во францисканском бревиарии из Ассизи 1300 г.

Тем не менее в 1930-е годы по этому поводу возникла некоторая дискуссия, после того как в горном бенедиктинском монастыре Караманико в Абруццах итальянским исследователем Д. Амелли был найден манускрипт, восходящий, по его мнению, к концу XII в. (т. е. на несколько десятилетий ранее времени жизни Челано). Была высказана

мысль, что Челано мог всего лишь переработать уже существовавшие до него апокалиптические тексты. Но вскоре новая датировка манускрипта была подвергнута сомнению со стороны палеографов, и в настоящее время дискуссия, по-видимому, уже завершилась в пользу Челано. В первой половине XX в. в защиту его авторства выступил и крупный исследователь средневековых текстов Ф. Эрмини, а также Ж. Леклерк. Они утверждают, что гимн со всех точек зрения вписывается в гимническую модель, существовавшую в XIII в. во францисканском ордене (ритмика, стилистика, образность) и с этой точки зрения во многом напоминает “Stabat mater” Якопоне да Тоди, выдающегося трагического францисканского поэта, современника Данте.

«День гнева» с его интонациями ужаса, ярости и безысходности представляется полной противоположностью радостному и жизнеутверждающему «Гимну творениям» Франциска Ассизского. В одном — жизнь, радость и красота, в другом — мрак, разрушение и смерть. В одном огонь представляется как могущественная, но прекрасная и радостная стихия, в другом — это адское пламя, жестокое орудие уничтожения всего живого на Земле и инструмент беспощадного Божьего гнева. Это произведение — выражение настроения тех мрачных десятилетий, когда средневековый человек, охваченный ужасом перед неминуемым концом света, предсказанным грозным пророчеством Иоахима Флорского, готовился к последнему дню Вселенной. Тем не менее, в этом тексте есть и истинно францисканские интонации: даже для самого страшного грешника есть надежда на прощение.

«День гнева» — одно из самых ярких по силе эмоционального воздействия произведений средневековой литературы, за которым прочно утвердилось сравнение с «долгим криком ужаса». Это классически средневековое произведение, неотделимое от готических сводов соборов своего XIII столетия, несмотря на то, что после Моцарта и Верди канонический текст «Реквиема» уже практически не воспринимается вне музыки барокко и романтизма.

Произведения Томмазо да Челано ждала драматическая судьба. В 1263 г. генеральный капитул францисканского ордена, состоявшийся в Пизе, постановил уничтожить всю литературу о Франциске, существующую к тому времени (официальную и неофициальную), и поручил Бонавентуре да Баньореджо написать новое жизнеописание. Это произошло по многим причинам: жизнеописания Томмазо да Челано действительно содержали определенное количество повторений и противоречий, имеющих, конечно, второстепенное значение для восприятия образа святого. Но в те десятилетия францисканский орден переживал бурное время внутренних разногласий, при этом левое крыло францисканства стало тяготеть к ереси. В связи с этим под подозрение в ереси попали все раннефранцисканские тексты, которые, таким образом, было решено уничтожить. В течение многих столетий рукописи Томмазо да Челано, чудом избежавшие уничтожения, хранились в цистерцианских и бенедиктинских монастырях, так как только там они находились вне юрисдикции францисканского ордена.

Тем не менее его произведения (в их официальном, т. е. утвержденном церковью варианте) все же дошли до нас: рукопись «Первого жизнеописания» была обнаружена болландистами (членами церковной организации, занимающейся историей церкви) и опубликована в 1768 г., «Трактат о чудесах» был напечатан в 1899 г. по единственной сохранившейся рукописи (предположительно 1300 г.) также болландистами, текст «Второго жизнеописания» был издан в 1806 г. С. Ринальди по плохо сохранившейся рукописи. Произведения Томмазо да Челано еще более обострили так называемый «францисканский вопрос» в медиевистике — проблему отсутствия многих документаль-

ных источников и путаницы в рукописном материале, особо остро стоящий именно во францисканских текстах.

Принимая во внимание неупорядоченное и даже плачевное состояние многих монастырских архивов и библиотек францисканского ордена, остается надеяться, что многие документы все же когда-нибудь будут найдены и где-то ждут своего исследователя.

1 Монастырь Монтекассино и дух, там царивший, послужили прообразом монастырской библиотеки в романе Умберто Эко «Имя розы». Драматическая история монастыря является примером хрупкости культурного наследия, так как монастырь был практически полностью разрушен вследствие американских бомбардировок времен Второй мировой войны.

2 De conformitate vitae S. Francisci ad vita Domini Jesu Cristi, VIII.

3 Ermini F. Il “Dies irae”. Ginevra. 1928; Ermini F. Il poeta del “Dies irae” // Atti dell’Accademia dell’Arcadia. Roma, 1931.

4 О дискуссии вокруг авторства “Dies irae” см.: Giovanni Odoardi P. Fra Tommaso da Celano: storico, letterato, poeta, uomo di virtu. Tagliacozzo S. Francesco. 1969. P. 28—31.

5 Известно, что пение «Дня гнева» было широко распространено в движении флагеллантов (бичующихся), а также во время исполнения приговоров инквизиции. Литературная судьба этого текста, таким образом, довольно мрачна; достаточно вспомнить сцену из «Фауста» Гете.

6 О так называемой «францисканской прблеме» см.: La “Questione francescana” dal Sabatier ad oggi. Atti del 1 Convegno internazionale. Assisi, 1974, а также: Pellegrini L. Considerazioni metodologiche per una analisi delle fonte francescane // Laurentianum. 3. 1977. Eodem: Francesco e i suoi scritti. Problemi e orientamenti di lettura in alcuni recenti studi // Rivista di Storia della Chiesa in Italia. 36. 1982. Eodem: Studi recenti sulle fonti francescane // Quaderni medievali. 14. 1982.