Письмо «Князя египетского Григория Гаджи-бея» императору Павлу I (1799 г. )

ВОСТОКОВЕДЕНИЕ

М. Ю. Илюшина

ПИСЬМО «КНЯЗЯ ЕГИПЕТСКОГО ГРИГОРИЯ ГАДЖИ-БЕЯ» ИМПЕРАТОРУ ПАВЛУ I

Последним выдающимся мамлюкским правителем Египта считается Али-бей аль-Кабир, замысливший, по словам Константина Михайловича Базили, «новые судьбы для этой части Востока»1. Али-бей аль-Кабир родился в 1728 г. в семье священника греческой церкви и был наречен Иосифом. Около 1743 г. пятнадцатилетним мальчиком он попал в Египет, был продан работорговцем в Александрии еврею из таможенной службы2, который позднее подарил его Ибрахиму Кятходе, занимавшему лидирующее положение среди египетских мамлюков3. Юный Иосиф был обращен в ислам, получил новое имя Али, в течение полутора лет изучал арабский язык и основы шариата. Заметив прилежание и выдающиеся способности юноши, Ибрахим Кятхода определил его на службу, и за семь последующих лет молодой мамлюк прошел путь от хранителя трубок и табака до кашифа (kashif) — главы провинциальной администрации4. В 1753/1754 г. он был назначен амиром аль-хаджж (amir al-hajj) — командиром каравана мусульманских паломников, ежегодно отправлявшихся в Мекку5, а в 1755 г. по ходатайству своего господина Ибрахима Кятходы Али вошел в состав совета мамлюкских беев. После нескольких лет борьбы за лидерство в 1767 г. он был признан как шейх аль-балад (shaykh al-balad)6 и годом позже занял пост каиммакама (ka’immaqam)1. С 1769 по 1773 гг. вся власть в Египте находилась в руках Али-бея аль-Кабира8.

В краткий период своего правления Али-бей восстановил утраченную после османского завоевания 1517 г. монополию мамлюков на власть, предпринял попытку создать централизованное суверенное государство и основать династию единоличных правителей Египта. Али-бей открыто заявил о своем неповиновении правительству Османской империи, принял титул султана, его имя упоминалось в пятничной молитве и значилось на вновь отчеканенных монетах9.

В борьбе против Блистательной Порты Али-бей использовал поддержку русского флота, который вел боевые действия в Средиземном море во время русско-турецкой войны 1769-1773 гг. Союзнические отношения между египетским лидером и командованием Архипелагской экспедицией российского флота10 имели продолжение.

29 марта 1799 г., через двадцать шесть лет после окончания русско-турецкой войны 1769-1773 гг. и гибели Али-бея аль-Кабира, в Канцелярию генерал-прокурора Правительствующего Сената Российской империи на имя Павла I, «Всеавгустейшего монарха и Всемилостивейшего государя», было подано прошение, подписанное «князь египетский Григорий Гаджи-бей». «Государь! — обращался Гаджи-бей к императору. — Во-первых,

© М. Ю. Илюшина, 2009

припадая к освященным стопам Твоим, прошу великодушного от Монаршей щедроты Твоей прощения, что я дерзнул адресовать сию мою просьбу собственно к высокой особе Вашей! К сему побудила меня отчаянность положения моего, нося безвинно гнев Твой, Государь, как я есть бедный без всякого покровительства лишен отечества, родителей, наследства и отдален в такую даль.. ,»п. Автор письма утверждает, что он является племянником Али-бея аль-Кабира и сообщает, что Али-бей «принял на себя титул египетского султана», а его — Гаджи-бея — объявил своим наследником. Далее в письме говорится, что в послании к графу А. Г. Орлову Али-бей заявил о намерении заключить союз с Россией и брал на себя обязательство обеспечивать российские корабли, если будет необходимо, съестными припасами и деньгами. Эти обязательства, по словам Г аджи-бея, были впоследствии выполнены. Он пишет, что наряду с другим «вспоможением» российской эскадре были посланы деньги, однако затрудняется назвать точную сумму: «.не знаю, правда ли, или нет, а как я слыхал, что дано было двенадцать миллионов»12. После измены Мухаммад-бея Абу-з-Захаба13, «который будучи подкуплен. сделал междоусобный бунт» Али-бей просил Орлова о помощи и послал ему «еще шесть миллионов денег на доставление войска дабы утушить бунт». Орлов же «денег взял, а помочь не вспомог». Али-бей скончался от ран, полученных в сражении с Абу-з-Захабом весной 1773 г. — «сделался жертвою жизни своей, а все за Империю Российскую»14.

