О нормотворческих полномочиях Совета Безопасности ООН (на примере резолюций 1373 (2001) и 1540 (2004))

ПРОБЛЕМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

Т.Н. Войтова *

О нормотворческих полномочиях Совета Безопасности ООН

Ключевые слова: Совет Безопасности ООН, нормотворческие полномочия, нормативные резолюции, международное нормотворчество, нормы международного права

The article concerns analysis of the legislative authority vested with the UN Security Council. It provides a brief characteristic of the process of development of the Security Council functions in the maintenance of international peace and security and of the features of the legislative stage in the activities of this body. The accent is made on characteristics of two legislative resolutions of the Security Council adopted pursuant to the Chapter VII of the UN Charter: resolution 1373 dedicated to the problem of international terrorism (2001) and resolution 1540 on nonproliferation of weapons of mass destruction (2004). The article analyzes the background and history of adoption of those resolutions, describes their contents, and reviews the positions of the UN member states regarding the adoption of these acts. Besides, it provides qualification of these resolutions (1373 and 1540) in keeping with the criteria of international norm-making and characterizes the legal foundation for legislative activities of the Security Council in accordance with the UN Charter.

The paper notes that having adopted resolutions 1373 and 1540 the Security Council established norms of international law, i.e. created obligations of general nature, unrestricted in time, in respect of all the states, thereby implementing its main responsibility for maintenance of international peace and security.

С окончанием холодной войны закончился период, когда деятельность Совета Безопасности ООН фактически была парализована политическими разногласиями между государствами-членами. С этого момента среди политиков, ученых, представителей государств — членов ООН распространенным стало мнение о необходимости повышения эффективности его деятельности посредством расширения полномочий данного органа. Прежде всего, это связано с тем, что Совет Безопасности занимает особое место в системе ООН и несет главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности.

© Войтова Т.Н., 2010

* Аспирант Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [t_vojtova@mail.ru]

С начала 1990-х гг. Совет Безопасности осуществляет разные по характеру, но абсолютно новые для себя полномочия и тем самым оказышает непосредственное воздействие на существующую систему международного права.

Действуя в качестве интерпретатора международного права Совет Безопасности не раз констатировал факт существования угрозы международному миру и безопасности в смысле ст. 39 Устава ООН, причем перечень таких ситуаций, оцениваемых как угроза миру, постоянно расширялся.

Так, осуществляя функцию принуждения, Совет Безопасности установил обязательства для Ирака после окончания войны в Персидском заливе, а также учредил своими резолюциями уголовные трибуналы для бывшей Югославии и Руанды, тем самым косвенно создав новые нормы международного права и новые институты международного процессуального права.

Совет Безопасности значительно расширил свои полномочия, когда стал рассматривать вопросы общего характера, представляющие интерес для всего международного сообщества, не обращаясь к какой-либо отдельной ситуации или конфликту. Например, в записке Председателя Совета Безопасности, принятой по итогам 3046-го заседания в 1992 г., на котором быши рассмотрены вопросы ответственности Совета Безопасности за поддержание международного мира и безопасности, указывается, что «распространение оружия массового уничтожения представляет собой угрозу международному миру и безопасности»1. В 2000 г. Совет Безопасности на своем 4172-м заседании рассмотрел вопрос борьбы с пандемией ВИЧ/СПИД. В принятой по итогам заседания резолюции 1308 указывается на необходимость согласованный усилий всех соответствующих организаций системы ООН по борьбе с пандемией ВИЧ/СПИД и признается, что распространение ВИЧ/СПИД может оказывать беспрецедентное опустошительное воздействие на все сектора и слои общества, на социальную нестабильность и возникновение чрезвышайныгх ситуаций, а также подчеркивается, что пандемия ВИЧ/СПИД, если ее не остановить, может создать угрозу для стабильности и безопасности.

