Очерк биологии размножения клеста-еловика Loxia curvirostra

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1133: 1380-1386

Очерк биологии размножения клеста-еловика Loxia curvirostra

А.С.Мальчевский

Алексей Сергеевич Мальчевский. Кафедра зоологии позвоночных, биологический факультет, Санкт-Петербургский государственный университет, Университетская набережная, 7/9, Санкт-Петербург, 199034, Россия.

Поступила в редакцию 25 апреля 2015*

Сроки токования и размножения. За последнее десятилетие (с 1946 по 1955 годы) на территории Ленинградской области клесты-еловики Loxia curvirostra в большом количестве появлялись 4 раза: в 1945/46, 1948/49, 1952/53 и 1954/55 годах. «Клестовые годы» являлись следствием обильного урожая семян ели Picea abies, наблюдавшегося осенью 1945, 1948, 1952 и 1954 годов. Судя по сообщениям, появлявшимся в литературе (Воробьёв 1955; Бубнов 1956), а также устным сообщениям отдельных лиц, в указанные годы клесты-еловики были многочисленны и в других областях: Московской, Новгородской, Ярославской, Костромской и др. Очевидно, массовое появление клестов в эти годы происходило на весьма значительной территории Европейской части СССР.

Появление клестов-еловиков в Ленинградской области каждый раз сопровождалось их размножением, которое, судя по поведению птиц, состоянию их половых желёз, а также по находкам отдельных гнёзд, у большинства пар происходило в период с конца января по март включительно.

Зимой 1954/55 года токование клестов в окрестностях Ленинграда, по нашим наблюдениям, началось уже с конца октября и продолжалось вплоть до конца января - начала февраля. Убитая на Карельском перешейке 25 января 1955 Г.А.Носковым самка клеста-еловика имела уже достаточно сильно развитые яичники, показывавшие на близость периода размножения. Кстати, данная самка, по сообщению Носкова, пела, причём не менее активно, чем державшиеся поблизости самцы.

С начала февраля поведение большинства птиц изменилось: они стали держаться более скрытно, активность пения самцов заметно снизилась, хотя отдельные птицы пели в течение всей весны, вплоть до июня. В гнёздах клеста-еловика, найденных в 1955 году в елово-сосновых лесах Карельского перешейка (см. далее), к этому времени

* Очерк из: Мальчевский А.С. 1956. Анализ явлений в цикле размножения и постэмбрионального развития воробьиных (на примере лесных европейских видов). Дис. ... докт. биол. наук. Л.: 693-706 (рукопись).

(начало февраля) у клестов уже началось гнездостроение и откладка яиц. В этот год клесты в заметном количестве держались в окрестностях Ленинграда ещё и в конце мая — начале июня. В это время отдельные самцы ещё пели, в связи с чем можно было предполагать, что отдельные пары этих птиц продолжали размножаться. Заметим, что массовое выпадение семян ели в 1955 году происходило в конце мая.

Почти такая же картина поведения клестов-еловиков наблюдалась нами в 1953/54 году, только активное токование клестов началось в этом году примерно на месяц позднее — в конце ноября. Степень развития яичников и семенников у самок и самцов, убитых П.П.Стрелковым и В.В.Бианки в период с 26 по 31 января 1953 в Окуловском районе Новгородской области, показывала, что клесты ещё не были вполне готовы к размножению: диаметр наиболее крупных фолликулов яичника равнялся 3.5 мм, максимальная длина левого (более крупного) семенника варьировала в пределах от 6 до 7 мм (5 экз.). В окрестностях Ленинграда активное токование клестов в этом году продолжалось примерно до конца февраля. В ельниках Волосовского района (станция Елизаветино) к этому времени большинство клестов держалось уже рассредоточено, стай вовсе не было видно. Большинство птиц вело себя скрытно и незаметно. 1 марта, судя по поведению некоторых птиц (беспокойное «коканье» на одном и том же месте), можно было заключить о наличии у них гнёзд. Наблюдалось также ухаживание самцов за самками. Отдельные самцы продолжали ещё петь и совершать токовые полёты. Судя по поведению птиц, можно было заключить, что большинство клестов приступило здесь к размножению, примерно на месяц позднее, чем в 1955 году.

