Александр Сокуров мог дорого обойтись Владимиру Кехману

Постановка оперы Сергея Танеева "Орестея", над которой режиссер Александр Сокуров работал в петербургском Михайловском театре несколько последних месяцев, внезапно отменена руководством театра. По мнению режиссера, это реакция на его подпись под скандально известным открытым письмом с критикой градостроительной политики администрации Петербурга. Генеральный директор театра уверяет, что все проблемы — в деньгах. Разбиралась ОЛЬГА КОМОК.

     Отмена спектакля, утверждает Александр Сокуров, стала для всех полной неожиданностью — артисты оперы узнали о ней не от дирекции театра, а от режиссера лично. Самого господина Сокурова гендиректор театра Владимир Кехман поставил в известность о прекращении работы над "Орестеей" через художника по костюмам Павла Каплевича накануне отъезда режиссера в Лондон на кинофестиваль Time for Peace Film And Music Award, где он получил приз за фильм "Александра" с Галиной Вишневской в главной роли.

     Опера-трилогия Сергея Танеева "Орестея" (1882-1894) крайне редко ставится в России. Это грандиозное лирико-эпическое полотно с нетрадиционным для русской оперы либретто из античной истории и монументальными сценами ораториального характера. Полномасштабная постановка "Орестеи", которую запланировал новый амбициозный директор театра, должна была стать не просто акцией по сохранению национального наследия, но событием актуальным. Александр Сокуров вместе с дирижером Андреем Анихановым, художниками Юрием Купером, Павлом Каплевичем и Олегом Молчановым разработали художественную и технологическую идею спектакля, в которой детализированный историзм сочетается с новаторскими решениями. Макет спектакля был сдан руководству театра и, по словам господина Сокурова, приняли его с энтузиазмом. Никаких претензий к стоимости или художественному решению постановки дирекция Михайловского театра не высказывала. Художественный руководитель оперной труппы театра Елена Образцова вместе с режиссером назначила исполнителей главных ролей. Солисты и хор начали разучивание партий. И вдруг все отменено.

     "Идея постановки принадлежала предполагаемому музыкальному руководителю "Орестеи" дирижеру Андрею Аниханову, — заявил Ъ Владимир Кехман. — Не могу сказать, что в театре кто-то, кроме меня, эту инициативу поддерживал: спектакль громадный, его тяжело совмещать с репертуарной деятельностью, в репетициях задействована практически вся труппа. Александр Николаевич подготовил гениальное режиссерское решение спектакля, однако предполагаемая стоимость его реализации составила $5 млн — это фантастический даже для нашего театра бюджет. Художественный руководитель оперы Елена Образцова и творческий коллектив, осознав все сложности постановки, приняли решение в этом сезоне отказаться от работы над "Орестеей". Я с уважением отнесся к этому решению и подтвердил его. Приказа по отмене пока нет. Мы с Александром Николаевичем не успели поговорить: он был в Лондоне. Я ждал его возвращения, чтобы обсудить наше будущее сотрудничество".

     Александр Сокуров цифру в 5 млн не понимает: "Разговоры о чрезмерной стоимости 'Орестеи' для меня — сюрприз. Я никаких смет не видел, но не очень понимаю, откуда взялись $5 млн. И мне кажется, что, когда макет спектакля принимала дирекция Михайловского театра, всем было очевидно, что большой исторический спектакль — это дорогое удовольствие". Режиссер связывает отказ от постановки с его подписью под открытым письмом с требованием прекратить уничтожение исторической застройки Петербурга. Открытое письмо было составлено инициативной группой петербуржцев еще в начале апреля. У ряда культурных деятелей из-за письма начались неприятности, а группе почетных граждан после встречи с вице-губернатором Виктором Лобко и вовсе пришлось написать покаянную статью с обещанием больше ничего "без согласования" не подписывать.

     В отличие от некоторых деятелей искусства, вместе с почетными гражданами отозвавших свои подписи, режиссер Александр Сокуров делать этого не стал (Ъ писал об этом 6 мая). "Стечение обстоятельств наводит на простую мысль: финансовые проблемы к этому не имеют прямого отношения, — считает господин Сокуров.— Может, сам Владимир Кехман и не принимал единолично решения об отмене спектакля, он человек уникальный и очень увлекающийся. Поначалу он выказывал самый живой интерес к нашей работе. Может, кто-то из спонсоров спектакля решил не связываться с режиссером, который связан с 'антигубернаторским письмом'. Но почему же оно антигубернаторское? Откуда эта цепная реакция страха, почему не сказать мне честно, что работа над 'Орестеей' прекращена по политическим соображениям? Я сожалею, что этой оперы не будет в репертуаре Михайловского театра. Надеюсь, что когда-нибудь смогу поставить ее с этой же постановочной командой, но пока считаю тему закрытой."

     Директор Михайловского театра "цепную реакцию страха" не признает. "Я не согласен с взглядами Александра Николаевича и не поддерживаю идеи открытого письма, которое он подписал, — говорит господин Кехман. — Но я уважаю его как режиссера. Политический мотив отказа совершенно исключен".