Подполковник принял явно лишние 50

"В 2011 году в военно-воздушные силы Восточного военного округа поступило более 100 единиц новой и модернизированной авиационной техники, сообщил пресс-секретарь командующего войсками <...> округа подполковник Игорь Мугинов. "Так, авиабаза <...> Черниговка <...> получила 12 ударных вертолетов Ка-52". <...>

Парк армейской авиации осенью пополнился восемью новыми вертолетами Ми-8АМТШ <...>. "До конца 2011 года в округ поступят еще два <...> Ми-26 <...>",— сказал представитель округа. <...>

Подразделения штурмовой авиации округа в 2011 году получили 12 модернизированных штурмовиков Су-25СМ. Еще 12 <...> поступят в начале следующего года, сообщил И. Мугинов.

Также в 2011 году авиапарк ВВС <...> округа пополнился двумя новыми многоцелевыми истребителями Су-30М2 и 46 модернизированными истребителями Су-27СМ. <...>

Налет <...> летчиков по сравнению с прошлым годом увеличился в полтора раза и в среднем составил более 100 часов".

Все-таки очень велико у наших военных пресс-секретарей желание представить армию народу и начальству полностью обновленной — ну на все сто! Но даже если тупо сложить все названные подполковником Мугиновым числа, "более 100" все равно не выходит. А дальше получается еще интереснее. Всего парой дней ранее (29 октября) командир упомянутой им Черниговки полковник Дмитрий Земляков в интервью официальной газете Восточного военного округа "Суворовский натиск" честно доложил: вверенная ему авиабаза имеет только восемь Ка-52. А те самые 46 модернизированных Су-27СМ на самом деле были получены ВВС не в 2011-м, а еще в 2004-2009 годах (кстати, передали их тогда даже больше — 48, но с тех пор два уже разбили). То есть 50 единиц техники из якобы "полученного" в этом году — это уже чистые приписки. Ну или присказки. А потому не могут не вызвать сомнения и "более 100 часов" среднего годового налета летчиков округа. Ведь если подполковник Мугинов столь вольно обращается с самолетами, как знать, не приписал ли он к 2011 году часы, налетанные году этак еще в 2008-м? Ну так, чисто для того, чтобы и этот показатель дотянул в итоге до заветной сотни.

Парфюмер назначен коррупционером

"Полковник юстиции Н. Чечко <...> служил в Забайкальском, Сибирском и Ленинградском военных округах. С февраля 2011 года — начальник отдела надзора за исполнением законодательства о противодействии коррупции военной прокуратуры Западного военного округа.

Корреспондент: Николай Иванович! С момента создания в нашем округе антикоррупционного отдела вы — его начальник. Скажите, пожалуйста, чем вызвано создание этого подразделения?

Полковник Чечко: Сложившаяся в нашем обществе ситуация свидетельствует о том, что коррупция превратилась, по сути, в тяжелую болезнь. Преступления <...> разъедают экономику и морально разлагают людей.

Армия <...> к сожалению, болеет теми же болезнями. <...> Каждое шестое преступление в войсках совершается по коррупционным мотивам. Вот почему <...> и были созданы соответствующие подразделения. <...>

Нарушителями антикоррупционного законодательства оказываются совершенно разные люди. <...> Но есть и некоторые типичные проявления коррупции. Пожалуй, довольно характерно они просматриваются в случае с офицером Р. Славниковым. Он занимался торговлей парфюмерными товарами, оказанием услуг в салонах красоты. Был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. При изучении представленных капитаном 2-го ранга Р. Славниковым в кадровый орган справок о доходах было установлено, что полные сведения в них не отражены. <...> Решением командования Р. Славников уволен".

То, что коррупция — болезнь, это понятно. Понятно и то, что если какое-то подразделение у нас создано, то его существование надо потом как-то оправдывать. Уволенному офицеру, по всей видимости, действительно есть что вменить: законы "Об основах государственной службы РФ" и "О статусе военнослужащих" прямо запрещают последним предпринимательскую деятельность. Но про "типичность" — это все-таки, по нашему мнению, перебор. Ведь закон "О противодействии коррупции" у нас тоже есть, и он ее определят довольно четко: "Злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами". Из всего этого, как нам кажется, следует, что коррупционером Славникова можно объявлять только в том случае, если успех в салонах красоты и торговле духами был обеспечен ему (и это доказано) его же положением в войсках и штабах. А поскольку из рассказов полковника Чечко этого напрямую никак не вытекает, предлагаем прокурорам одну "галку" или "палку" в своей отчетности в графе "Коррупция" честно стереть.

Все познается в общении

"Ведущий: Как вы обеспечиваете конкурентность среди тех, кто должен работать над теми темами, которые вы ведете?

