Принцип взаимного дополнения элементов как основа взаимоотношений родителей с детьми подросткового и юношеского возраста

Проблемы практической психологии

А.Н.Елизаров

Принцип взаимного дополнения элементов как основа взаимоотношений родителей с детьми подросткового и юношеского возраста

В статье представлены результаты анализа взаимоотношений родителей с детьми подросткового и юношеского возраста с точки зрения концепций А.А. Богданова и А.Ф. Ануфриева. Утверждается, что дети подросткового и юношеского возраста нуждаются, во-первых, в родительском отношении, отвечающем потребности ребенка в самостоятельности, во-вторых, в общении, способствующем формированию у ребенка мировоззрения. Со стороны семьи это предполагает доброжелательность, уважительность, устойчивость, саморефлек-сивность, компетентность взрослых в общении.

Ключевые слова: подросток, юноша, конфликт, ценность, общение, привязанность, личность, адаптация, воспитание, ответственность.

Данное исследование выполнено в контексте решения задачи описания семиотического компонента психодиагностики семьи. Его методологической основой является концепция психологического диагноза

А.Ф. Ануфриева [3]. В целях описания семиотического компонента психодиагностики семьи для анализа семейных отношений в качестве метода используется общенаучная концепция А.А. Богданова.

Реципрокное соответствие между людьми является проявлением фундаментального не только для человеческого поведения, но и для всей природы закона, некогда описанного А.А. Богдановым в его работе «Тектология» [6]. Согласно этому закону, любое соединение каких-либо

Проблемы практической психологии

элементов в целое оправдано тем, что сумма по эффективности будет больше эффективности отдельных частей. При этом проблема усиления сводится к более совершенному сложению активностей, при котором они перестают быть взаимными сопротивлениями, парализующими работу друг друга. Например, теория существует для практики, счет существует для реального счета. Иными словами, соединяемые элементы должны дополнять друг друга, и то, в чем они дополняют друг друга, их соединяет. Все элементы, соединение которых в природе предполагается, имеют тенденцию к этому дополнению. Наоборот, если элементы друг другу противодействуют, они вполне или отчасти друг друга парализуют, взаимно «дезорганизуются». В этом случае помочь может координация -когда между элементами искусственно создаются условия для наличия связи (иными словами, взаимодополнения). А. А. Богданов пишет, что все задачи познания, художественного творчества сводятся к тому, что требуется организовать какие-либо наличные элементы или комплексы в группировки, более сложные и соответствующие определенным целям.

Опираясь на идеи А. А. Богданова, применительно к семейной жизни можно указать на следующие соединения, предполагающие реципрокное соответствие: досупружеская/супружеская пара; родитель (родители) -ребенок; родитель (родители) - подросток (юноша); взрослый человек и его родитель (родители).

Относительно соединения «досупружеская/супружеская пара» принцип реципрокного соответствия предполагает описание того, как стороны соединяются друг с другом, через термины «мужское» и «женское». Этот аспект освящен в одной из наших предыдущих статей [13]. Применительно к соединению «родитель (родители) - ребенок» принцип реципрокно-го (взаимного) соответствия также предполагает описание того, как эти стороны соединяются друг с другом [12].

Относительно соединения «родитель (родители) - подросток (юноша)» существует специфика, определяющая отличие данного реципрокного соответствия от того, что было описано ранее применительно к соединению «родитель (родители) - ребенок».

Начиная с подросткового возраста и особенно приближаясь к юношескому возрасту1, дети порой начинают демонстрировать все большее неприятие родителей, взрослых. У них наблюдается стремление спорить с родителями, противопоставлять себя им, что зачастую протекает на фоне парадоксального внутреннего стремления привлекать к себе родительское внимание, быть в его центре, о чем свидетельствуют соответ-

1 Согласно классификации возрастов, используемой Л.И. Божович [7].

ствующие исследования [5, с. 221-222; 18, с. 131; 19, с. 11; 21, с. 96; 25, с. 124-125; 32, с. 25-26; 33, с. 64-66].

Означает ли негативизм по отношению к родителям то, что дети отвергают их ценности? Данные эмпирических исследований по этому вопросу свидетельствуют о том, что дети юношеского возраста на словах действительно готовы заявлять об этом [33]. Но по сути, они все равно предпочитают развиваться в русле ценностных ориентаций своих родителей [Там же].

