«Я никогда не участвовал в боевых действиях в Абхазии и в любой другой стране»

Вечером в четверг в Тбилиси начались беспорядки — несколько тысяч человек пытались штурмовать здание парламента Грузии на проспекте Руставели и требовали проведения внеочередных выборов. Поводом для митинга стал инцидент с главой комитета по развитию гражданского общества Госдумы РФ Сергеем Гавриловым на заседании Межпарламентской ассамблеи православия. Протестующие посчитали оскорблением, что российский депутат занял кресло спикера парламента Грузии. Кроме того, ряд грузинских СМИ сообщили, будто он воевал в Абхазии. Сергей Гаврилов в интервью спецкорреспонденту “Ъ” Александру Черных заявил, что никогда не воевал ни в Абхазии, ни в какой-либо другой горячей точке. Он рассказал, что в почетное кресло его посадили представители грузинского парламента «согласно протоколу подобных мероприятий».

— Где вы сейчас находитесь?

— Мы недавно приземлились в Москве, я из аэропорта еду на работу в Госдуму.

— Не поздно? Сейчас 21:47.

— Нормально.

— Расскажите, пожалуйста, что это было за мероприятие в Грузии.

— Грузинский парламент два года предлагал и просил провести в Грузии форум Межпарламентской ассамблеи православия. Эта ассамблея объединяет 25 стран. И вот мы наконец приехали в Грузию. Причем мы получили письменные гарантии безопасности для всех участников, гарантии отсутствия санкций для всех участников. Наша задача была заявлена честно и открыто: укрепление сотрудничества между всеми нашими странами в отношении гуманитарных вопросов, образования, культуры, здравоохранения на основе православия и наших традиционных ценностей. И во время церемонии открытия мы поблагодарили Грузию — удел Пресвятой Богородицы — за гостеприимство, за высокую организацию. Сегодня нас пригласили в парламент Грузии. Мне грузинская сторона предложила занять место в президиуме…

Что такое Межпарламентская ассамблея православия

— Поводом к протестам стало заявление, что именно вы куда-то не туда сели. Вы не могли бы рассказать об этом детально?

— Никаких недомолвок по этому поводу не было. Куда меня приглашает сесть принимающая сторона — там я и располагаюсь. По протоколу это почетное место отводится именно председательствующему Генассамблеи, а не секретарям. А Генеральную ассамблею ведет только президент Межпарламентской ассамблеи православия — в данном случае я. Хочу подчеркнуть: на таком же почетном месте я заседал в национальном парламенте Греции, в ливанском парламенте, в других — и не было никаких проблем. Конечно, я готов работать хоть на приставном стульчике — честно, я скромный человек и не гонюсь за почестями.

Куда посадят хозяева — туда я и сяду. В данном случае посадили вот сюда.

И мы с Генеральным секретарем Межпарламентской ассамблеи — депутатом греческого парламента — пополам заняли места в президиуме. Мы корректно начали вести мероприятие. Я снова поблагодарил грузинскую сторону за организацию, за душевность, за гостеприимство. Мы преподнесли подарки и начали обсуждать наши вопросы. Не было никаких проблем.

Но во время перерыва в зал ворвались экстремисты, заняли президиум, уничтожили документы.

Я должен здесь отметить: многие СМИ допустили серьезную ошибку, заявив, будто я участвовал в боевых действиях в Абхазии. Это фейк-ньюс, распространенные экстремистами из числа грузинской оппозиции для того, чтобы провести провокацию и захватить парламент. Я еще раз заявляю, что никогда не участвовал в боевых действиях в Абхазии и в любой другой стране. Никогда и нигде я не участвовал в боевых действиях, не носил оружия. Я был в горячих точках — в Сирии, в Косово, в других местах. Но исключительно с целью оказания помощи жертвам локальных конфликтов, прежде всего, христианам.

— Вас обвиняют, что вы были именно в Абхазии.

— Я никогда не был в Абхазии после объявления независимости, я никогда не принимал участия в боевых действиях на ее территории. Это ложь и провокация. И мне очень печально, что грузинские СМИ подхватили ее.

Кстати, наши депутаты видели, как грузинских журналистов направляли кураторы, говорившие на американской версии английского языка.

Печально, что в Грузии, на мой взгляд, отсутствуют в полной мере независимые СМИ. Без чего невозможно зрелое гражданское общество. Но я уверен, что грузинское общество сделает выводы из этой ситуации.

— Что происходило после нападения?

— Мы вынуждены были покинуть парламент, переместились в гостиницу, где и завершили заседание. Все вопросы повестки дня под моим руководством были обсуждены, все национальные делегации, все 25 страны и наблюдатели, поддержали нашу позицию. Ассамблея приняла коллективное заявление, что мы завершаем нашу сессию ввиду того, что отсутствуют гарантии безопасности участников, а также условия для их плодотворной работы. Мы приняли извинения, которые были высказаны рядом депутатов грузинского парламента.

— Вы можете назвать этих депутатов?

— Нет, я не стану.

Когда мы уже в гостинице вышли к прессе, на нас было совершено физическое нападение. Служба безопасности, к сожалению, не смогла это предотвратить.

— Вы пострадали?

— Несильно, я надеюсь.

— То есть вас ударили?

— Да. И я считаю необходимым, чтобы грузинские правоохранительные органы и Генпрокуратура Грузии определили ответственность этих экстремистов. В том числе и, вероятно, депутатов грузинского парламента, которые угрожали физической расправой.

Угрожали убийством членам делегаций Межпарламентской ассамблеи православия.

Заявляли с трибун парламента, что нас убивали и будут убивать.

— Кто-то из российского МИДа с вами обсуждал уже эту историю?

— Да, мы все это время ощущали активную поддержку руководства Госдумы, ее председателя, Министерства иностранных дел. Я считаю, что их поддержка помогла нам провести заседание и обеспечить безопасность участников из разных стран.

— Вы что-нибудь хотите сказать сейчас народу Грузии по поводу этой истории?

— Я хочу сказать следующее. Каждый год растет поток граждан России, которые посещают Грузию — в этом году к вам приехали почти два миллиона россиян. И все они отмечают, что грузинский народ относится с огромной добротой и любовью к россиянам, к русским. Наш товарообмен вырос на треть, в Россию поставляют две трети грузинского вина. У нас прекрасно развиваются гуманитарные контакты. Треть переводов в Грузию от работающих за рубежом граждан поступают из России. И поэтому мы считаем важным восполнить пробелы межпарламентского сотрудничества именно в гуманитарных областях.

Я люблю Грузию, я люблю грузинский народ и вашу культуру. Мой дед похоронен в Грузии, и я очень сожалею, что из-за этой провокации не смог посетить его могилу. И я по-прежнему считаю, что в будущем мы сможем улучшить наши отношения. Я уверен, что общество Грузии, независимо от внутриполитической ситуации, может дать ответ экстремистам, которые пытаются изолировать и дискредитировать вашу страну.