СОВРЕМЕННЫЕ ВЗГЛЯДЫ НА СИСТЕМУ ПОРАЖЕНИЯ ПРОТИВНИКА В ОПЕРАЦИИ (ОБЩЕВОЙСКОВОМ БОЮ)

ВОЕННОЕ ИСКУССТВО

Современные взгляды на систему

поражения противника в операции

Генерал-лейтенант в отставке В.А. САПОЖИНСКИЙ, доктор военных наук

¡САПОЖИНСКИЙ Виталий Александрович . родился 22 марта 1937 года в селе Пашковка

\ Одесской области. Закончил Одесское артилле-

рийское училище, Военную артиллерийскую академию в Ленинграде, а в 1978 году — Военную академию Генерального штаба ВС СССР.

а-----^^ В ракетных и артиллерийских частях Сухопутных

^^^ войск с 1957 по 1983 год проходил службу на различных должностях (в том числе командира ракетного дивизиона ОТР и артиллерийского дивизиона опытных 180-мм пушек, начальника штаба полка крылатых ракет и артиллерией бригады, командира артиллерийской бригады и дивизии, командующего РВиА армии и заместителя командующего РВиА ГСВГ). В последующем был назначен начальником кафедры РВиА, через шесть лет стал заместителем начальника Военной академии им. М.В. Фрунзе по научной работе.

После увольнения в 1997 году в запас продолжает работать в академии и НИИ оборонной промышленности. Специалист в области обоснования форм и способов ведения операций будущего, развития основ поражения противника, определения облика и предназначения АСУ войсками и оружием.

НА СТРАНИЦАХ журнала «Военная Мысль» вновь развернулась дискуссия «о необходимости обоснования новых теоретических положений оперативной концепции», о формах и способах ведения боевых действий оперативного и тактического масштабов в будущем1. Эти же вопросы (характер и сущность войн и военных конфликтов XXI века, формы и способы их ведения) обсуждались в июне 2007 года на военно-научной конференции Сухопутных войск, на которой главнокомандующий Сухопутными войсками генерал армии А.Ф. Маслов, определяя приоритеты развития Сухопутных войск в обозримом будущем, на первое место поставил необходимость наращивания огневой мощи общевойсковых соединений и объединений, совершенствования форм и способов комплексного поражения противника в операции (общевойсковом бою).

В связи с этим появилась настоятельная необходимость вернуться к рассмотрению роли, места, принципов организации, состава привлекаемых сил и средств, форм и способов осуществления, специфики управления и других аспектов, касающихся такого «избитого» (на первый взгляд) вопроса, каким является комплексное поражение противника вообще и каждый из его видов в отдельности (прежде всего — огневое поражение) с учетом изменившихся условий подготовки и ведения операции и общевойскового боя.

1 Военная Мысль. 2007. № 6. С. 22—28.

Известно, что сам термин «поражение» имеет множество толкований, порою весьма противоречивых. Так, понятие «поражение» противника подразумевает «воздействие различными силами и средствами вооруженной борьбы», а также информационными и психофизическими (психотропными) средствами на противника, в результате которого он полностью или частично (временно) теряет свою боевую способность2. При этом уместно выделить слова: «воздействие различными силами и средствами», то есть не только огневыми, как считалось прежде.

Или второй вариант определения: поражение предполагает разгром противника (то есть «нанесение ему удара оружием» с целью разрушения его объектов, нанесения им ущерба (вреда, урона))3. И еще — «поражение — это уничтожение объектов, подавление и изнурение живой силы противника», в результате чего он потеряет способность к сопротивлению полностью или на какое-то время.

Как видно из этого перечня определений, поражение противника может наноситься любыми средствами и способами, хотя в нашей военной теории традиционно ставится знак равенства между терминами «поражение» вообще и «огневое поражение» в частности с добавлением иногда к последнему слова «комплексное».

