Казахстанский закон о международных договорах в свете права международных договоров

Вестник ИЗ РК№1(17)-2010 г. - С. 65-71.

М.А. САРСЕМБАЕВ,

доктор юридических наук, профессор

КАЗАХСТАНСКИЙ ЗАКОН О МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРАХ В СВЕТЕ ПРАВА МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ

Венская Конвенция о праве международных договоров от 23 мая 1969 года вступила в силу 27 января 1980 года. В ней участвуют 76 государств, в том числе Республика Казахстан — с 31 марта 1993 года. На ее базе принят Закон Республики Казахстан от 30 мая 2005 года №54, который призван не только обеспечивать внешнеполитические и внутриполитические интересы Республики Казахстан, но и содействовать реализации норм упомянутой конвенции на всей территории Республики Казахстан. Но чтобы добиться осуществления этих двух целей, нужно, чтобы казахстанский законодатель в законе о международных договорах выразил своей отношение к каждому положению, к каждой норме данной Конвенции. В таком случае количество статей в Законе о международных договорах должно быть не менее 85 (именно столько статей в рассматриваемой Конвенции), а в нем (в Законе) -только 32. Отсюда следует, что две трети или по крайней мере половина международных проблем права международных договоров находятся вне поля зрения казахстанского законодателя. Если учесть особенности казахстанской практики имплементации международных договоров, согласно которым международные договоры, как правило, осуществляются через издаваемые государством внутренние акты (закон, указ Президента), то получается, что эти две трети норм Конвенции просто не осуществляются на территории республики. Между тем наше государство присоединилось к этой Конвенции, и фактом своего присоединения оно обязалось неукоснительно выполнять все без исключения нормы этой Конвенции. Поэтому выход один - концептуально и детально пересмотреть содержание ныне действующего Закона о международных договорах и внести в него в виде дополнений эти две трети норм Конвенции о праве международных договоров. Кроме того, численность статей казахстанского закона о международных договорах должна возрасти за счет страновой специфики, за счет того, что государство берет на себя обязательства по выполнению тех или иных норм данной Конвенции. При-

чем совокупность статей по этой специфике могла бы состоять из имеющихся в тексте Закона о международных договорах статей, а также из дополнительных статей, необходимость которых мы попытаемся обосновать в ходе сопоставительного анализа. В статье 2 (пункт 1, подпункт «а») записано, что «договор» означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, также независимо от его конкретного наименования. Мы должны констатировать, что в Конвенции дано формальное определение понятия «договор». Между тем в пункте 8 статьи 1 Закона Республики Казахстан «О международных договорах» дано более полное определение этого понятия; в нем сказано: «международный договор Республики Казахстан - международное соглашение, заключенное Республикой Казахстан с иностранным государством (иностранными государствами) или с международной организацией (международными организациями) в письменной форме и регулируемое международным правом независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или в нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования». Но и этого недостаточно. Мы считаем, что и текст Конвенции, и в текст казахстанского Закона нужно записать, что международный договор - это международное соглашение, добровольно заключенное участниками договора, представляет собой результат согласования воли этих участников.

В статье 2 Конвенции приводятся определения важных понятий «ратификации и иных похожих на нее понятий». «Ратификация», «принятие», «утверждение» и «присоединение», - говорится в Конвенции, - означают, в зависимости от случая, имеющий такое наименование международный акт, посредством которого государство выражает в международном плане свое согласие на обязательность для него договора». Анало-

