Социально-философские идеи в работах Г. Л. А. Харта

13. РАЗНОЕ

13.1. СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ В РАБОТАХ Г.Л.А.ХАРТА

Яблокова Наталия Игоревна, д-р филос. наук, профессор. Должность: профессор. Место работы: ФГБОУ ВО МГТУ «СТАНКИН». Подразделение: кафедра философии. E-mail: filosofya@mail.ru

Аннотация: В статье проанализированы социально-философские идеи Г.Л.А.Харта, английского философа и теоретика права, одного из тех авторов, чьи работы сыграли значимую роль в философии права ХХ века. На примере указанных идей Харта, а также идей тех авторов, которые вступали с ним в полемику, показаны разные установки представителей юридического позитивизма, с одной стороны, к числу которых примыкал и Харт, и теоретиков концепции естественного права (юснатурализма), с другой стороны, - по вопросам соотношения морали и права, права и неправа, возможности неповиновения праву в общественной жизни, ценности права. Отрицая моральное содержание норм права, Харт, тем не менее, допускал моральную ценность самой формы права, ведущей к стабильности в обществе.

Ключевые слова: Герберт Лайонел Адольфус Харт; мораль; право; философия права; юридический позитивизм, юснатурализм.

SOCIAL-PHILOSOPHICAL IDEAS IN WORKS OF G.L.A.HART

Yablokova Natalia Igorevna, Dr of philosophy, professor. Position: professor. Place of employment: FSBEI HE MSTU «STANKIN». Department: philosophy chair.

Annotation.In article analyzed social-philosophical ideas of G.L.A.Hart, English philosopher and theorist of law, one of authors, whose work played significant role in philosophy of law of XX century. From example of these ideas of Hart, as well as ideas of those authors, who engage with him in debate, shows different installation of representatives of juridical positivism, on one side, among which are adjacent and Hart, and theorists of concept of natural law (yusnaturalizm), on other side, on questions about relation between morality and law, law and not-law, possibility of disobedience to law in social life, values of law. Denying moral content of law, Hart, however, allowed moral value of form of law itself, leading to stability in society. Keywords: Herbert Lionel Adolphus Hart; law; morality; philosophy of law; juridical positivism; jusnaturalizm.

Г.Л.А.Харт относится к числу тех философов и теоретиков права, чьи социально-философские идеи не потеряли до сих пор своей актуальности. Именно он был одним из создателей самостоятельного направления в философии права - аналитической философии права, чьей задачей выступило прояснение языка права путем анализа его основных понятий. Вместе с тем в своих работах он поднял и целый ряд социально-философских проблем, а именно: что есть правовая действительность, какова ее роль в обществе, как соотносятся мораль и право в ракурсе форм общественного и личностного сознаний, какова соразмерность актов воли и ответственность и пр.[2; 3].

Харт неоднократно указывал на то, что правоведы, в том числе и теоретики права, к огромному сожалению, недостаточно внимания уделяют философской сторо-

не права, а философия имеет огромную значимость для юриспруденции. В частности, он отмечал, что «философское определение или объясняющее прояснение (explanatory elucidation) предназначено не для того, чтобы научить несведущих, но для объяснения тех черт, которые все еще представляют загадку для тех, кто овладел этим словоупотреблением» [3, с.153-154].

Своими работами (особенно раннего периода его творчества) он доказывал, что развиваемая им аналитическая философия права способна внести значительный вклад в понимание природы права, влияет на мышление тех, кто занимается изучением юриспруденции. Так, анализируя понятие «должное» как противоположное понятию «сущее», он пришел к выводу, что должное не всегда связано с моральным началом, а, проведя исследование понятий, столь часто встречающихся в правовой литературе, «быть обязанным» и «иметь обязательства», Харт заключил, что они не являются синонимичными, как это нередко представляется юристами.

Еще одна проблема, принимающая социально-философское звучание у Харта, - это проблема соотношения морали и права, которая поднимается в ряде его работ. Так, в статье «Позитивизм и разграничение права и морали», основой которой стала лекция, прочитанная им в Гарвардском университете, Харт анализировал взгляды мыслителей, поставивших в центр своей философии права соотношение правовых и социальных проблем. В частности, он ссылался на труды И.Бентама и Дж.Остина, которые пытались отделить право, какое оно есть, от права, каким оно должно быть, утверждая при этом, что на такое разграничение их натолкнула социальная философия. «Существование права - одно дело; его достоинства или недостатки - другое» [3, с.172], хотя для большинства юристов и не-юристов «сущее и должное... были единым и неделимым» [3, с.175]. При этом сущее право является не идеальным, а реальным; должное же право они рассматривали сквозь призму превалирования тех или иных моральных ценностей.

