Информационный потенциал дозорных книг конца XVI начала XVII вв. Для изучения Нижегородского дворянства

УДК 94(47).04

1 7

Д.А. Черненко , П.В. Чеченков ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ДОЗОРНЫХ КНИГ КОНЦА XVI - НАЧАЛА XVII ВВ. ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ НИЖЕГОРОДСКОГО ДВОРЯНСТВА*

ВОЛОГОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ1 НИЖЕГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. Р.Е. АЛЕКСЕЕВА2

Статья посвящена анализу делопроизводства приказного периода ХУ1-ХУ11 вв. как специфической документной системы, обладающей значительным информационным потенциалом для раскрытия различных сторон жизни российского общества данной эпохи. Особую важность приобретают данные источники в контексте изучения провинциальных дворянских сообществ. Представлен анализ дозорных книг 1613 года, на основе которого выявлены черты служилого землевладения Нижегородского уезда ХУ1-ХУ11 вв.

Ключевые слова: источниковедение, дозорные книги, писцовое делопроизводство, землевладение, дворяне, дети боярские, военно-служилые корпорации, служилый «город».

Информационными системами, организованными по своим правилам, являются своеобразные системы делопроизводства прошлых эпох. В каждой из них документная коммуникация имеет определенные особенности не всегда понятные нашим современникам. Познание этих нюансов важно для более глубокого и точного понимания специфики работы самих систем, для уяснения роли и значения каждого конкретного документа, принадлежащего к ним, для корректного и полного извлечения из них исторической информации. Обоснованное определение долгосрочных перспектив документной коммуникации в информационных системах должно базироваться на углубленном исследовании ее прошлого и фиксации исторических рубежей. Эта важная задача, как нам кажется, облегчается в связи с выходом коллективной монографии «Документ в российской истории» [1]. Проведенный в ней анализ этапов истории документа должен стать новым поводом и основанием для их дальнейшего специального изучения.

Особой информационной системой, вызывающий пристальный интерес специалистов, является делопроизводство приказного периода. В качестве ее подсистемы выступает писцовое делопроизводство. Его материалы включают писцовые, переписные, дозорные, межевые, отказные, описные, платежные книги и сотницы. Каждый такой документ представляет собой сложный и многоплановый источник, несущий информацию о самых разных сторонах жизни российского общества XVI - XVII вв. Весьма значителен их потенциал для изучения провинциальных дворянских сообществ того времени, которые тогда называли «городами», а теперь исследователи для ясности добавляют слово «служилые» или используют термин «уездная корпорация дворян и детей боярских». Такой «город» являлся единицей организации российского войска и благородного, но не приближенного ко двору сословия. Его исследование выделяется на данный момент как одно из важнейших направлений изучения социальных структур Московского государства. Подобная работа проводится нами на примере Нижегородского уезда XVII в. Общая характеристика источниковой базы, в том числе ее писцовой составляющей, для первой трети столетия была дана нами в специальной работе [2]. Также по нашему заказу А.А. Давыдовой был проведен обзор нижегородских писцовых материалов XVII в. как потенциальных источников по указанной теме [3].

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ. Проект № 12-01-00206.

Большинство подлинников нижегородских документов писцового делопроизводства хранится в фонде Поместного приказа Российского государственного архива древних актов (РГАДА), списков - в Коллекции Нижегородской губернской ученой архивной комиссии Центрального архива Нижегородской области (ЦАНО). На сегодняшний день из обширнейшего комплекса нижегородских материалов писцового делопроизводства изданы полностью только три писцовые и переписные книги по Нижнему Новгороду [4,5] и две дозорные книги по Нижегородскому уезду [6, 7]. Все эти издания, кроме Дозорной книги 1588 года, были осуществлены еще в конце XIX - начале XX века на возможном тогда, но явно недостаточном для сегодняшнего дня научном уровне. В дальнейшем ни одна из нижегородских писцовых или переписных книг не издавалась, видимо в связи с тем, что издание этих массовых источников дело не только трудоемкое, но и дорогое.

