Получение компьютерной информации как самостоятельное оперативно-розыскное мероприятие

А.В. Серов, А.С. Дубинин,

кандидат юридических наук, Омская академия МВД России

Омская академия МВД России

ПОЛУЧЕНИЕ КОМПЬЮТЕРНОЙ ИНФОРМАЦИИ КАК САМОСТОЯТЕЛЬНОЕ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЕ

МЕРОПРИЯТИЕ

OBTAINING OF COMPUTER-BASED DATA AS AN PARTICULAR OPERATIONAL-INVESTIGATIVE

MEASURE

В статье рассматривается оперативно-розыскное мероприятие «получение компьютерной информации». Анализируя его правовую природу, авторы приходят к выводу о необоснованности его выделения в качестве самостоятельного оперативно-розыскного мероприятия.

The article deals with operational-investigative measure «obtaining of computer-based data». Analyzing its legal ature, the authors conclude that it is unreasonable to allocate it as a particular operational-investigative measure.

Федеральным законом от 6 июля 2016 г. № 374-ФЗ [1] введено новое оперативно-розыскное мероприятие (далее — ОРМ) — «получение компьютерной информации» (далее — ПКИ). Ни федеральный закон, ни подзаконные акты, в том числе ведомственные нормативные правовые акты МВД России, не раскрывают содержания данного мероприятия. Нет его и в модельном законе об оперативно-розыскной деятельности [2]. В то же время представляется очевидным, что органы, осуществляющие ОРД, сталкиваются с компьютерной информацией далеко не впервые и ранее успешно получали ее в ходе других ОРМ, в первую очередь в ходе снятия информации с технических каналов связи (далее — СИТКС), обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (далее — обследование) и наблюдения. Указанное обстоятельство обусловливает закономерные вопросы

правоприменителей о порядке проведения рассматриваемого ОРМ и научного сообщества — об обоснованности его появления.

Несмотря на относительную новизну этого мероприятия, подходы к уяснению его содержания в научной литературе уже сформулированы. Так, Р. Р. Мамлеев дает следующее определение получению компьютерной информации: «Это совокупность средств и способов исследования компьютерной системы с целью обнаружения и документирования материальных следов, сопутствующих подготовке или совершению преступлений, которые могут содержаться в компьютерной системе в форме электрических сигналов, независимо от средств их хранения, обработки и передачи» [3].

Ю. В. Волгин определяет ПКИ как комплекс действий с использованием специально разработанных технических и программных средств,

направленных на поиск и извлечение компьютерной информации, а также приведение ее к форме, позволяющей проанализировать и оценить ее содержание, проводимых оперативно-техническими подразделениями федеральной службы безопасности и органов внутренних дел [4].

С. В. Баженов полагает, что ПКИ осуществляется путем получения информации, содержащейся на жестком диске компьютера или иных электронных носителях, связанных с компьютером каналом связи на основе технологии удаленного доступа по информационно-телекоммуникационным сетям, в том числе с применением заблаговременно внедренных закладных устройств и (или) программного обеспечения [5].

По мнению А. Ю. Шумилова, в рамках ПКИ подлежат контролю и фиксации характеристики магнитных полей, возникающих при обороте компьютерной информации в сети электрической связи (компьютерной сети) [6].

Анализ приведенных точек зрения позволяет сделать вывод о том, что авторы, исследовавшие рассматриваемое мероприятие, фактически понимают под ним разновидность либо обследования (Р. Р. Мамлеев, Ю. В. Волгин, С. В. Баженов), либо снятия информации с технических каналов связи (А. Ю. Шумилов).

Вместе с тем, не ставя по сомнение саму необходимость получения компьютерной информации в ходе решения задач оперативно-розыскной деятельности, считаем закрепление в законе ПКИ в качестве самостоятельного оперативно-розыскного мероприятия не вполне обоснованным. Приведем ряд аргументов в поддержку данного тезиса.

Компьютерная (электронная документированная) информация может существовать в двух состояниях:

а) передаваться по каналу связи;

б) храниться на машинном носителе [7, 8].

Рассматривая первое состояние, вынуждены

отметить, что информационные сообщения передаются от абонента к абоненту (абонентам) с использованием существующих информационно -телекоммуникационных технических каналов связи. В таком случае ее контроль и получение оперативно-розыскными органами охватывается целью и содержанием ОРМ «снятие информации с технических каналов связи».