Вместе с тем ни Бентам, ни Остин никогда не отрицали значение моральных суждений для развития правовых систем и влияние права на формирование и развитие нравственных стандартов. Более того, они отмечали, что время от времени моральные принципы могут вноситься в правовую систему, составлять часть ее норм. Однако и названные авторы, и Харт были категорически против утверждения, что если норма является морально желательной, то она непременно должна получить правовой статус, тем самым, все-таки отделяя мораль от права.

В связи с этим нельзя не согласиться с юридическими позитивистами, к числу которых принадлежал и Харт (хотя его позитивизм был более утонченным), что отделение права от морали, как самостоятельных форм общественного сознания, позволило понять особенности права и специфику морали как средств, инструментов, форм социального контроля.

Одновременно Харту и тем мыслителям, которые утверждали о независимости существующего права от морали, предстояло ответить на непростой вопрос, может ли быть такое право аморальным? Бентам и Остин считали, что «законы, даже если они грубо попирали нормы морали, все равно оставались законами» [3, с.177].

СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ИДЕИ В РАБОТАХ Г.Л.А.ХАРТА Яблокова Н.И.

В полемику с юридическими позитивистами вступали представители концепции естественного права (юсна-турализма). Здесь нельзя не вспомнить идеи одного из мыслителей, который включился в дискуссию с юридическими позитивистами, - Густава Радбруха, который до нацистской тирании принадлежал к числу юридических позитивистов, но после прихода нацистов к публичной власти кардинально поменял свои взгляды. Он задавался вопросом, можно ли нацистское законодательство назвать правом? И отвечал на этот вопрос отрицательно. Более того, он считал обязанностью каждого юриста и судьи отказаться от применения закона, нарушающего основные принципы нравственности, не просто как аморального или ошибочного, а как не носящего правового характера. Пафос его выступлений состоял в том, что право, основанное на аморальности, не может называться правом, фундаментальные принципы гуманистической морали являются частью идеи права. При этом право он определял как «волю к справедливости».

Однако в связи с рассуждениями Г.Радбруха возникает непростой вопрос, который имеет явно выраженный социально-философский характер: следует ли подчиняться такому праву? Отметим, что после II Мировой войны данная тема стала весьма актуальной из-за обвинений, выдвинутых в адрес военных преступников, которые ссылались на соответствие своих преступных действий законам, имеющим место на тот момент в нацистской Германии. Доводом против них выступило то, что эти законы нельзя было считать законами постольку, поскольку они противоречили принципам гуманистической морали.

Вместе с тем Радбрух не стал упрощать проблему: несправедливость закона и запрет на его выполнение бывают только в тех случаях, когда негативные последствия его применения очевидны. Право, помимо нацеленности на справедливость, обладает и такими свойствами, как обеспечение порядка в социуме, выражение общественной пользы. И если закон обеспечивает, например, стабильность, но при этом он представляется не соответствующим морали, то тогда приходится выбирать меньшее из двух зол: не подчиняться данному закону в силу его аморальности или все-таки допустить действие этого закона, который ведет к установлению стабильного правопорядка. Одновременно для Радбруха сомнений не было в случаях, когда закон прямо попирал представления гуманистической морали. Именно тогда, по его мнению, право становилось неправом.

Позиция Харта в этой дискуссии с Радбрухом следующая: даже, если право противоречит нормам морали, оно не перестает быть правом, хотя и является дурным правом. «Если же мы, выражая наш протест, утверждаем, что эти дурные вещи не являются правом, то мы утверждаем нечто такое, что многие люди не поймут и что...потребует решения множества философских вопросов...» [5, с.162].

В работе «Понятие права», рассуждая, что есть право, Харт выделил узкую и широкую трактовки права. Широкая трактовка - это, по сути, позитивистская трактовка права, в которой отрицается связь между моралью и правом; в узкой трактовке - правовой характер юридических норм, грубо попирающих нормы морали, отрицается. Однако сам Харт негативно относился к узкой трактовке права, полагая, что она приведет к пересмотру предмета юридической науки, а именно исключению из него «неправовых» законов, а также соз-

даст ряд проблем в правоприменении («стоит ли выполнять аморальные законы?»).