Писцовые материалы по Нижегородскому уезду в отношении интересующей нас темы дают возможность рассмотреть следующие вопросы:

• о формировании и изменении состава нижегородской дворянской корпорации, в том числе о количестве служилых иноземцев, входивших в нее (в сочетании с десятнями -поуездными военно-учетными списками);

• об основных этапах формирования поместного землевладения (источнике и предыстории получения вотчинных и поместных дач);

• о пространственной локализации поместных населенных пунктов в Нижегородском уезде (историко-географический аспект);

• о поместных и денежных окладах служилых людей, величина которых во многом определяла статус дворян того или иного «города»;

• о наличии крепостных, дворовых, кабальных людей у дворян;

• о служебной деятельности и участии нижегородских дворян в политических событиях и др.

Сосредоточимся на одной из разновидностей писцовых материалов. Дозорные книги составлялись по инициативе тяглого люда той или иной местности, когда в результате чрезвычайных социальных или экологических событий (войны, неурожаи, эпидемии, эпизоотии, нашествия грызунов или насекомых-вредителей) происходило разорение региона, сокращалось население и обрабатываемые им угодья. Установленный размер налогов преставал соответствовать экономическому состоянию местности. Население вынуждено было просить власти о проведении чрезвычайного обследования («дозора»), которое предполагало пересмотр установленного ранее оклада.

Самые ранние писцовые описания Нижегородского края, судя по сохранившимся источникам, были проведены в конце XV века. Одно из первых государственных обследований всей территории Нижегородского уезда было начато писцами Григорием Ивановичем Заболоцким, Федором Григорьевичем Давыдовым и дьяком Иваном (Третьяком) Михайловичем Дубровиным в 1561 году, продолжено князем Осипом Дмитриевичем Мосальским, Михаилом Матвеевичем Лопатиным и Лашуком Володимеров и длилось до 1564 г. Позитивный смысл этой деятельности заключался в информировании правительства о состоянии дел в регионе после окончания «Казанской войны». Действия писцов по распределению оброчных угодий, размежеванию владений, решению поземельных конфликтов способствовали нормализации хозяйственной жизни региона, который длительное время подвергался опустошительным набегам. [8, с. 162-163].

Вновь составлять дозорные книги понадобилось после черемисского восстания 1572 г., самым пагубным образом отразившемся на состоянии Нижегородского края. В 1571/1572 году Нижегородский уезд обследовал князь Семен Жижемский, в 1576 г. - Пятый Тумский и подьячий Семейка Панкратьев, в 1578 г. - Петр Бурунов [6, с. 16,80,85,125]. Созданные ими дозорные книги не сохранились. Некоторое фрагментальное представление о них можно составить на основе выписок из их текстов, встречающихся в более поздних до-

кументах писцового и общего делопроизводства. Конечно, этих кратких сведений явно недостаточно для воссоздания всеобъемлющей картины формирования нижегородского дворянства в середине - конце XVI века. Однако в некоторых из них единожды упоминаются представители нижегородских дворянских родов, которых можно считать их основателями, поскольку именно с середины XVI века начался процесс складывания нижегородской служилой корпорации.

В последние десятилетия XVI и в XVII веке Нижегородский уезд подвергался описанию несколько раз: 1) 1588 год - дозор писца Василия Борисова и подьячего Третьяка Аврамова, 2) 1613 год - дозор Силы Микитича Греков и подьячего Клементия Козодавлева

Анализируя весь комплекс материалов писцового делопроизводства по Нижегородскому уезду, никак нельзя согласиться с мнением Б.А. Азнабаева, изучавшего Уфимское дворянство в конце XVI - первой трети XVIII века, о том, что «писцовые и переписные книги не могут ответить на ряд вопросов самого развития служилого землевладения, ибо их содержание статично по времени. Они не позволяют выяснить: когда были получены земли и на каком основании, в каких масштабах и с какой интенсивностью шла раздача поместных земель, сколько раз эти земли переходили из рук в руки и когда начинали обрабатываться» [9]. Наоборот, благодаря тому, что писцовые описания и дозоры Нижегородского уезда в начале XVII века проводились регулярно, практически через равные временные промежутки, сохранившийся нижегородский комплекс материалов писцового делопроизводства позволяет проследить процесс становления дворянского землевладения в уезде в динамике, ответить на все поставленные вопросы, кроме второстепенного для освещения проблем становления нижегородской дворянской корпорации вопроса о начале обработки земель.