«Жаршыныц» м^рагат 6emmepi

гичным выглядит определение понятий «ратификация», «принятие», «утверждение» и «присоединение» в пункте 13 статьи 1 казахстанского Закона о международных договорах: «ратификация, утверждение, принятие и присоединение - в зависимости от случая -имеющий такое наименование международный акт, совершаемый на основании соответствующего нормативного правового акта, посредством которого Республика Казахстан выражает в международном плане свое согласие на обязательность для нее международного договора». В обоих случаях не совсем понятно, почему ратификация является международным актом. Ратификация - это сугубо внутригосударственный процесс изучения, обсуждения, оценки международного договора внутригосударственными органами той или иной страны по поводу того, отвечают ли положения данного международного договора кровным интересам этого государства, который завершается в случае одобрения принятием внутригосударственного акта (закона, указа) о ратификации внутригосударственным законодательным органом страны - парламентом. В этом процессе нет ни грана международного действия. Поэтому было бы целесообразнее в обоих определениях термин «международный акт» заменить на более правильный по нашему мнению - «внутригосударственный акт».

В статье 3 Конвенции достаточно подробно говорится о международных соглашениях, не входящих в сферу применения настоящей Конвенции, но казахстанский законодатель обошел вниманием нормы этой статьи. Было бы неплохо идеи этой статьи включить в текст Закона о международных договорах.

Статья 5 Конвенции в нескольких строках говорит о договорах, учреждающих международные организации, и договорах, принятых в рамках международных организаций: «Настоящая Конвенция применяется к любому договору, являющемуся учредительным актом международной организации, и к любому договору, принятому в рамках международной организации, без ущерба для соответствующих правил данной организации». Казахстанский законодатель мог бы определиться с правовой природой таких договоров, поскольку во взаимоотношениях Казахстана в Таможенном союзе, в ЕврАзЭС возникают договорные проблемы, в частности, проблемы, связанные с исполнением обязательных решений исполнительных органов Таможенного союза.

Условия установления аутентичности текста прописаны статьей 10 Конвенции следующим образом: «Текст договора становится аутентичным и окончательным: а)

в результате применения такой процедуры, какая может быть предусмотрена в этом тексте или согласована между государствами, участвующими в его составлении; или b) при отсутствии такой процедуры - путем подписания, подписания ad referendum или парафирования представителями этих государств текста договора или заключительного акта конференции, содержащего этот текст». В тексте нашего казахстанского Закона о международных договорах не содержатся подобного рода условия. Думается, данный Закон можно дополнить аналогичными нормами.

Статья 11 Конвенции приводит практически исчерпывающий перечень способов выражения согласия на обязательность договора: «Согласие государств на обязательность для него договора может быть выражено подписанием договора, обменом документами, образующими договор, ратификацией договора, его принятием, утверждением, присоединением к нему или любым другим способом, о котором условились». Если эти способы сравнить со способами, приведенными в Законе о международных договорах, то мы увидим, что в этом Законе нет такого способа, как обмен документами, образующими договор. Надо Закон дополнить этим способом, так как и Казахстан имеет и будет иметь международные договоры в виде обмена нотами. Число таких договоров будет расти, и поэтому уже сегодня надо подумать о необходимости правового урегулирования подобного рода международных договоров Республики Казахстан. В этой связи есть смысл вникнуть в содержание статьи 13 Конвенции: «Согласие государств на обязательность для них договора, состоящего из документов, которыми они обмениваются, выражается посредством этого обмена, если: а) эти документы предусматривают, что обмен ими будет иметь такую силу; или b) иным образом установлена договоренность этих государств о том, что этот обмен документами должен иметь такую силу». Нам кажется, надо бы текст статьи 13 этой Конвенции дополнить фразой «нормативного характера» после слов «Согласие государств на обязательность для них договора, состоящего из документов», поскольку ноты, письма и иные документы, которыми стороны обмениваются, могут быть ненормативными, информационными, не регулирующими права и обязанности договаривающихся сторон.

