«Большинство волонтеров у нас в резерве»

«Большинство волонтеров у нас в резерве»

Как работает официальный добровольческий проект

30 апреля президент России Владимир Путин провел онлайн-встречу с волонтерами проекта «Мы вместе». Президент заверил добровольцев, что с эпидемией коронавируса справятся в том числе и благодаря им, и особо отметил факт, что свою помощь и участие стали предлагать люди, ранее далекие от политической или общественной деятельности. Президент поддержал предложение распространить на волонтеров, оказывающих помощь пациентам и гражданам в условиях самоизоляции, программы поддержки медиков — в частности, программу специального страхования. “Ъ” изучил, как работают «официальные» добровольцы в связанном с государством проекте, и увидел, что отсутствие страхования далеко не главная из проблем.

Владимир Путин во время видеоконференции с волонтерами

Фото: Пресс-служба Президента Российской Федерации

Волонтерский агрегатор «Мы вместе» открылся 21 марта. Тогда в России было зафиксировано всего 306 заболевших и не было официально подтверждено еще ни одного летального исхода. Но в Москве уже действовал режим повышенной готовности, были запрещены мероприятия с числом участников более 50 человек, а прибывающих из-за рубежа направляли на двухнедельный карантин. С 26 марта на обязательную самоизоляцию были отправлены граждане старше 65 лет и страдающие хроническими заболеваниями, а с 30 марта — все жители Москвы. Волонтерская помощь оказалась востребованной для тех, кто не может в период самоизоляции выходить из дома — например, за продуктами или чтобы выгуливать питомцев.

Агрегатор был создан для граждан и организаций, которые хотели предложить помощь в период эпидемии коронавируса. Публично этот проект — совместная идея ОНФ, всероссийского общественного движения «Волонтеры-медики» и Ассоциации волонтерских центров. На деле, по словам источника “Ъ”, знакомого с ходом реализации проекта, он курируется внутриполитическим блоком администрации президента, а его основной координатор — глава «Роспатриотцентра» Ксения Разуваева.

Изначально все публичные организаторы должны были выступать на равных основаниях, однако в итоге проект больше всего ассоциируется с ОНФ.

В пресс-релизе о запуске проекта говорилось, что на сайте мывместе2020.рф каждый может предложить свою помощь, стать волонтером и узнать полезные новости. Несмотря на поддержку администрации президента и объединенные усилия сразу нескольких окологосударственных организаций — а возможно именно из-за этого — на практике все оказалось гораздо сложнее.

Анкеты на выбывание

30 марта москвичке Елизавете с сайта Госуслуг пришло письмо с предложением стать волонтером акции #МыВместе. «По ссылке я перешла на сайт мывместе2020.рф и выбрала раздел помощи пожилым людям в экстренной ситуации»,— рассказала она. Только 3 апреля Елизавета получила подтверждение участия, а также ссылку для прохождения обязательного обучающего онлайн-курса. На нем рассказывали об основах помощи, возможных сложностях и особенностях коронавируса, после каждого блока обучения проводился тест. 4 апреля Елизавета получила сертификат волонтера и заверения, что с ней обязательно свяжутся при поступлении заявок с просьбой о помощи.

Спустя больше недели — 13 апреля — пришло уведомление о том, что она может записаться на первичный, теперь уже очный инструктаж. О сборе на него было объявлено в Telegram-канале еще через 3 дня, 16 апреля. «Набирают на очный инструктаж за раз очень мало людей, по 10 человек. Говорят, что в целях безопасности,— рассказала Елизавета “Ъ”.— 21 апреля мне удалось успеть на регистрацию. И на этом этапе выяснилось, что очный инструктаж проводится в рабочее время: в 11 и 15 часов дня. Так как я хоть и нахожусь дома, но работаю удаленно и довольно интенсивно, я, потеряв терпение, покинула канал и оставила надежду стать волонтером ГБУ "Мосволонтер"».