Второй случай сложнее. Во-первых, вне зависимости от того, соединены электронные носители с компьютерами или иными устройствами, ее получение по своей правовой природе представляет собой обследование или исследование в зависимости от того, требуются ли для ее отыскания (сохранения, изъятия) специальные познания.

Именно такой подход сложился в отечественном уголовном процессе, где специальное следственное действие для получения компьютерной информации не предусмотрено. Очевидно, что ранее действовавшая редакция ФЗ «Об ОРД» не позволяла эффективно получать компьютерную информацию в рамках обследования, т.к. в названии данного ОРМ четко перечислены объекты обследовании: помещения, здания, сооружения, участки местности и транспортные средства. Отдельных предметов, в том числе компьютеров, в названии рассматриваемого ОРМ нет, хотя в следственной практике самым распространенным видом осмотра (процессуального аналога обследования) является именно осмотр предметов, в том числе вещественных доказательств.

Безусловно, на момент принятия закона № 374-Ф3 это являлось проблемой, и эту проблему необходимо было экстренно решать. Однако, по нашему мнению, решать ее необходимо было не введением нового ОРМ, а корректированием названия ОРМ «обследование...», а именно исключением из него перечня подлежащих обследованию объектов. Более того, появление ПКИ не решило проблему обследования иных предметов (не компьютеров), в связи с чем не теряют актуальность предложения по уточнению названия обследования, уже давно сделанные В. М. Атма-житовым, В. Г. Бобровым [9] и А. Е. Чечетиным [10, 11] и поддержанные другими авторами [12], например, по возврату к традиционному названию данного метода ОРД — «оперативный осмотр».

До принятия закона № 374-ФЗ в практике встречались случаи получения компьютерной информации в рамках обследования помещений, в которых находились компьютеры, однако такой способ получения следует считать неким суррогатом, способным породить вопрос о законности результатов такого ОРМ.

Во-вторых, в интересах решения задач оперативно-розыскной деятельности возникает потребность обнаружения, изучения и фиксации компьютерной информации путем удаленного доступа к ней. Однако решение задачи удаленного доступа к компьютерной информации также не требовало введения нового оперативно-розыскного мероприятия. Действительно, удаленный доступ к электронным информационным ресурсам является лишь организационно-тактической формой обследования, но никак не самостоятельным мероприятием. Более того, законодательству и практике давно известны опосредованные, в том числе применением различных технических устройств, формы таких мероприятий, как обследование и наблюдение [8, 13].

Следует также отметить, что если электронная документированная информация не просто хранится, а в момент проведения мероприятия обрабатывается с использованием средств компьютерной техники и целью оперативных подразделений является фиксация именно происходящих изменений, то данные действия следует относить к ОРМ «наблюдение».

Продолжая наши рассуждения, отметим, что в связи с появлением нового мероприятия в ФЗ «Об ОРД» произошли связанные с этим изменения, касающиеся условий проведения мероприятий. Так, ч. 2 ст. 8 названного закона приобрела следующею редакцию: «Проведение оперативно-розыскных мероприятий (включая получение компьютерной информации), которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения...». Данное уточнение поставило под вопрос устоявшиеся представления о предварительном судебном контроле в оперативно-розыскной деятельности. Ранее законодатель связывал необходимость получения судебного решения на проведение ОРМ не с видом мероприятий, а с фактом ограничения при их проведении обозначенных прав. В настоящее время формулировка закона стала допускать двоякое толкование, поскольку непонятно, всегда ли ПКИ должно проводиться только на основании судебного решения, или только в тех случаях, если при его проведении ограничиваются перечисленные выше права? Возможно, внесенное в ч. 2 ст. 8 уточнение является напоминанием оперативно-розыскным органам, что при проведении и этого мероприятия указанные права могут ограничиваться. Такая гипотеза не исключена, но выглядит довольно странно с точки зрения юридической техники. Правоприменитель и ранее без специальной оговорки знал, что, несмотря на неочевидность, некоторые мероприятия в ряде ситуаций требуют судебного санкционирования, например наблюдение или обследование, проводимые в жилище, или наведение справок в компаниях — операторах связи, если запрашиваются сведения о соединениях абонентов.

