Жанровый состав современного детского фольклора Ярославской области

О. Ю. Трыкова

Жанровый состав современного детского фольклора Ярославской области

«Каждый жанр важен тогда, когда ощущается», - писал Ю. Тынянов Работа, проведенная нами в период 1986-1989 гг. по собиранию и изучению современного детсного фольклора, дает определенные основания для выводов о том, какие же жанры сегодня «ощущаются» в данной области устного народного творчества.

Материалом для исследования являются фольклорные тексты, собранные под руководством автора студентами педагогического факультета Ярославского педагогического университета имени К. Д. Ушинского дневного и заочного отделений за последние двенадцать лет. Записи осуществлялись от детей четырех-четырнадцати лет в городах Ярославле, Рыбинске, Угличе, Ростове, а также в Ярославской области.

Контрольную группу текстов составили записи, произведенные иногородними студентами в Калининграде, Севе-ро-двинске и других областях России.

«Жанр есть та первичная единица, из которой должно исходить изучение, - утверждал В. Я. Пропп в статье «Об историзме фольклора и методах его изучения». - Каждый жанр характеризуется особым отношением к действительности и способом ее художественного изображения» 2. Первое, на что обращаешь внимание при проведении среза современного детского фольклора Ярославской области - это удивительно разнообразное сочетание исторически сложившихся жанров, сохранивших в значительной степени традиционную духовную культуру народа, с жанрами современными, нетрадиционными, отразившими особенности нынешней детской субкультуры.

Столь многообразный жанровый спектр, как представляется, сегодня характерен только для детского фольклора, поскольку взрослым устным репертуаром во многом уже утрачены многие традиционные жанры, а новые почти не появляются. В этом уникальность такой специфической разновидности устного народного творчества, как детский фольклор.

Рассмотрим и кратко охарактеризуем наиболее типичные жанры, функционирующие ныне в устном рбпертуаре детей Ярославского региона.

Исторически сложившиеся жанры детского фольклора представлены ныне колыбельными песнями, заклинками и приговорками, считалками и жеребьевками, загадками, дразнилками. Мифологические корни, предназначение, основные функции, педагогические и художественные особенности данных малых форм издавна являлись объектом внимания многих фольклористов, от Г. С. Виноградова и О. И. Капицы до В. П. Аникина и М. Н. Мельникова. Избегая повторения уже сказанного, определим основные особенности современного бытования этих древних жанров.

КОЛЫБЕЛЬНЫЕ ПЕСНИ сегодня, к сожалению, можно отнести к исчезающим видам фольклора. Наименьшее количество их текстов отложилось и в нашем архиве. Источники записей делятся на две противоположные группы: это или бабушки от шестидесяти до девяноста с лишним лет (что почти аннулирует определение колыбельных как «материнской» поэзии - в нашем собрании не зафиксировано ни одного случая записи из уст матери!), или ... дети примерно от трех до двенадцати лет (в этом - залог будущего данного жанра).

В современном колыбельном репертуаре представлены тексты весьма древнего происхождения, неоднократно зафиксированные собирателями («Ой, люли, люли, люли. Прилетели к нам гули...»; «Баю-баю, баю-бай. Идет по улице Бадай...» и др.). Традиционный поэтический мир колыбельной пополняется новыми деталями, приобретая сегодняшнюю актуальность:

Баю-баю, баюшки, Сто рублей у бабушки, А у деда миллион -Мы без горя проживем

Существенно увеличивается комическая направленность колыбельной. В традиционный поэтический текст проникает бранная лексика («Спи, говорю, засранка!»), герои и сюжеты популярных телесериалов:

Спи, моя радость, усни. Джина убила Сиси, Круз утопился в пруду, Кейта убили в саду...