Зимой 1948/49 года, по наблюдениям Р.Л.Потапова (1950), половое возбуждение у клестов-еловиков в районе посёлка Комарово началось в конце ноября и продолжалось до середины декабря, после чего птицы сразу стали малозаметными, рассредоточились по лесу и, видимо, приступили к размножению. Таким образом, исходя из наблюдений Потапова, в зиму 1948/49 года клесты стали гнездиться на Карельском перешейке примерно на месяц раньше, чем в зиму 1954/55 года и, по-видимому, на целых два месяца раньше, чем в Волосовском районе в 1952/53 году. О поведении клестов зимой 1945/46 года мы почти ничего не можем сказать, так как специальных наблюдений в этот период не проводили. Отметим только, что ранней весной этого года, в середине марта (17 марта 1946), в ближайших окрестностях Ленинграда (Пар-голово) мы наблюдали большое количество клестов-еловиков, державшихся поодиночке, парочками или очень небольшими стайками. Повсюду слышно было пение самцов, видны были их токовые полёты и т.п. Одним словом, поведение птиц указывало на то, что клесты ещё только собирались размножаться.

Приведённое выше сравнение сроков наиболее активного токования клестов в различные годы позволяет, по нашему мнению, говорить о некотором непостоянстве сроков массового размножения клестов -еловиков на территории Ленинградской области в годы их появления. В большинстве случаев пик размножения, как это отмечено для других территорий Европы (Reinikainen 1937; Кириков 1952), приходится здесь на февраль или март, но в некоторые годы у большинства пар размножение может начаться, по-видимому, на 1-2 месяца раньше. Однако, поскольку точных сроков размножения клестов по всем отмеченным выше «клестовым годам» нам определить не удалось, считаем, что данное заключение следует принимать лишь как предположение, основанное на косвенных показателях.

О растянутости периода размножения клестов в пределах одного и того же года мы имеем возможность судить лишь по известным нам находкам двух гнёзд клеста-еловика, обнаруженных в 1955 году на Карельском перешейке. Одно гнездо было найдено студентом кафедры зоологии позвоночных Ленинградского университета Р.Л.Потаповым, другое — сотрудником Ленинградского Дворца пионеров Л.Н.Поповым. Гнездо, обнаруженное Потаповым, располагалось у вершины крупной сосны Pinus sylvestris, несколько отступя от главного ствола, на высоте около 15 м. Пишущий эти строки имел возможность ознакомиться с этим гнездом 2 марта 1955. В гнезде было 3 птенца в возрасте 5-6 дней. Примерно такого же возраста были птенцы, найденные Поповым 29 марта 1955 в гнезде, располагавшемся на ели на высоте примерно 8 м. Таким образом, разница в сроках вылупления птенцов в этих гнёздах была равна примерно одному месяцу.

Судя по литературным данным, разница в сроках размножения отдельных птиц в пределах одного и того же года может быть значительно большей. Так, по сообщениям Г.П.Дементьева (1941) и Д.В.Тер-новского (1954), зимой 1940/41 года размножение клестов-еловиков под Москвой началось в декабре и продолжалось в январе и феврале. Кроме того, под Звенигородом в 1941 году кладка клеста-еловика была обнаружена в июле. Данное сообщение представляет чрезвычайный интерес, ибо оно указывает на способность клестов, при наличии определённых условий, размножаться не только зимой и ранней весной, но и летом.

На территории Ленинградской области, так же как и в других местах, клесты-еловики могут размножаться, по-видимому, в любое время года. В этом убеждают нас следующие факты. Во-первых, активное пение и токование клестов, которое у этих птиц обычно предшествует размножению, мы наблюдали в Ленинградской области не только осенью и зимой, но также и в другие сезоны. Так, помимо обычного времени токования клестов (ноябрь-февраль), активное пение самцов этого

вида в окрестностях Ленинграда нами отмечалось в марте 1946 года, мае 1946, в июне и июле 1948 и, наконец, в октябре 1954. Думается, что отсутствие у нас сведений по токованию клестов в апреле, августе и сентябре следует объяснять скорее недостаточностью наших наблюдений, нежели невозможностью протекания явления в данные месяцы. Следует только отметить, что в период с марта по октябрь пение клестов отмечалось лишь в очень немногие годы. Кроме того, нам никогда не приходилось наблюдать в это время большого количества токующих клестов; пели лишь отдельные птицы.

