Особое внимание к генералам

Особое внимание к генералам

Путин готовится к окончанию чеченской войны

       И. о. президента Владимир Путин утвердил новое "Положение об управлениях (отделах) ФСБ в вооруженных силах, других войсках, воинских формированиях и органах". Проще говоря — об органах военной контрразведки или "особых отделах", как их называют в войсках. Это означает, что и. о. президента всерьез встревожен проблемой роста влияния генералитета в российской политике. И намерен этот рост жестко контролировать.
       
       Путина часто называют заложником генералов: они обеспечили ему рост рейтинга, открыли дорогу в Кремль и в конечном итоге именно им предстоит сделать его президентом. Путин старается отвечать военным взаимностью — увеличивает расходы на оборону и ВПК, не скупится на награды и благодарности. Другого выбора у него просто нет: и. о. президента сегодня слишком зависим от действий своих полевых генералов. Ведь за любое их решение — будь то закрытие КПП на чеченской границе, обстрел мирных объектов или грузинского селения, арест журналистов — в конечном итоге ответственность возлагается именно на Путина.
       Сегодня наиболее способные, влиятельные и авторитетные в армии и обществе генералы заняты исключительно Чечней. Но можно не сомневаться, что после войны аппетиты генералитета бюджетными ассигнованиями, орденами и званиями не ограничатся. Они начнут оказывать серьезное влияние на политическую жизнь страны. Достаточно вспомнить героя первой чеченской войны, генерал-лейтенанта Льва Рохлина, который в конце 1995 года пришел в Госдуму, а уже спустя два года не скрывал, что собирается организовать в стране переворот.
       Подписание Путиным нового положения, регулирующего работу военной контрразведки, очень показательно. Внимание, проявленное и. о. президента к особистам (так по привычке военных контрразведчиков называют в армии, хотя уже более пяти лет отделы военной контрразведки "особыми" не именуются), должно показать генералам, что новый главковерх будет не только доверять, но проверять — силами ФСБ, чуть ли не весь руководящий состав которого подбирался лично Путиным во время его руководства этим ведомством.
       В самой Федеральной службе безопасности объясняют эту меру необходимостью рутинного приведения нормативных документов в соответствие с постоянно меняющейся структурой ведомства. "Никаких дополнительных полномочий органы военной контрразведки не получили",— заявили Ъ в ФСБ.
       Между тем последнее положение о деятельности особистов, было подписано еще в феврале 1993 года, когда существовало Министерство госбезопасности. С тех пор было принято сразу несколько законов, напрямую связанных с работой чекистов, да и само ведомство успело пережить с десяток реформ, лишиться погранвойск и дважды сменить название. Военным контрразведчикам ничто не мешало работать по старому положению.
       Тем более что работа особистов в последние годы существенно не изменилась. Разве что добавились задачи борьбы с незаконным оборотом наркотиков и оружия, предотвращения терактов и диверсий, а также освобождения заложников в Чечне (кстати, с Чечней связан один из самых громких провалов в истории органов военной контрразведки, когда в 1994 году особисты вербовали офицеров для участия в ноябрьском штурме Грозного силами "чеченской оппозиции"). Тем не менее главной проблемой остается выявление деятельности иностранных разведок в военной среде. За последнее время наследникам СМЕРШа удались несколько успешных дел в этой сфере, но были и серьезные неудачи — например, с делом владивостокского военного журналиста Григория Пасько.
       Столь же важной, как и в советские времена, для военной контрразведки остается и работа с "неблагонадежными элементами". Одно время особисты пытались доказать, что "идеологические аспекты" в их работе отсутствуют, однако в 1997 году тогдашний начальник управления военной контрразведки Алексей Моляков признал, что "органы военной контрразведки, работающие в войсках, имеют четкие указания своевременно вскрывать и заблаговременно предотвращать экстремистские и другие опасные устремления". И неудачу на последних парламентских выборах Движения в поддержку армии (ДПА, возглавляемое Виктором Илюхиным, очень рассчитывало на голоса военных, но получило всего 0,6%) военные контрразведчики считают своей заслугой.
       Именно сейчас Путина вряд ли сильно волнует проблема политической неблагонадежности армии. Во-первых, в ее политической поддержке он пока может не сомневаться. А во-вторых, в последние годы у Кремля появился весьма эффективный рычаг контроля старших офицеров и генералов — компромат, связанный со ставшими в войсках массовыми фактами хищений, злоупотреблений и прочих экономических преступлений. Даже честные командиры частей в условиях безденежья были вынуждены выкручиваться и искать нетрадиционные формы финансирования. Например, выдачу зарплаты деньгами, отпущенными на коммунальные платежи, можно отнести к "нецелевому расходованию бюджетных средств". Говорят, какие-то материалы есть даже на командующего 58-й армией Владимира Шаманова (впрочем, в ФСБ эти сведения не подтверждают).
       В этом смысле органы военной контрразведки, которые пронизывают армию вплоть до отдельных полков и даже батальонов, для Путина просто незаменимы. Любой офицер или генерал может в самых нелицеприятных выражениях отзываться о политическом руководстве, но вести себя будет смирно, зная что находится "под колпаком".
       
       ИЛЬЯ Ъ-БУЛАВИНОВ