Можно с гордостью сказать о статье 11 казахстанского Закона о международных договорах, которая указывает на виды международных договоров, которые подлежат ратификации: «Ратификации подлежат

международные договоры: 1) предметом которых являются права и свободы человека и гражданина; 2) выполнение которых требует изменения действующих или принятия новых законов, а также устанавливающие иные правила, чем предусмотрено законами Республики Казахстан; 3) о территориальном разграничении Республики Казахстан с другими государствами, включая международные договоры о прохождении Государственной границы Республики Казахстан, а также о разграничении исключительной экономической зоны и континентального шельфа Республики Казахстан; 4) об основах межгосударственных отношений, по вопросам разоружения или международного контроля над вооружениями, обеспечения международного мира и безопасности, а также мирные международные договоры и международные договоры о коллективной безопасности; 5) об участии Республики Казахстан в межгосударственных объединениях и международных организациях, если такие международные договоры предусматривают передачу им осуществления части суверенных прав Республики Казахстан или устанавливают юридическую обязательность решений их органов для Республики Казахстан; 6) о государственных займах; 7) об оказании Республикой Казахстан экономической и иной помощи, кроме гуманитарной». Эти виды международных договоров, которые необходимо ратифицировать, можно вписать в статью 14 Конвенции о праве международных договоров. В свою очередь, статья 11 казахстанского Закона о международных договорах выиграла бы, если пункты «Ь», «с», статьи 14 Конвенции стали пунктами 10, 11, 12 статьи 11 Закона о международных договорах: «Ь) иным образом установлено, что участвующие в переговорах государства договорились о необходимости ратификации; с) представитель государства подписал договор под условием ратификации; или d) намерение государства подписать договор под условием ратификации вытекает из полномочий его представителя или было выражено во время переговоров».

Закон Республики Казахстан содержит единственную статью - статью 19, которая посвящена оговоркам к многосторонним международным договорам. В ней приведены 3 положения: «1. При подписании, ратификации, утверждении, принятии многосторонних международных договоров или присоединении к ним могут быть сформулированы оговорки в соответствии с условиями многосторонних международных договоров и нормами международного права. 2. Оговорки могут быть сняты в любое время, если многосторонним международным до-

говором не предусмотрено иное, в том же порядке, в каком они были сформулированы. 3. Принятие сформулированной другой договаривающейся стороной оговорки к многостороннему международному договору или возражение против нее осуществляется в соответствии с условиями многостороннего международного договора и нормами международного права на основании заключения центрального государственного органа Республики Казахстан, к компетенции которого относится предмет регулирования оговорки». Этого мало, поскольку оговорки позволяют государству защищать коренные интересы страны, которая присоединилась или ратифицировала многосторонний международный договор. Поэтому мы предлагаем более пристально присмотреться к 5-ти развернутым статьям Конвенции о праве международных договоров.

Так, статья 19 Конвенции озаглавлена «Формулирование оговорок» и раскрывает тему статьи следующим образом: «Государство может при подписании, ратификации, принятии или утверждении договора или присоединении к нему формулировать оговорку, за исключением тех случаев, когда:

a) данная оговорка запрещается договором;

b) договор предусматривает, что можно делать только определенные оговорки, в число которых данная оговорка не входит; или

c) в случаях, не подпадающих под действие пунктов «а» и «Ь», оговорка несовместима с объектом и целями договора».

Для казахстанского законодателя могла бы представить интерес статья 20 по поводу принятия оговорок и возражений против них: «1. Оговорка, которая определенно допускается договором, не требует какого-либо последующего принятия другими договаривающимися государствами, если только договор не предусматривает такого принятия. 2. Если из ограниченного числа участвовавших в переговорах государств и из объекта и целей договора явствует, что применение договора в целом между всеми его участниками является существенным условием для согласия каждого участника на обязательность для него договора, то оговорка требует принятия ее всеми участниками. 3. В том случае, когда договор является учредительным актом международной организации и если в нем не предусматривается иное, оговорка требует принятия ее компетентным органом этой организации. 4. В случаях, не подпадающих под действие предыдущих пунктов, и если договор не предусматривает иное: а) принятие оговорки другим договаривающимся государством делает государство, сформулировавшее оговорку, участником этого договора по отношению к принявше-