Серьезные проблемы возникают, когда ребенок для родителей значим в том смысле, что это не предполагает его самостоятельности. Например, если матери общение с сыном заменяет общение с супругом, т. е. имеет место ситуация семейного треугольника: ребенок встроен во взаимоотношения между матерью и отцом, и это стабилизирует отношения в родительской диаде [35].

В таком случае родителю трудно отпустить ребенка начинать самостоятельную жизнь. Он стремится силой вернуть ребенка, как ему кажется, к социально одобряемому поведению. Приводит же это реально к эскалации конфликта, когда и родитель, и ребенок начинают совершать экстремальные действия, вредящие им обоим. Например, девушка, чтобы доказать своей матери, что она действительно будет жить так, как она хочет, может начать потреблять алкоголь или наркотики, убежать из дома с желанием никогда туда не возвращаться. Побег из дома зачастую ставит подростка или юношу (девушку) в зависимость от криминальной среды. При более тактичном поведении родителей всего этого чаще всего могло бы и не случиться.

Родители, как правило, изматывают себя в этих конфликтах, теряют здоровье, социальный статус, высокооплачиваемую работу. Зачастую при этом они становятся малоспособными оказать своим детям реальную помощь на пути к нормативно заданной социализации (например, оплатить учебу в вузе, оказать помощь в воспитании внуков).

Однажды начавшись, родительско-юношеский конфликт становится главным фактором, предрасполагающим к неприемлемому юношескому поведению и в достаточно благополучных в психологическом плане семьях [39]. Свойственная детству забота родителя о ребенке ближе к юношескому возрасту приводит к тому, что последний начинает ощущать себя «уязвляемым со стороны родителя (родителей)» [Там же]. Ребенок стремится к тому, чтобы взять на себя ответственность за собственное поведение; если он недостаточно при этом компетентен, собственные ошибки и попытки родителей оказать ему помощь его раздражают, поскольку указывают ему на его «ощущаемую уязвимость», от которой он стремится избавиться [Там же].

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

Описанный выше феномен поведения детей в старшем подростковом и особенно юношеском возрасте в западной научной литературе получил название «generation gap». Его анализу посвящена обширная литература [32; 33; 34].

Стремление к самостоятельности в старшем подростковом и юношеском возрасте следует рассматривать как норму, признак психического здоровья, закономерный и необходимый этап в развитии человеческого существа. Должна настораживать сильная эмоциональная привязанность ребенка к одному из родителей в юношеском возрасте и далее. Исследования показывают, что такая привязанность, как правило, связана с ошуще-нием ребенка, что он не способен жить самостоятельно, страхом самостоятельности [32]. Если эта ситуация закрепится надолго, в конечном счете это может закончиться невротическим развитием личности ребенка, патологической ненавистью к родителям и персонам, их олицетворяющим.

R. Montemayor осуществил анализ, который позволяет выявить следующие переменные, ответственные за более широкий, чем в большинстве остальных семей, диапазон вариаций в «родительско-юношеской гармонии».

1. Нарушения семейного функционирования, в частности, наблюдается склонность родителей выражать враждебные чувства друг по отношению к другу, дети (братья и сестры) часто спорят между собой. Наблюдается обмен аверсивными стимулами, который может осуществляться вяло, но часто; последний может переходить в злоупотребления детей, физические оскорбления со стороны родителей. Наблюдаются также игнорирование правил и инструкций (непредсказуемая среда), скудный обмен информацией, низкий уровень мастерства в решении проблем, связанных с адаптацией, - родители являются слабыми наставниками. Супруги не оказывают друг другу поддержки при воспитании детей. Вообще все члены семьи больше склонны к «оборонительному», «терзающему» стилям обмена информацией, нежели к «поддерживающему» и/или предполагающему ответственность, развитие стилю.

2. Поведенческие расстройства у юноши, которые, впрочем, могут быть как причиной, так и следствиями напряженности и конфликтов в отношениях с родителями.

3. Поведенческие расстройства у родителей: у матери - подверженность унынию (депрессии), в случае отца - алкоголизм. Поведенческие расстройства могут быть связаны с жизненным кризисом, трудными жизненными обстоятельствами (проблемы с работой, болезнь), что приводит к низкой самооценке, раздражительности. Они также могут быть связаны с хронической личностной тревожностью.