Правда, со второй половины минувшего столетия процесс огневого поражения противника дополнился еще одним видом дистанционного воздействия — с одновременным радиоэлектронным его подавлением. В результате в военном лексиконе прижился уже термин «нанесение электронно-огневых ударов». Однако эти дополнения не дали окончательного ответа на вопрос: что же представляет собой самая активная составляющая процесса вооруженного противоборства группировок сторон — поражение противника.

Сегодня все чаще в обиходе используется термин «дистанционное воздействие на противника с целью снижения его боевого потенциала и срыва его намерений». Воздействие понимается как возможное влияние на противника чем-либо с целью изменения его первоначального состояния и снижение его возможностей добиться осуществления своих замыслов. Это воздействие может проводиться прямыми контактами с элементами его боевых порядков (оперативного построения) или только дистанционно, напрямую или опосредованно, с помощью только огневых средств или в сочетании с применением средств других родов войск и специальных войск.

Исходя из вышесказанного правомерно будет рассматривать процесс дистанционного воздействия на объекты и группировки противника как систему поражения его в операции (бою). Однако прежде чем раскрыть этот вопрос исходя из системных позиций, необходимо обратить внимание на следующее.

Нашей (отечественной) военной теорией бой (боевые действия) рассматривается, с одной стороны, как «организованное вооруженное столкновение соединений (частей, подразделений) воюющих сторон», а с другой, как сочетание огня, ударов и маневра, проводимых с целью разгрома противника4. В данном случае вполне понятно, что разгром противника (уничтожение его объектов и живой силы) осуществляется в первую очередь за счет огня (огневого поражения). Именно по этой причине огневому воздействию отводится важная роль в системе поражения противника.

2 Военная Энциклопедия. 2002. Т. 6. С. 522.

3 Современный толковый словарь русского языка. М.: 2004. С. 578.

4 Военная Энциклопедия. М. 1997. Т. 1. С. 530.

В ходе работы упомянутой выше военно-научной конференции неоднократно подчеркивалось, что разработанные в XX столетии устоявшиеся взгляды на организацию и осуществление огневого поражения противника в операции и общевойсковом бою ныне уже устарели и нуждаются в коренном пересмотре. Это подтверждается и боевым опытом в двух военных кампаниях в Ираке, в ходе агрессии НАТО против Югославии, нашим опытом действий в Афганистане и на Северном Кавказе.

Он касается в первую очередь структуры и форм проведения огневого поражения в операции (бою). Их изменения связаны с тем, что большинство армий развитых стран исповедуют сейчас натовскую (точнее американскую) теорию воздушно-наземной операции (сражения), основная ставка в которой делается на глубокое огневое поражение и радиоэлектронное подавление (правильнее сказать, на дистанционное энергетическое воздействие) как до начала, так и с началом и в ходе каждой операции (сражения, боя). Самостоятельный период такого воздействия (по их взглядам) в зависимости от масштаба боевых действий может продолжаться от нескольких суток до месяца и более (в первой кампании в зоне Персидского залива он длился 38 суток из общих 42 на всю кампанию).

Следовательно, раз эвентуальный противник планирует и обособленно проводит этап огневого поражения и радиоэлектронного подавления до ввода в сражение своих сухопутных группировок, то мы просто вынуждены будем действовать адекватно.

Представляется, что приемлемыми формами таких действий могут стать: в стратегическом масштабе — разведывательно-огневая операция, на оперативном уровне — огневое сражение, на тактическом уровне — дальний огневой бой.

Бесспорно, не только разведывательно-огневая операция, но даже огневое сражение и дальний огневой бой (как составные части операции — боя) соответствующего масштаба по месту и сроку проведения должны и будут упреждать начало активных действий (независимо от их вида: оборонительные или наступательные) общевойсковых соединений и частей своего первого эшелона.

В операции (общевойсковом бою) роль огневого сражения (равно как и дальнего огневого боя) будет состоять в том, чтобы еще до непосредственного ввода в сражение общевойсковых соединений и частей первого эшелона можно было с максимальной вероятностью воздействовать дальнобойными средствами (ударами ракетных войск и авиации, огнем артиллерии и минометов) на важные объекты в глубине оперативного построения группировки противника. Такими объектами могут быть элементы пунктов управления тактического и оперативного звеньев управления, позиции средств ПВО и полевой артиллерии, авиация на передовых аэродромах и площадках подскока, позиции РЭС, склады ГСМ и боеприпасов, важные объекты инфраструктуры.

