Вино с Игорем Мальцевым

Что привез гонец из Бордо

Помероль — самая маленькая территория в Бордо. Наверное, поэтому обезумевшему от консюмеризма русскому потребителю будет легче разобраться в его винах. Хотя бы потому, что остальные территории этой славной сельскохозяйственной провинции Франции кажутся безграничными — судя по количеству наименований вин, которые они продают под маркой "бордо". Залита вся Европа, затарен весь Восток, ручей потихоньку сочится даже в водочной Сибири. Но в милом маленьком Помероле количество шато и брэндов кажется довольно-таки внятным. То есть конечным. Мы не будем сегодня говорить о флагмане померольского виностроения — вине Petrus — мы его прибережем для специального выпуска "Коммерсантъ-Weekend": "Как потратить безумные деньги в один присест". Дело в том, что приехавший к нам гонец от винного дома JP Moueix, который всю прошлую неделю без устали промотировал свои линейки вин под знаменем аж двух местных дистрибуторов, сам посоветовал читателям "Коммерсантъ-Weekend": "Не тратьте лишних денег на лейбл, в Помероле можно найти потрясающие вина, которые не так видны на аукционах, зато пьются отлично и стоят немного". Мы принимаем с благодарностью советы торговцев, хотя какой же должна быть обстановка на винном фронте, чтобы коммивояжеры решили такое говорить представителям бурно растущего рынка. А судя по тому, как замельтешили гонцы со всех концов винного света, Россия собирается пить вино и дальше. Невзирая на то, что по этому поводу думает врач Онищенко.

За померольские вина говорит и то, что в маленькой провинции — маленькие лейблы делают качественные вина. Здесь по традиции растет "мерло". Лозу сюда, конечно же, принесли римские солдаты, потому что через плато Помероль проходили сразу два римских пути. Во время столетней войны виноград извели, а потом начали внедрять вновь — в XV, XVI веках. Качественного прорыва здесь достигли в XIX веке.

Считается, что почва здесь особая — много включений глины и песка. Плюс микроклимат, и наш "мерло" превращается во что-то совершенно особенное.

Мы решили обратить внимание на небольшое шато Lafleur Gazin, который входит в собственность JP Moueix наряду с Chateau Le Prieure, Chateau Magdelaine и Chateau Hosanna. Но не напрягайте память — мы рано или поздно все равно к ним вернемся. А сегодня — Chateau Lafleur-Gazin 1996 Pomerol Appelacion Controlee. Руководит этим замком мадам Дельфор-Бордери, и ее семье принадлежит этот винный уголок последние три века. С 1976 года трудящиеся шато стали поставлять вина для крупного негоцианта-производителя JP Moueix. Виноградники — 80 процентов "мерло", остальные 20 процентов — "каберне фран", который хорошо вызревает в местной легкой песчанистой почве. Постоянное прореживание растений, которое практикуется в течение многих лет, и максимум 265 процентов новых бочек в погребе дают в конце концов глубокий цвет и потрясающий запах. Фруктовые тона поддержаны хорошими танинами.

Померольские вина вообще отличаются тем, что для того чтобы танины стали "хорошими" — то есть мягкими, им требуется 5-10 лет хранения в бутылках

То, что мы открыли на ужин, было глубокого рубинового цвета с хорошим запахом. Единственное, что мешало,— желание подержать эту бутылку 1996 года еще года четыре в подвале. Тем более что оптовая цена в России — около 50 долларов за бутылку — просто заставляет вас взять сразу кейс и разместить его в сухом и прохладном месте, как раньше писали на банках с солдатской тушенкой. Главное — чтобы вы доставали бутылку за 24 часа до времени "Икс", чтобы она постепенно набрала комнатную температуру. Декантирование также улучшит восприятие. Померольские вина в целом и Lafleur-Gazin в частности всегда хороши с мясом, дичью и сыром.

Когда ваш Gazin будет отдыхать в подвале вашего дома в Жуковке, то стоит иметь в виду, что то же вино, только 1982 года стоит уже 220 долларов. Так что у него отличные перспективы, Wine Advocate — традиционно поддерживающий вина Бордо — дает этому вину аж 86 баллов.

И, понятное дело,— бутылка рома

Но дичь может быть достаточно серьезным блюдом, с обилием лесных жиров и степных углеводов. И с этим надо что-то делать. Милое дело закончить трапезу напитком, который только-только просачивается на русский рынок. Наверное потому, что ему издалека идти — с острова Мартиника. Это ром Charles Clement Cuvee Special (в Европе — 17 евро за бутылку). За этот выбор говорит и то, что все более модное баловство под названием "сигары" входит в наш обиход. А ром и сигары это такое же гармоничное изобретение человечества, как "Альфа и Ромео", "Смит и Вессон", а также пиво и сосиски. Во всяком случае, они с одной земли, с одной широты и долготы. Нынешняя западная пресса нас убеждает в том, что "ром — это новая водка", то есть продвинутые слои населения, следящие за интернациональными трендами, должны пить ром, как раньше вливали в себя водку. Что 300-летний возраст напитка говорит о многом. Иногда хочется прикоснуться слизистой оболочкой пищевода к истории. А история рома — это прежде всего история великих географических открытий, когда корабли португальских и испанских мореплавателей шли в стороны Вест-Индии. Думая, что это Индия и есть. Название "ром" в английском языке происходит от сокращения слова "rumbullion"; французы называют напиток "rhum", который делают в "rhumerie", а испаноязычные говорят "ron" и делают его на предприятии под названием "roneria".

О пиратском прошлом ныне мирного напитка говорят его ранние названия — Rumbullion, Kill-Devil, Barbados Waters, Nelson`s Blood. В рацион официального британского флота (не пиратского) ром вошел в 1655-м. Довольно давно. То есть было время у этого дижестива стать напитком "культовым", "знаковым" и что там еще любят писать недоучившиеся студенты журфака.

Еще с советских времен на нашем рынке присутствовал ром как продукт дружественного ярко-красного режима Кастро. Но теперь настала другая фаза. Сюда доехал Rhum Charles Clement. То, что мы выпивали на прошлой неделе, было купажом трехгодичных и шестигодовалых ромов — Cuvee Special. Напиток в 44 градуса отлично сжигает излишний жир на вашем небе. Так что можно говорить, что это вам доктор прописал. Запах — очень южный. Сразу вспоминаешь не только то, что первые ромы получали свой оттенок от количества упавших в чан тропических насекомых, но заодно и то, что скорей всего Гоген, живший непосредственно недалеко от Domaine de L`Acajou, где делают этот ром, скорей всего пропускал стаканчик-другой. Прежде чем вспомнить про своего бывшего друга Ван Гога.