КРИТЕРИИ ПРАВОМЕРНОСТИ НАЛОГОВОГО ПЛАНИРОВАНИЯ: НОВАЦИИ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

KHAMIDULLIN, KAMIL Sh. - Ph.D. in Law, Lecturer, Department of Administrative and Financial Law, North-Caucasian branch of Russian State University of Justice

УДК 336.22

ВАСИЛЬЕВА Е.Г.

КРИТЕРИИ ПРАВОМЕРНОСТИ НАЛОГОВОГО ПЛАНИРОВАНИЯ: НОВАЦИИ

В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

Ключевые слова: налоговое планирование, оптимизация налогообложения, пределы осуществления прав, «концепция запрета злоупотребления налогоплательщиком правом».

В статье рассматриваются теоретические разработки действующего налогового законодательства в части оптимизации налогообложения, налогового планирования. Автор рассматривает актуальные проблемы защиты добросовестного налогоплательщика и средства противодействия злоупотреблению правом в сфере налогообложения. Обоснован вывод о целесообразности введении в научный оборот категории налоговой оптимизации и установления ее критериев. Перспективным видится корректировка действующего законодательства - статьи 54.1 НК РФ.

VASILYEVA, E.G.

CRITERIA OF LEGALITY OF TAX PLANNING: INNOVATIONS IN THE LEGISLATION

Keywords: tax planning, tax optimization, limits of implementation of the rights, «the concept of the prohibition of abuse of the rights by the taxpayer»».

In the article viewed the theoretical designs of current tax legislation in part of tax optimization and tax planning. The author viewed the current problems of protection of the conscientious taxpayer and means of countermeasures to abuse of the rights in the sphere of taxation. It substantiated the conclusion on the advisibility of introduction into the scientific circulation the category of tax optimization and identification of its criteria. It seems prospective the correction of current legislation - article 54.1 of the Tax Code of the Russian Federation.

Критерии правомерности налогового планирования, пределы допустимого и возможного поведения налогоплательщика в результате неоднозначного толкования налогового законодательства остаются одними из спорных вопросов во взаимоотношениях налоговых органов и бизнеса. Удельный вес налоговых споров, предметом которых является доначисление сумм налоговых платежей в связи с получением налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, в настоящее время продолжает сохраняться [1]. Одной из причин этому явлению служит отсутствие в Налоговом кодексе Российской Федерации критериев правомерности налогового планирования и осуществления оптимизации налогообложения, а также отсутствие норм, предусматривающих возможность оценки налоговой выгоды, полученной налогоплательщиком, в качестве обоснованной или необоснованной. В результате анализа правоприменительной практики, усматривается влияние судебного правотворчества на формирование налогового законодательства. Российская правоприменительная практика в сфере налогообложения убедительно показывает, в последние годы важную роль и значение нормативно-доктринального толкования НК РФ, которое неуклонно растет. Заметим, в настоящее время велико влияние этих доминант. Как юридическая тенденция, это явление не может остаться незамеченным.

Проблемы защиты добросовестного налогоплательщика и средства противодействия злоупотреблению правом в сфере налогообложения не получили достаточной регламентации в действующем налоговом законодательстве, что до сих пор порождает возникновение судебных споров несмотря на наличие постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление Пленума № 53) [2]. При описании моделей добросовестного поведения налогоплательщика возникают определенные трудности. Так граница между налоговым планированием и уклонением от уплаты налогов бывает настолько пограничной, не ясной, что, как правило,

ведет к конфликтам между налоговыми органами и налогоплательщиками. Выделяя, как отдельную правовую категорию налоговую оптимизацию, отметим, что понятие налоговой оптимизации намного шире, чем такие понятия как налоговое планирование, налоговая минимизация.

Представляется, что налоговая оптимизация заключается в уменьшении размера налоговых обязательств посредством правомерных целенаправленных действий добросовестного налогоплательщика, включающих в себя надлежащее использование предоставленных законодательством льгот, налоговых освобождений, других законных приемов и способов с учетом принципа учета публично-правовых интересов государства. Следовательно, налоговая минимизация соотносится с налоговой оптимизацией таким образом, что представляет собой предельно допустимую действующим законодательством возможность уменьшения налоговых обязательств. Безусловно, что налоговую оптимизацию следует отличать от незаконного уменьшения уплаты налогов (от уклонения от их уплаты). В связи с изложенным для установления критериев, влияющих на правомерность осуществления налогового планирования, отметим, что для любого правового государства необходимо продвижение теоретических исследований по налоговому планированию, с целью установления единых критериев, стандартов, правил поведения, повышения правовой культуры и грамотности налогоплательщика, с целью стимулирования налогоплательщика законным образом уменьшать налоги, избегая совершения налоговых правонарушений. В аспекте данного вопроса соответствующий анализ, изучение налоговой оптимизации и планирования необходим, это позволит снизить количество неправомерных действий, связанных с уклонением от уплаты налогов и привнесёт ясность в формировании критериев налогового планирования.