Дозорная книга 1588 года дошла до настоящего времени только в той части, где были описаны дворцовые, бортные и посопные населенные пункты Нижегородского уезда, часть же, содержащая описания вотчин и поместий, оказалось утраченной. В связи с этим, этот источник для решения стоящих в данном исследовании задач необходимо признать малоинформативным.

Для реконструкции истории служилого «города» значительный интерес представляет «Книга Нижегородского уезда боярских, дворянских, и детей боярских, и иноземцев письма и дозору Силы Микитича Грекова и подьячего Клементия Козодавлева лета 121 года». Список, сделанный с подлинной книги в 1746 году секретарем Лаврентием Цуриковым и канцеляристом Михаилом Семеновым, был опубликован еще в начале ХХ века [7]. Сравнение двух текстов, проведенное А.А. Давыдовой, показало, что формуляр опубликованной копии урезан по сравнению с подлинником. В подлиннике описание было составлено по персональному признаку (по порядку перечислялись все владения одного лица) с пречислением дворохозяев в каждом, отдельно взятом поселении. Копиисты кратко перечисляли населенные пункты, принадлежащие определенному владельцу с общим итогом в конце статей, без указания количества дворов в каждом селении [10].

Являясь результатом дозора Нижегородского уезда 1613 года (сразу после событий Смутного времени), эта книга, в отличие от материалов последующей переписи 1621/22 -1623/24 годов Дмитрия Лодыгина, зафиксировала отдельно состояние именно поместий нижегородских дворян. Сведения о вотчинах Нижегородского уезда в ней практически отсутствуют, что значительно облегчает задачу исследователей. Дело в том, что наши изыскания показывают: поместное землевладение в уезде решительно преобладало, поэтому данный

источник вполне репрезентативен с точки зрения наших задач. При работе с ним практически не приходится вычленять разрозненные сведения о служилых нижегородцах из общей массы землевладельцев уезда, хотя среди них присутствуют и представители других служилых «городов», в основном поволжских: Казани, Царевококшайска, Козьмодемьянска, Ци-вильска и др.

Книга содержит сведения о городовой принадлежности нижегородских землевладельцев, наличии чина или титула, величине «четвертной пашни», количестве крестьянских, бо-быльских и людских дворов, которые были перенесены нами в базу данных. Обязательным для писцов было занесение в книгу оснований, на которых получены вотчины. Так, из статьи, описывающей вотчинное владение нижегородца Ивана Борисовича Доможирова в Березопольском стане Нижегородского уезда, становится ясно, что «жеребей в селе Обабкове, что было за отцом его за Борисом Шиховым сыном Доможирова» был получен им «по жалованной грамоте Государя Царя и Великого князя Михаила Федоровича всеа Русии, за прежние его службы и за раны» [7, с.134]; нижегородцу Ивану Микифоровичу Сколкову вотчина была дана «по грамоте бояр князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого да князя Дмитрия Михайловича Пожарского» [7, с.139]. Относительно поместий эти данные не носят систематического характера - история получения поместных дач в книге описана раз от раза.

По материалам дозорной книги структура землевладения в Нижегородском уезде выглядела следующим образом. Крупных по размерам поместных дач (от 500 четей земли в поле и более) было ничтожно мало - только 1,3 % (4 владения). У 33,2 % поместных дач площадь составляла 100 - 200 четей земли. Площадь 85 дач (28,7 %) колебалась от 50 до 100 четей земли. Каждая пятая дача не превышала 50 четей в поле. Отсюда видно, что в Нижегородском уезде типичной в этот период была мелкая поместная дача в 100 - 200 четей «в поле» (150 - 300 дес. в трех полях). Эта ситуация была особенно характерна для центрального Березопольского стана.

