«В этом нет ничего нового для староверов»

«В этом нет ничего нового для староверов»

Предстоятель Русской православной старообрядческой церкви рассказал “Ъ” о перспективах объединения с Московским патриархатом

Пятьдесят лет назад поместный собор Русской православной церкви отменил так называемые клятвы на старые обряды (то есть предание анафеме последователей старообрядческих традиций), принятые Большим московским собором в 1667 году. Таким образом, РПЦ впервые признала существование старообрядцев, которые до этого почти триста лет оставались вне закона. В Московском патриархате не раз заявляли, что решение собора 1971 года дает возможность воссоединиться двум церквям. Впрочем, с этим утверждением не согласен предстоятель Русской православной старообрядческой церкви (РПСЦ) митрополит Московский и всея Руси Корнилий. Он рассказал корреспонденту “Ъ” Павлу Коробову, почему такое объединение в ближайшее время невозможно, в чем суть церковных разногласий, кто такие единоверцы и молятся ли старообрядцы за действующую власть.

Епископ Русской православной старообрядческой церкви митрополит Корнилий

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото

Митрополит Московский и всея Руси Корнилий, в миру Константин Титов, родился 1 августа 1947 года в Орехово-Зуево в семье старообрядцев. После восьмого класса школы начал работать на литейно-механическом заводе, одновременно получая образование в вечерней школе, а затем в техникуме. В 1976 году окончил Московский автомеханический институт. Состоял в КПСС. Работал начальником отдела технического контроля завода. В 1991 году избран председателем церковного совета Орехово-Зуевской старообрядческой общины храма Рождества пресвятой Богородицы. В начале 1997 года он оставил мирскую работу и в мае того же года дал обет безбрачия, после чего был рукоположен в сан диакона. 7 марта 2004 года митрополитом Московским и всея Руси Андрианом был возведен в сан иерея. 14 марта 2005 года принял иноческий постриг с именем Корнилий. В мае 2005 года был рукоположен в сан епископа Казанского и Вятского. 18 октября освященным собором Русской православной старообрядческой церкви Корнилий избран митрополитом Московским и всея Руси. В октябре 2007 года часть староверов решила выдвинуть вотум недоверия митрополиту Корнилию. По мнению оппозиционеров, предстоятель РПСЦ взял курс на сближение с РПЦ, который может привести к поглощению старообрядческой церкви. Впрочем, недовольным политикой митрополита не удалось извергнуть его из сана за контакты с Московской патриархией. После конфликта от РПСЦ откололись 20 оппозиционеров и образовали альтернативную структуру. В 2008 году руководство РПСЦ впервые официально признало факт церковного «раздора». Награжден орденом Дружбы.

Русская православная старообрядческая церковь — независимая централизованная религиозная организация. Старообрядцы придерживаются догматов христианской православной веры, устоявшихся в России до реформ царя Алексея Михайловича и патриарха Никона в середине XVII века. В 1653 году патриарх Никон указал перейти с двуперстного крестного знамения на троеперстное, изменить правила богослужения, отредактировать тексты Священного писания и богослужебных книг, проводить крестные ходы в противоположном направлении (против солнца). Реформы носили насильственный характер и привели к расколу церкви, который не преодолен до сих пор. Последователи старообрядческих традиций были преданы анафеме в 1656 году на Московском соборе и на Большом московском соборе 1666–1667 годов, в определении собора это получило название «клятвы на старые обряды». До 1917 года численность старообрядцев оценивалась в 10–20 млн человек. Сегодня в России насчитывают около 1 млн староверов. Епархии РПСЦ находятся в России, Украине, Молдавии, Казахстане и Уганде. Сейчас у церкви примерно 200 приходов в России, 50 — на Украине, около 30 в Молдавии. В 2016 году впервые со времени церковного раскола представители старообрядческих церквей провели международную конференцию «Старообрядчество, государство и общество в современном мире», которую митрополит Корнилий назвал «историческим событием».

— 50 лет назад поместный собор РПЦ принял решение отменить «клятвы на старые обряды», наложенные Большим московским собором 1667 года. Что поменялось для староверов после собора 1971 года?

— Несомненно, данный шаг свидетельствует о намерении сближения, является попыткой достижения мира и согласия. Однако мы вынуждены признать, что в соборном определении не было ничего конкретного и нового. Тем более в этом нет ничего нового для староверов.

