Проблема идеального образа в современном гуманитарном знании

личностного взаимодействия в системе «учитель -ученик».

К негативным моментам процедуры абитуриентского тестирования,по мнению абитуриентов, можно отнести тот факт, что тестирование выявляет их знания, умения и навыки по предмету, но не раскрывает способностей.

Примечания

1. Приказы Министерства образования и науки Российской Федерации от 21 октября 2009 г. № 442 и от 28 октября 2009 г. № 505.

2. Филь М. С. Вступительные экзамены в вузы Москвы. Рейтинг сложности // Образование и карьера. № 7. 2006. С. 37-39.

3. Ильин Е. П. Дифференциальная психофизиология. СПб.: Питер, 2001.

4. Овчаренко Р. В. Справочная книга школьного психолога. М., 1993.

5. Гапонова С. А. Функциональные психические состояния студентов в образовательном пространстве высшей школы: моногр. Н. Новгород, 2004.

6. Ротенберг В. С., Бондаренко С. М. Мозг. Обучение. Здоровье: кн. для учителя. М., 1989.

7. Bzuneck Jose Aloyseo. Ansiedade е desempenho numa prova de matematica: um estudo com adolescents. Semina. 1991. № 3.

8. Севрук В. П., Гордеев А. Е. Количественные и качественные параметры итоговой тестовой аттестации выпускников в школах Пермской области// На пути к единому экзамену: идеология и технология. Пермский опыт: сб. ст. Пермь, 2001. С. 31-41.

УДК 159.9: 17.036.21

А. А. Хинканина

ПРОБЛЕМА ИДЕАЛЬНОГО ОБРАЗА В СОВРЕМЕННОМ ГУМАНИТАРНОМ ЗНАНИИ

В статье представлены накопленные знания о понятиях «идеал» и «образ» в рамках проблемы ценностей, смыслов и духовного измерения личности. Использовано понятие «идеальный образ» в целях лучшего понимания давно известных феноменов, которые не находили однозначного объяснения. Обоснована необходимость изучения механизмов присвоения ценностей и смыслов и роли в этом процессе идеального образа.

The article deals with the accumulated knowledge of the notions of ideal and image in the context of the problem of values, senses and spiritual dimensions of a personality. The author uses the notion "ideal image" for better understanding of well-known phenomena which hadn't been explained consistently, and stresses the necessity of studying the ways of acquiring values and senses and the role of "an ideal image" in this process.

Ключевые слова: образ, идеал, идеальный образ, значение, смысл, идеальная форма, вторичный образ, целостность.

Keywords: image, an ideal, ideal image, significance, ideal form, secondary image, integrity.

Общественное сознание исторически имело в качестве примера, вектора деятельности, модели формирования личности жизнь национального, мифического героя, пророка, мудреца, учителя. Понятие «образ» автоматически включало представление совершенства, оптимального варианта поведения, предельной чистоты и честности, когда все понятно и не надо доказывать, как это для всех важно, даже для врагов и завистников. Определения «идеальный» не требовалось - понятия «образ» и «идеал» были синонимами [1].

Психологическое знание, накапливаемое в течение многих веков, оставляло проблему духовных ориентиров религиозным мыслителям. Это явление отвечало основной линии развития науки и ее кредо: «Все подвергай сомнению!» Идеал как нечто абсолютное в эту схему не попадал. Что касается образа, здесь ситуация складывалась неоднозначно. С одной стороны, научное исследование через опыт, а затем эксперимент строилось на расчленении, выделении и искусственном объединении. Следовательно, образ подвергался раскладыванию на части. С другой стороны, мыслители различными путями приходили к идее целого, целостного, нерасчлененного, что связывалось картиной мира - образом, составленным при помощи опыта в классической эмпирической психологии сознания. К примеру,

© Хинканина А. Л., 2010

Дж. Локк представлял психический процесс познания как запечатление сначала эмоционально значимой идеи, то есть некоего образа, который вызвал внутренний отклик - рефлексию. Представление о процессе как смене образов ощущений (Г. В. Лейбниц), восприятий (Ф. Брентано) стало еще одним способом объяснения как действует человеческое сознание.