В то же время в ч. 9 ст. 8 анализируемого закона при проведении мероприятий по основаниям, предусмотренным пунктами 1—4 и 6 части второй статьи 7 (в рамках так называемой «до-пускной работы») не говорится о запрете проведения ПКИ, при том что проведение иных ОРМ,

ограничивающих перечисленные конституционные права, не допускается.

Такая двусмысленность не способствует повышению эффективности правоприменения и защищенности прав граждан при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

Принятые изменения привели и к разрушению представлений о самой системе оперативно -розыскных мероприятий. Ранее, несмотря на отсутствие в законе их определений и порядка проведения, общепринятым основанием выделения всех мероприятий был способ получения оперативно-розыскной информации. Исключением из этого правила были мероприятия СИТКС и ПТП, которые соотносятся как общее и частное, что также рождало предложения об объединении данных мероприятий в одно [10]. Кроме того, как справедливо отмечает А. Л. Осипенко, название ПКИ указывает только на разновидность информации, подлежащей обнаружению, извлечению и получению в распоряжение оперативно-розыскных органов [14]. Безусловно, получение информации в ходе данного ОРМ имеет некоторые специфичные черты, связанные, например, с внедрением специализированного программного и (или) аппаратного обеспечения в отдельные компьютеры, коммуникационные устройства, локальные сети или сегменты (узлы связи) глобальной сети, однако, по нашему мнению, это все-таки опосредованные (технически или программно) формы проведения давно существующих мероприятий.

Таким образом, с введением нового оперативно-розыскного мероприятия ПКИ законодатель допустил новую формально-юридическую ошибку в критерии дифференциации оперативно -розыскных мероприятий. С сожалением должны констатировать наличие аналогичной проблемы и в уголовном процессе. Законодательное закрепление следственного действия «получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами» наряду с закрепленными в ст. ст. 21, 144 УПК РФ правами субъектов расследования направлять обязательные для исполнения запросы и истребовать документы в нашем сознании создает впечатление нежелания законодателя использовать правила и приемы юридической техники в принципе при подготовке проектов нормативных правовых актов. По аналогичному пути пошло и развитие оперативно-розыскного законодательства.

В модельном законе стран СНГ об оперативно-розыскной деятельности закреплено ОРМ «мониторинг информационно-телекоммуникационных сетей и систем». Хотя данный закон и является ориентиром для стран-участниц в вопросе

формирования национального оперативно-розыскного законодательства), наличие названного мероприятия также не обосновывает появление ПКИ в отечественном законодательстве. Во-первых, в модельном законе с 1998 года закреплено 17 ОРМ, некоторых из них у нас нет. Во-вторых, очевидно, что ПКИ и «мониторинг информационно-телекоммуникационных сетей и систем» — не одно и то же. Мониторинг предполагает систематическую [15] или, как минимум, периодическую, от случая к случаю, деятельность. Правильная в целом идея мониторинга, по нашему мнению, не может быть реализована в рамках действующей системы оснований для проведения ОРМ, закрепленной в ст. 7 ФЗ «Об ОРД». В то же время при наличии соответствующих оснований информационно-телекоммуникационные сети и системы вполне могут быть объектом обследования.

Подводя итог, отметим, что внесение в ФЗ «Об ОРД» давно назревших изменений, позволяющих более эффективно получать компьютерную информацию в целях борьбы с преступностью и обеспечением безопасности, было сделано неверно с точки зрения юридической техники. Получение такой информации в зависимости от сложившейся оперативно-тактической ситуации и от состояния, в котором данная информация находится, может и должно происходить в рамках мероприятий СИТКС, обследования, наблюдения, исследования предметов и документов. Проблема ограниченности возможностей получения компьютерной информации в рамках ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» должна решаться уточнением названия данного мероприятия путем исключения из него перечня обследуемых объектов. При таком подходе ПКИ следует исключить из перечня оперативно -розыскных мероприятий.

ЛИТЕРАТУРА

1. О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности : федеральный закон от 6 июля 2016 г. № 374-ФЗ // СПС «Консультант-Плюс» (дата обращения: 15.05.2018).

2. Модельный закон об оперативно-розыскной деятельности (в редакции Постановления Межпарламентской Ассамблеи государств — участников СНГ от 16 ноября 2016 г. № 27-6). URL: docs.cntd.ru/document/902050857 (дата обращения: 16.05.2018).