Указанные акты Совета Безопасности представляют собой значительным шаг в сторону прогрессивного развития полномочий по поддержанию международного мира и безопасности, основанныгх на Уставе ООН. Однако, несмотря на инновационный характер, нельзя назвать эти акты подлинно нормотворческими, поскольку они либо связаны с отдельной ситуацией или конфликтом, либо не налагают никаких обязательств на государства.

1 Записка Председателя Совета Безопасности: UN Doc. S/23500 (1992).

Нормотворческий этап деятельности Совета Безопасности начался 28 сентября 2001 г., когда единогласно была принята резолюция 1373. Именно с этого момента можно говорить о том, что Совет Безопасности вышел за рамки привычной для него роли управления в кризисных ситуациях, а его резолюции являются беспрецедентными актами нормотворчества1. В резолюции 1373 Совет Безопасности постановил, что любые акты международного терроризма представляют собой угрозу для международного мира и безопасности и что все государства должны предпринять меры, направленные на предотвращение и пресечение финансирования, а также всех других форм поддержки террористических актов.

28 апреля 2004 г. Совет принял резолюцию 1540, направленную на предотвращение попадания оружия массового уничтожения в руки негосударственных субъектов, в которой подтверждается, что распространение ядерного, химического и биологического оружия, а также средств его доставки представляет угрозу для международного мира и безопасности.

Принимая резолюции 1373 и 1540 на основании главы VII Устава, Совет создал обязательства для всех государств и в отличие от других действий, предпринимаемых на основе указанной главы, данные действия Совета Безопасности не связаны с какой-либо отдельной ситуацией и не ограничены по времени действия. Положения резолюций не содержат решений в отношении определенного государства, а налагают на все государства неограниченные по времени обязательства общего характера по проблемам, представляющим интерес для всего международного сообщества в целом. Эти резолюции Совета качественно отличаются от обычно предпринимаемых им действий на основе главы VII Устава ООН. Некоторые ученые характеризуют данные резолюции как нормотворчество, а Совет Безопасности называют «законодателем» и «мировым законодателем»2. Некоторые рассматривают деятельность Совета Безопасности как «господствующее право» в действии3.

Какой бы подход не оказался наиболее правильным, несомненно одно — резолюции 1373 и 1540 представляют собой первые, наиболее яркие, но не единственные и далеко не последние примеры инновационного развития основанных на Уставе ООН полномочий Совета Безопасности по поддержанию международного мира и безопасности. Однако, помимо вопроса, содержат ли указанные резолюции Совета Безопасности нормы права, справедливо возникает и ряд других вопросов, в том числе: допустима ли

1 См.: Johnstone J. The Security Council as Legislature // The UN Security Council and the Politic of International Authority / ed. by Bruce Cronin and Ian Hurd. 2004. P. 82.

2 См.: Alvarez J.E. The UN’s «War» on Terrorism // Int’l J. Legal Info. 2003. Vol. 31. P. 238, 241.

3 См.: Vagts D.F. Hegemonic International Law // AJIL. 2001. Vol. 95. P. 843.

подобная деятельность Совета Безопасности и каковы пределы его нормотворческих полномочий.

Принятие резолюций 1373 и 1540 бышо вызвано известными событиями 11 сентября 2001 г., когда стало очевидно, что существующие традиционные способы создания норм международного права не позволяют справиться с угрозой международного терроризма.

Резолюция 1373 была принята спустя 17 дней после террористических нападений в Нью-Йорке, Вашингтоне и Пенсильвании. Действуя на основании главы VII Устава ООН, Совет Безопасности постановил, что все государства должны предотвращать и пресекать финансирование террористических актов, а также воздержаться от предоставления в любой форме поддержки — активной или пассивной — организациям или лицам, замешанным в террористических актах. Резолюция не содержит определения понятия «терроризм», поскольку его обсуждение в рамках Совета Безопасности могло бы заблокировать принятие данного документа в целом. В основу резолюции положены формулировки, согласованные всеми членами ООН в 12 конвенциях по борьбе с терроризмом, в ней также содержится решительное оперативное послание о необходимости принятия эффективных и неотложных мер.

