Категория количества и ее выражение в языке (введение в проблематику)

«Magister Dixit» - научно-педагогический журнал Восточной Сибири

№1

УДК 811.1 ББК 81.006

КЮ. Кузина

КАТЕГОРИЯ КОЛИЧЕСТВА И ЕЕ ВЫРАЖЕНИЕ В ЯЗЫКЕ

В статье обобщаются и систематизируются признаки и отношения, лежащие в основе описания категории количества. Автор анализирует отражение количественного аспекта мира в естественном языке. Рассматриваются особенности выражения количественных отношений на различных языковых уровнях, начиная с фонетического, заканчивая синтаксическим.

Ключевые слова: количество; количественное значение; количественная характеристика; квантификатор; языковой уровень

I. Y. Kuzina

THE CATEGORY OF QUANTITY AND ITS MANIFISTATION IN THE LANGUAGE

The paper focuses on systematic description of signs and relations that form the bases of the category of quantity. The author investigates the peculiarities of reflection of a quantitative side of a world language map. The manifestation of quantitative characteristics is analyzed on various language levels - from phonetic to syntactical.

Key words: quantity; quantitative meaning; quantitative characteristic; quantificator; language level

Категория количества - одна из наиболее обширных и многогранных категорий мышления современного человека, поэтому неудивительно, что ее изучение вызывает устойчивый интерес ученых самых различных областей, в том числе, и исследователей в области лингвистики [Кумахов, 1969; Меновщиков, 1970; Панфилов, 1977; Чеснокова, 1981; 1982; Полянский, 1984; Акуленко, 1990; Жаботинская, 1992; Кругликова, 1993; Галич, 2002; 2011].

Если говорить о познании количественной стороны бытия в целом, то здесь можно выделить, по меньшей мере, три уровня: эмпирический, экспериментальный и теоретический.

© Кузина И.Ю., 2014

Теоретическое и экспериментальное познание количества является задачей, прежде всего, точных наук, в частности, специальных областей математики, а также философии, логики, психологии.

Эмпирические знания о количестве субъект приобретает в процессе практической деятельности, т.е. посредством опыта. Процесс эмпирического познания в области формирования количественных понятий глубоко исследовал Жан Пиаже. Как одно из обязательных условий объективности познания он рассматривает экспериментальную доказуемость выводов и приведение теорий к логико-математическим структурам. Слова «много», «мало», «одинаково», «больше» «меньше», считает Пиаже, выражают не только количественную, но и качественную оценку. Они являются терминами приблизительного, неаналитического, эмпирически познанного количества. Экспериментальным путем Пиаже доказывает, что для всех приблизительно-оценочных когнитивных комплексов первостепенное значение имеет опора на глобальное перцептивное сравнение, основанное на синкретном зрительном восприятии пространственных отношений, временных различиях, отношении содержащего и содержимого [Пиаже, 1963].

Таким образом, объективно данная количественная определенность вещи может быть отражена субъектом в процессе познания не только в математических, точных, объективных, но и в нематематических, приблизительных, в той или иной мере субъективных формах [Галич, 2002, с. 24]. И если в научном познании важны точные измерения количества, единицы, шкалы, приборы, соотношения между параметрами одного и того же предмета и т.п., то практический опыт, напротив, соотносит количество не столько с точной шкалой, сколько с жизненными ситуациями. В таких случаях оценка количества психологизируется, субъективируется и превращается в аксиологизацию; иными словами, практическое, донаучное сознание пользуется не столько точными цифровыми данными, сколько, в некотором роде, их оценочными аналогами [Рябцева, 2000, с. 108].

