Бэджевый текст: проблема дефиниции

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

99

УДК 808.2-1

О. А. Сосновская

БЭДЖЕВЫЙ ТЕКСТ: ПРОБЛЕМА ДЕФИНИЦИИ

Статья посвящена анализу существующего опыта лингвистического и лингвокультурологического изучения коммуникативных новообразований, а также определению текстового статуса бэджевых текстов. В статье очерчен диапазон современных социокультурных реалий, воссоздаваемых бэджами, проанализированы способы отображения этих реалий; прослежена динамика ценностной картины мира, репрезентируемой данными речевыми единицами.

Введение

Языковая ситуация конца 90-х годов XX - первого десятилетия XXI в. характеризуется сложностью, противоречивостью и нестабильностью. Именно в этот период языковые изменения интенсифицировались под влиянием многочисленных факторов, в большей степени экстралингвистических, что позволяет говорить об изменении языковой ситуации и появлении новых типов дискурса. Происходящие трансформации закономерны и обоснованны, так как язык, будучи явлением социальным, с течением времени совершенствуется, шлифуется, в нём происходит постепенное отмирание старых качеств и развитие новых, в большей степени соответствующих потребностям современного общества. Пронизывая всю деятельность индивида, всю общественную жизнь, охватывая все ее сферы, язык проявляет необычайную гибкость и адаптируемость к нуждам общества. Функционирование языка, его развитие и варьирование определяют идеология, политика, социальные и другие условия развития общества. Воздействие этих факторов на язык различно как по форме, так и по силе.

«Язык живет не собственной жизнью, - пишет болгарский философ Д. Спасов. -Он является физическим посредником общественных существ, произведённым ими средством -исключительно мощным, но всё-таки вспомогательным. В нём самом по себе нет ни мысли, ни чувства, ни воли. Его красота и величие - это красота и величие человека» [1, 10]. Трансформации, которые происходят в языке, заметно отличаются от трансформаций, происходящих в разговорной речи. «Изменения в языке, в его внутренней, системно-структурной организации начинаются с изменений в речи носителей языка, и чем более регулярны и массовидны речевые изменения, тем больше у них оснований закрепиться в языке» [1, 116].

В речевой деятельности находит отражение осмысление действительности, выраженное конкретным носителем языка с точки зрения его вкусов, мировоззрения, общественных позиций. Разговорная речь намного эмоциональнее, чем письменная, поэтому и средства выразительности в ней разнообразнее, они более пластичны и гибки.

В разговорной речи находят выражение представления людей обо всех явлениях окружающей действительности, определяются аксиологические предпочтения современного социума. Для этого используются многочисленные тропы и стилистические фигуры. Однако в последнее время появились коммуникативные новообразования иного типа, отрицающие сложившиеся в обществе и языке стереотипы, иронично репрезентирующие современную действительность в предельно лаконичной форме, - бэджевые тексты.

Термин «бэджевый текст» происходит от английского слова badge - ‘знак, значок’, т. к. первоначально данные коммуникативные единицы активно функционировали в виде надписей на значках и были распространены исключительно в молодёжной среде. Э. М. Береговская, впервые обратившаяся к текстам надписей на значках, предлагает для их обозначения термин «бадж», полученный путем транслитерации соответствующей французской лексемы. Мы же будем использовать термин «бэдж», или, учитывая структурные и семантические особенности надписей, «бэджевый текст», используя английскую транскрипцию.

100

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

Результаты исследования и их обсуждение

«В современной лингвистике преобладает текстоцентрический подход к изучению языка. И это вполне естественно, поскольку ни одна лингвистическая единица не функционирует вне текста. Как лингвистический феномен текст является продуктом целенаправленной речевой деятельности и зависит от конкретной цели общения, преследуемой участниками коммуникативного акта» [2, 44]. Учитывая специфику бэджей как особых коммуникативных единиц, мы считаем необходимым в первую очередь рассмотреть их текстовую природу.

Существует множество определений текста, но, учитывая, что мы не ставили целью дать исчерпывающую его характеристику, возьмем за основу следующие дефиниции: текст - это «объединенная смысловой связью последовательность знаковых единиц, основными свойствами которой являются связность и целостность» [3, 507], это «внутренне организованная последовательность отрезков письменного произведения или записанной либо звучащей речи, относительно законченной по своему содержанию и строению» [4, 791]. С коммуникативной точки зрения сущность текста не может быть определена лишь одними языковыми признаками, ибо текст - продукт целенаправленной деятельности, «превращенная форма общения» [5, 8]. В системе лингвистических категорий текст есть функционально, содержательно и структурно завершённое речевое единство, скреплённое авторской модальностью. Механизмы образования текста обычно избирательны, и действуют они в направлении создания разных видов, имеющих свою форму и организацию в зависимости от коммуникативной направленности.