му оговорку государству, если договор находится в силе или когда он вступает в силу для этих государств; Ь) возражение другого договаривающегося государства против оговорки не препятствует вступлению договора в силу между государством, возражающим против оговорки, и государством, сформулировавшим оговорку, если возражающее против оговорки государство определенно не заявит о противоположном намерении; с) акт, выражающий согласие государства на обязательность для него договора и содержащий оговорку, приобретает силу, как только по крайней мере одно из других договаривающихся государств примет эту оговорку. 5. Поскольку это касается пунктов 2 и 4 и если договор не предусматривает иное, оговорка считается принятой государством, если оно не выскажет возражений против нее до конца двенадцатимесячного периода после того, как оно было уведомлено о такой оговорке, или до той даты, когда оно выразило свое согласие на обязательность для него договора, в зависимости от того, какая из этих дат является более поздней».

Идеи статьи 21 Конвенции о юридических последствиях оговорок и возражениях против оговорок могли бы стать полезными и интересными для казахстанского закона о международных договорах: «1. Оговорка, действующая в отношении другого участника в соответствии со статьями 19, 20 и 23: а) изменяет для сделавшего оговорку государства в его отношениях с этим другим участником положения договора, к которым относится оговорка, в пределах сферы действия оговорки; и Ь) изменяет в той же мере указанные положения для этого другого участника в его отношениях со сделавшим оговорку государством. 2. Оговорка не изменяет положений договора для других участников в их отношениях между собой. 3. Если государство, возражающее против оговорки, не возражало против вступления в силу договора между собой и сделавшим оговорку государством, то положения, к которым относится оговорка, не применяются между этими двумя государствами в пределах сферы действия такой оговорки».

Снятие оговорок и возражения против оговорок, заложенные в статье 22 Конвенции, могли бы стать интересными понятиями для Закона о международных договорах, определения по которым грамотно сформулированы: «1. Если договор не предусматривает иное, оговорка может быть снята в любое время и для ее снятия не требуется согласия государства, принявшего оговорку. 2. Если договор не предусматривает иное, возражение против оговорки может быть снято в любое время. 3. Если иное не предус-

матривается договором или не было другим образом обусловлено: а) снятие оговорки вступает в силу в отношении другого договаривающегося государства только после получения этим последним уведомления об этом; Ь) снятие возражения против оговорки вступает в силу только после получения государством, сформулировавшим оговорку, уведомления об этом».

Процедурные вопросы, касающиеся оговорок, закрепленные в статье 23 Конвенции, определены в 4-х положениях: «1. Оговорка, определенно выраженное согласие с оговоркой и возражение против оговорки должны быть сделаны в письменной форме и доведены до сведения договаривающихся государств и других государств, имеющих право стать участниками договора. 2. Если оговорка сделана при подписании договора, подлежащего ратификации, принятию или утверждению, она должна быть официально подтверждена сделавшим оговорку государством при выражении им своего согласия на обязательность для него этого договора. В этом случае оговорка считается сделанной в день ее подтверждения. 3. Определенно выраженное согласие с оговоркой или возражение против оговорки, высказанные до ее подтверждения, сами по себе не требуют подтверждения. 4. Снятие оговорки или возражения против оговорки должно осуществляться в письменной форме». Подобные процедурные вопросы пришлись бы к месту и в тексте казахстанского Закона о международных договорах».

Для нашего правосознания необычно воспринимается вопрос о временном применении международных договоров. Вот и казахстанский законодатель не стал вникать в это необычное понятие и поэтому ему в тексте Закона о международных договорах надлежащее место отведено не было. Тем временем статья 25 Конвенции довольно скрупулезно раскрывает понятие временного применения международных договоров: «1. Договор или часть договора применяются временно до вступления договора в силу, если: а) это предусматривается самим договором; или Ь) участвовавшие в переговорах государства договорились об этом каким-либо иным образом. 2. Если в договоре не предусматривается иное или участвовавшие в переговорах государства не договорились об этом, временное применение договора или части договора в отношении государства прекращается, если это государство уведомит другие государства, между которыми временно применяется договор, о своем намерении не стать участником договора».

