Лабораторный корпус

Концерт инди

1 / 3

В "Москва Hall" в поддержку нового диска "Blood Vine" дал концерт южноафриканский музыкант израильского происхождения Йоав Садан. За ловкостью его рук следил БОРИС БАРАБАНОВ.

С московской публикой жителю ЮАР Йоаву повезло. В Москве его привечали с самого начала его карьеры, со времен альбома "Charmed & Strange" (2008) считали практически своим, не в последнюю очередь благодаря корням. Родом он из Израиля, а родители переехали туда с совсем близких нам территорий — из Румынии и Латвии. Йоав, в свою очередь, дорожит своими старыми российскими поклонниками, переписывается с ними и, говорят, обижается, когда кто-то из них не приходит на очередной концерт. А еще гордится умением мешать водку с водой и пить во время концерта "до упора" из маленькой пластиковой бутылочки.

В Москве Йоав представлял свой альбом "Blood Vine" (2012), который вышел только на его родине, в ЮАР, а в остальном мире практически неизвестен. Йоав выступал на сцене один. На видеоэкраны транслировалось изображение обложки "Blood Vine" и какой-то компьютерный снег, хотя, по идее, логично было бы направить объективы камер на руки и ноги музыканта. Его единственный аккомпанирующий инструмент — акустическая гитара. Бит, шумы и закольцованные мелодические фрагменты создаются при помощи сэмплеров и обработок, которыми Йоав управляет при помощи ступней, к тому же корпус гитары часто служит перкуссией. Даже если внимательно приглядеться, не всегда понятно, из какой части инструмента музыкант извлекает тот или иной звук своей акустической палитры. В этом смысле крупные планы были бы подспорьем. Но Йоав явно не хотел слишком акцентировать внимание на технических деталях. Более того, в некоторых эпизодах он явно потерял контроль над ритмической математикой, вокал, бит и струны "разъехались" в разные стороны. Что совершенно не помешало восторженному приему публики.

Ударными номерами, как и следовало ожидать, стали "Adore Adore" и "Club Thing", хиты из альбома "Charmed & Strange". Гастролируя практически без отпусков, Йоав ухитрился не устать от своих главных шлягеров. Когда он исполнял "Club Thing", казалось, что он испытывает песню на прочность и постоянно измеряет глубину меняющегося звука песни, поворачивая ее к слушателю разными гранями. Кавер-версию "Where Is My Mind?" группы The Pixies он начал с того, что, несмотря на наличие на сцене двух микрофонов, пел куда-то в глубь корпуса гитары, используя ее звукосниматели для достижения особой окраски вокала. Исполняя новую песню "Pale Imitation", Йоав продемонстрировал, как при помощи все той же акустической гитары можно получить ломаный клубный бит, а потом сплести его с куплетами и припевами.

Это главное в его методе — он отталкивается от бита. Несмотря на то что его главный инструмент — гитара, он, похоже, никогда не рвался в большие гитаристы, не стремился к славе, условно говоря, Джо Сатриани или Джона Маклафлина. Важно понимать, что изначально Йоав мечтал писать хаус-треки, а гитара просто первое, что оказалось под рукой, когда он смог сознательно организовывать звуки в музыку. Несмотря на то что хитов, подобных "Adore Adore" и "Club Thing", в его более поздних работах нет, за ним по-прежнему интересно наблюдать. Именно потому, что его нельзя однозначно классифицировать. Йоав одновременно и романтический бард, и исследователь-электронщик, и клубный диджей. В "Москва Hall" были моменты, когда казалось, что он может держать аудиторию сколько угодно долго, просто выбивая ритм из корпуса гитары.