Позиция Харта подверглась критике. В частности, некоторые правоведы полагали, что в правовом государстве не может быть несправедливых законов, так как все они исходят из конституционных принципов, являющихся воплощением общепризнанных в этом обществе норм морали1.

Дискуссии по проблеме соотношения морали и права показали, что право всегда формируется под влиянием определенной морали, а судья, особенно в случаях, говоря словами Харта, когда «право находится в полутени», действует исходя их своих убеждений и моральных принципов (этих моментов, собственно, не отрицал и Харт, как не отрицали их и юридические позитивисты). Однако целый ряд аспектов вызывали вопросы не только у Харта, но и у иных философов права. В частности, можно ли сказать, что основной закон государства - Конституция - через конституционно-правовые нормы выражает и общезначимые нормы морали, принятые в данном обществе, или такой общезначимости нет, а существует только компромисс, детерминированный определенными местом и временем? Может ли быть моральным закон (собственно, правовой закон, исходя из утверждений сторонников естественного права), но при этом аморальным его правоприменение? Всякий ли закон воплощает общезначимость в морали? Как быть в том случае, если одной группе в обществе он представляется моральным, а другой - аморальным? И что делать представителям этой последней из названных групп: не выполнять или выполнять соответствующие законы?

Харт полагал, что моральный консенсус может быть только относительно конечных целей выживания общества, во всех иных аспектах такой консенсус вряд ли возможен. «Цели, превышающие этот минимум, ради которых люди живут в обществе, слишком противоречивы и разнообразны, для того чтобы позволить сильное расширение довода, согласно которому большее пересечение правовых норм и моральных стандартов "необходимо" в этом смысле» [3, с.207].

Не менее сложными бывают и ситуации, когда в законодательстве сталкиваются моральные ценности: например, законодательство поощряет доносительство, в том числе и на своих близких, апеллируя к долгу перед государством, уповая на необходимость укрепления национальной безопасности, однако здесь же фигурируют и иные моральные ценности - долг перед семьей, родителями и пр., и такой донос на родных и близких, даже если они и преступили черту законности, может быть воспринят, как предательство.

Харт небезосновательно полагал, что апелляция к моральным нормам не дает готового ответа для встречающихся правовых коллизий. Поэтому он предлагал оценивать право не по выраженности тех или иных общезначимых моральных идеалов, а по той функции, которую оно выполняет в обществе, а именно - формирование в нем стабильного правопорядка, урегулирование общественных отношений нормами права. В связи с этим он писал, что право всегда воплощает хотя бы минимум справедливости (такую справедливость права он называл естественной справедливостью, внутренней моральностью права) [2]. Вместе с тем такая моральность, по Харту, - это моральность выражения правовой нормы, однако она

1 Такова, в частности, была позиция Р.Драйвера, Л.Фуллера, Дж.Питчера и др. Подробнее см.: [5, с.163-177].

ничего не говорит о содержательной стороне данной нормы. В этом, собственно, коренится различие между сторонниками теории естественного права и юридическими позитивистами. Если первые делали акцент на содержании правовой нормы, полагая, что в случае аморальности такого содержания, ее нельзя называть правовой, то вторые - исходили из того, что норма права не перестанет быть правовой, даже при ее явном расхождении с нормами морали, так как по форме она сопряжена с правом.

Следует подчеркнуть, что для юридических позитивистов критерием оценки выступает не соответствие норм права морали, а их эффективность, практическая ценность, поэтому при правоприменении важна не только мораль, но и более широкий социальный контекст, в котором действуют правовые нормы. При этом ни Харт, ни иные позитивисты не отрицают того, что если право соответствует общезначимым моральным нормам (причем неважно, что конкретно скрывается за этими нормами), то его эффективность в правоприменительной практике повышается. Даже если они и употребляют понятие «мораль», то, по сути, их не интересует, что скрывается под этой моралью, составляет ее содержание.

Заслугой Харта представляется то, что при разделении права, как оно есть, от права, каким оно должно быть, он выделял суждения о фактах - в первом случае (право существующее) и оценочные суждения - во втором случае. При этом он смешивал в оценочных суждениях случаи, когда оценка имеет объективное основание, и оценочное суждение, выражающее субъективные предпочтения, хотя отдаленно такое разделение у него намечается. Так он писал: «Общим для каждого из этих вариантов выступает утверждение о том, что суждения о должных действиях, поскольку они содержат "некогнитивные" элементы, не могут быть, подобно суждению о фактах, доказаны или установлены рациональными методами и не могут быть выведены из суждений о фактах, но только из других суждений о должном вместе с каким-либо суждением о факте» [3, с.209]. Харт в особую группу выделял суждения о средствах и целях. При этом он справедливо отмечал, что мы можем рационально обнаружить, какие средства подходят к данным целям, но цели рационально обнаружить нельзя, так как они «представляют собой результат волевого акта, выражение "эмоций", "предпочтений" или отношений к чему-либо» [3, с.210].