Православные старообрядцы и до этого 300 лет молились по старому обряду, не обращая внимания ни на какие проклятия со стороны.

Единственный вывод из данного решения новообрядной Церкви следующий: РПЦ разрешила старообрядцам заходить в свои храмы и молиться в них, пусть даже двоеперстием.

Этот шаг не нов. Еще раннему противнику «реформы» Иоанну Неронову, после того как он покорился церковным властям, разрешили молиться двоеперстием и по старым книгам. То же предлагали и святым протопопу Аввакуму и боярыне Морозовой. Предлагали смириться только формально, для видимости. В остальном — молись как хочешь. Однако святые мученики на это не пошли.

В начале XIX века Синодом новообрядческой церкви учреждено единоверие. Да, единоверцы огласили четкие условия канонического воссоединения старообрядцев с новообрядцами. Однако вызванные последствиями реформы современные церковные различия никак не позволяют нам пойти на подобный компромисс.

На соборе РПЦ 1971 года не сказано ни слова о признании каноничности нашего духовенства. Единоверческое духовенство признается РПЦ. А наше не признается.

В целом поместный собор РПЦ 1971 года, в нашем понимании, есть лишь своеобразная реанимация «новообрядной унии», то есть единоверия.

— Единоверцы — те же старообрядцы, только в лоне РПЦ?

— Единоверие появилось в 1800 году при митрополите Платоне (Левшине). В единоверии при возможности сохранения старого обряда древлеправославные христиане должны подчиняться Синоду. Синод же им поставляет священников. Единоверие часто навязывалось силой, но надо признать, что ему принадлежит определенная заслуга в сохранении старопечатных книг, старинных икон, церковной утвари, знаменного пения и в целом дораскольной церковной богослужебной культуры.

Старообрядцы в большинстве своем не приняли единоверия. Непринятие единоверия, которое признает законность старых обрядов, говорит о том, что наше отделение от церкви, созданной последователями патриарха Никона, основано не на отличии в обрядах, а на стремлении к сохранению веры православной святой Руси.

«Дело не в пальцах»

— Недавно руководитель внешнеполитического ведомства РПЦ митрополит Иларион заявил, что в РПЦ не видят препятствий для воссоединения РПЦ и РПСЦ в лоне единой церкви. Как вы считаете, это возможно?

— Мы предполагаем, а Бог располагает. Тот, кто предлагает воссоединиться — должен представить программу воссоединения. На основе чего будем воссоединяться?

Не все так просто, признать раскол «яко не бывшим» не получится — слишком глубока рана. Кто-то не видит препятствий, а мы видим.

— Что же именно препятствует объединению двух церквей, неужели только разногласия в церковных обрядах?

— Что понимать под словосочетанием «разногласия в церковных обрядах»? Неужели только сложение пальцев? Нет, это огромный пласт фундаментальных церковных положений и духовных традиций, которые нас разъединяют. К примеру, для кого-то двоеперстие есть «всего лишь церковный обряд», а для нас это символ и способ выражения православных догматов. Дело не в пальцах. Пальцы не догмат. Важно, что смысл того, что называют «обрядом», имеет вероучительный характер. И так во всем. Каждая деталь в форме православного богослужения не случайна, а имеет глубокий смысл.

Какие конфликты возникали в русской церкви

В целом нас отличает отношение к церковному преданию. Апостол Павел учит: «Братие, стойте и держите предания, имже научистеся или словом, или посланием нашим» (2 Фес. 2, 15). Никон (патриарх Московский и всея Руси с 1652 по 1666 год.— “Ъ”) же ввел традицию изменять литургическое предание церкви, это выразилось в искажении богослужебных текстов, в совершении таинства крещения без троекратного полного погружения (за что 50-е апостольское правило повелевает извергать из священного сана), в замене канонических икон западной плотской живописью, унисонного знаменного пения — театральным чувственным партесом, а также в значительном сокращении богослужения.

— Возможно ли, на ваш взгляд, преодолеть эти разногласия?

— Для Бога все возможно. Мы бы желали преодоления разногласий через возрождение дораскольного православия, но, когда и как это будет, известно только Богу.

— Предпринимает ли РПЦ попытки начать переговоры по поводу объединения со старообрядцами?