В основу проведения огневого сражения (дальнего огневого боя) должен быть положен принцип упреждения противника в поражении его наиболее важных (первоочередных) объектов по возможности одновременно во всей полосе ответственности объединения (соединения). При этом даже в обороне (а тем более в наступлении) необходимо планировать и стремиться наносить поражение противнику (воздействовать на него) не только ответным порядком, но и инициативно (даже не владея общим огневым превосходством над ним), т. е. в упреждающем режиме.

К решению задач глубокого огневого поражения в огневом сражении должны и будут задействоваться в первую очередь силы и средства непосредственного подчинения объединений, а также привлекаться по планам вышестоящих инстанций силы и средства соединений и частей первого эшелона.

Дальние огневые бои должны и будут проводиться, как правило, по планам органов управления тактических звеньев с привлечением своих штатных сил и средств, а также средств усиления, выделенных старшей инстанцией.

При этом ударная авиация и ракетные соединения ОТР общевойсковых объединений, выполняя задачи в режиме «систематических действий», должны быть в готовности наносить групповые и одиночные ракетные и авиационные удары по мере вскрытия важных объектов противника в своей полосе ответственности, а также участвовать в нанесении плановых массированных и сосредоточенных огневых ударов всем составом наличных сил и средств по объектам главной группировки войск или раздельно по каждой группе первоочередных объектов, расположенных во всей полосе ответственности.

К ведению дальних огневых боев, очевидно, будут привлекаться прежде всего придаваемые дивизиям первого эшелона армейские (корпусные) соединения и части реактивных систем залпового огня и дальнобойной артиллерии, дивизионная и полковая артиллерия, а также и минометы подразделений первого эшелона, и авиация, и армейские (корпусные) ракетные соединения.

Все они по решению командиров соединений первого эшелона (реже в масштабе объединения) будут осуществлять поражение в назначенных им зонах в форме самостоятельных дальних огневых боев. При этом могут применяться следующие способы: нанесение групповых и одиночных ракетных и авиационных ударов, ведение всей артиллерией соединения массированного (чаще сосредоточенного) огня (огневых налетов), а также ведение самостоятельной стрельбы артиллерийскими подразделениями по отдельным целям.

При этом целесообразно и просто необходимо (что пока на практике не осуществляется, поскольку для этого даже нет теоретических проработок), чтобы планирование и осуществление огневого сражения (дальних огневых боев) в операции и бою было выделено в отдельный (начальный) этап операции, хотя и являющийся ее важной составной частью, но осуществляемый все же самостоятельно.

Для этого командующему (командиру) потребуется еще на этапах выработки замысла и принятия решения определить группировку (группы объектов), на поражении которых следует сконцентрировать основное внимание при проведении огневого сражения (дальнего огневого боя); привлекаемые к решению данной задачи силы и средства, районы их позиций и порядок маневра в них; распределить имеющийся ресурс авиации и выделенный лимит ракет и боеприпасов; сформулировать основы организации взаимодействия и управления силами и средствами, привлекаемыми к проведению огневого сражения (дальнего огневого боя); решить другие вопросы, связанные с этими мероприятиями.

Само собой разумеется, что наряду с огневым поражением объектов противника в ходе огневого сражения (дальнего огневого боя) должно планироваться и будет проводиться радиоэлектронное подавление его систем связи и управления, радиоэлектронных средств всех типов и реализовываться мероприятия информационного обеспечения операции (боя).

Результаты этой работы группа планирования и координации огневого поражения графически и текстуально должна отражать на общем плане операции (боя) и в боевом приказе, заносить отдельным разделом в таблицу ударов и огня и в плановую таблицу взаимодействия, рассылать выписки из плана и боевые распоряжения соответствующим начальникам родов войск и служб объединения (соединения), а также частям непосредственного подчинения.