Бэджам присущи такие текстовые категории, как целостность, связность, завершённость, текстовое пространство и время. Бэджевый текст обладает формальной (его части имеют соотносящиеся между собой языковые элементы) и семантической связностью (его части несут в себе общие содержательные компоненты), а также эмотивностью (он отражает отношение автора к действительности).

Как уже отмечалось, специфической особенностью бэджевых текстов является их лаконичность, стремление передать информацию в максимально краткой форме, что позволяет относить их к текстам сжатого типа, под которыми исследователи (Е. И. Панченко, Е. С. Кубрякова, Л. В. Сахарный и др.) понимают «сообщение, объективированное подобно любому иному тексту в письменной форме, построенное путем сокращения полного текста либо созданное как изначально краткое, предназначенное при необходимости для дальнейшего развертывания в более объёмный текст» [6, 267]. Сжатый текст имеет повышенную информативную насыщенность по сравнению с первичным полным вариантом, что достигается благодаря разнообразным обязательным и факультативным средствам всех уровней языка.

Бэджевые тексты создаются в результате своеобразного сочетания объективных (материальных и технических) и субъективных факторов, имеют обширную сферу функционирования; основой для их возникновения служат языковая избыточность и языковая экономия, последняя реализуется в языковой краткости и языковой компрессии.

Как в плане выражения, так и в плане содержания бэджевых текстов происходят изменения, направленные на повышение информативной насыщенности текста; осуществляется количественное сжатие речевого произведения благодаря применению разнообразных графических сокращений, эллипсиса вспомогательных лексико-синтаксических единиц: ГИБДД - гони инспектору бабки и дуй дальше; Пользуясь случаем, хочу. В глазах - обида, в руках - утюг. Созданный субъектом, обладающим определенной степенью коммуникативной компетенции, сжатый текст, предназначенный для того или иного адресата, включает в себя как стандартизованную часть, некую идеоматическую константу, так и элементы речевого творчества: Баба с воза - потехе час. Баба с возу - и волки сыты, и овцы целы.

Возникновение бэджевых текстов как своеобразной реакции на окружающую действительность не является специфической особенностью русского языка, это закономерная тенденция многих языков. Так, американский паремиолог В. Мидер для обозначения «перекрученных, исковерканных, искаженных мудростей» предлагает использовать термин «антипословицы» (ср. нем. Antisprichworter, англ. anti-proverbs). Термином «антипословица»

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

101

обозначают, судя по опыту издания В. Мидером больших собраний немецких и английских паремий данного жанра, речевые единицы весьма широкого круга: пословицы, являющиеся смысловыми антиподами традиционных паремий; библейские сентенции; вывернутые наизнанку афоризмы и крылатые выражения знаменитых людей; обсценные и бранные паремии; веллеризмы. «Шутливая или серьёзная игра с пословицами отнюдь не нова, но можно констатировать, что критическое противостояние старой мудрости принимает в наши дни особо заметные масштабы. Сейчас уже известно, что они [пословицы] не выражают какой-либо абсолютной истины и не представляют собой неких универсальных общечеловеческих или специфично национальных установлений. Вот почему пословичная система ценностей вступает в конфронтацию со здоровым юмором, едкой иронией или острой сатирой» [7, 4]. Некоторые современные лингвисты, например И. К. Николаева, Х. Вальтер, В. Дубичинский и др., также пользуются термином «антипословиц» для обозначения трансформированных поговорок, крылатых выражений, афоризмов, понимая тем не менее «определенную зыбкость границ антипословиц», а также то, что «столь разнородный объект описания не дает возможности выявить корпус лишь «чистых» антипословиц, антипословиц в узком смысле этого слова, что может вызвать дискуссии у фразеологов» [7, 10]. В. Мидер также подчеркивает трудность конкретного и чёткого разграничения антипословиц и антиафоризмов, отстаивая широкое понимание термина «антипословица» и аргументируя при этом необходимость включения афористики паремиологического типа в издаваемые им сборники. Очевидно, что термин «антипословица» не стал общепринятым, потому что «трансформированные, перелицованные пословицы исследователи называют и «пословицами-мутантами» (Doctor, 1995), и «периначенными мудростями» (Mieder, 1998), и «пословичными трансформами» (Мокиенко, 2006)». На наш взгляд, наличие компонента «пословица» в термине, обозначающем весьма широкий круг речевых единиц, неизбежно повлечёт за собой отсылку к исходному, широкоизвестному термину «пословица» и может вызвать ошибочное восприятие вышеописанного явления. Поэтому мы считаем более уместным использовать для обозначения корпуса коммуникативных новообразований, иронично репрезентирующих реальность в предельно лаконичной форме, нейтральный термин «бэдж», или «бэджевый текст», который определяет также весь корпус исследуемых единиц.

