Владимир Путин выпустил паром

визит

Вчера президент России Владимир Путин прилетел в Калининград, чтобы проводить железнодорожный паром в Усть-Лугу и показать всем, кто этого еще не видит, что Россия справится с железнодорожным транзитом в Калининград и без помощи Литвы. С подробностями того, почему демонстрации не хватало убедительности,— специальный корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ.

Главным событием вчерашнего дня в жизни Владимира Путина должно было стать посещение парома Балтийск--Усть-Луга. Паром, в существование которого мало кто верил, несмотря на то что нога президента РАО РЖД Владимира Якунина ступала, по данным информагентств, на его борт, оказался реальностью. Будет преувеличением сказать, что она превзошла все ожидания.

Тем более что событием в этот день, судя по всему, стало нечто другое. До парома президент России, заехав в новый собор Христа Спасителя, беглым взором осмотрелся в нем и, оставшись удовлетворенным качеством строительных работ (храм сдан, так сказать, под чистовую отделку, то есть будет расписан где-то через год), поговорил с губернатором о другом только что сданном объекте — доме для военнослужащих. Господин Путин переспросил, точно ли дом сдан, и губернатор, вздохнув, обреченно подтвердил собственные слова, словно предчувствуя недоброе.

Потом президент России поехал в Балтийск, на оборонную переправу. Гигантский паром "Балтийск" ожидал его прибытия (а не наоборот). Рядом с "Балтийском" стоял пассажирский лайнер "Георг Отс", где через некоторое время должно было пройти совещание по вопросам развития железнодорожного транзита. Плюс этого совещания состоял в том, что его участники должны были медленно идти вдоль стендов, обсуждая проблемы транзита в конструктивном ключе, но все-таки они должны были находиться в постоянном движении, а стендов было восемь, то есть все совещание не должно было занять больше четверти часа. В этом и состоял главный плюс для всех его участников и зрителей.

За час до совещания я увидел возле стендов главу РАО РЖД Владимира Якунина. Он так пристально вглядывался в картинки и цифры, посвященные развитию его отрасли в Калининградской области, что казалось, он видит их впервые.

Я спросил господина Якунина, сколько всего паромов нужно на участке Балтийск--Усть-Луга.

— Два,— уверенно ответил Владимир Якунин.— И они будут ходить здесь.

— Да нет, сколько нужно паромов, чтобы они полностью заменили железнодорожное сообщение через территорию Литвы, которая признана проблемной (там что-то часто в последнее время ремонтируют дорогу.— А. К.)?

— А-а,— кивнул Владимир Якунин.— Понятно. Заменить нереально, нет, совершенно нереально.

Я удивился, ибо, казалось, все политические амбиции, связанные с этой поездкой, состояли в том, чтобы показать: Калининград без железнодорожного транзита через Литву не пропадет.

Беззаботность господина Якунина, с которой он развеял эти надежды, впечатляла.

Как только господин Путин подъехал к парому, все вокруг задышало и задвигалось (бесстрастным осталось только море). Железнодорожный состав, в оцепенении стоявший в пределах видимости с парома, ожил и пополз в чрево "Балтийска". Оставив внутри часть вагонов (среди них оказалось несколько самоходных артиллерийских установок), он с лязгом начал двигаться обратно.

— Владимир Владимирович, а вот белорусы тоже просят построить здесь терминал для них,— сказал министр транспорта президенту.

— А, давайте,— согласился господин Путин.— Почему нет?

Господин Левитин и губернатор Боос переглянулись с недоумением. В их планы это, похоже, не входило. Они, кажется, были уверены, начиная этот разговор, что отношение господина Путина к президенту Белоруссии господину Лукашенко таково, что никакого терминала для белорусов в Калининградской области появиться не может. Но оказалось, что ничего личного.

Потом господин Путин поднялся на борт "Георга Отса", к стендам. В разговоре с министрами быстро выяснилось, что двух паромов и в самом деле для самоутверждения до обидного мало.

— Тут надо как минимум пять,— сказал Игорь Левитин.

— Строить надо? — полюбопытствовал господин Путин.