— Первые попытки предпринимались начиная с принятия Синодом единоверия (единоверие было регламентировано в 1800 году митрополитом Платоном, который искал возможность примирить господствующую церковь со старообрядцами введением единоверия.— “Ъ”). И, как показала история XX века, РПЦ все-таки признала старый обряд спасительным. Не все намерения РПЦ нам известны, однако периодически в разных регионах происходят межрелигиозные контакты в области науки, богословия, истории, культуры, да и просто межличностного общения.

— То есть к вам официально никто не обращался из РПЦ с инициативой объединения?

— Каноническая доктрина РПЦ говорит, что для староверов двери новообрядных храмов открыты. Это же говорят время от времени отдельные иерархи РПЦ. А официальных обращений или писем с призывом объединения в адрес старообрядческой церкви не поступало.

— На каких условиях РПСЦ пошла бы на объединение с РПЦ?

— На данный момент сложно сказать. Первые шаги к этому РПЦ уже сделала. Признала, хоть и с оговоркой, «старый обряд». Прекратила открытые административные гонения, хотя на страницах сочинений отдельных богословов этой церкви все еще встречаются выпады против нас. Но дело не в этом.

Условия сами дадут о себе знать, когда с двух сторон появится реальный живой интерес к объединению. Пока этого нет.

—Как РПСЦ относится к РПЦ?

— Ныне церковно-исторической наукой доказана бессмысленность и ненужность насильственных церковных реформ XVII века, что отчасти признано решением собора РПЦ 1971 года, отменившего проклятие старых обрядов. С канонической точки зрения, эти проклятия являются неправомерными и недействительными. В основном своде церковных законов, книге «Кормчая», написано: «Епископ, неправильно наложивший клятву, обращает эту клятву на самого себя» (правило 4 Седьмого вселенского собора, правило 134 Карфагенского собора). Получается, что Московская патриархия в результате неправедных нововведений патриарха Никона и царя Алексея Михайловича более 300 лет находилась под этими клятвами.

Признав на соборе 1971 года равночестность новых и старых обрядов, РПЦ пыталась создать унию, как и католики несколько столетий назад предложили признать равночестность восточных и западных обрядов. Но в православном учении нет разделения веры и обряда, они едины — это внутренняя составляющая и внешнее выражение духовных таинств Церкви.

Через 50 лет после собора 1971 года можно констатировать, что его решения не принесли видимых результатов в деле объединения русской церкви. Мы полагаем, что основой объединения, если это угодно Богу, может стать покаяние новообрядческой церкви за жестокие гонения и казни старообрядцев, как это сделал собор Зарубежной церкви в 2000 году. Покаяние — как перемена мышления, переворот внутреннего мировоззрения — должно быть не только на словах, но и в делах — в возврате к основополагающим святоотеческим традициям и принципам святой Руси, которые сохраняет наша Русская православная старообрядческая церковь.

А призыв собора Московского патриархата 1971 года к признанию законности старых обрядов и возвращению к ним за 50 лет так и не осуществился, и решения собора явились, по сути, «яко не бывшими».

— Какие сейчас отношения у староверов с Московским патриархатом?

— Мирные, добрососедские. Мы находимся в одном государстве, мы представители одного народа, одного языка. Немало общего у нас и в историческом плане, и в культурном. Сегодня в нашем российском обществе много проблем, в решении которых все традиционные конфессии могут помочь государству — это духовно-нравственное воспитание молодежи, борьба с пьянством, табакокурением и наркоманией, абортами, с пропагандой в СМИ негатива, агрессивности и пороков; это сохранение русского языка, народных традиций и многое другое, в чем можно объединить наши усилия, чтобы процветало наше Отечество.

«Государство заговорило с нами на равных»

Рогожская слобода. Центр Русской Православной Старообрядческой церкви

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

— В 2017 году президент страны посетил центр русского старообрядчества — Рогожское. Этот визит повлиял как-то на жизнь староверов России?

— Визит главы государства в духовный центр РПСЦ можно назвать событием историческим, даже эпохальным. В разное время руководители страны относились к старообрядцам неодинаково. Кто-то преследовал, кто-то сочувствовал, благоволил и даже помогал. Однако в 2017 году совершилось то, чего никогда не делал ни один правитель за всю историю староверия: глава государства лично посетил Рогожское.

