Плита под названием "90-е годы" давит всех демократов — и старых, и новых

Сопредседатель создаваемой Партии народной свободы ВЛАДИМИР РЫЖКОВ заверил корреспондента "Ъ" МАРИЮ-ЛУИЗУ ТИРМАСТЭ, что у правых есть шанс стать второй-третьей силой в стране.

— Есть ли сегодня запрос на правую партию?

— Безусловно, есть. Перед тем как начинать работу по созданию Партии народной свободы, мы заказали углубленное социологическое исследование. Оно показало, что в России людей, которые понимают, что такое демократия, зачем нужны выборы, политическая конкуренция, то есть стандартный набор европейских ценностей, от 9 до 15%. Мне часто задают вопрос: стоит ли вообще связываться с правой партией, если речь идет всего о 10-15% населения? Безусловно, смысл в этом есть, потому что мы выяснили, кто эти люди. У них самый высокий образовательный уровень, 52% из них — это руководители и специалисты, то есть фактически это элита. Они локализованы в основном в крупных и средних городах. Сегодня 10-15% — это не так мало, при явке в 60% они превращаются в 20-25%. Потенциально это могла бы быть вторая-третья сила в стране. Мы спросили их, из существующих семи партий, есть ли те, которые выражают ваши взгляды, две трети сказали, что нет. Это очень плохая новость для "Яблока" и "Правого дела". Создав партию, мы сразу убедились, что попали в точку.

— Почему тогда за 20 лет так и не появилось успешной правой партии?

— Все правые партии не создавались на основе запроса общества. Это всегда были клубы московских интеллектуалов, которые строили партии исходя из того, как им кажется, что нужно народу. Но никогда не спрашивали самих людей. Отрыв старых партий от реального запроса избирателей — это первая причина. Вторая, более глобальная, заключается в том, что 1990-е годы действительно были малоудачными для страны. Они очень сильно скомпрометировали демократическую идею, и мы до сих пор из-под этой плиты не можем вылезти. Плита под названием "90-е годы" давит всех демократов — и старых, и новых. "Демократ" для многих значит негодяй. Когда Путин напал на нас в декабре, сказав, что мы поураганили и утащили с Березовским миллиарды, он точно знал (потому что отлично знает меня и Немцова), что ни с каким Березовским мы никаких миллиардов не утаскивали. Смысл его высказывания, чтобы эту плиту придавить еще сильнее, проассоциировать нас с 1990-ми годами и тем самым подорвать наши политические перспективы. Юридически он действует подло, но политически — рационально, не атакуя нашу программу, а нападая на нас лично... К этим двум причинам можно добавить и вечный раскол между демократами, который окончательно не преодолен до сегодняшнего дня.

— Какой путь партстроительства — сверху или снизу — может иметь успех?

— Если мы говорим о регистрации и участии в выборах, это зависит меньше всего от нас. То, что мы выполним все требования закона,— это очевидно. Поодиночке никто из нас такую задачу, как создание партии за пять месяцев, не решил бы. 45 организаций, 45 тыс. членов — это тяжело, но когда мы работаем артелью, решаем эту задачу. К середине мая у нас будет крупнейшая демократическая партия. При всем уважении к "Яблоку" и "Правому делу" такого живого актива, как у нас, нет ни у кого.

— Вы считаете, что возможно существование успешной правой партии без административной поддержки?

— У нас ее нет. Партия будет существовать в любом случае. Мы строим партию не просто без административной поддержки, а при противодействии госаппарата. Сдадим в мае документы на регистрацию в Минюст. Если Кремль примет решение о регистрации, то у нас отличные шансы на преодоление семипроцентного барьера. Если вдруг не зарегистрируют, то это будет сигнал для этих 10-15%, что выборы и режим нелегитимны. Парадокс: есть две либеральные партии при поддержке админресурса, но избиратели, которые потенциально должны за них голосовать, знают, что они при поддержке админресурса. Эта часть общества будет голосовать только за настоящую либеральную партию. Ее трудно обмануть, она же грамотная, то есть эта дилемма не решается.

— "Правое дело" рассчитывает изменить ситуацию с помощью нового лидера, которого ищут во власти...

— Пустой номер. Не поможет, какой смысл им брать Шувалова, Дворковича, Кудрина, когда это люди Путина, а эта часть общества — антипутинская. Ее невозможно убедить голосовать за первого зама Путина только потому, что он, якобы, либерал. Эти люди не прибавят им ни одного голоса. Более того, я подозреваю, что даже те 0,2%, которые у них сейчас есть, будут потеряны. И их приход будет означать, что это абсолютно марионеточная структура, которая просто разыгрывает комедию.