Если мы в тексте своего Закона о международных договорах определим место для

размещения положения, аналогичному положению статьи 26 Конвенции и введем в обычный юридический оборот латинскую фразу «pacta sunt servanda» (договоры должны соблюдаться) и впишем, что каждый действующий договор обязателен для Республики Казахстан и должен ею добросовестно выполняться, мы тем самым на порядок повысим имидж своей страны в глазах мирового сообщества государств.

Закон Республики Казахстан статьей 3 указывает на необходимость проведения экспертизы международных договоров, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проектов международных договоров: «Международные договоры, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проекты международных договоров после согласования с заинтересованными центральными государственными органами Республики Казахстан по вопросам, относящимся к их компетенции, подлежат обязательной юридической экспертизе в Министерстве юстиции Республики Казахстан». При этом Министерство юстиции Республики Казахстан назначено ответственным министерством за проведение юридической экспертизы, что означает давать заключения о соответствии положений международных договоров, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проектов международных договоров законодательству Республики Казахстан, а также определять способы выражения Республикой Казахстан согласия на обязательность для нее международных договоров. Нужно четко знать, что международные договоры, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проекты международных договоров, прошедшие экспертизу Министерства юстиции Республики Казахстан, должны быть согласованы в Министерстве иностранных дел Республики Казахстан.

Полномочия Министерства иностранных дел Республики Казахстан в связи с этой экспертизой определены так. Оно дает заключения о внешнеполитической целесообразности заключения международных договоров; дает заключения о соответствии положений международных договоров, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проектов международных договоров международным договорным и иным обязательствам Республики Казахстан и по другим вопросам, связанным с их вступлением в силу и выполнением; определяет виды заключаемых Республикой Казахстан международных договоров.

Законодатель сделал правильно, не обой-

дя вниманием вопросы научной экспертизы международных договоров, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также проектов международных договоров. Юридическая и научная экспертизы проводятся в целях приобщения Республики Казахстан к наиболее качественным правовым документам международного профиля, в целях использования полезных оговорок при присоединении к многосторонним международным договорам для защиты политических, экономических и иных интересов Республики Казахстан. Предлагаем вникнуть в содержание статьи 4 Закона Республики Казахстан о международных договорах: «По международным договорам, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан, а также по проектам международных договоров, подлежащих ратификации, по инициативе Правительства или центральных государственных органов Республики Казахстан при необходимости проводится соответствующая научная экспертиза. Обязательная научная экспертиза проводится в случаях, предусмотренных законодательными актами Республики Казахстан. Научная экспертиза проводится в соответствии с законодательством Республики Казахстан научными организациями и (или) высшими учебными заведениями соответствующего профиля, экспертами, привлекаемыми из числа ученых и специалистов, в том числе зарубежными, за исключением лиц, принимавших участие в подготовке проекта или инициировании заключения международного договора, участницей которого намеревается стать Республика Казахстан.

В пункте 3 рассматриваемой нами статьи Закона четко обозначены цели проведения научной экспертизы. В нем говорится, что такая экспертиза проводится в целях: «1) оценки качества, обоснованности, своевременности и правомерности проекта, а также соблюдения в проекте гарантированных Конституцией Республики Казахстан прав и свобод человека и гражданина; 2) определения возможной эффективности международного договора, участницей которого намеревается стать Республика Казахстан, а также проекта международного договора; 3) выявления возможных отрицательных последствий заключения международного договора».