ЗАКЛИЧКИ И ПРИГОВОРКИ, являясь традиционными произведениями календарного фольклора, связанные с древними языческими верованиями, заговорами и молитвами-заклинаниями природных сил и существ, перешли из взрослого репертуара в детский. Именно дети в настоящий момент выступают хранителями древней фольклорной традиции, утраченной взрослыми. Одна из причин этого — в особенности детского мировосприятия, стихийный пантеизм, анимизм и антропоморфизм, который утрачен взрослыми и сохранен детьми. Не случайно основным художественным приемом закличек (обращений к силам природы с какой-либо просьбой) выступает олицетворение как прямое эстетическое воплощение анимизма (одушевления неживого). А приговорки (обращения к маленьким живым существам) строятся на приеме антропоморфизма (очеловечивания животных).

Итак, пришедшие из глубокой древности заклички и приговорки и поныне довольно активно функционируют в детском фольклоре. Заклички чаще всего обращены к дождю («Дождик, дождик, перестань...»). На втором месте по частоте исполнения -обращения к солнышку («Солнышко, выгляни! Красное, высвети!»). В них сохраняются элементы «метеорологической магии» (термин В. П. Аникина) - обращения к тучам, грому, радуге-дуге и т. д. Юмор - редкий гость в закличке (сказывается ее заклина-тельная природа), однако есть и исключения:

Гром, гром, как из пушек.

Нынче праздник у лягушек!

Дождик, лей! Ветер, дуй!

Нам под крышей один ...

Современные приговорки, сохраняя отчасти свою магическую природу, приобретают и несомненный игровой характер. Их традиционными героями остаются божья коровка, улитка, мышка и т. д. Сравнительно редко в приговорку проникают детали современности:

Мышка-мышка, вылей воду

Из поганого заводу

(вместо традиционного «на дубовую колоду») '

Любопытный «идеологический», диссидентский вариант современной приговорки процитирован В. Н. Топоровым:

Божия коровка, улети на небо, здесь дают котлетки только тем, кто в клетке 3.

СЧИТАЛКИ И ЖЕРЕБЬЕВКИ, жанры игрового фольклора, берущие начало в древних повериях и обрядах, и поныне довольно часто встречаются в детском репертуаре. Особенно это касается считалок. Это могут быть старые, традиционные тексты про вышедшего погулять зайчика (с многочисленными, уже не раз публиковавшимися вариантами-продолжениями), а также считалки «Вышел месяц из тумана», «Ехала машина темным лесом» и т. д. В настоящее время у них не меньше продолжений, чем у легендарного зайчика; причем сюжет может развиваться совершенно абсурдно и даже сюрреалистически. Один из характернейших признаков современной считалки - замена персонажа. Новыми героями могут стать политик или эстрадная звезда (Ельцин, Мадонна, Пугачева). Но чаще всего в старые считалки проникают герои мультфильмов. В первой половине 90-х годов дети России открывают для себя мир диснеевской мультипликации. В результате этого глубочайшего впечатления, пожалуй, самой популярной считалкой становится обновленный вариант старого текста «На златом крыльце сидели»:

На златом крыльце сидели Микки-Маус, Том и Джерри, Дядя Скрудж и три утенка, А водить-то будет Понка (Ваня Л., 9 лет и многие другие).

Влияние отечественной мультипликации воплотилось в распространенной подмене: «Вышел ежик из тумана...» и т. д. (по мультфильму Ю. Норштейна и сказке С. Козлова). Нередко соединение старой формы и современных образов приводит к сложному сюжетно-образному симбиозу сказочных, мультипликационных героев, а также персонажей телесериалов. Заимствование при этом воплощается в прекрасно усвоенных считалкой сложных иностранных именах...

