Комплекс вооружения кочевников развитого средневековья на курганной группе Конево

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 930.26

А.М. Илюшин, М.Г. Сулейменов

КОМПЛЕКС ВООРУЖЕНИЯ КОЧЕВНИКОВ РАЗВИТОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ НА КУРГАННОЙ ГРУППЕ КОНЕВО

Курганная группа Конево состоит из 4 объектов расположенных в 1,3 км на ЮЮВ от одноименного села, на второй надпойменной террасе правого берега реки Ур, рядом с автомагистралью «Алтай-Кузбасс» построенной в 2001 году на её 224 км, по близости с животноводческой фермой (летником). Памятник был открыт в 1978 году Ю.М. Бородкиным и В.В. Бобровым [1, с.211; 10, с.58]. В 2002 году памятник исследовала Кузнецкая комплексная археолого-этнографическая экспедиция под руководством А.М. Илюшина и, зафиксировав факт аварийного состояния, раскопала его в 2003-2004 годах [5, с. 14-16; 6, с.19-33; 7, с.6-21]. По результатам раскопок памятник, предварительно, был датирован XI-XШ вв. и соотнесен с кругом древностей восточных кыпчаков [9, с.33-35]. Комплекс вооружения восточных кыпчаков был исследован Ю.С. Худяковым, но материалы с территории Кузнецкой котловины в нем отсутствуют [15, с.106-120]. Поэтому главной целью настоящей работы является классификация и обобщенная характеристика комплекса вооружения из курганной группы Конево, что позволит пополнить базу источников по истории вооружения кыпчаков господствовавших в развитом средневековье на степных и лесостепных просторах Евразии.

В процессе раскопок четырех курганов было зафиксировано и раскопано 23 могилы (22 грунтовые, 1 «впускная» в ров), из которых 9 (39 %) содержат, в составе сопроводительного инвентаря, предметы вооружения. Последние сопровождали захоронения людей в кургане №1 - могила 2, в кургане №2 - могилы 1, 2 и 6, в кургане №3 - могилы 1 и 3, в кургане №4 - могилы 1, 3, 9 и 11.

Все находки предметов вооружения из этих могил объединяются в единый комплекс, который состоит из средств ведения дистанционного, ближнего и рукопашного боя, а также вспомогательного снаряжения для ношения и хранения оружия. Классификация предметов вооружения проведена с использованием методики, предложенной Ю.С.Худяковым и апробированной на широком круге источников по анализу оружия и военного дела кочевников Сибири, Центральной и Северной Азии эпохи средневековья [14; 15; 16; и др.].

Наступательное оружие дистанционного боя представлено метательным оружием, из которых самой массовой категорией являются железные наконечники стрел (39 экз.). По материалу изготовления все наконечники относятся к классу железных, по способу крепления и форме несущей части - к отделу черешковых, по сечению пера и ударной части делятся на группы, а по форме пера и оформлению ударной части - на типы. Боего-ловковые типы определяются по наличию овально-округлой в сечении «шейки», удлиняющей и утяжеляющей наконечник.

Наконечники стрел, предназначенные для поражения противника на расстоянии полета стрелы, как дальнего, так и ближнего, при прицельной стрельбе, не защищенного панцирем, представлены экземплярами следующих групп и типов.

Группа 1. Трехлопастные наконечников стрел, имеющих вид сечения трехлучевой «звезды», представлена тремя типами (рис. 1. 1-3). Тип 1. Удлиненно-ромбический (1 экз.; к. 2, м. 1). Тип 2. Боеголовковый ассиметрично-ромбический (1 экз.; к. 2, м. 1). Тип 3. Боеголовковый удлиненноромбический (2 экз.; к. 2, м. 1). Типы 1 и 2 имеют аналогии в памятниках Западной Сибири, Восточного Казахстана, Алтая и Забайкалья датированных X веком [15].

Группа 2. Плоские наконечники стрел, в сечении имеющие вид уплощенного вытянутого прямоугольника, представлены тремя типами (рис. 1.

4, 5, 6). Тип 1. Боеголовковый ассиметрично-ромбический (1 экз.; к. 1, м. 2). Тип 2. Боеголовковый трапециевидный томар (1 экз.; к. 1, м. 2). Тип. 3. Боеголовковый секторный томар (1 экз.; к. 4, м. 9). Тип 1 указанной группы на территории Кузнецкой котловины представлен в материалах раскопок курганного могильника Торопово-1 XIII-XIV вв. [4]. Типы 1 и 2 известны в материалах сопредельных территорий, по основным групповым и типообразующим признакам, преимущественно, в древностях XШ-XIV вв. [15].