Резолюция 1373 обязышает все государства принять комплекс мер уголовного, административного и процессуального характера и тем самым провести реформирование национальных правовых систем. В качестве вспомогательного органа Совета Безопасности был создан Контртеррористический комитет (КТК), состоящий из всех членов Совета Безопасности для контроля за осуществлением принятой резолюции посредством рассмотрения докладов государств о шагах, предпринятый ими для имплементации ее положений в национальное законодательство. Таким образом, Советом Безопасности одновременно был создан контрольным механизм по выполнению данной резолюции, что гарантирует эффективность и преемственность в международный действиях в этой области.

В резолюции 1373 содержится призыв, обращенныш ко всем государствам, стать как можно скорее участниками соответствующих международный конвенций и протоколов о борьбе с терроризмом, включая Конвенцию о борьбе с финансированием терроризма от 9 декабря 1999 г., а также полностью осуществить соответствующие международные конвенции и протоколы, касающиеся терроризма, и резолюции 1269 (1999) и 1368 (2001) Совета Безопасности и расширить сотрудничество в этой области.

Принятие резолюции 1373 в качестве прочной правовой основы для международный действий против терроризма приветствовалось сообществом ООН. Ее называли «резолюцией, разрушающей каноны», «принципи-

ально новым решением, служащим прецедентом», «историческим событием», «твердым, необходимым и новаторским ответом на тяжкие преступные акты, нацеленным на восстановление международной безопасности в соответствии с кругом ведения Совета» и даже «одним из наиболее важных событий в истории Совета Безопасности». Представители государств заявили, что, «приняв резолюцию 1373, Совет Безопасности пошел на беспрецедентный шаг, введя в действие законодательство, согласно которому все государства обязаны вести борьбу с терроризмом», и никто из выступающих не выразил беспокойства в связи с тем, что Совет Безопасности, принимая данную резолюцию, установил нормы права для международного сообщества, хотя некоторые члены Совета, возможно, и испытывали такое беспокойство. Даже Мексика, которая возражала против создания Советом Безопасности уголовных трибуналов, поскольку это выходило за рамки предоставленных Совету полномочий в соответствии со ст. 41 Устава, в данном случае не выдвинула никаких возражений против принятия резолюции 1373 1.

Нормативная природа резолюции 1373 хорошо просматривается, если сравнить ее с многосторонними соглашениями. В данном случае резолюция обладает неоспоримым преимуществом — она вступает в силу немедленно и не требует ратификации. Другое отличие резолюции заключается в том, что изменение, толкование, а также контроль за соблюдением ее положений осуществляется Советом Безопасности самостоятельно. Таким образом, можно говорить о значительном расширении полномочий Совета Безопасности посредством соединения в отдельном органе нормотворческих и исполнительных полномочий.

Ярким примером осуществления Советом Безопасности нормотворческих полномочий является единогласное принятие резолюции 1540 (2004), направленной на предотвращение попадания оружия массового уничтожения в руки негосударственных субъектов.

В данной резолюции Совет Безопасности подтверждает, что распространение ядерного, химического и биологического оружия, а также средств его доставки представляет угрозу для международного мира и безопасности, а также устанавливает ряд обязательств для всех государств, в том числе обязательство воздерживаться от оказания в любой форме поддержки негосударственным субъектам, которые пытаются разрабатывать, приобретать, производить, обладать, перевозить, передавать или применять ядерное, химическое или биологическое оружие и средства его доставки.

1 UN Doc. A/56/757 (2001), A/56/PV.59 (2001), A/56/PV.48 (2001), A/56/PV.34 (2001), A/56/PV.25 (2001), S/PV.4413 (2001), S/PV.4453 (2002), S/PV.4950 (2004).