4. Скудные социальные связи - недостаточное количество поддерживающих взаимоотношений членов семьи с друзьями, родственниками, группами успешных людей за пределами семьи, замкнутость семьи, слабое участие в воспитании ребенка одного из родителей после родительского развода.

5. Низкий уровень адаптации всех или большинства членов семьи к быстрым изменениям окружающей жизни, за которыми они не всегда поспевают. Авторитет родителей у детей в связи с этим может снижаться, а уровень тревоги у всех членов семьи - нарастать [37].

A. Pearl видит причину проблем, связанных с юношеским периодом, в том, что многие юноши не умеют посредством социально желательного поведения извлекать из своих отношений с миром безопасность, комфорт (утешение, поддержку), смысл, принадлежность, компетентность (способность), полезность, надежду, возбуждение, творчество, т. е. удовлетворять свои потребности [38].

Исследование, осуществленное В.Ю. Александровой, продемонстрировало, что подростки начинают курить, пытаясь использовать это внешнее поведенческое средство для овладения ситуацией общения, не владея более адекватными средствами для достижения принятия со стороны сверстников [1]. У подростков, склонных к курению, наблюдается неудовлетворительный социометрический статус, когнитивная простота и неадекватность самооценки [Там же]. При этом данная проблемная ситуация связана с семьей: 46% курящих подростков живут в неполных семьях, среди некурящих их лишь 18% (при среднем - 20%) [Там же]. Эти данные наводят на мысль, что подростки из неполных семей пытаются компенсировать недостаток социальной компетентности с помощью курения.

Е.В. Заика, Н.П. Крейдун и А.С. Ячина сообщают, у 100% подростков, состоящих на учете в инспекции по делам несовершеннолетних (13-17 лет, преимущественно мужской пол), отсутствует интерес к учебе, познанию, у 80% выражено отрицательное отношение к работе. Будущее выступает как прямое отражение примитивных желаний настоящего («исполнение мечты»). У 80% подростков отсутствуют четкие жизненные планы - они как бы ориентированы на длительное продолжение своего настоящего («всегда так будет»). Большинство из них имеет частые конфликты с родителями. Общение со сверстниками в этой группе искажено целями компенсации неудовлетворенности своим положением, задачами самоутверждения. В микрорайоне эти подростки составляют особую, обособленную группу «подростков-правонарушителей», которые фактически отвергаются остальными сверстниками [16].

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

Высокая степень «школьной социализированное™» не только не является гарантией успешного перехода выпускника к следующему этапу социализации, но даже в некоторой степени затрудняет его за счет высокой социальной ригидности «социализированных» выпускников [8]. Этот фактор, безусловно, может оказывать влияние на неприятие частью подростков атрибутов культуры, свойственных нормативно заданной социализации. С другой стороны, из неформальной молодежной группы как массового явления все более исчезает деятельностное, предметное общение (соответственно - внутреннее сосредоточение, рефлексивность) как основа процесса социализации [27]. Но не следует отрицать и того, что влияние родителей этих подростков могло бы быть более значительным на процесс социализации своих детей, а сам процесс социализации по причине этого влияния мог бы быть более успешным.

I. КеБ1ег предлагает постепенно и поэтапно готовить подростков к тем возможностям самостоятельности, которые откроются перед ними с вступлением в юношеский возраст, чтобы это вступление не было для них неожиданным, чреватым многими ошибками, пугающим; в частности, большое значение придается умению жить в сообществе, налаживать социальные связи [36].

Т. Байярд и Дж. Байярд связывают затянувшиеся конфликты родителей с детьми по поводу их постепенного вовлечения в девиантное поведение с неуверенностью или неполной уверенностью родителей в справедливости того, чего они хотят от ребенка, следствием чего является нетвердость их позиции по отношению к ребенку и непоследовательность воспитательной тактики [4].

Приведенные выше интерпретации и соответствующие им исследования наводят на мысль о необходимости сделать анализ более глубоким.