Группа 3. Уплощенно-линзовидные, в виде уплощенной двояковыпуклой «линзы», представлена двумя типами (рис. 1. 7, 8). Отличительной чертой является наличие боеголовковой «шейки», которая плавно переходит в сужении к ударному окончанию, из-за чего вид наконечников с боку

Рис. 1. Комплекс предметов вооружения из курганной группы Конево: 1-21 - наконечники стрел, 20, 21 -древки стрел, 23 - сабля, 24, 25 - тесла, 26, 27 - ножи, 28 - кинжал, 29 - колчан; 1-20, 23-25, 27, 28 - железо, 21, 22 - дерево, 26, 28 - железо и кость, 29 - береста; к. 1, м. 2 (4, 5, 9, 10, 12, 20, 23, 29), к. 2, м. 1 (1-3, 13, 16-18, 21, 22, 25), к. 2, м. 2 (26), к. 3, м. 1 (27), к. 3, м. 3 (14, 15, 24), к. 4, м. 1 (28), к. 4, м. 9 (6, 7,

11), к. 4, м. 11 (8).

Масштаб для некоторых предметов не соблюден.

принимает профиль узкого удлиненного треугольника. Тип 1. Боеголовковый ассиметрично-ромбический (3 экз.; к. 1, м. 2; к. 4, м. 4 и 9). Тип. 2. Боеголовковый трапециевидный томар (1 экз.; к. 4, м. 11). Тип 1 известен на сопредельных с

Кузнецкой котловиной территориях с X по XIV вв. [15, с.46].

Универсальные наконечники стрел, предназначенные для поражения на расстоянии средней дистанции полета стрелы, противника, как защи-

щенного, так и не защищенного панцирем (металлического и неметаллического), представлены экземплярами следующих групп и типов.

Группа 4. Ромбические наконечники стрел, в виде уплощенного, вытянутого в одной оси ромба, представлены тремя типами (рис. 1. 9-12). Тип 1. Боеголовковый удлиненно-ромбический (5 экз.; к.

1, м. 2; к. 4, м. 9); Тип 2. Боеголовковый удлиненно-пятиугольный (1 экз.; к. 4, м. 9). Тип 3. Бое-головковый прямоугольный томар (1 экз.; к. 1, м. 2). Тип 1 данной группы известен на территории Восточного Казахстана в древностях VШ-X вв., тип 2 на территории Минусинской котловины и Алтая в древностях IX-XII вв., а тип 3 аналогичен находкам в курганных могильниках Кузнецкой котловины - Шанда XI-XII вв. и Торопово-1 XIII-XIV вв. [15, с.46; 3; 4].

Группа 5. Овально-линзовидные наконечники стрел, в виде эллипсоидно двояковыпуклой линзы в разрезе, представлены одним типом (рис. 1. 1315). Тип 1. Боеголовковый ассиметрично-ромбический (6 экз.; к. 2, м. 1; к. 3, м. 3). Схожий тип представлен на материалах Тувы, Монголии и Забайкалья датирванных в пределах VШ-XIV вв. [15].

Группа 6. Трехгранно-трехлопастные наконечники стрел предназначены для прицельной стрельбы на коротких и средних дистанциях, сочетают в себе как полетные качества, так и возможность пробивать металлический доспех [2, с. 37; 12, с.37], представлены двумя типами (рис. 1. 16-18). Тип. 1. Боеголовковый удлиненно-

треугольный (1 экз.; к. 2, м. 1). Тип 2. Боеговоко-вый удлиненно-ромбический (3 экз.; к. 2, м. 1). Типы 1 и 2 имеют аналогии в материалах курганных могильников Кузнецкой котловины - Шанда XI-XП вв. и Торопово-1 XШ-XIV вв., и на сопредельных территориях с X века [3; 4; 15].

Группа 7. Трехгранные наконечники стрел, предназначенные для пробивания металлического панциря, как кольчужного, так и пластинчатого типов насчитывает два типа (рис. 1. 19, 20). Тип 1. Ассиметрично-ромбический с упором (1 экз.; к. 1, м. 2). Тип 2. Боеголовковый вытянуто-

пятиугольный (1 экз.; к. 1, м. 2).

Стоит отметить две отличительные черты, при анализе комплекса пространственных проникате-лей выявленных при раскопках курганной группы Конево. Во-первых, групповой и типологический состав наконечников стрел материалов указанной курганной группы семантически близок наборам, выделяемых Ю.С. Худяковым в качестве уйгурских центрально-азиатских захоронений «со шкурой коня», а так же восточных кыпчаков начала II тысячелетия н.э. [15, с.78,106, рис. 52, 73, 77]. Во-вторых, на лицо стремление местного населения сохранить привычный абрис пространственных проникателей совместив его с параллельным процессом универсализации и унификации при производстве и боевом использовании. Последнее,

затрудняет типологическую классификацию, при использовании традиционных методов анализа материала, и не позволяет организовать типологический поиск аналогий наконечников стрел, что в свою очередь затрудняет определение относительной датировки памятника и отдельных экземпляров находок из категории дистанционного вооружения.

