«Мы все под влиянием Бакста»

1 / 5

На открытии юбилейной выставки "Лев Бакст / Leon Bakst", подготовленной Пушкинским музеем в сотрудничестве с открытым фестивалем искусств "Черешневый лес", собравшиеся увидели деми-кутюрную коллекцию Antonio Marras, посвященную творчеству Бакста. В нарядах коллекции использованы и современные материалы, и старинные ткани, и винтажные элементы. Наряды вышиты и расписаны вручную, каждое платье создано в единственном экземпляре и названо женским именем — Карина, Ольга, Настя, Светлана, Лилиана, Людмила, Елена, Полина, Нина, Диана. О том, как Лев Бакст соединил искусство и моду, и о значении этого единства Антонио Маррас рассказал Марине Прохоровой

Как искусство влияет на моду — один из самых интересных для меня вопросов. По моим представлениям, они двигаются в одном направлении, как тропы, то пересекаясь, то вновь расходясь. И я стремлюсь свести их вместе, войти в диалог не только с модой, но и с искусством.

Именно поэтому для меня так важно все, что сделал Леон Бакст. Ему мы обязаны современной европейской модой, но влиял он на всю европейскую культуру своего времени. Его театральные костюмы для труппы Дягилева потрясли Париж, и все модельеры, начиная с Поля Пуаре, явно попали под его влияние. И в то же время Бакст был значительным художником. Незадолго до своей смерти Бакст хотел основать собственный модный дом, но, к сожалению, не успел. А вот создать свой универсальный мир успел. Поразительно: человек, поначалу вроде бы выступающий всего лишь в качестве костюмера, распространяет свое культурное влияние на все миросозерцание целой эпохи.

У мира моды плохая память, в нем действуют своего рода приливы и отливы, как в море: что-то исчезает, казалось бы, бесследно, что-то волна вдруг выкидывает на берег. Но без знания истории трудно разобраться в том, что принесла волна,— и потому я принципиальный сторонник изучения не только моды, но и культуры. Любая стилизация хороша, когда она не просто копирование, а переосмысление прошлого, попытка сплавить его с чем-то новым.

Наша работа состоит не только из материалов, но еще из индивидуальных знаков и кодов. По-моему, авторство очень важно — чтобы, глядя на наряд, все понимали, кто его придумал. Поэтому все мои вещи, независимо от года выпуска, могут сочетаться друг с другом и у них принципиально нет сезонности. Мне бы хотелось, чтобы они оставались в гардеробе. Чтобы их носили, потом вешали в шкаф, а потом через несколько лет доставали и опять надевали. А если и не надевали, то просто вспоминали, глядя на них, что-то хорошее и интересное из собственного прошлого.

Я очень люблю детали и подробности. Из-за этого меня часто обвиняют в излишней театральности моей одежды. Но посмотрите сами: мой дизайн всегда начинается с основ, с базы. Я беру очень простую форму — и потом постепенно ее усложняю и декорирую, для того чтобы придать ей какие-то дополнительные смыслы.

Мне многое интересно помимо моды и изобразительного искусства. Хочется работать в кино. Хочется танцевать. Петь — знаете, как весело петь в караоке! Хочется доделать свой дом так, как я вижу его в своем воображении, и разобраться с библиотекой. По возможности я всем этим, конечно, занимаюсь. Ограничиваться фэшн-дизайном у меня не получается. Я уже успел принять участие в Венецианской биеннале, а этой осенью у меня запланирована выставка в Милане, в здании Триеннале. Выставка откроется 21 октября, в день рождения моей жены Патриции, а закроется 21 января, в мой день рождения. Что я там представлю — пока не расскажу, но платья точно не будет ни одного.