Вместе с тем важно отметить, что право на налоговое планирование в настоящее время не закреплено на законодательном уровне, налоговое планирование не имеет своих критериев и классификации. Введение таких понятий на законодательном уровне необходимо как для налогоплательщиков, так и для налоговых и правоохранительных органов. Рассматривая правовые основы налогового планирования, с нашей точки зрения, объективно вытекает вывод о необходимости законодательного закрепления понятия налогового планирования и права налогоплательщика на планирование в рамках закона. Но, тем не менее, как представляется, в действительности, предложенные меры законодательного урегулирования, с целью определения правовых пределов налогового планирования на основе определения добросовестности налогоплательщика и отграничения их от нарушений законодательства о налогах и сборах, требуют корректировки. Сформулированы весьма спорно. Следует заметить, что появление 19 августа 2017 года новой редакции Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) [3], фактически стало продуктом, результатом и новым правоприменительным подходом в появлении так называемой «концепции запрета злоупотребления налогоплательщиком правом». Феномен «злоупотребление правом» известен с давних времен. Вопрос о нем традиционно рассматривался в рамках цивилистики римскими юристами и остается дискуссионным по настоящее время. В налоговом законодательстве отсутствует аналогичное или сходное понятие. Понятие «злоупотребление правом» законодательно не определено, что приводит к оставлению разрешения данного вопроса в каждом конкретном случае на усмотрение суда. Полагаю, что злоупотребление правом, это выход за предмет правового регулирования. В последнее время появились попытки обобщить эту конструкцию, сделать ее универсальной, подвести общую теоретическую базу. Полагаю это нецелесообразным и необоснованным заимствованием гражданско-правовых категорий. С институтом злоупотребления правом тесно связаны вопрос обхода закона, добросовестности налогоплательщика, переквалификации сделок в налоговых правоотношениях. В связи с этим возникает вопрос: какой характер носит злоупотребление правом гражданско-правовой аспект, или речь идет о злоупотреблении именно в налоговых отношениях? Заимствование налоговым правом гражданско-правовой терминологии положительно оценивается в науке. Представляется, по

сути, злоупотребление правом в налоговой сфере употребляют как выражение, омоним к цивилистическому институту злоупотребления, то есть слова одинаковые, а явления разные. Более того, если оценке подлежат не собственно налоговые деяния, а гражданско-правовые сделки, то не следует забывать о презумпции добросовестности, закрепленной в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В российском законодательстве термин «злоупотребление правом» закреплен в ст. 10 ГК РФ, в соответствии с которой не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В результате принятия Федерального закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ (в ред. от 04.03.2013) «О внесении изменений в главы 1,2,3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [4] статья 10 ГК РФ была изложена в новой редакции. Введен запрет на обход закона с противоправной целью. Термин злоупотребление правом (ранее известный ГК РФ - ст. 10) с 1 марта 2013 г. был конкретизирован следующей формой - «обход закона». Необходимо отметить, что ст. 10 ГК РФ прямо не рассматривает действия в обход закона как злоупотребление правом, и она не раскрывает содержание термина «обход закона», что возможно приведет к возникновению его судебного толкования. Вместе с тем некоторые суды, учитывая п. 3 ст. 2 ГК РФ при рассмотрении налоговых споров, в которых речь идет о налоговых схемах и противодействии налоговому контролю, применяют положения ст. 10 ГК РФ. В соответствии с позицией Верховного Суда РФ, выраженной в определении от 20.09.2016 № 49-КГ16-18 [5], злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. Представляется, что ключевым моментом в развитии категории злоупотребление правом со стороны налогоплательщика стало именно отсутствие ее четкого, ясного и понятного для каждого содержания. В итоге, восприятие того или иного поведения налогоплательщика в качестве злоупотребления в любой ситуации во многом будет оценочным.