Значительно скромнее представлены в современном репертуаре жеребьевки. Их образный состав традиционно может быть заимствован из сказки, пословицы или поговорки («Золотое блюдечко или наливное яблочко?»; «Грудь в крестах или голова в кустах?»), а также затрагивать самый широкий спектр понятий, от мира природы до религии, политики и быта («Ниточка или иголочка?», «Ангел божий или черт в рогоже?», «Белые или красные?»). Подчас проблема выбора предлагается в юмористическом контексте («Дядю Федю или белого подведя?»). Есть и жеребьевки «с расшифровкой», в них не только утилитарная игровая функция, но и элементы дразнилки-поддевки: «Ты за Луну или за Солнце? (За Луну - за Советскую страну, за Солнце - за пузатого японца)». Следует, однако, отметить, что жеребьевки все реже и реже встречаются в репертуаре современных детей, уступая место считалкам, которые начинают выполнять их функции.

ЗАГАДКИ, игравшие роль в древней языческой обрядности, сохранившие и поныне свою образовательно-познавательную функцию, принадлежат к группе произведений, перешедших из взрослого фольклора в детский. Собранный материал позволяет выделить несколько групп произведений этого жанра.

1. Традиционные загадки не изменились с древних времен, как и их тематическая принадлежность: это загадки о человеке и его теле, предметах материальной культуры и быта, о животном и растительном мире и т. д. («Сидит девица в темнице, а коса на улице - морковь»).

2. Новые отгадки к традиционным текстам носят ярко выраженный юмористический характер. Они строятся на принципе обманутого ожидания: «Зимой и летом одним цветом (нос алкоголика)», «Висит Груша - нельзя скушать (тетя Груша повесилась)».

3. Новые тексты о традиционных предметах часто имеют по-луимпровизационную, еще не устоявшуюся форму: «Один удар -четыре дырки (вилка)», «Не птица, а с перьями (подушка)».

4. Новые реалии весьма активно проникают в современную загадку. Ее новыми героями становятся популярные персонажи кино, звезды эстрады: «Всех убивает, кровь выпивает (вампир)», «Муж бабушки, но не дедушка (Ф. Киркоров)», «Посмотрел дед на репку — она и выросла. Кто это? (Капгаиров-ский)». Загадка фиксирует появление относительно новых предметов быта, одежды: «Без рук, без ног, а играет (магнитофон)», «С двумя ногами, а ходить не могут (колготки)».

5. Особую группу произведений, возникших в самое последнее время, составляют телевизионные загадки. Несомненное лидерство здесь принадлежит мексиканским сериалам (загадки про «дикую Розу» и «просто Марию») и назойливым рекламным роликам про жвачку, шоколад и т. д.

6. Загадки-шутки, юмористические загадки сегодня особенно популярны: «Летит, кричит, когтями машет. С когтями - не птица, летит — матерится (электрик падает со столба)»; «Лежит на диване, с двумя усами, с шестью ногами, с одним хвостом (папа с котом)».

7. Словесные загадки построены по принципу шарады или на игре букв и звуков: «Какие два животных помещаются в одной бутылке? (конь, як)».

8. Загадки-рисунки прямо противоположны словесным. Например, известные загадки с вопросом «Кто это?» — о мексиканце в шляпе, который едет на велосипеде, или о медведе, который лезет на дерево.

9. Абстрактные загадки с обильным использованием неологизмов, абстрактного юмора и даже элементов абсурда: «Летят две черепашки-ниндзя. Одна на север, другая в Африку. Вопрос: сколько стоят две пары голубых лосин, если они у нас есть? От-ветГ зачем мне белый рояль, который стоит на крыше».

10. Псевдоэротические загадки - принадлежность потаенного детского фольклора, а также способ шокирования взрослых: «Волос на волос, тело на тело, и получается темное дело (глаз, когда закрываешь)».

ДРАЗНИЛКИ, «детская сатирическая лирика» (Г. С. Виноградов), представлены в современном фольклоре несколькими специфическими группами:

1. Дразнилки-прозвища - самая старая разновидность дразнилок, по-прежнему популярны: «Светка-конфетка», «Маш-ка-промокашка» и т. д.