Во-вторых, во время экскурсии в ельниках Волосовского района Ленинградской области 20 октября 1954 автором был обнаружен выводок клестов-еловиков, состоящий из 4 уже хорошо летавших молодых, которые с характерным, очень похожим на позыв молодых зеленушек СМопв аМопв криком «пи-тютю-пи-тютю», летали за старой самкой клеста. Судя по возрасту птенцов, размножение клестов в данном случае должно было протекать в сентябре. На возможность сентябрьского размножения клестов-еловиков на Южном Урале указывает С.В.Кириков (1952), отмечающий, что эта — вторая — волна размножения клестов бывает там в годы совпадающего урожая семян сосны и лиственницы Ьаг1х Б1Ыпса. Полагаем, что закономерность, отмеченная Кириковым для сосново-лиственничных лесов Южного Урала, в известной мере может проявляться и в окрестностях Ленинграда. Дело в том, что как в черте самого города, так и в пригородной зане Ленинграда существует немало парков с лиственничными насаждениями, которые в годы урожая семян могут прокормить некоторое количество клестов в течение всего лета вплоть до нового урожая семян ели. В 1948 году, например, на территории парка Лесотехнической академии (Ленинград) с первых чисел июня и до середины августа регулярно держалась крупная стая клестов-еловиков (30-40 птиц), которую постоянно можно было наблюдать на лиственницах, семенами которых клесты начали питаться в этом году ещё в июне. Летом этого же года мы отмечали стайки клестов и в других садах и парках Ленинграда, где есть лиственницы: сад Ботанического института АН СССР, сад при больнице им. Эрисмана и др. Заметим, что осень 1948 года, как уже отмечалось, характеризовалась также обильным урожаем еловых семян, которыми клесты питались до весны 1949 года. Таким образом, у тех клестов, которые появились в окрестностях Ленинграда в начале июня 1948 года, благодаря совпадению урожая семян лиственницы и ели, создались условия, при которых они могли находить богатый корм в течение почти круглого года.

Небезынтересным будет также указать и на то, что в первую половину лета 1948 года в пригородных парках нами было отмечено обилие галлов на вязах Штш laevis, на которых неоднократно мы встре-

чали и клестов. Автор уже указывал (Мальчевский 1946) на способность клестов-еловиков выедать из галлов личинок тлей. Полагаем, что в данном случае могло иметь место питание клестов-еловиков этим же кормом. Есть основание предположить, что на сроках пребывания и размножения клестов в окрестностях Ленинграда может сказаться не только обилие семян ели и лиственницы, но и обилие галлов вязовой тли, представляющих источник питания в период, наиболее бедный для клестов кормом. В литературе (Козлов 1950) имеются указания также на способность клестов расклёвывать галлы на тополях. По всей вероятности, галлообразующие насекомые, при массовом их размножении, вообще могут играть немаловажную роль в жизни клестов.

В тёплое время года размножаются, видимо, лишь отдельные пары клестов-еловиков; бывает это, однако, далеко не каждый год.

Поведение взрослых птиц у гнезда. Самка, систематически обогревающая птенцов, сидит на них очень плотно и слетает с гнезда лишь в случае крайней необходимости. Будучи согнанной с птенцов, она далеко не отлетает, а сидит рядом, постоянно воспроизводя крик беспокойства. Этот равномерно повторяющийся звук «ке-ке-ке...» сильно отличается от соответствующего позыва других вьюрковых. При первой же возможности птица снова садится на птенцов. Самец, кормящий как птенцов, так и самку, прилетает к гнезду редко и долго около него не остаётся. Прежде, чем спуститься к гнезду, он некоторое время сидит на вершине дерева, издавая характерный для вида позыв «тик-тик-тик.». Самец, за которым 2 февраля 1954 наблюдал автор, отсутствовал у гнезда в течение 40 мин.

Развитие птенцов. Приведённые ниже описания птенца клеста-еловика даётся по 2 экземплярам, один из которых был, в зампирто-ванном состоянии, любезно предоставлен нам К.А.Воробьёвым, другой был взят автором из гнезда, найденного Р.Л.Потаповым зимой 1955 года на Карельском перешейке.

Птенец клеста-еловика опушён довольно сильно. Пух темно-серого цвета, довольно густой, но не очень длинный,— во всяком случае, короче, чем у птенцов щура Pinicola enucleator. Максимальная длина пу-шин на спине и на затылке достигает 11 мм. На других участках пух ещё короче. Он расположен на глазных, надглазничных, затылочной, спинной (от лопаток до корня хвоста), плечевых, локтевых, бедренных пуховых птерилиях, а также на брюшных и голенных птерилиях. Ноздри круглые, клюв темно-серый, широкий в основании и несколько горбатый. Яйцевой «зуб» светлый, ская рта светло-жёлтые. Ротовая полость мясо-красного цвета. Когти серые. Кожа сверху — темно-серая, снизу - мясного цвета. Разрез рта, так же как и у птенцов щура, довольно широкий и складка в углах рта достигает заметного развития, несмотря на исключительную зерноядность птенцов. Пищевод спосо-

бен растягиваться очень сильно и вмещать большое количество корма (см. рисунок).