Находки луков, как цельнодеревянных, так и сложносоставных, с костяными накладками в могильных комплексах не зафиксированы, но в могиле 1 кургана №2 были найдены древки стрел. Этот составной элемент стрелы представляет собой несущую часть, используемую для крепления наконечников, в качестве чего обеспечивает направление полета стрелы, а так же обеспечивает прицельную стрельбу (рис. 1. 21, 22). Некоторые сохранившиеся экземпляры имеют выделенное ушко в виде «арочного» выреза (6 экз.; к. 2, м. 1).

Наступательное оружие ближнего боя, поли-функциональное по своему применению, представлено находкой сабли - рубяще-колющего оружия, специфичным отличием которого является изогнутость клинка и однолезвийная рабочая часть, а так же отогнутая к лезвию рукоять [12, с.65; 16, с.93-95]. Сабля из кургана № 1 (могила 2) располагались на месте примерного ношения -левом бедре. По классификации предложенной Ю.С. Худяковым и Ю.А. Плотниковым, она относится к группе и типу 1 - прямая трехгранная, с обоюдоострым острием и с ладьевидным перекрестием (рис. 1. 23).

Наступательное оружие ближнего боя, монофункциональное по своему применению, представлено в материалах раскопок находками топоров-тесел (2 экз.; к. 2, м. 1; к. 3, м. 3). Все найденные тесла относятся к группе узколезвийных с несомкнутой втулкой, а по соотношению втулки и лезвия относятся к типу «с плечиками» (рис. 1. 24, 25).

Оружие рукопашного боя представлено железными черешковыми ножами, с односторонней заточкой клиновидного лезвия, полифункцио-нальными по своему применению, а так же специализированным оружием монофункционального назначения колющего (реже - режущего) действия - черешковым кинжалом (6 экз.; к. 2, м. 2 и 6; к. 3, м. 1; к. 4, м. 1, 3 и 9). Все ножи относятся к одной группе и типу - с прямой спинкой, с уступами у лезвия и спинки к рукояти. Лезвия ножей сужаются от рукояти к острию (рис. 1. 26-28). На одном экземпляре сохранилась насаженная костяная цилиндрическая рукоятка (рис. 1. 26). Найденный кинжал был без перекрестия и имел насаженную плоскую костяную рукоятку (рис. 1. 28). По профилю и форме лезвия этот кинжал относится к группе линзовидных, типу удлиненно -треугольных.

Воинское снаряжение представлено футляром для ношения и хранения стрел - колчаном. По

сохранившимся остаткам на наконечниках стрел и расположению у ног погребенных скоплениями, можно предположить наличие двух классов (по материалу) - кожаных (1 экз.; к. 3, м. 3) и берестяных открытых без кармана, возможно с мягким днищем (3 экз.; к. 1, м. 1; к. 2, м. 1; к. 4, м. 9). Наконечники хранились остриями вниз, для этого специально расширялась нижняя часть колчана, которая укреплялась дополнительным оборачиванием берестой. Способ крепления не устанавливается, вероятный способ ношения - на левом бедре, в одном случае помещен поверх сабли, также на левом бедре. Классифицировать можно лишь один берестяной колчан. Он относится к группе - открытый конический, типу - с горизонтально срезанным верхом (рис. 1. 29).

Характеризуя комплекс вооружения, представленный совокупностью предметов вооружения помещенных в грунтовые могилы погребенных в Конево кочевников, необходимо отметить его общую ориентированность на ведение дистанционного боя с незащищенным панцирем противником. Либо на ведение дистанционного боя с противником, имевшим комбинированную защиту, более состоящую из кожаных (матерчатых) доспехов, в меньшей степени - металлическую (пластинчатую или кольчужную). Причем сами погребенные конные воины не имели остатков металлической панцирной защиты. О скоротечности ведения конного боя против любого противника, на которые ориентированы наборы (группы, типы) наконечников стрел, косвенно свидетельствуют преобладание универсальных форм и плоских, характерных для монгольской эпохи. Такой бой предполагает тактику «летучей конницы», действующей из засады, нападение, с массовым обстрелом атакуемых (конных или пеших противников), либо быстрый обмен ударами с дистанции стрельбы лука, в случае столкновения с конным противником. Ведь только у единичных воинов имеется оружие для ведения вынужденного ближ-

него и рукопашного боя. В случае рассмотрения материла по комбинации комплектов вооружения и распределения их по закрытым комплексам, отмечается группа захоронений в сопровождении коня ориентированного головой в противоположную (прозападную) сторону, с предметами рукопашного боя (нож, кинжал), которые невозможно идентифицировать как принадлежащие воинам [13]. Это захоронения в: кургане №2, могила 2 (индивид в возрасте 13 лет), могила 6 (мужчина субтильного типа 40-50 лет); курган №3, могила 1 (ребенок 7-8 лет); курган №4, могила 3 (женщина 20-25 лет). Указанное подтверждает полифунк-циональную принадлежность и использование ножей в средневековом кочевом обществе. Опис-ные выше закономерности использования всего комплекса боевого вооружения подтверждаются признаками стабильности в захоронениях особой группы людей - воинов, с двумя возрастными категориями. Первая, это захоронения состоявшихся индивидов мужского пола (к. 1, м. 2 - 50-60 лет; к.