В свете изложенной выше проблематики весьма интересна дискуссия Харта с Л.Фуллером, автором работы «Мораль права» [1]. Фуллер стремился раскрыть моральные принципы правотворческого процесса. В связи с этим он выделял мораль как некий идеал, к которому необходимо стремиться для достижения более совершенной жизни, и мораль, которая способствует становлению социального порядка. Именно мораль во втором из названных значений является необходимым условием для придания закону юридического характера. В этом случае мораль предстает как совокупность определенных стандартов правотворческих процедур.

Расхождения с Хартом четко изложены в работе Фуллера «Позитивизм и верность праву: ответ профессору Харту» [3, с.288-291]. В частности, Фуллер описывал здесь принципы внутренней морали, отнесенные им, как отмечалось выше, к процессуальным аспектам права (общие правила не подменяются решениями ad hoc; знание таких правил доступно заинтересованным лицам; такие правила не имеют обрат-

ной силы; логически не противоречивы и пр.). Следует обратить внимание, что Фуллер не обращался к содержательной стороне правовой нормы и не анализировал ее в ракурсе моральности. Речь шла лишь о процессуальных аспектах правотворчества и выработке его «морального кодекса». Хотя в известной степени стандарты правотворчества могут затрагивать и определенные содержательные моменты. Как писал Х.Мак-Каубри, «соблюдение принципов Фуллера позволяет избежать "тирании" в смысле совершенно открытого произвола, но не аморальности легального порядка» [5, с.178]. Вместе с тем Фуллер сформировал основы подхода, при котором право само рассматривается как ценность в ракурсе ценности режима законности.

Итак, осмысление работ Г.Л.А.Харта со всей очевидностью показало, что он поставил и попытался решить целый ряд вопросов, которые, как представляется, нельзя решить окончательно и в этом смысле они являются вечными. С одной стороны, в юридической науке сложилась точка зрения, согласно которой мораль и право - разные формы общественного сознания, самостоятельные системы, виды социальной регуляции, их роль и назначение в обществе различны. Отсюда, стремление юридического позитивизма придать их соотношению максимально удаленные формы. Но, с другой стороны, даже в этом направлении, что было показано на примере работ Харта, не прекращаются попытки найти точки соприкосновения, отыскать «внутреннюю» мораль права или, как сделал Фуллер, придать праву самостоятельную ценность.

Отметим, что и концепция естественного права («юснатурализм»), акцентируя внимание не на формальной, а на содержательной стороне нормы права и оценивая ее с точки зрения морали, также приходит к ряду трудностей, начиная от необходимости обоснования существования общезначимой морали, которая выражается в праве, и до поиска ответа на вопрос, что делать с правом, если оно не соответствует моральным представлениям о праве [4].

Список литературы:

1. Фуллер Лон Л. Мораль права. Издание 2-е, переработанное и дополненное /Перевод с английского Т.Даниловой, под редакцией А.Куряева. - М.: Издательство «ИРИСЭН», 2007. - 306 с.

2. Харт Г.Л.А. Понятие права /Под общей редакцией Е.В.Афонасина, С.В.Моисеева; перевод с английского Е.В.Афонасина и др. - СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2007. - 302 с.

3. Харт Г.Л.А. Философия и язык права. - М.: Издательство «Канон+», 2017. - 384 с.

4. Хмелевская С.А., Яблокова Н.И. Социальная справедливость в ракурсе философских оснований теории права //Бизнес в законе. - 2014. - №1. - С.8-14.

5. Четвернин В.А. О концептуальном соединении и концептуальном разграничении права и морали в западной юриспруденции (научно-аналитический обзор) //Право ХХ века: Идеи и ценности: Сборник обзоров и рефератов /Ответственный редактор: Ю.С.Пивоваров. - М.: Издательство ИНИОН РАН, 2001. - С.162-178.

Статья проверена программой «Анти-Плагиат»; оригинальность текста - 92%.