2. Дразнилки, высмеивающие особенности поведения, моральные качества (жадность, трусость, плаксивость и т. д.) -средство воспитания в детской среде: «Жадина-говядина, пустая шоколадина».

3. Дразнилки, высмеивающие физические недостатки и особенности внешнего облика, адресованы толстым, реже - худым, рыжим, очкарикам «Жир-трест комбинат», «Рыжий пес яичко снес».

4. Дразнилки модникам, слишком нарядно или не по сезону одетым детям постепенно сходят на нет: «Модница-сково-родница».

5. По-прежнему актуальной и волнующей остается проблема антагонизма полов, взаимоотношений мальчиков и девочек: «Тили-тили-тесто, жених и невеста!» и т. д.

6. Дразнилки-отзывы дают отпор тому, кто дразнит: «Это ты, а я кто?»

7. И доныне существует группа дразнилок, названных Г. С. Виноградовым поддевками: «- А я видел твою фотографию! - Где? - На банке со свиной тушенкой!»

Современная дразнилка ассимилируется подчас с другими жанрами (с народной песней, с частушкой, с «садистским стишком»), В нее проникают новые образы, понятия: «Сашка-Сашка-барабашка!» и т. д.

ЧАСТУШКИ, появившиеся в репертуаре взрослых около ста лет назад, постепенно угасают как жанр «взрослого» фольклора... и постепенно переходят в детский! Частушки, записанные из уст детей, составляют довольно большую часть нашего фольклорного архива. При смене исполнителя частушка усиливает свое сатирическое и уменьшает лирическое наполнение; хотя по-прежнему любовная тематики остается ведущей, но все больше появляется текстов с осмеянием возлюбленного:

Я сидела на скамейке, Сидит милый на крыльце

Целовала кошку. С выраженьем на лице.

Кошка мне напоминала Выражает то лицо,

Моего Сережку. Чем садятся на крыльцо.

«Война полов», отраженная частушкой, близка современ ным детям:

Раньше девок угощали У подружки платье в складку,

Сладкими конфетами, У меня с карманами.

А теперь их угощают Не бывать, мальчишки, вам

Только сигаретами! Над нами атаманами!

Столь же актуальна для ребенка и проблема взаимоотно-

Мама, мама, не ругай Меня мама ложкой:

За помаду и духи Не гуляй с Антошкой!

Не сама я покупала, Покупали женихи.

А я маму чайником: Не гуляй с начальником!

В детском репертуаре присутствует и специфическая разновидность жанра - плясовые частушки, а также тексты на мотив «Яблочка», уже утраченные взрослыми.

Импровизационный, мобильный характер частушки проявляется в присутствии в ней местного колорита:

Дует ветер, дует ветер, Дует ветер с севера. Ярославские мальчишки Чуть повыше клевера.

Мы, тутаевски девчонки, Мы нигде не пропадем: С самолета упадем -Встанем, спляшем и пойдем.

Отличительная особенность детской частушки — большее, на наш взгляд, количество произведений с героями-животны-Ш1. Особое место среди записанных текстов занимают так называемые школьные и детсадовские частушки, но воспитательная заданность подобных произведений заставляет усомниться в их подлинной фольклорности.

В детский репертуар проникают также тексты социально-политической окраски, новые понятия, популярные имена и образы, отмечается влияние средств массовой информации, особенно телевидения (частушки М. Вашукова и Н. Бандури-на, куплеты дуэта «Иваси»).