2, м. 1 - 45-50 лет), воинов в прошлом, в могилы которым помещен полный комплект вооружения, для ведения конного боя с противником с панцирной и не бронебойной защитой, с возможностью вступать в ближний бой. В этих могилах, как и в других подобных захоронениях кочевников развитого средневековья Кузнецкой котловины оружие демонстрирует высокий социальный статус погребенных людей [8, с.152-153]. Вторая группа, это дееспособное население, периода жизненного расцвета, с предметами вооружения дистанционного боя и частично для ближнего боя (к. 3, м. 3 -мужчина, 20-25 лет; к. 4, м. 9 - женщина (?!) 20-22 года; к. 4, м. 1 - мужчина около 40 лет). В одном случае в этой категории по половозрастному определению зафиксирован факт воина-женщины. Вероятно, она принадлежала к социальному статусу «амазонки», что для кыпчакского общества было вполне частым и естественным явлением [11, с.149-169, рис. 54].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Бобров В.В., Бородкин Ю.М. Разведка в Кемеровской области // Археологические открытия 1978 года. -М., 1979. С. 211.

2. Ведерников Ю.А., Худяков Ю.С., Омелаев А.И. Баллистика от стрел до ракет. -Новосибирск, 1995. 235 с.

3. Илюшин А.М. Курганы средневековых кочевников долины реки Бачат. -Кеме-рово, 1993. 116 с.

4. Илюшин А.М. Население Кузнецкой котловины в период развитого средневековья (по материалам раскопок курганного могильника Торопово-1). -Кемерово, 1999. 208 с.

5. Илюшин А.М. Отчёт об археологических разведках Кузнецкой комплексной археологоэтнографической экспедиции в 2002 году на территории Кемеровской области. -Кемерово, 2003. 74 с.

6. Илюшин А.М. Отчёт об аварийных археологических раскопках Кузнецкой комплексной археологоэтнографической экспедиции в 2003 году. -Кемерово, 2004. 259 с.

7. Илюшин А.М. Отчёт об аварийных археологических раскопках Кузнецкой комплексной археологоэтнографической экспедиции в 2004 году. -Кемерово, 2005. 150 с.

8. Илюшин А.М. Этнокультурная история Кузнецкой котловины в эпоху средневековья. -Кемерово, 2005. 240 с.

9. Илюшин А.М. К вопросу о компонентах тюркского археолого-этнографического комплекса XI-XIV

веков на территории Кузнецкой котловины // Интеграция археологических и этнографических исследований. -Красноярск; Омск, 2006. С. 33-35.

10. Кулемзин А.М., Бородкин Ю.М. Археологические памятники Кемеровской области. -Кемерово, 1989. 165 с.

11. Плетнева С.А. Кочевники южнорусских степей в эпоху средневековья (^^Ш века): Учеб. Пособие. -Воронеж, 2003. 348 с.

12. Соловьев А.И. Военное дело коренного населения Западной Сибири. Эпоха средневековья. -Новосибирск, 1987. 193 с.

13. Сулейменов М.Г. Война как фактор освоения Кузнецкой котловины в эпоху средневековья // Исторический опыт хозяйственного и культурного освоения Западной Сибири. Кн. 1. -Барнаул, 2003. С. 187-191.

14. Худяков Ю. С. Вооружение средневековых кочевников Южной Сибири и Центральной Азии. -Новосибирск, 1986. 268 с.

15. Худяков Ю. С. Вооружение кочевников Южной Сибири и Центральной Азии в эпоху развитого средневековья. -Новосибирск, 1997. 160 с.

16. Худяков Ю.С., Плотников Ю.А. Рубяще-колющее оружие кимаков // Военное дело и средневековая археология Центральной Азии. -Кемерово, 1995. С. 92-107.

Авторы статьи:

Илюшин Андрей Михайлович

- докт. истор. наук, проф. каф. отечественной истории, теории и истории культуры КузГТУ, начальник Кузнецкой комплексной археологоэтнографической экспедиции

Сулейменов Марат Гарифуллович

- старший преп. каф. социальногуманитарных дисциплин КСХИ, старший научный сотрудник Кузнецкой комплексной археологоэтнографической экспедиции