Действуя на основании главы VII Устава ООН, Совет Безопасности постановил, что государства должны принимать и применять эффективные меры в целях установления национального контроля для предотвращения распространения ядерного, химического или биологического оружия и средств его доставки путем разработки мер по обеспечению учета и сохранности таких предметов при производстве, применении, хранении или транспортировке, разработке и осуществления мер физической защиты, мер пограничного контроля и правоприменительных мер, а также устанавливать, совершенствовать, пересматривать и поддерживать надлежащий эффективный контроль на национальном уровне за экспортом и трансграничным перемещением таких предметов, включая надлежащие законы и нормативные акты по контролю за экспортом, транзитом, трансграничным перемещением и реэкспортом. Государства должны устанавливать и применять надлежащие меры уголовной и гражданской ответственности за нарушение таких законов и нормативных актов в области экспортного контроля.

В качестве вспомогательного органа на двухгодичный период быш учрежден комитет Совета Безопасности (Комитет 1540) в составе всех его членов для контроля за осуществлением положений резолюции (позднее мандат Комитета быш продлен до апреля 2008 г., а затем до апреля 2010 г.). В соответствие с пунктом 4 государства-члены должны представить Комитету не позднее чем через шесть месяцев с момента принятия резолюции 1540 первый доклад о шагах, которые они предприняли или предполагают предпринять для выполнения этой резолюции.

В пункте 8 резолюции 1540 Совет Безопасности призывает все государства способствовать всеобщему принятию, полному выполнению и, в случае необходимости, укреплению многосторонних договоров, участниками которых они являются, нацеленных на предотвращение распространения ядерного, биологического или химического оружия, а также принимать на национальном уровне, где это еще не сделано, правила и нормативные акты, обеспечивающие соблюдение обязательств по ключевым многосторонним договорам в области нераспространения.

Резолюция 1540 является более спорной по сравнению с резолюцией 1373. Во-первых, политическая обстановка в период между 11 сентября и началом 2004 года значительно изменилась. Во-вторых, резолюция 1540 является результатом программы США по борьбе с распространением оружия массового уничтожения, и именно это ставит под сомнение тот факт, что резолюция имеет своей целью сделать всеобщими и общеобязательными принципы запрещения оружия массового уничтожения. В-третьих, существует мнение, что резолюция 1540 всего лишь заполняет пробелы в существующем праве, следовательно, «нормативный» характер данной резолюции

вызывает сомнение и, кроме того, она вторгается в сферу регулирования международных договоров и в сферу деятельности институтов, которые осуществляют контроль за их соблюдением (МАГАТЭ)1.

После принятия резолюции 1540 некоторые государства выразили свою «обеспокоенность в связи с возрастающей тенденцией в Совете Безопасности, которым за последние годы присвоил себе новые и широкие полномочия по осуществлению нормотворчества от имени всего мирового сообщества путем принятия резолюций, имеющих общеобязательную силу для всех государств». Например, представитель Мексики заявил: «Проект резолюции 1540 направлен на устранение пробела, существующего в при-нятыгх многосторонних правовых документах по вопросу разоружения и нераспространения оружия массового уничтожения... Однако мы обеспокоены усиливающимся стремлением Совета Безопасности распространить свои законодательные полномочия особенно на те сферы, в которыгх существуют свои собственные права и обязанности, хотя и неполные, когда речь идет о негосударственных субыектах.. ,»2. Однако являются ли данные опасения и утверждения обоснованными?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо прежде всего понять, что же представляет собой международное нормотворчество. Можно выделить следующие критерии, позволяющие говорить о нормативном характере акта, в том числе и того, который исходит от органа международной организации:

1) акт является однонаправленным по форме;

2) акт создает нормы права или изменяет правовые нормы;

3) установленные правовые нормы имеют общий характер, т.е. адресованы неопределенному кругу лиц и рассчитаны на многократное применение 3.

В связи с этим можно ли квалифицировать резолюции 1373 и 1540 Совета Безопасности как нормотворческие?

Во-первых, резолюции Совета Безопасности — это способ выражения его воли как органа международной организации. В связи с этим резолюции являются однонаправленными по форме, т.е. Совет Безопасности своими решениями может обязышать все государства — члены ООН, даже те, которые не входят в состав Совета, при этом каких-либо предварительных консультаций или согласия государств не требуется. В этом состоит главное отличие резолюций от договоров, в отношении которых каждое государство-

1 Cm.: Johnstone J. Legislation and Adjudication in the Security Council: Bringing Down the Deliberative Deficit // AJIL. 2008. Vol. 102. P. 290-291.

