"Удача нуждается в провокации"

46-летний уроженец Невшателя Рикардо Гваделупе, назначенный в начале 2012 года на пост CEO Hublot, начинал карьеру в доме Bvlgari. В 1994-м Жан-Клод Бивер пригласил Гваделупе в только что возрожденную марку Blancpain, которая два года спустя вошла в состав Swatch Group. В 2004-м история повторилась: Бивер, пришедший работать в Hublot — марку, нуждавшуюся в тотальном обновлении, позвал Рикардо Гваделупе руководить отделом производства.

— История возрождения бренда Hublot Бивером, вне сомнений, войдет в учебники маркетинга. Помните ли вы свой первый день работы в компании?

— Бивер, с которым я был хорошо знаком еще по работе в Blancpain, позвонил мне и сказал, что два месяца назад принял предложение возглавить Hublot. Это было в июне 2004 года — его звонок, я имею в виду. Я согласился на эту работу, потому что понимал, что это будет невероятное приключение! В свой первый день я встретился с господином Крокко, бывшим владельцем Hublot, с менеджерами. Господин Бивер представил меня и поделился своим мнением. Его мнение сводилось к тому, что я буду играть важную роль в новой истории бренда.

— В чем причина удачного возрождения Hublot? Верите ли вы сами в удачу?

— Я думаю, что бренд спал, но при этом у него было все, чтобы однажды снова стать успешным. Бивер, соглашаясь заниматься Hublot, хорошо понимал силы марки. К тому же мы подошли к возрождению не с пустыми руками: у Бивера была концепция. Она заключалась в том, чтобы начать производство фьюжн-часов. Эту концепцию нужно было превратить в продукт, и так мы выпустили Big Bang. Часы, которые стали популярными, востребованными, признанными в считаные месяцы. Концептуальный продукт в сочетании с талантливым маркетингом — вот что принесло результаты! Я думаю, что мы просто вовремя предложили нашу идею, пришло наше время на рынке, поэтому и успех был феноменальным. Конечно, это была удача. Удача оказаться вовремя в нужном месте с нужными предложениями и концепциями на руках. Но удачу нельзя ждать, сидя под деревом. Удачу нужно провоцировать, она нуждается в этом.

— Что важнее в часовом бизнесе — хороший товар или хороший маркетинг?

— Продукт более важен, разумеется. Хороший маркетинг плохого продукта, безусловно, закончится плохо. Хороший продукт и хороший маркетинг — вот правильный подход.

— Должны ли европейские бренды адаптироваться под вкусы новых рынков? И как при этом сохранить ДНК бренда?

— Адаптация необходима: если ее не будет, марка умрет. Но столь же необходимо уважать свои корни. Для Hublot ДНК является концепт фьюжн — это наше изобретение, наше искусство, и мы будем защищать его нашими инновациями, в которые мы вкладываем много средств.

— Кажется, что Hublot сотрудничает со всеми знаменитостями мира, со всеми популярными видами спорта. Вы не пропускаете никого и ничего. Остались ли люди, состязания, музеи, оркестры, с которыми у Hublot пока еще нет никаких отношений?

— Нам еще очень и очень многие интересны. Необычность и изобретательность необходимы для развития Hublot. Это относится ко всем сферам деятельности, в том числе к маркетингу и спонсорству, о котором вы говорите. Мы любим удивлять!

— Будет ли бренд пробовать свои силы в более высоком сегменте?

— Нас устраивает занятая нами ниша на все сто процентов. Я хочу, чтобы Hublot как бренд и как продукт оставался непревзойденным лидером именно в искусстве создания часов фьюжн. Нам важно и то, что часы Hublot отражают сегодняшнее время. Это очень современные вещи. Более того, во многом: в эстетике, инновациях, технике, цветах, позиционировании — разные модели Hublot соединяют человека с будущим.

— Вы сами коллекционируете часы?

— Когда-то я решил собирать хронографы, поскольку считаю, что это самое интересное усложнение в часовом искусстве.