Наиболее общее содержание научного знания о количестве заключено в одном из известных определений В.З. Панфилова: «Количественная определенность есть величина наличности чего-либо, которая в результате сравнения (включая счет, измерение, вычисление) может быть выражена приблизительно (в формулах со значениями «намного больше», «больше», «приблизительно равно», «меньше», «намного меньше») или практически точно (в числах, равенствах) [Панфилов, 1977, с. 158-159]. Как следует из данного определения, количество не всегда поддается точному измерению, расчетам и счету. Пока операции с количеством осуществляются математическими формулами и выражаются цифрами и символами, они точны и однозначны. Но как только манипулировать количествами начинает естественный язык, как только объектом количественных оценок становится мир предметов и событий, идей и концептов, свойств и качеств, чувств и мыслей человека, впечатлений и прогнозов, поступков и проступков, система точных измерений расшатывается [Арутюнова, 2005, с. 20].

Очевидно, что научные методы и результирующие из них структуры представляют собой лишь фрагмент всего многообразия способов и форм познания количественных отношений бытия, используемых в человеческой практике и фиксируемых в фонде знаний индивидов, а «количественная картина мира» отдельного индивида, во многом базируется не на точных научных данных, а на бытовом представлении о количестве, которое можно свести к определению: «количество - это любое исчисляемое или измеряемое свойство» [Галич, 2002, с. 26-27].

Количественной оценке подвергаются как предметные сущности, так и их признаки, действия и события, а потому количество может быть представлено в виде онтологической триады: предметоколичество, процессоколичество, признакоколичество. Содержание предметоколичества составляет счет предметов или их частей и мера недискретных материалов. Содержанием процессоколичества является либо счет отдельных разобщенных процессов или частей одного процесса (кратность), либо протяженность непрерывного процесса во времени.

Признакоколичество - это мера интенсивности предметного или процессного качества. Предметоколичество выражается существительными, процессоколичество - глаголами, признакоколичество - прилагательными и наречиями [Ту-раева, 1985].

Одним из сложнейших вопросов является типология количества, выраженного языковыми средствами. В языкознании был предпринят ряд попыток так-сономизации количества, однако все они базируются на различных критериях, а потому возникают объективные сложности при определении границ данной категории.

Среди многообразия признаков и отношений, лежащих в основе лингвистических описаний количества, наиболее распространенными являются: единичность и множественность, расчлененность и нерасчлененность, кардинальность и ординальность, суммарность и дистрибутивность, определенность и неопределенность, точность и приблизительность, упорядоченность и неупорядоченность, дискретность и непрерывность, экстенсивность и интенсивность, отно-шения«больше»-«меньше»[Ломтев,1971,с.106-116;Холодович,1979,с.174-179; Тураева, 1985; Тошович, 2005].

Во многих исследованиях в наименовании количеств естественным образом обобщены результаты работы человеческих органов чувств. Наиболее часто на количественную оценку влияют различные зрительно воспринимаемые пространственные отношения, такие, как длина ряда считаемых объектов, плотность их размещения в пространстве, временные отношения длительности и кратности для повторных действий. Часто оценка «много»Л<мало» возникает под воздействием наглядно воспринимаемого предмета (предметов). При этом понятие единичности и множественности может трактоваться как выражение единичности или множественности как применительно к объектам, так и применительно к действиям и событиям.

Одной из центральных оппозиций внутри количества является оппозиция экстенсивного и интенсивного количества; экстенсивное количество связано с протяженностью объектов в пространстве и времени, а интенсивное - со степе-

нью развития внутренних свойств объекта. Формируя в совокупности непрерывное количество, оба эти вида количественных характеристик как потенциально измеримые противополагаются дискретному количеству как потенциально считаемому, и с точки зрения номинативного отражения в формах языка, могут составлять основу дескриптивных различий в языковой функциональносемантической категории количества [Галич, 2002, с. 23].

Прерывное и непрерывное количество образуют оппозицию по признакам расчлененность/нерасчлененность. Расчлененное количество определяется посредством счета, а нерасчлененное - посредством измерения. При этом определенное количество всегда носит расчлененный характер (пять страниц, три раза), а неопределенное может быть и нерасчлененным (много воды, достаточно денег). Для того чтобы нерасчлененное множество стало определенным, нужно употребить единицы измерения, т.е. средства расчленения количества (пять литров воды, две пачки денег).

