Профессиональная подготовка практического психолога: культурный контекст

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА ПРАКТИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА:

КУЛЬТУРНЫЙ КОНТЕКСТ

КЫШТЫМОВА И.М.

Практический психолог - профессия, востребованность которой обществом является маркером уровня развития этого общества, оцениваемого с позиции его соответствия гуманистическим принципам. Сегодня значительно возросла потребность в профессиональных психологах: соответствующие ставки вводятся в школах, средних и начальных профессиональных учебных заведениях, на государственных предприятиях; повышается спрос на индивидуальную психологическую помощь. Возросший социальный заказ обусловливает увеличение форм профессиональной подготовки: открываются факультеты психологии в гуманитарных и технических вузах, проводятся обучающие курсы в учреждениях повышения квалификации специалистов непсихологического профиля, получают все большее распространение обучающие семинары в форме тренингов, по прохождении которых их участникам вручают документы, позволяющие осуществлять психологическую практику.

При этом в полной мере не решенным остается вопрос о критериях оценки профессиональной подготовки психолога, оказывающего один из самых ответственных и сложных видов помощи человеку - «лечение» души. Немало сказано в последние годы ведущими нашими учеными о невысоком уровне профессиональной компетентности у «декретных» (девятимесячной подготовки) и «абортивных» (шестимесячных) - термины академика В.П. Зинченко [1] - психологов. Проблема, однако, не в количестве месяцев, отведенных психологу на подготовку (фактор времени не является определяющим: есть ведь и те, кто активно занимается самообразованием и обладает психологической одаренностью), а, прежде всего, в теоретической базе, концептуальной и методологической обоснованности приемов и методов профессиональной деятельности, которые использует психолог. Базисные, фундаментальные основы профессиональной компетентности психолога складываются в процессе осознания глубинной смысловой сущности психологических школ, понимания их мировоззренческих оснований и тех траекторий психических трансформаций, к которым может привести использование разработанных в рамках тех или иных концептуальных подходов методов психологической помощи.

Научность предполагает теоретическую обоснованность эмпирических методов, их соответствие не только узко психологическому, но и культурному контексту. Профессионал должен понимать, какие смысловые, мировоззренческие закономерности лежат в основе используемых им «технических» приемов воздействия или взаимодействия в процессе психокоррекции или психодиагностики. Инструментарий современного практического психолога достаточно объемен: психокоррекционные приемы самых разнообразных психологических и «околопсихологических» школ: НЛП, гештальт-психологии,

психодинамической школы, психодраматической, трансперсональной, холодинамической и других - активно используются (часто все вместе, отбираясь (вырываясь из контекста) в соответствии с набором умений психолога) даже в деятельности дошкольных, школьных и ссузовскиз психологов (а навредить еще не сформировавшейся, растущей личности особенно легко и особенно грешно). В психодиагностике тот же методологический сумбур: составляя пакет психодиагностических методик, психолог смело соединяет методы, предполагающие принципиально различные концептуальные основания, а затем уверенной рукой выводит «психологический диагноз».

В практической психологии, выражаясь метафорически, царствует эклектизм. Он опасен непредсказуемостью, особенно в случае, когда трудно измерить влияние «поворота души» человека, осуществленного в процессе психологической «помощи», на жизнь его самого, его близких. Известный, ныне украинский психодиагност М.И.Вигдорчик говорил о своих многочисленных и непродуктивных попытках измерить «эффективность»

сеансов психокоррекции у разных практикующих специалистов - не разрешили. Понятно почему -субъективное мнение клиента, основывающееся на субъективном же ощущении «стало лучше» хоть и принципиально не научно, зато - не хлопотно. С недоумением пишет известный философ и психолог В. Розин [6] о том, что методы практикующих психологов далеки от культурных реалий. Ученый рассказывает об увиденном сеансе «телесноориентированной терапии», когда представитель одного из западных психотерапевтических направлений проводил показательное занятие с молодой женщиной - клиентом в присутствии проходящих обучение отечественных психологов в спортивном зале одной из московских школ. Истерику женщины, возникшую в процессе сеанса, ведущий занятие объяснил психологическим катарсисом, эффективностью своих психотерапевтических действий. В.Розин, категорически не согласившись с «мастером», - неосознаваемой женской стыдливостью славянки, находившейся в процессе сеанса в купальнике перед многими одетыми зрителями. Второе -убедительнее. Психолог, не учитывающий культурный контекст, вряд ли безобиден.

Профессиональная подготовка психолога требует обеспечения условий для того, чтобы будущий практикующий специалист в полной мере осознавал, какая мировоззренческая основа лежит в основании используемых приемов; соответствует ли его деятельность культурным реалиям (нормам, законам, установкам) того общества, к которому принадлежит человек, принимающий психологическую помощь.