В начале XX в. в психологии был заявлен новый целостный подход к изучению личности. Центральной категорией выступил geshtalt - образ, который получил качественно новое необычное толкование. Новое направление - гештальт-психология - экспериментально доказывало, что первичным в психических процессах является образ, целое, и только потом ощущаются части. Они складываются каждый раз по-новому даже из одних и тех же элементов, составляя новый образ. Чтобы увидеть новое сложение элементов в единую целостность, человек переживает внезапное озарение - инсайт.

Представители данной школы не ставят проблемы сравнения образов в их качественном соотношении. Особенностью гештальтподхода к изучению личности является рассмотрение ее в рамках поля «здесь и сейчас». Важной для нашей темы отличительной характеристикой геш-тальтпсихологии, проявившейся в области ее практического применения, является тезис принятия личности, такой, какая она есть на самом деле, то есть желаемая динамика развития и перспектива оказываются вне поля личности. По-видимому, это общее место многих направлений в психологии: идеал человека - достижение внутреннего равновесия и самодостаточности. И как следствие, отсутствие ориентации на переживания за ближних и за наш несовершенный мир. Так воспринимает себя самоактуализирующаяся личность, уверенно чувствуя себя в этой жизни, избегая стереотипов, тревоги, чувства вины и стыда [2] как нежелательных и даже опасных для самореализации в социуме.

Научное знание в XX в. адресовало проблему идеального образа к области педагогики и этики. А термин «идеальный» употреблялся чаще всего как «идеальное» и относился к извечному диалектическому единству и борьбе противоположных направлений в философии: материализму и идеализму. Процесс дифференциации наук, начавшийся во второй половине XIX в. и не прекращающийся по настоящий день, сместился в область прикладного, практического знания, в том числе и в гуманитарных науках. Фундаментальные отрасли знания, такие, как философия, история, в конце прошлого столетия впали в состояние глубокой депрессии. Проблема идеалов и идеальных образов оказалась размытой и почти неразличимой. Это произошло во время, когда

центральной областью гуманитарного знания стала психология, а ее определяющими направлениями - изучение, понимание, развитие человека, раскрытие в нем всего заложенного богатства; помощь ему в решении всевозможных внешних и внутренних проблем. Представление о роли человека и его возможностях тесно связалось с категориями «потребности» и «успех».

Особенностью отношения сегодня к категории «идеал» и ее производному «идеальный» является их трансформация в новые понятия «предел», «предельный», «эффект», «эффективный», «совершенство», «совершенный», сленговое «продвинутый».

Возможно, как следствие многообразия и противоречивости современного мира на рубеже XX-XXI вв. проявились интерес к проблеме образа как особой стороне человеческой деятельности и обращение к ценностно-смысловой сфере личности. Концепции А. Г. Асмолова, Б. С. Братуся, Л. В. Бороздиной, Ф. Е. Василюка, В. К. Вилюнаса,

A. А. Леонтьева, Д. А. Леонтьева, Е. Е. Насиновс-кой, В. Ф. Петренко, А. А. Пузырея, В. С. Собкина,

B. В. Столина в качестве центральной идеи имеют категорию «личностный смысл» [3], содержат разработку его составляющих - ценность, альтруизм.

Эти темы были выстраданы всем предыдущим развитием отечественной психологической науки, прошедшей сквозь бурные двадцатые, разбитые страхом тридцатые, героические военные и жесткие послевоенные годы. Идея направленности на высшее (не в гносеологическом смысле), по отношению материальному бытию, существование человека проходит через культурно-историческую теорию Л. С. Выготского, концепцию «образа мира» А. Н. Леонтьева, представления о ценностном восхождении к вершинам деятельности

C. Л. Рубинштейна.

А. Н. Леонтьев в структуре сознания-образа выделял отдельный двухмерный компонент - значение (универсальная сторона), который содержит опыт всего человечества и смысл (индивидуальная форма). Проблема их соотношения и взаимодействия представляет зону для дальнейшего исследования в школе А. Н. Леонтьева [4]. Определяющим в развитии личности А. Н. Леонтьев видел не соподчинение мотивов, а место, которое они занимают в многомерном пространстве, соотнесение главного мотива со сферой высших, духовных ценностей [5].