Вопросам толкования международных договоров Закон о международных договорах не придает особого значения и казахстанский законодатель ограничился одной статьей. Это скорей всего связано с тем, что отношение в нашем обществе и государстве к международно-правовым документам за-

ранее доверительное и в этой связи малокритичное. У нас к тому же мало опыта по решению проблем возникающих коллизий, связанных с применением международно-правовых актов. Между тем мы должны подходить ко всем таким международным актам и договорам обстоятельно, с учетом необходимости защиты наших национальных интересов. В какой-то степени введение научной и юридической экспертиз международных актов, проектов международных договоров будет содействовать толкованию положений и норм международно-правовых документов. Но этого недостаточно, к тому же толкование норм международного договора означает комментарий официальных государственных органов.

Сама Конвенция о праве международных договоров нормам толкования посвящает целых 3 статьи (статьи 31, 32, 33). Статья 31 Конвенции излагает общее правило толкования: «Договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора. Для целей толкования договора контекст охватывает, кроме текста, включая преамбулу и приложения: а) любое соглашение, относящееся к договору, которое было достигнуто между всеми участниками в связи с заключением договора; Ь) любой документ, составленный одним или несколькими участниками в связи с заключением договора и принятый другими участниками в качестве документа, относящегося к договору. Наряду с контекстом учитываются: а) любое последующее соглашение между участниками относительно толкования договора или применения его положений; Ь) последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкования; с) любые соответствующие нормы международного права, применяемые в отношениях между участниками».

Дополнительные средства толкования находят свое отражение в статье 32 Конвенции: «Возможно обращение к дополнительным средствам толкования, в том числе к подготовительным материалам и к обстоятельствам заключения договора, чтобы подтвердить значение, вытекающее из применения статьи 31, или определить значение, когда толкование в соответствии со статьей 31: а) оставляет значение двусмысленным или неясным; или Ь) приводит к результатам, которые являются явно абсурдными или неразумными».

Необходимо толкование договоров, аутентичность текста которых была установлена на двух или нескольких языках. По-

этому статья 33 Конвенции устанавливает: «Если аутентичность текста договора была установлена на двух или нескольких языках, его текст на каждом языке имеет одинаковую силу, если договором не предусматривается или участники не условились, что в случае расхождения между этими текстами преимущественную силу будет иметь какой-либо один определенный текст. Вариант договора на языке ином, чем те, на которых была установлена аутентичность текста, считается аутентичным только в том случае, если это предусмотрено договором или если об этом условились участники договора. Предполагается, что термины договора имеют одинаковое значение в каждом аутентичном тексте. За исключением того случая, когда в соответствии с пунктом 1 преимущественную силу имеет какой-либо один определенный текст, если сравнение аутентичных текстов обнаруживает расхождение значений, которое не устраняется применением статей 31 и 32, принимается то значение, которое, с учетом объекта и целей договора, лучше всего согласовывает эти тексты».

Хотя наше государство все еще молодое, тем не менее, в разные периоды мы были и является председателями ряда межправительственных организаций, в том числе ОБСЕ, поэтому мы можем, и если этого требуют международные и национальные интересы, должны вносить соответствующие предложения о поправках в многосторонние договоры. Более подробно об этом регламентировано в статье 40 Конвенции: «Если договор не предусматривает иное, при внесении поправок в многосторонний договор следует руководствоваться нижеследующими пунктами. Все договаривающиеся государства должны уведомляться о любом предложении, касающемся поправок к многостороннему договору, которые должны действовать в отношениях между всеми участниками, причем каждое из договаривающихся государств имеет право участвовать: а) в принятии решения о том, что следует сделать в отношении такого предложения; Ь) в переговорах и заключении любого соглашения о внесении поправок в договор. Каждое государство, имеющее право стать участником договора, также имеет право стать участником договора, в который были внесены поправки. Соглашение о внесении поправок не связывает государство, уже являющееся участником договора, но не ставшее участником соглашения о внесении поправок в договор. Государство, которое стало участником договора после вступления в силу соглашения о внесении поправок, если только оно не заявляет об ином намерении: а) считается участником договора, в который были внесены поправки; и

Ь) считается участником договора, в который не были внесены поправки, в отношении любого участника договора, не связанного соглашением о внесении поправок в договор».