У обследованных автором 6-дневных птенцов клеста-еловика глаза и отверстия слуховых проходов только лишь начали приоткрываться, длина пеньков первостепенных маховых равнялась 2-3 мм. При выпрашивании корма птенцы воспроизводили едва слышимый писк. Характер соответствующего позыва у слётков нам неизвестен; призывный же крик последних очень напоминает таковой у птенцов зеленушки и звучит как «питютю-питютю...». Так же, как и зеленушки, молодые клесты постоянно воспроизводят этот крик, даже тогда, когда уже хорошо научаться летать.

Птенец клеста-еловика Loxia curvirostra, только что накормленный самцом.

Сильно растяжимый пищевод птенца способен вместить значительное количество корма. В данном случае он наполнен семенами ели Picea abies. Комарово, Карельский перешеек, Ленинградская область. 2 марта 1955. Фото автора.

Питание гнездовых птенцов. Птенцы клестов, которые, как это хорошо известно, выкармливаются в зимних условиях семенами хвойных деревьев, не являются, как это на первый взгляд ни странно, исключительно растительноядными. В зобу одного птенца клеста, взятого нами из гнезда 2 марта 1955 в районе Комарово, помимо многочисленных (153 экз.) семян ели, автор обнаружил также 6 небольших (34 мм в длину) личинок какой-то мухи. Таким образом, клёст-еловик, как и другие представители зерноядных вьюрков, не избегает питаться насекомыми, которых он случайно находит там, где добывает свой основной корм. Возможно, что присутствие в рационе птенцов клеста

белка животного происхождения в виде зимующих в шишках личинок насекомых, даже необходимо для нормального развития птенцов.

Литератур а

Бубнов М.А. 1956. Клёст-еловик (Loxia curvirostra L.) // Зоол. журн. 35, 2: 316-318. Воробьёв К.А. (1955) 2012. Зимнее гнездование клеста-еловика Loxia curvirostra // Рус.

орнитол. журн. 21 (807): 2593-2595. Дементьев Г.П. 1941. Зимнее гнездование клестов в Московской области // Советский охотник 4: 32.

Кириков С.В. 1952. Птицы и млекопитающие в условиях ландшафтов южной оконечности Урала. М.: 1-412. Козлов П.С. 1950. Птицы леса. 2-е испр. и доп. изд. Саратов: 1-120.

Мальчевский А.С. (1946) 2003. О залёте клеста-еловика Loxia curvirostra в южное Заволжье // Рус. орнитол. журн. 12 (232): 891-892. Потапов Р.Л. 1950. Птицы дачного посёлка Комарово Ленинградской области и его

окрестностей. Л. (рукопись). Терновский Д.В. (1954) 2014. Зимнее гнездование клеста-еловика Loxia curvirostra в

Московской области // Рус. орнитол. журн. 23 (1068): 3555-3560. Reinikainen A. 1937. The irregular migrations of the Crossbills, Loxia c. curvirostra and their relation to the cone-crop of the conifers // Ornis fenn. 14: 55-69.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2015, Том 24, Экспресс-выпуск 1133: 1386-1389

О населении и гнездовой биологии речного сверчка Locustella fluviatilis на зоостационаре вблизи города Сумы

Н.П.Кныш

Второе издание. Первая публикация в 1996*

Несмотря на то, что речной сверчок Locustella fluviatilis довольно обычен в пределах бывшего СССР, его биология остаётся слабо изученной. Находки гнёзд в разных частях видового ареала исчисляются всего лишь единицами (Птушенко, Иноземцев 1968; Мальчевский, Пукинский 1983; Никифоров и др. 1989, Крисько та ш. 1994), не выяснены особенности репродуктивного цикла (Кисленко 1991) и другие важные стороны жизнедеятельности вида.

Изложенные ниже материалы собраны в 1970-1996 годах преимущественно на зоостационаре Сумского пединститута в селе Вакалов-щина (15 км к северо-востоку от городы Сумы) в пределах большого

* Кныш Н.П. 1996. О населении и гнездовой биологии речного сверчка на зоостационаре вблизи г. Сумы // Птицы бассейна Северского Донца 3: 76-79.