3. Мамлеев Р. Р. Средства и методы осуществления оперативно-разыскного мероприятия получение компьютерной информации // Полицейская и следственная деятельность. — 2016. — № 4. — С. 37—45.

4. Волгин Ю. В. К вопросу о понятии «получения компьютерной информации» как вида оперативно-розыскных мероприятий // Защита субъективных прав и охраняемых законом интересов : сб. трудов II Междунар. науч.-практич. конф. (24 марта 2017 г.). — Кемерово, 2017. — С. 121.

5. Баженов С. В. Оперативно-розыскное мероприятие «получение компьютерной информации» // Научный вестник Омской академии МВД России. — 2017. — № 2. — С. 33.

6. Шумилов А. Ю. Получение компьютерной информации как новое оперативно-розыскное мероприятие: первые шаги научного познания // Оперативник (сыщик). — 2016. — № 4. — С. 35.

7. Осипенко А. Л. Снятие информации с технических каналов связи в сети Интернет // Оперативник (сыщик). — 2010. — № 2. — С. 37.

8. Основы оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел : учебное пособие / под ред. А. Е. Чечетина. — Хабаровск, 2014. — С. 119.

9. Атмажитов В. М., Бобров В. Г. О законодательном регулировании оперативно-розыскной деятельности : научный доклад. М., — 2003. — С. 14.

10. Основы оперативно-розыскной деятельности : учебное пособие / С. И. Давыдов, В. В. Каль-ницкий, С. С. Малыгин, А. Е. Чечетин / под ред.

A. Е. Чечетина. — Барнаул, 2003. — С. 113.

11. Чечетин А. Е. Обеспечение прав личности при проведении оперативно-розыскных мероприятий : монография. — СПб., 2016. — С. 150—151.

12. Омелин В. Н., Пардилов Р. Х. О системе оперативно-розыскных мероприятий // Проблемы совершенствования оперативно-розыскного законодательства : мат. круглого стола, посвященного 10-летию принятия Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» / под ред.

B. И. Елинского. — М., 2004. — С. 57—58.

13. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»: научно-практический комментарий / под ред. А. С. Бахты. — 2-е изд. перераб. и доп. — М., 2014. — С. 76.

14. Осипенко А. Л. Новое оперативно-розыскное мероприятие «получение компьютерной информации»: содержание и основы осуществления // Вестник Воронежского института МВД России. — 2016. — № 3. — С. 84.

15. Крысин Л. П. Толковый словарь иноязычных слов. — М., 1998. — С. 500.

REFERENCES

1. O vnesenii izmeneniy v Federalnyiy zakon «O protivodeystvii terrorizmu» i otdelnyie za-konodatelnyie aktyi Rossiyskoy Federatsii v chasti ustanovleniya dopolnitelnyih mer protivodeystviya terrorizmu i obespecheniya obschestvennoy bezopas-nosti : federalnyiy zakon ot 6 iyulya 2016 g. # 374-FZ // SPS «KonsultantPlyus» (data ob-rascheniya: 15.05.2018).

2. Modelnyiy zakon ob operativno-rozyisknoy deyatelnosti (v redaktsii Postanovleniya Mezhparla-mentskoy Assamblei gosudarstv — uchastnikov SNG ot 16 noyabrya 2016 g. # 27-6). URL: docs.cntd.ru/document/902050857 (data obrasche-niya: 16.05.2018).

3. Mamleev R. R. Sredstva i metodyi osusch-estvleniya operativno-razyisknogo meropriyatiya polu-chenie kompyuternoy informatsii // Politseyskaya i sledstvennaya deyatelnost.—2016. — # 4. — S. 37—45.

4. Volgin Yu. V. K voprosu o ponyatii «polucheniya kompyuternoy informatsii» kak vida operativno-rozyisknyih meropriyatiy // Zaschita sub'ektivnyih prav i ohranyaemyih zakonom interesov : sb. trudov II Mezhdunar. nauch.-praktich. konf. (24 marta 2017 g.). — Kemerovo, 2017. — S. 121.

5. Bazhenov S. V. Operativno-rozyisknoe meropriyatie «poluchenie kompyuternoy informatsii» // Nauchnyiy vestnik Omskoy akademii MVD Rossii. — 2017. — # 2. — S. 33.

6. Shumilov A. Yu. Poluchenie kompyuternoy informatsii kak novoe operativno-rozyisknoe meropriyatie: pervyie shagi nauchnogo poznaniya // Operativnik (syischik). — 2016. — # 4. — S. 35.