Данное событие является показателем того, что выходят на новый уровень отношения между государством и нашей церковью, доверие государства к старообрядчеству приобретает качественно новый уровень.

С нами заговорили на равных, что само собой открывает новые горизонты сотрудничества. А старообрядцам, с их уникальной здравой и в хорошем смысле слова консервативной культурой, есть что сказать государству и обществу, есть чем поделиться.

Наш духовный опыт вполне может быть востребован в современных реалиях.

— Что именно старообрядцы могут предложить государству?

— Сохраненные традиции и ценности, которые могут стать государствообразующими.

Патриотизм. Несмотря на почти 300 лет гонений, старообрядцы искренне любили свою Родину и всегда были законопослушны.

Староверческие семьи многодетны. Их пример может способствовать исправлению демографической ситуации, которая сейчас в России печальна.

Трудолюбие и честность. Трудовая этика всегда была присуща старообрядцам.

Исторический опыт выживания старообрядцев может сегодня помочь русскому народу на пути возрождения. Этот опыт заключается в самоорганизации, опоре на помощь Божию, взаимопомощь и собственные силы, в отстаивании своего образа жизни и традиций, в благочестивом воспитании детей, в честном труде, в добрососедских взаимоотношениях с окружающим инославным обществом и в участии во всех делах на благо нашей Родины.

Пример заботы о процветании России оставили нам предприниматели-староверы, которые, имея немалое состояние, стремились тратить его не для личного удовольствия, а на благо ближних: строительство учебных заведений, больниц, богаделен и храмов, обретая вечное сокровище в небесном Отечестве. Сегодняшним богатым людям неплохо вспомнить девиз династии Морозовых: «Благо Отечества — наше благо»!

Сегодня особенно актуальны традиции старообрядческого предпринимательства, вклад которого в развитие российской промышленности поистине огромен. Достаточно вспомнить, что морозовский текстиль и кузнецовский фарфор были знамениты не только в России, но и за рубежом, что первые российские автомобили производились в Москве на основанном Рябушинскими заводе АМО (впоследствии ЗИЛ), что староверами было создано Волжское пароходство. Такие фамилии, как Солдатёнковы, Бугровы, Зимины, Мальцевы, Санины, Любушкины, Зенковы, Гусаровы, Громовы, прочно занимают достойное место в истории российского предпринимательства.

Характерной чертой старообрядцев является любовь к земле, что можно ныне воочию увидеть в первых результатах сельскохозяйственной деятельности старообрядцев, переселившихся в Россию из-за рубежа. А натуральные, экологически чистые, без всяких химических добавок продукты во многом есть залог здоровья нации.

— Чем государство помогает староверам и чем могло бы еще помочь?

— Последние лет тридцать наши отношения с властью осуществляются в новом формате. На разных уровнях, начиная от президента и заканчивая региональными местными администрациями, нам часто идут навстречу в деле возвращения культурно-исторических объектов, выделения земли под строительство новых храмов, оказывают помощь и содействие в проведении различных культурных мероприятий.

Нам есть за что быть благодарными государству и нынешней власти.

А отвечая на вопрос, чем государство могло бы в дальнейшем нам помочь, скажу: может быть, в том, чтобы не менять в худшую сторону отношение к старообрядцам или просто не мешать нам развиваться.

— Вы молитесь за российскую власть?

— За богослужением мы возносим молитвы «о стране нашей Российстей, о иже во власти сущих и о Русстей земли пекущихся», о даровании им «мира, тишины, здравия и спасения, изобилия плодов земных» и других от Господа благ.

— При поддержке Владимира Путина в 2007 году произошло воссоединение Русской православной церкви с Русской православной церковью за рубежом. Не поступали ли к вам предложения со стороны администрации президента начать процесс объединения с Московским патриархатом?

— Слава богу, в нашем современном российском государстве светская власть не вмешивается в дела церковные и межцерковные. Наша власть прекрасно понимает, что взаимоотношения между церквями есть внутреннее дело религиозных организаций, и власти нас не принуждают к объединению, понимая, что это может привести к новым расколам. Сотрудничество с религиозными организациями власть осуществляет не через диктовку своей воли, а содействуя в сохранении и развитии культуры и традиций, в чем мы можем быть полезны нашему обществу.