Экономический прогноз

Наступает август, и "Власть", как всегда, предлагает свой экономический прогноз на месяц. Эксперты отвечают на вопросы: что случится в августе с курсом доллара? какой окажется инфляция? как поведут себя нефтяные цены? что будет происходить на фондовом рынке США, который влияет на экономику всех стран, в том числе и России? Но для начала оценим главное экономическое событие июля.
       СЕРГЕЙ МИНАЕВ ("Власть"), НИКОЛАЙ ВАРДУЛЬ ("Власть")
       
       Главным экономическим событием июля следует признать снижение норматива обязательной продажи экспортной выручки. Правда, снижение может показаться не таким уж значительным — всего на 25 процентных пунктов (с 75% до 50%). Но и это выглядит для властей достижением валютной либерализации. Целых три года сохранялся норматив в 75%, введенный после августовского кризиса 1998 года. В 1999 году власти никак не могли поверить, что кризис уже прошел и доллары уже не в катастрофическом дефиците. Однако 2000 год с его рекордно высокими мировыми ценами на нефть сделал свое дело. Власти постепенно привыкли к мысли, что долларов не слишком мало, а слишком много. Мол, приходится бороться не с девальвацией рубля, а с девальвацией доллара, мешающей развитию российской промышленности. Неплохо было бы расстаться с излишками долларов, в частности полностью выплачивая долги Парижскому клубу и отказываясь от новых кредитов МВФ. В таких условиях сохранение кризисного норматива в 75% уже начинает выглядеть немного странным.
       И вот в апреле нынешнего года в своем послании Федеральному собранию президент Владимир Путин решительно высказался в пользу валютной либерализации. Мол, все равно никакие ограничения не работают. А граждане России должны иметь в смысле валюты те же права, что и граждане других стран у себя на родине. Уже тогда было ясно, что норматив обязательной продажи валюты если не отменят, то снизят — ведь на Западе у экспортеров заработанную валюту сейчас никто не отнимает. В конце мая на встрече с крупными промышленниками Владимир Путин заявил, что правительству дано задание к 1 июля осуществить валютную либерализацию, в том числе снизить норматив. Правительство как-то не особенно спешило. И вот в самом конце июня президент срочно вызвал к себе высокопоставленных чиновников и приказал: немедленно внести в Думу законопроект о снижении норматива. В июле приказание было выполнено.
       Но во время обсуждения законопроекта в Думе начал протестовать Центробанк. Сначала на заседании бюджетного комитета представители ЦБ заявили, что нужды в снижении норматива нет, потому что валюты у экспортеров и так предостаточно. И вообще, "75% не с потолка взялись: Госкомстат предоставил соответствующие расчеты". Затем уже на пленарном заседании Думы глава ЦБ Виктор Геращенко заявил: "Быстрота нужна при ловле блох". Мол, Россия уже договорилась с МВФ о том, что ее золотовалютные резервы составят $40 млрд, а пока только $35 млрд. Вот когда будет $40 млрд, тогда можно будет говорить о снижении норматива. Левые фракции в Думе Виктора Геращенко горячо поддержали. Тем не менее Госдума приняла законопроект сразу в трех чтениях.
       На заседании Совета федерации, который должен был утвердить законопроект, Центробанк возобновил свои протесты. Зампред ЦБ Виктор Мельников заявил, что в случае принятия закона дефицит предложения на валютном рынке составит $7 млрд: "Удержать рынок в такой ситуации будет трудно". Центральному банку придется компенсировать нехватку долларов на рынке, расставаясь со своими резервами, а они сейчас очень нужны. Снижать норматив обязательной продажи валютной выручки можно только после 2003 года, когда пройдет пик платежей по внешнему долгу. А Виктор Геращенко в своем письме в Совет федерации выдвинул идею передать право устанавливать норматив обязательной продажи президенту: когда нужно — повышает, когда нужно — понижает норматив. По-видимому, он имел в виду, что при острой нехватке валюты для поддержания курса рубля президенту будет легко повысить норматив (все-таки принятие соответствующего законопроекта потребует больше времени и сил). Заметим, что министр экономического развития и торговли Герман Греф, защищавший законопроект в Совете федерации, внезапно счел такую идею вполне разумной. Но он, по-видимому, имел в виду совершенно иное: когда потребуется дальнейшая либерализация валютного режима, президенту будет легко снизить норматив, и дело обойдется без парламентских дискуссий с Центробанком.
       Протесты ЦБ, конечно, совершенно логичны. Для него удобнее всего был бы норматив в 100%. Банк прекрасно знает, что долларов слишком много не бывает — иначе не наращивал бы с такой увлеченностью свои валютные резервы. И любое повышение норматива облегчает задачу поддержания курса рубля, иначе в 1998 году ЦБ не выступил бы столь решительно за 75%. Однако и снижение норматива ЦБ в каком-то смысле выгодно. Если курс рубля начнет быстро снижаться, Виктор Геращенко сможет припомнить: я же вас предупреждал, я протестовал. Вот теперь вините не меня, а себя.
       В общем, президент и правительство продемонстрировали свою решимость к практическим шагам по валютной либерализации, а Центробанк — свою заботу о курсе рубля. Остается только вопрос: а на каком, собственно, основании государство вообще диктует частным собственникам, что им делать с заработанной валютой? И почему ЦБ так уж озабочен состоянием российского валютного рынка? Ответ прост: потому что со времен Бориса Ельцина, который ликвидировал государственную валютную монополию, заменив ее обязательными продажами валюты на внутреннем рынке, мало что изменилось. Рубль был и остается неконвертируемым, а вся экономическая политика крутится вокруг доллара. Но тут уж ничего не может сделать ни президент, ни глава Центробанка.