Согласно Л.С. Выготскому, главным новообразованием в подростковом возрасте является переход к понятийному мышлению. Это предполагает «объективное отражение предмета в его сущности и многообразии», которое возникает «в результате раскрытия связей и отношений данного предмета с другими» [9, с. 54-77]. Понятие - «не часть суждения, но сложная система суждений, приведенная в известное единство» [Там же, с. 76-77]. При этом «интеллект подростка отличается стремлением быть логичным. Это стремление проявляется прежде всего в критицизме и большей требовательности к тому, чтобы высказываемое доказывалось. Подросток усиленно требует доказательств» [Там же, с. 61]. Эмпирическое исследование

Н.Ю. Скороходовой показало, что до наступления подросткового возраста (у пятиклассников) формирование ценностных ориентаций происходит на несловесном уровне, т.е. посредством тонкого различения оттенков инто-

наций, мимики расшифровывается смысл высказывания, поступка и на этом уровне («несловесный диалог») происходит обмен ценностными ориентациями [24]. После же становления новообразований, связанных со вступлением в подростковый возраст (девятиклассники), внимание направлено на выяснение оснований оценок, степени их аргументированности. Ценностные ориентации формируются у девятиклассников на словесном уровне, необходимым условием чего является наличие нескольких различающихся по полярности оценок одного объекта, что создает условия для сопоставления позиций; формирование ценностных ориентаций при этом происходит в диалоге [Там же].

Диалог, позволяющий сопоставить различные точки зрения, отвечает потребности подростка и юноши разобраться в окружающем и в самом себе, найти смысл происходящего и своего собственного существования [7, с. 381-382]. Е.В. Субботский отмечал, что отличительная особенность человеческого разума - стремление объяснить окружающий мир [26, с. 3-4]. Работа по объяснению мира начинается с первых лет жизни ребенка и продолжается всю жизнь [Там же]. Однако, как указывал

В. Франкл, «вопросы о смысле жизни наиболее часты и особенно насущны в юности» [30, с. 158-159].

Если в подростковом возрасте (11-15 лет) содержанием психического развития является формирование самосознания (появляются устойчивая самооценка и устойчивые идеалы, в которых воплощаются притязания в отношении моральной сферы и качеств своей личности, они становятся важнейшими факторами развития подростков к концу этого возраста) [7, с. 353-355, 361, 384; 20], то определяющим фактором психического развития в юношеском возрасте (15-17 лет) становится формирование научного и морального мировоззрения [7, с. 433-434; 11, с. 235; 17, с. 20]. Активизируется ценностно-ориентационная деятельность, осуществляется постоянная классификация всего происходящего на «хорошее» и «плохое», на «правильное» и «не правильное», на «как можно» и «как нельзя» [11, с. 234]. Переход от подросткового (6 класс) к раннему юношескому возрасту (9 класс) связан с опосредованием аффективных процессов различными формами логического понятийного мышления [28]. Под влиянием формирующегося мировоззрения юноша или девушка начинает действовать менее импульсивно, больше старается обдумывать свои поступки, принимать решения и действовать в соответствии с сознательно поставленными целями [7, с. 410-416; 17, с. 11-20]. При этом социальная ориентация на развитие сфер активности ребенка расширяет круг референтных групп детей, создавая предпосылки для усиления рефлексии внутрисемейных отношений в сравнительно-оценочном плане [31].

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

Ситуации конфликтные, требующие личностного выбора, являются «катализатором» полной и адекватной самооценки волевых качеств в подростковом возрасте [22], в юношеском же возрасте они создают условия для сопоставления позиций в диалоге, формирования ценностных ориентаций [24], самоконтроля, волевой регуляции деятельности, профессионального и жизненного выбора [22].

М.Р. Гинсбург указывает, что существенной характеристикой старшего подросткового и юношеского возраста является ценностное и смысловое проецирование себя в будущее. Успешное самоопределение характеризуется наличием достаточно широкого спектра личностно значимых позитивных ценностей («ценностная насыщенность»), а неуспешное - их узким спектром или отсутствием («ценностная пустота») [10].

Э.А. Фарапонова и О.А. Гульбс полагают, что в юношеском возрасте происходит осознание своего места в будущем и ведущей становится учебно-профессиональная деятельность, в ходе которой индивид осуществляет поиск самого себя и смысла жизни [29, с. 47]. Это не просто деятельность по овладению профессией - через будущую профессию происходит присвоение ценностей общества, превращение их в индивидуальные ценности [Там же].