— К сожалению, их никто не строит,— признался министр транспорта.— Но вообще-то надо.

— Придется построить,— заявил Владимир Путин.— Заодно будет и загрузка наших строительных мощностей.

Министры быстро согласились, что это и правда возможно. Потом начали обсуждать проблемы землеотвода под застраиваемую территорию паромного комплекса. Выяснилось, что комплекс будет стоять на землях Министерства обороны.

— Где Сергей Борисович? — спросил господин Путин.— Что, исчез уже?

Министр обороны появился минуты через три (он в это время занимался последними приготовлениями, связанными с поездкой господина Путина на эсминец "Настойчивый").

— Мы, Владимир Владимирович,— сказал он,— находимся сейчас в третьем бассейне, который мы уже отдали вам.

Он посмотрел на господина Левитина.

— В управление...— потупился господин Левитин.

— Да мы вам уже три года назад все здесь передали! — воскликнул министр обороны.— А по порту Восточный вы сами думаете, нужно оно вам или нет!

Президент смотрел на Игоря Левитина, который не считал нужным спорить с коллегой, хотя по выражению его лица я видел, что аргументы у него еще остались.

— Нужно отдать часть государственной земли в руки частников, чтобы проект развивался,— сказал он президенту, меняя линию разговора.

— Ну так отдайте! — президент согласился не то что легко, а просто даже горячо.

— А нет такого в законодательстве! — как будто даже обрадовался министр.— Сколько мы над этим бьемся лет?!

— Отдайте! — вскрикнул президент страны.— Нет механизма? Создайте! Сделайте законопроект, депутаты поддержат...

В последнем господин Путин уверен интуитивно и, видимо, свято. Это тот случай, когда интуиция не подводит.

Господин Путин посмотрел на министра экономического развития и торговли России Германа Грефа:

— Я чтобы не забыть: вернетесь в Москву, сделаете, подготовите — и сразу ко мне.

Господин Греф неторопливо кивнул. Кажется, он и с подготовкой этого законопроекта спешить не будет.

Тут они подошли к стенду, за который считал себя ответственным господин Боос.

— Да, Владимир Владимирович, если мы не устроим такой транзит, нам нужна объездная дорога вокруг Калининграда,— начал он.

— И новая железнодорожная структура,— быстро добавил господин Якунин.

— И вот тут все нарисовано,— так же быстро продолжил господин Боос.— Вот здесь надо расширять дорогу. Да, красивые деревья стоят по обочинам, их "солдатами вермахта" здесь называют, вот кривая гибели на дорогах из-за этих солдат... не происшествий, а гибели... деревья предлагаем снести, дорогу сделать четырехполосной... вот здесь она пойдет и здесь... это курортная зона... вокруг нее... такое культурно-рекреационное развитие дадим этой зоне! Какая там Юрмала...

Господин Путин промолчал.

— Владимир Владимирович! — жалобно сказал господин Боос.

— А? — переспросил его господин Путин.

— Нам по дорогам очень надо решить!

— Решим,— рассеянно сказал господин Путин.

— Это мой стенд,— твердо произнес господин Якунин, когда президент сделал пару шагов вперед.

— У нас в Заснице (транспортный узел в Германии.— А. К.) 40 километров нашей колеи. Это очень хороший повод нам там появляться...— рассказывал он.

— Появляйтесь,— так же рассеянно порекомендовал господин Путин.

Он, видимо, понимал, что совещание уже давно превратилось в презентацию новых проектов отраслевых министерств и губернатора Калининградской области.

— Мы испытываем всю необходимую помощь! — на всякий случай сказал господин Якунин, тоже, очевидно, что-то такое почувствовав.

— Вы оказываете необходимую помощь,— посмотрел на него президент.— Они (он кивнул в сторону господина Левитина.— А. К.) ее получают. И никто ничего не испытывает.

Но оказалось, что все-таки испытывают. Министр обороны Сергей Иванов на борту эсминца "Настойчивый" отчитался президенту, что накануне днем с Северного полюса был произведен удачный испытательный пуск межконтинентальных баллистических ракет. Нашли же где-то полынью.