Автор письма сообщает, что в ходе переговоров с командованием российской эскадры в Архипелаге «в залог своего верного союза» Али-бей отправил своего племянника графу А. Г. Орлову («я оным и был взят и привезен сюда, и с тех самых пор здесь и нахожусь»)15.

Гаджи-бей провел в России много лет в весьма бедственном положении, которое сам он объясняет желанием своих притеснителей на российской земле сохранить историю с «миллионами» в тайне: «даже чтоб и слуху никакого не было». В обращении к российскому императору Г аджи-бей изъявляет желание принять верноподданническую присягу и просит пожаловать ему в память о заслугах его дяди — «жертвенника для России» — поместье или деньги на его покупку16.

Источники и исследования свидетельствуют, что у Али-бея действительно был племянник. О появлении среди приближенных Али-бея аль-Кабира его молодого родственника сообщает Совер Лузиньян. В 1766 г., отмечает он, Али-бей поручил Тантави-бею, отправившемуся в Стамбул с ежегодной данью, разыскать своего отца. Из османской столицы на родину Али-бея был послан хазандар (khazandar)'11 Тантави-бея, «который Даута, Али-Беева отца, нашел и послание свое весьма точно исполнил. Сей старик весьма обрадовался, уведомившись о своем сыне; и приведши домашния свои дела в порядок, отправился в путь с Газендаром, взяв с собою младшую свою дочь и внука, а старшую оставил дома с ея мужем стараться о домоводстве»18. Отец Али-бея с дочерью и внуком пробыл в Каире семь месяцев и вернулся домой.

Свою сестру Али-бей выдал замуж за Мухаммад-бея Абу-з-Захаба, а шестнадцатилетнего племянника оставил у себя. Юноша был принят в число мамлюков и в 1768 г. назначен на должность кашифа. В своих записках Лузиньян еще, как минимум дважды, возвращается к этой теме. Согласно его сведениям, племянник Али-бея был в числе «знатнейших невольников»19 последнего, а также среди тех беев, «которые верны были Али-Бею в нещастии»20.

Авторитетный американский исследователь Даниэль Креселиус также упоминает о племяннике Али-бея аль-Кабира. Ссылаясь на материалы лондонского и парижского

архивов, он отмечает, что после того как Мухаммад-бей Абу-з-Захаб летом 1771 г. неожиданно покинул Дамаск, Али-бей отправил к шейху Дахиру21, оказавшемуся в критическом положении, своего доверенного секретаря Муаллима Ризка с наличными для снаряжения армии и обещанием выслать к нему новое войско под командованием своего племянника22. В работе Д. Зейдана, посвященной истории Османского Египта, племянник Али-бея аль-Кабира, значится в списке мамлюков, получивших титул бея23.

Однако, некоторые факты ставят сведения, содержащиеся в письме Гаджи-бея под сомнение. Во-первых, Совер Лузиньян, современник событий, о которых сообщается в письме, называет племянника Али-бея Ридван-беем24, под таким же именем упоминают о нем Д. Креселиус и Д. Зейдан25. Лузиньян также отмечает, что во время его последнего разговора с Али-беем в разгар битвы при ас-Салихии пришел некий Ридван-бей26. Во-вторых, обвинение в адрес А. Г. Орлова в отказе выслать помощь арабским союзникам, выдвинутое автором письма, опровергается прибытием к берегам Палестины и последующими успешными боевыми действиями двух морских отрядов под командованием капитана Кожухова и Ивана Войновича. Кроме того, цель письма — получение поместья или денег — позволяет заподозрить автора в искажении фактов, или, по крайней мере, смещении акцентов с тем, чтобы добиться благосклонности Павла I, известного ревнивым отношением к успехам своей матери и ее фаворитам.