Интерес к проблеме образа сейчас находится в общепсихологическом аспекте: вариативность, сознательные и бессознательные, «вторичные» образы. Образная сфера как связующее звено внутреннего мира субъекта с многомерными и многоуровневыми реалиями человеческого бытия исследована А. А. Гостевым [6]. Он видит в этом

важнейшем компоненте индивидуального сознания человека отражение духовно-нравственного измерения человеческого бытия, идеально представленного в человеке, сферы идеальных объектов (ценностей и отношений эстетического, этического, философско-мировоззренческого, религиозного измерений) и переживание этого процесса. А. А. Гостев определил образную сферу как совокупность всех вторичных образов на основе феноменологического признака - непосредственного переживания содержания образа.

Концепция вторичных образов (первоначально данный термин использовали Б. Г. Ананьев, Л. М. Веккер, Б. Ф. Ломов) открывает возможность постановки вопроса о том, как понимать действие первичного образа. Если образ - целостная структура, содержательная сторона которого имеет открытый для изучения смысл, - сознание представляет его в рациональном (изучение, исследование) и чувственном (переживание) диапазоне. Здесь присутствует контроль разума и опыта. Образы в этом пространстве являются вторичными, они представляют результат предыдущего или только что полученного эмпирического, нового опыта. А если образы возникают в состоянии измененного сознания, сна, различных духовных состояниях (медитация, молитва, послушание, самоограничение, героизм, отвага, при выполнении экстремальной и жизненно важной задачи), правомерно ли будет определять их как вторичные? На наш взгляд, в данном случае образы являются первичными по отношению к последующему опыту, и знанию, и переживанию. Но научный элемент в форме возможности проверки здесь отсутствует. Как обойтись с такими опытами и куда их отнести?

Почти в каждом индивидуальном опыте личности есть факты, утверждающие реальность (эффективность) состояния доверия, желания и надежды, связанные ожиданием и верой в результат, когда образ был первичным к событию. Опыт есть, а проверить нельзя. Невозможно проверить то, что относится к духовному измерению сознания. В рамках духовного опыта образ характеризуется первичностью по отношению к действительности. Он представляет собой вероятную возможность развития реальности. Наделенный символичностью образ служит способом познания окружающего мира и объединяет в себе прошлое, настоящее и будущее, может проявляться в различных сочетаниях. В системе духовного познания образ наделен функциями передачи информации на уровне бессознательной психики, закрытой для личности в каждодневном опыте осознавания. Он может быть раскрыт в феномене веры, которая является несомненным психологическим фактом, предпосылкой осуществления, необходимой поддержкой, условием сколь-

ко-нибудь сложно организованной человеческой активности [7].

Можно наблюдать, узнавать и копить знания о духовном в широком смысле дальше. И можно исследовать приближенное к духовному измерение, которое наукой (в известные периоды) хотя и порицалось, но не отрицалось. Это - идеальное измерение. Оно не является философским определением от слова «идея». Данное понятие содержит несущее слово идеальное как производное от понятия идеал [8]. В этом значении оно используется и в гуманистической концепции личности, и в отечественной психологии. При этом необходимо отметить, что полностью оторвать понятие «идеал» и от философской категории «идея», по-видимому, не представляется возможным. Идея может быть не только материальной силой, но и живым событием, встречей двух или нескольких сознаний [9].