Таблица 1

Количество «четвертной земли» у служилых землевладельцев

Нижегородского уезда

Количество земли Количество владельцев

абс. %

До 50 четей 67 22,3

от 50 до 100 четей 85 28,2

от 100 до 200 четей 100 33,2

от 200 до 300 четей 24 8,0

от 300 до 400 четей 16 5,3

от 400 до 500 четей 5 1,7

от 500 и более четей 4 1,3

Всего 301 100

Лишь у примерно 11 % служилых землевладельцев по дозорной книге указан чин или титул. Среди них явно преобладали жильцы, т. е. служилые люди «московских чинов». В числе представителей самого привилегированного чина - верхнего (думского) в Нижегородском уезде было только два человека. Это показывает как слабое распространение землевладения титулованного дворянства в рассматриваемое время, так и некоторые изъяны источника, не фиксировавшего вотчины, среди владельцев которых чаще, чем среди помещиков, оказывались собственники с высоким сословным статусом.

Таблица 2

Г руппировка служилых землевладельцев Нижегородского уезда по чинам

Чин/титул количество владельцев

абс. %

князь 1 2,7

боярин 2 5,4

жилец 32 86,5

дьяк 1 2,7

пан 1 2,7

Всего 37 100

Имея в виду цели настоящего исследования, приходится с сожалением констатировать, что почти у половины владельцев дач (45,6 %) отсутствует указание на городовую принадлежность. Из таблицы ясно видно, что лидирующие позиции в Нижегородском уезде занимали сами нижегородцы - 42,1 % владельцев (185 человек). Были в уезде и казанские (22 человека, 5 %), и свияжские (18 человек, 4,1%) землевладельцы. Значительно меньше кузмо-демьянских (4 человека), муромских (2 человека), немецких (2 человека), самарских (2 человека) и чебоксарских (3 человека) представителей служилых чинов. Все вместе они составляли только 3,1 %. А курмышский был и вовсе один (0,2 %). В целом в уезде среди «иногородних» служилых землевладельцев отмечается полное преобладание владельцев из близлежащих уездов Среднего Поволжья.

Таблица 3

Г руппировка владельцев по городовой принадлежности

Городовая принадлежность количество владельцев

абс %

не указана 200 45,6

нижегородец 185 42,1

казанский 22 5,0

кузмодемьянский 4 0,9

курмышский 1 0,2

муромец 2 0,5

немец 2 0,5

самарский 2 0,5

свияжский 18 4,1

чебоксарский 3 0,7

Всего 439 100

Фамильная структура в Нижегородском уезде в этот период не была разветвленной. Лишь у каждой девятнадцатой фамилии насчитывалось более 5 представителей - всего 5,1 %. По одному представителю от фамилии составляют абсолютное большинство - почти 61 % (167 человек). Почти такую же картину дает нам и источник другого рода, но не менее ценный - десятня по Нижнему Новгороду 1607 г. (РГАДА. Ф. 210. Разрядный приказ. Оп. 4. Кн. 9). Косвенно это может указывать на относительно недавнее получение многими фамилиями здесь поместий. Такой вывод подтверждается и наблюдениями над другими письмен-

ными источниками, которые фиксируют появление большого числа новых фамилий среди нижегородских служилых людей в конце XVI века. Возможно, это объясняется правительственными мероприятиями начала 1580-х гг. по раздаче поместий беднейшим служилым людям. В Нижегородском уезде резервы для таких раздач в это время существовали [11].

Таблица 4

Г руппировка фамилий по числу представителей

Количество представителей фамилий

абс. %

1 представитель 167 60,9

2 представителя 48 17,5

3 - 5 представителей 45 16,4

более 5 14 5,1

всего 274 100

Оценка степени разорения региона не исчерпывалась работой, проведенной в 1613/1614 годах. До нас дошли сведения, но не сами книги, о дозоре 1617 года Тимофея Салманова и подьячего Ивана Гаврилова. Данные этого описания использовались в качестве отправных в 1620-х годах (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 293. Л. 3; Д. 292. Л. 73 - 73 об.). Сохранились материалы дозора 1619 года Белогородской волости Нижегородского уезда. Однако здесь не было владений представителей нижегородского служилого «города» (РГАДА. Ф. 1209. Оп. 1. Д. 7512. Л. 1 - 124).

