Куда вуз пошлет

Законопроект об обязательном распределении вузовских выпускников, обучающихся за счет госбюджета, внесен в Госдуму и уже вызвал критику. Почему идея принудительного трудоустройства до сих пор популярна, разбирался «Огонек»

За последнее время это уже, кажется, третья попытка вернуть советскую практику распределения выпускников. Дискуссии были в 2010-2011 годах — тогдашний президент Дмитрий Медведев высказался против реанимации советского опыта. В 2013-м депутат Андрей Исаев предлагал законопроект «О первом рабочем месте» — тоже с обязательным распределением выпускников. И все под предлогом заботы о молодых специалистах, которые не могут найти работу. Проект не прошел. И вот опять.

Законопроект, подготовленный одним из депутатов, лаконичен, как военный приказ: граждане, обучающиеся на бюджетной основе, обязаны отработать по своему образованию и квалификации от четырех до шести лет в государственном учреждении (в органах власти или на госпредприятии). Или вот еще пассаж: гражданин, не исполнивший этого обязательства, должен возместить в федеральный бюджет расходы на образование и социальную поддержку.

Необходимость таких мер объясняется тем, что, по данным Росстата, многие выпускники вузов не могут найти работу. «Огонек» писал об этой проблеме (N 11 за 2018 год): в 2017 году в России нигде не учились и не работали 321 тысяча человек с вузовскими дипломами в возрасте до 24 лет.

Проект раскритиковали независимые эксперты, и даже руководство комитета по труду Госдумы и во фракции "Единой России" — прежде всего за архаичность.

Такое было возможно только во времена плановой экономики, когда Госплан имел хоть какое-то представление, какие кадры нужны предприятиям.

При этом многие выпускники всеми силами пытались увильнуть от распределения, и это несмотря на угрозу лишения дипломов.

Сегодня ситуация другая. «Предприятия не могут планировать потребность в кадрах на четыре-шесть лет,— говорит Елена Косарева, замдиректора Института отраслевого менеджмента РАНХиГС.— Потребность в знаниях и навыках специалистов меняется очень быстро. Даже если предприятия займутся планированием кадров, за такой срок все устареет. Государство будет вынуждено еще и гарантировать выпускникам заработную плату на протяжении четырех-шести лет. А у них не будет мотивации к серьезной подготовке, потому что конкуренция на рынке труда им не грозит. Конечно, хорошо было бы, если бы работодатели планировали свои перспективы. Но сейчас предприятия не понимают, каким будет их налоговый статус через год или какой будет доступность кредитных ресурсов. Что уж говорить о планировании кадров — сейчас это невозможно».

То есть предприятиям возврат распределения не нужен. Может, этого хотят вузы? Тоже вряд ли. Да, некоторые вузы публикуют данные о трудоустройстве своих выпускников. Но это делается скорее для привлечения абитуриентов. Связь системы высшего образования с потребностями рынка труда — вопрос очень непростой, пока не нашедший четкого решения. Даже в Минобрнауки нет единой позиции по этому вопросу. С одной стороны, разворачивается система так называемых опорных вузов, которые должны готовить кадры для предприятий в своих регионах. С другой — в эту систему не вписываются федеральные и научно-исследовательские университеты, у которых задачи не столь утилитарные.

Сергей Серебряников, декан факультета инженерного менеджмента РАНХиГС, обращает внимание на то, что в столичных и региональных вузах очень отличается стоимость бюджетного обучения. А это важно, если возникнет необходимость отработки или возврата молодыми специалистами бюджетных средств: «Образование в Москве и Санкт-Петербурге и других мегаполисах стоит дороже, чем в регионах. Государство выделяет на обучение одного специалиста по 80-150 тысяч рублей в год в зависимости от направления. Реальная стоимость учебы "на бюджете" в Москве сегодня переваливает за 200 тысяч рублей. В столице дороже и социалка. В регионах — в разы дешевле. Получается, что тем, кто учился в Москве, придется больше возвращать государству».

Почему же тогда идея вернуть распределение оказалась столь живучей? Эксперты считают это попыткой решить сложные проблемы простым способом. На образование государство тратит немалые деньги, а выпускники болтаются без работы. Почему бы не попытаться заставить их вернуть деньги в бюджет? Почему бы в приказном порядке не заставить работать эти 321 тысячу человек с вузовскими дипломами?

Самое простое в этой ситуации обвинить в самопиаре не очень компетентного депутата. Но ведь проблема глубже. Такое шараханье свидетельствует о растерянности общества (и не только российского - см. с.18) перед проблемой. Сотни тысяч безработных молодых специалистов (а всего, по данным Росстата, почти 2 млн молодых людей в возрасте от 15 до 24 лет не работают и не учатся) — серьезная социальная угроза. Не случайно законопроект с предложением вернуть распределение совпал с другой инициативой — продвигать целевое обучение за счет предприятий (пока в наших вузах целевиков немного — примерно 5%), развивать среднее профессиональное образование. Но главным остается другое — было бы куда устраивать этих специалистов после учебы.

Экспертиза

Кадры для будущего

Проблему подготовки кадров для предприятий в российских вузах сегодня нельзя решить административным способом, из-под палки. Есть другой путь, который заключается в партнерстве вузов и конкретных предприятий. В этом заинтересованы и вузы, и работодатели. Только на договорной основе можно эффективно готовить специалистов, не выбрасывая на ветер бюджетные средства. Но сотрудничество вузов и предприятий возможно, если последние четко представляют свое будущее.