2 UN Doc. S/PV.4950 (2004), S/PV.4950 (Resumption 1) (2004).

3 Cm.: Yemin E. Legislative Powers in the United Nations and Specialized Agencies. N.Y., 1969. P. 6.

во-участник должно выразить согласие на принятие содержащихся в нем обязательств.

Во-вторых, резолюции Совета Безопасности должны создавать нормы права или изменять существующие нормы права. В обоих случаях Совет Безопасности, действуя на основании главы VII Устава ООН, установил обязательства для всех государств — членов ООН либо посредством создания новых норм права либо изменения (дополнения) существующих. Принятие резолюции 1373 привело к тому, что нормы Конвенции о борьбе с финансированием терроризма, не являвшиеся на тот момент юридически обязательными для государств 1, обрели общеобязательный характер. Резолюция 1540 восполнила пробел в существующей правовой системе. Государства, принимавшие участие в заседании Совета Безопасности 22 апреля 2004 г., недвусмысленно заявили о наличии пробела в международном праве, связанного с регулированием нераспространения оружия массового уничтожения, и признали существование угрозы попадания оружия массового уничтожения в руки негосударственных субъектов (террористов), поскольку существующими режимами нераспространения не предусмотрены меры по устранению такой угрозы2.

И, наконец, что касается третьего элемента — общего, абстрактного характера норм права, — то он является одним из наиболее дискуссионных. До 2001 г. все решения Совета Безопасности, имеющие обязательный характер, принимались в связи с определенной ситуацией и были ограничены географическими или временными рамками. В отличие от них, резолюции 1373 и 1540 имеют своей целью устранение глобальных угроз — международного терроризма и попадания ядерного, химического и биологического оружия в руки негосударственных субъектов. Резолюция 1373 не дает определения понятия «международный терроризм», нет данного определения и в других международных актах. В резолюции 1540 предпринята попытка раскрыть содержание понятий «средства доставки» и «негосударственные субъекты», однако эти понятия все-таки остаются неясными и, кроме того, определены только для целей данной резолюции. Далее следует отметить, что обе резолюции не имеют конкретных адресатов и устанавливают обязательства для всех государств — членов ООН. Положения резолюций, в соответствии с которыми все государства должны внести существенные изменения в свое национальное законодательство, подтверждают общий характер и необходимость их всеобщего применения. Кроме того, в резолюциях не

1 На момент принятия резолюции 1373 только 4 государства ратифицировали Конвенцию о борьбе с финансированием терроризма 1999 г. Конвенция вступила в силу 10 апреля 2002 г. после ратификации Сан-Марино.

2 UN Doc. S/PV.4950 (2004).

З12

установлено каких-либо временных ограничений в отношении содержащихся в них обязательств. Несмотря на необходимость продления мандата КТК и Комитета 1540, обязательства государств-членов являются установленными на неопределенный срок. На общий характер резолюций указывает также то, что государствам предоставлена достаточно широкая свобода действий в отношении имплементации содержащихся в них норм.

Таким образом, присутствуют все элементы, составляющие процесс международного нормотворчества, следовательно, можно утверждать, что, приняв резолюции 1373и 1540, Совет Безопасности установил нормы международного права. Однако справедливо возникает другой вопрос, может ли Совет Безопасности устанавливать нормы права для всего международного сообщества и какова правовая основа его нормотворческой деятельности.