Количество может быть внешним и внутренним - считаться могут отдельные единицы и части одной и той же единицы (очки, одежда, грабли). Этот параметр имеет смысл почти исключительно для расчлененного предметоколичества. При исчислении процессоколичества он малоэффективен, т.к. прерывистый процесс можно в равной мере оценить и как несколько процессов, следующих один за другим, и как стадии одного процесса [Челнокова, 2007, с. 232].

Еще одну значимую оппозицию составляет суммарное и дистрибутивное количество, различие между которыми регистрируется в местоимениях «все» и «каждый» (все - суммарное, каждый - дистрибутивное). Дистрибутивное количество может быть упорядоченным (каждый день) и неупорядоченным (время от времени). Суммарное количество не содержит указания на внутреннее распределение единиц, в то время как дистрибутивное количество такое указание содержит.

Перейдем к рассмотрению средств, которые имеются в естественном языке для выражения количества. Начнем с того, что количественный аспект картины

мира эксплицируется в языке единицами разных уровней - от фонетического до синтаксического. Каждый языковой уровень порождает определенную категориальную систему и каждая из них по-своему соотносится с категорией количества.

Так, на фонетическом уровне важнейшим средством выражения маркированных квантифицирующих оценок является просодия, при этом операция квантификации предполагает шкалирование, т.е. размещение объекта на линейной количественной оси. Удаление от референциальной (или нейтральной) точки маркируется просодически. При любом типе квантификации происходит отображение на линейную шкалу, маркированные позиции на которой помечаются символическим удлинением или сокращением гласных в соответствующих вербальных формах (Ср. Дли-инный такой автомобиль! До-олго ехали. Бы\стро-бы\стро бежит) [Кодзасов, 2000; 2005].

Е.В. Падучева выявляет модели просодических сдвигов, влияющих на исходную словарную семантику слова. Г оворя о плане выражения, она различает две ударные позиции в предложении: главное фразовое ударение, нисходящее, рематическое и второстепенное, восходящее, тематическое. Сдвиг рематического акцента в поверхностной структуре может менять статус компонента в толковании кванторного слова. (Ср.: Few of the passengers survived. Ударение на few: немного пассажиров осталось в живых. A few of the passengers survived; ударение на survived: небольшое число пассажиров осталось в живых) [Падуче-ва, 2005].

На морфологическом уровне количество выражается при помощи отдельных морфем (много-, мало-, мульти-), грамматической категории числа, степени сравнения, лица, времени и вида, а также системой частей речи [Мечков-ская, 2005, с. 449-452; Тошович, 2005, с. 122]. Кроме того, существует целый ряд формантов, словообразовательных приемов и типов, при помощи которых выражаются количественные отношения, в первую очередь, уменьшение и уве-

личение.

На лексико-семантическом уровне имеется очень разнообразная и комплексная лексика с количественной и количественно-качественной семантикой. По сути «категория количества пронизывает всю семантическую сферу языка». Являясь одной из составляющих в построении языковой картины мира, количество признается важнейшей семантической и лексической универсалией [Вежбицкая, 1999, с. 10]. В частности, по подсчетам Б. Тошовича [Тошович, 2005], из 61 прототипа Анны Вежбицкой 6 имеют количественный характер: 1) кванторы - один, два, несколько, мало, много/многие, весъ/все, 2) атрибуты -большой, маленький, 3) таксономия, партономия - вид/ сорт, часть, 4) интен-сификатор, усилитель - очень, больше, 5) пространство - далеко, вблизи, 6) время - долго, не долго, одно время.