Итак, рассмотрев современное бытование исторически сложившихся произведений детского фольклора на примере текстов, записанных в городах и селах Ярославской области, можно сделать следующие выводы:

- все рассмотренные жанры (от колыбельных песен до частушек) имеют место в детском фольклоре Ярославской области, но далеко не в равной степени;

- реже других в настоящее время встречаются колыбельные песни и жеребьевки, чаще - заклички и приговорки, считалки, загадки, дразнилки;

- наряду с произведениями, традиционно относимыми к детскому фольклору, в него заимствуются и те жанры, что ранее относились лишь к «взрослому» устному народному творчеству. По пути давно перешедших из взрослого репертуара в детский закличек и приговорок идут теперь частушки;

- именно дети ныне выступают хранителями многих фольклорных традиций, утрачиваемых взрослыми;

— пополнение содержательного состава многих произведений детского фольклора идет за счет активного проникновения новых образов, деталей, понятий современности; большую роль в этом играют средства массовой информации и особенно - телевидение;

- усиливается, на наш взгляд, комическое начало за счет убывания лирического.

Наряду с исторически сложившимися жанрами детского фольклора активно функционируют современные, нетрадиционные жанры. Это страшилки, «садистские стишки», анекдоты, переделки-пародии. Они отражают особенности современной детской субкультуры, проблемы и интересы ребенка, его страхи и то, что кажется смешным и комическим. Изучение этих жанров дает прекрасный материал для наблюдения над детской психологией и мифологией, над соотношением «собственно детского» и «взрослого», подчас даже архетипического в современном детском фольклоре.

СТРАШИЛКИ - современные мифологические рассказы о Черной Простыне, Красной Руке, Желтых Занавесках, Гробе на колесиках и т. д. Первые упоминания о жанре относятся к 70-м годам нашего века, его «первооткрывателями» О. Н. Гре-чиной и М. В. Осориной было дано и само название жанра -по аналогии с дразнилками, считалками. Термин «страшилка» принят далеко не всеми фольклористами, многие предпочитают такие определения, как «страшные истории», «страшные рассказы» и т. д.

После долгих лет цензурных запретов в настоящее время идет интенсивное собирание и изучение жанра. Публикуются фольклорные тексты 4, составлен Указатель типов и сюжетов-мотивов детских страшных историй 8. Защищена докторская диссертация, где страшилка рассмотрена в контексте фактов традиционной культуры и детской психологии б.

Наша двенадцатилетняя исследовательская и собирательская деятельность зафиксировала самые различные разновидности этого жанра, курсирующие как на территории Ярославской области, так и в других регионах. Наблюдения показали, что самой распространенной страшилкой является произведение «В черном-черном лесу» (только за первые четыре года нами было собрано 52 варианта этого текста, ¿амым популярным остается оно и поныне).

Классические, не пародийные страшилки с трагическим концом (о предметах-вредителях, о пирожках с человеческим мясом, об автобусе-мясорубке и т. д.) обычно рассказывают дети более младшего возраста (интересно, что к трагическим финалам тяготеют и излагающие «страшные истории» взрослые - преимущественно женщины, а также современные писатели, использующие страшилку в своих произведениях). Более старшие дети предпочитают варианты с благополучным концом, где героям удается одолеть антагонистов-вредителей. Особенно популярны у подростков страшилки-пародии, или антистрашилки с неожиданным смешным финалом, приближающим текст к анекдоту. —

Часто встречаются в фольклорном репертуаре детей и страшилки эффекта с резким, неожиданным выкриком в конце, зафиксировано также несколько особых ритуалов запугивания, о которых писала еще М. В. Осорина в знаменитой статье «Черная простыня летит по городу», или «Зачем дети рассказывают страшные истории» (Знание - сила. 1986. № 10. С. 43-45).

Являясь принадлежностью суверенного детского мира, «страшный» фольклор, тем не менее, активно черпает сюжеты и образы из художественной литературы и кино. В качестве многовариантных фольклорных текстов ныне курсируют «Венера Илльская» П. Мериме, «Убийство на улице Морг» Э. По и др. Процесс взаимодействия носит обоюдный характер: в свою очередь, литература все активнее обращается к жанру страшилки («Песни восточных славян» Л. Петрушевской, «Сюр в пролетарском районе» Вл. Маканина, «Синяя рука» Н. Садур, «Красная рука, черная простыня, зеленые пальцы» Э. Успенского и др.).