С другой стороны, сохраняя объективный подход к источнику, отметим следующее.

1) «Превращение» Ридван-бея в Григория Гаджи-бея может иметь простое объяснение. Имя Григорий вместо Ридван появилось, вероятно, после того, как бывший мамлюк принял обряд крещения, о чем косвенно свидетельствуют следующие строки письма: «Ты Государь! Справедлив, великодушен и человеколюбив есть Защитник християнского Закона, я тоже в оном теперь есмь»27.

Гаджи представляет собой русифицированное написание арабского слова Ьа]р. Хаджжи — не имя, а почетное звание, которое получает мусульманин, совершивший паломничество (хаджж). На данный момент мы не располагаем сведениями о том, совершал ли племянник Али-бея паломничество. Возможность того, что у Ридван-бея были основания прибавить к своему имени почетное звание хаджжи, не исключена. Кроме того, «экзотическая» для русского языка фамилия Гаджи-бей в сочетании с титулом князь, принятые Ридваном-Григорием, могут быть истолкованы как его нежелание забывать свое мамлюкское прошлое и принадлежность к военно-политической элите Египта.

2) Свидетельство Совера Лузиньяна о появлении некого Ридван-бея в палатке Али-бея во время битвы при ас-Салихии, противоречащее заявлению автора письма о том, что он был отправлен к графу А. Г. Орлову, не содержит точного указания на то, что вошедший был племянником Али. Исследователями было неоднократно отмечено, что сочинение Лузиньяна «пестрит фактологическими ошибками и нестыковками в датировках»28. К примеру, дата появления и последующего семимесячного благополучного пребывания в Египте отца Али-бея с дочерью и внуком, которую называет С. Лузиньян, вызывает сомнения. Весной 1766 г. Али-бей аль-Кабир вступил в конфликт с Хусайн-беем Кишкишем и вынужден был покинуть Каир. Только в октябре 1767 г. он окончательно расправился

29

со своими врагами и занял прочные позиции в египетской столице29.

3) Факт отправки русской эскадры к берегам Палестины опровергает обвинение в невыполнении союзнических обязательств, однако не исключает возможности частичного отступления от достигнутой договоренности в том что касается финансовой части

вопроса со стороны А. Г. Орлова, выдающегося человека, в неординарной личности которого талант и мужество сочетались с прагматичностью и почти полным отсутствием моральных устоев. Как писал Е. В. Тарле, «ни моральные, ни физические, ни политические препятствия для него не существовали, и он даже не мог взять в толк, почему они существуют для других»30.

Таким образом, несмотря на то, что документ носит спорный характер, приведенные выше доводы не позволяют полностью игнорировать письмо «князя египетского Г аджи-бея» и опровергнуть содержащиеся в нем свидетельства о том, что племянник Али-бея аль-Кабира был назначен преемником вновь провозглашенного султана Египта, а также

о финансировании Али-беем российской эскадры, действовавшей в Средиземном море.

Идея наследственной передачи власти кровному родственнику противоречила признанному в бейликате и принципиальному для мамлюков праву бороться за первенство. В случае, если гипотеза о назначении преемника Али-бея подтвердится в ходе дальнейших исследований, факт «завещания» власти племяннику, члену семьи, может стать не только свидетельством существенных сдвигов в структуре управления страной, но и еще одной, и немаловажной, причиной конфликта между Мухаммад-беем Абу-з-Захабом, потерявшим таким образом шанс законным путем стать лидером бейликата, и Али-беем аль-Кабиром, для которого этот конфликт имел катастрофические последствия.