Количественные значения присущи всем частям речи, при этом в качестве центральной количественной категории на данном уровне выделяются числительные, которые выполняют сугубо квантитативную функцию. В лексике английского и русского языков можно отметить несколько групп, составляющие которых в обязательном порядке включают кванторные слова. К этим группам относится лексика называния физических характеристик предметов реального мира, имена основных параметров (рост, длина, ширина, высота, толщина, вес, размер, объем, количество, влажность, громкость, температура, возраст и т.п.), искусственные сегментаторы (минута, час, год, месяц, метр, верста, гектар, литр, грамм, килограмм, шаг, палец, локоть, кулак, голова, щепотка, горсть, цистерна, мешок, бочка, бутылка, банка, чашка и т.п.); глагольная лексика измерения и счета (увеличить, уменьшить, измерить, вычислить, определить, суммировать, прибавить, отнять (вычесть), умножить, разделить, поделить, расширить, углубить, сузить, толстеть, худеть т. п.); свободные словосочетания и фразеологические сочетания слов с количественным значением (рота солдат, капля терпения, ростом под потолок, за два квартала, верста коломенская, высшая мера, пуд соли съесть).

Особую роль в выражении квантификации играют кванторные местоимения (каждый, все, любой, всякий, некоторый, кое-кто, кое-что и т.п.), кван-

торные прилагательные (большой, маленький, высокий, низкий, глубокий, мелкий, толстый, тонкий, длинный, короткий, близкий, далекий, молодой, старый, частый редкий, легкий, тяжелый, сильный, слабый, быстрый, медленный, сухой, влажный, громкий, тихий и т. п.), кванторные наречия (всегда, иногда, часто, редко, обычно, однажды, неоднократно).

К лексическим средствам выражения квантификации наряду со знаменательными частями речи относятся различные слова с количественными значениями: детерминативы (артикли в артиклевых языках, слова типа этот, тот); предлоги, выражающие значения логических отношений и операций: включения, исключения, добавления, вычитания, умножения, деления, распределения, количественного предела, количественного сравнения; частицы со значениями ограничения, малости, точности, приближенного равенства и т.п. К разряду количественных слов можно причислить и многие интенсификаторы, которые наряду с количественной оценкой служат для эмоционального обозначения количества (ужасно, страшно, безумно). [Туранский, 1990; Семенова, 2000, с. 117, Шмелев, 2002, с. 72-79; Крылов, 2005, с. 53-57; Шмелев, 2005, с. 511].

На синтаксическом уровне количественная семантика может выражаться через смысловые потенции порядка слов, разные типы связи (в словосочетаниях - согласование по числу, в предложении - координация по числу между подлежащим и сказуемым, а также дейксис и кореференция по этому же - количественному -параметру). Одним из синтаксических приемов передачи количества является повтор, удвоение слова (день за днем, снова и снова, белый-белый, теплее и теплее, давным-давно; ждала-ждала; знаю-знаю), а также перечисление. В целях усиления и уточнения количественных значений используются так называемые синтаксические кванторы (квантор-подлежащее, квантор-дополнение, квантор-обстоятельство), за счет которых происходит осложнение семантики предложения [Жэнь Сюэмэй, 2005, с. 246; Тошович, 2005, с. 122-123].

Одним из средств выражения количественной характеристики действий является категория аспектуальности. Количественная аспектуальность охватывает

«кратность», «длительность» и «интенсивность». Многократность повторения действия, выраженного глаголом, «сигнализирует» о семантической сложности образованной данным глаголом конструкции [Маслов, 2004, с. 305-364; Крылов, 2005, с. 51-52].

В этой связи заметим, что в русском языке есть ряд глаголов, типа хаживать, сиживать, говаривать для которых типичными являются формы многократного НСВ; такие глаголы не имеют ни актуально-длительного значения, ни формы настоящего времени. В контексте отрицания многократные глаголы выражают экспрессивное, эмфатические отрицание (не видывал, не слыхивал, не едал). В книжном нарративе формы многократного НСВ можно встретить и в утвердительном контексте. Такое употребление отмечено оттенком иронии, самоиронии, нарочитой стилизации под эпический стиль: знавал ее в молодости, езжал по разным городам, хаживал там в музеи. В подобных случаях многократный подвид обозначает события, происходившие в далеком прошлом и многократно повторявшиеся [Виноградов, 1972, с. 431; Янко, 2005, с. 219].