Родственная быличке и сказке, страшилка удовлетворяет потребность современного ребенка в том, что Э. Успенский назвал «витамином страха», без которого невозможно взросление и подготовка к жизни в мире взрослых.

«САДИСТСКИЕ СТИШКИ» часто путают со страшилками, но это два совершенно различных фольклорных жанра, отличающихся даже формой повествования: прозаической - в страшилке и поэтической - в «садистском стишке». В настоящее время это один из самых распространенных жанроз современного детского фольклора, активно функционирующих в среде школьников, а подчас и дошкольников. Устраивая своеобразное соревнование, дети увлеченно декламируют друг другу, шокируя случайных слушателей-взрослых, тексты типа:

Маленький мальчик нашел пистолет -Больше у Пети родителей нет.

Мальчик в канаве нашел пулемет -Больше в деревне никто не живет.

Имея несомненное авторское происхождение (среди выясненных источников - стихи О. Григорьева и И. Мальского), «садистские стишки» прочно прижились в устном репертуаре, обросли вариантами. В них не просто „описываются «ужасы» (смерть, расчленение тела, убийство взрослыми детей — и наоборот) - они еще и подаются в иронически-сниженном плане. Все ужасное подвергается в таких текстах почти кощунственному осмеянию. Лихой скомороший дух «садистского стишка», его несомненная принадлежность к произведениям «черного юмора» тоже играют своеобразную психотерапевтическую роль, десакрализируя смерть и все, что с ней связано:

Маленький мальчик залез в холодильник, Маленькой ножкой нажал на рубильник -Быстро замерзли сопли в носу, Так и не съел он свою колбасу.

Возникшие примерно в 70-е годы XX в., отечественные «садистские стишки» из-за пуританских педагогических, а также идео-логических запретов стеши изучаться с опозданием на 20 лет .

Современные их записи фиксируют активное включение примет нового времени, политических мотивов, раскрываемых в типичном для жанра остросатирическом ключе:

Маленький мальчик брокером стал -Папу и мамуна танк поменял. Глядит из петли вдаль Комсомольский секретарь.

Радость у ребят, Ликует пионерия: Сегодня к нам приедет Лаврентий Палыч Берия.

Первоначальное авторство и жесткость параметров не противоречат импровизациям внутри жанра. Так появляется местный колорит:

Бабушка Зоя нашла пулемет -

Больше в Починках никто не живет.

Как и другие жанры современного детского фольклора, «садистские стишки» испытывают влияние художественной литературы № телевидения:

В студию Филя приплелся устало.

Степашка с Каркушею кушали сало.

Филя спросил: «А где же наш Хрюша?»

«Нет его больше», - всплакнула Каркуша.

На берегу играли дети -

На дне лежал опухший Петя.

Никто не поможет ему -

Ведь дети играли в Муму!

Все чаще появляются и переделки - пародии на сам жанр «са-дистского стишка», строящиеся на приеме обманутого ожидания:

Катя шагала домой через парк.

В кустиках ждал сексуальный мзньяк.

Не было слышно ни крика, ни писка...

Молча пришибла его каратистка.

ДЕТСКИЕ АНЕКДОТЫ появляются, по нашим наблюдениям, в устном репертуаре ребенка довольно рано. Сначала - это краткие тексты-высказывания, герои которых - сказочные персонажи, хорошо знакомые детям: «Буратино утонул, колобок повесился» (Вова О., 5 лет); «Шел, шел ежик. Забыл, как дышать, и умер. Потом вспомнил и дальше пошел» (Марина Н., 4 года).

Специфическая особенность детского анекдота - большое количество образов сказочно-литературного и животного происхождения:

«Подходит свинья к электрической розетке: «Ну, что, до-хрюкалась?! Замуровали...» (Дима К., 7 лет).