У В. Э. Чудновского есть пример ситуации борьбы со страхом смерти в годы Великой Отечественной войны. Молодой летейнант в условиях окопной жизни постоянно носил на гимнастерке белый воротничок. Он был для юноши как символ веры в продолжающуюся, несмотря ни на что, жизнь, оптимальным смыслом в ситуации предельного напряжения всех духовных и физических сил [10].

Можно привести другие примеры - из истории разрушительного штопора революций. Шарлотта Корде, застрелившая лидера французской революции Марата, в качестве последней просьбы перед казнью попросила иголку с нитками. На удивленный вопрос: зачем ей такая мелочь? - она ответила, что, когда ее поведут на казнь, толпа, скорее всего, в порыве ненависти разорвет на ней одежду. Она же должна успеть привести себя в порядок. Джон Рид, посетивший Россию после октябрьского переворота, обратил внимание на то, что на улицах революционной столицы нельзя было встретить неряшливо одетую женщину, -все были опрятны, аккуратно повязаны платками на новый манер, серьезны и выглядели целеустремленными. Американский писатель сделал вывод, что для женщин, которые, собственно, не имели прямого отношения к свержению старой власти, было важно своим внешним видом свидетельствовать о сопричастности и об ответственности за судьбу страны. Если вынести за рамки нравственную основу (для созидания или разрушения и во имя чего?) приведенных примеров, мы можем с уверенностью определить в область душевных явлений устремления героев драматических событий.

На языке науки данные феномены представляют действие идеальной формы, которая является первичным образом, полем, на котором отыгрываются различные проблемные ситуации в

аффективно смысловом воплощении, в желаниях и стремлениях. Этот процесс индивидуален и уникален, поскольку в каждой душе происходит по-своему, в русле особого сценария жизненного пути.

Именно в период дефицита идеальных ценностей появился целый ряд работ российских ученых, обращенных к проблемам ориентиров, смыслов и сущности человека. Это исследования А. Г. Асмо-лова, Б. С. Братуся, В. П. Зинченко, Д. А. Леонтьева, Н. И. Непомнящей, В. И. Слободчикова, Р. X. Шакурова. В научном обороте использован целый ряд понятий, параллельно детерминирующих идеальный образ: идеальное бытие [11], идеальная форма [12], идеальный смысл [13], идеальным тип [14]. Применение в теории и методологии данных терминов, как правило, исходит из признания необходимости приоритета духовных ценностей. Или в операционально-технологическом смысле для построения оптимальной модели, конструкции для систематизации эмпирического материала. М. С. Гусельцева использует концепции М. Вебера, идеи В. Дильтея и Г. Шпе-та для структуризации моделей культуры по принципу идеального типа [15].

Интересным примером использования накопленного психологической наукой теоретико-методологического потенциала для решения педагогических задач этического воспитания является коллективный труд американских ученых и практиков [16]. Американские психологи обратились к образу как основе и возможности воспитания этических установок при помощи психологических знаний и технологий. Главная цель программы - воспитание нравственной личности. Определения данного идеала авторы не приводят, но есть раздел, посвященный качествам личности, которые необходимо воспитать. Авторы дают такое определение: «Цельная личность -очень сложное и широкое понятие. Цельной личности присущи такие качества, как стремление к истине, умение, отличать добро от зла, честность, искренность, сила характера, верность слову, здравый смысл» [17]. Стремление к истине не может быть воспитано без критического мышления. Оно позволяет, по мнению авторов программы, различить главные категории этики - добро и зло. Критическим мышлением нужно овладеть через усвоение последовательности действий: сбор фактов, упорядочение фактов, составление предварительного представления, составление фактов, предварительные выводы, сопоставление этих выводов с фактами, окончательные выводы. Предлагается формирующий алгоритм - предписание о выполнении определенных действий в решении типовых задач (см. рисунок).