Снабжение российской эскадры «припасами и деньгами» было значимым и ощутимым для Высокой Порты доказательством измены Али-бея. Османская империя допускала проявления самостоятельности и даже декларативного сепаратизма со стороны провинциальных лидеров до тех пор, пока они регулярно доставляли налоги в Стамбул. Если данные Гаджи-бея о «миллионах», переданных Али-беем графу А. Г. Орлову, имеющие косвенное подтверждение в других источниках31, будут подкреплены архивными документами, свидетельствами хронистов или современников, можно будет утверждать, что Али-бей не только прекратил выплату «дани», но использовал средства, не попавшие в казну османского султана, для финансирования военных операций российского флота в войне против Турции. Этот фактор, скорее всего, стал решающим в стремлении Блистательной Порты уничтожить мятежного лидера бейликата, который оказывал реальную поддержку России — врагу Османской империи.

Согласно документам из дела о «ходатайстве египетского князя» в апреле 1799 г. Павел I отдал повеление привести Гаджи-бея к присяге. Несмотря на многочисленные просьбы, никакой материальной компенсации оставшийся без престола наследник Али-бея аль-Кабира не получил. Поддержка или тем более финансирование потенциального мамлюкского лидера, потомка бея, объявившего о своей независимости от Высокой Порты, едва ли входила в планы российского императора, который в начале 1799 г. заключил союзный договор с Турцией32. Признание заслуг Али-бея, воевавшего против Османской империи в союзе с Архипелагской эскадрой под командованием графа А. Г. Орлова, было, очевидно, неуместным в свете совместных действий российского и турецкого флотов. Пересмотр внешнеполитических ориентиров, который начался позднее в Петербурге и привел к стремительному сближению позиций Павла I и Наполеона33, также не предполагал благосклонного отношения к египетскому мамлюку, изъявлявшему желание быть полезным своему прежнему отечеству «особливо по теперешнему положению как оно терпит тягость ига от сих извергов человечества французов»34. В последнем обращении к Павлу I «египетский князь» пишет, что, не получив денег или поместья, вынужден будет покинуть Россию35.

Дальнейшая судьба Григория Г аджи-бея неизвестна. Его письма, хранящиеся в Российском государственном историческом архиве, представляют собой уникальный материал для изучения мамлюкского феномена как одного из наиболее масштабных явлений в истории и культуре Ближнего Востока.

1 Базили К. М. Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях. М., 2007. С. 63. ЗеленевЕ. И. Мусульманский Египет. СПб., 2007. С. 194.

2 По некоторым данным, у Али-бея первоначально было два хозяина — Исхак и Иосиф, евреи из александрийской таможни // ‘Абд аль-‘Азиз Нувар. Ан-Нахда аль-‘арабийа аль-хадиса. ‘Айн ад-дирасат ва-ль-бухус аль-инсанийа ва-ль-иджтима‘ийа, 2002. С. 6.

3 Ибрахим Кятхода был фактическим правителем Египта с 1754 по 1764 гг. см.: Livingston J. W. The Rise of Shaykh al-Balad ‘Ali Bey al-Kabir: A Study in the Accuracy of the Chronicle of al-Jabarti // Bulletin of the the School of Oriental and African Studies, 1970. Vol. 33, № 2. P. 284.

4 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 43-45.

5 Амир аль-хаджж назначался из числа высокопоставленных мамлюков, имевших в своем подчинении значительный воинский контингент, занимал вторую после лидера позицию в иерархии беев.

6 Шейх аль-балад — глава мамлюкских беев, лидер бейликата (объединения лиц, носящих титул беев), который в XVIII в. стал центральным органом государственной власти в Египте. См.: ЗеленевЕ. И. Мусульманский Египет. СПб., 2007. С. 193. ‘Абд ар-Рахман аль-Джабарти. ‘Аджа’иб аль-асар фи-т-тараджим ва-ль-ахбар. Бейрут, Б. г. С. 322.

7 Каиммакам — глава местной администрации в отсутствие османского наместника.

8Ал-Джабарти Абд ар-Рахман. Египет в канун экспедиции Бонапарта (1776-1798) / пер. с араб., предисл. и примеч. Х. И. Кильберг. М., 1978. С. 12.

9Ацамба Ф. М. Господствующий класс в социальной структуре египетского города (конец XVIII — начало XIX в.) // Государство в докапиталистических обществах Азии. М., 1987. С. 206.