Персонажи русских народных сказок представлены образами Бабы-Яги, Кощея Бессмертного, Ивана-дурака и др. Западноевропейская сказка - преимущественно героями Ш. Перро (Красная шапочка, Серый волк и др.).

Однако несомненными лидерами в детском анекдоте выступают образы литературно-кинематографического происхожде-

ния. знакомые детям прежде всего по мультфильмам, а затем уже по книгам. Это явление подталкивает к ряду выводов о том, что ныне оказывает наибольшее влияние на сознание и воображение ребенка, что формирует его. Прочное первенство в образно-сюжетном составе детского анекдота принадлежит анекдотам про Чебурашку и крокодила Гену, знакомых по мультфильмам и литературным сказкам Э. Успенского. Нередки анекдоты про Винни-Пуха и Пятачка, Малыша и Карлсона и др.

Детский анекдот смело нарушает «жанрово-тематические границы заимствования, сводя, например, в одном сюжете фольклорного Колобка и литературно-кинематографического Чебурашку. Можно отметить в нем и влияние «черного юмора», «садистского фольклора».

Как ни странно, анекдоты о детях занимают не такое уж большое место среди произведений этого жанра. Среди них преобладают анекдоты про Вовочку, отражающие весьма актуальные аспекты взаимоотношений взрослых и детей, проблемы пола и т. д.

Совершенно новую, особую группу анекдотов представляют тексты, обыгрывающие навязчивую телевизионную рекламу, ставшую неотъемлемой частью мировосприятия современного ребенка.

Детский фольклор сохраняет забытые взрослыми анекдоты про дистрофиков, про русского, немца и поляка; популярными остаются тексты про Василия Ивановича и Петьку. С другой стороны, самый продуктивный ныне у взрослых блок анекдотов про новых русских почти еще не проник в детский репертуар.

ПЕРЕДЕЛКИ-ПАРОДИИ - один из самых распространенных и неизученных жанров современного детского фольклора (а подчас и не только детского). Анализируя фольклорные записи последних лет, можно выделить несколько основных групп таких переделок (в зависимости от первоисточника):

1. Переделки-пародии на фольклорные произведения - это трансформированные сказки («Репка», «Сказка про серенького козлика»), считалки, потешки, скороговорки и лирические песни. Например:

Во поле береза стояла. Выпила сто грамм и упала!

Вышел ежик из тумана, Вынул ножик из кармана,

Потому что все ежи Тунеядцы и бомжи

2. Фольклорные пародии на произведения русской классики Психологическая подоплека таких нарочито огрубленных тра-

вестий - в скрытом протесте против чрезмерной сакрализации классических текстов. Не случайно комическому снижению подвергаются самые хрестоматийно известные проиэведения: пролог к поэме А. С. Пушкина («У лукоморья дуб спилили»); «Крестьянские дети» Н. А. Некрасова («Однажды в студеную зимнюю пору»), а также классическая пейзажная лирика.

3. Фольклорное пародирование советской детской поэзии это многочисленные переделки стихов Вл. Маяковского, А. Бар-то, С. Маршака, С. Михалкова и др., нередко доходящие до «садистских стишков» и «черного юмора»:

Крошка-сын к отцу пришел,

И сказала кроха: -

Десять баксов мне на стол -

Или будет плохо!

Наша Таня громко плачет, По головке мячик скачет. Это шуточки отца Мячик сделан из свинца (Коля С., 8 лет).

4. Фольклорные пародии на популярные песни - самая распространенная форма пародирования в устном народном творчестве. Широко представлены песенки-переделки советской массовой песни с комической подменой центрального персонажа и отдельных деталей:

Расцветали веники в подвале, Поплыли галоши над рекой. Выходила на берег корова И гоняла тучи кочергой

Часто пародируются эстрадные шлягеры - отечественные и зарубежные, современные и прошлых лет, и, конечно, детские песни, песенки из мультфильмов:

В лесу родилась елочка,

А кто ее родил?