Следствием такой неопределенности, незакрепленности соответствующих дефиниций в налоговом законодательстве стало появление Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» [6]. Введение «концепции запрета злоупотребления налогоплательщиком правом» как нового правоприменительного подхода. Попробуем разобраться, в чем же она заключается. Законодатели определили пределы осуществления налогоплательщиками прав по исчислению налоговой базы и сумм налогов, сборов или страховых взносов. Сказанное позволяет по-новому взглянуть на вопросы и механизмы правового регулирования оптимизации налогообложения. В результате изложенного в НК РФ введена статья 54.1 «Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов» [7]. По всей видимости, приведенная формулировка («пределы осуществления прав») свидетельствует о попытке закрепления в НК РФ концепции запрета злоупотреблениям правом и возможности предъявления налогоплательщику претензий по данному основанию. Следует констатировать, что вместо понятия «налоговая выгода» нормы предлагают использовать расчет суммы налога, произведенный налогоплательщиком, размер которого налоговый орган может поставить под сомнение. Как видно из статьи, исчисление суммы налога (сбора, страховых взносов) отнесено к правам налогоплательщика (плательщика сбора, налогового агента, плательщика страховых взносов), и такое право имеет определенные границы, пределы. Нечеткость установленного в законе порядка исчисления налога может повлечь за собой неправильное исчисление налогоплательщиком налога и, соответственно, привести к недоплате или переплате налога, что следует рассматривать как нарушение прав государства или налогоплательщика. Важно отметить, что исчисление налога продолжает оставаться обязанностью налогоплательщика, за неисполнение которой установлена ответственность.

Нельзя не заметить, что Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-Ф3 «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» введены новые аспекты в части доказывания получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. На первый взгляд, это напоминает так называемую презумпцию добросовестности налогоплательщиков, с установленными в законе пределами осуществления ими прав по исчислению налоговой базы и сумм налогов, сборов или страховых взносов. Новая норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе, путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п. С учетом письма ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» статья 54.1 НК РФ не является кодификацией правил, сформулированных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление Пленума № 53), а представляет собой новый подход к проблеме злоупотребления налогоплательщиком своими правами, учитывающий основные аспекты сформированной судебной практики. Суть изменений заключается в том, что законодателем определены конкретные действия налогоплательщика, которые признаются злоупотреблением правами, и условия, которые должны быть соблюдены налогоплательщиком для возможности учесть расходы и заявить налоговые вычеты по имевшим место сделкам (операциям).

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V-! V-2 НК РФ. Следовательно, сохраняет силу принцип презумпции добросовестности налогоплательщика как один из важнейших элементов конституционно-правового режима регулирования налоговых отношений и публичного правопорядка в целом. В актах и решениях по результатам налоговых проверок налоговые органы должны правильно квалифицировать выявленные в ходе проверки обстоятельства со ссылкой на конкретный пункт статьи 54.1 НК РФ. Данные критерии закреплены в статье 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам [8].

Как представляется, новая статья 54.1 НК РФ посвящена исчислению по результатам сделок налогов по правилам глав части второй НК РФ. В этой связи не понятно - применимы ли положения статьи к иным налоговым правоотношениям. Законодатель, очевидно, имел ввиду, что в ходе мероприятий налогового контроля особое внимание необходимо уделять исследованию обстоятельств, подтверждающих или опровергающих реальное выполнение сделки (операций) контрагентом. Следует учитывать, что Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-Ф3 не предусмотрено оценочное понятие «не проявление должной осмотрительности». Формальные претензии к контрагентам (нарушение законодательства о налогах и сборах, подписание документов неустановленным лицом и т.п.) при отсутствии фактов, опровергающих реальность совершения заявленным налогоплательщиком контрагентом сделок и операций, не являются самостоятельным основанием для отказа в учете расходов и в налоговых вычетах по сделкам (операциям). Вместе с тем, положения пункта 2 статьи 54.1 НК РФ не предусматривают для налогоплательщиков негативных последствий за неправомерные действия контрагентов второго, третьего и последующих звеньев. Следовательно, претензии налогового органа возможны только при доказывании им факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ условий. Полагаю, что в настоящее время с учетом внесенных изменений в НК РФ при защите интересов налогоплательщика в суде в предмет доказывания будет входить не только формальное соблюдение требований закона, но и выяснение субъективной стороны поведения - целей и мотивов совершения сделки, в частности наличия «деловой цели».