Исходя из этого, полагаем, что значительная доля усилий психоло-гов-практиков по работе с родительско-юношескими проблемами должна быть направлена на совершенствование умения родителей оказывать помощь своим детям в плане развития у них мировоззрения [14, с. 237245]. Конкретнее - на развитие умения родителей беседовать с детьми так, чтобы у последних формировались духовные ценностные ориентации и соответствующие им представления о жизненном пути человека. Для этого была разработана методика наращивания социально-воспитательного потенциала семьи, также предложено использовать другие методики, разработанные или модифицированные нами применительно к реальности оказания психологической помощи в ситуации родительско-юношеских конфликтов [Там же].

Поставленная цель актуальна в современной России. Так, по результатам социолого-педагогического опроса родителей и детей в сельской России на первое место выходят три жизненные ценности: здоровье, обеспеченность, семейное счастье [2, с. 60]. При этом невысок рейтинг ценности «интересная работа» и особенно низок рейтинг ценности «развитие личности» [Там же, с. 59-60]. Но семейное счастье невозможно без личностного роста, а последний проблематичен без интересной работы [15]. По наблюдениям педагогов, в сельских семьях распространены факты насилия над детьми [23, с. 18]. О высоком же уровне здоровья,

материальной обеспеченности, семейного счастья в сельской российской глубинке говорить пока не приходится.

Таким образом, дети подросткового и юношеского возраста нуждаются, во-первых, в родительском отношении, отвечающем потребности ребенка в самостоятельности, во-вторых, в общении, способствующем формированию у ребенка мировоззрения. Со стороны семьи это предполагает доброжелательность, уважительность, устойчивость, саморефлек-сивность, компетентность взрослых в общении. Свойство устойчивости предполагает сплоченность взрослых, участвующих в воспитании, компетентность в общении - открытость субъекта отношений. Родительское отношение, отвечающее потребности ребенка в самостоятельности, предполагает достижение ребенком реальной самостоятельности, что, в свою очередь, предполагает со стороны родителей деятельность, целью которой является достижение ребенком самостоятельности. Общение, способствующее формированию у ребенка мировоззрения, предполагает проявление духовного измерения человеческого существования.

Библиографический список

1. Александрова В.Ю. Психологические условия возникновения и распространения курения у подростков: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. М., 1988.

2. Антонов А.И. Семейный образ жизни в сельской России: Монография. М., 2006.

3. Ануфриев А.Ф. Психологический диагноз. М., 2006.

4. Байярд Р.Т., Байярд Дж. Ваш беспокойный подросток. Практическое руководство для отчаявшихся родителей / Пер. с англ. А.Б. Орлова. М., 1991.

5. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание / Пер. с англ. М., 1986.

6. Богданов А.А. Тектология: Всеобщая организационная наука / Отв. ред.

B.В. Попков; Сост., предисл. и ком. Г. Д. Головели; Послесл. В.В. Попкова. М., 2003.

7. Божович Л.И. Личность и ее развитие в детском возрасте. М., 1968.

8. Волович А.С. Особенности процесса социализации выпускников средней школы: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. М., 1990.

9. Выготский Л.С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 4. Детская психология / Под ред. Д.Б. Эльконина. М., 1984.

10. Гинсбург М.Р. Психология личностного самоопределения: Автореф. дис. ... д-ра психол. наук. М., 1996.

11. Дубовская Е.М., Ефимова О.И. Межличностное восприятие и процессы социализации в учебно-воспитательных коллективах // Межличностное восприятие в группе / Под ред. Г.М. Андреевой, А.И. Донцова. М., 1981.

C. 232-251.

12. Елизаров А.Н. Принцип взаимного дополнения элементов как основа детско-родительских отношений // Вестник Московского государственного

Педагогика и психология

Проблемы практической психологии

гуманитарного университета им. М.А. Шолохова. Серия «Педагогика и психология». 2010. № 2. С. 31-40.

13. Елизаров А.Н. Распределение власти и ответственности в супружеской паре: описательная характеристика нормы и феноменология трудностей // Актуальные проблемы психологии: Материалы научно-практической конференции преподавателей факультета психологии МГГУ им. М.А. Шолохова, Москва, 23 апреля 2009 г. / Под ред. А.Ф. Ануфриева, А.А. Вербицкого, В.В. Манихина, В.А. Яковлева. М., 2009. С. М8-169.