Зимой и летом Дед Мороз

Беременный ходил

(Катя Л„ 6 с половиной лет).

Итак, от обзора функционирующих ныне в устном репертуаре жанров детского фольклора перейдем к выводам.

Анализ современного детского фольклора Ярославской области и других регионов показал наличие таких исторически сложившихся жанров, как колыбельные песни, заклички и приговорки, жеребьевки и считалки, загадки, дразнилки. Они сохраняют свой мифологический подтекст, но в то же время самым активным образом впитывают все новое, что появляется в нашей жизни.

Активно развивающиеся жанры современного, нетрадиционного детского фольклора представлены в основном страшилками, «садистскими стишками», анекдотами, переделками-пародиями.. И они, в свою очередь, не только отражают приметы времени, но подчас несут древние архетипические мотивы и образы (например, диссоциированный образ страшной Руки в страшилке восходит к соответствующему архетипу).

Таким образом, дети выступают хранителями мифологических традиций, утраченных или утрачиваемых взрослыми. То же самое можно сказать и о многих фольклорных жанрах, которые постепенно перешли или переходят из взрослого репертуара в детский.

Шокирующие многих произведения современного детского фольклора («Зачем тете наши детячьи гадости?» - спросил один из интервьюируемых детей) дают бесценный материал для изучения детской психологии и субкультуры.

Одним из интереснейших аспектов проблемы является вопрос о взаимодействии современного детского фольклора и художественной литературы - см. об этом в монографии автора настоящей статьи 8.

Усиливается юмористическое и сатирическое наполнение произведений, почти во все жанры проникают элементы «чер-

ного юмора». Заметное влияние на образный и тематический состав совремейного фольклора оказывают средства массовой информации, и особенно телевидение.

Наблюдения показывают, что детский фольклор ныне приобретает универсальный характер: почти нет разницы между записями, сделанными в городе и селе (жанровый состав почти неизменен, но количественное соотношение чуть иное: в сельской местности, например, больше частушек, в качестве страшилок фигурируют былички и т. д.).

Невелики различия между фольклором Ярославской области и других регионов - например, в Ярославле и Семипалатинске (Казахстан) бытуют примерно одинаковые-Страшилки, наши фольклорные записи близки текстам, опубликованным фольклористами Петрозаводска (Карелия).

Непринципиальные отличия заключаются в использовании местного колорита (в ярославском фольклоре — упоминания топографических названий: Волга, Ярославль и его районы; города и села Ярославской области). В богатом иноязычными влияниями г. Калининграде, например, записано больше заумных считалок, чем в моноязычном Ярославле, и т. д.

В целом же, в детском фольклоре Ярославской области как в капле воды отразился весь спектр жанров современного устного репертуара детей. И те выводы, которые были сделаны при его анализе, вполне применимы ко всему современному детскому фольклору совокупно.

Литература

1 Тынянов Ю. Поэтика. История литературы. Кино. М., 1977. С. 150.

2 Пропп В. Я. Фольклор и действительность. Избранные статьи. М., 1976. С. 117.

J Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ. Исследования в области мифопоэтического. М., 1995. С. 391.

4 Школьный быт и фольклор / Сост. А. Ф. Белоусов. Таллинн, 1992; Лойтер С. М., Неелов К. М. Современный школьный фольклор. Пособие-хрестоматия. Петрозаводск, 1995.

5 Лойтер С. М., Неелов Е. М. Указ. соч.

6 Чередникова М. П. Современная русская детская мифология в контексте фактов традиционной культуры и детской психологии. Ульяновск, 1995.

7 Школьный быт и фольклор; Пойтпер С. М., Неелов Е. М. Указ. соч.; и др.

8 Трыкова О. Ю. Современный детский фольклор и его взаимодействие с художественной литературой. Ярославль, 1997.