В соответствии со ст. 24 Устава ООН ее члены возлагают на Совет Безопасности главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности и соглашаются в том, что при исполнении обязанностей, вытекающих из этой ответственности, Совет Безопасности действует от их имени. Статья 25 Устава содержит гарантию эффективного осуществления главной функции Совета Безопасности: члены ООН соглашаются подчиняться решениям Совета Безопасности и выполнять их. Следовательно, решения Совета Безопасности являются общеобязательными в том случае, если он действует intra vires, т.е. в соответствии с полномочиями, определенными Уставом ООН. Однако когда действия и решения Совета Безопасности соответствуют Уставу ООН? При принятии решений Совет должен соблюдать определенные правила процедурного характера, закрепленные в ст. 27—32 Устава, а также некоторые ограничения, примером которых является п. 2 ст. 24 Устава. В нем установлено, что «Совет Безопасности действует в соответствии с Целями и Принципами Объединенных Наций». Статья 1 Устава в качестве одного из таких принципов называет принцип справедливости и международного права. Отсюда следует, что Совет Безопасности в своей деятельности должен соблюдать нормы существующего международного права, в том числе нормы jus cogens. Также важным является принцип, закрепленный в п. 7 ст. 2 Устава, в соответствии с которым Устав не дает ООН права вмешиваться в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства, и не требует от членов ООН представлять такие дела на разрешение в порядке Устава; однако этот принцип не затрагивает применения принудительных мер на основании главы VII Устава. Следовательно, Совет Безопасности должен также учитывать, что осуществление полномочий на основании главы VII Устава, в том числе и в случае принятия резолюций нормативного характера, должно согласовываться с принципом независимости государств.

Принимая резолюции 1373 и 1540, Совет Безопасности действовал на основании главы VII Устава ООН. В соответствии со ст. 39 Устава Совет Безопасности определяет существование угрозы миру, любого нарушения мира или акта агрессии и делает рекомендации или решает, какие меры следует предпринять в соответствии со ст. 41 и 42 для поддержания или восстановления международного мира и безопасности. Отсюда следует, что, во-первых, Совет Безопасности может принимать общеобязательные решения в случае «существования угрозы миру, нарушения мира или акта агрессии», а во-вторых, Совет Безопасности предпринимает меры, перечень которых содержится в ст. 41 и 42 Устава. Резолюции 1373 и 1540 направлены на устранение угроз глобального характера. Можно ли рассматривать такие явления общего характера как международный терроризм и попадание оружия массового уничтожения в руки негосударственных субъектов как «угрозы миру» в смысле ст. 39, и являются ли «мерами» в смысле ст. 41 и 42 обязательства общего характера, установленные данными резолюциями?

Вопрос о том, может ли абстрактное явление (в том числе международный терроризм или распространение оружия массового уничтожения) представлять угрозу международному миру и безопасности, давно обсуждается в научной литературе, причем высказаны диаметрально противоположные мнения. В то время как одни ученые заявляли, что Совет Безопасности может предпринимать действия только в отношении определенной ситуации или конфликта, другие не видели никакой проблемы в том, чтобы рассматривать определенное явление или ситуацию как таковые. Представляется, что решать данный вопрос следует, исходя из толкования Устава ООН, учитывая его цели и предмет, употребляя содержащиеся в нем термины в их общепринятом значении и принимая во внимание предшествующую практику применения. Первоначально понятие «угроза миру» употреблялось в отношении межгосударственных конфликтов, со временем эта концепция распространилась на конфликты внутри государства, а также конфликты между государством и негосударственными субъектами. В соответствии с толкованием, данным Апелляционной палатой Международного уголовного трибунала для бывшей Югославии по делу Тадича, «угроза миру» — это больше чем просто политическое понятие, для определения существования угрозы миру необходимо учитывать как правовые аспекты, так и политические реалии 1.

Отход от формального взгляда на угрозу миру был сделан в заявлении Председателя Совета Безопасности 31 января 1992 г. На заседании Совета

1 Prosecutor v. Tadic, Decision on the Defence Monitor for Interlocutory Appeal on Jurisdiction, No. IT-94-1-AR72, para. 30 (Oct. 2, 1995).