Такая рациональность в области этики и нравственности детерминирована особенностями ан-

гло-американского культурно-исторического типа. Прагматизм в духовной сфере представляется как общий метод решения проблем в различных жизненных ситуациях. Знакомство с данным учебно-методическим комплексом не оставляет сомнений в том, что авторы хорошо знают теорию формирования умственных действий, разработанной в трудах Д. Б. Эльконина, П. Я. Гальперина и В. В. Давыдова. Ее эффективность доказана более чем двадцатилетней практикой общеобразовательной школы, которая, несмотря ни на что, остается плодоносящим деревом знания. Популяризатором достижений российской психологии в Америке был Дж. Брунер. Он резко критиковал теорию приспособления к жизни, полагая, что она никак не может быть идеалом образования. По-видимому, авторитет Дж. Бру-нера стимулировал поиски когнитивной модели воспитания этических ценностей, в которой критическое мышление выступает как средство успешного действия. Истина представляется в ней как практическая полезность. Обучающая программа «Введение в христианскую этику», изданная на русском языке, представляет собой тот случай, когда «философский пароход» увез из России на Запад идеи и знания, а возвратил назад их же в виде технологий.

У нас нет данных об эффективности программы. Можно предполагать, что обучение по алгоритму позволяет достигнуть какого-то определенного уровня сформированности этического слоя внутреннего мира детей и юношества. Но будет ли этот уровень ориентации в жизненном пространстве соответствовать уровню поступка нравственной личности?

В российской науке нет понятия «цельное», но есть представление о целостности психологической организации личности, субъекта. Она постигается и в русле академического познания личности, и в практике работы с человеком [18]. Признание целостности личности предполагает всеобъемлющий - целостный - подход к ее изучению. Наука не стоит на месте, появляются новые представления о том, почему человек, будучи разумным, столько страдает и почему не может радоваться, когда у него все есть. Теории психологической адаптации, потребностей, инстинктов и всемогущего неуправляемого бессознательного исчерпывают свои ресурсы. А психотерапевтическая практика все чаще сталкивается с запросом: почему источники удовольствия перестали приносить удовольствие?

Ответы на эти вопросы можно найти в рамках целостного подхода к личности как многоуровневого образования, во многом неизвестного, загадочного и все же поддающегося и наблюдению, и изучению. Основанием целостной системы личности человека является идеал - то, что

составляет высшую цель деятельности и стремлений человека. Без идеала нет человеческой души, есть только психические процессы. Но и они могут изменяться под влиянием идеала. К этому выводу в различных модификациях и разными путями приходили многие великие психологи: З. Фрейд, В. Франкл, А. Маслоу, С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев.

Идеал дает возможность «окрыления» в самых сложных жизненных коллизиях, позволяет «достроить» недостающее и необходимое из того, в чем нуждается человек. Даже тогда, когда у него ничего нет, все пропало, кроме надежды, ему помогает выжить ориентация на будущее. Главный онколог г. Йошкар-Олы В. В. Поляков в своей врачебной практике встретился со случаем, когда выздоровела смертельно больная женщина, устремившая все оставшиеся силы и дух, раздвигая границы жизни, на то, чтобы сначала выкормить своего маленького сына, потом отправить его в школу, а потом выучить. Идеал -это выбранный, а затем присвоенный в деятельности смысл. Смысл всегда связан с образом. Человеку необходимо наличие целостного образа будущего, который поддерживается и живет в нем, с которым у него поддерживается эмоциональная связь. Психологический механизм веры делает субъективно реальным желаемое, недостижимое достижимым, будущее настоящим [19].

С. Франк представлял смысл как истинное существо человеческого «Я», как сосредоточие духовных сил, направленных на добро, истину и красоту [20]. Для современного человека несомненными ценностями являются свобода и справедливость. Можно рассуждать и спорить о том, что является первичным: красота или свобода, справедливость или любовь? Но важнее, на наш взгляд, попытаться выяснить: как присваиваются ценности, смыслы, идеалы? Где они обитают: в сознании или в душе человека?