Таким образом, дозорная книга Силы Микитича Грекова и подьячего Клементия Ко-зодавлева обладает наибольшим информационным потенциалом в плане изучения нижегородского дворянства. Для служилого землевладения Нижегородского уезда в 1613 году характерны преобладание мелкого поместья, невысокий чиновный статус владельцев, доминирование представителей местной уездной корпорации, отсутствие крупных дворянских кланов.

Библиографический список

1. Документ в российской истории [Текст] / А.Я. Александрова [др.]; под научн. ред. П.В. Чеченкова; Нижегород. гос. тех. ун-т. - Нижний Новгород, 2012.

2. Чеченков, П.В. Документальные источники о нижегородском служилом «городе» и его землевладении в первой трети XVII в. [Текст] / П.В. Чеченков, Д.А. Черненко // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы Х-ХХІ вв.: источники и методы исследования: материалы XXXII сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы / отв. ред. Е.Н. Швейковская; Ряз. гос. ун-т им. С.А. Есенина. - Рязань, 2012. С. 106 - 113.

3. Давыдова, А.А. Комплекс нижегородских материалов писцового делопроизводства как источник по истории нижегородской служилой корпорации [Текст] / А.А. Давыдова // Материалы V Нижегородской межрегиональной архивоведческой конференции «Святыни земли Нижегородской. Нижегородский кремль». - Нижний Новгород, 2010. С. 72-79.

4. Писцовая книга города Нижнего Новгорода писцов Дмитрия Васильевича Лодыгина, Василия Ивановича Полтева и дьяка Дементия Образцова 1621 - 1623 годов [Текст] // Русская историческая библиотека. СПб., 1898. Т. XVII.

5. Лаппо-Данилевский, А. Писцовая и переписная книги XVII века по Нижнему Новгороду, изданные Археографической комиссией [Текст] / А. Лаппо-Данилевский. - СПб., 1896.

6. Нижегородская дозорная книга 1588 г. государевым дворцовым бортным, оброчным и посопным селам и деревням [Текст] // Анпилогов, Г.Н. Нижегородские документы XVI в. / Г.Н. Анпилогов. -М., 1977. С. 5 - 76.

7. Книга Нижегородского уезда боярских, дворянских, и детей боярских и иноземцев дозору Силы Микитича Грекова да подьячего Клементия Козодавлева документов [Текст] // Действия Нижегородской губернской ученой архивной комиссии: Сб. статей, сообщений, описей и документов. - Нижний Новгород, 1903 - 1905. Т. V. С. 17 - 34. Т. VI. С. 128 - 189. Т. VII. С. 618 - 641.

8. Чеченков, П.В. Ранние писцовые описания Нижегородского уезда [Текст] / П.В. Чеченков // Вспомогательные исторические дисциплины - источниковедение - методология истории в системе гуманитарного знания: материалы ХХ междунар. науч. конф. Москва, 31 янв. - 2 февр. 2008 г. - М.: РГГУ, 2008. Ч. 2. С. 673 - 676.

9. Азнабаев, Б.А. Уфимское дворянство в конце XVI - первой трети XVIII века [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://ufagen.ru/node/8047 (Дата обращения 02.02.2012).

10. Давыдова, А.А. Материалы писцового делопроизводства Нижегородского уезда как историкогеографический источник и некоторые методы их анализа [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://www.opentextnn.ru/history/istochnik/istXIII-XIX/?id=1268 (Дата обращения 02.02.2012).

11. Чеченков, П.В. Численность и фамильный состав нижегородской служилой корпорации конца XVI - середины XVII в. [Текст] / П.В. Чеченков // Русь, Россия: Средневековье и Новое время. Вторые чтения памяти академика РАН Л.В. Милова. Материалы к международной научной конференции. Москва, 17-19 ноября 2011 г. / МГУ. - М., 2011. С. 87-92.