Начальник 33-го Центрального научно-исследовательского испытательного института (войск радиационной, химической и биологической защиты) Минобороны РФ Константин Стяжкин: Вы знаете, в среде Министерства обороны научно-исследовательских организаций, честно говоря, я впервые слышу о какой-то возможной конкуренции. В любой научно-исследовательской организации, как и в <...> академии наук <...> конкуренция существует, если только предусматривается какой-то в конечном итоге рынок сбыта. В Министерстве обороны все это концентрируется с точки зрения существования научных школ. Поэтому если ведутся разработки в каком-то <...> направлении, то <...> специалисты в этой области собираются вот в какое-то одно подразделение: это либо лаборатория, либо <...> отдел. <...> За ними закрепляется это направление по институту, и конкуренцию, как таковую, мы здесь не предусматриваем. <...>

Ведущий: Научный поиск, он предполагает и смелость, и независимость. И индивидуальную в том числе. И это как раз ведет и к остроумным решениям, к прорывам <...>. С помощью чего, если это нужно, должна устанавливаться такая атмосфера, такой настрой? <...> Здесь есть специфика военная?

К.С.: Нет, бесспорно, в любой научно-исследовательской работе есть элемент творчества. Он и должен быть. Должны быть нестандартные мышления, должны быть самые дерзкие мнения <...>. Для того чтобы именно обеспечить такой дух в научно-исследовательских организациях наших войск, в большей степени применяются методы общения, научных конференций, семинаров, обсуждения, споры, дебаты. И уверяю вас, это проходит достаточно так искренне, откровенно, где в подобных мероприятиях не рассматривают, какие звезды на погонах, какую должность занимаешь. Каждый вправе высказывать. И в нашем институте, такой дух есть".

Примечательно, что конкуренцию в науке начальник военного НИИ воспринимает не иначе как конкуренцию в торговле: "Если только предусматривается какой-то рынок сбыта". Ну да ладно. Итак, научный институт у военных химиков один. Специалисты каждого (одного) направления служат там в одном подразделении (по профилю). Начальник у них один. Научных школ две в такой ситуации быть не может. Конкуренции — ноль (сказано честно). И все это "закреплено по институту". Вопрос: методом общения с кем обеспечен тогда дух творчества? С кем так смело, независимо, дерзко, искренне, откровенно и невзирая на погоны спорят и дебатируют ученые? Нет, все-таки какая-то военная специфика в этом есть. Ведь в штатской науке до сих пор провести конференцию, да пусть даже и семинар, в рамках одной лаборатории, как нам кажется, никому не удавалось.

Корабль поражен легкостью

"До конца текущего года Каспийскую флотилию пополнит <...> корабль <...> "Дагестан".

"Это первый корабль российского Военно-морского флота, вооруженный <...> комплексом "Калибр-НК". Комплекс позволяет применять несколько типов высокоточных ракет как по надводным, так и по береговым целям на дальностях до 300 км",— сообщил <...> официальный представитель Каспийской флотилии капитан 3-го ранга Алексей Рулев".

"Корабль <...> проекта 11661К <...> "Дагестан", разбился во время шторма, вызванного <...> новороссийским ветром бора. <...>.

— "Дагестан" стоял у стенки <...>. Когда резко задул бора, каспийский экипаж <...>, не знакомый с местной спецификой, растерялся и <...> не успел быстро вывести корабль в море. В результате "Дагестан" навалился на причал и сильно помял борт,— рассказал <...> представитель штаба Новороссийской военно-морской базы, ставший очевидцем происшествия.

Моряков-черноморцев неприятно поразила "бумажная" легкость, с которой борта корабля прогнулись при столкновении с бетонной стенкой".

"Дагестан", как известно, был типичным российским корабельным долгостроем. Строили его в общей сложности около 20 лет, а о стенку побили за минуты. На флоте, конечно, и не такое бывало, но не понятно, почему местных военнослужащих удивило только то, как бетон гнул железо. Про жестокие ветровые и волновые условия в Новороссийской базе известно испокон веков. С ухудшением погоды ее корабли всегда были вынуждены уходить в открытое море и "штормовать" там, иногда до 60 дней. Чтобы хоть когда-то покончить с этим безобразием, ассигнованы огромные деньги. На них строятся мощные оградительные молы длиной в несколько километров. Пока молы не построены, обеспечить безопасность "Дагестана" в своей акватории должен был штаб базы. А именно: иметь объективный метеопрогноз и загодя выгнать новейший дорогой корабль подальше от стенки в приказном порядке. Ничего этого сделано, видимо, не было, зато черноморцы поражаются теперь какой-то "легкостью".