«Квантификация действий» может осуществляться синтаксическими средствами за счет сочетания глаголов со словами с количественным значением. К таким словам относятся специальные наречия «дважды», «трижды», «впервые», «вторично», «повторно», «неоднократно» «много», «мало», «немало», «столько», «сколько». Значение определенного количества передается сочетанием «число+n раз» (сколько раз, много раз, два раза). Конкретизация количества может носить чисто оценочный характер, когда количество действий оценивается как большое или маленькое. В аналогичном контексте можно рассматривать темпоральную квантификацию, осуществляемую при помощи «де-зактуализаторов» - наречий типа всегда (во все моменты времени), иногда (в некоторые моменты времени), часто (во многие моменты времени).

Свидетельством функционирования механизмов квантификации на синтаксическом уровне является наличие в формально простых предложениях вторых (третьих и т.д.) предикативных линий, благодаря чему в семантическом аспекте они предстают как семантически сложные. В таких предложениях действуют

законы языковой экономии: в них спрессован огромный объем информации, потенциально членимый на отдельные фрагменты, события, которые мы можем «посчитать», «измерить», оценить.

В прототипическом случае ситуации с множеством участников, каждый из которых или совершает самостоятельные действия, или объединен общим действием с другими участниками, номинируются сложносочиненным или сложноподчиненным предложениями. Все сложные предложения можно рассматривать как конструкции с двумя и более предикативными линиями, а способность полипредикативной конструкции обозначать несколько событий выражается в установлении временных отношений между этими событиями.

Помимо сложных предложений, где явно прослеживается количественная составляющая, к полипредикативным предложениям можно отнести: 1) предложения с вторично-предикативными оборотами, которые в рамках семантического подхода квалифицируются как синонимы сложноподчиненных предложений; 2) предложения с однородными членами, которые в ряде случаев допускают слияние номинации нескольких элементарных ситуаций в одном синтаксическом ряду, обслуживаемом «общим механизмом актуализации; 3) предложения с обстоятельственными предложными словосочетаниями и предложения с наречиями оценки [Супрун, 1977; Пудалова, 1984; Пинчук, 1988; Дюндик, 2008; Ковалева, 2008].

Количественные значения могут возникать и на базе причинноследственных отношений. Ряд исследователей придерживается мнения, что одно и то же реальное положение дел, или одна и та же денотативная ситуация может быть представлена на языковом уровне двумя различными способами: как единая и целостная (что формально соответствует структуре простого предложения) или же как цепочка последовательных и каузально связанных ситуаций. (Ср.(а) Он расколол полено =(б) Он ударил (топором) по полену. Полено раскололось). Таким образом, любое простое предложение, по крайней мере, с глаголом действия можно представить как семантически сложное [Григорьян, 2005, с. 586]. Заметим, что Ю.С. Степанов рассматривает вообще все переход-

ные конструкции как результат слияния двух фраз в одну, при этом сама ситуация действия включает два звена: действие агенса - изменение агенса [Степанов, 1989].

На базе причинно-следственных отношений возникают и количественные значения в сложноподчиненных предложениях, где каузация может быть как скрытой, так и эксплицированной: Мы сидели так далеко, что ничего не было видно. Мы сидели так, что ничего не было видно [Ермакова, 2005, с. 279].

Количественные отношения могут прослеживаться не только при описании множественности событий или действий, но и в сфере модальных оценок. Модальная квантификация осуществляется при помощи модально-оценочных слов, которые сигнализируют о разной степени вероятности описываемого события (ср. вероятно, может быть, наверное, должно быть, по-видимому, видимо, очевидно, наверняка, непременно) [Беляева, 1990, с. 163-166; Гатинская, 2005, с. 258-264; Шмелев, 2005, с. 511].

