Мастера ажиотажа

В последние годы все больше разговоров идет про современное африканское искусство — прежде всего благодаря аукционным рекордам. Так, работа «Bush Babies» (2017) Нжидеки Акуниили Кросби, художницы родом из Нигерии, которая теперь живет в Лос-Анджелесе, была продана на аукционе Sotheby’s в прошлом году, в четыре раза превысив верхнюю границу эстимейта,— за $3,4 млн. Регулярно поднимает планку на работы африканцев аукционный дом Bonhams: так, важные произведения художницы из ЮАР Ирмы Штерн держатся в вершине списка ценовых рекордов, установленных на торгах Modern and Contemporary African Art. Их ценовой диапазон — £1,7–3 млн. Ее почти догоняет нигериец Бен Энвонву с рекордом в £1,2 млн. С невероятным успехом вот уже несколько лет подряд проходит ярмарка современного африканского искусства «1–54» в Лондоне, Нью-Йорке и Марракеше. C 2016 года в Лагосе активно развивается ярмарка Art X Lagos.

Джайлз Пеппьятт и картина «Туту» Бена Энвонву

Фото: предоставлено Bonhams

Не последнюю роль в продвижении современного африканского искусства сыграл директор этого направления в Bonhams Джайлз Пеппьятт. «Коммерсантъ. Арт» обсудил с ним перспективы этого рынка.

Когда Bonhams начал продавать современное африканское искусство?

Мне кажется, это произошло 14 или 15 лет назад, и мы были первыми на рынке, кто позднее выделил подобные произведения искусства в отдельный аукцион. В 2007 году им стал The South African Sale: мы начали с искусства Южной Африки, а когда убедились в успешности этой затеи, то расширили географию. С 2009 года мы регулярно проводили аукционы Africa Now. Сначала спроса на такие работы фактически не существовало, а со стороны коллекционеров не было большого интереса. Нам понадобилось два-три года, чтобы они присмотрелись и поняли, что африканское искусство стоит того, чтобы покупать. Если сравнивать с положением дел сейчас, можно заметить фантастический контраст: теперь это один из самых быстрорастущих секторов арт-рынка.

Что помогло покупателям изменить первоначальный скепсис?

Первое — качество, с которым сделаны произведения искусства. Оно по-настоящему выдающееся. При этом визуально работы африканских авторов сильно отличаются от всего, что можно увидеть в Европе или Америке. Люди буквально влюбляются в них с первого взгляда. Второе — привлекательная цена. В прошлом году мы продали работу важного нигерийского художника за £1 млн. Но цены, которых достигают на аукционах лучшие образцы африканского искусства, все еще в десятки раз отличаются от лучших образцов современного западного. До сих пор можно купить очень хорошие работы признанных авторов дешевле £100 тыс., а также найти интересные перспективные работы в диапазоне £10–60 тыс. Третье обстоятельство в пользу этого рынка — коллекционеры ожидают его значительного роста, они покупают, потому что считают это хорошей инвестицией.

Работы на аукционы по-прежнему поступают по большей части от коллекционеров или вы также работаете с галереями?

На первичном рынке не так много галерей, занимающихся современным африканским искусством: около шести в Лондоне, еще четыре-пять в континентальной Европе, пара в Нью-Йорке. Большую часть работ на аукционы мы получаем от частных коллекционеров, потому что мы не нужны галереям, чтобы осуществлять продажи.

Владимир Третчиков (ЮАР, 1913–2006), «Китаянка». Продана на Bonhams за £982 тыс.

Фото: предоставлено Bonhams

Это в основном американские или европейские коллекционеры?

Я бы сказал, что коллекционеры равномерно распределены между Америкой, Европой и Африкой. Если говорить про тех, кто покупает, то мы стараемся расширить географию на Ближний Восток. Среди коллекционеров, уже покупавших африканское искусство, есть и один-два из России.

Хороший коллекционер должен быть образованным в своей сфере. Где искать информацию об африканском искусстве?

Знание — это первоочередная необходимость, сложно покупать то, в чем вы не разбираетесь. Я бы посоветовал всем, кто думает приобрести что-то из современного африканского искусства, сначала сходить на торги, начать регулярно посещать галереи, представляющие работы из Африки, постараться выстроить диалог с галеристами, которые смогут больше рассказать об этих художниках.

Начинающим легко растеряться при виде аукционных рекордов, на фоне которых меркнут все остальные произведения искусства. Как оценить, стоит ли покупать того или иного художника не на пике его карьеры?

Понятно, что на рынке доминируют большие и признанные имена. На одном из осенних аукционов мы, к примеру, продали работу художника из Нигерии за £500 тыс., но на нем были представители региона, картины которых уходили по £5–10 тыс. Всем хочется узнать заранее будущих звезд. Здесь совет может быть только один: выбирая современных авторов, посмотрите, кого из них уже представляют лондонские или нью-йоркские галереи — очевидно, что они будут вкладывать в их карьеру, развитие. И возможно, купленная сейчас за £10 тыс. работа через несколько лет будет уже продаваться за £50 тыс.

Африканские страны периодически принимают участие в Венецианской биеннале. Помогает ли это узнаваемости всего региона?

Нжидека Акуниили Кросби, «Bush Babies». Продана на Sotheby’s за $3,4 млн

Фото: предоставлено Sotheby's

Нигерия участвовала в этой международной выставке два года назад, в этом году в Арсенале можно было увидеть павильон Ганы. Шесть лет назад павильон Анголы получил «Золотого льва». Павильон Ганы собрал много хорошей прессы, но я бы сказал, что это скорее работает на саму страну, нежели на регион в целом. Нынешний павильон показал миру, что Гана может стать полноценным арт-хабом Западной Африки.

Своими современными художниками больше всего известны Гана, Марокко, Нигерия и ЮАР. Есть ли другие страны, чье искусство достойно внимания, но пока его не получило?

Работы художников из Мали и Сенегала находятся на высоком уровне, но пока еще не дотягивают до того качества, которое можно увидеть у авторов из названных вами стран. Процесс становления займет какое-то время, но важно то, что в этих странах есть активный внутренний рынок современного искусства, его создают и коллекционируют. Это чрезвычайно важный фактор — рынок не может существовать только в Лондоне и Нью-Йорке.