В рамках рассматриваемой статьи представляется новое видение. Так автором рассматривается «концепция злоупотребления в налоговой сфере» под принципиально иным углом зрения. Предлагается не противопоставлять осуществление права его содержанию, тем более не признавать осуществление права противоправным. Исходя из этого, не следует обходить вниманием тот факт, что внесение изменений в часть первую НК РФ (введение ст. 54.1) должно влечь за собой внесение изменений и в часть вторую НК РФ (потребуется приведение в соответствие с внесенными изменениями норм, регламентирующих институты НДС, налога на прибыль организаций и пр.). Современное состояние правового регулирования экономических отношений позволяет сформулировать вывод о возможном существовании концепции, выраженной в ст. 54.1 НК РФ, способной стать инструментом защиты прав добросовестных налогоплательщиков и борьбы со злоупотреблением этим правом недобросовестными. Для преодоления обозначенных проблем следует определиться, должен ли быть законодатель монополистом в области установления границ субъективных прав, а суд - непосредственным исполнителем, либо суду будет предоставлено право в отсутствие четкой правовой регламентации самостоятельно устанавливать, правомерно такого поведения. Вынесение налоговым органом на рассмотрение вопроса о злоупотреблении налогоплательщиком правом может изменить подход суда к разрешению спора в целом. Судебные органы при разрешении споров редко усматривают в действиях сторон признаки злоупотребления правом, предпочитая при вынесении решений оперировать иными нормами права. Вместе с тем некоторые суды при рассмотрении налоговых споров, в которых речь идет о налоговых схемах, применяют положения ст. 10 ГК РФ.

При этом новизна, вносимая правоприменителем в положения НК РФ, заключается во введении в нормативную систему так называемых первичных правил поведения, критериев, путем восполнения норм права. Изложенное позволяет прийти к выводу, что правотворческая конкретизация привнесла определенный диссонанс, расширила пределы и критерии правового поведения при осуществлении налогового планирования и оптимизации налогообложения, что требует корректировки положений статьи 54.1 НК РФ. Принимая во внимание складывающуюся судебную практику, налогоплательщикам следует более осторожно и обдуманно предпринимать действия, которые в итоге могут быть расценены налоговым органом и судами как злоупотребление правом, поскольку указанные обстоятельства, свидетельствуют о недобросовестном характере действий налогоплательщика, и могут привести к совершенно неблагоприятным для них последствиям. Перспективой дальнейших исследований в данном направлении является: исследование теоретических основ формирования модели налоговой оптимизации как перспективного направления совершенствования налогового планирования и прогнозирования в России.

Литература и источники

1. Официальный сайт Федеральные арбитражные суды Российской Федерации: http://www.arbitr.ru (дата обращения: 11.02.2018).

2. Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды: постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53// СПС «КонсультантПлюс».

3. Налоговый кодекс Российской Федерации (часть первая) от 31.07.1998 № 146-ФЗ (ред. от 29.12.2017) // СПС «КонсультантПлюс».

4. О внесении изменений в главы 1,2,3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: федеральный закон РФ от 30.12.2012 № 302-ФЗ (в ред. от 04.03.2013) // СЗ РФ. - 2012. - № 53 (ч.1). - Ст. 7627.

5. Определение Верховного Суда РФ от 20.09.2016 № 49-КГ16-18 // СПС Консультант Плюс (дата обращения -11.02.2018).

6. О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации: федеральный закон РФ от 18.07.2017 № 163-ФЗ // СЗ РФ. - 2017. - № 30. - Ст. 4443.

7. Налоговый кодекс Российской Федерации (часть первая) от 31.07.1998 № 146-ФЗ (ред. от 29.12.2017) // СПС «КонсультантПлюс».

8. О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации: письмо ФНС России от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ // СПС КонсультантПлюс (опубликовано не было).

References and Sources

1. Oficial'nyj sajt Federal'nye arbitrazhnye sudy Rossijskoj Federacii: http://www.arbitr.ru (data obrashcheniya: 11.02.2018).

2. Ob ocenke arbitrazhnymi sudami obosnovannosti polucheniya nalogoplatel'shchikom nalogovoj vygody: postanovlenie Plenuma Vysshego Arbitrazhnogo Suda Rossijskoj Federacii ot 12.10.2006 № 53// SPS «Konsul'tantPlyus».

3. Nalogovyj kodeks Rossijskoj Federacii (chast' pervaya) ot 31.07.1998 № 146-FZ (red. ot 29.12.2017) // SPS «Konsul'tantPlyus».