Сегодня зазор между потребностями рынка труда и подготовкой кадров начинает сокращаться. В некоторых вузах (РГСУ, МИСиС и другие) студенты уже с первого курса распределяются по группам, в которых будут готовиться к работе на том или ином предприятии. Проходят еженедельную практику, выбирают спецкурсы, которые потребуются им в будущей работе. При этом для них сохраняется возможность поменять направленность обучения.

В РГУТУ им. Разумовского, например, при поддержке Минобрнауки создали образовательный кластер, который ориентирован на подготовку специалистов для Черкизовского мясокомбината. Под него подстроены учебные программы университета и нескольких колледжей — предприятию нужны не только инженеры и технологи, но и специалисты среднего звена с близкими компетенциями.

У нас есть большая проблема с предприятиями в моногородах. Там рынок труда сжался, новых рабочих мест создается мало, потребность в кадрах очень низкая. Направлять туда специалистов из региональных университетов — значит обрекать людей на работу без карьерных перспектив. С другой стороны, появляются небольшие, средние предприятия, быстро растущие, их называют «газелями». С ними связывают надежды на модернизацию экономики. Но этот сегмент рынка пока вузами почти не охвачен.

Мы все больше понимаем, что без принципиальных изменений в подготовке кадров экономику сдвинуть с места невозможно. Очень скоро экономике потребуются другие навыки и компетенции.

Можно оцифровать наш аналоговый мир. Но это не то же самое, что жизнь в цифровой культуре. А она предполагает другой вариант развития человека, с другими компетенциями, с другими коммуникационными навыками, с другой идеологией принятия решений. Его нельзя «направить по распределению» на работу. Он сам может и хочет выбрать деятельность, в которой будет возможность для самореализации. Поэтому очень скоро вузам надо будет опираться не только на сиюминутные потребности рынка труда, сколько на возможности новых студентов, которые растут в цифровом мире. Они уже приходят в вузы.

Детали

На работу становись

В Советском Союзе был накоплен огромный опыт распределения выпускников после вузов, и этот опыт крайне неоднозначен. Вот основные вехи

1933

Обязательное распределение было введено Советом народных комиссаров в 1933 году и тогда с этим не шутили. К примеру, в «Уральском рабочем» за 1939 год сообщалось о выпускнице Свердловского медицинского института, которой предложили работать по усмотрению в двух селах или в городе Сатка, а за отказ привлекли к уголовной ответственности по статье 131 тогдашнего УК («неисполнение обязательств по договору» с госучреждением, носящее злонамеренный характер). Как сообщала газета, обвинительное заключение было утверждено прокурором, а дело выпускницы направлено в народный суд.

1963

В хрущевские времена систему распределения пытались скорректировать. Одной из причин стало то, что сами выпускники саботировали распределение (могли не явиться по месту назначения, уголовную ответственность за это к тому времени отменили). И вот нововведения: в 1963 году выходит постановление о выдаче диплома только после отработки трех лет (позднее отменено). Но главное — учреждение, куда поступал выпускник, обязывают предоставлять ему достойную жилплощадь или, допустим, медобслуживание, это, по задумке, должно мотивировать молодежь.

1988

В последний раз о системе обязательного распределения говорилось в приказе Гособразования СССР 1988 года. Эксперты отмечают, что к тому времени сама система уже умирала естественной смертью: в частности, распределение в глухие уголки становилось редкостью. Однако сам текст приказа позволяет вспомнить, какими лазейками пользовалась советская молодежь, чтобы все равно откосить: например, беременным или родителям маленьких детей работа предоставлялась по месту постоянного жительства, к тому же супругов нельзя было разделять.

По материалам журнала «Новейшая история России», соб. инф.

Брифинг

Николай Кудрявцев, ректор МФТИ

Я еще участвовал в советском распределении, и уже тогда себя эта система изжила. Подавляющее большинство госструктур с большим запасом это все делают, а когда ребята туда приходят, работодатели не знают, чем их занять. Нужно, чтобы работодатели создавали рабочие места. Когда молодой человек или девушка идут учиться, они хотят, чтобы потом был выбор с местом работы.

Источник: Коммерсантъ FM

Георгий Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований НИУ ВШЭ

Такая модель будет работать в плановой экономике, что мы и видели на примере системы распределения в Советском Союзе, в рыночной экономике подобная система в чистом виде невозможна. Она нарушает весь принцип свободного перемещения и выбора, когда у работодателей есть возможность подобрать те кадры, которые именно им нужны, а у выпускников — кардинально поменять свою жизнь. Например, выучился человек на нефтяника и вдруг у него проснулся литературный талант. Зачем его рубить на корню?

Источник: «Российская газета»

Леонид Рошаль, президент НИИ неотложной детской хирургии и травматологии

Численность врачей — это не проблема Министерства здравоохранения. Это скорее социальная проблема, которая возникла из-за того, что с 90-х годов у нас отменили обязательное распределение выпускников, обучающихся за государственный счет, и у отрасли за эти годы почти не было «подпитки». В поликлиниках остаются вакантные места, нагрузка на существующий персонал вырастает... получается заколдованный круг. Я думаю, что без возвращения советской системы распределения выпускников-бюджетников нам эту проблему быстро не решить, а решать ее нужно как можно скорее...

Источник: «МИР 24»