7. Osipenko A. L. Snyatie informatsii s tehnich-eskih kanalov svyazi v seti Internet // Operativnik (syischik). — 2010. — # 2. — S. 37.

8. Osnovyi operativno-rozyisknoy deyatelnosti organov vnutrennih del : uchebnoe posobie / pod red. A. E. Chechetina. — Habarovsk, 2014. — S. 119.

9. Atmazhitov V. M., Bobrov V. G. O za-konodatelnom regulirovanii operativno-rozyisknoy deyatelnosti : nauchnyiy doklad. M., — 2003. — S. 14.

10. Osnovyi operativno-rozyisknoy deyatelnosti : uchebnoe posobie / S. I. Davyidov, V. V. Kalnitskiy, S. S. Malyigin, A. E. Chechetin / pod red. A. E. Chechetina. — Barnaul, 2003. — S. 113.

11. Chechetin A.E. Obespechenie prav lichnosti pri provedenii operativno-rozyisknyih meropriyatiy : monografiya. — SPb., 2016. — S. 150—151.

12. Omelin V. N., Pardilov R. H. O sisteme operativno-rozyisknyih meropriyatiy // Problemyi sovershenstvovaniya operativno-rozyisknogo za-konodatelstva : mat. kruglogo stola, posvyaschen-nogo 10-letiyu prinyatiya Federalnogo zakona «Ob operativno-rozyisknoy deyatelnosti» / pod red. V. I. Elinskogo. — M., 2004. — S. 57—58.

13. Federalnyiy zakon «Ob operativno-rozyisknoy deyatelnosti»: nauchno-prakticheskiy kommen-tariy / pod red. A. S. Bahtyi. — 2-e izd. pererab. i dop. — M., 2014. — S. 76.

14. Osipenko A. L. Novoe operativno-rozyisknoe meropriyatie «poluchenie kompyuternoy informatsii»: soderzhanie i osnovyi osuschestvleniya // Vestnik Voronezhskogo instituta MVD Rossii. — 2016. — # 3. — S. 84.

15. Kryisin L. P. Tolkovyiy slovar inoyazyichnyih slov. — M., 1998. — S. 500.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Серов Алексей Владимирович. Старший преподаватель кафедры оперативно-разыскной деятельности органов внутренних дел. Кандидат юридических наук. Омская академия МВД России. E-mail: avs1979@inbox.ru

Россия, 644092, г. Омск, проспект Комарова, 7. Тел. (3812) 75-14-00.

Дубинин Артем Сергеевич. Преподаватель кафедры оперативно-разыскной деятельности органов внутренних дел.

Омская академия МВД России. E-mail: hardhak@mail.ru

Россия, 644092, г. Омск, проспект Комарова, 7. Тел. (3812) 75-14-00.

Serov Alexey Vladimirovich. Senior lecturer of the chair of Operational and Investigative Activity of Internal Affairs.

Omsk Academy of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: avs1979@inbox.ru

Work address: Russia, 644092, Omsk, Prospect Komarova, 7. Tel. (3812) 75-14-00.

Dubinin Artem Sergeevich. Lecturer of the chair of Operational and Investigative Activity of Internal

Affairs.

Omsk Academy of the Ministry of the Interior of Russia. E-mail: hardhak@mail.ru

Work address: Russia, 644092, Omsk, Prospect Komarova, 7. Tel. (3812) 75-14-00.

Ключевые слова: оперативно-розыскные мероприятия; получение компьютерной информации; обследование; снятие информации с технических каналов связи.

Key words: operational investigative measures; obtaining computer information; survey; removal of information from technical communication channels.

УДК 343

ИЗДАНИЯ ВОРОНЕЖСКОГО ИНСТИТУТА МВД РОССИИ

Лесовик И. В.

Формирование правовой культуры несовершеннолетних субъектами системы профилактики правонарушений : монография / И. В. Лесовик, Е. А. Супонина. — Воронеж : Воронежский институт МВД России, 2018. —79 с.

В монографии представлены рекомендации по организации работы в сфере правового воспитания несовершеннолетних правонарушителей, а также по повышению эффективности педагогического воздействия на них

Предназначена для профессорско-преподавательского состава, курсантов и слушателей юридических факультетов, сотрудников органов внутренних дел.