10 История Архипелагской экспедиции получила освещение в работах отечественных и зарубежных ученых. См.: Базили К. М. Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях. М., 2007. СмилянскаяИ. М. Русско-арабские связи в контексте политики Екатерины II в Средиземноморье // Арабский мир в конце ХХ века. М., 1996; Creselius D. Russia’s Relations with the Mamluk Beys of Egypt in the Late Eighteenth Century // Восток — Востоковеды — Востоковедение. СПб., 2004 и др.

11 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 2-3.

12 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 2-2 об.

13 Мухамад-бей Абу-з-Захаб — мамлюк Али-бея, фактически занял пост шейх аль-балада в апреле 1772 г., когда Али-бей покинул Каир. Указ о назначении Мухаммад-бея на эту должность вышел 18 сентября 1773 г., после смерти Али-бея.

14 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 2 об.

15 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 2 об.

16 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 2-3.

17 Хазандар — казначей.

18 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 51-52.

19 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 50-53.

20 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, а также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 72.

21 Дахир аль-Умар (ум. в 1775 г.) — фактический правитель эялета Сайда.

22 Впоследствии Али-бей ограничился отправкой в Сирию лишь нескольких небольших отрядов. См.: CreceliusD. The Roots of Modern Egypt. Minneapolis, 1981. P. 90.

23 Зайдан Дж. Миср аль-‘Усманийа. Тахкик Мухммад Харб. Каир, 1994. С. 236.

24 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 72.

25 Crecelius D. The Roots of Modem Egypt. Minneapolis, 1981. P. 90; Зайдан Дж. Мисраль-Усманийа Тахкик Мухммад Харб. Каир, 1994. C. 236.

26 Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 93.

27 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 3. Отметим также, что брат и отец А. Г Орлова носили имя Григорий.

28 Kirilina S. Islam v Egypte v pozneosmanskiy period (XVIII — pervaya tret’ XIX veka) // EJOS, II. 1999. № 6. P. 40.

29Ал-Джабарти Абд ар-Рахман. Египет в канун экспедиции Бонапарта (1776-1798) / пер. с араб., предисл. и примеч. Х. И. Кильберг М., 1978. С. 12; Ацамба Ф. М., Кириллина С. А. Религия и власть: ислам в Османском Египте (XVIII — первая четверть XIX в.). М., 1996. С. 15; CreceliusD. The Roots of Modern Egypt. Minneapolis, 1981. P. 51-52; ‘Абд аль-‘Азиз Нувар. Ан-Нахда аль-арабийа альхадиса. Аин ад-дирасат ва-аль-иджтима ийа, 2002. C. 17;

30 Тарле Е. В. Чесменский бой и первая русская экспедиция в Архипелаг. 1769-1774. М.; Л., 1945. С. 16.

31 Базили К. М. Сирия и Палестина под турецким правительством в историческом и политическом отношениях. М., 2007. С. 76. Лузиньян С. История о возмущении Али-бея против Оттоманской порты с различными новыми известиями о Египте, Палестине, Сирии и Турецком государстве, также о путешествиях их Алеппа в Бальзору. М., 1789. С. 64.

32 Договор между Россией и Турцией был заключен 3 января 1799 г. (по новому стилю). См.: История внешней политики России. XVIII в. (от Северной войны до войн России против Наполеона). М., 1998. С. 143.

33 Алексеева И. В., ЗеленевЕ. И., Якунин В. И. Геополитика в России. Между Востоком и Западом (конец XVIII — начало XX в.). СПб., 2001. С. 67. Согласно плану, предложенному Бонапартом представителю Павла I во Франции, основной целью союзников должно было стать именно Восточное Средиземноморье, а Египет рассматривался как стратегически важный объект как в противостоянии с Англией, так и для успеха восточной политики в целом. См.: Atkin M. The Pragmatic Diplomacy of Paul I: Russia’s Relations with Asia, 1796-1801 // Slavic Review. 1979. Vol. 38, № 1. Mar. P 71.

34 РГИА. Ф. 1374. Оп. 2. Д. 1632. Л. 3.

35 РГИА. Ф. 1378. Оп. 2. Д. 1632. Л. 12.