Что касается термина «ближний огневой бой», то, безусловно, он также имеет право на существование и не нуждается в дополнительном обосновании. Его структура, содержание, привлекаемые силы и средства, порядок осуществления и другие его аспекты всесторонне обоснованы и детально расписаны в действующих боевых уставах и руководствах.

Учитывая, что непосредственное огневое поражение связано с началом выполнения соединениями и частями первого эшелона конкретных оперативно-тактических задач, оно проводится в их интересах лишь на глубину боевых порядков соединений и частей первого эшелона противника (то есть на ближайшую глубину) и в эти же рамки обычно вписывается понятие «ближний огневой бой». По нашему мнению, без больших погрешностей можно утверждать, что эти термины по сути синонимичны, поскольку непосредственное огневое поражение проводится, как правило, в форме ближнего огневого боя.

При этом важно отметить относительно ближнего боя следующие обстоятельства.

Во-первых, если в огневом сражении (дальнем огневом бою) практически весь объем огневых задач выполнятся только авиацией, ракетными войсками, реактивной и дальнобойной ствольной артиллерией, то в ближнем огневом бою значительная их часть (30—50 %, а иногда и больше) будет приходиться на танко-стрелковое вооружение общевойсковых подразделений, артиллерийские противотанковые средства и ПТУР, огнеметы, минно-взрывные заграждения. В ближнем огневом бою заметный вклад в поражение живой силы и некоторых типов объектов противника, находящихся в непосредственном соприкосновении, в перспективе будут вносить подразделения с оружием, основанным на новых физических принципах.

Во-вторых, если в первом случае управление поражением противника (дистанционным воздействием на него) будет осуществляться преимущественно централизованно, то при непосредственном огневом поражении в ближнем огневом бою предпочтение (по всей видимости) должно быть отдано децентрализованному управлению особенно в динамике общевойскового боя (сражения).

Таким образом, исходя из вышеизложенного, структуру системы поражения графически можно было бы представить в следующем виде (рис.).

В порядке заключения необходимо отметить, что процесс поражения противника (энергетического воздействия на него различными средствами) в операции любого масштаба и общевойсковом бою всегда носил и в перспективе также будет носить комплексный характер. Решающее значение в нем в течение всего XX столетия принадлежало огневому поражению. Во второй половине XX века к нему добавилось радиоэлектронное подавление и обозначилась более стройная структура его проведения как по составу привлекаемых сил, так и по формам и способам его проведения.

Поражение противника в операции

Система поражения противника в операции и общевойсковом бою

Состав привлекаемых сил и средств

Авиация в объеме выдел, летн. ресурса. Рак. соед. ОТР и арт. усиления в объеме назначен, лимита боепр. Все штат, средства поражения соединений, частей, подразделений первого эшелона и их усиления.

Метод управления

Рис. Структура системы поражения противника

и непосредственное (в интересах выполнения конкретной оперативно-тактической задачи). Они различаются между собой прежде всего тем, что первое (общее) планируется и осуществляется преимущественно централизованно и выделяется в самостоятельный период (этап) чисто огневого и радиоэлектронного противоборства воюющих сторон. Начало второго же (непосредственного) по времени, как правило, совпадает с началом активных действий общевойсковых формирований, и оно проводится на глубину соединений и частей первого эшелона противника.

При этом в непосредственном огневом поражении наметилась тенденция к росту объема выполняемых задач в сторону увеличения доли поражения противника огневыми средствами ближнего боя (танко-стрелковым вооружением и огневыми средствами прямой наводки, огнеметами, минно-взрывными заграждениями), а в перспективе с применением оружия, основанного на новых физических принципах.

Говоря о формах проведения собственно огневого поражения, необходимо признать, что на практике уже апробированы некоторые элементы и в обиходе признаны такие его формы, как разведывательно-огневая операция, огневое сражение, дальний и ближний огневые бои, составными частями которых являются массированные и сосредоточенные огневые удары, огневые налеты и т. п.