14. Елизаров А.Н. Основы индивидуального и семейного психологического консультирования: Учеб. пособие. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2007.

15. Елизаров А.Н. Роль духовных ценностных ориентаций в процессе интеграции семьи // Вестник Московского ун-та. Серия 14. Психология. 1997. № 3.

С. 59-67.

16. Заика Е.В., Крейдун Н.П., Ячина А.С. Психологическая характеристика личности подростков с отклоняющимся поведением // Вопросы психологии. 1990. № 4. С. 83-90.

17. Залесский Г.Е. Психология мировоззрения и убеждений личности. М.. 1994.

18. Кле М. Психология подростка (психосексуальное развитие) / Пер. с франц. М., 1991.

19. Куницына В.Н. Восприятие подростком другого человека и самого себя: Автореф. дис. ... канд. психол. наук. Ленинград, 1968.

20. Лозоцева В.Н. Об исследовании особенностей развития самосознания на рубеже младшего школьного и подросткового периодов формирования личности // Проблемы психологии современного подростка / Под ред. Д.И. Фельдштейна. М., 1982. С. 28-34.

21. Мудрик А.В. Время поисков и решений, или Старшеклассникам о них самих. М., 1990.

22. Пасниченко А.Э. О различиях самооценки волевых качеств личности в подростковом и юношеском возрасте // Вестник Моск. ун-та. Сер.14. Психология. 1991. № 3. С. 39-45.

23. Психосоциальная поддержка семей группы риска как условие предупреждения семейного неблагополучия и семейного насилия (Пособие для психологов и психсоциальных работников) / Под ред. С.А. Беличевой. М., 2005.

24. Скороходова Н.Ю. Формирование ценностных ориентаций в общении у школьников // Ценностные ориентации личности, пути и способы их формирования: Тезисы докладов научной конференции (22-23 мая 1984 г.) / Отв. ред. О. Д. Леонов. Петрозаводск, 1984. С. 83-85.

25. Скрипкина Т.П. Психология доверия: Учеб. пособие для студ. высш. пед. учеб. заведений. М., 2000.

26. Субботский Е.В. Ребенок объясняет мир. М., 1985.

27. Толстых А.В. Подросток в неформальной группе. М., 1991.

28. Туревская Р.А. К вопросу о смысловой организации переживаний в подростковом и раннем юношеском возрасте // Вестник Московского ун-та. Сер.14. Психология. 1990. № 4. С. 57-64.

29. Фарапонова Э.А., Гульбс О.А. Формирование трудовой мотивации у подростков и юношей с девиантным поведением // Психологический журнал. 1993. № 6. Т. 14. С. 46-54.

30. Франкл В. Человек в поисках смысла / Пер. с англ. М., 1990.

31. Янотовская Ю.В. О факторах родительского авторитета в условиях современной семьи // Семья и личность: Психол.-пед. социол. и мед.-пси-хол. проблемы. Тезисы докладов Всесоюзной конференции в г. Гродно, 28-30 сентября 1981 г. / Под ред. А.А. Бодалева (отв. ред.) и др. М., 1981.

С. 234-235.

32. De Wuffel, F.J. Attachment beyond childhood (Individual and development differences in parent-adolescent attachment relationships). Nijmengen-Stellingen, 1986.

33. Dreyfus E.A. Adolescence: Theory and experience. Columbus (Ohio), 1976.

34. Grotevant H.D., Cooper C.R. Adolescent Development in the Family. San Francisco, 1983.

35. Johnson C.F. Detriangulation and conflict management in parent-adolescent relationships: a model // Contemporary Family Therapy. An International Journal. 1993. V. 15. № 2. P. 185-195.

36. Kesler J. Ten mistakes parents make with teenagers: (And how to avoid them). 5 print. Brentwood (Tenn.), 1991.

37. Montemayor R. Family Variation in Parent-Adolescent Storm and Stress // Journal of Adolescent Research. 1986. V. 1. № 1. P. 15-31.

38. Pearl A. A Phenomenological Cost-Benefit Analysis Approach to Adolescence // Parent-Child Interaction. Theory, Research and Prospects. N.Y., 1981. P. 293-323.

39. Tomlinson R.K. Unacceptable Adolescent Behavior and Parent-Adolescent Conflict // Child and Adolescent Social Work. 1991. V. 8. № 1. P. 33-51.

Педагогика и психология