Появление бэджевых текстов и использование их в речи связано с тем, что ежедневно человеку приходится сталкиваться как со старыми, известными, так и новыми проблемами и ситуациями, приспосабливаться к противоречивой, непредсказуемой, динамичной реальности. Естественно, что процесс адаптации проходит значительно легче при наличии определенных ориентиров, которыми, по мнению психологов, являются пословицы, поговорки, афоризмы, крылатые выражения. Сталкиваясь с незнакомой ситуацией, человек соотносит её с уже известной, нашедшей отображение в прецедентной единице, и действует по предложенному этой единицей стереотипу. Однако постоянное преобразование окружающей действительности неизбежно ведет к пересмотру и изменению старых, устоявшихся стереотипов, и уважение к народной мудрости сменяется критическим осмыслением стереотипов, закрепленных в ней, протестом против этих стереотипов, что является одной из причин возникновения бэджевых текстов. Провокационный характер многих бэджей позволяет человеку выразить своё отрицательное отношение ко многим явлениям современной действительности при неимении иных рычагов влияния на нее.

Вторая причина появления бэджевых текстов, на наш взгляд, заключается в стремлении носителя языка избежать обыденности, монотонного течения повседневной жизни посредством критики и сатиры. Кроме этого, не менее важной причиной возникновения бэджей стоит считать стремление человека к творческой, в данном случае, языковой игре, проявление креативного подхода к действительности.

Стоит отметить, что все больше лингвистов проявляют интерес к проблеме определения природы коммуникативных новообразований, отрицающих сложившиеся в обществе и языке стереотипы, иронично репрезентирующих современную действительность. Так, одной из попыток дать «внутрижанровую» классификацию трансформированных паремий является статья Т. И. Дамм «Комические афоризмы в современной газете» [7, 10]. Автор статьи, относя

102

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

«шутливый афоризм» к малым комическим жанрам, основывается на его определении, данном Ю. В. Щуриной: «Шутливый афоризм - лаконичное высказывание обобщённого содержания, характеризующееся столкновением в одном контексте понятий, между которыми возникают неожиданные смысловые связи, не замеченные в результате логического взгляда на вещи» [7, 10], и распределяет такие речевые единицы на 7 групп:

а) шутливые сентенции, т. е. краткие обобщённые изречения, преимущественно моралистического содержания, в изъявительной или повелительной форме (Скромность украшает, но оставляет голодным);

б) шутливые пословицы, образующиеся путём резкого сдвига в структуре и семантике протопословицы (Долгутюгом страшен);

в) крылатые выражения предикативного типа (Если гора не идет к Магомету, значит, Моисей заплатил больше);

г) шутливые парадоксы (В честной игре всегда побеждает жулик);

д) грегории, т. е. выражения, сходные с афоризмом, парадоксом, крылатым словом

(Ожидание праздника лучше его последствий);

е) шутливые газетные заголовки афористического типа (Нормальные герои всегда идут в обход - заголовок статьи о налогах на продажу автомобилей).

В. Дубичинский предлагает следующую классификацию антипословиц [7, 10]:

1) идиомы-дефиниции (Воздух - это шарик, с которого содрали кожу);

2) сентенции из жизненного опыта (Американцы работают, если платят хорошо, русские работают, если платят - хорошо);

3) паронимо-омонимичные идиомы (Истина - в вине; осталось узнать только в чьей);

4) «составные» идиомы (Береги честь смолоду, коли рожа крива);

5) идиомы-сравнения (Девушка как парашют: всегда лучше иметь запасной).

Изучение тематики бэджевых текстов позволяет сделать вывод об аксиологических

предпочтениях современного человека и выделить следующие типы ценностей, актуальных на данном этапе развития общества:

1. Бытийные (жизнь, смерть, радость, успех, счастье): Лучше гипс и кроватка, чем гранит и оградка; От жизни лучше получать не «радости скупые телеграммы», а щедрости большие переводы.