В Закон о международных договорах казахстанский законодатель мог бы включить дополнительные нормы о том, что Республика Казахстан вправе ссылаться на ошибку в договоре как на основание недействительности его согласия на обязательность для него этого договора, если ошибка касается факта или ситуации, которые, по предположению нашего государства, существовали при заключении договора и представляли собой существенную основу для его согласия на обязательность для него данного договора, как это предусмотрено в статье 48 Конвенции о праве международных договоров. Исходя из положений статьи 49 Конвенции, в казахстанский закон можно внести дополнение о том, что если Республика Казахстан заключила договор под влиянием обманных действий другого участвовавшего в переговорах государства, то она вправе ссылаться на обман как на основание недействительности своего согласия на обязательность для нее договора.

Если согласие государства на обязательность для него договора было выражено в ре-

зультате прямого или косвенного подкупа его представителя другим участвовавшим в переговорах государством, принуждения представителя государства действиями или угрозами, направленными против него, угрозы силой или ее применения в нарушение принципов международного права, воплощенных в Уставе Организации Объединенных Наций, то первое государство вправе ссылаться на такой подкуп как на основание недействительности его согласия на обязательность для него такого договора. Эти положения могли бы стать предметом ряда статей в казахстанском Законе о международных договорах. Законодатель Республики Казахстан мог бы обратить внимание на статью 53 Конвенции, которая объявляет договор ничтожным, «если в момент заключения он противоречит императивной норме общего международного права. Поскольку это касается настоящей Конвенции, императивная норма общего международного права является нормой, которая принимается и признается международным сообществом государств в целом как норма, отклонение от которой недопустимо и которая может быть изменена только последующей нормой общего международного права, носящей такой же характер».

Автор мацаласында цолданыстагы халыцаралыц шарттар туралы зацыныц мазмунын царастыру цажеттттн, оган толыцтырулар енг1зу туралы айтады, цазацстандыц халыцаралыц шарттар туралы зац баптарыныц салыстырмалы талдауын жасайды жэне де халыцаралыц шарттардыц гылыми жэне зац сараптамасы мэселест цозгайды.

Автор говорит о необходимости пересмотра содержания ныне действующего Закона о международных договорах и внесения в него дополнений, делает сопоставительный анализ статей казахстанского Закона о международных договорах и Конвенции о праве международных договоров, касается вопросов научной и юридической экспертизы международных договоров, участницей которых намеревается стать Республика Казахстан.

Литература

1. Право международных договоров. - В книге: Международное право. Сборник документов в 2 частях. Составители заслуженный юрист Российской Федерации докт. юрид. наук, проф. К.А. Бекяшев и канд. юрид. наук, доцент Д.К. Бекяшев. Часть 1. - М.: Проспект, 2006. - С. 330-393.

2. Закон Республики Казахстан от 30 мая 2005 года №54 «О международных договорах Республики Казахстан». - Ведомости Парламента Республики Казахстан, 2005.- №10, статья 35.

3. Лукашук И.И. Нормы международного права в международной нормативной системе. -М.: «Спарк», 1997.

4. Правотворческая деятельность международных организаций. - М., 1988.

5. Талалаев А.Н. Право международных договоров. Договоры с участием международных организаций. - М.: Международные отношения, 1989.

6. Талалаев А.Н. Международные договоры. Общие вопросы. - М.: Международные отношения, 1980.

7. Контроль в международном праве. - Казань: Издательство Казанского университета, 2001.

8. Венская конвенция о праве международных договоров: Комментарий / Сост. и автор А.Н. Талалаев. — М., 1997.

9. Сарсембаев М.А., Сарсембаев К.М. Международное право. Учебник. (Право международных договоров). - Алматы: Жеты Жаргы, 2009. - Стр. 64-74.