В заключение отметим, что многоплановость количественных характеристик, с которыми сталкивается исследователь в рамках интегрального описания языковой системы, свидетельствует о том, что язык количеств очень многообразен и противоречив. Соответственно многообразна и многоаспектна количественная картина мира, полноценное описание которой возможно лишь с учетом взаимосвязи между различными количественными значениями и средствами их выражения.

Библиографический список:

1. Акуленко, В.В. Категория количества в современных европейских языках [Текст] / В.В. Акуленко. - Киев: Наук. думка, 1990. - 284 с.

2. Арутюнова, Н.Д. Проблема числа [Текст]/ Н.Д. Арутюнова //Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 6-21.

3. Беляева, Е.И. Достоверность. Микрополе вероятности [Текст] / Е.И. Беляева // Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность. - Л., 1990. - С. 157-170.

4. Виноградов, В.В. Русский язык [Текст] / В.В. Виноградов. -2-е изд. - М.: Рус. яз., 1972.

720 с.

5. Веж^ицка^я, А. Лексические прототипы как универсальное основание межъязыковой идентификации «частей речи» [Текст]/ А. Вежбицка // Семантические универсалии и описание языков. - М., 1999. - С. 134-170.

6. Галич, Г.Г. Когнитивная категория количества и ее реализация в современном немецком языке [Текст] / Г.Г. Галич. - Омск: Изд-во ОмГУ, 2002. - 208 с.

7. Галич, Г.Г. Когнитивные стратегии и языковые структуры [Текст] / Г.Г. Галич. - Омск: Изд-во ОмГУ, 2011. - 232 с.

8. Гатинска^, Н.В. Квантификация в сфере модальных оценок в русском языке [Текст] / Н.В. Гатинская // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 254-264.

9. Григорьян, Е.Л. О возможности квантификации ситуаций [Текст] / Е.Л. Григорьян // Логический анализ языка. Квантитативный аспект. - М., 2005. - С. 587-595.

10. Дюндик, Ю.Б. Наречие оценки и категоризация опыта [Текст] / Ю.Б. Дюндик. - Иркутск: ИГЛУ, 2011. - 179 с.

11. Жаботинская, С.А. Когнитивные и номинативные аспекты класса числительных [Текст]: автореф. дис.…д-ра филол. наук: 10.02.19 / С.А. Жаботинская. - М., 1992. - 41 с.

12. Ермакова, О.П. Переход качества в количество (о природе интенсификаторов) / О.П. Ермакова // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 272-279.

13. Ковалева, Л.М. Английская грамматика: предложение и слово [Текст]: монография / Л.М. Ковалева. - Иркутск: ИГЛУ, 2008. - 397 с.

14. Кодзасов, С.В. Фонетическая символика пространства (семантика долготы и краткости) [Текст] / С.В. Кодзасов // Логический анализ языка. Язык пространств. - М., 2000.-С. 227-238.

15. Кодзасов, С.В. Просодическая символика квантификации [Текст] / С.В. Кодзасов // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 616-637.

16. Кругликова, Г.Г. Языковая категория квантитативности и аспекты ее изучения [Текст] / Г.Г. Кугликова //Филологические науки. - 1993. - №3. - С. 77-84.

17. Крылов, С.А. Количество как понятийная категория [Текст] / С.А. Крылов //Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 44-65.

18. Кумахов, М.А. Число и грамматика [Текст] / М.А. Кумахов // Вопросы языкознания.-1969. - №4. - С. 65-74.

19. Ломтев, Т.П. Квантитативы современного русского языка [Текст] / Т.П. Ломтев // Памяти академика В.В.Виноградова: сб.статей. - М., 1971. - С. 106-116.

20. Маслов, Ю.С. Избранные труды: Аспектология. Общее языкознание [Текст] / Ю.С. Маслов. - М., 2004. - 840 с.

21. Меновщиков, Г.А. Способы выражения единичности и множественности в языках различного типа [Текст] / Г.А. Меновщиков // Вопросы языкознания. - 1970. - №1. - С. 8288.