4. O vnesenii izmenenij v glavy 1,2,3 i 4 chasti pervoj Grazhdanskogo kodeksa Rossijskoj Federacii: federal'nyj zakon RF ot 30.12.2012 № 302-FZ (v red. ot 04.03.2013) // SZ RF. - 2012. - № 53 (ch.1). - St. 7627.

5. Opredelenie Verhovnogo Suda RF ot 20.09.2016 № 49-KG16-18 // SPS Konsul'tant Plyus (data obrashcheniya - 11.02.2018).

6. O vnesenii izmenenij v chast' pervuyu Nalogovogo kodeksa Rossijskoj Federacii: federal'nyj zakon RF ot 18.07.2017 № 163-FZ // SZ RF. - 2017. - № 30. - St. 4443.

7. Nalogovyj kodeks Rossijskoj Federacii (chast' pervaya) ot 31.07.1998 № 146-FZ (red. ot 29.12.2017) // SPS «Konsul'tantPlyus».

8. O rekomendaciyah po primeneniyu polozhenij stat'i 54.1 Nalogovogo kodeksa Rossijskoj Federacii: pis'mo FNS Rossii ot 31.10.2017 № ED-4-9/22123@ // SPS Konsul'tantPlyus (opublikovano ne bylo).

ВАСИЛЬЕВА ЕВГЕНИЯ ГРИГОРЬЕВНА - кандидат юридических наук, доцент, кафедры административного и финансового права Северо-Кавказского филиала Российского государственного университета правосудия. VASILYEVA, EVGENIYA G. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of administrative and financial law, North Caucasus Branch of the Russian State University of Justice Krasnodar (vasileva_e80@mail.ru).

УДК 347.73

КОЖУШКО С.В.

ПРИНЦИПЫ БЮДЖЕТНОГО ПРАВА С ПОЗИЦИИ НАУЧНО ОБОСНОВАННОЙ КОНЦЕПЦИИ ИНТЕГРАТИВНОГО ПРАВОПОНИМАНИЯ

Ключевые слова: принципы права, принципы бюджетного права, принципы бюджетного законодательства, принципы бюджетной системы, нормы права, правовое и индивидуальное регулирование, концепция интегративного правопонимания.

В статье представлен анализ существующих в правовой доктрине подходов к определению понятия «принципы права», «принципы бюджетного права», «принципы бюджетного законодательства», «принципы бюджетной системы» и соотношение перечисленных категорий. С позиции научно обоснованной концепции интегративного правопонимания сформулировано определение принципов бюджетного права как средств бюджетно-правового регулирования, соответствующих особенностям предмета бюджетного права.

KOZHUSHKO, S.V.

PRINCIPLES OF BUDGETARY LAW FROM THE POSITION OF THE SCIENTIFICALLY SUBSTANTIATED CONCEPT OF INTEGRATE LEGAL-UNDERSTANDING

Keywords: principles of law, the principles of budgetary law, principles of budget legislation, principles of budgetary system, norms of law, legal and individual regulation, concept of integrative legal-understanding

In the article presents an analysis of existing in the legal doctrine an approaches to the definition of the concept of "principles of law", "principles of budget law", "principles of budget legislation", "principles of the budget system" and correlation of the listed categories. From the position of the scientifically substantiated concept of integrative legal-understanding, it formulated the definition of the principles of budgetary law as a means of budget-legal regulation, corresponding to the features of the subject of budgetary law.

В науке бюджетного права известна проблема принципов бюджетного права, как одна из важнейших, с точки зрения практического применения, и в тоже время, как одна из дискуссионных и актуальных. Объясняется это тем, что, в настоящее время отсутствует общепринятое или нормативно закрепленное в законодательстве определение понятия «принципы бюджетного права». Отсутствие указанной дефиниции связанно с параллельно идущими и не решенными однозначно вопросами в бюджетном праве:

1) не до конца решена проблема систематизации финансового права и бюджетного права, в связи с чем, одни авторы, и их большинство, говорят о подотрасли бюджетного права в системе финансового права [1; 2; 3; 4; 5; 6], а другие выделяют отрасль бюджетного права [7; 8], признавая ее значимость и объемность;

2) не определено место принципов бюджетного законодательства, принципов бюджетной системы, принципов бюджетного процесса в бюджетном праве. В этой связи одни авторы признают возможность отнесения принципов бюджетной системы к принципам