Логически присвоить идеал невозможно. Рациональным путем принимаются решения, выбираются способы действия, формируется цель. Бессознательно - установки, предубеждения и стереотипы. На идеал нужно посмотреть. Его нужно выбрать, «примерить», испытать, убедиться в нем, а затем утвердить себя на верность ему. Идеальный образ - это вектор жизненного пути или какой-то его части, лучший, оптимальный способ изменения и совершенствования личности.

Насыщение сознания живыми образами воплощения главного этического принципа «не навреди!» играет определяющую роль в формировании духовного уровня личности, раскрытии способности к морально-нравственной регуляции [21]. Нравственный выбор на пользу другого в ущерб себе не является желанным. Ситуация

нравственного выбора загоняет в угол, создает напряжение, требует однозначного ответа. И если у личности уже сформированы этические нормативы, выбраны идеальные образцы, внутренний конфликт: за себя или против себя, - разрешается быстро и не травмирует неопределенностью, тревогой и страхом за свое благополучие. Исследования В. А. Пономаренко показывают, что в момент разрешения внутреннего конфликта по принципу «против себя» человек испытывает особое состояние, которое он назвал «духовным». Его работа касалась профессиональной деятельности, связанной с риском для жизни. Однако нет никаких оснований отрицать, что духовное состояние в момент разрешения этического конфликта в пользу другого может испытывать каждый человек.

Духовное состояние как составляющая духовного уровня - предмет неизмеренный, плохо укладывающийся в вербальное русло, явление магнетическое, особенно для тех, кто его испытал.

Многолетние исследования содержания сферы смысложизненных ценностей молодежи автором статьи выявили тот факт, что признание ценным какого-либо ориентира, оптимума и следование ему не являются тождественными явлениями [22]. Можно согласиться с достаточно распространенным в психологической литературе и обоснованным общественным мнением о том, что человеку свойственно искать способы совершенствования своей жизни. Человек, не имеющий смысла своего бытия на этой земле, начинает внутренне разрушаться - вывод почти всех направлений психотерапевтической практики.

В этих условиях особенно важно исследовать, каким образом современный человек выбирает способ действия, как он принимает решения в экстремальных ситуациях, как представляет свое будущее существование, какую роль в этой деятельности играет идеальный образ, как он расположен в психологической структуре личности.

Примечания

1. Об этом свидетельствует исторический экскурс. Представления о познании в Древнем Китае были связаны главным образом не с изучением природы, а с постижением человека с тем, как складываются взаимоотношения между людьми, с проблемами воспитания, поведения, особенно в сравнении с неким порядком, насыщенным представлениями о самосовершенствовании, чувстве долга, отсечении мелочей и отсутствии двойственности. Для социального мировоззрения был характерен культ прошлого. Родоначальник древнекитайских научных знаний Кон Фу-цзы (551— 479 гг.), полагая, что воскрешает старое, создал новую этическую систему правил взаимоотношений и дал развернутый образ человека, следующего согласно им. «Благородный муж» стремится к взаимности, заботится о людях, находит при этом «золотую середину» в выражении чувств, управляет людьми силой своего примера.

Главная тема древнеиндийской духовной культуры - избавление от страдания. Такую возможность через психофизическую тренировку самоуглубления реализует йогин - идеал человека. Он интровертиро-ван, сосредоточен на соединении с высшим, не привержен людям, отрешен о предметов чувств.

У древних греков в качестве идеальной формы, порядка и меры, закона выступает логос (Гераклит Эфесский) или идол (образ) в учении Демокрита [1]. Согласно этому учению, без образов - материальных копий предметов, чувственных картинок, одушевленных форм - невозможно ни ощущение, ни восприятие, ни мысль. Такое же представление о могущественных силах: божества нет, но есть его образ. Высший идеал - безмятежное состояние души, бесстрастность.