22. Мечковская, Н.Б. Градуально-количественная семантика в грамматике, лексике и фразеологии: уровневое своеобразие и межуровневые корреляции [Текст] / Н.Г. Мечковская // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 448-465.

23. Падучева, Е.В. Семантика количества и ее отражение в просодии [Текст] / Е.В. Падучева // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 652-667.

24. Панфилов, В.З. Философские проблемы языкознания [Текст] / В.З. Панфилов. - М.: Наука, 1977. - 160 с.

25. Пиаже, Ж. Генезис элементарных логических структур[Текст]/Ж. Пиаже.- М. : Изд-во иностр. лит., 1963.

26. Пинчук, Т.Н. Семантическая интерпретация монопредикативных предложений с множественным объектом в современном английском языке [Текст]: дис….канд. филол. наук: 10.02.04 / Т.Н. Пинчук. - Иркутск, 1988. - 147 с.

27. Полянский, А.Н. План содержания категории количества в русском языке [Текст] / А.Н. Полянский // Филологические науки. - 1984. - №1. - С. 34-41.

28. Пудалова, И.К. Семантическая интерпретация монопредикативных предложений с множественным субъектом в современном английском языке [Текст]: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 / И.К. Пудалова. - Иркутск, 1984. - 166 с.

29. Рябцева, Н.К. Размер и количество в языковой картине мира [Текст] / Н.К. Рябцева // Логический анализ языка. Языки пространств. - М., 2000. - С. 108-116.

30. Семенова, С.Ю. О некоторых свойствах имен пространственных параметров [Текст] / С.Ю. Семенова // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 117-126.

31. Степанов, Ю.С. Индоевропейское предложение [Текст] / Ю.С. Степанов. - М., 1989. - 125 с.

32. Супрун, А.В. Грамматика и семантика простого предложения [Текст] / А.В. Супрун.-М.: Наука, 1977. - 260 с.

33. Сюэмэй, Жэнь Категория количества и ее выражение в русском языке в сравнении с китайским [Текст] / Жэнь Сюэмэй // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. -М.: Индрик, 2005. - С. 243-253.

34. Б. Квантитативная категоризация и категориальная квантификация. [Текст] / Б. Тошович //Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. -С. 104-126.

35. Тураева，З.Я. Некоторые особенности категории количества [Текст] / З.Я. Тураева, Я.Г. Биренбаум // Вопросы языкознания. - 1985. - №4. - С. 122-130.

36. Туранский，И.И. Семантическая категория интенсивности в английском языке [Текст] / И.И. Туранский. - М.: Высш. шк., 1990. - С. 85-86.

37. Челнокова，А.А. Выражение разных видов количества в языке (на материале немецкого языка) [Текст] / А.А. Челнокова. - Вестник СамГУ. - 2007. - №5. - С. 229-234.

38. Чеснокова，Л. Д. Категория количества и способы её выражения в современном русском языке [Текст] / Л.Д. Чеснокова. - Таганрог, 1992. - 178 с.

39. Чеснокова， Л.Д. Категория количества и синтаксические структуры [Текст] / Л.Д. Чеснокова // Вопросы языкознания. - 1981. - №2. - С. 44-45.

40. Чеснокова，Л.Д. Выражение категории количества глагольными формами современного русского языка [Текст] / Л.Д. Чеснокова // Вопросы языкознания. - 1983. - №6. - С. 8290.

41. Холодович，А.А. Проблемы грамматической теории [Текст] / А.А. Холодович. - Л.: Наука, 1979. - 304 с.

42. Шмелев，А.Д. Параметры количественной оценки в естественном языке [Текст] / А.Д. Шмелев // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 511-520.

43. Янко, Т.Е. Многократный подвид древнерусского глагола в кванторном значении [Текст] / Т.Е. Янко // Логический анализ языка. Квантитативный аспект языка. - М.: Индрик, 2005. - С. 218-242.