Культура представляет собой динамическую систему правил, эксплицитных и имплицитных, включая установки, ценности, представления, нормы и модели поведения, общие для группы, передаваемые из поколения в поколение, относительно устойчивые, но способные изменяться во времени [2]. Культурное опосредствование в процессе становления человеческой психики создает такой тип развития, при котором деятельность предыдущих поколений накапливается как специфически человеческая составляющая окружающей среды, оказывающая непосредственное влияние на формирование человека. Культурное опосредствование, таким образом, пронизывает весь процесс функционирования и развития психики. Культурное пространство, представляя собой единство формы и содержания, на макроуровне содержит такие структурные компоненты, как нравственные, этические нормы и эстетические представления, особенности вероисповедания, философских и естественнонаучных представлений. Они проявляются на микроуровне через элементы быта и обыденных представлений людей.

Культура в значительной мере обусловливает психологические особенности человека: «в жизни этическое призвано контролировать психологическое» [3]. Однако и условия жизни как явления более частного: географического, биологического и материального характера, в значительной степени формируют психологические особенности людей, которые, в свою очередь, определяют содержание и структуру культуры [4]. Культура, таким образом, формируется как феномен, зависимый в значительной степени от устойчивых психологических свойств людей определенной общности и ориентированный на то, чтобы обеспечить их максимальное (психологическое, в частности) благополучие и общественное развитие. Формируются культурные ценности, степень усвоения отдельным индивидом которых и будет являться показателем как его общего культурного уровня, так и уровня психического развития.

Развитие человека и все человеческое поведение должно пониматься в его отношении к культурно обусловленному контексту. Им является культурно-историческая реальность, в которой происходит становление личности человека (текста, на языке психосемиотики). Контекст неоднороден, его структурные особенности обусловлены общественносоциальными, исторически сложившимися условиями. При этом контекст системен, нарушение согласованности на любом его уровне вызывает контекстуальные сбои, которые не могут не влиять на главное звено контекстуальной структуры - текст (человека).

Теоретическое обоснование органической взаимосвязи частных семиотических систем (текстов) с системой культуры осуществлено в трудах Ю. М. Лотмана. Им введено в научный обиход понятие семиосферы как «единицы семиозиса», под которым понимается «все присущее данной культуре семиотическое пространство» [5, с.251]. При этом ученый утверждает, что вне семиосферы не может быть продуктивной коммуникации. Семиотическое пространство неоднородно, в нем есть наиболее структурированная часть -центр и менее организованные периферийные зоны, причем степень энтропии увеличивается в процессе удаления от культурного центра; а также граница, которую Ю. М. Лотман определяет как «черту, на которой кончается периодичная форма» [5, с.257]. Пространство семиосферы определяется как «культурное», «безопасное», «гармонично организованное», пространство же за ее границами - как «чужое», «хаотическое».

Используя этот теоретический подход в качестве основы для понимания значения культурных ценностей в модели профессиональной компетенции психолога, следует провести содержательную дифференциацию семантически объемного понятия культуры. Центральным элементом семиосферы является «камертонная культура», под которой понимается строгая система мировоззренческих, религиозных представлений, этических норм, эстетических и нравственных ценностей, органичных национальной культуре, составляющих ее идеальное ядро. Камертонная культура является наиболее устойчивым образованием семиосферы; другие элементы системы более динамичны и неопределенны, причем степень неопределенности пропорциональна степени удаленности от структурного «ядра». Периферийными элементами семиосферы являются субкультуры, выражающие ценности отдельных более или менее отдаленных от центра групп, и культуры неорганичные. Под неорганичной культурой понимается система, выражающая мировоззрение и ценности, сформировавшиеся в иной национальной, исторической среде (за «границей» системы), при этом естественно или насильственно «прививаемые» пространству семиосферы

Гармоничность коммуникативной системы, обусловливающая эффективность семиозиса - информационного, смыслового обогащения его участников, зависит от ее организованности и строгости. Чем меньший удельный вес в системе камертонных ее элементов, тем выше степень энтропии, а, следовательно, более непредсказуема психологическая эффективность взаимодействий.

Перенос неорганичных для отечественной культуры представлений происходит многими путями, одним из них являются методы практической психологии, которые не должны некритически, без учета культурных особенностей россиян, импортироваться на отечественную почву. Методология гуманитарного знания должна быть культурно обусловленной - только в этом случае основывающиеся на ней формы и методы прикладной деятельности будут психически созидательными. Это необходимо понимать профессиональному психологу.

Решение задачи подготовки профессионального психолога должно включать обучение студентов основам национальных культур: этике, эстетике, философии, психологическим особенностям вероисповедания. Только человек, обладающий высоким уровнем общей культуры, может учитывать в своей деятельности регуляторную функцию общественнонационального контекста, может профессионально оказывать психологическую помощь не абстрактному субъекту «без корней» (ибо таких не существует), а живому, принадлежащему конкретным историческому и национальному времени человеку.

Список литературы

1. Зинченко В.П. Очень субъективные заметки о психологической диагностике.- Человек, 2001, №1.

2. Дэвид Мацумото. Психология и культура. Спб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2002.

3. Психология и этика: опыт построения дискуссии. Самара: Бахрах, 1999, с. 25.

4. М. Коул. Культурно-историческая психология. М.: Когито-Центр, 1997.

5. Лотман Ю. М. Семиосфера. - Спб.: Искусство-СП Б, 2004

6. Розин В.Семиотические исследования. М.: Университетская книга, 2001.