"У нас нет права выбора"

Творческий руководитель "Браво" Евгений Хавтан рассказал Максу Хагену о своем отношении к английскому звуку, российскому шоу-бизнесу и гражданскому долгу.

       — "Браво" всегда отличались вполне приятными песнями, но музыкальное ТВ вас сегодня не особенно жалует...

     — Мы вышли из возраста, когда крутят по MTV, потому что сейчас это очень ограниченный возрастной ценз, и, как заявляет канал, рок-музыка там сейчас даже не тестируется. Хотя мы не являемся рок-группой, для всех мы относимся к этой категории. На MTV такой музыки нет. Если вы сможете назвать мне какие-то русские имена, я попробую ответить, есть там она или нет. А вот с радио у нас проблем нет.

     — Как, по вашему мнению, отличаются подходы к записи у английских и местных саунд-продюсеров?

     — В Англии мы занимались сведением — финальной и самой важной частью. Сами инструментальные треки неплохо пишут и здесь — хаять и говорить, что все плохо, нельзя. Но мы делаем уже второй альбом в Англии (юбилейный "Звездный каталог" тоже там доводился) — подход к работе совершенно другой. У них совсем другое качество. Мы можем его сами определить, потому что у нас есть планка. Массовый зритель вряд ли услышит эти нюансы, но когда ты много лет записываешься и тебе хочется добиться качества звучания, которое тебя будет устраивать, то ты будешь ездить, как "Машина времени", на Abbey Road, или как "Мумий тролль" — тоже в Лондон. У нас сейчас уже есть пять-шесть групп, которые не могут представить свою работу без других стран. Там создана большая, хорошая индустрия со своими профессионалами. В техническом плане там то же самое оборудование, но люди другие, уши другие. На Западе эта индустрия развивалась с 60-х. У нас поколение инженеров и продюсеров пока не выросло.

       — Как "Браво" вышли на трэш-шапито "Кач", с которым сыграли "Красную стрелу"?

     — За последние три года я для себя открыл несколько имен, которые не имеют ни малейшего отношения к рок-музыке. В частности, это Петр Налич и "Кач". Это очень спорные артисты. Они интересны для меня, прежде всего, тем, что раскрутились не благодаря обычным средствам массовой информации — радио и ТВ, — а при помощи Интернета. И я думаю, что их аудитория гораздо больше, чем у каких-то массовых артистов, которых показывают по телевидению. Ведь интернет-аудиторию мы не можем реально оценить. Я думаю, что по числу загрузок из "сети" — то есть по числу людей, которые в потенциале слушают такую музыку, — "Кач" опережает многих сегодняшних больших артистов. Мне кажется, что это очень хорошая тенденция, когда ты просто размещаешь свои треки в Интернете, а их просто скачивает тот, кто хочет слушать такую музыку. Это мне напоминает 80-е, когда для того, чтобы услышать хорошую новую группу, ты должен был ходить к приятелям и слушать их кассетники и пластинки. Сейчас наступило такое время, когда телевидение и радио ничего интересного нам не предлагают, кроме десяти-пятнадцати набивших оскомину имен — думаю, со мной многие согласятся. К сожалению, наш шоу-бизнес сейчас носит уродливые формы. Артист и его популярность на родине не всегда связаны с качеством. Думаю, Петр Налич в ближайшее время станет громким именем — из качественных артистов. У него масса хороших песен, он сейчас готовит альбом. Он играл у нас на концерте в Москве: спел две песни и перекричал нашу группу, у него такой мощный оперный голос... А Интернет — он показывает массу хороших артистов. На Западе большинство новых интересных групп появились как раз из Интернета. Не нужно никого упрашивать и ходить куда-то — залезаешь на MySpace или YouTube, выбираешь сам и слушаешь. Никто ничего тебе не должен навязывать. Обычные средства массовой информации как раз этим и плохи: когда ты по десять раз слышишь, что "это артист года", или "артистка, записавшая лучший альбом", то, как человек податливый, бежишь и покупаешь этот самый альбом. А Интернет — он ничего не навязывает. Это то, чего мы лишились за последние десять лет: у нас нет права выбора. Есть десяток имен, а выбора нет.

       — Новый президент у нас вроде любит музыку рок. Если бы вас, как Гребенщикова в свое время, пригласили на беседу в администрацию президента, вы бы согласились встретиться поговорить?

     — Мое мнение таково: неважно, какая власть, но музыкантам негоже ввязываться в это дело, садиться с политиками за один стол и обсуждать какие-то проблемы. Это мое мнение, я могу ошибаться. Всю жизнь на Западе музыканты и интеллигенция были в оппозиции. Их роль в том, чтобы не давать расслабляться политикам, даже если эти политики хорошие. Но вмешиваться они не должны. И при этом всегда быть "против", для того, чтобы власть держать в тонусе... А вы это записываете, что ли?!..