По ее словам, каждый этап приема в волонтеры затягивался, обрастал мелочными подробностями и просьбами заполнять все новые анкеты. «Проект широко рекламируется, плакаты с призывами присоединиться к программе стоят буквально на каждом шагу. Но мое искреннее желание помочь пенсионерам закрутили в бюрократических проволочках, бесконечных инструкциях, регистрациях и анкетах»,— говорит Елизавета. Отметим, еще 14 апреля ТАСС со ссылкой на заммэра Москвы Наталью Сергунину сообщал, что в московском филиале проекта зарегистрировалось свыше 12 тыс. человек, которые доставили более 11 тыс. заказов.

Позже девушке все же удалось стать волонтером: в ближайшем магазине «ВкусВилл» висело объявление с просьбой о помощи в доставке продуктов.

В Telegram-канале магазина указывался список адресов пожилых москвичей, которые нуждаются в доставке. Уже через несколько дней Елизавета отнесла свой первый заказ. «Продукты мы разносим, используя маску и перчатки. В подъезде держим дистанцию 1,5 метра, деньги и сдачу кладем в коробочку»,— рассказала она.

Перемещаться такие добровольцы могут лишь в пределах своего района, чтобы не нарушать указ мэра Москвы. Официальным волонтерам проекта #МыВместе выдается специальный бейдж и оказывается помощь в регистрации пропуска на автомобиль. Ограничений по географии доставки заказов для них тоже нет, рассказал “Ъ” один из зарегистрированных волонтеров, близкий к ОНФ.

«Кому-то это кажется сложным, но по-другому никак»

Проблемы с регистрацией волонтеров в проекте признают, но объясняют их временными трудностями. «В 84 регионах России за 4 дня была организована работа волонтерских штабов. Исключением стала только Москва, потому что нужно было тщательно проанализировать формат, возможности, город большой, в нем особая ситуация,— рассказал “Ъ” председатель совета Ассоциации волонтерских центров Артем Метелев.— Поэтому в первую неделю мы справлялись своими волонтерскими силами, у нас были некоторые задержки на заявки внешних волонтеров».

В «бюрократических проволочках», на которые жаловалась Елизавета, он проблемы не видит: по его словам, это необходимая процедура, направленная в первую очередь на безопасность и самих волонтеров, и тех, кому они доставляют заказы.

«Мы обучаем, рассматриваем все потенциально сложные ситуации, приглашаем на очный инструктаж, где волонтеры в том числе забирают документы, подписывают бумаги, мы передаем персональные данные,— убеждает Артем Метелев.— Кому-то это кажется сложным, но по-другому никак, иначе это был бы просто хаос».

По официальным данным, в акции #МыВместе по всей стране участвуют более 98 тыс. волонтеров, порядка 15 тыс. из них — в Москве. Число зарегистрированных волонтеров в столице превышает спрос, уверяют организаторы: в день поступает несколько тысяч заявок, а желающих помочь — кратно больше. «Поэтому большинство волонтеров у нас в резерве,— поясняет глава Ассоциации волонтерских центров.— Но нельзя сказать, что волонтеров много: чем больше людей (регистрируется.— “Ъ”) в акции, тем больше новых направлений мы открываем». По его словам, уже появились направления психологической и юридической поддержки, помощи животным и медицинским учреждениям.

Председатель движения «Волонтеры-медики», член центрального штаба ОНФ Павел Савчук подчеркивает, что психологической и юридической помощью разрешено заниматься только людям с соответствующим образованием. «Более 4 тыс. заявок поступило от волонтеров-психологов. Это и медицинские психологи, психиатры, наркологи. Главная точка приложения их усилий — это работа на горячей линии, в круглосуточном режиме более 300 человек оказывают психологическую помощь по телефону»,— говорит господин Савчук.

Наивысшие требования предъявляются к волонтерам, оказывающим помощь медицинским организациям:

«Это должны быть люди, которые пришли помогать осознанно, понимая все риски и ответственность. Мы рекомендуем волонтерам, которые работают у нас в "красной зоне" с коронавирусными пациентами, временно проживать отдельно от своей семьи, потому что есть риск заражения»,— отметил он. У всех таких волонтеров ежедневно при выходе на смену измеряется температура, проверяется отсутствие признаков ОРВИ.