2. Экономические (деньги, труд, профессия): Обещание вернуть деньги через неделю -это только просьба неделю не приставать с этим вопросом; Никогда с деньгами не бывает так хорошо, как плохо бывает без них.

3. Утилитарные (дом, одежда, пища, алкоголь): Не перепились еще на Руси богатыри -добры молодцы; Лучше быть алкоголиком, чем женой алкоголика...

4. Познавательные (образование, знание): Мысль покинула голову, не выдержав одиночества; Мудрость не всегда приходит с возрастом. Бывает, что возраст приходит один.

5. Морально-нравственные (закон, дружба, семейные отношения, любовь): Мне замужем не очень, но живется...; От любви до ненависти один шаг. Налево.

«При восприятии объективного мира человек определяет для себя ценностные ориентиры. Все происходящее вокруг оценивается субъектом на основании принципа хорошо/плохо, добро/зло, красиво/безобразно, то есть объект действительности рассматривается с точки зрения его соответствия норме» [8, 7]. Бэджевые тексты также автоматически приписывают реальности, которую отображают и характеризуют, некую оценочную шкалу с полярными понятиями хорошо/плохо, нравственно/безнравственно, приемлемо/неприемлемо, однако эта шкала разительно отличается от общепринятой, потому что создатели бэджей нарочито принижают значение общепринятых ценностей и идеалов; все общепринятые моральноэтические принципы, нравственные ориентиры, заложенные в обществе с незапамятных времен, переосмысливаются, утрачивают свою значимость и приобретают отрицательную эмоциональнооценочную коннотацию.

Рассматривая предложенные классификации, нетрудно заметить некоторую условность, размытость и относительность их составляющих. Интересно, что лингвисты обращают внимание только на структуру и прецедентную отнесённость антипословиц, поэтому необходимым

ФШАЛАГГЧНЫЯ НАВУКІ

103

становится структурный и лексико-грамматический анализ данных речевых единиц, в связи с чем целесообразно определить, каким образом бэджи функционируют в речи, каков их лингвистический статус.

При включении бэджевых текстов в процесс общения наиболее интенсивно реализуется их экспрессивная функция, что возможно только при наличии реципиента, способного воспринять текст. Главной задачей реципиента становится интерпретация образа, созданного говорящим при помощи высказывания, с целью обнаружить подтекст. Интерпретация образа реципиентом - это «активное сотворчество, актуализация пластов прошлого опыта, активная работа воображения, выдвижение серии гипотез («перебор смыслов») на образном и отчасти на понятийном уровнях, соотношение личностных смыслов с социальнотипичными. Это и эмоциональное освоение образа, и интуитивное озарение, и рациональное осмысление» [5, 26].

Восприятие бэджевого текста подчиняется тем же закономерностям, что и восприятие высказывания другого рода. Вместе с тем бэдж нередко понимается и интерпретируется менее точно, чем отдельное высказывание, в силу того что читатель включает его в свою систему представлений о мире. Возникающая проекция бэджевого текста на окружающий мир может отличаться от замысла автора. Степень совпадения проекции текста с авторским смыслом зависит от степени совпадения использования адресантом и реципиентом определённого языкового кода.

На современном этапе развития общества и языка бэджевые тексты являются неотъемлемой частью молодёжной «субкультуры», одним из способов индивидуального и группового самовыражения их носителей. Поэтому вполне закономерно, что при образовании текстов бэджей общеупотребительная лексика переплетается с лексикой ненормативной, социально ограниченной, - молодёжным сленгом.

Бэджевые тексты, содержащие сленгизмы, отличаются от прочих бэджевых текстов наибольшей лаконичностью, максимальной информационной и эмоциональной насыщенностью при минимальном использовании языковых средств. Это объясняется тем, что сленг мыслит не понятиями, а образами, он больше воздействует на чувства, чем на разум, как зеркало, концентрированно отражает образ жизни тех людей, которые его используют. Однако перенасыщенность бэджей сленговыми единицами как одна из попыток проявить дерзость, неуважение к устоявшимся авторитетным мнениям, отрицание стереотипов отнюдь не является нормой функционирования бэджевых текстов. Человек, употребляющий бэджевые тексты в устной или письменной речи, должен в первую очередь соблюдать эстетические нормы и проявлять уважение к языку как носителю культуры.