Платону принадлежит введение в язык науки категории «идея». Из обыденного языка своего народа он взял это слово, означавшее внешний вид, наружность, видимость, тип, род, качество, образ, форму. Идея несла в себе, согласно Платону, совершенство как качество вещей и совершенство само по себе, независимое от мира вещей. Человек может стремиться к высшему - к мудрости и к прекрасному. Не соглашаясь с представителями школы Платона в вопросе об идеях, Аристотель все-таки отдает приоритет форме перед материей. Одним из четырех первоначал бытия - причин всего сущего - он видит целевую причину, отвечающую на вопрос: «Ради чего?». Цель и форма соединены в духовном Абсолюте. Присущая человеку разумная душа нашла выражение в уме пассивном (соответствующем материи) и уме созидающем (соответствующем форме). Через искусство возникают те вещи, форма которых находится в душе.

Античная философия открыла философские и психологические понятия душа, образ, форма. Обращение с этими понятиями было специфичным - фактически вне изменения, с ориентацией на постоянство, неподвижность и обособленность. Возможность достижения идеала человека - жить счастливо - греки видели в государстве правильной формы, возведенном в ранг святыни. См.: Чанышев А. Н. Курс лекций по древней философии. М., 1981. С. 358-359.

2. Поддьяков А. Н. Образ мира и вопросы сознательности учения: современный контекст // Вопросы психологии. 2004. № 2. С. 124-125.

3. Братусь Б. С. Леонтьевские основания смысловых концепций личности // Вопросы психологии. 2004. № 4. С. 103.

4. Общая психология: в 7 т. / под ред. Б. С. Брату-ся. Т. 1. Соколова Е. Е. Введение в психологию: учеб. для студ. высш. учеб. завед. 2-е изд. М., 2007. С. 238.

5. Братусь Б. С. Леонтьевские основания смысловых концепций личности // Вопросы психологии. 2004. № 4. C. 107.

6. Гостев А. А.Психология вторичного образа. М., 2007.

7. Братусь Б. С. Русская, советская, российская психология: Конспективное рассмотрение. М., 2000. C. 63.

8. Лившиц М. А. Об идеальном и реальном // Вопросы философии. 1984. № 10.

9. Зинченко В. П. Теоретический мир психологии // Вопросы психологии. 2003. № 5. С. 4.

10. Чудновский В. Э. Психологические составляющие оптимального смысла жизни // Вопросы психологии. 2003. № 3. С. 5.

11. Непомнящая Н. И. Целостно-личностный подход к изучению человека // Вопросы психологии. 2005. № 1. С. 120.

12. Зинченко В. П. Теоретический мир психологии // Вопросы психологии. 2003. № 5. C. 5.

13. Там же. С. 15.

14. Гусельцева М. С. Культура как психологическая реальность: опыт идеального моделирования // Вопросы психологии. 2007. № 5. C. 14.

15. Там же. С. 13-15.

16. Введение в христианскую этику: в 2 ч. // International Curriculum Project. М., 1997. Ч. I.

17. Там же. С. 189.

18. Непомнящая Н. И. Целостно-личностный подход к изучению человека // Вопросы психологии. 2005. № 1. С. 117-118.

19. Братусь Б. С. Русская, советская, российская психология: Конспективное рассмотрение. М., 2000. C. 64.

20. Франк С. Л. Смысл жизни // Психология личности в трудах отечественных психологов / сост. Л. В. Куликов. СПб., 2000. С. 403.

21. Хинканина А. Л. Национальная безопасность России и духовно-нравственное состояние молодежи (по материалам психолого-педагогического исследования) // Седьмые Вавиловские чтения. Глобализация и проблемы национальной безопасности России в XXI веке: сб. науч. ст. / под общ. ред. В. П. Шалаева. Йошкар-Ола, 2004. С. 166.

22. Хинканина А. Л. Анализ морально-этического слоя личности школьника (по материалам психолого-педагогического исследования) // Духовность и нравственность в современном образовательном процессе: м-лы респ. науч.-прак. конф. (Йошкар-Ола, 25 марта 2003 года). Йошкар-Ола, 2004. С. 32-37.