«Интересно, что практически половина тех, кто присоединяется к акции, ранее не участвовали в волонтерстве. И наша главная задача — чтобы все эти люди остались после того, как эпидемия закончится, чтобы у них сформировалась культура взаимопомощи»,— говорит господин Метелев.

«Иные цели»

Большое количество зарегистрированных официальных волонтеров может объясняться в том числе и льготами, установленными властями. Пропускная система в столице заработала с 15 апреля, а уже 18 апреля мэр Москвы объявил о распространении пропускного режима на волонтерскую деятельность. Получить пропуск могут те волонтеры, которые оформили личный номер в центре «Мосволонтер».

Если обычный гражданин закажет, например, разовый пропуск для передвижения по Москве, он не сможет выбрать такую цель, как помощь нетрудоспособным родственникам.

Он может оформить поездку в графе «иные цели», но такие передвижения можно совершать не чаще двух раз в неделю. Таким образом москвичи, не являющиеся волонтерами, но имеющие нуждающихся в помощи родственников, ограничены в возможностях к ним приезжать.

Первый заместитель руководителя аппарата мэра Москвы Алексей Немерюк в интервью радиостанции Business FM на этот счет заявлял, что привезти пожилым родственникам продукты на дачу можно и два раза в неделю.

Отвечая на вопрос, что делать, если пожилой человек упал и не может встать, а два пропуска в неделю у его родственников уже использованы, господин Немерюк посоветовал вызывать скорую помощь:

«Либо есть экстренные вещи, можно попросить кого-то тоже подъехать. Есть соцработники, которые должны следить за теми людьми, которые нуждаются в помощи».

В ряде субъектов РФ, например в Казани, для выхода из дома можно указывать цель «помощь нетрудоспособным родственникам», рассказал “Ъ” глава международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. По его мнению, жесткие ограничения в Москве связаны с высокой плотностью населения и, как следствие, высокими рисками распространения инфекции. Вместе с тем он уверен, что ситуации, когда нетрудоспособные родственники оказываются без помощи, но власти запрещают их семьям передвигаться и помогать, быть не должно. «И преследование (административное.— “Ъ”) за выход из дома, чтобы помочь родным, будет незаконным,— отметил господин Чиков.— Если ваши родственники не получают помощь, волонтеры до них не доходят, а вы ограничены в передвижении, это правовая коллизия». Решить такую проблему, по словам господина Чикова, можно через обращение к региональным властям, однако потребуется не только зафиксировать наличие запрета на передвижение, но и сам факт отсутствия помощи от волонтеров.

Глава комиссии СПЧ по гражданским свободам Николай Сванидзе признает «законодательный пробел» в вопросе о помощи пожилым людям в Москве: «Передвигаться можно дважды в неделю, но, если ваша пожилая мама живет в другом конце Москвы, вы должны иметь право помогать ей каждый день. Несомненно, существующие ограничения — это пробел, который нужно упразднить, вписав в цели поездок "помощь родственникам"». При этом, по мнению господина Сванидзе, наделение волонтеров большим спектром прав на передвижение — «нормальная ситуация», которая позволяет регулировать соблюдение режима изоляции в Москве. «Если вы хотите помогать людям, запишитесь в волонтеры, пройдите регистрацию, медицинскую проверку и помогайте.

Другой вопрос, что ограничивать и волонтеров, и вообще всех молодых и здоровых людей в праве помогать своим родственникам однозначно нельзя:

помогать своим родным должен каждый, помогать чужим людям должны, конечно, волонтеры, иначе это превратится в бардак, а под флагом помощи посторонним люди начнут нарушать режим изоляции»,— отметил Николай Сванидзе.

В момент сдачи материала столичные власти объявили, что волонтерам, которые доставляют лекарства и продукты в условиях коронавируса, предоставят право парковаться бесплатно. «Мы уже раздаем им карты "Тройка" для проезда на общественном транспорте. Сейчас мы приняли решение предоставить волонтерам, как и медикам, право пользоваться бесплатной парковкой»,— говорится в сообщении пресс-службы столичного департамента транспорта в Telegram.