Стоит отметить то, что бэджевые тексты постоянно расширяют сферу своего функционирования, прочно закрепляясь в активном лексическом запасе носителей языка, проникая на страницы периодической печати, в эфир радиостанций и Интернет. Если же употребление бэджей в СМИ является единичным и нерегулярным, то в Интернете бэджам посвящаются отдельные страницы и целые сайты.

Проникновение единиц подобного рода в средства массовой информации заставляет задуматься о культурном уровне людей, работающих в этой сфере, а также о том, каким образом информация передается широкому кругу читателей или слушателей.

Выводы

Бэджевые тексты как коммуникативные новообразования особого рода представляют собой сложное, неоднородное явление. Они возникают как своеобразное «сопротивление» традиционной, хрестоматийной мудрости, как реакция на необратимые перемены, происходящие в экономической, политической, духовной жизни нации, как отражение современных культурных доминант, явлений, оценок, которым отдается приоритет в данном обществе в данный момент времени. В устной речи бэджи в основном используются в качестве готовых речевых формул, которые позволяют высказывать мысли в краткой форме и одновременно несут значительную смысловую нагрузку, а также позволяют передавать необходимую информацию завуалированно, иносказательно.

104

ВЕСНІК МДПУ імя І. П. ШАМЯКІНА

Парадоксальность бэджевых текстов проявляется в том, что они относятся к тому жанру, даже, можно сказать, микрожанру, в котором краткость доведена до предела; чаще всего такой текст состоит из одной фразы. Но за ней стоит мысль, ассоциация, толчок к раздумью. Бэдж обобщает и типизирует многообразные проявления личной и общественной жизни и прочно бытует в общении как его органическая часть, как концентрированная и ёмкая форма отражения действительности и выражения отношения носителя языка к ней. Бэджи, раскрывая ключевые понятия, концентрируют и выявляют систему ценностей, свойственную современной молодёжной культуре. Более того, специфическим образом исследуя вечные вопросы, они представляют жизненную философию определённого поколения, картину исторической эпохи.

Сила воздействия бэджей заключается в точности подобранных слов и в умелом возведении актуальных частных явлений жизни в общие принципы, в доминирующие идеи. В силу своей лаконичности бэджевые тексты побуждают реципиента к размышлению, являются своеобразным катализатором мысли, ускорителем процесса возникновения ассоциаций и идей. Максимально сжатая форма, насыщенность значения, яркая образность делают бэджи такой речевой единицей, которая становится «действенным средством в борьбе с однообразием и серостью человеческой речи» [9, 4].

Литература

1. Лукашанец, А. А. Общество - язык - политика / А. А. Лукашанец, А. Е. Михневич, В. К. Щербин. - Минск : Выш. шк., 1988. - 221 с.

2. Кулиева, О. Н. Тематическая полифония диалога в русском языке : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.02 / О. Н. Кулиева. - Витебск, 2002. - 117 л.

3. Лингвистический энциклопедический словарь / редкол.: В. Н. Ярцева (гл. ред.) [и др.]. - М. : Сов. энцикл., 1990. - 685 с.

4. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. - М. : ИТИ Технологии, 2003. - 944 с.

5. Маслова, В. А. Лингвистический анализ экспрессивности художественного текста : учеб. пособие / В. А. Маслова. - Минск : Выш. шк, 1997. - 156 с.

6. Панченко, Е. Н. Сжатый текст: новейшие лингвистические и экстралингвистические изменения / Е. Н. Панченко // Науч. вестн. Херсон. гос. ун-та. Сер., Лингвистика. - 2010. - № 10. - С. 266-269.

7. Вальтер, Х. Антипословицы русского народа / Х. Вальтер, В. М. Мокиенко. - СПб. : изд. дом «Нева», 2005. - 576 с.

8. Артемова, А. В. Эмотивно-оценочная объективация концепта женщина в семантике ФЕ: (на материале английской и русской фразеологии) : автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.20 / А. В. Артемова. - Пятигорск, 2000. - 16 с.

9. Ушакова, Т. Н. Речь человека в общении / Т. Н. Ушакова. - М. : Наука, 1989. - 191 с.

Summary

The article is devoted to the analysis of present-day experience of linguistic and linguocultural studies of communicative neologisms and to the definition of text status of badge texts. The range of contemporary sociocultural realities reconstructed by badges is defined, the image presentation of this realities is analyzed; the dynamics of value worldview represented by this speech units is traced in this article.

Поступила в редакция 19.05.11.