Безопасности на уровне глав государств и правительств при обсуждении ответственности Совета за поддержание международного мира и безопасности Председатель заявил, что «отсутствие войны или вооруженных конфликтов между государствами само по себе еще не является гарантией международного мира и безопасности. Источники нестабильности в экономической, социальной, гуманитарной и экологической сферах все чаще представляют собой угрозу международному миру и безопасности»1. В том же заявлении, сделанном более чем за 12 лет до принятия резолюции 1540, члены Совета признали, что «распространение оружия массового уничтожения представляет собой угрозу международному миру и безопасности и что они считают необходимым предотвратить распространение технологий, направленных на разработку или производство такого оружия».

Начиная с 1992 г., Совет Безопасности и Генеральная Ассамблея квалифицировали в качестве угроз миру и безопасности огромное количество ситуаций, среди которых распространение и разработка оружия массового уничтожения, а также средств его доставки, международный терроризм, использование наемников и др. Таким образом, рассмотрение практики ООН позволяет прийти к выводу, что «угроза миру» в смысле ст. 39 Устава может включать в себя ситуацию как таковую, и с определенной долей уверенности можно утверждать, что в будущем перечень таких ситуаций и явлений общего характера, рассматриваемых Советом Безопасности как угроза миру, будет расширяться.

Международный терроризм и распространение оружия массового уничтожения — угрозы общего характера, требующие принятия соответствующих мер. Совет Безопасности обычно принимает меры, которые соответствуют характеру угрозы в данном конкретном случае. Перечень мер, содержащихся в ст. 41, является примерным и не исчерпывающим, на что указывает формулировка «могут включать». Статья 39 Устава, которая устанавливает, что Совет Безопасности решает, какие меры должны быть предприняты для поддержания международного мира и безопасности в соответствие со ст. 41 Устава, оставляет право выбора средств за Советом Безопасности, который в данном вопросе пользуется свободой усмотрения.

Из вышеизложенного следует, что, приняв резолюции 1373 и 1540, Совет Безопасности установил неограниченные по времени обязательства общего характера в отношении всех государств, т.е. установил нормы международного права.

В заключение следует отметить, что осуществление Советом Безопасности нормотворческих полномочий позволяет ему применять упреждающий

‘UN Doc. S/23500 (1992).

подход при осуществлении главной ответственности по поддержанию международного мира и безопасности. Поскольку такие явления общего характера, как международный терроризм и угроза попадания оружия массового уничтожения в руки негосударственных субъектов определены в качестве угрозы миру и безопасности, Совет Безопасности может применять превентивные меры общего характера, не дожидаясь, пока данные угрозы материализуются в конкретных действиях. Однако на практике нормотворческая деятельность Совета Безопасности сталкивается с рядом проблем, связанных как с необходимостью поиска правовых оснований для осуществления нормотворческих полномочий, пределами их осуществления, легитимностью используемых процедур, так и с последующей имплементацией нормотворческих резолюций и контролем за их соблюдением.

Е.В. Побережная *

Актуальные вопросы правового статуса Шпицбергена и прилегающих

морских районов

Ключевые слова: Шпицберген, Парижский договор, территориальные воды местностей, суверенитет, одинаковый свободный доступ, одинаковые основания

This article is dedicated to the issues of Spitsbergen and bordering maritime areas legal

status. In the article it is analyzed key points of Paris treaty 1920 and internal legislative acts, defining the archipelago legal status.

In this article it is reported the practice of interpretation and application of indicated agreement rules by Norway. It is specificated that such law enforcement has an effect on the Russian Federation interests.

It is given Norway official international law grounds its right to establish with national law other maritime areas around Spitsbergen.

Территория всегда составляла предмет спора государств, эта проблема актуальна и в наши дни. Спорные районы существуют и в XXI в. Одним из таких районов является Арктика, в отношении которой в настоящий момент существует конфронтация среди арктических государств: Дания (Гренландия), Канада, Норвегия, Россия и США. Поскольку Россия имеет самое большое арктическое побережье, все, что происходит в этом регионе,

© Побережная Е.В., 2010

* Адъюнкт Московского университета МВД России. [k5a1t3y2a@mail.ru]